Галина Гордиенко

Верни мои веснушки

Глава 1

НЕЧАЯННАЯ НАХОДКА

Жизнь явно не удалась. Тайка забралась с ногами на подоконник и тоскливо уставилась в окно: какой заплаканный день!

Третьи сутки шел дождь. Мелкий, затяжной, нудный. Асфальт во дворе казался черным, в лужах отражалось такое же темное влажное небо. Только листья на деревьях глянцево поблескивали, начисто промытые, пронзительно зеленые. И запах из открытой форточки кружил голову, прохладный и свежий. Но сам дождь…

Каникулы, называется!

Тайка высунула голову в форточку и звонко рассмеялась: на нос упала большая холодная капля.

– С ума сошла!

Тайка вздрогнула и неуклюже спрыгнула на пол. В дверях стояла старшая сестра.

– А что я такого сделала?! – привычно огрызнулась Тайка.

– Упасть могла, – Рита подошла к окну и поправила штору. – Раму толкнула нечаянно и выпала бы.

– Нашла дурочку, – проворчала Тайка. И передразнила сестру: – Толкнула бы… Выпала бы… Нечаянно… Как же, жди!

Рита фыркнула и подумала, что из Тайки получился бы неплохой пародист. Или… клоун! Точно – клоун. Рыжая, веснушчатая, смешная, и грима никакого не нужно.

Рита посмотрела на хмурое остроносое личико и мягко посоветовала:

– Займись чем-нибудь.

– Чем?! – взвыла Тайка. – Вы ж меня на улицу не пускаете!

– Там дождь.

– Я что – сахарная?!

– Мама боится, что ты простынешь.

Тайка с ответом не нашлась и еще больше помрачнела. Проводила Риту взглядом и завистливо подумала: «Ритке хорошо, она сейчас к своему Игорьку улизнет, мама ей не запрещает – якобы большая. А меня и в магазин за хлебом не пускают. И все потому, что вчера я немного задержалась, подумаешь…»

Тут Тайка покраснела. Ее «немного» как-то незаметно вылилось в три с лишним часа. Она прибежала домой уже вечером, совершенно мокрая, с батоном, обгрызенным с двух сторон.

И в квартиру незаметно проскользнуть не удалось, бессовестная Ритка – наверное, все старшие сестры такие! – набросила цепочку. Зря Тайка возилась на площадке с ключами, стараясь не шуметь. Все равно пришлось позвонить.

Тайка судорожно вздохнула, вспоминая свое вчерашнее появление. И почему ей так не везет?!

Она топталась на пороге, несчастная, как провинившийся щенок. А на нее сурово смотрели домашние.

Все, все вышли ее встречать! Делать им, видно, нечего.

В первом ряду стояли плечом к плечу мама с Ритой. Группу поддержки изображал Тайфун. Вот только поддерживал он не Тайку, как положено приличному вышколенному псу, все-таки именно она считалась его хозяйкой.

Мужчины показались вдруг высоченными, Тайка только вчера заметила: Илья почти не уступает папе ростом. И даже, кажется, шире в плечах.

Пять пар глаз дружно буравили Тайку, и она внезапно почувствовала себя маленькой и удивительно беззащитной. Нечаянно бросила взгляд в зеркало и поежилась: жалкое зрелище.

Если честно, тощая веснушчатая девчонка ТАМ больше напоминала малолетнюю бродяжку. Или огородное пугало!

Футболка и шорты промокли насквозь. Влажные босоножки Тайка держала в руках. Рыжие кудряшки мокрыми прядями свисали вдоль щек, с них капала вода. Бегая под дождем и форсируя все встречные лужи, Тайка основательно продрогла. Худенькое личико в полумраке прихожей даже ей самой казалось голубоватым. Многочисленные веснушки прямо-таки бросались в глаза, как угольки на снегу. Почему-то больше всего Тайку ужаснул собственный нос – до чего длинный! И горбинка отвратительная. У Риты такой нет. И у мамы нет. Даже Ильке с папой повезло.

Некрасивая она, Тайка, вот. Что бы папа ни говорил.

Дальнейшие разборки и вспоминать не хотелось.

Рита, например, громогласно советовала младшей сестре поискать утерянную совесть, авось найдется.

Папа укоризненно качал головой. И напомнил Тайке о мамином давлении и нервных клетках, которые не восстанавливаются.

Илья с насмешкой расспрашивал, в каких сточных канавах Тайка купалась и какие судна брала на абордаж, раз ее карманы снова набиты найденными сокровищами.

Тайфун, насупившись, бродил по пятам. Черные круглые глаза и без слов давали Тайке понять, что именно пес думает о маленькой хозяйке. Очень выразительные глаза!

Только мама не ругала Тайку, ей было не до того. Она заставила дочь принять ванну. Растерла ноги грубым полотенцем. Натянула на Тайку шерстяные носки. Напоила горячим чаем с лимоном… И строго-настрого запретила выходить даже в магазин! Пока не кончится дождь.

А он и не думал кончаться!

* * *

В гараже Тайка оказалась случайно. Мама позвонила домой и велела Рите принести немного картошки, а Тайка выпросилась подменить сестру. Еле уговорила!

Тайка негодующе фыркнула: если кому и нужно поискать свою совесть, так это Ритке. Ведь она взяла с Тайки обещание пропылесосить квартиру, а сегодня ее очередь.

Два часа скучной работы за тридцать минут свободы!

Тайка выскочила из подъезда и с наслаждением чихнула: удивительно вкусный на улице воздух. Дома такого не бывает. Несмотря на открытые настежь окна. Она подняла голову и недовольно сдвинула брови: сестрица сдержала обещание. Стояла на лоджии и в открытую следила за ней. Нет, шпионила!

Пришлось раскрыть зонт.

Тайка возмущенно засопела. Она искренне не понимала, к чему ей зонт. Ведь не зима. Даже не осень. На улице совсем тепло. И так здорово пробежаться под дождем.

Но слово есть слово, и Тайка чинно пошла к гаражу под зонтом. Как взрослая. Шла и помахивала на ходу черным пакетом, пусть Ритка видит, какая она насквозь положительная.

Тайке очень нравилось это сочетание «насквозь положительная». Она не совсем понимала его и весело сказала себе: «Вчера я была насквозь мокрая, а сегодня – положительная. Тоже насквозь. То есть, с ног до головы».

Гараж встретил ее таинственным сумраком. Пахло бензином, машинным маслом и мамиными запасами. Огурчиками пахло солеными, вот чем.

Тайка невольно облизнулась. Подбежала к большой эмалированной кастрюле и подняла крышку: пронзительно запахло маринадом. Девочка выбрала самый маленький и самый пупырчатый огурчик и с аппетитом съела его. Так же незаметно сжевала второй. Потом третий. С четвертым в руке Тайка по-хозяйски прошлась вдоль многочисленных полок, домой возвращаться совершенно не хотелось.

Что ей там делать, дома? Сидеть в душной комнате перед телевизором? Гнать Ильку из-за компьютера? Уговаривать Ритку поболтать с ней хоть немного? А здесь…

Тайка с острым любопытством посмотрела на верхние полки. Она не сомневалась, там наверняка все самое интересное. Тайка пренебрежительно хмыкнула: Илька с папой от нее вечно все наверх прячут. Думают, она до сих пор маленькая, не достанет. А сами в гараже стремянку забыли, вот смешные!

Тайка торопливо доела огурец и вытерла руки о джинсовые шорты. Она не любила ничего откладывать на завтра. И потом – когда она еще окажется в гараже одна-одинешенька?!

Тайка с пыхтеньем тащила поближе к полкам старую стремянку и обиженно думала, что если бы не Ритина лень, она и сегодня не оказалась бы здесь одна. Почему-то вся семья дружно не доверяла ей. И Тайфун не доверял. А это нечестно!

Тайка забралась на верхнюю ступеньку и с досадой поняла, что и отсюда ей толком не видно, что спрятано у самой стены. Хитрые Илька с папой заставили все трехлитровыми стеклянными банками.

Тайка оглянулась на дверь и порадовалась, что догадалась прикрыть ее. Теперь никто с улицы не сможет увидеть, что она в гараже одна. Не сможет удивиться и позвонить маме на работу.

Подумав, Тайка шагнула на полку и радостно фыркнула: здорово придумала! Теперь не нужно надрываться, волочить за собой тяжеленную стремянку. Достаточно к ней потом вернуться и спуститься вниз.

«Хорошо, что папа сделал стеллажи вдоль всей стены, – размышляла Тайка, шустро передвигаясь на четвереньках по широкой деревянной полке и с любопытством рассматривая все мало-мальски интересное. – Вышла целая улица для меня! Плохо только – тут на ноги не встать. Вот если бы я была маленькая… Или нет – пусть бы я могла, как Алиса в стране чудес, менять свой рост…» Жаль, она уже не в первом классе, чтобы верить в сказки!

Тайка путешествовала по верхней полке и подолгу застревала возле особенно занимательных находок.

Чего тут только не пылилось!

Груды старых журналов. Коробки из-под мониторов, компьютера, электрического чайника, папиного ноутбука, набитые всякой электронной чепухой и бумагами. Тайка нашла несколько смешных ковриков для мыши, с рисунками. Выбрала фиолетовый, с легковой машиной, и с трудом затолкала в карман – над столом повесит. Классная легковушка. Таких еще нет. Считай – машина будущего.

Илькины роликовые коньки заставили Тайкино сердце сладостно забиться: она давно мечтала о таких, вот только мама наотрез отказывалась покупать. Мол, Тайка не Илья. Бедовая головушка! Ей только пешком ходить.

Тайка с трудом уселась на полке. Примерила вожделенные ролики и едва не разревелась – велики. Слишком велики. В каждый ботинок три Тайкины ноги влезут, а то и четыре. Какая жалость! Нет, катастрофа. Ну почему она не мальчик?!

Вот тут-то, будто желая утешить ее, судьба и подкинула Тайке пестрый небольшой сверток. Он лежал у самой стены, за двумя рядами банок и грудой старых, советских газет. Тайка его и не заметила. Просто возвращала на место стопку газет – ни одной цветной картинки! – и нечаянно коснулась его пальцами. Что-то шелковистое и мягкое вместо бетонной стены.

Тайка извлекла сверток из щели и торжествующе засопела: она весной уже видела его. Только тогда не повезло, Илька сразу же отобрал. «Все забрал, а янтарь и не заметил, – насмешливо фыркнула Тайка. – Я его очень вовремя в карман спрятала…»

Тайка опасливо покосилась на дверь. Вдруг показалось, что в гараж вот-вот ворвется возмущенный Илья. Заметит, что ее долго нет дома и…

Он бы никогда не отпустил Тайку сюда. Одну-то! Дурочка Ритка запросто выдаст ее. Илька спросит, а глупая Ритка в ответ – мол, в гараж ушла. За картошкой. Так Илька ей и поверил!

Тайка торопливо развернула пеструю тряпочку и восхищенно ахнула: сколько всяких вещичек! Настоящие сокровища! Может, тут все-все волшебное, как тот янтарик? Нет, вряд ли. А вдруг?!

Затаив дыхание, Тайка рассматривала таинственные безделушки и не знала, на какой из них остановить выбор.

Кроме смоляного пупса – он почему-то Тайке совсем не понравился – на пестром лоскуте лежало множество занимательных вещиц.

Например, небольшое круглое зеркальце. Довольно тусклое вообще-то. В узенькой резной деревянной рамке. Оно здорово ложилось в ладонь. Прямо как специально для Тайки сделано. Тайка повертела зеркальце в руках и снова удивилась – оно действительно ничего не отражало. То есть, вообще ничего. Даже грязный палец.

Тайка судорожно вздохнула: а ведь в папином серебряном графинчике она отчетливо видела свое лицо. Пусть искривленное и некрасивое, но видела!

Почему же здесь – пусто? Может, зеркало нужно почистить? Тайка решительно сунула его в карман и живописно разложила на тряпочке найденные сокровища.

Теперь перед Тайкиным пытливым взглядом лежали несколько полотняных мешочков с травами, смешной амулет на потертом, до предела засаленном кожаном ремешке, набор серебряных иголочек с разноцветными камушками на концах и монисто с неприятного вида деревянными фигурками.

Тайка взволнованно перебирала найденную мелочь, и ее руки дрожали. Почему-то хотелось унести все. И чтобы никто – ни одна душа! – ничего об этом не узнали.

– Это мое, – со странной жадностью прошептала Тайка. – Только мое!

Желание унести сверток и припрятать подальше от чужих глаз оказалось сильнее Тайки. Она тщательно завернула свои сокровища и начала суетливо озираться: надежного тайника в гараже не было. На ее взгляд. Она же нашла сверток!

Если найдет Илька… Он все выбросит!

Дверь противно заскрипела. Тайка испуганно дернулась и пребольно стукнулась головой о потолок.

– Ну и где она? – голос Ильи звучал раздраженно.

Тайка в панике завертела головой и сунула сверток в стоящую рядом коробку из-под монитора.

– Честное слово, за картошкой пошла, – растерянно пробормотала Рита.

– Картошкой! Да она в подпол и не заглядывала!

– Откуда ты знаешь?

– Тоже мне, бином Ньютона! Крышка-то закрыта.

– И… где она?

Тайка по-пластунски отползла от коробки. Добралась до лестницы, но спуститься не решилась. Тогда пришлось бы объяснять Илье, что она там, наверху, делала. А если он вспомнит о свертке?!

Тайка с тяжелым вздохом растянулась на жестких, плохо струганных досках. Положила голову на локоть и устало прикрыла глаза. Имела она право заснуть?! Сон – это святое. Илька сам всегда так говорил.

Тайка лежала на самой верхней полке и с замиранием сердца слушала, как брат с сестрой, переругиваясь, обходили гараж. Как в прятки с ней играли. Так и хотелось им крикнуть «холодно» или «горячо». Тайка фыркнула: ну и глупые! Уж она бы сразу себя нашла!

Тайка задышала размеренно, сонно: вот Илья заметил стремянку. Что-то с досадой пробормотал под нос и оттолкнул Риту в сторону. Вот под ним заскрипели ступени. Вот он увидел младшую сестру и изумленно выдохнул. Потом обернулся к Рите и шепотом окликнул:

– Давай сюда!

Теперь ступени заскрипели под Ритой.

Тайка талантливо изображала спящую. У нее и щеки разрумянились. И губами она пошлепала, мама как-то говорила – Тайка частенько так во сне делает.

– Ничего себе! – прямо над Тайкиным ухом прошипела Рита.

– Картина маслом, – уже добродушно хмыкнул Илья.

– А дверь-то открыта! – рассердилась Рита. – Входи, кто хочет, бери, что хочешь! Н-ну, лахудра рыжая…

– Ладно тебе, – примирительно зашептал Илья. – Главное, ничего не случилось.

– А мои нервы?! Когда мы вошли сюда и ее не увидели…

Рита ожесточенно затрясла младшую сестру за плечо. Без всякой жалости.

Дальше притворяться спящей смысла не было. Тайке пришлось «проснуться». Она потянулась, сладко зевнула и неохотно открыла глаза. Увидела над собой возмущенное Ритино лицо и сонно пролепетала:

– Доброе утро…

– Скажите пожалуйста, прямо-таки ангел небесный! – громко возмутилась Рита. – Щечки горят, глазки блестят, взгляд невинный…

Тайка подняла голову, и Рита невольно ахнула: ну и чучело! Это через какую мясорубку девчонку пропустили за час с небольшим?!

Она выдернула младшую сестру с полки, как морковку с грядки, спустила на пол и гневно закричала:

– За какие такие грехи, интересно, тебя навязали на мою голову?!

Илья смерил Тайку оценивающим взглядом. Поперхнулся от смеха и зашелся в кашле – Тайкой словно полы в гараже протирали. Неимоверно грязные футболка и шорты больше напоминали половые тряпки, а уж руки… Чернее самой грязи!

Тайка скосила глаза на расцарапанные колени и торопливо прикрыла их ладонями. Она не ожидала, что так испачкается, и как футболку порвала, не заметила.

Но по большому счету Тайка ничего не имела против небольшого скандала. И даже собиралась подыграть Рите. Лишь бы Илья не вспомнил вдруг о своем драгоценном свертке. И не отобрал у нее странное зеркальце.

«Мылом его помою, – удовлетворенно подумала Тайка. – Или порошком для посуды почищу. Заблестит как…»

Рита в сердцах отвесила сестре оплеуху и прорычала:

– Тебя зачем в гараж посылали?!

– Не дерись! – Тайка спряталась за спину Ильи и уже оттуда тоненько выкрикнула: – Подумаешь, поиграла чуть-чуть! Принесла б твою картошку попозже, никуда б не делась!

– Это в кого ж ты тут играла? – всплеснула руками Рита. – Медведя в спячке изображала?

– Вовсе нет. Я по пещерам ползала, ясно? Устала, вот и заснула нечаянно.

Тайка победно ткнула рукой в стеллажи, но Рита так и не смогла представить пыльные полки, заставленные всяким барахлом, таинственными пещерами. Воображения не хватило. Она просто встряхнула невозможную младшую сестру за шиворот и вытолкала из гаража. Без зонта. Потому что дождь кончился.

Глава 2

ВОЛШЕБНЫЙ ПЛЕВОК

Мыло не помогло Тайке отмыть зеркальце. Она честно перепробовала все, лежащее в шкафчике в ванной, но и самые дорогие, душистые бруски не сделали зеркальце блестящим. Оно по-прежнему ничего не отражало. Даже самого пустяка, даже смутной тени не мелькало в странно мутной, серебристой глубине.

Ни средство для мытья посуды, ни серый порошок для чистки раковин, ни зубная паста – от отчаяния Тайка попробовала и ее – ситуации не изменили. Зеркало упрямо бастовало! Это оно зря. Тайка не терпела, когда у нее что-то не получалось.

Вечером Тайка украдкой показала зеркальце маме. Рита как раз заперлась с Игорем Савченко – друг сердца – ха-ха! – в своей комнате, а Илья завис в Интернете. Оба оказались слишком заняты, чтобы обращать внимание на младшую сестру. И уж никак не могли увидеть волшебное зеркало. А значит – не могли отобрать. Или связать его с гаражом.

Маме Тайкина находка понравилось. Она долго рассматривала зеркало, потом вернула дочери и задумчиво пробормотала:

– Где-то я похожее видела. Наверное… нет, не помню!

– Ма, это ведь зеркало?

– Вроде бы. Судя по форме. Старинное только. Когда-то делали такие, из серебра.

– А почему оно мутное? Смотри, я не вижу себя!

– Окислилось, – пожала плечами мама. – Серебро так… ржавеет.

Тайка растерялась. Она уже видела ржавчину, правда, не на серебре. Выглядела ржавчина отвратительно, и на Тайкин взгляд – проржавевшую вещь проще выбросить, чем пытаться привести в порядок.

Но ее зеркало не выглядело ржавым! Или волшебные вещи так ржавеют? Если ими долго не пользоваться, например.

Тайка задумалась. Потом пошлепала рукой по маминой книге – вечно мама читает, с ней и не поговорить толком! – и сердито спросила:

– Его нельзя почистить? Ну, чтоб блестело?

– Почему нельзя, – рассеянно посмотрела на нее мама и попыталась сбросить со страницы цепкие Тайкины пальцы, – можно.

– Как?

– Содой питьевой попробуй.

Тайка обрадованно кивнула, но на всякий случай уточнила:

– Только содой?

– Ластиком еще, у тебя в столе их целые завалы.

– Обычным ластиком? – удивилась Тайка.

Но мама ее не слышала, она увлеченно читала.

На всякий случай Тайка заглянула в зал: Илья прилежно щелкал мышью. Что-то качал, понятно. И Тайкиного появления не заметил, значит – сел надолго.

Дверь в комнату старшей сестры оказалась наглухо закрыта. Тайка постояла под ней, но ничего не услышала. И встревожилась: вдруг Риты там уже нет? И в самый ответственный момент – самый неподходящий! – она окажется рядом и все-все испортит. Ритка, она такая. Она может.

Тайка осторожно потянула дверь на себя. К счастью, петли не заскрипели. Тайка сунула голову в щель, и ее глаза округлились: бессовестная Ритка целовалась! Прямо как в каком-нибудь фильме для взрослых! По-настоящему!

Тайка увлеченно засопела и забыла об осторожности. Слишком сильно навалилась на дверь, и та распахнулась настежь. С грохотом. Потому что ударилась ручкой о стенку.

Рита с Игорем мгновенно оказались в разных углах комнаты. Игорь дрожащими руками перебирал диски, а красная как мак Рита у зеркала поправляла взлохмаченные волосы.

Тайка невольно засмеялась. Она не сомневалась: оба считали, что в комнату заглянула мама. Или папа. В крайнем случае – Илька. Ей же, Тайке, Рита категорически запретила и близко подходить сегодня к своей двери.

Подумаешь, цаца! Тайка хмыкнула – сказала, что у нее с Игорем важный разговор, а сама-то, сама… Чем занималась!

Разъяренное лицо старшей сестры еще больше развеселило Тайку. Она скорчила самую страшную рожицу из своего богатого арсенала и ехидно пропела:

– А маме ты врала, что вы музыку будете слушать! Якобы Игорь новые диски принес! А сами…

– Заткнись!!!

Рита метнула в сестру диванной подушкой, но, само собой, промахнулась. Тайка вовремя отскочила в сторону, и подушка благополучно вылетела в коридор.

– А сами – целуетесь! – радостно закончила Тайка. – Как два дурачка! Потому что я пробовала – знаю, глупости все это, только губы чужой слюной пачкать…

Она пригнулась и пропустила над головой еще одну подушку. А потом испуганно захлопнула дверь. Уж очень нехорошо блестели у Риты глаза, и костяшки судорожно сжатых пальцев побелели от напряжения. Настолько взбешенной сестрице не терпелось до Тайки добраться. Зато Игорь – она видела! – буквально давился от смеха. Это после Тайкиного последнего заявления. Вот дурак!

Питьевую соду Тайка нашла в кухонном настенном шкафчике. В красной картонной коробке. Она щедро отсыпала ее на губку и приступила к делу.

Мама оказалась права: сода чистила серебро отлично. Из-под губки стекала в раковину темная некрасивая жидкость. Тайка надраивала свою находку и удовлетворенно сопела. Она и сейчас видела, как поблескивает под руками вычищенное серебро.

Тщательно промыв зеркало теплой водой, Тайка насухо вытерла его полотенцем. Потом осторожно заглянула в него, и у нее разочарованно вытянулось лицо: пусто. Даже блестящая поверхность НИЧЕГО не отражала. Ни саму Тайку, ни окружающие предметы.

– Какое чудесное зеркальце, – зачарованно прошептала Тайка. – У меня никогда такого не было…

Осталось попробовать ластик. К счастью, в Тайкином столе их полно. Любого цвета, размера, формы. С рисунками или без. На любой вкус!

Когда-то Тайке нравилось их собирать. Она покупала ластики, выпрашивала у родителей и подруг, выменивала и даже отбирала у мальчишек. У нее самая большая коллекция в школе!

Тайка снова задержалась у Ритиной двери. Немного подумала и распахнула ее пинком. Настежь. Почему только ей должно быть плохо?!

Она насмешливо фыркнула: Игорь с Ритой как и в прошлый раз моментально разлетелись по разным углам. Покрасневшие, растрепанные и несчастные.

Тайка радостно воскликнула:

– Опять лизались? Ай-я-яй… – И пулей метнулась в свою комнату, спасаясь от Ритиных кулаков.

Тайка отложила в сторону тринадцатый по счету ластик – самый любимый, сделанный в виде розового слоника – и озабоченно сдвинула рыжие брови. Она не представляла, что делать дальше. Странное зеркальце уже блестело как… зеркало! И упрямо не хотело ничего отражать.

Ноль! Идеально отполированная серебристая поверхность и все.

Тайка вертела свою находку в руках и зло сопела: противное зеркало нешуточно начинало ее раздражать. Тайка не любила проигрывать! И не умела. По крайней мере, достойно.

Она кругами бегала по комнате и размышляла, что бы ей еще попробовать. Может, нужно сказать какое-нибудь волшебное слово? Как в сказках? Конечно, Тайка уже большая, в сказки не верит, но попытаться-то можно? Никто ее не видит, не слышит, так что и дразниться не будет.

Хорошо, мама не имела привычку подслушивать у дверей. Иначе бы решила, что младшая дочь сошла с ума.

Мрачная Тайка мерила шагами комнату. Морщила лоб и монотонно бормотала:

– Перле, мерле, ферле, герле…

Потом зло таращилась в серебряное зеркало и начинала снова выкрикивать такую же бессмысленную абракадабру.

Тайка сама не знала, откуда берет все эти «волшебные» слова. Она их нигде не слышала, не видела написанными, они ей даже не снились. Просто слетали с языка странные, неумело рифмованные звуки, призванные разбудить капризное зеркало.

Беспомощные, к сожалению! Как и сама Тайка.

Тайка в самом деле не умела проигрывать. Поэтому от бессилия просто плюнула в бастовавшее зеркальце. Правда, ей тут же стало стыдно. Тайка подолом футболки, воровато оглядываясь – будто ее кто-то мог видеть! – протерла оплеванную поверхность. И изумленно вскрикнула: в серебристой глубине наконец что-то мелькнуло!

Тайка зажмурилась и строго сказала себе: «Мне не почудилось. Зеркальце действительно заработало. Сейчас открою глаза и увижу свое лицо…»

Подумав, Тайка сосчитала до десяти. Нет, лучше до тринадцати! Это самое чудное число на свете. Самое волшебное. Потом она приоткрыла один глаз и настороженно покосилась в зеркальце. Второй глаз распахнулся непроизвольно. От удивления.

Зеркало действительно перестало капризничать. Тайка в нем видела себя. Но не только себя, и это невероятно.

Тайка прикрыла зеркало рукой и растерянно обернулась: за спиной никого. Совсем никого. И вообще в комнате кроме нее никого нет. Она тут одна!

Тайка убрала руку и озадаченно прикусила нижнюю губу: бессовестное зеркальце нагло обманывало ее. Или дразнило. Потому что там, в светящейся серебристой мгле рассвирепевшая Рита вцепилась в ее, Тайкины, волосы! И самозабвенно тузила младшую сестру.

Тайка судорожно сглотнула, во рту внезапно пересохло. Она смотрела на свое покрасневшее, несчастное лицо, на распахнутый в беззвучном крике рот, и не знала, что и думать.

Больше всего пугало, что там, в зеркале, все происходило беззвучно. Нет, Тайка видела, понимала, что кричит и она сама, и Рита. Одна – от боли, вторая – от радости. Вот только ничего не слышала.

Долго смотреть на свою искаженную физиономию Тайка не смогла. Сунула странное зеркальце в карман и растерянно пробормотала:

– Может, оно обиделось, что я на него плюнула? – Тайка легонько пошлепала по карману и еле слышно шепнула: – Я не хотела обидеть, честно-честно. Просто э-э… сгоряча. Но я могу извиниться!

Волшебное зеркальце безмолвствовало. Тайка, покраснев, обернулась на дверь, она была плотно закрыта. Тайка отошла к окну и торопливо повинилась:

– Ну, прости. Больше не буду. Это я… нечаянно.

Извиняться она не любила. Да еще добровольно, когда на совесть не давила мама. Или старший брат. Поэтому решила, что сделала достаточно. Улыбнулась смущенно и воскликнула:

– Мир?

Зеркальце, к сожалению, говорить совсем не умело. Пришлось извлечь его из кармана и самой убедиться, что оно больше не сердится.

Тайка раздраженно сдвинула брови: однако ее находка отличалась редкой мстительностью! И извращенной фантазией. Зеркало продолжало смаковать отвратительную в своей реалистичности сцену: Рита по-прежнему лупила младшую сестру. Уже не таскала за волосы – и на том спасибо! – а с силой колотила по Тайкиной худенькой спине крепкими кулаками. Но за что?!

Забывшись, Тайка выкрикнула это вслух. Ответа не последовало, Рита раньше никогда не била ее. По крайней мере, так ожесточенно. И с таким садистским лицом.

«Ну, за волосы там дернуть – случалось, – тоскливо размышляла Тайка. – Ну, стукнуть разок-другой по спине, если я не успею удрать – бывало. Но чтобы так…»

Девочка чувствовала себя не в своей тарелке. Требовалось срочно убедиться, что этот кошмар является злобным вымыслом коварного зеркала. А Рита по-прежнему в своей комнате. Целуется с Игорьком и думать о ней, о Тайке, забыла.

Да она о младшей сестре по собственной воле вообще никогда не вспоминала! Если только мама с папой велят присмотреть за ней.

Тайка показала бессовестному зеркальцу крепкий кулак и снова сунула его в карман. Выглянула в коридор и облегченно вздохнула: никого. Она закрыла за собой дверь и удовлетворенно подумала: «Зато слюна у меня точно волшебная!»

Глава 3

КОШМАРНЫЙ ДЕНЬ

Тайка стояла у сестры под дверью и пыталась понять, в комнате Рита или они с Игорем убежали куда-нибудь.

Мимо прошел папа. Подмигнул младшей дочери и посоветовал идти гулять. Пока снова не пошел дождь, небо-то по-прежнему в тучах. Тайка согласно закивала. И правда, что она сидит дома? И Тайфуна сегодня нет. Мама оставила его на даче – мол, свежий воздух псу полезнее городского, насыщенного выхлопными газами.

А вот Тайку на дачу не взяла. Сказала – боится за сохранность участка. Якобы Тайка может раскатать дачный домик по бревнышку, как игрушечную башню из кубиков. Это мама так пошутила! Тайку в деревне и в дом не загнать. Там столько интересного, что ей в душных комнатах делать?

Мысль об улице подтолкнула Тайку к решительным действиям. Она смело распахнула дверь и шагнула в Ритину комнату. И вскрикнула от неожиданности, с таким грохотом захлопнулась дверь за ее спиной. А потом закричала от боли.

Бессовестная Ритка подстерегала ее прямо у порога. Не успела Тайка переступить его, как старшая сестра набросилась на нее и вцепилась в волосы.

При этом вела себя Ритка как… неандерталец! Кажется, так мама называла древних людей? Помнится, они давным-давно вымерли от собственной дикости.

Зато Ритка – нет. Ритка – живее живого.

– Ой-е-е… – пискнула Тайка, искренне сожалея о последнем.

Рита таскала несчастную Тайку по всей комнате и невнятно урчала от наслаждения. Пребольно дергала ее за спутанные рыжие кудряшки, еще и выкрикивала время от времени: «Н-ну, лахудра р-рыжая!» Или – «Оскальпирую на фиг, чтоб не подглядывала!» И – «Веснушки-то твои сейчас пообсыпятся, слышишь, стучат?»

Разъяренная Рита наматывала круги по комнате, Тайка едва успевала перебирать ногами. Тоненько повизгивала от боли и жалобно причитала:

– Маленьких бить нельзя! Это непедагогично!

– Очень даже педагогично, – сурово ответствовала Рита. Отвешивала Тайке очередной тумак и добавляла: – Чтоб не лазила, где не просят, и не болтала, что не надо!

– Но я же шутила! – умоляюще взывала к старшей сестре Тайка.

– Я тоже сейчас шучу, – радовалась схожести натур жестокосердная Рита. – Тебе нравится?

Десятилетняя Тайка на цыпочках едва поспевала за четырнадцатилетней Ритой и робко удивлялась крепости своих рыжих кудряшек.

«Другие волосы наверняка б уже выдрались с корнем, – мрачно размышляла она. – Белые, например, раз они самые красивые.

А мои – ничего, терпят».

Рита очень удачно – на ее взгляд! – съездила Тайке кулаком по острым лопаткам, и девочка жалостливо пискнула. Рита счастливо расхохоталась.

Тайка увернулась от следующего тумака и обиженно подумала: «Это волшебное зеркальце накаркало. В нем Ритка меня лупила, и за волосы дергала, и всяко обзывала, хорошо, я не слышала, а теперь и в самом деле все так получилось… – Тайка озабоченно засопела. – Наверное, оно разозлилось из-за плевка, вот и подстроило мне пакость. А если я что хорошее для него сделаю, то и оно для меня, пожалуй, тоже… – Тайка озадаченно сдвинула брови. – Но что можно дать железке полированной? Разве что маслом ее смазать? Ну, чтоб больше не ржавела. – Тайка брезгливо сморщила нос. – Ф-ф-фу, масло! Гадость какая. Мороженое, оно вкуснее… – Тайка хмыкнула. – Точно, смажу его мороженым. Шоколадным!»

* * *

«Раны» душевные и телесные Тайка зализывала на улице. Она еле-еле вырвалась из цепких рук старшей сестры, но в своей комнате спрятаться не рискнула. Злющая Ритка могла запросто ворваться и туда, замка-то на двери нет. Могла подкараулить и у порога. А во дворе ей в жизни Тайку не поймать!

«Я ее саму здесь запросто прищучу, – оскорбленно думала Тайка, сжимая кулаки. – Еще пожалеет, что связалась со мной. Хотя… а что такого я ей сказала?!»

Тайка по-честному припомнила свои выкрики, но и, поразмыслив, состава преступления в своем поведении не нашла. Подумаешь, неженка!

Вот когда Тайка на большой перемене целовалась с Колькой Сидоровым, а Лелька стала дразниться, то она, Тайка, ничуть не обиделась. Если и врезала пару раз Лельке по шее, то исключительно ради профилактики. Лелька така-ая вредина… Но Ритка хуже.

Плохое настроение следовало срочно исправить. Тайка прикинула свои возможности и пошла исследовать ближайшие дворы.

Для начала она отыскала Гришку Лагутенко и очень удачно выменяла у него марку с первой женщиной космонавтом Валентиной Терешковой. Марка оказалась старой, еще советской, и Тайка засияла ясным солнышком.

Собственную марку с динозавром и прозрачную пластинку слюды она не жалела. Во-первых, у Тайки еще оставалось две точно такие же красочные марки, она в прошлом году очень удачно наткнулась на них в филателистическом магазине и сделала запас специально для обмена. Во-вторых, пластинку слюды Тайка только вчера стянула у Ильи со стола, и от нее следовало срочно избавиться. Вот она и избавилась!

Потом Тайка с час гоняла с мальчишками мяч. Вообще-то они обычно девчонок к футболу и близко не подпускали, но для Тайки делали исключение. После того, разумеется, как Тайка в честной драке один на один трижды уложила на обе лопатки Мишку Гусева, признанного вожака уличной стаи.

Да и после недавних событий – не во всякой спортивной секции так гоняют! – Тайка запросто справилась бы и с взрослым парнем, а Мишка старше только на два года. Оправдывало Тайку одно – противный Гусь сам нарывался.

Тайка удовлетворенно хмыкнула, вспоминая последнюю драку: «Не будет больше рыжей обзывать! И мои веснушки демонстративно пересчитывать. Сам хорош, Гусь лапчатый! Уши, как ручки у заварочного чайника, и ноги кривые, а еще дразнится…»

Мишка прекратил испытывать судьбу, только узнав, что Тайка ходит в новый центр боевых искусств и занимается каратэ. Он и сам записался туда же. Правда, на бокс.

Противный Гусев до сих пор косился на Тайку неприязненно, но в открытую связываться не решался. Так, цеплял по мелочам.

Тайка отвечала полной взаимностью. Ядовитые пикировки негласных вожаков уже не шокировали ребят, стали привычными. Мальчишки их даже ждали, чтобы вволю посмеяться.

Вот и сейчас Мишка специально бросился Тайке под ноги. А когда она шлепнулась, одним движением брови прекратил игру и склонился перед Тайкой в шутовском поклоне:

– Позвольте вашу ручку, барышня-с!

Тайка стиснула зубы, но руку протянула. Однако вставая, очень удачно поскользнулась на траве и ловко сделала подсечку. Мишка упал рыбкой, можно сказать – нырнул. Футбольное поле встретило его физиономию сочувственным гулом.

Теперь Тайка склонилась над ним:

– Сотрясение мозга или обойдется? – И насмешливо бросила в сторону: – Впрочем, было б чему сотрясаться!

Она довольно ухмыльнулась: скрежет Мишкиных зубов отозвался эхом в самых дальних микрорайонах города. А когда Мишка поднял многострадальное лицо, Тайка окончательно воспряла духом: мерзкий Гусев разбил-таки нос!

Оскорбленное самолюбие Тайка долечивала в ближайшем кафе. Тщательно пересчитала наличность и с видом шикующего купчика заказала пирожное, молочный ванильный коктейль и две порции любимого шоколадного мороженого. Естественно, с учетом, что часть первой порции уйдет на примирение с мстительным зеркальцем.

Тайка ангелом себя никогда не считала.

И, в общем-то, соглашалась иногда со старшей сестрой, что нимба над ее головой не рассмотреть и под микроскопом.

Но сегодняшняя история… Это явный перебор! Правда, когда Тайка попыталась представить, что в лицо плюнули ей… – например, Мишка Гусев! – она свое мнение срочно изменила. Тайку даже в краску бросило от гнева. А кулаки она сжала так сильно, что короткие ногти врезались в кожу. Она бы убила Мишку! Точно убила бы.

Придется мириться.

Тайка порадовалась собственной предусмотрительности: ее столик стоял в самом дальнем углу зала и почти не привлекал чужих взглядов. Еще и разросшаяся пальма прятала Тайку от нескромных глаз.

Корзиночку с белковым кремом и фруктами проголодавшаяся Тайка умяла в две секунды. Молочный коктейль занял ее внимание еще на пять.

Тайка с сожалением отставила пустой стакан: оттягивать больше не стоило. Что, если волшебное зеркальце все понимает? Обидится еще сильнее!

Тайка вытащила зеркало из кармана и внимательно осмотрела со всех сторон. Если бы не странная деревянная рамка, тонко и искусно вырезанная, она бы и внимания не обратила на круглую матовую пластину.

А вот чудные распустившиеся цветы и мордочки неведомых животных, выглядывающие из-за резных листочков, буквально завораживали.

Тайка осторожно посмотрела в зеркальце и тут же испуганно отпрянула. Она сейчас совершенно не готова к неожиданностям. Вот помирится…

В кафе сегодня почти не было посетителей. Как Тайка ни вертела головой, она кроме трех девушек на веранде и молодой влюбленной пары никого не заметила.

И хорошо. Не хватало, чтобы ее сдали в психушку. На всякий случай Тайка сначала попробовала мороженое сама. И плотоядно облизнулась: в жизни не ела вкуснее!

Она сунула зеркало под вазочку, подальше от нечаянного взгляда, и щедро наполнила чайную ложечку мороженым. Провела по рамке пальцем, чувствуя кожей причудливые изгибы резьбы, сделанные рукой древнего мастера, и льстиво прошептала:

– Ох, ты ж и красивое!

Ответа не дождалась и подпустила в голос побольше меда. Почему-то Тайке казалось, что волшебное зеркальце ее прекрасно понимает. А не отвечает из вредности. Или потому, что не умеет.

– Может, тебе имя дать?

Тайке вдруг показалось, что дерево под пальцем стало почти горячим, и она обрадованно зачастила:

– А то как-то неловко, у всех имена, а у тебя нет. Ты ж живое, я знаю.

Она хмыкнула про себя: «И вреднючее, как крапива под забором соседской дачи!» А сама ласково погладила прохладную поверхность зеркала и спросила:

– Ты мальчик или девочка?

И тут же покраснела: ну и глупый вопрос! Ни один мальчишка не смог бы так изощренно отомстить! Понятно – девчонка.

Тайка задумалась. Все имена, приходившие на ум, казались недостойными чудесного зеркальца. Слишком простыми. Не волшебными. В них нет тайны. Таня, Ира, Наташа, Оксана, Шура, Лена, Света… Пресно! Обычно.

И потом – таинственное зеркало не должно сталкиваться с тезкой в каждом дворе и даже в каждом подъезде!

Тайка прикусила нижнюю губу – может, припомнить старинные имена? Ну, например, Аграфена… Тайкину руку почти подбросило в воздух, строптивому зеркалу явно не понравилось древнее женское имя. Тайка подула на покрасневшие подушечки пальцев и неохотно заставила себя признать: она бы и сама повесилась, назови ее мама с папой Аграфеной. И уж точно прибила бы любого, давшего ей такую дурацкую кличку.

«А если Капитолина? – робко предположила Тайка. – Или… Матильда? – И торопливо одернула себя. – Нет-нет, это я так, в шутку!» Хоть плачь, ничего приличного не приходило в голову!

Тайка закручинилась. Машинально съела приготовленное для зеркала мороженое и виновато облизала пустую ложку. Бросила тоскливый взгляд в окно и изумленно выдохнула: на другой стороне улицы сияла огнями реклама нового магазина «Веста». Чуть ниже горела надпись – «все для твоего маленького друга».

«Совсем забыла! Я же хотела там присмотреть новый ошейник для Тайфуна, – радостно вспомнила Тайка. – В подарок. Чтобы он не злился, когда я без него по улицам бегаю…»

Но отвлекаться она себе не позволила и с тяжелым вздохом покосилась на лежащее под вазочкой зеркало: пора предлагать следующее имя. И «кормить» строптивицу мороженым. Не сидеть же тут до ночи!

Тайка осторожно положила руку на зеркало и, зажмурившись, прошептала:

– Есть такое интересное имя «Веста». Мне очень нравится. А тебе?

Зеркальце гневаться не спешило. Тайкины пальцы огнем не палило и холодом не обжигало. Похоже, раздумывало над предложением.

Тайка мгновенно оживилась. Радостно заулыбалась и почти в полный голос воскликнула:

– Очень редкое имя, честно-честно! Я ни одной живой Весты не встречала. Само-то это имя недавно услышала…

Тайка машинально доела первую порцию подтаявшего шоколадного мороженого. Вылизала ложечку и робко поинтересовалась:

– Ну ты как? Станешь Вестой или искать другое имя?

Зеркальце под пальцами приятно потеплело и даже запульсировало. Тайка счастливо констатировала:

– Значит – Веста. – И возбужденно затараторила: – Слушай – классное имя! Сама бы от такого не отказалась. А то – Тайка, прикинь? Ни то ни се. Седая старина! – Она с невольной гордостью отметила: – Правда, другой Тайки в нашей школе нет, я одна, все-таки плюс.

Первый успех Тайку приободрил. Она склонилась над своей таинственной находкой и возбужденно зашептала:

– Слышь, Веста, я честно-пречестно извиняюсь! Сама не знаю, как все вышло. Ни разу ни в кого не плевала, ты первая, вот чтоб мне каникул не видать – первая!

Тут до Тайки дошло, что последних слов лучше было не произносить. Ведь получается, она только с Вестой по-хамски обошлась, а с другими вполне вежлива. Хотя…

«Веста не человек, – утешила себя Тайка. – Вряд ли она абсолютно все понимает. Хорошо, если общий смысл улавливает. Главное, я это… искренне сожалею, вот!»

Тайка оглядела зал, внимания на ее столик никто не обращал. Даже официантка спокойно смотрела телевизор.

Тайка щедро наполнила ложечку растаявшей шоколадной массой и щедро плюхнула ее на зеркальце. И невольно хихикнула, вдруг подумав, что мороженое вряд ли лучше недавнего плевка. Правда, плевок гораздо оскорбительнее!

Тайка внимательно осмотрела заляпанное коричневой кашицей зеркало и предложить «добавки» не рискнула. Это оттереть бы салфетками!

Она с аппетитом доела мороженое. Сбегала, рассчиталась с официанткой – не хотела, чтоб та увидела, на что Тайка переводит салфетки.

Села на место и лукаво спросила:

– Вкусно?

Веста привычно промолчала. Тайка усмехнулась и подумала, что у молчаливой подруги есть свои плюсы. Вот Лелька бы ей сейчас такого наговорила… Они после этого точно на всю жизнь бы поссорились! И уже никогда б не помирились. С чего Лелька такая языкастая?!

К счастью, салфеток в вазочке Тайке хватило. Но впритык: шоколадное мороженое оказалось на удивление липким и жирным. Чтобы скрыть следы преступления – высокая худощавая официантка и без того поглядывала на ее столик с подозрением – Тайке пришлось прятать использованные салфетки в карман шорт.

Вот будет цирк, если мама заметит! Тайка буквально на днях поклялась стать женственней. Мол, она, Тайка, конечно, все понимает – она выросла и пора выглядеть приличной девочкой. Вовремя умываться, причесываться хоть изредка, и главное – следить за собственной одеждой. Тайка смешливо фыркнула: новый мамин лозунг – «В десять лет нельзя быть поросенком!»

Наконец Тайке показалось, что зеркальце стало относительно чистым, его уже можно спокойно брать в руки. Она и взяла. И озабоченно нахмурилась: зеркало снова ничего не показывало. Как раньше. Просто блестящая серебристая пластина, все еще немного липкая. И пустота!

Тайка в сердцах щелкнула зеркальце по собственноручно отполированной поверхности. Раздраженно швырнула на стол и виновато охнула: зеркало постояло на ребре, потом легло другой стороной, и Тайка отчетливо увидела собственное отражение.

Она просто смотрела не туда!

Волшебное зеркало имело две плоскости и с каждой выглядело абсолютно одинаково. Попробуй разбери, где лицевая сторона, то есть, само зеркало.

Долго виноватой Тайка себя не чувствовала. Потому что буквально через секунду-другую ее отражение задрожало и размылось. Зеркальце посветлело, и Тайка опять узнала себя.

Мерзкая Веста! Тайка же не хотела ее обидеть!

Тайка горестно засопела: и на этот раз ее жизнь ТАМ медом не казалась. Сейчас Тайка почему-то не поладила с мамой. Мама с сердитым, расстроенным лицом выводила ее из собственной спальни. За ухо! Затаив дыхание, Тайка до конца просмотрела показанную мстительным зеркалом сцену.

Странно видеть себя со стороны! Вот мама привела ее в зал, и перед Тайкиными глазами мелькнули: сочувственно посматривающий на нее папа, невозмутимый Илья за компьютером, ехидная Риткина физиономия – вот кто искренне радовался Тайкиному унижению! – и разгневанное мамино лицо. Жаль, Тайка не слышала, что именно мама ей говорила.

Встревоженная, она сунула бессовестное зеркало в карман и раздраженно подумала, что зря истратила на Весту такое прекрасное мороженое. И другое: она не позволит делать из себя дурочку! Назло Весте будет вести себя идеально и не даст маме ни одного повода к ней придраться. Ни одного! Даже крошечного.

* * *

Тайка решила быть паинькой. По дороге домой она так старалась быть хорошей, что пропустила мимо ушей Мишкину шпильку. Вдруг мама рассердится именно из-за подобного пустяка? Может, «приличная» девочка – по мамину мнению! – не должна «собачиться» с всякими дворовыми хулиганами?

Что Мишка Гусев хулиган, Тайка ничуть не сомневалась. Она тысячи раз слышала, как баба Маша с первого этажа кричала на весь двор, что по Мишке колония плачет.

И что умрет Мишка непременно под забором. Правда, баба Маша, она скажет!

Совсем спустить Мишке его выходку Тайка все же не могла. Так сунула ему локтем под ребра – ну, оступилась нечаянно! – когда проходила мимо, что Гусев крякнул от боли и потом долго ловил ртом воздух. А Тайка очень вежливо извинилась. Мама точно осталась бы довольна!

Дома грозой и не пахло. Мама спокойно смотрела телевизор. Папа дремал на диване. Илька по-прежнему сидел за компьютером. Дверь в Ритину комнату была плотно закрыта, чему Тайка только порадовалась. Тишина и сплошное благолепие!

Тайка пошлепала по карману шорт – там лежало вредное зеркальце – и злорадно прошипела:

– Ну что, съело?

Зеркало как обычно смолчало, а Тайка надумала закрепить успех. Чтобы мама не только не сердилась на нее, а даже похвалила.

Тайка усиленно морщила лоб: стать мгновенно «приличной» девочкой сложновато, ничего умного в голову не приходило. Вот Ритке бы отомстить – это пожалуйста. Столько идей, одна лучше другой…

Ни за что! Вернее, успеется. Не спускать же Ритке сегодняшнюю выходку просто так!

Тайка бродила по квартире и тосковала – что же сделать, чтоб мама заметила ее усилия и похвалила? Может, самой причесаться и даже заплести косички? То-то мама удивится…

Тайка подошла к зеркалу и подержала щетку в руках, примеряясь к спутанным кудряшкам. Но противная щетка забуксовала в первой же пряди, и Тайка коротко пискнула от боли – не рвать же собственные волосы?!

Тайка спешно пригладила челку и утешила себя: чего зря мучиться, мама и не заметит ее стараний. Вот если б у нее были такие прямые шелковистые волосы как у Риты – другое дело.

Глупую мысль – немедленно сделать уборку в своей комнате – Тайка отмела по той же причине – вряд ли мама оценит ее усилия. И потом – у Тайки каждая вещь на своем месте. Правда, маме это почему-то не нравится. И Тайфун вечно ворчит, когда очищает для себя местечко на паласе, вечно ему лечь хочется среди Тайкиных футболок или дисков.

Но ей-то удобно! Главное – ничего не нужно искать. Все и так на виду.

Тайка распахнула шкаф и провела пальцем по ряду нарядных платьев: бедная мамочка все мечтала увидеть в них младшую дочь. Мол, женственно! Не хочет понять, что джинсы или шорты куда удобнее.

Тайка неохотно вытянула плечики с самым красивым – так мама считала – нежно-голубым платьем. С кружевами и ручной вышивкой по подолу и воротнику. Переоделась и брезгливо поморщилась, глядя в зеркало – ну и уродина!

Веснушки вдруг размножились, вон, и на лбу есть, и на подбородке, и на щеках, а уж на носу – прямо катастрофа. И волосы стали не рыжими – огненными! Пламя на голове, не волосы.

Тайка угрюмо смотрела на собственное отражение и откровенно страдала: понятно, почему Мишка вечно над ней смеется. Она настоящая страшила.

Тайка криво усмехнулась: и ноги почему-то кажутся сейчас тощими, как палки, а коленки – острыми. А ведь в шортах – ничего подобного – ноги как ноги, их и едва поджившие царапины не портили.

Ну его, это платье! Пусть Ритка будет женственной, она хоть симпатичная.

Дорогое платье полетело в самый дальний угол шкафа. Злющая Тайка ногой утрамбовала его. И успокоилась, лишь водрузив сверху свой старый школьный рюкзак.

Проблема, как понравиться сегодня маме, осталась открытой.

В родительскую спальню Тайка заглянула случайно, просто не могла найти себе места. На нее никто не обращал внимания! Будто и нет ее, Тайки, в доме.

Эта комната всегда нравилась Тайке больше всех. Она чем-то походила на маму – была самой светлой, красивой и… доброй. Перед большим круглым зеркалом стояли всякие разные флакончики, шкатулки с мамиными драгоценностями и самое главное – нецке. Смешные крошечные фигурки, вырезанные из кости. Илька говорил – из бивней мамонтов.

Тайка восторженно вздохнула, коснувшись пальцем пузатого узкоглазого старичка, присевшего отдохнуть на нарты.

Мамонты! Подумать только! Даже не верится.

Еще в спальне стояли две старинные напольные вазы. Китайские. Бело-голубые, в непонятных узорах, странно-таинственные, как сам далекий Китай. Если крикнуть в такую вазу, а потом прижаться к ней ухом, то долго слышно, как она гудит. Прямо как морская раковина.

Решено! Тайка сделает уборку в маминой спальне. Она вытрет пыль с маминых полок, обмахнет пушистой цветной кисточкой каждую костяную фигурку и протрет вазы.

Помнится, мама как-то жаловалась, что в городе ужасно пыльно, и она устает следить за порядком. Тайка ей поможет! Прямо сейчас. Ей не трудно.

* * *

Наверное, она спит. Тайка с ужасом смотрела на разбитую вазу, сердце ее сжималось от горя – как она могла ее опрокинуть?! Тайка почти не слышала гневный мамин голос. И даже не плакала, хотя мамины пальцы пребольно сжимали ее правое ухо.

Тайке казалось, что у нее «дежа вю». Ведь она уже видела это! Мама уже выкручивала ей ухо, и мамино лицо было таким же сердитым и расстроенным.

Вот! И из своей спальни мама ее уже выводила. За ухо. И приводила в зал. И папа смотрел на нее точно так же укоризненно и сочувственно, как сейчас. А бессовестная Ритка ехидно ухмылялась, как в прошлый раз! Илька сидел за компом и даже не смотрел в ее сторону. Может, и не слышал ничего в наушниках.

Тайка рассеянно слушала мамины сетования. Привычно корчила несчастные покаянные рожицы и усиленно размышляла, что же с ней в последнее время происходит. Или это волшебное зеркальце во всем виновато?

* * *

В постели Тайка оказалась очень рано, просто ушла спать от греха подальше, ей совсем не нравилось чувствовать на себе насмешливые Ритины взгляды. Ритка даже не стала жаловаться на нее маме. Пожалела, что ли? Или приберегла на потом?

Тайка горестно запыхтела: мама строго-настрого запретила ей лезть в комнату старшей сестры, когда та принимала гостей. И уж тем более – распускать язык при посторонних. Особенно, если у Риты в гостях мальчики. Ох, мама и рассердится!

Тайка поежилась – с нее и сегодняшнего хватило, она давно не видела маму в таком гневе. Как будто Тайка нарочно разбила вазу! Правда, ей не разрешалось заходить в родительскую спальню без спроса. И трогать мамины безделушки было запрещено. И дорогие вазы.

Но ведь Тайка хотела сделать сюрприз!

Нет, не так. Она хотела обезопасить себя. Чтобы не сбылось дурацкое предсказание.

Потрясенная Тайка широко распахнула глаза – предсказание! Как она сразу не догадалась?! Ведь и в первый раз так получилось, она сначала увидела, как Ритка лупит ее, и лишь потом это случилось.

Тайка взволнованно села в постели – может, зеркальце показывает будущее? Она где-то читала о таком, только не помнит, чем в книге все кончилось.

Наверное, это здорово! Знать все-все, что с тобой будет завтра. Или через год. Нет, лучше через десять лет!

Тайка засмеялась: десять лет – чрезмерная цифра. Она почти старухой станет. Даже школу закончит.

Тайка вскочила с дивана и с трудом нашла брошенные прямо на пол шорты. Вытащила из кармана волшебное зеркало и подошла к окну.

Свет уличных фонарей падал на подоконник, да и круглая луна висела прямо над головой. Тайка удовлетворенно улыбнулась – не нужно включать настольную лампу. А то кто-нибудь заметит из коридора, что она не спит, и снова привяжется с нравоучениями.

Тайка раздраженно фыркнула: ничего нового не скажут, понятно. Каждый раз одно и то же! Мол, ты ж не мальчишка, вот и веди себя соответственно. Будто она просила рожать себя девочкой!

Тайка забралась с ногами на подоконник и уселась поудобнее. Бережно провела пальцем по отполированной пластине и задумчиво прошептала:

– Значит, ты в самом деле волшебное?

Тайка вертела зеркало в руках, и оно слабо мерцало в лунном свете. Ей внезапно показалось, что диковинные цветы на тонкой деревянной рамке источают странный, чуть терпкий аромат, а мордочки зверей выглядят настороженными и угрюмыми. Будто животным не нравится происходящее, и они о чем-то хотят предупредить Тайку. Но не могут.

«Глупости, – насмешливо подумала Тайка. – Просто сейчас ночь, и все кажется таинственным и немного страшным. А на самом деле, это обычная рамка. И если зеркальце предсказывает будущее, то это здорово. Я таких дел наворочу…»

Где-то на кухне засмеялась Рита, и Тайка отчаянно покраснела. Собственные мысли показались детскими и наивными. Ритка бы наверняка заявила, что в десять лет глупо верить в сказки. А волшебное зеркало – именно сказка. «И пусть, – упрямо насупилась Тайка. – Зато так интереснее».

Она мгновенно повеселела. С опаской заглянула в зеркало, но ничего не увидела. В смутном свете луны серебряная пластина выглядела бездонным омутом, темным и опасным.

Тайка повертела зеркальце в руках, но оно по-прежнему не подавало признаков жизни. Тайка хмуро усмехнулась: это ж наверняка не та сторона! Она перевернула зеркало и удовлетворенно улыбнулась: собственное отражение оказалось неожиданно четким и объемным. Будто Тайка не в зеркало смотрела, а видела себя со стороны. Ей даже почудилось, что от той, в зазеркалье, пахнет мамиными духами. Тайка в спальне ими щедро надушилась!

Она успокоено подумала: «А что ему сейчас показывать? Уже ночь почти, я, считай, сплю, что может случиться? Понятно, что ничего…»

Внезапно ее лицо там смяла неприятная рябь. Тайка вздрогнула и насторожилась – она отчетливо видела свою комнату. Будто камера в невидимых руках за секунду-другую обежала детскую по периметру.

Вот распахнутый шкаф, с полки упала Тайкина любимая черная футболка. Вот диван с разобранной постелью, простынь сползла прямо на палас. Вот ее письменный стол, книжки валяются россыпью. Вот окно, а на подоконнике сидит она, Тайка…

Тайка улыбнулась и помахала невидимому оператору рукой, однако двойник в зеркале ее движения не повторил. Та, другая Тайка, смотрела угрюмо, лицо ее было встревоженным.

Вот книжный шкаф, ящик с игрушками, кресло под бра. Вот дверь…

Тайка прикусила нижнюю губу, ей стало не по себе.

Она смотрела, как медленно приоткрывается входная дверь, как ее двойник птицей слетает с подоконника и ныряет в постель, как закрывает глаза и притворяется спящим…

В комнату входит мама. Смешно всплескивает руками и начинает собирать с пола разбросанные вещи. Часть аккуратно складывает на полки, часть – на стул, кое-что бросает поближе к порогу.

«Стирать будет, – понимающе отметила Тайка. – Хорошо, что я зеркало забрала…»

Тут мама лезет в карманы ее шорт и хмурится.

Тайка настороженно вытянула шею: что там?

Мама вытаскивает грязный носовой платок, а потом…

«Вот черт! Ну почему я о них не вспомнила?!»

Целую груду мятых, мокрых салфеток, перепачканных шоколадных мороженым!

Мама брезгливо морщится и выбрасывает влажный липкий ком в коридор, прямо на пол. Подходит к шкафу и – Тайка в зазеркалье привстает с постели – извлекает снизу – из-под рюкзака! – недавно купленное голубое платье. Парадное! С ручной вышивкой и в кружевах! Мамины брови сдвигаются, она резко оборачивается, и Тайка испуганно ахнула: рыжая дурочка, там, в зазеркалье, не успевает спрятаться под одеяло!

Смотреть, что будет дальше, Тайка не захотела. Крепко сжала противное зеркало в руке и обернулась на дверь – та медленно открывалась.

Тайка рыбкой нырнула в постель. Крепко зажмурилась и поклялась себе: «Ни за что не открою глаза! А раз я сплю, мама меня будить не станет, я точно знаю…»

Она лежала, свернувшись плотным клубочком, и с бьющимся сердцем пыталась понять, что же делает мама. Время тянулось ужасно медленно, мама ступала совершенно бесшумно, Тайка ничего не слышала, как ни напрягала слух.

Ей казалось – она лежит вечность! И мама давным-давно ушла, а она напрасно мучается, сдерживает дыхание и умирает от страха.

Девочка судорожно вздохнула: лучше выговор, чем неизвестность. И потом – может зеркальце хоть раз ошибиться?

Волшебное зеркало не ошиблось.

Действительно – кошмарный день!

Глава 4

РЫЖАЯ ВОРОНА

Тайка два дня не заглядывала в свое волшебное зеркальце. Позавчера, когда из ее спальни ушла рассерженная мама, Тайка в сердцах высказала Весте все, что она о ней думала. Выразительно прошлась насчет коварства и подлой мстительности некоторых подозрительных личностей, невесть откуда появившихся в честном доме.

Так бессовестно подставить ее, Тайку! Трижды за один день! Это какой же гадиной нужно быть?!

Может, Тайка немного погорячилась. Зато все честно. Жаль, зеркало молчало. Жаль, ему нельзя дать хорошенького леща. Для профилактики.

После безобразной ссоры заглядывать в зеркало стал бы только сумасшедший. Тайка себя дурочкой не считала, за лишними неприятностями не гналась, поэтому не вынимала мстительное зеркало из кармана джинсовых шорт. А если и вытаскивала, чтобы переложить в другой карман или просто подержать в руках, то глаза закрывала. На всякий случай. Чтобы волшебное зеркало снова что-нибудь не накаркало.

Смешно, но сегодня Тайка уже сомневалась, что вся невероятная история ей не привиделась. Может, даже просто приснилась?

На улице опять шел дождь, и Тайка неприкаянно бродила по квартире, не зная, чем заняться.

Она заглянула в свою комнату и насмешливо фыркнула: Тайфун развалился посреди комнаты и откровенно похрапывал. Даже на Тайкино появление не отреагировал. Лишь приподнял правое ухо, а потом отгородился от Тайки – прикрыл морду широченной лапой.

Гора черной кудрявой шерсти на темно-зеленом паласе!

– Секьюрити, блин, – язвительно прошипела Тайка.

Она надеялась, что Тайфун после ее замечания соизволит проснуться, но пес лишь захрапел громче. Явно демонстративно. Ох, и вредный!

Тайка вытащила зеркальце и сунула его прямо Тайфуну под нос. Она надеялась на его интуицию. Или инстинкт.

Девочка разочарованно вздохнула: огромный пес безмолвствовал. Будто в руках у Тайки находилось не волшебное зеркало, а обычный кусок серебра в деревянной рамке. А вдруг так оно и есть?!

Тайка заволновалась: это срочно требовалось проверить. Но не на себе. Хватит с нее несчастий.

Тайка в тяжких раздумьях прошлась по квартире, но мама с папой были на работе, а Илья с утра пораньше убежал к какому-то приятелю. Оставалась Рита.

Тайка озабоченно сдвинула брови – не лучший вариант. Но попробовать можно. За неимением другого.

Тайка задумалась: «О зеркале нет смысла говорить, Ритка все равно не поверит. Еще и высмеет. А вот если сказать, что у меня… э-э-э… проснулись ТАКИЕ способности… Вдруг клюнет? – Тайка взволнованно засопела. – Помню, Ритка как-то рассказывала маме, что в парке к ней цыганка пристала и нагадала… это… страстную любовь на всю жизнь! Мама хохотала, а Ритка ужас как обиделась. – Тайка презрительно фыркнула. – Она цыганке все свои карманные деньги отдала и серебряное колечко с бирюзой. Ясно, о любви мечтает, дуреха!»

Тайка не сомневалась – гадалка должна выглядеть не так, как обычные люди. В ней должна чувствоваться тайна. Что-то такое…

Поэтому Тайка пошла в свою комнату – нужно было срочно сменить имидж.

* * *

Рита лежала, закинув руки за голову, и мечтательно смотрела в окно. Звонкая дробь – ветер упорно швырял дождевые капли в стекла – ее не раздражала. Наоборот, приятно ощущать себя в теплом уютном помещении и наблюдать, как сминаются под ливнем зеленые тополиные листья, а нахохлившиеся воробьи прячутся под крышей соседнего дома.

Рита перевела взгляд на новенький топик, заранее приготовленный вечером, и удовлетворенно вздохнула: даже мама вчера признала – он Рите необыкновенно идет. Как и узкие черные бриджи из натурального шелка.

От полноты чувств Рита судорожно вздохнула – Игорь пригласил ее на день рождения! Сегодня к шести часам. И у нее в этом топике удивительно синие глаза. Почти фиолетовые. Так мама сказала. А волосы выглядят как темное золото. И кожа почти светится, жаль, веснушки на носу становятся заметнее. Но Игорю они нравятся. Если не врет.

Рита вспомнила младшую сестру и невольно улыбнулась: бедная Тайка! Вот уж у кого не мордашка, а одна сплошная веснушка. Рита пожала плечами: и в кого она такая? Мама не рыжая. Папа тоже. Правда, вот бабушка, по маминым словам, в детстве… Может, и у Тайки веснушки со временем сойдут? Хоть частично?

В дверь осторожно поскреблись, и Рита настороженно повернула голову – легка на помине!

Вначале она решила притвориться спящей, Рите не хотелось сейчас никого видеть. Хотелось лежать и думать об Игоре. И о предстоящем вечере, где она несомненно будет самой красивой. Ведь Светку Татарникову Игорь наверняка не пригласил.

Рита раздраженно фыркнула: ох, Светка и воображала! Считает себя принцессой на горошине, не меньше, и на всех девчонок смотрит со снисходительным презрением. Носит в школу серьги и кулон с настоящими алмазами. И одевается исключительно в фирменное. А Игорь все равно ее бросил! И ест теперь исключительно из ее, Ритиных, рук.

Рита поморщилась: Тайка по-прежнему негромко стучала в дверь. Упрямая! А бесцеремонно вломиться после вчерашнего все же побаивается. И правильно.

Рита подождала еще немного, но Тайка не унималась. Видимо, ей что-то действительно нужно. Рита неохотно встала и крикнула:

– Ну, чего тебе?

Дверь распахнулась, Рита изумленно открыла рот. А потом упала на диван и захохотала – ну и вид! Младшая сестрица явно придумала какую-то новую игру. Вот и разоделась в пух и прах. Интересно, что она на этот раз пытается изобразить?

Рита сквозь выступившие слезы уставилась на Тайку и застонала от смеха – ну, цирк! Она с трудом узнавала сестру. Пестрая летняя мамина юбка – из марлевки! – почти доходила до тощих исцарапанных щиколоток. В поясе глупая девчонка перетянула юбку веревочкой. Малиновая шелковая блузка – тоже мамина! – едва держалась на Тайкиных узких плечах. То одно, то другое плечико выскальзывало из широкого ворота, и Тайка терпеливо поправляла блузку. Рыжие кудрявые волосы стояли над головой причудливым гребнем, Тайка зачем-то расплела косички и даже кое-как причесалась.

На тонкой шее болтался целый ряд бабушкиных бус и несколько маминых золотых и серебряных цепочек. На худеньких запястьях звенели браслеты. Чтобы не потерять их, Тайка рук не опускала.

Самое забавное – младшая сестра накрасилась. Но как?! Рита вытерла слезы и присмотрелась к Тайке повнимательнее – ох, вот это макияж! Прямо – умереть не встать! Специально так ни за что не накрасишься!

Рита насмешливо хмыкнула – Тайка перевела, наверное, всю мамину тушь. Рыжие пушистые ресницы стали черными и тяжелыми. Светло-карие глаза жирно обведены карандашом. Губы буквально лоснятся от ярко-красной вечерней помады, древней и никому не нужной, мама все собиралась ее выбросить, да руки не доходили. Тайкин рот выглядел раза в два крупнее прежнего! И скулы алели от неумело нанесенных румян.

К тому же, Тайка топталась у порога босиком. Добровольно сняла любимые кроссовки, надо же! Это в честь чего, интересно?

Тайка оскорбленно насупилась, ожидая, когда старшая сестра отсмеется. В другое время она ни за что не простила бы Ритке дурацкого хохота, но сейчас приходилось терпеть. Рита валялась на диване и дрыгала в воздухе ногами – как маленькая! И хихикала, будто ее щекотали.

Наконец она в очередной раз размазала по лицу слезы и простонала:

– На кого ты похожа, чучело несчастное?

– Сама ты чучело, – неуверенно огрызнулась Тайка. – А я цыганка-гадалка!

– Кто ты?!

От неожиданного Тайкиного заявления Рита даже смеяться перестала. Снова села и вопросительно уставилась на младшую сестру.

– Оглохла, да?

Ритины глаза сузились, брови поползли навстречу друг другу, и Тайка испугалась – не хватало, чтоб Ритка вытолкала ее взашей из своей комнаты! Она столько времени потратила на свой новый имидж, так старалась…

Тайка стиснула кулаки и торопливо воскликнула:

– Я же сказала – гадалка я! – И гордо добавила: – Как настоящая цыганка.

Рита покрутила головой: ну и фантазия у сестрицы. Тайка воспользовалась затишьем. Уселась прямо на палас, аккуратно расправив вокруг себя пеструю юбку. Подняла руки и позвенела браслетами. Довольно улыбнулась и скромно заявила:

– Талант у меня такой прорезался. Новый и свежий.

Рита закашляла. Тайка неопределенно пояснила:

– Будущее умею предсказывать. Как черный ворон. Зеркальце у меня особое есть – ну, так положено – я как в него посмотрю, так все-все вижу. И про себя, и про других.

– А почему – как ворон? – стараясь не расхохотаться, сдавленно пробормотала Рита.

Тайка пожала плечами и едва успела поймать ускользнувшую вниз капризную блузку. Стянула слишком широкий ворот и важно сказала:

– Говорят же – «накаркал». Это когда что-нибудь сбывается. То есть кто-нибудь скажет, а оно потом исполнится. А раз каркает ворон… Значит и я буду – как он.

– Каркать? – простонала Рита.

Тайка иронии не уловила и серьезно кивнула.

– А при чем тут зеркало?

– Но я же не просто так стану каркать, – удивилась непонятливости старшей сестры Тайка, – а через зеркало.

– Это как?

– Ну, я посмотрю в него и увижу все-все-все. И скажу тебе или Ильке, например. Чтоб вы знали. И это… остереглись!

– Значит, ты будешь… каркать, а мы – остерегаться?

– Точно.

– А-а-а…

Тайка удовлетворенно улыбнулась. Встала и отряхнула юбку. Потом деловито поинтересовалась:

– Ну что, приступим?

Рита фыркнула и посмотрела на часы: время сегодня не бежало или шло, а едва ползло. Она не доживет до вечера!

– Ладно уж, – добродушно проворчала она. – Каркай. Только не слишком увлекайся.

– Чес-слово, скажу только то, что увижу в зеркало! – радостно выпалила Тайка. – Или ты сама увидишь, мое зеркальце – оно такое. Все-все покажет!

Тайка сунула руку в карман и протянула сестре маленькое, в пол-ладони, круглое зеркало. Рита с интересом осмотрела необычную деревянную рамку, провела пальцем по блестящей серебристой поверхности, но своего отражения не увидела.

– Ты уверена, что это зеркало? – удивленно пробормотала она, рассматривая искусную резьбу.

– Ага. Старинное, так мама сказала, – кивнула Тайка. – Раньше не умели делать дру-гих. Не умели наносить на стекло эту… амальгаму? И стекло, кажется, не умели варить.

– Но твое зеркало ни черта не показывает, – хмыкнула Рита.

– Не может быть! – неискренне запротестовала Тайка, а сама горестно подумала: «Так и есть, приснилось все. Может, я вчера и с Риткой не ссорилась?»

На всякий случай она решила сама проверить. Вдруг зеркало признает только ее, Тайку? Ну, как хозяйку. Если оно настоящее колдовское, то запросто.

Тайка подошла к сестре и заглянула через плечо: светлая полированная пластина действительно ничего не отражала. Рита язвительно рассмеялась. Тайка торопливо перевернула зеркальце другой стороной и торжествующе вскрикнула: она отчетливо видела Ритино лицо!

Зато Рита, кажется, ничего не видела. Потому что обернулась и раздраженно спросила:

– Ну, наигралась, цыганка-гадалка?

Тайка вздрогнула. Она совсем забыла о созданном имидже. Его следовало срочно поддержать, чтобы Рита не смеялась. Тайка ткнула пальцем в зеркало и гортанно крикнула, подражая старой цыганке, виденной давным-давно в электричке:

– Спокойно, кр-расавица! Я-то все-все вижу, всю-всю правду скажу, только позолоти мою ручку, будь ласка!

Теперь вздрогнула Рита. С насмешкой покосилась на младшую сестру и пообещала:

– Правду скажешь, тогда и поговорим.

Тайка приложила палец к губам и жарко зашептала, не выходя из роли:

– Ты в зеркало мое волшебное гляди, красавица! Я тоже на твое отражение смотреть буду и говорить буду. Что вижу, все выложу, а ты слушай и верь мне…

– Обязательно, – фыркнула Рита. – Тем более, я слепа, как крот. Это я про твое зеркало!

Но Тайка лишь нетерпеливо развернула Риту к зеркалу и увлеченно засопела: лицо старшей сестры смяла знакомая рябь. Потом поверхность зеркала успокоилась, посветлела, и Тайка увидела чью-то чужую комнату.

– О-о, это ж квартира твоего Игорешки! – восторженно прошептала она. – Помнишь, ты меня как-то с собой брала, там на стене в коридоре маски страшные висят, он сказал – африканские, настоящие…

– И что? – настороженно спросила Рита.

– Я их вижу!

– Ох, ты и врушка!

– Я ж сказала, – сердито зашипела Тайка, жадно уставившись в зеркало, – у меня талант вдруг прорезался!

– Ну, ври, ври дальше. Любопытно, на что тебя хватит!

Тайка на последнюю реплику сестры внимания не обратила. Она почти лежала на Ритином плече, с любопытством следуя за камерой невидимого оператора. И жалела, что не слышит звуков. Почему-то ей казалось, что в комнате полно людей.

Тайка радостно засмеялась – она угадала! Вот камера скользнула по лицу Игоря, и Тайка стала увлеченно комментировать:

– Фу-ты, ну-ты, ножки гнуты! На твоем Игорешке та-акой костюмчик – закачаешься! Как на взрослом. – Она хихикнула. – Он при галстуке, с ума сойти! С чего это такой шик-блеск?

Рита улыбнулась: ну, Тайка и артистка! Не захочешь, а поверишь – она в самом деле что-то видит. Как играет!

Тайка восторженно воскликнула:

– И наш Илька там! У музыкального центра возится. – Она разочарованно прошептала: – Только он в своих старых джинсах и футболке, вот дурак…

Рита с невольным любопытством уставилась в «волшебное» зеркало, но ничего кроме блестящей поверхности не увидела.

– И девчонка какая-то рядом. О-о – та, толстая, с которой Илька дружит! Она к нему подошла, диски смотрит, Илька ей что-то говорит… Еще мальчишки из вашего класса! Я Генку знаю, а у других имен не помню…

– Во что Генка одет? – почти сердито спросила Рита.

Ей хотелось поймать сестру на вранье и прекратить этот балаган. Рита в жизни себя так по-дурацки не чувствовала! Знала, что Тайке и на минуту верить нельзя, но почему-то…

– В спортивном костюме, темно-синем, – с готовностью сообщила Тайка. – Новеньком, будто только из магазина. А волосы на голове… зеленые, вот цирк!

Рита помотала головой, прогоняя оторопь, и сердито буркнула:

– Ну, кто еще там?

– Девчонки какие-то, – равнодушно отозвалась Тайка, всматриваясь в зеркало. – Почти все из вашего класса. Я в лица их знаю. Ого-го, и Светка Татарникова! – Тайка восхищенно выдохнула: – Прямо принцесса! Платье длинное-длинное, по бокам разрезы. Спина голая-голая. Волосы белые, чудо – не волосы. А на шее… это… забыла, как называется… с камешками. К Игорешке вон подошла и что-то говорит, жаль, не слышно ничего…

– Ты ври-ври, да не завирайся, – сурово одернула младшую сестру Рита. – Светки там никак не может быть, поняла?

– Но она есть, – уверенно заявила Тайка. – Еще как есть! А вот тебя я…

Тайка вдруг замолчала. Рита нетерпеливо дернула ее за руку. Тайка отмахнулась и прошептала с восторженным ужасом:

– Вот это финт!

– Ну, что там?!

– Светка… э-э-э… встала на цыпочки, – очень осторожно комментировала Тайка. – И поцеловала Игорешку прямо…

– Не тяни!!!

– Ну, в губы, – смущенно хихикнула Тайка.

– И что?!

– А тут… – Тайка замялась.

– Говори!

– Тут ты влетела, – неуверенно буркнула Тайка.

– И?!

– Хорошенькая, сил нет! – радостно зачастила Тайка. – В синем-пресинем топике, глаза тоже синие-синие, брючки в обтяжечку, ножки длинные, волосы распущены, в общем – высший класс.

Тайка замолчала, поедая глазами невидимую Рите сцену в зеркале. Рита дернула ее за кудряшку и прорычала:

– Дальше!

– А чего там дальше, – залепетала Тайка, выхватывая из рук сестры свое зеркало и пряча в карман. – Дальше ничего интересного…

– Лучше говори, – Рита нехорошо улыбнулась.

Тайку спокойствие сестры напугало гораздо больше ее гнева. Она поспешно отступила к двери и уже оттуда неохотно сообщила:

– Поссорилась ты с Игорешкой, вот что. Орала на него… – Тайка укоризненно покачала головой. И сочувственно добавила: – А Светка смеялась.

Рита вскочила и крикнула:

– Врешь!

– Не я, зеркало, – шепнула Тайка.

– За вчерашнее мстишь!

– И правда, хотела, – кивнула Тайка. – Попозже. Не сегодня.

Вид у нее был виноватый-превиноватый, и Рита с ужасом поняла – она верит Тайке. Верит, что она в самом деле видела в своем кошмарном мутном зеркальце – Игорь пригласил на день рождения Светку Татарникову. И они…

Негодяй! В губы!!! Рита стиснула зубы и, забыв о младшей сестре, уставилась в окно. Если Тайка права… Он не забудет сегодняшний день до конца своей никчемной жизни!

* * *

Тайка спрятала волшебное зеркало в самый надежный тайник – в свой ящик с игрушками. Ни Илья, ни Рита не заглядывали в него, даже когда пытались вытряхнуть из Тайки какую-нибудь утащенную – ценную! – вещицу.

Они выросли. Поэтому рылись в Тайкином письменном столе или в шкафу, или в рюкзаке. А на ящик с кубиками и старыми резиновыми игрушками не обращали внимания. Они его просто не замечали!

Тайка вела себя настолько образцово, что мама встревожилась и на всякий случай померила ей температуру. Тайка пожалела, что не больна. Так бы Рита на нее поменьше злилась.

Она судорожно вздохнула: старшая сестра пошла к Игорю на день рождения не к шести, как собиралась, а почти в восемь. Илья с Игорем несколько раз звонили ей, но Ритка и к телефону не подходила.

Заставляла Тайку говорить в трубку всякую чепуху. Мол, Рита ванну принимает, потом красится, потом одевается, потом в магазин побежала, якобы мама ее за молоком отправила и сметаной…

Мама еле-еле ее выпроводила!

Тайка укоризненно покосилась на свой ящик с игрушками: «Теперь понятно, почему Ритка в гости позже всех пришла. Из-за меня. Пришла бы вовремя, Светка при ней никогда не полезла бы к Игорешке с поцелуями. Понятно, почему они поссорятся. Из-за моего дурацкого зеркала!»

Мама напрасно волновалась, Илья с Ритой вернулись домой совсем не поздно. Папе даже не пришлось выводить машину из гаража. Потому что они пришли, едва часы пробили девять.

Тайка настороженно выглядывала из своей комнаты, не решаясь выйти в коридор. И приставать к сестре с расспросами она не рискнула. И так понятно, что проклятое зеркальце не ошиблось. Все верно накаркало. Иначе бы Рита вернулась домой позже Ильи.

Расстроенная Рита и с мамой говорить не стала. Сразу скрылась в своей комнате, Тайка лишь поежилась, когда грохнула дверь.

Илья на мамин вопросительный взгляд пожал плечами и буркнул:

– Помирятся!

Мама грустно улыбнулась. Она-то прекрасно помнила, как много надежд Рита связывала с сегодняшним вечером. Как радовалась новому топику, десять раз примеряла его и явно надеялась, что Игорь после ухода гостей объяснится ей в любви. Бедная девочка!

Тайка грустно бродила по квартире. Она раздумывала, что делать с волшебным зеркалом. Тайка как-то совершенно не так представляла его возможности. Она ожидала захватывающих приключений, таинственных, необъяснимых событий, волшебства наконец… А что получила?

Тайка угрюмо усмехнулась: противное зеркало даже не предупреждало о несчастьях, оно просто каркало. Или Тайка сама виновата?

Тайка задумалась. Она попыталась представить себя цыганкой. Вот допустим, к ней пришла Ритка и что?

Тайка скептически улыбнулась – если каждый раз говорить э-э-э… клиенту всякую гадость, к чему ему, клиенту, за это платить? Он что, дурак?

Тайка намотала на палец рыжий локон и озадаченно пробормотала:

– Может, нужно не так?

Тайка зажмурилась и снова представила себя цыганкой. Даже почувствовала на шее тяжесть бабушкиных бус. Она протянула к невидимому «клиенту» руку и провыла:

– Не ходи, красавица, сегодня к своему парню! Послушай меня, святую правду скажу – останься дома, не то с мальчишкой своим поссоришься!

Тайка грустно вздохнула: «Пожалуй, если бы так настоящая гадалка сказала – другое дело. Во-первых, Ритка могла к Игорешке вообще не ходить. Тогда б она ничего не увидела и не поругалась бы с ним. А если и побежала бы… Сама была б виновата! Ей же сказали – не ходи. – Тайка хмыкнула. – В следующий раз она б точно гадалку послушалась. Потому что верила б – она правду говорит. – Тайка пожала плечами. – Но мне-то какая от этого польза?»

Кто-то за ее спиной рассмеялся, Тайка подпрыгнула от неожиданности. Илья весело воскликнул:

– Ты чего тут шаманишь?

– Я… что?

– Ну, колдуешь.

– Я не колдую!

– А что тогда себе под нос бормочешь?

– Я… играю.

– Во что, если не секрет?

Тайка с неожиданной надеждой посмотрела в добродушное лицо старшего брата. Она всегда любила Илью. Наверное, даже больше чем Ритку. Илья… он хороший! Он почти никогда не вредничает.

Тайка шагнула в комнату брата и привычно забралась с ногами в старое кресло. Она всегда тут сидела, когда болтала с Ильей. Он никогда не отказывался отвечать на ее вопросы. И не смеялся, даже если Тайка говорила очевидные глупости.

Илья пристроился на подоконнике и с любопытством посмотрел на сестру. Тайка с глубоким вздохом спросила:

– Ты б хотел знать будущее?

– Чье?

Тайка моргнула. Илья с усмешкой расшифровал:

– Будущее человечества, страны, нашего города, мое, твое или Риткино?

Тайка открыла рот. Потом ошеломленно прошептала:

– Свое!

– Свое – не очень.

– Почему?

– Неинтересно, – пожал плечами Илья.

– Почему?!

Илья ухмыльнулся и пояснил:

– Хорошее придет само и обрадует в свое время, к чему знать заранее? А о плохом знать, дважды умирать, считай. Тоже – к чему?

Тайка сдвинула брови, размышляя. Илья с улыбкой наблюдал за младшей сестрой: ох, и смешная! Рыжая, кудрявая, вся в веснушках, худенькая и подвижная. На львенка похожа или на солнечный луч. Никогда не сидит на месте!

– Я слышал – человеку нельзя нагадывать плохое, – серьезно сказал Илья.

Тайка пошлепала пушистыми рыжими ресницами, взгляд стал вопросительным. Илья задумчиво произнес:

– Говорят, человек внушаем. То есть, его можно на плохое чуть ли не запрограммировать. – Илья, немного подумав, добавил: – Вот скажи ему, что он завтра споткнется и шлепнется посреди улицы, он будет так осторожничать, так смотреть куда ступает, что наверняка устанет и точно упадет. А если сказать, что с другом поссорится, то бедняга ночь спать не станет, голову ломая в поисках причины. И найдет ведь! И тогда наверняка поссорится.

Тайкины глаза настороженно блеснули: вдруг Рита все рассказала брату? Но Илья смотрел по-прежнему добродушно, и Тайка успокоилась. Подергала себя за рыжий локон и неуверенно пробормотала:

– А вот если б ты нашел…

– Что?

– Волшебное зеркало!

– Это как?

– Ну… заглянул туда и сразу видишь – вот со мной разговариваешь. Или мама тебя за что-то ругает. А потом…

– Что?

– Потом и правда, – с тяжелым вздохом признала Тайка, – мама тебя ругать будет.

– Ну и зачем мне дважды расстраиваться? – засмеялся Илья. – Заранее ломать себе голову – за что? Придет время, я и так все узнаю. Зато – единожды!

Тайка помрачнела и убито пролепетала:

– Так ты его что, выбросишь?

Илья пожал плечами.

– Ну, может, выбросить и пожалею. Суну куда-нибудь – пусть лежит. Все-таки волшебное. Но заглядывать в него точно не стану, не терплю зависимости!

Тайка жалко улыбнулась. Илья весело пояснил:

– Ведь загляни я в зеркало, потом ни в жизнь не забуду, что оно показало! Думать стану об этом, будто других забот мало. Вот тебе и зависимость. Почти рабская. Оно мне надо?

– А-а-а…

– Ага!

Илья захохотал и вышел вон. Он хотел часок-другой полазить в Интернете, пока мама спать не погнала. Она все время забывала, что ему скоро пятнадцать! Он – не маленькая Тайка. И даже не Рита.

Тайка выбралась из кресла минут через пятнадцать после ухода брата. Заглянула в зал и вяло улыбнулась: Илья сидел за компьютером. Мама читала. Папа смотрел футбол. А бедной Риты здесь нет. Сидит в своей комнате и…

Тайка неуверенно оглянулась на коридор: может, плачет? Все-таки поругалась с Игорешкой, да еще противная Светка Татарникова снова влезла между ними. Из-за нее, Тайки!

Она вернулась к Ритиной комнате и долго стояла у закрытой двери, подслушивая. Ни звука! Точно плачет. Тайка осторожно потянула за ручку, в глубине души надеясь, что Рита закрылась на ключ. И разочарованно хмыкнула: открыто.

Тайка бесшумно скользнула в комнату, ее лицо вытянулось – Рита вовсе не плакала. Она бегала по комнате кругами, словно пантера в клетке, и глаза у нее блестели, как у хищного зверя.

Рита заметила сестру минуты через две. Резко затормозила возле нее и язвительно протянула:

– Гадалка, значит?

– Н-но я…

– Накаркать сильно старалась?

– К-как черный…

– Ворон, да?

Тайка зачем-то закивала, ей было до слез жаль старшую сестру. Уж лучше б она ревела!

Неожиданно Рита расхохоталась. Мягко вытолкала младшую сестру в коридор. И, закрывая дверь, крикнула ей в лицо:

– Ты не черный ворон, Тайка! Ты – ворона! Только рыжая!

Глава 5

ТРИ ПРЕДСКАЗАНИЯ

С волшебным зеркалом расставаться не хотелось. Ильке легко говорить – убрать с глаз долой. Зеркало-то не его! Или все-таки его? Просто Илья не знает, что оно колдовское. Он ведь почти взрослый. А они ни во что такое не верят. Хоть носом ткни! Всегда скажут – Тайкины фантазии. И добавят – пора, мол, взрослеть. Сто раз так было!

Тайка взволнованно засопела: может, еще раз попробовать? Вдруг зеркало не только всякую гадость предсказывает? Или…

Ну ладно, пусть даже гадость! А она, Тайка, сделает, чтоб этого не случилось. Тогда от Весты польза будет. И ее не придется никуда прятать, пусть рядом с Тайкой живет. Ей же в гараже скучно спать, Тайка ничуть не сомневается.

Она вытащила зеркало из ящика с игрушками и внимательно осмотрела: ну ничего особенного! Жаль, Илье не показать. Если он узнает свое зеркальце, то опять отберет и спрячет. До сих пор считает ее маленькой!

Тайка заглянула в зал и решила начать свой эксперимент с папы. Он самый… поддающийся! Никогда ее не ругает, только смеется. Тайка терпеливо дождалась рекламной паузы и позвала:

– Па, иди сюда, что покажу!

Отец обернулся и невольно улыбнулся: Тайка стояла в дверях на одной ноге, как аистенок. Рыжее облако над головой, яркая россыпь веснушек на носу, горящие нетерпением золотистые глазищи в пол-лица… Смешная!

– Может, ты сюда подойдешь? – с усмешкой спросил он.

Тайка отчаянно замотала головой. Покосилась на Илью, сидящего за компьютером, и свистящим шепотом сообщила:

– Секрет!

Отец рассмеялся, но поднялся – рекламная пауза обычно тянулась минут семь, не меньше. Тайка за руку потащила его в свою комнату. Подтолкнула к дивану, подождала, пока сядет, и торжественно сказала:

– Па, я решила стать предсказательницей! Настоящей.

– Как Ванга? – хмыкнул папа.

Тайка открыла рот, она никогда раньше не слышала этого имени. Подумала и заявила:

– Нет, как я сама.

Отец снова рассмеялся. Тайка серьезно сказала:

– Я уже пробовала, у меня здорово выходит. Только…

– Что, не сбывается?

– Наоборот, – уныло призналась Тайка. – Очень даже сбывается.

– Так это ж замечательно, – подбодрил папа.

– Думаешь? – Тайка смотрела недоверчиво.

– Конечно, – отец подмигнул. – Если ты и погоду научишься правильно предсказывать…

– Па, я ж всерьез!

Тайка вытащила из кармана зеркало и протянула отцу. Он послушно покрутил забавную безделушку в руках и фальшиво одобрил:

– Очень милое.

– Оно волшебное, – угрюмо сообщила Тайка.

– Да-а? Никогда б не подумал.

– Точно – волшебное, – Тайка помолчала и вкрадчиво поинтересовалась: – Так ты согласен, чтоб я тебе… погадала?

– Само собой.

– Только ты мне верь, ладно? – Тайка смешно наморщила нос. – И что я скажу, то завтра и сделай.

– А почему «завтра»?

Тайка пожала плечами и смущенно призналась:

– Оно далеко не заглядывает. Маленькое, наверное. Раз уже ночь, то и покажет, что завтра будет. А так бы на сегодня накаркало… Ой, то есть, предсказало бы!

Отец сел удобнее и с видом примерного школьника заявил:

– Я готов. Каркай!

– Па, я ж не ворона! – оскорбилась Тайка.

В ее ушах и без того звенели обидные слова старшей сестры. Почему-то «рыжая ворона» – звучало удивительно неприятно. Вот «черный ворон» – другое дело. Солидно. И какое-то достоинство чувствуется.

Тайка горестно запыхтела: она же девочка. Получается, любой может обозвать вороной. Да еще и рыжей. Тогда лучше уж – гадалкой. Или предсказательницей.

Тайка залезла на диван с ногами и уселась на спинке. Чтоб удобнее было заглядывать через папино плечо. Она поправила в его руках волшебное зеркало – Тайка заранее пометила нужную сторону красным фломастером, покрасив лепестки крошечного цветка, – и строго сказала:

– Смотри в зеркальце и не удивляйся, что ничего не видишь. Я тебе сама расскажу, что там будет, я ж гадалка, не ты.

– Действительно пусто, – удивленно заметил папа, всматриваясь в блестящую серебристую поверхность.

– Волшебное ж, – сухо буркнула Тайка.

Она взволнованно припала к отцовскому плечу: папино отражение задрожало и размылось, будто в пруд со стоячей водой бросили камень.

Тайка прошептала:

– Ты сейчас в гараже. За руль садишься.

– Враки, – весело запротестовал папа. – Я сейчас дома, в твоей комнате, дурью маюсь, в слепое зеркало таращусь, а в гараже меня как раз нет.

– Па, я ж тебе говорю, что сама вижу, понял? – рассердилась Тайка. – Мое зеркальце показывает тебя там! Это, наверное, завтра будет.

– Почему снова завтра?

– Ты в костюме. Как на работу одет. – Тайка немного помолчала и удивленно добавила: – А галстук – красный. Который я тебе на день рождения подарила, а ты не носишь…

– Ношу!

– Неправда, он тебе не нравится! Ты его на работу ни разу не надел!

Отец смущенно засвистел. Тайка обиженно зашептала:

– Я его, знаешь, как долго искала? Лелька сказала – красный цвет сейчас самый модный. А Лелька в тряпках лучше всех девчонок в классе разбирается…

– Классный галстук, – бодро заявил папа. – Завтра же надену! Я просто его берег, твой подарок все-таки, чего, думаю, зря трепать…

Тайка недоверчиво покосилась на него, но не нашла к чему придраться. Лишь капризно протянула:

– Не нужно беречь, я лучше на Новый год другой подарю, я на подарки деньги уже начала откладывать. – И похвасталась: – Я тебе с русалкой куплю! Краси-ивый…

– Какая еще русалка?! – испугался папа.

– С хвостом. И глазки зеленые-зеленые.

– Мне красный очень даже нравится, – страстно выкрикнул папа, – сказал же – завтра надену!

Но Тайка не слушала. Зажала ему рот ладонью и заворожено выдохнула:

– Вот ты кому-то по сотовому звонишь и смеешься. Вот телефон в карман сунул и дверцу захлопнул. Вот из гаража выезжаешь…

Отец послушно внимал: Тайка говорила так, что он ничуть не сомневался – девочка в самом деле «видит» эту сцену. Утро, гараж, машину, папу в костюме и красном галстуке… Ну и воображение!

Внезапно Тайка испуганно вскрикнула. Отец встревоженно обернулся: огромные карие глаза посветлели от волнения и казались почти желтыми. «Как у кошки, – невольно усмехнулся отец. – Только что не светятся…»

Тайка вцепилась отцу в руку и лихорадочно забормотала:

– Ты, па, в двери не вписался. Тебе, па, завтра лучше автобусом на работу ехать или трамваем. Ты, па, машину помял, ругаешься, страх просто. Хорошо, я слов не слышу, а то б ты рассердился, я знаю…

Отец расхохотался. Тайка жарко вспыхнула и отобрала у него зеркальце. Сунула в карман и возмущенно воскликнула:

– Я правду сказала! Я все-все видела!

И как ты потом снова кому-то звонил, тоже видела!

– Верю-верю, – успокоил ее отец.

Тайка глубоко вздохнула и с надеждой спросила:

– Так ты завтра на работу…

– Только автобусом! – весело заверил папа.

Тайка облегченно вздохнула. Чмокнула его в щеку и сползла с дивана. Немного подумала и с сомнением пробормотала:

– Маме еще погадать нужно. На всякий случай. Вдруг тоже что-нибудь не так? А я бы предупредила. Вот как тебя.

– Правильно, – засмеялся папа. – Займись матерью, нечего ей глаза портить, уже три часа подряд лежит с книжкой, сколько можно читать…

* * *

Выманить маму из зала оказалось намного сложнее. Она цеплялась за книгу и рассеянно лепетала:

– Сейчас-сейчас… Главу дочитаю…

Тайка терпеливо подождала минут пять, но мама все «дочитывала». Тогда она решительно выдернула из ее рук детектив и обиженно проскулила:

– А ребенком кто будет вместо тебя заниматься, улица?

Илья прыснул. Обернулся к младшей сестре и показал большой палец. Папа надел наушники, чтобы не мешать своим футболом другим. Пошлепал Тайку по плечу и непонятно сказал:

– Думаю, маме больше об улице нужно беспокоиться, как бы она о тебя зубы не обломала.

А мама улыбнулась. Она наконец действительно заметила дочь. Тайка обрадованно зачастила:

– Ма, у меня новые таланты вскрылись, вот честное слово! Их срочно-срочно проверить надо, чтоб потом развивать. Я читала – их непременно развивать нужно. Даже самые большие, даже гениальные, а то вымру как мамонт вместе с ними.

– С кем вымрешь? – ошеломленно пробормотала мама, пытаясь понять горячечный шепот младшей дочери.

– С талантами моими редкими, – абсолютно серьезно повторила Тайка, – вот с кем!

Она потянула смеющуюся маму с дивана. Только идти ей пришлось не в свою комнату, а на кухню. Мама сказала, что хочет попить чаю. Мол, заодно и Тайкины истории послушает. Тайка не возражала. Главное, Илья в зале остался, и зеркала не увидит. А ей без разницы, где маму обрабатывать. Гадать ей, то есть.

Тайка нетерпеливо вертелась на стуле, никак не могла дождаться, пока мама усядется. И удивлялась глупости взрослых – в холодильнике свежий квас стоит! И холодный компот из вишни и персиков. К чему возиться с чайниками и кипятком?

Мама глотнула свежезаваренного чаю и зажмурилась от удовольствия. Тайка заглянула в ее чашку и пожала плечами: даже без сахара, только с лимоном! Она покосилась на холодильник. Подумав, налила себе игристый квас, настоянный на клюкве, с наслаждением выпила сразу полстакана и спросила:

– Ма, помнишь, я тебе показывала старинное зеркальце? Серебряное такое, рамка деревянная, там цветы, листья и зверушки…

– Пока не забыла, – усмехнулась мама.

– Ма, оно волшебное, представляешь?

Мама подтянула поближе розетку с медом. Достала из стола ложечку и рассеянно пробормотала:

– Ничуть не удивляюсь.

– Оно будущее показывает!

– Надо же…

Мама попробовала мед и подлила себе чаю. Тайка жалобно воззвала:

– Ма, ты меня совсем не слушаешь!

– Что ты, – плотоядно облизнулась мама, – я вся – внимание.

– Значит, я могу тебе погадать?

– Да когда угодно! – мама сладостно причмокнула.

– Угодно – прямо сейчас, – угрюмо заявила Тайка.

Мама зачерпнула вторую ложечку меда и дочь не услышала. Тайка насупилась, но решила внимания на этом не заострять.

Она горестно засопела: мама – не папа. Если рассердится из-за пустяка, потом ни за что не уговорить ее смирно смотреть в зеркало. А еще нужно, чтоб она Тайкин совет обязательно послушала, кто знает, что там вредное зеркальце покажет…

Тайка встряхнула свою волшебную находку и сердито прошипела прямо в деревянную рамку:

– Хоть для разнообразия что-нибудь хорошее покажи!

Она аккуратно установила зеркало перед мамой. Встала за ее спиной и удовлетворенно улыбнулась, она отлично видела мамину склоненную голову.

Минуты через две Тайка заволновалась, отражение оставалось четким, никакой ряби или размытости. Зеркало то ли не «видело» маму, то ли не хотело видеть. Тайка задумалась: может, нужно, чтобы мама сама смотрела туда? Может, важны глаза? Обоюдный контакт?

Тайка осторожно подергала маму за светлый локон и попросила:

– Ма, а ты себя в зеркале видишь?

Мама приподняла голову. Тайка освобождено выдохнула: на нее из зеркала смотрели мамины светло-голубые глаза. Получилось!

Мама взяла зеркало, покрутила его в руках и одобрительно заметила:

– Неплохо ты его отдраила, вон как блестит. – Поставила на место и равнодушно буркнула: – А себя все равно не вижу, с браком игрушка.

– Не игрушка, – вступилась Тайка. – Это волшебное зеркало. Я его Вестой назвала. Красиво?

Мама кивнула и взяла чашку с чаем. Тайка коснулась ее руки и пальцем указала на зеркало.

– Туда смотри, ладно? А то я не смогу тебе свой новый талант про… – и медленно, почти по слогам произнесла: – продемонстрировать!

– Талант?

– Ага. Я же тебя из-за него сюда позвала!

– Ах, да, – вспомнила мама. – Чтоб не дать ему засохнуть!

– Вовсе нет, – обиделась Тайка. – Я говорила – развивать.

– Точно, – не стала возражать мама. – Именно так, помнится, ты и сказала.

Тайка вздрогнула: зеркало наконец решило что-то ей показать.

Мамино лицо немного отдалилось. Домашний халат сменился на лиловый рабочий костюм. Волосы уже не болтались свободно, а оказались собраны в сложный узел.

Мама кому-то улыбнулась. Потом протянула руку и включила настольную лампу.

Тайка испуганно пискнула и прижала руки к загоревшимся щекам: лампочка ярко вспыхнула и разлетелась тысячами осколков! Мама там смотрела изумленно. Ее лицо было в мелких капельках крови, а волосы блестели, будто их посыпали битыми елочными игрушками.

Тайка в панике наблюдала, как возле мамы суетились коллеги. Наконец полная пожилая женщина – Тайка ее знала, Ираида Ильинична давно вместе с мамой работала – улыбнулась и что-то сказала. И тут же лица остальных просветлили, а мама засмеялась.

Тайка громко всхлипнула от облегчения – все явно кончилось благополучно. Мамины глаза целы, серьезных порезов нет, но…

Тайка сжала мамино плечо пальцами и громко закричала:

– Ма, ты завтра ни за что не включай свою настольную лампу!

В кухню зашел Илья – Тайка мгновенно сунула зеркало в карман шортов – и весело поинтересовался:

– А почему?

– Потому что она взорвется!

Мама удивленно покосилась на покрасневшее, упрямое Тайкино личико. Отставила в сторону пустую чашку и спросила:

– Что взорвется?

– Лампочка!

– Откуда ты знаешь?

– Я же говорила – у меня новый талант прорезался!

– Ах, да, – мама совсем как обе ее дочери накрутила на палец локон. – И какой?

– Ма, я предсказательница!

Илья расхохотался. Тайка топнула ногой и со слезами воскликнула:

– Да, как настоящая цыганка-гадалка!

– Что ж ручку не просишь позолотить? – насмешливо посмотрел на младшую сестру Илья. – Цыгане без этого не гадают!

– Дурак! – разозлилась Тайка, слезы мгновенно высохли. – Я серьезно! У мамы завтра лампа разлетится мелкими осколками, а ты все шутишь!

Илья фыркнул и заявил:

– Чтоб ты знала, Тайка, люминесцентные лампы не взрываются, когда перегорают.

– А мамина – взорвалась! – сжав кулаки, закричала Тайка.

Мама успокаивающе похлопала младшую дочь по ладошке и чуть смущенно сказала Илье:

– У меня обычная лампочка. Эта… с нитью накаливания. Шестьдесят киловатт.

– Съел?! – торжествующе посмотрела на брата Тайка.

– Вчерашний день, – небрежно заявил Илья. – Только зрение портить и за лишнюю электроэнергию платить.

Мама притянула к себе дочь и удивленно спросила:

– А ты откуда знаешь, какая у меня лампа?

– Мы, ты чего? – удивилась Тайка. – Забыла, что я предсказательница?

– Ах, да! – мама небрежно махнула рукой.

– Так ты обещаешь? – Тайка смотрела требовательно.

– Что? – рассеянно спросила мама, думая о своем.

– Не включать завтра свою настольную лампу?

– Конечно, конечно…

Тайка довольно ухмыльнулась и показала брату язык. Илья с насмешкой спросил:

– А послезавтра?

Тайка пожала плечами и серьезно ответила:

– Пока не знаю. – Уже в дверях обернулась и добавила: – Завтра точно скажу.

И убежала в свою комнату.

* * *

Тайка нащупала в кармане чудесное зеркальце и возбужденно подумала: «Если завтра ничего плохого с папой и мамой не случится, то тогда я развернусь. Все про всех знать буду. Захочу, предупрежу о несчастье. Захочу – нет. А еще лучше… – Тайка раскраснелась от волнения. – Я прославлюсь как гадалка! Ко мне все старшеклассники прибегать – нет, приползать! – будут. – Тайка грозно сдвинула брови. – Вот как-нибудь Мишка Гусев притопает, и я… Ох, тогда я…»

Тайка хищно потерла руки, но так и не смогла придумать, что эдакого она сделает с мерзким Гусем, если тот по глупости ей доверится. Уж она постарается! Этот день останется в Мишкиной памяти навечно.

Тайка услышала печальный Ритин голос – старшая сестра разговаривала с мамой – и виновато поежилась: Рите она сегодня все только испортила.

Тайка судорожно вздохнула, ей вдруг стало страшно. Внезапно подумалось, что папина машина и мамины нервы – слишком высокая цена для эксперимента. Как-то нечестно, что она проверяет волшебное зеркальце именно на них. Да и Рита…

Тайка испуганно оглянулась на дверь, будто кто-нибудь мог услышать, о чем она думает. Илья бы… Тайка обиженно засопела. Она ничуть не сомневалась, Илья заявил бы – «Ты поступила подло».

«Нет, пусть он лучше скажет – нехорошо, – мысленно закапризничала Тайка. – И потом – я ничего плохого не сделала.

Я просто… Я им помочь хочу! Если они меня послушают…»

Тайка в смятении заходила по комнате. Как-то все получалось не так. Вроде она действительно ничего плохого не сделала, даже помочь маме с папой хотела, но почему тогда ей так плохо?

«Ха-ха, – съязвил кто-то внутри Тайки. – Ты же просто хотела опыт провести, себе-то не ври! Вот если бы ты с самого начала о маме с папой думала, а не о себе и своем дурацком зеркальце… – Тайка топнула ногой. – Оно не дурацкое! – И погрустнела. – Но сама-то я в него так и не посмотрела. Мол, я не дурочка, зачем мне на себя э-э… лишние несчастья навлекать? А на других, значит, можно…»

Тайка осторожно вынула зеркало из кармана и сжала в кулаке. Получалось – она просто обязана в него глянуть. Ну, чтоб уж совсем плохо о себе не думать. Чтоб все было по-честному.

«Но никто ж не узнает! – Тайке хотелось заплакать. – Только я…»

Она обреченно посмотрела в зеркальце. Илья как-то сказал – «Не так важно, что о тебе думают другие, их легко обмануть, они, в конце концов, могут и ошибаться. Но если ты не сможешь уважать себя сам…»

Она, Тайка, не хочет знать о себе, что она подлая! Лучше уж пусть…

Тайка наблюдала, как плывет, плавится ее отражение, и тоскливо размышляла: «Может, Веста и не предсказательница. Может, она что-то вроде черной кошки. Несчастье намывает на любого, кто нечаянно заглянет в зеркало. Тогда… Бедные папа и мама! – Тайка сморгнула слезинку и с надеждой подумала: – Правда, если они меня послушаются… Если папа поедет на работу автобусом, а мама не станет включать настольную лампу…»

В эту секунду зеркальце прояснилось, и Тайка мгновенно забыла о покаянии. У нее вообще в голове ни одной мысли не осталось.

Она вдруг увидела себя практически голой в странном полупустом помещении с низкой черепичной крышей над головой. Кроме грязных шорт на ней ничего не было, и она увлеченно копалась в каком-то высоком деревянном ящике. Тайка, потрясенная увиденным, почти носом уткнулась в зеркало, пытаясь рассмотреть, что же это ее так заинтересовало.

Лицо девочки вытянулось: ее копия вдруг торжествующе вскрикнула и выудила из кучи тряпья чье-то драное платье в крупный синий горох. И засияла ясным солнышком, с чего бы, интересно? Понять, что там происходит, Тайка не успела. Изображение вдруг помутнело и впервые на ее памяти тут же сменилось другим.

Тайка увидела Гусева и изумленно вздрогнула: а он-то что здесь делает?! Она присмотрелась и раздраженно фыркнула – ну и гадостная у Гуся лапчатого рожица! Глумливая, будто… И тут – девочка едва не уронила зеркало – она – Тайка! – привстала на цыпочки и быстро поцеловала Мишку в щеку! Как клюнула. Добровольно. С самым несчастным лицом!

Тайка позеленела: «Проклятое зеркало. Что оно еще придумало?!»

Глава 6

ПОЛНЫЙ ОБЛОМ

Романов-старший неуверенно вертел в руках шелковый ярко-красный галстук, подарок Тайки ко дню рождения. Он прекрасно помнил, что обещал младшей дочери надеть его сегодня на работу. Анатолий Федорович приложил галстук к воротнику светло-серой рубашки и невольно поморщился – в жизни не видел такого ядовитого красного цвета! Пожарные машины и те не такие.

Тайкина мать рассмеялась, она уже добрые полчаса наблюдала за мучениями мужа. Помахала ему рукой и убежала на работу.

– Слово нужно держать, – обреченно пробормотал Анатолий Федорович и стал повязывать новый галстук.

Он проиграл в уме все возможные реплики, которыми его непременно встретят коллеги, и криво усмехнулся – веселый предстоит денек!

Перед уходом Анатолий Федорович задержался в коридоре, прислушиваясь. Тишины ничто не нарушало, дети в семь утра еще спали. Понятно – каникулы! Он заглянул в Тайкину комнату – младшая дочь и во сне куда-то бежала. Веснушчатое личико раскраснелось, пухлые яркие губы расплылись в улыбке, рыжие кудрявые волосы разметались по подушке…

Анатолий Федорович осторожно поцеловал Тайку в щеку. Огромные карие глаза мгновенно распахнулись, Тайка сонно пролепетала:

– Папочка…

Коснулась пальцем красного галстука и счастливо рассмеялась.

Низкое небо и сегодня дышало влагой. Тайкин отец с сомнением посмотрел на тяжелые свинцовые тучи, но зонта раскрывать не стал. Решил, что мелкая липкая взвесь, буквально висевшая в воздухе, костюм не промочит. До гаража метров сто, не больше.

Анатолий Федорович мягко усмехнулся – вообще-то он собирался добираться до офиса автобусом или трамваем, но… Не в такую мерзкую погоду!

Он уже сел за руль, но вдруг вспомнил о срочном звонке. Следовало предупредить отдел снабжения о поступлении на склад дефицитных материалов, пусть закажут их прямо с утра.

Сделав нужный звонок, Анатолий Федорович поправил галстук и стал выезжать из гаража. И вдруг вспомнил вчерашнее Тайкино «предсказание». Оно сбывалось пока на все сто процентов!

Анатолий Федорович смешливо фыркнул, припоминая детали Тайкиного откровения: он в костюме и при красном галстуке – раз, сделал звонок по сотовому телефону – два, теперь осталось благополучно выбраться из гаража…

Анатолий Федорович расхохотался, правая рука дрогнула, и он услышал отвратительный металлический скрежет. Машина дрогнула и остановилась. Тайкин отец с проклятиями выскочил из салона и с бессильной злостью уставился на помятое крыло.

– Черт, черт, черт!!!

Он невольно поднял глаза на окна квартиры и криво усмехнулся: Тайка вчера как в воду смотрела. Накаркала аварию, маленькая негодница! Впрочем, он сам во всем виноват. Отвлекся за рулем, вот и врезался в косяк. Нашел время смеяться – кретин!

Анатолий Федорович пространно и с душой высказался по поводу собственного скудоумия. Прошелся и насчет рыжих малолетних предсказательниц, каркающих всякие глупости, и неожиданно замер. В памяти вдруг всплыло – «… ругаешься, страх просто. Хорошо, я не слышу…»

Он нервно усмехнулся. В голове мелькнуло: «Может, и правда, способности у девчонки? Ведь будто подсмотрела…»

Анатолий Федорович вытащил из кармана сотовый и нерешительно хмыкнул – получается, опять Тайка права. Очередной звонок!

Ему захотелось положить телефон на место, просто чтоб хоть какая-нибудь мелкая деталь не совпала с Тайкиным «предсказанием». Но совладать с собственным любопытством Анатолий Федорович не смог. Позвонил жене и спросил:

– Что тебе вчера Тайка нагадала?

* * *

Тайкина мама только что вошла в офис и не сразу поняла, что от нее хочет муж. Сдвинула брови и недоуменно пробормотала:

– Тайка? При чем тут Тайка? Я уже на работе.

– Понимаю. Просто скажи, что она тебе вчера наговорила. Помнишь, утащила вечером из зала? Ты еще с книгой лежала, а она…

– Ах, да! – засмеялась Мария Александровна. – Новые таланты!

– Вот-вот. Вы еще помчались их «развивать». На кухню, кажется.

Тайкина мама задумалась. И неуверенно сказала:

– Я чай пила. С медом. Тайка, кажется, квас. А потом…

– Ну?!

– Потом Тайка мне свою новую игрушку сунула – зеркало круглое. И сказала…

Анатолий Федорович нервно и невнятно забормотал. Тайкина мама бросила взгляд на свой письменный стол и обрадованно воскликнула:

– Вспомнила! Она сказала, что моя настольная лампа сегодня утром перегорит! Как только ее включу.

– И это… все?!

– Ну да – все. А что ты хотел услышать?

Анатолий Федорович разочарованно вздохнул, но толково ответить на вопрос жены не смог. Торопливо попрощался и отключился.

Тайкина мама пожала плечами. Потом прошла к своему столу и села. Ираида Ильинична с любопытством спросила:

– А почему твоя лампа должна перегореть? – И немного виновато добавила: – Ты извини, я случайно подслушала.

Тайкина мама включила компьютер и улыбнулась:

– Понятия не имею. Просто Тайка новую игру придумала, ты ж ее знаешь, ни дня без фантазий. Цыганкой-гадалкой мне представилась, забавно, правда? Вот и ляпнула про лампу, что-то ведь нужно было мне «нагадать».

– Но почему именно лампа? – недоуменно пробормотала Ираида Ильинична.

Тайкина мама рассеянно улыбнулась – как ответить на такой вопрос? – и привычно нажала на клавишу.

Она невольно поморщилась и прикрыла глаза рукой – так ярко вдруг вспыхнула маленькая лампочка.

Ираида Ильинична испуганно вскрикнула – внезапный хлопок буквально оглушил. Свет погас, электрическая лампочка разлетелась на тысячи мельчайших осколков.

– Вот так цыганка-гадалка! – прошептала побледневшая Ираида Ильинична и бросилась к Тайкиной маме.

Мария Александровна слабо улыбнулась. Она только сейчас вспомнила, что обещала дочери не включать сегодня настольную лампу.

Тайка как чувствовала!

* * *

Сегодня Тайка проснулась поздно. Когда она открыла глаза, часы уже показывали одиннадцать. Тайка даже рассердилась на себя – так можно и всю жизнь проспать!

Она неохотно прошла на кухню, завтракать еще не хотелось. Впрочем, Рита пока не встала. Под прозрачной стеклянной полусферой лежали три нетронутых бутерброда с сыром и ветчиной. Тайка воровато оглянулась на дверь и мгновенно превратила три завтрака в два. Оставшийся хлеб она быстро спрятала в хлебницу.

Потом с чувством выполненного долга заглянула в комнату старшей сестры. И удивилась: Риты не было.

Тайка прошлась по квартире и удивилась еще больше – пусто! Ильи тоже нигде нет. Интересно, куда это они смылись? С утра-то пораньше?

Тайка раздраженно насупилась: к входной двери оказалась прикреплена записка. Тайка прекрасно знала размашистый почерк Ильи.

«Дождь! На улицу – ни-ни, усвоила? Придем к обеду, мы с Ритой чуть не забыли о летней практике. Хорошо, мне Игорь позвонил. Пока!»

– Пока-пока, – сердито пробормотала Тайка.

Она приоткрыла дверь и выглянула на лестничную площадку. Будто надеялась застукать там старшего брата. Увидела у соседской двери черного как уголь котенка и обрадованно позвала:

– Кис-кис!

Котенок вздрогнул и испуганно обернулся. Тайка тут же растаяла – какие чудные зеленые глазки!

– Иди ко мне, – ласково прошептала она. – Я тебе молочка налью…

Но глупый котенок своего счастья не понимал. Шарахнулся от Тайки, будто вместо нее увидел злого пса. Может, он Тайфуна заметил? Тайка обернулась, но Тайфуна за спиной не было. Он наверняка дремал на лоджии, там намного прохладнее, чем в квартире. Тайфун целые дни там проводил. Или носился где-нибудь. Если не сопровождал на прогулках ее, Тайку.

Тайка озабоченно прикусила нижнюю губу – котенка следовало срочно спасать. По крайней мере – покормить. Его выпирающие позвонки и ребра даже густая шерсть не скрывала. Худю-ющий…

Тайка оглянулась на открытую дверь и на цыпочках двинулась в сторону котенка. Он выгнулся дугой и грозно зашипел. Тайка умилилась – каков храбрец! Он непременно понравится Тайфуну. И… маме! В последнем Тайка не очень-то была уверена, но что ломать голову раньше времени? Сейчас главное – накормить бедняжку.

Тайка довольно хмыкнула: «Кстати, кто-то не позавтракал сегодня, вряд ли малыш откажется от свежей ветчины. А у меня вполне мог прорезаться дикий аппетит, почему нет? Илька с Ритой запросто сделают себе другие бутерброды! И вообще – до обеда еще дожить нужно. Может, они к ужину заявятся?»

Тайка бросилась к черному котенку, тот только пискнул испуганно, когда попал в плен. Тайка ласково почесала за острым шелковистым ушком и пропела:

– Теперь ты мой навечно, ладно?

Она подпрыгнула от неожиданности: за спиной с оглушительным грохотом захлопнулась входная дверь. Сквозняк!..

Тайка подбежала к собственной квартире и всем весом навалилась на ручку – тяжелая дверь даже не дрогнула. Придавленный котенок жалобно мяукнул. Тайка сдула прядь волос, прилипшую к мгновенно вспотевшему лбу, и горестно констатировала:

– Накрылся твой завтрак!

Девочка гулко сглотнула. Она почему-то только сейчас поняла, что и сама не прочь перекусить, и со слезами добавила:

– Как и мой.

Внизу раздались чьи-то голоса, и Тайка испуганно заметалась по площадке. Ей совершенно не хотелось, чтобы соседи застали ее здесь почти голой да еще с чужим котенком в обнимку. Они обязательно наябедничают маме! А Тайка ей клятвенно обещала повзрослеть. Срочно! И не делать больше глупостей.

Тайка растерянно потопталась у своей двери, но чужие шаги приближались, и она опрометью бросилась наверх. «Если повезет, – лихорадочно размышляла она, – дверь на чердак окажется открыта. Я немного пересижу там, а потом Илька с Ритой вернутся из школы…» Тайка угрюмо фыркнула – понятно, ей попадет. Но уж лучше Ритка ее отругает, чем расстроится мама!

На пятый этаж Тайка взлетела птицей. Постояла, прислушиваясь к звукам, и с облегчением вздохнула: дверь открыли этажом ниже.

Тайка подошла к окну и выглянула на улицу: моросил мелкий и противный дождь. Все стекло в мокрых каплях, во дворе глянцево поблескивал асфальт. Тайка зябко поежилась, она вдруг почувствовала насколько ледяной пол под ногами.

«И что я вечно забываю влезть в тапочки? – Тайка прижала к голой груди котенка. – А сегодня и футболку не надела, только шорты и успела спросонья натянуть…»

Внизу хлопнула дверь подъезда, и Тайка с надеждой заглянула в лестничный проем: вдруг пришли Илька с Риткой? Но шаги затихли где-то на втором этаже, и она разочарованно вздохнула – почему ей так не везет?

Котенок на руках жалобно пискнул. Тайка погладила его и пожаловалась:

– Как зеркало из гаража утащила, так жизни и не стало. Одни несчастья посыпались, представляешь?

Котенок представлял. Потому что пожалел Тайку. Лизнул новой знакомой щеку, и девочка невольно рассмеялась: крошечный язычок оказался горячим и шершавым.

Тайка присела было на ступеньку, но тут же вскочила и быстро проскользнула на чердак – за одной из дверей на пятом этаже загремели ключами. Девочка спряталась за высокий деревянный ящик и притихла. Кто-то из соседей, громко насвистывая, начал спускаться, и Тайка перевела дух – на этот раз пронесло.

Но как тут холодно! Лето, называется. Не успели начаться каникулы, как зарядили дожди.

Котенок вырвался из ослабевших Тайкиных рук и скрылся в ящике. Она заглянула туда и радостно воскликнула – тряпки! Множество старых вещей, которые соседи поленились или пожалели вытаскивать к мусорным бакам.

Тайка увлеченно склонилась над ящиком, перебирая чьи-то рубашки, куртки, женские блузки и юбки. Заметила детское летнее платье в крупный синий горох и торжествующе вскрикнула – похоже, ее размер!

«В нем уж точно будет теплее, чем голышом, – размышляла Тайка, с улыбкой рассматривая находку. – И соседи не слишком удивятся, заметив меня на лестнице. Мало ли в чем сейчас ходят? Может, я свой э-э… имидж меняю…»

Тайка извлекла из ящика платье и застыла, потрясенная. Она лишь сейчас вспомнила, что вчера перед сном уже видела эту сцену. В зеркале. Точно – эту самую. Она еще удивилась – что за странный сарай с низкой крышей и без окон? И почему она, Тайка, настолько радуется блеклой тряпке в жуткий горох. А это – детское платье.

Тайка горестно засопела: «Еще бы не радоваться, если зуб на зуб не попадает, так замерзла. И чердак я узнать никак не могла, меня сюда в субботу не пустили, только из-за папиной спины и заглянула. Еще хорошо, запомнила, что тут решили ремонт сделать и дверь открыли, а то бы топталась сейчас на площадке, как сирота казанская…»

«Сирота казанская» криво улыбнулась – ну и зеркальце! Все угадало. Интересно, а у мамы с папой что?

«Надеюсь, они меня послушались, – мрачно подумала Тайка. – Все-таки слово дали, а его даже взрослым держать положено…»

Девочка влезла в найденное платье и невольно фыркнула: оно оказалось рваным. Кто-то сильно умный вырезал посреди юбки большой квадратный лоскут. Так что сквозь дыру прекрасно просматривалось Тайкино голое колено.

Тайка попыталась оглядеть себя со всех сторон, но быстро сдалась. Зеркала тут не было, не считая Весты, лежащей в кармане шорт. Пришлось просто признать, что она выглядит довольно пристойно. Особенно, если вот так перехватить юбку и придержать ее ладонью. Получается дополнительная складочка, зато дыры почти не видно.

Тайка удовлетворенно хмыкнула: по крайней мере, не нужно маяться здесь до прихода Ильки с Ритой. Можно подождать их во дворе. В беседке, например. Раз уж дождь льет.

Тайка сделала несколько танцевальных па и тяжело вздохнула – ладно, сойдет. Платье, правда, явно великовато. На такую дылду, как Ритка, сшито. Талия приходится на Тайкины бедра, а короткие рукава почти прикрывают локти… Зато в нем теплее!

Смотреть в волшебное зеркало Тайка и не думала. Ей вполне хватало невесть как захлопнувшейся двери и холодного чердака.

Тайка невесело улыбнулась – кто знает, что бессовестная Веста способна еще накаркать? Пока все, все сбывается. Даже платье в синий горох отыскалось в ящике. До сих пор не верится, что именно его Тайка вчера видела в зеркале. Может, у нее снова «дежа вю»? А на самом деле ничего и не было? Тайка внезапно вспомнила вторую часть «предсказания» и покраснела от гнева: «Чтобы я сама поцеловала Мишку Гусева…»

Тайка показала дверному проему фигу и громко объявила:

– Ни за что!

Немного подумала и выкрикнула:

– Лучше смерть!

Потом извлекла из ящика задремавшего котенка, чмокнула его в забавную сонную мордочку и пошла во двор.

Глава 7

ДРУГАЯ СТОРОНА МЕДАЛИ

Тайка не сразу решилась выбраться под дождь. Он будто ждал ее появления. Не успела Тайка ступить на крыльцо, как мелкие рассеянные капли обернулись настоящим ливнем.

Струи дождя с такой силой лупили по ближайшему тополю, что сбивали с бедняги листья. Лужи во дворе буквально кипели, пузырились, и брызги летели во все стороны.

Наверное, Тайка вернулась бы в подъезд. Но какая-то пожилая женщина посмотрела на нее с нескрываемой брезгливостью и сильным толчком сбросила с крыльца. Еще и прошипела неприязненно вслед:

– Развелось в городе босоты, ступить некуда!

Тайка подобрала испуганного котенка и сунула за пазуху. Потом выжала мокрый подол – еще бы, так шлепнуться в лужу! – и со стоном потерла ушибленное колено. Обернулась и услышала визгливое напутствие:

– Иди-ка отсель, милочка, пока милицию не вызвала!

– А вы и не живете тут, – огрызнулась Тайка, испуганно шаря взглядом по окнам первого этажа.

Ее волновала баба Маша. Заметит – наверняка наябедничает маме. И про рваное платье доложит, и про дождь, еще и придумает лишнего. Скажет, например, что Тайка пожилой женщине нагрубила. Баба Маша, она все может.

– Зато моя старшая дочь здесь квартиру купила, – гордо отрезала монументальная дама и захлопнула за собой дверь подъезда.

Тайка зябко поежилась. Встряхнулась, словно мокрый щенок, и потрусила к пустой беседке.

Спешить Тайке сейчас некуда. Все равно промокла до нитки. Хорошо, мама не видит. Она обещала запереть Тайку на все лето в квартире, если та еще хоть раз попадет под дождь. Разве мама поверит, что Тайка совсем не виновата?! Разве объяснишь, что она оказалась на улице совершенно случайно, что всему причиной черный котенок, сквозняк и противная пузатая тетка. Тайка насупилась: «Мама вечно твердит: что бы ни случилось, ищи виновника в себе. Но сегодня-то я при чем?!»

Тайка честно попыталась последовать маминому совету, но только расстроилась сильнее. Все, все против нее! Мерзкий ветер то и дело бросал в беседку косые струи дождя, деревянная скамья оказалась мокрой, и Тайка озабоченно сдвинула брови – и сесть-то некуда. Пришлось смахнуть воду ладонью, не стоять же навытяжку до прихода Ильки с Ритой?

Тайка обхватила плечи руками и жалобно заскулила: сто лет не чувствовала себя настолько голодной и замерзшей. И чего она не съела свой бутерброд?! Мама старалась, готовила, резала ветчину и сыр, прятала все бережно под стеклом, чтоб не подсохло…

Долго жалеть себя Тайка не умела. Скучать она тоже не любила, а котенок пригрелся под платьем и задремал, никак не отзываясь на ее заигрывания. Поэтому Тайка скоро вспомнила о волшебном зеркале. Вынула его из кармана и неприязненно прошептала:

– Из-за тебя все!

Веста привычно промолчала. Тайка зло фыркнула и перевернула противное зеркало помеченной стороной вниз. Она ни за что в него не заглянет! И никому не позволит.

Тайка до сих пор не поняла толком, предсказывала Веста будущее или сама меняла его, причем не лучшим образом. А ведь похоже на то!

Тайка озабоченно подумала: «Если бы я не сказала Рите, что Игорь со Светкой целуются, она бы не опоздала на вечер. Ведь Ритка собиралась прийти туда раньше всех… – Тайка машинально дернула себя за мокрую кудряшку и зашипела от боли. – И папа надел красный галстук уже после того, как я увидела его в нем – в зеркале увидела! В волшебном. Не пристала бы с гаданием, папа точно пошел бы на работу в другом галстуке, а значит… – Тайка пожала плечами. – Ну и что это значит? Не побил бы машину? – Она нашла взглядом гараж и с неожиданным любопытством подумала: – А он побил? Или поехал на работу автобусом, как обещал?»

Тайка погрустнела. Почему-то не верилось, что папа в такую погоду стал бы стоять на остановке. Да и мама наверняка включила свою настольную лампу, из-за дождя в комнатах сумрачно и неуютно без света.

Тайка щелкнула зеркало по деревянному ободку и гневно воскликнула:

– За что ты так с нами, а?!

Само собой, ей не ответили.

Тайка сидела и угрюмо рассматривала волшебное зеркало. Вторая сторона практически не отличалась от той, настоящей. Если только рисунок на дереве…

Тайка присмотрелась внимательнее и взволнованно запыхтела. Она лишь сейчас заметила, что резьба тут совсем другая. Неизвестный мастер не стал вырезать диковинные цветы и листья, забыл о животных и птицах. Зато щедро пустил вдоль рамки гирлянду из человеческих лиц. Одно лицо будто перетекало в другое, волосы вокруг крошечных голов причудливо переплетались, и Тайке внезапно почудилось – человек-то показан один!

Только черты лица менялись. Да сами волосы то вились крупными локонами, то свисали густыми или жидкими прядями, то вставали надо лбом кудрявым веером… Зато глаза оставались теми же! Правда, разрез становился другим, веки утяжелялись, а длинные густые ресницы вытеснялись короткой редкой щеточкой. Но взгляд…

Он тот же. Пронзительный и тяжелый. Будто вырезанный сотни лет назад человек всматривался именно в нее, Тайку. Пытался прочесть что-то в ее душе, понять и подчинить себе. И физиономия неприятная. Злорадно ухмыляющаяся, вот какая.

Тайка провела пальцем вдоль тонкого хрящеватого носа. Осторожно дотронулась до полных, презрительно искривленных губ и вдруг подумала: «Может, и у этой половины зеркальца есть своя тайна. Почему нет?»

Тайка тщательно осмотрела серебряную пластину и пожала плечами – никакой разницы. Только резьба на рамке другая, а само зеркало все то же. Блестящее, красивое, ничего не отражает. Странное!

«Интересно, эта сторона Весты тоже показывает будущее? – Тайка погладила запищавшего было котенка, и он тут же удовлетворенно замурлыкал. – Тогда с чего тут вырезаны дурацкие рожицы? Там ведь их нет. Или это… фантазия художника? Глупая, правда, зверушки-то лучше…»

Котенок, видимо, выспался. Забрался к Тайке на колени и начал настороженно обнюхивать зеркало. Оно чем-то малышу не нравилось, он выгнулся дугой, мягкая шерстка встала дыбом.

Тайка фыркнула – ну и смешной! Почесала котенка за ушком и угрюмо буркнула:

– А Тайфун ни черта не почуял. – Она грустно вздохнула. – Он слишком взрослый. Ни во что такое не верит, как папа с мамой, например…

Котенок потерся головой о Тайкин локоть. Она машинально потрепала его по спинке и шепнула:

– Моим станешь?

Найденыш не возражал. Тайка бодро заявила:

– Будешь Васькой. Тебе подходит. А то, знаешь, сейчас такие трудные имена кошкам дают, не выговоришь. – Она хихикнула. – У Игорешки кот живет, толстый – жуть, и серый. Так Игорь его Пани… Пано… О-о-о! Пан-те-лей-моном обозвал! Язык сломаешь, да? А Васька – это нормально. Это… демократично!

Демократичное имя котенка вполне устроило. Он задрал хвост трубой и гордо прошелся по Тайкиным коленям. А потом снова грозно зашипел на волшебное зеркало.

Девочка озабоченно сдвинула брови. Она внимательно изучала необычную рамку. При этом хмурилась, кусала нижнюю губу, накручивала волосы на палец и раздраженно сопела. Тайке ужасно хотелось проверить, на что же еще способно зеркало. Может, раз та половина полна необъяснимого коварства, другая порадует чем-то хорошим? Это справедливо!

Тайка зажмурилась, пытаясь представить, что бы она хотела получить от зеркала. И минут через десять разочарованно хмыкнула – в голову ничего интересного не приходило. Лишь почему-то вертелась смешная и глупая фраза из сказки: «Свет мой, зеркальце, скажи и всю правду доложи, я ль на свете всех милее…»

Девочка насупилась – вот уж чего ей и даром не нужно! Даже если Веста начнет складно и сладко врать, она, Тайка, не полная дурочка – верить всяким глупостям. Хоть на секунду. Красавица – ха!

Тайка горестно вздохнула: «Редкостная уродина, вот кто я. „Веснушка в энной степени“, по словам лопоухого Мишки Гусева…» Нет уж, пусть лучше секрет зеркальца другим будет!

Тайка снова зябко поежилась и отодвинулась на самый край скамьи. Ветер что-то совсем разошелся, так и швырял в спину тяжелые дождевые капли. Хорошо, ливень кончился, и без того весь двор в лужах.

Тайка покосилась на тротуар и тоскливо прошептала:

– Что это Ильки с Риткой так долго нет?

Она просияла от неожиданно пришедшей в голову идеи – хорошо бы зеркальце по ее просьбе показывало все, что угодно. Как в сказке!

Тайка ему, к примеру, – мол, покажи мне, милое, где сейчас болтается мой старший братец? Пожалуйста – зеркало тут же превратится в экран маленького телевизора! И Тайка видит, как Илька с Риткой садятся в автобус у школы. Или уже подходят к дому. Пусть с другой стороны. Классно!

Тайка от волнения так вцепилась в котенка, что бедняга полузадушено пискнул, и забился в ее руках, требуя свободы.

– Ох, прости, – виновато пролепетала девочка. – И, не давая себе времени на раздумья, смачно плюнула в центр серебряной пластины!

Тайка ни капли не сомневалась – только так можно заставить зеркало «работать». В прошлый раз ведь получилось? В этот раз тоже все получится. Она везучая!

Тайка осторожно протерла зеркало подолом платья и прошептала:

– Я не по злобе. Просто по-другому не умею…

Котенок боднул зеркальце головой. Отпрыгнул и грозно уставился на странно пахнувшего врага, то ли мертвого, то ли живого, но опасного.

Тайка счастливо ахнула, она отчетливо увидела в зеркале отражение малыша. Воинственно настроенного и шипящего. Зеркало перестало быть слепым!

Тайка затаила дыхание, наблюдая за Васькиным отражением, однако ничего не происходило. Разыгравшийся котенок по-прежнему «атаковал» противника, но и все.

Девочка расстроено нахмурилась: неужели эта сторона – самое обычное зеркало? Может, поэтому вредный дядька на раме смотрит на нее так издевательски? Мол, что, пролетела?

– Не очень-то и нужно, – оскорбленно прошипела Тайка. – Обычное зеркало – тоже неплохо.

И покраснела: себе врать – последнее дело. Себя-то не обманешь, как ни старайся. Да и зачем?

Тайка рассеянно следила за расшалившимся Васькой. Нежно провела пальцем вдоль худенькой спинки и сказала, глядя в зеркало:

– Ну ты и тощий. Вот откормлю, станешь… – Она весело фыркнула: – Большим, толстым и ленивым! Игорешкин Пан-те-лей-мон рядом заморышем будет смотреться, честно-честно…

И завизжала от неожиданности – крошечный Васька на глазах менялся. Вместо маленького худенького котенка из зеркала на Тайку непонимающе таращился огромный черный кот! Испуганный, почти как сама Тайка.

* * *

Тайка ловила ртом воздух, не в силах вымолвить ни слова. Васька расползся на ее коленях огромной черной кляксой, будто не мог справиться с новым весом. Лежал, разбросав все четыре лапы в стороны, а длинный пушистый хвост стекал прямиком в лужу.

Тайка зачем-то клюнула носом волшебное зеркальце, пытаясь охватить кота взглядом именно там. Не сумела и зажмурилась. Вслепую ощупала шелковистое чудовище на собственных коленях и потрясенно выдохнула:

– Вот это да!

Бывший котенок ответил ей хриплым нервным мявом. Тайка пробормотала:

– Ты не кот. Ты – целый котище. И не Васька. Василий!

Она провела рукой вдоль хребта, но позвонков на этот раз не нащупала, тощим Василий не был. Весьма упитанный, да!

«Это сделало зеркало, – изумленно подумала Тайка. – Я пожелала, а оно… А что я пожелала?! Ну, сказала – выкормлю, так станешь большим и толстым. Имела в виду – когда вырастет. А Васька… То есть, зеркало… Раз – и в дамки! Вместо тощего котенка – толстый и большущий кот. Как я и загадывала. Чушь какая!»

Тайка заглянула под лавку. Потом выглянула из беседки и осмотрела ближайшие кусты. Ей легче было поверить, что котенок незаметно сбежал, а его место занял этот ленивый увалень. Просто потому, что на теплых коленях ему лежать намного уютнее, чем на мокрой скамье.

Она, Тайка, замечталась и не заметила! Сбежавшего котенка Тайка не высмотрела, как ни вертела головой. Зато невольно обратила внимание, что Василий удивительно похож на маленького исчезнувшего Ваську. Такой же безукоризненно черный, без единого светлого пятнышка. И глазищи зеленые. Как виноградины.

Тайка возбужденно покраснела – неужели… Нужно срочно проверить! Но как?! «Нет, я редкостная дурочка!» Тайка поднесла зеркальце к самой Васькиной морде. Кот раздраженно засопел и закрыл глаза.

Тайка виновато прошептала:

– Ничего страшного. Я это… эксперимент, вот! А потом назад тебя. В котенки! Нет, в котята. Потерпи немного, ладно?

Василий почти по-человечески вздохнул, явно соглашаясь с неизбежным. Лишний вес прибавил ему мудрости. Или просто обычной лени?

Философские проблемы Тайку сейчас не занимали. Она взволнованно уставилась в зеркальце и тонким голоском выкрикнула:

– Пусть у него – она для верности ткнула в Васькину голову пальцем – галстучек беленький появится! На всю грудь!

И затаила дыхание: серебряная пластина помутнела, будто запотела вдруг. А когда вновь прояснилась, Тайка победно вскрикнула:

– Есть!

На широкой груди Василия словно мелом выбелили аккуратный длинный галстук. Именно таким его Тайка и представляла.

– И носочки, – сдавленно выдохнула Тайка, схватив Васькину лапу. – Чтоб по эту косточку. На всех четырех…

Она не спускала глаз с Васькиной плененной лапы, но все равно прозевала момент, когда та окрасилась в белый цвет. Все произошло мгновенно. Только воздух будто загустел и поплыл, или у Тайки почему-то голова закружилась.

– Кончик хвостика пусть тоже. Беленький…

Васька протяжно застонал. Тайка перехватила зеркало другой рукой и виновато воскликнула:

– Все-все! Верни мне котенка! Такого как был, да, Васька?

И радостно засмеялась – ничто больше на давило на колени. А крошечный худенький Васька снова грозно шипел на зеркало, словно понимал – это оно причина недавних неприятных превращений.

Глава 8

МАЛЕНЬКАЯ ЦЫГАНКА

Дождь практически закончился. Лишь редкие капли выбивали звонкую дробь по крыше беседки, недавно обитой свежей жестью, да деревья старательно стряхивали с себя обильную воду.

Тайка нетерпеливо взглянула на тротуар, сейчас ей совсем не хотелось видеть Илью с Ритой: ведь придется как-то оправдываться. Объяснять, почему она оказалась вдруг на улице, да еще в таком виде. Выслушивать обязательные Ритины нотации. Принимать покаянный вид. Дома Рита начнет пичкать ее горячим чаем, аспирином – на всякий случай! – а то еще и молоком с маслом и медом. Растирать ноги спиртом – вот счастье-то! Якобы чтоб Тайка не кашляла.

А у нее совершенно нет времени! Понять бы, что за новая тайна у зеркальца! Ведь раз Васька так внезапно превратился в Василия…

Тайка решительно пересела подальше от чужих глаз. Здесь деревянную решетку оплетал дикий плющ, и сидящего нельзя рассмотреть с улицы. Она удовлетворенно усмехнулась: Ритка ее точно не заметит! Она никогда не смотрит по сторонам. Воображуля!

Стараясь оттянуть время, Тайка немного поиграла с котенком. Пообещала не давать его в обиду, и лично заняться воспитанием. А то все вечно дрессируют ее, Тайку. Надоело!

Девочка посмотрела на свои окна и сердито фыркнула: даже Тайфун шпионит за ней, как нянька. Стоит забыть почистить зубы или принять на ночь душ, он тут как тут. Ходит по пятам и таращится укоризненно. А то и просто к ванной подталкивает своим носом. И о зарядке не дает забыть. Из-за него Тайке ни в жизнь не проспать зарядку! А как Тайфун глазеет, стоит ей показать фигу тому же Мишке Гусеву? Будто она в чужой карман залезла! Или ее на второй год в третьем классе оставили.

Васька – другое дело. Он маленький. Он Тайку любой примет. Его даже чужое драное платье совсем не смутило. И вообще…

Что «вообще» Тайка не додумала. Торопливо крикнула, глядя в зеркальце:

– Пусть… пусть мои волосы не рыжими будут, а… черными!

И счастливо засмеялась, рассматривая в зеркало черные как смоль кудри. То ли ее волосы, то ли не ее.

Не доверяя зеркалу, Тайка оттянула самую длинную прядь и долго, внимательно изучала ее. Даже, поплевав на пальцы, попыталась оттереть черный налет – вдруг краска? Но волосы стойко держали новый цвет, и Тайка взволнованно выдохнула:

– Веснушки теперь! Пусть это… исчезнут. Все до одной!

Многочисленные Тайкины веснушки побледнели и послушно пропали. Щеки, нос, лоб стали чистыми и непривычно белыми. Тайка внезапно вспомнила дочерна загорелое Мишкино лицо и уверенно потребовала:

– Смуглая!

И недовольно нахмурилась: зеркало по-прежнему отражало ее бледную – у всех рыжеволосых такие, Рита как-то говорила – физиономию.

Тайка смущенно шмыгнула носом: «Видимо, нужно уточнить. Для особо тупых».

– Хочу стать смуглой! Как… шоколадка!

Зеркало подчинилось, и Тайка удовлетворенно засопела: неплохо-неплохо! Если еще немного подзагореть, Гусь лапчатый умрет от зависти. А то вечно обзывал ее бледной поганкой. Зато теперь…

Тайка сжала кулаки: ух, теперь он у нее попляшет! Вот как она сейчас станет первой красавицей, как начнут мальчишки к ней клеиться, Мишка сто – нет, тысячу! – раз пожалеет, что дразнил ее.

Тайка рассматривала себя в зеркало и расстраивалась: вроде и веснушек нет, и волосы уже не рыжие, а где красота неземная, чтоб Гусь лопоухий при виде ее сразу в обморок бултыхнулся? Или не нужно обморока? Очень даже нужно. Нашла, кого жалеть!

Тайка насупилась: «Это вообще несправедливо, когда ты рыжая и некрасивая, а другие – наоборот. Я же не просила, чтобы мама меня такой рожала. Почему, например, Светка Чижова хорошенькая – ужас просто, а я нет? Светка жадная, у нее снега зимой не выпросишь, и врет все время, и хвастается, аж противно. Книжек не читает. Вообще. На физкультуре и разочка подтянуться не может. Зато… красивая! Ей вечно все прощают. А мальчишки… Я тоже так хочу!»

Тайка поймала в зеркале игривый Васькин взгляд и обрадованно дополнила:

– Глаза чтоб стали зеленые-зеленые. Как у… Васьки! Эй, а ресницы – черные, и брови тоже. И подумала с усмешкой: «Не краситься же мне, я не Ритка!»

Новое лицо Тайке понравилось больше. Главное, оно почти ничем не напоминало ненавистную веснушчатую рожицу, которую Тайка ежедневно видела, умываясь. Вот только нос… Подгулял нос!

– Покороче бы, – жалостливо пискнула Тайка. – И чтоб… без горбинки. – И страстно сообщила неизвестно кому: – Ненавижу горбинку, она мне всю жизнь испортила, вот честное слово!

Окаянная горбинка тут же пропала. Тайка потерла руки и широко улыбнулась собственному отражению. А потом с легким беспокойством подумала, что от нее, от Тайки Романовой, совсем ничего не осталось. Она сама себя не узнавала. Смуглая зеленоглазая девчонка в зеркале, конечно, настоящая красавица, но…

«Глупости! – решительно одернула себя Тайка. – Я всю жизнь мечтала избавиться от веснушек. Наконец они исчезли, и я теперь ничуть не хуже любой другой девчонки. Даже лучше. Потому что красивее. Так чего мне дергаться? Пусть Маринка Леднева дергается или Светка Чижова, теперь им меня рыжей не обозвать…»

Мелькнула неприятная мысль, что мама с папой ее вряд ли в таком виде узнают, но Тайка с досадой от нее отмахнулась.

Пустяки! У нее зеркальце. Она, Тайка, в любой момент сможет снова стать рыжей.

И даже веснушки себе вернет. Ну, частично. Парочку на нос, скажем, тройку на щеки, чуть-чуть на лоб, чтоб папа не плакался. Они ему нравятся, эти дурацкие веснушки, вот ведь смешной!

На всякий случай Тайка сдвинула брови – новенькие, ровные, черные! – и грозно потребовала у зеркала:

– Верни мои веснушки! Сейчас же! – И ахнула, настолько быстро они осыпали лицо. И шею. И руки.

Тайка недоверчиво потрогала щеки и даже попыталась пересчитать ненавистные конопушки. Не смогла и негодующе выкрикнула:

– Почему так много?!

Веста в руке потеплела, и Тайке показалось, что она услышала – «Вовсе не много. Все твои».

Тайка хмуро смотрела на собственное отражение и обидчиво думала: «Неправда. Мои другими были. Эти… слишком яркие, так нечестно. Аж коричневые. Или мне кажется? Раз волосы черные и…»

Но возвращать себе рыжие волосы и бледную кожу Тайка не рискнула. Вдруг что-нибудь случится, зеркальце сломается, например, и она навсегда останется рыжей? Ни за что!

– Пусть снова исчезнут, – уверенно приказала Тайка. И удовлетворенно улыбнулась, когда веснушки пропали.

Тайка еще раз внимательно оглядела себя в зеркало и решила ничего пока в своем новом облике не менять. К чему? Она и без того настоящая красавица! И что теперь?

Да, что теперь?!

* * *

Сидеть в беседке с такими чудесными зелеными глазами Тайка сочла глупым. Ладно бы рыжей да веснушчатой от всех прятаться, а так… Смешно!

Ей вдруг захотелось показаться кому-нибудь из знакомых. Хотя бы бабе Маше. Тогда она точно узнает, похожа ли сейчас на прежнюю Тайку. Наверняка нет!

Тайка придирчиво осмотрела свое «новое» платье и старательно задрапировала дыру. Помыла в ближайшей луже босые ноги. Пальцами привела в порядок еще влажные волосы и на этом сочла свой туалет законченным.

Васька, на Тайкин взгляд, выглядел просто великолепно. Тайка как-то видела картину в музее, «Дама с горностаем» называется, так вот – Васька смотрелся куда выигрышнее гибкого серого зверька. Котенок – это вам не горностай зубастый!

Тайка пристроила малыша поудобнее – уставший Васька сонно притих – и покинула свое убежище.

Трудно быть красавицей. Однако положение обязывало.

Счастливая – ни одной веснушки! – Тайка старалась держаться как знатная дама на виденной когда-то картине. Расправила плечи, задрала повыше подбородок и гордо продефилировала под окнами.

Раз прошлась. Другой. Третий.

Баба Маша во двор не выглянула. Понятно – из вредности. Обычно она от кухонного окна не отходила, так и следила за всеми.

А тут – исчезла. Куда, спрашивается?

Сильно расстроиться из-за коварства старой соседки Тайка не успела, от автобусной остановки торопливо шли к дому Илья с Ритой.

Тайка просияла: вот проверка так проверка! Тут уж без обмана. Лучше Риты с Ильей ее никто не знает, разве что мама с папой.

Тайка поймала изумленный взгляд старшей сестры и довольно подумала: «Ага, заметила мою красоту несказанную. Еще бы не заметить. Я сама слышала, Ритка кому-то из подруг говорила – мол, полжизни отдала бы за зеленые глаза. А у меня – пожалуйста! Самые что ни на есть зеленые. Как трава весной!»

Тайка шла навстречу и лихорадочно размышляла, как бы получше разыграть сестру. Чтобы попозже напомнить Рите об этой встрече. А то не поверит же!

Подходящей темы для разговора не находилось, хоть плачь. Тайка смирилась с неизбежным – придется поинтересоваться хотя бы временем. Для затравки. Скучно, но… Зато классический ход!

Поравнявшись с сестрой и братом, Тайка вдруг вспомнила о голосе: как бы по нему ее не узнали. Надо же – чуть не попалась. И так глупо! Она раскашлялась и – для маскировки! – просипела, стараясь поразить придирчивую Риту отменной вежливостью:

– Добрый день. Не подскажите ли, сколько сейчас времени? Который час, то есть?

Рита с Ильей переглянулись и рассмеялись. Тайка обиженно насупилась: старайся перед такими! Разыгрывай тут перед ними благовоспитанную барышню! Только и умеют – хихикать!

Ну и ладно. Не очень-то и нужно.

Разочарованная Тайка ловко сплюнула Рите под ноги, старшая сестра брезгливо отпрянула. Илья весело сказал:

– Половина четвертого.

– Спасибо, – чопорно кивнула Тайка.

И едва не присела перед братом в изысканном реверансе – зря, что ли, разучивала когда-то?

– Ты откуда, чудо-юдо не в перьях, но со страшным черным зверем? – фыркнул Илья, с интересом рассматривая забавную кудрявую девчушку.

Она почему-то напомнила о младшей сестре, и он с тревогой подумал: «Тайка слишком долго дома одна. Как бы чего не натворила. Впрочем… С ней же Тайфун! На него можно положиться…»

– Я вовсе не чудо-юдо! – оскорбилась Тайка.

– Точно, – насмешливо фыркнула Рита. – Ты – маленькая цыганочка. И зовут тебя…

Тайка раскрыла рот – ее обозвали цыганкой! Просто цыганкой. А ведь она – красавица. Настоящая красавица. Ослепла Ритка, что ли?!

Воздух ощутимо сгустился. Между оскорбленной Тайкой и ее старшей сестрой едва искры не проскакивали.

Васька почуял неладное и проснулся. Нервно зевнул. Вскарабкался на Тайкино плечо и возмущенно заорал. Тоже хрипло. Будто боялся, что и его узнают по голосу.

– А он – не страшный черный зверь! – озвучила отчаянный вопль нового приятеля Тайка.

– Ага, – неизвестно чему обрадовался Илья. – Он – крыска-Лариска!

– Нет, Васька!!!

– А ты?

– Не скажу!

– Правильно, – одобрил Илья. – Мы и так знаем, что ты – Есения.

– И умеешь гадать! – хихикнула Рита.

– На картах, – дополнил Илья. – И по руке…

– Еще и просто так врешь, как дышишь, – закончила за брата Рита.

Тайка гневно крикнула:

– Неправда!

– Не умеешь гадать? – искренне удивилась Рита.

– Тогда какая ж ты цыганочка? – подхватил Илья.

Тайка успокаивающе погладила возбужденного Ваську по шелковистой шерстке. И с внезапным гневом подумала: «Ах так… Значит, цыганочка. Ну, я вам сейчас устрою!»

Она сдвинула брови и сурово заявила:

– Гадать я умею. Только не по руке и не по картам.

– Да-а? – Рита подмигнула Илье. – А как? По глазам?

– По зеркалу, – разъяренно отрезала Тайка. – И говорю только правду!

– Это уж точно, – хмыкнула Рита. – Все вы правду говорите…

Тайкины новоприобретенные зеленые глаза сузились и засверкали как у кошки. Рита завистливо поджала губы – ей бы такие!

Илья добродушно бросил:

– Впервые слышу о гадании по зеркалу. – И нахмурился.

Он вдруг вспомнил о недавнем разговоре с Тайкой, сердце тревожно заныло. Илья опять покосился на свои окна и раздраженно хмыкнул – совпадение!

– Я тоже, – засмеялась Рита, – почти впервые. – И шепнула брату: – Если не считать Тайки. Она мне уже гадала по зеркалу.

Илья нахмурился. Рита пожала плечами.

– Думаю, это игра такая. Знаешь, у малышей как поветрие. Потом надоест, и не вспомнят.

Илья облегченно вздохнул: «Действительно совпадение».

Тайка бесцеремонно задрала подол платья и нашарила в кармане шортов волшебное зеркальце. Мельком показала его Рите и с угрюмой насмешкой спросила:

– Хочешь узнать будущее?

– За так? – улыбнулась Рита.

– За «так» только кошки родятся, – отрезала Тайка. – И то не все.

– Значит, позолотить тебе руку? – фыркнула Рита.

– Само собой.

Илья невольно улыбнулся: ужимки у девчонки точно как у Тайки. И словечки те же. Наверное, ровесницы, Рита права. Даже игры одни.

Он снова посмотрел на окно, но Риту торопить не стал. Почему-то хотелось понаблюдать за маленькой цыганкой еще немного. Чем-то она цепляла. Но чем?!

Рита достала из сумочки кошелек. Вытащила пятьдесят рублей и со смешком заявила:

– Будущее потом расскажешь. Вначале немного о прошлом.

– К чему? – хмуро поинтересовалась Тайка. – Ты его и так знаешь.

– А чтобы деньги на ветер не выбрасывать, – Рита помахала в воздухе голубой купюрой. – Вот если увижу, что ты настоящая гадалка, в самом деле прошлое видишь… Тогда поверю, что ты и будущее предскажешь правильно!

– Жадная, значит? – ехидно посмотрела на старшую сестру Тайка.

– Осторожная, – поправила Рита.

– Как же тебя зовут, маленькая Есения? – думая о своем, пробормотал Илья.

Девочки удивленно переглянулись. Илье снова показалось, что цыганочка поразительно напоминает Тайку. Внешне совсем не похожа, а вот держится, говорит, улыбается… Впрочем, все малыши так похожи!

Тайка неохотно буркнула:

– Можешь так меня и звать, раз нравится. Мне все равно. Пусть – Исиния.

– Есения, – поправила Рита. И пояснила: – Фильм такой есть о красавице цыганке, разве не видела? Она тоже гадала. Только по руке.

– А-а-а…

«Красавица-цыганка! – восторженно подумала Тайка. – Совсем другое дело!»

Ее злость мгновенно прошла. Тайка теперь жалела, что необдуманно пообещала Рите погадать. А вдруг зеркало снова Рите какую-нибудь гадость предскажет?

«Правда, о ней можно и не говорить, можно что-нибудь хорошее взамен придумать. – Тайка угрюмо хмыкнула. – Как тогда оно выкрутится?»

* * *

Погадать Тайке не пришлось. Во двор под большим черным зонтом – а дождь-то давно кончился! – вплыла баба Маша. Сердитая, всем недовольная, с тяжелой сумкой в руках, с рынка, наверное.

Смуглая босоногая Тайка в своем рваном платье бабе Маше не понравилась. Вообще-то бабе Маше она не нравилась и в новой одежде. А сейчас старуха устала, дождь пришлось пережидать в дорогом супермаркете, где с обычной пенсией делать нечего, вот баба Маша и злилась на всех.

Увидела Тайку и зонт от неожиданности уронила. Поставила переполненные сумки на мокрый асфальт и зычно закричала:

– Да что ж это делается, люди добрые?! Честному человеку уж и со двора выйти нельзя! Не успеешь за угол свернуть, как полон двор шантрапы набегает! – Баба Маша бросила нервный взгляд на свое окно и громко ахнула. – А у меня форточка на кухне открыта! А тут цыгане лазают! Последнее унесут, никто и не заметит!

Она схватила свой старый потрепанный зонтик и пошла в атаку на растерявшуюся Тайку. Тыкала в ее сторону залатанным черным куполом и на весь двор возмущалась:

– Младшие Романовы меня раньше времени в гроб вгонят! Мало им рыжей оторвы, так еще и цыган здесь привечают! Ворье всякое в дом тащат! А я на первом этаже живу!

А мне страдать!

Тайка болезненно морщилась – ну и голосок! – и умело уворачивалась от грязного зонтика.

Она увлеклась забавным «поединком» и не заметила, как баба Маша вытеснила ее со двора. И как Рита с Ильей скрылись в подъезде, Тайка не заметила. Понятно – они не захотели связываться с вредной старухой. Ее не перекричишь.

Зато баба Маша не только зонтом размахивала. Она разглядела-таки в Тайкиной руке волшебное зеркальце. Побагровела от гнева и отобрала его.

Тайка и понять ничего не успела!

Баба Маша сразу сообразила, что вещь не простая. Старинная – раз. Явно из серебра – два. Наверняка немалых денежек стоит – три. Откуда они у грязной оборванки, эти немалые денежки, а?

Баба Маша набрала в грудь побольше воздуха. Тряхнула растерявшуюся Тайку за шиворот и рявкнула:

– Ах ты ж, воровка! Успела где-то стащить?!

– Нет! Оно мое! – отчаянно крикнула Тайка. – Вот честное слово!

Баба Маша не поверила.

Она хохотала над маленькой замарашкой, запрокинув голову. Тайка с ужасом смотрела, как противно трясутся один над другим несколько дряблых подбородков, и наливается краской большая волосатая бородавка у носа.

– Отдайте, – со слезами в голосе попросила она. – А то хуже будет!

Это Тайка зря сказала. Потому что баба Маша окончательно разозлилась. Ткнула зонтом прямо в Тайкино лицо и разъяренно прошипела:

– Ах ты ж, мразь черномазая! Это мне, что ль, хужее будет?!

Она грубо оттолкнула Тайку и демонстративно сунула маленькое зеркальце в кармашек линялой вязаной кофты.

Баба Маша даже на пуговицу карман застегнула. И удовлетворенно пошлепала по нему большой красной рукой. Потом больно стукнула Тайку по затылку и прорычала:

– А ну, геть выдселя, рвань египетская, пока я в милицию не позвонила!

Схватила сумки и исчезла в подъезде, больше не обращая на плачущую Тайку внимания. Ни разу не обернулась!

Глава 9

КАТАСТРОФА

Тайка не сразу поняла, в какую ужасную ситуацию попала. Минут пять стояла, не в силах сойти с места. И оцепенело таращилась на дверь собственного подъезда.

В чувство ее привел голодный котенок. Он заскучал. Перебрался на правое плечо и потерся о Тайкину щеку. А потом жалобно мяукнул.

Тайка вздрогнула и пришла в себя.

– Сейчас. Потерпи немного, – прошептала она. Оглядела пустой двор и опрометью бросилась в маленький палисадник.

Баба Маша сама ухаживала за цветами.

А за корявой старой яблонькой следила как настоящий дракон. Никого из ребят к ней не подпускала.

– Райские яблочки, райские яблочки, – с ненавистью прошептала Тайка, привычно карабкаясь повыше.

Она уселась на самую удобную ветку и довольно засопела: однокомнатная квартирка бабы Маши как на ладони.

К счастью, она не опоздала. Баба Маша все еще возилась на кухне, разбирая необъятную сумку. То в холодильник продукты укладывала, то в шкафчики. При этом, к искреннему изумлению Тайки, баба Маша басисто напевала. Правда, повторяла все время одну строчку, зато с явным удовольствием.

– Сер-р-рдце кр-расавицы, – мурлыкала баба Маша, налегая на букву «р» и зачем-то рассматривая на свет кусок сыра, – склонно к измене и к пер-р-ремене, и к пер-р-ремене…

Кусок сыра благополучно исчез в холодильнике. Баба Маша понюхала палку копченой колбасы и бодро сообщила неизвестно кому:

– Да, так оно и есть! – И снова завела: – Сер-р-рдце кр-р-расавицы…

Тайка хихикнула. Потом сглотнула слюну и невольно облизнулась: какой дурочкой она раньше была, не ела колбаску!

Расправившись с сумкой, баба Маша перешла в комнату. Тайкино сердце испуганно замерло: старуха достала из кармана волшебное зеркальце.

Баба Маша минут пять внимательно рассматривала его. Потом пожала плечами и недоуменно пробормотала:

– Ничого не кажет, як так?

Она протерла зеркало подолом цветастого платья и снова поднесла к лицу – пусто! Баба Маша всегда отличалась упрямством. Вот и теперь она не сдавалась. Терпеливо меняла угол наклона, расстояние, освещение, надраивала капризное зеркальце то полотенцем, то рукавом вязаной кофты, то бумажной салфеткой… Но своего отражения баба Маша так и не увидела. Разочарованно хмыкнула и подошла к тумбочке, стоящей у окна.

Тайка со своей яблони отчетливо видела, как баба Маша взяла простенькую деревянную шкатулку и бережно уложила туда зеркало. Закрыла крышку и с сомнением буркнула:

– С браком зеркальце-то. Хорошей цены не дадут. – Немного подумала и добавила: – Разве только по весу сдать? Как лом. Серебро все-таки…

Мысль показалась ей дельной.

К Тайкиному ужасу, баба Маша извлекла из шкатулки зеркало и безжалостно выдрала его из рамки. Взвесила тяжелую пластину на ладони и удовлетворенно сообщила неизвестно кому:

– Грамм восемьдесят потянет. А то и все сто.

Баба Маша жила одна. Поэтому привыкла говорить вслух. Вот и сейчас она сама себя похвалила:

– Ловко придумала. Продам, так новую шальку себе куплю. Старая-то уж чинена-перечинена…

Баба Маша снова положила серебряную пластину в шкатулку. А деревянную рамку, подслеповато щурясь, повертела в руках и ценной не признала. Рассеянно сунула в карман и ушла на кухню.

Тайка была в отчаянии. Она стиснула зубы: зеркало сломано! А что, если без резной рамки оно теряет свои волшебные свойства?!

Да нет, не может быть. Самое главное – пластина. Ведь это в ней все отражается.

И будущее именно она показывает, и облик меняет. А рамка – тьфу. Подумаешь, рамка!

Успокоив себя такими сомнительными рассуждениями, Тайка соскользнула с яблони и тоненько взвизгнула: незамеченный острый сучок больно, до крови, оцарапал плечо. И прорвал платье. Хорошо, Васька не пострадал. Очень вовремя спрятался за пазуху.

Тайка села на траву и горестно воскликнула:

– Такое приличное платье!

Ваську ее заявление удивило. Он снова выбрался на подол. Старательно обнюхал Тайкину обновку и с сомнением мяукнул.

Тайка обиженно воскликнула:

– Много ты понимаешь!

Васька зазевался и провалился в дыру. Нырнул туда с головой.

Тайка недовольно поморщилась. Выудила котенка из-под юбки и прикрыла прореху складкой. Сдвинула брови и сердито буркнула, зачем-то оправдываясь перед Васькой:

– Одна дыра не считается. Она это… для вентиляции!

Возражать Васька не стал. Вскарабкался хозяйке на руки и возмущенно заорал, он хотел есть. Тайка тоже хотела. Сильно.

Она на четвереньках выбралась из палисадника и, пригибаясь, словно под обстрелом, пробралась к собственному подъезду.

Девочка прекрасно понимала – заметь ее во дворе баба Маша, со двора придется сбегать. Вредная старуха костьми ляжет, но не пустит ее в дом!

Тайка задрала голову и с надеждой посмотрела на свои окна: неужели Рита с Ильей не узнают ее? Не может быть! Ну, если она не станет врать и честно признается, что она – Тайка.

Девочка дернула себя за кудряшку и с надеждой подумала: «Не так уж я изменилась, если честно. Веснушки – это мелочь. Их и свести можно. Пойти куда-нибудь в этот… косметический салон – и готово. И волосы любой дурак покрасит. Ритка сама как-то хотела, только ей мама не позволила. – Тайка презрительно хмыкнула. – И правильно. Тоже, блондинка! А самой только-только четырнадцать…»

Тайка расстроено шмыгнула носом. Вдруг вспомнилось, что ей-то едва десять лет исполнилось. Поверит ли Ритка, что она без позволения мамы рискнула покраситься? Ой, вряд ли!

Дверь распахнулась, но прошмыгнуть в подъезд Тайка не успела, сосед с пятого этажа помешал. Обычно добродушный дядя Вася придержал ее за плечо и смущенно проворчал:

– Нет уж, дорогуша. Не для того домофон ставился, чтоб здесь цыгане бродили.

Тайка оскорбленно воскликнула:

– Я не цыганка!

– Это – пожалуйста, – кивнул дядя Вася. – По мне – так хоть марсианка. Только в наш подъезд – ни ногой.

Тайка умильно улыбнулась соседу и пропела:

– Дядь Вась, а вы разве меня не узнаете?

Дядя Вася внимательно посмотрел на нее и развел руками.

– Уж прости старика – нет.

– Я – Тайка Романова! – умоляюще воскликнула девочка.

Дядя Вася выкатил на нее глаза, а потом расхохотался. Хлопнул забавную девчушку по плечу и весело заявил:

– А я – Алла Борисовна Пугачева!

Тайка всхлипнула. Васька на ее плече выгнулся дугой и грозно зашипел. Дядя Вася крякнул и сбежал с крыльца. Обернулся и сочувственно посоветовал маленькой цыганке:

– В следующий раз лучше бабой Машей назовись. А своего зверя смело выдавай за волкодава, авось поверят. – Он вдруг широко ухмыльнулся. – На Рыжика ты совсем не похожа. Ни капли.

– Я не рыжая! – привычно огрызнулась Тайка.

– Это точно, – согласился дядя Вася и пошел к автобусной остановке.

Тайка горестно засопела и пробормотала:

– Вот это финт – не похожа…

Васька мяукнул.

– А я так есть хочу!

Васька мяукнул громче и жалобней.

Тайка погладила его и призадумалась. Потом обрадованно прошептала:

– Про голос-то я совсем забыла! Он ведь прежним остался, а раз так…

Васька будто понял ее. Возбужденно пискнул и заплясал на Тайкином плече. Коготки у него были крошечные, но острые как иголки, и Тайка невольно поморщилась. Однако вслух сказала:

– Смотри, Васек! Веснушки можно свести, так?

Васька не возражал.

– А волосы – покрасить, правильно?

Васька и тут не стал спорить.

– Загореть можно и под лампой, есть такие, только я забыла, как называются. Ритка зимой к маме приставала, чтоб пустила позагорать, а мама сказала – незачем, лета жди.

Васька протяжно зевнул. Тайка победно закончила:

– А голос никак изменить нельзя, он мой, и все тут. Любой дурак должен узнать меня по голосу!

Котенок от такого утверждения едва не свалился с плеча. Он выразительно смотрел вслед дяде Васе, и Тайка раздраженно заявила:

– Ему медведь на ухо наступил, понял, нет? А у нашей Ритки слух есть, она даже в музыкальную школу ходит, седьмой класс закончила…

Васька с ответом не нашелся, и Тайка уверенно набила свой номер. Дождалась, пока Рита снимет трубку, услышала сдержанный лай Тайфуна и довольно улыбнулась: вот кто точно ее узнает!

Запах-то остался прежним, как и голос, разве нет?!

– Тайка, ты? – сердито спросила сестра. И возмущенно крикнула: – Ты куда пропала?! Илья же специально записку оставил – ждать нас дома!

– Да я…

– Читать разучилась?!

– Ритусь, я в беседке сидела, вот честное слово, со двора ни на шаг…

Тайка старшую сестру никогда не баловала. «Ритка», в лучшем случае – «Рита». Обычное обращение! Зато «Ритуся»…

Это уж в случае глобальной катастрофы, когда Тайке срочно требовалась помощь или защита.

Риту даже в пот бросило!

– «Ритусь»? – встревоженно переспросила она. – Я не ослышалась?

– Понимаешь, Ритусь…

– Что ты опять натворила?!

– Н-ничего, – Тайкин голос дрогнул.

– Быстро, домой! – отрывисто приказала сестра.

Тяжелая дверь запищала и открылась. Счастливая Тайка пулей влетела в подъезд. Пробегая мимо квартиры бабы Маши, девочка показала невидимому врагу язык – она наконец в своем доме!

* * *

Тайке и в дверь не потребовалось звонить. Та была нараспашку, а на пороге стояла Рита. Насупленная, явно не в настроении.

Тайка удивленно отметила, что лицо старшей сестры при ее появлении ничуть не изменилось. Рита Тайку будто и не заметила. Смотрела на лестничный проем и нетерпеливо выбивала пальцами дробь по косяку.

Тайка подхалимски хихикнула. Помахала перед Ритиным лицом рукой и воскликнула:

– Привет!

Рита равнодушно скользнула по ней взглядом и пробормотала:

– А-а, это ты. Ну, привет.

– Я пришла!

Тайка попыталась пройти в квартиру, но Рита твердой рукой придержала ее и сказала:

– Мне сейчас не до гаданий.

– Но это же я! – возмутилась Тайка.

– Вижу.

– Тогда пусти домой!

Рита неприязненно посмотрела на прилипчивую маленькую цыганку и буркнула:

– Извини, сейчас действительно не до тебя. – Она прикрыла дверь и раздраженно проворчала: – Куда провалилась эта мерзкая девчонка?! За это время на десятый этаж подняться можно!

– Ты про меня так, да?! – возмутилась Тайка.

– Нет.

– А про кого?

– Младшую сестру жду.

– Но я же вот она!

– При чем здесь ты?

Тайка широко открыла рот. До нее только сейчас дошло – Рита ее не узнает. Совсем. Несмотря на то, что ходит в музыкальную школу, и у нее абсолютный слух. А значит…

Тайка помрачнела. Она поняла, что настаивать на своем глупо. Ей все равно никто не поверит, Ритка только разозлится.

«В конце концов, – обреченно вздохнула Тайка, примиряясь с поражением, – я и сама себя в зеркало не узнавала. А Ритка – глухая тетеря. И с робкой надеждой подумала: «Может, попросить позвать Ильку?»

Из приоткрытой двери вкусно запахло сэндвичами, Илья явно включил микроволновку. Наверняка настрогал свои любимые бутерброды с ветчиной, болгарским перчиком, помидором, луком и сыром. Ох, и вкуснющие!

Тайка судорожно сглотнула и вдруг почувствовала, как под ее ладонью дрожит голодный Васька. И какие острые у него позвонки. А сам он вообще бестелесный. Один пух, а не котенок.

Она обязательно должна получить от Ритки хоть корочку хлеба! Тайка едва не зарыдала – нечестно, мама и на ее долю приготовила утром бутерброд!

Она искоса посмотрела на сестру, обдумывая план «обольщения». Так папа называл Тайкины вылазки в свой кабинет. Говорил, что Тайка и мертвого уговорит уступить компьютер. Мертвого!

Ритка-то живая. И уступать не любит.

Тайка попыталась поймать Ритин взгляд, но сестра лишь недовольно отстранила ее. Она по-прежнему смотрела на лестницу.

Тайка помахала перед ее лицом руками и насмешливо воскликнула:

– Ку-ку! Если ждешь Тайку, то я вместо нее!

Рита вздрогнула и резко обернулась.

– То есть как это – вместо нее?!

– Так, – Тайка непринужденно уселась на ступеньку. – Твоя сестрица собралась к подруге на дачу. С ночевкой, учти! А я обещала – тоже учти! – за небольшое вознаграждение об этом тебе сообщить. – Она фыркнула. – Или твоему брату, все равно. Чтоб родители не волновались.

Рита ахнула, у нее мгновенно запылали щеки. Открыла дверь и крикнула в квартиру:

– Илька, иди сюда!

Тайка угрюмо ухмыльнулась – полное собрание. Жаль, что на лестничной площадке. Она бы предпочла встретиться со старшим братом за кухонным столом.

Илья увидел Тайку и воскликнул:

– А-а, Есения!

Рита возбужденно заявила:

– Тайка окончательно свихнулась!

Илья окинул площадку цепким взглядом, но младшую сестру не обнаружил. Рита нервно пояснила:

– Она сбежала к какой-то подружке на дачу, представляешь?

– Пока смутно.

– С ночевкой.

– Не понял.

– Повторяю, – Рита ехидно улыбнулась. – Твоя любимая Тайка смылась неизвестно к кому на дачу. И через цыганку передала, что уехала с ночевкой.

– Через Есению? – уточнил Илья.

– Угадал.

Илья сдвинул брови, размышляя. Потом озабоченно возразил:

– Но ты ведь только что с ней разговаривала, я из кухни слышал.

– Правильно, – вмешалась Тайка. – Ваша сестра специально так устроила, чтоб вы не волновались. Чтоб знали, с ней все в порядке. Голос ее услышали, да и успокоились.

– Скажите пожалуйста – какая заботливая, – ядовито улыбнулась Рита.

– Она такая, – серьезно кивнула Тайка. Подумала и добавила: – А меня следом отправила. Когда ты дверь в подъезд открыла. Чтоб я вас утешила. – И торопливо уточнила: – За вознаграждение!

– Нет, какова наглость! – зло прошипела Рита. – Вы ее окончательно избаловали!

Илья почесал затылок и пробормотал:

– Вот это финт!

– И что мы скажем маме?!

– Маме вы скажите, – вмешалась Тайка, раздраженная чужой тупостью, – что отпустили ее с ночевкой к подруге. Мол, Тайка так просилась, так просилась…

– Но к кому?!

– Скажешь – помнила, но забыла, – невозмутимо улыбнулась маленькая цыганка.

Рита возмущенно фыркнула:

– Я так и знала!

– Ты о чем? – Илья рассеянно рассматривал забавную черноволосую девчонку в рваном платье.

– Когда Тайка назвала меня «Ритусей», я сразу поняла – что-то нечисто. Что-то она задумала или натворила. Но чтоб такое…

– Может, она еще во дворе? – с надеждой спросил Илья.

– Ага! Ждет нас до сих пор! – Рита безнадежно махнула рукой.

Тайка невольно хихикнула. Рита угадала – если бы эта история была правдой, ее, Тайки, давно бы и след простыл!

Тайка напрасно смеялась. Рита с Ильей переглянулись и вопросительно уставились на едва знакомую девчонку.

Тайка быстро сказала:

– Не, ваша сестрица шустрая. Она сразу убежала, как только я в подъезд вошла. Сказала – спешит.

Илья пожал плечами. Он не знал, что делать. Вежливо улыбнулся маленькой цыганке и ушел.

Рита взялась было за ручку двери, но Тайка вскочила со своей ступеньки и испуганно выкрикнула:

– А вознаграждение?!

Рита раздраженно посмотрела на нее, но спорить не стала. Лишь отрывисто спросила:

– Тебе хлеба вынести или деньги дать? Ну, рублей десять?

Тайка в магазины не раз ходила. То за батоном мама посылала. То за молоком. То за солью или сахаром. Поэтому она имела представление, что можно купить на десять рублей. Размер предложенной суммы девочку ужаснул.

Тайка покраснела. Облизала мгновенно пересохшие губы и жалобно пискнула:

– Ты же недавно пятьдесят предлагала…

– За гадание, – сурово напомнила Рита.

– Но я… я же тебе новость принесла! Про сестру!

– За такие новости, – зло отрезала Рита, – в старину головы рубили! Вот что я маме скажу?!

– А… погадать?

– Обойдусь!

Личико маленькой цыганки сморщилось. Огромные зеленые глаза заблестели от едва сдерживаемых слез, и Рита чуть мягче сказала:

– Мне не до гаданий, честно. Мне бы как-то маму подготовить. – И снова вспылила, вспомнив про младшую сестру. – Вот ведь паршивка, вернется – убью!

На лестничную площадку вышел Тайфун. Тайка вздрогнула: неужели и он ее не узнает?! Тайфун смотрел невозмутимо. Подошел к ней и ткнулся мокрым носом в ладонь. Будто и не заметил, что маленькая хозяйка уже не рыжая. И зеленоглазая. Тайка облегченно вздохнула – хоть для кого-то она не чужая! – и нежно погладила пса.

Рита с легким удивлением заметила:

– Действительно, цыганка. Прямо-таки дар у тебя. – И со смешком пояснила: – Наш Тайфун вообще-то чужих не любит, а к тебе сам подошел, надо же…

Тайка уже смелее потрепала собаку по холке. Но Рите почему-то это не понравилось. Она шире распахнула дверь и коротко приказала псу:

– Домой!

Тайфун вопросительно посмотрел на хозяйку. Тайка заставила себя утвердительно кивнуть. И горестно смотрела, как Тайфун неохотно скрывается в квартире. Как бы он сейчас пригодился!

Вот что ей делать?! Тайка шмыгнула носом и горестно подумала: «Лучше остаться одной, чем свести с ума маму. Пусть лучше считает – я окончательно э-э… распоясалась и удрала без спроса на дачу к подруге».

Вдруг Тайка удивленно хмыкнула, будто только что осознала, что с ней случилось. Она бросила взгляд на свое отражение в оконном стекле и печально улыбнулась: «Я превратилась в цыганку, надо же! Вместо меня – другая. Пусть – красавица…» Или мама не расстроится, узнав об этом?

Девочка пожала плечами: не поверит ведь! Вот если бы поверила, само собой, не расстроилась бы. Но мама не знает, что зеркало – волшебное.

Разве теперь докажешь, что она – Тайка?!

Убитая горем Тайка безропотно взяла у Риты десять рублей. Мстительно посмотрела купюру на свет – вдруг фальшивая? – и неохотно пошла вниз по лестнице. Тайкина голова гудела – столько всего нужно сделать до вечера.

Девочка грустно усмехнулась, мысленно составляя реестр дел на сегодня: «Во-первых, нужно накормить Ваську и поесть самой. Во-вторых, нужно как-то выкрасть у бабы Маши зеркальце. В-третьих, – Тайка застонала от обиды, – вернуть себе ненавистные веснушки, рыжие волосы и карие глаза. – Она даже кулаки сжала. – Самой! Добровольно!»

Тайка громко всхлипнула и суетливо вытерла слезы подолом. Потом вяло закончила: – «В-четвертых, придется объясняться с мамочкой. И папой. Имею я право пошутить?!»

Глава 10

НОС В КРАСНЫЙ ГОРОХ

Действовать Тайка решила строго по плану, чтобы не запутаться. Тем более есть хотелось так сильно, что голова кружилась.

И котенка было до слез жаль. Бедняга уже не кричал, наверное, силенок не хватало. Висел на Тайкином плече, вцепившись в ткань коготками, а ярко-зеленые глаза – такие же у Тайки! – смотрели на мир с покорной обреченностью.

Тайка погладила Ваську и спросила:

– Что есть-то будем? У нас всего десять рублей…

Котенок жалобно пискнул и скатился ей в руки. Тайка пробормотала:

– Самое сытное – хлеб. Можно полбатона купить, его нам и на завтра хватит. Если… Нет, завтра мы уже дома будем!

Васька лизнул ей палец. Тайка вздрогнула и с сомнением подумала: «Вряд ли маленькие котята едят хлеб. Ему молоко нужно. Или кефир. Но тогда… а я как же?»

Тайкины пальцы независимо от воли хозяйки прошлись вдоль Васькиного позвоночника, и девочка снова ужаснулась его худобе.

«Я-то не умру, если до завтра не поем как следует, – Тайка с тяжелым вздохом свернула к ближайшему магазину, – а Васька, он может. Вон какой тощий, в чем только душа держится. Ему нужно… йогурт купить! Вкусно и сытно. Поделим пополам, так Ваське его доли раза на два хватит, а то и на три…»

Тайка бродила вдоль стеллажей с молочной продукцией и не могла ни на что решиться. К сожалению, десяти рублей на большую упаковку йогурта не хватало. И на две маленьких – тоже. Вот если бы ей еще рубль-два…

Смуглую босоногую девочку брезгливо обходили покупатели. Продавцы смотрели недоверчиво. Тайка все время чувствовала на себе взгляд ближайшей кассирши, она не сводила глаз с Тайкиных рук.

«Боятся – стащу что-нибудь, – зло усмехнулась Тайка. – Может, и правда? Если не выносить из магазина, а съесть прямо тут… Хотя бы бублик!»

Наверное, Тайкины преступные мысли легко читались. Рядом мгновенно вырос высокий охранник в черном костюме. Коснулся Тайкиного плеча и сурово произнес:

– В наш магазин нельзя заходить с животными!

Васька будто понял его слова и попытался спрятаться у хозяйки под мышкой. Тайка искательно улыбнулась и заявила:

– Там написано – нельзя с собаками. А Васька – кот. Даже – котенок. С ним можно.

Лоб охранника пересекла глубокая морщина, он оглянулся на кассиршу, та ответила раздраженным взглядом.

– С кошками тоже нельзя! – рявкнул парень.

– А с попугаем? – с любопытством спросила маленькая цыганка.

– И с ним!

– А с крысой?

Охранник отшатнулся и испуганно просипел:

– У тебя и крыса есть?

– Нет, – с сожалением призналась Тайка. – Знала б, что можно, обязательно завела б. Водила б на веревочке, да, Васька? – И мечтательно протянула: – Крыска-Лариска, зубастая, страшненькая, чем плохо?

Охранник открыл рот. Тайка схватила ближайший стаканчик с йогуртом – за восемь сорок – и пошла к кассе.

Второй пункт плана возвращал Тайку к родному дому. Поесть она решила в палисаднике, чтоб не упускать из вида шкатулку с волшебным зеркальцем. Вдруг баба Маша его перепрячет?!

Встревоженная Тайка мигом взлетела на яблоню и облегченно вздохнула. Деревянная шкатулка по-прежнему стояла у самого окна, на тумбочке. А баба Маша пила чай на кухне и слушала новости. Маленькая радиола была включена практически на полную громкость.

«Самое время выкрасть зеркало, – обрадованно подумала Тайка. – Баба Маша ничего и не услышит. Форточка открыта, музыка гремит, как раз новости кончились, я сейчас быстренько…»

Тут заурчало в животе, Тайка сглотнула слюну и решила для начала покушать. Чтоб уж точно все шло по плану!

Трава после дождя не высохла, но девочка не обратила на это внимания, слишком хотела есть. Она уселась под яблоней и сказала сонному Ваське, снимая его с плеча:

– Сейчас поужинаем. По очереди. Вначале ты – раз ты голоднее – потом я.

Васька зевнул. Тайка вытащила из кармана стаканчик с йогуртом и невольно облизнулась, она любила именно такой, с лесными ягодами. Правда, с ананасами тоже очень вкусный, но… На один рубль и шестьдесят копеек его не купишь!

Тайка аккуратно сорвала крышку и сдвинула брови: а как делить? Это же не бублик, переломил пополам, и всех дел. И ложки у нее нет, и блюдечка для Васьки…

Котенок почуял вкусный запах и оживился. Круглые глазки потеряли сонливость и ярко засветились. Шерстка встала дыбом. Васька грозно заурчал и выгнулся дугой. Тайка поняла – еще секунда промедления, и котенок опрокинет стаканчик. Или нырнет в него с головой! Она снова сглотнула слюну. Торопливо налила на ладонь йогурт и поднесла к Васькиному носу.

Горло перехватило от жалости – голодный Васька не ел, он жрал! При этом давился, разбрызгивая драгоценный йогурт во все стороны, захлебывался им, чихал и кашлял. Но не на секунду не прекращал работать маленьким язычком!

Сложенная ковшиком ладонь опустела моментально, Васька жалобно взвыл. Тайка торопливо плеснула йогурта и невольно улыбнулась – котенок припал к ее ладони, будто его всю жизнь так кормили. Именно из ладони!

Он уже не захлебывался. Лакал жадно, но аккуратно. Маленький хвостик дрожал, лапы то и дело подламывались, и Васька смешно оседал на животик. После четвертой добавки Васька наконец смог оторвал испачканную мордашку от Тайкиной ладони. Зеленые глаза уже не горели, Васька смотрел осоловело и чуть виновато. Он громко икнул и покачнулся. Лапки разъехались, котенок упал, вот только подняться на этот раз не спешил. Заснул!

Тайка ухмыльнулась – ну и обжора! Маленький-маленький, а сколько съел? Ничего, теперь ее очередь!

Тайка взяла стаканчик, и ее лицо разочарованно вытянулось – йогурта практически не осталось. Чуть-чуть, на самом дне. Так нечестно! Васька такой крошечный! Вот именно.

Тайка тяжело вздохнула и принялась за свою «долю». Она старалась растянуть удовольствие, но все равно йогурт кончился возмутительно быстро. Пластиковые стенки блестели, так здорово Тайка почистила их пальцем. Она и крышку вылизала. Так же тщательно, как Васька ее ладонь. На этом ужин кончился. Предстояло идти на дело.

Тайка привстала на цыпочки, но окна находились слишком высоко. Пришлось снова лезть на яблоню.

Тайке повезло, баба Маша все еще находилась на кухне. Правда, уже не пила чай, а мыла посуду. Следовало торопиться.

Металлический подоконник загудел под ногами. Тайкино сердце ухнуло в пятки, дыхание перехватило. Тайка замерла, прислушиваясь.

Из кухни по-прежнему доносились звуки бравурного марша, и Тайка перевела дух – кажется, баба Маша ничего не заподозрила.

Тайка подтянулась на руках и благополучно проскользнула в комнату. Ступила босыми ногами на подоконник и… Еле успела спрятаться под стол! Хорошо, баба Маша по старинке накрывала его скатертью, длинной, с кистями, богато украшенной ручной вышивкой.

Тайка дрожала от страха и жалела, что не успела прихватить с тумбочки шкатулку. Ведь рядом стояла! Баба Маша наверняка решила бы, что шкатулку украли, форточка-то открыта.

Тайка осторожно выглянула из-под скатерти и едва не застонала от разочарования – баба Маша держала в руках волшебное зеркало. Ее зеркало! Старуха вертела его в руках и озадаченно морщилась, странное зеркало по-прежнему ничего не отражало.

Баба Маша подошла к шкафу и удовлетворенно хмыкнула: дешевое потускневшее зеркало на двери исправно работало. Старуха заправила седую прядь за ухо, хмуро улыбнулась собственному отражению и раздраженно проворчала:

– За лом-то меньше дадут…

Тайка под столом сжала кулаки: баба Маша безжалостно согнула серебряную пластину, будто пыталась заставить ее подчиниться. Потом выпрямила и снова упрямо уставилась в волшебное зеркало.

Тайка буквально кипела – едва не сломала! А если бы сломала… Она, Тайка, никогда бы не попала домой!

Тайкины пальцы похолодели, и она в гневе прошипела, глядя на бабу Машу:

– Чтоб у тебя… чтоб ты… нос тебе в красный горошек, жадная дура!

И потрясенно ахнула – крупный нос картошкой будто рябью подернулся. Тайка словно в свое зеркальце смотрела. Стоя за спиной противной соседки. К ее удивлению, баба Маша что-то почувствовала. Крякнула и энергично помассировала переносицу.

Тайка прикрыла рот ладошкой, чтобы не расхохотаться в голос. Когда баба Маша убрала руку, Тайка поняла – ее неосторожные слова сработали, как настоящее заклинание. Несчастная старуха теперь походила на клоуна. Если, конечно, встречаются клоуны, окрашивающие свои носы так странно.

Крупный и мелкий горошек как масляной краской нарисовали! При этом не ленились и краску не экономили.

Нос в красный горох! Разве такое бывает?

Пораженная Тайка хотела попросить Весту, чтоб она вернула старухе обычный облик, но не успела. Баба Маша уже не смотрела в зеркало, и Тайкины слова не подействовали, как она ни старалась. Хотя Тайка по-честному – раза три! – шепнула: «Пусть нос станет, как был!» Нулевой эффект.

Зато баба Маша снова вставила волшебное зеркало в рамку. Жаль, в шкатулку его не вернула. Сунула в карман и ушла на кухню.

Пришлось Тайке уносить ноги без своего зеркальца. Хорошо, баба Маша ее не заметила!

Глава 11

МИШКА ГУСЕВ

Тайка пряталась в беседке и понуро смотрела на родные окна, она размышляла. Второй пункт ее генерального плана остался невыполненным, Веста по-прежнему находилась в чужих руках.

И под окном дежурить смысла нет. Баба Маша включила в комнатах свет – пасмурно! – и задернула шторы. Попробуй теперь разбери, где она – в комнате или на кухне.

А если баба Маша заметит, что кто-то заглядывает в окна, сразу форточку закроет, она ужас как воров боится. А сама-то, считай, зеркальце украла!

Тайка обиженно засопела. Она не представляла, что делать дальше. Вот если бы отвлечь чем-то бабу Машу! Чтоб она постояла у двери, с кем-нибудь поболтала, а тем временем… Ну да, она, Тайка, заглянула бы в шкатулку!

Тайкино сердце болезненно сжалось – а если зеркало все еще в кармане платья? Как тогда до него добраться? Баба Маша почти с папу ростом и вон какая толстая, у нее ничего силой не отберешь. Баба Маша любого в морской узел завяжет и скажет, что так и было. С ней и взрослые боятся связываться.

Да нет, не может быть! Вечерами баба Маша всегда надевает голубой стеганый халат, Тайка тысячи раз ее в нем видела. Вряд ли она зеркальце будет из кармана в карман перекладывать. Скорее всего, вернет его обратно в шкатулку.

Тайка раздраженно сдвинула брови: баба Маша все время кричит о порядке, всем в доме надоела. В ее комнате ничего не разбросано, даже газеты строгой стопкой лежат, нигде ни пылинки. Сто процентов – она зеркальце в шкатулку положит. А нет, Тайка тогда в шкаф залезет и карманы платья проверит. Хоть и противно. Зеркальце-то ее! Так что она не воровка, все по-честному.

Васька смешно похрапывал на Тайкиных коленях, и она невольно улыбнулась: малыш здорово поужинал. Объелся так, что животик раздулся. И спал сейчас как убитый. Даже глаз не приоткрыл, когда Тайка взяла его на руки.

Внезапно Тайка заметила маму. Она подходила к подъезду, а в пакете голодная Тайка рассмотрела крупный черный виноград и яблоки. Девочка жалобно всхлипнула, мучительно захотелось домой. Сейчас бы она полжизни отдала, чтоб вернуть свои веснушки, рыжие волосы и карие глаза. И зачем она все это затеяла?

Тайка размазала по лицу злые слезы – какая разница, собственно? Мама с папой ее и такой любили. Теперь Тайка-красавица, но никому не нужна. Даже Ритка там, в подъезде, ни разу на нее толком не посмотрела. Будто и не замечала ее несравненной красоты. Рыжую Тайку выглядывала! Смешно.

Тайка судорожно вздохнула – как же ей отвлечь бабу Машу?!

* * *

Тайка сделала последнюю попытку попасть домой. Вместе с папой. А вдруг именно он ее узнает?! Но папа не обратил на Тайку ни малейшего внимания, хотя она старательно путалась под ногами, пока он шел к подъезду. Даже когда Тайка нарочно толкнула его и извинилась, папа никак не отреагировал. Машинально кивнул, а на Тайку и не глянул.

Тайка с горечью подумала: «Получается, для людей не я важна, а мои веснушки и рыжие лохмы. А ведь я… это совсем другое!» Тайка посмотрела на собственную руку и пожала плечами. Потом поднесла запястье ко рту и куснула. Вскрикнула от боли и сморгнула невольные слезы. Все не так. Все неправильно! «Рука – это не я. Или я?»

Тайка стояла у своего подъезда, не в силах уйти. И думала, что придется принять правила чужой игры. Раз внешность так много значит для других, придется пока остаться рыжей. Вернее – стать рыжей! Но вот когда она станет взрослой…

Она просто покрасится. И выведет веснушки. Будет через день менять линзы, чтоб ее никто-никто не узнал. Например, голубые глаза в понедельник, карие во вторник, черные в среду, серые в четверг, зеленые в пятницу… Тайка моргнула, не в состоянии так быстро вспомнить другие подходящие цвета для линз. Не красные же надевать в субботу!

Девочка угрюмо хмыкнула: ну она и дурочка! Того и гляди на всю жизнь цыганкой останется, одна-одинешенька на белом свете, никому не нужная, без мамы, без папы и даже без Ритки с Илькой. Нашла время мечтать!

Дверь подъезда резко распахнулась, Тайка от неожиданности едва не упала с крыльца. Она вскрикнула от радости – Тайфун! Его выпустили на вечернюю прогулку, какое счастье!

Громадный черный пес бросился к ней. Тайка пролепетала, глупо улыбаясь:

– Ты-ы…

Тайфун гулко рыкнул, подтверждая, и нетерпеливо подтолкнул ее к двери.

– Нет-нет, – испуганно воскликнула Тайка. – Мне туда нельзя!

Тайфун озадаченно склонил голову. Тайка легонько дернула его за лохматое черное ухо и грустно сказала:

– Ты что не видишь? Я уже не рыжая!

Тайфун смерил ее оценивающим взглядом и насмешливо фыркнул. Тайка горестно шмыгнула носом и пояснила:

– Тебе хорошо, ты запахи чуешь. А как маме с папой меня узнать? Я совсем-совсем другая теперь. – И неуверенно добавила, защищая родителей: – Вот если бы я им все-все рассказала…

Тайфун смотрел вопросительно. Тайка смущенно опустила глаза и призналась:

– Не могу, понимаешь?

Тайфун не понимал.

Тайка наклонилась и шепнула ему прямо в ухо:

– Я маме слово дала вести себя как большая. Мне ведь уже десять. Как я скажу ей про волшебное зеркальце? В такое только малыши верят, не взрослые… – И со слезами воскликнула: – Но это правда, честно-честно!

Тайфун заворчал. Умные темные глаза смотрели укоризненно. Тайка виновато сказала:

– Я исправлюсь, вот увидишь. Вот стану снова собой и сразу же начну исправляться.

Тайфун опустил лобастую голову, пряча взгляд, и глухо заворчал. Тайка возмутилась:

– Ты мне не веришь?!

Тайфун отвернулся, продолжая давиться – от смеха?! – а Васька сонно заворочался на руках. Тайка мгновенно забыла о своих обидах и весело воскликнула:

– Угадай, что у меня есть? – Покосилась на котенка и поправилась: – Вернее, кто?

Но Тайфун гадать не стал. Он вообще не обратил на Ваську внимания. Наверное, почуял его сразу же, как подошел к Тайке.

И теперь ничуть не удивился.

– Вот всегда ты так, – разочарованно проворчала Тайка. Предложила: – Пошли? – И побежала со двора.

Теперь она ничего не боялась. С Тайфуном-то? Ого-го! Пусть их боятся! К тому же Тайка только что придумала новый план. Знала, кто отвлечет бабу Машу, пока она, Тайка, будет шарить в ее шкатулке.

Мальчишки, вот кто! Нет – пусть лучше противный Мишка Гусев.

Только как его уговорить?!

* * *

Тайка почти бежала по улице – боялась не застать мальчишек на месте. Если они разбегутся по домам, придется ей эту ночь где-то прятаться. И все перенести на завтра.

Ох, мама и рассердится! Правда, Илька с Ритой скажут – она отпрашивалась. Но ведь не у мамы! Схитрила, получается, а мама такого не любит. Лучше бы Тайке к ужину дома быть. А Рите она скажет – пошутила.

В отместку, что они до четырех часов ее дома одну бросили.

«А про цыганку спросят? Про Есению? – Тайка озабоченно сдвинула брови. – Скажу – на улице познакомились. В соседнем дворе. Вот и попросила за рубль – или за пять? – наверх сбегать. Еще и от домашних вознаграждение пообещала, Ритка и дала, так, нет? – Тайка грустно хмыкнула. – Ничего не докажут! Меня-то уже не будет. То есть, ее. Вернее, меня, но черненькой…»

Тайка запуталась и покрутила головой – ну и абракадабра! Самой-то не разобраться, куда там Ритке.

Тайка покосилась на Тайфуна и счастливо улыбнулась – здорово, что он с ней. Теперь на нее не смотрят как на тлю, а баба Маша ни за что зеркальца не отобрала бы, будь Тайфун рядом.

И с мальчишками проще будет говорить. А то бы они ни за что не поверили, что «она» от Тайки. Нет доказательств и все тут! Тайфуна мальчишки хорошо знают. И побаиваются – почти все. Даже Мишка, хоть он и делает вид, что ни черта не боится.

Что же им сказать? Мол, Тайка попала в беду и просит о помощи? Причем – пустячной? Всего-то и нужно – подержать на лестничной площадке вредную старуху. Хотя бы минут пять. Нет – десять! На всякий случай.

А чтоб они поверили… Тайка нехорошо ухмыльнулась – она им погадает. Так погадает – на всю жизнь запомнят!

«Мишка Гусев сто процентов ночь спать не будет, он ненавидит тайны. И в гадания не верит, сам говорил. – Тайка пошла быстрее. – Интересно, что он подумает? Или решит – я растрепала? Мол, выложила цыганочке всю подноготную о команде… – Тайка торжествующе фыркнула. – Не-а! Я ему потом слово дам, что ни одной живой душе про него не рассказывала. Мишка меня терпеть не может, но знает точно – не вру. Ох, и поломает голову… Цыган начнет бояться, во как! Как увидит их, будет на другую сторону улицы перебегать. Придумать бы – как все это половчее обставить…»

Тайке повезло, мальчишки еще по домам не разбежались. Лениво гоняли мяч на футбольном поле. И ушастый Мишка собственной персоной стоял в воротах.

– Голос! – шепотом приказала Тайка.

Тайфун гулко гавкнул. Мальчишки переглянулись и завертели головами, высматривая Тайку. Не заметили ее и насторожились, Тайфун всегда приходил только с ней.

– Сейчас повеселимся, – пообещала Тайка псу. – Ты мне только подыграй, ладно?

Тайфун добродушно фыркнул. Тайка облегченно вздохнула: на него можно положиться. Хотя временами не по себе – собаки не должны быть такими умными! Правда, Тайфун порой ее здорово выручает. Но и подставить запросто может! Если вдруг решит, что так лучше. Якобы для нее, Тайки.

Тайка легко перемахнула через невысокую изгородь и неторопливо побрела к футбольному полю. Мальчишки прекратили игру и уставились на нее так, будто впервые видели. Впрочем, действительно впервые!

Тайка поднатужилась и взглянула на себя глазами… ну, пусть Саньки Глушко. Вот он ведет мяч, все отлично, сейчас вмажет по воротам. Мишке в жизни не взять такую мощную подачу, вместе с мячом в ворота влетит… «О-о-о! Тайфун! Ну и псина, мне б такого, повезло Тайке. А где ж она сама? Классная девчонка, сейчас наверняка с Гусем поцапается, здорово это у нее получается…» Санька честно вертит головой, но вместо рыжей веснушчатой Тайки видит смуглую босоногую цыганочку в драном платье. Симпатичную, зеленоглазую, но незнакомую. Глушко таращится на нее и ломает голову, каким образом с ней оказался Тайфун. Санька отлично знает, этот огромный пес никому кроме Тайки не подчиняется. Да и ей – весьма условно.

Помнится, как-то Тайка вечером заигралась с мальчишками в футбол, а время подходило к девяти. Дома уже ее заждались, мама строго-настрого велела не опаздывать к ужину.

Собаки время прекрасно чувствуют, это любой собачник знает. Свой завтрак, обед, ужин или прогулку они требуют в строго положенные часы. И нервничают, стоит хозяину забыть о времени.

Вот и Тайфун несколько раз честно «намекнул» Тайке, что пора бежать домой.

А Тайка – ноль внимания. Носилась себе по полю, будто оглохла и не слышит сердитого лая. Это она зря. Тайфун здорово разозлился. А может, и нет. Просто решил ее наказать. Или поторопить таким образом.

Мальчишки бросились в разные стороны, когда на футбольное поле черной молнией влетел огромный пес. Раз – и мяч у него в зубах. Два – и он сплюнул жалкие ошметки Тайке под ноги. Три – продемонстрировал ошарашенным футболистам огромные клыки. Четыре – Тайка послушно плетется рядом с ним к дому. Дело сделано!

Тайка сердито покосилась на Тайфуна – зачем она только вспомнила ту историю?!

Пес будто ее мысли читал. Его глаза лукаво блеснули, Тайфун насмешливо и чуть сочувственно фыркнул.

– Деспот, – прошипела Тайка. – Ты ж должен меня слушаться, а не я тебя.

Тайка раздраженно вздернула подбородок – Тайфун ответил ей ТАКИМ взглядом… А у всех нормальные людей псы как псы!

Мальчишки стояли тесной группой и откровенно рассматривали ее. Тайка ловко сплюнула под ноги Мишке Гусеву – он едва не отпрянул! – и небрежно бросила:

– Привет!

– Ну, привет, – осторожно ответил Санька Глушко.

Остальные промолчали, ожидая продолжения. Тайка ехидно улыбнулась, с Тайфуном за спиной она чувствовала себя уверенно. Впрочем, она бы и без него с ними справилась. Тренер по каратэ как-то сказал, что у Тайки настоящий талант и великолепная реакция.

– У меня к вам дело.

– А у нас к тебе – нет, – насмешливо парировал Мишка.

Мальчишки довольно захохотали. Тайка вздрогнула. Ей вдруг почудилось, что противный Гусев видит ее насквозь, и давно угадал в ней Тайку Романову. Вот и изгаляется, гад.

Тайка выставила вперед босую ногу и процедила сквозь зубы:

– Помолчал бы, Гусь лапчатый!

Теперь вздрогнул Мишка, в его глазах мелькнуло изумление. Мальчишки переглянулись. Санька Глушко настороженно спросил:

– Откуда его знаешь?

– Почему – его? Я всех вас насквозь вижу, – фыркнула Тайка, – я же цыганка!

– Цыганка-оборванка, – пробормотал Гришка Пономарев.

– А ты, Пономарь, штаны лучше подтяни, снова потеряешь!

Гришка покраснел и машинально схватился за ремень. Он действительно неделю назад потерял во время игры спортивные трусы, резинка вдруг лопнула. Зато теперь он на всякий случай затягивал поверх них ремень.

– Языкастая, – холодно констатировал Мишка. Он поднял руку, заставляя мальчишек молчать. – И что тебе, такой языкастой, от нас нужно?

– Другой разговор, – одобрила Тайка. – Люблю, когда сразу к делу. Давно бы так.

Мальчишки рассматривали ее во все глаза. Тайфун лег у Тайкиных ног, и она благодарно улыбнулась ему. Потрепала мощный загривок и уже серьезно сказала:

– Я от Тайки Романовой. Она… в беду попала. Нужна помощь. Срочно.

Мальчишки загалдели. Мишка взглядом заставил их замолчать и раздраженно спросил:

– Почему мы должны тебе верить?

– Потому что со мной Тайфун, – просто ответила Тайка. – Сами знаете, он с кем попало не пойдет. А меня он сейчас даже слушается. Вместо Тайки.

– Это правда? – Мишка посмотрел на черного пса.

Тайфун медленно опустил голову, подтверждая. Потом поднял ее и демонстративно лизнул Тайкину руку.

Такого Мишка не ожидал. Даже Тайка растерялась, Тайфун раньше никогда не лизал ей рук.

Санька Глушко громко икнул и в полной тишине прошептал:

– Может, это не Тайфун? Просто похож…

Тайка оскорбилась. Смерила Саньку гневным взглядом и выпалила:

– Где это ты видел похожего пса?! Тайфун – он один, чтоб ты знал!

Сенька Ковалев нервно хихикнул и толкнул Мишку под локоть:

– Болтает как Тайка, скажи?

– Эт-то точно, – Мишка нехорошо сузил глаза. – Прямо близнецы!

Мальчишки заулыбались. Гришка зло хмыкнул:

– Ничего общего! Тайка – рыжая, веснушек не меряно, а эта…

– Я не о внешности, – отрезал Мишка.

Тайка изумленно открыла рот – смешно, но ненавистный Гусь единственный, кто сумел увидеть настоящую Тайку сквозь оболочку цыганки. Даже папа ничего не понял!

Но это лишнее. Гусь помочь должен, а не правды доискиваться. Всего ему не объяснишь, о зеркале честно не расскажешь – опасно, Тайка это кожей чувствовала.

Никто не должен знать правды о Весте!

– Ага, мы с ней сестры, – заявила Тайка и задрала нос.

– А я Тайкин дедушка, – фыркнул Мишка. – Троюродный.

Мальчишки охотно засмеялись. Гришка покрутил пальцем у виска и презрительно бросил:

– Могла б че поумнее соврать!

– Я никогда не вру, – с достоинством произнесла Тайка. – Как и она. – Немного помолчала и добавила: – Я правду сказала – мы с ней кровные сестры. Вот. – И Тайка показала заинтригованным мальчишкам тонкий рубец на запястье.

Санька с Мишкой недоверчиво переглянулись. Санька поплевал на палец и попытался стереть тонкую серпообразную полоску. Но не смог.

– У Тайки точно такой же, – растерянно пробормотал он.

– Еще бы, – кивнула Тайка. – Мы с ней три года назад кровь смешали. Это обряд такой, наш, цыганский, слышали, наверное?

Мальчишки уважительно молчали. По очереди изучали на тонкой смуглой руке такой знакомый Тайкин шрамик. Мишка морщил лоб, размышляя.

Чтобы сбить его с мысли, Тайка весело предложила:

– Хотите, погадаю? У меня талант, вот честное слово! Я почти не ошибаюсь. Только правду говорю, вам могу и бесплатно…

– Почему мы тебя раньше никогда не видели? – бесцеремонно прервал Тайку Мишка Гусев.

– Я же цыганка, – пожала плечами Тайка.

– Ну и что?

– Мы с бабушкой на месте не сидим, все время ездим, – спокойно пояснила Тайка. – Вот как в вашем городе бываю, сразу к Тайке захожу.

– Да ладно тебе, Гусь, придираться, – вмешался Санька Глушко. – Сказала же – кровная сестра. Какая тебе разница, почему ты ее раньше не видел?

Мишка сдвинул светлые брови, но промолчал. Санька с любопытством спросил:

– А ты как гадаешь? По руке?

– И по руке тоже.

– Я согласен, – хихикнул Санька. И попросил: – Только ты плохое не говори. Че заранее трястись-то?

Тайка пожалела, что с ней нет волшебного зеркальца. Вот она бы развернулась! А так, без него… Несерьезно как-то.

Она согласно кивнула:

– Будущего лучше не знать, ты прав. Давай, я тебе о прошлом скажу. Ну, что-нибудь эдакое, что чужие не знают…

Санька покраснел и протянул ей грязную, влажную от волнения руку. Тайка поводила пальцем по линиям, но так и не смогла вспомнить – какая что обозначает. Поэтому сморщила нос и спросила:

– Тебе при всех говорить?

Санька оглянулся на друзей и нерешительно пробормотал:

– Какая разница…

– Ну, ты – Санька. Фамилия – Глушко. У тебя есть младшая сестра, Катя, по-моему. Ты с ней вечно воюешь, она матери жалуется. А недавно с твоего велосипеда цепь сняла и спрятала…

Санька ахнул. Мальчишки за его спиной взволнованно загудели. Мишка Гусев раздраженно заявил:

– Тайка растрепала, гадом буду!

– Гад мерзкий, скользкий и есть, – Тайка подняла на него злые глаза. – Потому что Тайка никому ничего о вас не рассказывала. Хочешь, самую страшную клятву дам?

Мишка в упор посмотрел на нее, Тайке стало не по себе. Снова показалось – Мишка в ней Тайку Романову чует, хоть и сам себе не верит. Ишь, уставился! Глазищи – как рентген!

Мишка клятвы с нее не потребовал. Неохотно буркнул:

– Может, и не врешь.

– Дальше давай! – Санька возбужденно переминался с ноги на ногу. При этом изумленно таращился на ладонь, пытаясь понять, как можно по едва заметным линиям прочесть такое.

Тайка послушно склонилась над его рукой.

– Читать не любишь. В прошлом году аппендицит вырезали. Тебе… тебе одна девчонка очень нравится. Из твоего класса. Фамилию с именем называть?

– Не нужно, – испугался Санька – мальчишки рассмеялись. – Лучше скажи, куда Катька мою цепь припрятала!

– Я рядом со свечой не стояла, – пожала плечами Тайка. – Я ж по твоей руке гадаю, не по ее.

– Не знаешь, значит, – расстроился Глушко.

– Точно не знаю, – хмыкнула Тайка. – Но подсказать могу.

– Ну?!

– Я бы, на ее месте, в твоей комнате спрятала.

– Как… в моей комнате?!

– Так. Последнее место, где ты искать будешь. Вот, вижу по руке, у тебя в углу ящик со всяким железом стоит…

– С инструментом! – ревниво поправил Санька.

– Пусть с ним, – равнодушно согласилась Тайка. – Там твою цепь запросто прикопать можно, пока ты туда сунешься…

Мальчишки возбужденно загалдели. Санька выдернул руку. Глаза у него помутнели, на лбу выступили бисеринки пота. Он скользнул невидящим взглядом по друзьям и вдруг бросился к своему дому. Да так быстро, что Тайка рот раскрыла от изумления.

– Щас проверит, – прокомментировал Гришка и привычно поддернул трусы.

– Подождем, – констатировал Мишка.

Он уселся прямо на траву, и мальчишки мгновенно посыпались рядом. Тайка, подумав, тоже села. Привычно задрапировала дыру на подоле и насмешливо сказала:

– Дурак ваш Санька! Цепи там может и не быть. Я ж так… предположила просто. – Она повернула голову к Мишке и вкрадчиво предложила: – Хочешь, и тебе погадаю?

К ее разочарованию, Мишка не согласился. Он даже руки в карманы засунул, будто Тайка могла издали что сомнительное по линиям прочесть и при всех его тайны выдать.

Тайка понимающе хмыкнула, Мишка отвернулся. Зато Гришка протянул руку и потребовал:

– Один факт скажи, с меня хватит. А то с Санькой… Все на фокус похоже!

– Проверочка, значит, – ехидно улыбнулась Тайка. – На вшивость!

– Точь-в-точь как Тайка, – растерянно пробормотал кто-то из мальчишек.

– Кровные сестры, – уважительно пробасили за Тайкиной спиной.

Лишь Мишка смолчал. Только смотрел в упор, будто пытался просканировать.

Тайка прикусила нижнюю губу, чтобы не рассмеяться, и склонилась над Гришкиной ладонью. Ткнула пальцем в какую-то линию – самую извилистую выбрала! – и сдавленно произнесла:

– Математик ты. Этой зимой на городской олимпиаде второе место занял. На новую материнскую плату денежки копишь и еще на всякую мелочь для компа. Хотя зря. Мог бы у отца попросить, он даст, я вижу.

Кто-то из мальчишек ойкнул. Тайка смешливо подумала: «Хорошо, никто не знает, что у нас отцы вместе работают. Папа сто раз рассказывал, как Гришкин отец сыном гордится. Тем, что Гришка компьютер как себя знает. Говорил – попросит, так более мощный ему куплю, последней модели. Мол, заслужил!»

Гришка шлепал длинными как у девчонки ресницами и уважительно рассматривал собственную ладонь. Мальчишки толкались, протягивая Тайке руки.

– И мне!

– Один только фактик, как Гришке!

– И мне, и мне!

– Мне тоже один!

– Иди ты, я первый руку протянул!

Тайка искоса посмотрела на Мишку Гусева – ну, каменный! Сидит, посвистывает, будто и не видит ничего. Тайка вздохнула. «Гадание» оказалось вовсе не таким интересным, как она предполагала. Может, из-за Мишки? Вот если бы он руку дал… Но Мишка и не смотрел в ее сторону. Упрямо таращился на Санькин дом, ждал его, что ли?

Тайка взяла чью-то руку с обломанными ногтями и равнодушно буркнула:

– Двоечник ты. И второгодник. А вот рисуешь классно…

Тайка почти охрипла, когда Мишка прервал ее очередное «откровение» возгласом:

– А вот и Санька!

Она с нескрываемым облегчением отбросила Васькину руку и с любопытством обернулась. Ей ничуть не меньше других хотелось узнать, нашел ли Глушко свою велосипедную цепь. Тайка в самом деле на Катькином месте спрятала бы ее в ящике с инструментами.

Тайка презрительно хмыкнула – была она как-то в Санькиной комнате – ну и бардак! Если бы мама с Риткой там побывали, сразу бы перестали ругать Тайку за беспорядок. Вот у Глушко – кавардак так кавардак.

Тайка мгновенно поняла, что Санька нашел свою драгоценную цепь. И все поняли. Стоило посмотреть на Санькину сияющую физиономию!

Мишка Гусев помрачнел. Зато Гришка обрадовался. Он теперь свято верил в Тайкины «способности» и не сомневался, что вытрясет с отца новую материнку. А может, и еще что-нибудь.

Мальчишки с интересом выслушали Глушко. Счастливый Санька взахлеб рассказывал о своих поисках и о том, как классно «умыл» вредную Катьку. Потом он уважительно потряс Тайкину руку и спросил:

– Так что тебе от нас нужно?

Мальчишки поддержали его оживленным гулом. Даже Мишка смолчал. Лишь смотрел внимательно и выжидающе.

Тайка вздохнула. Немного подумала и осторожно сказала:

– Все рассказать не смогу – не моя тайна.

– Все и не надо, – фыркнул Васька.

Тайка бросила взгляд на его тезку и невольно улыбнулась: котенок крепко спал там, где она пристроила – под теплым боком Тайфуна. Его практически и не видно в густой черной шерсти.

– Нужно отвлечь бабку из… Тайкиного дома, – решившись, выпалила Тайка. – Пока вы ее на лестничной площадке подержите, я залезу в окно и заберу из шкатулки одну вещицу…

– На воровство толкаешь, – насмешливо заметил Мишка.

– Это Тайкино зеркало! – гневно выкрикнула девочка. – Баба Маша отобрала его утром и теперь хочет продать!

Мишка фыркнул. Тайка сжала кулаки и процедила сквозь зубы:

– И потом – воровать я буду! Вы просто займете бабку, чтоб она меня не заметила и крик не подняла.

– Все равно, одна шайка, – не согласился Мишка.

– Можешь подождать нас здесь!

– Еще скажи – можешь в милицию звякнуть, пусть тебя возьмут тепленькой, на месте преступления!

– Заткнись!

– Вас с Тайкой из одного теста делали, как считаешь?

– Не твое дело!

– Точно из одного, – удовлетворенно кивнул Мишка.

Тайка кипела. Она едва сдерживалась, чтобы не наброситься с кулаками на подлого мальчишку. Мучительно хотелось выцарапать ему глаза!

– А почему Тайка сама к нам не пришла? – попытался отвлечь их от ссоры Санька.

– Не может она, – отрывисто бросила Тайка. – Говорю же – не спрашивайте.

Все помолчали, обдумывая сказанное. Глаза мальчишек горели от любопытства, Тайка слишком мало им рассказала.

– А что за зеркало? – осторожно поинтересовался Гришка.

– Почему его нужно непременно воровать? – влез Васька. – Может, проще купить другое?

– Точно, мы могли бы деньги собрать! – поддержал его Санька.

– Такого не купить, – Тайка хмуро посмотрела на мальчишек. – Оно старинное. Тайка его без спроса взяла, вернуть нужно.

– А-а-а, – с умным видом протянул Санька.

– Не вернем Тайке зеркала, – нервно крикнула Тайка, – ей домой не вернуться!

– Это еще почему?

– Тайна. Не моя, – Тайка упрямо поджала губы.

Мишка уселся удобнее. Обнял руками колени и задумчиво сказал:

– Мы тебе, конечно, поможем…

– Не мне, Тайке!

– Нет, тебе. А Тайке… – Мишка насмешливо сощурился. – Ей за нашу э-э… – услугу! – заплатить придется. И это мое последнее слово!

Тайка побледнела. Мальчишки одобрительно зашумели. Васька возмущенно выкрикнул:

– Ишь ты – цыганку прислала!

– Гордая, – хмыкнул Санька. – Сама просить нас не захотела!

– Гадать ее заставила!

– Гадает она здорово, это ты зря!

– Так не Тайка же гадает!

– Это точно.

– Ша! Тихо! – поднял руку Мишка.

Мальчишки неохотно смолкли. Тайка опасливо подняла глаза на Гусева, она справедливо ждала от него любой пакости.

Мишка ехидно ухмыльнулся ей прямо в лицо и пропел:

– Знаешь, что Тайка меня терпеть не может?

Тайка, помедлив, кивнула. Еще бы не знать! Мишка с первого дня знакомства ей кровь портит. А она – ему. Если уж честно. Вот что он еще придумал?!

Мишка, смакуя каждое слово, произнес:

– Если у нас все получится, и мы вернем Тайке зеркало, то…

Все затаили дыхание. Над футбольным полем – наверное, впервые! – повисла полная тишина. Напряженная тишина! Мальчишки, казалось, видели, как между цыганкой и их вожаком проскакивают искры.

– Пусть Тайка меня поцелует! – весело закончил Мишка. – По братски. В щеку!

Тайка опешила, она вдруг вспомнила кошмарную сцену в зеркале. Мальчишки облегченно захохотали, они явно не ожидали такого «легкого урока». Мишка со смешком поставил точку:

– Если не согласна, то до свидания, нам по домам пора. Если отвечаешь за Тайку, пошли на дело.

– Ох, мамочки, – Санька покатился по траве, задыхаясь от смеха. – Представляю себе Тайкину рожицу!

– С нее все веснушки осыпятся! – взвизгнул Гришка. – Ну, Гусь, ну, юморист!

– Классная шутка, – Васька с уважением уставился на главаря. – Мне б такое в голову не пришло.

– Как бы Тайка в его щеку зубами не вцепилась, – фыркнул Сенька.

– Не вцепится, – успокоил Мишка. – Уговор дороже денег!

– Но уж поскрипит ими точно!

Тайка, которая уже сейчас скрипела зубами, позеленела от злости. С ненавистью посмотрела на смеющегося Мишку и сдавленно выдавила:

– Ладно. Пошли.

– Даешь, значит, слово? – Мишкин взгляд показался Тайке на удивление цепким. И насмешливым.

– Ага, – Тайка с трудом растянула непослушные губы в улыбку. – Даю.

Глава 12

ПОЛЕНО ЗА КАЖДУЮ ВЕСНУШКУ

Редкие прохожие с опаской шарахались от шумной компании. Она казалась им странной.

Возглавляла мальчишескую ватагу маленькая босоногая цыганка в рваном платье с крошечным котенком в руках. Тот висел на ее плече и с любопытством вертел головой. Зеленоглазый, худенький, гибкий, как хозяйка. Огромный черный пес – без намордника, но в широком кожаном ошейнике – степенно вышагивал рядом с цыганкой. Мальчишки на него косились с законной гордостью и все норовили – будто случайно! – задеть рукой. Пес смотрел невозмутимо и нарочито не замечал быстрых вороватых прикосновений.

У своего дома Тайка обернулась и скомандовала:

– Потише, а то сейчас все в окна высунутся!

Мальчишки послушно замолчали. Зашли во двор и сели тесной группой в беседке. Тайка именно ее определила как командный пункт.

Мишка посмотрел на светящиеся окна на первом этаже и как-то мгновенно вычислил квартиру вредной старухи, Тайка не раз ядовито прохаживалась по ее поводу. И о яблоне, с которой бабка всех гоняла, рассказывала.

К счастью, форточки оказались открыты. На улице стояла духота, как всегда перед дождем.

«Повезло, что перед окнами палисадник, – Мишка внимательно осмотрел пустой двор. – Эту… никто и не заметит».

Мишка только сейчас понял, что до сих пор не знает имя своей новой знакомой. Как-то ловко девчонка его замолчала. Обо всем болтала, а не представилась. Впрочем, какое ему дело?

Он сурово посмотрел на Тайку и спросил:

– Ну и как нам ее отвлечь?

– Я знаю? – зло процедила Тайка. – Это твоя работа! Моя – в окно залезть.

– Справедливо, – подумав, признал Мишка. Обернулся к мальчишкам и бросил: – Идеи есть?

Мальчишки наморщили лбы, зашушукали, зашмыгали носами – пошел процесс мышления.

Тайка угрюмо рассматривала Мишкино лицо. Она не представляла, как поцелует его в щеку. Нет, любого другого – запросто. Хоть сейчас. Но Мишку… Она же его ненавидит!

– Может, постучаться и спросить про время? – робко предложил Васька.

– Смеешься? – фыркнул Гришка. – Она тебе и дверь не откроет!

– Тогда… тогда сделаем вид, что ищем кого-нибудь, – не сдавался Васька. – Придумаем фамилию посолиднее и начнем расспросы – мол, не в этом ли доме живет…

– Уже лучше, – оценил Мишка. – Что еще?

– Можно прикинутся, что мы благотворительные заказы разносим, – выпалил Санька. – Эта старуха – Тайка рассказывала – жадюга еще та, непременно купится!

– Ну-ка, ну-ка, – заинтересовался Мишка. – Давай подробнее!

Санька гордо расправил плечи.

– Купим немного продуктов, самых разных, да в пакет уложим. А потом скажем ей – это от нашей школы. Мол, пенсионерам разносим. Ну, в помощь. Мол, решение нашей… спортивной секции!

– Какой? – ошеломленно пробормотал Васька.

– А футбольной! – Глушко раскраснелся от волнения. – Даже врать не придется. Мы сейчас запросто такое решение примем – помочь пенсионерам нашего района. Хоть некоторым. Двум-трем. Неужели не наскребем на них сотню-другую?

– Классно излагаешь, – Мишка одобрительно хлопнул его по спине. – Может прокатить.

– Молоток! – Толстяк Васька, подражая вожаку, съездил Саньку по спине так, что Глушко едва не слетел со скамьи. Он невольно крякнул и показал Ваське кулак.

– Только я предлагаю подстраховаться, – сказал Мишка.

– Как? – Сенька подвинулся поближе.

– Элементарно. Васька – он из нас самый… положительный, все бабки умиляются, когда его видят – понесет пакет с продуктами. Ты, Санька – как самый языкастый – болтать будешь. Пока старухе свою диспозицию изложишь, время какое-то пройдет.

– И что?

– Тем временем он – Мишка ткнул пальцем в Гришку – мимо будет идти. Остановится рядом и спросит про… – а, неважно! – скажет, его дядька тут живет. И бумажку с адресом бабке сунет. – Мишка ухмыльнулся. – Старухе придется объяснять, что здесь такие не проживают. Да пока она его почерк разберет, сами знаете, как Гришка пишет.

Мальчишки переглянулись. Тайка презрительно фыркнула. Но про себя отметила, что план неплохой, может сработать. Ей-то времени много не нужно!

– Потом я появлюсь. С тобой, Сенька. Мы спросим про Тайку. Мол, из школы прислали. И наврем, что Романова на первом этаже два окна мячом разбила. – Тайка покраснела от возмущения и широко раскрыла рот. – Вот директор нас и отправил к ее отцу. Сказал – пусть оплачивает новые стекла.

– При чем тут… Тайка?!

– При том, – спокойно посмотрел на девочку Мишка. – Эта бабка ее не переваривает. Порадуется, что Романовой от папаши сейчас достанется. Еще и нам про нее какую-нибудь гадость выложит, будь уверена. – И победно заключил: – А время-то идет!

Тайка ошеломленно молчала. Они ни капли не сомневалась, что баба Маша лишь обрадуется ее неприятностям. И обязательно расспросит поподробнее – когда разбила, да часто ли в школе хулиганит. Мол, мерзкая девчонка, от нее ничего другого и не ждешь!

– Может, и прокатит, – неохотно признала она.

– Точно прокатит, – заверил Мишка.

Ближайшие полчаса прошли для Тайки как во сне. Мальчишки дружно решили, что ее внешний вид только помешает делу, так что Тайке пришлось сидеть в беседке и скучать. А сами они побежали кто куда. Одни – в ближайший магазин за продуктами. Другие – переодеваться.

* * *

Сложнее всего оказалось попасть в подъезд.

Тайка прокляла домофоны! Никто не хотел открывать им дверь. Пока Тайка не позвонила в соседскую квартиру и жалобным голоском не пожаловалась строгой тете Свете, что забыла ключ от подъезда.

Писк тяжелой металлической двери мальчишки встретили дружным «ура». А Тайка лишь вздохнула – когда она войдет сюда открыто, по праву?

Вообще-то она должна была сейчас бежать в палисадник. Но Тайке хотелось убедиться – купилась ли баба Маша на историю с благотворительным набором?

Если честно, она сгорала от любопытства!

Васька с Санькой основательно подготовились к визиту. Оба сбегали домой и вернулись в светлых рубашках с короткими рукавами и в джинсах. Они даже умылись!

По твердому Тайкиному мнению, оба внушали доверие. Особенно толстый Васька с его тугими розовыми щеками, белобрысым чубом и ясными голубыми глазами. Любой скажет – положительный мальчик из хорошей семьи!

Ребята поднялись на этаж выше – Тайка спряталась в тамбуре, у самой входной двери – и повторили роли. Потом они спустились на нужную площадку. Санька решительно позвонил, а Васька сделал глупое лицо и подпустил в глаза тумана. Они стали круглыми и по-детски наивными.

Тайка испуганно вздрогнула, она услышала скрежет замка.

Санька поправил воротничок рубашки. Васька пригладил белоснежный чубчик и поднял пакет с продуктами повыше. Чтобы он сразу оказался у старухи на глазах.

Тайка совершенно забыла про красный горох! И этим едва не сорвала операцию. Потому что потрясенные мальчишки застыли на пороге, раскрыв рты и растеряв все подготовленные слова. Забыв и легенду, и роли. Тайка сама поперхнулась от неожиданности, когда увидела «разрисованный» нос бабы Маши!

К счастью, у Саньки оказались крепкие нервы. Позже выяснилось, что он принял сыпь за экзотическое лекарство – вот что значит сын врачей! Почему нет? Ведь закрашивают оспинки зеленкой? Может, и красное лекарство есть. Мало ли…

Короче, Санька первым пришел в себя. Ткнул пальцем в пакет, его в вытянутых руках исправно держал онемевший Васька, и отбарабанил:

– Мы это… из школьной футбольной команды!

Васька икнул и зачем-то сказал:

– Ага! Вот, – и потряс пакетом.

– Благотворительная помощь, в общем, – Санька окончательно вышел из ступора и приосанился. – Пенсионерам нашего района. Продуктами. Небольшой набор.

– Ага, вот, – Васька снова потряс пакетом.

Тайка прыснула: глаза бабы Маши загорелись, как у голодного котенка Васьки при виде йогурта. Понятно стало, что мальчишкам из подъезда не уйти. По крайней мере, с пакетом. Баба Маша наверняка еще выяснить попытается – почему набор не полный, она такая.

Тайка с сожалением вышла во двор. Уходить не хотелось. Предстоящий спектакль обещал быть завораживающим. Впрочем, если она поспешит… Она застанет финал!

На этот раз Тайка действовала аккуратнее. Металлический подоконник даже не скрипнул под ногами, не то, что не загрохотал. И в комнату она проскользнула змейкой, не задев рамы. Мягко спрыгнула на пол и настороженно прислушалась. Баба Маша из коридора сварливо взревела:

– А почему гречки только один килограмм?!

Успокаивающе забубнил Санька, жаль, Тайка его слов не слышала. Она невольно улыбнулась и заглянула в шкатулку, та по-прежнему стояла на тумбочке у окна.

Улыбка медленно сползла с Тайкиного лица – зеркала не было! Зато она услышала тяжелые шаги. Баба Маша с грозным воплем: «Сейчас будет тебе расписочка! Денежки, они счет любят, ты еще глуп, не понимаешь!» – ворвалась в комнату. Тайка едва успела нырнуть под стол!

Баба Маша зашуршала чем-то над ее головой. Наверное, перебирала бумагу. Тайка осторожно приподняла скатерть и едва не расплакалась от облегчения – старуха была в своем любимом стеганом халате. Голубом! Значит, еще не все потеряно.

Тайка дождалась, когда баба Маша бодрой трусцой унеслась в прихожую, и побежала к платяному шкафу. Резко распахнула дверцу и вздрогнула от страха, так громко завизжали петли.

К счастью, баба Маша энергично переругивалась с благодетелями. Уверяла, что в пакетике никак не может быть триста грамм шоколадных конфет, у нее не глаз – алмаз!

Мол, ну и что – к пакетику прикреплена этикетка с весом? – их бессовестно обманули. Поэтому она, баба Маша, будет расписываться не за триста грамм конфет, а только за двести пятьдесят. И не нужно с ней спорить!

Тайкино сердце сжалось от волнения – она увидела знакомое пестрое платье. Именно в нем была старуха утром, когда отбирала зеркало.

Под аккомпанемент бабы Машиной ругани Тайка нащупала карман. Ей в жизни не было так страшно! На лбу выступила испарина, руки дрожали, ноги подламывались в коленях… Тайка ощутила под пальцами что-то круглое и всхлипнула от облегчения – Веста! Она расстегнула пуговицу и осторожно вытащила зеркальце. Внимательно осмотрела хорошо знакомую рамку, слегка помятую серебряную пластину и победно прошептала:

– Есть!

Аккуратно застегнула клапан – пусть баба Маша гадает, куда исчезло зеркало – прикрыла дверь шкафа и метнулась к окну.

Через пару секунд Тайка была уже в палисаднике. Она увидела обеспокоенную морду Тайфуна и торжествующе подняла руку с зеркалом – они победили!

Тайфун заворчал и носом подтолкнул к хозяйке взъерошенного Ваську. Пес был не в настроении – котенок вот уже полчаса буквально висел на его ушах. Качался на чужих ушах как на качелях, паршивец!

Тайка явственно прочла во взгляде пса все, что Тайфун думал о ней и ее новом подопечном, и смешливо фыркнула – какие пустяки!

Она покосилась на свои окна и задрожала от нетерпения, так ей захотелось попасть домой.

Впрочем, сначала…

Тайка вдруг вспомнила о мальчишках – нельзя же показываться им на глаза в этом платье! Они могут что-нибудь заподозрить. Пристать с расспросами.

Нет, становиться «Тайкой» ей рано!

«Можно, конечно, вначале попрощаться с ними, – размышляла она. – Показать зеркальце, поблагодарить за помощь. Скажу – завтра меня в городе уже не будет, Тайка вам сама все расскажет… – Девочка раздраженно сдвинула брови. – А-а, ерунда! Ну, увидят они меня, то есть, Тайку, в этом платье, и что? Скажу – поменялась с… Есенией одеждой. И добавлю – так нужно!»

Тайка напрасно себя уговаривала. Сделав круг во дворе – бегом! – она честно себе призналась: медлить нельзя. Ни минуты! Вдруг снова что-нибудь случится, и она лишится зеркала? И… на всю жизнь останется зеленоглазой цыганкой?!

Тайка побледнела от ужаса. Торопливо протерла зеркало подолом и заглянула в него – к счастью, баба Маша ничего не сломала. Тайка отчетливо увидела свое отражение. Но…

Тайка растерянно открыла рот: оно вдруг задрожало и поплыло. Будто… Это не та сторона! Тайка присмотрелась к рамке и обреченно выдохнула – цветы и звери. Значит, придется просматривать еще одну картинку из будущего.

– Нашла время каркать, – зло прошипела Тайка, обращаясь к коварной Весте.

Само собой, зеркало не ответило. Серебристая поверхность прояснилась, и Тайка испуганно замерла – увидела себя на мосту.

Она почему-то почти по пояс свешивалась вниз, пытаясь что-то рассмотреть в темной воде. А потом бурно зарыдала, размазывая по лицу слезы. Села прямо на асфальт, прислонившись спиной к чугунным перилам, и плакала, плакала, плакала…

Почему?! Что могло ТАМ случиться? Она уронила что-то в реку?

Тайка, насупившись, рассматривала бессовестное зеркало. Потом в негодовании прошептала:

– Так нечестно! Я не просила предсказывать!

Веста привычно молчала. Тайка горестно засопела – какие еще несчастья ее ждут? И вдруг обозлилась: ничего у Весты не выйдет! Она теперь предупреждена и в жизни не станет держать что-нибудь над водой. А если и уронит, ни за что не заплачет!

Повздыхав, Тайка перевернула зеркало другой стороной. И даже для верности коснулась пальцем деревянной рамки – здесь в самом деле вырезаны человеческие лица.

Вернее, одно лицо. Если присмотреться. Насмешливое и… коварное. Как и сама Веста!

Тайка робко посмотрела на свое отражение. Она внезапно поняла, что видит его в последний раз. А ведь… красивая вышла у нее Есения, жаль навсегда расставаться. Тайка горько вздохнула – станет она опять рыжей, веснушчатой, кого на этот раз обвинять? Сама во всем виновата.

За спиной сердито фыркнул Тайфун, и Тайка решилась. Глядя в зеленые глаза – свои пока! – сурово приказала Весте:

– Верни мои веснушки! Все до одной. И меня верни. Ту, прежнюю. Какой я всегда была.

И рассмеялась от облегчения – ее отражение подернулось дымкой и растаяло. Красивое смуглое лицо наконец исчезло. А когда серебристая поверхность успокоилось, Тайке показалось, что ничего и не было. Сон она такой странный видела, вот и все!

В ноги девочки бросился расшалившийся Васька, и Тайка грустно хмыкнула: хорош сон – ценою в жизнь!

Тайка смотрела в крохотное зеркальце и не могла оторваться. Впервые собственное лицо не раздражало ее. Тайка как близкого человека встретила!

Она шмыгнула носом и подумала: «Ну и рыжая. И нос… того! И веснушки… много их. Зато это я, не кто-нибудь. Мама меня такой любит. И папа. Илья с Риткой тоже… наверное. А когда вырасту…»

Тайка безнадежно махнула рукой. Сунула зеркало в карман шорт и вдруг застыла, озадаченная – как же она придет домой в этом платье?!

Мама наверняка рассердится, скажет – тряпку половую на себя нацепила. А Ритка потом долго будет морщить нос – мол, воняет, на какой помойке копалась?

Лучше ей в шортах вернуться. Пусть и без футболки, и босиком. Ведь лето! А что дождик прошел, так когда это было-то? Она во время дождя по-честному в беседке сидела, а потом… с мальчишками в футбол играла! В последний раз, честно-честно. Она уже взрослая девочка, все понимает, просто… прощалась! Имеет она право проститься с детством?!

«А над Риткой слегка подшутила. Скажу – обиделась, что одну бросили».

Тайка возбужденно присвистнула – классная легенда! И не подкопаться.

Нет, ей все равно попадет, это понятно, но… в первый раз, что ли?

Тайка прошмыгнула в подъезд – предусмотрительный Мишка застопорил дверь кирпичом – и широко улыбнулась: поспела к финалу, как и надеялась.

Баба Маша возбужденно тараторила:

– … штраф – это пустяки, это даже неправильно, штраф-то. В колонию надо девку отправлять, вот что я вам скажу! А то вчера она мои райские яблочки с дерева объедала – а ведь уход-то мне чего стоил, в мои-то годы! – сегодня она в школе окна бьет, вот ведь охальница, прости-господи, а завтра… Завтра она ко мне в форточку залезет, сердцем чую!

Мишка хрипло раскашлялся. Санька, согнувшись, прятал лицо. Васька невинно протянул:

– Неужто чуете?

– Вот те крест!

– Не сердце у вас, а прямо рентген, – уважительно подивился Васька бабкиной прозорливости.

– А почему – в форточку? – задыхаясь от смеха, простонал Сенька.

– Так ведь рыжая! – поразилась его наивности баба Маша. – Бог… он шельму-то метит, он все-е видит… – И зычно крикнула: – А веснушки?!

– Правильно говорите, – Мишка на конец успокоился и смог вступить в разго-вор. – Раньше таких, с веснушками, на кострах жгли!

– Правда, что ль? – заинтересовалась баба Маша.

– В книге читал, – таинственным шепотом сообщил Гусев. – Так прямо и написано – сжигали. Крупным шрифтом!

Баба Маша перекрестилась и ненадолго задумалась. Потом кивнула и с сожалением выдохнула:

– Знали ж люди, что делали!

– По березовому полешку на каждую веснушку выделяли, – серьезно сказал Мишка. И ловко заехал локтем под ребра Сеньке, чтоб не хихикал и не портил игру.

– По полешку?! – ахнула баба Маша.

Мальчишки дружно закивали и загалдели:

– Так.

– Я тоже читал.

– А я по телику видел.

– И я читал.

– Ага. Специальный человек был. Всем веснушкам учет вел, а потом поленья заказывал…

– Вот небось горело, – мечтательно протянула баба Маша. – Веснушек-то у Тайки, берез в лесу не хватит…

Этого Тайка стерпеть не могла. Не так уж много у нее веснушек, нечего бабе Маше наговаривать!

Она поднялась на площадку и звонко поздоровалась:

– Добрый вечер, баба Маша!

– Легка на помине, – поджала губы старуха.

Мальчишки насторожились. Мишка ехидно ухмыльнулся. Тайка мгновенно вспомнила о поцелуе и покраснела.

Баба Маша ткнула в нее пальцем и ядовито прокомментировала:

– Видали, как заполыхала-то? И веснушки разом пропали. Ишь, не ожидала, что вы к ней домой придете!

Тайка растерянно попятилась. Баба Маша трубно выкрикнула:

– Поздно, милочка, рака-то изображать! Знаю про все твои художества как…

– Про свои? – зло подсказала Тайка.

Баба Маша всплеснула руками и сказала Сеньке:

– Говорю же – в колонию ее надоть.

– Специальную. Для рыжих, – Сенька смотрел уважительно, тянулся в струнку.

– Точно, – баба Маша погладила его по голове. – А то ж жизни нема! Стекла бьет, грубит почем зря. Вон, голышом по улице шастает, ни стыда, ни совести, девка называется…

Тайка искренне хотела помочь бабе Маше избавиться от горошин на носу. Шла в подъезд и продумывала, как заставить старуху посмотреть в зеркало, да чтоб она при этом ничего не заподозрила. Про игру соврать собиралась! Будто сейчас все девчонки из их класса в зеркала играют. Да такие, чтоб непременно ничего не отражали. Якобы волшебные!

Думала, покажет бабе Маше свое зеркальце, да велит Весте ее нос от горошин избавить. Баба Маша ничего и не поймет.

Особенно если зеркальце из рамки вынуть, да сунуть старухе в лицо просто серебряную пластину. Еще можно бумажную рамку дома сделать, тогда баба Маша точно не узнает «свое» зеркало.

Тайка здорово спланировала. Только баба Маша все испортила. Не будет Тайка ее нос чистить! Пусть противная старуха ходит как клоун. Хотя… Тайка угрюмо усмехнулась: «Из бабы Маши и клоуна не получится. Слишком она злая».

Тайка больше с бабой Машей говорить не стала. Сердито посмотрела на мальчишек и буркнула:

– Если вы ко мне идете, так чего здесь встали?

Повернулась и пошла вверх по лестнице. Мальчишки переглянулись. Баба Маша сладким голосом напутствовала Ваську:

– А и правда, идите. Я тоже пойду. Чай вот с вашими конфетами выпью. И печенье попробую. – И уже в спину мальчишкам крикнула: – В следующий раз набор понесете, гречки больше берите, очень я гречневую кашу уважаю…

Дверь, обитая дешевым коричневым дерматином, захлопнулась. Тайка обернулась. Приложила палец к губам и прошипела:

– Ни слова! Она наверняка в глазок смотрит. И подслушивает! – А вслух жалобно воскликнула: – Да нечаянно я в стекла попала, вот честное слово!

– За «нечаянно» бьют отчаянно, – важно ответил Васька и подмигнул ей.

«Расплачивалась» Тайка площадкой выше. Причем Мишка Гусев и не ожидал такой покладистости. Наверное, собирался устроить из этой сцены настоящее шоу, да не вышло.

Тайка решила отмучиться сразу. Чтоб уже ничто не напоминало о кошмарной истории. Додумалась – потерять собственное лицо! Правда, и веснушки.

Тайка горестно засопела – о них она не жалела бы, это точно. Жаль, все с самого начала пошло кувырком. Красавицей, видите ли, захотела стать! Вот и отгребла счастья на полную катушку. И правильно. Не жадничай!

Могла бы потихоньку от веснушек избавиться, незаметно для всех. По две-три за день удаляла бы – через месяц-другой лицо очистила бы. И волосы через месяц рыжину потеряли бы – постепенно. Белыми стали бы! Или черными.

«Ладно, – одернула себя Тайка. – Какая уж есть! – И фыркнула Мишке в лицо. – А Гусь-то… все равно лопоухий!»

– Ты чего? – удивился Мишка.

– Ничего, – спокойно отозвалась Тайка. – Спасибо тебе хочу сказать.

Мишкины брови поползли вверх. Тайка привстала на цыпочки. Зажмурилась и звонко чмокнула Мишку в щеку. Вытерла ладонью губы и заявила с усмешкой:

– Долги нужно отдавать!

Мальчишки засмеялись. Гришка показал Тайке большой палец. Мишка смотрел растерянно, лицо его пылало. Он машинально коснулся щеки и пробормотал:

– Ну, ты даешь…

– Ага, я такая, – согласилась Тайка. Посмотрела на мальчишек и серьезно сказала: – И вам всем спасибо.

Она не хотела сейчас расспросов. Помахала мальчишкам рукой и побежала домой.

Глава 13

ГЛУБОКА РЕКА

В субботу Тайка проснулась раньше всех. Лежала в постели, смотрела в окно и улыбалась: наконец небо полностью очистилось от туч – впервые за каникулы!

Тайка прислушалась, в квартире стояла тишина, все спали. Даже безобразник Васька еще не проснулся и не носился по комнатам ураганом, роняя все со столов и бесстрашно качаясь на маминых шторах.

Настроение было прекрасным. Тайка искренне считала, что все несчастья позади. Почему нет?

Мама на нее уже не сердится. Тайка по-честному отсидела два дня дома, в наказание.

И по маминому требованию прочла «Хижину дяди Тома»! Ничего книжка оказалась, Тайка и не ожидала. Она даже ревела в некоторых местах, хорошо, ее позора никто не видел.

Тайка нащупала под подушкой зеркальце и криво улыбнулась – Весту бы туда. Авось и предупредила бы Тома обо всем. Хотя… Ей-то ни разу знание будущего не помогло!

Тайка разочарованно фыркнула – бесполезная безделушка, не зеркало. Больше вреда от него, чем пользы. И деревянную рамку пришлось снять из-за бабы Маши. Она вчера к ним домой приходила. Вечером. К маме. Якобы за солью. Тайка злорадно фыркнула: а на лице – маска! Марлевая. Ну, не маска, а повязка. Чтобы нос прятать.

Маме баба Маша сказала – простыла она. Мол, чтоб никого не заражать, и носит «нашлепку». Это баба Маша так повязку марлевую обозвала.

А сама к Тайке в комнату ввалилась, хоть ее и не приглашали. Так злыми глазками повсюду и шныряла. Тайка мигом поняла – зеркальце высматривает. Видно, что-то заподозрила. Может, сообразила – мальчишки ее отвлекали, пока Тайка в форточку лазила.

Тайка поморщилась: «Ноги-то у меня грязные были. Следы могли на подоконнике остаться, я и не подумала тогда…»

Как баба Маша ушла, Тайка ни секунды не медлила, с Весты деревянную рамку сняла. На всякий случай бумажную сделала. Из красного картона. Чтоб баба Маша и саму пластину не признала, если вдруг случайно увидит.

Тайка представила, как изумленно баба Маша рассматривала в зеркало красные горошины, и широко ухмыльнулась. Наверное, кусок мыла перевела, пытаясь смыть их! И ногтем небось скорябывала. Гадала, бедняжка, как они появились. Сто процентов – решила, что болезнь экзотическую подцепила. Теперь думает – где. И какую именно. А вообще-то – так ей и надо! Противная старуха.

* * *

Сегодня Тайка не завтракала. Эти два дня она только и делала, что жевала. Никак не могла наесться. Мама вначале сияла от счастья, подкладывая ей добавку, а потом забеспокоилась.

Тайка видела, мама и в медицинский справочник заглядывала, искала – при какой болезни сильно повышается аппетит.

И тете Гале – врачу – звонила несколько раз и все подробно расспрашивала. Волновалась: не нужно ли срочно бежать в поликлинику, сдавать анализы. Смешная!

Зато сегодня Тайку уже передергивало при мысли о бутербродах. И чай пить не хотелось. С сахаром, вареньем и лимоном. Вприкуску с печеньем, конфетами и халвой. Да-да, именно так она и пила его эти два дня!

Поэтому Тайка и сбежала из дома, пока мама с папой не проснулись. Чтобы в нее завтрак не впихивали. Оставила на кухонном столе записку «Буду к обеду» – и с усмешкой подумала: «После моего обжорства мама и не усомнится, что я к обеду прибегу».

Обленившийся Тайфун с ней не пошел. Смерил Тайку сонным взглядом и снова прикрыл глаза. Впрочем, он полночи где-то прошлялся! Тайка слышала, когда он появился в детской. Почти под утро.

Тайка шла по утреннему, толком не проснувшемуся городу и жадно вертела головой. За два дня «домашнего ареста» она умудрилась по нему соскучиться!

Улицы лежали перед Тайкой тихие, чистые, не потревоженные прохожими. Изредка мимо проносились легковушки, натужно рычали автобусы, трогаясь с остановок, жизнерадостно звенели трамваи…

Солнце висело над крышами, круглое, сияющее. Разгоняло предутреннюю дымку, окрашивало небо в ослепительно синие тона.

Тайка углядела впереди большую лужу, оставшуюся после дождя, и воровато оглянулась. Потом сняла босоножки и с наслаждением пробежалась по прохладной воде. Старательно промерила глубину и с сожалением выбралась на сухое место.

Тайка вдруг вспомнила: она уже почти взрослая девочка. Ей десять! То есть, одиннадцатый. Второй десятой пошел, по маминым словам. Тайка угрюмо улыбнулась – так и не заметишь, как старушкой станешь. Становиться старухой Тайке не хотелось.

Она вытащила из кармана зеркальце – опасная сторона теперь пряталась под красным картоном – и внимательно изучила свое лицо: нет ли первых морщин. Озабоченно разгладила пальцем подозрительное место под правым глазом и раздраженно фыркнула: «Прямо как Ритка! Глядишь, завтра тушь у нее стяну и краситься начну!»

Тайка растроенно шмыгнула носом – неужели и она этим кончит? Будет как Ритка щебетать только о мальчишках, глупо хихикать в телефонную трубку и выпрашивать у мамы очередную модную тряпку? Лучше повеситься!

Тайка неприязненно покосилась на подол нарядного девчоночьего платья. Того самого. Голубого. С вышивкой и кружавчиками. Она надела его, чтобы порадовать маму. И доказать ей, что действительно повзрослела. Стала наконец э-э… женственной, так.

Вот будет цирк, если она в нем наткнется на Мишку! Еще решит, кретин, что Тайка в него влюбилась. Раз сама поцеловала. Да еще без скандала.

Тайкино лицо порозовело от негодования. Неожиданно пришло в голову – а если разыграть Гуся лапчатого? Вздыхать и демонстративно вешаться на шею? Только Ваське заранее все рассказать, якобы по секрету. Васька мигом мальчишкам растреплет, он такой!

Интересно, что Мишка делать будет? По шее ей даст или станет терпеть, стиснув зубы? А может, посмеется. Скажет – кончай придуриваться!

Тайка насупилась. Она сомневалась, что сможет «всерьез» вешаться Мишке на шею. Разве только чтоб сунуть жабу за шиворот?

Тайка угрюмо усмехнулась: «Скорее всего, Мишка сам меня отшвырнет. Нужно Гусю, как же, чтобы всякие рыжие к нему липли!»

Тайка рассматривала веснушки и тосковала – их не пересчитать! Даже если выделить «специального» человека – как врал бабе Маше Сенька – то и он собьется. Их же тысячи! А может – миллионы.

Внезапно Тайка вздрогнула. Она вспомнила о своей нечаянной идее избавляться от веснушек постепенно. И удивилась, что потеряла целых два дня.

Так глупо!

Тайка попыталась прикинуть, сколько же у нее веснушек, чтобы разделись все это на шестьдесят дней. Или на девяносто. Чтобы они закончились как раз к школе, к новому учебному году.

Но не смогла. Сбилась на третьем десятке. Подумала и решила – пропажи трех штук в день вряд ли кто-нибудь заметит. Даже мама с папой.

Тайка наметила пальцем самые крупные веснушки на кончике носа и срывающимся голосом приказала Весте:

– Вот эти три убери. Но остальные не трогай!

И широко распахнула глаза – намеченные веснушки моментально пропали. Тайка счастливо засмеялась – неужели она от них действительно избавится? Нужно только время!

Тайка сунула зеркальце в карман платья и припомнила подходящие к случаю пословицы: «Спешка хорошо только при ловле блох» и «Поспешишь, людей насмешишь». Народная мудрость, не что-нибудь!

Потом Тайка решила посмотреть на динозавра, забавного и необычного. Эта цветочная фигура каждое лето появлялась в городе, ее любили и ждали.

Динозаврик всегда Тайке нравился. Она даже несколько фотографий с него сделала. На цифровой фотоаппарат. И теперь он каждый день подмигивал Тайке с монитора.

Жаль, придется целый километр тащиться по Октябрьскому мосту, это самый длинный мост в городе!

Тайка деловито трусила по пешеходной дорожке. Изредка она останавливалась и с восторгом смотрела вниз – бегущие воды реки почти как пламя костра. Они никогда не надоедают.

До середины моста Тайка не дошла. Она вдруг услышала громкие басовитые всхлипывания и нешуточно испугалась: голос совсем не детский. А чтобы так горько, да еще на улице рыдал взрослый… Такого Тайка еще не видела!

Позволить себе струсить Тайка никак не могла. Поэтому с опаской пошла вперед, выглядывая плаксу. И потрясенно замерла – она и со спины узнала бабу Машу.

Вредная старуха стояла, прижавшись толстым животом к перилам моста, и выла в голос. При этом раскачивалась, несвязно бормотала что-то себе под нос, трубно сморкалась и опять выла.

Тайке стало не по себе. Она почувствовала себя настоящей преступницей. Ведь что получалось? Сама она переживает из-за обычных веснушек, вон, нашла способ и от них избавиться, а несчастную старуху наградила диким красным горохом!

Бабу Машу с ним и в цирк не возьмут.

И врачи ее выгонят. Решат – сама намалевала. Еще и в сумасшедший дом отправят, раз до такого дошла.

Конечно, баба Маша – ужас какая противная! Но горох на носу – это ведь навсегда. Это неправильно. Несправедливо. Вдруг баба Маша когда-нибудь исправится?

Тайка озабоченно сдвинула брови – придется вернуться к первоначальному плану.

И все-таки избавить бабу Машу от горошин на носу.

«Хорошо, что я Весту из деревянной рамки вынула, – с облегчением подумала Тайка. – И ненужную сторону правильно картоном прикрыла, а то бы Веста мигом подсуетилась и что-нибудь накаркала, она это любит…»

Тайка почти на цыпочках приблизилась к горюющей старухе и осторожно коснулась ее спины. Баба Маша подпрыгнула от неожиданности! Бедный мост загудел, весила она ой как немало.

Баба Маша прикрыла нос огромным носовым платком и обернулась. Увидела Тайку и гнусаво прошамкала:

– А-а, это ты…

– Ага, – не стала отрицать очевидного Тайка. – Здравствуйте.

– Ну, здравствуй, коли не шутишь.

Тайка встала рядом и с преувеличенным интересом уставилась на воду. Ей не хотелось, чтоб баба Маша так суетливо прятала свой смешной нос.

Баба Маша тоже молчала. Громко сопела, старательно давила всхлипы и звучно сморкалась в клетчатый носовой платок.

Тайка кашлянула и в тоне «светской» беседы сказала:

– А у нас в классе девочки новую игру придумали.

– Да-а? – неискренне удивилась баба Маша.

– В нее не только наш класс играет, – доверчиво сообщила Тайка. – Она многим нравится.

Баба Маша, как Тайка и рассчитывала, решила поддержать мирный разговор. Покосилась на Тайку заплаканным глазом и просипела:

– И какая ж игра? Небось ничего хорошего? Беготня да всякое хулиганство, чего ж вы еще выдумаете?

– Вовсе нет, – обиделась Тайка. – Очень тихая игра. С зеркалом.

Баба Маша мгновенно насторожилась. Укутала нос платком и уже в упор посмотрела на невозможную соседскую девчонку.

– Это как – с зеркалом?

– Ничего трудного, – охотно пояснила Тайка. – Каждая делает себе зеркальце. Маленькое и кругленькое. Только одно условие – чтоб оно ничего не показывало.

– Что ж это за зеркало, раз ничего не показывает? – возмущенно пробасила баба Маша, припомнив свои недавние муки.

– А мы играем, что оно волшебное, – весело воскликнула Тайка. – Вот, смотрите!

Она вынула из кармана Весту. Крошечные глаза старухи едва из орбит не вылезли, так внимательно баба Маша впилась глазами в крохотное зеркальце. Но сходства с пропажей не углядела и разочарованно протянула:

– Ну и напридумывали!

Тайка поднесла зеркальце к лицу старухи и спросила:

– Вы себя видите?

Взгляд бабы Маши снова стал острым. Она так уставилась в зеркальце, словно хотела продырявить его насквозь.

Тайка едва слышно шепнула:

– Пусть ее нос станет, как прежде!

– Что ты сказала? – встрепенулась баба Маша.

Тайка фыркнула. На ее душе вдруг стало легко-легко, давно так не было. Она дружелюбно посмотрела на вредную старуху и с ухмылкой заявила:

– Вы не забыли, что зеркало волшеб-ное?

– Ну да, вы так играете, – проворчала баба Маша. – Как же, помню, помню.

– Вот я и велела, чтоб оно ваш нос вылечило!

Баба Маша нехорошо покраснела, явно решив, что над ней издеваются. Потом с силой съездила Тайку по затылку и взревела:

– Шутки шутить вздумала?

Худенькая Тайка от такой мощной затрещины чуть не улетела в реку, хорошо, перила у моста оказались достаточно высокими. Зато зеркало в руках она не удержала – Веста камнем полетела вниз, прямо в воду.

Тайка неверяще проводила волшебное зеркало круглыми глазами и плачуще прошептала:

– У вас же насморк, вот я и попросила вылечить.

– Ах, насморк, – чуть виновато пробормотала старуха. – А я уж было подумала…

– Вы… что вы наделали?!

– А что такое? – баба Маша смотрела невинно. – Ну, шлепнула слегка, ошибка вышла, со всяким бывает…

– Вы мое зеркальце в реке утопили!

Бабу Машу Тайкино обвинение не впечатлило. Она небрежно отмахнулась и проворчала:

– Утопло и ладно, меньше глупостями будешь заниматься!

Тайка горько всхлипнула. Баба Маша неуклюже потрепала ее по плечу и утешила:

– Подумаешь, жестянка! Я тебе лучше настоящее зеркало дам, у меня есть. Старинное, муж покойный дарил. Такое сейчас не купишь!

Тайка отвернулась, не в силах говорить с мерзкой старухой. Как она сейчас жалела, что в недобрую минуту пошла смотреть динозаврика! Зачем, а?! Ведь каждый день хоть по сто раз могла любоваться на него на своем мониторе. Могла распечатать снимки и носить в кармане, тогда бы динозаврик все время был с ней…

Тайка висела на перилах, пытаясь хоть примерно запомнить место, куда уронила несчастную Весту. Может, она потом с лодки здесь поныряет и найдет зеркало?

Тайка не видела, как ушла баба Маша. Она ее ненавидела!

Старуха же едва ли не впервые в жизни чувствовала себя не в своей тарелке. Ведь по ее вине утонуло зеркало, пусть и игрушечное. А баба Маша всегда с большим почтением относилась к частной собственности. Даже к чужой.

Отметим сразу, что бабе Маше предстояло пережить много неприятных минут. Дома. Увидев, что мерзкие красные горошины наконец пропали.

Сумасшедшую радость – она наконец здорова! – скоро вытеснит трезвая мысль: а если правда, что зеркальце волшебное? Собственной рукой зашвырнуть такое сокровище в воду?!

И баба Маша еще больше невзлюбит соседскую девчонку. Как можно – превратить в игрушку настоящее чудо? Небось и не знала, чем владела, дура рыжая!

Мысль о цене волшебного зеркала долго не давала жадной старухе спокойно спать.

Тайка долго сидела на тротуаре, прижавшись спиной к резным перилам, и плакала. Девочка прощалась с мечтой о счастье: никогда ей теперь не избавиться от веснушек! И с невольным восхищением отдавала должное коварной Весте – волшебное зеркало и это предвидело…

Content

Галина Гордиенко
Верни мои веснушки

Глава 1 НЕЧАЯННАЯ НАХОДКА

Глава 2 ВОЛШЕБНЫЙ ПЛЕВОК

Глава 3 КОШМАРНЫЙ ДЕНЬ

Глава 4 РЫЖАЯ ВОРОНА

Глава 5 ТРИ ПРЕДСКАЗАНИЯ

Глава 6 ПОЛНЫЙ ОБЛОМ

Глава 7 ДРУГАЯ СТОРОНА МЕДАЛИ

Глава 8 МАЛЕНЬКАЯ ЦЫГАНКА

Глава 9 КАТАСТРОФА

Глава 10 НОС В КРАСНЫЙ ГОРОХ

Глава 11 МИШКА ГУСЕВ

Глава 12 ПОЛЕНО ЗА КАЖДУЮ ВЕСНУШКУ

Глава 13 ГЛУБОКА РЕКА