Логинов Дмитрий

Конец четырехвекового заблуждения о Христе

о книге консула США Джекоба Коннера «Христос не был евреем»

Пока он еще не наступил. Почти весь мир продолжает лежать во лжи ереси, которой бросает вызов американский консул. Но это теперь вопрос времени – когда круги от упавшего в застойную воду камня достигнут отдаленнейших берегов.

Книга Джекоба Коннера «Христос не был евреем» («Christ was not a Jew») издавалась в Америке трижды: в 1936, в 1972, в 1985. Два года назад вышел в свет ее перевод на русский (М.: Православное издательство «Энциклопедия русской цивилизации», 2004).

Джекоб Е. Коннер (род. в 1862) был яркой и значительной фигурой своего времени. Его считали авторитетным историком, лингвистом, экономистом, политологом и дипломатом. При президенте Тафте (1908–1912) Коннер был консулом США в России. При Рузвельте был послан в Сайгон. Коннер написал ряд фундаментальных трудов по различным дисциплинам, но наибольшее внимание привлекла – и привлекает и до сего времени – именно эта его книга «Христос не был евреем». Прежде чем перейти к ее подробному рассмотрению – несколько вводных сведений, которые сделают восприятие материала книги более информативным.

СВЯТЫЕ ПРОТИВ ЕВИОНИТОВ

Четыре века назад вышла другая книга, название которой выражало идею прямо противоположную. Это была работа ересиарха Лютера (XVI в.) «О том, что Иисус Христос был рожден евреем». В те времена подобное заявление воспринимались еще большинством человечества как гипотеза новая, очень спорная и довольно странная. Впрочем, она и притягивала к себе внимание, как всякое «скандальное» заявление.

Позднее даже сам Лютер изменил точку зрения и написал книгу противоположного содержания: «О евреях и об их лжи». Лютер хотел исправить собственную ошибку, да только ящик Пандоры не пожелал захлопнуться. Последняя книга ересиарха оказалась замолчана, тогда как идеи первой продолжали усиленно насаждаться. Потому что религиозный и, главное, политический конфликт, охвативший все страны Запада, требовал, как раз, переиначивания основ. Поэтому, что было раньше лишь «умничаньем» экзотических сект – сделалось, с «легкой» руки Лютера, заблуждением человечества.

Однако, первым изобретателем этой фантазии о Христе был не он. Еще евреи Евион и Керинф (I в. по Р.Х.) пытались приписать Христу и его учению иудейские корни. Вот что говорит о них русский православный историк Андрей Муравьев (1806–1874): «из Пеллы, куда евреи бежали от разорения Иерусалимского, возникла ересь Евиона… отвергавшего и самое Божество Христово… подобные тому богохульства рассеивал в Малой Азии Керинф, другое исчадие ада» (СПб: «Первые четыре века христианства», типография Российской Академии, 1840).

В книге Джекоба Коннера ересь евионитов названа «начальною из всех ересей», потому что анафематствовали ее сами еще апостолы. В апостольские времена она не смогла завладеть умами. Слишком хорошо еще люди помнили Самого Христа, Его внешний облик, Его учение, как оно излагалось Его собственными устами. Последователями Евиона стала лишь незначительная горстка евреев. Веками затем их ересь прозябала в безвестности, осмеиваемая как явный вздор. Конечно, эта секта пыталась умножить ряды сторонников и до Лютера, но всякий раз этому противостояло боговдохновенное слово святых отцов.

Так, труд Иоанна Оригена (II в.) «О Началах» содержит и аргументы против евионитов. Святой же Иоанн Златоуст (III в.) пишет специальный трактат, которому дает название «Против иудеев», потому что в те времена евионитские воззрения разделяли в основном одни лишь евреи. Златоуст начинает обличение ереси словами пророка Исаии: «Разве кто-нибудь может знать Его род?» (Ис 53:8) Святой Иоанн Дамаскин (VIII в.) помещает в свою книгу «Точное изложение Православной веры», ставшую канонической, особенную главу «Против иудеев», желая предотвратить любую возможность смешения противоположных по сути вероучений.

Не менее бескомпромиссную позицию занимали русские святые отцы. Так, Слово подвижника Иллариона, митрополита Киевского с 1051 года, «О законе и благодати» имеет следующее развернутое название: «О законе, данном через Моисея, и о благодати и истине, явленной Иисусом Христом, и о том, как закон миновал, а благодать и истина наполнила землю». И вот что именно пишет Илларион: «Холод ночной проходит, если солнечное тепло согревает землю. Так и закон миновал, когда явлена была благодать. И уже не теснится человечество в ярме закона, но свободно шествует под кровом благодати. Иудеи соделывали свое оправдание в мерцании свечи закона, христиане же созидают свое спасение в сиянии солнца благодати. Ибо иудейство посредством тени и закона оправдывалось, но не спасалось. Христиане же поспешением истины и благодати не оправдываются, но спасаются.» То есть: иудаизм и христианство представляют полностью противоположные, взаимоисключающие учения. Как же могло бы одно из них произойти от другого?

Далее подвижник исповедует о Самом Христе: «Предвечно от Отца рожденный; Бог и Сын Божий, единосопрестольный Отцу; единосущный Ему, как свет – солнцу… не разлучившись и с Отцом, Он воплотился от Девы, Девы чистой, безмужной и непорочной, войдя в лоно Ее образом, ведомым Ему одному». То есть Илларион подчеркивает, что Иисус есть Бог и рожден от Бога, а не от мужа. Не от обручника Иосифа с его еврейской родословной, восходящей к царю Давиду, и не от какого-либо другого мужчины.

«Тщились иудеи утаить воскресение Его, мздовоздавая страже (Мф 28:11–15)», пишет Илларион далее, «но, как Бога, познанием и ведением Его исполнились все концы земли». Потому что Он испокон был «чаяние народов (Быт 49:10)… и по рождестве Его прежде всех поклонились Ему волхвы (Мф 2:1-11), иудеи же убить Его искали (Ин 5:16–18; 7:1)».

Трактат Иллариона имеет очевидную направленность пресечь попытки каким-либо образом «иудаизировать» христианство. «Ибо не вливают, – пишет митрополит Киевский, – учения благодатного в мехи ветхие, обветшавшие в иудействе, а иначе прорываются мехи, и вино вытекает (Мф 9:17)».

Слово митрополита было, надо сказать, злободневно. Ведь иудаизм был религией хазарского каганата – врага Руси. Эту рабовладельческую империю сокрушил мечом в 965 году русский князь Святослав Хоробрый. Это была победа на поле брани. Владимир же Святой, сын Святослава, закрепляя отчий успех, дал русским и меч духовный против хазар: такое вероисповедание, которое затмевает веру противников «как мерцающую свечу – солнце» (говоря словами Иллариона). После Владимирова крещения Руси во Днепре хазары не могли уже похваляться, вводя в соблазн легковерных: мы, де, знаем закон, а вы суть «язычники»!

Кстати, Владимир не давал своему народу никакой новой веры. Христа исповедал Руси за тысячелетие до него апостол Андрей, пройдя ее всю насквозь до крайнего Севера, как свидетельствует о том «Оповедь». Владимир лишь придал христианству статус государственной религии. Не искореняя при этом, как подчеркивает граф Михаил Толстой в книге «История Русской Церкви», ведической исконной основы верования. Русские волхвы от века предсказывали воплощение Даждьбога (Христа), и что Его родит Дева. То есть изменилась не вера, а только статус ее, и это изменение статуса было совершенно логично в свете политической обстановки времени. Илларион же закрепил деяние Владимира в Слове. И дал завет именно так всегда понимать это деяние – как противоядие от иудаизма – следующим поколениям.

Они того и держались. Русь помнила предостереженья святых отцов и хранила чистоту веры. Поместный Собор 1504 года в Москве произнес анафему на «ересь жидовствующих» – так поименовала русская церковь учение евионитов, проникшее с иноземными купцами в Новгород. То есть тот Московский церковный собор, к чести его сказать, в точности повторил решение собора апостолов, бывшего в Иерусалиме в 49 году по рождении Христа.

Итак, полтора тысячелетия и Восток, и Север бдительно стояли на страже, не позволяя отобрать знание об аутентичности (самоосновности и самотождественности) христианской веры. Лишь бойкое перо неуемного фантазера Запада послужило посохом, опершись на который беспочвенная эклектика евионитов начала шествие по странам и континентам.

Христианскому миру был брошен вызов. И христианский мир промедлил с ответом. И это привело – и приводит – к фантастической путанице важнейших богословских понятий. К примеру, выплыл откуда-то и утвердился в словаре верхоглядов ублюдочный термин «иудеохристианство». Наверное, даже «брутоцезарианство» – появись такое словечко – и то звучало бы менее абсурдно!

Учение Христа начали понимать в контексте, который недопустимым образом искажает его. Который делает невозможным понимание его сокровенной, эзотерической сути. Ибо «не вливают учения благодатного в мехи ветхие, обветшавшие в иудействе; иначе прорываются мехи, и вино вытекает», как предостерегал тысячелетие назад митрополит киевский Илларион. Мир, который был до времени выхода книги Лютера уже тысячелетие христианским (если почитать началом торжества христианства время Константина Великого, что держался, кстати, ведической веры предков и не скрывал этого) начал постепенно утрачивать ведение Христа. И оказался к нашему времени христианским уже во многом лишь по названию. Конечно, ослабление позиций христианства объясняется не одним только распространением евионитской ереси. Но, если остальные факторы сравнивать со стрелой, направленной в тело веры, то ересь эта есть яд, которым смазано острие.

ДУХОВНАЯ САМОЗАЩИТА

Но скажут: неужели деградация духа человечества произошла в результате лишь распространения ереси о национальной принадлежности… Бога? Да самая ведь постановка вопроса обличает полную несерьезность! Может ли быть у Бога – национальность?! Какая разница – если мы говорим, конечно, с позиций человека вправду духовного – какого именно роду-племени была плоть, взаимоданная Спасителю Девой для недолгого времени Его земной жизни? Сын Божий – Вторая Ипостась Троицы – существовал прежде мира и всякой плоти. Более того: плоть и все, что начало быть, – через Него лишь начало быть (Ин. 1:3). И ныне Сын пребывает одесную Отца, то есть превыше плоти и всего тварного, в единстве с Первопричиной всего творения. Разве не ясно из этого, сколь суетен и вообще лишен смысла вопрос: какой национальности при Своей земной жизни носил Он тело?

И это будут совершенно правильные слова. Так именно все и есть. Но, к сожалению, правильны они лишь с теоретической точки зрения. На практике же человеческой истории далеко не всегда получается, как в теории, даже если теория абсолютно правильная. Потому что реальный средний человек – не богослов и философ. И рассуждает, как правило, вовсе не как они. Коннер замечает на этот счет: «Простой, общительный человек, мой друг, говорил мне вот что: Если Христос – еврей, то какое мне, нееврею, дело может быть до этой твоей христианской веры?»

Наивное заявление, но по-человечески его можно понять, – комментирует Коннер это высказывание своего друга. Ведь иудеи ставят себя наособицу относительно всех остальных людей. Иудаизм учит, что неевреи есть второй сорт по сравнению с евреями – «избранным народом». «Вы[1] – человеческие существа, но остальные народы земли не человеческие существа, а животные», недвусмысленно заявляет Второзаконие (Втор 7:2–6). То есть для иудея национальность уже есть религия! Поэтому хотя и не все, конечно, но многие евреи держатся с представителями других народов с хорошо или плохо маскируемой спесью. И люди чувствуют это… И потому в сознании человека простого так: если Христос еврей, то и христианство – это какая-то разновидность иудаизма. А коли разновидность иудаизма, то есть учения, превозносящего евреев над неевреями, то значит и какое мне, нееврею, может быть до этого учения дело? И вот никакими рацеями, никакой философией, никаким богословием простого человека с этой точки зрения никто не собьет.

А следовательно, если не опровергать евионитское измышление о том, что Христос, будто бы, был еврей, – что получится? Часть человечества может отвернуться от учения Христа, как от, якобы, унижающего их. Еще какая-то часть может, продолжая быть христианами, начать думать, что христианское учение, будто бы, не отвергает представления о каком-то особенном статусе еврейского народа (так, Александр Мень пытался говорить что-то о «двойной избранности» еврея, обращенного в христианство). Но это будет уже не учение Христа, а полная противоположность ему! Ибо христианство не признает никакого врожденного превосходства кого-либо над кем-либо, но говорит, напротив: если хочешь быть первым – послужи всем (Ин 13:13–15) (Мат 20:26,27).

Из этих соображений можно понять, почему по мере распространения ереси евионитов христианство теряло авторитет – и в результате мир получал безверие, смуты… революции… мировые войны и моря крови. Почти без преувеличения можно сказать, что христианство сейчас распято на кресте ереси Евиона и Керинфа. И воскресение ведения христианского учения в полном его объеме и чистоте возможно только после того, как оно будет снято с креста распространенного о нем предрассудка.

Следовательно, опровержение лжи о еврейском, якобы, происхождении Христа и учения Его есть дело, которое на практике и реально служит утверждению веры нашей. Оно есть исповедание веры, долг христианина.

Во исполнение сего долга в середине прошлого века явилась книга, представившая системное и многостороннее опровержение измышлений евионитов – книга «Христос не был евреем» Джекоба Коннера. В лице этого автора ересь, фактически канонизированная на Западе, оказалась и осужденной Западом же. И это, хочется думать, в определенной мере заглаживает, делает меньше трагическую вину Запада перед христианством и человечеством.

Недавно книга Джекоба Коннера «Христос не был евреем» была впервые переведена на русский. Этот перевод вышел в свет в московском Православном издательстве «Энциклопедия русской цивилизации» в 2004 году. Издание посвящено светлой памяти митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Иоанна. Что именно представляет собой эта книга?

По содержанию, Коннер определяет свой труд как «новый ответ на ветхое заблуждение в свете сегодняшнего дня». На этом заблуждении, говорит автор, была основана «наиболее ранняя из всех ересей». «Евиониты проклинали Павла и всех апостолов за то, что они несли христианство всем неевреям, одновременно с этим категорически не принимая иудаизма». Учение евионитов решительно было осуждено Павлом и всеми апостолами как антихристианское. Апостолы разглядели в нем «тайное» (замаскированное) «беззаконие», которое «уже в действии» (2 Фес 2:7).

По характеру – американский консул считает свою работу акцией мирской и духовной самообороны. Коннер, политолог с мировым именем, пишет: «Актуальность темы усиливается в связи с наступлением еврейской расы на весь христианский мир. Такого рода тенденции замечены в истории как периодически повторяющиеся. Они неизменно заканчиваются катастрофой, и в том числе для самих евреев. Современная тенденция в этом направлении усугубляется молчаливым, чтоб не сказать трусливым, согласием определенных лиц, проповедующих с христианских амвонов. Покорно присоединяясь к еврейскому бахвальству о том, что якобы евреи нам дали Христа и нашу религию, они удаляют себя на огромное расстояние… от собственной совести.»

По форме книга Джекоба Коннера представляет научное исследование. Автор начинает его, погружаясь в глубины прошлого, показывая объемно всю предысторию вопроса.

ГАЛИЛЕЯ СКИФСКАЯ

Как устанавливают национальность кого бы ни было?

По родине, по крови, по языку.

Причем, во-первых – по крови и языку (духу), и уже во-вторых – соответственно стране рожденья и жительства. Но обстоятельный Коннер начинает именно со страны. Наверное – не желая упустить и второстепенное, стремясь не оставить и тени какого-либо сомнения.

По имени земли, откуда Он родом и Его Мать, Пречистая Дева, Иисуса называли Галилеянин. Все первые века христианства сие прозвание было не менее распространено, чем Христос – именование Иисуса соответственно сущности Его Дела. Помните, как повествует поэт о событиях тех времен:

…И Юлиан Отступник, с Римом в длани,

Что в клетку львам бросал мужей святых,

Сказал: «Ты победил, Галилеянин!»

И на одре, с улыбкою, затих…

Так вот, напоминает нам Коннер, об этой земле – родине Христа и Матери Его – еще пророк Исаия говорил: Галилея Языческая (Ис 9:1). То есть Нееврейская, чуждая евреям земля, граничащая, да, с Иудеей. Евреи в Галилее как-то не приживались, сколько ни шло веков, и определение пророка Исаии стало крылатым. Сочетание слов «Галилея Языческая» было не менее устойчиво, чем, скажем, «Прекрасная Франция» или «Святая Русь».

Коннер сообщает подробно, как именно получилось, что евреи в Галилее не приживались. Ко времени Христа их могло быть больше, к примеру, даже в Египте или Греции.

Еще в 721 году до Р.Х. Саргон, царь Ассирии, сокрушил Израиля и рассеял десять из двенадцати его колен. То есть, Саргон депортировал из Галилеи всех евреев, которые проживали там, и привел на их место другой народ. Он поступил так по следующей причине. Еврейские племена не раз до того вступали в антиассирийский союз, и царь Ассирии пожелал, чтобы у Египта, соперника его царства, не было военного союзника в стратегически важной Галилейской долине.

Кем именно населил Галилею царь ассирийский? Скифами. Будучи опытным политологом, Коннер истолковывает этот факт вот как. Саргон хотел, чтобы евреи, которые были им изгнаны, не вернулись. И он обратился к скифам, поскольку, говорит Коннер, «доподлинно известно, что скифы вселяли ужас в сердца евреев». Между двумя этими народами лежала старинная вражда: скифы были потомками тех арийцев, которых евреи вытеснили из Галилеи, вторгшись туда с оружием под предводительством Навина, приказавшего истреблять поголовно всех (Нав 6:20). Да, именно истреблять, а не выселять, как Саргон. Обычай мести за родичей существовал в то время почти во всех племенах. Скифы мстили.

Расчет ассирийского царя оказался верен. Колена израильские, что обитали в Галилее до его прихода, не возвратились уже туда более никогда. Призванные же Саргоном насельники поклялись более не оставлять землю предков. Они возвели в Галилее – всего лишь в двадцати милях от Назарета – град Скифополь (современное название Безан). Стены и башни Скифополя контролировали все броды через Иордан и явились, поэтому, щитом Галилеи Скифской и Ассирийского царства в случае военной опасности.

Коннер не оставляет без внимания родословие этих скифов. «Они пришли, – констатирует он, – из тех регионов Севера, которые известны человечеству сейчас как Россия: из той земли, что представляет собой дом пращуров людей с белой кожей: прародину всех арийцев, индоевропейцев».

«Современные антропологи полагают, – говорит автор далее, – что… люди именно этого региона, следуя в южном направлении вдоль Волги к Каспийскому морю, и к границам Малой Азии, в далекое доисторическое время предприняли опасный поход к более теплому климату и более легким завоеваниям через Иран в Индию и Месопотамию. Именно эти белокожие люди и были предками шумеров и всех древнейших арийских племен Малой Азии – пращурами всех тех, кого назовут затем творцами Цивилизации.» (Джекоб Коннер указывает источник, из которого он почерпнул факт и термин: TheMastersofCivilization, Waddell L.A., 1929, L.L.D., T.T.I., Same, «Indo-Sumerian Seals Deciphered».)

«Среди православных русских, потомков античных скифов – делится сведениями консул США в России – есть давняя традиция утверждать, что Пресвятая Дева произошла из их рода.» «Эта традиция – подчеркивает Коннер – гораздо более достоверна, чем версия еврейского происхождения Марии, потому что евреи лишь оккупировали Галилею дважды и дважды же изгонялись.[2]»

ТЕОРЕМА

Здесь Коннер не совсем прав. Ведь из его текста можно понимать так, что версия еврейского происхождения Девы менее достоверна, нежели какая-либо иная. На деле же такая версия вовсе недостоверна. Предположение о еврейском происхождении Матери Христа не имеет никаких шансов оказаться истиной. И мы сейчас рассмотрим подробно, почему это так.

В 164 г. до Р.Х. Симон Маккавей Тарсис, князь иудейский, приказал очистить «Галилею Языческую» от еврейских семей – немногих, которые поселились там, когда Вавилон сдался Киру. Закон Маккавея предписывал насильственное переселении таких семей в Иудею. Зачем понадобился иудейскому князю такой закон? Возможно, Маккавей был обеспокоен тем, что евреи, общаясь с коренным нееврейским населением Галилеи (тогда его составляли, в основном, скифы, греки и галлы), проникнутся свободолюбивым духом, перестанут фанатически исполнять предписания закона иудейского, и это будет пример, провоцирующий их сородичей в Иудее.

Закон Маккавея о насильственном переселении известен историкам. Упоминает его и Коннер. Он пишет о немногих евреях, затесавшихся в Галилею Языческую: «Маккавей вернул их всех в Иудею, сделав Галилею вновь строго нееврейской страной». Но здесь американский ученый допускает неточность: законом иудейского князя предусматривалось насильственное переселение в Иудею не вообще каждого еврея, обосновавшегося в Галилее, а каждой проживающей там еврейской семьи.

Однако, что представляла собой семья согласно закону иудейскому? Под ней понимался лишь тот союз, в котором оба супруга – еврейской крови. Смешенный же союз не считался семьею по иудейскому закону. Ветхий Завет содержит ряд эпизодов, из которых нетрудно видеть: такой союз представлял собой даже преступление против иудейского закона. И преступление это нередко каралось смертью.

«И вот, некто из сынов Израилевых… привел Мадианитянку в глазах Моисея и в глазах всего общества сынов Израилевых… Финеес, сын Елеазара, сына Аарона священника, встал из среды общества и взял в руку свою копье, и вошел вслед за Израильтянином в спальню его, и поразил их обоих: Израильтянина, и женщину – во чрево ее (Чис 25:6–8.)». И далее говорится, что иудейский бог награждает Финееса за проявленную «ревность» «заветом священства вечного» (Чис 25:13). Во все последующие века до Р.Х. раввины проявляли такую же точно «ревность». Вот как она описывается, например, в книге Неемии. «Я видел иудеев, которые взяли себе жен из азотянок, аммонитянок и моавитянок… и проклял их, и некоторых из мужей бил, и рвал у них волоса, и заклинал их» (Неем 13:23–25). И далее Неемия пишет, что иудей, берущий в жены иноплеменницу, совершает этим «великое зло» перед иудейским богом (Неем 13:27).

Итак, вступивший в смешанный брак считался во времена Христа у евреев нарушившим закон иудейский, а значит – все равно, что как мертвым. Переселение таких семей в Иудею составило бы не только соблазн в отношении закона, но и прямую демонстрацию возможности его нарушать. Поэтому такие семьи распоряжение Маккавея оставляло в покое, приравнивая их ко всем остальным «языческим» семьям Галилеи Языческой. Несмотря на то, что многие евреи, состоящие в смешанных союзах, продолжали следовать большинству обычаев иудаизма, а некоторые склоняли к этому и членов своих семей.

Закон Маккавея не был отменен и во времена Христа. Но, повторим, он касался цельноеврейских семей, только их. Иначе в Галилее ко времени Р.Х. не осталось бы вовсе ни одного еврея. А такое «национальное меньшинство», как это бы сказали теперь, там все-таки обитало. Евангелия свидетельствуют и о галилеянах еврейской национальности. Наиболее подробно описанный пример представляет святой Иосиф, обручник Пресвятой Девы. Лука говорит о нем: «был из дома и рода Давидова» (Лк 2:4). И в следующей главе подробно перечисляет всех иудейских предков Иосифа вплоть до царя Давида и более даже древних.

Здесь важно помнить тот факт, что Иосиф был лишь обручник: он никогда не познал Марию, как муж познает жену. Это утверждали от начала все христиане мира. Это признавали и противники христианства. Иудеям первых веков раввины предписывали называть Христа не иначе, как Бен Пардус, то есть Сын Рыси. Они этим хотели подчеркнуть, дабы отвратить своих соплеменников от христианских проповедей, что Иисус – незаконнорожденный, и будто бы Его отец был центурион по имени Рысь – римский легионер из руссов.

В Евангелии написано совершенно определенно: «Рождество Христа было так: по обручении Матери Его Марии с Иосифом, прежде, нежели сочетались они, оказалось, что Она имеет во чреве от Духа Святого» (Мат 1:18). Итак, Иосиф, еврей из колена Давидова, – не отец Христа; зачем же тогда святые Евангелисты наиподробнейшим образом приводят родословие св. Иосифа – кому это интересно и для чего нужно?

Вопрос этот привлекал внимание уже многих. Наступило время дать на него ответ. Возможно, для большинства наших современников он покажется неожиданным. Со времен, когда он был очевиден, минуло два полных тысячелетия. Итак: родословие Иосифа приводилось как аргумент, которым достигается полное, окончательное опровержение евионитской ереси в самом ее зародыше. И этот аргумент был включен в тексты самих Евангелий.

Действительно, евангелисты постоянно подчеркивают зараз три факта:

1) Иосиф, официально, есть муж Марии («с Марией, обрученной ему женою» – Лк 2:5);

2) Иосиф, совершенно точно, этнически есть еврей (вот его родословие хоть от самого Евера! – Лк 3:23–35);

3) Иосиф только обручник, он не имел никакого отношения к рождению Иисуса Христа («и принял Иосиф жену свою, и не знал Ее, и вот, Она родила Сына Своего, первенца» – Мат 1: 24, 25). Кровь Иосифа, следовательно, никоим образом не могла течь в жилах земной плоти Иисуса Христа.

Остальное выводится легко. Любой, живший во времена св. евангелистов, сопоставив три факта, мог сообразить следующее. Святое Семейство не переселили насильственно в Иудею, несмотря на то, что Иосиф был еврей. Следовательно, эта семья не подпадала под закон Маккавея. А если не подпадала, то, значит, Святое Семейство представляло собою смешанный брак. То есть: Мария, Мать Иисуса, – могла быть какой угодно национальности, но только не еврейской.

Далее. Догмат о непорочном зачатии, принятый от начала и признаваемый поныне всеми христианскими конфессиями: Мария, Мать Иисуса – ДЕВА («до рождения Христа Дева, в рождении Христа Дева, по рождении Христа Дева»), то есть Она – единственная, кто имел отношение к Его рождеству по плоти. И Она могла быть какой угодно национальности, но только не еврейской, как это очевидно из вышесказанного. Следовательно, Иисус Христос – не еврей.

Для человека, жившего во времена действия закона о насильственном переселении, все это было настолько очевидно, что не нуждалось даже и в подробном расписывании. Достаточно было указать на три вышеназванных факта в их совокупности – и ересь евионитов оказывалась полностью опровергнутой!

Возникает один вопрос. Известно, что в Евангелиях имеются позднейшие вставки евионитского толка. Фрагменты текста, написанные не св. евангелистами, но добавленные, спустя десятилетия, переписчиками-евионитами. Коннер именует их «врезки». Нередко можно видеть «невооруженным глазом», что такие фрагменты не согласуются с окружающим текстом. Вот один пример врезки. Апостол Петр, якобы, говорит, что Христос «от плода чресл Давида» (Деян 2:30). Но далее читаем, апостол приводит слова Давида: «сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня, доколе не положу врагов Твоих в подножие ног Твоих» (Деян 2:34–35). Так вот, именно эти слова приводит Сам Иисус в качестве доказательства, что Он НЕ происходит от плода чресл Давида (Марк 12:35–40)! И ученик Христа не мог не знать этого. Очевидно, что стих 30 второй главы Деяний содержит врезку. Немногого стоят, следовательно, и прочие якобы новозаветные тексты, муссирующие тему «сына Давидова».

О том, что Сам Христос недвусмысленно пресек попытку представить Его неким «сыном Давидовым», мы скажем еще подробнее. А пока вопрос вот в чем. Если уж ставленники евионитов получили однажды возможность «дополнить» первоначальный текст, почему бы им тогда было не произвести и подчистку тоже? То есть: они могли бы, переписывая, опустить это совокупное упоминание Трех Обстоятельств, которое полностью и всецело опровергает всю ересь их. Почему же они не сделали этого?

Ответ прост. Ко времени, когда евиониты сумели сделать свои приписки, уже сама Иудея, как царство, перестала существовать. Евреи подняли мятеж против римлян и кесарь Тит Милосердный, сын Веспасиана, разбил их воинство. Это поражение было окончательным: в 70 году по Р.Х. Иудея утратила статус государства и для евреев началась эпоха рассеяния. То есть, переселять цельноеврейские семьи сделалось уже некуда. Закон Маккавея превратился из довлеющей реальности в достояние архивов, и вскоре о нем забыли.

Поэтому, когда евиониты вносили искажения в Евангелия в свою пользу, они производили торопливые врезки, но не подчистку совокупной констатации Трех Обстоятельств: еретики уже не имели представления о том, сколь решительно одна только констатация эта опровергает ересь. И данный факт, кстати, еще раз обличает евионитские фрагменты как, именно, позднейшие наслоения. Ведь основной текст писался, когда закон Маккавея помнили, а они – когда он уж был забыт.

Есть и еще вопрос. Почему сам Коннер не привлекает внимания читателя к тому, чего ради святые Евангелисты с такой настойчивостью констатируют совокупность Трех Обстоятельств? Ведь именно в этом заключается радикальное, окончательное доказательство истины, которую американский исследователь вынес в заглавие своей книги.

Возможно, это потому, что Коннер в гораздо большей степени политолог, нежели богослов. Если вообще богослов. И книгу свою «Христос не был евреем» он адресует не одним только христианам, но вообще всему человечеству, что специально подчеркивает.

Реакция христианина на предъявление аргумента Трех Обстоятельств очевидна. Именно для христиан, как раз, и писали Евангелисты. Кто исповедует апостольское учение, тот есть исповедник и, в частности, догмата о непорочном зачатии. Сопоставив же сей догмат с фактами, которые приводят евангелисты, он сразу и естественным образом становится исповедником нееврейства Христа. Ведь в свете Трех Обстоятельств – нееврейство Христа непреложно следует из догмата о непорочном Его зачатии.

Однако Коннер желает, чтоб истину, которую он вынес в название своей книги, имели в качестве твердого убеждения не только лишь христиане. Христос, утверждает Коннер, есть достояние не одной только[3] церкви. Галилеянин является Спасителем человеческого рода в целом и, следовательно, все человечество имеет право ведать о Нем всю истину.

Нехристианин может не знать о догмате непорочного зачатия. Или он может знать, но сомневаться в истинности его. Для Коннера же наиболее ценными являются доказательства, которые могут быть восприняты максимально широким кругом – всеми людьми, независимо от их вероисповедания.

Что же, мысль Коннера о всечеловеческом значении Христа, несомненно, заслуживает внимания. Дай Бог, чтобы ограничения по форме не мешали союзу всех светлых душ, которые способны понимать суть учения Иисуса и совершать Его Дело. Но все-таки представляется значимым и тот факт, что именно на основе христианской ортодоксальной догматики оказывается возможно дать окончательное опровержение евионитской лжи. Опровержение, сопоставимое по точности доказательства с геометрической теоремой.

ГЛАВНЫЙ АРГУМЕНТ КОННЕРА

Итак, Джекоб Коннер не занимался выяснением причины настойчивого констатирования евангелистами совокупности Трех Обстоятельств. Однако и он считает, что Христос не был евреем не с вероятностью, например, 90 или 99 %, но полностью, на все 100 % убежден в истинности факта, вынесенного им в заглавие книги. На чем основывается его уверенность?

Решающим аргументом Коннер считает апостольское свидетельство. Ведь ересь евионитов получила анафему от самих апостолов. От личных учеников Христа. От людей, которые три года видели Христа воплоти при Его земной жизни. Чего же более?

Джекоб Коннер подчеркивает: «Апостольский Собор, состоявшийся в Иерусалиме в 49 году по Р.Х., официально констатировал полную независимость христианства от иудаизма. Но через двадцать лет после того, как Петр, Павел и большинство ранних учеников приняли мученическую смерть, – евиониты, бывшие в дружеских отношениях с евреями-талмудистами, сумели встроить в некоторые списки Евангелий врезки иудаистского толка». Это, как и вообще любое наведение мостков от христианства к иудаизму, – констатирует Коннер, – со времени Собора 49 года «представляет не что иное, как нарушение силы Апостольского решения». К этой констатации американский исследователь возвращается на страницах книги неоднократно.

Что же, в акцентировании этого доказательства есть резон. Оно понятно всем людям, независимо от их вероисповедания.

Такое доказательство исключает сомнения христианина. Ведь не по человеческому разумению кого-либо, но соответственно соборному апостольскому свидетельству утверждается, что ни Иисус, ни Его учение не имеют иудейских корней. Апостольское свидетельство свято, ибо в Иерусалиме на Апостолов снизошел Дух Святой (этому событию посвящен один из Великих Двунадесятых Праздников православной церкви). С тех пор апостолы пребывали в Духе и говорили не от себя, но исповедовали откровение, которое им дал Бог Всевышний.

Но и длянехристианина очевидна доказательная сила аргумента, приводимого Коннером. Ведь, каким образом обыкновенный, мирской суд устанавливает истинность или ложность какого-либо суждения о человеке? Если свидетели, знавшие этого человека годы, единодушно все утверждают, что человек этот был таким-то, а таким-то вот не был, – суд полагает это свидетельство достоверным.

Итак, в 49 году по Р.Х. апостолы противостали ереси евионитов авторитетом своего собора и остановили распространение ее. Слово живых свидетелей весомо было для всех, еретики же могли противопоставить ему только два аргумента. Конечно, если подобное вообще может быть названо аргументами.

Евиониты могли указывать, что над крестом Иисуса сделана была надпись: «Царь Иудейский». Умалчивая, однако, что никогда Иисус не претендовал на такое звание. Что сами же иудеи так оболгали Его пред судом Пилата, желая подвести под распятие. Римского прокуратора раввины просто «загнали в угол», выкрикивая, что будто бы Иисус посягает на трон Давидов, то есть на толику власти римского кесаря. Или, по крайней мере, Он может претендовать на трон и, следовательно, опасен. То был единственный способ вырвать у Пилата санкцию на убийство: Представить, что Иисус есть, будто бы, иудей царской крови, а значит – политическая фигура, которая, при Его-то известности, непременно будет использована евреями для поднятия мятежа против Рима. «Пилат искал отпустить Его, иудеи же кричали: если отпустишь Его, ты не друг кесарю; всякий, делающий себя царем, противник кесарю» (Ин 19:12). Фактически, раввины говорили Пилату: если не согласишься на распятие Его, мы устроим, чтобы распят был ты сам. Пилат сдался. В упрек иудеям и в качестве самооправдания он приказал начертать на кресте Христа «Царь Иудейский». Во времена апостолов это все было еще очень живо в человеческой памяти. Грязная игра раввинов не была очевидна лишь вовсе простакам, и очень мало кто мог всерьез воспринимать эту надпись.

Другой «аргумент» мог представлять собой родословную Иосифа. Но, приводимая не отдельно, а как один из моментов совокупности Трех Обстоятельств (см. выше) эта родословная превращалась как раз в свидетельство против евионитской ереси.

ЗНАЧИМЫЕ ШТРИХИ

Серьезного доказательства у евионитов не было. Не потому ли, – задается вопросом Коннер, – выдумку Евиона и Керинфа об иудейском, якобы, происхождение Христа и Его учения даже и не пытались никогда серьезно доказывать? Ее лишь повторяли и повторяли те, кому от этого была выгода. Рассчитывая, вероятно, что ложь, звучащая сколь можно более часто, сойдет за правду.

Подобная лукавая тактика могла, в перспективе, надеяться на успех. Она и привела к нему – с течением веков, когда сложились подходящие обстоятельства. Расширение географических границ христианства, а также ереси и расколы затрудняли передачу Предания, да и замутняли его. Для большинства христиан источником сведений о Христе осталось только Писание, то есть четыре канонизированных Евангелия, неоднократно переведенные, причем так, что о точности переводов не утихают споры. Поэтому, начиная где-то со времен позднего средневековья, средний христианин переставал воспринимать евионитскую версию как совершенно бездоказательную.

Ведь из Евангелий можно видеть, что Христос нередко обращался в полемиках к тексту Ветхого Завета. Он заходил в иудейский храм в Иерусалиме, Он проповедовал в синагогах. Неужели все это – позднейшие евионитские вставки? А если нет – как объяснить эти факты, как примирить их с категорическим утверждением апостольского собора 49 года по Р.Х. о том, что никакой нет, не было и не может быть связи между христианским учением и иудаизмом?

Ответ на эти вопросы есть. Но, чтобы дать его, требуется уровень эрудиции, каким располагает не каждый христианин сейчас, и не каждый располагал в средние века.

О храме иерусалимском. Во времена Христа он был отнюдь не только лишь иудейским. «Справочный богословский церковно-исторический словарь» (СПб, 1889) сообщает: в состав иерусалимского храма входила весьма существенная по площади часть, которая принадлежала «язычникам». Поэтому не одни лишь поклонники иудейского бога Яхве могли учить и учится в храме. Туда был не закрыт вход ни римлянину, ни эллину, ни, к примеру, галилеянину, каким был Христос. Иерусалимский храм тех времен являл собой нечто вроде общепалестинского богословского дома. (А иудейские менялы, видя это место настолько людным, делали его еще и «домом торговли» – Ин 2:16, – пока Галилеянин не выгнал их оттуда бичом.) Христос, будучи Сыном Божиим, Логосом – ведал учения всех народов. Поэтому, еще двенадцати лишь лет от роду, Он учил (!) во храме седовласых признанных мудрецов и «слушавшие Его дивились разуму и ответам Его» (Лк 2:47).

О ссылках на иудейские книги. Христос пришел спасти всех людей. И, как уже было сказано, Он ведал писания всех народов. Ибо «без Него ничто не начало быть, что начало быть» (Ин 1:3). Проповедуя представителю какого-либо народа – Иисус выстраивал проповедь, разумеется, на таких духовных основаниях, которые авторитетны и понятны для представителя этого, конкретно, нарда. Так, беседуя с эллином, Сын Божий обращался к мудрости древнегреческих философов. Слова одного из них и услышал апостол Иоанн из уст Учителя своего, и эти слова настолько поразили любимого ученика Христа, что ими он открывает свое Евангелие: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог» (Ин 1:1). Ведь это же цитата из Гераклита! (Кстати, Гераклит был посвященным Северной Традиции, имя его в посвящении было Любомудр, и посвящение он принимал в Голуни. Редкостью подобное не было. Великого Пифагора, например, посвятил в Северную Традицию вещий Абарид Скиф.) Проповедуя же брахманам Индии, Иисус цитировал Веданту, о чем свидетельствуют Палеи, неканонизированные Евангелия на языке пали, повествующие про «неизвестные годы» жизни Христа. И также, опровергая аргументы фарисеев и книжников, Иисус обращался к Торе, к речениям иудейских пророков, повергая противника, можно сказать, его же оружием и на его территории.

О синагогах. Слово это по происхождению греческое. «От греч. synagoge – собрание, место собрания», как можно прочесть о нем и в словаре Брокгауза и Ефрона, и в БСЭ. Во времена Иисуса в Галилее, где наиболее многочисленными насельниками были галлы, скифы и греки, греческое слово «синагога» едва ли означало собрание именно иудейское. Протоиерей Александр Мень говорит в своей книге «В поисках Пути, Истины и Жизни» (М.: «Слово», 1991) о синагоге, которую возвел римлянин. Приводится фотография ее: здание превратилось в развалины, но все равно хорошо просматривается характерно «языческий» архитектурный стиль. Итак, Иисус учил в собраниях любого народа, населявшего Галилею. В эллинских, скифских, галльских и – да – в иудейских тоже.

Теперь, конечно, слово «синагога» означает исключительно иудаистский культовый центр. Однако это сужение смысла произошло в гораздо более поздние века, нежели времена Христа. Затем и при переводе греческого текста Евангелий на другие языки это, конкретно, слово перестали переводить с греческого, а начали его просто калькировать. И потому всюду, где в современных Евангелиях читаем о Христе «учил в синагоге» – в древнем рукописном Евангелии встречаем лишь «говорил в собрании (сонмище)». В 1992 году Музеем Библии была издана книга «Библиография Русской рукописной Библии: Библия 1499 года». Каждая страница книги представляет высококачественную фотографию древней рукописной страницы. В ней можно прочесть, к примеру: «Пришед в Антиохию Писидскую и вошедше в сонмище…» (Деян 13:14). Тогда как в современном издании: «пришли в Антиохию Писидскую и, войдя в синагогу…». И так везде. То есть, в 1499 году русские толмачи утруждали еще себя переводом с греческого и слова «синагога» наравне с другими словами.

Сам Джекоб Коннер, однако, более обращает внимание на другое. «Когда Иисус приводит в изреченьях фрагменты текстов, которые мы сегодня называем ветхозаветными, – пишет американский исследователь, – это не обязательно означает, что Иисус обращается к традиции, именно, иудейской. Ветхий Завет есть далеко не только еврейское творение. Лучшие произведения[4] заимствованы были из более ранних источников. Именно таковы история потопа, и десять заповедей, и большинство псалмов. А также и книга Иова…»

Далее Коннер цитирует книгу Чарльза Гордона Камминга, эксперта в области палестинских древностей, приводя фрагмент из его книги «Ассирийские и древнееврейские хвалебные гимны (псалмы)»: «Учеными всего мира признано, что древнееврейская нация поздно вышла на историческую арену. Когда еврейские бедуины выступили из пустынь в землю ханаанскую – они явились в страну, которая уже имела тысячелетний опыт цивилизации. Древнееврейские завоеватели захватили не только землю с ее укрепленными городами и обработанные поля, но и святилища этой страны и они присвоили большое количество ее религиозных и нравственных идей… Ассирийские гимны представляют неоценимый вклад во все, практически, религиозные идеи древних евреев. Гимны евреев существуют в более раннем виде в качестве ассирийских гимнов.»

Ассирия… Да, это символично, что именно на земле, к наследию которой в действительности обращался Христос, его учеников и начали впервые называть христиане. Деяния св. Апостолов: «пришед в Антиохию,[5] говорили к эллинам, благовествуя Иисуса… и великое их число, уверовав, обратилось ко Господу… и христианами впервые стали называться ученики в Антиохи» (Деян 11:20–26). «А вот Псалму Девятнадцатому мы, впрочем, обязаны Эхнатону, фараону египетскому, – уточняет Коннер. – Властитель этот и жрец подвергал риску собственный трон и жизнь, чтобы только его народ не забыл, за почитанием богов младших, древнейший первопринцип Единого Всевышнего Бога – источника всего и творца богов и людей».

Но возникает важный вопрос. Кто были эти религиозные учителя человечества, у которых перенимали Вавилон, Ассирия и Египет (у которого, в свою очередь, переняли что-то и древние евреи в период рабства у фараона)? В качестве ответа Коннер цитирует Британскую Энциклопедию (Enciclopaedia Britanica: Babylonia, Assyria, Mesopotamia): «Настойчивое использование шумерского языка во всех формах религиозного поклонения соседними народами Вавилона и Ассирии является примечательным прецедентом для использования латыни в западной католической церкви…» То есть: язык богослужения был – шумерский в землях и Вавилона, и Ассирии, а в более древние времена, возможно – в царствах Палестины вообще.

«По мере продолжения исследований, – говорит Коннер далее, – доказательства становятся все надежней о том, что эти арийцы[6] пришли[7] в Палестину с Севера. Они основали землю Шумер и распространились от нее к востоку к Индусской долине. Затем, повернув на юг, они принесли язык, позднее получивший название санскрит, в Индию… Те из них, которые осели в Палестине, известны в истории как хананеяне.» То есть, говоря коротко, Коннер утверждает, фактически, что Христос, когда включает в свои речения ветхозаветные тексты, – обращается, в основном, к наследию шумеров.

ШУМЕРЫ, ПРАРЕЛИГИЯ И ТВОРЦЫ ЦИВИЛИЗАЦИИ

Недавно сделанные открытия подтверждают эту догадку. Как жаль, что Коннер не дожил до торжества истины, которую прозревал. Издательство «Восточная литература» РАН опубликовало в 1995 году перевод книги шумеролога с мировым именем Торкильда Якобсена «Сокровища Тьмы (история месопотамской религии)». Книга содержит перевод внушительного массива клинописных текстов VII–V тысячелетия до Р.Х., которые составляют священное писание шумеров. И вот какое открытие было сделано: все эти тексты представляют собой, по сути, несколько притч, развертываемых чрезвычайно подробно и пересказываемых в обрамлении разных обстоятельств. И притчи эти такие:

• Женихе, о Деве и Браке их;

• Пастыре и об овцах;

• Рыбаке;

• Сеятеле.

Нельзя не видеть, что это есть тот самый метафорический ряд, который использует в поучениях Иисус Христос! Из каждого из Евангелий очевидно: Он обращается к этим притчам столь естественно и свободно, как если бы Он впитал их «с молоком матери». Возникает естественная мысль: скорее всего – так и было, Иисус в буквальном смысле впитывал эти притчи с молоком Матери!

Традиция же иудейская не знает ничего подобного притчам, которыми поучал Христос. Правда, Ветхий Завет содержит «Книгу притчей Соломоновых». Но, во-1-х, царь Соломон прославился как мудрец именно потому, что перенимал мудрость иных народов, за что раввин Неемия причисляет его к «делающим великое зло перед[8] богом» (Неем 13:26,27). И, во-2-х, «притчи» Соломоновы представляют собой, на самом деле, вовсе не притчи, а совершенно прямые, имеющие однозначное толкование, нравственные поучения. В них нет иносказательности, аллегории, «четвертого измерения». А это представляет собой необходимый атрибут притчи в общепринятом понимании этого слова. К тому же, темы нравственных наставлений, которые фигурируют в книге Соломона под названием притчей, нисколько не пересекаются с темами Жениха, Девы и Брака их, Пастыря, Рыбака и Сеятеля.

Что интересно, с этими темами перекликаются – более или менее, но вполне очевидным образом – сюжеты наиболее известных и древних русских былин и сказок. Притчи Христа как будто бы аукаются – иначе не скажешь – с мифами древних руссов. Вот миф о Пастыре, потерявшем и возвратившем стадо (бог Велес и коровы). Вот миф о Рыбаке (переложенный Пушкиным в «Сказку о рыбаке и рыбке»). И вот, наконец, былина о Сеятеле (то есть богатыре-пахаре Микуле Селяниновиче, который лишь один может поднять тот узел, в котором Истина). И, уж конечно, Жених, отправляющийся на долгие и опасные поиски похищенной у него невесты…

Кому-то это сопоставление покажется надуманным. Но вот перед нами текст: «в океане остров, на острове на том дуб, под этим дубом сундук, а в сундуке заяц, а в зайце утка, а в этой утке яйцо». Знакомые с детства слова русской сказки, не правда ли? Но эти же слова представляют собой точный перевод клинописной шумерской таблички, который приводит исследователь Новиков Н.В. в книге «Образы восточнославянской волшебной сказки» (Ленинград, 1974). Письменные керамические таблички древней Месопотамии, надо сказать, даже и по внешнему виду напоминают русские деревянные письменные дощечки – «дощки» – из которых составлена, например, Велесова Книга. Итак, перед нами ось: мифы-притчи руссов – священные тексты шумеров – проповеди-притчи Христа… Как тут не вспомнить приведенное выше свидетельство Джекоба Коннера, консула США в России в 1908–1912 гг.: «Среди православных русских, потомков античных скифов, есть давняя традиция утверждать, что Пресвятая Дева произошла из их рода.»

Коннер справедливо отмечает, что поразительна скорость, с которой распространилось учение Христа. Такого не бывало еще в истории ни с какой религией. Христианство сделалось мировой религией даже еще до мученичества Петра и Павла! Учение Христа как долгожданное откровение принимали греки и римляне, египтяне и скифы, ассирийцы и другие народы. По-видимому, глубинная религиозная память всего человечества, восходящая к праантичным эпохам Первоисточной Единой Веры, явно хранила нечто, предрекающее, как неизбежность, явление на земле Сына Бога Всевышнего воплоти. И только иудеи оказывали распространению христианства ожесточенное сопротивление все первые века по Р.Х. Так, знаменитые гонения Нерона на христиан, сопровождавшиеся невиданными жестокостями, были инспирированы иудеями через жену Нерона Поппеею, прозелитку иудаизма, – приводит, как пример, Коннер, цитируя таких известных историков, как Ланчиани, Эдвард Гиббон и Эрнест Ренан. «Евреи были истинными преследователями и не жалели никаких усилий для истребления христиан» (Э. Ренан, «Антихрист»). Что вызвало у них подобное озлобление? Не хочешь веровать во Христа – не веруй, но зачем же мешать принимать эту веру другим народам?

Возможно, ответ на это содержится в самом названии книги Коннера. Христос не был евреем. Евреи же полагают, что они народ «избранный», и даже в представление о Мессии, Спасителе всего человечества, они не могли не привнести националистические черты. То есть, евреи мыслили грядущего Мессию как сильного иудейского лидера, ведомые которым – или учением которого – они себе подчинят весь мир. Но мир вдруг начал признавать Мессией Галилеянина Иисуса, который никак не подходил на роль иудейского лидера! Ведь галилеяне и иудеи, граждане сопредельных государств, даже не разумели язык друг друга. В Деяниях св. апостолов описывается как чудо, что иудеи, собравшиеся в Иерусалиме, вдруг начали понимать речь апостолов-галилеян, когда на апостолов снизошел Дух Святой. «В Иерусалиме же находились иудеи… и все изумлялись и дивились, говоря меж собою: сии говорящие не все ли галилеяне? как же мы слышим собственное наречие, в котором родились?» (Деян 2:5–8). Тот, учение Которого начинало покорять мир, не принадлежал к «избранному народу». Поэтому иудеи противились тому, что народы начинают признавать Мессией Христа. Вот если бы Иисус был еврей…

Конечно, были и среди евреев уверовавшие во Христа. Мученик святой Стефан, апостол Павел… Но таковых было много меньше, нежели принявших учение Иисуса в других народах. В религиях других народов не было ничего, что принципиально мешало бы им воспринять Христа. В иудаизме же национализм, доведенный до абсурда, не позволял принимать Галилеянина не только как Бога, но даже как человека! «Вы[9] – человеческие существа, но остальные народы земли не человеческие существа, а животные» (Втор 7:2–6). Требовалась духовная сила Савла, чтобы «обратиться на пути в Дамаск» (Деян 9), преодолевая в своей душе гнет иудейского закона о еврейском расовом, якобы, превосходстве. В знак этого преодоления бывший гонитель христиан отрекся от своего еврейского имени Савл (Саул), и принял нееврейское – латинское – имя Павел.

«Моральный стержень человечества оказался универсален», – говорит Коннер, делая такой вывод из очень быстрого распространения христианства среди самых разных народов. Говоря обстоятельней, здесь можно было бы отметить, что Христос нашел человечество не позабывшим окончательно свою исконную единую прарелигию. «Моральный стержень», ведь, выковывается соответствующим духовным учением, а не формируется сам собой.

Русские традиционалисты знают – а теперь и все больше научных данных свидетельствует о том – что этой прарелигией был северный ведизм. Пророчество о пришествии во плоти Сына Бога Всевышнего было известно еще со времен легендарной Арктиды (Гипербореи). Его передает в полноте цикл древнерусских мифов о Даждьбоге – Сыне Сварога Небесного, предсказывая и Его Рождество Девою «в пещере и на горе» с принесением волхвами даров, и Преображение, и Распятие, и Воскресение и Восхождение на небо «с Алатырь-Камня». Некоторые из этих пророчеств даются в символической форме, но большинство – весьма конкретно и практически дословно.

Подобные предания-пророчества известны и у других народов, предки которых исповедовали ведизм и явились из северных земель. Таково откровение Шалевахину, запечатленное в «Бхавишья Пуране» индусов. Благочестивому радже явился Сын Ишвары (так на санскрите звучит имя Сварога Небесного – Исварога) и Он открыл ему, что воплотится через три тысячи лет, и будет предан и убит, и воскреснет. И также Заратустра учил древних иранцев еще за двенадцать веков до Р.Х.: Дева зачнет и родит Сына, когда Он придет, великое знамение явится на небе. Об этом сообщает митрополит Мар (XIII в.) в книге «Пчела», ссылаясь на изученные им древнейшие рукописи. Эллинские Орфические мистерии Тимпейской долины также предрекали приход «Божественного Освободителя», причем они совершались, изначально, в храме Аполлона Гиперборейского, основанного скифом Оленом (Оленем). О египтянах – которые, как было сказано, учились у шумеров – Уоллис Бадж пишет: «верили в Грядущего, что родится от Бога, претерпит на земле ужасную смерть, но воскреснет» («Египетская магия», 1899). Подобные примеры можно умножать.

Однако прарелигия человечества – северный ведизм – и ее позднейшие вариации представляют предмет отдельной большой работы. Коннер избирает иной способ показать, что разумеется под словами послания апостола Иоанна «пишу не новую заповедь, но древнюю» (1 Ин 1:7). Он постоянно подчеркивает, каким был путь распространения по Планете «творцов цивилизации» а значит и учителей веры: «северный регион земли, которая известна теперь человечеству как Россия», далее «вдоль Волги к морю Каспийскому и к Малой Азии… через Иран в Индию и Месопотамию». И далее Коннер цитирует хрестоматийную работу Ренана «Жизнь Иисуса Христа»: «не Иерусалим покорил человечество, а именно Север – один – воздвиг христианство!»

Можно говорить, конечно, что Ренан имел в виду только географически более северное расположение Галилеи языческой относительно Иерусалима иудейского. Но слишком уж многозначительно подчеркивают Ренан само это имя: Север. Почти как Рене Генон. А вслед за ними подчеркивает его и Коннер. И возникает впечатление намека на какое-то еще знание, которому не пришло времени, пока, быть открытым.

Оно откроется тогда, вероятно, когда достоянием всего человечества сделается Евангелие от Андрея. Апокриф, по которому святой Кирилл изучал …так называемую кириллицу. И это побудило святого опрокинуть на богословском диспуте в Венеции в 867 году догмат о трехязычии – предрассудок, что разделял до Кирилла весь почти христианский мир около девяти веков, и только на Руси его никогда не знали.

Любому садоводу известно, что ветвь идеально прививается только к своим корням. Промысел Божий направил именно Первозванного ученика Христа – святого Андрея – благовествовать в земли Первоистока. Жребием Андрею выпала Скифия, то есть, говоря языком Коннера, «регион, известный в настоящее время человечеству как Россия».

Древняя рукопись, называемая Оповедь, в подробностях повествует о деяниях Апостола. «Андрей от Иерусалима прошед Голяд, Косог, Роден, Скеф, Скиф и Словен, смежных лугами; достиг Смоленска и ополчений Скоф и Славянска Великого; и, Ладогу оставя, в лодию сев, в бурное Вращающееся Озеро на Валаам пошел, крестя всюду, и поставляя по местам кресты каменные. Ученики же его Сила, Фирс, Елисей, Лукослав, Иосиф, Косма ставили повсюду ограды, и все посадники доезжали до Словенска и Смоленска, и многие волхвы окрестились.» Волхвы, крестившиеся от Первозванного, славили испокон Правь. И вот, они воспели славу торжеству Прави, вняв проповеди Андрея о победе Христа над смертью. Ведь предрекаемое испокон мифами о Даждьбоге, Сыне Сварога Небесного – совершилось.

Крещеные волхвы основали русскую христианскую православную церковь. Она хранила в лоне своем учение Христа в изначальном виде, не зная ересей, не ведая расколов и сект вплоть до XV века. Первое лжеучение – оно было анафематствовано соборами как «ересь жидовствующих» – пришло на Русь только 1471 году. То есть, это произошло через полтысячелетия по Владимире, и через полтора тысячелетия от начала на Руси христианства. (О довладимировом периоде русской христианской православной церкви написал книгу протоиерей Стефан Ляшевский: «История христианства в земле русской с I по XI век» – М.: «Фаир», 2002. Едва ли ее можно назвать полным сводом фактов, но ведь это только первая ласточка.)

Совсем иное происходило за эти же века в Палестине. Еще когда некоторые ученики Христа были живы, ересь евионитов начала угрожать самому существованию в этой земле христианства. Еретики стремились иудаизировать учение Христа: представить его как, якобы, просто одно из отделившихся ответвлений иудаизма. А параллельно усиливалось гонение на христиан, апостолы и большинство из мужей апостольских приняли мученическую смерть. Многие церкви оказались практически обезглавлены и ставленники евионитов получили возможность организовать врезки в некоторые списки Евангелий.

Последователи учения Христа воспряли после гонений, однако Юг и Восток оказались сотрясаемы чередою ересей и расколов. Монофизитство, монофилитство, иконоборчество… Безъересным оставался в те времена, как уже было сказано, только Север. Хотя и не без потерь, Православие выстояло на Востоке, но от него отмежевался Запад со своей филоквией и начал представлять собой хоть и христианский, но уже весьма особенный католический мир. Затем не устояла и православная Византия, пойдя на унию с католичеством, – и пала под ударами турок, потому что ее духовный фундамент претерпел ущерб с этой унией. От католичества же, в свою очередь, начали затем откалываться новые церкви, имеющие с изначальным учением Христа все меньше и меньше общего.

Но первоересью, не устает подчеркивать Коннер, было евионитство. В 50-е годы по Р.Х. в восточных предместьях Иерусалима оно продолжало существовать, осознанно и намеренно противопоставляя себя христианской соборной апостольской церкви, которая произнесла ей анафему. Особенно заражен евионитством был город Пелла. Перу его еретиков и принадлежат, полагает Коннер, большинство тех врезок в Евангелия, которые служат основой поверхностных спекуляций о связи, якобы, христианства с иудаизмом. Такие вставки представляют собой, повторяет автор, «не что иное, как нарушение силы апостольского решения». И далее он ссылается на еврейского исследователя Греца, который сообщает в своей книге «История евреев», что пастыри евионитов «общались без ограничений» с иудеями, перенимая их взгляды. Причем, подчеркивается у Греца, «это очень резко отличало их от пастырей христиан». Последнее Джекоб Коннер полагает важным признанием. Ведь из него прямо следует: первые пастыри христиан не допускали не только мысли о том, что будто бы у Христа и Его учения иудейские корни, – они не допускали даже никакого общения ни с теми, кто мог такое помыслить, ни с самими иудеями.

ИСТОРИЯ ПОВТОРЯЕТСЯ

Американский консул завершает книгу описанием событий, которых был современником, и которые глубоко потрясли его. Речь идет о трагедии России 1917 года и ее последствиях. Джекоб Коннер пишет: «Сын еврейского раввина управлял конфискацией имущества и разрушением русских храмов. Разбой сопровождался убийствами священников и мирян в масштабах, которые не знала история. К 1928 году за христианскую веру погибли 31 епископ, 1650 священников, общее число мучеников превышает два миллиона человек. Нерон не убил и десятой доли такого числа христиан… Некоторые евреи отрицают свою вину в этом страшном бизнесе, но другие ставят это себе в заслугу.» И далее Коннер спрашивает, коротко говоря, следующее. Теперь, когда евреями захвачена власть в России и весь мир видит, что они делают с христианской церковью – может ли еще кто-нибудь продолжать верить, что «иудаизм… является источником Христа и Его учения»?

Формально, Коннера здесь можно упрекнуть – да и не раз упрекали, наверное, – в неточности. Причем она состоит не в национальной принадлежности подавляющего большинства из тех, которые узурпировали в 17-м году власть. Скрыть или замолчать этот факт было невозможно. Коннер приводит свидетельство американского посла в России Дэвида Р. Френсиса: «Большевистские лидеры в основном евреи, и девяносто процентов из них – возвратившиеся изгнанники, которым дело нет до России». Неточность можно видеть в другом: евреи, захватившие власть в России, вроде бы не исповедовали иудаизм. «Религией» новой власти был атеизм, и только в этом надо видеть причину – могут говорить оппоненты Коннера – ненависти этой власти к церкви.

Однако данный упрек представляет собою, именно, построение лишь формальное. Что есть атеизм? Учение, которое декларирует: не существует ни Бога, ни души, ни воскресения после смерти. Это общеизвестно. Но дальше возникает вопрос: откуда это учение пришло в мир? Было изобретено недавно «передовыми умами всего человечества», как нас приучали верить? Но если мы откроем Деяния св. апостолов, то прочтем: «ибо саддукеи говорят, что нет воскресения, ни ангела, ни Духа» (Деян 23:8). Нельзя не видеть, что саддукейство и атеизм отличаются не более, чем различные формулировки одной идеи. Кто же такие саддукеи? Саддукейство есть направление в иудаизме, на равных конкурировавшее с фарисейством – другим направлением иудаизма – во времена Христа. Так что врагом христианства явил себя, в сущности, снова иудаизм – Коннер прав. Но только, если первые века по Р.Х. инициатором гонений была, как правило, секта фарисеев, то нынешний геноцид христиан организовали последователи саддукеев. По сути же – история повторилась, как это ей и свойственно.

«Древнее евионитство – самая ранняя из ересей – было попыткой представить Христа как члена еврейской расы, а его учение как разновидность иудаизма – пишет Джекоб Е. Коннер, заканчивая свою книгу. – Мы видим сейчас возрождение евионитства – попытку разрушить христианство иудаизмом и его прозелитами, и представить Христа в качестве еврейского раввина, хотя и имеющего некоторые особенности, чтобы не сказать, бывшего не в своем уме». И Джекоб Коннер рассматривает эту попытку не иначе, как духовную диверсию. С ним трудно не согласиться.

Сам Иисус Христос предвидел опасность такой диверсии, как и вообще Ему всегда были открыты все происки Его врагов. Иисус ясно видел, зачем враги пытаются представить Его неким «сыном Давидовым»: при Его земной жизни – для того, чтобы подвести под распятие, на будущее – чтобы исказить учение Его, смешав с учением совершенно противоположным по смыслу. И Он ведь опроверг этот навет речением Своих уст! Как же не знают этого столь многие христиане, имеющие Евангелие? Читаем:

«Продолжая учить в храме, Иисус говорил: как это говорят книжники, что Христос есть сын Давидов? Ибо сам Давид сказал Духом Святым: «сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих». Итак сам Давид называет Его Господом: как же Он сын ему? И множество народа слушало Его с услаждением. И говорил им в учении Своем: остерегайтесь книжников… сии… примут тягчайшее осуждение.» (Марк 12:35–40)

Больно должно быть нам, христианам, видеть, как торжествует ложь. Как, повторенная многажды, обретает силу (хочется сказать – наглость) сходить за правду. Больно смотреть на соотечественников-верхоглядов, которые, повторяя за евионитами, кричат о Христе: «жид Он, жид»! А после бьют себя в грудь и клянутся в верности какому-то «русскому язычеству». А ведь никакого язычества на Руси никогда не было – был ведизм. Тысячелетиями предрекавший пришествие во плоти Даждьбога – Сына Сварога Небесного. Однако принципиальное отличие язычества от ведизма – тема отдельной работы.

Два фактора противостоят восстановлению истины о Христе. Один из них инерция лжи. Если человек сначала долгое время знал какой-то факт в ложном освещении, а потом получает сведения, опровергающие эту ложь, то его сознание не может перестроиться сразу. Правда, пусть даже и доказанная с точностью геометрической теоремы, все равно будет восприниматься, в лучшем случае, только как «любопытная гипотеза», «альтернативная точка зрения». Второй фактор… он представляет собой силу золота, могущество денег. Лидерам еврейской диаспоры выгодно, чтобы народы мира продолжали считать, что Христос, будто бы, был еврей. Во времена позднего средневековья эти лидеры добивались влияния даже на королей, методически декларируя формулу: «ваш Бог – наш родственник». А золота у этих лидеров сейчас не меньше, а много и много больше, чем те «шестьсот шестьдесят шесть талантов золотых» (3 Цар 10:14), о которых сообщает Ветхий Завет. Силою денег обеспечивается повсеместная и непрерывная пропаганда той версии о происхождении Христа и Его учения, которая выгодна обладателям финансового могущества. Противостоять этой силе нелегко и опасно.

И тем не менее долг христианина – исповедовать истину. И здесь мы вправе рассчитывать на помощь честных евреев. Ведь заблуждение о том, что Христос, якобы, был еврей, – искусственно поддерживается только у неевреев, тогда как евреям проповедуется прямо противоположное: Бен Пардус, упоминавшийся выше, попал даже в словарь Менли П. Холла! Конечно же, утверждать, что Христос – сын римского легионера из руссов, это вздор. Но показателен контраст между тем, что предлагается «для внутреннего использования», и тем, что идет «на экспорт».

Итак, исповедание истины о Христе будет сопряжено с огромными трудностями, но это есть христианский долг. До появления книги Коннера можно было еще отговариваться неведением. Но теперь мы не имеем больше никакого морального права выслушивать, не опровергая, байки об иудейском, якобы, происхождении Господа нашего Иисуса Христа и учения Его. Дело христианской совести: исповедание самотождественности, самоосновности нашей веры.

Это самодержавие Духа отстаивали апостолы, доказывали православные богословы, исповедовали святые отцы от Иоанна Златоуста и до митрополита киевского Иллариона. На Западе католичество и, в еще большей степени, протестантизм замутнили ведение христиан о самоосновности христианской веры. У нас же нечто подобное произошло в результате никонианской реформы, которую теперь, по преодолении раскола, многие называют не иначе, как никонианская ересь.

Но вот, в середине прошлого века мужественный американец вновь поднял духовный меч ранних святых отцов. И современник его, русский митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн (Снычев) писал о том же, практически, что и Коннер, в книге «Самодержавие Духа» («Царское дело», СПб, 1994). Будем же и мы тверды в исповедании самоосновности веры нашей. И повторим вослед за святым поэтом иеромонахом романом:

Да развеется тьма!

Умолчите, иуды!

Бог не в силе, а в правде.

Правда в верных сердцах.

Примечания

1

евреи

2

тогда как скифы населяли ее испокон и до самых времен Христа

3

официальной

4

вошедшие в его состав

5

Ассирийскую

6

шумеры

7

в VII тысячелетии до Р.Х. или ранее

8

иудейским

9

евреи

Content

Логинов Дмитрий
Конец четырехвекового заблуждения о Христе
о книге консула США Джекоба Коннера «Христос не был евреем»

СВЯТЫЕ ПРОТИВ ЕВИОНИТОВ

ДУХОВНАЯ САМОЗАЩИТА

ГАЛИЛЕЯ СКИФСКАЯ

ТЕОРЕМА

ГЛАВНЫЙ АРГУМЕНТ КОННЕРА

ЗНАЧИМЫЕ ШТРИХИ

ШУМЕРЫ, ПРАРЕЛИГИЯ И ТВОРЦЫ ЦИВИЛИЗАЦИИ

ИСТОРИЯ ПОВТОРЯЕТСЯ

Примечания