Е.В. Буянов, Б.Е. Слобцов

Тайна аварии Дятлова

1. В памяти и на карте. Пролог

Посвящается светлой памяти группы Дятлова.

Авария закончилась только тогда, когда поняты и обоснованы и причины, и ход ее событий.

…Можно сказать, что в этой истории было, и с этой историей связано почти «все», ― и полеты ракет, и радиация от испытаний ядерного оружия, и тайны травм, и загадки природной стихии, и загадки поведения людей. Но для того, чтобы понять, что же произошло в роковую ночь с 1 по 2 февраля 1959 года, надо было все факты поставить на свое место, ― когда, где и при каких обстоятельствах они произошли. Тогда становилась понятной роль основных фактов, событий и в самой аварии, и в тех многочисленных слухах и легендах, которые возникли вокруг нее…

На карте Северного Урала в 10–12 км от господствующей горы Отортен в верховьях ручьев-истоков реки Лозьва находится место, обозначенное на современных картах красными буквами: «Урочище перевал Дятлова».

Место это отдаленное и глухое, ― около 100 км до ближайших таежных поселков геологов и лесорубов. Название места возникло постепенно после трагедии у подножия мансийской «Горы мертвецов» Холатчахль (1079, Холатсяхль), когда здесь в ночь 1–2 февраля 1959 года при загадочных обстоятельствах погибла группа из 9 туристов Уральского политехнического института под руководством Игоря Дятлова. Координаты места аварии (кедр): 61,778º СШ (69 º48 ); 59,467º ВД (59º28’, зона: 5h по Гринвичу, ― время в Лондоне здесь отстает на 5 часов, а время в Москве и Петербурге ― на 2 часа).

Гора Холатчахль и обелиск на останце.

Причины и ход событий аварии долгое время были непонятны, несмотря на то, что раскрыть их пытались многие исследователи, а место аварии и памятный обелиск на скале-останце стали целью многих походов, экспедиций и поисков.

Имелись в этой истории и факты, леденящие души не в меру впечатлительных людей, ― загадки на уровне триллеров. Какая тайная сила заставила группу ночью разорвать палатку? Почему туристы бросили палатку с вещами, спустились в легкой одежде в лес, где погибли от холода в лютую стужу? Откуда на их одежде появились пятна радиоактивности? Что это за таинственные «огненные шары» летали по ночам в уральском небе со светом «полной Луны», и было ли это явление как-то связано с аварией? Почему и как погибшие получили такие странные и тяжелые травмы, причем без видимых внешних повреждений? Почему у одной из погибшей отсутствовал язык?..

Родилось много слухов, предположений и легенд об этой истории. Ей посвящены десятки статей и несколько книг, ― художественная повесть Ю.Ярового «Высшей категории трудности», женский, и частично документальный роман Анны Матвеевой «Перевал Дятлова», мистический триллер Анны Кирьяновой «Охота Сорни-Най» (в первой редакции: «Смерть на перевале»). Телевизионное агентство Урала создало многосерийный телефильм «Тайна перевала Дятлова». Об этой трагедии регулярно упоминают в передачах и статьях об уфологических, аномальных, паранормальных и загадочных явлениях.

Официальное «дело» прокуратуры об аварии, закрытое и для дальнейшего расследования, и для свободного доступа, не дало ответа на эти вопросы. В его выводе о «непреодолимой стихийной силе», погубившей туристов, осталась какая-то «недосказанность», «неопределенность», «недоработка».

Попытки же исследователей, даже изучивших это «дело», дать ответ на загадки аварии Дятлова вызывали все новые и новые вопросы, которые не разъясняли ситуацию, а все более ее запутывали. Каждый «ответ» на вопрос с постановкой нового вопроса не был ответом, и не давал правильного результата. Публикации не давали ответов на загадки, а лишь высказывались предположения.

Чем же была эта «авария Дятлова»? «Природной аварией» туристкой группы, каких много? Или случилась авария, связанная с какими-то «техногенными» факторами: падением ракеты, испытаниями оружия? Или явилась результатом преступления, умышленного, или неумышленного? И имелись ли в ней какие-то «закрытые» властями страницы с целью предотвращения «утечки информации» о каких-то «секретах» или о действиях самих властей? А может, здесь имели место какие-то пока необъяснимые наукой аномальные явления?..

Настоящее повествование документально, ― оно рассказывает об «общественном» расследовании, инициатором и следователем которого явился Евгений Буянов, помощь которому оказали многие другие люди, ― опытные специалисты-профессионалы. Без этой помощи, без работы «коллективного разума» исследователей добиться успеха расследование бы не смогло в такие обозримые сроки. В этой книге дано наше объяснение хода и причин аварии Дятлова и дано объяснение ложным фактам и версиям.

Понять результаты расследования быстрее, легче и интереснее, если изложен путь, по которому шли исследователи. Поэтому здесь приведены не только результаты, но и процесс их поиска, ― тот путь, по которому к ним пришли.

Одна из серьезных сложностей, с которыми пришлось столкнуться при расследовании, состояла в огромном количестве заблуждений, ложных фактов и спекуляций, возникших вокруг этой истории. Поэтому в ходе расследования пришлось бороться с этими представлениями и в себе, и в других. Ход расследования был неотделим от этой борьбы с заблуждениями. Оказалось, что опровергнуть их даже сложнее, чем объяснить события аварии. Поскольку без опровержения они превращались в значимые возражения главной версии событий. Именно спекуляции и заблуждения были «злой аурой» аварии, которая ложно уводила расследование и в темноту непонимания, и на ложные пути поиска «криминала».

Некоторые люди без глубокого понимания ситуации приняли «на веру» ложные представления о характере событий и избрали путь их эмоциональной, чувственной оценки. Эти люди в течение многих лет так и не смогли сделать правильные выводы на основе реальных условий похода и естественного поведения туристской группы в условиях комбинированного удара природной стихии.

Но ответ на загадки аварии лежал именно здесь, ― он лежал в тех природных условиях, в которых проходил поход. И часть ответа содержалась в объяснении действий группы туристов, предпринятых и под влиянием внешних условий, и вследствие принятой тогда тактики и техники походов туристов-лыжников.

Мы постепенно подошли к пониманию событий аварии через видение причин и следствий событий, которые ей предшествовали, сопутствовали, а также следовали за ней, оставляя за собой и загадки, и ложные представления. Постепенно по ходу расследования определились его «главные линии», ― те направления поиска, которые приводили к детальному пониманию отдельных важнейших фактов. Таковы, например, линии расследования «травм», «огненных шаров», «радиации» и другие. Повествование будет вестись именно по этим «линиям» расследования, которые приводят к ответам на поставленные вопросы. Но сначала изложена кратко сама история исчезновения группы и ее поисков.

Основные обстоятельства, связанные с тайнами гибели группы Дятлова, сообщаются по ходу изложения событий, связанных с ее поиском в уральской тайге, на огромной территории порядка 500 кв. км. Начнем с этого, прежде чем дать ответ на загадки, связанные с аварией и объяснить, почему и как она произошла. Мелкие и незначительные факты опускаются. Итак:

2. Тревога!

Пропала группа Дятлова, группа «Хибина»:

Дятлов Игорь Алексеевич (1936)

Дубинина Людмила Александровна (12.05.1938)

Колмогорова Зинаида Алексеевна (1937)

Дорошенко Юрий Николаевич (1938)

Золотарев Александр Алексеевич (1922)

Колеватов Александр Сергеевич (16.11.1934)

Кривонищенко Георгий Алексеевич (07.02.1936)

Слободин Рустем Владимирович (1936)

Тибо-Бриньоль Николай Васильевич (05.06.1935)

― девять туристов спортклуба Уральского политехнического института. Контрольный срок выхода группы к городу Ивдель был установлен 10 февраля (1959), но этот срок передвинули по просьбе Дятлова на 2 дня, ― на 12 февраля. Один из участников группы, ― Юрий Юдин, ― по дороге в поход заболел и вернулся из поселка Второй Северный, откуда группа Дятлова после подъезда начинала активную часть своего маршрута. Юрий Юдин и сообщил об изменении контрольного срока в спортклуб института, а сам поехал на время каникул долечиться к родственникам.

Прощание Юдина с Людой Дубининой во Втором Северном (слева сзади Дятлов). Как оказалось, навсегда…

Юдин Юрий Ефимович (2008).

12 февраля группа Дятлова должна была дать телеграмму из Ивделя об окончании похода, а до 14 февраля вернуться в Свердловск согласно купленным обратным билетам. Но 15 февраля телеграмма не пришла, и сама группа не вернулась.

Первым забили тревогу родители Дубининой и Слободина, сестра Саши Колеватова Римма, а также Юрий Блинов, ― руководитель той группы туристов УПИ, которая совершала подъезд вместе с группой Дятлова от Свердловска через Серов ― Ивдель до поселка Вижай. Здесь их маршруты разошлись: группа Блинова пошла на запад к хребту Молебный Камень и горе Ишерим (1331), а группа Дятлова ― на северо-запад к хребту Поясовый камень и горе Отортен (1182, но на картах тех лет: 1234).

Руководство турклуба и кафедры физвоспитания УПИ еще день-два пребывали в «благодушном» настроении, поскольку ранее случались задержки групп на маршруте по разным причинам. Но отсутствие группы и отрицательные ответы на запросы в Вижай и Ивдель об обратном прохождении группы в течение последующих двух дней уже определенно указали, что с ней что-то случилось.

Начали разбираться. Сначала выясняли, куда же ушла группа Дятлова? Оказалось, что копия маршрутной книжки («маршрутки») группы Дятлова, в спортклубе отсутствует. Дятлов оформил в МК три экземпляра «маршрутки», ― один он должен был взять с собой, второй должен был сдать в спортклуб института (в выпускающую организацию), а третий, видимо, был резервным. Таков был обязательный порядок заявки маршрута. В том, что маршрутка не сдана в спортклуб была «двойная» ошибка Дятлова: он не передал маршрутку ни сам, ни через Юдина (а он имел такую возможность свою ошибку исправить). В этой ошибке была и вина руководства спортклуба института, недостаточно строго контролировавшего порядок оформления походных документов и прохождения маршрутов. Вряд ли Дятлов допустил бы такое нарушение, если бы знал, что за это нарушение ему не зачтут руководство походом.

Руководитель спортклуба института Лев Семенович Гордо оказался «не на высоте», ― он сам не поднял тревогу, посчитал, что ничего серьезного не произошло, и допустил путаницу с документами, приняв телеграмму Блинова об окончании похода за телеграмму Дятлова. Подобные действия затянули начало поисков, хотя именно руководство спортклуба должно было первым объявить тревогу и проявить инициативу в деле налаживания спасательных работ. В ходе поиска не просматриваются также какие-либо активные действия председателя областной туристской маршрутной комиссии Василия Королева, который рассматривал и утверждал маршрут группы Дятлова. В описании событий Королев упомянут только в марте, как сопровождающий московских мастеров Бардина и Шулешко.

Организацию спасательных работ взяли на себя руководитель военной кафедры УПИ полковник Георгий Семенович Ортюков и мастер спорта по туризму Евгений Поликарпович Масленников.

Активно воссоздавать маршрут дятловцев стали путем опроса туристов и родственников, начали разыскивать Юдина. С помощью сестры Колеватова Риммы удалось выйти на Игнатия Фокиевича Рягина (зам. начальника «Гипромедьруд»), который передал Саше Колеватову карту и беседовал с ним о предстоящем маршруте. Но карта-то и все три маршрутки были у пропавшей группы!.. Рягин по памяти примерно восстановил и нанес на другую карту маршрут, и карту эту Римма передала Ортюкову 19 февраля. В этот же день Ортюков отправился в Ивдель для организации там штаба поисковых работ.

Схема расположения отрядов поиска группы Дятлова:

Желтые стрелки ― путь группы Дятлова.

Желтый пунктир ― маршрут Дятлова, его запасные варианты и аварийные выходы.

Красные стрелки ― путь группы Слобцова.

Овалы белым пунктиром ― зоны поиска отрядов.

В белых рамках ― фамилии руководителей отрядов.

Жирные белые стрелки с цифрой ― место высадки отрядов и их порядковый номер.

Стрелки белым пунктиром ― сбор отрядов в долине Ауспии.

Красный треугольник ― аварийная палатка группы Дятлова.

Голубые треугольники ― лагерь спасателей на Ауспии.

Общая схема маршрута была ясна: от поселка Второй Северный группа Дятлова должна была пройти на северо-восток по долине реки Лозьвы и по ее истокам до горы Отортен (1182, на старых картах: 1234). После восхождения на эту вершину планировалось резко повернуть на юг и вдоль западной стороны хребта Поясовый Камень пройти по верховьям истоков рек Унья, Вишера и Ниолс до горы Ойко-Чакур (или Ойкачахль, 1322). От Отортена до Ойко-Чакура по прямой около 70 км, но реально дятловцам предстояло пройти около 100 км по хребту и верховьям рек Унья и Вишера. От Ойко-Чакура в восточном направлении по долинам рек Малая Тошемка или Большая Тошемка, ― до их слияния в Северную Тошемку, и по ее долине группа должна была выйти на дорогу и в поселок Вижай, замкнув походное кольцо. Здесь поход завершался с возвратом через Вижай ― Ивдель ― Серов до Свердловска. Наверняка Дятловым были предусмотрены запасные варианты, укорачивающие маршрут в случае задержек, и аварийные выходы кратчайшими путями по долинам рек до населенных пунктов на случай критической или аварийной ситуации. Аварийные выходы могли быть предусмотрены как в восточном, так и в западном направлениях. Но выходы на запад, ― к Усть-Унье и Дию, а также на юг к Приисковой являлись маловероятными из-за большей удаленности (на схеме они не показаны). Эта общая схема маршрута была видна, но вот возможных вариантов прохождения его на отдельных участках имелось много, особенно на завершающем этапе похода. Не было ясно и по каким истокам Лозьвы группа пройдет к Отортену на начальном участке.

Группа пропала на этом маршруте.

Туристов Уральского политехнического охватила тревога. Началась запись добровольцев для формирования спасательного отряда УПИ. 20 февраля в УПИ провели собрание туристов («ЧП с группой Дятлова!», ― явилось 70 человек) с целью мобилизации и подготовки поисковых групп. В поисково-спасательный отряд записывали только крепких парней, имевших туристский опыт и снаряжение, ― других брать не следовало. Это было и небезопасно, и бесполезно, ― необученных людей пришлось бы вначале обучать жизни и работе в полевых условиях. Студентки-туристки активно помогали в организации связи, сборов, в передаче информации и поиске добровольцев, призывая знакомых парней участвовать в поисках. 22 февраля организовался штаб поисковых работ УПИ, который сформировал руководство и состав поисковых групп. Эти группы поручили возглавить туристам с опытом руководства несколькими походами: Борису Слобцову, Моисею Аксельроду, Олегу Гребеннику. Группу Владислава Карелина решили перебросить в район поиска прямо из похода, снабдив продуктами. Готовилась группа военных из В/Ч-6602 (дивизия внутренних войск МВД) во главе с капитаном Чернышевым (в Ивделе). Несколько позже к поисковикам присоединились проводники Моисеев и Мостовой со служебно-розыскными собаками, солдаты охраны Ивдельлага под командованием лейтенанта Потапова, а еще позже и саперы подполковника Шестопалова с миноискателями.

К поискам также были привлечены местные жители, ― семейства манси Куриковых и Анямовых из поселка Суеватпауль («манси Суевата»), охотники братья Бахтияровы, охотники Коми. К группам поиска присоединились некоторые местные жители: охотники и проводники (Пашин И., Чеглаков А.), а немного позже ― радисты с рациями для связи (Е.Неволин, Б.Ябуров). Активно опрашивали охотников, изыскателей и местных жителей, не видели ли они туристскую группу Дятлова. Предупреждали о необходимости информировать штаб поиска при обнаружении любых следов пропавшей группы.

Авиаразведка района поисков началась 21 февраля, ― Блинов и Гордо на самолете пролетели по маршруту дятловцев, но ничего не обнаружили. Район поиска был огромен, а авиаразведке и заброскам групп на военных вертолетах в ходе поисков временами очень мешали неблагоприятные погодные условия. Обзор из самолета весьма ограничен, поэтому обнаружить группу или разглядеть на снегу следы лыж на просторах тайги очень трудно.

Для такого района силы спасателей оказались весьма ограничены. Поэтому Ортюков и Масленников пытались тактически сузить зону поисков, причем вначале чисто интуитивно. Более близкие к «населенке» участки подхода и выхода оставили на «вторую очередь» поиска, поскольку отсюда вестовые дятловцев сумели бы быстро добежать на лыжах и вызвать спасателей. Маршрут выхода группы из похода, являлся наиболее неопределенным, поскольку выбор участка на этом пути в основном зависел от того, как группа сумеет уложиться в график похода. При сильном отставании от графика группа, несомненно, вышла бы более коротким путем. Но в случае нормальной выдержки графика группа успевала выйти к Ойко-Чакуру и вернуться по более длинному пути. На «вторую» очередь поисков были отложены и предполагаемые участки запасных вариантов и аварийных выходов (в восточном и западном направлениях), ― здесь имелось слишком много неопределенностей, а площадь поиска велика. Эти участки решили вначале обследовать с помощью авиаразведки на подлетах и при возвращении самолетов и вертолетов после заброски групп и авиаразведки участков основного маршрута. На этих участках подходов также опрашивали и предупреждали местных жителей, охотников и изыскателей, некоторые из которых сами приняли участие в поисках.

Район от горы Отортен до Ойко-Чакура с подходами был наиболее удаленным, сложным и потенциально более опасным. Поэтому главное внимание сосредоточили на нем. Группы решили высадить в районе горы Отортен (северные группы Слобцова и Аксельрода), в районе Ойко-Чакура (южная группа Гребенника), ― в 70 км южнее Отортена, и в двух промежуточных точках. В одной из точек высадили группу Чернышева на водоразделе в верховьях Вишеры и Пурмы, ― примерно на полпути от Отортена до Ойко-Чакура. Группу Карелина решили направить в район горы Сампалчахль (910) ― в истоки реки Ниолс, в 50 км южнее Отортена, между группами Чернышева и Гребенника. Всем этим отрядам поисковиков ставилась задача найти следы пропавшей группы: лыжные следы и следы стоянок, выйти по ним к месту аварии и оказать помощь группе Дятлова.

Поисковые работы являлись и спасательными, поскольку спасать следовало и живых, и мертвых, ― для нормального захоронения и выяснения причин гибели. Но все надеялись на благоприятный исход поисков, ― здесь для успеха требовалось как можно быстрее разыскать живых участников группы Дятлова. А задержка с поиском погибших была уже не столь критичной, поскольку уже не могла предотвратить трагедию.

Тактически схема поиска строилась следующим образом: после высадки в районе поиска группа разделялась на несколько разведывательных звеньев из 2–3 человек, которые производили в течение одного дня поиск следов налегке в радиальных направлениях на расстояние в несколько километров с возвратом к своему биваку с вещами. Необходимость радиальных разведок поисковики определяли по условиям местности, пытаясь угадать, каким путем могла пойти группа Дятлова. Затем группа в полном составе перемещалась в новую точку на предполагаемом маршруте дятловцев, оборудовала новый бивак, и вновь производила поиск в радиальных направлениях силами разведывательных звеньев там, где это определяли условия рельефа местности. Разведка в боковых направлениях позволяла надеяться на то, что поисковики рано или поздно наткнутся на линейный лыжный след, оставленный группой Дятлова. В случае нахождения такого следа группы предполагали двигаться по нему, отыскивая места стоянок дятловцев и место их аварии. Вот так решили найти сначала следы, а затем и саму аварийную группу. До появления радистов указания группам давались сбросом вымпелов с самолетов, а ответ группа давала путем укладки на снегу в виде условного знака (буквы).

Одна за другой группы спасателей уходили в район поиска, высаживались с вертолетов и двигались по тайге и горам, ища следы пропавшей группы. По масштабам и длительности в то время эти спасательные работы оказались беспрецедентными.

Самолет АН-2 на аэродроме Арамиль для группы спасателей (фото В.Брусницина).

Группа Бориса Слобцова, самая молодая по составу студентов, собралась первой. В нее входили, двое местных жителей-проводников, ― Пашин Иван и Чеглаков Алексей, а также студенты УПИ: Брусницин Вадим, Девятов Стас, Коптелов Юрий, Кротов Вячеслав, Лебедев Владимир, Стрельников Владимир, Хализов Вячеслав, Шаравин Михаил, ― всего 11 человек. Группу со снаряжением и недельным запасом продуктов из Свердловска на самолете перевезли на военный аэродром города Ивделя 22 февраля. На следующий день на вертолетах группа двумя частями была переброшена и высажена, как позднее было установлено, у горы Пумсалнель (1055) в восточном отроге горы Отортен. Казалось, что точку высадки штурман выбрал не совсем удачно, поскольку вначале планировалось доставить спасателей еще ближе к Отортену, ― в самые верховья истоков Лозьвы. После высадки, определения местонахождения, спуска к Лозьве и оборудования бивака 23.02 группа Слобцова 24.02 произвела поиск малыми звеньями (2–3 человека) по Лозьве на лыжах в радиальных направлениях, стремясь отыскать следы группы Дятлова. Следы найти не удалось.

Посадка в вертолет (фото В.Брусницына).

На следующий день (24.02) в район горы Ойко-Чакур забросили южную группу Олега Гребенника (6 чел.). А 25 февраля в район Отортена высадили северную группу Аксельрода (с Согриным) из 5 человек. 25–26 февраля в 30 км южнее Отортена на водораздел в верховья рек Вишера и Пурма перебросили группу капитана Чернышева. 26 февраля планировали перебросить группу Карелина из 6 человек в верховья истоков реки Ниолс между группами Гребенника и Чернышева, ― в район горы Сампалчахль (910).

24 февраля поступило сообщение, которое дало в руки спасателей «ниточку» к разгадке. При опросе местные охотники-манси сообщили, что на реке Ауспии они в пределах 14–16.02 встретили достаточно «свежие» остатки стоянки какой-то туристской группы: костровище и площадку, на которой явно стояла палатка. Поскольку другие туристские группы в этом районе поиска не проходили, стало ясно, что покинутая стоянка с большой достоверностью была одной из стоянок группы Дятлова.

Ортюков и Масленников поняли, что Дятлов пошел к Отортену не через верховья истоков Лозьвы, а по долине реки Ауспии, ― правого притока Лозьвы. Поэтому штаб поиска ориентировал две поисковые группы на этот участок, ― снизу по Ауспии с 23.02 двигалась группа манси, в составе которой был радист-геолог Егор Неволин. А с севера в верховье долины Ауспии уже шла группа Слобцова. Запланированный вариант использования групп Чернышева и Аксельрода оставили без изменений.

Приведенные план-задание Ортюкова гр. Слобцова на 23–24.02.59 г. и записка Е.Масленникова были сброшены группе Слобцова во второй половине дня 25.02.59 г., когда группа уже обнаружила лыжные следы в долине р. Ауспия и вела активный поиск тремя звеньями в разных направлениях. Накануне самолет прилетал (дважды), но сбрасывать вымпел не стал из-за того, что группа Слобцова находилась в глухой тайге, и при сбросе вымпел почти наверняка был бы потерян.

План-задание Ортюкова группе Слобцова (23–24.02.59):

1. В районе верховьев р. Ауспия обнаружена стоянка группы Дятлова примерно в 10–15 км от гребня хребта на р. Ауспия.

2. Стоянка обнаружена мансийцами 8-10 дней назад

3. В район стоянки группы Дятлова на р. Ауспия 25.2 вышла группа мансийцев с радиостанцией с задачей найти следы Дятлова и двигаться по ним дальше в верховья р. Ауспия.

Примечание Брусницына: в этом пункте Ортюков допустил неточность: группа мансийцев с радистом вышла 22 или 23.02.59 г. и поздно вечером 25-го соединилась с нашей группой. В это время мы уже нашли палатку Дятлова. При свете фонарика по карте-миллионке определили её координаты, развернули станцию и передали всё в штаб поисков.

4. Вам надлежит спуститься с верховьев реки Лозьвы в верховья реки Ауспия, отыскать след группы Дятлова, его вторую стоянку у подножия хребта в верховьях р. Ауспия и встретиться с мансийцами.

5. Соединившись с группой мансийцев обсудить результаты ваших поисков, принять общее решение на ведение дальнейшего поиска (совместно с данной группой или раздельно). Сообщите ваши действия и решения по рации. Имейте в виду, что группа Дятлова с верховьев Ауспии должна выйти на Уральский хребет (там возвращения с Отортен) и двигаться вдоль хребта на юг до горы Ойко-Чакур.

6. Обращайте особое внимание на розыск второй стоянки и продовольственного склада группы Дятлова в районе верховьев Ауспии. В случае ее обнаружения необходимо в первую очередь найти следы группы в сторону с целью продвижения ее на юг к Ойко-Чакуру и двигаться по ним.

7. В случае, если этих следов обнаружено не будет, найдите следы группы Дятлова в сторону Отортена и поднимитесь по ним на вершину. Тщательно обследуйте район вершины горы Отортен с целью обнаружения следа возможной аварии.

8. 25–26/II ― 59 в район перевала через хребет с верховьев р. Пурмы в верховья реки Вишеры выбрасывается десант под руководством капитана Чернышева с целью пересечения хребта по перевалу и обнаружения следов группы Дятлова с последующим обследованием хребта к югу от этого места и долины р. Северная Тошенка. Поэтому после обследования верховьев реки Ауспия и в случае обнаружения следов группы Дятлова вдоль хребта в южном направлении продолжайте движение до встречи с группой Чернышева. На перевале к верховьям р. Вишеры группа Чернышева должна оставить вам замену. Разведку закончить вместе с этой группой в избах на р. СевернаяТашемка.

9. При обнаружении группы Дятлова разожгите три больших костра со стороной треугольника в 30 метров и по возможности радируйте.

10. Для сведения сообщаем, что в район горы Ойке-Чакур заброшена спасательная группа УПИ под руководством О.Гребенника (6 человек) кроме того, ведется планомерная авиасъемка всей местности аварийного маршрута.

Руководитель поисков полковник Ортюков.

Записка Е. Масленникова

(Оригинал передан Вадимом Брусницыным в Фонд Дятловцев в марте 2007 г.)

Текст со скана записки:

К сведению группы Слобцова.

1. Этим вертолетом мы сбросили группу Аксельрода и Согрина (5 чел) на вершину Отортена с целью ее детального обследования вместе со всеми склонами. Поэтому подниматься еще раз на Отортен, как об этом говорит вчерашнее задание, вам не следует. Кстати, в дальнейшем старайтесь при появлении самолета выходить на открытое место ценой потери 10–15 минут или мгновенно разжигайте дымный костер (бересту держите наготове).

А то вчера мы крутились больше получаса, пока вас хорошо рассмотрели. На Отортене будет хорошая радиостанция (кстати радист Б.Ябуров просит передать привет В.Хализову).

2. Группу капитана Чернышева другой вертолет выбросил сегодня в 1-й половине дня в 8 км ниже истоков Вишеры, откуда он поднимется на водораздел, спустится на другую сторону (оставит записку, о чем вы знаете), затем вы его догоняете на хребте и дальше движетесь вместе.

3. Завтра утром в район г. Сампалчахль с задачей обследовать ее, а также оба склона ― до Вишеры и Неолса будет спущена группа Карелина (6 ч.).

4. Вдоль восточного склона хребта на север идут на нартах братья Бахтиаровы. На западный склон хребта вышли из нескольких точек охотники р. Коми.

Желаю успеха. С приветом Е. Масленников.

По вертикали записки:

К сожалению, манси Суевата (из поселка Суеватпауль ― прим.) только сегодня вышли из устья Ауспии. Мы рассчитывали, что они встретятся с вами еще вчера, но они задержались.

Группа туристов на маршруте поиска в тайге долины Ауспии: Михаил Шаравин (слева), Владимир Стрельников, Борис Слобцов (в центре), Вячеслав Хализов (справа с картой). Фото В.Брусницына от 25.02.59.

С Лозьвы группа Слобцова повернула на юг, поднялась на невысокий разделительный отрог и по короткому пути 25 февраля вышла через тайгу в верховье Ауспии. Здесь на ее левом берегу спасатели обнаружили еле заметный лыжный след, сильно заметенный снегом, местами исчезающий. По этому следу провели разведку в трех направлениях: вниз и вверх по Ауспии в стороны вершины Холатчахль, 1079 (а на мелкомасштабных картах 1096,7), ― гора эта в переводе с вогульского (манси) языка имела роковое название «Гора мертвецов» («Холатсяхль»). Правда, по другому созвучию, версия ее названия была совсем не такой зловещей: «Ауспи-Тумп», или «Лысая гора на Ауспии» (гора, не покрытая лесом).

Слобцов Борис Ефимович.

Шаравин Михаил Петрович.

Брусницын Вадим Дмитриевич.

Моисей Аксельрод.

Масленников Евгений Поликарпович.

Ортюков Георгий Семенович (послевоенный снимок).

Участники поисков и следствия. Справа налево: Коптелов, Лебедев, Хализов, Чернышев, Согрин, Атманаки (внизу), Брусницын (сзади), Аксельрод, Слобцов, Типикин (внизу), Шаравин,?(за Шаравиным), Чеглаков,? (за Чеглаковым), Иванов (в очках),? Анямов.

Звено Брусницына обнаружило остатки стоянки Дятлова на Ауспии вниз по реке. Звено, обследовавшее южную часть верховья Ауспии, никаких следов не нашло. Звено Слобцова задержалось, ― оно двинулось в сторону горы Холатчахль к перевалу на южные истоки Лозьвы, и его поиск оказался успешным.

Слобцов хотел наконец-то увидеть «этот Отортен», просмотреть возможные варианты движения к его вершине. Поисковики предполагали, что авария группы Дятлова могла произойти именно на Отортене из-за падения снежного карниза. Есть ли карнизы на Отортене?..

Выдержка из рассказа Слобцова:

«…Согласованным планом поиска предполагались регулярные радиальные отклонения от основного направления группами из двух-трех человек с целью обнаружения следов или мест стоянок дятловцев. На следующий день нам начали попадаться лыжные следы и некоторые признаки остановок и стоянок, которые мы не очень уверенно, но все же относили к дятловской группе, поскольку никаких других туристов в этом районе не должно было быть в это время. После второй ночевки в долине реки Ауспии и потери следов неизвестной группы, мы решили сделать радиальные поиски малыми группками по два-три человека. Наш путь с Шаравиным и охотником Иваном лежал на перевал в долину реки Лозьвы и далее на хребет, с которого надеялись в бинокль рассмотреть гору Отортен. На перевале Шаравин, просматривая в бинокль восточный склон хребта, увидел на снегу нечто, похожее на заваленную палатку. Решили туда подняться, но без Ивана. Он сказал, что неважно себя чувствует и подождет нас на перевале (мы поняли, что он просто „струхнул“). По мере приближения к палатке склон становился круче, а наст плотнее, и нам пришлось оставить лыжи и последние десятки метров идти без лыж, но с палками.

Наконец, уперлись в палатку, стоим, молчим и не знаем, что делать: скат палатки в центре разорван, внутри снег, какие-то вещи, торчат лыжи, у входа воткнут в снег ледоруб, людей не видно, страшно, аж жуть!..»

(«Спасательные работы на Северном Урале, Февраль 1959 года, перевал Дятлова», журнал ЭКС, № 46, 2007).

Были ведь и подозрения, что на дятловцев кто-то напал… Что там, в палатке?.. Есть ли в ней люди, живые или погибшие?.. Стресс и внутреннее напряжение охватили снасателей. Ведь всех их на всякий случай «накачали» инструкциями о нежелательности контактов с незнакомыми людьми и соблюдении мер осторожности. Предупредили, что в районе могут быть зеки, дикие звери. Да и не понимали все тогда, что за беда такая остановила группу Дятлова?..

Палатка стояла в полуразрушенном состоянии, прикрытая снегом. Наружу торчали только угол над устоявшей стойкой со стороны входа, обращенного к перевалу, обрывки ткани в середине, да пара лыж. Палатка эта была длинной, двойной, сшитой стыковкой двух палаткой-«домиков». Задняя стойка ее рухнула, ― упавшая часть палатки сзади была закрыта снежным сугробом. Не держали ее в середине и две стойки из лыж, торчащие рядом. В этой средней части палатки из-под снега выступали края ее разорванной ткани.

Спасатели осторожно осмотрели палатку внутри через разрыв крыши. Пробороздили снег внутри и вдоль палатки, используя ледоруб, который стоял у ее входа. Людей внутри не оказалось. Наружный скат палатки оказался сильно разорван, а его отсутствующая часть оторвана. Две лыжи стояли, воткнутые в снег у палатки (Шаравин).

Вещи, лежавшие сверху внутри палатки были брошены в беспорядке. У стойки внутри палатки висела куртка-штормовка, из кармана которой извлекли жестяную коробку из—под леденцов-монпансье. В коробке оказались документы Игоря Дятлова, обратные железнодорожные билеты, деньги и маршрутные документы группы Дятлова. Следов на снегу у палатки не было, ― следы были видны и начинались в 15–20 м от палатки, и вели прямо вниз, к лесу. Внимательно следы Слобцов и Шаравин изучать не стали и не стали раскапывать вход, ― они торопились вернуться на свою стоянку до темноты и успеть сообщить товарищам о своей находке. Поисковики почувствовали себя лучше, не обнаружив в палатке погибших и из-за отсутствия признаков ограбления, поскольку деньги, спирт и ценные вещи находились в палатке. Взяв коробку с документами, фляжку со спиртом и фотоаппарат в качестве «вещественных доказательств», Слобцов и Шаравин на лыжах быстро вернулись в свой лагерь.

Палатка дятловцев после частичной ее раскопки. Фото В.Д. Брусницына.

Ранее Слобцов не имел радиосвязи, но поздно вечером 25-го уже в темноте часть группы манси с собачьей упряжкой вышла к лагерю на Ауспии. Среди прибывших был радист-геолог Егор Неволин, который успел сообщить на вечерней радиосвязи в штаб поиска о находке палатки Дятлова группой Слобцова. Все узнали об обнаружении палатки на следующий день, 26-го февраля, ― вот так и появилась эта дата в качестве «официальной» даты обнаружения. Но фактически палатка была найдена накануне, 25-го февраля.

Вечером решили отпраздновать находку, выпив по полстакана разбавленного спирта. Кто-то поднял тост: «За здоровье дятловцев!..». На что «местные» (Пашин ― «Иван» и Чеглаков ― «Алексей») мрачно возразили, что: «Скорее надо пить „за упокой“…». Политехники их чуть не избили, ― все студенты пока были уверены, что ничего серьезного с группой Дятлова не случилось, они просто не хотели в это верить…

Получив сообщение о найденной палатке, Ортюков с Масленниковым решили стянуть силы спасателей к горе Холатчахль. Группа Чернышева была переброшена сюда из верховий Вишеры уже утром следующего дня (26-го февраля). Вместе с ней забросили и группу охраны ИТЛ лейтенанта Моисеева со служебно-розыскными собаками. Группе Аксельрода сбросили вымпел с указанием готовиться к вылету, сняли вертолетом и доставили сначала в Ивдель, а затем перебросили к Холатчахлю. Сняли группу Гребенника с Ойко-Чакура, а группу Карелина вместо верховья реки Ниолс перебросили из Ивделя в лагерь на Ауспии. Сюда подтянулась и группа мансийцев, о которой сообщал Ортюков в своей радиограмме. Участник этой группы заболел, и его переноска задержала подход остальных. Больного эвакуировали, и мансийцы тоже приступили к поискам.

Полет «звезды».

«Карелинцы» рассказывали какую-то странную историю о наблюдении полета «огненного шара» в семь утра 17 февраля, когда еще было темно. «Шар» светил в ночном небе, как «полная Луна» в течение 15 минут с нарастанием силы света, а затем его свечение стало уменьшаться, пока его «звезда» не погасла совсем. Они в то время были в походе, ― их разбудили дежурные, вставшие раньше остальных и заметившие полет этой «звезды». По крику товарищей «карелинцы» выскочили из палатки в том, в чем спали, ― без обуви, в носках, и в лыжных костюмах без штормовок и телогреек. Так родилась «загадка огненных шаров». Видимо, именно участники группы Карелина немного позже первыми высказали предположение, что это явление может быть связано с аварией группы Дятлова. Ведь дятловцы тоже выскочили из палатки «в чем спали», ― в свитерах и лыжных костюмах, без курток и без обуви… Скоро это предположение будет подкреплено и показаниями других свидетелей, и новым наблюдением «полета звезды».

3. Трагические находки и вопросы без ответов

Утром 27.07 Шаравин с Юрием Коптеловым спустились вдоль следов от палатки к лесу. Через 300–400 м на пологих каменных грядах следы потерялись. Но ниже, у крупного кедра, в 1,5 км от палатки поисковики обнаружили первых погибших рядом с остатками небольшого костра. Двое лежали под одеялом вместе, почти раздетые, ― только в нижнем белье. Вокруг и под телами лежали ветки кедра, ― дрова туристы добывали, забираясь на кедр, спрыгивая вниз, уцепившись за ветви, и сламывая их своим весом. Адские усилия, от которых на коре остались следы крови. Умершие имели на руках и ногах следы ожогов. Позже их опознали, ― это были «два Юры», ― Дорошенко и Кривонищенко. Судебно-медицинская экспертиза установила, что они умерли от замерзания. Неподалеку обнаружили срезы ножом верхушек и хвои молодых пихт.

Вертолет у горы Холатчахль.

Поисковики вернулись на перевал и встретили вертолет, который высадил часть группы Чернышева, ― в том числе проводников со служебно-розыскными собаками Моисеева и Мостового, которые включились в поиски.

Охотник-манси 27.02 визуально обнаружил погибшего Игоря Дятлова, ― голову и плечо Игоря не полностью занесло снегом. Дятлов полулежал на спине, обхватив ствол небольшой березки на линии, соединяющей палатку и кедр, в 300 м от кедра (в 1200 м от палатки). В тот же день Моисеев с овчаркой Альма нашел Зину Колмогорову, ― собака почувствовала Зину под 10 см слоем снега. Колмогорова лежала на правом боку лицом вниз тоже на линии, соединявшей палатку и кедр, в 850 м от палатки. У лица на снегу остались пятна крови от кровотечения из носа. Позже судебная экспертиза установила, что и Игорь и Зина погибли от замерзания.

Для обнаружения Рустема Слободина потребовался более длительный поиск лавинными зондами, ― его спасатели обнаружили 5-го марта под полуметровым слоем снега. Слободин также лежал на линии, соединяющей кедр и палатку, между Колмогоровой и Дятловым, примерно в 1 км от палатки. Ледяной нарост у лица указывал на то, что перед гибелью он долго дышал в снег, и растопил его своим дыханием. У Слободина, как у Колмогоровой, были признаки кровотечения из носа. У всех пятерых погибших имелись мелкие травмы в виде ссадин и царапин на лице, ― эти травмы объясняли падениями на склоне при спуске в темноте.

Примечание. Походная практика показывает, что ссадины и царапины на лице при падениях туристы в походах получают крайне редко, даже при ходьбе с рюкзаком. Большое количество подобных травм, якобы полученных на простом спуске длиной всего в 1,5 км само по себе является загадкой. Поэтому объяснение происхождения этих травм падениями на склоне является крайне сомнительным. Причины здесь иные.

Колмогорова, Дятлов и Слободин найдены одетыми в свитеры и лыжные костюмы, ― без курток и телогреек. На одной ноге у Слободина оказался валенок. Другой обуви на ногах у погибших не обнаружили, ― имелись только носки. Расположение тел и их позы указывали на то, что они погибали на обратном пути от кедра к палатке.

Погибших подняли на перевал, к скале-останцу, у которой обычно садился вертолет. В тот день порывы ветра достигали такой силы, что Слобцова сбило с ног, а лыжную палку, висящую на темляке, ветер удерживал в горизонтальном положении. Позже вертолет доставил погибших в Ивдель, где в морге части «п./я Н-240» выполнили их осмотр и санитарную обработку. После этого погибших отправили в Свердловск, где провели вскрытие с целью определения причин смерти. Все пятеро погибли от замерзания. Правда, экспертиза обнаружила у Слободина еще и не видимую снаружи теменную трещину черепа длиной 6 см и шириной 1 мм, но ее вначале тоже посчитали результатом замерзания.

Примечание. Часть (п/я) Н-240 была управлением исправительно-трудовых учреждений МВД, в которое входило 8 отделений. Каждому отделению подчинялось несколько колоний (исправительно-трудовых лагерей Ивдельлага). Команду поисковиков Чернышева в основном сформировали из солдат и офицеров воинской части В/Ч-6602, ― эта дивизия внутренних войск МВД части Н-240 не подчинялась (но занималась охраной ИТЛ).

Массовая церемония прощания в УПИ и похороны на Михайловском кладбище состоялись 9 марта.

Похороны. Прощание.

Несмотря на локализацию зоны поиска, розыск остальных четырех пропавших сильно затянулся. Для спасателей, стянутых к месту аварии, поставили в долине Ауспии большую армейскую палатку, снабженную печкой, а потом и вторую палатку. На ночь у палаток, во избежание неожиданностей, в первые дни выставляли вооруженного часового. Ведь было непонятно, отчего погибла группа Дятлова. Не исключалась возможность нападения уголовников или диких зверей. Поэтому военнослужащие ― участники поисков имели табельные пистолеты с боеприпасами. Несколько позже (в марте) в истоке долины Лозьвы подготовили площадки и переместили лагерь поисковиков туда, ближе к кедру.

Участники поиска у армейской палатки.

Масленников организовал настойчивый розыск остальных четырех погибших, но их никак не удавалось найти. Широкую полоску склона от кедра до палатки в местах, закрытых снегом, в течение нескольких дней прозондировали шеренгой спасателей со снежными зондами, но безрезультатно. На каменных грядах ниже палатки толщина снега была небольшой, но на других участках пришлось применить более длинные 2 м снежные зонды, чтобы пробить всю толщу снега. Как оказалось позже, и такая длина зондов была недостаточной, да и искали погибших не там, где они лежали. Были исследованы перевал между вершинами 1079 и 880 и хребет в сторону Лозьвы, отрог от вершины 1079, долина продолжения 4-го истока Лозьвы и ее продолжение от устья вдоль долины Лозьвы на 4–5 км, зона чума к северу от места аварии. Никаких следов людей и крупных зверей не обнаружили. Иллюзорные надежды отыскать живых постепенно растаяли. Отсутствовали и признаки технических или природных катастроф.

Зондирование снега шеренгой спасателей в зоне леса.

Для разбора причин аварии в Свердловск позже (в марте) приезжали опытные московские туристы Бардин, Баскин и Шулешко, которые постарались выяснить, почему и как произошла авария. Ряд организационных недостатков увидели сразу, ― прежде всего, в части оформления походной документации и контроля прохождения маршрутов со стороны руководства спортклуба института, как выпускающей организации. Бардин и Шулешко вместе с Согриным и Королевым (председателем МК, выпускавшей группу Дятлова) посетили место аварии. Они сделали предварительно общий вывод: место установки палатки группы Дятлова выбрано неудачно, и это, возможно, послужило одной из причин аварии. Действительно, палатка стояла на открытом склоне горы, сильно продуваемом ветром, при сильных порывах которого палатку могло порвать. Ветер и отсутствие топлива для костра согревающей палатку печки обрекали группу на весьма «холодную» ночевку. К таким же выводам пришел и Карелин. Правда, опытные туристы УПИ утверждали, что в подобных условиях они ночевали, и что Дятлов имел опыт 4 подобных ночлегов в походе по Приполярному Уралу под руководством Аксельрода за год до этого. Товарищи Дятлова по походам защищали его от обвинений, выдвигаемых необоснованно до выяснения причин аварии.

28 февраля на место аварии прибыла следственная группа: прокурор города Ивделя Темпалов и следователь Коротаев (по словам Шаравина, Л.Н.Иванов появился немного позже, сменив Коротаева). Прибыл Е.П.Масленников, назначенный штабом поиска руководителем поисковых работ в зоне аварии. С ними прибыл и корреспондент областной газеты Юрий Яровой, позже автор повести «Высшей категории трудности». Следователи начали осмотр мест происшествия, следов и погибших, сбор улик и показаний свидетелей.

Палатку дятловцы установили «фирменно», основательно (Слобцов). На выровненную площадку уложили креплениями вниз 8 пар лыж, на которые поставили палатку. На дно палатки уложили пустые рюкзаки и поверх рюкзаков ― телогрейки, а на телогрейки расстелили 2 суконные одеяла на всю длину палатки. Остальными одеялами дятловцы накрывались, ― эти верхние одеяла лежали сверху в скомканном состоянии. Они смерзлись, так как оказались присыпаны снегом. Спальных мешков дятловцы не имели, поэтому для лучшего согревания они формировали подобие «коллективного спальник», ложась вплотную и накрываясь сверху одеялами и куртками. Дятловцы в палатке лежали головой от склона (по Аксельроду), а расположение вещей в палатке тоже указывало на такой способ укладки. Но две пары ботинок (их клали под голову) располагалась с другой стороны (со стороны склона), ― по этому признаку двое у входа лежали головой к склону. Расположение достаточно «тесное: на 4,5 м длины палатки 9 человек. Едва хватало, чтобы лечь плечами друг к другу. Такая теснота могла заставить двоих лечь головой в другую сторону (поскольку ноги человека уже плеч). «Двойные» палатки, подобные «дятловской», тогда использовались в практике походов (см., например, рисунок из книги «Туристское снаряжение», М., «Профиздат», 1968, стр. 78). На ночь ложились в лыжных костюмах и свитерах.

Крупные походные вещи: ведра, топоры и пила дятловцы сложили у входа в палатку, обращенного к перевалу. Печка, набитая дровами, продукты, мелкие вещи снаряжения, запасная одежда и обувь найдены внутри палатки, ― в основном, у входа и вдоль ее краев. Стойка палатки у входа и ее оттяжки уцелели, а вот оттяжки со стороны задней стенки найдены сорванными, задняя стойка завалена. Восемь (или 9 по разным документам) пар лыжных ботинок лежали вдоль краев палатки. Семь валенок лежали с краев ближе к центру палатки.

Вне палатки нашли 2 фонаря, ― один лежал сверху на палатке, причем под ним был слой снега. Когда его включили, он зажегся (по словам Слобцова). Второй фонарь нашли позже на каменной гряде ниже палатки, ― его положение указано Масленниковым на схеме зондирования этого склона. Там же видно положение палатки, кедра, погибших (Д-Дятлов, С-Слободин, К-Колмогорова), границы каменных гряд и леса (три ели и кривым пунктиром ― граница высокоствольного леса) и отмечены расстояния между всеми этими ориентирами:

Схема поиска, нарисованная Масленниковым.

Примечание. По схеме Масленникова от палатки до границы леса было 550 м (граница леса на схеме: три елочки, К ― Колмогорова, С ― Слободин, Д ― Дятлов).

У края палатки ближе к задней стенке обнаружили сумку с документами (в том числе с тремя маршрутными листами группы) и походным дневником группы. Записи оборвались «Боевым листком „Вечерний Отортен“ 1 февраля, ― по этому и другим признакам однозначно поняли, что авария произошла в ночь с 1 на 2 февраля. Из дневника следовало, что перед радиальным выходом на гору Отортен группа Дятлова оборудовала лабаз (защищенное от зверей и птиц хранилище) в долине Ауспии, чтобы облегчить рюкзаки на радиальном выходе. Масленников поручил группе Слобцова и охотникам-манси найти лабаз, и 2.03 лабаз был обнаружен в 400 м от стоянки спасателей, ― у реки рядом с тропой спасателей через перевал в долину Лозьвы. В лабазе было 55 кг продуктов, аптека, запасные лыжи, теплые ботинки Дятлова, одна пара лыжных ботинок, мандолина, аптечка и еще несколько мелких вещей. Лабаз служил для сохранения продуктов от зверей и птиц. Его оборудовали, просто подвесив мешки с грузом на дереве.

Одну пару лыж нашли вне палатки, ― четко не запомнили, где она находилась. На снимке раскопа палатки эти две лыжи видны, ― они воткнуты в снег рядом с палаткой. Скорее всего, эту пару лыж использовали в качестве высоких стоек для поддержания средней части этой же палатки при установке на открытом месте, ― так, как на этом снимке, сделанном в походе 1958 г. с участием И.Дятлова:

Установка двойной палатки дятловцев в горных условиях похода 1958 г. по Приполярному Уралу группы М.А.Аксельрода, фото Бартоломея П.И.

Такой способ закрепления позволял не только поддержать палатку вертикальным усилием в середине, но и увеличивал ее ветростойкость боковыми тягами от центра конька.

Изучением следов дятловцев от палатки при поиске, похоже, очень серьезно не занимались, поскольку в первую очередь искали погибших. Следственная группа и поисковики осмотрели следы, сделали несколько фотографий. Показания поисковиков о состоянии следов дополняют друг друга. Вот что они записали:

Слобцов (в протоколе) утверждает, что:

«…В непосредственной близости от палатки никаких следов не было. Примерно в 15–20 м от палатки в направлении, где впоследствии обнаружили трупы, на снегу были видны следы человека, идущего от палатки. Причем было видно, что следы были оставлены ногами человека без обуви, или в валенках. Следы выступали над окружающей поверхностью снега, ибо около следов снег ветром был выдут. От палатки по направлению ветра, т. е. в том направлении, где остались следы ног людей на расстоянии 0,5–1 метра обнаружили несколько тапочек от разных пар, также были разбросаны лыжные шапочки и другие мелкие предметы… следы вначале оставлены кучно, рядом друг с другом, а дальше следы расходились…»

Свидетельство Карелина о следах:

«…Следы бежавших из палатки мы ясно видели на склоне горы. Сначала их было 8–9, затем их стало все меньше, и вскоре они совсем исчезли…»

Свидетельство Чернышева:

«…Начиная от палатки в 30–40 м… обнаружены явные, хорошо различимые следы ног людей. Следы тянулись параллельными цепочками близко друг от друга, как бы люди шли, держась друг за друга. Цепочки следов тянулись как бы двумя направлениями, ― 6 или 7 пар следов мы насчитали в направлении от палатки вниз, в лощину, а левее их, в 20 м шли еще 2 пары следов. Затем эти следы (2 и 6–7 пар) метров через 30–40 сошлись вместе и больше не расходились. На каменных грядах следы исчезали, а ниже камней они появились вновь, а затем потерялись. Следы были хорошо различимы. В отдельных следах было видно, что человек шел или босо, или в одном хлопчатобумажном носке, т. к. отпечатались пальцы стопы. В силу особенности ветров в горах хорошо сохраняются следы, причем видны они бывают не в виде углублений, а в виде выветренных столбиков, ― снег под следами уплотняется, спрессовывается и не выдувается, а вокруг следа снег выдувается. Под действием солнечных лучей след снеговой еще более твердеет и сохраняется всю зиму. Ниже всех был виден один след в ботинке. Очень хорошо отпечатались каблук и подметочная часть, а промежуточная часть не отпечаталась. Все следы вели в направлении леса, который в лощине начинался справа. Там в последующем и были обнаружены трупы…»

Следы-«платформы» вниз от палатки.

Можно заметить, что показаниям Слобцова, Шаравина и Чернышева следует верить, поскольку они видели следы первыми, ― их наблюдения не искажены изменениями следов в последующие дни (а также «ложными» следами, оставленными поисковиками и исчезновением следов из-за выветривания).

Следует отметить и разницу в следах, видимых на снимках, на разных участках горы. Во многом характер следов определялся толщиной и состоянием снега, ― она в разных местах горы разная. Местами снежный покров был совсем тонким, ― например, на каменных грядах. А местами толщина снега была значительной. Местами, на толстом снегу, следы были в виде «платформ» (столбиков) из уплотненного снега. Для образования такого следа снег должен был быть продавлен с уплотнением, которое происходит и после снятия нагрузки. Затем углубление следа заметало частично или полностью свежим снегом, а еще позже весь свежий снег со следа сдувало и обнажало «платформу» из уплотненного снега. При нарушении этих условий на других участках горы платформы следов не образовались или не сохранились. В отдельных местах остались следы-лунки (вмятины).

Ясно, что сильный снегопад полностью бы уничтожил все следы, но сильного снегопада за 25 суток до прихода спасателей не выпадал, как это отметил Масленников. Потому следы и сохранились.

Наличие следов-«платформ» определенно говорит о том, что достаточно мощный горизонт свежего снега порядка 20–40 см до прихода спасателей сдуло ветром на отдельных участках горы. На последних снимках дятловцев мы видим никак не тот плотный наст, по которому подходили к палатке Слобцов и Шаравин.

Из показаний поисковиков о следах становится ясно, что группа Дятлова после выхода из палатки отступила от нее примерно на 15–20 м вниз и там собралась. Потоптались на площадке, потеряв несколько мелких вещей (тапочки, шапочки). Затем 6–7 человек пошли вниз шеренгой, держась за руки. Похоже, один человек до или после этого отделился от группы и пошел вниз отдельно, а второй нагнал его по склону, они немного изменили направление движения и присоединились к основной группе.

Внимательный анализ следов показывает, что «панического» бегства дятловцев от палатки не было, а было вполне организованное отступление плотной группой. Ведь при «паническом», безотчетном бегстве они бы разбежались в разные стороны, разбрелись кто куда, или шли разрозненно.

Криминалисты искали следы преступления и вначале не понимали, почему разрезана и разорвана палатка. Предполагали, что на палатку совершили нападение. Но приглашенная следователем профессиональная швея сказала, что три разреза на скате явно сделаны ножом изнутри, а не снаружи. После этого палатку отдали опытному эксперту, которая подтвердила показания швеи: кроме многочисленных порывов палатка на внешнем скате имела три разреза ножом изнутри длиной 32, 89 и 42 см.

Примечание. После анализа расположения разрывов мы пришли к выводу, что разрез № 3 длиной 42 см мог быть продолжением разреза № 2 длиной 89 см, ― между ними кусок ткани отсутствовал. По всем признакам этот длинный разрез прошел по складке бокового ската подмятой снегом палатки. Короткий разрез 32 см, видимо, был первой неудачной попыткой разрезать палатку. Ножом сделали надрез, но нож уперся в складки палатки, стали резать вдоль складки, но дальше разрез пошел слишком низко. Поэтому сделали новый надрез вдоль складки палатки, начав его значительно выше. Два куска ската явно вырваны силой, а средний участок ткани между вырывами сохранился.

Разрезы (под № 1, 2, 3) и разрывы палатки, ― страница из протокола дела.

Безуспешные поиски оставшихся четырех дятловцев продолжались до начала мая, пока снег не сошел со значительных участков склона Холатчахля. Московские туристы-мастера Бардин и Шулешко рекомендовали прервать поиски до схода снега, но из Москвы пришел административный приказ: поиски не прекращать! На смену туристам приезжали группы альпинистов. Окрестности места аварии безуспешно «прочесали» несколько раз, и также безуспешно прокалывали снег зондами.

Из дневников дятловцев стало ясно, что за день до аварии они вышли на водораздел Лозьвы и Ауспии (ныне перевал Дятлова), но встретили здесь сильный западный ветер «как при взлете самолета». Для ночлега они спустились примерно на 1 км вниз в долину Ауспии и переночевали в лесной зоне, в тепле. Они согрели палатку, растопив печку. На следующий день соорудили лабаз для облегчения рюкзаков при радиальном выходе в сторону горы Отортен. В начале похода этот груз был еще значительным, и мужские рюкзаки весили около 40 кг. Разгрузка группы на 60 кг позволяла снизить этот вес на 5–6 кг. После сооружения хранилища во второй половине дня группа Дятлова двинулась в сторону Отортена по склонам горы Холатчахль. Но прошли немного, ― около 2 км. На склонах горы Холатчахль группа остановилась.

Почему группа Дятлова остановилась на склоне горы, а не спустилась вниз, к лесу, до которого было совсем недалеко? Почему не спустилась вниз так, как накануне? Причин здесь могло быть несколько.

Скоро должна была наступить темнота, а оборудование бивака требовало 1,5–2 часов работы. Дятлов мог решить, что светлого времени суток для спуска вниз и установки бивака уже недостаточно, и решил остановиться раньше. Он мог не захотеть принимать такое же тактическое решение, как и накануне. Не исключено, что резко ухудшилась видимость, и в условиях тумана группа не видела путь и не увидела лес внизу (до густого леса около 1 км). Не исключено, что Дятлов не захотел терять высоту перед переходом до Отортена на следующий день. Быть может, мешали каменные гряды, переход через которые на лыжах мог вызвать затруднения. Группа могла решить по предложению руководителя «потренироваться» в установке палатки на открытом склоне, ― ведь до этого опыт подобных ночлегов имелся только у Дятлова. Вообще тренировочное оборудование биваков в необычных местах, ― это нормальная практика сложных походов, в таких решениях ничего «странного» нет.

Масленников предполагал, что Дятлов не захотел выводить группу из-под защиты горы на более продуваемый ветром участок хребта. Это соображение сейчас подтверждено данными метеостанций Няксимволь и Ивдель: ветер дул с запада и северо-запада с азимута 270–320. На такое направление ветра указывает и ориентация палатки, ― боком к склону, и к ветру глухой задней стенкой (входом от ветра).

Видимо, именно эти соображения были превалирующими при решении Дятлова остановиться здесь, на склоне северного отрога горы Холатчахль. Решение было принято, и группа встала на ночлег здесь, на восточном склоне отрога горы.

Последние снимки группы. Расчистка площадки под палатку.

Из найденных фотоаппаратов дятловцев извлекли и проявили пленки, ― на них обнаружили и эти фото, сделанные последними.

На верхнем снимке нами цифрами отмечены наиболее важные детали, на которые обратили внимание при тщательном рассмотрении фотографий:

1 ― рука человека в темной куртке, стоящего «в наклон» за передней центральной фигурой, опирается на твердый край снежного пласта у его среза;

2 ― виден характерный край подрезки снежного пласта (между цифрами 1 и 2), причем видно, что заглубление в снег произведено на глубину около 1 м, ― выше пояса центральных фигур на снимке;

3 ― рюкзак, стоящий на склоне, заглублен в свежий снег на 10–20 см, а ниже расположен плотный пласт «снежной доски», который рюкзак не продавливает;

4 ― положение темляков лыжных палок в какой-то мере говорит о направлении ветра: ветер преимущественно направлен вниз по склону (западное направление ветра с учетом того, что палатка стояла на восточном склоне горы);

5 ― измерение крутизны склона по линии его ската и горизонтали на удалении и на уровне высоты расположения фотоаппарата дает значение крутизны не менее 20° (даже без учета того, что при съемке фотоаппарат был немного наклонен вниз).

Ниже по ходу изложения станет понятно, почему эти обстоятельства имеют первостепенное значение. Состояние снежного покрова, рельеф склона, особенности установки палатки на склоне и метеоусловия в ночь аварии явились главными факторами критической, а затем и аварийной ситуации на склоне горы Холатчахль.

Дятловцы оборудовали площадку и поставили палатку на перевернутые лыжи. На ноги, помимо теплых носков, надели тапочки, ― ноги мерзли даже в носках, поскольку упирались в холодную стенку палатки. Все понимали, что такой ночлег без печки будет очень холодным. Группа по всем признакам специально пошла на такое испытание для приобретения опыта холодной ночевки на открытом склоне горы, продуваемом ветром.

Пока остальные оборудовали палатку, Зина Колмогорова и Юра Дорошенко напилили дрова и набили ими печку. Утром предполагалось (по свидетельству Аксельрода) отогреть на печке и надеть замерзшие лыжные ботинки. И. конечно, согреть немного воды для питья на завтрак. При хорошей погоде группа могла налегке, за несколько часов, дойти до Отортена и вернуться назад. А при не очень благоприятной погоде могла подойти к горе ближе и взойти на нее после подхода.

После выпуска газеты «Вечерний Отортен», скромного ужина из корейки и сухарей и веселых разговоров перед сном, туристы спокойно улеглись спать, не подозревая о какой-то непонятной опасности, надвигающейся на них.

С краев легли наиболее опытные туристы, ― Дятлов и Золотарев. Причем Дятлов лежал у входа, ― там, где спасатели и обнаружили его куртку с документами. Куртка прикрывала створ входа от ветра, ― для этого использовали и дополнительные простынные створки входа. Вход палатки закрывался двойными бортами, которые застегивались клевантами (деревянными палочками-«пуговицами»). Место у входа, конечно, является самым холодным, но и наиболее удобным для руководителя с точки зрения наблюдения утром за погодной обстановкой, не тревожа остальных участников.

Опасность коварно надвигалась на группу Дятлова с двух сторон.

По всем признакам авария произошла ночью, в темноте. На это указывали и результаты экспертизы (6–8 часов после последнего приема пищи), и состояние их одежды. Они покинули палатку «в чем спали», ― в лыжных костюмах и свитерах. А найденные часы (по времени остановки) и потерянные фонари указывали на темное время суток. Да и по характеру их действий видно, что они производились в условиях плохой видимости. По ряду признаков именно темнота и непогода мешали их действиям.

4. Рождение легенды

31 марта в 4 часа ночи дежуривший у печки дневальный Мещеряков вышел из палатки за дровами и увидел на небе яркую звезду. Он подал сигнал спавшим поисковикам, которые выскочили наружу и наблюдали, как «звезда» медленно смещалась по небу. Свет «звезды» заметно усилился, поэтому всем показалось, что «звезда» летит на них. Но потом свет стал угасать, и «звезда» скрылась за горой.

Полет был бесшумным и длился достаточно долго, ― около 22 минут, а уже после исчезновения «звезды» за склоном горы имела место короткая вспышка. На разных людей это явление подействовало по-разному: некоторые восприняли достаточно спокойно, а некоторых оно вогнало в стресс.

После этого наблюдения, подтверждавшего более ранний рассказ группы Карелина, многие участники поиска поверили в то, что авария группы Дятлова могла быть как-то связана с полетами «огненных шаров». Ведь имелось множество сходных моментов в поведении дятловцев и участников группы Карелина и групп поиска: выбег из палатки «в чем спали», стресс и испуг от непонятного явления. Достаточно было предположить, что на дятловцев подобное явление оказало более сильное воздействие, ― и их поведение становилось понятным. Казалось понятным, почему они в страхе разрезали, разорвали палатку и бежали из нее вниз, спасаясь от надвигавшейся опасности. А дальше, после безотчетного бегства в темноте, они заблудились, не смогли найти обратный путь к палатке и замерзли в сильный мороз без теплой одежды. Примерно такая картина событий тогда складывалась в представлениях поисковиков, а позже и в представлениях следователей Иванова и Коротаева. Но окончательные выводы мешало сделать главное, ― отсутствие четырех погибших. Потому все искали их и недостающие улики. В частности, нож, которым была разрезана палатка и срезаны пихточки в лесу. Следователи полагали, что обнаружение остальных погибших позволит восстановить картину событий.

В поисках прошел апрель, ― тайга и склоны горы Холатчахль стали обнажаться от снега. На месте палатки обнаружили некоторые мелкие предметы, в частности, текстолитовые ножны от ножа, личную принадлежность которых сразу установить не удалось. Но погибших не находили. Однообразная безуспешная работа стала утомлять, сказываться на моральном состоянии спасателей, ― несколько упала дисциплина, притупился интерес. Люди начали искать «развлечения»…

Наконец, оттаивание вызвало появление в лесу из-под снега отдельных предметов, которые указали спасателям нужное направление розыска. Обнажившиеся ветки и обрывки одежды привели в ложбину ручья примерно в 70 м от кедра. Ложбину сильно занесло снегом, поэтому лавинные зонды пришлось удлинить до 3–4 м. Только после этого удалось нащупать под снегом новые находки. Раскоп подозрительного места привел к обнаружению на глубине более 2,5 м настила из 14 стволов небольших пихт и одной березы длиной до 2 м. На настиле лежал лапник и несколько предметов и обрывков одежды. По положению этих предметов на настиле обнажились четыре пятна, выполненные, как «посадочные места» для четырех человек (свидетельство Мохова А.Г.). Пропавших туристов на них не оказалось. Новая загадка! Но поисковики поняли, что близки к цели.

Раскоп настила в ложбине ручья (у настила: Суворов Б.Е.).

Погибших нащупали зондами в 6 м, немного ниже и в стороне от настила, ― тоже на глубине более 2 м. Сначала обнаружили и извлекли останки Люды Дубининой, ― она застыла, стоя на коленях лицом в склон у небольшого водопада ручья. Остальные трое находились немного ниже. Колеватов и Золотарев лежали вместе «грудью к спине» у кромки ручья, видимо, согревая друг друга до момента гибели. Тибо-Бриньоль находился чуть ниже, в воде ручья. Погибшие имели признаки разложения, но при наружном осмотре на месте гибели и при санобработке и тщательном осмотре в Ивделе у них других видимых повреждений не обнаружили. У Колеватого имелись небольшие раны на голове и следы ожогов на руках и рукавах.

Примечание. У части погибших отсутствовали глазные яблоки, а у Люды Дубининой отсутствовал язык, ― позже эта «подробность» вызывала мистический ужас и многочисленные неверные догадки о причинах такой «странности» (которую позже удалось объяснить).

Самые трагические и непонятные загадки возникли после судебно-медицинского исследования последней «четверки» судмедэкспертом Возрожденным и патологоанатомом Гансом. Они установили, что Колеватов, как и предыдущие пятеро, погиб от замерзания. Но у остальных трех, кроме признаков замерзания обнаружили тяжелые внутренние травмы, не замеченные при наружном осмотре. Николай Тибо-Бриньоль имел

«…вдавленный перелом правой височнотеменной области на участке размером 97 см… с расхождением краев кости от 0,1 ― до 0,4 см…».

Имелась также 17 см трещина в основании черепа ― результат компрессионного перелома (по выводам экспертизы). Смерть Николая наступила в результате этих переломов прижизненного происхождения в условиях действия низкой температуры (какая из этих причин главная, точно установить не удалось из-за разложения тканей). Кроме этой травмы в области правого плеча имелся разлитой кровоподтек 10 на 12 см на передней-внутренней поверхности на уровне средней-нижней трети.

У Золотарева:

«… определяется перелом II, III, IV, V, VI ребер по окологрудной и средне-подмышечной линии с кровоизлиянием в прилегающие межреберные мышцы… Смерть наступила в результате множественного перелома ребер справа с внутренним кровотечением в плевральную полость при наличии действия низкой температуры… Вышеуказанные множественные переломы ребер… возникли при жизни и являются результатом воздействия большой силы на область грудной клетки Золотарева в момент падения его, сдавления или отбрасывания…»

И у Дубининой:

«… На наружной и передней поверхности левого бедра, в средней трети разлитой кровоподтек синюшно-лилового цвета на участке размером 10х5 см… с кровоизлиянием в толщу кожных покровов… Сердце размером 12х4х5. В области правого желудочка неправильной овальной формы кровоизлияние размером 44 см с диффузным пропитыванием мышцы правого желудочка… двусторонний перелом ребер справа II, III, IV, V по средне-ключичной и средне-подмышечной линиям, слева перелом II, III, IV, V, VI, VII ребер по среднеключичной линии. В местах перелома ребер имеются разлитые кровоизлияния в межреберные мышцы. В области рукоятки грудины справа разлитое кровоизлияние… Смерть Дубининой наступила в результате обширного кровоизлияния в правый желудочек сердца, множественного двустороннего перелома ребер, обильного внутреннего кровоизлияния в грудную полость. Указанные повреждения могли возникнуть в результате воздействия большой силы, повлекшей за собой тяжкую закрытую смертельную травму грудной клетки у Дубининой. Причем повреждения прижизненного характера и являются результатом воздействия большой силы с последующим падением, броском или ушибом грудной клетки Дубининой».

И в итоге у всех трех с тяжелыми травмами: «Смерть [фамилия] ― насильственная».

Подобные данные судмедэкспертизы поставили следствие в тупик. Было совершенно непонятно, каким образом нанесены подобные внутренние травмы без видимых внешних повреждений в местах приложения нагрузок. Непонятно, каким образом эти травмы могли возникнуть в результате падений, ― ведь на склоне, по которому они спустились, нет ни крутых сбросов, ни крупных камней. А при падении с высоты своего роста получить такие травмы практически невозможно.

Возник еще целый ряд вопросов, на которые следствие никак не находило ответ. Дело для расследования с самого начала взяла прокуратурой, а милиция им не занималась. Никакие «параллельные» расследования тогда не велись, правового механизма предварительного следствия тогда (до 1961 г.) у милиции не было, ― она могла проводить только оперативно-розыскные действия, но не следствие. КГБ фактически мог забрать дело у прокуратуры, но этого не случилось.

Следователи прокуратуры, конечно, в первую очередь искали следы уголовного преступления, но не находили их. Не обнаружили никаких достоверных улик, подтверждающих присутствие каких-либо посторонних людей в зоне аварии до прибытия групп поиска. Не обнаружили и предметов, которыми были нанесены эти странные травмы, ― ничто конкретно не указывало на их источник. Оставалось совершенно непонятно, почему дятловцы ночью разрезали и покинули палатку, поспешно отступили в лес без теплой одежды и снаряжения, где погибли от замерзания. Не удалось установить, где получены эти странные травмы: наверху, у палатки, на спуске или внизу, в лесу. Вывод Возрожденного о том, что Дубинина с травмой сердца могла прожить не более 10–20 минут, казалось, исключал возможность получения травм в зоне палатки. Ведь вниз уходили 8–9 пар следов, но казалось очевидным, что трое с тяжелыми травмами (Тибо, Дубинина и Золотарев) не могли с такими травмами идти вниз. А следов волока или иных признаков переноски пострадавших тоже не обнаружили.

Склон около палатки некрутой, ― до 20 градусов (по разным оценкам и измерениям от 15 до 20 градусов), да и состояние снежного покрова в виде твердой корки жесткого наста никак не наводило на мысль о возможности схода снежной лавины на палатку. Тем более что никакого следа лавины на склоне не обнаружили. Его, правда, и не искали, считая склон недостаточно крутым.

Дополнительно экспертиза установила, что смерть дятловцев наступила предположительно через 6–8 часов после последнего приема пищи. Из четырех часов на их руках трое часов показывали близкое время: Слободин― 8.45, Тибо: 8.14 и 8.39 (двое часов), а часы Дятлова показывали 5.31.

Примечание. По словам опытного туриста В.Борзенкова на основании практики спасработ и экспериментов установлено, что механические часы на руке замерзающего человека останавливаются обычно через 50–60 минут после наступления смерти. Причем часы, просто подвешенные на морозе, не останавливаются. А вот часы на руке человека в снегу, или положенные на лед или в снег, останавливаются из-за быстрого замерзания механизма (видимо, вследствие быстрой конденсации паров и образования крупных кристаллов, заклинивающих механизм). Но эта особенность следствию не была известна, ― она была установлена значительно позже.

Похороны трех погибших состоялись 12 мая на Михайловском кладбище Свердловска, а Золотарева похоронили позже на Николаевском кладбище.

Стела памятника дятловцам на Михайловском кладбище в Свердловске.

Лев Никитич Иванов, ― следователь прокуратуры, который вел дело дятловцев, никак не мог найти объяснение причин аварии. Ему не удавалось преодолеть противоречия, связать известные факты и построить картину событий. Изучив показания ряда свидетелей, ― метеоролога Токаревой о наблюдении полета «огненного шара от 17.02, и показания поисковиков о наблюдениях „огненных шаров“ 31.03, Иванов не без оснований стал предполагать, что авария дятловцев могла быть связана с какими-то „испытаниями“. Он попытался разобраться, что за „испытания“ могли иметь место, еще раз посетил место аварии, исследовал лес. В одном месте ему показалось, что ветки елочек имели следы огня. Вызывал подозрение и странный цвет кожи погибших. Поэтому Иванов решил провести экспертизу и исследовать тела и вещи погибших на радиацию. Вот что он написал в статье „Тайна огненных шаров“, газета „Ленинский путь“, г. Кустанай, 22 и 24 ноября 1990 г.:

«…Сговорившись с учеными УФАНа (Уральского филиала Академии Наук СССР), я провел очень обширные исследования одежды и отдельных органов погибших на „радиацию“. Причем для сравнения мы брали одежду и внутренние органы людей, погибших в автомобильных катастрофах или умерших естественной смертью. Результаты оказались удивительными. Для неспециалистов результаты анализа ничего не скажут, и я назову лишь такие: коричневый свитер одного туриста, имевшего телесные повреждения,― давал 9900 распадов в минуту, а после промывки образца – 5200 распадов, т. е. эти данные говорят о наличии радиоактивной „грязи“, которая отмывалась. Надо сказать, что до обнаружения этих трупов они усиленно обмывались талой водой под снегом – там текли целые реки. Следовательно, радиационная „грязь“ в момент гибели туриста была во много раз больше…».

«…Когда я доложил А. Ф. Ештокину о своих находках – огненных шарах, радиоактивности, тот дал совершенно категорическое указание: абсолютно все засекретить, опечатать, сдать в спецчасть и забыть об этом. Надо ли говорить, что все это было точно выполнено?..»

И уже в начале статьи Иванов сделал вывод:

«…От народа были скрыты истинные причины гибели людей, а эти причины знали считанные единицы: бывший первый секретарь обкома А. П. Кириленко, второй секретарь обкома А. Ф. Ештокин, прокурор области Н. И. Климов и автор этих строк, занимавшиеся расследованием дела. Сегодня, ни Кириленко, ни Ештокнна, ни Климова в живых нет…»

Лев Никитич Иванов, следователь прокуратуры по делу о гибели группы Дятлова.

В результате всех этих действий дело закрыто 28.05.59 г. После проверки в Москве Генпрокуратурой дело возвращено 11.07.59, и по распоряжению прокурора Свердловска Клинова какое-то время хранилось в секретном архиве (листы 300–307 «дела» были сданы в сов. секретный архив). Но потом его рассекретили и сдали в архив ограниченного доступа. Основным аргументом прекращения дела явилось отсутствие признаков преступления. Следствие не обнаружило никаких прямых улик преступления, но и сделать определенных выводов о причинах гибели туристов не смогло. Итог расследования сводился в описании событий аварии к неопределенной формулировке, что «причиной гибели туристов явилась непреодолимая стихийная сила». Но что это была за «сила», и каков ход событий аварии, в описании событий, данных следствием, ничего сказано не было.

Власти на несколько лет наложили запрещение посещать район аварии организованным туристским группам. Но некоторые туристы без официального оформления маршрута посещали место аварии, пытаясь найти и новые улики, и ключ к разгадке событий.

5. Предположения и версии: смесь из правды и заблуждений

Среди разных людей возникло множество предположений, слухов и масса заблуждений о причинах и ходе аварии. Они возникли из-за неполноты информации, неопределенности выводов следствия и общего непонимания специфики туристских походов, особенностей природных условий.

Возникло несколько десятков различных «версий». Но большинство их являлось, по сути, всего лишь предположениями, которые, вроде, объясняли отдельные факты и события, но вступали в явные противоречия с другими фактами и событиями. Эти противоречия никак не позволяли сложить известные факты в цельную картину событий и объяснить все непонятные факты. Оказалось, что придумать свою «версию» событий достаточно легко, но вот обосновать ее и связать в единое целое с известными фактами, неизмеримо сложнее. Многие исследователи в этом не преуспели, и над аварией по-прежнему висела завеса тайны.

Среди многочисленных «версий встречались и „несуразности“, которые высказывались и отдельными гражданами, и властями, и даже следователями. До обнаружения дятловцев, например, власти подозревали, что туристы могли „сбежать за границу“. „Такое“ могли придумать только те, кто не прошел и километра по тайге с рюкзаком. Следователи выдвигали криминальную „версию“, по которой авария могла быть следствием какого-то внутригруппового конфликта, пьяной драки или драки „из-за девушек“. Подобные „предположения“ встретили яростный отпор со стороны опытных туристов, хорошо знавшим истинную „цену“ таким утверждениям. К сожалению, эти примитивные представления дожили и до наших дней, ― на их основе появился даже художественный роман-триллер. Такое могли сочинить только люди, совершенно не знающие специфику туризма и спортивных туристских походов.

Имелись и мнимые «версии-издевательства» над откровенными глупостями. Таковы, например, «версии» «карлики Актриды» о «похищении душ туристов злыми „карликами Актриды“, живущими под землей и „арийская версия“. Эти „версии-пародии“ ― всего лишь шутки над теми, кто примет их всерьез.

Остальные «версии», так или иначе, вырастают из следующих утверждений:

1 ― авария была «природной» аварией, связанной с естественными условиями воздействия природной среды, а также вследствие каких-то действий группы на маршруте в условиях давления внешней среды.

2 ― авария была следствием «техногенных» факторов, ― следствием каких-то технических испытаний оружия, ― ракетного, вакуумного, радиационного и т. п. («техногенная авария»).

3 ― авария была следствием уголовного преступления, ― нападением уголовников или следствием преступления власти, которая устранила туристскую группу, приняв ее по ошибке за группу преступников, или с целью сохранения каких-то «секретов», или даже использовала ее для преступных «экспериментов» («криминальная» авария).

4 ― авария была следствием какого-то события, не связанного ни с обычными природными, ни с техническими, ни с «криминальными» явлениями. К таким «неопределенным», ничем не подтвержденным, предположениям можно причислить «версию» об НЛО, «версию» о случайном отравлении. Вот какое предположение высказал участник поисков В.Д.Брусницын (автор ряда фотоснимков, приведенных в книге):

«Я с Борисом Слобцовым и нашими друзьями в молодые годы много занимались экстремальным туризмом и ещё больше альпинизмом. Были в разных ситуациях, но никогда ни у кого не было даже в мыслях бросить всех и всё и в панике, с выключенным сознанием, куда-то бежать. Я думаю, что никто из личного опыта и истории серьёзного туризма и альпинизма не сможет привести примеры аналогичной ситуации, которая была зимой 1959 года. Жаль, что к этой проблеме в своё время, да и сейчас, не подключились специалисты психоаналитики, не подключились врачи и спецслужбы, знающие все препараты той поры, которые могли восстанавливать силы или действовать на психику человека.

Группа молодых, тренированных, в институте и в походах всегда уравновешенных и спокойных ребят в экстремальных условиях северной зимы вдруг совершает коллективный непонятный для нас поступок. В дневниках ребят, на фотографиях, снятых на маршруте и в последний роковой вечер, всё спокойно, всё хорошо. Нет не в лицах, поступках, словах в дневниках никаких признаков тревоги и раздражения. Только погода не очень благоприятная ― идёт снег и дует ветер. Но в зимних походах на севере, и не только, такая погода часто бывает, и группа к ней была подготовлена. Они, не спеша, до темноты по всем правилам зимних походов поставили палатку. Все в ней устроились, поужинали (сухари и корейка) и улеглись спать. Вероятно, во время ужина они приняли какой-то допинг для восстановления своих сил или этот допинг был в корейке. Корейка в те голодные года была в большом дефиците. Всегда где-то с трудом «доставалась» и была припасена группой для самого трудного этапа пути ― восхождение на гору Отортен. Препарат начал действовать, когда они уже спали или готовились заснуть. В это время начался этот психический взрыв. Все девять человек одновременно отключили своё сознание, разрезали палатку, всё бросили, всё забыли и нырнули во тьму, холод, снег. Побежали в одних носках, без тёплых вещей в одежде, в которой легли спать. Позднее, когда мы нашли палатку, почти у самой палатки, ниже по склону были видны следы бегущих людей. Длина шага составляла ~ 1,5 метра. Снег выдуло, а столбики уплотнённого снега хорошо просматривались. Я думаю, что они бежали до самого низа, до редкого леса. Бежали и падали, разбивая себе головы и ломая рёбра. В одних носках удержаться на снежном склоне практически невозможно. Сознание вернулось к ребятам только внизу. До палатки по склону 1,5 км. Ночь. Они сделали для своего спасения всё возможное в тех суровых условиях…»

Но «неопределенные» версии не получали подкрепления в виде конкретного объяснения, чем было вызвано развитие событий, ― каким таким «НЛО», или каким «токсичным веществом», или какой «аномалией», и при каких обстоятельствах. Поскольку не было найдено ни следов НЛО, ни каких-либо следов отравления, ни аномалий.

Со временем представления большинства исследователей о причинах аварии стали разделяться фактически на два направления: естественно-природная авария или «техногенно-криминальная».

Сторонники естественно-природной аварии утверждали, что авария группы Дятлова, ― это обычная авария туристской группы, и она никак не связана ни с испытаниями секретного оружия, ни с какими-то преступлениями. Имелись попытки объединить «природную» аварию с «техногенной», но к видимым успехам такие попытки не приводили… Полного единства между сторонниками «природной аварии» тоже не было.

Мастер спорта по туризму Моисей Абрамович Аксельрод выдвинул версию о лавине, как о главной причине аварии, ― эта версия № 1 по «шкале» фильма ТАУ «Тайна перевала Дятлова». Он построил связную картину событий, и указал на многие технические особенности поведения дятловцев и детали событий. Фактически его «версия о лавине» включала также этапы, связанные и с потерей снаряжения, и с последующим замерзанием дятловцев в условиях метели. Аксельрод считал, что после схода лавины и получения травм дятловцы пытались отступить к лабазу, но в темноте и метели заблудились. Их попытки вернуться к палатке на открытом ветру пространстве, оказались обречены. Аксельрод не отказался совсем от «техногенных» причин аварии, полагая, что сход лавины мог быть вызвал каким-то внешним толчком, связанным с испытаниями техники или военными маневрами.

Но целый ряд моментов в его «лавинной» версии встретил вопросы и возражения, ответы на которые ранее не были найдены. Оппоненты возражали, что склон горы некрутой, указывали на отсутствие следа лавины. И на отсутствие каких-то признаков схода лавин в данном месте горы на основе наблюдений поисковиков и туристов в последующие годы. Указывали, что район Северного Урала «нелавиноопасен», что в нем не происходили аварии из-за лавин с туристскими группами. Казалось, что «лавинная» версия явно не стыкуется и с выводами судебной экспертизы. Ведь травмы дятловцев, казалось, были столь тяжелы, что не позволяли им идти вниз. А наличие 8–9 пар следов на склоне указывало, что вся или почти вся группа шла вниз шеренгой, взявшись за руки.

В общем, преодолеть все возражения и объяснить все события аварии до конца Аксельрод не смог, и его «лавинная» версия имела немного сторонников даже среди опытных туристов. Она появилась после закрытия дела, и не была принята в качестве «официальной версии» следствия. Эта версия не получила достаточного обоснования и достаточной защиты от атак оппонентов и «зависла» на непонимании целого ряда моментов. Над ней еще предстояло поработать, чтобы или укрепить ее, или отбросить, как несостоятельную.

В качестве «природных» версий выдвигались также и версии о воздействии «инфразвука», о нападении медведя-шатуна, о «шаровой молнии». А сейчас в телепередачах еще пытаются объяснить аварию и «холодной плазмой», и каким-то особым видом «шаровой молнии», или другими аномалиями. Эти «версии» были и являются лишь предположениями, которые не имеют никакого обоснования, никаких видимых следов воздействия. Ну как можно обосновать или опровергнуть то, что не оставило следов, и что нельзя воспроизвести и исследовать, что никем еще не наблюдалось? Например, как можно судить о том, был ли там медведь-шатун или «инфразвук», или шаровая молния? Если этот «медведь» ничего, никаких следов, кроме страха или мифической паники за собой не оставил? Нет, пока не найдены подтверждающие следы и улики, все подобные неподтвержденные «сущности» должны быть отброшены следствием. Тем более что они никак не позволяют связать события аварии, ― объясняя, например, причины отступления из палатки, они никак не объясняют причины появления травм. «Паника» или «умопомрачение» ― это вполне определенные сущности. Они должны были оставить вполне определенные следы беспорядочных действий. Но таких следов у палатки нет. По следам видно, что отход был организованный, плотной группой. И одеты дятловцы были по-разному: травмированные были одеты лучше, двое из них имели теплые куртки и теплую обувь. Не стыкуются эти факты с представлением о внезапном паническом бегстве врассыпную и «в чем спали»…

То же самое относится и к «техногенным» и к «криминальным» причинам аварии, ― пока нет улик, нет и «сущности». Придумать ведь можно все, что угодно. Но доказать надо только то, что было на самом деле и что основано на достоверных фактах и уликах.

Так что целый ряд и природных, и «техногенных», и «криминальных» версий «зависал» без опоры на полной бездоказательности, на полном отсутствии подтверждающих фактов и улик. В эту «безнадежную» группу попали криминальные «версии»: «мансийская» (нет улик, указывающих на какое-то нападение со стороны местных жителей), «бытовая ссора». А также «отравление спиртом» или какими-то иными веществами (включая токсичные «газы» и «ракетное топливо»), «эскадроны смерти или беглые зеки» (нападение «спецназа» или уголовников) и все возможные варианты на подобные темы.

Вот «техногенные» версии (включая и «версию об НЛО»), казалось, имеют определенные обоснования в виде документальных фактов полета «огненных шаров» и факта обнаружения следов радиации на одежде дятловцев. Но явная слабость этих фактов состояла в отсутствии объяснения, ― а что же это было за явление, эти «огненные шары», и откуда она появилась, эта «радиация». Не было объяснения, как эти непонятные явления повлияли на события аварии, была ли здесь прямая связь или хотя бы какое-то влияние, и насколько оно было «существенным». Поэтому эти факты нуждались в проверке и объяснении для оценки их роли в событиях аварии. Эта проверка и эти объяснения должны были дать ответ, насколько обоснованы «версии» о «ракете», «бомбардировке», «атомном взрыве», «спутниках или натриевом облаке» и прочей «техногенике». Ниже эти объяснения нами даны, и из них ясно, чего стоят все эти факты, как они были связаны и с событиями аварии, и с легендами вокруг нее.

Достаточно сильны были попытки объединить «техногенную» и «криминальную» аварию. Они привели даже к возникновению «версий» о «зачистке» и версии об «имитации». Суть «версии о зачистке» состоит в намеренном уничтожении группы Дятлова с целью «сохранения секретности» неких «испытаний», свидетелями которых и пострадавшими от которых участники группы стали случайно. Возникали и варианты объяснения «зачистки» ошибочным уничтожением группы сбежавших уголовников. Только вот «уничтожение» группы было каким-то странным, без сохранения следов воздействия оружия. Это несоответствие пытались устранить так называемыми «версиями об имитации». «Имитацией» называли убийство особым образом с подтасовкой улик на месте преступления, которые и привели к столь непонятной картине аварии.

Но все рассуждения о «зачистке» и «имитации» были не слишком убедительны. Они обретали какую-то силу и обоснование только «в паре» с «техногенной» аварией. В противном случае не имелось никаких «обоснований» и объяснений ни жестокости властей по отношению к мирной группе туристов, ни наличия уголовников в такой глухомани. Несостоятельность «техногенно-криминальных версий» становится очевидной при наличии естественного объяснения фактов, связанных с полетами «огненных шаров» и «радиацией».

Для фактического обосновании версий о «зачистке» и «имитации» приводились также разные «аргументы» и «улики», суть которых сводилась к доказательству присутствия посторонних людей в зоне аварии. Все эти «дополнительные» факты не выдержали проверки. Практически все они с объяснениями их несостоятельности изложены в главе «Уничтожение непроверенных фактов и заблуждений. Почему и как запутались следы аварии». Эти «факты» являются завалами из заблуждений, мешающими правильному пониманию причин и хода аварии.

При построении рабочей версии событий надо помнить, что всегда главные события аварии имеют свою логику и свою цельность, свою причинно-следственную цепочку. Если причинно-следственные связи не удается сложить, это значит, версии нет, а есть лишь неподтвержденное предположение. И «версии» фактически нет, если эта «версия» основана на непроверенных фактах. Слухи не могут быть основанием для рабочей версии.

Для правильного понимания событий аварии пришлось собрать в «деле» ее расследования все страницы с непроверенными и ложными фактами и правильно объяснить эти факты. Требовалось удалить всю «пыль» заблуждений, накопившуюся за 49 лет и мешавшую правильному пониманию событий. А затем объяснить события аварии на основе проверенных фактов, показаний свидетелей и заключений опытных экспертов.

6. Наш путь к аварии Дятлова (отступление Евгения Буянова)

Яровой и его книга.

Анна Матвеева.

Активное изучение и расследование трагедии группы Дятлова для нас (для меня и помогавших мне специалистов) началось в конце декабря 2005 года, когда на вечере альпинистов Санкт-Петербурга случайно была куплена книга Анны Матвеевой «Перевал Дятлова». Книга наполовину оказалась «женским романом», а наполовину документальным изложением истории группы Дятлова с множеством подробностей, которые мне ранее были неизвестны. Но хорошо была известна другая книга, которую прочел еще в 70-е годы, ― художественная повесть Юрия Ярового «Высшей категории трудности». Вызвало удивление, что основой для повести Ярового послужила именно история поисков пропавшей группы Игоря Дятлова. Краткое содержание (синопсис) этой повести дано в приложении Б, ― с ним можно ознакомиться, а полный текст можно найти в Интернете (см. Приложение А). К сожалению, сам Яровой погиб в автокатастрофе вместе с женой в 1980 году, и с ним мне встретиться не удалось. Яровой, как и я, был ленинградский политехник, ― выпускник ЛПИ.

В памяти отложилась и еще одна трагичная статья об этой аварии. Где она была опубликована, не запомнилось. Статья была небольшой, ― в ней чувствовался горький «плач по погибшим», и отмечалось, что причины гибели так и не удалось установить.

После прочтения книги Матвеевой внутри возник вопрос: «Где убийца?» и возникло желание расследовать причины аварии, чтобы предотвратить подобные случаи в будущем. Книга Ярового и та полузабытая статья заранее подготовили, «зарядили» на расследование этой аварии. Еще был более чем 30-летний опытом походов, опыт непрофессионального спасателя в горах и в разрушенном землетрясении Ленинакане в 1988 году. Имелся и опыт расследования нескольких других аварий, сохранивших живую боль за погибших в них товарищей по прошлым походам в горах. В 1990 году на Эльбрусе погибла от переохлаждения группа туристов из 5 человек. Среди них были мои товарищи по прошлым походам Сережа Левин и Сережа Фарбштейн. Опытные туристы, они не смогли уйти от этой «холодной аварии», в чем-то сходной с аварией Дятлова. Главные ее причины и ход событий постепенно мне стали понятны после семи лет размышлений и изучения литературы. На один вопрос оказалось невозможно ответить. Нельзя сказать, погиб ли я вместе с ними в той ситуации, или нет. Нет ответа, поскольку при таких серьезных начальных изменениях в составе группы вся ситуация возвращается к исходной неопределенности.

Книга Матвеевой дала в руки достаточно большой объем документальных материалов по аварии Дятлова, ― на их основе можно было начать свое исследование. Позже нашлось немало фактов в Интернете, а в июне 2007 года получена и копия официального дела о расследовании аварии группы Дятлова, на основе которой удалось уточнить со специалистами факты аварии по протоколам свидетельских показаний и результатам экспертиз.

В ходе самостоятельного расследования пришлось встретиться с целым рядом непонятных фактов, для объяснения которых пришлось привлечь специалистов с уникальным уровнем знаний в специальных вопросах. Для проверки выводов в первую очередь был привлечен опытный турист-лыжник (и «горник») Валентин Некрасов, ― мастер спорта, неоднократный чемпион и призер первенств СССР в походах различной сложности. Он, уже 27 лет председатель лыжной комиссии Федерации туризма Ленинграда и Санкт-Петербурга, был первым строгим «экзаменатором» нашей версии. Без его одобрения я бы не был так уверен в выводах, ― это уже были не «мои», а «наши» выводы. Выводы Аксельрода, Попова, Назарова, Буянова, Некрасова, ― тех, кто однозначно указывал на «лавину», как на «спусковой механизм» аварии Дятлова. Но вот какая это была лавина, почему и как все произошло в деталях, еще следовало выяснить.

Буянов Евгений Вадимович.

Некрасов Валентин Анатольевич.

Исходно мы, конечно, рассматривали все «версии» аварии Дятлова. Но решительно отбрасывали все те, которые не имели подтверждения на основе достоверных фактов. Мы искали подтверждения версиям на основе проверенных фактов, на основе уточнения условий похода. И на основе действий группы в условиях критической ситуации. Мы видели, что характер травм дятловцев достаточно определенно указывал на их лавинное происхождение. Но требовалось тщательно проверить и другие возможности развития событий на основе заключения специалистов и по травмам, и по лавинам.

Дальнейшее изложение пойдет по «линиям» расследования, каждая из которых приводила к законченным выводам и заключениям по фактам аварии Дятлова. Эти заключения по отдельным значимым фактам позволили построить основание для версии событий, и дать объяснение непонятным явлениям, и отбросить неверные представления, ― заблуждения, мешавшие правильному пониманию.

Мы увидели, что главной причиной и источником заблуждений многих людей являлась «чувственная», эмоциональная оценка событий аварии. Такая оценка приводила к неверной внутренней психологической «установке» на интерпретацию событий. Люди хотели в ней видеть то, что отвечало бы их чувствам и представлениям, но совсем не то, что было на самом деле.

Многие исследователи до нас не смогли добиться успеха потому, что не смогли привлечь нужных специалистов для «прояснения» ситуации и событий по конкретным вопросам.

Мы нашли, привлекли к данному исследованию многих опытных специалистов, и оно является плодом их коллективного труда. Кто и как нам помог в изложении указано.

К пониманию фактов и событий мы шли путем, который никак не был прямым. Встретились сложности и непонимание, которые уводили исследование на «ложные» тропинки «в никуда», в заблуждения. С этими заблуждениями приходилось бороться. Как шел путь расследования ниже изложено. Для лучшего понимания мы предлагаем читателям пройти его с нами, поскольку изложение только «сути» было бы сухим, неинтересным, и малопонятным.

Первой здесь будет кратко изложена история разгадки «тайны огненных шаров», ― наверное, самой захватывающей загадки данной истории.

7. Разгадка тайны «огненных шаров» (в изложении Евгения Буянова)

Без разгадки природы этого явления нельзя было раскрыть и тайну аварии Дятлова. Слишком сильно запали эти события в сознание тех, кто был связан и с тем, и с другим.

Сначала предстояло выяснить, что это за явление, а потом установить, имело ли оно место в ночь аварии, и какова его связь с событиями аварии, как оно повлияло на ход событий.

Что же это было? Надежный ответ на то, когда, где и что видели при полете «огненных шаров», дали показания свидетелей. Вот что рассказала техник-метеоролог Токарева:

«17 февраля в 6 часов 50 мин. на небе появилось необыкновенное явление движущаяся звезда с хвостом. Хвост напоминал плотные перистые облака. Потом эта звезда освободилась от хвоста, стала еще ярче и полетела, постепенно раздуваясь, образовывая большой шар, окутанный дымкой. Затем внутри этого шара загорелась звезда, из которой сначала образовался маленький шар, не такой яркий. Большой шар стал постепенно опускаться, стал как размытое пятно. В 7.05 исчез совсем. Двигался с юга на северо-восток».

«Огненный шар» наблюдал в районе Ивделя военнослужащий А. Савкин, который рассказал:

«17 февраля 1959 года в 6 часов. 40 минут утра во время исполнения служебных обязанностей я наблюдал, как с южной стороны показался шар ярко-белого цвета, временами окутывающийся туманом, внутри яркая точка-звезда. Шел на север, виден был 8-10 минут».

А вот заметка «Необычное небесное явление» от 18 февраля 1959 года в газете «Тагильский рабочий (за подписью зам. начальника связи Высокогорного рудника А.Киселева):

«В 6:55 местного времени вчера на востоке ― юго-востоке на высоте 20 градусов от горизонта появился светящийся шар размером с видимый диаметр Луны. Шар двигался в направлении на северо-восток. Около семи часов около него произошла вспышка, и стала видна очень яркая сердцевина шара. Сам он стал более интенсивно светиться, около него появилось светящееся облако, отторгнутое по направлению на юг.

Облако распространялось на всю восточную часть небосвода. Вскоре после этого произошла вторая вспышка, она имела вид серпа Луны. Постепенно облако увеличивалось, в центре оставалась светящаяся точка (свечение было переменным по величине). Шар продвигался в направлении восток-северо-восток. Наибольшая высота над горизонтом ― 30 градусов ― была достигнута примерно в 7:05. Продолжая движение, это необычное явление слабело и размывалось. Думая, что оно каким-то образом связано со спутником, включили приемник, однако приема сигналов не было».

Вот свидетельство группы Карелина (Богомолов С., Свидание с «Горой мертвецов», «Уральский рабочий», 8, 10, 11, 12 июля 1990 г.):

«…17 февраля 1959 года Георгий Атманаки и Владимир Шавкунов встали в шесть утра, чтобы приготовить завтрак. Вылезли из палатки, разожгли костер, принялись за дело. Небо было пасмурное, как нередко бывает в феврале, когда легкая дымка рассеивается только с восходом солнца. С начала похода прошло больше недели, и группа покоряла заданный маршрут: поселок Вижай устье Северной Тошемки гора Ойко-Чакур… От жителей Вижая узнали, что раньше на север двинулись две группы: свердловская (под руководством Игоря Дятлова) и ростовская. На днях вернулись из гор студенты пединститута, для которых зимний поход не доставил радости: обморожение рук и ног, угроза трагического исхода. Надо благодарить бога, что все обошлось. И надо обезопасить себя от всякого рода случайностей…

Ребята сидели у костра, когда на востоке, на высоте примерно 30 градусов над горизонтом, разлилось молочно-белое размытое пятно. Довольно внушительное по размерам 5–6 лунных диаметров, пятно состояло из нескольких концентрических окружностей.

Смотри, как луну разрисовало! заметил Георгий, привлекая к необычному явлению внимание товарища.

Во-первых, Луны нет, а, во-вторых, она должна быть в другой стороне, отозвался тот, подумав пару секунд.

В тот же момент в самом центре пятна вспыхнула яркая звездочка. Пройдет еще несколько мгновений, и она станет увеличиваться, стремительно двигаясь на запад, а затем предстанет громадным огненным диском молочного цвета размером в 2–2,5 лунных диаметра, опоясанная все теми же бледными кольцами. Иллюзия, оптический обман, продолжение сна? Предугадывая подобные сомнения, Георгий Атманаки оставил в «Деле» такую запись: «Мы уже бодрствовали более часа, так что смогли отойти после сна и не верить галлюцинациям…»

Светящийся диск вызывал любопытство и чувство страха одновременно. Сначала было впечатление, что прямо сюда, на них, падает небесное тело. А когда оно разрослось до таких размеров, показалось, что в соприкосновение с Землей входит какая-то планета, вот-вот произойдет столкновение, и от всего земного не останется и следа. Парни стояли, как под гипнозом, и опомнились лишь тогда, когда диск начал блекнуть. В сию же секунду бросились к палатке, чтобы разбудить товарищей.

Описывая увиденное, Г.Атманаки удивляется: «Не знаю, каким образом Карелин (руководитель похода) сумел выскочить из спального мешка и выбежать в носках и нижнем белье на улицу…» Уж слишком недолго продолжалось видение, и счет шел на секунды! Оказавшись вне палатки, он увидел теряющий очертания диск и светлое расплывающееся пятно. Какое-то время оно двигалось и падало на землю. А затем скрылось за увалом, оставив на небе светлый след. По утверждению Г.Атманаки, на часах было 6 часов 57 минут. Приближался рассвет…»

Карелин В. Г. и Атманаки Г.

В деле имелось и свидетельство-телеграмма поисковиков о наблюдении полета «огненного шара» 31 марта:

«Проданову, Вишневскому. 31.03.59 г. 9-30 местного времени.

31.03 в 4.00 в юго-восточном направлении дежурный Мещеряков заметил большое огненное кольцо, которое в течение 20 минут двигалось на нас, скрывшись затем за высотой 880. Перед тем, как скрыться за горизонтом, из центра кольца появилась звезда, которая постепенно увеличивалась до размера Луны, стала падать вниз, отделяясь от кольца. Необычное явление наблюдали многие люди, поднятые по тревоге. Просим объяснить это явление и его безопасность, так как в наших условиях это производит тревожное впечатление. Авенбург, Потапов, Согрин».

Известно и еще одно свидетельство Штрауха, взятое из статьи С.Богомолова, газета «Уральский рабочий» от 31 октября 1990 г. о наблюдении «огненного шара» двадцать лет спустя после аварии группы Дятлова:

16.02.79. В 20 часов 15 минут на северо-западе на горизонте появилась яркая голубовато-белая вспышка, она превратилась в быстро растущий круг ослепительного света, который затем вытянулся в эллипс. В центре вспышки появился багрово-дымчатый шар, величиной с полную Луну, быстро поднялся кверху и растаял, не дойдя до зенита. Световое пятно-эллипс рассыпалось на сегменты, словно дольки апельсина, и постепенно угасло, оставив на небе слабо светящийся след. Все длилось 6-10 минут, затем все померкло…

Вот, интересно! Тут и «дольки апельсина» в небе рассыпались!..

Наконец, о наблюдениях «огненных шаров» было известно и по показаниям таежных охотников (в том числе охотников-манси), промышлявших на Северном Урале, ― об этом говорилось в фильме телеагентства Урала (ТАУ) «Тайна перевала Дятлова».

Постепенно эта загадка заворожила, заставила чаще обращаться к ней в мыслях. На первом шаге предположил, что «огненные шары могли быть полетами зенитных ракет. Тогда на Урале уже появились зенитно-ракетные дивизионы комплекса С-75, ― через год, 1 мая 1960 года дивизион майора Воронова собьет самолет-разведчик Фрэнсиса Пауэрса под Свердловском. По этому случаю и по тактике боев с применением зенитных ракет даже написал две статьи, в „Отечественных записках“ газеты „Советская Россия“. Здесь тоже написал статью, в которой высказал предположение об „огненных шарах“, как о полетах зенитных ракет. Гипотеза имела основания, поскольку при старте ускоритель зенитной ракеты создает мощный факел огня в течение нескольких секунд. Далее ракета летит с использованием маршевого двигателя, факел которого горит порядка 1–3 минут. Полет зенитной ракеты виден с достаточно большого расстояния. Имелись сведения и о том, что в районе горы Чистоп позже (1972 по 1986) находилась радиолокационная станция дальнего обнаружения. Поэтому на этой позиции ранее мог базироваться один из зенитно-ракетных дивизионов. В своих выводах я не был уверен до конца, поскольку время наблюдения „огненных шаров“ (порядка 15–22 минут) не соответствовало времени полета зенитных ракет. Вначале я это объяснял ошибками засечек времени свидетелями, но позже выяснилось, что это объяснение неправильное.

Предположение о зенитных ракетах поставило вопрос: «А зачем стрелять ракетами, по каким целям»? Ведь подобный огонь ― вещь весьма дорогая. Предположительно целями могли быть разведывательные шары-зонды, которые американцы запускали на нашу территорию с радио и фотоаппаратурой со «шпионскими» целями. Шары летели преимущественно по западным ветрам стратосферы на большой высоте порядка 20–30 км, и сбить их в те годы можно было только ракетой. Горение шара, наполненного водородом, после попадания в него ракеты, по моим представлениям, могло несколько увеличить время наблюдения «звезды» и «сгладить» видимое противоречие моей «гипотезы».

Из-за сомнений я все же не стал публиковать статью на сайтах, ― я ее дал только на форуме турклуба «Романтик» УГТУ-УПИ, и разослал знакомым по Интернету. На форуме (в начале 2007 года) мне сразу резко стал возражать Игорь Шелеметьев, ― бывший председатель МКК уральских политехников. Шелеметьев утверждал, что по его сведениям под Ивделем никогда не базировались зенитно-ракетные дивизионы, что он занимался делом дятловцев 25 лет, что он работал на Байконуре, и знает ракетную технику лучше меня. Он отрицал мою позицию практически по всем вопросам, придерживаясь «техногенно-криминальной» версии аварии Дятлова. В своем письме он сообщил о том, что 17 февраля был произведен пуск крылатой ракеты (самолета-снаряда) «Буря» с полигона во Владимировке (это примерно в 50 км от Капустина Яра).

Примечание. Самолет-снаряд «Буря» разработки ОКБ Лавочкина представлял крылатую ракету с прямоточным воздушно-реактивным двигателем. Проектировался, как стратегический межконтинентальный носитель термоядерного оружия. У нас была еще похожая разработка «Буран», (это не космический «Буран»), а у американцев были похожие разработки самолетов-снарядов «Снарк» и «Навахо». Двигатель-прямоточка «Бури» работал только на большой скорости, поэтому для старта и разгона «Буря» имела реактивные ускорители на ЖРД, которые после разгона отбрасывались. «Буря» летела со сверхзвуковой скоростью(3,2–3,5)М на высоте от 17,5 до 25 км, что существенно меньше скорости и высоты полета баллистических ракет. Из-за этого «Буря» была уязвима перед средствами ПВО, ― самолетами-перехватчиками и зенитными ракетами. Поэтому от «Бури» отказались, и проект закрыли. Американцы тоже закрыли свой проект «Навахо» после 11 неудачных пусков. Стратегические крылатые ракеты не выдержали конкуренции с баллистическими.

«Буря» на полигоне Капустин Яр.

Мне возражал также и москвич Владимир Борзенков, ― доцент МАИ и опытный турист-лыжник. Борзенков утверждал, что в то время еще не успели разместить зенитно-ракетные дивизионы на позициях, ссылаясь на воспоминания Цисаря в Интернете. Поэтому полеты зенитных ракет не могли иметь места. Воспоминания Цисаря я нашел и прочел. Но на их основе трудно было сделать определенные выводы о том, когда и где действовали дивизионы, и какую каждый имел боеготовность.

Я сообщил Борзенкову о возражениях Шелеметьева, и о факте насчет «Бури». На это Борзенков ответил, что пуск «Бури» по его данным был не 17 февраля, а 17 апреля, ― в день, когда «огненные шары» не наблюдались. Эти противоречия привели в тупик, заставили усомниться в правильности и своих выводов, и выводах оппонентов. В результате размышлений я решил проверить факта пуска «Бури» и найти третий источник информации, который бы рассудил, кто прав, Шелеметьев или Борзенков.

Я разыскал в своей библиотеке случайно купленную книгу А.Б.Железнякова «Взлетая, падала ракета» (С-Пб, «Система», 2003), написанную коллегой-политехником, ― как и я, «физмеховцем», но аэрогидродинамиком (а я «прочнист» с соседней кафедры). По книге просмотрел хронологию аварийных космических пусков, ― в ней о пусках ракет от 17.02 и 31.03 ничего не сказано.

Для проверки решил найти Железнякова, выяснить его мнение и по моей статье, и о пусках «Бури». Найти его сайт в Интернете оказалось несложно, как и электронный адрес. На запрос Железняков ответил быстро, и после переговоров по телефону, я отправил ему свою статью. А через несколько дней позвонил ему по телефону.

При разговоре выяснились новые интересные факты, которые в чем-то подтверждали, а в чем-то опровергали мои предположения о зенитных ракетах. Железняков сообщил, что за период с 1953 по 1960 год американцы запустили более 12 тысяч разведывательных шаров-зондов на нашу территорию!!! Боже правый! Этих «пузырей-шпионов» по десятку в день запускали без выходных с фото и аппаратурой для разведки. Фотографировали, засекали частоты радаров, искали предприятия химической и атомной промышленности по составу атмосферы и т. п. Как американцы у нашей «замочной скважины» извивались, пока у них спутники-шпионы не появились! Шары пускали из западной Европы, Скандинавии и из Северных морей с кораблей и самолетов, а сажали и вылавливали их на Дальнем Востоке. Шары имели сложную ячеистую конструкцию, и сбить их с самолета было непросто, поскольку одиночный прокол снарядом или пулей не вызывал падение шара. Конечно, большое количество шаров улетало совсем не туда, куда надо, большая часть их терялась, но отдельные доставляли некоторую информацию. Шары обычно наполняли негорючим гелием, и сильно гореть «водородом», они никак не могли.

Александр Борисович Железняков.

Железняков выдвинул то серьезное возражение против зенитных ракет, которого я сам опасался: время полета не соответствовало времени их наблюдения. Я понял его «железную» правоту, и на какое-то время у меня «упало сердце». Может, это вообще была «не ракета», а что-то другое?

Насчет «Бури» Железняков сообщил, что никаких пусков крылатых ракет (в том числе и пусков крылатых ракет «Буря») 01–02.02.59 г. не производилось. Железняков указал следующие даты и подробности пусков «Бури» с Владимировки:

20.02.1959, сер. 2 / 5, пуск отменен по техническим причинам (отказ на старте).

29.03.1959, сер. 3 / 4, полет продолжался 25,33 мин. Из-за проблем в двигателе расчетная скорость не достигнута. Дальность полета МКР составила 1315 км.

19.04.1959, сер. 2 / 5, продолжительность полета ― 33,5 мин. Дальность полета ― 1766 км. Максимальная скорость ― 3,15 М.

02.10.1959, сер. 2/4, программа полета выполнена. Время полета ― 10 мин. 17 с.

Вариант с «Бурей» не прошел, возражение Железнякова против зенитных ракет серьезно, а я опять оказался в тупике. Может, здесь вообще все эти «ракеты» ни при чем? Может, совсем другое какое-то явление наблюдали?

Подумав, связался по Интернету с Гернштейном и спросил: «А чем по твоему мнению уфолога эти „огненные шары“ могли быть». Михаил ответил: «Только ракета!». И опять, между делом, напомнил о пуске ракеты с Тюратама 17.02.59, о чем говорил мне в марте 2006 года при нашей первой встрече в РГО. Но я тогда не придал этой фразе значения: ведь Байконур (точнее, Тюратам) находился на очень большом расстоянии от района Северного Урала, ― более 1700 км. Казалось, это слишком далеко, чтобы наблюдать пуск космической ракеты, поднимающейся всего на какие-то 200–300 км, да еще на 30 градусов над горизонтом, как описывали свидетели. Простой расчет в уме исключал такой вариант.

Но теперь вторичное напоминание о пуске 17 февраля вызвало сильные подозрения. Все опять «уперлось» в эту «упрямую» дату. Я решил проверить, что это за пуск, ― может, из-за обострения внимания, а может, и от «безысходности» ситуации.

Размышляя, перелистал еще раз книгу Железнякова, прочел показания свидетелей. А. может, эти пуски ракет Р-7 были не «космическими» и не «аварийными», ― и по этим причинам не попали в хронологию аварийных пусков? А тот «огненный шар», который наблюдал Штраух? Нет ли его в книге Железнякова?.. Открыв книгу на странице 179, обнаружил очень подозрительную запись от 16.02.79:

«16.02.79. С 41-й площадки космодрома „Плесецк“ осуществлен пуск ракеты-носителя „Союз-У“, которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной спутник-фоторазведчик типа „Зенит-2М“. Из-за аварии РН пуск закончился неудачей».

Фраза насторожила еще больше, и появилось ощущение близости разгадки. Пуск с Плесецка, и ракета летела значительно ближе к району Северного Урала, чем ракета с Тюратама. Она могла быть видна, но этот пуск не давал объяснения других пусков. В целом эти данные еще более обострили подозрения о пуске 17-го февраля.

Решил спросить и об этом пуске у Железнякова, и заодно спросить о пусках 31.03.59 и 17.02.59. Продумал вопросы и возможные варианты ответов для того, чтобы поставить вопросы более точно и информативно.

Ну, хорошо, даже если обнаружится, что пуски были, как 16.02.79, но были ли они теми самыми «огненными шарами», которые наблюдали свидетели? Как это проверить?..

Время! Надо проверить время наблюдения, ― проверить с точностью до минут. Если время пуска и время наблюдения пуска совпадут, значит, эти «огненные шары» ― это ракеты с космодромов!

И еще один момент надо проверить, ― это высота, ― высота полета ракеты. На какую высоту должна подняться ракета, чтобы быть видимой из района Северного Урала? Провести проверку надо по двум направлениям, ― во-первых, расчетом определить, на какую высоту должна была подняться ракета, чтобы оказаться в зоне прямой видимости из Ивделя, и, во-вторых, сравнить точное время пуска и время наблюдения,

Расчет оказался несложным. Вначале он дал высоту около 250 км, но позже цифру немного уточнил, ― с учетом высоты наблюдателя она снижалась до 210 км.

Железняков быстро установил время пуска 17 февраля, ― 1.46 по Гринвичу, что соответствует 6.46 по Свердловску. Он сообщил также, что разделение 1–2 ступеней произошло в 6.48 (118 с полета), а на вопрос о возможной высоте подъема ракеты Р-7 по баллистической траектории сказал, что 900 км ракета одолевает без особого труда. После этого и мне, и Герштейну стало понятно, что Токарева и другие свидетели наблюдали именно боевой пуск Р-7 с Тюратама, с расстояния более 1700 км! Ведь время совпало достаточно точно со временем, указанным свидетелями, да и время видимого полета «звезды» в течение 15 минут вполне соответствовало времени полета Р-7 за видимый горизонт. Причем пуск 17.02.59 оказался не космическим, а успешным баллистическим пуском первой боевой серийной ракеты Р-7 с Тюратама на полигон Куру (Камчатка). Боеголовка упала с перелетом на 24 км с боковым отклонением 6 км от расчетной точки. Несколько позже по американским сайтам удалось уточнить данные об апогее при этом пуске: 1000 км.

Боевая межконтинентальная баллистическая ракета Р-7 на стартовой позиции.

2 июня 2003 года. Ночной старт РН Союз ФГ со спутником Марс Экспресс.

Сброс «боковушек» на 118 секунде и «перистое облако» вокруг ракеты.

Боковушки отпали» маленькими «звездочками», а вторая ступень ушла вверх.

Старт ракеты-носителя «Союз-ФГ» 10 октября 2007 года (17.23 по «Москве») с пилотируемым космическим кораблем «Союз ТМА-10». Вид от места старта (фото Железнякова А.Б.).

В пятницу (09.02.07) Железняков уточнил и сообщил время пуска ракеты от 16.02.79 для проверки наблюдения Штрауха. Пуск был по «усредненному» времени (по источникам США с погрешностью засечки) в 15.00 по Гринвичу, или в 20.00 по Свердловску. Ясно, что Штраух указал время окончания наблюдения, ― вот и получилось 20.15. И по описанию все сошлось точно, ― ведь «распад на сегменты, словно дольки апельсина» явно был сбросом пакета первой ступени, сбросом четырех «боковушек» «Союза-У». Так и второе свидетельство получило объяснение…

Но у нас что-то не сходилось по третьей дате, поскольку пуск от 31.03.59 Железняков в своих данных не обнаружил. Что-то здесь «не клеилось», хотя я чувствовал, что мы близки к разгадке.

Промучился часа три, прежде чем решился перезвонить Железнякову и попросил его посмотреть «рядом», ― в близких числах. Почувствовал здесь какую-то ошибку по времени. Может, ошибка на сутки? Он посмотрел данные и нашел пуск. Пуск с Тюратама 30.03.59 в 22.53 по Гринвичу, что соответствует 3.53 по Свердловскому времени 31 марта! И здесь четко совпали время пуска и его наблюдения. Это был аварийный пуск ракеты Р-7, причем авария второй ступени РН произошла на 280 секунде, ― ее и наблюдали поисковики. Позже по более полным показаниям Мещерякова и Якименко удалось установить и дополнительные детали наблюдения и особенности полета. Мещеряков видел, как «звезда» в конце полета смещалась вниз, к краю окружавшего ее облака. А после того, как «звезда» скрылась за горой, он наблюдал кратковременную вспышку. Время наблюдения составило 22 минуты. Отсюда понятно, что после аварии ракета шла вверх около 5 минут, а затем начала падать. При входе в плотные слои атмосферы с большой скоростью на высоте 60–80 км произошло разрушение топливных баков из-за их разогрева и аэродинамических нагрузок. Разрушение баков вызвало воспламенение и взрыв остатков топлива. Со вспышкой, которую наблюдал Мещеряков, когда «звезда» скрылась за горой.

10 февраля 2007 г. природа «огненных шаров» для меня, Железнякова и Гернштейна стала понятна. По крайней мере, мы установили, почему и когда летали «огненные шары». Вопрос о связи этого явления с аварией Дятлова уже не казался сложным.

Стали понятны и дополнительные детали наблюдения свидетелей. Почему, например, карелинцам, казалось, что «огненный шар летит на них? Это происходило потому, что ракета, двигаясь в северо-восточном направлении, поворачивалась в сторону наблюдателей факелом своего двигателя. Она светила назад, подобно фонарю, ― свет направленного фонаря заметно сильнее, когда им светят прямо в глаза. Усиление света создавало иллюзию движения „огненного шара“ в сторону наблюдателя. Но при этом ракета летела совсем в другую сторону. Похожее явление происходило и при пуске 31 марта. Свет факела ракеты очень яркий из-за больших размеров и высокой температуры, и он освещал облако ее инверсионного следа, которое тоже светило в небе, как ореол вокруг „звезды“. Отсюда и сильные световые эффекты в безлунную ночь при хороших условиях видимости.

Пуск по баллистической траектории уводит межконтинентальную ракету значительно выше, чем пуск на низкую орбиту искусственного спутника Земли, причем вывод на большую высоту происходит уже на активном участке траектории. При высоте подъема 1000 км боевые пуски ракет с Тюратама видны на удалении в несколько тысяч километров и достаточно высоко над горизонтом, ― под углом до 30°. Особенно хорошо «звезда» ракеты с ореолом инверсионно-газового следа видна в ясную безлунную ночь с возвышенного места, ― оттуда, где видимый горизонт не заслонен близко расположенными объектами. В горах световой эффект усилен из-за чистоты воздуха и высокого положения наблюдателя. В городах эти наблюдения затруднены и из-за ограничения видимого горизонта строениями и из-за задымленности воздуха.

После 1960 года из района Северного Урала наблюдали пуски ракет с космодрома Плесецк. Эти наблюдаемые пуски по траектории могли быть, как «баллистическими», так и «космическими» ввиду небольшого удаления траектории полета ракеты от района наблюдения (удаления порядка нескольких сотен километров в зависимости от положения наблюдателя и траектории полета). Ракеты с Плесецка могли наблюдаться и близко от «зенита», ― «над головой». Но не в 1959 году, а позже, с 1960 года (с 1963–1964 годов), когда космодром Плесецк вошел в строй…

Железняков сообщил мне еще об одном пуске 2 января 1959 года станции «Луна-1» в 21.41 (по Свердловскому времени, 16.41 по Гринвичу). Этот пуск из района Северного Урала мог наблюдаться. Это был прямой пуск ракетой в сторону Луны по крутой баллистической траектории без вывода станции на орбиту искусственного спутника. Возможно, именно этот пуск видели охотники-манси, от которых поисковики услышали рассказы об «огненных шарах» «второго числа». Только не «второго февраля», а «второго января».

По данным Владимира Борзенкова о положении Луны 17 февраля и 31 марта 1959 года.

17 февраля 1959 г. восход Луны-19:49 азимут 49 град. заход Луны-00:36, азимут 311 град.

31 марта 1959 г. восход Луны ― 11:28 азимут 131 град. заход Луны-18:45, азимут 230 град.

Вывод на основе данных однозначен: утро 17 февраля в 6.50 и ночь 31 марта 1959 г. в 4.00 были безлунными. Это, безусловно, усилило световые эффекты при наблюдении полета ракет.

Можно привести еще те же данные на 1–2 февраля, ― на дни аварии:

Дата: Воскресенье 01 февраля 1959. Временная зона: GMT +5:00

Сумерки астрономические 06:53 (начало восхода). Сумерки гражданские 08:42 (рассвет).

Восход солнца 09:35 азимут 128. Закат солнца 16:58 азимут 232

Сумерки астрономические 19:42. Сумерки гражданские 17:52.

Дата: Понедельник 02.02.59. Восход Луны 04:25 азимут 128 полнота 37 %.

Закат Луны 11:53 азимут 230 полнота 33 % Т. е. безлунная ночь 1.02.59 наступила в 19:42.

Но и это в плане наблюдений, как оказалось, не все. В октябре 2007 г. в личной беседе профессор-географ Чистяков указал на одну неточность в моих утверждениях. Дело в том, что луч света преломляется в атмосфере, как в призме, и при этом немного огибает земную поверхность. Угол преломления может доходить до 6 градусов. Эти 6 угловых градусов (предельные), на дальности 1700 км дают по высоте подъема ракеты 177,8 км, а при дальности 2000 км ― 209 км. Можете убедиться сами, умножив дальность на синус этого угла. По данным геометрического расчета ракета должна была быть видна с такой дальности при подъеме на высоту 210–250 км (в зависимости от высоты наблюдателя до 1000 м в горах Урала). Из этих цифр ясно, что эффект преломления лучей света в атмосфере позволял видеть ракету уже через минуту-две после старта, ― при подъеме на высоту всего несколько десятков километров (32–72 км). Конечно, 6 градусов, ― предельная величина, а реальная величина преломления могла быть и меньше. Тем не менее, этот эффект заметно увеличивал время наблюдения, поскольку ракета становилась видимой уже тогда, когда она еще не успевала набрать большую скорость и высоту. Это явление также объясняет столь длительное время наблюдения. И объясняет, почему ракета была видна с таким большим углом возвышения 30 градусов над видимым горизонтом. При высоте подъема в апогее 1000 км: эффект преломления лучей в атмосфере создавал иллюзию подъема на большую высоту, чем на самом деле. Это наглядно видно на схематичном рисунке (ход луча света показан красной линией):

Итак, мы выяснили, почему летали «огненные шары», и что это такое.

Стало понятно, почему старты ракет наблюдались и не были пропущены: в случае 17.02 старт был замечен дежурными, которые к 7 утра уже пробудились ото сна, а в случае 31.03 старт замечен дневальным Мещеряковым, ― ночным дежурным палатки поисковиков. Без этих бодрствующих наблюдателей, полеты остались бы незамеченными, ― туристы их бы просто проспали. Полеты не сопровождались звуковыми эффектами.

Стало понятно, что главным источником «версии огненных шаров», как причины аварии Дятлова явилась сначала группа Карелина, а затем и присоединившаяся к этому мнению группа поисковиков, наблюдавших подобное явление 31 марта. Понятно, почему они так считали: они видели наяву это явление, им не надо было доказывать (как другим), что оно существует.

Но все же остался другой вопрос: «Как это явление связано с аварией группы Дятлова?

По данным Железнякова никаких пусков тяжелых советских ракет на межконтинентальную дальность 1–2 февраля не производилось (американцы запустили спутник 1.02, но это событие произошло очень далеко от района Северного Урала). В эти числа не производились также пуски метеорологических и крылатых ракет наземного базирования. А дальность крылатых ракет морского базирования тогда не превышала 150 км, причем в разработке находились ракеты с дальностью не более 500 км и из района Северных морей эти ракеты долететь до горы Холатчахль не могли. Все эти данные, предоставленные Железняковым, полностью опровергали любую возможную связь аварии Дятлова с полетами ракет и «огненными шарами». Кроме того, все пуски даже в другие даты происходили столь далеко от района Сев. Урала, что они никак не могли быть причиной несчастного случая. Все подозрения на этот счет надо отбросить, как заблуждения.

Но, может, мы все же в чем-то ошибались, и есть надежные свидетельства о наблюдении «огненных шаров 1 или 2 февраля 1959 года, ― проверку требовалось провести и с этой стороны. Чтобы разобраться в этом вопросе, я стал пристально изучать и проверять эти свидетельства.

Все эти «свидетельства» оказались на редкость неопределенными, нечеткими по сравнению со свидетельствами от 17.02.59, 31.03.59 и 16.02.79. Без точного указания времени, направления полета и видимых эффектов. Вроде бы видели похожий «огненный шар» и 1 или 2 февраля 1959-го (и даже 7.02), но никаких подробностей никто не запомнил.

Имелось свидетельство следователя Л.Н.Иванова:

«…Еще один такой шар видели 31 марта того же года, но видели нечто подобное и в ночь гибели ребят, то есть с первого на второе февраля студенты-туристы геофака пединститута, есть в деле показания Г.Атманаки о светящемся шаре над Отортеном первого февраля… (Л.Н.Иванов, „Тайна огненных шаров“.)

Проверка этого свидетельства показала, что оно ошибочно, поскольку Г.Атманаки был в группе Карелина и наблюдал «огненный шар» 17.02, но не 1.02.

Не было никакого свидетельства группы Юрия Блинова, находившейся в это время в районе горы Ишерим.

А свидетельства «студентов геофака» пединститута удалось проверить и по воспоминаниям корреспондента Григорьева Г.К. (Областная Газета. 01.02.2001 г.) и по статье участника похода Владимирова М. И по заметке руководителя похода Шумко А. Из этих статей следует, что участники группы свердловского Пединститута со склона горы Чистоп наблюдали полет сигнальной ракеты примерно 8 февраля 1959 г. Это наблюдение по времени не совпало с аварией Дятлова, поскольку группа пединститута по срокам похода не могла находиться на Чистопе в ночь аварии Дятлова.

Но и само явление, и источник, откуда пошли слухи о наблюдении «огненного шара» группой пединститута» просматриваются из указанных источников. Группу Шумко не надо путать с группой пермского пединститута (ППИ). Последняя тоже готовилась к походу в районе горы Отортен примерно в то же время, что и группа Дятлова. Но маршрутная комиссия, оценив их силы, изменила маршрут группы ППИ и направила их поход в район горы Ишерим.

По всем признакам и свидетельство М.А.Аксельрода из фильма ТАУ насчет наблюдения «огненных шаров» 1–2 февраля в той же мере ошибочно, как и ссылка Иванова. В нем Аксельрод, со слов своей жены утверждал, что около 1–2 февраля полет «огненного шара» наблюдался из района Нижнего Тагила, о чем была заметка в газете «Тагильский рабочий». И добавил, что из-за этой заметки сняли редактора газеты. Услышал он это свидетельство на «весеннем празднике УПИ», то есть много позже 2 февраля (прошло, видимо, 2–3 месяца). Но ведь известно, что заметка в газете «Тагильский рабочий» появилась 18 февраля, и написана она была по свидетельству очевидца от 17 февраля. Посудите сами: если бы была какая-то другая, более ранняя заметка о подобном явлении, и из-за нее сняли бы редактора газеты, то, как могла бы вторая такая заметка появиться?.. Нет, явно и свидетельство Аксельрода опиралось на результаты документального наблюдения 17 февраля и ложный слух о том, что подобное явление имело место и 1–2 февраля.

Еще ссылаются на показания охотников-манси, якобы видевших «огненные шары» в начале февраля. Сейчас ясно, что охотники-манси могли видеть полет «огненного шара» не 1–2 февраля, а 2 января 1959 г., как указано выше. Ну, а то, что рисунки «огненных шаров», сделанные охотниками-манси вообще не приложили к делу (как приложили показания других свидетелей), говорит о том, что эти их «свидетельства» были слишком неконкретны и неопределенны по содержанию и срокам, чтобы принять их всерьез.

Протокол опроса свидетеля Кривонищенко Алексея Константиновича (отца погибшего Юрия Кривонищенко), в котором описывается полет «огненного шара», не является прямым и достоверным свидетельством. Поскольку Кривонищенко А.К. не являлся свидетелем наблюдений и его показания основаны на рассказах каких-то неизвестных лиц, не имеют точных датировок наблюдений, привязок их к месту и направлениям. Эти показания даны 14 апреля, ― много позже аварии Дятлова, когда уже о ней разошлось множество слухов.

В показаниях Кривонищенко очень подозрительно «разделилась» дата наблюдения 17 февраля на 1 и 7 февраля. Может, он неверно воспринял чью-то запись о событиях 17 февраля, разделив ее на наблюдения от 1 и 7 февраля? Похоже, что это так, поскольку нигде более не упоминаются какие-то наблюдения «огненного шара» от 7.02.

А в протоколе опроса Александра Николаевича Дубинина, ― отца Люды Дубининой, ― указано время наблюдения полета «огненного шара»: 7 часов утра. Этот факт тоже крайне подозрительный, поскольку в 7 часов утра полет «огненного шара» наблюдала группа В.Карелина 17.02.59. Похоже, до Дубинина тоже дошел слух, идущий от наблюдения 17 февраля, но никак не от 1–2 февраля.

Уже тогда, в начале апреля 1959 года фантазеры со слов поисковиков неверно пересказывали всякие выдумки о полетах «огненных шаров» родным и близким погибших дятловцев. Рассказывали, совершенно не поняв природу этого явления, на основе смутных догадок, в которых было больше вымыслов, чем правды. А убитые горем родные погибших начинали верить этим слухам просто потому, что других объяснений тогда еще не получили. Власти тогда предпочитали молчать, не понимая, что же случилось с группой Дятлова, поскольку следствие не завершилось, а всех погибших еще не нашли.

Вот так провалились все попытки найти документальное свидетельство от 1–2.02.59 г. во всех доступных источниках (в статьях, книгах, в Интернете). Ни в одном из источников такого свидетельства нет. Есть только туманные ссылки о том, что «это», якобы, кто-то видел. Но вот кто, когда, и что видели, ― нигде не сообщается.

Поэтому факт наблюдения «огненных шаров» 1–2 февраля пока ничем не подтвержден. Вызывает очень большие сомнения и то обстоятельство, что все слухи вокруг полетов «огненных шаров» 1–2 февраля родились уже после аварии Дятлова и после наблюдений 17.02 и 31.03. А событие это, если оно имело место, должно было проявиться и быть отмечено сообщениями раньше, ― так же, как, например, свидетельство Токаревой и статья в газете «Тагильский рабочий» появились еще до того, как стало известно об аварии группы Дятлова. Нет, вот такого раннего свидетельства нигде нет. Поиски его и в материалах дела, и в статьях, и в Интернете ничего не дали. Фактически все «свидетельства» от 1–2.02 оказались на уровне слухов.

Вывод прост: ни одно из «свидетельств» о полетах «огненных шаров» от 1 или 2 февраля не является достоверным фактом и не может быть принято в качестве доказательства. По крайней мере, до появления каких-то новых данных.

Поэтому связывать аварию Дятлова с полетами «огненных шаров» никак нельзя, особенно с учетом того, что известные «огненные шары» от ракет Р-7 летели в 1959 году на расстоянии более 1700 км. И с учетом того, что пуски ракет 1–2 февраля не производились, а на месте аварии не было следов падения ракеты или взрывов по результатам поисковых работ и многочисленных экспедиций. А также с учетом того, что травмы дятловцев по результатам экспертиз не могли быть следствием взрыва или падения ракеты.

По пускам ракет можно добавить еще вот что. Испытание и полеты ракет Р-7 в те годы имели эпохальное, историческое значение. Эти ракеты вывели в космос и первые спутники, и первых людей. Эти ракеты тогда были мощнее, чем самые тяжелые американские ракеты «Атлас» и «Титан». Позже они превзойдут «Титаны» и по надежности, и по сроку жизни, и по количеству модификаций. Эти ракеты не смогли бы долго «существовать» в качестве «чисто» военных МБР. Королев гениально предвидел это и нашел им новое, очень эффективное применение в качестве ракет космических. И сейчас равного ракете «Союз» по надежности носителя в мире ни у кого нет. Эта ракета ― прямой потомок, дальнейшая модификация ракеты Р-7.

Американцы только спустя 10 лет смогли дать достойный ответ на эти пуски, высадив первых людей на Луне. По целому ряду причин испытание ракет Р-7 было делом особой государственной важности и делом строго засекреченным. Секреты скрывали не от «своего народа», ― их скрывали от потенциального противника. Например, надо было скрыть, сколько позиций для пуска ракет Р-7 имелось у СССР, и где они находятся. Таких пусковых установок имелось совсем немного: 2 или позже, 3. Требовалось скрыть, сколько времени требуется для подготовки и запуска ракеты. Тогда для этого требовалось двое суток (позже: 1 сутки). Ясно, что в случае атомной войны второй пуск просто не успели бы сделать, ― позицию бы успели разбомбить. Каждый пуск был связан с преодолением больших трудностей и был очень «затратным».

Только при обеспечении строжайшего режима секретности удавалось «выравнивать балансы» холодной войны. На «весах» холодной войны одна ракета Р-7 «уравновешивала» сотни стратегических бомбардировщиков США. Поскольку даже несколько ударов такими ракетами по территории Северной Америки делали саму доктрину третьей мировой войны и ядерного нападения на СССР совершенно несостоятельной даже при опасно неравном соотношении ядерных сил СССР и США (см. ниже). Режим секретности вокруг испытаний военной техники был связан тогда вовсе не с «обманом властей народа» (как пишет Иванов в упомянутой статье), а с необходимостью сохранения секретности стратегических объектов и сокрытия стратегического потенциала от вероятного противника.

Тогда в разгар «холодной войны» существовала опасность прямого ядерного нападения. Поскольку США раньше СССР наладили технологию поточного производства ядерных зарядов, ― у США их было примерно в 20 раз больше, чем у СССР (по данным министра обороны США Макнамары, обнародованным в конце 60-х годов соотношение было примерно 6000 к 300). При таком соотношении ядерных сил СССР нуждался в тщательнейшем сокрытии расположения стратегических и военных объектов и тщательном сокрытии своего стратегического потенциала, чтобы хоть как-то восполнить огромную разницу в ядерных вооружениях с США. Поэтому понятны действия местных чиновников по сокрытию информации об «огненных шарах» для сохранения государственных тайн, о существовании которых они сами почти ничего не знали.

Ниже на скане страницы приведены данные из книги 4 Б.Е.Чертока «Ракеты и люди. Лунная гонка» о соотношениях стратегических вооружений СССР и США по материалам Р.Макнамары (Б.Е.Черток был заместителем С.П.Королева по радиосистемам). Стрелки на скане подрисованы для указания, откуда взяты итоговые цифры в последней строчке.

Эти данные наглядно показывают, кто был инициатором «холодной войны», гонки ядерных вооружений и кто первым планировал ядерную войну. Таким инициатором были в первую очередь силы войны в США, а не в СССР. Эти силы толкали руководство США и на новые витки гонки вооружений, и на военные провокации вроде полета Пауэрса.

В частности, и тогда, в Свердловске, местное партийное руководство решило закрыть дело о гибели дятловцев, поняв, что эти полеты «огненных шаров» как-то связаны с секретными испытаниями военных ракет, ― с испытаниями, о которых и первым секретарям обкомов почти ничего не сообщали. Власти здесь могли только о чем-то догадываться. Но ясно, что они тоже ничего не поняли, что это за «огненные шары», и почему они летали. Если бы поняли, то политики и чиновники рассказали бы об этом позже, в интервью или «мемуарах». Но пока о таких воспоминаниях ничего неизвестно.

Мнение Железнякова:

«Не думаю, что свердловские партийные функционеры „поняли“ связь огненных шаров и пусков ракет. Если они действовали по собственной инициативе, то это значит, что они перестраховались. Ну, а если по указаниям из Москвы, тогда вряд ли их о чем-то информировали. Сказали прикрыть дело и всё, без объяснения причин».

Разгадка тайны «огненных шаров» дала доказательство отсутствия связи этих явлений с аварией Дятлова. Причем стало понятно, откуда пошли слухи и легенды, откуда возникли «техногенные» версии и представления об аварии, основанные на наблюдениях «огненных шаров». И стало понятно, почему местные власти поспешили закрыть дело и на всякий случай отправить его в секретный архив.

Сведения о пусках ракет можно найти на сайтах в Интернете, ― см. Приложение А.

По группе пединститута использовали материалы статей:

Владимиров М. «В страну Югорию. Путевые заметки во время туристского похода студентов геофака СГПИ по Северному Уралу в январе-феврале 1959 года»

Шумко А. заметка «Расследование», «Карпинский рабочий» № 15–16 1127-286. от 02.1999.

«Блокноты Григорьева Г.К.», Областная Газета. 01.02.2001 г.

8. Разгадка тайны травм

По травмам дятловцев возникло много разных вопросов. Эти травмы явились важнейшими уликами, указывавшими на причины аварии, «ключом» к ее «шифру». Но в то же время неверные представления о состоянии дятловцев после получения ими травм мешали правильному построению картины событий.

Любая «версия» аварии являлась несостоятельной в том случае, если не давала ответ на два главные вопроса: отчего и как получены травмы, отчего и как погибли дятловцы.

По всем признакам тяжелые травмы были получены в результате компрессии, ― в результате сдавливания распределенной нагрузкой, причем сдавливания импульсивного, когда нагрузка быстро нарастает, а потом быстро уменьшается. Ведь и у Дубининой, и у Золотарева оказались сломаны не все ребра. Если бы нагрузка действовала длительно, она бы поломала им всю грудную клетку. А отсутствие каких-то внешних повреждений в местах наиболее опасных травм, да и множественный перелом ребер Дубининой и Золотарева указывали на то, что нагрузка воздействовала распределенной по площади, причем с обеих сторон воздействия. Она не прикладывалась со стороны какого-то «концентратора», который бы оставил после себя заметный след в виде местных повреждений. Сходство травм Дубининой и Золотарева указывало на воздействие от одного источника и примерно в одном направлении сверху и справа.

Вот вдавленный перелом Тибо, определенно явился следствием воздействия какой-то местной нагрузки, но здесь отсутствие внешних повреждений говорило о том, что нагрузка вряд ли была результатом резкого удара о жесткий предмет. Она, скорее всего, была результатом давления головы на жесткий концентратор через мягкую прокладку, защитившую наружные мягкие ткани от повреждения. В случае с Тибо такой концентратор (ботинок, фотоаппарат или кулак, подложенный под голову и опирающийся на что-то жесткое) располагался только с одной стороны приложения нагрузки, а с другой стороны концентратора не было, и нагрузка оказалась распределенной.

Травмы головы Слободина и Кривонищенко очень напоминали травму Тибо. У Кривонищенко отмечен разлитой кровоподтек на правом виске (до затылочной части), а у Слободина ― скрытая теменная трещина черепа, которая, скорее всего, тоже явилась результатом сдавливания головы. Явные признаки последствий сильного удара по голове имели и Колмогорова (с кровотечением на лице) и Колеватов (раны на щеке и под ухом). Во всех этих случаях определенно просматриваются и «правый» характер травм (от удара справа) и их «компрессионное» происхождение от импульсивного давления.

Но чем же там, на горе, могло сдавить так, что крепким молодым людям сломало ребра и кости черепа? Наиболее простым и естественным казалось объяснение: сдавливание было вызвано обвалом снега, накатом небольшой лавины. Характер травм определенно указывал именно на небольшую лавину с кратковременным, импульсивным воздействием. «Когти» лавины мы с Некрасовым увидели сразу. У Некрасова здесь возникли некоторые сомнения, но после размышлений и обсуждений он их отбросил.

Предположения Аксельрода о том, что дятловцев прижало к жесткому полу палатки навалившимся снежным потоком, нам казалось верным. Мы к этому выводу пришли сами, а приоритет Аксельрода подтверждаем.

Но эти естественные предположения вступали в противоречие с выводами судебного эксперта Возрожденного (по материалам «дела») о том, что Дубинина и Тибо с их травмами никак не могли двигаться самостоятельно, что они были недееспособны. Количество же дорожек следов, ведущих вниз, указывало, что 8 или даже 9 человек шли вниз самостоятельно или с некоторой поддержкой с боков. Возрожденный утверждал, что Дубинина погибла через 10–20 минут после получения травмы, и что Тибо никак не мог идти вниз сам, поскольку по всем признакам должен был потерять сознание. Выводы Возрожденного и следы ниже палатки, казалось, совершенно отвергали возможность получения травм внутри палатки. Поэтому противники «лавинной версии» определенно считали, что травмы получены где-то ниже, ― или на спуске в результате падений, или даже в лесу. А сторонники «техногенной» аварии считали, что травмы получены в результате «взрыва», «падения ракеты» или по каким-то другим техническим причинам. Но в каком месте они были получены, объяснить не могли так же, как не могли обосновать причины поспешного отступления дятловцев от палатки. Эти объяснения сводились обычно к «паническому бегству» от опасности, которое не имело места по целому ряду признаков. По характеру следов понятно, что группа отступала организованно, без разбегания в разные стороны, без потери отдельных участников и без резких отклонений от выбранного направления движения.

Мы вначале не поняли, насколько опасна травма сердца Дубининой, поскольку фраза в выводах о причинах ее смерти о том, что

«…смерть Дубининой наступила в результате обширного кровоизлияния в правый желудочек сердца, двустороннего множественного перелома ребер, обильного внутреннего кровотечения в грудную полость…»

содержала какую-то неточность. Что такое «кровоизлияние в правый желудочек сердца»? Сам этот желудочек ― наполненная кровью часть сердца, и о каком «кровоизлиянии» идет речь?

За разъяснением решили обратиться к специалистам. Привлекли к этому делу знакомого, ― опытного врача-хирурга Александра Ивановича Крупенчука, мастера спорта по туризму. Он очень опытный врач, да и по туристским вопросам «дока», особенно в части медицины. Рассказали ему о сути проблемы, дали книгу Матвеевой и другие имеющиеся материалы. Он прочел и «задумался» на какое-то время. Потом сказал, что сам определенные выводы сделать не может, ― надо проконсультироваться у знакомых патологоанатомов. А после консультаций с ними сказал: «Они тоже ничего точно сказать не могут. Ищите судмедэксперта! Они этими вещами постоянно занимаются и могут дать правильный ответ».

Поэтому стали искать судмедэксперта. Его удалось найти через Галину Щербинину, ― знакомого врача военно-медицинской академии (ВМА). После изложения сути вопроса профессор Михаил Александрович Корнев согласился помочь. Корнев, ― опытный специалист, доктор медицинских наук с опытом работы судмедэксперта более 40 лет, конечно, является более знающим судмедэкспертом, чем Возрожденный с 4 годами практики.

Корнев Михаил Александрович, 27.10.07. ВМА.

При встрече передали Корневу имеющиеся материалы (в июне 2006 г.), и мы расстались примерно на 2 месяца до окончания их изучения. Попросили его сделать собственные выводы, проверить наши выводы насчет лавинного происхождения травм, и проверить выводы Возрожденного в «деле» прокуратуры. Свое мнение Корнев нам изложил в августе 2006 г.

С травмой сердца Дубининой у нас тогда временно осталось непонимание, поскольку из вырванной фразы заключения о причинах смерти характер травмы был неясен и Корневу. И вначале имелась некая «общая неопределенность» в выводах Корнева ввиду отсутствия у нас официальных актов по результатам вскрытия погибших и актов исследования их тканей. Эти материалы официального расследования («дела») прокуратуры нам стали доступны в июне 2007 г., и их передали их Корневу на заключение. Встретиться с ним и получить выводы удалось только в октябре.

Характер травмы Дубининой определился: у нее обнаружили кровоизлияние в стенку правого желудочка сердца. Фраза в заключении экспертизы была неточной, но в акте все расписано подробно. Корнев определенно заявил, что вывод Возрожденного о «10–20 минутах жизни» Дубининой неверен. Если смерть от травмы сердца не происходит мгновенно, время дальнейшей жизни определить нельзя. Человек может жить неопределенно долго, может умереть в результате какого-то дополнительного воздействия и может умереть по совсем другой причине, не связанной с сердцем. Запомнился яркий пример из его практики. Человек получил повреждение ножом в грудь, ― врач обработал рану, которая зажила. Через год в результате компрессии, ― при сдавливании в толпе при выходе из кинотеатра человек умер. Выяснилось, что клинок ножа обломился и остался в теле. При сдавливании клинок перерезал концевую вену, и смерть была мгновенной…

В случае с Дубининой главной причиной смерти была не травма сердца, а замерзание. Травма сердца была лишь дополнительной причиной ее смерти. В случае с Золотаревым главной причиной смерти тоже явилось замерзание, а не перелом ребер. Перелом ребер и внутренние кровоизлияния были дополнительными причинами его смерти.

Корнев решительно отверг представление Л.Н.Иванова о том, что сердце Дубининой было повреждено осколком ребра. По его словам, такое повреждение совершенно невозможно по нескольким причинам. Прежде всего, ввиду очень большой эластичности живых тканей, ― живая ткань ― совсем не то, что «мертвые» ткани человека, она имеет совсем другие свойства и значительно прочнее и эластичнее. И ввиду защиты сердца сердечной сумкой, ― перикардом. Повредить сердце острым предметом без повреждения перикарда невозможно, а у Дубининой не обнаружили повреждение перикарда. Повреждение сердца ребром невозможно и из-за расположения ребер, а также потому, что ребра в зоне грудины имеют хрящевую структуру. Да и потому, что ребра даже в сломанном состоянии удерживаются окружающими тканями. В общем, «ребро в сердце», ― это явное заблуждение, которое надо отбросить.

Спросили, могла ли явиться травма сердца Дубининой следствием «ушиба сердца», ― той причиной, на которую указывали некоторые участники форума ТАУ «Загадка Дятловцев». На это Корнев ответил, что ушиб сердца в данном случае мог иметь место. При сильном ушибе сердца человек может умереть сразу из-за сбоя сердечных ритмов. А решительная реанимация может человека в отдельных случаях спасти, ― о таком случае из личной практики мне рассказывал Крупенчук, который видел автоаварию и спас водителя, у которого от удара об руль остановилось сердце. Но в случае с Дубининой мы не видели источника этого сильного, направленного и резкого удара в область сердца. Конечно, снег мог навалиться резко, но только при сходе «быстрой» лавины. Здесь же по всем признакам имел место достаточно медленный обвал, и удар с его стороны не мог быть приложен очень быстро. Корнев, правда, еще сказал, что эта травма могла вообще возникнуть уже после смерти из-за просачивания крови в стенку сердца. Экспертиза здесь не смогла сделать определенных выводов, поскольку ткани уже находились в состоянии гнилостного разложения.

Но все же, откуда могла возникнуть травма Дубининой, если она имела место при ее жизни? Ведь Корнев достаточно решительно отверг все возможности, связанные с «взрывными» или какими-то иными «техническими» источниками травм. И ему казались по условиям ситуации невозможным получение подобных травм в результате падений на склоне, падением дерева, падением с дерева. Может, использовать аналогии, ― схожие случаи для понимания того, что произошло?

Потому Корневу был задан такой вопрос: «Ну, а в Вашей практике случалось что-то подобное?» Ведь, по результатам недавнего разговора с операционной сестрой Солтер, никаких внешних повреждений хирург Прутков, осматривавший их вместе с Солтер в Ивделе, не обнаружил. Корнев ответил, что похожий случай в его практике однажды был, когда мужчина попал под медленно идущий поезд узкоколейки. Пьяный упал между рельсами, поезд на него наехал и сразу остановился. Никаких внешних повреждений погибший не имел, но внутри ему кости переломало. Корнев сказал, что при наезде поезда с большой скоростью, многочисленные повреждения возникли бы и внутри, и снаружи.

Мы обдумали, почему нет наружных повреждений, и поняли, что от них защищает одежда при определенных видах воздействия. Дятловцев от внешних повреждений защитила и одежда, и одеяла, которыми они накрывались, и ткань палатки. А вот открытые части тела ― лица, руки, головы у них получили многие мелкие повреждения в виде ссадин, небольших ран, царапин. Почти у всех дятловцах они были «налицо» и «на лице». В туристской практике такие травмы иногда возникают, но достаточно редко. У меня на памяти за 32 года походов есть 2–3 таких случая. Сам, случалось, падал так, что рюкзак летел через голову. Но без травм. Ведь лицо и голову человек интуитивно защищает всегда, подставляя все, чем можно защититься.

Невозможно, чтобы группа на полутора километрах пологого и ровного спуска без сбросов и крупных камней собрала такой богатый «набор» повреждений на голове в результате падений! Источник мелких травм на голове здесь явно иной. Мы увидели этот источник именно в ударе снежной лавины-«доски» по наружному краю палатки, ― удару по головам, и в последующих действиях по освобождению из палатки. Ведь дятловцев придавило, причем некоторым придавило голову.

Корнев указал на еще один возможный источник мелких травм: они могли растирать руками замерзшие лица, и это вызывало кожные повреждения. При анализе мелких повреждений совместно с адвокатом Геннадием Петровым, мы пришли к заключению, что это утверждение Корнева является верным. Поскольку многие повреждения кожи концентрировались на тех частях тела, которые человек обычно растирает на морозе и при воздействии ветра со снегом: на лице, ― на запястьях и предплечьях, а также в области голеностопных суставов. Но более серьезные травмы с кровоподтеками вызваны иными причинами.

Итак, мы поняли, почему не было внешних повреждений: одежда, одеяла, да и ткань палатки от них защитили.

Но с «ушибом» сердца Дубининой вопрос остался. Тогда решили подойти с другой стороны, рассудив так: у дятловцев была травма ребер в результате сдавливания, в результате «компрессии». Подумали, а не могла ли эта компрессия вызвать и травму сердца? Конечно, обвал снега обрушился и сдавил со скоростью сначала резко, потом нагрузка уменьшилась до статической, ― до нагрузки со стороны веса снега, оставшегося сверху на палатке. Люду с поломанными ребрами какое-то время придавило этим весом, пока ее не освободили товарищи. Давление слоя снега на палатке не смогло ей доломать оставшиеся ребра, но, может, эта остаточная компрессия и вызвала травму сердца Людмилы? Требовалось это уточнить.

Еще раз просмотрели акты экспертиз и сравнили размеры сердца всех дятловцев. Здесь никаких подозрительных отклонений не обнаружили, кроме одного, очень заметного. И именно у Дубининой, ― у нее указаны размеры сердца 12×4×5 см. И первый, и третий размеры заметно не отличались от размеров сердца остальных, ― они лежали в соответствующих пределах 11–13 см и 5–6 см. Но вот второй размер отличался заметно, ― у всех он находится в пределах 10–12 см, а у Дубининой всего 4! Новая загадка!

Позвонил Корневу и задал вопросы и насчет защиты одеждой от внешних повреждений, и насчет «компрессии», и насчет размеров сердца. Корнев сказал, что одежда действительно защищает от внешних повреждений при определенном характере нагрузки, когда она прикладывается с небольшой скоростью и не слишком велика по силовому воздействию. А насчет «компрессии» Корнев определенно заявил, что она могла вызвать кровоизлияние в стенку сердца, и что характер травмы здесь мог быть таким же, как и при ушибе сердца.

Так вот она, по всем признакам, причина травмы сердца Людмилы! Сердце ей сдавило, и это сдавливание вызвало такую работу с надрывом, что возникло кровоизлияние в стенку сердца.

А вот насчет «размера» сердца Корнев сказал, что это явная ошибка. Что здесь что-то не то записали в акте, поскольку «4 см» соответствует размеру сердца «маленького ребенка»! Ошибка! Но где? Сразу предположили, что нужная «цифра», ― это «соседняя» по габаритным размерам сердца других участников или с цифрой «10», или с цифрой «13». Цифра «13» не годилась, как двузначная и никак не похожая на «4». А вот цифра «9» на цифру «4» очень похожа при нечетком написании. По всем признакам при перепечатывании текста с рукописи нечетко записанную цифру «9» записали, как «4». Еще одна «загадка» разрешилась объяснением описки в акте экспертизы.

Вот так мы разобрались с травмой сердца Дубининой, которая была одной из главных загадок. По всем признакам травма эта вовсе не была столь тяжелой, как представлял Возрожденный.

По вопросу о «дееспособности» Золотарева и Дубининой и их способности идти вниз после получении травм Корнева сделал однозначный вывод: «При множественном переломе ребер человек не становится „недееспособен“ и не теряет способности действовать и передвигаться». Корнев совсем не так оценивал травмы, как Возрожденный, как остальные (включая и нас). Он не считал их столь опасными и столь тяжелыми, какими их считали ранее, и определенно утверждал, что с этими травмами они не потеряли способность и передвигаться, и совершать какую-то работу. Конечно, больно было им, но недееспособными они не были. «Живой» пример похожей травмы у нас имелся. В походе Валерий Лобов (мастер спорта из Петроградского клуба туристов С-Пб) получил переломы 4 ребер, ― по нему перекатился тяжелый камень. Валерий самостоятельно шел 5 часов по ущелью без рюкзака. Известны и другие случаи с переломами ребер, когда туристы не теряли способность самостоятельно передвигаться. Известны и случаи из практики мирового альпинизма, когда люди с тяжелыми травмами ног и ребер не теряли дееспособности. Вот упоминание о легендарном случае со спуском с огромного семитысячника в Пакистане:

«…Небольшая группа британских альпинистов взошла на ОГРЕ (7285 м), после чего Дуг Скотт и Крис Бонингтон совершили драматический спуск с вершины, ― первый со сломанными ногами, второй с переломанными ребрами…» ― см. http://climb.by.ru/books/bon/45-85.htm

«…Последовавший за этим недельный спуск Дуга и Криса был поистине эпическим. На первой же верёвке спуска с вершины Дуг сломал обе ноги (в голеностопных суставах ― прим.). Далее наступает очередь Криса. Он ломает два ребра, и у него развивается пневмония. Погода всё время стояла отвратительная. Тем не менее, они спускаются в ВС (base camp, базовый лагерь ― прим.), где им предстояло долгое ожидание помощи „извне…“. См. http://www.mountain.ru/news/index.php?id_class_news=0#7522.

Пик Огре (7285, Пакистан, Каракорум).

По высоте «людоед» пик Огре куда круче горы Холатчахль и в 7 раз выше.

По всем признакам утверждения насчет того, что Дубинина и Золотарев потеряли дееспособность после получения травм, являются несостоятельными…

Насчет Тибо-Бриньоля Корнев не смог сделать определенный вывод. Он сказал, что здесь могло случиться по-разному: Тибо мог сохранить дееспособность, а мог быть без сознания. Он мог прийти в себя и мог не потерять способность идти с другими вниз, особенно при наличии поддержки. Здесь налицо неопределенность, но ведь она есть и в количестве следов, ― их 8 или 9 пар по свидетельству поисковиков. Тем более что Тибо мог даже в полубессознательном состоянии оставить какие-то следы на склоне, ― ведь все зависело от способа транспортировки. Его могли нести с подхватом рук на плечи с двух сторон. Перенести так человека парни вроде Дорошенко, Кривонищенко, Дятлова или Колеватого вполне могли, ― ведь они носили в походах рюкзаки под 40 кг, а два таких рюкзака ― вес взрослого человека. Склон не являлся настолько сложным, чтобы исключить возможность такой переноски, конечно, весьма нелегкой. Чтобы помочь пострадавшим, их могли поддерживать с боков. Вот и получилась шеренга на спуске.

По всем признакам трещина основания черепа Тибо была следствием той же компрессии, что и вдавленный височный перелом. Внешняя нагрузка вызвала сильное смещение головы и значительное внутреннее усилие на основание черепа со стороны шеи. Отсюда и произошла травма. Ее причиной также могли быть и нагрузки, возникшие при извлечении Тибо-Бриньоля из снежного завала (но этот вариант хирург Крупенчук считает менее вероятным).

Что явилось главной причиной смерти Тибо: черепные травмы, или замерзание, точно установить не удалось. Экспертиза здесь реально не смогла сделать четкие выводы потому, что исследуемые ткани погибших сохранились плохо (частично разложились).

Для лучшего понимания механизма получения травм построили математическую модель ребра и сделали расчет методом конечных элементов, чтобы установить, в каких местах сломаются ребра при нагрузке грудной клетки сверху и сверху-справа (с боковой составляющей 20 % от вертикальной нагрузки) и опоре снизу. Такая модель имитировала компрессионную нагрузку сверху на грудную клетку человека, лежащего на жесткой опоре (на полу палатки). Наибольшие напряжения наблюдались как раз в области грудины, ― здесь и происходит первоначальный слом ребер при расчетной нагрузке на пару ребер порядка 20 кгс (или 200 Н, а для 12 пар ребер соответственно нагрузка увеличивалась до 200–240 кгс). После этого ребро теряет несущую способность у рукоятки грудины и после слома наибольшие напряжения изгиба возникают уже в подмышечных областях, где происходит вторичный перелом ребра. Конечно, здесь распределение нагрузки на стороны груди могло быть не очень равномерным, оно могло зависеть и от позы человека в момент компрессии, поэтому расчет давал лишь «общие представления» о характере слома ребер. Но эти «общие представления» неплохо соответствовали характеру травм Дубининой и Золотарева. А личный эксперимент с падением груза 10 кг на грудь (через фанерку) стал небезопасным уже при высоте падения 20 см.

Показали результаты расчета в виде цветной картинки распределения напряжений Корневу, он взглянул, и сказал: «Я и без расчета знаю, что ребра при такой „компрессии сломаются здесь“. И согласился с тем, что груз в 10–20 кг при падении с высоты порядка метра может сломать ребра о жесткую опору.

Спросили Корнева, могли ли Дорошенко и Кривонищенко умереть от болевого шока от тяжелых ожогов замерзших рук? Корнев не исключил такую возможность.

Являлись загадкой еще две заметные травмы у Люды Дубининой и у Тибо-Бриньоля. Об этих травмах ранее никто не писал и не задавал вопрос, откуда они появились.

Рана Дубининой (акт экспертизы):

«…На наружной и передней поверхности левого бедра в средней трети разлитой кровоподтек синюшно-лилового цвета на участке 10х5 см., с кровоизлиянием в толщу кожных покровов…».

И рана Тибо-Бриньоля (из акта экспертизы):

«…В области правого плеча на передневнутренней поверхности разлитой кровоподтек размером 10х12 см зеленоватосинего цвета на уровне средней нижней трети. В области кровоподтека кровоизлияние в подлежащие мягкие ткани…»

Откуда эти травмы? Они тоже загадка. От каких «зубьев» могли возникнуть? Долгое время не могли сообразить. Но потом одна догадка пришла. Что ожидало дятловцев снаружи, при выходе из палатки? Все ли там «гладко» было, без «зазубрин»? Нет, там был частокол из воткнутых остриями вверх лыжных палок, ― на них крепились 5 боковых оттяжек длинной стороны палатки. В темноте, выбравшись из палатки, дятловцы спотыкались об эти оттяжки. Падая и вытаскивая волоком пострадавших, напарывались на острия лыжных палок, закопанных снегом лавинного выноса. Ведь до схода обвала острия и оттяжки были видны, они торчали наружу. Но после схода обвала они оказались под снегом на небольшой глубине, и на них легко напороться, особенно в темноте. Отсюда и рана на бедре Дубининой.

А вот рана Тибо в области правого плеча вполне могла явиться следствием переноски с подхватом его руки на плечо, ― отсюда и повреждение-кровоподтек его плеча с внутренней стороны. Это соображение подкрепляется и тем, что рана эта никак не единичная, ― характерные повреждения в области плеч имели и другие участники группы. Вот выписки из актов судмедэкспертизы:

Из акта Дорошенко:

«…В области внутренней поверхности плеч и предплечий обеих конечностей хорошо выражен венозный рисунок. На внутренней поверхности правого плеча в средней трети две ссадины размерами 2х1.5 см буро-красного цвета с пергаментной плотностью неправильной формы без кровоизлияний в подлежащих тканях. В области этих ссадин сделаны два разреза линейных. У переднего края правой подмышечной линии участок осаднения кожи темно-красного цвета размером 2х1,5 см. На передней поверхности правого плеча мелкие ссадины бурокрасного цвета с пергаментной плотностью без кровоизлияния в подлежащие ткани. В области верхней трети правого предплечья ссадина бурокрасного цвета в виде полос размером 4х1, 2,5х1,5 см и 5х0,5 см и мелкие ссадины в области нижней трети правого предплечья…»

Из акта Кривонищенко:

«…На правой боковой поверхности грудной клетки на уровне подмышечной впадины ссадины бледно-красного цвета размером 7х2 см, без кровоизлияний в подлежащие ткани. У реберного края правого подреберья по среднеключичной линии ссадины бледно-красного цвета пергаментной плотности размером 2 х1,2 см, 1х1,2 см без кровоизлияний в подлежащие ткани…».

По всем признакам упомянутые повреждения «без кровоизлияний в прилежащие ткани» не от ударов, а от трения. И Дорошенко, как самый крупный парень (с Кривонищенко) не мог не участвовать активно в процессе транспортировки. А правый характер повреждений (правых плеч) естественен: захват правой рукой более сильный и резкий. А вот захват со стороны левой руки ― менее надежный и удобный, правая рука пострадавшего сползает с левого плеча транспортирующего. Отсюда и «мятая» рана на правом плече Тибо с внутренней стороны.

Конечно, при вытаскивании пострадавших из палатки и при переноске могли быть и другие механизмы возникновения указанных травм Тибо и Дубининой. Но объяснение их происхождения из-за повреждений от наконечников лыжных палок и при переноске кажется наиболее правдоподобным. А вот падения на склоне эти повреждения с внутренних сторон плеч вызвать не могли.

На основе квалифицированного заключения Корнева можно сделать определенный вывод о том, что ряд предположений Возрожденного о характере травм дятловцев является неверным. Неверен вывод о «10–20» минутах жизни Дубининой и опасности ее травмы сердца для жизни. Эта травма «совместима с жизнью», причем Дубинина и Золотарев не потеряли дееспособность после получения травм. В части их дееспособности выводы Возрожденного тоже оказались неправильными. Отсутствие большого опыта расследования и отсутствие опыта расследования аварий с туристскими группами не позволило Возрожденному сделать правильные выводы и о механизмах получения травм при компрессионном воздействии снежного обвала.

Совершенно неправильны и утверждения следователя Л.Н.Иванова о повреждении сердца Дубининой осколком ее ребра. Все эти неверные выводы судмедэксперта и следователя привели к заблуждениям, которые не позволяли правильно представить и последствия травм, и последующую картину событий. Вследствие того, что травмы Дубининой и Золотарева не представляли опасности для жизни, и они сохранили возможность идти вниз, картина событий складывается не такая, какой ее представляли Иванов и Возрожденный. Состояние Тибо-Бриньоля тоже, возможно, не явилось столь тяжелым, как считал Возрожденный. Скорее всего, Тибо-Бриньоль был вначале оглушен ударом, но потом пришел в себя и смог передвигаться с помощью товарищей. А нести его на плечах, захватив за руки на плечи с двух сторон, могли даже в бессознательном состоянии.

Травмы Тибо-Бриньоля, Дубининой, Золотарева и Слободина имели один источник происхождения, ― они вызваны компрессионным сдавливанием палатки обвалом пластовой лавины.

Распределенная нагрузка оказалась приложена с двух сторон: со стороны снега сверху и немного справа (ввиду более «правого» характера их переломов) и реакции опоры снизу ― со стороны жесткого дна палатки. При этом сломало ребра лежавшим у края палатки Золотареву и Дубининой, а Тибо получил черепную травму путем сдавливания головы при ее опоре через шапочку на выступ фотоаппарата (предположение Аксельрода) или на подложенный под голову ботинок (как предположение Попова). В чем-то похожую травму (трещину черепа) получил и Слободин в результате сдавливания головы, только без концентрации нагрузки. По всем признакам наиболее сильный удар пришелся по задней части палатки, где с края лежали Золотарев и Дубинина. Им и достались наиболее «мощные» по воздействию травмы. У Золотарева, как у мужчины, ребра оказались крепче, и его поломало меньше, хотя нагрузка на него могла быть и больше.

А дополнительные травмы дятловцами были получены в результате действий по освобождению из придавленной снегом палатки и переноски с подхватом за руки. Более мелкие травмы и ожоги получены при действиях на спуске с пострадавшими, при разжигании костра и заготовке дров. И при откапывании снега и сооружении настила на краю ложбины ложа ручья в защищенном от ветра месте.

На основании выводов судмедэксперта можно утверждать, что порядок гибели дятловцев определялся не только тяжестью травм, но и другими существенными факторами, в числе которых можно назвать общие тепловые потери на морозе и на ветру, общие затраты физической работы, защищенность личной одеждой и личной переносимостью холода. Более быстрая гибель от холода Дорошенко и Кривонищенко могла быть вызвана их большими тепловыми потерями при выполнении тяжелой физической работы, их меньшей защищенностью и намоканием их одежды, более долгим их пребыванием на открытом ветру, чем других участников, а также травмами от повреждений и ожогов рук.

Кровотечение из носа у Колмогоровой и Слободина могло быть вызвано сотрясением мозга при ударе снежного потока по внешнему краю палатки, ― по голове, или сильным физическим перенапряжением при освобождении из заваленной снегом палатки.

Судмедэксперт Корнев решительно отверг предположения о какой-то «странности» цвета кожи погибших или «странности» расположения трупных пятен. По его словам цвет кожи погибших может быть самым различным ввиду разного воздействия воды, солнца, температуры и других внешних факторов. И совершенно разным может быть расположение пятен, причем оно зависит не только от позы и расположения погибших относительно опоры. Оно зависит, например, и от различного состояния тканей на разных стадиях разложения. Поэтому ничего необычного и «странного» в цвете кожи погибших и расположении пятен нет.

По всем признакам, травмы дятловцев явились одной из главных причин, заставивших их покинуть палатку и спешно отступить в зону леса. Это решение в тех условиях обрекло группу на гибель от замерзания. При этом ими влекло желание спасти травмированных товарищей, укрыть их в лесу, помочь им согреться у костра. Причем тогда, когда у пострадавших еще не произошел упадок сил, когда они еще могли передвигаться. Этот тезис не новый, ― ранее его высказал Аксельрод. Травмы явились одной из причин, почему дятловцы не стали полностью раскапывать заваленную снегом палатку, поскольку эти действия в темноте оказались не только сложны, но и опасны ввиду возможности получения новых травм от повторного схода «снежной доски» на палатку. Этот тезис был ранее высказан профессором-географом Чистяковым, который по нашей просьбе определял возможность схода лавины, ― об этом написано ниже. Травмы явились одной из причин поспешных действий без дальнего расчета последствий. Имея на руках пострадавших, дятловцы не могли долго задерживаться у палатки для раскопки вещей, поскольку травмированные участники не могли двигаться очень активно и начали быстро замерзать на морозе под ветром.

Травмы резко снизили сопротивляемость группы, эффективность и быстроту ее действий. Травмы вывели из строя примерно половину группы, поскольку травмированные не могли активно двигаться, а еще как минимум 2–3 участника должны были им помогать. Поэтому активные действия по спасению, по разведению костра, обустройству жилища и переноске вещей могла выполнять только часть группы.

После получения травм дятловцами овладел синдром «повышенной опасности», ― опасность со стороны палатки и места ее расположения оценивалась уже преувеличенно. Даже подходить к палатке они считали опасным, подобно тому, как после удара землетрясения в городах люди начинают бояться подходить к домам из-за опасности новых обрушений, а после взрыва автобуса начинают бояться «автобусов».

В общем, травмы явились одной из тяжелых составляющих стихии, помешавших группе справиться с аварийной ситуацией, заставивших группу ошибиться в выборе решения и не позволивших уйти от гибели в сложных условиях природной среды.

Корнев категорически отверг возможность происхождения подобных травм в результате взрыва. Он считает невозможным получение таких травм в результате падения на склоне или падения с дерева. Травмы не имеют признаков воздействия какого-то «оружия». Практически к таким же выводам пришла предварительная судебная экспертиза, проведенная прокуратурой Свердловской области в 2000 году.

Что касается отсутствия языка у Дубининой, то здесь уместно привести цитату опытного юриста и охотника Н.М.Огородникова (из Салехарда):

«…Тоскливо было читать страшные вопросы: „Почему язык отсутствовал?“. Да любому нормальному охотнику известно, что язык для хищников является самым лакомым! Примерно в восьми из десяти случаев в лесу хищник начнет трапезу с языка и органов гортани туши. Вначале я узнал это по охотничьему опыту, а затем ― по опыту следователя…»

Так что мистический ужас здесь «неуместен». Все объяснимо естественным присутствием разных мелких «грызунов» и процессами разложения. Мыши там в лесу водятся, ― мы их встречали в экспедиции 2008 г.

И характер травм, и характер событий достаточно определенно указывали на воздействие обвала небольшой лавины. Других реальных возможностей в результате медицинского анализа травм мы не увидели.

Ранее непонимание характера травм было связано с непониманием разницы между нагрузками, возникающими при падении или отбрасывании и возникающими при сдавливании человека с двух сторон значительными массами. При «прочих равных условиях» сдавливающие нагрузки существенно выше. Настолько выше, насколько навалившаяся масса больше массы человека. Опасные сдавливающие нагрузки обычно возникают, когда человека значительная масса прижимает к жесткому препятствию, ― в данном случае, к жесткому дну палатки по схеме «молот-наковальня». Здесь смертельно опасные нагрузки возникают и при совсем небольшой скорости наваливающейся массы. Нагрузки при отбрасывании и падении человека на таких небольших скоростях существенно меньше. Конечно, и они могут представлять значительные угрозы при большой скорости движения или при большой высоте падения. Поезд на скорости может легко убить человека при «отбрасывании». Но все же возникающие при этом нагрузки существенно меньше нагрузок, возникающих тогда, когда поезд на той же скорости вдавит человека в стенку вокзала. На скорости поезда об стенку вокзала убить человека может распределенная масса всего в 5-10 кг. А масса порядка 300–500 кг уже способна раздавить человека своим весом о жесткую опору даже при нулевой начальной скорости воздействия.

Конечно, чисто «теоретически» в части механизма получения травм можно много что придумать, но реальная ситуация требует их «привязки» к условиям горной тайги и лыжного похода, а не к условиям городских улиц. Судебный эксперт Возрожденный свои заключения строил на основе своего практического «городского» опыта. Поэтому представления о характере травм и о дееспособности травмированных дятловцев на основе заключений Возрожденного не во всем, но во многом оказались неправильными.

Главной причиной гибели Дубининой, Золотарева и остальных дятловцев явилось замерзание, а не травмы. Только Тибо-Бриньоль мог погибнуть непосредственно от черепной травмы. Но это судебные медики точно установить не смогли из-за разложения тканей. По той же причине им не удалось точно установить и степень прижизненного влияния некоторых других травм, ― прежде всего, влияние внутренних кровотечений на состояние погибших до их гибели.

9. Разгадка тайны радиации

Одной из загадок аварии Дятлова явилось обнаружение пятен радиоактивности на отдельных фрагментах одежды дятловцев, ― на «низе шаровар от № 1» и на двух свитерах под № 1 и № 4. Выводы экспертизы звучали так:

Выводы

1. Исследованные твердые биосубстраты содержат радиоактивные вещества в пределах естественного содержания, обусловленного Калием-40.

2. Исследованные отдельные образцы одежды содержат несколько завышенные количества радиоактивных веществ или радиоактивные вещества, являющегося бета-излучателем.

3. Обнаруженные радиоактивные вещества или радиоактивное вещество при промывке образцов одежды проявляют тенденцию к смыванию, т. е. вызваны не нейтронным потоком и наведенной радиоактивностью, а радиоактивным загрязнением бета-частицами. (Главный радиолог города Левашов).

Из дополнительных вопросов эксперту следовало, что (очень кратко):

4. Уровень загрязненности отдельных частей одежды (№ 4 ― свитер коричневый) доходил до 9900 распадов в минуту на 150 кв. см, а после промывки в течение 3 часов в проточной воде он составлял 5200, что примерно соответствовало норме для одежды людей, работающих с радиоактивными веществами (до промывки). Пояс свитера № 1 показал до промывки 5600, а после промывки ― 2700. Т. е. этот пояс до промывки был активирован немного больше нормы для работающих с радиоактивными веществами, а после промывки имел естественный фон. Нижняя часть шаровар от № 1 показала 5000 распадов до промывки и 2600 после промывки. Т. е. до промывки ― норму для работающих с радиоактивными веществами, а после промывки ― обычный фон.

5. Одежда загрязнена или радиоактивной пылью, выпавшей из атмосферы, или эта одежда была подвержена загрязнению при работе с радиоактивными веществами, или при контакте. Это загрязнение превышает норму для лиц, работающих с радиоактивными веществами.

6. С учетом того, что до исследования участки одежды находились в проточной воде около 15 дней, можно полагать, что их загрязненность могла быть во много раз большей, но здесь надо учитывать, что одежда могла промываться неравномерно, т. е. с разной степенью интенсивности.

Исследование на радиацию проводилось прибором со свинцовым домиком ― менее совершенным предшественником-аналогом прибора ДП-100, который здесь изображен на фото страницы 217 книги «Военно-морская и радиационная гигиена, т. 2., С-Пб, ЛИО „Редактор“, 1999. Как проводилось испытание, понятно: испытуемый образец помещался в свинцовый „домик“, изолировавший его от внешних излучений, и с помощью датчиков прибора измерялась интенсивность излучения образца внутри „домика“ по числу регистрируемых радиоактивных распадов.

Наличие радиоактивности на отдельных частях одежды дятловцев в этой истории исходно виделось «слабым» фактом сразу по нескольким причинам при внимательном анализе материалов экспертизы.

Во-первых, в тканях дятловцев никакой повышенной радиоактивности экспертиза не обнаружила. В тканях содержалось «естественное» количество радиоактивных веществ, ― такое же, как в пробах человека, погибшего в Свердловске в ДТП. Этот естественный фон определялся обычным содержанием радиоактивного препарата Калий-40 в тканях человека. Повышенную радиоактивность обнаружили всего на трех фрагментах одежды: на «свитере коричневом» (от № 4, 9900 распадов в минуту), нижняя часть шаровар (от № 1 ― 5000 распадов в минуту), пояс свитера (от № 1 ― 5600 распадов в минуту). Радиация оказалась слабой, ― она максимально превышала естественный фон в 3,7 раза (9900 распадов против 2700) лишь на одном фрагменте одежды, а на двух других превышала примерно в 2 раза (5600 и 5000 против 2700 распадов). Причем уровень 5000 распадов, ― это нормальный уровень для людей, работающих с радиацией. По крайней мере, для Колеватого это был нормальный санитарный уровень радиоактивности. Да и у Кривонищенко, который не был обследован, поскольку находился в первой группе погибших, но вот его вещи могли находиться среди вещей последней «четверки». Все подобные превышения очень слабые, ― среднее превышение естественного фона, ― это в десятки раз, а сильное и опасное для здоровья в сотни и тысячи раз. Ничего такого здесь не наблюдалось. Поэтому по показателям уровня радиация незначительна.

Отсюда следуют вполне определенные выводы:

― погибшие дятловцы не были поражены радиацией (в их тканях ее не обнаружено);

― причины гибели дятловцев прямо с радиацией не связаны, ― радиация не была причиной гибели.

― все попытки связать прямо причины гибели дятловцев с воздействием радиации лишены основания, ― они совершенно несостоятельны, они недостоверны.

Но здесь нельзя совсем исключить какую-то косвенную связь с причинами их гибели, ― ведь пятна радиации на одежде обнаружены, это факт доказанный.

Откуда все же возникли пятна радиации на одежде?

Значимость радиации пытались обосновать соображением, что она быть много выше до того, как одежда промыло водой, поскольку при промывке уровень радиации упал до естественного уровня. Но это очень сомнительное утверждение, поскольку падение радиации вследствие промывки водой как раз наоборот указывало на то, что фрагменты активированной одежды были промыты водой плохо. На основе таких утверждений можно делать прямо противоположные выводы, ― и «ложные», и «противоположные». Такие утверждения проверкой недостоверных фактов не являются. Потому и утверждение о том, что «радиация могла быть много выше» никак не является достоверным. Оно могло бы быть достоверным, если бы радиация хотя бы где-то была «существенно выше» естественных уровней в десятки раз.

Анализ фотографий показывает, что вода ручья по-разному омывала погибших, ― Тибо-Бриньоль почти целиком лежал в ручье, Золотарев и Колеватов ― на краю ручья, а Дубинина немного выше на склоне, на другом берегу. Рядом с водопадом, ― ее ручеек омывал только сбоку. Так что их одежду пропитало грязью, и про нее нельзя сказать, что вода ее промывала хорошо. Операционная сестра Солтер отмечала, что дятловцы поступили к ней «очень грязными», что по всем признакам навеяно воспоминаниями о прибытии последних четырех, найденных в ручье.

Такая слабая радиация вполне могла попасть на одежду из верхнего слоя почвы. Именно в верхнем слое почвы на глубине до 5 см оседали радиоактивные пылевые осадки от ядерных испытаний в атмосфере. Именно так экспертиза и объясняла происхождение радиации. Но могли быть и другие источники заражения, ― они ниже указаны.

Естественно возникал и вопрос: а не связана ли эта радиация с какими-то «испытаниями» или ЧП, которые и привели к гибели дятловцев, пусть и не от радиации, а путем каких-то иных воздействий?

Казалось, что гипотеза об «испытаниях» или техническом ЧП ― это лишь одно из возможных предположений, которые пока ничем не подтверждены. Есть факты, которые прямо противоречат гипотезе об «испытаниях». Так, если бы испытания проводились или произошло техническое ЧП, район был бы тщательно блокирован, и в него не допустили бы посторонних лиц. В том числе и туристские группы, и спасателей. А поиски погибших были бы проведены только силами военных, спецслужб или отдельных ведомств (министерств) с соблюдением режима секретности. По крайней мере, подписку о «неразглашении» взяли бы со всех участников поисков, но эту подписку со спасателей и руководителей поисковых групп не брали по свидетельству и Слобцова и других поисковиков. А подписка Масленниковым была дана не КГБ, а прокуратуре, причем «по дате» он ее подписал 18.05.59, ― уже после окончания всех поисковых работ.

Другое соображение против «испытаний»: к чему эти «испытания» в глухой тайге, без специального оборудования полигона? Подобные испытания ничего не могут дать, ― это совершенно пустая затея при огромных затратах на новую технику. А какая-то нештатная «аварийность» испытаний являлась очень сомнительной из-за большой удаленности района. Сюда мало что могло «залететь по дальности». Здесь есть еще много таких «против».

Если бы дятловцы подверглись все общему заражению, у них были бы пятна радиоактивности на многих частях одежды, а не только на трех. И они бы «хватили» радиации внутрь. Но внутри у них ничего не было. Проникающая радиация при «испытаниях» ― не такая вещь, которая действует направленно на что-то и на «кого-то». Она заражает всех и все (пусть и неравномерно), ― заражение является общим, а не фрагментарным. Все эти факты указывают на то, что заражение фрагментов их одежды было случайным, и очень небольшим. И никакого «большого» заражения, якобы ликвидированного в результате отмывки водой, здесь не было и в помине. Мало ли что можно придумать…

Поэтому объяснение причины возникновения радиации вследствие «испытания», кроме естественного выпадения из атмосферы, считались недостоверными, а остальные возможности, включая испытания со слабыми источниками радиоактивности типа «Герань», «Генератор» (и другими) считались не заслуживающим внимания. «Недостоверность» объясняется отсутствием подтверждающих фактов. Значительно более правдоподобными выглядели объяснения о случайном заражении от естественных источников радиоактивности.

Но анализ возможных естественных источников заражения радиацией мало что дал. Было ясно, что этих источников много, ― в первую очередь грязь из верхнего слоя почвы от атомных взрывов на Новой Земле, ― ближайшие производились 25.10.58, ― один маломощный, второй мощный, термоядерный, воздушный в 190 кТ (10 «Хиросим» в одном заряде). Причем облако от этого взрыва могло за 2–3 суток по сев. – зап. ветру достичь района Сев. Урала. Источником могла быть и работа Колеватова и Кривонищенко в радиологических лабораториях. И Кыштымский радиоактивный выброс под Челябинском (сентябрь 1957 г., ― тогда Колеватов там присутствовал). И военный вертолет, на котором перевозили погибших, и мешки, в которых их перевозили, и геологический отвал, который они посещали в начале похода. И трудно сказать, ― из какого источника могла попасть радиация на одежду. Было лишь ясно, что возможных источников много, но «откуда дровишки», ― непонятно.

Обратились к результатам экспертизы и проанализировали, какие радионуклиды могли быть причиной радиации. Результаты экспертизы и длинные списки изотопов дали информации немного. Исходно известно, что присутствовало только бета-излучение, но вот другие не обнаружили. По этому факту удалось сделать лишь несколько качественных оценок. Из многих радионуклидов (более 200) определенным казалось лишь наличие изотопа Стронций-90 (38Sr-90). А по факту отсутствия других излучений стало ясно, что продукт распада не мог быть слишком «старым», ― с происхождением более 5 лет. В старых продуктах остаются обычно только изотопы стронция-90 и Цезия-137 (55Cs137), дающие примерно равную активность. Но Цезий-137 дает и гамма-излучение, а здесь оно не зафиксировано. Было ясно, что активированная грязь на одежде дятловцев не являлась слишком «свежей», ― ведь нашли их через 3 месяца после аварии, а она образовалась, видимо, еще раньше. По крайней мере, самые короткоживущие и самые активные изотопы, например, йод 53I131 с периодом полураспада около 8 суток, уже распались. Ведь после 10 сроков полураспада элемент практически полностью исчезает с падением активности более чем в тысячу раз. Качественно лишь стало понятно, что радиация имеет какое-то «среднее» время происхождения в пределах от 1 до 5 лет.

Может, что-то подскажут специалисты? Но в данном случае обращение к специалистам привело только к одному определенному выводу: уровень заражения радиацией настолько низкий, что его вообще не следует воспринимать всерьез. И профессор Лощаков И.И., и позже профессор Гаврин Ю.Н. из СПбГПУ (физики-ядерщики из С-Пб «Политеха»), узнав, о каких уровнях заражения (по числу распадов) идет речь, сразу заявили, что подобные «уровни» превышения естественного фона (в 2–3 раза) настолько невелики, что их не следует вообще воспринимать всерьез. А Гаврин еще заявил, что по современным представлениям весь эксперимент поставлен неправильно, и что без определения изотопного состава с помощью спектрометра его результаты некорректны. В общем, с этой «проблемой» нас поспешили выставить за дверь, поскольку увидели, что никакой «проблемы» здесь нет.

Лощаков (а позже и Гаврин) укрепили представление о том, что вся эта радиация «очень недорого стоит», но все же непонимание осталось. Все же продолжались размышления, откуда могла прийти эта радиация, пусть и столь ничтожная?

Вновь пролистали длинную таблицу изотопов и выписали другие изотопы с бета-активностью, которые имели и гамма― активность. Таких изотопов около 40, ― часть из них не была слишком активной ввиду большого периода полураспада, а часть вряд ли могла присутствовать в твердом виде из-за того, что в природе существовала в газообразном виде. Но дальнейший анализ изотопов снова ничего не давал, ― было неясно, какие из них создали радиацию на одежде дятловцев, какова роль каждого в общем балансе, каково их происхождение. Снова поиск завел в тупик.

Тупик заставил изменить направление поиска. Может, что-то даст анализ расположения загрязненной радиацией участков одежды? Потому дальше решили разобраться в части принадлежности вещей, чтобы узнать, на ком были активированные предметы. В актах радиологической экспертизы вещи значились под номерами в группе ― от 1 до 4. Очевидно, номер служил признаком принадлежности к кому-то из последней четверки, ― Колеватову, Золотареву, Тибо-Бриньолю и Дубининой. «Коричневые» свитера по актам экспертизы имелись однозначно на Колеватове и на Дубининой (серо-коричневый свитер). На Золотареве нашли «черный» свитер, на Тибо-Бриньоле ― «шерстяной поношенный свитер» без четкой идентификации цвета. В актах радиологической экспертизы вещи именовались не совсем так, как в актах-заключениях о причинах смерти. А радиологи, похоже, вообще ничего не знали о личной принадлежности вещей, получив их по нумерованным группам, поскольку в актах радиологической экспертизы принадлежность номеров не расшифрована.

Кто же № 4 ― Колеватов или Дубинина в актах экспертизы? Из актов еще следовало, что на № 4 были «черные рейтузы» и «белый свитер». По этим признакам определилось, что № 4 ― это Дубинина, поскольку по описаниям в актах исследования причин смерти на Дубининой однозначно было «черное трико» («рейтузы») и «бежевый свитер». Ясно, что спутать «белый» свитер со «светло-бежевым» в условиях сильного загрязнения одежды совсем нетрудно. Номер 1 «оставался» за Колеватовым (по признаку наличия «коричневого свитера»), номер 2 ― за Золотаревым по признаку наличия «телогрейки из овчины» (меховой безрукавки). А № 3 методом исключения доставался Тибо-Бриньолю.

Уже позже (4.03.08) в деле удалось обнаружить справку, подписанную Ивановым, в которой говорилось:

«…В актах экспертизы все объекты исследования пронумерованы с № 1 по № 4 т. е.

№ 1 Колеватов

№ 2 Золотарев

№ 3 Тибо-Бриньоль

№ 4 Дубинина. Как в актах вскрытия. Иванов (подпись)»

Ошибки нет. Итак, № 4 ― это Дубинина, а самый активированный свитер с 9900 распадов с участка 15 на 15 см надет на ней. Это она вспомнилась застывшей на трагичном фото рядом с водопадом ручья. И вспомнились слова операционной сестры Солтер: «…Все они поступили очень грязными!..». И вспомнилась еще отрывочная фраза из акта радиологической экспертизы, приведенная выше:

«…С учетом того, что до исследования участки одежды находились в проточной воде около 15 дней, можно полагать, что их загрязненность могла быть во много раз большей, но здесь надо учитывать, что одежда могла промываться неравномерно, т. е. с разной степенью интенсивности…».

Погибшая Люда…

Внезапно в сознании все эти 4 факта соединились, и «слились» вместе в один неожиданный вывод. Этот вывод оказался прост и «прозрачен», как «стеклышко»: наиболее сильно «светили радиацией» самые загрязненные участки одежды. А «светили» они просто потому, что грязи на них прилипло в несколько раз больше, чем на других участках. Люда лежала (по фото) на мокром грунте, в грязи, ― и пояс ее светло-коричневого свитера оказался наиболее загрязненных участком одежды (9900 распадов). Тоже относится и к поясу брюк Колеватого, и к низу его шаровар, ― они тоже в контакте с землей, что видно на другом снимке погибших у ручья. Они были все в грязи, а потому и сильнее «светили» радиацией. При экспертизе радиологи принимали во внимание «площадь» образца одежды, но вот массу содержащейся на этой площади грязи не учли. А от количества этой грязи уровень ее «бета-свечения» зависел напрямую! Ведь прибор «чувствовал» радиацию только от того вещества, которое находилось в свинцовом домике, ― от грязи и ткани образца.

А вот предположение о том, что одежда могла, якобы, иметь более сильное загрязнение до ее промывки водой, ― оно предстало и как верное, и как совсем неверное. Ведь для этого «вывода» на самых загрязненных участках одежды грязи должно быть еще в десятки раз больше!.. Это полная чепуха, ― это тогда уже будет не «одежда», а кусок почвы с лоскутом ткани. Да и не будет он сильно «светить», ― он будет сам сильно поглощать бета-излучение, имеющее небольшую проникающую способность.

Но парадокс в том, что это предположение позволило найти вывод правильный, найдя прямо противоположное объяснение, которое оказалось простым и понятным, ― радиация увеличена на самых загрязненных участках одежды только потому, что грязи на них больше. А то, что при промывке эта грязь смывалась, ― это как раз было правильным фактом в тексте выводов экспертизы, ― там верный факт соседствовал с неверным предположением Иванова. При промывке радиация сразу падала до естественной нормы, ― до тех уровней, которые были отмечены на других фрагментах одежды. Здесь воспринимать результаты экспертизы надо прямо и естественно, ― максимум радиации был «максимумом», а не каким-то выдуманным «минимумом» от другого уровня, который «мог быть много больше».

Можно заметить, что самые низкие уровни радиации зафиксированы именно на «нижней части брюк» Тибо-Бриньоля (№ 3). А почему? Да потому как раз, что он-то и лежал ниже всех в ручье, его вода промывала лучше всех, и на его одежде оказалось меньше всего грязи. Потому на ней и отмечен наименьший уровень радиации, ― всего 600 распадов в секунду, ― в 9-17 раз ниже максимальных уровней. А Золотарев и Колеватов лежали на краю ручья, и их одежду промывало по-разному. Отдельные части промыло, а вот «пояс свитера», да край шаровар» лежали на влажной почве и загрязнились сильно.

И Иванов, и радиологи этот момент пропустили. Похоже, радиологи здесь мало задумывались о выводах. Они добросовестно выполнили экспертизу, привели ее результаты и на «этом» закончили. Глубоко продумывать результаты исследования и делать обобщающие выводы они не стали. А Иванов в своих выводах ошибся.

Поверхностный слой почвы наиболее активирован от выпадающих осадков атмосферы. Незначительное количество радиоактивной пыли из атмосферы, находившееся в этом слое и создало небольшую дополнительную радиацию, которую почувствовал эксперимент при большом количестве грязи в образце. Большее количество грязи давало большее количество распадов при естественном уровне радиоактивности этой грязи.

Связались с супругами Солтер. Пелагея Ивановна сказала, что в Ивделе дятловцев раздевали, обмывали, одевали в чистую одежду и отправляли в гробах в Ивдель. А их вещи отправляли, собрав в мешки. П.И.Солтер не помнит, чтобы эти вещи подвергались промывке или стирке, ― это в Ивделе не делали. Теперь очевидно, что не делали это и в Свердловске. В противном случае на одежде не осталось бы никаких следов «радиации».

Так что «повышенная радиация» на отдельных частях одежды дятловцев была просто следствием их сильного загрязнения от поверхностного слоя почвы. А попытка анализа состава радионуклидов оказалась ложным, тупиковым путем расследования.

Да, а вот предположения и слухи о происхождении этой радиации вследствие каких-то там «испытаний» со слабо радиоактивными веществами в боевых частях «Герань» и «Генератор» не подтвердились. Железняков А.Б. нам сообщил:

«Пуски ракет с головными частями „Герань“ и „Генератор“ проводились в 1953 году Точные даты неизвестны. Использовалась ракета Р-2».

Вот так разгадали тайну радиации. Вот так удалось стереть налет радиоактивной «пыли» с аварии Дятлова. Не являлась эта «радиация» значимым фактом определения причин аварии Дятлова, ― это, впрочем, было ясно с самого начала, но не всем и не «совсем». Чтобы отбросить этот факт, как ничтожный и никак не связанный с главными причинами аварии, его следовало объяснить.

10. Уничтожение непроверенных фактов и заблуждений. Почему и как запутались «следы аварии»?

Помимо загадки «огненных шаров» и радиации, имелся еще целый ряд «фактов», на которых строились обоснования событий «техногенной аварии» или «криминальных версий». Всем этим непроверенным фактам надо было дать правильное объяснение, чтобы исключить их использование для спекуляций на тему аварии. Разрушение этих недостоверных фактов приводило к разрушению оснований для фантазий и спекуляций, ― для разрушения «версий-фантазий», суть которых сводилась к «зачистке», ― преступном уничтожении дятловцев, как свидетелей то ли «секретных испытаний», то ли какого-то другого «преступления». И для разрушения версий об «имитации», которые состояли в намеренной подтасовке улик и запутывание следов с целью сокрытия следов преступления (перемещение погибших, их снаряжения и предметов, в частности, перемещение палатки).

«Зачисткой и „имитацией“ пытались обосновать отсутствие каких-либо улик, связанных с „техногенной аварией или преступлением, поскольку местность была от них „зачищена“. Но отсутствие улик не может считаться доказательством того, что что-то «было“. Отсутствие улики лишь доказывает, что ее нет, и что говорить не о чем.

Аналогично отсутствие или разрушение фактической основы «версии» превращало ее в необоснованную «фантазию». А попытку использовать эту фантазию с целью получения морального или материального капитала превращало такую фантазию в «спекуляцию» на тему аварии.

Так, ряд фактов пытались использовать для обоснования утверждения, что, якобы, в месте аварии присутствовали «посторонние люди». И на этом «основании» пытались подтвердить и «зачистку» и «имитацию».

Таков факт наличия следа ботинка среди следов дятловцев, поскольку ни на одном из них не было ботинок. Но по протоколу обследования Золотарева на нем были «черные стеганые бурки», ― мягкие сапоги из фетра на кожаной подошве. Наличие бурок объясняет появление «следов ботинка» на склоне, ― они оставлены Золотаревым. «Посторонние» здесь ни при чем. Понятно, почему этот факт не нашел объяснение сразу: следы видели в марте, а Золотарева с бурками нашли только в мае.

Поисковики по указанию следователей искали нож, ― тот нож, которым разрезали палатку, которым срезали пихты в лесу. Подозревали, что и ножны от ножа, найденные в мае на месте палатки, когда стаял снег, тоже принадлежат «посторонним» лицам. Подозрения оказались ложными. Нож, найденный рядом с Колеватовым, подошел к ножнам, и опознан, как нож Саши Колеватого. Его подарили сестре Колеватова Римме.

В пользу присутствия «посторонних» приводят еще такой «факт»: якобы на снимках настила видны следы сруба топором. А топора у дятловцев внизу, в лесу, не было, поскольку все три их топора остались у палатки. Но никто из поисковиков не видел следов сруба топором, ― этот факт никем из очевидцев и следователей не зафиксирован. Определить по фотографии, что на ней: сруб или слом ствола, практически невозможно. Тем более что стволы настила могли быть повреждены тогда, когда их откапывали и рубили плотный снег лопатами.

Нашли на настиле некую «обмотку шинельного сукна» с коричневой тесьмой длиной около 1 м. Личную принадлежность «обмотки» не смогли определить. Этот факт использовали, как доказательство, что она, якобы, принадлежала «посторонним». Но следователи вообще не придали значения этой тряпке, да и описание ее дано очень небрежно, а вот стыковку вещей, найденных в марте, а потом в мае, следствие не делало. По длине «солдатской обмотке» она не соответствует: 1 м мало для обмотки ноги, настоящая обмотка имеет длину не менее 1,5 м. По материалу ― не соответствует, т. к. «обмотка» делалась не из сукна, а из плотной хлопчатобумажной ткани. Из грубого сукна, натирающего ноги, обмотки никто бы не стал делать. По размеру мнимая «обмотка» похожа на обрезок «одеяла из солдатского сукна», принадлежавшего по описи Саше Колеватому. Скорее всего, эта «обмотка» и была частью этого одеяла. Почему и как часть одеяла была оторвана и оказалась на настиле, ― это уже другой вопрос. Но присутствие «шинельного сукна» среди вещей группы установлено определенно. Скорее всего, обрезок одеяла дятловцы сожгли, ― пожертвовали им, чтобы развести костер, используя обрезки сукна, как трут. Видимо, здесь не обнаружили принадлежность «обмотки» потому, что в мае одеяло это поисковики на месте аварии не видели, поскольку его увезли в Свердловск, и оно затерялось среди других улик. Та же путаница, что и со «следом ботинка», но в обратном порядке. Одеяло, лежавшее на Кривонищенко и Дорошенко по воспоминаниям поисковиков Шаравина и Коптелова было «коричневым». Но, может, поисковики плохо запомнили, и «коричневым» был только край одеяла из-за нашитой тесьмы? А другой край с тесьмой оказался отрезан. Не так уж просто ошибиться в оценке цвета одеяла, когда оно припорошено снегом (а снег Шаравин и Коптелов не удаляли, чтобы картина состояния погибших сохранилась до прихода следователей).

Там много нашли обрывков одежды, и придавать значение без проверки принадлежности им не стоит. Понятно, что следствие не стало терзать родственников погибших, выясняя принадлежность каждой тряпки. Да и родственники могли не запомнить все детали одежды, которые пришивали сами туристы. И Юдин однозначно не мог запомнить все вещи, которые были на других участниках группы Дятлова, потому и не смог некоторые вещи идентифицировать. Все подобные вещи без четкой идентификации могут стать уликами только после тщательной проверки. Проверки нет, ― нет и улики.

Со временем из-за попыток «спасти» недостоверные факты проявилось какое-то «удвоение» улик. Вот уже вторые «ножны» от ножа появились, вот уже и вторая «обмотка» шинельного сукна появилась, о которых нет никакого упоминания в материалах дела. Но только из этих фактов еще ничего не следует. Ну, могли быть и вторые ножны, ― ведь известно, что были в группе два ножа с ножнами из текстолита. Ну, мог быть и еще какой-то обрывок ткани, принятый за «обмотку».

Еще утверждают, будто настил невозможно было соорудить силами дятловцев. Утверждение не выдерживает проверки. Сломать руками и ногами полтора десятка стволов надрезанных ножом молодых пихт или просто сломать подгнившие для пяти здоровых парней ― задача несложная.

Присутствует еще какой-то «носок» от сломанной лыжи, якобы, упомянутый в радиограмме Масленникова от 07.03.59. Но к 7 марта этот «носок» кто-то из поисковиков там мог потерять или выбросить, а нашел его кто-то другой, ничего не знавшей о поломке лыжи. Там уже много народа побывало и сменилось.

Вытаскивают и такой факт, как лишние ботинки и «лишняя пара лыж» (более вялый аргумент). По некоторым протоколам в палатке было 9 пар, а по другим: 8 пар лыжных ботинок (а лыж под палаткой по одним протоколам: 8 пар, а по протоколу Масленникова: 10 пар, включая и пару вне палатки). А в лабазе была еще одна пара лыжных ботинок (и еще теплые ботинки Дятлова). Но нет ничего необычного в наличии запасной пары лыжных ботинок: один из участников или вся группа могли взять запасную пару. Авария с ботинками, ― это вещь серьезная, она может привести к срыву похода.

Имели дятловцы в лабазе и запасную пару лыж, ― это Юдин подтвердил.

Юдин еще привел факт обнаружения обрывка какой-то «кинопленки» недалеко от палатки дятловцев (упомянутый, якобы, в акте обследования от 27.02.59). Но тот же Юдин упоминал об участнике их группы Алексее Чеглакове, который ходил и фотографировал, где хотел. Разве не мог этот «фотограф» потерять кусок фотопленки? Мог обронить и кто-то из дятловцев, особенно если фотопленку использовали для разжигания костра. Фотопленка могла иметь необычный цвет, отсюда и название: «кинопленка». В фотоаппаратах тогда использовалась профессиональная кинопленка с размером кадра 24 на 36 или 18 на 24.

Все рассуждения о наличии большого количества «валежника» у костра дятловцев, являются выдумками. Во-первых, валежник находился под слоем снега. А промерзшие и мокрые от снега ветки горели очень плохо при столь низкой температуре. Существенны и качества древесины, ― если ветки кедра горят хорошо, то другие породы заставить гореть на морозе куда сложнее. Засохшие деревца найти в темноте было непросто. Трудность заготовки дров тоже способствовала аварии, но на этот момент почему-то мало кто обратил внимание.

Явно ложное «построение», ― это фантазия на тему отсутствия следов вокруг дятловцев, обнаруженных до границы леса: Дятлова, Слободина и Колмогоровой: Ведь ясно, что следы эти замело снегом. Но нет, ― выдумывают, будто «их сбросили с вертолета». Потому и следов вокруг них, якобы, нет. И не смущает фантазеров то, что никаких травм от «падения с вертолета» у этих трех дятловцев нет, ― они погибли от замерзания. Опять фантазия на основе отсутствия «факта», ― на основе отсутствия следов.

Ложные страхи связаны и с «участием КГБ» в деле расследования. При этом приводят свидетельство спасателей Якименко и Аксельрода о присутствии среди поисковиков агентов «сил безопасности» в черных бушлатах, черных телогрейках и с пистолетами (ну и «жуть», форма-то какая «черная»…). Да, в поисках участвовали солдаты и офицеры курсанты школы сержантов Ивдельлага (из внутренних войск МВД) с табельным оружием, ― мы их видим на снимке около палатки поисковиков, причем на некоторых не белые, а черные полушубки из овчины и черные телогрейки. Но КГБ здесь ни при чем.

Ложным фактом является и утверждение, что «дело» о расследовании аварии группы Дятлова было начато не 28.02, а много раньше. Еще утверждают, что, якобы, властям об аварии стало известно много раньше, чем была найдена палатка группы Дятлова. При этом называют разные даты, например, 4.02 или 6.02, или 12.02. Подобные слухи основаны на том, что на старой обложке «дела» надпись нечеткая, и непонятно, что там написано, ― то ли буква «в», то ли цифра «6». Но из материалов «дела» прямо следует, что расследование начато 28.02.59, ― и из заключения о закрытии «дела» и из описания событий аварии. Понятно и сообщение манси об обнаружении стоянки туристской группы примерно 14–16 февраля. Манси обнаружили ее случайно, но не в ходе поисков группы Дятлова, как придумали позже фантазеры. Охотники вспомнили об этой стоянке, только когда их стали расспрашивать о пропавших туристах. Понятно и появление в документах даты 12.02.59 г., ― даты контрольного срока возвращения группы Дятлова. Нет ничего необычного в том, что она указана, как дата исчезновения группы или ее участников.

Ссылки на «Свидетельство Солтер» о, якобы, 11-ти погибших дятловцах и каких-то таинственных «вскрытиях», якобы проводившихся в Ивделе, например, в статье В.Черноброва, содержат много неточностей.

Мы нашли Пелагею Ивановну Солтер (она же Мария Ивановна), и расспросили ее и ее мужа, ― Виктора Константиновича, который сам работал в «п/я Н-240» старшим инженером по сбыту древесины и тоже запомнил события аварии группы Дятлова. А П.И.Солтер работала операционной сестрой в медицинской клинике этого учреждения. В.К.Солтер нам сказал, что Пелагея Ивановна плохо помнит некоторые события, но он определенно запомнил, что погибших дятловцев было именно 9, но никак не 11.

Солтер в рассказах всегда имела в виду 10 дятловцев (включая Ю.Юдина), которых она видела в Ивделе в начале похода. А вот «лишней» здесь по всем признакам оказалась погибшая девушка не из группы Дятлова, которая поступила на санитарную обработку вместе с Колмогоровой в самой первой партии из 3-х погибших. В двух мартовских партиях было 6 погибших (3+3), а обнаруженных тогда погибших дятловцев было только 5. По словам Солтер среди первых трех доставленных было 2 девушки, а вот среди первых 5 погибших дятловцев была только одна девушка, ― Зина Колмогорова. Поэтому вторая «девушка» среди шести погибших была явно не из группы Дятлова. Вот она и плюс 10 дятловцев, включая Юдина, и дают эту непонятную цифру «11». Но теперь эта цифра понятна. А вот вскрытия в Ивделе, по словам супругов Солтер, не проводились. А проводился лишь осмотр и санитарная обработка погибших перед отправкой в Свердловск. При осмотре хирург Прутков внутренние травмы не обнаружил.

Операционная сестра П.И.Солтер.

Пелагея Ивановна и Виктор Константинович Солтер, 21.11.2007 г.

«Свидетельства» летчика Г.Патрушева и штурмана Георгия Александровича Карпушина во многом являются неверными «пересказами». Так, утверждение В.Черноброва (статья «Древние боги требуют жертв»):

«…Первым два тела заметил с воздуха летчик Г.Патрушев, на ЯК-18 посланный искать пропавших туристов. Он и передал координаты на землю поисково-спасательным группам…»

является неверным: в материалах дела нигде не говорится, что погибших первыми нашли летчики.

Те же неверные утверждения приводятся, например, в статье Архипова по http://www.nashural.ru/UrBibl/Pereval_Dyatlova/visota_1079.htm. Из статьи следует, что летчики 25-го февраля видели палатку и погибших. Но по материалам дела 25-го февраля днем об обнаружении палатки еще никто не знал. Неволин с рацией подошел, по словам Брусницына, уже в сумерках, и об обнаружении палатки узнали из его радиограммы 25-го только те, кто ее принял. По словам Брусницина 25-го февраля они в долине Ауспии действительно дважды принимали самолеты, которые им сбросили вымпелы с указаниями Ортюкова и Масленникова. В тот день самолет наблюдал и группу Аксельрода. А для сигнализации самолету о ходе поисков поисковики ложились на снег, изображая условные фигуры. Например, буква «П» обозначала сигнал: «Поиск продолжаем. Все нормально». Так что по всем признакам с самолета видели не аварийную палатку, а палатку групп Слобцова или Аксельрода и лежащих на снегу туристов этих групп, а не погибших дятловцев. Ведь никто из погибших дятловцев не лежал около палатки дятловцев или Слобцова даже когда их эвакуировали, ― это известно определенно. А «длинные» волосы, якобы лежащей на снегу женщины, ― это были свисающие «уши» шапки-ушанки. Ведь ясно, что из кабины самолета практически не видно, что прямо внизу на земле, да и летчику там не до «наблюдений», особенно при полете в горах.

На всех этих ложных утверждениях, основанных на неверных представлениях пилотов, строятся ошибочные фантазии о том, что до обнаружения поисковиками погибших куда-то «переместили», чтобы скрыть следы преступления. Нет, все эти утверждения насчет обнаружения палатки пилотами, ― это просто неверно воспринятая от летчиков и неверно переданная информация.

Неверны и утверждения о том, что пилот Патрушев уж очень серьезно опасался за свою жизнь в связи с «этой историей», якобы, со слов его жены. Работа пилота ― всегда опасная, и его жена опасалась за него всегда. Ясно, что к этим опасениям примешивались и опасения, вызванные непонятными фактами аварии Дятлова. Они вполне объяснимы, и впадать в мистику или подозрения не стоит.

По сути, ничем не обоснованы подозрения, что в неких отсутствующих «документах» содержится, якобы, разгадка тайн этой истории. Среди таких документов называются отсутствующие листы из дела (секретный «пакет» с изъятыми материалами), «дневник Колеватова», «дневник Масленникова», «архив Ярового» и, конечно, «дело КГБ», содержание которого никому неизвестно. Пока содержание и само существование этих «документов» неизвестно, делать какие-то «выводы» на их основе неправомочно. «Основы» здесь никакой нет, ― любые такие выводы являются фантазиями и спекуляциями. В ходе расследования нам удалось установить содержание некоторых этих документов.

К примеру, «дневник Колеватого» упоминается в «Блокноты Григорьева Г.К.», Областная Газета. 01.02.2001 г. в связи с переписью вещей погибших:

«…В одном рюкзаке записная книжка с надписью: „Сашеньке Колеватову для дневника“. Но он чист, ни одного слова в нем. Нашли и портмоне с документами, письмами, деньгами. Несколько дневников еще там, на месте гибели, забрал прокурор Темпалов…»

Так что «дневник Колеватова» найден, ― в нем ничего не было. Известны и показания Масленникова, и повесть Ярового. Если они что-то знали интересное, почему ничего не сообщили другим?..

Что было в «секретном пакете» материалов дела, нам удалось установить при разговоре с адвокатом Геннадием Петровым. В ходе обсуждения он предположил, что в этот пакет выделили материалы радиологической экспертизы на листах 370–377 дела, что следовало из справки в материалах дела. А весь этот «пакет» вернули в дело, т. е. он сохранился в деле, и мы видим эти материалы экспертизы. При проверке установили, что лист под номером 370, ― действительно постановление о проведении радиологической экспертизы, как и следует из описи дела. «Дополнительные вопросы эксперту», ― это лист 375, номер на нем просматривается четко. На остальных листах сканов номера не видны, ― то ли они остались на «обрезках» сканов (не вошли в формат), то ли вообще не были проставлены. Всего там 12 страниц экспертизы. А листов 8. Это несоответствие легко объяснить, если предположить, что четыре листа были заполнены текстом на двух сторонах.

Геннадий Петров.

Таким образом, содержание «секретного пакета» установлено. Это ― материалы радиологической экспертизы. Они были возвращены в дело, и они сохранились в деле. По документам дела мы с Петровым проследили путь «секретного пакета». Он возник после возврата «дела» из Москвы 11.07.59 после проверки, когда по указанию Клинова дело засекретили, а указанные страницы выделены в сов. секретный пакет. Позже при «перетряске» сов. секретных фондов этот пакет вернули в дело, а все дело передали из секретного архива в обычный. Стало ясно и происхождение «второго тома» дела. После официального закрытия и прошивки в дело поступали дополнительные материалы, которые собирали в отдельном томе. Здесь накопилось около 25 страниц, которые в опись не попали.

Какие еще были сомнительные предположения?

Из факта, что «на палатке не обнаружили следов крови» еще не следует вывод, что травмы дятловцы получили вне палатки: кровь капала не на дно палатки, а на вещи, расстеленные на дне. И не на палатку снаружи, а на снег на ней и рядом с ней. Да и не было у них сильных наружных кровотечений.

Представление, что кто-то из дятловцев вышел ночью из палатки, и подал сигнал тревоги остальным для бегства от опасности, является ложным (часть причин была изложена выше). Его опровергает и тот факт, что по всем признакам палатка была закрыта, когда возникла необходимость ее покинуть, ― палатку пришлось резать.

Кедр был спилен, ― этот «факт» неверный и неверно, будто кто-то спиливал кедр для сокрытия «места преступления». Утверждения выдуманы теми, кто не смог обнаружить кедр, ― найти его действительно непросто. И Шаравин в 2001 году, и мы в экспедиции 2008 года обнаружили этот кедр целым. Можно убедиться на следующих снимках, ― современном и 1959 года.

Ю.Кунцевич и Ю.Юдин у дятловского кедра и раскопа костра (слева внизу). На заднем плане виды ствол второго кедра, Саша Кунцевич и Шикобонга (фото Буянова, 06.08.2008).

Вот он, кедр, вот три ствола рядом на заднем плане и остатки дерева, которое видно на снимке 1959 года спереди слева. А второй кедр, который на современном снимке виден слева, мы тоже на другом снимке 1959 г. обнаружили.

Снимок 1959 г. остатков костра дятловцев у кедра.

Снимок 1959 г. двух кедров (большой кедр слева) и тряпка, найденная собакой.

Костер дятловцев был сигнальный, ― это утверждение, по всей вероятности, не верно. Костер развели для того, чтобы согреться (а уже во вторую очередь как маяк для возвращения тем, кто ушел к палатке). И располагался он относительно кедра не со стороны палатки, а от палатки за кедром. Так же, видимо, неверно и утверждение о том, что в ветвях кедра сломом веток сделали «экран» для наблюдений. Ветки обламывали с той стороны, с которой на кедр залезали, используя нижние ветки (с другой стороны внизу у него веток нет).

Как рождаются ложные слухи можно проследить на факте с «булавками». Один из поисковиков (Лебедев) действительно видел, что разрывы палатки были «подколоты булавками». Другой «исследователь» этот факт неверно пересказал. А «третий» уже построил «версию» о действиях «спецназа». Якобы это «спецназ» провел «инсценировку» с булавками, чтобы запутать следы преступления! Образцовая глупость! Если учесть, что палатку с подколотыми краями разрывов действительно видели в той самой комнате, где эксперт-криминалист исследовала разрывы и разрезы палатки. Но этот пример показывает, как надо учитывать позицию наблюдателя по времени и месту для объяснения факта.

Следователь Иванов писал, что «человек замерзает в позе „эмбриона“ (свернувшись „калачиком“). Это утверждение и построенные на нем фантазии о том, что дятловцы, якобы, погибли не от замерзания, являются неверными. Человек обычно замерзает в позе „спящего“. Это не обязательно поза „эмбриона“. В известных нам случаях гибели от замерзания на Эльбрусе поза „эмбриона“ не наблюдалась, ― погибшие замерзали в различных позах.

Часть фантазий построена на том, что кожа погибших имела «странный» цвет и это, якобы, было следствием воздействия каких-то «ядовитых веществ» или «ракетного топлива». Но судмедэксперт Корнев однозначно ответил, что окраска кожи погибших может быть различной в зависимости от условий воздействия температуры, воды, воздуха и солнца. Ничего необычного в цвете кожи погибших нет, эта окраска не есть следствие воздействия «ядовитых веществ», и придавать этому значение не стоит.

Откровенным заблуждением являются и утверждения ― «ужастики», что в случае, если бы кто-то из возможных участников похода (Юдин, Аксельрод, Бартоломей, Биенко) оказался в группе Дятлова, то он бы непременно погиб вместе с ними. Подобные вещи могут утверждать люди, слабо знакомые со спецификой спортивных походов или плохо продумавшие ситуацию. А специфика похода состоит, например, и в том, что участник группы, ― ее активная сила, а не пассивный «пассажир». Поэтому даже при замене или, тем более, при добавлении всего одного участника все события похода смещаются очень неоднозначно. А вся ситуация, и ее возможные исходы возвращаются к «начальной неопределенности». Если бы Юдин пошел с группой, события развивались бы не так. И совершенно неизвестно, погибла бы группа вместе с Юдиным, или нет. Можно сказать, что смещение палатки при установке всего на несколько метров, могло существенно изменить всю ситуацию, ― лавина в другом месте могла на палатку не сойти. А могла и сойти с другими последствиями. Потому все рассуждения о том, что, если бы кто-то пошел в поход и тоже погиб вместе с группой Дятлова, ― все эти утверждения являются заблуждениями.

Имелись также фантазии и спекуляции, связанные с якобы каким-то «уголовным прошлым» Золотарева ввиду наличия у него татуировки с непонятной символикой и непонятной надписью:

«…на тыле правого предплечья в средней трети татуировка с изображением свеклы и буква +С, на тыле левого предплечья татуировка с изображением „Г.С „ДАЕРММУАЗУАЯ“, пятиконечной звезды и буквы С, букв „Г+С+П=Д“ и цифры 1921 год“.

Здесь кажется наиболее убедительным объяснение, данное адвокатом Геннадием Петровым. По всем признакам надпись была считана не совсем правильно с поврежденной кожи (начавшей разрушаться), причем для татуировки применили крылатое «армейское» выражение бойцов подразделения, в котором служил Золотарев. Такой фразой могла быть фраза «Даешь Муазунд» (или «Даешь Моазунд»). 1921 ― год рождения Золотарева, а «Г+С+П=Д» ― символ дружбы (Д) трех солдат, в чисто которых входил и «С» ― Саша Золотарев (как и «С» в других местах). Пятиконечная звезда ― это символ армейской дружбы и службы. «Свекла», ― это не свекла, а сердце с изображением «фонтана любви» или изогнутой «стрелки», направленной в сердце. А вот «Г.С.» могло быть символом не обязательно «именным» (Гена-Саша), это могло быть сокращением «крылатого выражения» (например, «герои-солдаты», «героическая служба», или что-то подобное). Понятно, что «тыл левого предплечья ― это то, что „ближе всего к сердцу“, предмет сердечной привязанности. А „тыл правого предплечья“ с изображением знака любви на правой руке ― это символ верности этой любви. Таково объяснение Г.Петрова.

Определенные крылатые выражения легко прививаются в небольших коллективах. Особенно, если люди их начинают часто использовать со скрытой иронией, ради повышения настроения (вспомним фразы из известных кинокомедий или из популярных анекдотов). В практике малых коллективов и туристских групп это обычное явление.

Недостоверными фактами (и фантазиями и спекуляциями на их основе) являются и ссылки на «свидетельства» виртуальных личностей в Интернете. Например, «свидетельство доктора Деева» (якобы, погибшего в автокатастрофе) или «свидетельства Лорелайн» (на форуме ТАУ «Загадка Дятловцев, она же „Настя“, она же „Магдалена“ в статье журнала ЭКС „Секретные материалы горы мертвецов“, № 39, 2005, с.44). В этих ничем и никем не подтвержденных „свидетельствах“ анонимов нет никаких новых фактов. «Виртуальные анонимы только утверждают, что они что-то знают, а вот новые проверенные факты привести не могут. Верные факты они приводят вперемешку с явными заблуждениями, фантазиями и ляпсусами.

Спекулянты обычно отвечают на вопрос так, что ответ является новым вопросом, еще более запутывающим ситуацию. Они ничего не доводят до конца, ― они не могут построить обоснованную картину событий, проверить факты на достоверность.

Спекулируют на неполной информации, на недоработках следствия и неполноте показаний свидетелей. К примеру, одна из спекуляций сводилась к тому, что найденный у палатки ледоруб не принадлежал группе Дятлова. При этом ссылались на Юдина, который «не опознал» ледоруб. Юдин действительно «не опознал», но не ледоруб, ― он не опознал, кому ледоруб принадлежал.

Спекулируют на фактах, которые невозможно проверить. Действительно, можно ли проверить «достоверность свидетельства», которого нет? Таково, к примеру, «свидетельство» об «огненных шарах» от 1 и 2 февраля. Никто «шары» в эти числа не видел, а само «свидетельство» является лишь слухом.

Или можно ли проверить «достоверность» явления, которое нигде и никем не наблюдалось? Например, достоверность «инфразвука», который, якобы, мог вызвать паническое бегство из палатки? Нет, пока какое-то явление в природе не зафиксировано, ― оно в принципе «недостоверное». А всякие рассуждения о явлениях, которые нельзя наблюдать и нельзя воспроизвести в природных условиях, ― это «схоластика» типа спора о «чёрто-вместимости» конца булавочной головки. Возможность же наблюдения какого-то явления в лаборатории еще не доказывает наличие этого явления в природе. В первозданной природе нет ни лучей лазера, ни взрывов тротила. Надо видеть разницу проявлений естественной и искусственной среды.

Мотивы убийства, выдвигаемые спекулянтами для обоснования «криминала» ― совершенно недостоверны. Предположений здесь много и насчет «криминального прошлого» Золотарева, и насчет попыток «замести следы» преступления или «убрать свидетелей» какого-то испытания. Но вот никаких доказательств этих предположений нет. А о каких-то «криминальных» версиях можно говорить только тогда, когда ясно виден мотив преступления и когда он документально доказан. Нет никаких оснований и улик для подозрений, что кому-то была «выгодна» смерть группы туристов. И ложны построения «доказательств» на основе отсутствующих фактов и свидетельств.

На основе отсутствующих «фактов» можно утверждать все, что угодно. Так, на основе отсутствия оружия и следов применения оружия можно утверждать, что оружие «было», но оно было использовано только для «устрашения», для «выгона» на мороз» для убийства путем «вымораживания». Такая «версия» тоже выдвигалась. Глупость это, ― из того, что что-то «не обнаружено» вовсе не следует, что «это было» на самом деле. Надо понимать, что такие «версии» придумывают параноики на основе своих внутренних «страхов» и болячек. И втягивают в эту паранойю нормальных людей. На основе отсутствия фактов можно утверждать лишь, что отсутствуют все признаки связей и самих «подозрительных» явлений на основе этих «фактов». К примеру, факт отсутствия каких-то серьезных пропаж вещей дятловцев прямо свидетельствует и против криминальной версии аварии, и против какого-то присутствия посторонних лиц на месте аварии.

Есть еще и спекуляции-обвинения властей в том, что партийные и советские власти «что-то скрывали». Эти обвинения в данном случае во многом не обоснованы. В данном случае власти немало сделали для раскрытия причин и хода аварии, организовав длительные спасательные работы с привлечением практически всех доступных средств и большого количества людей, имевших подготовку для жизни в походных условиях. Прокурор Иванов не совсем правильно выдвигает обвинения против советских и партийных органов и руководителей (статья «Тайна огненных шаров»). В данном случае власти не раскрыли причин аварии не потому, что знали о них, ― они не раскрыли причин аварии потому, что о них не знали. Местные власти располагали лишь реальной информацией в объеме материалов следствия. А об испытаниях ракетного оружия на космодроме в районе Тюратама центральные власти в Москве информировали только тех, кто непосредственно с этими испытаниями связан по работе. Власти в Свердловске этой информацией по всем признакам не располагали.

Ну, а в том, что следствие не пришло к правильным выводам, ― в этом есть и недоработки самого Иванова. М.А.Аксельрод отмечал, что Иванов не слишком прислушивался к мнению опытных туристов, и не информировал (по соображениям сохранения тайны следствия) поисковиков о ходе следствия. Если бы Иванов более тесно и более доверительно поработал с туристами, он бы смог выйти на верный путь. В частности, и версия Аксельрода о лавине могла бы появиться раньше, а не после официального закрытия следствия. Выводы Иванова о причинах радиации и о связи аварии Дятлова с полетами «огненных шаров» были совершенно неправильными, ― этой сейчас ясно. Эти выводы тоже стали источником заблуждений, фантазий и спекуляций.

Также не обоснованы и спекуляции на ограничениях передвижения поисковиков в районе аварии группы Дятлова. Ограничение передвижения производилось не из-за желания властей что-то «скрыть», а по соображениям безопасности, соблюдения дисциплины и требованиям следствия, чтобы не запутать следы и улики.

Неверными являются утверждения, будто на место аварии не допускали «журналистов». На место аварии летали корреспонденты Ю.Яровой и собкор газеты «Уральский рабочий Григорьев Г.К. Конечно, не допускали туда всяких зевак, ― недешевое это „удовольствие“, и небезопасное. Ведь в глухой тайге жить и работать подготовлен далеко не каждый. Направляли туда тех, кто имел подготовку, и кто мог выполнить полезную работу. В частности, Ю.Яровой помогал следственной группе на месте аварии, как фотограф.

И ясно, что закрытие района аварии объяснялось не столько желанием властей что-то «скрыть», сколько желанием обезопасить себя от новых неприятностей в случае, если в районе произойдет новая авария с туристской группой. Новая авария после аварии Дятлова была бы связана со значительными дисциплинарными наказаниями для местных партийных и советских функционеров со стороны Москвы.

Выдвигались также обвинения в адрес следствия и в адрес поисковиков в том, что следствие произведено не очень тщательно. Что имелись ошибки в документах, что были нарушены улики, и не сохранили в целости место аварии. Но надо же реально представлять условия, в которых велся и поиск, и следствие. Главной задачей поисковиков явилось найти и спасти живых. При этом не очень задумывались о сохранности улик и следов. И следственная группа работала в нелегких условиях, ― на ветру, на морозе… Легко ли делать записи на ветру, на морозе? Потому не случайно были допущены видимые сейчас отдельные ошибки и неточности в написанных по памяти в палатке протоколах. И с самого начала следователи не знали, насколько сложным и «громким» станет это дело, ― с самого начала оно не казалось ни трудным, ни запутанным. Ведь разные аварии с туристскими группами по естественным причинам случались и ранее, и позже этого случая…

Вызывало подозрение и «похудение» официального дела о расследовании аварии Дятлова. Есть свидетели, которые видели дело раньше, когда оно по объему было заметно больше. Значит ли это, что часть материалов изъяли и «засекретили»? Может, конечно, и было что-то изъято по каким-то причинам, но для определенных выводов надо знать эти причины. За 49 лет после аварии, похоже, часть дела просто растащили. Растащили, прежде всего, фото и документы, которые не попали в опись дела. «Дело» прошло через многие руки, ― в том числе такие, которые что-то брали, но не все возвращали назад. Дело это теперь представляет историческую и учебно-методическую ценность, которая должна быть восстановлена и тщательно сохранена. А ограничение доступа к «делу» имеет и свою позитивную «составляющую» именно в части его сохранения и предотвращения фантазий и спекуляций. Подлинник дела надо сохранить, а вот к его копии почему бы не допустить всех желающих?

Никаких «улик» в пользу «техногенной аварии или криминального действия все экспедиции в район горы Холатчахль не обнаружили. В ходе экспедиции-2008 поиск с металлоискателями привел к обнаружению многих следов поисковых работ: обнаружили лавинные зонды, совковые лопаты, лыжные крепления, наконечник лыжной палки, остатки гильз от ракетницы и от малокалиберной винтовки. Все эти предметы, как выяснили, имелись у поисковиков. А вот какая-то „причастность“ к аварии металлического кольца, найденного где-то поблизости от перевала, пока не установлена. Кольцо это похоже на обломок двигателя зенитной ракеты. Но ясно, что тогда, в 1959 г., зенитная ракета в район горы Холатчахль залететь не могла даже из окрестностей Ивделя. Она могла залететь туда позже, ― из района горы Чистоп, где в 1972–1986 г. базировалась РЛС дальнего обнаружения. Либо этот „артефакт“ был занесен в район перевала какими-то шутниками.

Таким образом, все перечисленные так называемые «факты», приводимые в пользу «техногенных» и «криминальных» причин аварии группы Дятлова, ― это хлам заблуждений. Все эти «факты» не выдерживают проверки, ― они должны быть отброшены, как несостоятельные. Доказательная база «техногенных» и «криминальных версий аварии пуста. Все их фантазии ни на чем не основаны. Но вот запутали ситуацию, и „навели тумана“ они немало. Они мешают видеть события аварии.

К этому можно добавить, что все представления, связанные с «криминальными» и «техногенными» причинами аварии выглядят весьма упрощенными, примитивными и оторванными от фактов аварии. А вот усложнить эти представления до конкретной детализации событий никак не удается и ввиду отсутствия каких-то подтверждающих фактов и ввиду их несовместимости с достоверными фактами. Попытки «усложнений» до построения полной картины событий аварии уводят в такое «фантазирование» в отрыве от фактов, что его несостоятельность очевидна. Сами фантазеры стесняются ссылаться на эти «произведения».

Комплекс же настоящие причин, которые привели к аварии, оказался сложнее, чем представлялось в начале расследования. Но, несмотря на эту сложность, удалось провести достаточно подробную детализацию событий с опорой на известные факты. И, несмотря на наличие нескольких естественных составляющих аварии, все они достаточно понятны, конкретны и логичны.

Следующая глава дает понять, где и в чем следует искать главные причины аварии Дятлова, и какую важную причину не смогло увидеть официальное расследование.

11. Статистика и метеоданные, или Что было неизвестно в 1959 году

В те, теперь уже достаточно далекие годы, еще не была собрана статистика, дающая правильные представления, от чего погибают и могут погибнуть туристы в лыжных походах. И не существовало обоснованных представлений о том, какие факторы риска являются первостепенными, а какие обычно не приводят к катастрофам с летальным исходом. Но сейчас такая статистика есть, и она позволяет правильно увидеть наиболее критичные факторы риска, и понять, при каких воздействиях погибают туристы в лыжных походах.

От Михаила Васильева и Валентина Некрасова мы получили данные по авариям в лыжном туризме за 30 лет, ― они опубликованы на сайте www.mountain.ru и на сайте туристского союза России, а также в газете «Вольный ветер», № 66 за 2004 г., (с.3, статья М.Васильева «Пренебрежение подготовкой кадров не проходит даром»). Данные красноречивые, ― по ним на долю лавин приходится 80 % погибших, а на долю лавин и замерзания ― более 90 % погибших в лыжных походах. Еще около 7 % дают срывы (падения) на склонах. Остаток даю130 т болезни (от 1 до 4 % в разные годы). Известно также, что за период с 1992 по 2004 год в лыжных походах погибло 28 человек, из них 24 ― в лавинах, или 6 человек из 7 погибших (86 %)! Вот таблица из этих данных, содержащая статистику по причинам гибели туристов-лыжников, а выводы из ее цифр легко сделать.

Таблица 1. Гибель туристов в лыжных походах в период с 1971 по 2004 годы включительно.

Ясно, что лавины, холод, срывы и болезни ― главные опасности лыжных походов. От остальных причин не погибали. Чем тяжелее авария, тем жестче она притянута к этой статистике, поскольку целую группу силам стихии «сломить» гораздо труднее, чем отдельного человека, пока группа не разобщена. Именно поэтому при тяжелых авариях с группами вступают в действие комплексы факторов, как и в случае аварии группы Дятлова: технические ошибки, лавина, травмы, потеря снаряжения, холод и ветер (и вообще, тяжелые условия внешней среды). Быстро уничтожить группу может только воздействие с очень высокой энергетикой. Лавина, холод и ветер такой энергией обладают, и эта энергетика становится смертельно опасной в случае утраты группой своей искусственной среды обитания в виде походного снаряжения и одежды.

Нам известно, какова была «энергетика» холода и в ночь с 1 на 2 февраля 1959 года, и по ходу течения зимы 1959 г., ― эти данные по метеостанции Бурмантово нам передал уральский гидролог Дмитрий Евгеньевич Клименко. Распределение температур в течение января-начала февраля дано на двух графиках, приведенных ниже. Даны минимальные, максимальные, средние температуры и перепады температур в течение суток и двух соседних суток для оценки характера изменения температур.

Дмитрий Евгеньевич Клименко.

А картинки погоды мы получили от опытного московского туриста В.А.Борзенкова, а затем и в Гидрометеоуниверситете (С-Пб) от инженера Мошиашвили. По картам метеоусловий прослеживается и путь арктического циклона, и вторжение фронта холодного воздуха, вызвавшее резкое понижение температур на стыке 1–2 февраля 1959 года в районе аварии. Ниже даны карты температур в пределах критичных суток аварии с 20.00 часов (UTC) 01.02. (в час ночи 02.02 по Свердловскому времени) до 2.00 часов 2 февраля (в 7.00 по Свердловскому времени). А также графики изменения температур по Бурмантово за месяц до и после аварии и таблицы данных погоды в Ивделе и Няксимволе в ночь аварии. Эти три метеостанции ― ближайших в то время к месту аварии. Примерное место аварии (61.75º СШ (69º45 ); 59.42º (59º25’)ВД) на картах помечено красным крестом в правом верхнем углу карт, ― оно близко к перекрестию 60-тиградусных параллели и меридиана координатной сетки, нанесенных на эти карты.

Таблица. Характеристики погоды в Няксимволе и Ивделе с 1.00 по 6.00 2-го февраля 1959 г.

Картина температур 01.02.59 г. в 00.00 по UTC (по Гринвичу).

Картина температур 02.02.59 г. в 00.00 по UTC (по Гринвичу).

Картина вторжения холодного фронта циклона.

По графикам температур мы проследили, что в январе до аварии 1–2.02.59 имелись три заметные повышения температур: 10–11.01.59 до минус 1,3 °C, 24.01.59 до минус 1,6 °C и 31.01–01.02.59 до минус 4,9 °C ― последнее повышение непосредственно перед ночью аварии. Ясно, что эти оттепели сопровождались прохождением фронтов и перекристаллизацией снега с образованием «снежных досок» на слабой подложке глубиной изморози (это косвенный признак возможного наличия лавинной опасности).

По графику суточных и двухсуточных изменений температур (Бурмантово) мы заметили, что на исходе 01.02.59 имело место резкое падение температур от минус 4,9 днем до минус 28,8 °C, ― падение на минус 23,9 °C в пределах двух суток. Причем на 18,9 °C в течение ночи в начале 02.02! Ясно, что, когда суточные и двухсуточные перепады и их динамика близки и кривые «сближены», то максимальные перепады наблюдаются на стыке этих суток в пределах общей ночи. А когда графики заметно расходятся, максимальные перепады наблюдаются либо в пределах отдельных суток, либо на стыках с другими граничными сутками. Это очевидно по характеру изменения температур. Можно заметить, что перепад температур в пределах 01–02.02.59 очень резкий, но не максимальный: на стыке 04–05.02 наблюдался еще более мощный провал «в минус» на 27,6 °C ― до минус 38,1 °C от максимума минус 10,5 °C. Это проходил на восток следующий, более мощный арктический циклон, видимый на картах погоды слева. А еще позже в пределах 13–14.02.59 наблюдался очень большой перепад температур на минус 30 °C от минус 4,7 до минус 34,7 °C. Правда, он был менее резкий, чем перепады 01–02.02 и 04–05, ― по графикам видно, что крутизна характеристики меньше, и перепад температур произошел за несколько большее время, чем в начале месяца.

Ясно, что горные условия на склонах Холатчахля несколько отличались от условий на метеостанции Бурмантово, расположенной в таежной зоне, ― температуры на высоте 900 м могли быть как ниже, так и выше, а вот ветер заметно сильнее. Поскольку налицо прохождение фронта холодного воздуха из-за резкого изменения температур на стыке суток. С резким понижением, а затем скачком вверх атмосферного давления. Ясно, что даже внешне несильный ветер 4 ― 6 м/с снижал ветрохолодовой индекс (эквивалентную характеристику пониженной температуры при учете влияния ветра) до минус 43 ― минус 51, и группа туристов в таких условиях попадала в опасную зону с борьбой «на выживаемость» даже при наличии зимней одежды.

Полученные позже данные от инженера Мошиашвили В.И. по метеостанциям Ивдель и Няксимволь примерно повторяют данные Бурмантово по температурам. В Ивделе понижение температуры было менее заметным, ― до минус 16,5. А вот в Няксимволе практически таким же, как в Бурмантово, ― до минус 28,3 °C. При этом ветер доходил до 9 м/с, причем направление ветра было преимущественно западным и северо-западным, ― с азимутального направления 270–320°. Это направление подтверждалось и расположением адиабат на приведенной выше карте поля давлений, поскольку ветер направлен обычно под углом 30° к направлению адиабаты при закручивании циклона на карте против часовой стрелки и закручивании антициклона по часовой стрелке. Графики температур, давлений и таблица метеорологических параметров приведены в таблицах.

Данные по восточным метеостанциям Троицко-Печорское, Пермь и Бисер не дают таких резких скачков температуры, хотя скачок в Троицко-Печорском тоже наблюдался. Восточнее условия по температурам были менее суровыми (особенно в Перми). Но эти метеостанции находились в 3–4 раза дальше от места аварии, чем западные метеостанции (см. схему ниже), поэтому их данные менее значимы.

Проверка данных по метеостанции Печора также дала скачок температуры в минус до 28,7 как раз несколько ранее стыка суток 01–02.02.59, причем более длительный по времени, чем зафиксированный более южными метеостанциями.

По словам профессора Гроховского на основании графиков температур и карте давлений в ночь с 1 на 2 февраля наблюдалось прохождение фронта холодного воздуха, сопровождавшееся усилением ветра, повышением давления (после имевшего места спада) и выпадением некоторого количества осадков. Тяжелая масса холодного воздуха вдавалась снизу клином в более теплую воздушную массу, которая поднималась вверх. Метеорологи отметили, что гора Холатчахль создавала эффект «экрана», и на ее восточном склоне ветер был несколько слабее, чем на открытых пространствах вдали от склона горы.

В результате анализа климатической обстановки Мошиашвили установил, что фронт холодного воздуха шел с северо-запада на юго-восток, причем зона холодного воздуха не проникла далеко на юг, и на уровне Троицко-Печорского и Ивделя температура не падала ниже минус 20 градусов. Но немного севернее и северо-восточнее ― в Печоре, Няксемволе и в Бурмантово отмечен пик падения температуры до минус 28. Показания именно этих метеостанций определяют наиболее точно температуры в точке аварии. При этом возможные отклонения пика температуры в зоне аварии составляют плюс-минус 2–3 градуса. Прохождение фронта было достаточно быстрым, ― со скоростью около 40 км в час, поэтому проследить его оказалось возможным только по 6-часовым показаниям метеостанций (по суточным температурам прохождение фронта не отслеживалось). Холодный фронт прошел в течение примерно 10 ночных часов 1–2 февраля, причем пик падения температур наблюдался в районе нуля ― двух часов по Гринвичу, т. е. в 5.00 ― 7.00 утра по Свердловскому времени. Прохождение фронта сопровождалось сильным ветром западного и северо-западного направления со скоростью не менее 10–15 м/с с азимута 270–290. Существенного выпадения осадков не могло быть, но усиление ветра могло вызвать повышенный сдув свежего снега с гор, сильную поземку и «низовую метель» из ранее выпавшего снега. В зоне главного хребта на восточной стороне могло наблюдаться явление типа «бора», ― падение тяжелого холодного воздуха вниз при перевале им хребта с усилением ветра даже до ураганной силы в 20–30 м/c ниже хребта. Такой была погода в зоне аварии по результатам анализа Мошиашвили.

После объяснения метеорологов стало понятной одна из возможных причин остановки группы Дятлова на склоне горы Холатчахль: к концу светового дня начала падать температура и начал усиливаться ветер. Дятлов понял, что когда группа выйдет на северный отрог горы, она попадет под такой же сильный ветер, как и накануне. Причем этот ветер продувает и ложбину внизу, поэтому для защиты от него надо еще углубиться в лес. А перед выходом в ложбину надо еще преодолеть на лыжах каменные гряды, ― не слишком приятное занятие на исходе дня, причем с потерей высоты. На следующий день опять пришлось бы набирать высоту, опять переходить через камни. По всем признакам группа решила не делать этого, ― решили встать здесь, на склоне, на участке в нечетко выраженной наклонной ложбине с глубоким снегом. Встать под защитой северного отрога горы, тщательно вкопав палатку в снег и крепко закрепив ее на лыжных палках и лыжах.

Группа намеренно выбрала участок склона с увеличенной толщиной снежного покрова, чтобы надежно закопать палатку в снег для ее защиты от ветра. Можно заметить, что толщина и состояние снега на разных частях склона горы была очень разной: в выемках углублений толщина была значительной, на выпуклостях склон почти обнажался от снега, на каменных грядах и в ложбине снег очень сильно сдувало ветром до обнажения камней. Условия снегонакопления, сохранения снега и сдува снега с горы на разных участках были разными. Поэтому и следы дятловцев сохранились по-разному: где-то в виде «столбиков, где-то в виде „вмятин“, а где-то не сохранились вообще.

Сейчас ясно, что при наличии только лыжных костюмов и свитеров, и при отсутствии обуви время активного существования группы в условиях холода (до минус 28°) и ветра (10–15 м/c) было ограничено 2–3 часами, не более. Пассивная агония группы могла продлиться несколько дольше, но изменить исход она не могла. Она лишь смазала конечную картину аварии, разбросав участников группы и их снаряжение.

Таким образом, наличие критических факторов вследствие резкого падения температур и усиления ветра в ночь аварии следует признать очевидным. Эти факторы, безусловно, способствовали быстрой гибели группы от замерзания, которое явилось главной причиной гибели большинства дятловцев.

Расположение метеостанций дано на схеме с обозначением их дальности от места аварии, а также даны расстояния от Ивделя до метеостанций.

Расположение метеостанций относительно места аварии (даны расстояния в км до места аварии и между ближайшими к Ивделю метеостанциями по туристской схеме «Урал»).

При снижении ветрохолодового индекса до уровня ниже минус 40–45° группа однозначно попадает в опасную зону, когда ее срок жизни в условиях холода уменьшается до нескольких часов даже при наличии теплой одежды и обуви. В этих условиях группа может погибнуть, если за отведенное ей короткое время она не сможет укрыться от ветра, соорудить защищенное убежище и утеплиться таким образом, чтобы повысить значение ветрохолодового индекса до более высокого показателя, обеспечивающего выживание в условиях холода. При этом надо использовать все возможности для утепления: укрыться в защищенном от ветра месте, соорудить отапливаемое жилище, эффективно использовать одежду, снаряжение и теплую пищу для обогрева людей.

Надо понимать, что система терморегуляция организма человека по своей природе близка к системе терморегуляции тропических животных (обезьян). Организм человека не защищен от холода так, как организм животных Севера, как организм белого медведя или северного оленя. При исчерпании запасов тепловых резервов, при наступлении «холодной усталости» система терморегуляции человека отказывает, и человек погибает. Сначала от холода отказывают наружные органы, наиболее подверженные воздействию холода: конечности, кожный покров и внешние мышцы. А затем холод проникает внутрь, нарушая процессы кровообращения и дыхания. А остановка кровообращения и дыхания, ― это и есть «механизм смерти». Общее угнетение холодом приводит к отключению кровоснабжения внешних органов и общему угнетению нервной системы. Человек засыпает на морозе. Сердце какое-то время поддерживает снабжение мозга кровью, но потом нарушается и работа сердца, и питание мозга. Сердце сбивается с ритма и останавливается навсегда.

Поэтому отсутствие защиты человека от холода в определенных условиях внешней среды неминуемо приводит к гибели даже при наличии теплой одежды.

Безусловно, по заключению судебной экспертизы о причинах смерти дятловцев, «холодная» авария из-за замерзания от сильного холода и ветра в данном случае имела место. Восемь из девяти дятловцев погибли от замерзания, а Тибо-Бриньоль тоже погиб не только от черепной травмы, но и от действия низкой температуры.

Этап «холодной аварии» в аварии Дятлова однозначно присутствует, причем его «составляющая» видится весьма сильной. Исход аварии мог быть куда менее трагичным, если бы не прохождение фронта холодной непогоды в ночь аварии.

Следствие в полной мере не «отследило» этот аварийный фактор и не совсем правильно оценило его значимость в ходе событий катастрофы.

Но имела ли место снежная лавина, ― главная причина большинства аварий туристов-лыжников? Были ли верны утверждения Аксельрода? Ответ на этот вопрос дают две следующие главы. В одной излагаются выводы на основе заключений специалистов по лавинам, а во второй даются ответы на целый ряд дополнительных вопросов, возникающих при объяснении событий аварии Дятлова. Эти объяснения даны на примерах-аналогах аварий с другими туристскими группами, ― на основе опыта других аварий. Такого опыта и дятловцы, и другие туристы тогда, к сожалению, не имели! Но теперь он есть, и мы можем его использовать для объяснения событий. И для понимания характера поведения людей, попавших в ситуации, сходные с аварийной ситуацией группы Дятлова.

12. Тайна лавины: какая и почему она была?

По целому ряду внешних признаков при внимательном взгляде следы лавины видны. Действительно, разрушенная палатка стояла, засыпанная снегом, ее оттяжки со стороны задней стенки сорвало (!), а укрепленную середину и заднюю стойку повалило. Разорванную палатку не разорвало совсем и не разметало вещи по склону, ― значит, палатку плотно прикрывал снег. Причем внутрь палатки не попало много снега, как случилось бы, если бы разорванная палатка стояла на ветру 25 суток. А вот наличие «следов-столбиков» ниже палатки показывало, что после аварии до прихода спасателей сильные снегопады не выпали, а заметный слой свежего снега сдуло вниз и уплотнило остаток в жесткий наст. На это же указывает сравнение характера снежного покрова до аварии по последним снимкам группы Дятлова, и после аварии по показаниям Слобцова, Шаравина и других поисковиков. Видно, что покров заметно изменился за 25 суток. Несмотря на полный сдув свежего снега со следов, верхний слой снега на палатке остался и предохранил ее от дальнейшего разрушения ветром, который на склонах Холатчахля за 25 суток периодически достигал ураганной силы. По протоколу Слобцова:

«…На палатке на снегу лежал фонарь карманный, китайский, который, как установило следствие, принадлежал Дятлову. Непонятно было то, что под фонарем был снег 5-10 см толщиной, над фонариком снега не было, по бокам был немного присыпан снегом. Фонарик взял я первым и обнаружил, что он не был включен. Когда включил, то зажегся свет…»

Значит, в момент выхода дятловцев из палатки она была засыпана снегом, хотя ее и резали и рвали. Ведь снег обнаружен под фонарем, причем снег под фонарем не сдуло ветром, как вокруг следов дятловцев. Снега в этот момент лежало достаточно много, причем он был плотным. Часть снега сохранилась и уплотнилась до наста, ― на фото раскопа палатки ясно видны плотные комки снега, а не мягкий «свежак», сдуваемый ветром.

На лавину указывали и другие факты. Куртка, вдавленная в разрыв палатки со стороны склона, показывала, что снег изнутри палатки выдавливали силой, отвоевывая пространство. Ведь куртками-штормовками дятловцы накрывались сверху, поверх одеял, а ватники и теплые куртки уложили под себя. Вот и вдавили одну из верхних курток, когда навалился снег.

Разрезы, разрывы и трещины палатки ― тоже факты в пользу снежного обвала. Как следовало из опыта других аварий (см. ниже), ― разрез и разрыв палатки, ― обычная вынужденная мера в условиях, когда палатка придавлена снегом. Особенно тогда, когда надо извлечь травмированных товарищей. Трещины были прямым следствием схода обвала и действий в стесненных условиях под снежным завалом.

Зона разрыхления снега в средней части палатки и обнажения из размочаленной ветром ткани возникли не случайно. Они возникли в месте разрывов, из которых дятловцы выходили наружу и вытаскивали пострадавших. Ветер сдул часть разрыхленного снега, и ткань палатки обнажилась.

Перемещенная, стоящая явно не на своем месте боковая лыжа-стойка палатки и ее оборванные оттяжки, ― убедительное доказательство схода снежного обвала. Она упала на палатку, ее подняли и воткнули рядом с палаткой в качестве вешки. Сама эта стойка переместиться на новое место не могла, а стояла она в обоих положениях не на пути из палатки через разрывы, ― сбить ее случайно с ее места не могли.

Все тяжелые травмы дятловцев, ― компрессионного типа без внешних повреждений, ― это явные признаки лавины. Других обоснованных причин таких травм нет.

Налицо и все признаки наличия и «снежной доски», и ее глубокой подрезки в месте установки палатки по последним снимкам и по состоянию уплотненного снега на месте аварии.

Так что при внимательном взгляде следы воздействия лавины становятся видны.

Но противники «лавинной версии» выдвигали совсем другие аргументы. Они говорили, что палатку, естественно поставленную «по-штормовому» с заглублением в снег на полметра, просто занесло наметенным сверху снегом. И что заднюю стойку палатки (из лыжной палки) завалило, а оттяжки сорвало сильным ветром, а вовсе не лавиной.

Противники «лавины» упорно утверждали, что поисковики не обнаружили никакого «следа лавины». Утверждали, что склон над палаткой крутизной 18–20 градусов слишком «некрутой» для схода лавин. Утверждали, что район Северного Урала вообще «нелавиноопасен», и что в нем не было случаев гибели туристов в лавинах. Утверждали, что на склонах Холатчахля туристы никогда не наблюдали сход снежных лавин или каких-либо их признаков.

Наконец, утверждали, что «многие опытные уральские туристы» не допускали даже мысли о сходе лавины на палатку группы Дятлова.

Утверждали, что раненые лавиной дятловцы не могли самостоятельно идти вниз по заключениям судмедэксперта Возрожденного. И что сам характер их травм и наличие 8–9 пар следов от палатки, совершенно исключал возможность получения травм в палатке.

Утверждали, что «лавина» не объясняет причин поспешного отступления от палатки, что она не объясняет наличия многих улик и наблюдаемых явлений, ― таких, как «огненные шары», «радиация», странного поведения дятловцев и не объясняет характера их травм.

Противников «лавины» нисколько не смущало то, что с момента аварии до прихода поисковиков прошло 25 суток. И что за это время заметно изменился характер снежного покрова. Не смущало, что лыжня дятловцев до палатки и все их следы в радиусе более 10 м от палатки не сохранились. Они считали, что «лавинный след» из разрыхленного снега в таких условиях непременно должен был сохраниться. Их не смущало, что след лавины в горах при сильном ветре исчезает в течение несколько часов. Ведь все зависит от конкретных условий, а выводы «на все случаи жизни» неверны.

Противников природной версии аварии не смущало то, что туристы-мастера из Москвы Бардин, Шулешко, а также и Карелин отмечали, что «палатка была установлена в потенциально опасном месте».

Моисей Абрамович Аксельрод умер в 1997 году, и после его смерти, похоже, только геолог И.Б.Попов (директор заповедника «Вишера») и профессор ПГУ Н.Н.Назаров всерьез подняли голос в защиту его версии. Попову принадлежит реферат и статья «Это была лавина», в которой приведены неоднократные случаи гибели людей и животных от лавин в горах Северного Урала. Там рассказано о наблюдениях лавин в апреле 2001 года, когда значительная часть снежного покрова уже сошла. И даны результаты обнаружения схода снега в месте установки палатки дятловцев по повреждениям коры небольших деревьев со стороны склона. Но мало кто поддержал версию Аксельрода, несмотря на то, что он точно описал многие особенности похода дятловцев, которые позволили нам найти объяснение важных фактов и событий вокруг аварии.

Мы знали, что снежная лавина ― очень сложное явление, которое даже специалисты по лавинам и самые опытные туристы не могут предсказать заранее.

Какие-то «ссылки» на «опытных» туристов мне и Некрасову не нужны, ― мы из этой среды, и настроения в ней мы изучили сами. По литературе, источникам в Интернете и в результате личного общения с участниками поиска и опытными туристами-уральцами, мы поняли, что, сколько есть «опытных туристов», столько есть и различных мнений о причинах аварии Дятлова. И нет среди «опытных туристов» никакого единого мнения и насчет «лавины», как «первопричины» аварии Дятлова. Среди действительно опытных туристов и альпинистов наблюдалось очень осторожное отношение к разным «версиям», и не наблюдалось четкой позиции в данном вопросе. «Опытные туристы» как раз понимали, что в деле расследования аварии Дятлова еще слишком много неясного, чтобы делать категоричные выводы.

Еще мы поняли, что все эти «рассуждения о лавинах» и «против лавины» ранее были основаны на мнении кого угодно, только не на мнении специалистов по лавинам. Поскольку никто из известных нам исследователей аварии, кроме Попова, к специалистам по лавинам не обращался, и об этом нет никаких сведений по известным нам источникам.

Этот пробел мы решили восполнить, действуя параллельно по двум направлениям, ― обратиться к профессиональным лавинщикам (гляциологам) и подробнее изучить опыт аварий по доступной информации из литературы, туристской периодики, Интернета.

Хотя следы лавины в деле дятловцев и в виде травм, и в виде состояния поврежденной палатки мы видели достаточно отчетливо, в чем-то мы могли заблуждаться, и нам предстояло разобраться, в чем именно.

После консультаций со знакомыми мастерами туризма и альпинизма нашли специалиста по лавинам, ― доцента МГУ Володичеву Наталью Андреевну. Она не один год заведовала станцией гляциологов в Приэльбрусье и руководила исследовательскими экспедициями в различных горах. Володичеву удалось постепенно ввести «в курс дела». Она отвечала нам, но редко ввиду занятости.

Володичева Н.А., доцент МГУ, гляциолог.

Другой специалист нашелся сам, ― уральский гидролог Дмитрий Евгеньевич Клименко откликнулся на наши статьи в Интернете (его фото дано выше). Проживая ранее в Екатеринбурге, а теперь в Перми, он близко знаком с условиями Северного Урала, ― особенно со снежной обстановкой, водным режимом района, стоком рек, в общем, с местной «гидрологией». Клименко уточнил метеоусловия зимы 1959 года и сделал расчет для оценки лавинной опасности на склонах крутизной около 20 градусов, ― таких, как склон горы Холатчахль. По вероятностной оценке этого расчета на 55 % подобных склонов на 1 февраля 1959 года существовала средняя лавинная опасность. Эта оценка указывала на наличие отдельных очагов лавинной опасности. Наличие не «единичных» очагов, как для случая «малой» лавинной опасности, и не «массовых» для случая «высокой» лавинной опасности. Вообще лавинную опасность оценивают не только по «количеству» очагов, но и по их размеру, ― очагов может быть и немного, но если их размер велик, то велика и вероятность попадания в такой очаг на определенной площади земной поверхности. Качественно выводы на основе расчета Клименко указывали на реальную возможность схода лавины на склоне Холатчахля 01.02.59 г.

Первая наша статья по лавине встретила обоснованные возражения Володичевой, которая утверждала, что на таком склоне наиболее вероятен сход медленной «пластовой» лавины по слою глубинной изморози. Она указала, что обвал по объему снега мог быть небольшим, и что сход сухих пластовых лавин обычен уже для склонов с крутизной свыше 14 градусов. И что «мокрые» лавины наблюдаются даже на склонах крутизной 8 градусов. Практически те же соображения независимо от Володичевой высказал и Клименко.

Мы знали, что такое «пластовая лавина». Она созревает в ходе перекристаллизации снега на склонах, подверженным сильным воздействиям ветра, солнца и перепадов температур воздуха. Пласт снега созревает в ходе совместных процессов сублимации и возгонки. Процессов испарения снега без перехода в жидкую фазу и конденсации паров влаги из воздуха тоже без перехода в жидкую фазу. В условиях резких перепадов температур между наружным воздухом и внутренними слоями снега нижние слои снега испаряются, ― их пары поднимаются через пористую структуру снега и осаждаются на верхних слоях снега. А проходящие через снег насквозь пары уносятся ветром. Верхний слой снега уплотняется в тяжелую снежную «доску», ― при плотности 0,6 она мало уступает монолитному льду (0,9). При внешней крепости такая «доска» очень непрочная, ― внизу она изъедена трещинами, а лежит на слое разрыхления, ― очень неплотном слое инея глубинной изморози из мелких игольчатых кристаллов льда. Местами под ней образуются пустоты, и она висит «на честном слове», ― ее поддерживает только нижележащая «доска». Но достаточно бывает немного повредить поверхностный слой, подрезать «опорную» доску, и происходит обрушение. «Снежная доска» отламывается, падает (проседает) вниз и начинает скользить вдоль склона по слабому слою внутреннего разрыхления. Либо по слою глубинной изморози, либо по слою морозного снега-плывуна, который в ходе зимы замерз без уплотнения. Неплотные и непрочные слои разрыхления со слабой связью между кристаллами и зернами снега образуют своеобразную смазку для скольжения снежной доски.

Состояние «снежной доски» нестабильно, и ее сход может произойти самопроизвольно, без видимых внешних воздействий. Особенно опасной становится снежная «доска», когда ее подрезают, и она «нависает» без опоры снизу. Слоистость снега и характер отрыва снежной доски хорошо передает рисунок из книги Фляйга «Внимание, лавины!», стр. 88:

Известен случай тяжелой аварии в октябре 1988 года в горах Приполярного Урала, когда от схода «снежной доски» погибло 12 человек (см. следующую главу об авариях-аналогах). Здесь при общей небольшой лавинной опасности подрезка пласта снега МНОГОКРАТНО увеличила опасность схода пластовой лавины. Этот фактор особенно критичен в местах напряжения «снежной доски», как указано, например, в книге Фляйга на стр. 69 (М, «ИИЛ», см также книгу П.И.Лукоянова «зимние спортивные походы», М., Фис, 1979, с.114): со следующей иллюстрацией и комментариями:

Наиболее напряженными являются верхние слои снежной доски на перегибах склона, ― здесь даже небольшая нагрузка и подрезка склона лыжами может вызвать разрыв доски и сход лавины. Но еще большая опасность возникает при глубокой подрезке снежного пласта, или в случае, когда этот пласт не поддержан снизу! Ведь по данным геолога Попова палатка дятловцев как раз стояла на нечетком перегибе склона с увеличивающейся крутизной от 15 до 23 градусов, т. е. в зоне сжатия снежного пласта. Глубина снега на перегибе была больше, ― поэтому дятловцы и выбрали этот участок для ночлега, чтобы хорошо вкопать палатку в снег и защитить ее от ветра. Но при этом снежный пласт они подрезали на глубину около метра.

На приведенном ниже фото видны результаты схода «снежной доски» в горах Тянь-Шаня на склоне небольшой крутизны до 10º. Здесь тоже «снежная доска» не была поддержана снизу на краю ледосброса. Она оторвалась на участке длиной около 20 м вдоль края ледосброса, затем трещина пошла вверх и вызвала откол со сходом участка площадью более половины «футбольного поля» (его ближняя и часть дальней границы откола видны на фото). При подрезке снежной доски внизу обрыв лавины может происходить и на склонах с крутизной менее 14°, как в данном случае.

Адрес статьи: http://www.mountain.ru/world_mounts/tien-shan/2000/nagel/nagel.shtml.

Здесь край «доски» увлек в трещину и похоронил двух туристов, которые погибли от травм.

Характерно и мнение Фляйга об опасности лавин из «снежных досок» для туристов и альпинистов (стр. 145 той же книги):

«…Теперь, узнав некоторые особенности и опасные свойства лавин из снежных досок, мы поймем, почему до развития лыжного спорта и альпинизма в зимнее время они были мало известны и не встречались в прежних классификациях. С другой стороны, это позволяет отнести их к чисто туристским лавинам. Достаточно хорошо зная литературу об альпийских лавинах, я утверждаю, что, по меньшей мере, 75 % всех несчастных случаев с лыжниками каким-либо образом связано с лавинами из снежных досок…»

К сожалению, Дятлов об том не знал, ― книга Фляйга вышла в 1960 году. Правда, у нас об этой опасности серьезно предупреждали альпинист Малеинов и гляциолог Тушинский в своей необычайно полезной книге «Путешествие в горах» (1953 см. http://www.libex.ru/detail/book119316.html).

То, что глубокая подрезка снега имела место, видно на последнем снимке дятловцев (см. вторую главу), там налицо углубление в снег «выше пояса». А также видно, что слой свежего снега небольшой, ― всего (15–20) см, поскольку именно на такую глубину провалился поставленный на склон рюкзак (в правой части снимка). А под слоем «свежака» лежит плотный слой («доска»), на который опирается рука участника группы за ближайшей видимой фигурой в центре снимка.

Для чего и как выполнили подрезку склона при установке палатки, подробно изложено ниже при описании событий аварии. Это делали для повышения ветростойкости палатки и для того, чтобы ее сильно не придавило снегом, наметенным ветром между палаткой и склоном.

Для дополнения выводов Володичевой мы обратились и на географический факультет Санкт-Петербургского государственного университета. Здесь нам помог профессор Кирилл Валентинович Чистяков.

Профессор Кирилл Валентинович Чистяков, вице-президент РГО.

Чистяков в основном согласился с нашими выводами и выводами Володичевой насчет «пластовой лавины». Он не увидел ничего «особенного» в ситуации с группой Дятлова и сказал, что по ходу зимы 1959 года и условиям горы Холатчахль имелись все условия для схода небольших пластовых лавин, особенно в местах подрезки снежного пласта. Одно из его уточнений касалось и явления «стратификации» атмосферы (оно было изложено выше).

Другое уточнение касалось ситуации после схода лавины. Чистяков указал, что отступление группы вниз во многом определялось именно давлением опасности схода новой лавины, давлением холода и ветра. В таких условиях раскапывать палатку было опасно, ― это могло привести к сходу нового участка снежной доски. Поэтому решение группы Дятлова отступить видится вполне обоснованным и логичным для ликвидации непосредственной опасности лавины и опасности холода и ветра для пострадавших. Ошибка состояла не в «отступлении» группы, а в том, что этот поспешный отход сопровождался потерей теплой одежды, обуви и снаряжения.

Чистяков сказал, что уклон около 15–23° ― вполне достаточный для схода лавины. Толщина снега более 1 м ― вполне достаточная. Он обратил внимание, что на обычно подветренном восточном склоне присутствовали снежные наддувы в виде сугробов со значительной толщиной (это подтвердил и Шаравин, отметивший наличие снежной выпуклости надува в ложбине склона, где стояла палатка). Надувы могли и не образовывать карнизы, но вот местные утолщения снега имелись. Характер следов, оставленных дятловцами, однозначно говорит о том, что структура снежной толщи была внутренне очень неоднородной: где-то следы сохранились, а где-то нет. А на каменных грядах и в лесу толщина и структура снега была не такой, как на более крутом склоне выше. По характеру покрова видно, что внутри толщи снега имелись зоны разуплотнения на разной глубине. То, что эти зоны присутствовали, вполне определенно следует и из графиков температур. Три или даже 4 раза за предыдущие две недели происходили резкие скачки температуры. Это всегда приводит к перекристаллизации снега: меняется интенсивность переноса пара внутри снежной толщи, образуются игольчатые кристаллы, глубинная изморозь, слои разрыхления. А поверхностные слои уплотняются ветром и спекаются в плотную массу. В результате образуются очень неустойчивые и хрупкие «снежные доски» на слабой подложке глубинной изморози. А в морозную зиму ― подложки из зернистого снега-плывуна со слабыми связями между частицами.

Чистяков отметил: дятловцы столкнулись в походе с открытой вершиной округлой формы, несущей большую снежную толщу. С вершиной, открытой ветрам, на которой происходит большой ветровой перенос снега. С горой, на которой состояние снежного покрова постоянно изменяется: снег выпадает, его сдувает, он уплотняется, испаряется, спекается, напластовывается и так далее. С изменением характера покрова меняется и лавинная опасность склона. Она может быть «в среднем» и небольшой, но может существенно возрастать при определенном состоянии снега.

Нам стало понятно, что в ситуации, когда группе пришлось аварийно покинуть палатку с несколькими травмированными участниками, на дятловцев давил синдром «повышенной опасности» снежной лавины. Подобно тому, как в разрушенных землетрясениях городах люди какое-то время просто боялись подходить к домам, которые представлялись, как источники повышенной опасности.

В целом же по ходу событий аварии Чистяков отметил, что здесь прослеживается именно аварийная «цепочка» событий, когда «одно цеплялось за другое». То есть, когда давление внешних факторов на каждом последующем этапе событий становились тяжелее предыдущего, и поэтому группа не смогла справиться с ситуацией. Травмы, потеря снаряжения, давление холода и ветра, ― все сложилось вместе, и привело к катастрофе.

Изучение же литературы по лавинам тоже дало немало в плане понимания специфики лавинных аварий. Ссылка на наиболее яркие примеры даны в следующей главе. А здесь уместно привести выдержку из статьи Г.Смолича «Зимние лавины» (журнал «Турист», № 2 1978, с. 12–13). Из этой статьи следует, что и через 18 лет после аварии Дятлова туристы знали об особенностях зимних лавин очень мало. А лавина, накрывшая дятловцев в палатке, была именно зимней. Вот выдержка из этой статьи:

«…Думается, что приведенные примеры опровергают мнение отдельных туристов о лавинной безопасности континентальных районов в ранний зимний период. И, чтобы избежать беды, надо уметь определять признаки лавинной опасности в это время. Главное, что предстоит узнать до выхода на активную часть маршрута ― каковы условия залегания снежного покрова, так как от этого зависит формирования горизонта скольжения. Если морозы наступили до первых снегопадов, то горизонтом скольжения послужит сам грунт; если снег лег на теплый грунт тонким слоем, то снег смерзается с грунтом, и такой склон будет менее лавиноопасен; если же на теплый грунт лег сразу большой слой снега, да еще после этого держались сильные морозы, то у поверхности склона образуется слой глубинной изморози, которая представляет собой отличный горизонт скольжения…»

Уже из этих коротких фраз ясно, насколько много факторов определяют характер зимних лавин, и насколько сложное это явление. Их характер определяется ходом течения всей зимы, ― тем, как сцепляются нижние слои снега с поверхностью склона. При определенных условиях выпадения снега и температур это сцепление может оказаться очень слабым. И тогда снег скользит по подложке даже на некрутом склоне. В случае аварии Дятлова точно известно, что в тот год снега накопилось много, морозы стояли сильные, и колебания температур имели место достаточно резкие.

После размышлений на основе заключения специалистов по лавинам наша реконструкция событий аварии Дятлова, связанных с «механикой» схода лавины, схематично изображена с комментариями на рисунках А, Б, В, Г:

На рисунке А дано изображение палатки в момент начала схода обвала «снежной доски», а на фрагменте А1 в левом углу, ― схематичный вид со стороны задней стенки палатки. Начало движения «снежной доски» было связано с ее перенапряжением из-за подрезки пласта снизу на глубину около 1 м (почему и как ― изложено ниже в описании событий). Такая подрезка нарушает целостность пласта значительно сильнее, чем лыжный след или следы ног. При подрезке по линии пласт снизу уже ничто не держит, ― он опасно «зависает», удерживаемый только ненадежной подложкой и краевыми усилиями вдоль верхнего контура пласта. Отрыв происходит по контуру, где пласт ослаблен трещинами, а напряжения от прогиба и отрыва пласта максимальны.

Непосредственной причиной отрыва мог быть сильный порыв ветра или дополнительное перенапряжение пласта из-за резкого падения температуры в ночь аварии (на минус 24 градуса в Бурмантово) и резкого скачка атмосферного давления. А также из-за подсыпки свежего снега (особенно если выше палатки был выложен бруствер для защиты от снега, сдуваемого сверху со склона). На верхний пласт также действовала статическая и переменная ветровая «дергающая» нагрузка со стороны верхних оттяжек палатки, ― она тоже могла способствовать обрушению пласта. «Снежную доску» выше палатки повредили ногами, ― по ней ходили, закрепляя оттяжки палатки на лыжных палках. Неравномерная поддержка пласта рыхлой подложкой, которая могла иметь пустоты, также вызывала перенапряжение пласта в отдельных зонах.

Начало движения «снежной доски» пластовой лавины происходит с отламыванием участка пласта по внутренней трещине, затем по контуру отрыва с его «просадкой вниз», ― падением в пустоты глубинной изморози, ― по направлению Y на рис. А_1. Затем пласт («доска») скользит по рыхлой подложке глубинной изморози по линии склона F. Обычно пласт «снежной доски» дробится на фрагменты из-за перенапряжений, ― нагрузка на него в разных местах разная, а весь он изъеден снизу трещинами, по которым и происходит хрупкое разрушение. Ввиду сдвига слоев глубинной изморози, как сыпучей среды, сопротивление среды невелико и движение происходит даже под действием небольшой скатывающей силы на некрутом склоне. Просадка тяжелого верхнего пласта вниз может здесь происходить и из-за выдавливания нижнего слоя разрыхления в свободную нижнюю полость, ― туда, где пласты были ослаблены подрезкой при установке палатки (на А_1 это движение показано небольшими стрелками под верхним пластом в направлении F). При движении отломившиеся блоки «снежной доски» перемешиваются и с нижним разрыхлением (инеем глубинной изморози), и с поверхностным слоем свежего снега.

Ввиду малости объема для «лавины» ниже применяется термин «обвал» (термин «лавина» применяется специалистами для обвалов с массой более 10 Т).

На рисунке Б изображен момент, когда обломки «снежной доски», перемешанные с рыхлым снегом глубинной изморози и верхним слоем свежего снега, накрыли палатку дятловцев со стороны задней стенки (видимо, палатку снегом накрыло целиком, но толщина снега и давление на ее части была различной). В случае с группой Дятлова обвал имел локальный характер, ― всего несколько метров по фронту и в глубину, но этого оказалось вполне достаточно, чтобы поломать ребра Дубининой и Золотареву прижимом их к жесткому дну палатки (сила P на рис. Б_1). Пласт «снежной доски» тяжелый и имеет плотность примерно 0,6, т. е. немного меньше плотности монолитного льда (0,9). «Наезд» пласта «снежной доски» толщиной 30 см по силовой реакции (энергетически) равносилен наезду бетонной плиты толщиной 6–7 см с такой же площадью (при плотности бетона 2,7–3,0). А падение пласта снега такой плотности толщиной 30–50 см и площадью (2–3) кв. м с высоты около 1 м (высоты среза для заглубления палатки в склон) вполне достаточно для нанесения травм Дубининой и Золотарева. Это подтверждено и Чистяковым, и Корневым (судмедэкспертом), и расчетами.

Важно отметить, что в данном случае имело место двустороннее сдавливание между двух «больших масс», ― массы навалившегося снега и массы жесткой подложки палатки (массы «основания»). Т. е. дятловцы оказались между «молотом» обвала и «наковальней» склона. При такой схеме нагрузки значительная масса обвала и нанесла серьезные травмы даже при небольшой скорости потока, набранной при падении с высоты порядка 1–2 м. При «отбрасывании» человека потоком, он не смог бы нанести серьезные травмы на такой малой скорости. То же относится и к падению, которое является частным случаем отбрасывания, поскольку значительная масса основания воздействует на человека только с одной стороны. Именно двустороннее сдавливание вызвало серьезные травмы Дубининой, Золотарева и Тибо-Бриньоля. Таков костоломный механизм нанесения травм путем двустороннего сдавливания распределенной нагрузкой при небольшой скорости потока.

Нагрузка со стороны обвала была импульсивной, ― после остановки обвала она уменьшилась до статической (постоянной) нагрузки от веса навалившегося снега. Наиболее сильный навал произошел на заднюю часть палатки, где лежали Золотарев (видимо, у края) и Дубинина. Ближе к центру палатки напор снега был слабее, и ребра остальных участников остались целы. Но многие участники группы испытали удар по голове, ― удар по внешнему краю палатки. Наиболее тяжелые травмы получили Тибо-Бриньоль и Слободин. Сдавливание потребовало экстренных мер для освобождения из палатки всех участников.

На рисунке В изображен момент, связанный с последующими действиями дятловцев: стрелками показаны направления выхода из палатки через вход, через разрезы и разрывы бокового ската. В средней части палатки, в зоне разрывов и разрезов образовалась зона разрыхления снега: ЗР (окружность пунктиром), где твердые фрагменты «снежной доски» были частично отброшены, частично раздроблены дятловцами при выходе из палатки. Упавшую верхнюю лыжу-стойку, державшую середину палатки, подняли и воткнули в снег рядом с палаткой в качестве вешки (нижняя лыжа, возможно, не упала и осталась стоять с оборванными оттяжками).

На рисунке Г показано состояние палатки в момент ее обнаружения поисковиками Слобцовым и Шаравиным: из-под снега торчит только угол над верхней стойкой палатки, остатки лавинного выноса занесло снегом и сровняло ветром за 25 суток. Задняя, смятая часть палатки закрыта снегом. В зоне разрыхления (ЗР) в средней части палатки торчали отдельные фрагменты ткани (свидетельство Слобцова): в этой зоне разрыхленный (пунктир) снег сдуло ветром, поэтому фрагменты палатки обнажились из-под снега. Их сильно трепало ветром, поэтому они имели рваные, разлохмаченные края. После аварии палатку занесло снегом, поэтому она сохранилась в разрушенном состоянии. Но ее не разорвало ветром в клочья, как бы случилось, если бы ее не закрывал снег обвала лавины.

Выше был приведен снимок частично раскопанной палатки, когда к ней прибыла вторая группа поисковиков (утром 26.02.59 г. по Брусницыну). На втором снимке, приведенном ниже, видны остатки палатки, смещенной в сторону, и лыжи дятловцев, лежавшие под палаткой, ― их подняли и воткнули в снег вокруг площадки, на которой стояла палатка. Выше площадки видны извлеченные из палатки вещи.

Приведенную «реконструкцию событий» обвала представили для проверки Чистякову, который после прочтения одобрил этот текст без замечаний (16.11.07).

Раскопки в зоне палатки.

На основе заключений опытных специалистов мы убедились, что практически все возражения «против лавины», выдвигавшиеся ранее, являются заблуждениями на основе совершенно неверных представлений о том, какая лавина имела место. Неверными являлись утверждения о «малой крутизне склона», об «отсутствии лавинной опасности» и об «отсутствии следа лавины». Крутизна склона там вполне достаточная, лавинная опасность зримо «присутствовала», и «следов» лавина оставила достаточно. Следы эти видны и по состоянию брошенной палатки, и по состоянию снега и следов дятловцев, и по характеру их травм.

Посетив место аварии, мы поняли, что одно из заблуждений насчет «крутизны склона» связано с неверным представлением о положении палатки. Палатку смещали на 100–200 м вниз, где крутизна склона примерно в 2 раза меньше (до 10°). Так неточно определи место палатки, например, в экспедиции Корбута. Палатки Корбута, как мы определили по снимкам, стояли ниже по склону примерно в 200 м.

Главным, что не понимают противники лавины, является то, насколько увеличивается лавинная опасность при глубокой подрезке снежного пласта. Они не понимают, что данный фактор при определенных условиях делает лавиноопасным такой склон, на котором сход лавин может никогда не наблюдаться в «естественном» состоянии.

Такова наша «реконструкция механики» воздействия лавины и «около лавины» в ходе событий аварии группы Дятлова. Но это еще далеко не «реконструкция» действий самой группы Дятлова, и, никак не полная реконструкция событий аварии. Для более полного понимания и описания событий аварии надо ответить еще на целый ряд вопросов. Например, почему было принято решение спускаться вниз, причем без обуви и верхней одежды? Почему так разбросало людей и вещи?..

Для ответа на эти вопросы мы решили привлечь живой опыт других аварий, накопленный в течение нескольких десятков лет. Многие случаи нам были известны, а о других мы узнали от знакомых туристов и из литературных источников.

Некоторые туристы рекомендовали нам самим пойти на гору Холатчахль и пронаблюдать, сходят ли там снежные лавины. Поставить эксперименты, и на этом основании сделать выводы. Место аварии мы посетили и исследовали в экспедиции 2008 г. Но еще ранее нам стало понятно, что поставить эксперимент с лавиной невозможно. При подобном эксперименте невозможно хорошо воспроизвести условия всей зимы, чтобы получить те же характеристики снежного покрова, что зимой 1959 года. Состояние снежного покрова будет совершенно иным. Кроме того, отсутствие лавин на склоне еще не будет свидетельствовать о том, что лавины не будут сходить при глубокой подрезке снежного пласта. При наличии подрезки лавинная опасность склона будет совсем другой. Снежная лавина в конкретном месте ― слишком сложное явление, чтобы его можно было воспроизвести даже на основе длительных наблюдений, да и поставить палатку точно так же, как ее поставили дятловцы, практически невозможно. Да и очень это будет затратный эксперимент при слишком малой достоверности результата. Данный путь исследования являлся ложным, ― он не мог привести к правильным результатам.

Только сейчас, спустя много лет, начинают находить останки 43 погибших в лавине на пике Ленина в 1990 году, ― в наиболее крупной аварии альпинистов. А ведь там лавина в виде обвала ледосброса сошла на склоне, на котором до этого лавины не наблюдали в течение нескольких десятков лет. Что здесь дал многолетний «эксперимент» по наблюдению за лавинами? Эти наблюдения дали неверные выводы и тяжелую катастрофу в итоге…

Мы избрали другой путь, ― путь поиска лавин-аналогов. Сход многих таких лавин не заканчивался тяжелыми авариями, поэтому о многих подобных случаях можно было узнать только со слов туристов-ветеранов. Но о части подобных случаев было известно, ― их «ушки» торчали и могилами погибших туристов, и сообщениями-статьями в специальной литературе. Там, в статьях, эти аварии анализировались на предмет «накопления кровавого опыта» и извлечения уроков для того, чтобы уменьшить аварийность походов. Сходство параметров рельефа и сходство аварийных ситуаций по целому ряду признаков указывали на наличие «аварий-аналогов», по отдельным или по многим признакам повторяющих ситуацию аварии Дятлова.

Мы поняли, что масштабный эксперимент с лавинами за 30 лет походов уже поставлен, ― надо только направленно собрать, восстановить данные этого эксперимента. Надо было обнаружить аварии-аналоги и на их основе заключить, имели ли место случаи, подобные аварии Дятлова в обозримом прошлом?

В частности, аварии-аналоги способны дать и ответ на вопрос: случались ли подобные аварии с тяжелым исходом на склонах такой же крутизны? В каких условиях и как лавины сходят на склонах небольшой крутизны? Имелись ли аварии с разрезами палатки, и зачем они делались? Имелись ли в практике туризма похожие «холодные» аварии с замерзанием? Имелись ли аварии с бегством группы из палатки в ночь? Имелись ли аварии с отступлением участников, имеющих множественные переломы ребер? Имелись ли аварии с тяжелыми травмами в лавинах? И при каких условиях лавина способна поломать ребра и кости черепа?..

На эти и другие вопросы дает ответы следующая глава книги.

Что касается исследований лавинной опасности на самой горе Холатчахль, то оказалось, что они ранее проводились весьма опытными специалистами. Нам была известна статья И.Б.Попова «Это была лавина» на основе его наблюдений и измерений вместе с Назаровым Н.Н. и Шаравиным М.П. Мы только не сразу поняли, кто такой этот «Назаров». Оказалось, что это профессор-геоморфолог ПГУ, с которым Чистяков лично знаком. И оказалось, что Назаров с Поповым ранее пришел примерно к тем же выводам, к которым пришли и мы с Володичевой, Чистяковым и Клименко. Мы разошлись немного лишь в оценке характера лавины. Буянов, Некрасов и Назаров вначале полагали, что это могла быть лавина из свежего снега, а Володичева, Клименко, Чистяков указывали, что наиболее вероятна локальная пластовая лавина-обвал. Но после консультаций мы пришли к единому мнению (высказанному впервые Володичевой), что имела место именно небольшой обвал пластовой лавины, и что подрезка склона в зоне установки была фактором существенного увеличения лавинной опасности. Мы полагаем, что после публикации статьи Попова все утверждения дилетантов о «невозможности» схода лавин на склонах горы Холатчахль носили характер откровенной дезинформации.

Директор заповедника «Вишера», геолог Игорь Борисович Попов.

Профессор-геоморфолог Пермского ГУ Николай Николаевич Назаров.

Мы связались с Назаровым и сообщили о наших результатах. После прочтения книги Николай Николаевич согласился с выводами Володичевой и Чистякова насчет пластовой лавины и прислал снимки экспедиции 2001 года. Вот некоторые из его снимков:

Экспедиция Попова на склоны горы Холатчахль (апрель 2001 г.). Рассказывает Михаил Шаравин. Назаров и Попов (с листом) обсуждают «детали». Флажком отмечено место палатки Дятлова.

Есть ли след лавины на стволе со стороны склона? Внизу видна ложбина, по которой отступали дятловцы.

Комментарий Н.Н. Назарова к фото: «По моей просьбе В.А. Демаков указывает на места свежих повреждений коры. На толстом стволе (рядом) видны старые зарубцевавшиеся раны (светлый тон). Свежие повреждения хорошо видны и справа на невысоком отростке деревца. Все повреждения располагаются со стороны вершины склона, что говорит об их генезисе ― это повреждения связанные с движениями снеговых масс. Деревце находится в непосредственной близости от места расположения палатки».

К сожалению, сам Попов И.Б. ушел из жизни несколько лет назад. Но его значительные заслуги в деле расследования аварии Дятлова несомненны.

В экспедиции 2008 года на склонах горы Холатчахль для августа месяца нами проведена проверка наличия признаков лавинной опасности, которые исследовались Поповым и Назаровым 26–27 апреля 2001. Все эти признаки присутствовали в виде повреждений коры небольших пихт у места установки палатки, отмеченного Шаравиным (вблизи туров-пирамидок, установленных экспедицией 2001 г. на месте палатки).

Обдир сухого ствола пихты со стороны склона (фото Буянова 2008 г.).

Обдиры и сломы веток со стороны слона. Видна также разница в состоянии живого ствола пихты со стороны склона (справа) и с обратной стороны (фото 2008 г.).

Замечены и другие признаки движения снежных масс в виде отсутствия веток пихт со стороны склона на большей части ствола, кроме нижних и самых верхних веток. И в виде обдира коры и хвои верхних веток со стороны склона. Воздействием ветра такие повреждения объяснить нельзя, ― составляющая ветра вдоль склона через перевал там обычно выше, чем вниз по склону, поскольку гора и ее северный отрог экранируют ветер западного направления.

Проведенные замеры крутизны склона практически подтвердили результаты, полученные Поповым и Назаровым. Крутизна склона в разных точках составляет от 15° до 30°, преимущественно в пределах от 17° до 21°. Эти величины согласуются с данными протоколов по опросам поисковиков (в них указано, что крутизна склона около 20º).

А что касается «отсутствия следа лавины», то данный «аргумент» противников лавины совершенно несостоятелен, ― см. «Опасности в горах. Рельеф и климат», М., ЦРИБ «Турист», 1974, стр.19:

«…Но особенно трудно наблюдать за лавинами и прогнозировать их в зимнее время, так как зимой лавины в основном образуются из сухого снега и, как правило, не оставляют после себя никаких следов. Если же такие следы и остаются, то ненадолго, до первого снегопада, который надежно скроет все „улики. Вот почему отсутствие следов лавин, мнимая безопасность склонов ни в коем случае не должны вводить туристов ― участников горных и горнолыжных путешествий ― в заблуждение…“

И там же, на 5 строк ниже читаем:

«…Известный исследователь лавин В.Фляйг отмечал: …нет особенно лавиноопасных районов, но есть смертельно опасные условия погоды и состояния снега».

Поэтому является неверным тезис, будто район Северного Урала «нелавиноопасен».

Карта лавиноопасных районов СССР (*А ― место аварии). См. http://www.paper-article.ru/pictures_fails/179_2.htm.

На карте лавинной опасности СССР место аварии находится в зоне «слабой лавинной опасности». Но это не значит, что ее вообще нет, особенно на наиболее высокой и открытой части хребтов. Эта опасность периодически возникает в определенных местах при определенном состоянии снежного покрова. Особенно при его повреждениях, при резких скачках температуры и при усилении ветра.

Несостоятельность оценок противников «лавины» теперь хорошо видна. Их выводы основаны на упрощенных и непрофессиональных взглядах на природу лавинной опасности в горах. Они не учитывают многие факторы, которые в определенные моменты и в определенной совокупности КАТАСТРОФИЧЕСКИ увеличивают лавинную опасность. Причем даже таких склонов, лавины на которых могут не наблюдаться в течение многих лет. А расположенный чуть севернее район Приполярного Урала является районом со значительной лавинной опасностью, ― аварии туристских групп в лавинах там не редкость.

Альпинист из Иркутска Кузнецов Ю.А. нам писал: «Если бы авария с группой Дятлова при том же состоянии всех улик произошла на Хамар-Дабане или в горах Саяна, ни у кого бы у нас, иркутских туристов, никаких сомнений не возникло, что здесь „поработала“ лавина. Просто на Северном Урале подобная авария оказалось редким явлением, а потому и непонятным. Но там, где подобные аварии происходят часто, они не являются загадками»… И еще сообщил Кузнецов, что на Хамар-Дабане имела место страшная трагедия с гибелью 25 школьников в лавине.

В следующей главе кратко рассказано об авариях-аналогах, имеющих сходные черты с аварией Дятлова, ― и в части «внешнего» сходства, и в части повторения факторов воздействия (лавин, холода, ветра), и в части характера действий группы в аварии. Рассказ ведется с целью ответа на вопросы, возникшие при расследовании аварии Дятлова. Кроме того, примеры других аварий наносят смертельный удар по заблуждениям. Например, пример аварии со сходом лавины на склоне с крутизной 10°, очевидно, уничтожает все утверждения о невозможности схода лавин на склоне с крутизной 15–20°.

13. Ответы на отдельные вопросы: аварии-аналоги

Настоящая глава построена в виде отдельных вопросов, на которые даны ответы на примере прошлых аварий с туристскими группами. Каждая из перечисленных ниже аварий имеет отдельные сходства с аварией группы Дятлова. И потому позволяет ответить на вопросы, в каких ситуациях, при каких условиях группа попадает в аварии. И по каким причинам группа туристов действует примерно так же, как и группа Дятлова. И какие действия приводят к похожим последствиям.

Имелась ли авария, сходная с аварией Дятлова по многим внешним признакам?

Такая авария произошла с группой Михаила Кореня 25 марта 1971 года. Как и в группе Дятлова погибло 9 туристов, ― в их числе и поэт-песенник Арик Крупп. Судьбу людей разделили 2 собаки. Поиски пропавшей группы привели спасателей к обнаружению покинутой палатки, поваленной ветром и, в отдалении, ― одинокой запасной лыжи («тещи»), воткнутой в снег на склоне. Долго людей не удавалось обнаружить под многометровым слоем снега. Только 13 мая нашли первого погибшего, а потом еще семерых. Игоря Корнеева смогли найти спустя две недели, ― он погиб последним в тяжелой борьбе. Огромная лавина с двух склонов задела Игоря краем, и не закопала вместе с остальными. Четверо суток он зондировал снег сочлененными лыжными палками, пытаясь спасти своих товарищей. Но ему удалось откопать только один рюкзак и запасную лыжу. О событиях аварии спасатели узнали из дневника Игоря Корнеева, ― он успел изложить их ход перед своей гибелью.

Мемориал минского политехнического института группе М.Кореня на Чижовском кладбище (Минск).

Погибшие лежали под слоем снега толщиной до 10 м. С аварией Дятлова здесь есть много сходных признаков, но немало и отличий (См. Арик Крупп. «И женщины красивы, и мужчины». Составитель Н.Крупп, М., 2002, с. 13–17).

Известна также авария группы Владимира Кичина из Кемерово на Алтае в начале февраля 1997 года. В группе из 9 человек на восхождение вышли 5 человек, которых спасатели так и не смогли найти. Записка на вершине Белухи, следы и остатки снаряжения привели к выводу, что пропавшая группа, сильно измотанная тремя холодными ночевками, выбрала опасный путь спуска и погибла под крупной лавиной на ледник Сапожникова. По всем признакам она осталась под огромным завалом, который обнаружили спасатели. См. С.Гулько. «Мы сделали все, что могли», газета «Вольный ветер», № 28, 09.1997 г., с. 11.

Вопрос: Есть ли сведения об авариях туристов-лыжников в лавинах на склонах крутизной около 20–23 градуса, как в случае аварии Дятлова?

Ответ: Такова авария группы Бекетова 03.04.2000 г. на Приполярном Урале, ― районе, пограничном с Северным Уралом (см. Бекетов К. «Остались во снах». Журнал ЭКС, № 6, июнь, 2000 г.). Медленная лавина сошла после подрезки пласта лыжами и санками со склона крутизной (20–25) градусов, ― как и над палаткой группы Дятлова. Погибли Иван Забелло и Мария Гусева.

Другой пример описан П.И.Лукояновым в статье «Неслучайные случайности». («Турист», № 12, 1989, с. 48–50, см. также сайт www.mskomi.ru/nomer/2006.04.13/3.html), ― эта авария 29.10.88 с гибелью 12 человек является близким аналогом лавинной ситуации группы Дятлова. Сходные обстоятельства: крутизна склона 25–30 градусов (а внизу еще меньше), подрезка снежного пласта на перегибе склона, увеличение крутизны склона выше палатки. А также установка палатки на нечетком перегибе склона и повышение крутизны склона выше палатки (в обоих случаях: до 30°). Авария случилась при малой мощности лавины и небольшой толщине снега от 0,4 м внизу и характерным утолщением наверху до 1 м вверху, ― с внешне незаметной формой сугроба-наддува на склоне. Лавина сошла внезапно, когда туристы находилась в палатках, а несколько человек счищали с палаток снег. Обломки «снежной доски» не отбросили, а подмяли палатки и людей, ― гибель почти всех была мгновенной. Лыжи, стоящие в нескольких метрах от палаток, лавин не тронула.

Рисунок из статьи «Неслучайные случайности» («Турист», № 12, 1989, с. 48–50).

Спасли только Еремкина, откопав через 15 часов. Он смог дышать в полости под снежным пластом, несмотря на потерю сознания сразу при сходе лавины.

Еще случай, фото и описание которого было дано в предыдущей главе о лавине:

Сальников Г.Е. «Ледник Нагела ― снежное осово ― горький опыт» 19.08.2000 г. http://www.mountain.ru/world_mounts/tien-shan/2000/nagel/nagel.shtml– гибель Олега Мосейчука (32 года, к.м.с. по альпинизму) и Саши Чеверда (24 года, 1 разряд по альпинизму), Новосибирск, на Ц.Тянь-Шане, район ледника Иныльчек. В лавине-«доске» со срывом ее на некрутом склоне (около 10 градусов) по слою глубинной изморози после ночного похолодания. Здесь также много сходных моментов с аварией Дятлова: лавина на некрутом склоне, отсутствие опоры снежного пласта снизу, травмы и т. п.

Еще аналог с лавиной на склоне крутизной 20–25°: М.Васильев. «Трагедия в Забайкалье». Газета «Вольный ветер», № 37, 1999. Гибель Г.Выговского от тяжелых повреждений лавиной: перелом ребер, прокол легкого и разрыв печени вследствие сдавливания снегом и протаскивания по камням. Сходные моменты с трагедией Дятлова: крутизна склона 20–25 градусов, толщина снега 40–70 см.

«Коварство» лавины состоит в том, что она внезапно сходит там, где ее не ждут. И сходит совсем не так, как ожидают. Лавины способны сходить и на склонах малой крутизны, и могут проходить большие расстояния по некрутым склонам. Казалось бы, вполне достаточно 300 м от палатки до склона, ― какая тут «лавинная опасность». Но лавина преодолела эти 300 м по некрутому склону и смела бивак. Вот краткое описание и этой, и других трагедий

16.02.76 г., Фанские горы, долина р. Семендык, поход 1 к. сл. (лыжный), группа из города Ош. Палатку поставили 15.02.76 в кустах арчи на склоне крутизной 10°. В 300 м от палатки крутизна склона возрастала до (40–45)°. Лавина сошла самопроизвольно (без видимых причин) 16.02 в 10.00, когда двое ушли тропить лыжню, а остальные четверо готовились к выходу. Из лавины трое выбрались сами, одного откопали через 30 минут с глубины 80 см. Он лежал вниз лицом. Искусственное дыхание и закрытый массаж сердца делали 5 часов, но пострадавший умер.

16.02.83 г., Кольский п-ов, ущелье Суолуайв, поход 3 к. сл. (лыжный), группа из Москвы, рук. М.Гориловский, 7 чел. Палатку поставили в ущелье в 18.30 при плохой видимости вблизи пологого северного склона. Установили снежную стенку, которую утром стали наращивать пятеро участников, оставшихся в лагере. Двое вышли на разведку по пологому склону, ― от них прошла трещина, вызвавшая лавину. Погибли 5 человек из-за удушения снегом лавины (по данным мс В.А.Борзенкова, Москва).

Январь 1982 г. Полярный Урал, поход 3.к. сл. Группа МЭИС из 7 туристов поставила лагерь в темноте и погибла ночью в лавине под перевалом Медвежий. Поиски затянулись до конца мая 1982 г., когда погибших обнаружили в палатке под слоем снега 4 м. Признаков механических травм ни у кого не обнаружено (данные В.А.Борзенкова).

Вопрос: В какой ситуации группа вынуждена резать палатку, как при аварии группы Дятлова? И случались ли такие ситуации в практике лыжных походов?

Ответ: Ситуация, требующая разрезание палатки обычна в практике походов. Так вынужденно приходится поступать, если палатка сильно придавлена снегом от лавины или снегопада. Подобные случаи известны. См., например: Степочкин А. «Вот такая пурга». Рассказ-быль. Газета «Вольный ветер», № 67, зима 2000 г. Описана критическая ситуация в пургу на Ямале. Сходные обстоятельства с трагедией Дятлова: разрез палатки, придавленной снегом при вынужденном отступлении-бегстве.

А также: Репин Л. «Последний приют одиннадцати», журнал «Турист», № 10, 1986, с. 50–51. гибель группы Браганца (Туапсе) 05.05.1986 на Фиште. Сходные обстоятельства с аварией Дятлова: гибель группы от замерзания (минус 2 °C, сильный ветер) в придавленных снегом палатках; разрезы придавленных снегом палаток ножом; отступление двух участниц вниз без ботинок в носках из-за невозможности надеть замерзшие ботинки.

Вопрос: Когда в походной практике приходится идти вниз без обуви, в носках, или в тапочках?

Ответ: Без обуви туристам приходится идти обычно тогда, когда обувь потеряна под снегом или ее нельзя надеть из-за сильного замерзания обуви и рук. Другой такой пример:

Штюрмер Ю.А… «Опасности в туризме, мнимые и действительные». М., ФиС, 1972, с. 89 ― авария группы студентов УПИ в районе горы Денежкин Камень, гибель одного студента, обморожения. Сходные обстоятельства с трагедией Дятлова: отступление группы в лесную зону, передвижение без обуви (шапки-ушанки на ногах из-за невозможности надеть замерзшие ботинки).

Близким аналогом ситуации отступления группы Дятлова является и авария 04–06.11.83 в межсезонье группы ЛГПИ под рук. Залесовой О.П., 2 к. сл. (фактически руководил Ухорский А.В.). Обстоятельства дела: на перевале Юмъекорр отклонились от заявленного маршрута для траверса отрога к перевалу Арсеньева с усложнением препятствий до 3–4 к. сл. 5.11 вышли на перевал Арсеньева, где поставили палатку. 6.11 задержались, к вечеру пошел снег, ветер, видимость упала до 2–3 м. Палатку придавило снегом, ветер разрушил ветрозащитную стенку. Группа перешла в подготовленную пещеру, ― Ухорский посчитал, что так безопаснее. Но пещера из рыхлого снега оказалась непрочной, кто-то задел и обрушил потолок. В полураздетом виде стали откапывать палатку, но извлечь смогли немного.

Ухорский решил спускаться, ― Залесова подчинилась, а Гулицкая Т.А. и Серов Д.А. остались. Залесова пошла без обуви, Ухорский отдал ей ботинки и на спуске в ущелье Малой Белой (в 16 от станции Хибины) они потерял друг друга в пурге. Ухорский ниже встретил другую группу, которая оказала ему помощь, и начала розыск остальных участников аварийной группы. Залесову нашли на склоне погибшей от черепно-мозговой травмы после срыва на 40° склоне и удара головой о камень при падении.

Сходство с аварией Дятлова просматривается по многим признакам: бивак в небезопасном месте, авария с жилищем, давление непогоды (холод, ветер, плохая видимость), проблемы при откапывании вещей из заваленной снегом палатки, ошибочное решение на спуск, отступление без обуви, проблемы с одеждой, гибель от черепной травмы (но при иных обстоятельствах, чем в случае с Тибо-Бриньолем).

Вопрос: Известны ли случаи аварий в лавинах с травмами участников, полученными в результате компрессии (сдавливания) между лавиной и жестким препятствием?

Ответ: Такие примеры известны. Уже упомянуты два такие случаи: авария Бекетова, гибель Выговского, авария на Рай-Изе. Известен также случай:

Переходин М. «Домой не вернулись», газета «Вольный ветер», № 1 (4), 1992, с. 6. Авария на горе Гуммакал (верховья реки Нахтильер, Дагестан). Гибель пяти туристов вследствие срывов (4 чел.) и снежной лавины (1 чел.). Сходные обстоятельства с трагедией Дятлова: зимняя лавина 3 февраля на склоне крутизной до 30°; гибель и травмы участника в лавине; обморожения участников на спуске.

Еще один случай: Б.Огородников. «Под пиком Заоблачным», альманах «Ветер странствий» № 6, Москва, ФиС, 1971, с. 38–49. Авария у пика Заоблачный, Восточный Саян с гибелью 6 человек в лавине. Сходные обстоятельства с трагедией Дятлова: тяжелые травмы участника в лавине, попытки его спасти с переносом в безопасное место.

Сообщение Юрия Александровича Кузнецова (Иркутск):

«Лет десять назад в ущелье реки Кынгарга при подъеме по кулуару на центральную башню вершины Трехглавая группа из шести человек вызвала вроде бы „пустячную“ подвижку снега на несколько метров. Пятеро благополучно съехали с этим пластом, а одна девушка оказалась около выступа борта кулуара. Ее прижало, сдавило и сломало позвоночник. Тяжелейшая травма искалечила на всю жизнь. Никто даже сначала не поверил в такой исход…»

Вот каковы последствия двустороннего сдавливания лавиной о жесткое препятствие.

Вопрос: Известны ли случаи «холодных» аварий с потерей предметов снаряжения и одежды, с беспорядочными и плохо осмысленными действиями людей в условиях холода.

Ответ: Такие аварии известны. Пример ― авария, о которой рассказано в статье:

Буянов Е.В. «Такая непонятная авария», газета «Вольный ветер», № 29, 11.1997 г. Статья о катастрофе группы С.Левина на Эльбрусе с гибелью 5 человек. Сходные обстоятельства с трагедией Дятлова: замерзание в условиях низкой температуры и ветра, потеря участниками контроля над ситуацией и над своими действиями, разрушение жилища, потеря вещей. Группа Сергея Левина ночевала на Эльбрусе в снежной пещере на высоте 4370 м в рамках туриады ленинградского Клуба туристов. Задержка на высоте произошла из-за суровой непогоды, плохой видимости и неважного самочувствия С.Фарбштейна. Авария произошла во вторую ночь в пещере, когда из-за ее плохой вентиляции участники стали задыхаться от недостатка кислорода. В какой-то момент из-за переохлаждения, гипоксии, намокания одежды и отравления в пещере углекислым газом действия участников стали неадекватными. Трое вышли наружу, попали под холодный ветер, легли на снег и замерзли. Замерзли и два участника в пещере, ― их спасти не удалось. Один из участников группы остался жив. К группе Левина на второй день присоединились также два японца-горнолыжника, одного из которых спасли, а судьба второго неизвестна (он в одиночку ушел ночью вниз на «Приют 11-ти»). Замерзание в пещере во многом было вызвано намоканием одежды вследствие образования конденсата на полиэтилене, которым были выстланы дно и стенки пещеры. Полиэтилен также ухудшил вентилируемость жилища, обострив кислородное голодание на высоте (гипоксию) туристов, еще не прошедших высотную акклиматизацию.

Еще холодная авария: Минделевич С.В. «Назад не прокрутишь», журнал «Турист», № 11, 1980, с. 10–11. Статья об аварии группы альпинистов в непогоду на спуске с Эльбруса. Сходные обстоятельства с трагедией Дятлова: гибель от переохлаждения в совокупности с травмами (от срывов на склоне, в отличие от аварии Дятлова), ошибки на спуске.

Известны тяжелые холодные аварии альпинистских групп на высоте, ― гибель экспедиции Е.М.Колокольникова в 1955 года на пике Победы, ― и гибель женской команды Э.Шатаевой на пике Ленина в 1974 году. Группа альпинисток задержалась на большой высоте (около 7000 м) на 7 суток и попала в суровую непогоду. Палатки порвало ветром, а оборудовать надежное укрытие в виде пещеры или снежной хижины группа не смогла. И не смогла отступить с заболевшими, беспомощными подругами на руках. На открытом склоне горы ледяной ветер быстро погубил всех альпинисток холодом. Эта команда состояла из альпинисток-мастеров, совершивших серию восхождений на вершины-семитысячники. Но опасность переохлаждения, непогоды и ветра на высоте спортсменки в какой-то момент недооценили, а потом уже было поздно… Авария беспорядочно разбросала людей, одежду, снаряжение. Такова обычная картина холодно-ветровых аварий, к которым относится и трагедия Дятлова.

Вопрос: Имелись ли случаи аварий с поспешным бегством группы из палатки по каким-то причинам, как при аварии группы Дятлова?

Ответ. Такой случай описан в статье: В.Самарин. «Горы и люди» (журнал «Турист, № 1 за 1976 г., стр.26–27). Описана критическая ситуация с аварией на Казбеке, поиски пропавших групп. Сходные обстоятельства с трагедией Дятлова: ночное бегство группы из палатки из-за испуга от грома близкой лавины, потеря ориентировки в темноте, борьба с замерзанием и гибель участника от замерзания с остановкой сердца.

О трагедии при неудачном ночным отступлении от палаток в непогоду нам сообщил иркутский альпинист Кузнецов Ю.А. (описания в литературе нет). В горах Хамар-Дабана группа туристов остановилась на открытом участке горы. Ночью палатки промокли под сильным дождем со снегом, их стало рвать ветром. Руководитель группы приняла решение спускаться вниз, но правильно организовать отход и защиту группы она не сумела. В темноте при паническом отступлении группа распалась. Сильно промокшие туристы по отдельности погибали от переохлаждения в лесу. Не имея необходимого опыта, в отрыве от группы и без снаряжения, они не смогли согреться, построить укрытие, развести костер и защититься от намокания, холода и ветра. Это замерзание случилось в АВГУСТЕ! Здесь аналогий с ситуацией отступления группы Дятлова достаточно… (См. http://www.aifvs.ru/nomer/575/03-1.shtml: «В августе 1992 года на хребте Хамар-Дабан случилась трагедия: замёрзла группа туристов из Казахстана, из семи человек выжила только одна девушка, которая и рассказала, где погибли её товарищи…»).

Вопрос: Мог ли сильный ветер за 25 суток уничтожить след лавины?

Ответ: Наглядным доказательством того, что след лавины мог быть быстро уничтожен ветром, является случай: Александров А. «У края беды». Журнал «Турист» № 3, 1985, с. 30–31. критическая ситуация в походе по Полярному Уралу. Опасные разрушение хижины-иглу сильным ветром в течение нескольких часов.

Можно еще добавить, что в практике туризма были и не менее загадочные аварии, когда даже не удавалось найти погибшую группу, когда удавалось лишь установить, на каком участке маршрута произошла авария. Так, в 1989 году на Центральном Памире пропала группа Петра Клочкова из 6 туристов. Крупные и небезопасные поиски группы так и не привели к результату. Удалось только установить, что группа погибла на подъеме к сложному перевалу Хадырша на огромном ребре высотой 3 км. Причиной аварии, видимо, была или холодная непогода или лавина (см. статьи «Последняя записка на перевале Рыжий» в журнале «Турист», № 5-1990, «Откроет ли тайну Памир» в газете «Советский спорт» от 23.11.89 г. и «Рыжий» пока молчит» в № 7–8 за 1992 г. журнала «Мир путешествий»).

14. Авария Дятлова: главные аварийные факторы

Ниже перечислены с краткими комментариями главные видимые факторы, которые привели к тяжелому исходу в случае аварии Дятлова, а затем дано описание событий аварии:

1) Первый фактор: сход малой пластовой лавины-обвала на палатку дятловцев в ночь с 1 на 2 февраля 1959 года. Сход небольшой местной лавины (обвала) произошел в результате выбора места установки палатки, подрезки снежного пласта на глубину около 1 м и повреждения снежного пласта при закреплении палатки (при установке боковых растяжек).

Обвал был вызван и состоянием пласта, и его подрезкой снизу, и повреждением выше края подрезки!

Резкое падение температуры в ночь аварии вызвало перенапряжение снежного пласта из-за температурных напряжений. Дополнительными видимыми факторами схода лавины являлись порывы ветра (включая и постоянные, и «дергающие» усилия на пласт боковых оттяжек палатки со стороны склона при порывах ветра), а также скачок атмосферного давления. Сход лавины мог быть вызван и дополнительными факторами, но о них достоверно ничего неизвестно. Такими факторами могло быть утяжеление склона выше палатки наметенным снегом и снегом от подсыпки бруствера (для защиты внутреннего ската палатки от сдуваемого снега).

2) Второй фактор: разрушение жилища и опасность схода новой лавины, ― эти обстоятельства сделали невозможным и восстановление палатки и безопасное укрытие группы вблизи палатки от холода и ветра. Разрушение жилища (палатки) в походе всегда аварийный фактор, резко усложняющий положение группы при большом удалении от населенных пунктов. Это особенно опасный фактор в условиях мощного давления природной стихии, когда возведение жилища (укрытия) связано с большими затратами сил и времени. В данном случае разрушение палатки было следствием и схода обвала, и действий группы по освобождению из завала. В результате этих действий палатку придавило и разрушило так, что восстановить ее за короткое время было невозможно. Конечно, ни у кого из дятловцев и мысли призрачной не возникло о возможности какого-либо укрытия у палатки.

3) Третий фактор: травмы, полученные участниками группы Дятлова, которые существенно усложнили положение группы и оказали влияние на выбор дальнейшего решения. После обвала и получения травм дятловцы осознали, в каком опасном месте они находятся, поскольку повторная лавина могла в любой момент подмять и другой край палатки. Они понимали, насколько опасно раскапывать палатку. Кроме того, эти раскопки голыми руками в темноте оказались достаточно сложны при сильном ветре, сдувавшем снег по склону. Травмы, сильный стресс, который они вызвали в совокупности с ветром и холодом, явились теми давящими факторами стихии, которые не способствовали выработке правильных решений и выбора правильных действий. Действия были поспешными и не оптимальными в дальней перспективе. Поспешность действий определялась желанием как можно быстрее укрыть травмированных участников от холода и ветра в лесу, поскольку они не могли активно двигаться и быстро замерзали на открытом месте от холода и ветра. Травмы серьезно ослабили группу и стеснили ее действия, поскольку часть участников они вывели из строя, а часть вынудили помогать пострадавшим. Это серьезно уменьшило усилия группы в борьбе со стихией уже у палатки и при последующих действиях. Травмы, темнота и непогода существенно замедлили действия группы, и это замедление действий в условиях непогоды явилось существенным фактором, обострившим ситуацию и не позволившим группе эффективно противостоять давлению стихии. Психологические травмы также наложили негативный отпечаток на поведение участников группы.

4) Четвертый фактор: резкое падение температуры воздуха (на 24 градуса) в течение дня и ночи и усиление ветра из-за прохождения фронта холодного воздуха, ― эти факторы стихии вместе с лавиной и травмами поставили группу на грань выживания. Группа не сразу поняла, что температура упала очень резко, ― вначале, после схода лавины и выхода из палатки воздействие сильного холода они связали с воздействием ветра и с резким изменением условий внутри и вне палатки. На спуске они вышли из-под защиты отрога горы Холатчахль и попали под более сильный западный ветер на открытом участке ложбины и в редком лесу. Поэтому для защиты от ветра им пришлось углубиться в лес от его границы еще на километр, но и это отступление не спасло их от холода и ветра.

5) Пятый фактор: потеря большей части одежды и снаряжения в результате решения спуститься вниз к лесу. Решение срочно отступить в лес не было «неправильным», ― оно было единственно верным в той ситуации. Но отступление группы не было подготовлено. Ошибочными здесь явились поспешность действий и спуск без верхней одежды, обуви и бивачного снаряжения. Это решение было уходом от непосредственных, «давящих» факторов опасности: повторной лавины и пронизывающего ветра, но оно не учитывало изменение условий и сложности дальнейших действий. Оно не учитывало всех критических факторов сложившейся обстановки и было принято в расчете на «обычные» климатические условия, существовавшие до остановки группы на ночлег и на «здоровое» состояние группы. Большая часть снаряжения осталась в палатке, а некоторые мелкие предметы (например, тапочки, фонарь, шапочки) потеряли на спуске. Надо учесть, что решение спускаться приняли в момент, когда все усложнившиеся условия внешней среды были группе неизвестны. Группе не были известны и причины схода лавины, и опасность нанесенных лавиной травм. А вот неизвестность в виде опасности новой лавины и тяжелого состояния раненых товарищей оказывала тяжелое психологическое давление на всех.

6) Шестой фактор: неблагоприятные условия в лесу: лес оказался очень «плохим» с точки зрения возможности заготовки дров без топора, поскольку валежник находился под снегом, а сухостоя мало. Мелколесье в основном состояло из молодых пихт, влажного кустарника, которые не горели в костре. Ветви крупных кедров добывались с огромным трудом, и их не хватало. Поэтому попытки разжечь большой костер без топоров и пилы в сильный мороз и на ветру оказались обречены. Группа сожгла обрезки ткани и ветки кедра, но добиться серьезного успеха не смогла: небольшой костер потух, для него не хватило топлива. Попытки отогреть замерзающие руки только привели к ожогам. При отсутствии бивачного снаряжения, оставленного в палатке, группа не смогла обогреться у костра и возвести качественное укрытие (типа чума, шалаша) от ветра.

7) Седьмой фактор: неблагоприятные условия возвращения к палатке ― возвращение к палатке вверх по склону без обуви против ветра оказалось непосильной задачей. Сил, времени и тепловых резервов организма на это не осталось. Спуск к лесу вниз с боковым ветром был менее сложен, но вот обратный путь ползком на открытом ветру участке оказался неодолимым.

8) Восьмой фактор: «неоптимальные» действия группы. Эти действия в иной «трактовке» (при взгляде под другим углом) могут быть названы и «ошибками». Мы не считаем эти действия в полной мере «ошибочными», поскольку туристские группы нередко допускают подобные «промахи», которые обычно не приводят к тяжелым последствиям. В критической ситуации группы редко действуют «оптимально» и «безошибочно». Предугадать, например, сход снежной лавины практически невозможно. И надо учитывать, что и сейчас, на уровне и современного опыта, и уровня развития современного снаряжения, недооценка опасности переохлаждения или потери снаряжения, ― нередкое явление в туристских походах и альпинистских восхождениях.

Авария Дятлова не явилась причиной какого-то одного из этих перечисленных факторов, она явилась следствием всей цепочки событий, которые были порождены всеми указанными факторами.

Надо понимать, что исход критической ситуации зависит от многих факторов, ― не только от действий группы, но и от «силовых факторов стихии». При очень сильных воздействиях стихии даже правильные и самые самоотверженные действия группы далеко не всегда приводят к спасению.

В результате воздействия всех указанных факторов группа Дятлова попала в «опасную зону» с ветрохолодовым индексом на уровне минус 45 ― минус 55 градусов, если не ниже. В таких условиях и при наличии у большинства участников только лыжных костюмов и свитеров время активного существования группы было ограничено полутора-двумя часами, после чего наступила «холодная» усталость и авария перешла в фазу агонии. В фазу, когда действия туристов нарушились, стали беспорядочными, плохо осмысленными, и постепенно затухающими с переходом в обездвиженное состояние из-за отказа конечностей, засыпание и гибель от замерзания.

Таковы видимые главные факторы, которые привели к катастрофе группы Дятлова. Эти факторы действовали на различных этапах аварии, все более и более отягощая положение группы, общая сопротивляемость которой серьезно ослабела из-за травм участников и потери снаряжения и одежды. Несмотря на отчаянные и самоотверженные действия, группе не удалось переломить ход аварийной ситуации и спастись от холода и ветра. Помимо этих главных факторов действовали и «дополнительные» факторы в виде определенных действий участников группы, среди которых были и «правильные», и «неправильные», но в целом и эти действия не привели к спасению.

15. Авария Дятлова: реконструкция событий по фактам, следам и уликам (продолжение главы 5)

Группа Дятлова предприняла попытку переночевать на склоне горы Холатчахль, что могло быть вызвано и изменением погодных условий, и желанием Дятлова и группы потренироваться и получить опыт ночлега в усложненных условиях, нежеланием терять высоту и повторять тактическое решение, принятое накануне. Подобные соображения обычны в практике походов. На такое решение указывают обстоятельства похода: наличие у группы дров и достаточно поздний выход с бивака за 2–3 часа до наступления сумерек. При намерении остановиться в лесу группа не стала бы нести поленья. А вариант с возвратом 2–3 участников на 2 км в лес за дровами маловероятен, и о нем в записях туристы не упоминают. Остановка группы на склоне объясняется нежеланием Дятлова выходить из-под защиты горы на более открытое место, сильно продуваемое западным ветром (с азимута 270–320°). Этот ветер заставил бы группу спускаться вниз к лесу через каменные гряды, а на следующий день снова набирать высоту. Дятлов увел группу от лавины непосредственно со стороны вершины горы Холатчахль, т. к. палатка стояла не под самой горой, а под склоном ее северного отрога.

Палатку следовало защитить от ветра и закрепить с учетом большой парусности и очень малой ветровой стойкости такой длинной двойной палатки. По всем признакам дятловцы поставили палатку «по-штормовому» с заглублением в снег примерно на полметра и с закреплением середины на боковых оттяжках на высоких стойках лыж, как описано в главе 5 с оттяжками от середины конька палатки (для повышения ветровой стойкости палатки). Для уменьшения боковой ветровой нагрузки палатку ориентировали вдоль направления ветра с установкой боком к склону. И остановились на подветренном склоне, чтобы северный отрог горы защищал от ветра.

На левой части рисунка изображена палатка, установленная с заглублением вниз «по-штормовому», но без бокового заглубления в склон, ― только с выравниванием площадки на склоне крутизной 18–20°. Однако завалить палатку мог не только ветер, но и давление наметенного на палатку снега. Фактически всегда ветер дует и сбоку и вдоль палатки, наметая снег в углубление между палаткой и склоном. Если со стороны внешнего ската ветер сдувает снег вниз, то со стороны внутреннего ската снег постоянно накапливается. Вот здесь, со стороны склона образуется сугроб, который давит на палатку и может ее постепенно подмять. Понятно, что выходить ночью разгребать сугроб и переустанавливать палатку в темноте на ветру, ― занятие малоприятное и небезопасное. Поэтому дятловцы позаботились, чтобы не только заглубить палатку вниз, но и защитить ее и от ветра и от снега путем установки в нишу-углубление со стороны склона так, как изображено на правой части рисунка.

Для уменьшения ветровой нагрузки и навала сугроба палатку установили с заглублением и вниз, и вбок в снежную нишу склона, как на правой части рисунка. В таком случае ветер прямо давил только на самый верх палатки, а не на весь скат. И верх бокового ската захватывал меньшее количество сдутого ветром снега, чем весь этот скат. Для уменьшения навала снега и давления ветра дятловцы могли дополнительно над палаткой выложить «бруствер» из плотного снега, чтобы сдутый снег задерживался выше палатки. Но такой «бруствер» вместе с наметенным сугробом постепенно увеличивали нагрузку на пласт снега выше палатки.

Палатка дятловцев по всем признакам стояла именно так, как показано на правой стороне рисунка, ― ее затемненный выступающий верхний угол (до 0,5 м высотой) был расположен именно так в момент прихода спасателей. Ниже вся палатка стояла под снегом, ― весь снег заровняло ветром вдоль склона. При более высокой установке относительно склона (как на левой части рисунка) ее бы так не замело, неизбежно расшатало крепления оттяжек и завалило стойку ветром за 25 суток. Ведь характер следов указывал на то, что верхний слой свежего снега с момента аварии сдуло вниз, ― в момент прихода спасателей снега было меньше, чем во время аварии. Да и на последнем снимке дятловцев видно, что высота верхнего края прокопанного участка была около метра.

При «обычной» установке палатка дятловцев имела высоту и ширину около 150 см при длине 450 см, ― две палатки по 200 см с вшивкой центральной полосы шириной 50 см. Расширение палатки для «поперечной» укладки туристов достигалось за счет занижения бортов, ― их растяжкой наружу и растяжкой крыши. При такой низкой установке палатка имела высоту 120–140 см (длина лыжной палки-стойки), и ее не так уж трудно было убрать «под козырек склона». Конечно, при уменьшенном наклоне скатов крыши, снег с нее сдувало хуже (на рисунке занижение палатки за счет бортов не показано).

То, что часть палатки устояла под давлением снега и ветра в течение 25 суток, указывает на то, что палатку закрепили достаточно надежно.

По свидетельству Аксельрода из всех участников группы Дятлова только руководитель имел опыт ночлега зимой в горах на склоне, а вот ночлегов в тайге они имели немало. Видимо, Дятлов и обучил группу тому, как должна стоять палатка для защиты от ветра. Для этого он выбрал участок в выемке склона с достаточно глубоким снегом, ― не менее 120–150 см, судя по заглублениям лыжных палок на фото наполовину раскопанной палатки. А вот об опасности обрушения на палатку подрезанного снизу снежного пласта, Дятлов, похоже не знал. И группа не могла знать, что в ночь с 1 на 2 февраля придет холодный фронт с падением температуры на 24 градуса и усилением ветра.

Плотный наст дятловцы раскололи ледорубом на куски, прикрыв ими края ямы сверху и с боков. Рыхлый снег сгребли лыжами, ведрами и ногами, выравнивая площадку. На площадку уложили лыжи и поставили палатку, закрепив ее на лыжных палках и двух боковых стойках из лыж для поддержки центра. На дно палатки последовательно уложили пустые рюкзаки, телогрейки и два одеяла. Остальные одеяла и куртки расстелили, чтобы накрыться ими внакладку с перекрытием стыков и с бортами на краях. Дорошенко и Колмогорова напилили дрова-чурки и набили ими печку, чтобы утром всем согреться, отогреть и надеть замерзшие ботинки. И натопить немного воды из снега для питья после тренировки с настоящей «холодной ночевкой».

После установки палатки, подготовки печки и веселого общения в ходе ужина с выпуском газеты «Вечерний Отортен» группа улеглась на ночь. Легли ногами к склону. Головой от склона ― по описанию Аксельрода, но не исключено, что двое у входа легли головой к склону, ― ведь две пары ботинок лежали не там, где остальные, а у другой стенки палатки. Легли плотно, согревая друг друга. Да и длина 4,5 м палатки не позволяла лечь по-другому. Очевидно, что было очень холодно, особенно тем, кто лежал с краев (Дятлову и Золотареву). Укладка поперек палатки была более «теплой», поскольку вдоль холодных стенок лежали всего двое, а не четверо, как бы случилось при укладке вдоль палатки. Теплоотдача от ног и головы заметно меньше, чем сбоку, а утеплить ноги и голову легче.

Ночью мороз усилился, палатка дрожала от ветра, который засыпал ее снегом, сдутым с горы. Внутренний край палатки проседал под тяжестью накопившегося снега в нише между палаткой и склоном. Именно поэтому дятловцы легли головой от склона: легкое придавливание ног просевшим краем палатки вполне допустимо, а вот если бы этот край давил на голову, ― вот это было нетерпимо.

Из-за холода приходилось часто менять положение тела, лежа на холодном полу палатки то на спине, то боком. Возможно, в таких условиях заснуть смогли не все, потому коротали ночь в полудреме, каждый со своими мыслями о походе, об учебе, о любви…

Внезапно на палатку в темноте навалилась какая-то тяжесть, раздался треск ткани и крик раненых. Тяжелый пласт снега выше палатки оторвался, провалился и сполз вниз, придавив палатку со стороны задней стенки. Тех, кто лежал с этой стороны и в центре палатки, сильно прижало к полу. Золотареву и Дубининой обвал снега сломал ребра, а Тибо-Бриньолю и Слободину нанес черепные травмы из-за опоры головы на жесткие предметы. Тибо-Бриньоль получил вдавленный перелом черепа из-за опоры головы на концентратор: фотоаппарат или каблук ботинка (предположения Аксельрода и Попова). Все крупные травмы явились результатом компрессионного сдавливания между пластом снега и жестким дном палатки. Вероятно, кто-то быстрее других догадался о том, что произошло, и крикнул: «Лавина! Нас засыпало!». Многие получили сильный удар по голове, ― Тибо и Слободин определенно, да и следы в виде ран, ссадин и царапин от этого удара остались на лице почти у всех дятловцев. Характер и условия схода обвала подробно описаны в предыдущей главе.

Палатку наполнили крики и стоны. Многие и после остановки обвала оказались придавлены статической (весовой) нагрузкой остаточного слоя снега, ― особенно сильно Золотарев и Дубинина. Это давление на Дубинину вызвало кровоизлияние в стенку правого желудочка сердца. Дятловцы ворочались в придавленной снегом палатке, отжимая навалившийся снег. Сильные парни, видимо, смогли перевернуться на грудь и руками, ногами и всей силой мышц спины вдавить часть снега усилием вверх и отвоевать часть пространства. Наибольшую дееспособность сохранили участники у входа, ― в полости у устоявшей стойки палатки. Им пришлось срочно разрезать палатку по складке бокового ската, поскольку вытащить пострадавших из обвала через вход боковым смещением было невозможно. Первая попытка разреза кончилась неудачей, ― нож уперся в многослойную диагональную складку палатки, идущую от стойки. Удачную попытку разреза выполнили с начальным проколом выше по этой диагональной складке. После разреза мешавший кусок крыши вырвали силой, и первые смогли покинуть палатку и через открытый вход, и через дыру в крыше.

Одну из курток силой вдавили в снег в скат палатки так, что он треснул. Куртка осталась в разрыве. Следствием обвала явились и крупные трещины в крыше палатки, ― одна вдоль ее наклонного ребра на внешнем (к склону) скате, а другая ― на внутреннем скате. Центральная полоска ската палатки не оторвалась.

Те, кто выскочил наружу, вырвали и второй фрагмент крыши, мешавший извлечению пострадавших (фрагмент со стороны задней стенки). Отбросив с палатки часть снега, силой вытащили за руки и за ноги Люду, Сашу и Колю, стонавших от боли. Во тьме и спешке спотыкались об оттяжки палатки и натыкались на скрытые под снегом обвала острия лыжных палок ― колышек оттяжек. О них поранились Дубинина (рана на бедре), когда ее волоком вытаскивали из палатки.

Раненых отнесли на 15–20 м ниже по склону, ― зона палатки была опасна, поскольку новый обвал мог сойти в любую минуту. Теперь, когда такое несчастье произошло, дятловцы не могли пренебрегать этой опасностью, она психологически давила на них, хотя причины ее они во многом не понимали. Механизм получения и опасность травм дятловцы, конечно, также глубоко понять не успели. Неизвестность, непонимание того, что с ними случилось, тоже явились психологическими факторами, усложнявшими положение группы.

Ситуация перед отходом группы на спуск является неопределенным и драматичным моментом событий аварии по понятным причинам: здесь многое зависело от эмоционального состоянием дятловцев и психологических моментов их поведения. Все эти «движущие силы» уже не воссоздать, но объективные факторы давления, вызвавшие к жизни это решение, просматриваются хорошо. Признаков коллективной «паники» в действиях группы не прослеживается. Групповая паника привела бы к полному распаду коллектива и к бессистемному бегству «кто куда». В подобной ситуации «паника» с быстрой гибелью поодиночке действительно могла иметь место с менее организованной группой. В группы Дятлова просматриваются плохо осознанные действия отдельных участников из-за травм (физических и психических) и элементы крайней общей поспешности в принятии решений и действиях.

Главный вопрос здесь: «Почему группа пошла на спуск в таком состоянии? Почему не оделись, не взяли снаряжение для разведения костра и сооружения укрытия?» Анализ ситуации привел к следующим выводам.

Давящими психологическими факторами являлось состояние травмированных участников, сильный стресс от борьбы с риском для жизни при выходе из палатки. Психологически давили и факторы «неопределенности» ситуации: было непонятно, отчего сошла лавина и какова опасность полученных травм. Лавина травмировала группу не только «физически», но и «психически».

Тяжелый исход вызвал синдром повышенной опасности. Палатки они опасались примерно так, как боятся входить люди в руины домов, разрушенных землетрясением, ― в руины-могилы, из которых удалось спастись, выскочив в последний момент. В оценке характера и опасности лавины они определенно ошибались, ― у них не было времени и возможности для анализа ситуации. Опасность лавины и опасность самого места они оценивали по тяжести нанесенных травм и по остроте ситуации с придавленной палаткой, связанной с риском для жизни.

Ряд фактов указывает и на то, что некоторые участники могли находиться в состоянии умопомрачения от удара снега по голове (травмы головы Тибо, Слободина и у других характеризуют силу этого удара). Ряд фактов указывает на крайнюю поспешность действий. Так, Слободин не успел достать и надеть второй валенок.

Давящими факторами внешней среды были опасность новой лавины, а также холод и ветер на открытой части горы. Не исключено, что ураганные порывы ветра в буквальном смысле валили с ног и сдували снег на палатку, уничтожая все результаты попыток ее раскопать. Слобцова в похожих условиях порыв ветра на склоне ниже перевала сбил с ног…

Все эти условия диктовали требование срочно уходить в безопасное место, где можно найти укрытие от ветра и согреться. В действиях группы Дятлова прослеживаются две фазы отхода от палатки: первая ― на 15–20 м вниз, и вторая, ― роковой отход в лес.

Дееспособность группы оказалась подорвана из-за травм, поскольку трое вышли из строя, а остальные должны были им помогать. Эта дееспособность была малой и в части возможности раскопать палатку, и в части переноски вещей вниз с учетом помощи раненым на спуске. Видимо, Тибо-Бриньоля пришлось нести с подхватом за руки на плечи, а Дубинину и Золотарева пришлось вести с поддержкой с боков за руки. При наличии раненых у группы было мало сил и на откапывание палатки, и на переноску грузов. Поэтому эти задачи, возможно, решили «отложить» до момента, когда раненых спустят вниз в более безопасное место.

Как показывает опыт других аварий, раскапывание вручную засыпанной снегом палатки и извлечение вещей, ― занятие весьма неприятное, трудоемкое и медленное. Тем более, на ветру в темноте и теми ограниченными силами 2–3 участников, которыми они располагали. Инструментов для раскопки не было, вещи оказались придавлены не только «мягким снежком» сверху, но еще и обломками «снежной доски» внизу. По прочности и плотности ее куски мало уступают льду, ― раскопать руками и вытащить вещи можно было через промежутки между этих обломков, засыпанных сверху рыхлым снегом.

Поэтому раскопки затягивались, а большая часть группы, помогая пострадавшим, простаивала на ветру. Возможно, раскопка палатки в тех условиях им показалась действием более долгим, трудным и более опасным, чем немедленный отход вниз, в более закрытое от ветра место с согреванием движением при ходьбе, а затем и теплом костра. В такой ситуации и Дятлов, и участники группы могли не без оснований заключить, что группа погибнет у палатки от холода, если срочно не спустится в лес.

Возможно, у дятловцев возникло желание быстрее спуститься «в тапочках» с возвратом здоровых участников за вещами. Но быстро спускаться раненые не могли, войлочные тапочки потеряли в снегу на спуске, а вернуться уже оказалось не в силах, ― на это не хватило тепловых резервов организма.

Очень возможно, что они решили спускаться, пока группа еще не потеряла дееспособность. Когда всем стало понятно: если трое пострадавших потеряют дееспособность вследствие замерзания, то группа уже не успеет отступить, и раненые быстро погибнут на открытом ветру склоне горы. Ведь бросить своих товарищей дятловцы не могли. Аксельрод сделал сильный акцент на побуждении дятловцев быстрее укрыть, спасти пострадавших от ветра и метели, которое мы тоже считаем одним из определяющих в данной ситуации. Кроме того, более «привычные» условия похода в лесу, с теплом костра, им могли казаться спасением, ― естественным выходом в безопасное место. А лес от палатки находился недалеко, ― примерно в километре.

Трудно сказать, было ли группой или руководителем принято «решение» спускаться, или отход группы произошел «самопроизвольно», как результат действий группы или отдельных ее участников. «Решения» спускаться, как такового, здесь могло и не быть, поскольку необходимость отхода диктовалась положением группы. Как такового, могло и не быть четкого «плана действий». Ведь времени и возможности обдумать этот план у них не было. Они могли лишь представить дальнейшую «схему действий» без уточнения ее «деталей». Вот ряд этих «деталей» (одежда, обувь, снаряжение, резервы времени и сил), как оказалось немного позже, имели решающее значение для дальнейших событий.

Наличие двух пар следов, идущих отдельно от остальных на начальном участке спуска, наводит на подозрение о том, что кто-то из дятловцев мог пойти вниз первым, в состоянии аффекта, сильного потрясения. Это мог быть кто-то из раненых, и в первую очередь, Тибо-Бриньоль или Слободин, ― ведь они получили черепные травмы. Дятлов или кто-то из товарищей догнал ушедшего на спуск участника, чтобы остановить разобщение группы, которое вело всех к гибели. Такой уход двух участников вниз мог быть воспринят, как сигнал на спуск и мог вызвать начало спуска всей группы без команды. Особенно если в числе двух ушедших оказался руководитель группы. Характер следов на склоне указывает именно на такой сценарий развития ситуации. Две пары следов шли отдельно, но потом сошлись с остальными, ― группа объединилась, и дальше все спускались вместе. Тибо-Бриньоля, видимо, вели или несли с поддержкой за руки на плечи, ― на это указывают его плечевые травмы и ссадина плеча Дорошенко.

Очевидно, что «ошибка момента» состояла вовсе не в «отходе» группы вниз от палатки, ― этот отход был необходим. Ошибка состояла в том, что отход произвели без теплой верхней одежды, теплой обуви и бивачного снаряжения для разведения костра и сооружения временного укрытия. На этом шаге имела место «недостаточность», «необеспеченность» дальнейших действий по борьбе с холодом.

Психологический трагизм момента состоял в том, что опасность холода они, конечно, принимали во внимание. Но она как бы отошла на «задний план», она не казалась в тот момент «смертельно опасной» и «главной». Её не посчитали более опасной и «более главной», чем опасность схода новой лавины, ветра и травм. Такая «логика» поведения прослеживается в ситуациях большинства известных «холодных» аварий, когда внимание группы отвлечено от фактора опасности холода какими-то другими действиями и другими факторами риска. Здесь не было никакого умышленного «пренебрежения» опасностью холода. Здесь, по всем признакам, просто имел место неверный шаг группы, сделанный под давлением стихии.

Дилетантам и людям, которые плохо разобрались с этой ситуацией, отступление дятловцев кажется настолько «непродуманным» и «необоснованным», что для него непременно ищется какая-то дополнительная причина, какая-то «опасность», от которой надо было срочно «бежать» вниз. «Опасности» здесь были налицо, ― в виде возможности схода нового обвала на палатку, в виде холода и ветра на открытом склоне горы, и в виде тяжелых травм, последствия которых были непонятны. Могли быть и еще какие-то «составляющие» событий, которые нам сейчас не видны.

Дятловцам удалось достать несколько теплых вещей, ― одеяло, пару курток и меховую безрукавку, которые надели на пострадавших, ― Тибо, Золотарева, Дубинину. Конечно, следовало достать и всем надеть теплые веши, ― куртки и телогрейки. Но остальные тепло одеваться не стали, не смогли или не успели.

Большая часть группы какое-то время простояла на ветру, приводя в чувство раненых. Людмила и Саша, видимо, постепенно пришли в себя и ощутили, что могут идти вниз с поддержкой товарищей. Ситуация требовала для спасения действовать быстро и решительно. Но как?

Всем было понятно, что место опасное, что палатку восстановить нельзя, что группа должна быстро отступить, пока раненые не замерзли и не потеряли дееспособность. Ведь согреваться активным движением они не могли.

Ясно, что доминанта действий: «Вниз! Вниз, в безопасное место!..», ― в той или иной мере овладела всеми и явилась определяющей. Факторы давления стихии и стремление быстрее уйти от них возобладали, ― они погнали группу на спуск.

Примечание. Достаточно обычная альтернатива (выбор варианта спасения) в ходе аварии сводится к дилемме: что делать, спасаться самим, или спасать «среду обитания»? Например, когда корабль тонет, можно сразу начать пытаться спастись самим. Либо попытаться общими действиями спасти корабль и спастись всем вместе с ним. При воздействии сильного испуга, психологического шока, первые действия обычно направлены на «спасение» путем бегства или ухода от источника опасности, а не на сохранение защитной «среды обитания». Это ― достаточно обычная ошибка человека в шоковом состоянии (связанная с проявлениями инстинктов самосохранения). Такая ошибка является роковой, когда спасение путем бегства невозможно (когда не просчитаны последствия такого бегства), и тогда, когда спасение возможно, реально достижимо или просто необходимо только путем спасения защитной среды обитания (палатка, корабль, самолет и.т.п.). В данном случае, видимо, была допущена именно эта ошибка: действия туристов были направлены на «самоспасение», включая и спасение травмированных участников. При этом действия по «сохранению защитной среды обитания» оказались недостаточными.

На переходе стали терять отдельные мелкие вещи: фонарь, тапочки, отдельные носки. Переход затянулся, поскольку раненые не смогли идти быстро. Немного ниже попали в ложбину, где усилился боковой ветер при выходе из-под защиты отрога горы. В полукилометре дошли до границы леса, но редкий и мелкий лес здесь не мог защитить от ветра. Пришлось пройти еще около километра до крупного кедра.

У кедра, приняли решение разжечь костер, согреться, и частью группы вернуться за снаряжением. Но чем разжечь костер? Жечь одежду «с себя» нельзя, ― ее и так не хватало. Видимо, для разжигания костра решили пожертвовать суконным одеялом, используя его обрезки в качестве трута. Позже обрезок этого одеяла (Колеватого) нашли на настиле в виде «обмотки шинельного сукна» с тесьмой и «завязками». Не исключено, что в качестве трута использовали и запасную фотопленку, оказавшуюся у кого-то в кармане.

Кроме трута, требовались сухие дрова. Валежник находился в основном под снегом, ― поисковик Коптелов отмечал отсутствие какого-либо «валежника» у костра. Сушины найти в темноте трудно, а молодые пихты не горели совсем. Лес оказался очень «плохим» с точки зрения разведения костра без топора и пилы.

Неплохо горели ветви кедра, ― чтобы их обломить, залезали с подсадкой на дерево и ломали крупные нижние сучья, наступая на них сверху и подтягивая снизу. Руки уже начали серьезно замерзать, ― от этой работы на коре кедра остались клочки окровавленной кожи. Но перерубить или перепилить сучья было нечем. Дров явно не хватало, и скоро стало ясно, что небольшой костер у кедра всех не согреет, поскольку ветер уносил большую часть тепла. Требовалось оборудовать укрытие, более защищенное от ветра, чтобы в нем не только прятаться от ветра, но и согревать друг друга. В 70 м от кедра на скате к ручью откопали в снегу нишу и внутри соорудили настил из сломанных пихт. Настил покрыли лапником, срезанным с молодых елочек. Сюда снесли пострадавших, чтобы укрыть их от ветра, и чтобы они могли согревать друг друга.

При переохлаждении мог серьезно сказаться фактор намокания одежды из-за отсутствия телогреек и теплых курток (теплой верхней одежды). Одежда намокла уже при выходе в «теплом» состоянии из палатки через слой снега. На спуске и у кедра сильнее намокли те, кто совершал самую тяжелую физическую работу, кто пытался отогреться у костра без теплой верхней одежды. И у кого свитера, легкие лыжные куртки и футболки сильнее промокли на ветру от снега в процессе работы.

В какой-то момент все стали понимать ошибочность поспешного отступления от палатки без снаряжения, обуви и теплой одежды. Дятлов вместе с Колмогоровой и Слободиным предприняли отчаянную попытку вернуться к палатке. Двигаясь на открытом ветру пространстве ложбины, эта группа погибла в борьбе. Здесь развязка событий сопровождалась разделением группы. Видимо, Дятлов приказал или разрешил товарищам идти к палатке в одиночку, дав им шанс спастись и оказать помощь всей группе. По положению тел они ползли или легли отдохнуть на последней остановке, где изнеможение от холода и потери сил остановили их навсегда из-за отказа конечностей. Колмогорова была лучше одета, чем Дятлов и Слободин, и смогла приблизиться к палатке ближе всех. Видимо, она погибла последней из этой тройки. Слободин мог потерять сознание из-за черепной травмы головы. Лежа в снегу, он погиб не сразу, ― ледяной нарост у его лица образовался от долгого дыхания в снегу. Дятлову, видимо, мороз сильно прихватил руки и ноги из-за слабой защиты конечностей вследствие потери носков потерял в снегу. Обездвиженный, Игорь заснул навсегда у молодой березки.

Ветер мог иметь такую силу, что не позволял двигаться стоя, прижимал к снегу. Подобный ветер встретили поисковики, когда несли погибших к вертолетной площадке на перевале, и когда Слобцова порыв ветра сбил с ног. По всем признакам эта тройка дятловцев именно так и погибла в борьбе, пытаясь пробиться к палатке, чтобы спастись и спасти товарищей, принеся им одежду и снаряжение.

Оставшиеся у костра два Юры, ― Дорошенко и Кривонищенко тщетно пытались согреть замерзающие руки и ноги в пламени костра. Самые крупные парни, они, видимо, были наиболее легко одеты и очень сильно выложились на физической работе, помогая спускаться пострадавшим и при заготовке дров. Намокание их одежды снаружи и изнутри от физической работы и попыток согрева от костра привело к еще более сильному охлаждению. А ожоги рук, на которых кожа была сорвана до мяса, могли вызвать шоковые болевые реакции на морозе. Поэтому не удивительно, что «два Юры» очень сильно страдали от холода и стали сдавать раньше раненых товарищей. Ведь пострадавших все, как могли, старались отогреть у костра, они были лучше одеты, а потом их спрятали в снежное укрытие, в котором они были защищены от ветра и все же обогревали друг друга. С ранеными оставался Саша Колеватов, ― он пытался разжечь костер в укрытии вблизи ручья и временами возвращался к костру у кедра. У Колеватова тоже остались следы ожогов на руках и на рукавах одежды.

В какой-то момент действия участников у костра и ручья стали неадекватными, плохо осознанными. Потеря сознания и гибель Дорошенко и Кривонищенко могла быть вызвана шоком от ожога рук в костре при потере и восстановлении чувствительности рук из-за обморожения с сильной болевой реакцией. Для шока характерно нарушение болевых реакций, что, похоже, имело место по состоянию их ожоговых травм. При шоке наряду с потерей болевой чувствительности могут происходить резкие болевые реакции, угнетающие психику и парализующие человека. Намокшая одежда их не согревала и мешала согреться от костра. Кроме того, попытки согреться у костра привели к загоранию одежды: Юра Кривонищенко сжег брюки. По всем признакам Дорошенко и Кривонищенко так замерзли, что промокшая заледенелая одежда им показалась лишней обузой. Чтобы стало теплее, они разделись, пытаясь согреться у костра, накрывшись одеялом. Но одеяло промокло от снега и тепла костра. Все эти усилия вместе с большими тепловыми потерями от работы и травмами от ожогов привели к засыпанию или потере сознания, с последующей гибелью от замерзания.

Примечание. Сильное переохлаждение вызывает нарушение координации движений. Из-за тяжелого угнетения холодом нарушается психика, а действия становятся плохо осмысленными, беспорядочными и медленно затухающими (см. книгу А.Бартон, О.Эдхолм. «Человек в условиях холода», Москва, Иностранная литература, 1957). Поражение холодом вызывает и нарушения работы мозга, которые на стадии агонии вызывают неадекватные действия. Люди иногда пытаются согреться любой ценой, надевают на себя одежду погибших. Другие наоборот, раздеваются на морозе, поскольку им кажется, что одежда уже не согревает, а охлаждает их. Холод давит подобно тяжелому бревну, которое человек удерживает на себе какое-то время, но потом нагрузка приводит к физиологическим нарушениям, приводящим к гибели. Поражение холодом парализует конечности и лишает человека способности сопротивляться. При наступлении «холодной усталости» человек уже не может согреться движением, ― и на это, и на поддержание движения не хватает энергии, поскольку тепловые потери заметно превышают тепловыделение. Обездвиженный человек засыпает, чтобы уже не проснуться. Во сне холодной комы наступает смерть от нарушения работы кровообращения, дыхания и нервной системы (см., например, статью А.Долинина «Приказано выжить-7. По следам прошедших холодов». Журнал ЭКС № 1 за 2003 г., с. 50).

Первыми погибли от холода те, кто наиболее сильно выложился на работе, кто понес самые сильные тепловые потери, кто имел наиболее легкую одежду или кто отдал свою одежду пострадавшим, кто сильнее намок, кто длительно находился на ветру, кто хуже переносил холод. Предположительно это Дорошенко и Кривонищенко. И погибали те, кто был ослаблен дополнительно полученными травмами, ― по совокупности всех этих факторов, каждый из которых мог быть превалирующим в той или иной степени.

Находившиеся в укрытии дятловцы были лучше защищены от ветра, лучше одеты и, несмотря на травмы, продержались немного дольше, чем их товарищи у костра. Колеватов сходил к костру и обнаружил погибших Дорошенко и Кривонищенко. Он взял снятую ими одежду, чтобы использовать ее для товарищей, оставшихся в живых. Возможно, он срезал с них свитера, ― тот факт, что свитер на Дубининой был срезан, говорит о том, что его невозможно было снять обычным образом с живого человека (да и надеть на травмированную Люду целый свитер было непросто). А может, было и наоборот: может, свитер хотели снять с погибшей Дубининой, порезали его, но снять не смогли или не успели. Действия Колеватого из-за переохлаждения тоже стали плохо осмысленными. В укрытии, видимо, первым погиб Тибо-Бриньоль, а за ним затихла Люда Дубинина, ― у нее остановилось сердце от травмы и холода. Не исключено, что живые немного отодвигали погибших в стороны или вниз с настила. Понятно, насколько тяжело лежать рядом с мертвыми. Поэтому Дубинина и Тибо-Бриньоль после и оказались немного в стороне от Золотарева и Колеватого, лежавших вместе и по всем признакам погибших последними.

После гибели Дубининой Колеватов пытается спасти Золотарева, надев на него куртку и некоторые вещи Дубининой, и согревая его своим телом. В них обоих, видимо, еще теплилась надежда на помощь товарищей, ушедших к палатке за вещами и снаряжением. В ожидании возвращения оба забылись тяжелым сном и уже не проснулись. Они так и остались лежать, ― Колеватов обнял Золотарева со спины, прижавшись к нему грудью, чтобы согреть товарища и согреться самому.

Трагические картины «холодных аварий» несут не себе печать незавершенности действий. Люди, пораженные холодом, уже не могут приложить нужные усилия, не могут поднять потерянные вещи, не могут помочь друг другу… Выражаясь образно, их попытки, ― это «сбор выбитых зубов сломанными руками»! Все эти действия оставляют следы непонятного хаоса, разбросанность людей и вещей. Вещи странным образом разбросаны, сломаны, разрезаны, перепутаны. Ветер и плохо осмысленные действия людей хаотично разбрасывают по склону одежду, предметы снаряжения и людей. Люди погибают в разных позах там, где холод лишил их подвижности, где у них парализовало руки и ноги, где они уснули вечным сном. Все эти картины достаточно похожи, ― и на склонах пиков Ленина и Победы, и на склонах Эльбруса, и в лесу под горой Холатчахль. Такое разбрасывание людей и вещей очень «смазывает» концовку всех холодно-ветровых аварий, делает ее непонятной, нелогичной, противоречивой. У людей «непосвященных» итоговая картина «холодной аварии» вызывает недоумение, трепет и «комплекс непонимания». Людям кажется, что произошло что-то необычное, и людей впечатлительных фантазии здесь заводят достаточно далеко. Но некоторые моменты событий понятны. Например, значительная часть тряпок, потерянных в снегу, ― это попытки как-то утеплить замерзающие ноги и руки. Но тряпки ― не обувь. Они плохо держались на ногах, а вот попытки искать их в снегу и вновь заматывать ноги замерзающими руками заканчивались быстро.

Скоро ложбину у ручья, укрытие с погибшими и растерянные в снегу вещи занесло снегом, сдутым со склона. Пласты снега медленно уплотнялись и текли по скату ложбины, увлекая погибших дятловцев вниз по склону. Под действием более плотных, чем снег, тел, край настила провалился, и лежавшие на краю Золотарев и Тибо сползли с настила вниз. И далее постепенно из-за таяния снега и сдвига пластов погибшие медленно провалились в нижнюю полость раскопа, заполненную менее плотным снегом. А снег, стекающий сверху в свободную полость раскопа, тоже медленно их выдавливал ниже и ниже. Тела погибших, более плотные, чем снег, постепенно проваливались до земли. Вот так они за 3 месяца сползли под снегом по скату ложбины к ручью. Здесь их и нашли, ― некоторых в тех позах, в которых они погибли, а позы некоторых немного изменились в ходе движения по склону вниз. Из-за провала вниз и из-за заноса снегом сверху они и оказались на значительной глубине, ― под толстым слоем снега в ложе ручья.

Занесло снегом и погибших у границы леса. У кедра, на слегка возвышенном месте, занос был меньше, ― сколько снега наносило, столько примерно и сдувало. Поэтому и остатки костра, и погибших Дорошенко и Кривонищенко почти не занесло.

Остатки следа небольшой лавины у палатки тоже заровняло сильным ветром, а часть снега просто сдуло вниз, обнажив уплотненный снег следов дятловцев и верхний угол их палатки над стойкой входа. Эту картину и увидели спасатели, когда пришли к месту трагедии. Вынос лавины состоял из разрыхленного снега и выступов кусков «снежной доски», ― стоит ли удивляться, что неровности выноса быстро разрушило и заровняло ветром с наждаком снежной крошки так, что он стал почти неотличим от застругов на поверхности наста? И стоит ли удивляться, что «след лавины» не обнаружили, если его вообще не искали?

На некрутых склонах в лесу дятловцев нашли там, где они погибли. На более крутом скате ложа ручья они лежали ниже того места, где находились в момент гибели. Ничего необычного в положении погибших нет, а разбросанность вещей объясняется действиями людей с нарушенной холодом двигательной и психической координацией в условиях сильного поражения холодом и воздействием ветра. Нет никаких признаков «техногенных воздействий», действий каких-то посторонних лиц или признаков каких-то неадекватных воздействий дятловцев друг на друга. Все их действия и положение вещей объясняются теми стихийными условиями, в которых они оказались. «Необычным» конечное положение вещей и погибших кажется дилетантам, которые ни разу не видели и не знают результатов холодно-ветровых аварий. Для мастеров туризма и альпинизма с многолетним опытом походов в такой ситуации ничего «необычного» нет.

Ну а «мифология» аварии позже сложилась от непонимания причин, от непонятных явлений и неверно истолкованных фактов и слухов, о которых было сказано выше.

16. Уроки аварии Дятлова

О причинах аварии

Лавина не была главной причиной аварии Дятлова, ― и неправы те, кто называет наше объяснение «лавинной версией» аварии. Уже у Аксельрода «версия» не была «чисто лавинной», ― уже у него она была «лавинно-холодной». Но несомненно, что лавина была тем «спусковым механизмом» аварии, который создал аварийную ситуацию и сильно утяжелил эту ситуацию, нанеся травмы четырем участникам группы Дятлова и разрушив палатку. А далее «лавинный» этап аварии запустил в действие «механизм» холодной аварии, который и привел к гибели группы.

Представление о характере лавины

Само представление о характере «лавины» в случае аварии Дятлова нам пришлось в ходе расследования существенно изменить с помощью специалистов. Эта «лавина» вовсе не была тем огромным, бешеным и быстрым потоком снега, несущимся по склону в вихрях пылевого облака, ― таким, каким мы ее видим в кадрах кинохроники. Она была совсем другой. Имело место небыстрое сползание (локальное обрушение) оторвавшегося пласта снега, совсем небольшого по размерам и массе. Причем и отрыв, и движение происходили на небольшом расстоянии и только в зоне ослабления пласта, ― там, где его подрезали при установке палатки. Оторвавшийся пласт имел небольшую массу (от нескольких сотен килограммов до нескольких тонн) и небольшой объем (видимо, от 1 до 5 кубометров), но импульс от движения этой массы оказался вполне достаточным, чтобы подмять палатку и травмировать людей о жесткий пол палатки. Здесь проявилось коварное свойство пластовых лавин: при общей невысокой лавинной опасности эта опасность многократно увеличивается при подрезке и повреждении снежного пласта в зоне установки палатки. А нагрузки на человека со стороны значительной движущейся массы снега очень опасны, когда человека придавливает к жесткому основанию: к полу палатки или какому-либо иному жесткому предмету. Нагрузки обычно не так опасны при отбрасывании человека лавиной или при падении с высоты, ― в таких случаях они вызывают тяжелые травмы только при достаточно большой скорости воздействия.

Глубинные причины лавинной аварии

Специалисты по лавинам утверждают, что предсказать время схода конкретной лавины практически невозможно, ― настолько это сложное, противоречивое и «коварное» явление. Поэтому нет никакой ошибки Дятлова и его группы в том, что они не смогли предсказать сход лавины. Надо учесть, что тогда еще не был накоплен такой печальный опыт аварий и такая статистика, которая нам известна. Тогда еще не было широко известно, насколько опасной может быть подрезка снежного пласта при установке палатки. Именно этот фактор был главным фактором повышения лавиной опасности склона, ― именно из-за подрезки пласта лавина сошла там, где она могла даже не сойти никогда без повреждения снежного пласта.

Но вот тактически обойти опасный участок можно почти всегда. И, конечно, можно в большинстве случаев выбрать безопасное место для ночлега, ― его надо искать очень тщательно, поскольку здесь группа задерживается на значительное время. За это время и климатическая обстановка и состояние снега могут существенно измениться, как было и в случае с группой Дятлова.

Место, выбранное Дятловым для бивака, было небезопасным, ― это отмечали опытные туристы Бардин, Баскин, Шулешко и Карелин сразу после аварии. И Аксельрод фактически утверждал то же, построив «лавинную» версию аварии. Палатку дятловцев могла повредить не только лавина, ― палатку на склоне горы мог порвать ветер, поскольку эта палатка не обладала большой ветровой стойкостью и не обладала значительной механической прочностью. Ситуация, когда бы палатку порвало и завалило ветром, была бы сходной с ситуацией, когда ее повредила лавина. В такой ситуации группа тоже попала бы под удар сильного мороза и ветра. Правда, эта ситуация не была бы отягощена наличием травмированных участников и серьезными трудностями извлечения вещей из-под снега.

Надо видеть такой характерный момент: авария Дятлова произошла при резких изменениях условий похода. Где и в чем они, эти изменения?

Группа вышла из таежной зоны и оказалась на открытой ветрам горе, ― здесь состояние снега, условия воздействия ветра и мороза уже совсем другие, чем в тайге. И группа их почувствовала, отметив «ветер, как при взлете самолета…». В таежной зоне такого ветра они не встречали. Кроме того, в ночь аварии резко изменились климатические условия, ― резко упала температура воздуха, и по всем признакам произошло усиление и без того сильного ветра. Эти факторы не могли повлиять на условия похода так резко, если бы группа находилась в таежной зоне. Но группа находилась на горе, ― поэтому удар стихии и получился столь сильным. В горах мороз и ветер значительно опаснее и сильнее, чем в тайге. На открытой горе ветер не ослаблен деревьями, и обретает силу урагана, особенно на мощных порывах. А воздействие сильного мороза на горе не ослабишь костром и печкой, ― здесь нет топлива. И ни костер, ни печка здесь не спасут, если палатку порвет ветром.

Группа Дятлова вполне была готова переночевать на склоне горы «в обычных условиях». Но в условиях резкого удара стихии мороза и ветра положение группы становилось опасным даже без учета возможности схода лавины. Ветер здесь был очень сильным, и разрушение их слабой палатки от ветра могло произойти и без удара лавины.

Причины гибели группы в «холодной аварии»

Лавина ослабила группу и поставила в очень тяжелые условия на грань выживания. В таких условиях цена даже небольшой ошибки очень велика. Но и принять взвешенное, продуманное решение в таких условиях всегда очень трудно из-за сильного давления стихии ветра и мороза, из-за тяжелого положения группы с тремя травмированными участниками. Поэтому не удивительно, что под сильным давлением стихии группа поспешно отступила без теплой одежды и бивачного снаряжения, ― в подобных ситуациях нередко ошибаются и более опытные туристы. Ведь недооценка опасности холода, ― обычная причина аварийных ситуаций, особенно в горных и лыжных походах. Ошибкой здесь было не решение спускаться, ― ошибка состояла в поспешности отхода без теплой одежды и снаряжения.

В «обычных» условиях легкого мороза и слабого ветра такое решение могло не привести к столь трагическим последствиям, но в усложненных условиях такое решение оказалось роковым. Вернуться за вещами группа не смогла. И не смогла в условиях сильного мороза, темноты и ветра развести полноценный костер, чтобы согреться. Здесь сыграло роль и отсутствие бивачного снаряжения (топоров и пилы) и состояние ближайшего леса, в котором оказалось мало сухих дров для костра, поскольку валежник находился под снегом, а молодые ели и небольшие старые пихты на сильном морозе не горели. Травмы, темнота, мороз, ветер ― все условия крайне замедлили, утяжелили и усложнили действия туристов настолько, что опасный ход событий к замерзанию группы прервать не удалось.

Глубинной причиной большинства «холодных» аварий в той или иной степени является недооценка опасности холода. Это нередко происходит в условиях, когда внимание участников группы отвлечено какими-либо другими «проблемами», среди которых опасность холода не кажется самой «страшной» и непосредственно угрожающей жизни. И недооценка фактора холода на коротком отрезке времени затягивает туристов в безвыходную ситуацию. В этом плане авария Дятлова имеет много общего с другими «холодными» авариями не менее подготовленных туристских и альпинистских групп.

Другие ошибки группы

Можно отметить, что небрежность, допущенная Дятловым при оформлении походной документации, является ошибкой руководителя. Тем более что маршрутку Дятлов мог передать в турклуб института и позже через Юдина. Но в данном случае эта ошибка Дятлова не явилась причиной аварии, ― с аварией она прямо не связана. Эта ошибка только затруднила действия спасателей на первом этапе поиска группы Дятлова. Подобные «небрежности» при оформлении документации в практике туризма, конечно, являются недопустимыми. Вполне возможна ситуация, когда небольшая задержка действий спасателей из-за отсутствия походных документов может иметь самые трагические последствия. Эта ошибка Дятлова, конечно, не была только его личной ошибкой, ― это и ошибка руководства спортклуба института, которое не спрашивало строго с руководителей походов за подобные промахи.

Других существенных ошибок в действиях группы мы не обнаружили. Группа Дятлова совершала обычный лыжный поход в соответствии со своей подготовкой, силами и возможностями. Но попала под внезапный и сильный удар стихии, с которым справиться не смогла. Сейчас видно, что в аварии Дятлова доля «стихийных», непредсказуемых факторов достаточно велика. Авария имела столь тяжелые последствия потому, что силы природной стихии лавины, холода и ветра роковым образом сложились и оказались непреодолимыми из-за ослабления туристской группы. Несмотря на самоотверженные действия, группа не смогла переломить ход аварии из-за потери одежды и снаряжения в опасный момент аварии. Ослабленной группе не хватило сил, времени и тепловых резервов на исправление ошибки.

Мы, авторы книги, не осуждаем Дятлова и его группу за отдельные допущенные ошибки. Но и не склонны считать их действия безошибочными. Мы считаем, что группа Дятлова допустила отдельные ошибки в «тактическом», но не в «юридическом» смысле. Очевидно, что в действиях Дятлова и его группы не было нарушений, не было лихачества и неоправданного риска. Здесь, наряду с действиями самоотверженными, на грани самопожертвования, имелись отдельные промахи и неверные шаги, которые не позволили группе в тяжелейших условиях давления стихии изменить роковой ход событий.

Сейчас дело не в «обвинениях», ― сейчас, спустя 50 лет после аварии надо правильно видеть ход ее событий, надо видеть все, ― и коварное поведение стихии, и не совсем правильные действия по предотвращению критической ситуации и действия туристов в условиях аварийной ситуации. Только такое, правильное видение всех составляющих стихии и природной, и стихии человеческих поступков, позволяет сделать необходимые выводы для предотвращения подобных ситуаций в будущем.

О чем надо помнить руководителям и участникам сложных походов на примере аварии Дятлова?

«Опасные моменты ситуации» на примере аварии Дятлова

Резкие изменения условий при переходах на различный рельеф и в другие природные зоны всегда таит риск, он всегда критичен (опасен). Здесь надо вовремя изменить тактику, снаряжение и если надо, поломать и «себя», и график движения, и схемы своих решений, и свои «прихоти» и желания, и настроение группы чтобы уйти от неоправданного риска.

«Переходы стихии», ее внезапные удары также таят заметный риск, ― к ним группа должна быть морально, технически и тактически подготовлена. У нее должен быть определенный «запас прочности» во всех отношениях, чтобы суметь противостоять и давлению обстоятельств, и иметь определенный «запас прочности» для исправления собственных ошибок, если они будут иметь место. Мастерство руководства туристской группой и культура ее поведения в немало степени состоит в умении увидеть опасность и либо обойти ее, либо расчетливо и правильно ее преодолеть без неоправданного риска.

При остановке на ночлег место бивака надо выбирать очень тщательно, с учетом всех возможных факторов риска. Место бивака однозначно надо выбирать из условия безопасности, ― отсутствия опасности лавин и камнепадов и из условия хорошей защищенности палаток от ветра. Надо помнить, что погодно-климатические условия и состояние снега за время ночлега могут существенно измениться, и надо быть готовым к таким неожиданным изменениям. На открытых местах в горах ветер, снег и дождь могут представлять серьезную опасность. Они способны быстро изменять походную обстановку.

Надо помнить, что опасность лавин является очень серьезной даже на склонах, которые кажутся некрутыми и является серьезной даже при небольшой толщине снега порядка 30–40 см. Ведь выше по склону снег сугроба может иметь утолщение. А сход снежной «доски» толщиной даже в 15–20 см и площадью порядка 1 кв. м при определенных условиях может легко убить человека. Известен случай, когда горного гида-проводника убило снежной «доской» толщиной всего 20 см, упавшей с крыши его хижины.

Подрезка и повреждения снежного склона при установке палатки резко увеличивает опасность схода пластовой лавины!

Очень серьезной является опасность переохлаждения, особенно в условиях мороза и сильного ветра. Опасность переохлаждения при положительных температурах тоже сильно возрастает при сильном намокании одежды. В условиях намокания одежды опасность переохлаждения велика даже при хорошей защите от ветра в условиях снежной пещеры или хижины. Отсутствие срочных защитных мер от холода и ветра может иметь фатальные последствия. Опасность переохлаждения катастрофически возрастает при разрушении жилища (палатки, снежной хижины, пещеры, укрытия…).

Выводы следствия и методы расследования

Подробный анализ расследования аварии Дятлова позволил сделать целый ряд методических выводов и рекомендаций для расследования аварий туристских групп.

Характерным моментом расследования аварии Дятлова явилось отсутствие ошибки следствия и в части отсутствия «состава преступления», и в общем выводе насчет воздействия «непреодолимой стихийной силы». Но эти выводы были неполными, и не дали окончательный ответ, какая «стихийная сила» привела к гибели дятловцев. Слишком неопределенная формулировка давала повод для всякого рода фантазий и спекуляций на тему «аварии», особенно со стороны людей впечатлительных, психически неуравновешенных и мало знакомых с условиями туристских походов. Это проявилось и на форумах в Интернете, когда обсуждения на тему аварии со стороны отдельных лиц превращались и в злобные оскорбления и обвинения, и в обсуждения всяких фантазий, весьма далеких от реальности.

Надо видеть и почему тогда, в 1959 году, следствие не смогло до конца разобраться в причинах аварии. Целый ряд фактов был для следствия недоступен. В частности, недоступны факты запуска ракет. Даже местное партийное начальство только догадывалось о причинах полета «огненных шаров», но никак не могло объяснить эти загадочные явления. Оно лишь стремилось всеми путями уменьшить интерес населения к этим фактам, что создавало атмосферу, в которой рождались и распространялись всякие слухи и небылицы об этих явлениях.

Другой причиной частичной неудачи следствия явилось плохое знание следователями специфики туризма, взаимоотношений в туристских группах. А также непонимание главных причин аварий в лыжном туризме. В результате следователи искали причины аварии не там, где они «лежали». Следователи, к примеру, искали причины аварии по одной из «версий» в возможном конфликте внутри группы. А вот опытные туристы категорически отвергали развитие ситуации на почве «драки из-за девушек» или «пьяной ссоры». Ведь те прокурорские представления о «криминале», что так часто случался и тогда и сейчас на уровне бытовых преступлений в условиях города, никак не подходили для сплоченной туристской группы. В то же время на самый «страшный» по статистике фактор аварийности в лыжном туризме, ― на снежные лавины, следствие не обратило серьезного внимания. Никто, кроме И.Б.Попова, и не подумал обратиться к специалистам по лавинам (гляциологам, географам, метеорологам), чтобы те разобрались с состоянием снега и климата на склонах горы Холатчахль при поисковых работах и путем анализа, ― в момент аварии. А ведь выводы гляциологов и метеорологов могли раньше «вызвать к жизни», существенно подкрепить и уточнить версию Аксельрода, возникшую через некоторое время после аварии. В материалах следствия все предположения насчет лавины серьезно не изучались, и уже это увело следствие в сторону от главных причин начала аварии.

Версия Аксельрода о лавине возникла много позже окончания следствия и закрытия дела. Следователи мало прислушивались к мнению опытных туристов, и не посвящали их в детали расследования. Поэтому естественные версии аварии, связанные с лавинами и метеорологическими условиями серьезно не разрабатывались официальным следствием.

Сейчас понятно, что и с травмами следствие разобралось недостаточно точно и полно. Судмедэксперт Возрожденный имел небольшой опыт (4 года в 1959 году), причем в городских условиях. Специфику несчастных случаев в туризме он практически не знал, ― это видно по его выводам. Здесь, правда, были налицо и объективные факторы, помешавшие экспертизе, поскольку последняя четверка погибших успела частично разложиться, а это не позволило точно определить, какими были отдельные травмы, ― прижизненными или посмертными. Возрожденный явно ошибся в оценке характера и опасности травмы Дубининой и ошибся в части определения дееспособности дятловцев после получения ими травм. Его оценка тяжести травм оказалась завышенной, ― отсюда пошло и непонимание характера дальнейших событий в части определения, где были нанесены травмы, ― в палатке или в лесу. Не зная специфики лавинных травм, Возрожденный не смог увидеть единственный источник происхождения всех тяжелых травм в компрессионном сдавливании навалившейся массой снежного обвала. Он не понял, что травма сердца Дубининой тоже была последствием статической составляющей этой компрессии.

Следствие недостаточно глубоко и точно проанализировало метеорологическую обстановку в ночь аварии. И не смогло обнаружить прохождение фронта холодной непогоды с падением температуры до минус 28 °C и усилением ветра. А ведь это не так трудно было сделать, ― фронт обнаруживался 02.02.59 по минимальной температуре в Бурмантово (минус 28,7 °C). Хотя его прохождение было достаточно быстрым, и четко просматривалось только по данным погоды на 6-часовых интервалах времени ближайших метеостанций Бурмантово и Няксимволь восточнее и севернее места аварии.

Действия властей в ситуации с группой Дятлова тоже нельзя назвать «оптимальными». Надо, конечно, отдать должное властям в части организации беспрецедентных по масштабам спасательных работ. Но вот действия по сокрытию информации об аварии и закрытию следствия внешне казались непонятными и не очень разумными просто потому, что они были во многом вынужденными. Ясно, чего опасались местные власти в Свердловске: они боялись наказания со стороны «Москвы» и за свою неспособность раскрыть дело, и за возможные «санкции» по сохранению режима секретности, если бы «выплыла» какая-то информация о ракетных пусках по свидетельствам об «огненных шарах». И за «общественное брожение» в связи с событиями аварии. Не получив исчерпывающего ответа от следствия на вопрос о том, что же произошло, местные власти «закрыли» дело, ограничившись только правовой оценкой событий. В условиях, когда расследование «несчастных случаев» фактически не входило в компетенцию прокуратуры. Понятно и то, что власти выполнили «указание сверху», ― Москва тоже «закрыла дело» и негласным партийно-государственным указанием, и официальным решением прокуратуры.

Но для убитых горем родственников и друзей дятловцев, не получивших окончательный ответ на вопросы о причинах гибели, внешне это выглядело, как неспособность и нежелание расследовать дело до конца, несмотря на значительные усилия властей по организации и поддержке спасательных работ. А ведь при большом желании дело можно было довести до конца. Для этого надо было привлечь к расследованию опытных туристов, гляциологов, метеорологов, более опытных врачей-судмедэкспертов и более опытных следователей. Можно было более резко поставить вопрос: а почему Иванов и Возрожденный до конца не разобрались в причинах аварии? Можно было направить в помощь местным следователям более опытную группу.

Надо, однако, видеть, что из Москвы «не просто так» тогда затребовали дело на проверку. Сейчас ясно, что следователи в Москве путем изучения дела решали, имеет ли смысл вести расследование дальше и есть ли перспективы открыть в деле что-то новое? И понятно, что работники генеральной прокуратуры в Москве тогда не увидели ни «перспектив», ни каких-то «оснований» для продолжения расследования. Они не увидели никаких признаков преступления. Они просто вернули «дело», подтвердив решение закрыть его. Расследование причин «несчастных случаев» не входило и не входит в компетенцию прокуратуры. Такое расследование могла произвести только наделенная полномочиями специальная государственная комиссия, но власти её создавать не стали.

Общие выводы по характеру расследования аварий туристскими группами

События любой аварии развиваются по единому сценарию, с одним единственным определяющим набором причинно-следственных связей. Реальная картина не допускает какой-то «множественности» и той «неопределенности», которая возникает при расследовании, когда картину событий стараются построить не на основе прямых наблюдений за ними, а на основе каких-то отдельных, обрывочных фактов. Недостаток информации порождает неопределенность, допускающую множественность описаний.

Как же строится общая картина событий при расследовании?

Все строить можно только на проверенных фактах. Это очевидно! Неверные факты могут увести в сторону на ложный путь, с которого придется возвращаться.

То же самое относится и к предположениям, которые надо тщательно проверять.

Правильное предположение является тем «магнитом», который или притягивает к себе известные факты, или им не противоречит. А неверное предположение «расталкивает» известные факты, не позволяя их связать. Надо только отбрасывать неправильные предположения. В частности, предположение, скорее всего, неверно, если оно не имеет подтверждения или видимой связи известными фактами.

Вот в этом и состоит разница между недостоверным предположением и работоспособной версией. Работоспособная версия опирается на проверенные факты, связанные правильными предположениями.

Правильные предположения связывают отдельные факты в «куски» событий при их детальном рассмотрении. И связывают «куски событий» в цельную картину при взгляде на них «издали», при взгляде на них «целиком».

Неверные предположения и факты заводят в тупик: факт приходится отбрасывать, а от предположения отказываться. Тупиковая ситуация обычно указывает на то, что надо действовать в другом направлении.

Понимание стихийных факторов внешней среды и специфики действий людей в определенных условиях позволяет увидеть и главные факторы риска, и возможную направленность событий. А недостаток знаний и понимания в отдельных вопросах легче всего может быть устранен путем привлечения знающих специалистов.

При расследовании нельзя игнорировать никакие «случайные» совпадения событий по времени и по «месту». Настойчивый поиск всегда должен быть направлен на обнаружение и подтверждение связей фактов и событий.

Пример. Понять природу полета «огненных шаров» исследователям не удавалось до тех пор, пока не обратили внимание на связи дат наблюдений с датами стартов ракет с космодромов.

Правильно ли поступили дятловцы?

После аварий, подобных аварии Дятлова, всегда высказываются мнения, а стоит ли вообще «ходить в походы» и «заниматься туризмом», ― мнение о том, правильно ли вообще поступали дятловцы, выходя в походы? Шли ли они по «верному пути», или они совершили большую жизненную ошибку, начав заниматься спортивным туризмом?

Они шли по верному пути. По нашему мнению, другого ответа здесь нет. Они занимались своим любимым делом. Туризм и спорт их укреплял морально и физически, ― эти занятия их гармонично развивали в здоровых и сильных людей с широким кругом интересов, с богатыми, яркими представлениями и об окружающем мире и друг друге. Туризм учил их быть сильными и добрыми, учил помогать товарищам и понимать друг друга с полуслова. Туризм воспитывал их души.

Да, специфика спортивного туризма состоит и в наличии определенного риска, поскольку в походах приходится сталкиваться с проявлениями стихии, ― и природной, и человеческой. Да, здесь требуется проявлять осторожность. Надо уметь ставить и решать только посильные задачи, надо уметь уйти от удара стихии там, где стихия непреодолима.

Да, и в туризме человек не гарантирован от несчастных случаев, как и в любом другом виде деятельности. А вот уровень риска здесь зависит от очень многих составляющих, ― и от объективных факторов среды и субъективного поведения человека.

Надо понять простую истину: человек будет обречен, как биологический вид, если он перестанет активно осваивать новые среды, ― и «чисто природную» среду, ― входя в «природу», сталкиваясь с ее стихией. И входя в новую «искусственную» среду, ― осваивая свои новую технику и технологию, усиливая с их помощью свои возможности. И идя в новую «человеческую среду», ― развивая свои отношения с другими людьми и коллективами. И, конечно, развивая «свою» среду, ― самого себя и во внутренних «связях» и во внешних связях с миром.

Надо понимать, что альтернативой занятиям спортом и туризмом для «пассионарных», активных личностей в той или иной мере будут выпивка, наркотики, аморальные действия и преступления. Все те негативные проявления в «массе» людей, человеческие потери от которых будут на один-два порядка больше, чем от аварий в турпоходах. От алкоголизма, наркотиков, аварий на дорогах и «пьяной бытовухи» гибнет людей в тысячи раз больше, чем на туристских тропах. Занятие спортом и туризмом ― одна из форм отказа от этих явлений.

От автомобилей и самолетов гибнет людей в тысячи раз больше людей, чем в турпоходах. Значит ли это, что надо отказываться от автомобилей и самолетов? Возражения насчет «массовости» явления здесь ничего не дадут, ― с учетом времени турпохода и времени полета на авиалайнере полет окажется опаснее турпохода. Да и некорректны в принципе такие «возражения» и сравнения, поскольку они не учитывают специфику каждого вида деятельности и специфику поведения отдельных людей.

Надо понимать, что и в «обычных условиях» человек всегда подвержен той или иной опасности для жизни от несчастных случаев или болезней (вероятность смерти человека в каждый год жизни практически всегда превышает 1 %, ― ведь до 100 лет доживают очень немногие). А люди сильные, крепкие духовно и физически этим опасностям подвержены в наименьшей степени. История войны, например, показывает, что туристы и альпинисты лучше и быстрее адаптировались к условиям боевых действий, хорошо выполняли боевые задачи, и им было легче выжить в условиях боевых действий, чем людям без подобной подготовки.

Надо понимать и то, что каждая туристская группа, выходящая в поход, идет по маршруту с разной «вероятностью» несчастного случая, который существенно зависит и от поведения руководителя группы, и от поведения самой группы. Например, один руководитель может вести группу с вероятностью несчастного случая 0,1 %. А другой, более знающий и опытный, может обеспечить вероятность в тысячу раз меньшую. Но это произойдет только в том случае, если его действия по обеспечению безопасности будут поддержаны и самой группой. В условиях турпохода или альпинистского восхождения любой участник при неправильных действиях способен «подставить» в аварию и себя, и руководителя, и всю группу.

Но вероятность попадания в аварию зависит и от объективных факторов внешней среды, которые в отдельные моменты могут ее увеличить во много раз. И не всегда такое возрастание опасности можно заметить сразу. В случае аварии Дятлова имела место именно такая ситуация: опасность подкралась постепенно и внезапно нанесла удар ночью, оставив и «лавины предательский след», и след «девятого вала» холода.

Никакой «мистики» в аварии Дятлова нет, как нет и в цифре «9». В практике туризма есть и более крупные, и более мелкие трагедии с различным числом погибших и при разных условиях развития ситуации, ― часть из них упомянута выше. Можно отметить, что тяжелые «холодные» аварии с гибелью всей группы случаются периодически, причем и в туризме (горном и лыжном), и в альпинизме. Так же, как и тяжелые лавинные аварии.

Можно добавить еще, что вся организация туризма тогда, в 1959 году была другой, и объективно имела немало слабостей, да и сейчас их много, но они уже другие. Например, контрольно-спасательной службы (КСС) и маршрутно-квалификационных комиссий (МКК) в нынешнем виде просто еще не существовало (МКК начали формироваться в 1962 году, а КСС ― в октябре-ноябре 1972 года). Не существовало серьезной системы подготовки инструкторских кадров и руководителей туристских походов. Общественное движение организованного самодеятельного (спортивного) туризма набрало силу, а вот власть всерьез им заниматься не хотела. Опыта, литературы, умелых кадров туризма было мало. Спортивный туризм проходил детскую стадию становления. В результате резко повысилась аварийность походов. В 1959 году количество погибших туристов перевалило за 50 человек (сюда «вошла» и группа Дятлова), а в 1960 году превысило 100 человек за год. Произошел скачок аварийности, ― погибали молодые люди, едва перешагнувшие порог совершеннолетия. Хоронить детей, ― живая боль!.. Тогда власти решили вообще «закрыть» это явление политически, ― директивным порядком. Постановлением от 17.03.1961 г. самодеятельные (спортивные, организованные) походы запретили, ― фактически все эти походы перевели в разряд «диких», неорганизованных. Это решение было похоже на директиву «запретить пожары» и «упразднить пожарных»… Результат запрещения оказался трагичен: 1961 год дал более 200 погибших. Аварийность увеличилась еще в 2 раза, поскольку все организованные группы пошли в походы «сами по себе», «диким» образом, без контроля, дисциплины, правил и ограничений. Попавшие в аварии группы все равно пришлось спасать, но делать это стало куда труднее: где их искать, если маршрут неизвестен! Кого искать, если состав неизвестен? Когда искать, если сроки неизвестны?.. Вот тогда власти стала понятна простая, в общем, истина: когда общественное движение вырастает и перерастает действующие организационные формы, эти формы надо срочно не отменять и «запрещать», а реформировать. А вот запретить движение нельзя, ― такие попытки обречены на неудачу. Неуправляемое общественное движение, ― это опасная стихия!

Пришлось изменить многое: запреты, нормативы, руководящие организации, создать систему подготовки кадров, систему оформления документации походов и отслеживания движения групп. Пришлось создать Центральный (ЦСТ и Э) и местные советы по туризму и экскурсиям и систему туристских клубов, маршрутно-квалификационные комиссии (МКК) и контрольно-спасательную службу (КСС с 1972, а с 1993 МЧС), создать системы подготовки кадров, ввести новую спортивную классификацию. Постановлением ВЦСПС от 20.07.1962 г. спортивный туризм и его структуры организационно были переданы в ведение ВЦСПС (профсоюзов), а неэффективные советы по туризму спортивных обществ упразднили. Изменили сами принципы работы управлений по туристско-экскурсионной работе разного уровня, которые преобразовали в Советы по туризму и экскурсиям. В результате организационный кризис спортивного туризма удалось преодолеть и удалось сбить аварийность. А вся система спортивного туризма была улучшена и получила возможность развития на новом этапе. Кстати, настоящий кризис туризма чем-то похож на тот, прошлый, но он пока ограничен из-за падения массовости спортивного туризма по разным причинам. О кризисах развития в советское время писать не очень разрешали и не очень любили, потому сейчас о них многие просто не знают.

Авария группы Дятлова была характерна для «преддверия» кризиса самодеятельного (спортивного) туризма. У нее имелись и более глубокие причины, чем отдельные ошибки группы и руководителя, ― это видно с высоты прошедших лет. Тактические и технические ошибки этой аварии теперь хорошо видны. Авария эта явилась следствием и удара стихии, и допущенных ошибок, и трагического стечения обстоятельств. Чего было больше? Так ли это важно? Важно сделать правильные выводы.

Как следовало поступить дятловцам в критической ситуации, и возможен ли был иной исход аварии?

Сход обвала (малой локальной лавины) предсказать тогда было практически невозможно. Но и после обвала снега при самых правильных действиях группы исход и масштабы катастрофы могли ограничиться гибелью, видимо, только одного участника группы (Тибо-Бриньоля). После схода обвала и выхода из палатки всем участникам группы следовало тщательно одеться в теплую одежду и надеть всю имевшуюся в палатке теплую обувь (а Дятлову и еще одному участнику, не имевшему теплой обуви, утеплить ноги всеми доступными средствами, ― носками, мешочками, гетрами…). Для этого следовало раскопать палатку «во что бы то ни стало»! Требовалось надеть теплые головные уборы и рукавицы для защиты рук. Взять с собой бивачное снаряжение: топоры и пилу и несколько одеял для утепления пострадавших. После спуска в лес нарубить дрова, развести полноценный костер и согреться. Построить для пострадавших укрытие от ветра: чум, шалаш, возведя каркас из ветвей и прикрыв его лапником. Укрытие возвести с подветренной стороны от костра, чтобы оно согревалось током теплого воздуха. Пострадавших уложить вместе, укрыв их одеялами. На рассвете, оставив дежурных у костра, здоровые участники могли вернуться к палатке за остальными вещами, за аптечкой и продуктами в лабазе.

Дальше надо было снарядить двоих посыльных, ― они смогли бы за двое суток дойти до населенного пункта и вызвать спасателей. Остальным требовалось согревать и кормить больных, восстановить палатку или возвести более надежное жилище. Извлечь часть продуктов из лабаза. Принять вертолет и вернуться домой. Конечно, подобные действия выполнить было непросто, они могли даться ослабленной группе только ценой напряжения всех сил. По всем признакам из-за тяжести травмы и невозможности сразу оказать эффективную медицинскую помощь, Колю Тибо-Бриньоля вряд ли удалось бы спасти. Но остальных можно было спасти, и масштабы трагедии могли быть меньше. В общем, надо было сделать все то, что они пытались сделать, но сделать это требовалось немного «не так».

Да, другой исход аварии был возможен, но он зависел от многих факторов ситуации, некоторые из которых сейчас не видны. И эта, и любая другая аварийная ситуация содержат элементы неопределенности, которые могут изменить ее исход. Поэтому любые «выводы» и «сценарии» развития событий являются «верными» лишь в некотором приближении. А конечный исход событий предсказать невозможно.

Что надо извлечь из аварии Дятлова?

Вскрытие причин таких аварий для опытных туристов ― не прихоть. Оно помогает методически избежать таких аварий в будущем, ― но только при наличии культуры походов, при наличии технического и тактического умения, организации и дисциплины! Подобные аварии являются суровым предупреждением и против нарушений дисциплины, и против пренебрежений опасностями стихии всем, кто ставит группы на грань критической ситуации. По этой аварии можем сказать: «Вот что может произойти даже с хорошо организованной и подготовленной группой, допустившей с виду совсем небольшие „неточности“ действий в условиях опасного изменения ситуации и сильного давления стихии».

Очень жалко ребят! Они стремились в жизни к большим высотам, ― в учебе, в работе, в спорте! Они бы этих высот достигли, если бы трагический случай не оборвал их путь. Тогда они были старше нас. Сейчас мы старше их.

Отдельные, с виду небольшие ошибки ими допущены были. Но по-человечески, конечно, никак не было за ними и «тени» таких «тяжелых» ошибок, за которые их можно бы было наказать столь жестоко. Тем более, не было с их стороны нарушений, а были за ними действия самоотверженные, на уровне самопожертвования. Но у стихии свои, звериные повадки. Потому мы по-человечески считаем: авария Дятлова ― трагический несчастный случай.

И урок для всех нас…

Какие-либо обвинения неуместны и несправедливы. Но вот все ошибки надо видеть, ― и ошибки туристов, и ошибки следствия, и ошибки власти, и ошибки человеческих заблуждений. И, ― это главное, ― надо видеть, почему те или иные ошибки были допущены, ― где и в чем «корень зла». Того «зла», которое происходит не от «злого умысла», а просто от трагического стечения обстоятельств. И которое не удалось предотвратить, с которым не удалось справиться.

Группа Дятлова погибла в борьбе так, как погибает группа честных солдат-патриотов в неравном бою. Они не оставили своих погибающих товарищей, они до конца сражались со стихией как умели, как могли! И пали в борьбе, отдав все свои силы, все тепло своих сердец.

Раскрытие тайны этой аварии имеет глубокий человечный смысл, ― оно делает их жертву не напрасной! А их память незабвенной!

Ведь без верного понимания событий аварии память о ней будет продолжать «кровоточить» слухами, заблуждениями, мистикой и «горами» бумаги из напрасно написанных фантазий «на тему». И, главное, она будет «кровоточить» похожими авариями других групп путешественников, которые можно предотвратить на основе опыта и правильных выводов истории катастрофы группы Дятлова. Новые похожие аварии не могут быть добрым «памятником» дятловцам. Достойным памятником им будет отсутствие таких аварий. Слухи, мистика, заблуждения, всякого рода необоснованные обвинения, ― это тоже «зло» и грязь, от которой наша память должна быть очищена.

В память о группе Дятлова можно сформулировать «техническое назидание дятловцев» для туристов примерно такого содержания: «ППП: Правильно поставь палатки!»

Палатку не ставь под возможный удар лавины, под удар дерева (которое может упасть), под удар камнепада (под скалы и осыпные выносы).

Палатку поставь в защищенном от ветра месте (не ставь под ветер!), поставь крепко (надежно закрепив тяги), с защитой ее снежной и/или невысокой каменной стенкой).

Палатку поставь вблизи топлива и воды (дрова рядом ― дополнительная гарантия безопасности на случай мороза и метели)…

Открытые, безлесные участки склонов гор имеют повышенную лавиноопасность!

Подрезка снежного пласта при установке палатки потенциально опасна, даже если склон не кажется крутым и лавиноопасным!

Установка с заглублением в снег с подрезкой допустима только на ровном месте, но не на склоне. На склоне палатка ставится без заглубления с защитой бортов снежными стенками (кирпичи вырезать в стороне от палатки).

Особо опасны подрезки склона в местах изменения крутизны, на «перегибах» снежного рельефа! Следует избегать таких мест.

Линейная и глубокая подрезка снежного пласта в зоне установки палатки существенно сильнее повреждает пласт и увеличивает лавиноопасность склона, чем «шаговая» подрезка следами или неглубокая линейная подрезка лыжами!

Установка палатки с заглублением в снег вызывает подрезку снежного пласта.

В случае разрушения или утраты палатки будь готов и умей построить другое жилище, защищающее от ветра и холода: снежную хижину (иглу) или пещеру, шалаш или чум из связанных жердей, покрытых лапником и снежными кирпичами.

Не теряй одежду, обувь и снаряжение, ― это очень опасно! (Потеря снаряжения ― это потеря защиты, утрата искусственной среды обитания человека, без которой выживание в экстремальной ситуации невозможно).

Берегись и защищайся от страшной опасности холода!

Ветер и высота существенно увеличивают опасность холода! (Тепловые резервы и резервы защиты от холода у человека очень ограничены, по системе терморегулирования мы все ― тропические «обезьяны», а не полярные «белые медведи»).

Даже в самый критический момент надо стараться увидеть не только непосредственную опасность, но и другие, связанные с последующими действиями, состоянием и реальными возможностями группы в конкретной ситуации!

В критический момент руководитель группы особо обостренно должен видеть последствия своего решения, цена которого очень высока!

Вкритической ситуации опасен любой шаг, снижающий потенциал сопротивления и возможности группы!

Слишком поспешные решения и действия таят опасность!

Внимание! Авария часто происходит на изменениях рельефа, зон ландшафтов, климата и состояния группы.

Резкий переход в другие условия похода ― критическая ситуация!

Резкое изменение климата, температур, ветра ― критическая ситуация!

Критическая ситуация требует изменения характера действий туристской группы в соответствии с новыми условиями рельефа и климата!

17. Заключение

Мы объяснили события аварии, используя силу коллективного анализа и заключений специалистов по отдельным вопросам. И, сложив все свои выводы вместе, произвели синтез событий аварии с выводом о ее причинах. Может, в каких-то мелочах мы и ошиблись. Но в главном события развивались именно так. Это выводы не только «Буянова и Слобцова», ― соавторами этой книги являются все, кто оказал нам любую помощь, ― и активную, и пассивную, и «физическую», отдав для нее свое время и силы, и «моральную», выражая поддержку нашим усилиям.

Подробное объяснение с документальным обоснованием, ― это уже не «версия», а документальное «заключение» по событиям аварии.

Мы подтверждаем выводы на основе проведенных ранее исследований Аксельродом М.А, Поповым И.Б., Назаровым Н.Н., ― в чем-то мы опирались на их результаты, а в чем-то мы параллельно пришли к общим результатам, которые удалось уточнить и дополнить по ряду позиций.

Нам оказали помощь опытные туристы и альпинисты: Некрасов В.А., Крупенчук А.И., Борзенков В.А., Кузнецов Ю.А., Потапов С., Кунцевич Ю.К., Бартоломей П.И., Давыдов В.Н.

Нам оказали помощь географы Попов И.Б., Назаров Н.Н., Клименко Д.Е., Володичева Н.А., Чистяков К.В. своим правильным заключением о лавинах и материалами о лавинной и климатической обстановке на горе Холатчахль.

Нам оказали помощь опытный уфолог Гернштейн М. и доцент Железняков А.Б. ― историк ракетной техники, с помощью которого мы разгадали «тайну огненных шаров».

Нам оказал помощь доктор медицинских наук Корнев М.А., ― он уточнил характер и причины возникновения травм. Кандидат медицинских наук, мастер спорта по туризму Линчевский Э.Э. помог нам уточнить ряд психологических моментов и обстоятельств аварии Дятлова.

Нам оказали помощь опытные юристы Огородников Н.М.(Салехард) и Петров Г.В. (С-Пб).

Нам оказали квалифицированную помощь метеорологи, ― профессор Гроховский Г.Н. и инженер Мошиашвили В.И (из СПб ГМУ).

Нам оказали помощь свидетели аварии и товарищи дятловцев по походам: супруги Солтер, Богомолов В.Ф., Будрин А.Д., Зиновьев Е.Г, Мохов А.Г., Юдин Ю.Е.

Мы выражаем сердечную благодарность всем тем, кто нам помог.

На основе уроков аварии группы Дятлова написаны методические статьи, в которых предупреждается об опасностях пластовых лавин и непогодных опасностях на биваках. В этих статьях даны рекомендации и советы туристам, как увидеть и эффективно обойти эти опасности, как себя вести в условиях аварии на биваке, как возводить убежища и укрытия.

Нам интересны любые уточнения фактов и событий аварии группы Дятлова и отзывы на эту книгу. Замечания и отзывы посылать по evgeniy_buyanov@mail.ru.

С уважением к читателям, авторы: Буянов Е.В., Слобцов Б.Е.

И небольшое стихотворное посвящение дятловцам к 50-летию события:

Анатолий Загот, Евгений Буянов

В ночной тайге…

(посвящение дятловцам к 50-летию трагедии)

В ночной тайге ни тропок, ни дорог, ―

Лишь ветра озверевшего порыв, ―

Он Землю вырвал прямо из-под ног,

Февральской ночью их похоронив!

Они не стали Землю звать назад, —

Друзей спасали из последних сил!

Горели в холод, чтоб не опоздать

Для тех, кто ждал, кто верил и любил!

Мы с ними ввысь ― по звездам напрямик

Пройдем ― пусть не без крови и без слёз,―

Ведь мы не из печальных горемык, ―

Что в сердце лишены сиянья звезд!

Их звезды нас в походах берегут

Кострами яркой россыпью горят!

Идем на встречу с ними сквозь тайгу,

Где ветры снежным саваном парят!

Спасибо вам, ребята, за урок,

За опыт ваш и мужества завет, ―

Циклон нам не сорвет контрольный срок,

И не обрежет путь лавины след!

И пусть вам не удался шаг назад, ―

Теперь у вас совсем иной маршрут, ―

Вы все ушли, как светлый звездопад,

В походах эти звезды соберут!

(редакция Евгения Буянова «В ночной тайге», посвящение дятловцам)

В ночной степи ни тропок, ни дорог

Лишь ветра одичавшего порыв,

Земля умчалась прямо из-под ног,

Нас в августовском небе позабыв!

Но мы не будем Землю звать назад, ―

Пускай летит, у нас другой маршрут! ―

Мы не имеем права опоздать,

На нас друзья надеются и ждут!

И мы пойдем по звездам напрямик,

Пусть этот путь не будет слишком прост,

Ведь мы не из породы горемык,

Совсем отвыкших в городах от звезд!

В ночной степи нас звезды берегут,

Над нами яркой россыпью горят,

Идут по звездам люди сквозь тайгу,

Плывут по звездам люди по морям!

И мы не будем Землю звать назад ―

Пускай летит, у нас другой маршрут!

Пусть каждый шаг наш будет звездопад,

Мальчишки утром звезды соберут.

(исходный текст песни Анатолия Загота «В ночной степи»)

Краткое резюме авторов книги

Буянов Е.В. (2006).

Буянов Евгений Вадимович, р. 12.09.1950.

Выпускник ленинградского Политехнического института им. Калинина 1974 г. Инженер-физик по специальности «Динамика и прочность машин» (физико-механический факультет).

Мастер спорта СССР по туризму (с 25.03.88 г., удостоверение № 235715). Женат, два сына. Вед. инженер РИРВ, СПб.

Слобцов Б.Е. (2008).

Слобцов Борис Ефимович, р. 1939,

Выпускник Уральского политехнического института 1962 г., инженер-электрик по специальности «Аппаратура автоматического управления» (радиотехнический факультет). Мастер спорта СССР по альпинизму с 1967 г. Женат, сын и дочь, внуки. Начальник отдела НИИ Точных приборов, Москва.

Приложения

Приложение А

Библиография и интернет-ссылки

Книги

1 Ю. Яровой. «Высшей категории трудности». «Средне-уральское книжное издательство», Свердловск, 1966. Ищите на:

http://publ.lib.ru/ARCHIVES/YA/YAROVOY_Yuriy_Evgen’evich/_Yarovoy_Yu.E..html

http://www.mountain.ru/people/Buyanov/― краткое содержание повести (переложение Е.Буянова, 10 стр. вместо 165).

2. Матвеева А… «Перевал Дятлова» Издательство «АСТ», Кызыл, «Транзиткнига», Москва, 2004 г. см. http://go.mail.ru/click…, журнал «Урал», 2000, № 12.

http://go.mail.ru/urltracker?client=hist&url=http%3A%2F%2Fmagazines.russ.ru%2Fural%2F2000%2F12%2Fural5.html&ini

3. УГТУ-УПИ: Люди, годы, увлечения. Т. 1. Человек. Спорт. Природа. Екатеринбург, 2000. Профком сотрудников Уральского государственного технического университета.

4. Кирьянова А… «Охота Сорни-Най». – журнал «Урал», 2005, №№ 6–8.

http://magazines.russ.ru/ural/2005/6/ki2.html

5. Гущин «Цена гостайны ― девять жизней». Асбестовская типография, 1999 (624060, Свердл. Обл., г. Асбест, ул. Садовая, 5). http://awesta.sibirjak.ru/page.php?al=dyatlov&pg=16

http://www.svobodanews.ru/Transcript/2006/02/07/20060207132712363.html ― Светлана Кулешова, интервью Гущина

Статьи

6. Артеев Артур «Раскрыта ли тайна горы мертвецов?». http://www.mskomi.ru/nomer/2006.04.13/3.html

7. Е. Буянов Е.В., Некрасов В.А… Тайна гибели группы Дятлова. Длинная версия из Петербурга. 21.02.06. ― http://www.mountain.ru/people/Buyanov/

http://www.ex-magazine.ru/news/publ/p1-56-dyatl-2.html ― эта статья несколько устарела, более «свежий» вариант: «Авария группы Дятлова и разгадка тайны „огненных шаров“. http://stalker-ufo.narod.ru/HTM/perevald.htm.

И еще более поздний вариант: краткое содержание книги «Тайна аварии Дятлова»: http://www.mountain.ru/article/article_display1.php?article_id=2843

8. Е.В.Буянов. «По следам аварии на Холатчахле» (итоги экспедиции-2008). http://www.mountain.ru/article/article_display1.php?article_id=3018 «Где стояла палатка дятловцев?» (дополнение) http://community.livejournal.com/pereval1959/23440.html?mode=reply

9. Е.В. Буянов. Некоторые рекомендации по методике расследования сложных аварий в туристских походах (по опыту расследования аварии группы Дятлова). http://www.ex-magazine.ru/news/publ/p1-56-dyatl.html; 21.02.06.

10. http://www.mountain.ru/people/Buyanov/ ― см здесь статьи Буянова, Кузнецова, Захарова: 23.01.07. Авария Дятлова: почему такие травмы. Пятое дополнение картины событий. 13.12.07. Мониторинг событий аварии группы Дятлова и доказательство методом аналогий. 22.11.06. «Шалости лавин». Несколько коротких рассказов о лавинах. 17.11.06. Авария Дятлова: откуда такие слухи. 16.05.06. Какая была лавина? Второе дополнение событий аварии группы Дятлова. 10.04.06. Авария группы Дятлова: дополнение к картине событий.

11. Е.В.Буянов, В.А.Некрасов. Критика версий аварии группы Дятлова, изложенных в книге А.Матвеевой «Перевал Дятлова» и особенности действия властей после аварии. 21.02.06. http://www.mountain.ru/people/Buyanov/ http://www.ex-magazine.ru/news/publ/p1-56-dyatl-3.html

12. Вохмин В. Источник: «Областная газета» от 30.01.1999 г.

http://yanao.ru/6/2007/2/14/7822 ― статья Василия Вохмина.

13. Гернштейн М. «все становится на свои места». http://ufo.knc.ru/cgi-ufo/forum1/mail.cgi

14. Иванов Л.Н. «Тайна огненных шаров», газета «Ленинский путь», г. Кустанай, 22 и 24 ноября 1990 г. http://ufo.knc.ru/cgi-ufo/forum1/mail.cgi

15. Карелин В. «Ракета-причина трагедии?» «На смену!», г. Свердловск, 5 октября 1990 г., 14, 17, 18 июля 1990 г. Maillist: http://ufo.knc.ru/cgi-ufo/forum1/mail.cgi

16. Кирьянова А. «Тайна перевала Дятлова». Журнал «Спутник Оракула».

17. Попов И. Это была лавина. http://pereval1959.narod.ru/popov.htp/

18. Печуркина Э. Тайна горного перевала. http://pereval1959.narod.ru/

19. Слобцов Б.Е. Воспомининия участника поисков группы Дятлова на Северном Урале. 1959 г. Журнал ЭКС, № 46, 2007, с. 39,

20. Штраух О.В., Полуночное. «Тайна горы мертвецов».

21. Шибаев С. Загадка «Горы мертвецов», журнал «ЭКС» № 39, 2005.

22. Альбом фотографий Влада Некрасова и Сергея Морокова (авария Дятлова): http://www.e1.ru/fun/photo/view_album.php?id=32891&pic=c98a6f4951ace36ca8164512f42b4bfc&page=0id=32891&pic=c98a6f4951ace36ca8164512f42b4bfc&page=0

(эти фото присутствуют в фильме ТАУ «Тайна перевала Дятлова»).

23. Чернобров В. «Уральские сталкеры: бегство с горы мертвецов»

http://www.x-libri.ru/elib/chern005/index.htm

24. Ряд статей по аварии на форуме «Сталкера»:

http://stalker-ufo.narod.ru/HTM/biblioteka_pereval.htm ― библиотека,

http://stalker-ufo.narod.ru/HTM/visota1079.htm ― Архипов А. «Высота 1079».

http://stalker-ufo.narod.ru/HTM/patrushev.htm Антоненков Д. «Крушение у перевала Дятлова».

http://stalker-ufo.narod.ru/HTM/visota1079noviefakti.htm Архипов А. «Высота 1079. Новые факты».

http://stalker-ufo.narod.ru/HTM/nazarov.htm Назаров В. «Тайна горы мертвецов».

http://stalker-ufo.narod.ru/HTM/tainagorimertvechov.htm П. и Ю.Супруненко «Тайна горы мертвецов».

http://stalker-ufo.narod.ru/HTM/molchitotorten.htm Гущин А. «О чем молчит Отортен».

http://stalker-ufo.narod.ru/HTM/bogitrebuyutzertv.htm Чернобров В. «Древние боги требуют жертв».

http://stalker-ufo.narod.ru/HTM/yahochu.htm Печуркина Р. «Я хочу, чтобы вы жили долго».

http://stalker-ufo.narod.ru/HTM/perevald.htm ― Буянов Е.В., Некрасов В.А. «Авария группы Дятлова и разгадка тайны „огненных шаров“.

http://stalker-ufo.narod.ru/HTM/kornev.htm. Корнев М.А, Буянов Е.В. «Результаты беседы с судмедэкспертом Корневым».

http://stalker-ufo.narod.ru/HTM/chistykov.htm Чистяков К.В., Буянов Е.В. «Была ли лавина причиной аварии?».

E-mail группы «Сталкер»: stalker-ufo@yandex.ru E-mail руководителя: strannik-pk@yandex.ru

25. Беседа Евгения Буянова с профессором Чистяковым (и другие статьи на сайте «Живого журнала»):

http://community.livejournal.com/pereval1959/7573.html

http://community.livejournal.com/pereval1959/7757.html

26. Ряд статей на сайте «Уран», Мониторинговая станция Уральской анималистики, раздел «Гора мертвецов»: http://uranstation.ru/height-1079

Использованная литература по лавинам

27. К.С.Лосев По следам лавин. Ленинград, «Гидрометеоиздат», 1989.

28. Л.А.Канаев. Белые молнии гор. Ленинград, «Гидрометеоиздат», 1989.

29. Отуотер. М. «Охотники за лавинами». М, Мир, 1980.

30. Фляйг. Внимание, лавины! Москва, «Иностранная литература», 1960.

31. Гостюшин А.В. «Человек в экстремальной ситуации», М., Армада-пресс, 2001.

Форумы, посвященные теме расследования аварии группы Дятлова

32. http://tau.ur.ru/forum/default.asp ― форум «Загадка Дятловцев».

33. http://tau.ur.ru/forum/forum_posts.asp?TID=1833&KW=%C1%F3%FF%ED%EE%E2&PN=0&TPN=4 ― форум «Наша точка зрения» (закрыт).

34. http://tau.ur.ru/forum/ ― форум «Дятловцы: вымолить правду» (закрыт).

35. http://forum.tourclub-romantic.ru/viewtopic.php?p=1053#1053 (форум турклуба «Романтик» УГТУ был закрыт)

36. http://www.hro.org/forum/showthread.php?t=10308&page=112 ― форум «Центра общественного расследования аварии Дятлова» (НАВИГ).

37. http://ufo.knc.ru/forum1/mes ― форум.

38. http://pereval1959.forum24.ru/ ― форум.

39. http://talks.guns.ru/forummessage/33/347987-389.html ― форум «оружейного» сайта.

Сайты

40. http://infodjatlov.narod.ru/ ― сайт, посвященный дятловцам (изыскания техногенной аварии и участия КГБ).

41. http://www.e1.ru/fun/photo/view_album.php?id=32891&pic=c98a6f4951ace36ca8164512f42b4bfc&page=0id=32891&pic=c98a6f4951ace36ca8164512f42b4bfc&page=0 ― фотоальбом.

42. http://zhurnal.lib.ru/k/kizilow_g_i/150308-1.shtml. Кизилов Г.И. ― пример плохо продуманной личной графомании со многими ошибками в фактах и в выводах.

Сайты по хронологии ракетных пусков

43. http://www.rtc.ru/encyk/thisday/calendar.shtml ― космический календарь http://www.rtc.ru/encyk/thisday/02-17.shtml ― свидетельство о пуске первой серийной ракеты Р-7 17.02.1959 г.

44. http://www.rtc.ru/encyk/thisday/03-31.shtml ― свидетельство о неудачном пуске ракеты Р-7 с Тюратама 31.03.1959 г.

45. http://www.rtc.ru/encyk/thisday/02-16.shtml ― свидетельство о неудачном пуске спутника-фоторазведчика с Тюратама 16.02.79 г.

46. http://www.astronautix.com (в дате пуска от 17.02.59 есть ошибка в указании месяца).

47. Данные по «Буре» с ссылками:

http://www.testpilot.h14.ru/russia/lavochkin/la/350/burya.htm

http://www.testpilot.h14.ru/russia/lavochkin/la/350/burya_1.htm.

48. http://www.cosmoworld.ru/spaceencyclopedia/chrono/index.shtml?1959.html

49. http://www.cosmoworld.ru/spaceencyclopedia/chrono/index.shtml?1959.html ― сайт Железнякова. (zhelez_al@inbox.ru ― адрес Железнякова)

50. http://www.novosti-kosmonavtiki.ru/content/numbers/213/51.shtml

51. http://rusweapon.far.ru/index.php?url=nuclear/mbr/picture.php?pic=img/nuclear/mbr/r-7/1.jpg

52. http://www.samspace.ru/RN/souz_u.htm (данные по ракете Союз-У»).

53. Сайт Mark Wade's Enciclopedia Astronautica: http://www.astronautix.com

Литература по ракетным пускам и ракетам:

54. Железняков А.Б. «Взлетая, падала ракета» (С-Пб, «Система», 2003),

55. А.Б. Железняков, В.Н. Куприянов, В.В. Лебедев, Т.В. Прыгичев. Летопись космической эры. 1959 год». СПб: «Система», 2003.

56. «Незабываемый Байконур» / Под общей ред. К.В. Герчика (М., 1998).

57. Черток Б.Е. «Ракеты и люди» (М., «Машиностроение», 1998, т.1 ― «Ракеты и люди», т.2 ― «Фили. Подлипки. Тюратам», т.3 ― «Горячие дни „холодной войны“, т.4 ― „Лунная гонка“).

58. Сайты с архивами метеорологических данных:

http://www.wetterzentrale.de/topkarten/fsreaeur.html

ftp://ftp.ncdc.noaa.gov/pub/data/gsod/

Аварии-аналоги ― ссылки по ним см. статью «Ответы на отдельные вопросы: аварии-аналоги».

Буянов Евгений Вадимович, evgeniy_buyanov@mail.ru

Резюме: http://www.mountain.ru/people/Buyanov/

Приложение Б

Ю.Е. Яровой

Высшей категории трудности

Повесть

Краткое содержание (переложение и комментарии Е.В.Буянова, мс по туризму, СПб.)

Повесть начинается фрагментом письма Нели Васениной прокурору города Кожара Новикову. Неля просит прокурора вернуть ей личный дневник, переданный Новикову при поиске пропавшей группы туристов для расследования обстоятельств гибели руководителя этой группы Глеба Сосновского. В письме Неля отвечает на вопросы прокурора, на которые отказалась отвечать в ходе следствия.

Новиков просит молодого корреспондента областной газеты, от лица которого ведется повествование (от самого Ярового, который ниже, в данном изложении, именуется кратко «собкором»), вернуть Неле ее дневник. И передает ему это письмо, в котором она фактически признает свою вину в гибели руководителя группы. Собкор живо вспоминает историю двухлетней давности, когда он в качестве корреспондента наблюдал за ходом поисковых работ.

Пропавшую группу Сосновского искали на площади в 5 тысяч кв. км, ― в прямоугольнике 50 на 100 км. Искали летчики путем облета района и поисковые группы туристов, заброшенные в район поиска вертолетом. Использовали помощь и нескольких следопытов, ― местных охотников-манси. Поискам существенно мешали периоды плохой погоды, ― метели и плохая видимость. В штабе поиска активно работали: Турченко, ― заместитель председателя облисполкома (главный начальник поиска), начальник штаба поиска полковник Кротов, ― руководитель летчиков и военных, Виннер (по ходу изложения становится понятным, что это руководитель спортивного клуба института (УПИ), ― выпускающей организации группы Сосновского, состоящей в основном из выпускников этого института и студентов-старшекурсников). Присутствует Лисовский, ― руководитель одного из поисково-спасательных отрядов, готовящегося к заброске. Другой отряд, ― группу Балезина, ― намерены перебросить в район поиска прямо с маршрута похода (единственный отряд без радиосвязи). Два поисковых отряда уже находятся в поиске, ― отряд Васюкова и «северная группа» (фамилия ее руководителя в повести не называется). Отряды Воробьева и капитана Черданцева появляются позже, по ходу повествования.

Примечание (Буянов). Прототипами руководителей поисковых групп явились руководители групп поиска Дятлова: Слобцов, Карелин, Аксельрод, Гребенник и Чернышев, а прототипом Воронова, ― мастер спорта Масленников. Содержание дневника Масленникова мне неизвестно, а из остальных, по моему мнению, ближе всех к разгадке основных причин трагедии Дятлова подошел мастер спорта М.А.Аксельрод (к сожалению, Аксельрод и Масленников уже ушли из жизни). Прототипами охотников-манси является семейства Куриковых, Анямовых, охотников Бахтияровых (в поиске Дятлова участвовали и охотники из Москвы). Прототипом полковника Кротова явно явился полковник Ортюков (его радио позывной при поисковых работах: «Крот»). Прототипами прокурора Новикова являлись прокурор Ивделя Темпалов и младший советник юстиции Л.Н.Иванов (из Свердловска), которые вели официальное расследование причин гибели группы Игоря Дятлова (прототипа Глеба Сосновского).

Одним из главных действующих лиц штаба поиска является Воронов, ― мастер спорта по туризму («кареглазый брюнет»). У него очень трудная задача, ― определить зоны поиска для групп и летчиков. Поиск очень осложнен тем, что Сосновский не оставил в спортклубе института копию маршрутной книжки (маршрутки), в которой приведены схема, основной и запасной варианты маршрута, аварийные выходы, состав группы и контрольные сроки возвращения. Тактически и по памяти Воронов пытается воссоздать маршрут группы Сосновского и правильно построить план поиска.

Примечание (Буянова). Ниже, по ходу изложения, становится ясно, что Воронов утверждал маршрут Сосновского, но, как бы, очень плохо его запомнил. Хотя такое и могло случиться, все же здесь есть некоторая «слабина» изложения. Реально Воронов достаточно хорошо бы запомнил маршрут, если бы утверждал его сам: у «мастеров» хорошая, обостренная память на такие вещи, и «забыть» маршрут он мог бы, если бы утверждал за короткое время несколько десятков маршрутов, что маловероятно. Конечно, если Воронов являлся председателем маршрутной комиссии, он мог утвердить маршрут без детального рассмотрения, но тогда он должен был бы привлечь на помощь того члена маршрутной комиссии, который, как «первый», подробно изучал и утверждал маршрут Сосновского. В случае аварии Дятлова руководитель похода действительно не оставил копии «маршрутки» ни в МК, ни в выпускающей организации, ― все три копии были найдены среди документов погибшей группы (по свидетельству Юдина).

Построив несколько наиболее возможных вариантов маршрута, Воронов сложил тактическую схему поиска так, чтобы поисковые группы пересекли на разных участках возможные пути движения группы Сосновского и попытались обнаружить ее следы. При обнаружении лыжного следа группа должна идти по нему и искать пропавших туристов. Воронов объясняет собкору все эти особенности и сложности поиска в горной тайге. Не сразу удается наладить планомерную авиаразведку. В штабе все понимают, что любая задержка помощи может оказаться для группы Сосновского роковой…

Собкор участвует наблюдателем в одном из облетов района, видит сверху тайгу, вершины, перевалы. Видит, как идет поисковый отряд Васюкова и как он выстраивается условным знаком, ― буквой «П», что значит: «поиск продолжается» («Т» ― нужна мед помощь, крест на снегу: группа найдена).

Примечание (Буянова). Подобные эпизоды при поиске группы Дятлова имели место и с группой Аксельрода, и с группой Слобцова, ― они действительно ложились на снег буквой «П».

В штабе происходит совещание с обсуждением проблем поиска.

14 февраля приходит неожиданное сообщение со станции Точа. Оттуда милиционеры передали, что туристская группа из 8 человек (в том числе 2 девушки) некоторое время назад села в поезд и отъехала, ― группу видел дежурный по станции. Виннер и Турченко очень обрадованы, Кротов очень хочет прекратить поиск, вернуть самолеты и вертолет на базу. Но Воронов требует не прекращать работу до полной проверки информации. Собкору кажется, что Воронов что-то не договаривает. А у Воронова живет в душе сомнение: а та ли это группа? Если группа «не та», то срыв поисков может иметь роковые последствия…

Отряд Васюкова сообщил, что обнаружил след группы Сосновского и идет по нему. Затем след потерялся, но Васюков продолжил движение по предполагаемому маршруту.

Изложение событий поисковых работ перемежаются в повести с выдержками из дневника Нели Васениной. В дневнике она описывает свои взаимоотношения с товарищами и с Глебом, тренировки и подготовку к походу, а затем и непосредственно события в походе до того момента, когда записи обрываются.

Внезапное сообщение директора (ректора) института Василевского ввергает Виннера в растерянность. Оказывается, участник группы Сосновского Александр Южин в походе заболел, сошел с маршрута в самом начале похода и вернулся домой с небольшой травмой ноги. Саша не сообщил сразу о своем возвращении. Всем становится ясно, что та группа из 8 человек, которую видели в Точе, ― это не 7 туристов группы Сосновского. Выясняется, что та группа выехала в Ростов…

Примечание (Буянов). В группе И.Дятлова один участник ― Юрий Юдин сошел с маршрута в начале похода и вернулся домой из-за заболевания ноги (приступ ревматизма).

Поиски продолжаются. В штабе возникает дискуссия о «вреде и пользе туризма», где сталкиваются противоположные мнения.

Отряд Балезина обнаруживает записку Сосновского на горном перевале с кроками (приблизительными набросками местности) маршрута. Из записки становится ясным примерный путь движения: вместо Сев. Точи Сосновский резко повернул к Тур-Чакыру, избрав самый сложный вариант маршрута. Становится ясно, что отряд Васюкова сбился с правильного пути, ― Васюкову передают сообщение, и он совершает резкий поворот в сторону вершины «1350». Туда же с другого направления устремляется и отряд Балезина. Воронов вначале не понимает, а потом разгадывает этот маневр: главной целью Сосновского является вершина Рауп, подойти к которой он решил со стороны вершины «1350».

Примечание. Главной целью группы Дятлова являлась гора Отортен (1234), а подходил он к ней со стороны горы Холатчахль (1079).

В штабе поиска появляется прокурор Новиков и поднимает вопрос о возможных причинах чрезвычайного происшествия с группой Сосновского.

В сложных погодных условиях удается вернуть на базу вертолет и самолет, участвующие в работах.

Наконец, поступает новое сообщение отряда Васюкова: на скалах вершины «1350» найдена палатка группы Сосновского, покинутая туристами, разорванная и сильно засыпанная снегом.

В штабе Новиков старается найти объяснение ЧП и выдвигает версии криминального характера. От версии нападения преступников отказываются: побег из лагеря имел место, но преступники были пойманы задолго до аварии. Версию нападения диких зверей (волков) также отклоняют: волки не поднимаются так высоко в горы, да и не было случаев нападения волков на большую группу людей. Новиков выдвигает и версию конфликта, ссоры в группе на почве алкогольного опьянения, драки из-за девушек с поножовщиной. Воронов и Виннер решительно возражают против возможности такого развития событий.

С задержкой возвращаются самолет и вертолет (с перебитым маслопроводом).

От отряда Лисовского приходит известие, что в избушке на Мапин-Ие, в долине Соронги, никого нет и видно, что давно не было, ― избушка без крыши забита снегом.

Отряд Васюкова присылает трагическую весть: на восточном склоне вершины «1350» обнаружен труп Сосновского…

Воронов, Новиков и собкор вылетают на место аварии, чтобы все осмотреть. Сначала осмотрели остатки костра сосновцев, а потом Сосновского. Его обнаружил местный охотник-манси, примкнувший ранее к отряду Васюкова. Новиков осмотрел Сосновского, собрал вещи, велел собкору сделать несколько снимков. Воронов сказал, что Сосновский замерз, причем не случайно, ― он шел к какой-то цели. Костер какое-то время служил маяком…

Раскопали брошенную палатку. В ней хаос: все вещи перевернуты, скомканы, перемешаны со снегом. Казалось, версия Новикова в чем-то находит подтверждение.

Собкор, Новиков и Воронов спускаются к лагерю туристов и устраиваются на ночлег. По дороге видят, как вдали кто-то пускает ракеты: это подходит отряд Лисовского. Ему сигнализируют в ответ. Васюков и Воронов переговариваются, исследуя путь Сосновского, и приходят к выводу: центр седловины перевала, палатка и сосна рядом с костром находятся на одной аэродинамической прямой, ― по линии действия пронзительного ветра. Значит, Сосновский пошел против ветра к палатке и замерз! А группу тоже ветер гнал вниз! Но почему она покинула палатку?..

Собкор, Новиков и Воронов около костра обсуждают все, что увидели днем. Новиков разбирает найденную в палатке сумку сосновцев с походными и личными документами, дневниковыми записями, деньгами, ж/д. билетами. В голосе Воронова сожаление: вот она, вторая маршрутка, из-за которой потеряно 4 дня на поиски. По ней Воронов с Васюковым обсуждают детали маршрута Сосновского, пытаясь разгадать странности поведения группы и возможные пути ее отступления. Утром штаб запрашивает у Лисовского ориентиры исследованной им избушки на Мяпин-Ие.

Вертолет привозит группу военных (оперативников) во главе с капитаном Черданцевым и продукты для туристов. Забирает останки Сосновского и вещественные доказательства аварии (палатку и ее содержимое). Поисковики ищут пропавших туристов, зондируя снег палками. Днем прилетает самолет и сбрасывает вымпел с предложением от Кротова Воронову: отправить группу со снаряжением и продуктами на поиски избушки в долине Соронги. Воронов прекращает изнурительные поиски под снегом: он считает, что надо «спасать живых», а «мертвых откопать из-под снега всегда успеем». Новиков возражает против поиска на Соронге, считая, что все туристы уже погибли в результате конфликта в группе. Воронов настаивает на своем: «Искать надо живых…».

Вечером штаб сообщает, что по сведениям местных жителей избушка на Соронге посещается охотниками, в ней есть продукты и запас топлива. Видимо, избушка, обнаруженная Лисовским, ― другая.

Новиков и собкор изучают дневники группы. Собкору попадается дневник Васениной, в которой излагается местная легенда о братьях-останцах Тумпа-Солях… Выходя на перевал, собкор слышал стон этих останцев под ветром, ― между строками дневника и этими гигантами просматривается связь…

Расстроенный Лисовский не хочет оставаться в лагере, ― его терзает мысль, что он нашел «не ту» избушку. Воронов предлагает ему идти на поиски избушки вместе с отрядом Черданцева.

На следующее утро погода скверная: сильный снег. Черданцев отбирает в свой отряд Лисовского и четырех добровольцев, и эти шестеро уходят в поиск.

Новая находка, ― перворазрядник Корольков из отряда Васюкова рассказывает, как был обнаружен лабаз сосновцев, ― всего в 10 м от тропы, недалеко от лагеря. В лабазе ― продукты, запасное снаряжение и… еще одна утраченная надежда поисковиков.

Группа Черданцева вернулась: не пробились! Двое обмороженных, а сержант на плато повредил ногу. Маршрут был выбран неудачно, группа не смогла спуститься по крутому склону. Идти надо было не так! Воронов расстроен: много потерь у поисковиков. Пятеро обморозились, сержант с травмой. Потерян еще один день!

Новиков опять спокойно предлагает прекратить поиски.

Воронов решает отправить на отдых группу Васюкова и задействовать для поиска свежие силы.

18 февраля штаб решает все имеющиеся свои силы бросить на поиск второй избушки на Соронге. Метеопрогноз крайне неприятен: снег падает отовсюду. Но к исходу дня погода начинает улучшаться.

Вновь уходит группа Черданцева. Воронов не утерпел и уходит в поиск сам, несмотря на запрещение штаба. Он понимает, что эта избушка, ― последняя надежда найти живых. Вместо себя он назначает Васюкова. С Вороновым, взяв снаряжение, уходят еще пять туристов. Балезин тоже идет по Соронге, куда его перебросили вертолетом, и сообщает о местонахождении «северного отряда», у которого отказал радиопередатчик. Воробьев тоже сообщает, что он идет, но медленно: очень глубокий свежий снег. Туристы отчаянно ищут своих товарищей.

Далее собкор излагает то, что ему сообщил позже Саша Южин во время их встречи в Кожаре. Саша вернулся из похода и только 13 февраля сообщил о своем возвращении в спортклуб института. Воробьев его обругал, вызвал в клуб, опросил и вскоре отправился на поиски вместе с собранной им группой туристов института. Сашу так же «взяли в оборот» и в спортклубе, и в горкоме партии, и в прокуратуре, спешно уточняя детали начала похода, особенности снаряжения, характер участников групп и другие вопросы. Саше сначала казалось все эти меры какими-то «несерьезными», ― так он верил в то, что с Глебом «ничего не могло случиться». Но постепенно и им овладела тревога. Его вызвали на совещание в горком партии, где состоялся очень неприятный для него и Виннера разговор. Приезжий мастер спорта из Москвы (из Федерации туризма) обрушился с обвинениями на Сосновского и группу в допущенных нарушениях… Турченко постарался смягчить обстановку, заявив, что надо сначала разобраться в том, что произошло, а потом уже делать выводы и выдвигать обвинения. Саша стал собираться в Кожар, и ему вскоре предложили туда лететь, если позволяет здоровье. Он был подавлен сообщением о гибели Глеба. Грустный разговор у него состоялся с женой Вадима Шакунова, ― участника пропавшей группы.

В Кожаре его очень тщательно опрашивали по многим вопросам, зачастую очень неожиданным («Какая туристка в группе самая голосистая»). Выясняли принадлежность найденных вещей. Следователь прокуратуры исследовала их состояние, характер надрезов на палатке, расположение участников в палатке, и многое другое… Она пришла к выводу, что по всем признакам никакой борьбы между людьми в палатке не было. На последнем фото группы было видно, как дружно ребята ставили палатку в условиях метели. Следователь высказала предположение, что одна из участниц группы (предположительно, Коломийцева) вышла из палатки, упала со скалы и закричала. Остальные бросились на помощь, разрезали палатку, и тоже были сброшены сильным ветром вниз. Ветер был такой сильный, что они не смогли вернуться в палатку…

Спасателей очень заинтересовало положение избушке на Соронге. Саша не мог вспомнить, а когда его попросили указать место на карте, он поставил крест практически наугад, ― избушки по данным авиаразведки в этом месте не оказалось. Тогда Сашу попросили вспомнить, с кем группа встречалась в поселке Бинсай, ― от кого Глеб узнал о положении избушки. Саша вспоминал: учительница, местный житель и родственник его Степан Кямов (рассказчик истории о Тумпа-Соляхе), рыжебородый лесоруб, да дед в заячьей шапке, ― вот и все! Этих людей спасатели уже опрашивали, ― всех, кроме лесоруба. Этого лесоруба срочно нашли и доставили в штаб.

Примечание (Буянова). Яркая аналогия: в дневниках группы Дятлова упоминается «очень колоритная личность»: рыжебородый геолог в маленьком заброшенном поселке Вижай (в повести: Бинсай). Это явный прототип «лесоруба», ― подобных аналогий людей, предметов, ситуаций, созвучных или даже реальных фамилий с группой Дятлова в тексте повести множество.

Лесоруб Бабин стал вспоминать приметы, которые он называл для обнаружения избушки. И, слушая Бабина, Саша Южин вспомнил крест и надпись Глеба на карте: «Продукты». Вспомнил и указал на карте место расположения избушки. Кротов тотчас же передал сообщение вертолетчикам, которые менее чем за час сумели обнаружить избушку с шестью туристами, и забрали их с собой.

Собкору не удалось увидеть спасенных туристов, ― их направили в больницу, а его срочно вызвали в редакцию. Но он позже изучил содержание протоколов их допросов, проведенных Новиковым. Выдержки из протоколов приводятся в повести. Здесь живо проявляются характеры всех, кроме Васениной, которая по какой-то причине отказалась отвечать на вопросы. У нее было очень сильное душевное потрясение. А Новиков предполагал, что это она являлась главным свидетелем, главной виновницей аварии и гибели Глеба Сосновского.

Собкор читает письмо Васениной, в котором спустя два года она рассказывает о том, как они спасались, как отступали к избушке. И рассказывает, почему и как это все случилось. Она вышла из палатки и в какой-то момент очень испугалась, услышав жуткий вой ветра в скалах-останцах Тумпа-Солях. Ей почудилось в этом вое что-то жуткое, могильное. Она сильно закричала так, что ребята в палатке подумали: ее надо спасать. Они кинулись к ней на помощь, исполосовав палатку ножами. А сильный ветер бросил их вниз и гнал, гнал до самого леса. В лесу разожгли костер, Глеб велел Вадиму Шакунову вести группу к избушке на Соронге и сообщил ее ориентиры. И сказал, что догонит группу на лыжах. Ребята считали, что он пойдет к лабазу. Они понимали, насколько опасно идти к палатке против ветра. Но он пошел к палатке, ― только в палатке были медикаменты, чтобы помочь пораненной на скалах Неле Васениной. Из-за нее он пошел, и из-за нее он погиб…

Примечание (Буянова). Самая трагическая аналогия с аварией Дятлова: ошибка в установке палатки и роковое решение руководителя о спуске, видимо, были причиной гибели всей группы…

Фактически Неля написала, что долгое время ей самой не хотелось верить даже в то, что это произошло, что Глеб погиб. И что только теперь, когда она окрепла после пережитого, в ней созрело желание, даже необходимость, признать свою вину, излить свою душу. Она поняла, что иначе эта рана останется, будет сильно болеть всю жизнь, и что написать она должна была ради светлой памяти своего руководителя группы Глеба Сосновского. Который погиб, пытаясь помочь ей.

Примечание (Буянова). «Слабина» изложения просматривается еще в одном месте повести. Если Сосновский нанес положение избушки на карту, почему ее не увидел Воронов? Выходит, что карта эта (или схема) каким-то образом оказалась у Сосновского с собой (и он передал ее Шакунову)? Конечно, такое могло произойти «случайно», но «случайность» эта подозрительна. Впрочем, для художественного произведения указанные мной «натяжки» сюжета являются вполне допустимыми, и разглядеть их может не каждый, и далеко не сразу. Никоим образом ценности повести они, на мой взгляд, не умаляют. Анна Матвеева в своей книге «Перевал Дятлова» назвала эту повесть «малоинтересной». Но она ― не туристка. Я с ней не согласен. Я эту повесть перечитывал несколько раз, и именно в результате ее прочтения оказался психологически «заряжен» на расследование обстоятельств гибели группы Дятлова. Мне не понадобилось никакой «раскачки», ― все материалы по этому делу (включая и книгу Матвеевой) легко вошли в меня «бегущей волной». Подсознательно они, конечно, оказали какое-то влияние и на творческий процесс при написании романа «Истребители аварий».

Приложение В

Расчет зависимости высоты подъема наблюдаемого объекта от заданной удаленности и высоты наблюдателя

На рисунке обозначены отрезки, равные усредненному радиусу Земли с центром О:

OA=OC=OD=R=6371 км

Расстояние между наблюдателем в точке А и объектом наблюдения в точке D отсчитано по дуге AD, равной L. Тогда угол AOD, обозначенный α, в радианной мере будет равен (L/R), где / ― знак деления:

α = L/R

Угол АОС, обозначенный β, будет равен арккосинусу отношения длин ОС и ОВ, или R/(R+h):

β = arccos(R/(R+h)),

где h ― высота подъема наблюдателя над точкой A (отрезок АВ). При этом радиус ОС перпендикулярен (нормален) к линии горизонтального визирования ВЕ.

Объект, приподнятый из точки D на высоту Н (это отрезок DE) будет доступен наблюдателю в точке B, приподнятой на высоту h (это отрезок AB) в том случае, если высота H превысит минимальную величину (разность отрезков ОЕ и ОD=R):

H=(R/(cos(α-β))) ― R

Формулы заданы. Задав дальность по карте до объекта L и высоту подъема наблюдателя над Землей h (в простейшем случае она равна нулю), можно определить углы α, β и по ним и значению R (6371 км) определить высоту H подъема объекта над Землей, чтобы он стал доступен наблюдателю в точке B. Конечно, в случае, если какие-то предметы на поверхности Земли или атмосферные условия не мешают этому наблюдению. Можно отметить, что некоторая высота подъема над поверхностью Земли способствует наблюдению в первую очередь еще и потому, что исключается влияние ближайших предметов (это истина общеизвестная)… А отклонения формы Земли от формы шара (которые описываются различными геодезическими эллипсоидами и «геоидами», ― таковых более сотни) здесь влияет очень мало.

Данные расчета для нескольких характерных расстояний приведены в таблице 1.

Таблица Б1. Зависимость высоты подъема наблюдаемого объекта от заданной удаленности и высоты наблюдателя.

Другой параметр, ― радиус зоны видимого горизонта, ― отрезок ВС определяется элементарно по теореме Пифагора по разности квадрата гипотенузы ОВ=R+h и квадрата катета ОС=R:

т. е. радиус видимого горизонта ― примерно в полтора раза превышает среднее геометрическое между величинами R и h (когда h много меньше R; R и h заданы в км). В таблице А1 даны вычисленные значения радиуса видимого горизонта для высот до 9 км (высоты самых высоких гор Земли).

Таблица Б2.

Фотоальбом иллюстраций к приложению В

Старт ракеты-носителя «Союз-ФГ» 10 октября 2007 года при пуске ракеты-носителя «Союз-ФГ» с пилотируемым космическим кораблем «Союз ТМА-10».

Снимки представлены Железняковым А.Б. с комментарием: «Некоторые наблюдавшиеся эффекты очень интересны с точки зрения аэродинамики и могут в какой-то степени дополнить картину наблюдения за летящей ракетой. Старт был осуществлен в 17:23 „по-московскому“.

Зажигание.

«Поехали!» (фото со светофильтром).

Появилась инверсия: «замерзшая молния».

След, размываемый воздушными потоками.

Сброс «боковушек» на 240 секунде и «Перистое облако» вокруг ракеты».

Боковушки отпали маленькими «звездочками», а вторая ступень ушла вверх.

Таблица ракетных пусков для января-марта 1959 г.

Таблица ракетных пусков для января-марта 1959 г. (продолжение)

Используемые в таблице сокращения:

АВД ― аварийное выключение двигателей

АМС ― автоматическая межпланетная станция

Б ― космодром «Байконур»

ВЛ ― полигон «Владимировка» (район полигона «Капустин Яр»)

ВОЛ ― метеостанция «Волгоград» (район полигона «Капустин Яр»)

ГЧ ― головная часть

ИР ― исследовательская ракета

ИП ― «искусственная планета».

КМП ― комплект метеоприборов

КНА ― комплект научной аппаратуры

КРС ― космическая ракетная система

МБР ― межконтинентальная баллистическая ракета

МКР ― межконтинентальная крылатая ракета

МР ― метеоракета

МТ ― межпланетная траектория

ПЛ ― «площадка» (номер стартовой площадки, номер «пуска»)

ПУ ― «пусковая установка» (номер пусковой установки площадки)

ОХ ― остров Хейса (Земля Франца-Иосифа, 80,1 °CШ, 58,1°ВД).

РУП ― рулевые управляющие приборы

СИ ― совместные испытания.

UTC ― Универсальное координированное время (Universal Coordinated Time – UTC, Универсальное время) – основа гражданского времени, отличающегося на целое количество секунд от атомного времени и на дробное количество секунд от UT1.Часовые пояса вокруг земного шара выражаются как положительное и отрицательное смещение от UTC. UTC – это наследие времени по Гринвичу(GMT), и иногда также ошибочно именуемое GMT. Новое имя было введено, чтобы избавиться от названия определенного места на Земле в международном стандарте. UTC базируется на атомном отсчете времени, а не на времени в Гринвиче.

Служебно-жилой комплекс ОГМС им. Кренкеля, осторов Хейса, ЗФИ, июнь 2004.

…Прими, прими всю мою нежность Радиограммой с ЗФИ… (Юрий Визбор, песня «Полярное Кольцо», «…Куда уходят непогоды»)

Приложение Г

Ветрохолодовой индекс и метеоусловия аварии

Ниже приводится таблица ветрохолодового индекса, взятая из «Эльбрус. Топографической карта. Масштаб 1:50 000» ФГУП 11 Военно-картографическая часть 344012, г. Ростов-на-Дону, ул. Юфимцева, 4, тел. (8632) 32-85-10, факс. 32-66-26, 2004 г. (лицензия ГК № ЮЖТ-00152 от 22.05.01). Оснований не доверять данным этой таблицы нет, поскольку они соответствуют и другим источникам (например, методике, данной в книге П.И.Лукоянова «Зимние туристские походы», Москва, «Физкультура и Спорт», 1979, стр.102 и статье В.Г.Воловича «Жизнеобеспечение экипажей летательных аппаратов после вынужденного приземления». Проблемы космической биологии. Т.30. «Наука», 1976). Вот эта таблица (на правах цитирования):

Ветрохолодовой индекс (охлаждающая сила ветра, воздействующая на ткани организма, как эквивалент температуры).

Ниже данные этой таблицы представлены в виде двух диаграмм: на первой представлены семейства кривых ветрохолодового индекса в координатах температура-температура для различных скоростей ветра (каждая кривая ― для определенной скорости ветра). Эти кривые показывают, как ветрохолодовый индекс «загоняется» в область более низких температур в результате увеличения скорости ветра.

А на второй диаграмме построено семейство кривых ветрохолодового индекса в координатах скорость ветра-температура для различных пониженных температур. Эти кривые показывают, как ветрохолодовый индекс для определенной скорости ветра загоняется в область более низких температур при понижении температуры воздуха. При построении для графиков было взято максимальное значение скорости ветра на заданном в таблице интервале (для штиля: 1 м/с, далее ― 3 м/с, 5,… 10, 12,… 18).

По графикам видно, что наиболее резкий провал ветрохолодового индекса в зону низких температур наблюдается при росте скорости ветра от 2 до 8 м/с. При более значительных скоростях ветра индекс растет, но не так быстро, поскольку он уже достигает значительной величины вследствие сильной теплоотдачи

Ясно, что повышение влажности воздуха и намокание одежды «проваливают» характеристики ветрохолодового индекса еще глубже в зону более низких температур, но приведенные графики эти эффекты не учитывают.

Фактически, конечно, граница опасной зоны зависит от того, насколько хорошо человек утеплен и защищен от ветра, ― обычно пороговое значение ветрохолодового индекса для опасной зоны по величине ветрохолодового индекса лежит где-то в пределах (35–40) ºС (границы опасной зоны, данные в таблице, фактически смещены). Ясно, что для дятловцев, имевших на себе только легкую походную одежду, значение границы опасной зоны лежало по крайней мере на десяток градусов ниже, а вот реальное значение ветрохолодового индекса лежало где-то в пределах выделенного желтым прямоугольника таблицы. Скорее всего, где-то около его центра, в пределах температур: минус 28–32 и скоростей ветра: от 4 до 8 м/с и выше, поскольку по данным метеостанции Бурмантово провал минусовых температур в ночь аварии произошел до минус 28,8, а скорость ветра: 1–3 м/c. На высоте 900 м температура почти наверняка была ниже, а скорость ветра ― больше (особенно на порывах).

Ясно, что дятловцы попали в опасную зону, причем достаточно глубоко, в область температур на 10–15 ºС ниже ее верхней границы (при скоростях ветра более 8 м/с) при значении ветрохолодового индекса в пределах минус 44― минус 64. Тем более с учетом того, что они были в легкой одежде, в которой их застал во сне удар стихии. При такой защите от холода и при таких внешних условиях их время существования было ограничено 2–3 часами. Фактор высоты по сравнению с условиями в Ивделе, ― около 900 м, ― также способствовал и понижению температуры, и увеличению скорости ветра. Конечно, все эти температурные границы условны и несколько сдвигаются в зависимости от того, как человек одет.

Метеоусловия аварии. Ниже даны карты температурных полей, давлений, таблицы погоды для метеостанций Троицко-Печорск, Пермь и Бисер (по метеостанциям Няксимволь, Ивдель, Печора данные были приведены в главе), а также графики температур и давлений в дни до и после аварии, ― с 31.01.59 по 03.02.59 г.

Место аварии обозначено красным крестом: +. Критические условия однозначно просматриваются 02.02.59 в 00.00Z (время по Гринвичу, в зоне +5 часов), ― это время соответствует 48 часам по временной шкале графиков. Пик непогоды прослеживается во время 48–50 часов, что соответствует 5.00 утра 02.02.59. Кроме сдвига часовых поясов надо учесть и сдвиг в 2–3 часа, на смещение циклона в восточном направлении на 30–40 км. Пик непогоды был в районе аварии несколько раньше, чем в Няксимволе (Ивделе), т. е около 3.00 ночи 02.02.59. Расположение метеостанций дано на схеме с указанием расстояний до места аварии (указаны и расстояния между метеостанциями). Небольшие неточности в расстояниях связаны с удаленностью метеостанций от соответствующих населенных пунктов.

Полученные данные от инженера Мошиашвили В.И. по метеостанциям Ивдель и Няксимволь примерно повторяют данные Бурмантово по температурам. В Ивделе понижение температуры было менее заметным, ― до минус 18, а вот в Няксимволе практически таким же, как в Бурмантово, ― до минус 28,3 °C. При этом ветер доходил до 9 м/с, причем направление ветра было преимущественно западным и северо-западным, ― с азимутального направления 270–320°. Это направление подтверждалось и расположением адиабат на приведенной выше карте поля давлений, поскольку ветер направлен обычно под углом 30° к направлению адиабаты при закручивании циклона на карте против часовой стрелки и закручивании антициклона по часовой стрелке. Графики температур, давлений и таблица метеорологических параметров приведены (в таблице даны дата, время по Гринвичу, видимость в км, характеристики облаков-3 позиции, высота облаков, характеристика погоды, направление ветра (азимут с угла), скорость ветра, температура, точка росы, давление (гПа).

Данные по восточным метеостанциям Троицко-Печорск и Пермь и Бисер не дают таких резких скачков температуры, хотя скачок в Троицко-Печорск тоже наблюдался. Восточнее условия по температурам были менее суровыми (особенно в Перми). Но эти метеостанции находились в 3–4 раза дальше от места аварии, чем западные метеостанции (см. схему ниже), поэтому их данные менее значимы. Скачок давления в Верхнее-Печорском наблюдался примерно такой же, как и в Няксимволе.

Проверка данных по метеостанции Печора также дала скачок температуры в минус до 28,7 как раз на стыке суток 01–02.02.59, причем более длительный по времени, чем зафиксированный более южными метеостанциями.

По словам профессора Гроховского на основании графиков температур и карте давлений в ночь с 1 на 2 февраля наблюдалось прохождение фронта холодного воздуха, сопровождавшееся усилением ветра, повышением давления (после имевшего места спада) и выпадением некоторого количества осадков. Тяжелая масса холодного воздуха вдавалась снизу клином в более теплую воздушную массу, которая поднималась вверх. Метеорологи отметили, что гора Холатчахль создавала эффект «экрана», и на ее восточном склоне ветер был слабее, чем на открытых пространствах вдали от склона горы.

Циклон шел с запада на восток с небольшим смещением к северу, причем зона холодного воздуха не проникла далеко на юг, и уже на уровне Ивделя температура не падала ниже минус 20 градусов. Но уже на уровне Бурмантово отмечено падение до минус 28, 7. Прохождение фронта сопровождалось ветром западного и северо-западного направления с азимута 270–290. В зоне главного хребта могло наблюдаться явление типа «бора», ― падение тяжелого холодного воздуха вниз при перевале им хребта с усилением ветра (даже до ураганной силы в 20–30 м/c вблизи хребта).

После объяснения метеорологов стало понятной одна из возможных причин остановки группы Дятлова на склоне горы Холатчахль: к концу светового дня начала падать температура и начал усиливаться ветер. Дятлов понял, что когда группа обогнет гору, она попадет под такой же сильный ветер, как и накануне. Причем этот ветер продувает и ложбину внизу, поэтому для защиты от него надо еще углубиться в лес. А перед выходом в ложбину надо еще преодолеть на лыжах каменные гряды, ― не слишком приятное занятие на исходе дня, причем с потерей высоты. На следующий день опять пришлось бы набирать высоту, опять переходить через камни. По всем признакам группа решила не делать этого, ― решили встать здесь, на склоне, на участке в нечетко выраженной наклонной ложбине с глубоким снегом. Встать под защитой горы, тщательно вкопав палатку в снег и крепко закрепив ее на лыжных палках и лыжах.

Группа намеренно выбрала участок склона с увеличенной толщиной снежного покрова, чтобы надежно закопать палатку в снег для ее защиты от ветра. Можно заметить, что толщина и состояние снега на разных частях склона горы была очень разной: в выемках углублений толщина была значительной, на выпуклостях склон почти обнажался от снега, на каменных грядах и в ложбине снег очень сильно сдувало ветром до обнажения камней. Условия снегонакопления, сохранения снега и сдува снега с горы на разных участках были разными. Поэтому и следы дятловцев сохранились по-разному: где-то в виде «столбиков, где-то в виде „вмятин“, а где-то не сохранились вообще.

Сейчас ясно, что при наличии только лыжных костюмов и свитеров, и при отсутствии обуви время активного существования группы в условиях холода (-30°) и ветра (6-12 м/c) было ограничено 2–3 часами, не более. Пассивная агония группы могла продлиться несколько дольше, но изменить исход она никак не могла. Она лишь смазала конечную картину аварии, разбросав участников группы и их снаряжение…

Таким образом, наличие критических факторов вследствие резкого падения температур и усиления ветра в ночь аварии следует признать очевидным. Эти факторы, безусловно, способствовали быстрой гибели группы от замерзания, которое явилось главной причиной гибели большинства дятловцев.

Карты температур

Графики давления

Погода Печора (65°07 N., 57°06 E)

Погода Бисер (58°51 N., 58°84 E)

Погода Троицко-Печорск, (62º42’ N., 56º12’ E, на графиках написано: Троице-Печорское).

Погода Пермь (57.94º N, долгота 56.19’ E).

Приложение Д

Клименко Д.Е.

О возможности возникновения лавин в горах Северного Урала

Методы расчета лавинной опасности, прогноза лавин на сегодняшний день разработаны для многих горных районов. Северный Урал к таковым не относится. Не будем вдаваться в рассмотрение вопросов точности этих методов ― все они дают результаты со значительными погрешностями (именно поэтому лучше не верить никаким прогнозам, а просто обходить опасные места). Задачей, решаемой в данном повествовании, является оценка лавинной опасности в районе горы Холатчахль на дату гибели туристической группы Дятлова.

В начале статьи приведу некоторые общие сведения по лавинам, которыми владею сам и которые помогут читателю «приспособиться» к используемой терминологии. Терминология будет гидрометеорологическая, поскольку сам я не являюсь ни опытным туристом, ни лыжником.

Настоящее повествование построено по следующей схеме. В двух начальных разделах дается общая характеристика лавин и условий, способствующих их сходу. В третьем разделе приводятся доступные к анализу гидрометеорологические материалы по месту трагедии. В четвертом разделе выполнены расчеты характеристик лавиноопасного слоя снежного покрова. В пятом и шестом разделе приводятся выводы по выполненным расчетам и комментарии к результатам. Шестой раздел может показаться некоторым философствованием о математической статистике и вероятностных расчетах.

1. Механизмы образования и схода лавин.

Лавинами принято называть массы снега, приходящие в движение и сходящие по горному склону. Движение снега происходит вследствие нарушения равновесия в снежной толще. Спонтанное возникновение лавины возможно в условиях, когда снежная толща находится в состоянии, близком к предельному равновесию. Неустойчивое состояние снежного покрова вызывают: 1. перегрузки склонов при снегопадах, 2. появлении в толще снега ослабленных прослоек или перекристаллизации снега при резких переменах температур и метеорологических условий (в дальнейшем будут рассматриваться причины второго рода). При возникновении начального импульса происходит подвижка снега, высвобождение потенциальной энергии силы тяжести и превращение ее в кинетическую энергию движения лавины.

В процессе перекристаллизации снежинки приобретают округлую форму. Растут крупные кристаллы (зерна) сублимационной перекристаллизации. Снег превращается в зернистый, что при отсутствии оседания снежного покрова может привести к сходу лавины.

Размеры зерен в снеге увеличиваются за счет роста крупных кристаллов и возгонки мелких, происходит изменение структуры всей снеговой толщи вследствие миграции водяных паров по порам снега в направлении температурного градиента. Происходит вынос вещества из припочвенных слоев (более теплых) в верхние. В результате большая часть зерен перерождается в крупные или полые кристаллы глубинной изморози. Образуется слой сыпучего снега, образование ослабленных горизонтов, служащих поверхностями срыва и скольжения. Такие лавины (лавины сублимационной перекристаллизации) могут возникать при различных метеорологических условиях, казалось бы, без видимой причины.

Если в ясную морозную погоду солнечные лучи прогревают поверхность снежного покрова, вследствие парникового эффекта происходит таяние внутри верхнего слоя, который образует небольшие поверхностные лавины.

Лавины могут обрушаться либо как пласт (снежная доска), либо осыпаясь расширяющимся потоком рыхлого снега.

Пластовыми бывают лавины метелевые и сублимационной перекристаллизации. Обрушаться лавины могут как с плоских склонов, так и с эрозионных ложбин на склонах.

2. Условия, способствующие возникновению лавин.

Различными исследователями разработаны некоторые критерии, способствующие предвидеть возможное возникновение лавин. Приведем их ниже.

2.1. Относительная высота. В зоне над верхней границей леса в горах велико влияние ветра и метелевого переноса снега, ведущего к образованию условий к сходу пластовых лавин;

2.2. Угол наклона. При углах в 15–25º возможно образование пластовых лавин или лавин скольжения (рыхлые лавины при таких уклонах маловероятны);

2.3. Ориентация склона. На подветренных склонах возрастает накопление снега, что способствует образованию пластовых лавин;

2.4. Ветер. Оказывает двоякое влияние ― усиливает местное накопление снега и увеличивает его хрупкость; увеличение скорости и продолжительности ветра создает местную опасность от пластовых лавин.

2.5. Температура воздуха. Повышение температуры воздуха вызывает кризис. Выхолаживание же снеговой поверхности способствует образованию поверхностной и глубинной изморози.

Итак, переслаивающийся слоями глубинной изморози, ветрового наста снежный покров создает значительную лавинную опасность ― даже при отсутствии значительных снегопадов. Как следует из физико-географических особенностей места трагедии ― все выше перечисленные условия ИМЕЛИ МЕСТО (не могли иметь, а именно имели ― это будет показано ниже, при анализе метеорологических условий).

3. Метеорологические условия января-февраля 1959 г и исходные данные для оценок лавинной опасности.

Итак, нами оценивается ВОЗМОЖНОСТЬ ЛАВИННОЙ ОПАСНОСТИ. Исходя из условий формирования лавин разных типов приходим к выводу ― В ДАННОЙ СИТУАЦИИ ЕДИНСТВЕННО ВОЗМОЖНЫЙ ТИП ЛАВИНЫ ― ПЛАСТОВАЯ ЛАВИНА. Также отметим, что длина и ширина вероятного пласта значительно превышали 100 м (это следует даже из фотоснимков склона).

Начнем с рассмотрения материалов метеонаблюдений. Вероятно, привлекать множество метеостанций и их материалов к анализу нецелесообразно. Дело в том, что картина распределения осадков и температур воздуха в горах достаточно пестрая (особенно за сутки), а наблюдательная сеть в горном районе весьма редкая. Для анализа ограничимся материалами наблюдений по МС Бурмантово (МС Мойва тогда не существовало, и МС Бурмантово, пожалуй, ближайшая в то время действующая МС к месту трагедии, не считая метеостанций западного склона Урала). Температуры воздуха в горах более скоррелированы, потому будем рассматривать лишь их. Сведения по осадкам к анализу не привлекаются ― с высотой режим выпадения осадков меняется достаточно резко, что, конечно, не фиксируется метеостанциями предгорий.

Анализируя график хода температуры воздуха видим четыре потепления (до 0ºС), связанных с прохождением фронтов. Эти периоды, безусловно, сопровождались в горах значительной облачностью, понижением атмосферного давления, выпадением осадков в виде снега. В периоды резких похолоданий в слое снежного покрова устанавливался значительный температурный градиент, который мог вести к развитию глубинной изморози и возникновению неустойчивости снежной толщи.

График хода температуры воздуха представлен на рис. 1. Отметим, что по МС Бурмантово значительные снегопады не отмечались. Однако, сам факт, свидетельствующий о прохождении атмосферных фронтов, безусловно свидетельствует о выпадении осадков в горах. Даже если принять условие, что осадков не было, а метелевый перенос был незначителен, ход температуры воздуха указывает на наличие лавинной опасности.

Отметим также, что существующие методы лавинной опасности не позволяют сказать будет ли лавина или нет точно ― возможно лишь оценить большую или меньшую вероятность лавинной опасности.

Однако сам факт наличия лавинной опасности в горах Северного Урала (тем более учитывая показания очевидцев о наблюдавшихся лавинах) ― налицо.

Рис. 1. Ход температуры воздуха (максимальной и среднесуточной) в ºС по МС Бурмантово за январь-февраль 1959 г.

4. Расчет лавинной опасности и характеристик снежного покрова для пластовых лавин.

Итак, лавины зачастую сходят по ослабленному горизонту, А НЕ ПО КОНТАКТУ СВЕЖЕВЫПАВШЕГО СНЕГА СО СТАРЫМ. Процесс перекристаллизации может протекать очень быстро, когда температура воздуха приближается к 0 ºС. Механически слабый слой глубинной изморози не может выдерживать сколько-нибудь значительной нагрузки, что может вести к срыву снежной массы. Кристаллы льда, лежащие под снежной доской, превращаются в процессе перекристаллизации в своеобразную смазку для схода лавины.

Для расчета устойчивости (коэффициента устойчивости) снежного покрова воспользуемся формулой, разработанной в Новосибирском институте инженеров железнодорожного транспорта:

(1)

где f ― коэффициент трения, для сдвига снега по снегу принимается равным 0,35; ρ ― средняя плотность снежного покрова (г/см^3), к концу зимы составляет 0,35, изменяясь в пределах 20 % от средней величины; hн ― толщина лавиноопасного слоя снежного покрова (см) по нормали к склону; величина будет рассчитана ниже; α ― угол наклона склона, в нашем случае принятый равным 20º; Км ― масштабный коэффициент, при отсутствии фактического материала принимаемый равным 0,5; Кд ― коэффициент времени существования нагрузки (для расчета этого коэффициента на сегодняшний день не существует точных методик), принимаемый равным 0,3–1,0 (в нашем случае примем среднее значение ― 0,75); Кф ― коэффициент морфологии склона, для плоских склонов принимаемый равным 1,0, с ― коэффициент сцепления снега на контакте (кг/м^2), будет определен ниже.

Между значениями коэффициента Кст и лавинной опасностью установлено следующее соотношение:

Расчет коэффициента сцепления выполнен по соотношению (2):

(2)

где d ― толщина пласта, d=hкр*cosα (м); остальные обозначения ― те же, что и в (1). Плотность этого слоя примем равной средней плотности снежного покрова в толще, хотя действительно она может оказаться на 20 % выше. В результате получаем 0,035 г/см^2 или 35 кг/м^2.

Поскольку мы не имеем фактических данных о значении коэффициента сцепления и критической толщине лавиноопасного слоя, расчет произведем для нескольких вероятных случаев ― для этого воспользуемся методикой А.Г. Балабуева и Г.К. Сулаквелидзе и номограммой, приводимой в [1] (здесь номограмма не приводится ― фактически она построена по приведенным формулам). Расчетные значения для различных величин коэффициента сцепления с приводятся в таблице 1.

Таблица 1. Возможные характеристики лавиноопасного слоя снежного покрова при α=20º; f=0,35; ρ=0,35 г/см^3.

Значения коэффициента сцепления 35–18 кг/м^2 ― это достаточно низкие значения. В описываемых условиях (крутизна склона, период расчета и т. д.) коэффициент устойчивости может достигать значений 100–200 кг/м^2. Опираясь на материалы метеорологических наблюдений, мы допускаем наличие такого неустойчивого слоя, принимая верхнее возможное значение устойчивости. Сход лавины возможен при высоте снежного покрова превышающей критическую высоту.

Расчет критически опасной толщины лавиноопасного слоя выполнен по соотношению (3):

(3)

где l ― длина лавиноопасного склона (м), принятая равной 1000 м (хотя может быть и большей, но длины склона в 100 м достаточно для возникновения пластовой лавины); а ― коэффициент, характеризующий сокращение снежного пласта при понижении температуры (при ρ=0,35 коэффициент равен 70*10-6 град-1); Е ― модуль упругости снега (кг/м^2), Е=1,1*10^6*ρ; Δθ ― уменьшение температуры снега, ºС, принято равной половине амплитуды колебания температуры воздуха за рассматриваемый период (13,6ºС); δр ― предел прочности снега на разрыв (принят равным пределу прочности на сдвиг ― с), остальные обозначения ― те же, что и в (1). Расчетная критическая толщина снежного покрова составляет 73,3-154 см (принимаем верхнее значение ― 154 см, соответствующее принятому значению устойчивости пласта с).

Для расчета коэффициента устойчивости принимаем не фактическую высоту снежного покрова, а высоту лавиноопасного слоя (принимаем hкр=hн).

Коэффициент устойчивости снежного покрова Кст составляет 1,08 (с возможной погрешностью до 70 % ― как в сторону завышения, так и в сторону занижения). То есть Кст (для наиболее благоприятного случая ― отсутствующей лавинной опасности) изменяется в пределах 1,08 ― 1,84.

Как следует из полученного значения коэффициента устойчивости, вероятность самопроизвольного обрушения лавины существует (при подобной гидрометеорологической ситуации). Кст=1,08 (если он был характерен именно для зимы 1959 г, конца января) свидетельствует о существовании средней вероятности схода лавины.

Однако, как видно из расчетов, нами приняты «не регламентируемые» руководствами по расчету лавинной опасности допущения (в частности, в отношении температурных градиентов по толщине снега, коэффициентов разрыва, значение коэффициента сцепления принято максимальным). Тем не менее, возможность лавинной опасности при «средних» условиях указывает на возможность схода лавины в диапазоне Кст<1,5.

5. Вывод.

В данных физико-географических условиях, при обозначенных метеорологических условиях (с учетом допущений о прохождении атмосферных фронтов и выпадающих осадках) в 55 % случаев (1 раз из 2 возможных неблагоприятных ситуаций) сход пластовой лавины (лавины сублимационной перекристаллизации) возможен (средняя лавинная опасность).[1]

6. Комментарий к полученному выводу о возможности схода лавины.

Интерпретировать результаты можно как угодно. Скептики могут возразить: «Где гарантия, что эти 55 % возможных случаев захватывали и вероятный случай в конце января 1959 г.?» Подобным скептикам следует, вероятно, еще раз ознакомиться с основами математической статистики. Дело в том, что расчеты, выполняемые в разных отраслях гидрометеорологии, могут быть: 1. Прогностические (когда величина или явление прогнозируется на определенную дату). Это и расчеты высших уровней конкретного весеннего половодья, расчеты погоды на сутки, неделю или месяц вперед, расчет даты наступления паводка и его высшего уровня с учетом расчета даты и количества ливневых осадков и т. д. 2. Вероятностные расчеты (такие, когда расчет выполняется на десятки лет вперед, а значит рассчитывается вероятность наступления критического явления ― уровня воды, наблюдающегося раз в 100 или 1000 лет, скорость ветра раз в 100 лет и т. д.). Подобные расчеты выполняются во всех отраслях строительного проектирования, инженерных изысканий и режимной гидрометеорологии. Этот расчет и определяет параметры сооружений, направления трасс авиатранспорта и т. д. ― таких параметров, при которых в n% случаев непрерывность работы сооружения, его целостность, жизни людей, наконец, не будут подвержены неблагоприятному действию стихии.

В данном случае вероятность того, что средней лавинной опасности не было составляет 45 %, а того, что была ― 55 %. Учитывая то, что мы оперируем гипотезой о случайности ― выходит, что и время схода лавины, и время пребывания туристов в лавиноопасном районе подчинены одним и тем же законам статистического распределения (причем вероятность ночевок туристов в лавиноопасном районе явно ниже вероятности схода лавины в этом же районе, и общая вероятность ПОПАДЕНИЯ ТУРИСТОВ В ЛАВИНУ НИЧТОЖНО МАЛА ― в общем она не намного выше вероятности того, что выйдя сейчас из дома Вы встретите на улице cлона). Однако здесь и кроется ответ на замечания скептиков: все говорят о том, что туристы не могли попасть в лавину ВООБЩЕ (вероятность того, что туристы могли ВООБЩЕ попасть в лавину ничтожно мала!). Но в том то и дело, что мы оперируем не ОБЩИМ случаем, а располагаем кое-какими фактическими данными, позволяющими путем анализа отбросить все нелогичные, маловероятные события, и ограничить круг событий (во времени и пространстве) ОПРЕДЕЛЕННЫМ местом, временем, для которого были характерны ОПРЕДЕЛЕННЫЕ метеорологические условия, состояние снежного покрова и горного склона. Именно это и значит, что одна из 2 ночевок ПОДРЯД (в данных ОПРЕДЕЛЕННЫХ условиях, в данном месте) со средней вероятностью оборачивается трагедией (приношу извинение за возможную некорректность формулировки, касающуюся ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ЖИЗНЕЙ).

Вот именно это и означает вероятностный расчет.

И в конце следует отметить ― в отношении расчета лавинной опасности любые прогнозы дают значительные погрешности. Повторюсь: если наличие лавинной опасности есть ― лучше не прогнозировать, а просто обойти опасный участок. На мой взгляд, если есть даже ничтожные признаки лавинной опасности и малая вероятность схода ― лучше всего руководствоваться даже не соображениями личной безопасности, а соображениями сохранения собственной жизни.

Для выполнения данной оценки лавинной опасности использованы следующие материалы: статьи о трагедии и фактический материал, приводимый в них; фотоснимки места трагедии разных лет, а также окрестных склонов; топографические карты М 1:50 000 на рассматриваемый район; показания туристов и иных очевидцев, наблюдавших лавины в данном районе; архивные материалы Уральского УГМС (управления по гидрометеорологии) по наблюдениям на метеостанциях в 1959 г.; методическая и справочная литература:

1. Практическое пособие по прогнозированию лавинной опасности. ― Л: Гидрометеоиздат, 1979. 200 с.

2. Божинский А.Н., Лосев К.С. Основы лавиноведения. ― Ленинград: Гидрометеоиздат, 1987. (обычный учебник, но весьма информативный),

а также несколько статей в различных сборниках (также вышедших в свет до 1990 г.)

Вполне допускаю возможные ошибки приятых допущений, а потому приму конструктивные замечания.

Инженер-гидролог Клименко Д.Е. 29/IV ― 2007 г.

Приложение Е

Е.В. Буянов

Некоторые рекомендации по методике расследования сложных аварий в туристских походах (по опыту расследования аварии группы Дятлова)

Данная статья не является «нормативным актом» и не претендует на «полноту» относительно комплекса вопросов, связанных с расследованием несчастных случаев в туристских походах. Ряд рекомендаций данной статьи может помочь при расследовании различных аварий не только в туризме, а также при расследовании криминальных преступлений (с учетом специфики каждого конкретного расследования), а также для расследования вообще непонятных явлений (в какой-то мере).

Статья не касается нормативных и правовых вопросов, связанных с расследованием (об этом достаточно полно можно ознакомиться в специальной литературе), ― главная «суть» этих вопросов состоит в том, был или нет некий «злой умысел» виноватого, ― вокруг этого строится вся правовая казуистика. Но для правильных выводов вначале надо хорошо разобраться, что, собственно, произошло, ― какие события привели к аварии, как она развивалась и как окончилась.

Данная статья отражает личную точку зрения автора на то, какие моменты надо учитывать для правильного воссоздания картины событий, связанных с критическими ситуациями и авариями в походах, и не только. Цель статьи – поделиться личным опытом и взглядами на то, как может вестись процесс расследования.

Автор полагает, что «для полной ясности» необходима четкая система понятий и некоторые принятые определения поясняются по ходу изложения курсивом, – это необходимо, иначе возникнет непонимание и путаница в определениях. Четкость в понятиях должна быть не только в письме и в разговоре, но в первую очередь в голове.

Первый момент: автор полагает, что для объективного расследования любого происшествия необходимо воссоздать именно картину событий, увидеть главные движущие силы, обстоятельства развития ситуации от нормальной (или исходной) к критической и далее – к аварийной и катастрофической. Авария практически всегда развивается именно по такой схеме (отдельные этапы могут отсутствовать или быть очень короткими, но сути это не меняет).

Условимся называть:

ситуацией ― характеристики природной среды (природа), человеческой среды (отдельный человек, люди и их отношения) и технической среды (овеществленной людьми природы), существенные для расследования аварии или катастрофы (в общем смысле ― и для других явлений). Ситуация понимается как характеристика движущихся событий (конкретно: того, что происходит) в какой-то определенный момент их развития. Ситуация изменяется по мере движения событий.

нормальной ситуацией ― ситуацию с последствиями и проявлениями (конкретными событиями), предсказуемыми и контролируемыми человеком.

критической ситуацией – опасную ситуацию с воздействием неконтролируемых сил и с непредсказуемыми последствиями,

аварийной ситуацией (или аварией) – ситуацию, характеризуемую наличием серьезной травмы (травм) и/или серьезными материальными потерями (например, снаряжения, продуктов, топлива), а также различными факторами, снижающими способность людей противостоять давлению обстоятельств;

катастрофической (катастрофой, трагедией) ситуацией – ситуацию, аварию с гибелью человека (а сильной катастрофой – с многочисленными жертвами).

Очевидно, что перечисленные термины – суть фазы одного и того же процесса развития аварии, причем и фазы и грани понятий могут быть весьма размыты, между ними может не быть четких понятийных и временных границ (поэтому эти «границы» в некотором роде условны). Еще несколько определений, которые поясняют и ход расследования.

Предположение — логический вывод, не основанный на фактах, либо основанный на отдельном факте или фактах, никак не связанных в цепочку событий (или даже связанных, но еще не подтвержденных фактах).

Недостоверное предположение, ― предположение, не основанное на известных достоверных фактах, или основанное на недостоверных, непроверенных фактах, слухах и фантазиях, а также на событиях, которые могли произойти или даже произошли, но связь которых с данной аварией не подтверждена никакими реальными фактами.

Достоверное предположение ― предположение, основанное на реальных, подтвержденных фактах (общее понятие «факта» дано ниже), связь которых с процессом аварии не вызывает сомнений. И факт должен быть достоверным, и связь этого факта с рассматриваемой ситуацией должна быть достоверной! Достоверное предположение, на котором основана версия, не должно логически разрушаться, если мы поставим вопрос: «Хорошо, если это так, то откуда это произошло, и что последовало дальше?» На основе такого вопроса строится короткая версия событий.

Короткая версия (или просто «версия») – логический непротиворечивый вывод на основе достоверного предположения и подтвержденных фактов, связанных в логическую цепочку событий. Версия это не отдельный факт, а уже скомбинированная, локальная во времени картина событий, основанная на подтвержденных фактах. Короткая версия описывает события на определенном временном этапе, причем события и факты на этом этапе должны быть непротиворечиво скомбинированы по времени, пространству (месту действия) и по силовым признакам воздействия (по главной совокупности определяющих сил, например: воздействие лавины, камнепада, холода, селя и т. п.). Cущественное изменение характера событий во времени, пространстве и действующим силам требует построения новой короткой версии событий.

Длинная (или полная) версия событий ― логическая и непротиворечивая цепочка из коротких версий, объясняющая весь ход аварии на существенном этапе времени от начала до завершения.

Построение коротких версий на основе реальных фактов является этапом анализа событий, а построение длинной версии из коротких является этапом синтеза событий. Такие построения необходимы, когда процесс аварии является сложным и его не удается воссоздать на основе «обычных» представлений. «Сложность» аварии (события) состоит в невозможности ее объяснения из-за недостатка или неупорядоченности информации, которые не позволяют восстановить причинно-временную цепочку событий. Сложная авария может состоять из нескольких фаз с качественными переходами во времени, в пространстве и по характеру действующих сил и по совокупности дополнительных обстоятельств. Процесс аварии является динамическим и многомерным.

Примечание. Простой пример, поясняющий деление события на этапах «коротких версий». Человек падает в пропасть. В разные моменты времени действуют разные силы: силы координации, силы сцепления со склоном, сила тяжести (на участке разгона она ― определяющая), сила удара о твердую поверхность, сила возникшей травмы, сила медицинской помощи. Каждый этап характеризуется своими закономерностями. Каждый этап для описания требует своей «короткой версии», четко связанной причинно-временными связями с соседними версиями.

Короткая версия укладывается в определенные временные рамки, в течение которых действуют определенные силы и закономерности ситуации. Надо увидеть и эти «временные рамки» и «эти силы» и то, откуда произошла ситуация и то, к чему она привела. Дальше действующие силы как бы «выключаются» (или становятся несущественными), и начинают действовать другие силы и закономерности. «Короткая версия» событий должна стыковаться и с «версией-родителем» и с «версией-потомком» (с «соседними версиями», версиями-«мателотами», если применить морской термин). Только тогда все эти версии можно назвать именно «версиями», а не предположениями.

«Длинная версия» ― это полная цепочка из «коротких версий», объясняющая ход событий на основном (существенном) временном этапе. Известные дополнительные факты должны либо подтверждать «длинную версию», либо «сопровождать» ее без видимых противоречий (это относится к «малозначащим», второстепенным фактам). Все необъяснимые факты должны быть объяснены, ― они должны либо подтверждать «длинную версию, либо не противоречить ей, быть фактами „сопутствующими и „незначимыми“. Длинную версию надо скомпоновать, „поставить на ноги“ и «вырастить“, т. е. уточнить на основе дополнительных фактов до четкого понимания картины событий.

Версия начинается с предположения, которое фактически является выстрелом «вслепую» для привлечения внимания и группировки известных фактов вокруг этого предположения. Первые предположения могут оказаться и обычно оказываются совершенно неверными, но они нужны для активизации процесса, для его начала.

Примечание-аналогия. Во время ожесточенных боев в Сталинграде, снайпер Зайцев для привлечения внимания немецкого снайпера сделал выстрел вслепую, в воздух. А затем тщательный процесс поиска и выслеживания привел к уничтожению фашистского снайпера, ― майора Конингса. Выстрел вслепую нужен для начала процесса.

Факты группируются вокруг предположения и начинается их проверка и систематизация для воссоздания событий. При этом надо отметить, что реальные события всегда идут по одному «сценарию». Наличие некоей «множественности» предположений и трактовок событий говорит о незавершенности, неопределенности картины событий.

Итак, построение версий начинается с важного начального этапа сбора и систематизации фактов. Под «фактом» и «фактами» ниже понимается общее понятие «достоверных фактов» (обязательно достоверных!), включающее вещественные улики, проверенные (достоверные) свидетельские показания (свидетельства очевидцев о реальных событиях), результаты экспертизы, достоверные фото, аудио, кино и видеоматериалы. В общем, все достоверные характеристики ситуаций и событий. А также под «фактом» может пониматься целая совокупность связанных между собой «фактов».

Пример. В данном случае ― крупный совокупный «факт» ― это «палатка»: ее содержимое, место установки, состояние в момент обнаружения, характер повреждений и т. п.

Факты надо не путать с предположениями, ― это разные вещи. Предположение ― это логическое заключение, основанное на фактах. Причем достоверное предположение обретает силу и значение, только если оно не противоречит другим достоверным предположениям и другим достоверным фактам. Связь предположений и подтверждающих его фактов должна быть достаточно определенной (логически обоснованной по силе, месту и времени), иначе она ставится под сомнение и предположение перестает быть достоверным, даже если оно основано на достоверном факте. Конечно, достоверное, доказанное предположение тоже может рассматриваться, как сложный, совокупный «факт», ― только надо видеть в нем и «ядро» (исходные факты) и «оболочку» логического заключения.

При оценке каждого предположения или короткой версии надо взвешивать факты: мы кладем их, как гири на весы предположения (а при анализе коротких версий уже кладутся, как гири, отдельные достоверные предположения). Противоречащие друг другу факты ― на разные коромысла. Если факт имеет какое-то серьезное возражение, то это возражение тоже кладется на другую чашу весов, как бы уменьшая «вес» факта. Когда факты на одной чаше (или предположения одной версии) явно перетягивают по силе и значимости факты (для версий ― предположения) на другой чаше, ― соответственно делается и вывод о большей достоверности предположения (или версии).

Факты, которые достоверно никак не подтверждены, должны быть названы обязательно «недостоверными» или «непроверенными» фактами, ― на их основе нельзя строить «достоверные предположения». По необходимости недостоверные факты и предположения на их основе надо проверить и либо перевести в разряд достоверных, либо логически отбросить. Недостоверные факты и предположения могут подтверждаться или опровергаться дополнительными фактами на этапах построения версий.

Фактов надо собрать как можно больше, ― с виду незначительный, непримечательный факт может оказаться решающим.

Факты должны быть по возможности изначально разделены по времени, месту действия, по «действующим лицам» и другим характерным «силовым составляющим» (физическим составляющим) воздействий, ― это помогает восстановить причинно-следственные связи событий.

Факты можно постараться разделить по значимости. Наиболее значимыми, «сильными» фактами являются те, которые связаны с аварией по времени, по месту и по силовым составляющим воздействия. Например, в качестве очень значимых, исходных фактов выступают результаты экспертизы о причинах гибели людей. Эти факты обычно прямо указывают на причины смерти, причем они связаны с гибелью людей во времени, в пространстве и по силовым характеристикам воздействия.

Наиболее сильные факты, стоящие на «всех трех точках: время, место, сила, ― очень устойчивы. Их трудно „свалить“, их нельзя игнорировать. Они могут и не иметь существенного значения, но они ― спутники аварии (события), и так или иначе с ней связаны. Привязка фактов к конкретным событиям усиливает достоверность и фактов и событий, усиливает их взаимную значимость с точки зрения достоверности.

Примечание. В случае аварии группы Дятлова экспертизой установлены причины смерти: трое участников погибли от тяжелых физических травм и замерзания, а шестеро ― только от замерзания. Сам характер травм по результатам экспертизы показывал, что травмы эти явились следствием сильного сдавливания (так или иначе, это указывало на лавину, как главную причину травм), а факт гибели от замерзания давал определенный вывод о конечной причине смерти шестерых участников (оставалось только установить, как, при каких условиях и почему произошло переохлаждение).

Все имеющиеся «сильные» факты надо рассматривать очень внимательно и очень внимательно изучать их связи с событием. Такой анализ может очень много дать.

Примечание. В данном случае что-то было видно, а что-то не замечено по результатам судебно-медицинской экспертизы в характере травм участников. Более внимательный взгляд на эти травмы позволил, например, увидеть, что травма Тибо-Бриньоля не могла быть следствием удара при падении или удара летящим осколком, ― в этом случае, по словам эксперта, присутствовали бы характерные повреждения мягких тканей. Характер переломов у Дубининой и Золотарева также достаточно определенно указал на причину, ― сдавливание навалившейся массой, но не удар при «броске» или падении, ― в таком случае присутствовали бы и повреждения мягких тканей, и повреждения конечностей…

«Слабыми» фактами являются такие, которые не имеют видимых связей с аварией (событиями) во времени, по месту и по силовым составляющим. «Слабость» факта состоит именно в том, что причины его возникновения и существования могут быть никак не связаны с процессом аварии. Такой факт может быть «случайным попутчиком», а не причиной и не следствием хода аварии. Поэтому все попытки объяснить ход аварии на основе «слабого» факта могут быть обречены, они могут быть изначально ложными. Но вот попытки других объяснений возникновения этого факта могут быть успешны. Аналогичный смысл вкладывается в понятие «слабости» связи между фактом и предположением, между предположением и версией и между версиями. Связь является «слабой», если нет подтверждения ее существования с привязкой во времени, в пространстве и по силовым (движущим) составляющим. «Слабые» факты и связи могут возникнуть и вследствие фальсификации (намеренной дезинформации) и из-за ошибок расследования (они обычно не подтверждаются при тщательной проверке).

Примечание. Факт наличия радиации на участках одежды двух погибших участников группы Дятлова является «слабым», поскольку он не имеет никакой видимой связи с местом и временем аварии (ничто не указывает на то, что радиация была «подхвачена на месте аварии или в момент ее развития) и с силовыми причинами аварии, поскольку никто из погибших не умер от радиации. Никакой „связи“ между причинами аварии и наличием радиации не просматривается.

Факты нельзя искусственно «притягивать за уши» к событиям. Обычно этот ложный прием состоит в том, что доказывают достоверность и возможность факта, а вот какова его связь с событием забывают (а этой связи попросту нет). Мало ли что «может произойти»! Из того, что «это» может произойти, вовсе не следует, что «это» произошло в данном месте в момент аварии.

Примечание. Сколько «версий» о «взрывах», «ракетах», «НЛО»… в этой истории. Сколько «доказательств» их «достоверности» без всякой привязки к месту, времени аварии и, если присмотреться, то и к реальным причинам гибели дятловцев. То, что в районе Ивделя наблюдались полеты каких-то «огненных шаров», ― это доказанный факт, но вот доказать его связь с местом, временем и движущими силами аварии Дятлова никому не удалось. Поэтому этот факт ― слабый, и принимать его всерьез не стоит. Но ему тоже нашли объяснение, чтобы он не мешал расследованию.

В качестве наиболее значимых фактов, в первую очередь следует отличать те факты, которые прямо указывают на причины возникновения аварийной ситуации, позволяют установить характер ее развития. Менее значимые факты, ― факты, сопровождающие главные события. Они могут позволить восстановить детали событий, и они не должны противоречить логике событий. Сопровождающие факты, подтверждающие и дополняющие короткую версию событий (на основе достоверного предположения) уместно назвать «дополняющими» фактами.

Примечание. В данном случае, существенные «дополняющие факты», подтверждающие сход лавины, ― оторванные тяги палатки со стороны склона, общий занос палатки снегом, смерзание в палатке части снаряжения, засыпанной снегом и придавленного снежной массой. Достаточно определенно указывают на лавину и травмы участников группы. То, что травмы имели «ограниченную тяжесть», причем не у всех туристов, ― указывает на ограниченную мощность лавины. Характер надрезов и разрывов палатки однозначно указывает на то, что они выполнены из-за необходимости экстренного выхода из палатки в условиях, когда вся палатка была придавлена снежной массой.

Исходный пункт: известные факты, главный и первый из которых: «авария произошла» (или: «что-то произошло», если еще не совсем ясно, «что»). Конечные результаты аварии являются важнейшими исходными фактами. Важнейшими исходными фактами являются и те, которые характеризуют ситуацию до аварии, ― в данном случае, это планы группы (маршрут, сроки, действия до аварии). К этим фактам надо «приложить» все остальные известные факты и сразу разделить их на подтвержденные и неподтвержденные. Можно также расставить факты по «значимости», но не следует идеализировать такое деление, поскольку в этих оценках изначально можно серьезно ошибиться (внешне незначительный факт может оказаться ключевым). Факты могут внешне очень обманывать по значимости, как бы разделяясь на «интересные и неинтересные». Внешне чем-то интересный, необычайный факт может не иметь никакого существенного значения для расследования. А другой, совсем не примечательный, самый «обычный» и «серенький» факт может оказаться решающим, ключевым.

Свидетельские показания (свидетельства) – это тоже «факты», но факты, имеющие свою специфику. Их особенность состоит в том, что

― свидетели событий видят не всю «драму», а только то, что им доступно для наблюдения (со своей позиции, ограниченной во времени, в пространстве, и со своих позиций понимания увиденного);

― свидетели событий могут быть шокированы, психологически травмированы тем, что увидели;

― свидетели в ходе наблюдения могут не проявить интереса (иметь «отвлеченное внимание»);

― свидетели могут быть по причинам личного порядка никак не заинтересованы в объективном расследовании, а могут (в отдельных случаях) быть заинтересованы в том, чтобы «увести» расследование в нужном направлении или ввести в заблуждение на основе своих представлений, не всегда точных и правильных.

Показания различных правдивых свидетелей (дающих правдивые, чистые показания) могут выглядеть не соответствующими друг другу. И даже во многом противоречивыми показаниями, если не учесть условий, при которых они наблюдали события (в том числе и состояния людей в момент наблюдения, например, эмоционального состояния, уровня внимания и понимания событий, длительности или эпизодичности и времени наблюдения, позиции наблюдения и т. п.). При правильном учете этих факторов показания правдивых свидетелей начинают дополнять друг друга, соответствовать известным фактам и позволяют лучше увидеть картину событий, связать события вместе. Неумышленное введение следствия в заблуждение обычно связано с неверными представлениями свидетелей о явлениях и людях, с «фантазиями» свидетелей. Здесь могут помочь вопросы к свидетелям типа: «А почему Вы так считаете?..». Правдивые свидетели могут изменить свои показания после осмысления событий, поскольку первоначальная оценка может быть поверхностной и непродуманной (обращают внимание на одни детали, но более важными оказываются другие). Такое изменение показаний не должно вызывать подозрений во лжи: надо только установить, почему (под действием каких фактов и соображений) показания так изменились.

А вот показания лживых свидетелей (дающих лживые показания) могут выглядеть и очень правдоподобными, соответствующими друг другу, если ложь подается в рамках принятой ими «легенды-версии» событий или собственных «фантазий». Но при тщательной проверке, сопоставлении с фактами и уточнении наблюдений показания лжесвидетелей начинают расходиться, поскольку уточненные варианты «легенды-версии» событий у каждого различны, а «фантазии» не связаны с реальной цепочкой событий (они так или иначе расходятся с ней) и расходятся в представлении людей. Умышленная дезинформация может быть связана с желанием «выгородить» себя и других лиц от возможных обвинений, с попытками уйти от ответственности. Обычно, у «заинтересованных» лиц, но вот сама «заинтересованность» может иметь очень скрытый характер и мотивы (например, она может объясняться скрытой симпатией или неприязнью к какому-то человеку).

Таким образом, показания свидетелей тоже надо систематизировать: часть из них после проверки может попасть в число подтвержденных фактов, часть ― в число фактов неподтвержденных, а часть просто отброшена как вредные, ненужные и несущественные. Вот по этим признакам факты (включая и свидетельские показания) надо тоже постараться систематизировать очень четко.

Улики, ― вещественные доказательства (например, предметы снаряжения) следует также тщательно изучить и отметить характерные особенности, которые могут помочь в расследовании. Следует особо отметить видимые отклонения не только во «внутреннем состоянии предмета», но и в его пространственном положении, особенностях его последнего использования (и даже факте самого наличия такого предмета в зафиксированном состоянии). Вещественным доказательством является и само место происшествия, которое надо осмотреть очень тщательно и, по возможности, не нарушая его состояния. Желательно снять его на фото или видео, записать на диктофон, в каком положении находятся предметы и останки людей. Все это может очень помочь расследованию. Пропажа вещей также дает ряд фактов, которые надо учитывать при разборе: например, отсутствие предмета снаряжения (карабина) может свидетельствовать о его разрушении, ― а этот факт выводит на причины аварии.

Положение улик фиксируется по показаниям свидетелей, которые их видели первыми, ― например, положение палатки, следов и вещей у палатки по показаниям Слобцова, Шаравина, Чернышова и тех членов их групп, которые видели палатку и вещи вечером 26 и утром 27 февраля. А вот показания других свидетелей, например, Масленникова (от 28.02), должны приниматься с поправкой на то, что положение вещей и следы к моменту наблюдения уже могло измениться, ― оно уже не было таким, как в момент обнаружения палатки. Поэтому ссылки на показания отдельных свидетелей могут быть в принципе неверны, поскольку эти свидетели наблюдали уже измененное состояние следов и улик. Отсюда, конечно, вовсе не значит, что свидетели «врут» или пытаются ввести в заблуждение, ― просто они передают не изначальное, а измененное состояние следов и улик.

Так что факты должны занять свое место в цепочке событий. Действительно, изначально некоторые особенно «жареные фактики» могут показаться очень важными и существенными для расследования, но на поверку оказаться совершенно не нужными и вредными, только уводящими от понимания.

Условно факты можно разделить так: во-первых, это факты ложные: они только «наводят туман» и уводят расследование по ложному пути. Такие «факты» надо разоблачить и отбросить, доказав их ложность.

Во-вторых, это факты пусть и правдивые, но несущественные. Они могут «присутствовать» при развитии событий, но никак на них не влияют и не являются следствиями аварийной цепочки. Условно это факты с «нулевой ценностью», хотя реальная их ценность отрицательна, поскольку они могут мешать правильному пониманию (заслонять более значимые факты).

В-третьих, это сопутствующие факты, являющиеся следствиями аварийной цепочки, но не оказывающие существенного влияния на дальнейший ход событий. Такого рода факты помогают увидеть причины, их породившие. Эти факты надо анализировать именно для раскрытия механизмов, движущих сил ситуации (аварии). Их надо отнести к своим коротким версиям.

Примечание. Примером такого факта являются надрезы на палатке: они ― след ситуации, когда участники группы искали способ и направления выхода из палатки, придавленной снегом.

В-четвертых, это факты правдивые и значимые для понимания, являющиеся следствиями, а не причинами развития событий. Причем для последующих событий они являются уже причинами развивающими, усугубляющими события. Очевидно, что такие факты должны быть поставлены на «свое место» в цепочке событий (по значимости, по месту, времени и роли в дальнейших событиях), отнесены к своим коротким версиям.

Примечание. Травмы участников группы Дятлова ― факты значимые для понимания ситуации. Они являются следствием «лавины ограниченной мощности», и они являются важными (но не всеми) причинами дальнейшего развития аварии.

Наконец, наиболее значимые факты – это те, которые являются следствиями главных причин событий (на стыках коротких версий), и факты, непосредственно связанные с начальными причинами критической ситуации, приведшей к аварии. На эти факты опираются предположения для построения коротких версий. Для каждой короткой версии наиболее значимым начальным фактом является вся ситуация, которая воссоздана предыдущей, родительской версией.

Таким образом, незначимые факты ставятся отдельно (но не забываются), а значимые ― по следующему «ранжиру»:

Последующая короткая версия ― это «последействие» предыдущей версии в новых, изменившихся условиях.

«Последействие» уже после завершения аварии может существенно усложнять итоговую картину, «смазывать» факты, «накладывать их друг на друга, мешая восстановить взаимосвязи и логику событий. Природная, человеческая и техническая среды сами постепенно уничтожают улики.

В процессе развития аварии могут сложным образом переплетаться и взаимодействовать такие факторы ее развития, как правильные и неправильные действия людей, срабатывание, отказ и разрушения технических средств, а также объективные факторы природной среды. Все эти группы причин могут быть и решающими, и «сопутствующими» факторами. Реальную их роль надо выявить (увидеть) и установить на свое место во времени, пространстве и по значимости в общей цепочке событий.

В ходе сбора фактов, построения версий событий очень важно освободиться от «черных кошек», ― тех «химер», которые мешают видеть, закрывая глаза шорами, или которые уводят в сторону от истины. Она, истина, бывает очень даже невзрачной «Золушкой», а химеры ― фантастически соблазнительными красавицами!

Примечание. Помните, в «Эре милосердия» Вайнеров: «Очень трудно искать черную кошку в темной комнате, особенно когда ее там нет». Химеры ― это те «черные кошки», которых может и не быть!

Процесс расследования действительно напоминает исследование «черной комнаты», «черного зала», «черного ящика» (ниже: «черный зал»). «Черный» ― потому, что не видно, что в нем. Путем построения правильной «длинной версии» событий в зале как бы «зажигается свет», становятся видна его обстановка, его еще темные «углы» и «закоулки». И «черные кошки» ― химеры тоже становятся видны, если они есть.

Но вот если из себя изначально некоторых таких химер сразу не изгнать, то «черный зал» может превратиться и в бесконечный коридор, и в «критский лабиринт», а то и в безбрежное поле, в пространство многих измерений. Чтобы этого не произошло, надо загнать себя в реальные рамки достоверных фактов, снять с глаз мешающие видеть повязки и не позволить увести себя и других в сторону от расследования. Надо в этом «зале» научиться чувствовать «стенки» (запреты), и не проходить сквозь них. Такой проход сразу «выбрасывает» расследование в зону ложных поисков, в зону «заблуждений». Что же это за «химеры», которых надо истребить?

Первая такая «химера» ― это любая «сущность» (явление, событие), которая не подтверждена реальными фактами аварии, которая основана только на неподтвержденных предположениях (химера-сказка). Само событие, на котором основана «химера» может быть реальным, но вот если оно не имеет подтвержденной связи с аварией (расследуемым событием), то это ― химера! В науке есть фундаментальный принцип: бритва Оккама:

Сущности не должны возникать без необходимости.

Или так: «Нельзя делать посредством большего то, чего можно достичь посредством меньшего». См.: С.Лем. «Сумма технологий», Москва, «МИР», 1968, с. 548.

Потому ― прочь все «сущности» (явления, события), не подтвержденные фактами, и не подтвержденными реальными связями с расследуемым событием по месту, времени и силовым составляющим! Ведь всякого рода «духов», «гуманоидов», «ведьм», «тонких и толстых энергий», «лих одноглазых», «чертей на булавочной иголке» и т. п. можно придумать сколько угодно! Все эти сущности, «версии», явления можно назвать «пудреницами», или, точнее, «пуДРЯНЬницами». Они мозги всякой дрянью «пудрят»! Прочь схоластику! На помойку их!..

Примечание. Среди всех «версий» аварии группы Дятлова, изложенных в книге А.Матвеевой есть одна, называемая «Карлики Актриды». Суть ее состоит в том, что души погибших туристов были похищены злыми карликами Актриды, ушедшими под землю. Версия опиралась на старинную легенду. Мне после прочтения вдруг захотелось пошутить над этой «версией», но тут я понял, что сама эта «версия» является провокационной шуткой, издевательством над подобными «размышлениями», наполненными предрассудками и мистикой. Авторы этой «психохмологической версии» («хохмы»), наверно, до сих пор взахлеб смеются над теми, кто начинает их всерьез критиковать. А вот почему большинство людей не поняли эту шутку, психологически понятно: уж слишком трагичны все эти события, чтобы по их поводу можно шутить!..

Примерно столько же «стоит» и версия о «Сокровищах Ариев», ― почему бы не «золото Инков» или не «проклятие Шамбалы»?.. Надо же видеть глубокие истоки нашего подсознания в любви к подобным сказкам! Они, эти сказки, ― продолжение детских сказок, продолжение «Похитителей Бриллиантов» и «Копей Царя Соломона», посеянных в нас в очень раннем возрасте. О них так хорошо говорится устами Тома Сойера в его фантазиях о «пиратах» и «разбойниках». Сказки взрастают в нас, в них мы верим подсознательно. Классический пример: почему мы так любим «Бывалого, Труса и Балбеса», ― сказка эта о Пузыре, Соломинке и Лапте вложена в нас с молоком матушки. А милые Шурик (А.Демьяненко) или Семен Семеныч (Ю.Никулин, «Бриллиантовая рука»), ― это ведь наши «Иванушки-дурачки». А Ниночка (Н.Варлей, «Кавказская пленница») или Лидочка (Н.Селезнева в «Операция Ы…», да и в «Иване Васильевиче…»), ― это ж Василиса Премудрая. А «Шеф, Лёлик и Козлодоев» («Бриллиантовая рука»), да и указанное выше классическое трио, ― это ж сказочный Змей-Горыныч о трех головах, которые все бестолковые. И истина: в сказке жизни надо быть таким «дурачком», как Шурик или Семен Семеныч, но не дураком. Разница принципиальная, ― дурак он только себя считает умным (и себя ставит над всеми), а вот учиться и понимать ничего не хочет. Потому дурак и остается «в дураках»… Кстати, «Белое солнце пустыни», ― это современный вариант сказки «Али-Баба и сорок разбойников»…

Сказки надо любить и понимать, но внутренне не впадать в сказочные заблуждения. Кстати, у этой первой химеры-сказки, как и у других химер, есть своя противоположность, ― «подружка», или оборотная сторона (как хотите), химера-анти-сказка, не менее коварная и вредная. Она состоит в полном отсутствии фантазии. Нет, фантазировать при расследовании надо уметь, но только с опорой на реальные факты. Шерлок Холмс был порядочным фантазером, ― он умел зацепиться за маленький «фактик», и за этот «фактик» вытащить «злыдня» со всей его подноготной… Просто, «фантазия» должна творчески вырастать из реального «семени факта» и из реальной связи этого факта с рассматриваемой ситуацией, а не из нереального «воздушного замка» и не из реального «замка», который к ситуации не имеет никакого отношения.

Чтобы не быть химерой-сказкой предположение должно быть достоверным, ― оно должно быть основано на достоверном факте (фактах), достоверно связанных с аварией (событием) во времени, в пространстве, и по существенным силовым составляющим (т. е. эта многомерная связь сама должна быть по сути «сильным» фактом).

Примечание. В данном случае, химерой-сказкой, так или иначе, являются все версии о «взрывах». Никакими фактами наличие «взрыва» не подтверждается, а характер травм, повреждений палатки и характер развития ситуации по целому ряду признаков противоречит версии о «взрыве».

Отсутствие фактов, ― тоже факт, на основе которого неподтвержденное предположение или версия должны быть отброшены.

Любое усложнение ситуации должно быть обосновано фактами! А все не обоснованные фактами события и предположения должны быть отброшены, как ложные!

Вторая крупная химера, ― химера обвинения и подозрительности. Или химера необоснованного начального обвинения, химера подозрений в «злоумышленных действиях». Необоснованные обвинения и подозрения без достаточных оснований ― это провокация. Она провоцирует встречные обвинения и подозрения. Когда в «черном зале» зажигается свет, «вина» и «невиновность» действующих лиц становится понятной и прозрачной. Но вот пока расследование не закончено, обвинять кого-то неправомерно. Понятно, почему родственники пострадавших, сходящие с ума от боли и горя, начинают порой обвинять «всех и вся». Но следователь не должен кого-то обвинять: это не его функция (это функция других гражданских институтов: суда, прокуратуры, администрации, общественного мнения). Боль, стресс ситуации обычно вызывают первую болезненную реакцию человека (и человека «во власти» тоже): «Кто виноват!?». Авария с тяжелым исходом может нанести душевную боль и резкие вызвать нервные реакции у людей впечатлительных и людей с нарушениями психики.

Надо еще вот что иметь в виду: если в криминальных преступлениях изначально присутствует чья-то «вина» из-за ущерба, нанесенного гражданам и государству по «злому умыслу» преступления, то при авариях с туристскими группами такой «вины», скорее всего, может и не быть. Здесь какие-то «злоумышленные действия» скорее не правило, а исключение. В основной массе туристы, ― это не «уголовный элемент», это законопослушные, мирные граждане. Как и все люди, они совершают ошибки, но до серьезных правонарушений здесь дело доходит очень редко. Мелкие и крупные нарушения правил проведения походов у туристов встречаются, но это никак не «уголовные» проступки. Уголовные правонарушения у туристов встречаются крайне редко. Потому изначально прочь все обвинения и подозрения, ― они уводят расследование в сторону. В частности, обвинения и подозрения, ― это та «излишняя политизация» событий, которой быть не должно (мусора «обвинения и оправдания» в политической реальности очень много).

Оборотная сторона химеры обвинения, ― это «химера всепрощения», химера начального «выгораживания» людей от ошибок. К примеру, говорят: «…Группа была опытной, руководитель ― ответственный! Он не мог…» Что «не мог»? Не мог совершить ошибки? Ошибки совершают все, ― в том числе самые опытные и умные мастера!

Примечание. У нас опыт походов и восхождений по сроку примерно в полтора раза больше, чем возраст Дятлова, ― руководителя группы. И опыт спасательных работ есть. Но мы не беремся самоуверенно утверждать, что в такой сложной ситуации, какая сложилась после схода лавины в группе Дятлова, мы бы не допустил никаких ошибок. В данном случае мы реально могли бы совершить такую же ошибку, как Дятлов и его группа. Вот чего мы бы точно не сделали, скажем: мы бы чисто интуитивно не поставили палатку в таком месте, где поставил ее Дятлов (выбор места остановки в горах ― не шуточки)… Здесь совершенно ясно, что гораздо легче было предотвратить ситуацию, чем потом из нее выходить. Чем сложнее ситуация, ― тем проще допустить ошибку, тем больше цена «не оптимальности решения». Искусство руководителя состоит в том, чтобы сделать ошибок как можно меньше, и чтобы ошибки не имели аварийных и катастрофических последствий. Совсем же избежать ошибок никому не удается, ― так могут утверждать только люди, которые сами никогда не водили туристские группы в сложные походы.

В случае же тяжелой аварии исходно утверждать, что туристы не совершили никаких ошибок, по меньшей мере, наивно.

Примечание. Вот в данном случае с группой Дятлова налицо ошибки, совершенные руководителем группы и выпускающей организацией (спортивным клубом института) еще на этапе оформления документации. Дятлов не оставил в выпускающей организации копию маршрутной книжки (маршрутки) с подробным описанием, схемой и графиком маршрута. А представитель выпускающей организации не проконтролировал его и не потребовал маршрутку. Отсутствие маршрутки очень затрудняет и контроль группы, и ее поиск, если она не выходит в контрольный срок. Без маршрутки толком не знали: а когда должна вернуться группа, сколько в ней участников, где ее искать, куда она может зайти и куда отклониться?.. Что, Игорь Дятлов об этом не знал? Да, он знал, но «допустил»… И группу спасатели нашли быстро только потому, что у них был хорошие свидетели, ― Юрий Юдин, участник, сошедший с маршрута и Рягин, который сумел восстановить карту с маршрутом. Они знал, где искать. А если бы этих свидетелей не было, дятловцев, наверняка, искали еще дольше. Кстати, и Юдин допустил ошибки: после истечения контрольного срока (а ему этот срок был известен!) он не поднял тревогу. Спустя 3 с лишним недели спасатели в любом случае смогли лишь «собрать обломки» группы Дятлова… Эти ошибки с точки зрения организации и дисциплины в чем-то (не во всем, конечно) «опускают» самодеятельную (спортивную) группу до уровня «дикой» группы, которая ходит «где хочет», «когда хочет», и «с кем хочет»…

В ходе расследования надо объективно установить, какие ошибки совершила группа и ее руководитель.

Вопрос об ошибках надо отделить от вопроса «вины за ошибки и последствия», ― это в принципе совершенно разные вещи.

Очень черна «химера недоверия»: видят и верят в какие-то надуманные и мелкие факты, а сильные, важные факты не видят, не верят им «в упор». Не верят, например, «официальной версии» только потому, что она идет «от власти», что она «политизирована». Но ведь и явной «политизацией» являются обвинения власти в том, что она не совершала. Не верят результатам экспертизы потому, что они не укладываются в рамки личных фантазий. И так далее. Реальные факты нельзя отбрасывать (не верить им) без достаточных оснований.

А оборотная сторона химеры недоверия, ― это «чистая вера». Тоже враг расследования. Следователь должен верить только реальным фактам. Принять что-то «просто на веру», ― значит почти наверняка впасть в заблуждение. Расследование ― не бог, не молитва, не религия. Верить людям надо, если нет серьезных сомнений в их честности, но надо видеть и то, что они «реально видели», и в чем они могут заблуждаться (о свидетельствах выше было сказано). Очень коварной является такая разновидность химеры «чистой веры», как химера отсутствия самокритики, ― химера самоуверенности. Она позволяет человеку запросто «проходить сквозь стены» собственных заблуждений, не замечать их. Или в «черном зале» расследования на основе своего «авторитетного мнения» запросто воздвигать «перегородки», за которые заходить нельзя (на основе утверждений» «этого не могло быть», «я на этом „собаку съел, но со мной так не случалось…“). Человек верит в себя, как в „бога“. С такими людьми бесполезно спорить, ― доказать им что-то невозможно. Они будут до конца стоять на собственных заблуждениях и упорно отстаивать „руины доказательств“ только потому, что они для них „свои“, „родные“, а другое мнение никогда не примут, только потому, что оно „чужое“. Противоположность этой химеры, ― полное отсутствие своего мнения, отстаивание мнения человека, который является „абсолютным, непререкаемым авторитетом“ (основанная опять же, на вере в этого человека, как в „бога“, или в „заместителя бога на Земле“).

Примечание. Доказать существования или не существование бога невозможно. Это вопрос «чистой веры». Надо скромно оценивать свои возможности: на некоторые вопросы человек никогда не сможет дать окончательный ответ (например, на вопрос первичности материи и сознания). Потому и ставить и дискутировать на такие вопросы не совсем правомерно. Лучше именно сойтись на том, что есть вещи не доказуемые. Тем более, диалектическая логика движения (а движение ― это всегда и отрицание всего, в том числе и «достигнутой истины») всегда сложнее неподвижной формальной логики. Хитрый Воланд насчет доказательств существования бога немного не договорил: Кант нашел 5 доказательств существования бога, нашел опровержение всем пяти, ― доказал существование бога… а дальше нашел еще несколько подтверждений к этому опровержению, чтобы все их на новом шаге опровергнуть!.. Не пора ли эту казуистику закончить?

Авторитет и собственный, и «чужой» работают эффективно только в опоре на реальные факты. Если человек плохо разобрался в ситуации, или игнорирует реальные факты, собственных или чужой «авторитеты» ему могут только мешать, ― за ними он может не увидеть ситуацию и легко впасть в заблуждения.

Еще одна химера ― химера выгоды. Подсознательное указание: такая «точка зрения» или факт «выгодна». А другая (другой факт) ― нет, не выгодна (опять химера-двойник, но уже «невыгода»). Обычный самообман: люди сами себя подсознательно обманывают. Очень часто это связано с профессиональной деятельностью или личными увлечениями. Политики подсознательно ищут «политическую выгоду» из определенного «направления расследования». Журналисты видят выгоду в создании «сенсации» (чтобы увеличить внимание читателей и тираж издания). Юристы и милиционеры всюду видят криминал. Спасатели всюду видят нарушения и расхлябанность («бардак») с опасностью аварий, а пожарники ― возможность возгорания… Экономисты мысленно пересчитывают все последствия аварии на деньги. Технократы обычно все причины аварий сводят к причинам технического плана. Каждый стремится затащить других в ту область, где он чувствует себя сильнее, где он ― «корифей» (или таковым себя считает)! И каждый видит все через свои «светофильтры», ― он хорошо видит то, что хорошо знает, а то, что знает хуже, ― то видит очень расплывчато и менее осязаемо. Надо постараться отбросить личные «светофильтры» и увидеть весь спектр явления, считаться со всеми его проявлениями, а не только с теми, которые «близки» или «лучше видимы»…

Примечание. В данном случае аварии группы Дятлова было много «технических» версий с взрывами, «испытаниями» оружия, «натриевыми облаками»… Обычно такие «версии» выдвигают большие любители технических средств. Из «нашей» среды инженеров и изобретателей…

Соображение «выгоды» может быть сильно завуалировано любовью человека к тому или иному роду деятельности, его идеализацией. Каждый человек ― в той или иной степени идеалист своего дела. За большими знаниями и умениями в одной сфере деятельности зачастую скрывается и завышенная оценка этих «добродетелей», и недооценка тех «сфер» и «моментов», которые с ними не связаны. В расследовании надо уметь быть и «многоборцем» и уметь не быть «идеалистом» собственных пристрастий.

Примечание. Есть люди, которые просто по роду своей деятельности видят выгоду в том, чтобы «красиво соврать» («Почему соврал? Ну, вдруг захотелось соврать, вот и соврал….», ― говорит Кузьма Иорданов ― герой Юрия Никулина в фильме «Когда деревья были большими», который при этом врет…). Есть профессии, в которых вранье (ложь правдивая и ложь наглая) – это высокое искусство. Врут «разведчики» и «газетчики» (помните шутку из фильма «Товарищ генерал»: «Кто больше всех врет на фронте? Разведчики и газетчики. Газетчиков ― поди-ка, опровергни. Разведчиков, ― поди-ка, проверь!»). Понятно, что здорово врут политики и артисты (и те и другие не себя, а других людей и «на определенных людей» играют, только «вранье» политиков ― это ложь «во спасение», а «вранье» артистов ― это «правда высокого искусства»)! Из юристов самые красивые вруны ― это адвокаты (самая «белая кость», ― из кровавого волка обиженного ягненка сделать, ― это для них «высший класс»)! Сейчас кто-то возмутится: «Вы чего это „пачкотней“, шельмованием высоких профессий занимаешься!..» Нет, мы не хотим никого «испачкать», ― мы просто хотим (не без иронии, извините) указать, в чем каждый из нас может внутренне сам себя обманывать и подсознательно уводить себя в сторону по соображениям «выгоды». Вследствие, прежде всего, своего рода деятельности и своего рода увлечений. Они могут и часто «заводят не туда»…

«Выгода» серьезного расследования состоит только в воссоздании истинной картины событий. Только за это следователь вправе рассчитывать на благодарность и уважение общества.

Есть химера страха, паранойи. Полет слегка (или сильно) травмированной психики. Начинают верить во всякие ужасы без особых оснований. Реальная основа всех этих страхов: вся та уголовная и политико-террористическая «чернуха», которая на нас льется с экранов и страниц. А до нее был ужас в виде призрака атомной войны. «Ужасы надо отбросить: уголовщины и войны (тем более, атомной) в турпоходах немного, и связана она обычно не с действиями туристов, а с каким-то местным криминалом. Но тогда где доказательства действий криминала? Только когда они есть, подозрения на криминал реальны.

Примечание. В данном случае аварии группы Дятлова есть ряд версий о «зачистке», нападениях уголовников», «имитации» (подтасовки улик), «эскадронах смерти», «сбросах с вертолета», «пытках на морозе»… Но вот реальных следов криминального преступления нет. А их ведь следователи искали в первую очередь, причем очень тщательно.

Ложным построением, своеобразной «химерой» является построение объяснения-«матрешки» (химера-«матрешка»). Это когда событию дают объяснение, которое само является необъясненным. А это необъясненное пытаются обосновать следующим недоказанным утверждением. Так, как будто, раскрыв одну «матрешку», находят в ней другую…

Примечание. В данном случае аварию объясняют, например, инфразвуком, но не приводят фактов регистрации инфразвука в данном месте, ни физического источника, от которого инфразвук мог возникнуть, ни реальными обоснованиями физиологического воздействия инфразвука, вызывающих панику. Одно необъясненное явление (авария) объясняют другими необъясненными явлениями (инфразвуком). То же самое, и с уголовниками… Могут возразить: но ведь «лавина» ― тоже «недоказанная „сущность“! Вот уж никак нет! От лавин в лыжных походах гибнет около 80 % туристов. Эта „сущность“ очень даже „доказанная“. Особенно с учетом множества фактов и улик, подтверждающих сход снежного оползня на палатку дятловцев.

Нельзя считать, что ответ на вопрос дан, если этот ответ содержит еще более сложный вопрос: нельзя из одной «матрешки» извлекать другую, еще более крупную (а то и несколько крупных). Конечно, при расследовании при ответе на один вопрос, помимо ответа возникают другие, более мелкие вопросы (кроме ответа, «вываливаются» мелкие «матрешки»), ― на них тоже надо ответить. Расследование идет по верному пути, когда даются ответы на сложные вопросы, и сложные вопросы сводятся к более простым, на которые находятся обоснованные ответы. А когда ответы на сложные вопросы сводятся к еще более сложным вопросам, ― дело только запутывается, заводится на ложный путь, в непроходимый тупик.

Конечно, химерами расследования являются и все ложные и непроверенные факты, и лжесвидетельства, и низкая квалификация расследования (плохой сбор, плохая проверка фактов и связей). Несколько десятков «версий» аварии Дятлова покоились на непроверенных фактах и заблуждениях. Проверка фактов похоронила все эти «версии» и заблуждения.

Приведенный список «химер», конечно, неполный, ― эти только самые крупные. Всю эту шелуху надо отбросить, чтобы за ней увидеть картину событий, чтобы не уйти в сторону.

Вместо химер для расследования могут быть привлечены мощные «союзники», существенно помогающие восстановить картину событий. Какие союзники?

Конечно, это знание «среды» расследования, ― в данном случае, это особенности природной среды (где совершаются туристские походы), это особенности и проблемы поведения туристов в группах (свойства человеческой среды), особенности и свойства технической среды (очеловеченной природы, ― техники), помогающей людям в походах. Это знание дается опытом работы с «этими средами», внутри этих сред.

Очень помогают аналогии с известными случаями критических ситуаций и аварий в других походах. Конечно, каждая авария ― уникальное, неповторимое явление (обычно не укладывающееся ни в какие статистические рамки теории вероятностей). Но вот что интересно: если ее «разложить на составляющие», на «короткие версии», то почти для каждой такой короткой версии находится известный аналог, ― короткая версия в другой аварии. Отдельные «кирпичи», слагаемые ситуаций оказываются достаточно похожими, если о них знать. Чем больше таких примеров перед глазами следователя, тем проще ему увидеть ситуацию и в ней разобраться. Помогают и аналогии с авариями в других «сферах» деятельности, ― поведение и природы и людей в критических ситуациях и авариях может быть очень сходным…

Примечание. У нас в 1990 году на Эльбрусе погибли два товарища по походам (история описана в газете «Вольный ветер» № 29, с.11, под названием «Такая непонятная авария» и на сайтах www.turism.ru/veter и www.mountain.ru ― раздел «Люди и горы»). Финальная картина тяжелой холодной аварии чем-то очень напоминала картину финала группы Дятлова. А близких аналогов аварии группы Дятлова с гибелью людей в лавине и гибелью от замерзания видится достаточно много. Ситуации с разрезами палатки прослеживаются четко на примерах случаев, когда палатки были придавлены снегом: разрез, ― вынужденная мера. А ситуации со спуском без обуви характерны для случаев, когда обувь или потеряна, или когда ее трудно надеть на морозе. Известны и ночные бегства из палатки от испуга из-за сошедшей рядом лавины.

Конечно, к мнениям других (это тоже союзник!) надо уметь чутко прислушиваться. Надо уметь различать мнения дилетанта и человека умудренного, знающего. Мнение дилетантов ― обычно сущая чепуха, а мнение толпы ― тем более. Толпа своего «мнения» не имеет, она может пойти за мнением какого-то «авторитета», а численность ее ― это не аргумент в пользу «правоты». Умный специалист никогда не станет «привязывать» свое мнение к мнению толпы дилетантов.

Мнение знающего, опытного специалиста ― очень мощная поддержка. В случае аварии Дятлова заключения врачей, гляциологов, специалистов по ракетной технике имели решающее значении для продвижения к правильному пониманию ситуации. При расследовании следователь должен найти, привлечь знающих специалистов и вдумчиво использовать их выводы, привязав их к событиям аварии.

Конечно же, союзниками являются известные вещи: живой интерес, трудолюбие, упорство, тщательность поиска…

Их много, союзников, и у каждого свои «союзники» живого творчества.

Итак, факты собраны и систематизированы по времени, по месту, силовым характеристикам и по значимости. На основных, реальных, фактах построены достоверные предположения, связанные по этим признакам с реальной ситуацией (тоже по времени месту, силе, а если надо, то и по другим признакам). Развитие ситуации на каждом временном этапе на основе достоверного предположения дает короткую версию событий.

Принцип максимальной исходной полноты версий состоит в том, что исходно надо постараться собрать возможно больше достоверных предположений о характере событий и проанализировать каждое на предмет построения короткой версии событий (пусть и на очень кратковременном этапе времени). Явно несостоятельные предположения надо отбросить. Если логический ход при построении версии вызывает несколько новых тупиковых вопросов (на которые нет ответа), это признак или несостоятельности версии, или ее несовершенства (существенной недоработки).

Пример. Вот в данном случае, версия о взрыве: а почему пострадали только четверо, а не все? Почему, если эти четверо находились вне палатки, палатка после «взрыва» оказалась закрытой? Почему сама палатка не пострадала от взрыва?.. Здесь очевиден логический тупик. Но если чувствуется здесь «стена» нашего черного зала, значит, через нее уже не пройдешь, ― надо двигаться куда-то в сторону…

Каждая версия ― «золушка» в толпе девушек (небольшая сказочная аналогия на основе фильма-сказки «Золушка»). Чтобы ее найти, надо ласково собрать в толпу всех девушек, а не только «придворных красавиц». Конечно, про «золушку» известно, что она девушка честная и трудолюбивая, ― потому толпу девушек можно и «почистить» от явных лгуний и лентяек, несмотря на их внешнюю привлекательность.

Примечание. Ошибка короля состояла в том, что он назначил конкурс «в один тур», когда условия конкурса на звание принцессы (будущей королевы!) требовали соревнования; ― во втором надо было назначить «зашивание воротника», а в третьем ― песню и танец, причем назначить «королевское жюри», в котором «король, принц да „волшебник“, а других „дураков“ не берем», ― для расследования тоже надо уметь выбирать достойных, заинтересованных партнеров, чтобы они реально помогли, а не стали уводить в сторону или мешать. Такая организация конкурса, ― солидный залог его успеха.

Затем чтобы найти «золушку» надо примерить к девушкам «туфельку обстоятельств». При этом надо помнить, что успех зависит не только от выбора девушки, но и от «туфельки». В ходе примерки надо видеть не только девушку, но и туфельку и, если надо, обоснованно «подправить» эту туфельку под девушку, а девушку под туфельку (уточнить факты, обстоятельства и их значимость). С нужной «девушкой» вдруг находится и вторая «туфелька» ― какие-то дополняющие факты-откровения (это ― хороший признак добротной версии). Ищите «вторую туфельку», ― факты, подтверждающие версию!

Примечание. В данном случае, вторая «туфелька» ― это связка из «дополняющих фактов»: занос палатки снегом (при сохранении следов на склоне), обрыв тяг со стороны склона, характер надрезов, смерзание вещей, куртка в разрыве палатки, трещина ската палатки. Все эти факты работают на версию о лавине, ― они привязаны к событию по времени, по месту и по действующим силам. Чуть позже добавились и еще факты. Например, почему палатку стали резать: вход в палатку был забаррикадирован крупными вещами вне палатки (печка, ведра, топор, пила, ледоруб…), а внутри палатки у входа были сложены продукты. Наружные вещи, засыпанные снегом, мешали выйти из палатки через вход, и особенно мешали вытаскивать раненых. «Добавился» и фонарик, лежавший на палатке на слое снега (это когда они ее уже покинули!). Добавились следы-столбики, выдутые ветром из-под снега, ― они прямо указывали на то, что значительный горизонт снега был сдут, но вот палатка при этом не освободилась от

Но вот, туфельки, вроде, подошли, ― а что делать дальше? Мудрый маркиз Па-де-Труа сказал: «Конечно, танцевать!». Пусть «золушка» «пройдет» в «туфельках» весь танец ситуации от начала до завершения. Если танец явно не получился, ― что-то здесь «не так» или у «девушки», или у «туфельки». Если танец получился не совсем складным, ― надо постараться подправить, увидеть их получше, ― и «девушку», и «туфельки» (обстоятельства), и ход «танца» (ход ситуации)…

Примечание. В данном случае версия о взрыве, если предположить, что он был, сразу начинает «хромать на обе ноги», подобно тому, как «лже-золушка» Анна захромала в хрустальной туфельке. Сразу непреодолимые противоречия: если взрыв произошел, ― зачем куда-то бежать? А если не произошел, ― откуда ясно, что он произойдет здесь, а не там, куда побежали. Взрыв произошел, ― тогда зачем продолжать бежать?.. Почему так слабо пострадала палатка? Почему такие травмы? Почему палатку стали резать, когда она была открыта (ведь трое были снаружи) Где обломки боеголовки? И т. д. Где реальные факты о связи «взрывов с данной ситуацией? Их нет, ― налицо химера!

Ни в коем случае нельзя отказываться от построения версии на основе каких-то частных фактов, которые вначале кажутся необъяснимыми. Надо их объяснить, и логично подправить версию. Факты должны найти свое место в цепочке событий. Надо суметь отразить возможные атаки на версию, от которых она должна укрепиться, от которых она должна укрепиться.

И вот в исполнении «золушки» постепенно этот танец ситуации становится правдиво волшебным, восхитительным. А стоящая за ним толпа из красавиц ложных версий вдруг редеет, редеет ― они постепенно исчезают, успев перед этим превратиться в злобных, уродливых ведьм!.. А какая-то другая девушка вдруг преображается, превращается в верную подружку «золушки», принимающую у нее эстафетную палочку ситуации, ― это следующая короткая версия. В следующем акте, ― в следующей версии «танец» ситуации в новом исполнении будет уже другим, на другой сцене обстоятельств и сил, но он должен быть естественным следствием предыдущего…

Стыкуем короткие версии в длинную на временной оси, одновременно отслеживая ситуацию в пространстве. Здесь ситуацию можно представить образно (каждый может придумать свой образ, если это поможет), можно нарисовать схему, подобную данной на рисунке (можно, например, искривить на ней дерево версий, изобразив, как события смещаются в пространстве), вписав в клеточки реальные факты и предположения. Короткие версии могут накладываться, стыковаться на ограниченных отрезках времени: события могут иметь инерцию, переходы могут требовать времени. Состыковать короткие версии надо и с начала аварии, и с ее конца, и постараться замкнуть всю цепочку.

Примечание. Правдивая короткая версия, ― «золушка» не будет оставлять за собой «разорванного воротника» необъясненных фактов (как у короля, ― помните?), ― она трудолюбием следователя быстро «подчинит» их иголочкой…

Что делать, если короткие версии где-то не стыкуются? Здесь может быть заложено и противоречие, ― его надо найти и разрешить, объяснить, пересмотрев ход событий, привлекая известные факты. В разрыве между двумя короткими версиями может отсутствовать необходимое звено, ― еще одна короткая версия (и даже не одна), ― те переходные процессы, которые могут быть не видны из-за недостатка фактов. Конечно, при очень сильном дефиците фактов всю длинную версию достоверно построить не удается (и даже короткие версии бывает воссоздать трудно). Но, по крайней мере, так можно определить, чего явно не хватает для построения, что следует искать, что надо уточнить.

Обычно «коротких версий»«событий не так уж много, ― даже в очень сложной аварии их можно пересчитать по пальцам. Анализ позволяет их несколько уточнить и увеличить их количество для правильного понимания. Наиболее сложными и трудно восстановимыми событиями являются различные побудительные мотивы психологического свойства в случае гибели свидетелей. Здесь приходится искать ответ в самой логике ситуации, в характере поведения людей, в ответе самому себе и в ответах других людей на вопрос: „Как бы ты или другие поступили в такой вот ситуации?“ Конечно, с поправкой на те условия и то психологическое состояние, которое вызвано этой ситуацией. Люди ― это тоже силовой фактор, а себя мы немного знаем, и кое-что можем о себе сказать. Только надо постараться избавиться от химер.

Примечание. В данном случае с аварией группы Дятлова сам руководитель погиб и потому не мог объяснить, почему он принял то роковое и поспешное решение об отступлении группы. Но воссоздание условий ситуации, по крайней мере, частично, позволяет построить версию о побудительных мотивах руководителя и группы. «Прокрутка» ситуации с конца позволяет логически соединить цепочку: ведь ясно, что решение на спуск было принято, причем в том состоянии группы (например, в той одежде), в которой их нашли.

После построения «длинной версии» событий ее надо тщательно «прокрутить» вперед и назад, проверяя причинно-временные связи и привлекая все известные достоверные факты для объяснения, уточнения событий и подтверждения версии. «Прокрутки» событий вперед и назад должны проходить без «заклинивания» логической причинно-временной цепочки, без видимых противоречий (если они возникают, их надо объяснить, уточнив версии и связи).

Примечание. В данном случае аварии группы Дятлова, на достоверное предположение о «лавине» вывел, прежде всего, факт наличия травм от сдавливания у трех участников. Мысленная «прокрутка» событий, связанных с лавиной помогла увидеть в качестве подтверждающих лавину еще и следующие факты: обрыв тяг палатки со стороны склона, общий занос палатки снегом при сохранении следов группы на склоне, характер надрезов и надрывов на палатке, смерзание вещей в палатке. Лавина оставила следы, ― их надо было увидеть.

Надо постараться логически укрепить, усилить все связи ситуации, а сомнительные, ненужные и не важные связи надо отбросить. Это и связи в цепочке коротких версий (факт-предположение-ситуация) и в цепочке длинной версии, сложенной из коротких версий. Дополнительные факты подкрепляют конструкцию.

При построении версий неправомерно и неестественно чрезмерное усложнение событий без подкрепляющих фактов, «нагромождение» событий без обоснованных связей. В рабочей версии должны быть выделены «главные составляющие» событий и действующих сил, а второстепенные ― поставлены на свое место.

Принцип минимальности (максимальной простоты) предположений и версий состоит в том, что все предположения и версии, не подкрепленные фактами и связями, а также несущественные факты и связи должны быть на конечном этапе расследования отброшены. Это ― та же «бритва Оккама», но уже на конечном этапе расследования. Конечная «длинная версия» должна быть предельно упрощена, ― в ней надо учесть только существенные факты и связи (а дополнительные факты и связи использованы только для комментариев и дополнительных подтверждений событий).

Постепенно набирая факты, строя предположения и версии, мы как бы обходим «черный зал» ситуации, освещая его отдельные углы и обстановку. И то, что мы осветили, становится видимым. Постепенно становятся видимыми и неисследованные «темные» углы, и значимость дополнительных фактов, ― часть из них превращается в «светлячков» и в «лампы», создающих «местное освещение».

Остаются и совсем необъяснимые факты. Это должны быть «слабые» факты («сильные» факты должны подкреплять версии). Если никак не удается их привязать к ситуации аварии, может быть проще пойти математически «от противного»: попытаться найти им возможные объяснения вне связи с аварией. Очень часто это удается сделать, поскольку большинство «слабых» фактов действительно никаких связей с аварией не имеют.

Всем непроверенным фактам, которые могут быть использованы для построения версий-фантазий, надо постараться найти объяснение, используя все доступные материалы. При внимательном и вдумчивом отношении это очень часто удается сделать, поскольку ложные факты противоречат ситуации не по одному, а по многим признакам.

Примечание. В случае аварии Дятлова надо было выяснить, наблюдала ли группа пединститута полет «огненного шара» 1–2 февраля? Казалось, что такую проверку выполнить трудно, ― для этого надо было отыскать членов этой группы и уточнить условия похода и свидетельство. Но оказалось, что проверка «прошла» по другим материалам, ― по воспоминаниям Григорьева о том, откуда, когда и как отправлялась в поход эта группа. Оказалось, что группа отправилась в поход, сильно поморозилась при минус 39 на следующий день и вернулась из похода после аварии с больными участниками. По графику температур удалось определить, что температура минус 39 была только 5 февраля. Поэтому группа пединститута не могла 1–2 февраля наблюдать полет «огненных шаров», ― в эти дни она еще не вышла в поход. Вот так факт был проверен и выяснилось, что факт ― ложный.

Наконец, когда расследование закончено и ситуация видна в деталях, надо сделать правильные выводы. Надо постараться увидеть не только стихийные силы и ошибки людей. Надо постараться увидеть и «стратегические ошибки», ― общие условия организации похода, общие ошибки действующих представлений (например, об уровне опасности тех или иных факторов, ― холода, лавин, камнепадов и т. п.), ошибки в организации, в методологии. Т. е. надо взглянуть на аварию, не как на «локальное», но как на «общее» явление. Сил у стихии очень много, и в самих обстоятельствах «вступить в борьбу со стихией», ― не есть ли здесь ошибки в том, что не удалось от этой борьбы спокойно уйти по своему маршруту?..

Примечание. Пример-аналогия из другой сферы деятельности. В романе А.Бека «Волоколамское шоссе» комбат мучительно размышляет над итогами неудачного боя на дороге. Вражескую колонну удалось сначала обстрелять и втянуть в бой. Потом, как и предполагалось, ― изобразили бегство, заманивая врага в огненную ловушку. И когда гитлеровцы, преследуя взвод, втянулись в западню, ― их снова стали уничтожать из пулеметов и винтовок. Они превратились в обезумевшую толпу, которая пыталась укрыться за своими грузовиками. Тогда их и оттуда, с другой стороны, внезапно стала расстреливать из пулеметов другая часть засады, чтобы полностью уничтожить. Вот здесь случилось нечто неожиданное: второй удар вдруг вернул врагу организованность (казалось: вернул разум). Безумная толпа из 200 автоматчиков бросилась в яростную атаку на 25 наших бойцов. Бросилась согласно одному из законов поведения толпы, ― возможно, поддавшись общему порыву, общему бегству от опасности или чьей-то воспринятой команде. И… вступил в силу простой закон войны, ― закон численного и огневого превосходства! В чем была ошибка расчета? Казалось, все было правильно, но вот предсказать стихийную реакцию толпы не удалось, ― это была явная, видимая ошибка плана боя. То «первое», психологическое и не слишком глубокое откровение, которое сделал комбат. А позже он с горечью понял и нечто более важное: в самой схеме боя была заложена глубокая тактическая ошибка. Нельзя малыми силами бороться с противником «в обхват»… Для правильного планирования такого боя огневая мощь засады должна была быть в три раза больше… Вывод: надо видеть не только «поверхностные ошибки», но и более глубокие, фундаментальные. Устранять, не повторять надо и мелкие и крупные ошибки.

Тяжелая авария обычно всегда является результатом целого комплекса причин, которые складываются из ошибок (и пробелов) в обучении, тактических ошибках руководства, технических ошибок участников на маршруте и объективного фактора (в виде природных явлений: лавин, камнепадов, крутых склонов, рек, непогоды, холода и ветра и т. п.). Конечно, вклад всех этих «стихий» в каждой конкретной ситуации различен. Неуправляемой и непредсказуемой «стихией» в некотором роде является и каждая группа людей, и каждый отдельный человек, надо только здраво представлять, в каких пределах управляемы и предсказуемы все эти Среды: и природная, и человеческая, и «очеловеченная природа». Последнее – вся та «техника» вкупе с технологией (нашим умением ею пользоваться и управлять), которую мы берем с собой.

Поэтому и в «простых» с виду случаях тяжелых аварий (обычно, с группами новичков) надо разбираться очень глубоко. Даже если ошибки группы и руководителя хорошо видны, за ними можно не увидеть еще более характерные ошибки, провалы, пробелы в обучении и методологии. Иначе выводы на основе аварии будут неправильны, и предотвратить такие ситуации в дальнейшем не удастся.

Все мы совершаем в походах огромное количество ошибок. Наши действия ни в коей мере не являются оптимальными. Действия самых выдающихся спортсменов не являются оптимальными. Но стоит ли поэтому «махнуть рукой» на аварийность и сказать: «Все равно будут биться! И ничего тут не поделаешь!..» Нет, думаем, такой «подход» ни к чему хорошему не приведет. Надо признать: авария – очень сложное явление, полностью от нее не удастся избавиться никогда, но вот низкая аварийность – это один из признаков нашей культуры. Низкая аварийность при массовом характере походов и восхождений ― это признак их высокой культуры. Когда люди хорошо знают и понимают и среду обитания и собственные возможности, ― когда они хорошо понимают. Что могут себе позволить и в каких условиях, а что надо жестко себе запретить и обойти опасность стороной.

Разбираться в каждой аварии следует тщательно. Конечно, плохо, если правильные методические выводы делаются только на основе «кровавого» опыта. Но и предавать забвению этот опыт нельзя. Иначе в будущем аварии повторятся с еще более тяжелыми исходами, чем в прошлом. Многие ошибки запросто можно обойти, а последствия других существенно уменьшить. Ошибки будут совершаться, но они не должны вырастать до размеров катастроф.

Для этого, ― для квалифицированного разбора вся эта методология.

Ниже схематично показано построение всей «длинной версии» аварии на основе «коротких» версий на этапах, ― фазах развития ее событий с начальной фазы (внизу) до фазы катастрофы и фазы конечной ситуации. Все «короткие версии» должны быть построены на достоверных, проверенных фактах.

Отзывы присылать по адресу: evgeniy_buyanov@mail.ru.

Редакция 08.01.08.

Приложение Ж

И.Б.Попов.

Реферат на тему: Лавинная опасность на Северном Урале

(На правах цитирования, перепечатка Е.Буянова ― прим.)

Примечание (Буянова). Текст списан, видимо, со скана черновика реферата с небольшим количеством правок. Вся орфография сохранена (даже ошибки и вычеркивания текста), за исключением нескольких запятых в тексте (по правилам орфографии). Вписанные от руки слова и буквы набраны курсивом. Вставлены фото из статьи Попова и снимок М.П.Шаравина 2001 года на месте аварии группы Дятлова. Примечания даны жирным курсивом синего цвета).

«Я не знаю точно, но полагаю» (I don't know exactlybut I suppose) ― эта фраза наиболее подходит к началу статьи о гибели группы Игоря Дятлова в начале февраля 1959 года на северо-восточном склоне г. Холат-Чахль (Холат-Сяхыл), в переводе с манси: Холат ― мертвец, Сяхыл ― гора.

Фото из статьи И.Попова «Это была лавина».

Им было по двадцать с небольшим, то есть мы прожили без них уже две жизни, а тайна их гибели так и остается загадкой.

Смерть человека в ненаселенной местности всегда окутана мистическим туманом, если утрачены следы причин трагедии.

Давно. Более 200 лет назад на склонах этой горы при таинственных обстоятельствах погибли также девять человек, и тоже не манси. Тогда еще не было мощных ракет, НЛО, инопланетян, Советской Армии или иных «темных сил», которым можно было приписать таинственную гибель людей. Да и никто не пытался выяснить, почему они погибли ― просто назвали гору Холат-Сяхыл. Ссылку я нашел в легендарном труде Гофмана примерно 1848 года издания.

Причины, заставляющие меня писать эти строки, просты и понятны ― я хотел бы найти истинную причину гибели ребят ― моих сверстников, таких же романтиков, туристов-«дикарей», каким 42 (рукописно исправлено на 45) года назад я сам был. В феврале-марте 1959 года мы двумя группами «Университет» и «Пединститут» ходили через Конжаковский Камень и также ночевали в 300 м от вершины Конжака на северном его склоне над пропастью Северного Йова. Но все мы живые до сих пор, а ребята погибли. После окончания похода часть из нас возвращалась в Пермь через Свердловск и попала на похороны. С 1959 до 1999 года я не верил ни одной гипотезе, которые выдвигались разными специалистами и журналистами. Не верил только из-за того, что все начинались со слов: «Что-то напугало ребят до смерти, они разрезали палатку изнутри и в панике убежали вниз».

Материалы рассекреченного дела, с которым мне удалось познакомиться у человека, который больше всех заинтересован в истине, ― Юрия Ефимовича Юдина (сошедшего в первые дни с маршрута после болезни) единственного, кто остался в живых из группы Игоря Дятлова, однозначно говорят: «Не было этого! Не было никакой паники, не было поспешного бега вниз». Б этом свидетельствуют фотографии следов ― шаги короткие и шли ребята в одну шеренгу. Восемь следов ведет вниз, девятого, возможно, Николая Тибо-Бриньоля, самые сильные ребята несли, взяв его руки себе на плечи. Несли вниз от заваленной снегом палатки, несли вместе с Людой Дубининой с Золотаревым, у которых были типичные для последствий лавин травмы: множественные переломы ребер, признаки удушения. Противники лавинной гипотезы, которую выдвинул Моисей Абрамович Аксельрод, говорят о пологом склоне на месте трагедии. Однако милицейский протокол засвидетельствовал угол наклона в районе палатки 23º (фактически около 15º). Поверьте мне, сотни раз измерившему склоны наших гор, это очень круто. Для того, кто ни разу не поднимался в гору это плохо, для меня сейчас с моим здоровьем это вообще смертельный номер. Предельный минимальный угол лавиноопасного склона ― 15º, он постоянно уменьшается после очередной трагедии. Я бы мог написать трактат о лавинной опасности в горах Урала. О лавинах, следы которых я видел, о лавинах которые сходили у меня на глазах на таких же и даже более пологих склонах. Наконец, о свидетельствах манси Саминдаловых и Анямовых, для которых давно уже все ясно: «Ребят завалило снегом». Не знаю, в котором году, но в тошемском каньоне (это 35 км южнее места трагедии) погибло в лавине 1000 голов домашних оленей. Конечно, там круто, но олени-то шли по пологому карнизу и сорвались вниз на крутой склон.

В лавине погиб инспектор-лесник Печёро-Илычского заповедника Семен Степанович Лызлов, причем он убегал от лавины, но попал лыжей в заваленную снегом петлю из березы на правом притоке р. Печоры речки Порожней.

Там, где стояли палатки ребят, склон переходит из крутого в пологий. Именно в этой части склона проходит мансийская тропа. Но манси, видимо, здесь никогда не ночуют и не останавливаются. Они, вероятно. Знают о лавинной опасности.

А знал ли об этом Александр Кузнецов, погибший примерно 10 марта 1999 года в юбилейный сороковой год? Погибший на явно лавиноопасном склоне хребта Молебный Камень. Интересовался ли какой-нибудь журналист тайной гибели этого туриста-одиночки, погибшего в 8 км восточнее кордона «Мойва». В это время ничего таинственного инспекторами заповедника зафиксировано не было, а они специально наблюдают за всеми явлениями природы, уж если бы что-то произошло экстравагантное, наверное, это не прошло бы мимо их внимания.

Я не верю досужим домыслам об НЛО, мифическим зачисткам, запускам ракет, отклонившихся от курса и взорвавшихся над Холат-Чахлем. Я верю словам одного манси в 1000 раз больше, чем вымыслам тысячи журналистов. А все манси говорят одно и то же: «Наверное, ребят снегом завалило», но это всегда говорится мягко, не навязчиво как бы в качестве предположения. Это у них такая манера говорить.

А то, что раз в 10, 20, 50, 100, 200 лет на восточном склоне Холат-Чахля сходят лавины, верю. Для меня это научно почти доказанный факт. И я думаю, что кто-нибудь в ближайшем будущем его докажет со 100 % верностью и надежностью. Для этого надо совсем немного ― установить датчики, фиксирующие состояние снега и трассы прохождения лавин. Думаю, что таковые имеются у специалистов по изучению лавин.

Я не отвергаю ни одной гипотезы и не спорю с их авторами. Я просто говорю таким же ребятам, какими мы были 40 лет назад: «Ребята, не ночуйте зимой на восточных склонах вершин, ― это смертельно опасно!». И это предостережение ― основная цель моей статьи. Не подрезайте склон в зоне установки палатки!

Участки лавинной опасности: восточный склон Тулыма, юго-восточный склон Ольховочного Камня и южнее его г. Граничная, Хапхартне-Тумп, Уле-Чарын-Тумп, Нятый-Тумп. Мощная лавина сошла на его северном склоне, выдернув с корнями 15–20 метровые ели и протащив их по несколько десятков метров вниз до тальвега ручья ― левого притока р. Широкой, то есть здесь мощная лавина сошла 1 раз в 100 лет. При желании следы лавин можно найти по всему Северному Уралу. В Тошемском каньоне лавина снесла, поломала все парковые березки на расстоянии более 100 метров по ходу движения лавины практически на горизонтальном склоне (угол до 3–5º). На всем хребте Ось-Ньер восточный склон лавиноопасен. Три года мы с Валерием Демаковым и Юрием Ефимовичем Юдиным пытались залететь зимой на перевал Дятлова и обследовать место трагедии, чтобы развеять завесу таинственности и «тумана». 26–27 апреля 2001 года мной сфотографированы мокрые лавины, сошедшие с восточных склонов Ишерима, Отортена, Сомъяк-Чахла.

Не сомневаюсь, что лавины регулярно сходят чуть севернее трагедии на восточном склоне горы с названием на карте Отортен. Манси называют ее Лунт-Хузап-Чахль ― гора рядом с гнездом озером дикого гуся в истоках р. Лозьвы. Здесь над паровым озером образуются мощные снежные карнизы, готовые сорваться в любую минуту. Мы их тоже сфотографировали.

В Чердыни на Вятском Городище в начале 1970 года погибли школьники Черных и Рачев, ― их прижало в лавине.

Я уверен, что лавины сходят на Ось-Ньер на востоке г. Саглаим-Сори-Чахль и далее на север до горы Холат-Сохль. В городах люди тоже гибнут под ледяными лавинами, срывающимися с многоэтажных домов и вероятность здесь гораздо выше, чем на Северном Урале. Поэтому я предупреждаю ― не ходите под нависающими сосульками и снежными надувами, в городах.

В моем городе на Голом Мысу в Перми, где по южной его границе построен ангар с оцинкованным железом на крыше. С этого ангара каждой весной сходят смертельно опасные тяжелые мокрые лавины, толщина снеговой доски превышает иногда 0,5 м.

Ребята погибли в неравной борьбе с превосходящими силами природы. В их поведении не было приписываемой им абсурдной паники. Они вели себя мужественно, и я горжусь, что они были лучше, чем многие из нас. Неизвестно, как бы развивались события, окажись на месте этих ребят те, кто, спекулируя на событиях сорокалетней давности, придумывает в угоду неизвестно кому новые версии одна фантастичнее другой.

Я очень люблю фантастику, но в другом исполнении.

Исследования лавинной опасности могли бы заняться научные сотрудники географических факультетов уральских вузов. Заповедник «Вишерский» мог бы способствовать решению этой проблемы с привлечением альпинистов, туристов-горников. Сведениями о лавиноопасных участков располагает молодой Пермский доктор наук геоморфолог Н.Н.Назаров, специально занимавшийся этой проблемой.

В 1989 г. Судьба свела меня с удивительным человеком Юрием Ефимовичем Юдиным, тогда он на общественных началах возглавлял туристический клуб «Полюс», занимая в Соликамске должность заместителя главы города по экономике. В составе экспедиций краеведческого музея он прилетал на Тулымскую площадь с Т.С.Козюковой, Л.В.Баньковским, А.П.Сусловым. И в 1999 году Юрий Ефимович познакомил меня с материалами дела о гибели группы Игоря Дятлова. Несколько ночей я просматривал ксерокопии материалов дела, пытаясь выловить информацию, являющуюся ключом к разрешению загадки. Хотя у Ю.Е.Юдина были собраны и многие публикации, касающиеся гибели ребят, я сознательно не прикасался к ним, пытаясь составить собственное мнение только на основе тех данных, которые были в деле.

Вот эти факты:

1. Палатка ставилась ребятами скатам крыши вдоль рельефа в сильную метель. В деле фигурирует последний фотокадр, зафиксировавший этот момент. В процессе ее установки под юго-западным углом палатки, была подготовлена площадка врезной в снежный склон.

2. Палатка завалена комьями снега. С одного с-3 торца палатка сорвана с опоры, с другого удержалась на ней. На фото в деле это видно хорошо.

3. палатка не разрезана впопыхах одним махом. Крыша с восточной стороны разрезана, разорвана по вниз расположенному скату и несколько раз, одного куска вообще нет ― он вырван и был, видимо, унесен ветром. Вблизи северного края разрыв от конька до основания палатки ― это, может быть, поработала лавина.

4. Шаги вниз были очень маленькие (в деле есть фото следов), как будто ребята несли большую тяжесть и ступали медленно. Следы показывают, что ребята продвигались шеренгой, причем двое шли вначале отдельно, а затем присоединились к основной группе и дальше шли вместе. Следов было 8. Возможно, двое несли потерявшего сознание Колю Тибо-Бриньоля.

5. Протокол осмотра месса происшествия зафиксировал угол склона 23º и, наверное, был измерен каким-либо инструментальным методом (с помощью транспортира, например). Замер горным компасом зафиксировал на мете палатки угол 15º, чуть выше 25º, на восточном склоне г. халат-сяхыл-30º.

6. Травмы у ребят были характерны, как пишет патологоанатом, и были похожи на те, которые бывают при столкновении с быстро идущим автомобилем: переломы ребер. Но отсутствовали повреждения кожного покрова и мягких тканей. Именно характер травм навел меня на мысль о лавине. То есть они были раздавлены неукротимой «мягкой» силой.

7. Анализ карты восточного склона Холат-Сяхля показал, что почти от вершины идет на северо-восток ложбина ― типичный лавинный лоток, на подветренном склоне. Нашедший палатку ребят 26 февраля 1959 года Михаил Петрович Шаравин уверенно привел нас 26 апреля 2001 г. к тальвегу полога спускающегося к востоку ложка на склоне 2.10.79, где стояла палатка.

Один из участников поиска группы Дятлова и многолетний спутник Игоря М.А.Аксельрод склонен отвергать версию безумства. В книге Н.А.Рундтквиста «Сто дней на Урале» приводятся слова Моисея Абрамовича о событиях 1959 г.:

«Я хорошо знал Игоря Дятлова, ― начал Моисей Абрамович. ― Он учился в УПИ на радиофаке, на пятом курсе. За год до событий, о которых идет речь, мы путешествовали вместе по Приполярному ралу. Игорь приглашал меня и в это, ставшее трагическим, путешествие, но я не смог, поскольку у меня были другие планы.

Вся подготовка проходила у меня на глазах, и ничего не предвещало столь скорбной развязки. Они ушли, а мы продолжали жить своей жизнью, иногда вспоминая друзей. И вот приходит контрольный срок, день, другой, а от ребят никаких известий. Впрочем, первоначально особой тревоги это не вызвало, мало ли что ― задержались, затерялась телеграмма… (тревогу подняли 16, а 20 февраля начались поиски).

Наконец, институт организует поиски под общим руководством известного свердловского туриста Евгения Поликарповича Масленникова. Надо сказать, поиски были построены тактически безупречно. Четыре поисковые группы пересекли заявленный маршрут дятловцев в различных местах, что позволяло определить, до какого места добрались путешественники. Пятая группа шла по их маршруту. Забегая вперед, скажу, что ею были обнаружены лабаз и палатка группы Дятлова (26 февраля).

Я попал в отряд, выброшенный вертолетом в район Отортена. Мы прошли десятки километров ― никаких следов. Вдруг, шум двигателя. Не успели мы толком оглядеться, как над нами пролетел самолет и, дав круг, сбросил вымпел. Записка гласила: «найдены пустая палатка и лыжи на склоне 1079». Лаконичное послание с неба не допускала никакой двусмысленности в отношении судьбы ребят. В подавленном состоянии мы пошли в указанное место.

Да, бесспорно, это именно их палатка стоит на мрачном склоне Холат-Сяхыла. Я сам принимал активное участие в ее шитье в 56-м. Под палатку аккуратно, не торопясь, уложены лыжи. Дата гибели ребят была установлена элементарно просто. В дальнем углу палатки лежал дневник с датой последней записи ― 1 февраля 1959 года. То есть, туристы только начинали маршрут. В долине Ауспии они соорудили лабаз ― закладку продуктов и снаряжения, ненужного выше границы леса. Это говорило о том, что ребята пошли в радиальный выход налегке, намереваясь через день-другой вернуться к базовому лагерю.

Прокурор после поверхностного осмотра палатки и ее содержимого дал указание свернуть ее. Единственное, что было зафиксировано кроме обнаруженного дневника, это ― длинный вертикальный разрез палатки изнутри ножом. Разрезов и порывов было несколько, есть фото.

В первый же день поисков 26 февраля в 1–1,5 километре ниже по склону у основания приметного кедра были сделаны страшные находки, ― окоченевшие трупы Кривонищенко и Дорошенко. Бросилось в глаза, что ребята были раздеты почти до нижнего белья. Под кедром оказались следы маленького костерка.

Рассредоточившись по всему склону между палаткой и огромым кедром на границе леса, мы, вооруженные длинными щупами (один из этих щупов я нашел в 2001 г.), начали последовательно зондировать склон. Выше кедра практически на поверхности снега, чуть присыпанные, были обнаружены тела Игоря Дятлова, Рустема Слободина и Зины Колмогоровой.

На трупах не было никаких следов насилия, причиной их смерти было переохлаждение. На ногах ребят были лишь шерстяные носки…»

«Остальных дятловцев нашли уже весной в начале мая, когда снег начал таять и по склонам гор побежали звенящие воды. Очередные зловещие находки ни в малейшей степени не прояснили ситуацию. Скорее наоборот. Обнаруженные на лапнике в глубоком овраге недалеко от кедра тела четверых ребят имели разные травмы. Совершенно не понятные по происхождению и не укладывающиеся ни в одну из выдвинутых до этого гипотез (кроме лавинной).

У Коли Тибо-Бриньоля у основания черепа обнаружена вмятина 3×7 см, у Люды Дубининой симметричный перелом 5–6 ребер, у Золотарева тоже переломы ребер, но наоборот, все с одной стороны тела. Рядом с ранеными у лапника замерзшая фигура Саши Колеватого…».

«…Я часто думал об этой истории, и у меня сложилась своя версия. Игорь Дятлов организовал лабаз в долине Ауспии и собирался после небольшого кольца вернуться к своей заброске. Аккуратно уложив ненужные в радиалке вещи, ребята не спеша, начали торить лыжню к перевалу восточнее купола Холат-Сяхыла. Ближе к вечеру погода стала ухудшаться, а потом и вовсе замела поземка а запуржило. (Это подтверждают метеоданные того дня и последние фотографии). Ребята забрали несколько влево и, возможно, потеряли ориентировку. Это не соответствует истине, палатка стояла точно по ходу на водораздел в сторону Отортена. Убедившись в этом, ― с кем не случается такого в метель, ― ребята совершенно правильно решили встать на ночевку. Они спокойно обработали часть склона, врезались в него, утрамбовали площадку, разложили лыжи вниз креплениями и поставили палатку. Дневниковые записи того вечера совершенно спокойны и содержат ни драмы, ни ее предчувствия. Время, не столь позднее, ребята не спеша, ужинают, вспоминают прошлые путешествия, кто-то уже строит планы на будущее, и собираются ложиться спать».

Видимо, ребята еще не легли, только Тибо-Бриньоль надел валенки, остальные сняли ботинки, но валенки и теплые вещи для сна еще не надели. Это Ю.Е.Юдин корректирует дату, то есть все произошло вечером перед сном 1 февраля. И.П.

«…Самые сильные и бывалые Дятлов и Золотарев ложатся, как всегда, с краев, в наиболее холодных местах. Дятлов в дальнем конце четырехметровой палатки, Золотарев у входа. Думаю, рядом с ним лежала Люда Дубинина, дальше Коля Тибо-Бриньоль, рустик Слободин. Кто был в центре и дальше. Не знаю, но четверо ребят у входа, по-моему, лежали именно так…».

«…И вот, когда лишь притихшая метель слегка качала скаты палатки, произошло Нечто. Грохот, шум и внезапный удар снежной лавины по части палатки, примыкающей к входу. Другая часть палатки, оказавшаяся под прикрытием большого снежного уступа, не пострадала, лавина пролетела над ней и умчалась вниз. Удар принимают на себя четверо крайних ребят. Голова аскетичного Тибо-Бриньоля вдавливается в объектив фотоаппарата (скорее всего в каблук ботинка И.П.), который за неимением лучшего, Коля нередко клал под голову. Различия в переломах ребер Дубининой и Золотарева объясняются их разными положениями во время сна ― на спине и на боку».

«…Темнота, стоны травмированных товарищей. Выйти через вход невозможно. Кто-то выхватывает нож, разрезает палатку и помогает всем остальным выбраться наружу. Игорь принимает решение немедленно вернуться к лабазу, где аптечка, теплые вещи, укрытие леса. И они пошли…».

Двое самых сильных и менее пострадавших берут за руки Колю Тибо-Бриньоля, закидывают их себе за плечи и несут его вниз. Николай находится без сознания, и его следов нет на снегу. Он не опирался на ноги совсем, вот почему следов только восемь.

Примерно в таком порядке они могли спускаться, обня друг друга за плечи, Люда Дубинина и С.Золотарев, видимо, находились в сознании и, несмотря на сильные травмы, передвигались с помощью товарищей вниз. Прошли они примерно 1500 метров. И.П.

«…Завывает пурга, перед ребятами белое безмолвие, окутанное темнотой. Сориентироваться точно не удается, и ребята спускаются к лесу, но не к тому, где лабаз, а, увы, к другому. У раскидистого кедра Игорь понимает, что спустились они не туда. Туристы ломают лапник в овраге, укрытом от ветра, укладывают умирающих друзей. Они отдают им всю тёплую одежду и разводят костер. Умирает Коля Тибо-Бриньоль, вероятно, не приходя в сознание. Затем Люда Дубинина, С.Золотарев и Саша Колеватов. Юра Кривонищенко и Юра Дорошенко умирают у костра и только трое оставшихся в живых Игорь Дятлов, Зина Колмогорова и Рустик Слободин, возможно, уже с рассветом начинают свой путь к палатке, но внезапный после метели сильный мороз, смертельная усталость останавливают их поочередно.

А вот что написано в учебнике для ВУЗов о лавинах на Урале:

«По мере хозяйственного освоения горных районов число зарегистрированных случаев схода лавин увеличивается. Лавины падают иногда с перерывом в 100 и более лет.

При угле наклона 25–30º для возникновения лавины достаточно 30 см. снега.

Роль ветра особенно велика при возникновении местных лавин из снежных карнизов и снежных досок на подветренных склонах».

Метелевые лавины (В.Н.Аккуратов, 1959) возникают во время сильных метелей при скоплении на подветренных склонах большого количества снега. Перегрузка склона снегом приводит к нарушению равновесия снежного пласта и сходу лавин. В стратиграфическом разрезе снежного покрова в таком случае наблюдается мощная толща метелевого снега, отложившаяся на поверхности старого снега. Возможно именно такая сингенетичная (по словам Н.Н.Назарова) лавина и обрушилась на ребят.

В 1965-68 г.г. проблемной лабораторией снежных лавин МГУ и Главным Управлением Гидрометеослужбы при Совете Министров СССР в масштабе 1:1000000 °Cевер Урала попадает в этой карте в секторы (б) ― Приполярный и Северный Урал, районы с лавинами из метелевого и свежевыпавшего снега; (в) ― северный и Южный Урал, континентальные внутренние районы с лавинами сублимационного диафтореза.

(в) В горах Северного Урала наибольшее количество осадков до 1000 мм/год выпадает на Западном склоне. Существенное перераспределение твердых осадков производит ветер, скорость которого заметно возрастает с увеличением высоты над уровнем моря. На вершинах и перевалах дуют часто сильные ветры (до 35–40 м/с). Переветриваемый горными ветрами снег заполняет ущелья, скапливается в понижениях. В таких местах его мощность достигает часто нескольких метров. Снег, выпадающий на землю, отличается большой рыхлостью и подвижностью. По гребням склонов и в лавиносборниках образуются снежные карнизы и козырьки мощностью до 10–12 м и протяженностью до 100 м. При низких зимних температурах в снежном покрове возникают мощные горизонты глубинной измороси, обуславливающие неустойчивое положение снега на склонах.

Среднегодовой тип рельефа, сформулированный в результате эрозионного расчленения древних выровненных поверхностей. Высота от 800 до 1500 м, относительная высота от 200 до 700 м. Крутизна склонов 10–25º. Лавины сходят по эрозионно-денудационным желобам.

(б) Район Полярного и Приполярного Урала (и возможно Северного) с лавинами из метелевого и свежевыпавшего снега. Район характеризуется большой суровостью климата с очень продолжительной. Холодной, многоснежной и ветреной зимой. Все это обуславливает большую продолжительность лавиноопасного периода и большую интенсивность развития метелевых процессов.

Метелевые процессы приводят к перераспределению снежного покрова, концентрации огромных масс снега в лавиносборах подветренных склонов и образованию мощных снежных карнизов на бровках плато.

Преобладают средне― и низкогорные типы рельефа с широким распространением платообразных возвышенностей. Абсолютные высоты в среднем достигают 1000–1200 м. Глубина расчленения от 100–300 м до 1000 м. Склоны плато и особенно речных долин часто расчленены густой сетью логов, способствующих образованию и сходу небольших лотковых лавин после обильных снегопадов. Обширные поверхности плато благоприятствуют интенсивному развитию метелевого переноса, поставляющему огромные массы снега на подветренные склоны, где образуются наиболее мощные метелевые лавины и остовы. (ошибка: «осовы» ― прим. Евг. Буянов).

Весной, в конце апреля начале мая сходят мокрые лавины, срывающихся снежных карнизов часть таких лавин была сфотографирована мной 26–27 апреля 2001 г.

После ознакомления с материалами дела у меня и Валерия Демакова, также внимательно познакомившегося с материалами дела, возникло желание попасть на перевал группы И.Дятлова и самим убедиться в вероятности лавинной гипотезы, поскольку ее многие отвергали из-за наличия пологого склона в районе палатки.

В течение трех лет мы безуспешно пытались добраться до Холат-Сяхыл. В 1999 году вообще ничего не получилось, в 2000 году мы добрались только до кордона Мойва. И вот, наконец, в 2001 году как будто договорились с Сивинитом, о вертолете на 19 апреля. Но мероприятие сорвалось и тогда на помощь пришли нефтяники, договорились о вертолете, но в воскресенье из-за поломки автомашины полгруппы вернулись в Пермь, а полгруппы улетели до кордона Мойва, где и застряли до четверга 26 апреля. Отставшая часть группы во вторник прибыла в Соликамский аэропорт и в четверг после обеда, дождавшись великолепной погоды, вылетели на перевал группы Дятлова. И, наконец, 26 апреля 2001 года экспедиция в составе:

1. Воротникова Людмила Святославовна ― фотограф.

2. Демаков Валерий Алексеевич ― геолог, турист-горник, директор фонда поддержки заповедника «Вишерский».

3. Назаров Николай Николаевич ― доктор географических наук, профессор ПГУ.

4. Пиитя Станислав ― турист-таежник, гражданин России, но живет в Бельгии.

5. Попов Игорь Борисович ― геолог, ныне директор Вишерского ГПЗ.

6. Попов Евгений ― водитель, спортсмен.

7. Егоров Евгений ― летчик-радиорелейщик связь qps (ошибка: gps ― прим. Евг. Буянова).

8. Шаравин Михаил Петрович ― участник поисков 1959 г. С.Н.С.К.Т.Н. КБ при УралМаше.

9. Юдин Юрий Ефимович ― участник похода из группы И.Дятлова.

Вернулись из Соликамска:

Отмахова Анна ― кинорежиссер АВТО TV.

Колпаков Виктор ― фотограф.

Погода великолепная, на ни облачка, ветра нет, на солнце 20–25º, ослепительно белый снег. По пути фотографируем 4 лавины: на Ишериме, на Ось-Иёре, на Сомьях-Сяхыле, на Лунт Хусапе. Снег тяжелый, мокрый. Все четыре лавины ― это обрушившиеся карнизы на крутых склонах 35–50º.

После прибытия сразу направляемся к мету установки палатки. Михаил Петрович уверенно останавливается в тальвеге полого спускающегося к востоку ложка. Измерены углы склона в районе палатки: вниз-15º, вверх ― 22º-23º, в 50-100 м выше палатки 25–30º. Видимо, на при крутом вершинном уступе и сформировалась навеянная сингенетичная лавина из свежевыпавшего снега (t воздуха-10º на слое перекристаллизованного промороженного (t воздуха-35-40º) фирна. Определяет и глубину снега на сегодняшний день в месте установки палатки (1,2–1,4).

По свидетельству Михаила Петровича в 1959 г. снега было значительно больше около 2 м. Обращаем внимание на сдвинутые точно на восток до 1–2 м от места залегания преимущественно изометрические глыбы кварца.

Фото Шаравина.

Возможно, они сдвинуты лавиной. Низкорослые ёлочки ободраны, с запада иссечены, лишены не только мохового покрова и коры, но и сучков. Что это деятельность снеговетровой эрозии или лавины?

Почти единодушное решение о вероятности схода лавины в этом ложке, хотя явного лавинного лотка здесь не наблюдается.

Привязываются qps кой все точки на склоне от места установки палатки до кедра внизу.

На другой день погода резко портится: холодный сильный ветер до обеда выдувает все остатки вчерашнего тепла. Прибывший вертолет увозит нас, наполненных массой сведений и деталей о давней трагедии.

В Перми Валерий Ощепков, ознакомившись с результатами нашего путешествия на перевал, передал мне статью из журнала «Турист № 12 за 1989 гг» о трагедии на Полярном Урале, копию которой я прилагаю.

С 1959 года из моих мозгов не выходила проблема трагедии группы Игоря Дятлова и только сейчас, 43 года спустя, после анализа полученных сведений я пришел к двум моментам.

1. Ребята погибли в результате природной катастрофы, погибли в борьбе с превосходящими силами и вели себя достойно.

2. Не устанавливайте палатку в местах, где присутствует ничтожная вероятность схода лавины. Не подрезайте склон, даже если он практически горизонтален, но выше есть уклон.

Я хочу, чтобы Вы жили долго.

Список литературы:

1. Рундтквист «Сто дней на Урале. Уралгеодезия. 1993 г., стр. 23–26, 163 стр.

2. А.И.Попов, Г.К.Тушинский. Мерзлотоведение и гляциология (краткий курс), «высшая школа», М., 1973.

3. Материалы следствия по делу группы И.Дятлова.

4. Матвеев. Вершины Каменного Пояса. Челябинск, Южно-Уральское книжное издательство, изд. Второе 1990 г., стр. 289.

Ильин? Энциклопедия выживания А.А.Ильичев

Э.К.Федоров Большая энциклопедия выживания в экстремальных ситуациях, ЭКСМО-ПРЕСС, М., 2000 г.

Приложение И

Статья Аксельрода

М.А.Аксельрод (снимок 1955–1956 г.г.)

(Статья переписана без изменений со скана, представленного Буянову Ю.К.Кунцевичем)

(На правах цитирования, перепечатка Е.Буянова ― прим.)

Я так и не смог себе объяснить внезапный бурный интерес к трагедии более чем тридцатилетней давности. Внимательно прочитал все, что было напечатано в «Уральском рабочем», «На смену», и не все меня удовлетворило. Мне кажется, нормальный человеческий интерес к тому, что было причиной гибели девяти человек, оставил в стороне главный вопрос ― как они погибали. Только ответив на этот вопрос, можно ответить и на другой: что было тому причиной?

Можно ли было на этот вопрос ответить раньше? Да. Если бы нам ― тем, кто работал на поисках (а это была тяжелая физическая и психологическая работа), было известно то, что хранилось в засекреченных Львом Никитичем Ивановым папках.

Это был прокурор старой школы. Во время поисков мы спали в одном спальном мешке, потом более года встречались у него дома, но только сейчас я получил возможность прочитать результаты судмедэкспертизы и описание палатки ивдельским прокурором (удивительно поверхностное и неполное, ибо делал его не профессионал ― турист). Думаю, если бы мы знали, кто где в палатке лежал (по расположению вещей), на сколько (по глубине) был подрыт склон для установки палатки, картина гибели ребят была бы с самого начала яснее.

Из того, что есть в деле и нет в газетах, отмечу одно: в дальнем от входа конце палатки была полевая сумка с документами, принадлежащими Дятлову, а вблизи нее ― дневник Колмогоровой. Там, похоже, они и спали. До прочтения материалов дела я. Как все, считал, что четверо получили травмы, когда бежали, падая. По склону из палатки. Но в эту схему не вписывается скрытое вчера, и прежде всего характер самих травм.

Известно, что при падении ломают обычно руки или ноги, чего в данном случае нет. Да и странно было ожидать таких падений от тренированных крепких ребят, бежавших в носках, без обуви.

В канун дня, когда была найдена установленная поперек склона палатка, нас троих высадили вертолетом под Отортен (искать следы пропавшей группы), поэтому на месте трагедии я был лишь на третий день после того, как палатку обнаружили. Сама она была снята и находилась в Ивделе, а вблизи от места ее установки, на снегу, очень четко были отпечатаны девять пар следов в шеренгу ― три и метрах в полутора еще шесть пар. Они были видны не только у палатки, но еще и метров 150–200 вниз по склону. А дальше мы их и не искали, нам все казалось понятным.

Так оно и было до того дня, когда я прочитал в деле о двух симметричных переломах ребер у Дубининой, о переломе ребер правой стороны грудной клетки у Золотарева. Они могли быть только от лыж.

Дело в том, что группа Дятлова в долине Ауспии соорудила лабаз, в котором ребята оставили лишние вещи и продукты. Ночевать у лабаза не стали, решили перевалить через низкий отрог в долину Лозьвы. На перевал пошли во второй половине дня. Мела поземка, в 5-10 метрах ничего не видно, поэтому группа от оптимального маршрута отклонилась влево и незаметно для себя прямо от границы леса стала подниматься по склону вершины 1079. Когда стала ясной ошибка, решили заночевать и дождаться утра, дождаться видимости.

Ровное место для установки палатки найти не удалось. На более-менее ровной части склона разместили вход и прилегающую к нему часть палатки, а под дальнюю пришлось подрубать на склоне снег, укладывать отколотые снежные комья, ровняя площадку.

Холодная ночевка. Палатка стоит на перевернутых лыжах, между которыми 25–30 см. По существу ― ночевка на снегу, на открытом воздухе, тонкая ткань защищает лишь от постоянно дующего сильного ветра.

Эту палатку мы сшили из двух обычных зимой 1956 года, когда под руководством Королева ходили на Приполярный Урал. Палатка получилась длинной, около четырех метров, но зато в ней 9 человек могли спать поперек днища, не касаясь стенок.

Палатка поставлена низко, дальний ее край практически полностью укрыт уступом, который получился, когда на склоне ровняли площадку. У низкой палатки меньше парусность, да и высокая палатка требуется только при подвеске печки к коньку. А тут печь даже не собирали ― не было дров.

Воет ветер. Угнездились так, чтобы лыжи не врезались в тело. Полноценного сна нет. Временами охватывает забытье, но быстро отступает ― подмерзает часть тела, на которой лежишь. Вот и приходится крутиться. Кто лежит на спине, кто ― на боку, кто ― на животе. Велик соблазн прижаться спиной к соседу, немного согреть друг друга. Холоднее всего крайним, поэтому по краям самые выносливые, самые одетые. На дальнем краю ― Дятлов (помните. Где лежали документы?), у входа ― Золотарев, он постарше других, профессионал-инструктор.

И вдруг на часть палатки, которая ближе к входу, плавно и, быть может, без предварительного шума и грохота, накатывается какая-то тяжесть, с такой силой прижимая к снегу (к лыжам), что у Дубининой и Золотарева не выдерживают ребра. Быть может, Тибо и Слободин успели приподнять головы или даже попытаться встать, но их тоже прижало к днищу палатки, а точнее к тому, что там лежало жесткого (лыжи ли детали разобранной печки). Оба получают травмы черепа. Остальные пять человек, лежавшие у борта палатки, прикрытые открытым снежным уступом не пострадали совсем (во всяком случае, медики не нашли у них ни ран, ни переломов).

Почему я говорю о плавном нарастании тяжести? Если бы была ударная волна, палатку бы снесло. К сожалению, в деле нет подробного описания брошенной палатки: неясно, в каком состоянии были растяжки и лыжные палки, на которые была растянута палатка. Со слов ребят, которые нашли ее, известно, что палатка не билась на ветру, иначе постоянные сильнейшие ветры через разрезы разодрали бы ее в клочья. Похоже, что палатка держалась на нижних растяжках, да и то потому, что с наветренной стороны они были защищены уступом.

Мне кажется: то, что обрушилось на палатку ночью, очень похоже на лавину. Но никаких ее следов, не говоря уже о лавинном выносе, не было. Нараставшая тяжесть прямо со склона прокатилась по одной части палатки, придавила тех, кто в ней лежал и, с уступа перекатилась через дальнюю часть палатки, в которой были Дорошенко, Колеватов, Кривонищенко, Колмогорова и Дятлов.

Темнота, стоны, ужас. Растерянность. К входу, где лежат раненые, не пробраться, что с ними ― понять невозможно, и что-то срочно нужно делать. Может быть, кто-то зажег фонарь, но свет ― не помощник, через лежащих и стонущих к выходу не пробраться. И тогда кто-то отдает команду резать палатку и вытаскивать раненых. Не одеваться, не бежать, куда глаза глядят, а вытаскивать раненых. В такой ситуации туристская группа не позволяла думать о себе, заниматься собой, поэтому все оказались разутыми и раздетыми.

Вытащили раненых… Их состояние ужасно, особенно у Тибо, но разбираться некогда ― а вдруг еще одна волна? И тогда Девятов (ошибка: Дятлов ― прим. Буянова) отдает команду: здоровым взять раненых и всем ― вниз. Дубинину, Золотарева и Тибо ― каждого из них ― ставят между здоровыми, к которым поначалу, не взирая на боль в голове, причислял себя и Рустик Слободин. И группа идет вниз, спасительный лес.

Три замечания. Я выше написал, что было девять пар следов. Но, может быть, прав Масленников ― были следы лишь восьми человек, так как Колю Тибо сразу пришлось нести?..

Если бы ребята в панике, еще здоровыи, бежали от палатки, они бежали бы группой след в след, кто-то впереди, остальные за ним, а не шеренгой…

Пока вытаскивали раненых, пока принимали решение, наверное, кто-то мог вернуться в палатку, одеться, обуться. Но сделать это без команды, раньше остальных, было не по-туристски, не по человечески…

И все пошли вниз. Почему вниз? Да потому, что они считали, что возвращаются к лабазу, до которого спускаться 15–20 минут, и где лес, тишина, вещи. Продукты. Конечно, темно, не видно своих следов, но это не страшно ― они все равно должны выйти на свою лыжню на Ауспию и по ней дойти до лабаза. Лыжи в темноте не помогут, они только увеличивают опасность. Вот почему, скорее вниз, к спасительному лесу.

Но лес был слишком далеко. Не потому, что группа высоко поднялась накануне, а потому, что постоянные ветры с вершины 1079 «выбили» склон так, что по нему от палатки до подлеска оказалось более километра.

Остальное понятно. Добрались до границы леса, нашли место за ветром, уложили на лапник раненых, и трое пошли искать палатку. Ушли и не вернулись. Вернуться к палатке было невозможно и не только потому, что было темно. Постоянные ветры и поземка, в которой дальше, чем на сто метров ничего не было видно, поместили палатку по ту сторону жизни Дятлова, Колмогоровой и Слободина.

Внизу тоже прощались с жизнью. Кривонищенко и Дорошенко сняли с себя все до нижнего белья, отдали ребятам и угасли вместе с ушедшим в снег (с таким трудом зажженным) костром. Последним сном уснули раненые и опекавший их до последней минуты Колеватов.

Еще раз возвращаясь к событиям той трагической ночи, хочу сказать: во всех действиях погибающих было организующее начало ― спасти раненых, облегчить их страдание. Если бы каждый думал о себе, допускаю, что кто-то из здоровых остался бы жив, для этого достаточно было отвлечься от раненых и одеться.

После мартовских похорон мне выпало идти к Кривонищенко. Смутно вспоминаю большую квартиру, не помню, кто был вместе со мной, но никогда не забуду первый вопрос Надежды Константиновны: «Скажите, Юра умер, как мужчина?». Тогда я ответил утвердительно. И сейчас, зная больше, утверждаю: ребята вели себя самоотверженно. И если считать, что достойная смерть венчает достойную жизнь, на суде совести ребятам бы не было стыдно.

Примечание (Буянова). Трудно не согласиться с этой статьей, с большинством изложенных в ней фактов и выводов. Можно лишь добавить отдельные уточнения согласно фактам, известным нам, но, видимо, не известным ранее Аксельроду.

Так, палатка была подмята со стороны задней стенки, а не со стороны входа. А Дятлов по всем признакам лежал у входа, а Золотарев у задней стенки. Именно у входа висела куртка с документами Дятлова в банке из-под монпансье, которую извлекли Слобцов и Шаравин (этот факт, похоже, не был известен Аксельроду).

Не исключено, что дятловцы вовсе не заблудились в темноте и не думали отступать к лабазу, ― они могли решить отступить ближайшим путем к лесу внизу, до которого было чуть более полукилометра.

Ко многим выводам Аксельрода мы пришли самостоятельно, ― совпадение наших позиций подтверждает их правильность.

Некоторые детали нам были не видны, а Аксельрод на них указывает. Например, на то, что укладка поперек палатки является более «теплой»: при такой укладке с краев у холодных стенок лежат только 2 человека, тогда как при укладке вдоль у холодных стенок оказываются четверо.

Важен и акцент Аксельрода на действия по спасению дятловцами своих товарищей, ― действительно, это устремление для них было одним из главных, оно во многом определяло характер принятых ими решений.

Интересны выводы Аксельрода о недостатках следствия в части именно «туристского» расследования аварии, недостаточной туристской квалификации следователей.

Приложение К

На что была похожа лавина, сошедшая на палатку дятловцев по мнению специалистов по лавинам, указавшим на «пластовую лавину из снежной доски», как на наиболее вероятную причину аварии

Тезисы из книг В.Фляйга «Внимание, лавины!» (М., «Иностранная литература», 1960) и Отуотера «Охотники за лавинами» (М., «Мир, 1980).

Из книги Вальтера Фляйга «Внимание, лавины!» в приложении к условиям горы Холатчахль

Стр. 65: о снежном насте, как опасном горизонте скольжения:

«…Все эти слои наста, фирновые зеркала и ледяные пластинки образуют при известных обстоятельствах опасный горизонт скольжения для вышележащей толщи, особенно если в мороз на них ложатся слои сухого нового снега или талая вода нарушает связь наста с вышележащим слоем, делает его скользким и вызывает образование снежных оползней в виде пластовой лавины…».

Стр. 66: об изморози:

«…так как связь с отложившимся снегом отсутствует, изморозь может стать опасным горизонтом скольжения».

Стр. 69: о начале падения лавины:

«…Бухер констатирует:…» ― см. страницу:

Примечание. Начальный «разрыв» и сильное напряжение снежного покрова в случае аварии Дятлова имели место из-за подрезки склона месте установки палатки. А «отрыв» доски выше палатки возник немного позже из-за ее дополнительного перенапряжения при резком падении температуры, скачка давления, порывов ветра и навала свежего снега. Механизм отрыва был, как отмечено ниже уже у Отуотера (стр. 46) достаточно сложен, но в нем были задействованы в разной степени все эти факторы. А скольжение доски происходило по горизонту разрыхления: или по слою глубинной изморози, или по слою снега-плывуна.

Стр. 70, ― о возможности лавин при образовании внутреннего горизонта разрыхления из снега-плывуна:

«…Бухер сформулировал следующее правило: „Образование снега-плывуна следует ожидать тогда, когда отлагаются маломощные слои и преобладают низкие температуры. Слои снега-плывуна, особенно часто возникающие в начале зимы и потому залегающие в самой нижней части снежного покрова (хотя встречаются позже и в более верхних слоях), при последующем отложении снега не уплотняются, если только повышение температуры не проникло до них. Таким образом, на протяжении всей зимы они могут представлять собой большую опасность как первопричина лавин. Опасность эта особенно велика потому, что туристы обычно даже не подозревают о скрытых слоях снега-плывуна. Такое закономерное преобразование снега в сторону увеличения его зерна исследователи обычно называют разрыхлением слоя…“.

Стр. 75: Крутизна склона:

«…Несомненно, что склоны с падением менее 25° не столь лавиноопасны, как более крутые. Однако известны случаи, когда лавины возникают при углах наклона менее 14° и носителем лавины часто является вовсе не склон, который мы пересекаем, а покатость, расположенная значительно выше…».

Примечание. Крутизна склона выше палатки дятловцев: 23°, ниже: 15° (по данным измерений Попова и Назарова).

Стр. 81: Влияние погоды:

«…Решающим для лавинообразования является не столько рельеф, сколько соответствующие условия состояния снега и погоды. Каждый сильный снегопад чреват лавиной и тем опаснее, чем резче отклоняется ход изменения погоды от обычного…».

Примечание. Вывод: только крутизна и характер склона могут не быть определяющими факторами для возникновения лавины, ― в не меньшей степени влияют и состояние погоды, и состояние снега.

Стр. 84: следствия холодной лавинной погоды:

«…Мы знаем теперь два особенно характерных следствия „холодной лавинной“ погоды: лавинную опасность в результате накопления нового рыхлого снега во время и непосредственно после больших снегопадов и лавинную опасность, возникающую при образовании плотного снега и особенно снежных досок во время и часто еще долго после снегопада при сильном ветре…»

Стр. 88: рисунок со схематичной формой отрыва снежной доски и профиля снежной поверхности в месте отрыва:

Фляйг, стр. 88.

Стр. 131: о лавинах из снежных досок:

«…Лавины из снежных досок являются лавинами из твердого, преимущественно сухого, досковидного, сильно напряженного, плотного спрессованного или осевшего снега. У снежной доски широкий линейный отрыв. При отрыве она отламывается вертикально к склону по дугообразной или ломаной линии с острыми краями. Отрыв лавины возникает в виде трещины, мгновенно разрывающей снежный покров, часто с жестким, ясным, но обычно глухим треском: „вум“…».

Стр. 133:

«…Прототипом снежной доски является ветровая доска. Уже само ее название говорит о том, что эти самые опасные туристские лавины нераздельно связаны с весьма разнообразными условиями погоды, могущими вызвать лавины, подтверждением чего служат весьма яркие примеры, приведенные в разделе о погоде…».

Стр. 134: о непрочности снежных досок и опасности их подрезки:

«…Хэфели пишет: „Нельзя полагаться на относительно высокую прочность уплотненных ветром поверхностных слоев снега. Чем больше прочность, тем выше, как правило, внутреннее напряжение. Следует также принимать во внимание, что надрезы, создаваемые при несущем снежном покрове краями лыж, ослабляют его в наиболее опасном месте“ (поскольку максимальные напряжения наблюдаются именно у поверхности)».

Примечание. Если надрезы лыжами ослабляют снежную доску, то как же ее мог ослабить надрез на 1 м вглубь, сделанный с помощью ледоруба дятловцев…

Стр. 137:

«…Главная, особенно страшная опасность лавин из снежных досок состоит в том, что они возникают совершенно неожиданно в любом мете и в самое различное время под воздействием одного только ветра…».

Стр. 145:

«…Теперь, узнав некоторые особенности и опасные свойства лавин из снежных досок, мы поймем, почему до развития лыжного спорта и альпинизма в зимнее время они были мало известны и не встречались в прежних классификациях. С другой стороны, это позволяет отнести их к чисто туристским лавинам. Достаточно хорошо зная литературу об альпийских лавинах, я утверждаю, что по меньшей мере 75 % всех несчастных случаев с лыжниками каким-либо образом связано с лавинами из снежных досок…».

Фляйг, фото 57–58. Нижнее фото: отрыв снежной доски на склоне крутизной 25–27°.

Из классификации лавин на вкладке книги про особенности лавин из снежных досок:

«Сухие лавины из плотного снега: лавины из снежных досок.

Виды снега: Уплотненный снег. Спрессованный снег. Осевший снег. Новый или старый снег.

Характер движения и формы потока: Исключительно наземное движение, соскальзывание или сползание. Характерный отрыв в форме полосы с острым краем (линейный отрыв) одного или нескольких слоев. Мгновенный отрыв всей доски с сильным треском. Дробление на глыбы и плиты с острыми краями. Образование подпорного вала и широкого конуса выноса из глыб. Возможно поверхностное пыление. Отсутствие воздушной волны.

Тип лавин (катастрофические или туристские), сезонность и другие отличительные признаки: Самая опасная и наиболее часто встречающаяся туристская лавина. Возникает на любой высоте над уровнем моря во время и после снегопадов с ветром, вслед за образованием плотного и прессованного снега, особенно после холодных метелей, вблизи гребней и в высоких горах выше границы леса».

Определение «туристской лавины» дано у Фляйга на стр. 35 и 187:

«…Под „несчастными лавинами“ подразумеваются лавины, которые мы назвали туристскими, так как обычно они приводят к единичным или групповым несчастным случаям с туристами и альпинистами. Здесь, конечно, будет идти речь только о поведении при лавинной опасности, так как никакого готового рецепта поведения во время самой катастрофы дать нельзя. Приведенное в эпиграфе ужасающее количество лавин, вызванных самими туристами, показывает, что помощь здесь необходима и, как мы считаем, возможна…» (Эпиграф: «Достоверные сведения показывают, что 90 % „несчастных лавин“ вызвано самими пострадавшими или их спутниками». Шильд, 1949.).

Примечание. По всем признакам, спусковым механизмом аварии Дятлова явилась именно такая лавина из «снежных досок» на подветренном, восточном, открытом склоне горы Холатчахль. Лавина, достаточно небольшая по массе, была спровоцирована подрезкой снежного пласта в месте установки палатки. Термин «снежный оползень» к ней не очень хорошо применим, поскольку специалисты (например, тот же Фляйг) под «оползнем» очень часто понимают небольшие лавины из мокрого снега.

Стр. 188:

«…Именно в Альпах нет особенно лавиноопасных районов, но есть смертельно опасные условия погоды и состояния снега…».

Примечание. То же можно повторить относительно любого горного района, в котором имеют место значительные снегопады и снегонакопления.

«Неопределенность», замеченная у Фляйга из-за недостаточного понимания природы сил на стр. 197:

«…до сих пор еще не установлено, где лучше спасаться, ― за естественным убежищем, например, за скалой, или перед ним, то есть, что легче ― переносить давление или всасывание…».

Примечание. Здесь ответ однозначен: давление крайне опасно, и при ударе и даже просто давлении значительной массой даже на небольшой скорости оно вызовет летальный исход, ― человека просто раздавит о жесткое препятствие, как муху. Конечно, надо прятаться за препятствие, если препятствие массивное и прочное. Но если оно не массивное и непрочное, то попытка спрятаться за него просто приведет к гибели под его обломками. Потому прятаться за непрочные и не массивные препятствия нельзя, ― в этом случае лучше просто принять лавину «на себя», чтобы она отбросила, но не раздавила собой о препятствие, или не раздавила обломками сооружения. Надо понимать простую истину: огромные усилия со стороны лавины возникают при сильном сопротивлении ее движению, при ее ударе о жесткое препятствие. При этом чем больше скорость лавины, тем сильнее удар. И нет спасения тому, кто окажется между лавиной и препятствием.

Из книги Отуотера в привязке к условиям лавины на Холатчахле:

Крутизна склона и толщина снега для образования лавин: Стр. 37:

«…Я видел лавины при снежном покрове мощностью 15 см и на пологом склоне с углом наклона 15°. Однако такие случаи исключительно редки. Большинство лавин, достаточно больших, чтобы считаться интересными, сходили со склонов крутизной от 25 до 40°…»

Стр. 41: по глубинной изморози и конструктивному метаморфизму снежного покрова:

«…Глубинная изморозь разъедает нижний слой снежного покрова и подвешивает его, словно крышу, имеющую опору лишь по краям. Очень часто эта крыша в конце концов рушится. Глубинная изморозь влияет на весь снежный покров, образуя величайшие и разрушительные лавины…».

«…Конструктивный метаморфизм ― пожалуй, наиболее скрытый механизм, поскольку он действует невидимо для нас, образуя глубинную изморозь. Его эффект заключается в ослаблении снежного покрова в его наиболее уязвимом месте, в нижней части…» (на стр. 47).

Стр. 46.: сложность спускового механизма лавины:

«На самом же деле, как и во всем, что касается снега и лавин, спусковой механизм чрезвычайно сложен…».

Стр. 48: изменение температур:

«…Нам, лавинщикам, хорошо известно, что любое быстрое изменение температуры, повышение или понижение, ― это сигнал опасности…».

Примечание. На стыке суток 1–2 февраля 1959 г. (метеостанции Бурмантово, Няксимволь) имел место скачок температуры на минус 23,9 градуса в Бурмантово и не менее чем на минус 21,5° в Няксимволе!).

Стр. 62: ветер:

«…Ветер всегда считался важным фактором лавинообразования…».

Примечание. По свидетельству участников поиска, на горе Холатчахль обычны ветра 15–30 м/с и более (до ураганной силы).

Стр. 228: случай схода лавины от подрезки «снежной доски»:

«…Не требовалось особой гениальности, чтобы восстановить ход событий. В результате бурана на склоне образовалась мягкая снежная доска толщиной около 1 м. Доска могла осесть и стать устойчивой, если бы ее предоставили самой себе. Но тут пришел бульдозер АТТ и сделал разрез прямо посередине доски, уничтожив ее опору на склон. Лишенная этой опоры, доска съехала вниз…».

Примечание. Вот так же съехала вниз и доска, подрезанная дятловцами при установке палатки, ― склон был прокопан на глубин более 1 м судя по последнему снимку…

Приложение Л

Е.В.Буянов

Зубья аварии

Некоторые механизмы лавинных и холодных аварий на примере одной катастрофы

Методическая статья

Случается так, что туристской группе, попавшей в аварию, удается вырваться. Удается сломить, зацепивший ее «зуб опасности» и спастись. Но случается и так, что группа, уходя от одной опасности в сложной ситуации, тут же натыкается на другую. И бывает так, что, сломив один «зуб опасности», группа встречается со следующим. И каждый новый этап аварии оказывается при этом тяжелее предыдущего. В таком случае ситуация становится все сложнее, тяжелее и трагичнее. Особенно в условиях жесткого давления стихии и почти неизбежных в таких ситуациях ошибок туристов.

Ниже я хочу пояснить суть отдельных механизмов лавинных и холодных аварий на примере одной катастрофы, о которой писалось ранее. Но описания были даны без полной детализации причин, которые тогда еще четко не были видны. Пояснения нужны для возможного предупреждения подобных ситуаций в будущем, ― для лучшего видения отдельных факторов опасности.

Ситуация произошла на «сломе» условий рельефа, ― такие переходы чреваты всякими неожиданностями. Группа вышла из тайги на открытый ветру склон горы (Холатчахль, Северный Урал, 1096). На перевале дул ветер с азимута 270–290 (западный и северо-западный ― это мы выяснили точно), но под восточным склоном горы ветер был слабее. Гора прикрывала собой, пока группа не вышла из-под ее защиты. Дальнейшее движение выводило на северный склон и на более открытое пространство, ― навстречу ветру. Времени до темноты оставалось немного, поэтому туристы решили не выходить «под ветер» и заночевать на склоне, выбрав участок с достаточно толстым снегом в нечеткой ложбине склона, на перегибе крутизны. Спускаться вниз к лесу через каменные гряды не хотелось, поскольку на следующий день пришлось бы снова набирать высоту. Ночлег в таких условиях являлся хорошей тренировкой, ― ранее только руководитель группы имел опыт подобных ночлегов.

Казалось, все сделано правильно. Для установки палатки выбрали участок склона с глубоким снегом, ― в заметенной выемке склона, на перегибе крутизны. Длинную двойную палатку постарались максимально «убрать» под склон и «в склон», вырубив в снегу ровную площадку и укрыв палатку за снежным уступом высотой более метра. Так палатка меньше «парусила» на ветру и между ней и склоном не наметало крупный сугроб, тяжесть которого могла ночью завалить палатку. Ветер нес снег со снежного уступа через палатку, а в углублении между палаткой и склоном снега скапливалось немного. Палатку тщательно закрепили на стойках и оттяжках. Крайние стойки ― из лыжных палок, а высокие боковые ― из лыж с оттяжками от центра конька палатки. Для крепления оттяжек перевернутые палки углубили до колец, ― такая была глубина снега (до 120–200 см).

На рисунке показаны варианты установки палатки без углубления и с углублением в склон для меньшей парусности и защиты от навала снежного сугроба. Укладка поперек палатки была более теплой, поскольку у холодных краев лежали двое, а не четверо участников. А укладка головой от склона была лучше с точки зрения защиты головы от навала крыши под давлением сугроба со стороны склона. Палатку поставили задней (глухой) стенкой к ветру, по-штормовому, с заглублением в снег примерно на полметра. И с заглублением в склон с подрезкой пласта на 100–120 см, как показано на рисунке 1 справа..

Темный угол палатки сверху, ― это то, что выступало из снега над устоявшей передней стойкой тогда, когда палатку обнаружили. После аварии весь снег заровняло ветром за 25 суток по склону, ― сверху на 40–50 см выступал лишь острый угол. А задняя, заваленная часть палатки была под снегом.

Так группа постаралась уйти от видимых опасностей ветра и снега. На открытом пространстве ветер представлял серьезную угрозу, и в случае порыва палатки группа могла попасть в нелегкую ситуацию.

Рисунок 1. Установка палатки без заглубления и с заглублением в склон для уменьшения парусности и навала снега.

Но, уходя от одной опасности, группа невольно создала вторую. Край тяжелой снежной «доски» на слабой подложке глубинной изморози коварно навис над палаткой всей своей тяжестью. Подрезка снежного склона у палатки лишила «снежную доску» опоры снизу в зоне ее максимальных напряжений, ― на перегибе склона, где крутизна увеличивалась по высоте с 15 до 23 градусов (Попов И.Б., «Это была лавина», и по результатам измерений совместно с профессором Н.Н.Назаровым, ― геоморфологом ПГУ, см также реферат по результатам похода: http://community.livejournal.com/pereval1959/18649.html).

По этой «снежной доске» еще, видимо, походили ногами. И, возможно, выложили сверху бруствер из крупных комков снега, чтобы поменьше снега сыпалось на палатку. В результате совсем не опасный с виду склон стал лавиноопасен. Лавинная опасность была вызвана в данном случае не только подрезкой склона, ― она была вызвана и очень опасным состоянием снежного пласта. Тяжелый пласт этот нарастал в течение всей зимы, ― он уплотнялся и ветром и под действием резких скачков температур, которые сейчас видимы нам по графикам температур ближайших метеостанций Печора, Няксимволь, Бурмантово, Ивдель. Сход пласта, не поддержанного снизу, по слабой подложке глубинной изморози может произойти на склоне с незначительной крутизной даже менее 10º.

Характерно: лавина на этом склоне могла и не сойти и не наблюдаться в течение многих лет, даже если бы по ней прошло множество групп. Но глубокая подрезка снежного пласта явилась катастрофическим фактором, который обусловил сход небольшого снежного оползня на палатку.

Ночью при резком падении температуры, при повышении давления воздуха, ветра и наметенного снега кусок уплотненной «снежной доски» лопнул по трещинам, оторвался, съехал вниз и подмял задний край палатки дятловцев. При этом «доска, возможно, разломилась на куски и перемешалась и со свежим снегом сверху, и с рыхлым инеем подложки глубинной изморози (снизу). Видимыми, возможными причинами отрыва явились, конечно, подрезка пласта снизу, его повреждения при установке палатки, внутренние трещины, перегрузка пласта свежим снегом, порывы ветра, и резкое падение температуры (температурные напряжения). Оползень был небольшим по массе и объему, но он „наделал дел“ из-за определенного характера нагрузки.

Но мог ли такой небольшой оползень с массой от нескольких сотен килограммов до нескольких тонн, ― мог ли он нанести серьезные травмы участникам группы при весьма небольшой скорости схода с ориентировочной высоты порядка 1–2 м? Способна ли такая лавина-оползень с объемом в несколько кубометров частично уплотненного, а частью свежего снега нанести серьезные травмы?

Да, в определенных условиях воздействия нагрузки это случается.

Когда?

Тогда, когда значительная масса придавливает человека к жесткой опоре: к стенке, к полу, к дереву. Надо видеть страшную «костоломность», смертельную опасность данного вида нагрузки. Когда наваливающаяся масса значительна, она легко ломает кости даже при небольшой скорости или при небольшой высоте падения. Она легко ломает кости даже при нулевой начальной скорости, ― при статической нагрузке от веса этой массы уже при величине массы порядка 200–300 килограммов на человека. И ясно, что при таком механизме нагрузки даже несколько сотен килограмм снега могли нанести тяжелейшие травмы. Ведь навал его был не просто «статическим», ― от веса этого снега. Он был и «динамическим», ― при падении этого снега с высоты от одного до нескольких метров, ― с высоты, лежащей в пределах от высоты падения нижнего и верхнего краев снежного пласта. Такие нагрузки с навалом значительной массы, придавливающей к жесткой опоре, вызывают обычно или тяжелейшие травмы или летальный сход. Они легко ломают грудную клетку, позвоночник, кости черепа.

В конце статьи дано приложение, в котором теоретически объясняется разница между нагрузками при сдавливании и при отбрасывании (или падении) человека. Важно понять, что разница здесь ― в десятки-сотни раз, поскольку условная масса частей тела человека m (порядка от нескольких килограмм до нескольких десятков килограммов) существенно меньше массы падающего потока лавины M (порядка нескольких сотен ― десятков сотен килограммов).

Вывод определенный: наиболее опасными нагрузками при сходе лавины являются нагрузки, возникающие вследствие сдавливания (компрессии), когда человек оказывается между потоком лавины и жестким препятствием. От такого исхода надо стараться уйти и всеми средствами предотвратить такой исход. Что угодно, только не «припечатывание» лавиной к стенке или полу, или не «затирание» между препятствием и потоком лавины.

При этом обрушение потока или снежного пласта лавины на палатку в зоне подрезки пласта являются частным случаем очень опасной нагрузки сдавливания. На рис. 2 г показано схематично, как обрушение участка снежного пласта подмяло палатку в случае группы Дятлова. Обрушение было локальным, палатку подмяло со стороны задней стенки (а переднюю стойку не завалило).

Палатку, поставленную с подрезкой пласта с заглублением вниз «по-штормовому» поток или пласт лавины однозначно придавливает к площадке, а не отбрасывает. Палатке «некуда деться» из углубления в склоне. Основная часть массы палатки, ― люди и вещи, ― разложена на полу, а верх ее пустой и нежесткий. Поток легко сминает верх палатки и придавливает к ее полу все, что на нем лежит. «Отбрасывание» палатки практически никогда не происходит, ― практически ее может отбросить только вместе с уступом, который под ней. Продольная трещина вдоль наружного наклонного ребра палатки дятловцев ― прямое свидетельство удара снежного оползня по ее крыше при стоящей стойке и целых оттяжках. А куртка, вдавленная в разрыв палатки со стороны склона ― прямое свидетельство усилий по освобождению из палатки (придавленные ее вдавили силой, отвоевывая внутреннее пространство).

Примером подобной аварии служит очень трагичная история на Приполярном Урале (горы Рай-Из) 29.10.88 г., когда небольшая пластовая лавина на некрутом склоне морены высотой всего 20 м со снегом толщиной всего 40 см (внизу) похоронила под собой 13 человек (см. П.И.Лукоянов. «Неслучайные случайности», журнал «Турист», № 12, 1989, с. 48–50). При крутизне склона над палаткой: 25–30°. Интересно, что лыжи, воткнутые в снег у палаток всего в нескольких метрах, остались стоять, ― лавина их не завалила.

У дятловцев была похожая ситуация. Задняя часть палатки после ее обнаружения была придавлена снегом. Часть снега с палатки была сдута ветром, а остальная часть просела и уплотнилась до твердого наста, причем ветер за 25 суток заровнял все выступы на склоне. Упавшие лыжи-стойки, похоже, были подняты и воткнуты у палатки в качестве вешек (ориентиров), поскольку оттяжки от них отсутствуют.

Оползень лавины импульсивно придавил и вызвал достаточно тяжелые травмы трех участников, ― множественные переломы ребер Дубининой и Золотарева, а также черепные травмы Тибо-Бриньоля и Слободина. Следы похожего удара по голове имелись также у Кривонищенко (височная рана с разлитым кровотечением), Колмогоровой (следы удара по лицу, носовое кровотечение) и Колеватого (раны на щеке и под ухом).

Но не только травмы осложнили положение дятловцев.

Чтобы освободиться из завала им пришлось разрезать и разорвать палатку. В результате разрушения жилища группа оказалась в очень тяжелом положении, ― ночью, в сильный мороз, на ветру, с тремя травмированными участниками. Ночью восстановить палатку было невозможно. Согреваться активным движением пострадавшие не могли: резкие движения у них вызывали боль.

Одев пострадавших в отдельные вещи, извлеченные из-под снега в разрушенной палатке, группа решила срочно спустить раненых вниз, к лесу, чтобы там укрыть от ветра. А затем вернуться к палатке за вещами. До границы леса было всего полкилометра, ― долго ли сбежать вниз и вернуться «в тапочках»?..

Конечно, тогда в темноте дятловцы не понимали до конца, какого типа лавина и почему на них сошла. Не считаться с возможностью схода новой лавины они не могли, и понимали опасность раскопки палатки в темноте. Новый оползень мог в любой момент подмять устоявшую часть палатки и нанести новые травмы. Какие и насколько опасные были нанесены травмы, дятловцы тоже не совсем понимали, ― ведь профессионального врача у них не было. О тяжести травм они судили по симптомам и болевым реакциям. На поспешное решение повлиял, конечно, и испуг от неожиданности, и тревога за пострадавших, и «приличный» удар по голове. Роковое решение спуститься в легкой одежде и обуви было принято в состоянии сильного стресса и спешки.

Группа пошла вниз. Вот здесь вступил в действие новый фактор аварии, о котором группа Дятлова не знала. Температура вечером и в ночь аварии упала на минус 23,9 градуса до минус 28,8 в Бурмантово (-28,3 ― в Няксимволе, – 28,7 ― в Печоре). Усилился ветер, и могли иметь место осадки в виде снега (ввиду близости графиков температур и точек росы). По всем признакам имело место явление типа «бора», ― падение холодного воздуха с горного хребта вниз с усилением ветра (вообще «бора» обычно наблюдаются в прибрежных районах гор, но здесь имело место сходное по типу явление при перевале холодного воздуха горного хребта). Карта температур с видимым вторжением холодного фронта в ночь аварии (на 5.00 по Свердловскому времени) приведена ниже.

По графикам температур и давлений был прослежен ход арктического циклона, который и вызвал резкое падение температуры в ночь аварии. Циклон шел с запада на восток, крутясь против часовой стрелки (при взгляде на карту). Его центр четко просматривается. Крылом холодного фронта он задел район Северного Урала, причем край этого фронта прошел севернее Ивделя (где температура не опускалась ниже минус 21). Ближайшие к месту аварии метеостанции в Няксимволе и Бурмантово и в Печоре отметили резкое падение температуры ниже минус 28 °C. Остальные метеостанции (Троице-Печерское, Ивдель, Пермь, Бисер) не отметили столь резкого падения температуры, но они (кроме Ивделя) находились значительно дальше от места аварии, причем по картам видно, что холодный фронт прошел севернее этих метеостанций, вначале вдаваясь клином на юго-восток и затем смещаясь на восток и северо-восток. Сейчас трудно установить, была ли температура на высоте 900 м выше или ниже отметки минус 28–29 (могло быть по-разному, поскольку здесь тяжелый холодный воздух вдавался клином, вытесняя более теплый воздух вверх), поэтому оценка на минус 28 является наиболее достоверной. А вот ветер на высоте и на открытом склоне горы был однозначно сильнее, чем внизу на метеостанциях. Направление ветра по карте давления можно примерно определить по изобарам, ― вектор ветра направлен под углом 30° по часовой стрелке к изобаре циклона, а общая закрутка циклона ― против часовой стрелки вокруг его видимого центра)

Примечание. Координаты места аварии (61°48’ С.Ш., 59°28’ В.Д) обозначена на карте температур красным крестом (верхний правый угол карты у отметки изобары -20 °C). Можно заметить, что место аварии находится вблизи пересечения параллели и меридиана 60 градусов, обозначенных на схеме серым точечным пунктиром. Это зона +5 часов (к времени по Гринвичу), но пик холодного фронта в районе горы Холатчахль проходил примерно в 3.00 ночи по местному времени.

Удар холода и ветра не был бы столь роковым, если бы группа находилась в «нормальных» условиях таежного ночлега. Но на открытом пространстве продуваемой ветром горы при воздействии на ослабленную травмами группу без теплой одежды этот удар имел фатальные последствия.

Карта температур 02.02.59 в 00.00 по Гринвичу (5.00 по Свердловску). (Место аварии ― красный крест в правом верхнем углу у изотермы -20°.)

Карта давлений на 00.00 по Гринвичу 02.02.59

Уже на спуске к границе леса (на 550 метров) группа вышла из-под защиты горы и попала под более сильный встречно-боковой ветер на продуваемом пространстве мелкого редколесья. Чтобы хоть как-то укрыться от ветра, им пришлось углубиться в лес от его границы еще на километр.

Но и на лесной поляне у кедра группа не была полностью защищена от ветра. Поэтому для укрытия пострадавших им пришлось откопать снег в углублении вблизи ложа ручья, ― здесь соорудили настил, на котором уложили травмированных участников, чтобы они согревали друг друга.

Для согрева пытались развести костер у кедра, но эти попытки оказались безуспешны. В условиях сильного мороза и ветра разжечь костер оказалось сложно, а поддержать костер они не смогли. Лес оказался очень плохим: валежник был под снегом, а при отсутствии топора заготовка дров путем обламывания ветвей кедра принесла незначительные результаты при затрате огромных усилий. Едва загоревшийся от обрезков ткани и фотопленки небольшой костер быстро погас, ― дров для него не хватило. Согреться дятловцы не смогли, получили ожоги и поняли, что без теплой одежды и бивачного снаряжения группа погибнет от холода. Дятлов, Колмогорова и Слободин предпринимают отчаянную попытку вернуться к палатке за теплыми вещами и снаряжением и погибают в борьбе от холода на продуваемом пространстве редкого леса. У костра погибли Дорошенко и Кривонищенко, ― они сильно выложились на физической работе и были одеты хуже других, а попытки согреться у костра у них сопровождались ожогами и загоранием одежды. В ожидании товарищей, ушедших к палатке, погибли от холода и последние четверо, ― Колеватов и трое травмированных: Дубинина, Золотарев и Тибо-Бриньоль.

Главными «слагаемым» тяжелой аварийной ситуации явились два очень коварных фактора стихии: пластовая лавина-оползень, сошедшая на палатку вследствие подрезки склона, и прохождение фронта холодного воздуха, вызвавшее резкое падение температуры в ночь аварии с усилением ветра и, по всем признакам, выпадением осадков. В тяжелых условиях аварии решение группы спуститься вниз к лесу без теплой одежды и бивачного снаряжения имело роковые последствия, поскольку у группы не хватило времени, сил и тепловых резервов для возврата к палатке. Отсюда и гибель всех от замерзания.

Авария не окончилась бы столь трагично, если бы не навал фронта холодного воздуха на ослабленную травмами группу, лишенную жилища, верхней одежды обуви и бивачного снаряжения. Вероятно, она бы не окончилась столь трагически, если бы не решение группы спускаться без одежды и снаряжения, ― это решение было построено в расчете на «обычные» условия в день перед аварией, но не на резко изменившиеся условия ночью. Эта ошибка группы была третьим «слагаемым» аварии, которое в сумме с последствиями лавины и навалом холодной непогоды и привело группу к гибели.

Выводы достаточно определенны. Какие факторы опасности должны быть определенно видны группе, которая останавливается на ночлег?

В порядке следования они таковы.

Небезопасной является остановка группы на открытом месте. За ночь условия могут серьезно измениться, ― температура упасть, а ветер и осадки серьезно усилиться. Может произойти и изменение направления ветра.

При установке палатки на открытом месте эти факторы могут привести к разрушению палатки ветром.

При выборе места бивака надо учитывать не только «текущие» погодные условия, но и возможные изменения этих условий в худшую сторону.

Опасной является подрезка снежного пласта в месте установки палатки. Сход пластовой лавины при подрезке возможен на склонах с незначительной крутизной.

Подрезка снежного пласта при установке палатки может катастрофически увеличить лавинную опасность склона! Даже такого склона, обычное прохождение которого совершенно безопасно.

Кроме того, достаточно мощная лавина с крутых склонов может пройти значительное расстояние даже по склону с незначительной крутизной, ― такие случаи известны. Здесь иногда не спасают «отходы» от склонов на 300 ― 500 м, ― мощные лавины запросто проходят такие расстояния по склонам с небольшой крутизной порядка 10 градусов. Поэтому небольшая крутизна склона еще не означает, что склон нелавиноопасен.

И подрезка склона, и открытость склона, и наличие мощных сбросов над склоном, ― все это факторы лавиноопасности, которые надо видеть при установке бивака.

Бивак надо устанавливать в защищенном месте и от ветра, и от возможных лавин и камнепадов. Расчет на снежно-климатические условия предыдущего дня при установке бивака может быть совершенно неверен, поскольку за ночь эти условия могут серьезно измениться и по «силовым» составляющим ветра и осадков, и по направлению ветра.

Во многих случаях тот склон, который для прохождения может считаться «нелавиноопасным» для установки бивака должен быть признан как потенциально опасный. Оценка лавинной опасности склона для прохождения и для установки бивака должна быть в принципе различной. Для бивака требования по лавинной безопасности существенно выше. Предсказать сход лавины практически невозможно, но вот тактически обойти опасность схода лавины путем установки бивака в более безопасном месте обычно не представляет большого труда.

Надо видеть опасность сдавливающих нагрузок и всеми путями уходить от них, ― не оказываться между потоком лавины и жестким препятствием.

Надо понимать смертельную опасность таких нагрузок на тело человека и уходить от них всеми доступными способами. Они практически не дают шансов на спасение. Частным случаем таких нагрузок является и нагрузка от падения лавины на палатку, поскольку в этом случае людей прижимает к полу палатки значительная масса снега. Даже статическая, медленно нарастающая нагрузка от такой большой массы порядка нескольких сотен килограммов, представляет очень серьезную опасность. А в случае динамических нагрузок с большой скоростью и при возрастании массы до нескольких тонн сдавливающее воздействие таких масс почти наверняка будет роковым. Большие нагрузки при движении лавины возникают тогда, когда ее поток встречает на своем пути жесткие препятствия, ― и чем больше скорость, тем сильнее удар. Но и на небольших скоростях значительная масса снега легко ломает человека о жесткое препятствие. В частности, и пол палатки является таким препятствием.

Поэтому для установки палаток надо выбирать защищенные места. Участки леса ― нередко хороший признак того, что лавины не сходят. Массивные препятствия в виде крупных камней и скальных монолитов ― хорошие защитные стенки для палаток и со стороны склонов, и со стороны ветра.

При установке бивака надо постараться увидеть и возможные «прыжки» лавин со всех окружающих склонов и уступов, ― в том числе и со склона, противоположного склону бивака.

Ясно, что травмы участников группы, особенно тяжелые, резко снижают сопротивляемость группы условиям внешней среды. В случае аварии Дятлова этот фактор сыграл весьма негативную роль и в плане вывода из строя участников, и в плане отвлечения сил других участников группы для помощи пострадавшим. В результате заниматься активными действиями по спасению могла только часть группы туристов, и общая сопротивляемость группы снизилась в 2–3 раза. Ведь, по крайней мере, трое были выведены из строя, и еще 2–3 человека должны были помогать раненым. Активно действовать для обустройства жилища, разведения костра, транспортировки вещей могли не более 3–4 человек вместо 9. Понятно, насколько ослабела действенность группы в борьбе со стихией из-за полученных травм.

Травмы всегда являются сильным «давящим» фактором стихии и на больных, и на здоровых участников.

Руководитель группы, имеющей на руках хотя бы одного тяжело травмированного участника, должен понимать, что «группа на грани выживания». Что положение крайне тяжелое, и действия должны быть не только быстрыми, но и крайне продуманными, организованными и осторожными. И что даже малая ошибка руководителя и группы в такой ситуации может иметь фатальные последствия.

Это говорится, конечно, при понимании той простой истины, что «бросить» хотя бы одного «тяжелого» участника совершенно недопустимо, ― это и аморально, и это прямой путь к разобщению и гибели всех.

Очень небезопасным является и разобщение группы, ― на него можно идти очень расчетливо обычно только для необходимых действий по спасению (длительно ― для вызова помощи, а кратковременно ― для отходов малых групп с целью подноса топлива, снаряжения и производства работ по обустройству жилища).

Травмы также наложили тяжелый отпечаток на выбор плана действий дятловцев. Понятен их благородный порыв в первую очередь спасать и укрыть пострадавших. Но тяжелые последствия «шага от палатки» со снаряжением они глубоко не смогли просчитать с учетом круто изменившихся условий внешней среды.

Потеря одежды и снаряжения и разрушение жилища, ― катастрофические фактор аварии, резко усиливающий внешние воздействия стихии.

Недооценка опасности переохлаждения и замерзания, ― крайне опасный фактор аварийности.

Отсутствие теплой одежды и обуви в условиях сильного мороза и ветра ― катастрофический фактор стихии!

Сложение всех перечисленных факторов аварии и привело к столь тяжелой катастрофе. Стихия холода оказалась сильнее из-за снижения сопротивляемости группы вследствие травм, разрушения жилища, потери снаряжения и одежды. И из-за общего усиления фактора давления холода, ветра и осадков в ночь аварии.

Предсказать сход лавины трудно, нередко просто невозможно, и очень часто невозможно предсказать приход заряда непогоды. Но тактически почти всегда можно обойти эти опасности путем правильного выбора пути и места установки бивака. И даже в условиях аварии обычно можно предотвратить или ослабить воздействие таких критических факторов, как разрушение жилища, потеря теплых вещей, снаряжения, продуктов питания.

Нам не сразу удалось найти информацию и воссоздать картину холодного удара стихии в ночь аварии. Но сейчас эта картина видна, ― видно и движение циклона, и характер распространения холодного фронта, известны и температуры и направления ветра по данным метеостанций вблизи места аварии. Оказалось, что все эти данные при желании можно найти и спустя 49 лет после аварии, если обратиться к знающим специалистам. В данном случае таким специалистом был инженер и преподаватель Гидрометеоуниверситета Владимир Исакович Мошиашвили. И оказалось, что всю нужную информацию можно найти в Интернете, если знать, где она находится.

Группа Дятлова погибла, несмотря на отчаянную и самоотверженную борьбу всех ее участников с коварными ударами стихии. Думается, что допущенные ими в ходе этой борьбы ошибки должны вызвать сочувствие, сожаление и понимание, но не осуждение. Дятловцы пали достойно, как солдаты в неравном бою, ― по всем основным признакам эта авария была тяжелым несчастным случаем.

Светлая им память и уважение от нас! И будем мы благодарны им за этот тактический урок, который они добыли для нас ценой своей жизни! Урок, который при правильном понимании и правильных действиях, быть может, поможет предотвратить подобные аварии в будущем.

Приложение

О нагрузках при сдавливании и отбрасывании человека потоком лавины

Сдавливание человека значительной массой М потоком лавины при опоре на жесткое препятствие крайне опасно. Ниже на рисунке 2 схематично показаны варианты такой нагрузки со стороны значительной массы M, ― в случае, когда она придавливает человека к стенке силой Ma (a ― ускорение M) на рис. 2а и при придавливании человека к горизонтальной опоре статической силой Mg ― на рис. 2б. На рис. 2в и 2 г показаны варианты давящей нагрузки при обрушении тяжелого снежного пласта на палатку. При этом вертикальная составляющая от действия массы M будет, конечно, меньше, чем при «прямом» воздействии этой массы (как на рис. 2а, 2б), но все равно она очень опасна. На рис. 2д и 2е схематично показаны нагрузки на тело человека, имеющие характер сдвига, ― такие нагрузки из-за смещения пластов движущейся массы снега и при опорах на препятствия могут вызывать тяжелые травмы. Могут быть очень опасны и черепные травмы от сдавливания головы, ― особенно при давлении на жесткую опору: рис. 2 г.

«Городской» аналог такой нагрузки: «придавливание» человека автомобилем к стенке или к столбу. Даже на незначительной скорости крупная масса автомобиля наносит тяжелейшие травмы, причем тяжесть исхода от распределения и концентрации нагрузки зависит мало, ― от них зависит характер и зоны повреждений.

Особенностью такой сдавливающей нагрузки является также то, что она обычно сильно и очень неравномерно деформирует тело человека, вследствие чего могут возникать тяжелейшие травмы с переломами крупных костей позвоночника, таза и грудной клетки. Переломы конечностей тоже случаются, но все же реже, поскольку конечности обладают большей подвижностью и меньшими размерами, поэтому их деформации меньше и не так велики действующие на них распределенные нагрузки. Конечности ломаются тогда, когда их длинные кости испытывают значительные изгибные нагрузки при опоре на препятствие и тело человека.

Но вот при отсутствии жесткой опоры уровень нагрузок оказывается совсем иным, а травмы во многих случаях совсем не такими тяжелыми.

При отсутствии жесткой опоры действует механизм «отбрасывания» человека воздействием другой, значительной более крупной массы, ― например, массы снега. В этом случае нагрузки на тело человека определяются массой m частей тела человека и теми ускорениями а, с которыми человека отбрасывает более крупная масса. При небольших скоростях внешней массы ускорения и нагрузки невелики, как невелики и массы m отдельных частей тела человека. Нагрузки на человека здесь носит характер распределенной нагрузки от каждой из частей тела на другие части тела и на воздействующие массы, поэтому эти нагрузки могут не вызывать тяжелые травмы, несмотря на большую величину массы M. Конечно, при больших скоростях «наезда» движущейся массой, она может вызвать тяжелые травмы и при отбрасывании (например, в случае удара снежной массы или поезда на большой скорости). Вариант удара при падении (схематично на рис. 2и) также является частным случаем «отбрасывания», ― при этом скорость соударения определяется высотой падения (а кто на кого «налетает», ― человек на крупную массу, или эта масса на человека, ― это несущественно при прочих равных условиях контакта). Так что для данного типа нагрузки «при отбрасывании», эта нагрузка на человека более определяется скоростью движущейся массы, а не ее величиной (в предположении, конечно, что эта масса много больше массы человека). При падении нередко случаются травмы конечностей, поскольку ими и пытаются защититься от удара, и они являются выступающими частями тела человека, которые обычно первыми воспринимают удар.

Здесь надо видеть существенную разницу в энергетике и силовых возможностях двух разных вариантов нагрузки. В случае сдавливания человека большой массой M нагрузки значительно больше, чем при отбрасывании человека той же массой, поскольку при отбрасывании коэффициентом при ускорении а является небольшая масса m, а при сдавливании ― существенно большая масса M. По этой причине при отбрасывании поток лавины в редких случаях наносит тяжелые травмы, и гибель в лавинах происходит не столько вследствие травм, сколько от нарушения дыхания, ― удушения в разных формах, или от общего сдавливания в снежной массе, вызывающая остановку дыхания. При отбрасывании сильно травмирует «быстрая лавина», движущаяся с большой скоростью.

Можно заметить также, что, например, при кажущемся равенстве энергетики нагрузки на человека со стороны равной падающей на него массы с нагрузкой при падении человека с высоты падения этой массы, в случае сдавливания нагрузка будет в несколько раз большей, чем при падении. Дело в том, что сдавливающая нагрузка действует по площади и «продавливает» человека насквозь, ― она в любом ортогональном ее вектору сечении тела человека одинакова. А вот нагрузка от удара при падении «размазана» по объему и зависит от относительного смещения отдельных масс, которые меньше общей массы человека. Значительная часть нагрузки здесь приложена к опоре, потому общая нагрузка часто не способна вызвать травмы с переломами вследствие изгиба костей.

В лавине опасны также нагрузки при движении, сопровождаемые «протаскиванием» человека по рельефу, ― по камням, по скалам. Этот случай схематично изображен на рис. 2к (см., например, М.Васильев. «Трагедия в Забайкалье». Газета «Вольный ветер» (ВВ), № 37, 1999, поскольку Выговский погиб от тяжелых травм внутренних органов, вызванных «протаскиванием» лавины по камням). При этом человек получает травмы от острых выступающих частей камней и скал, или о другие предметы. Возможны также травмы при движении в потоке лавины, вызванные ударами о жесткие предметы (о камни, деревья, скалы…) ― удары как о неподвижные предметы, так и подвижные (движущиеся в самом потоке лавины), ― здесь все определяется скоростью движения и свойствами препятствия.

Конечно, концентрация нагрузки в отдельных местах могут вызывать заметные местные повреждения. В случае группы Дятлова такие повреждение имело место у Тибо-Бриньоля и похожая травма с кровоподтеком на виске у Кривонищенко. В обоих случаях концентратор находился с одной стороны головы, ― справа. А с другой стороны по всем признакам нагрузка была распределенной и потому не вызвала местных повреждений. По всем признакам концентраторами являлись какие-то жесткие предметы, оказавшиеся под головой в момент импульсивного навала оползня лавины: фотоаппарат (мнение Аксельрода) или ботинок (мнение Попова, основанное на факте укладки ботинок под головы дятловцев). У других участников группы наблюдались менее заметные, но похожие травмы: раны на лице Колеватова, следы удара по лицу у Колмогоровой, трещина черепа явно вследствие компрессионного сдавливания головы у Слободина. Все они испытали менее сильную компрессию (сдавливание распределенной по телу нагрузкой), чем участники группы, лежавшие у задней стенки палатки.

У Дубининой и Золотарева переломы ребер явились следствием компрессии сверху и справа ввиду правого характера переломов ребер. Остаточная статическая компрессия от навалившегося снега вызвала кровоизлияние в стенку сердца Дубининой. Ее не сразу освободили из завала, ― она какое-то время была придавлена с поломанными ребрами.

Евгений Буянов, МС по туризму.

Рисунок 2. Схемы различных нагрузок при воздействии падающей массы при сдавливании, отбрасывании, падении, сдавливании в палатке, травмировании вследствие сдвига и протаскивания по склону потоком лавины.

Приложение М

Буянов Е.В., Кузнецов Ю.А..Борзенков В.А., Крупп Н.

Авария у перевала Тофаларский Ключ

Близкий аналог аварии группы Дятлова (рассказ документальный)

Об этой трагедии, по всем главным параметрам равной аварии группы Дятлова, мне сообщил опытный иркутский альпинист и турист-лыжник Юрий Кузнецов. И после его краткого сообщения я вспомнил одну давнюю публикацию в журнале «Турист». Пока мне ее не удалось найти, но вот рассказано в ней, видимо, именно об этой катастрофе туристской группы. Очень много схожего имеют обе эти катастрофы, поэтому я по ходу изложения отмечу сходства знаком (!), ― с краткими пояснениями. Некоторые подробности этой трагедии я нашел в сборнике Надежды Крупп «Арик Крупп. И женщины красивы, и мужчины…» (Москва, 2002). Иллюстрации для этой статьи взяты из этой книги (5 страниц на правах цитирования). Именно в этой аварии погиб Арик Крупп, известный автор-исполнитель туристских песен вместе со всей группой из 9 человек (! ― в пропавшей группе Дятлова тоже было 9 человек, ― масштабы катастроф равны). Этой группой руководил Михаил Корень, а участниками были Федор Гимеин, Вадим Казарин, Игорь Корнеев, Арик Крупп, Анна Нехаева, Александр Носко, Владимир Скакун, Александр Фабрисенко.

Авария произошла 25 марта 1971 г. в горах Восточного Саяна, Тофалария, причем другое название этого перевала: Пихтовый (но Тофаларский Ключ ― название более употребительное). В полном составе пропала минская (из Минска) группа из 9 человек. С этой группой пропали еще и две собаки. По истечении контрольного срока группу стали разыскивать поисковики из Иркутска и Минска. Не сразу, но спасателям удалось обнаружить поваленную ветром покинутую палатку (!― как и при поиске группы Дятлова), в которой нашли и некоторые предметы снаряжения. Немного выше, под перевалом, обнаружили одинокую запасную лыжу, воткнутую в снег. «Тещей» ее называли туристы из-за вредности»: ее надо было тащить.

Где искать? Лыжа-«теща» была единственным указателем, единственной указательной стрелкой, путеводной ниточкой.

Со слов жены ныне умершего участника поискового отряда (цитата дана Ю.А.Кузнецовым):

Верхняя часть склона на выходе к перевалу не очень крутая, ниже она переходит в длинный уступ аж с обратным уклоном и далее совсем пологий склон. Именно на нём и накрыла ребят перепрыгнувшая через уступ лавина. Место настолько не лавиноопасное на вид, что это и ввело поисковиков в заблуждение, не позволяя понять, зачем здесь воткнута лыжа. Откапывали их долго… (конец цитаты).

Здесь тоже вначале спасатели были введены в заблуждение: склон не показался им лавиноопасным (! ― как и в аварии Дятлова), и на снимке раскопа из книги Надежды Крупп склон не кажется крутым (!― как и на снимке раскопа палатки группы Дятлова). Склон был с виду некрутой, а на более высоком крутом участке снег просто не держался. Опасный слой снега накапливался еще выше, над уступом, а снизу этот лавиносбор не просматривался. (Правда, Борзенков утверждает, что крутизна склона в месте аварии значительна, ― до 40 градусов, но на снимке раскопа крутизна не кажется такой значительной).

Стали искать на склоне в районе лыжи. Вскоре поняли, насколько опасно это место: после снегопада лавины прыгали сверху, с уступов. В результате зондирования и долгих, опасных раскопок только 13 мая обнаружили первых погибших, а потом и остальных. Вторая смена спасателей осталась в день своего отлета помогать третьей смене, ― в этот день она нашла первого погибшего)… Нашли восьмерых и собаку. Где «девятый», Игорь Корнеев?.. Его на плато не нашли. Его обнаружили немного позже, еще через 2 недели, когда стаял снег (из-под снега обнажилась его рука с лыжной палкой). Нашли неподалеку, в 250 м (! ― четверых дятловцев нашли в мае, причем отдельно от остальных, в 80 м от костра). Его путь тоже оборвала лавина и при нем, «девятом», нашли дневник, из которого удалось воссоздать картину трагедии (! ― при дятловцах тоже нашли несколько дневников). Что же произошло?

Игорь немного задержался на биваке со сбором палатки, и вышел после остальных. Стал догонять группу, и вместе с ней попал в лавину, отойдя всего 150 м от места бивака (авария дятловцев произошла в 150 м от перевала). Огромная лавина с прилегающих склонов, струями с двух сторон похоронила под собой восьмерку туристов с собакой…

Игорю удалось выбраться на поверхность, ― он оказался на окраине лавины. Он, самый старший участник группы, понимал, что спасти кого-то из товарищей сможет только он. С каждым часом шансы на спасение уменьшались в 2–3 раза, по экспоненте. Вызов спасателей ничего не мог дать, ― они были бы здесь не раньше, чем через 7-10 дней, когда шансов уже никаких бы не осталось…

Он сочленил две трубки лыжных палок в лавинный зонд и начал зондировать снег, искать товарищей и раскапывать подозрительные места. Тяжелая работа в течение 4 суток (практически без сна) принесла очень скромные результаты, ― ему удалось найти только отдельные предметы снаряжения (в числе которых была и лыжа, послужившая вешкой).

Реальных шансов спасти кого-то уже не осталось, ― надо было спасаться самому. Измотанный до предела психически и физически, он воткнул лыжу в предполагаемом месте пропажи товарищей, отступил вниз, поставил палатку и переночевал в ней. Записал в дневник то, что произошло… Игорь понимал, что может не дойти, особенно, с тяжелым грузом. Потому оставил палатку и часть вещей на месте, пошел на Верхнюю Гутару, и на этом пути разделил участь своих товарищей. Как потом оказалось, толщина завала снега в месте аварии доходила до 10–12 м!..

Характерно замечание Юрия Кузнецова: Иркутск ― не Свердловск. Здесь гибель туристов-лыжников на Саянах и Хамар-Дабане явление не такое уж редкое. Часто гибнут одиночки, но иногда гибнут десятки человек (известен случай гибели 25 школьников-старшеклассников, ― эта катастрофа по масштабам больше аварии Дятлова). Никто по этому поводу не впадает в мистические заблуждения.

Потому спасатели и в данном случае почти не сомневались, что причиной аварии была лавина. Вот только при каких обстоятельствах?.. К сожалению, только что ушел из жизни непосредственный руководитель поисков той группы опытный иркутский турист Кузьмин, ― светлая ему память!.. Он мог бы рассказать о подробностях тех спасательных работ.

В поисках статьи об этой аварии я просмотрел некоторые доступные мне подборки журнала «Турист» за прошедшие годы (пока не все), ― они хранятся у меня на даче. Статью эту пока не нашел, но обнаружил другие, не менее интересные.

В статье В.Самарина «Горы и люди» («Турист, № 1 за 1976 г., стр.26–27) также описан случай, чем-то очень напоминающий события аварии Дятлова. Там рассказано о розыске группы москвичей на Казбеке, ― розыск поистине героически вела группа туристов и альпинистов из Николаева во главе с Юрием Новгородским и Лидой Харьковой в условиях очень плохой погоды. Поначалу им не удалось найти московскую группу, ― они обнаружили чью-то брошенную палатку. Затем нашли и обладателей палатки, ― трех туристов из Ленинграда. Выяснилось, что те выбежали из палатки ночью (! ― как выбежали из разоренной палатки дятловцы), когда услышали страшный гром прошедшей рядом лавины. Укрылись за скалой внизу, а когда лавина прошла, не смогли вернуться в палатку (палатку не увидели, и не было сил на подъем…). Ленинградцы находились в очень тяжелом положении, сильно замерзли, получили обморожения. Николаевцы им оказали помощь, отогрели и отправили вниз.

А москвичей обнаружил спас отряд из Казбеги, но спасателей было только четверо. И тогда снова пошли на помощь николаевцы. Москвичей тоже удалось спасти, но не всех, ― у одного отказало сердце…

Так что и случаи ночного бегства из палатки известны. Ничего необычного в походной практике они не представляют (в походе и у меня однажды был случай в Фанских горах, когда ночью при громе камнепада участники одной из групп бросились опрометью из палатки «куда глаза глядят»). Внезапно очнувшись ото сна, человек не сразу приходит в себя, ― стресс в таком состоянии иногда порождает неадекватную реакцию.

И еще я нашел интересную статью Г.Смолича «Зимние лавины» («Турист», № 2 1978, с. 12–13). Из этой статьи следует, что и через 18 лет после аварии Дятлова туристы знали об особенностях зимних лавин очень мало. А лавина, накрывшая дятловцев в палатке, была именно зимней. Вот выдержка из этой статьи:

«…Думается, что приведенные примеры опровергают мнение отдельных туристов о лавинной безопасности континентальных районов в ранний зимний период. И, чтобы избежать беды, надо уметь определять признаки лавинной опасности в это время. Главное, что предстоит узнать до выхода на активную часть маршрута ― каковы условия залегания снежного покрова, так как от этого зависит формирования горизонта скольжения. Если морозы наступили до первых снегопадов, то горизонтом скольжения послужит сам грунт; если снег лег на теплый грунт тонким слоем, то снег смерзается с грунтом, и такой склон будет менее лавиноопасен; если же на теплый грунт лег сразу большой слой снега, да еще после этого держались сильные морозы, то у поверхности склона образуется слой глубинной изморози, которая представляет собой отличный горизонт скольжения…».

Уже из этих коротких фраз ясно, насколько много факторов определяют характер зимних лавин, и насколько сложное это явление. Их характер во многом определяется ходом течения всей зимы, ― тем, как сцепляются нижние слои снега с поверхностью склона. При определенных условиях выпадения снега и температур это сцепление может оказаться очень слабым. И снег запросто скользит по подложке даже на некрутом склоне… В случае аварии Дятлова, точно известно, что в тот год снега было достаточно много, морозы стояли достаточно сильные, и колебания температур встречались достаточно резкие (вот динамика выпадения снега и температуры при этом пока неизвестны…).

При опоре на жесткое основание (которым был пол палатки, опиравшийся на лыжи) вполне достаточно статического давления с усилием 150–200 кг на человека, чтобы нанести такие травмы, какие были у Дубининой и Золотарева. Даже небольшая подвижка значительной массы снега (всего несколько кубометров) по склону легко могла вызвать такие травмы. А при скорости в несколько метров в секунду нанести травмы могла значительно меньшая масса порядка нескольких десятков килограммов на человека…

Можно отметить важный момент в показаниях Б.Е.Слобцова: при обнаружении палатки дятловцев у них под ногами был жесткий наст (по нему они ходили в лыжных ботинках, не проваливаясь). В то же время на последних снимках группы Дятлова (они приведены в самом конце) видно, что под ногами свежего снега примерно «по колено», его отбрасывают ногами, палками и лыжами. Это значит, что до прихода спасателей характер снежного покрова значительно изменился. Свежий снег был сдут вниз, к границе леса. А оставшийся на склоне снег уплотнен до жесткого наста. Поэтому оценки лавинной опасности по состоянию покрова, сделанные спасателями, были, видимо, неверны. Характер снежного покрова во время аварии был совсем другим.

Последние два фото группы Дятлова. Расчищают площадку для палатки, ― копают снег руками, ногами, палками и лыжами.

Склон в месте установки палатки у перевала Тофаларский Ключ (Пихтовый) имеет крутизну порядка 28–30 градусов (крутизна измерена по приведенному фото из книги), что достаточно близко по параметрам к склону над палаткой группы Дятлова (по данным Попова). При более подробном рассмотрении читатели могут найти и другие аналогии в этих двух случаях.

В частности, попытка возведения памятника погибшим туристам на кладбище встретила активное сопротивление властей, которое пришлось преодолеть. Они стоят, два эти памятника в разных местах, возведенные свердловскими и минскими политехниками, ― два братских символа беды от двух очень схожих катастроф на лыжных туристских маршрутах. Сколько же еще таких братских памятников есть и в других городах!?.. И памятников, и досок на перевалах, как этот, под перевалом Тофаларский Ключ…

Интересно, что в том же районе Восточных Саян, у пика Заоблачный 16 марта 1968 года потерпела аварию в лавине московская группа Евгения Мачигина. Вместе с ним погибли еще пятеро: Игорь Гирсанов, Олег Привалов, Володя Пенин, Юрий Чаповский и Вадим Бухтияров. Вадим умер немного позже от полученных травм, ― его не смогли спасти Валерий Гринберг и Александр Пенин, ― участники группы, которые остались в живых… По мощности лавина, сошедшая на группу Мачигина, несла десятки тысяч тонн (она была в сотни, если не тысячи раз мощнее лавины на реке Уса, Рай-Из, описанной ниже). Она была двойной, с западного и противоположного склонов, причем лавину из свежего снега перекрыла сверху лавина из мокрого снега. Группа попала в лавину в результате неверного выбора варианта спуска по каньону, ― следовало обойти лавиноопасный участок сверху, по гребню (этот случай описан в статье Б.Огородникова «Под пиком Заоблачным», альманах «Ветер странствий» № 6, Москва, ФиС, 1971, с. 38–49).

У этой аварии с аварией Дятлова тоже есть схожие моменты: смерть участника от полученных травм: Валерий и Александр снесли Вадима вниз, но не смогли спасти. Как спускали вниз, пытались спасти своих и дятловцы…

Еще в качестве аналога я вспомнил об аварии группы Бекетова 03.04.2000 г. на Приполярном Урале, ― районе, пограничном с Северным Уралом. В этой аварии погибли Иван Забелло и Мария Гусева. Лавина сошла со склона крутизной (20–25) градусов, ― именно такую крутизну имел склон над палаткой группы Дятлова.

Таким образом, практически все «загадочные» моменты аварии группы Дятлова имели место в других известных авариях и критических ситуациях с другими туристскими группами. Осталось найти совсем немного аналогов: аналогичные травмы ребер и головы. Я уверен, что при более подробном рассмотрении прошлых аварий, мы обнаружим и эти аналоги, и сможем на них указать в ссылках. Мне ясно, при каких обстоятельствах могли иметь место такие травмы: при двустороннем сдавливании человека между потоком лавины и жестким препятствием.

Скептики могут возразить: «Это не доказательство!..». Да, такие случаи-аналоги не являются «прямыми» доказательствами. Но они являются прямыми доказательствами реальной возможности и достоверности подобных событий (в отличие от фантастических сказок). Эти аналоги описывают «живую ткань событий, за ними стоят реальные события. А вот за возражениями типа: „Это не доказательство…“ ничего не стоит. Именно подобные возражения являются пустым звуком, являются чистым листом, которым пытаются прикрыть реальные факты и события. Слепцы не могут учить зрячих, как и что надо видеть. А слепота как раз и состоит в нежелании видеть и учитывать реальные факты и события…

(Рассказ документальный, на основе реальных событий. 10–20.10.06)

Е.В.Буянов

Лавина на реке Уса, горы Рай-Из

Близкий аналог аварии группы Дятлова (рассказ документальный)

Этот случай описан, в частности, в статье Артура Артеева по адресу: http:/www.mskomi.ru/nomer/2006.04.13/3.html. Произошел он на Приполярном Урале (долина реки Уса, горный район Рай-Из) 29.10.1988 г. Лавина-доска накрыла две группы из Сыктывкара (группа Еремкина) и из Усинска (присоединившаяся к группе Еремкина). Погибло 12 человек, а Еремкина спасли чудом через 15 часов после схода лавины. Его спасло то, что он, сдавленный снегом, оказался в нише под тяжелой снежной глыбой, и смог дышать. Целый ряд подробностей этого уникального случая я нашел в статье П.И.Лукоянова «Неслучайные случайности» в № 12 журнала «Турист» за 1989 г. (стр. 48–50).

Особенно интересными в этом случае были не только необычайный трагизм исхода (крупные масштабы катастрофы, ― больше, чем у группы Дятлова на горе Холатчахль) и удивительное спасение Еремкина из лавины. Интересно, что лавина-то была совсем небольшая. Она возникла от отрыва пласта с размерами всего 35 на 25 м. А ее масса, видимо, была около 100 тонн (если не меньше) при объеме не более (200–300) куб. м. Протяженность склона морены над палаткой, с которого и сошла лавина, составляла всего 40 м при крутизне склона около 30–35 градусов и высоте морены около 20 м, ― это дом в 6 этажей. Причем лавина сошла не с самого верха склона морены, а с расстояния всего в 35 м выше палаток. А толщина снега в месте установки палаток составляла только 40 см, ― ниже колена взрослого мужчины. Сполз, естественно, не весь снег, а верхняя часть пласта, поскольку на склоне были камни. Правда, на гребне морены, на верхе снегосбора, толщина была больше, ― около метра. При таких внешне очень «скромных» параметрах и снежного покрова, и склона, у участников похода не возникло и мысли о какой-то «лавинной опасности», когда они устанавливали палатку под мореной и подрезали нижний край снежного покрова.

С аварией группы Дятлова здесь тоже прослеживается аналогия: палатки и там, и там были установлены в месте нечеткого перегиба склона, ― там, где крутизна склона вверх увеличивается (до 30 градусов над палатками Еремкина и усинцев, и до 23 градусов над палаткой Дятлова на Холатчахле). Такие перегибы опасны, ― в них снежные пласты напряжены, их подрезка вызывает перенапряжения вышележащих пластов снега. А небольшая крутизна склона вниз создает иллюзию, что склон «некрутой», хотя для лавины со склона выше палатки «важна» не крутизна вниз, а крутизна вверх. Именно она, эта крутизна вверх, определяет лавиноопасность склона. Склон в случае аварии на Рай-Из был круче, потому и лавина сразу привела к тяжелой катастрофе: 13 человек были раздавлены почти мгновенно. Сам Еремкин в палатке услышал крик: «Лавина!», почувствовал, как сначала сдавило ноги, потом тело сдавило целиком, а дальше он потерял сознание. Лавина имела характер небольшого оползня по склону, ― на таком маленьком расстоянии она не успела хорошо разогнаться и пройти далеко. Но и ее квазистатического (медленно нарастающего) усилия вполне хватало, чтобы запросто раздавить и засыпать две палатки с туристами. А лыжи, воткнутые в пяти метрах от палатки, так и остались стоять, ― лавина их не тронула.

Сошла лавина на палатки именно в этом месте совсем не случайно, ― было бы ошибкой считать эту историю трагическим совпадением случайностей. Он сошла закономерно именно там, где снежный склон был поврежден в результате установки палатки с заглублением и вырезкой снежных кирпичей для ветрозащитной стенки.

Этот случай еще раз подтверждает простую истину: лавина ― явление очень трудно предсказуемое. А потому дополнительные меры безопасности при установке бивака никогда не будут лишними.

Установка бивака под снежным склоном средней крутизны (свыше 15 градусов) всегда таит опасность, особенно в местах перегиба склона.

В определенных условиях очень маленькая лавина может быть причиной тяжелейшей катастрофы, ― случай на Рай-Из это подтверждает. Раздавить палатку с туристами может очень небольшая лавина и без значительного разгона, ― своим статическим весом. В обоих случаях (на Рай-Из и Холатчахле), видимо, имели место аварии с лавинами малой мощности, поскольку след лавины в случае аварии группы Дятлова (на Холатчахле) к приходу спасателей не сохранился. Конечно, в случае, если бы палатку не подмяло лавиной, а отодвинуло, или даже отбросило лавиной по склону, исход мог быть иным, куда менее трагичным. Но и в случае на Рай-Из, и в случае группы Дятлова палатки были именно подмяты лавиной из-за того, что они стояли с заглублением в снежный склон. Иначе быть не могло, ― здесь все определяется реальными условиями и реальными нагрузками.

(Рассказ документальный, на основе реальных событий. 17.10.06)

Примечания

1

Следует отметить, что вероятности данных метеорологических ситуаций и вероятности критического состояния снега на склоне также значительно ниже 100 %, поэтому общая вероятность схода лавин в данном районе (при «любых» метеорологических условиях) будет гораздо ниже (скорее ― даже менее 1 %). Однако у нас имеются достоверные сведения о состоянии погоды и снежного покрова, поэтому мы сузили круг всех возможных событий до круга наиболее вероятных событий.

Content

Е.В. Буянов, Б.Е. Слобцов
Тайна аварии Дятлова

1. В памяти и на карте. Пролог

2. Тревога!

3. Трагические находки и вопросы без ответов

4. Рождение легенды

5. Предположения и версии: смесь из правды и заблуждений

6. Наш путь к аварии Дятлова (отступление Евгения Буянова)

7. Разгадка тайны «огненных шаров» (в изложении Евгения Буянова)

8. Разгадка тайны травм

9. Разгадка тайны радиации

10. Уничтожение непроверенных фактов и заблуждений. Почему и как запутались «следы аварии»?

11. Статистика и метеоданные, или Что было неизвестно в 1959 году

12. Тайна лавины: какая и почему она была?

13. Ответы на отдельные вопросы: аварии-аналоги

14. Авария Дятлова: главные аварийные факторы

15. Авария Дятлова: реконструкция событий по фактам, следам и уликам (продолжение главы 5)

16. Уроки аварии Дятлова

17. Заключение

Приложения

Приложение А

Приложение Б

Приложение В

Приложение Г

Приложение Д

Приложение Е

Приложение Ж

Приложение И

Приложение К

Приложение Л

Приложение М

Примечания