Марина Соколова

Две Золушки

Алёна пошла в лес за грибами – и заблудилась. Она потеряла счёт времени, шла куда глаза глядят. От голода не страдала, ела ягоды, грибы, орехи, яйца и шишки. От страха тоже не страдала, потому что могла найти выход из любого положения. Плела венки, подпевала птицам, загорала, взбиралась на деревья – искала выход из леса. Конечно, она его нашла. Всё рано или поздно кончается. И непременно начинается что-нибудь другое. Лес кончился – и началась широкая дорога. А по дороге ехала золотая карета с драгоценными камнями. «Похоже, кино снимают», – подумала девушка и выскочила наперерез карете. Кучер с трудом удержал лошадей перед носом Алёны, а два стражника соскочили с запяток кареты и набросились на девушку. Алёна сопротивлялась изо всех сил, но от этого ей становилось ещё больнее. Очень вовремя дверца кареты распахнулась – и на землю легко спрыгнул сказочный принц. «Судя по всему, сказку снимают, – подумала девушка. – Отпустите же меня, наконец! За кого вы меня принимаете?!» – истошно завопила искательница приключений. «Это шпионка, Ваше Высочество», – отрапортовал усатый стражник на чистейшем французском языке. «Одета очень странно и говорит не по-нашему», – поддержал его лысый сослуживец. «Иностранцы, – догадалась девушка. – Неужели я дошла до Франции?»

Дело в том, что Алёнина Мама преподавала французский язык и, конечно, не удержалась от соблазна обучить ему свою семью. Папа исполнял песни из репертуара Джо Дассэна, Бабушка рассказывала сказки Шарля Перро, а Мама сочиняла стихи на старофранцузском языке. Что касается Алёны, то ей досталось декламировать басни Лафонтена.

Пока труженица науки шевелила мозгами, прекрасный юноша спасал её от стражников. «Вам повсюду мерещатся шпионы. Руки прочь от девушки!» – грозно приказал Его Высочество. Лысый и усатый отстали от Алёны и пристроились к принцу, зыркая глазищами по сторонам. Надо сказать, что по четырём сторонам скопился любопытствующий народ. В знак почтения он обнажил голову и внимал каждому слову юноши. «Странная у французов массовка, – подумала Алёна. – Они что – принимают меня за актрису?» «Ты кто, прекрасное дитя?» – любезно поинтересовался молодой человек. Между тем «прекрасное дитя» за время скитаний потеряло половину своей привлекательности. Лицо вздулось от комариных укусов, волосы свалялись, а руки и ноги покрылись цыпками и шрамами. С одеждой дело обстояло ещё хуже. Джинсы превратились в лохматые шорты, топик висел на одной бретельке, кепка потеряла козырёк, а куртка осталась в лесу.

«Алёна», – по-французски произнесла Алёна и посмотрела на молодого человека. Он действительно был вылитый сказочный принц. Конечно же, очень красивый. Сверкнула молния, прогремел гром – и девушка потеряла голову от любви. «Она ведьма, Ваше Высочество», – перекрестились стражники. Но принц не хотел верить наговорам. «Ты не из нашего королевства?» – продолжал он ласковый допрос. «Да… нет…» – растерялась девушка.

От напуганной толпы отделился хорошо одетый господин, а следом – белокурая замарашка, Алёнина ровесница. Принц сразу обратил на них внимание: «Вы что тут делаете, Журдэн?» «Мы с Золушкой ходили встречать эту девушку, Ваше Высочество», – не моргнув глазом, солгал господин Журдэн.

«Умоляю Вас, Ваше Высочество, отпустите с нами Алёну, – заплакала замарашка. – Это бедная девушка из соседнего королевства. У неё умерли родители, и отец берёт её из сострадания». «Не верьте им, Ваше Высочество, – нашёптывали злые стражники. – Она шпионка и ведьма». «Что ты на это скажешь, прелестное дитя?» – спросил у Алёны принц.

Господин Журдэн и Золушка с сочувствием смотрели на незнакомую девушку, за которую заступились из милосердия и великодушия. «Басня Лафонтена „Стрекоза и Муравей“, – громко и уверенно произнесла Алёна. Она старалась так, как будто выступала в последний раз в жизни. Еще бы! Действительно, решалась её судьба. Любопытствующий народ превратился в восторженного зрителя и обрушил на Алёну бурю аплодисментов. „Эзопа знаю, а Лафонтена не читал. Всё равно – это прекрасно!“ – расчувствовался принц. И добавил, обращаясь к добросердечному Журдэну: „Друг мой, вы можете забрать это чудо. Мне достаточно вашего слова“. „Благодарю Вас, Ваше Высочество, – склонился в поклоне Журдэн. – Ваше Высочество не желает почтить мой дом своим присутствием?“ „Мой дорогой друг, если бы вы знали, как редко мои поступки соответствуют моим желаниям! И сейчас вместо того, чтобы наслаждаться вашим обществом, я вынужден колесить по дорогам Франции в поисках жены. Увы! Такова воля Его Величества. Ах, как жаль, что ваша прекраснодушная дочь не унаследовала от вас ещё и красивую внешность!“ Принц заглушил вздох и одарил подданных щедрой улыбкой. После чего он впорхнул в золотую карету и укатил навстречу семейному счастью.

«Давай руку, дочка», – с облегчением выдохнул Журдэн и протянул Алёне крепкую, морщинистую ладонь. Ошарашенная девушка положила на неё свою исцарапанную руку. «Какое счастье! Ты спасена!» – запрыгала от радости Золушка. А Алёна пока понимала только одно: эти люди французы, но не артисты. Ей очень хотелось понять как можно больше. Кажется, она уже начала догадываться… Во всех мирах – реальном, виртуальном, сказочном, космическом – это имя могло принадлежать только одной девушке. «У тебя есть сёстры?» – спросила Алёна у Золушки. «Да, – погрустнела замухрышка. – Две сводные сестры… Но они меня не любят…» «Ты сама во всём виновата, – вмешался в разговор господин Журдэн. – Ты их постоянно раздражаешь». Золушка хотела что-то возразить, но не решилась. «Твою старшую сестру зовут Жавотта?» – продолжала допытываться Алёна. «Правильно. А младшую зовут Луиза, – ответил за дочь господин Журдэн. – Бедняжка! Да ты и впрямь ведьма!» – сокрушённо вздохнул добряк и погладил Алёну по взлохмаченной голове. «Вы ошибаетесь, господин Журдэн, – поспешила возразить девушка. – Просто в нашем… гм… королевстве вас все знают». «Не думал, что мы такие знаменитые. Чем же мы прославились?» «У вас чудесная дочь и необыкновенная история». «Моя Золушка необыкновенная? – рассмеялся господин Журдэн. – Все говорят, что она лентяйка и уродина. Ho я её люблю, потому что она моя дочь и у неё доброе сердце». «Я знаю, вы находитесь под каблуком у жены, – неодобрительно сказала Алёна. – А Золушка – совсем не уродина. Она настоящая красавица. Её нужно как следует причесать и одеть. Вот увидите, какая она будет на балу!» «Да как ты смеешь, несносная девчонка! – рассердился господин Журдэн. – Ты издеваешься над нами! У тебя будет еда и крыша над головой. Ты сможешь у нас жить, сколько захочешь. Но ты должна дать мне слово, что никогда не будешь совать свой нос в чужие дела». Вслух Алёна признала, что погорячилась, а про себя подумала: «Ишь чего захотел!»

Как и следовало ожидать, мачеха приняла её в штыки. Визгливое трио не смолкало до позднего вечера. «Была одна лентяйка и нахлебница! А теперь их стало две!» – солировала госпожа Журдэн. «Здесь без неё тесно!» – подпевали матушке Жавотта и Луиза. «Разве можно так откровенно врать?» – негодовала про себя Алёна.

Так оно и было: троица лгала беззастенчиво и откровенно. В действительности чета Журдэн владела добротным и вместительным домом, в котором днём с огнём невозможно было отыскать ни единой прислуги. По убеждению госпожи Журдэн, в ней не было никакой необходимости, потому что предусмотрительная хозяйка взгромоздила всю эту махину на хрупкие плечики пятнадцатилетней падчерицы. Золушка жила на чердаке, вставала с петухами, а ложилась с голубями. Впрочем, это всем хорошо известно. И Алёне – в том числе, тем более что она исполняла роль Золушки в гимназическом театре. Теперь ей пришлось всё делать по-настоящему, хотя и в сказке. Госпожа Журдэн согласилась её терпеть только на правах служанки. Причём эти права выражались в том, что для второй Золушки возле камина поставили ещё один ящик с золой. Обязанностей было несравнимо больше. Изнурённые работой девушки любили погреться у камина – там, где они никому не мешали. Впрочем, склочная мачеха находила их повсюду, чтобы устроить скандал. Повод для скандала она создавала сама, иногда – с помощью дочерей. Помоют Золушки лестницу – мачеха тут же наследит и набрасывается на них с кулаками. Надраят до невозможного блеска котлы и кастрюли – госпожа Журдэн зовёт на подмогу Луизу и Жавотту. Втроём они старательно замызгают-заляпают всю посуду и поднимают визг на весь дом. На вопли прибегает господин Журдэн. Его нервы не выдерживают – и он пасует перед грозной супругой. В таком состоянии из него можно вить верёвки – и госпожа Журдэн их вьёт искусно и умело. Этими верёвками непоколебимая дама опутала Золушек с ног до головы.

Если бы вы знали, как Алёна её возненавидела! И безоговорочно решила поколебать её авторитет. Сидя на ящике с золой, она поделилась с Золушкой своими планами на будущее. Неожиданно для Алёны Золушка осудила её решение. Она исповедовала непротивление злу насилием и на удары судьбы отвечала молитвами. Алёна обозвала подружку «пацифисткой» и стала вынашивать индивидуальный план мести. Она ждала подходящего случая – и он скоро представился. Его Высочеству наскучило искать жену, и он решил развлечься в обществе своего бывшего придворного кавалера. Когда-то Журдэн был любимым придворным Его Высочества. Он лелеял маленького принца, часто выручал в щекотливых ситуациях, не раз спасал от родительского гнева. Принц платил Журдэну благодарностью и искренней привязанностью. Он горевал вместе с Журдэном, когда умерла его жена. А потом покрывал его пьянство, которым несчастный пытался заглушить нестерпимую душевную боль. Но это не могло продолжаться бесконечно. Однажды пьяный Журдэн заснул посреди королевского бала. Дамам и кавалерам пришлось танцевать не под музыку, а под его звучный храп. Этот проступок стоил ему места во дворце. Но Журдэн не сильно огорчился, потому что перестал соображать, что хорошо, а что – плохо. В этот момент его подобрала будущая госпожа Журдэн. Отставной придворный находился в таком состоянии, что уродство принял за красоту. Ну и страшна была невеста! Нос был так длинён, что не умещался на лице. А пальцы рук касались пальцев ног. Зато госпожа Журдэн остановила падение супруга по наклонной плоскости. А он в благодарность позволил растоптать своё достоинство. Госпожа Журдэн топтала его с помощью двух дочерей. Луиза и Жавотта старались быть похожими на мать, и в этом они весьма преуспели. У них были такие же носы и такие же руки. Что касается ног, то их небывалые размеры приводили в восхищение всех сапожников королевства. Вообще трио являло собой поразительное внешнее и внутреннее сходство. И всё-таки различие было: Жавотта опередила мать на пятьдесят сантиметров, а Луиза на пятьдесят сантиметров от неё отстала. Неудивительно, что они возненавидели Золушку: её привлекательность оттеняла их уродство. Заговорщицы сделали всё, чтобы обезобразить девушку. Но время от времени сквозь слой золы проступала Красота. К сожалению, принц сумел различить только грязь и лохмотья. Иначе он бы не ездил так далеко в поисках жены. Впрочем, король позволил наследнику престола забыться на короткое время. Во дворце это осуществить было невозможно, потому что за принцем бегали по пятам все придворные девушки. Его Высочество вспомнил про Журдэна. Детская привязанность переросла в покровительственную дружбу. По воле принца, бывшие сообщники изредка встречались и прекрасно проводили время в доверительных беседах. К окружению протеже принц относился, как к мебели. Однако домочадцы Журдэна этого не замечали, а может быть, не хотели замечать.

К визиту Высокого Гостя готовились очень тщательно. Под руководством господина Журдэна Золушки стряпали любимые кушанья принца. Госпожа Журдэн заказала кутюрье три самых модных платья: для себя – с воланами, для Жавотты – с рюшками, а для Луизы – с оборками. Наряды были готовы в рекордный срок. После чего наступила очередь куафера. Страдая под высоченными, как башни, причёсками, дамы пропустили обед и ужин. Уставившись в венецианские зеркала, они штриховали свою внешность. Госпожа Журдэн – ни много, ни мало – замахнулась на принца, как на будущего зятя. Главная проблема состояла в том, что невест было две, а жених – один. Этим разногласием воспользовалась Алёна, которая, как мы знаем, жаждала мести. Сначала она забежала к Жавотте и натравила её на Луизу. Потом она забежала к Луизе и сделала то же самое с точностью до наоборот. Это было не трудно. Обе сестры спали и видели, как станут хозяйничать во дворце. Жавотте мешала Луиза, а Луизе – Жавотта. Алёна предложила обеим сёстрам – по очереди – избавиться от соперницы простейшим способом. Для этого Жавотта и Луиза, под покровом тайны, намазали воском туфли друг друга. Это была только половина плана. Вторую половину Алёна осуществила собственными руками. Сначала она стащила у господина Журдэна связку ключей. (Алёна до сих пор считает этот поступок постыдным и не любит о нём распространяться. Поэтому мы тоже не будем вдаваться в подробности). В кромешной тьме девушка пробралась в комнату госпожи Журдэн. Местонахождение хозяйки выдали сопение и посвистывание. Алёна на цыпочках подкралась к умопомрачительной причёске и запустила в неё горсть тараканов. Измученная куафером госпожа Журдэн спала сидя, оберегая небоскрёб на голове. Девушка без проблем покинула комнату и вернула на место ключи. Ночь Алёна провела в мечтах о принце. Золушка делала вид, что спит крепким сном. Рано утром их заставили сервировать стол под присмотром босых сестёр. После чего Жавотта и Луиза заперли Золушек на чердаке, а сами выстроились на пороге возле своих скользких туфель. Такие странности объяснялись очень просто. Как известно, у Жавотты и Луизы были непомерно большие ноги. В присутствии гостей кокетливые сёстры прятали огромные ступни в очень тесные туфли. Разминая босые ноги, жертвы красоты стояли наготове в ожидании принца. Как только золотая карета с грохотом затормозила у порога, сёстры втиснули свои многострадальные ступни в новомодные колодки и с радостным воплем бросились навстречу суженому. Принц как раз успел выскочить из кареты – Жавотта и Луиза грохнулись у его ног. Причём Жавотта, свалившаяся с высоты своего исполинского роста, потеряла два зуба, а Луиза, упавшая намного быстрее, вывихнула длиннющую правую руку, которая подвернулась под ноги. Этот инцидент сильно развеселил Его Высочество. В прекрасном расположении духа он проследовал в дом в сопровождении господина Журдэна, в то время как госпожа Журдэн, расплачиваясь за скаредность, самолично оказывала первую медицинскую помощь несостоявшимся невестам. Спохватившись, принц выразил хозяину дома своё соболезнование, хотя в душе порадовался отсутствию за столом испорченной уродливой мебели. Друзья пустились в воспоминания и, казалось, были абсолютно счастливы.

«Помните, друг мой, как вы незаметно вынесли из кухни пятьдесят порций мороженого? Мы вдвоём съели всё мороженое и сами превратились в лёд», – с удовольствием вспоминал Его Высочество. «А потом нас размораживали на костре», – не отставал от принца господин Журдэн. Друзья были так поглощены друг другом, что не сразу заметили госпожу Журдэн, присоединившуюся к ним в скорбном молчании. «Как чувствуют себя ваши крошки?» – из вежливости поинтересовался Его Высочество. И вдруг его глаза полезли на лоб, а лицо передёрнула гримаса отвращения. Так принц реагировал на тараканов, которые вылезали из причёски хозяйки дома и расползались по всему платью. Его Высочество отличался уязвимой нервной системой и утончённым духовным складом. Он не мог терпеть брутальность даже ради своего протеже. «Я вынужден немедленно вас покинуть, друг мой», – заторопился принц. Господин Журдэн, который ничего не понял, очень удивился и сильно напугался. Госпожа Журдэн убежала в свою комнату давить тараканов. А принц постарался сгладить неделикатность момента. «Я жду ответного визита, мой дорогой Журдэн. Скажем… через месяц приезжайте на бал. Только лучше без семьи», – как бы между прочим посоветовал Его Высочество. «Как же так… Они меня не пустят одного», – ляпнул расстроенный хозяин дома. «Ну, хорошо, – поморщился принц. – Возьмите с собой… ваших милых дам». Последние слова Его Высочество произнёс, сидя в карете. Он сделал ручкой господину Журдэну и элегантно задёрнул занавески.

К этому времени мачеха успела подавить половину тараканов. Разрушив башню на голове, простоволосая, она побежала на чердак разоблачать виновниц скандала. Увы! У неё ничего не получилось. Девушки не признали предъявленного обвинения. Причём Золушка была абсолютно искренна, а Алёна притворялась. Разоблачить её могли только Жавотта и Луиза. Но они – как в рот воды набрали. Сказать правду для сестёр означало обвинить самих себя – и они предпочитали молчать. Зато мачеха бушевала целую неделю. Она била посуду, ломала мебель и размахивала кулачищами. Но избивать Золушек она не решалась, потому что у господина Журдэна кулачищи были ещё массивнее. И хотя под каблуком у жены бедняга терял одно душевное качество за другим, у него в запасе их было ещё очень много. Он бы, конечно, не допустил физической расправы. Алёну переполняло чувство удовлетворённой мести. Оно прибывало с каждым днём – и девушка решила поделиться им с Золушкой. Реакция превзошла все ожидания. Узнав секрет подруги, Золушка бросилась к мачехе с извинениями. Алёне с большим трудом удалось остановить её на полпути. Вернувшись на чердак, Золушка разрыдалась, a Алёна рассердилась. Менталитет падчерицы был ей совершенно непонятен. «Неужели тебе жалко злую мачеху и глупых сестёр?» – негодовала Алёна. «Мне себя жалко», – призналась Золушка. «Но почему?» «Принц больше к нам не приедет, и я его никогда не увижу». «А-а-а», – догадалась Алёна и тоже заплакала. «А ты почему плачешь?» – удивилась Золушка. «Потому что я его тоже люблю». Девушки утирали друг другу чёрные слёзы и наперебой расхваливали принца. Но это не могло продолжаться бесконечно. Алёна взяла себя в руки и произнесла решительным тоном: «Надо что-то делать». «Боже мой! Но что же, что? – заголосила Золушка. – Что могут сделать две бедняжки во имя любви?» «Мы должны стать красавицами», – решила за двоих Алёна. «А как?» – с надеждой в голосе спросила Золушка, которая ради принца была готова на любые жертвы. «Нужно как следует помыться, – рассуждала вслух Алёна. – Правда… мы тут же опять запачкаемся. Сделать красивые причёски и хорошо одеться». «Где же мы возьмём платья и туфли?» – упала духом Золушка. Внезапно Алёну осенило: «Ведь скоро бал во дворце. Появится твоя крёстная, и по мановению палочки произойдёт чудо». «Я не знаю свою крёстную. Люди говорят, что она фея. Но почему ты решила, что крёстная нам поможет?» «Я тебе потом всё объясню», – неопределённо ответила Алёна. Золушка безоговорочно поверила подруге, и девушки зажили ожиданием бала.

Кому-то Золушка показалась наивной, а кому-то – чистой и доверчивой. Кто-то почувствовал к Алёне уважение, а кто-то – неприязнь. Сколько людей – столько мнений. Удивляет другое: девушки напрочь забыли про ревность. Золушке она была чужда и несвойственна, а в Алёне, вероятно, стали происходить какие-то изменения. Она забыла все другие чувства, кроме любви к принцу. У неё была тьма-тьмущая соперниц – целое королевство, и среди них – немало красивых, знатных, очень влиятельных девушек. Правда, в красоте с Алёной могла соперничать только Золушка. Но ведь существуют браки по расчёту. В королевских семьях их особенно много. Благосклонности принца добивались тысячи соперниц, среди которых были Жавотта и Луиза. И хотя девушки занимали в королевстве последнее место по красоте, их мать занимала первое место по интригам и заговорам. Как только Жавотте вставили зубы, а Луизе вправили руку, неунывающие сёстры тотчас же стали готовиться к королевскому балу. Кутюрье придумывали пышные платья, чтобы скрыть их огромные ноги, и высокие воротники, чтобы спрятать их длинные носы. Куаферы изобретали замысловатые причёски, чтобы отвлечь внимание от слоновьих ушей и поросячьих глазок. Мать, как обычно, превзошла дочерей, так что на их фоне господин Журдэн выглядел, как бедный родственник. Жавотта и Луиза фыркали в его сторону, а Золушка и Алёна усердно натирали его башмаки. Казалось, господин Журдэн не замечал ничьих намёков. И это было похоже на правду, потому что от стыда он старался всё время смотреть в потолок. В назначенный день по всему королевству разъезжали глашатаи, оповещавшие о празднике. Уставившись в безоблачное небо, господин Журдэн ждал около кареты, пока расфуфыренная троица давала Золушкам ценные указания. Госпожа Журдэн зычным басом перекрикивала глашатаев, а Жавотта и Луиза подпевали матери бархатными баритонами. Они так увлеклись, что чуть не опоздали на бал. Карет было великое множество, поэтому пришлось припарковаться за километр от дворца.

Праздник поражал грандиозным размахом, небывалой щедростью, великолепным блеском. Каждый нашёл своё место и занятие. Господин Журдэн считал люстры на потолке, госпожа Журдэн собирала сплетни за кулисами, а Жавотта и Луиза выстаивали очередь к принцу. Пока счастливчики веселились, бедные девушки работали, не покладая рук. Они спешили изо всех сил, потому что хотели успеть до прихода крёстной. Время шло, но фея не появлялась. Сначала Золушки встревожились, потом разочаровались и наконец потеряли последнюю надежду. И в этот самый момент откуда ни возьмись появилась Прекрасная Дама средних лет. «Ну, наконец, – с облегчением вздохнула Алёна. – Вы – фея? Здравствуйте». «Да, это я. Здравствуйте, милые девушки. А я тебя тоже узнала: ты – Алёна. А почему у Золушки заплаканные глазки? Ах, да – злая мачеха не взяла вас с собой на бал. Это мы сейчас поправим. К сожалению, я немного задержалась: творила добро в соседнем королевстве». «Мы не сможем поехать на бал», – трагическим шёпотом произнесла Золушка. «Это ещё почему?» – недоуменно вскинула брови волшебница. «Мы не закончили работу», – догадалась Алёна. «Разве? – снисходительно спросила Прекрасная Дама. – А вы посмотрите получше». На самом деле, дом слепил глаза чистотой и порядком. «Пора готовиться к балу», – сказала волшебница и вынула из бархатной сумочки деревянную указку. Дальше всё происходило, как в сказке. По мановению руки тыква превратилась в позолоченную карету, мыши – в серых коней, крыса – в толстого кучера, а ящерицы – в выездных лакеев. «А теперь взгляните на себя в зеркало», – величественно посоветовала Прекрасная Дама. Подруги стремглав бросились в гостиную комнату. Из венецианских зеркал на них смотрели две писаные красавицы, каких не видел свет.

Девушки затмевали друг друга ослепительной красотой. Млея от счастья, они со всех ног побежали к карете. «Остановитесь, – приказала фея. – Вы поедете на бал босиком?» Она вытянула вперёд обе руки ладонями вверх. На правой ладони лежали хрустальные туфельки для Золушки, на левой – агатовые туфельки для Алёны. «И помните, что ровно в полночь вы лишитесь всего, кроме этих туфелек», – предупредила строгая крёстная. Постукивая каблучками, девушки беспечно устремились к карете. В мгновение ока кони домчали их до королевского дворца и, потряхивая гривами, остановились, как вкопанные, у парадного подъезда. На дворцовой лестнице начался триумф Золушки и Алёны. Казалось, бал был устроен в честь двух необыкновенных красавиц. Для них играла королевская музыка и пели королевские артисты. Их путь был усеян белоснежными лилиями, а слух обласкан восхищёнными речами. «Где мои восемнадцать лет?» – вздыхал старый король, искоса поглядывая на свою дородную супругу. «Только во сне я видел подобную красоту!» – восклицал потрясённый принц, обращаясь к Золушке и Алёне одновременно. Потеряв голову, Его Высочество ангажировал на танец обеих девушек. «Кажется, принц собирается жениться на двух принцессах», – вышла из себя госпожа Журдэн и пошла плести кружево интриг. У Жавотты и Луизы от злобы и зависти удлинились носы и стали выглядывать из стоячих воротников. Только господин Журдэн, с задранной головой, ничего не замечал вокруг себя. Насчитав тысячу пятьсот люстр, он вышел в сад и стал считать звёзды на вечернем небе. Если бы господин Журдэн удосужился опустить голову, в двух шагах от себя он бы увидел воркующих влюблённых. Это были Его Высочество и Алёна. Принц должен был сделать выбор – и он его сделал в пользу Алёны. Трудно сказать, чем руководствовался наследник престола. Золушка, без сомнения, не уступала Алёне в красоте, зато уступала в опытности. Принц был её любовью до гроба. И поэтому – первой и последней в жизни. Алёна оставила в реальном мире армию воздыхателей. Она любила многих – по очереди. В сказочном мире наступила очередь принца. Девушка влюбилась безоглядно и безрассудно. Она не хотела знать ничего другого, кроме чувства любви. Она променяла на возлюбленного принца страдающих родителей, безутешную Бабушку и несчастную подругу. Пока Золушка переживала и надеялась, Алёна увлекла принца любовью в королевский сад. Влюблённые вдыхали аромат цветов, несли несусветную чепуху – и договорились до поцелуя. Их трепетные уста стали сближаться, головы закружились… и вдруг Алёна исчезла. В то время, как принц приходил в себя от пережитого потрясения, девушка ошеломлённо оглядывалась по сторонам. Интерьер был до боли знаком – она очутилась на чердаке. Алёна снова оказалась убогой – под стать окружающей обстановке. В воздухе пахло грозой и извергающейся лавой. Это надвигалась на девушку разъярённая фея. «Как ты посмела увести принца?» – без околичностей воскликнула Прекрасная Дама. «Но я его люблю! – возмутилась Алёна. – И хочу за него замуж!» «Золушка тоже любит принца. Это её судьба. А твоя судьба осталась в твоём мире», – было заметно, как Прекрасная Дама боролась с собой, укрощая извергающийся гнев. Она взмахнула рукой – и с глаз девушки упала пелена. «Я могу вернуться к родителям?» – задумчиво спросила Алёна. «Для меня нет ничего невозможного, – спокойно сказала фея. – Но многое зависит от тебя». «Что именно?» – допытывалась Алёна. Но ответа она не расслышала, так как опять очутилась в королевском саду – около горюющего принца. «Ваше Высочество», – позвала Алёна, облизывая мороженое, чудом возникшее в её руке. Принц вздрогнул и поднял на возлюбленную влажные глаза. «Я так страдал, – чуть слышно прошептал юноша. – Я думал, что меня покинула жизнь». «Я очень виновата перед Вами, – потупила взор хитроумная девушка. – Но мне так захотелось мороженого! Угощайтесь, Ваше Высочество». Алёна протянула принцу вторую порцию сказочно вкусного мороженого, потом взяла его за руку и потащила во дворец.

«Куда мы идём, звезда моих мечтаний?» – слабо сопротивлялся влюблённый юноша. Алёне так сильно захотелось к Маме, что она забыла об учтивости. «Мы должны угостить мою подругу», – спешно объяснила красавица, нетерпеливо перепрыгивая через две ступеньки. Увы! Её намерению не суждено было сбыться. Как только разлучница отыскала опечаленную Золушку, дворцовые часы начали бить полночь. Спохватившиеся девушки крепко сцепили руки и бросились вон из дворца. Ровно в полночь они были в королевском саду и прятались за большим кустом алых роз. Мимо них в разные стороны разбегались придворные кавалеры и дамы. Слышались взволнованные голоса: «Что случилось? Что произошло?» «Его Высочество обещал полкоролевства тому, кто отыщет двух сбежавших принцесс», – объяснил чей-то возбуждённый бас.

Девушки долго ждали, пока джентльмены удачи наконец утихомирились. Они вышли из-за куста и критическим взглядом осмотрели друг друга. При слабом мерцании звёзд им удалось разглядеть жалкие лохмотья и всклокоченные волосы. «Поехали домой», – с тяжёлым вздохом предложила Золушка. «Придётся идти пешком», – возразила Алёна. «А как же карета?» – удивилась забывчивая Золушка. «Карета превратилась в тыкву, кони – в мышей, а лакеи – в ящериц. Постой-ка!» Алёна запустила руку в карман грязного фартука и извлекла оттуда пару агатовых туфелек. Разумеется, в Золушкином переднике тоже отыскались бальные туфельки. «Какие мы несчастные! Что же нам делать?» – расстроилась Алёна. «Что-нибудь случилось?» – спросила подруга по несчастью. «Я тебе потом всё объясню. Жди меня здесь», – как в лихорадке, проговорила счастливая соперница, мгновенно завладевая хрустальной туфелькой, и, крадучись, направилась к дворцовой лестнице. Убедившись в том, что лестница пуста, Алёна бесшумно положила на нижнюю ступеньку хрустальную туфельку и на цыпочках удалилась в сад. Праздник сходил на нет, кареты разъезжались, и разочарованные гости не обратили никакого внимания на двух нищенок. Взявшись за руки, подруги-соперницы быстро зашагали по пыльной дороге домой. Алёна была себе на уме, а Золушку раздирали противоречивые чувства: любовь к принцу, привязанность к подруге, печаль неразделённой любви и радость любви состоявшейся.

Девушки вернулись домой первыми, потому что разъярённая госпожа Журдэн до обеда заключала сделки и строила козни. Не помня себя от усталости, чумазые красавицы с трудом добрались до чердака, упали, как подкошенные, и забылись тяжёлым сном. Их разбудили громовые раскаты, которые потрясли всё здание. Выглянув в узкое окно, девушки увидели госпожу Журдэн, метавшую громы и молнии. Погрязшая в неудачах хозяйка дома мечтала выместить на Золушках свою бессильную ярость. Но ей это не удалось. Повсюду царил идеальный порядок, а к идеалу придраться невозможно. Выпустив пар, неутомимая госпожа Журдэн стала готовиться к приходу придворного кавалера. Того самого, который искал обладательницу хрустальной туфельки. Мы, конечно, не забыли, что волею судеб или по прихоти человеческой на дворцовой лестнице осталась лежать миниатюрная туфелька. Провидение распорядилось так, что принц заметил туфельку и поклялся жениться на её обладательнице. Его Высочество не сомневался, что она могла принадлежать только прекрасной принцессе. Увы! Туфельку примерили все знакомые принцессы, и ни одной из них она не подошла по размеру. Потом наступила очередь простых смертных. Придворный кавалер износил три пары башмаков, прежде чем добрался до дома господина Журдэна. Там его ждала госпожа Журдэн с распростёртыми объятиями и с бутылкой красного вина. Изобретательная дама рассчитывала опоить кавалера и подсунуть ему одну из дочерей. Но ей не повезло: у кавалера была язва желудка, и он не употреблял алкоголь. Кипя злобой и раздражением, госпожа Журдэн позвала разодетых и раскрашенных Жавотту и Луизу. Придворный кавалер в отчаянии приложил туфельку к гигантским ступням сомнительных красавиц. Жавотта сумела протолкнуть в обувь один палец, а Луиза – даже два. Глядя с ненавистью на опостылевшую туфельку, кавалер, не прощаясь, заковылял прочь от дома. «Стойте! А как же мы?» – закричала с чердака Алёна. Придворный в недоумении остановился, а госпожа Журдэн, брызгая слюной, стала наговаривать на Золушек. «Мне всё равно, – махнул рукой хворый кавалер. – Нет больше сил терпеть эту муку. Пусть нищие, пусть уродливые. Лишь бы ноги были маленькие». Алёна уверенно вдела ножку в хрустальную туфельку – и она пришлась ей впору. У мачехи глаза полезли на лоб, а измотанный кавалер от радостного потрясения уселся прямо на паркетный пол. «В доме есть ещё одна девушка», – напомнила справедливая Алёна. «Зачем?!» – испуганно завопил придворный кавалер, ожидая подвоха. И он не ошибся. Золушка носила такой же размер обуви, как и Алёна. На глазах у всего честного народа мачеха стала раздуваться от злости, а потом лопнула, как мыльный пузырь. Жавотта и Луиза, естественно, последовали её примеру. Господин Журдэн от стыда стал красный, как варёный рак. (Забегая вперёд, скажем, что избавиться от этой окраски ему так и не удалось). Это зрелище могло потрясти кого угодно – только не придворного кавалера. У него были свои заботы. Прижав к сердцу хрустальную туфельку, он поторопился к принцу с докладом о двух невестах.

Его Высочество тут же примчался к господину Журдэну. Взглянув на девушек, принц с изумлением признал в них двух красавиц, сбежавших с бала. Он укоризненно посмотрел на протеже – и потянулся к Алёне. Господин Журдэн покраснел, как два варёных рака, а Алёна показала юноше свои агатовые туфельки. «Я ничего не теряла, Ваше Высочество. Это – Золушка».

Получив вещественное доказательство её слов, принц, как честный человек, предложил Золушке руку и сердце.

Такой свадьбы не было ни в одной сказке. Всё королевство веселилось от души, и никто не заметил появления Прекрасной Дамы среднего возраста. «Тебе пора, Алёна, – сообщила фея. – У тебя есть три минуты, чтобы попрощаться с друзьями. К сожалению, мне надо спешить. Меня ждут в других королевствах». «Так мало?» – обомлела девушка. Но не рискнула спорить с волшебницей. Не раздумывая ни секунды, Алёна с жаром обратилась к новобрачным: «Друзья мои, мы с вами расстаёмся. Надеюсь, не навсегда. Я возвращаюсь в своё королевство, которое называется „Будущее“. „Какое странное название, – удивился жених. – Это далеко?“ „Очень – на расстоянии нескольких столетий“, – вздохнула девушка. „Мы примчимся к тебе на королевских лошадях“, – пообещала невеста. „Это исключено. В будущее можно попасть только пешком. Я верю, что мы скоро встретимся. И я хочу, чтобы вы знали: в будущем очень много прекрасного. Там люди летают, как птицы, и плавают, как рыбы. Они подчинили себе Землю, открыли другие миры и планеты. Только сказка им не подвластна. Мне будет сильно вас недоставать“. Алёна исчезла, как будто её не было. А сказка продолжалась, но уже без неё. Совсем недавно в королевстве были две Золушки, теперь не осталось ни одной. Зато в разных мирах появились Прекрасные Дамы. Может быть, они когда-нибудь встретятся… Дай-то Бог, если он, конечно, существует на белом свете…

Content

Марина Соколова
Две Золушки