Дмитрий Логинов

Духовидчество, традиция и наука

И живу я в старом, старом доме -

из него выходят

три окна.

Из песен очень ранней «Машины времени».

Не будет мне ни вечности, ни счастья, ни радости, пока людям снится кошмар. Потому что невозможно наслаждаться счастьем видения среди слепых, ибо в таком случае вызывает сомнение сама возможность видения и сама возможность счастья.

Булат Безгодов. Из неопубликованного пока романа «Влюбленные в Бога».

У человека имеется возможность беседовать с незримыми существами. Другое дело, что большинство человечества ни во что такое не верит. Возможно, впрочем, это будет не большинство, если посчитать и детей. Пришедшие «оттуда» совсем недавно еще не испорчены т. н. здравомыслием и воспринимают без исключения все, происходящее с ними, «как есть», не прибегая к навязываемой взрослым извне цензуре потока сознания.

Автор этих строк помнит свой детский опыт общения с духами закатного солнца на берегу реки. Конечно, это потом сформировалось определение «духи заходящего солнца». А в детстве было просто реальное ощущение контакта с кем-то невидимым, вызвавшее восторг, хотя его содержание вряд ли можно пересказать человеческими словами.

Людей, которые смогли реализовать и развить в искусство эту возможность общения с представителями «тонкого мира» называют, обыкновенно, духовидцами. Иные произносят это слово с иронией, а другие, наоборот, с пиететом.

По поводу случая первого трудно было бы не признать, что для скептицизма имеются основания. Ныне вокруг развелось немало «контактеров» от коммерции, а то и просто от клиники. Но, тем не менее, было бы большой ошибкой судить обо всех предвзято. Потому что из факта, что существуют люди с проблемной психикой, воображающие себя, например, генералами, ни в коей мере не следует, что настоящих генералов не существует. Для христианина же было бы тем более странно отнестись несерьезно к духовидчеству вообще, ибо духовидцами были практически все христианские святые.

Миссия духовидца неблагодарна. Как правило, у него нет возможности доказать, что он действительно вступает в контакт, а не воображает его. Какие предъявить доказательства, что твой опыт реален, если у большинства людей не имеется ничего подобного этому реальному опыту?

У Герберта Уэллса есть рассказ, где зрячий попадает в страну слепых. Но он не только не становится там королем, но и приобретает репутацию безумца. И местные медицинские светила предлагают удалить «странные подвижные опухоли» с его лица, в надежде возвратить ему таким образом душевное здоровье.

К тому же и сама информация, получаемая «по контакту» – как правило, настолько совсем другая (да еще и «упакована» непривычным образом), что изложить ее человеческими словами представляет проблему. Кстати, такая «неудобоизложимость» представляется мне как раз одним из критериев добросовестности контактера. Ведь если б он сам выдумывал, а не передавал сообщения Кого-то или Чего-то, превосходящего его уровень, контактеру было бы нетрудно излагать весьма гладко. Иное дело, если получена неземная информация и ее необходимо по возможности без потерь вместить в земные слова.

Очень характерен в этом смысле стиль книги Якоба Бёме (1575–1624) «Аврора». Вот строки из нее: «Движущая, кипящая сила… Так радостно, что я не могу ни выразить того, ни описать; но я лишь лепечу о том, как дитя, которое учится говорить, и никак не могу назвать правильно, в согласии с тем, какое дух дает о том познание».

Святой же православный старец Силуан Афонский (1866–1938) говорил так, примерно: «Это тебе сейчас могут быть смешны, чадо, писания старика. Но ты, когда умрешь, сам увидишь, что все это так и есть». Да, увидим… Но только не оказалось бы тогда уже слишком поздно! Не лучше ли заранее знать, какие горизонты развертываются «за Вратами»? И – как продолжатся «там» те или иные дороги, начинающиеся здесь? Чтобы не ошибиться в выборе. Поэтому поклон искренним духовидцам, которые предпринимают мужественные попытки просветить нас, рискуя получить за это вместо «спасибо» ярлык фантазера или какой-нибудь еще худший.

Древнейшее духовное учение на Земле – северный ведизм[1] – утверждает, что существует мир видимый (Явь) и мир невидимый (Навь), причем они представляют стороны Единого Целого и управляются по единым законам (Правь). По сути, с этого же начинается и православный христианский Символ Веры: «Верую во единаго Бога Отца, Вседержителя, Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым».

Единый. Видимое. Невидимое… Есть три великих окна, через которые сознание человечества созерцает все сущее и даже, в определенной степени, познает замысел его Творца. Имя этим окнам Наука, Духовидчество и Традиция. Первое окно выходит в поле явлений мира видимого. Второе может показать нам тайны тонкого мира, который для большинства невидим и представляет собой «темный лес». Третье же открывает безбрежный океан Единого, что дышит ровным ветром духовных учений. Мир видимый и невидимый представляют не что иное, как лишь различные проекции волн и течений этого океана.

На практике такое разграничение не абсолютно, конечно же, но все-таки дает представление о функциях и соотношении Науки, Духовидчества и Традиции как направлений деятельности сознания человечества. Столь же нестрого последним в параллель могут быть поставлены, как виды активности сознания человека: рассудок, воображение (не путать с фантазией), память. (Заметим, что сохранение во времени информации представляет гораздо более творческий и проникнутый разумом процесс, нежели на первый взгляд это кажется.) Мы можем бесконечно спорить о том, какая из областей деятельности главнее, но будем помнить: едва ли какая-нибудь из них способна существовать долго без двух других.

Итак, ведение о незримом имеет и традиционалист, и духовидец. Для ученого же это все «ненаучно». (Впрочем, есть исключения. Трансперсональная психология Станислава Грофа. Приборы, позволяющие фотографировать микролептонные образы. Но это лишь примеры разрозненных и далеких подступов.)

С разных сторон, разумеется. Традиционалисту могут быть известны законы, по которым живет мир духов. Духовидец же сталкивается с реальными проявленьями их. Такое различение довольно-таки условно, впрочем. Знающий закономерности может и вступить в контакт, если нужно. А тот, кто начинает с общения, со временем получает, как правило, возможность постоянного диалога, из коего постепенно узнает о законах построения сущего. Именно по принципу такого диалога составлена наиболее содержательная, на мой взгляд, часть книги духовидицы Ониты (Алла Соколова[2]) «Домой и обратно», которая увидела свет в нынешнем 2009 году в издательстве «Альва-Первая».

Поэтому интересно было бы сравнить сведения, получаемые разными путями. Путь духовидца подобен в чем-то дороге ученого. Он «собирает по крупицам», идет от личного опыта. Традиционалист же есть хранитель и передатчик опыта предков, систематизированного и кристаллизовавшегося за долгие тысячелетия в стройное духовное учение. Наиболее древним из таковых, передаваемых от учителя ученику, справедливо именуется Русская Северная Традиция. О ней подробно рассказано в наших книгах «Гиперборейская вера руссов»[3] и «Планетарный миф»[4].

Детальное сопоставление информации, получаемой тем и другим путем, само могло бы образовать отдельную книгу. Здесь мы коснемся лишь очень кратко трех параллелей, бросающихся в глаза. Их приводимый ниже конспект есть даже не наброски анализа, но только приглашение к нему.

Самостоятельное же и скрупулезное исследование да останется за читателем. Осуществить подобное было бы интересно, мне думается, как выбравшим путь Традиции, так и адептам Духовидчества. Анализируя текст упомянутых выше книг они найдут интересного много больше, нежели вмещает сей краткий очерк.

Прошу извинить незначительные неточности в изложении концепций как Ониты, так и Традиции. Они не объясняются невнимательностью, а представляют собою жертву необходимой компактности изложения.

Учитель с тонкого плана сообщил Оните, что всякая энергия во вселенной, в том числе и духовная, произошла от энергии Начального Взрыва. Это не совсем то, что современная наука понимает под определением «Большой Взрыв», но параллель очевидна. Русская Северная Традиция также придерживается взгляда на механизм творения космоса, который может составить с идеей Взрыва отдаленную аналогию. Согласно РСТ творение происходит по схеме последовательных ветвлений. Поэтому мы можем согласиться, к слову, не только с Онитой, но и с таким своеобразным и ярким духовидцем-философом, как Мейстер Экхарт (1260–1328). Последний утверждал с полной определенностью, что ему знаком некто, «способный доказать, что сотворение мира происходит и сейчас точно так же, как в первые Семь Дней». И, более того, «это и поныне есть в точности то же самое сотворение мира, какое было в Семь Дней».

Безостановочное творение космоса может быть уподоблено разрастающемуся дереву. (Древу альтернатив – как это бы сказали теперь.) Его бесчисленные системы планет и звезд представляют как бы плоды на ветвях, что и запечатлевает ведическая мифологема Мирового Древа. Она являет один из наиболее древних символов того всеобъемлющего, что принято теперь называть «пространственно-временной континуум». Вероятно, что не случайно даже созвучие самих слов: «древо» – «древний». Если принимать во внимание большее количество измерений, чем три или четыре, то можно видеть, что даже самый процесс течения времени будет напоминать ветвление[5]. (Подробнее об этом рассказывает первая часть книги «Планетарный миф».) Заметим, что образ Древа является центральным и в упоминавшемся выше трактате Якоба Беме «Аврора, или утренняя заря в восхождении».

Итак, разрастающееся мировое древо есть символ внутренней связи всего со всем во вселенной на тонком плане. Звезды и планеты наши древние предки символически понимали как кончики ветвей или корней Древа. Конечно, аналогия между лавинообразным ростом перемножающихся альтернатив и взрывом весьма поверхностна. И все же такое сходство заслуживает быть отмеченным, ибо позволяет глубже чувствовать суть. Недаром клубящиеся взрывы на фотографиях часто напоминают видом разросшиеся буйно древесные кроны. А изображения взрывов же на детских рисунках – растущие из земли кусты.

Далее, Учитель поведал Оните, что космическая энергия преобразуется в человеческую энергию, и вот уже из этой последней проистекает все, сущее на Земле. Русская же Северная Традиция знает максиму: все Внешнее есть проекция Внутреннего. Явь каждого потому и называется «Явь», что представляет собой проекцию вовне его Я. В этом смысле для муравьев, пчел и членов тоталитарной (если не по ярлыку, а по правде) секты не существует Яви. Для них имеется Мывь. Кто-нибудь еще помнит роман Замятина «Мы»? В романе же Оруэлла «1984» остроумно показано, что в реках страны, имеющей ультратоталитарное государство, лед будет тонуть, а топор – плавать, если так Партия прикажет.

Абсолютизация разобщения Единого на Я и Мир не может не искажать восприятия. «Все сотворенное не может войти в расторгнутый ум», предостерегает Велесова Книга. Я (Эго) как бы отбрасывает на Правь тень и так возникает Навь. Конечно, тень эта ничего не может взять с самой Прави. Она неизменна, вечна и есть, выражаясь языком Гегеля, «единственное Реальное во всяком реальном». Но вот «в расторгнутом уме» (в Малой Сварге) в результате протекает бесконечная (или представляющаяся таковой) битва Белобога и Чернобога. Она подобна метанию пятен света и тени на стене, перед которой в солнечный день стоит дерево, и ветер качает ветви.

Кстати, древнее слово «Аз» есть не просто синоним «Я». Азы есть Начала, или творящие космические энергии Бога Всевышнего, или боги (асы[6]). И вот в каком смысле Аз и Я могут быть поняты как стороны одной медали. Я, однобоко разрастаясь в ту или другую сторону, затеняет вполне определенные грани Прави, и этим создает Матрицу. (Сколь убедительно Матрица может выдавать себя за саму Реальность можно видеть из нашумевшей кинотрилогии.) Каждый из Двенадцати богов[7] представляет собой вид космической энергии, которая притягивается Матрицами определенного типа. Он властен до некоторого предела стабилизировать эти Матрицы (без чего бы они распадались) и гармонизировать их (без чего бы они превращались и вовсе в ад). Отличие ведизма от язычества заключается, в частности, в словах «до некоторого предела». Язычники полагают своих богов абсолютами. Они не ведают, что боги представляют собою лишь творящие энергии Вышнего. Поэтому язычник не может выбраться за пределы Матриц. И даже испытывает сложности с перерождением из менее совершенной Матрицы в более совершенную. Ведение же Истины делает нас свободными (Ин 8:32).

Незримый учитель рассказал Оните об иерархическом устройстве сущего. Его, несколько упрощая, можно понимать так: всякий организм является частью большего организма, и всякий мир оказывается частью (органом) мира вышнего. Такое видение перекликается с идеями новой науки организмики, созданной основателем АФН[8] Андреем Тюняевым. Оно же заставляет вспомнить свидетельство великого духовидца прошлого Эммануэля Сведенборга, который утверждал в своей книге «Тайны неба», что ангельские миры, в совокупности, имеют форму человеческого тела.

Русская же Северная Традиция испокон учит, что иерархические миры представляют нечто вроде матрешки. То есть они как бы вложены один в другой наподобие концентрических сфер. Сознание живущего в каком-либо из миров способно воспринимать лишь его содержимое в качестве материи. То есть понятие материи относительно. Как утверждает Бёме, на небе растут «прекрасные деревья и кустарники». При этом он специально подчеркивает: «это есть поистине и в точности так; я разумею не что иное, как только то, что воспроизвожу здесь буквами».

Души наших покойников оказываются либо в одном из высших и больших миров, чем сей, либо же в одном из низших и меньших. Естественно, что они воспринимают сущее в них столь же материально, как мы – сущее в нашем. Сами же мы выглядим для них душами покойников: для высших – обитателями ада, для низших – небожителями. В небесах миров меньшего диаметра видно меньше светил, чем в небесах большего. Подробнее обо всем этом говорится в книге «Планетарный миф».

Итак, мы рассмотрели несколько параллелей между Традицией, учением Ониты и учениями духовидцев прошлого. Как можно было заметить, параллели эти, так сказать, не совсем параллельны. Идеи, в основном, те же, но содержание их варьирует весьма широко.

Заставляет ли такое положение дел усомниться в данных духовидчества или Традиции? Скорее – наоборот. Полное совпадение всего со всем бывает лишь в сочинениях, которые школяры списывают друг у друга. Объекты же, восприятие которых превышает возможности человеческого разума, напротив обыкновенно предстают, описанные с различных точек зрения и разных позиций восприятия, весьма разными. Поэтому полученная картина укрепляет настроение, противоположное скептицизму: незримое для абсолютного большинства, о котором свидетельствуют и представители традиции, и духовидцы, ЕСТЬ, а не его нет.

А значит, скажем спасибо за большую и конструктивную работу таким людям, как Онита, Орис (С.В. Цвелев[9]) и основоположник русского духовидчества Даниил Андреев, автор величественного трактата «Роза мира», написанного во время заключения в сталинской тюрьме.

Строго говоря, Даниила Андреева можно считать основоположником, именно, русского духовидчества лишь условно. Еще за века до него на нашей земле существовали и другие избранные сосуды, которые вместили дар видения очами духовными. Правда, возникает вопрос: почему же тогда прославлен из таковых оказался лишь Ворсова Сковорода (1722–1794)?

Дело в том, что эти русские мистики были в основном последователями Григория Паламы или отечественных старцев, развивавших подобное учение. «Мысль изреченная есть ложь». Необычайность получаемой в духе информации могла бы приводить к порождению ересей, будь информация эта доступная всем. Поэтому, большинство русских духовидцев были молчальниками, то есть священно безмолвствующими. Полученные в духе их сведения передавались лишь от учителя ученику, который был предварительно подготовлен к восприятию их.

Достойным завершением очерка будет, мне думается, процитировать прекрасное стихотворение Лады Виольевой, посвященное духовидцам:

Иногда я бываю печален —

Отыгравший все игры игрок,

Рассказавший все сказки молчальник.

И когда выхожу за порог,

Словно призрак, прошедший все вехи

И восполнивший клятвы земли,

Из карманной над сердцем прорехи

Выдаю вам свои корабли.

Не пугайтесь “летучих голландцев”,

Капитаны великих морей,

И присутствий бесшумных. Их станцы —

Это символ сокрытых дверей.

Это знаки глубинных скитаний

И свидетельства скорых пустынь…

Я вас жду за стеной расстояний —

Постоянен, как в небе Полынь.

Да пребывает Божия помощь с людьми, дерзающими прозревать вышнее!

18 января 2009 г. Канун Крещения.

Примечания

1

О его отличиях от ведизма восточного, т. е. Веданты и более поздних индуистских учений, я говорю подробно в книге «Русская Тайна. Перерождение» (М.: Альва-Первая, 2006).

2

Основатель духовной школы «Онита+», автор книг «Сборник принятых мыслей», «Введение в разум», «Коротко о главном».

3

М., Фаир-Пресс, переиздания начиная с 1999 года.

4

М., Альва-Первая, 2008.

5

Как это, например, показано в теории А.Л. Бартини (1897–1974): «Тогда время будет плоскостью с бесконечным числом линий, а движение в нем – деревом с бесконечным числом веток».

6

Отсюда «ассы», то есть асов сыны, то есть дети богов – герои.

7

О них будет подробно рассказано в книге «Обруч перерождений», которая продолжит серию «Русская Тайна».

8

Академия Фундаментальных Наук

9

Автор книги «Странствия души или жизнь между жизнями» М, Рефл-Бук, 1996

Content

Дмитрий Логинов
Духовидчество, традиция и наука

Примечания