Алина Багазова

ЗВЁЗДЫ ИЛЛИРИИ

Любимому мужу и сестрёнке посвящается. Без вас не было бы этих воспоминаний об Иллирии…

«На горной вершине

Ночую в покинутом храме.

К мерцающим звёздам

Могу прикоснуться рукой.

Боюсь разговаривать громко

Земными словами.

Я жителей неба

Не смею тревожить покой»

Ли Бо

«Я думаю, если бы мы чаще смотрели на небо, то, возможно, тогда у нас бы выросли крылья»

Густав Флобер

«Всё правда. И ложь также»

Мерлин

ПРОЛОГ

Мне часто снится один и тот же сон. Белоснежные парапеты, ступени, спускающиеся прямо к воде… Сверкающие в солнечных лучах колонны Храма Солнца, восходящие, кажется, к самим небесам.

Золотой закат щедро поливает поверхность океанских вод.

Издалека возникает и нарастает постепенно сначала едва различимый, а потом прекрасно слышимый, звук песни. Её поют сотни голосов.

Это люди Города Золотых Ворот идут к храму в конце дня, чтоб поблагодарить Солнце и попрощаться с ним до завтрашнего утра. Песня благодарности так красива, что у меня мурашки бегут по всему телу.

Я встаю с тёплых ступенек и с замирающим от предвкушения ритуала сердцем поворачиваюсь к Храму. Вот-вот на его ступеньках появится один из Жрецов — мой папа. Следом за ним выйдет моя старшая сестрёнка, неся в руках блюдо с золотистым, как само Солнце, хлебом. Им угостятся все желающие. Такой вкусный хлеб печёт моя мама, что никто никогда не остаётся в стороне от угощения.

Папа ласково улыбается, он смотрит мне прямо в глаза… Но тут всё вокруг темнеет, ударяет порыв холодного ветра. Звуки песни искажаются, становятся жутко тоскливыми завываниями.

Я опускаюсь на корточки и сжимаюсь в комок. Я знаю, я помню, что будет дальше…

Люди сливаются в одну серую, смазанную массу, которая дрожит и растягивается в разные стороны. Всё плывёт перед глазами, плывёт в потоках моих слёз.

— Нет, нет, не надо… — тихо бормочу-умоляю я.

Но я знаю, что так будет. Это произойдёт потому, что однажды уже произошло, и будет отныне так происходить в моих снах. Постоянно.

Я плачу, плачу, плачу. Но когда я проснусь, на моих щеках не будет ни одной слезинки. Они все останутся там, в дорогой моему сердцу Атлантиде. Погибшей однажды в пучинах бушующих атлантических вод, в которые я так любила погружать ноги, встречая закат…

Я проснусь совсем в другом месте, так далеко от моих воспоминаний, что уже через час забуду и воронку бушующей стихии, и чёрное небо над головой.

Здесь, на Иллирии оно совсем другое. И здесь два солнца. Никогда бы не подумала, что такое бывает привычным и нормальным. Но с тех пор, как мы, спасаясь от гибели, отправились на Иллирию, мне пришлось поменять взгляд на многие вещи.

Теперь эта планета — моё место жительства. А как там Земля?..

ЧАСТЬ 1

«Не торопись опровергать сказанное или соглашаться с автором. Не так уж и важно то, что он утверждает или опровергает; важно то, что он направляет ваши внимание и мысль по определённому руслу».

«Пособие по написанию вечных книг»

«Если у вас нет чувства юмора, то у вас хотя бы должно быть чувство, что у вас нет чувства юмора»

Станислав Ежи Лец

ГЛАВА 1

Пронзительный визг таймера вырвал меня из сладких объятий Морфея и окунул в отнюдь не самую приятную реальность. Пора на работу!

Ну почему я не могу взять отпуск и ОТОСПАТЬСЯ! Да, за вредность моей работы мне в обязательном порядке положен отпуск, как минимум на полмесяца. Но мой стаж службы — пока всего 7 месяцев, а отпуск дают лишь по прошествии года.

У-ух! А-а-а!!! — я снова не успела покинуть свою кровать за положенные 10 секунд, лениво нежась под одеялом, и она, запрограммированным ловким броском, отправила меня в резервуар с холодной водой и серебристыми рыбками, шустро юркнувшими прочь во все стороны — мой маленький бассейн-аквариум. Да-а такого рекорда по прыжкам в высоту до меня наверняка никто не установил. В одно мгновение я проскочила «одевалку» и уже в рабочей одежде выскочила из комнаты.

— Папа! Никак нельзя без купания?! — рассержено воскликнула я, влетая в кухню, — зачем ты опять установил мою кровать на этот садистский режим?

— Милая моя, — папа потрепал меня по голове, — ты сегодня итак поспала на полчаса больше. Я не стал будить и перевёл таймер, сегодня будет много работы…

Тебе предстоит важное мероприятие.

Я кое-что возмущённо буркнула под нос и отправилась завтракать. Знаю я его эти мероприятия «особой важности»! Наверняка снова отправят в незапланированный патруль совсем не в свой сектор… Куда-нибудь на задворки параллельной системы.

Авторитет отца-учёного обязывает добросовестно исполнять свои рабочие обязанности… Но душа-то просит романтики, героизма, приключений, наконец!!. У меня ведь сейчас самый возраст такой — 15 лет — пик активности, а меня на задворки кидают… Ну ладно! Вот получу заслуженный отпуск и махну… например на Землю. В душе сладко заныло.

Аппетита почти не было, и я подумала, что прекрасно смогу перекусить на работе.

Просто я стремилась скорее попасть в свой личный тлоннер и отправиться патрулировать. А там, забравшись в дальний угол своего сектора, отключить связь и ненадолго предаться маленьким радостям души. Как, я ещё не упомянула о своём невинном хобби?

Частенько, улучив свободный кусочек времени, я пишу музыку. Я вообще-то могла бы уделять этому гораздо больше времени — мой начальник (такой душка!) неоднократно делал мне поблажки и предлагал всяческие послабления и привилегии. Дело в том, что некоторые мои «произведения» поразили даже его привередливый вкус. Он сказал, что у меня талант, а моя музыка несёт вибрации гармонии. Он взял несколько моих музыкальных изысков и передал в какой-то отдел. И теперь их вроде используют в своей работе экотехники. Не могу точно сказать, так как сама до конца не знаю всех этих тонкостей. Я ведь ничего особенного не делаю, просто записываю ту мелодию, что льётся и звучит у меня в голове, когда я смотрю в окошко медленно плывущего тлоннера на бесконечные звёздные просторы космоса. Но я не принимаю предложений начальника, потому что этот процесс у меня спонтанный чаще, чем инициативный и лучше мне пишется именно в тишине, вдали от всех, в безграничном космическом пространстве… В общем, когда я в патруле, то есть, выполняю свои прямые обязанности.

Пролетев со скоростью неуправляемой торпеды по коридорам, едва не снося углы, я внеслась в кабинет начальника как ураган, потому что совсем неприлично опаздывала. Да и хотела скорее узнать своё задание на сегодня, чтоб побыстрее отправиться. Ожидая увидеть, как всегда, полный кабинет своих коллег на затянувшейся планёрке, я очень удивилась — за исключением начальника, внутри никого не было.

— Извините, полковник, я опоздала! — выпалила-отчеканила я дежурную фразу.

Полковник сидел, уткнувшись в бумаги, глубоко погружённый в свои мысли, и не сразу отреагировал на моё появление. А я воспользовалась секундной передышкой, чтобы поправить сбившийся на груди комбинезон. И тут же похолодела: моего «значка агента» не было на месте… Ну вот, потеряла… Что сейчас будет! Этого мне как раз не хватало для полного завершения «радостей» сегодняшнего утра.

Начальник поднял глаза и едва открыл рот, чтоб что-то (я уверена не очень поощрительное) мне ответить, как постучали и в дверь как-то суетливо протиснулся сержант Ди Эр Эр (его щупальца, приятный зелёный цвет кожи, в общем, принадлежность к негуманоидному типу вызвали у моих коллег по работе какой-то суеверный пунктик — что день принесёт что-то плохое, если Ди Эр Эр встретится в здании раньше, чем будет получено задание от начальника. Но, в целом — Ди Эр Эр вполне милый парень). М-да, я явно ошибалась насчёт завершения сюрпризов, а не надо недооценивать судьбу-злодейку! Я вздохнула, скрестила пальцы и зажмурилась.

Что-то будет!

— Товарищ полковник! — торжественно обратился Ди Эр Эр к начальнику, — у меня к вам вопросик по моему сегодняшнему заданию.

Он прошёл мимо меня к столу полковника Экро, слегка пихнув меня, встал, заслонив полностью собой полковника. Я хотела сначала возмутиться такой бесцеремонностью и подвинуться, но потом поняла, почему он это сделал: в его щупальце, отведённом за спину и протянутом ко мне, виднелся мой значок. Я быстренько изъяла его и незаметно прицепила на место. Какой милый парень! Не донёс на меня, найдя мой значок, а даже постарался вернуть его мне незаметно от грозного начальника.

Стоит вот, запинается, пытаясь придумать повод своего появления здесь, и спрашивая откровенные глупости… Надо удружить ему, повысив его авторитет в глазах сослуживцев, как — не знаю, но что-нибудь придумаю!

В раздумьях я и не заметила, что Ди Эр Эр уже ушёл.

— Садись, Тара, — услышала я голос начальника, — опоздание не засчитывается, потому что это я сам позвонил твоему отцу и попросил его разбудить тебя попозже.

Мне надо поговорить с тобой наедине.

Вот так! Это что-то новенькое. Как там мой список прегрешений на сегодняшний день? Что-то ничего на ум не приходит. А может заранее покаяться, ну так просто, на всякий случай. А там и попутно выясню окольными путями — за какие подвиги перед галактикой я удостоена чести быть облагодетельствованной столь важной аудиенцией наедине с боссом. Тьфу, в жар бросило от усиленной мозговой активности!.. Но, похоже, начальник решил войти в моё положение и милостиво протянул руку помощи:

— Тара, девочка, не пугайся. Просто сегодняшнее задание будет не из лёгких… и не из приятных.

Я правда выгляжу напуганной? С чего бы это? Ведь утро так миленько, хоть и не совсем адекватно началось для меня. И пожаловаться-то некому…

Стоп! Так что там про моё задание?

Через двадцать минут я сидела за пультом управления своего тлоннера и набирала ускорение. Ну, я так и предполагала — дали «ответственное» задание: патрулировать сегодня в 9-ом секторе. Это галактика Трёх Красных Звёзд.

Всё-таки, я чем-то умудрилась «отличиться», раз сунули в этот ад. И это ещё мягкое определение, не зря там никто не хочет патрулировать. Это, я вам скажу, даже опасное для жизни занятие. Немало наших было подбито именно в этом секторе.

Полная анархия — вот определение того, что там творится, это даже не поддаётся описанию. Иногда кажется, что весь космический криминал базируется именно в 9-ом секторе.

Погрузившись в размышления о том, почему именно меня туда отправили, я пришла к выводу, что в жизни, какой бы сахарной она не была, благодаря папуле, всё равно не избежать трудностей и неприятностей. Запищал видеофон, и через секунду на экране возникло лицо моей лучшей подруги Весты. Я включила связь.

— Привет! — улыбнулась она, — что со связью творится? Я пытаюсь выйти на тебя уже полчаса.

— Я сегодня припозднилась, но на всё была воля босса. Поблажка перед броском в кошмар.

— Как это? — не поняла Веста, — куда тебя заслали?

— Скорей, сослали… Угадай! — 9-ый сектор… — выдохнула Веста, — серьёзно?!!

— Как вопрос жизни и смерти, — заверила я, — не понимаю только, почему? Этот сектор числился за «7-ым блоком», что с ребятами?

— Ты не знаешь? — вздохнула Веста, — полковник Экро разве не ввёл тебя в курс дела? — она на секунду замолчала и вдруг возмутилась, — он не имел права скрывать от тебя!.. Он, что, ничего тебе не объяснил? На планёрке же говорили об этом.

— Сказал, что это очень ответственное задание, и что на меня вся надежда, а у них там какие-то проблемы… — я напряглась, — а что произошло? Я-то уже после планёрки прибыла.

— Да уж, проблемы!.. — яростно воскликнула подруга, — вчера в этом секторе было настоящее побоище. Лек и Дарт там патрулировали — пропали без вести, а их тлоннер превратился в обломки, разлетевшиеся куда попало. Наблюдатели что-то доложили о находившемся неподалёку «монолите» без опознавательных знаков, но больше ничего вразумительного. Ни следа, ни зацепки, ничего! И после всего этого он посылает туда ТЕБЯ?!! Есть же специальные подразделения, Тара! Что ты там сможешь сделать в случае опасности?

— Утешила ты меня, подруга, — вздохнула я.

Теперь то я уже точно не могла ничего понять. Из слов Весты выходило, что меня послали на верную смерть. Я и раньше слышала что-то об этом проклятом 9-ом секторе, где наши патрули имели свойство гибнуть и пропадать без вести. Но когда начальник распорядился отправить туда меня, я подумала, что эти слухи слегка преувеличены. И в самом деле, разве Полиция Семи Галактик просто так разбрасывалась агентами когда-нибудь?

— А знаешь, кого я сегодня встретила в кабинете босса? — мне вдруг стало весело.

— Кого? — недоумённо спросила Веста.

— Ди Эр Эра!!! — я засмеялась.

— Брось, ты же не веришь в эту ерунду, — неуверенно произнесла Веста, — не бери в голову, это не…

И снова писк видеофона. Я включила вторую линию. Это был Дерек, мой напарник по прежнему сектору.

— Как дела? — весело воскликнул он.

— Как у камикадзе, — буркнула я и, вырубив двигатель, встала из-за пульта управления.

Пока Веста посвящала Дерека в подробности дела, я мерила тлоннер шагами, пытаясь сосредоточиться. Я ещё не находилась в галактике Трёх Красных Звёзд. Зависнув в космическом пространстве, я размышляла. Почему полковник Экро выбрал именно меня? Что он хочет получить в результате? Почему при этом он не посвятил меня во все подробности? Этим он бы хоть морально подготовил, намного обезопасив. Я ничего не могла понять.

Неожиданно в моей памяти возникло ещё одно обстоятельство сегодняшнего дня: я вспомнила утро и слова отца:

— Тебе предстоит важное мероприятие…

Он тоже знал об этом! Он знал, куда меня пошлют и ничего мне не сказал… Не может же быть, что он послал меня на заведомо смертельно опасное задание?! Вдруг не всё так страшно и опасно, и мы зря развели панику?

— Тара! Тара! — звала меня Веста.

Я вернулась за пульт, но двигатель не запустила.

— Что ты собираешься делать? — серьёзно спросил Дерек.

Я немного помолчала, затем ответила, решительно, подавая энергию к двигателям:

— Я собираюсь выполнять задание.

ГЛАВА 2

Едва я пересекла границу галактики, сразу прервала связь с друзьями, сославшись на порыв вдохновения, якобы захлестнувший меня. На самом же деле, музыка сейчас никак не шла в голову. Просто не хотелось ощущать их явную тревогу и волнение за меня, хотелось побыть одной. Сказать, что я находилась в растерянности — значит, сильно приуменьшить всю гамму моих чувств.

Чтоб хоть чем-то заняться, я заказала «патрульный завтрак» и, получив стандартную коробочку, стала нехотя жевать содержимое. Мой тлоннер шёл на минимальной скорости по установленному маршруту. Изредка (а в этой галактике и вообще практически никогда) навстречу попадаются тлоннеры, трейгарты, гражданские модели тлоннеров — серки, и другой транспорт. В этом случае моя обязанность — проверять их опознавательные знаки, которые они сами должны демонстрировать при подходе ко мне на нужное расстояние. Я же изредка могу (по желанию или по подозрению) идентифицировать их с данными, запрошенными мной в банке данных космотранспорта. Но в этом потребности, как правило, не возникает — ещё не было случая, чтоб был получен отказ опознаваться. Но даже и в этом случае я сама посылаю запрос, а в случае явного отказа, имею право начать погоню с целью ареста.

В особо опасных ситуациях у меня есть возможность вызвать подкрепление агентов 1-го и 2-го уровней из близлежащих галактик, но это, как я уже сказала — в особо опасных ситуациях.

Время от времени встречаются, точнее, проносятся мимо, «наблюдатели». Это одна из разновидности Служб Особого Назначения. Их задача — наблюдать за всем, что происходит вокруг и фиксировать всё, что имеет хоть какое-то значение (что входит в это понятие — не имею понятия, простите за каламбур), и тут же отсылать данные в СОН. Вот только имеются и в их работе, видимо, накладки — ни разу им не удалось зафиксировать что же случается с тлоннерами Полиции Семи Галактик, патрулирующими в опасных районах (среди которых на первом месте стоит именно этот) и потом исчезнувшими бесследно или найденными в виде обломков с исчезновением экипажа.

Вот и сейчас уже почти час, как я патрулирую, а только один «наблюдатель» пронёсся мимо на скорости, вряд ли оставляющей возможность ещё и что-то фиксировать. Лишь мигнул мне на ходу, поздоровался. Да уж, приободрил…

Тут я, наконец, вспомнила о друзьях, которые наверняка трясутся за моё благополучие, но не решаются выйти на связь первыми (знают мой нрав, когда я не в духе). Я сразу же подключилась к Весте и попала на весьма оживленный, обеспокоенный разговор с Дереком и ещё одним нашим общим другом — Сагардом.

Подозреваю, что в процессе возбуждённой дискуссии речь шла обо мне! Потому что, заметив моё присутствие, они резко замолчали. Все одновременно. Но видно было, что всё-таки искренне обрадовались мне.

— Привет, Тара! — нашёлся наконец-то Сагард, — почему не подключаешься?

Я вдруг отчаянно развеселилась, видя их напряжённые лица, и ответила лаконично:

— Подключилась. А в тему общего разговора включиться можно?

Веста смутилась, но призналась:

— Ну… Мы говорили о тебе. Как ты там?

— Да так… — уклончиво, без эмоций, ответила я, пусть помучаются! Но потом пожалела — они ведь искренне беспокоятся за меня — и ответила:

— Пока всё нормально, без проблем.

— Может нам лучше постоянно быть на связи с тобой, не отключаться, — предложил Дерек, — на всякий случай…

— Ребята, успокойтесь! — не выдержала я, — всё нормально, хорошо, замечательно, великолепно!!! Не нагнетайте атмосферу, а?.

— Тара, ты пойми нас, полковник Экро, мягко говоря, был не прав, отправляя тебя туда. Это ужасно опасно.

Но, увидев выражение моего лица, Веста тут же поспешно сменила тему:

— А как там у тебя с музыкой?

— С какой музыкой? — не поняла я.

— Ну, ты же прервала связь в прошлый раз для того, чтобы что-то написать? — напомнил Дерек.

— Да, да… — рассеянно проговорила я, глядя вперёд. Прямо на меня надвигался огромный трейгарт. Друзья заметили замешательство, отразившееся на моём лице:

— Тара! Что происходит? Что там?! — заволновалась Веста, — Тара, ответь!

— Всё нормально, — ровным голосом ответила я. Вот чёрт! Я БОЯЛАСЬ!!! Вот до чего меня довели переживания моих сердобольных друзей… Надо бы взять себя в руки. А то, чего доброго, так и шарахаться начну от всех встречных. Я же агент полиции, в конце концов!

— Всего лишь трейгарт 14-ой модификации, — ровным голосом отозвалась я.

— Опознавательный номер? — потребовал Сагард.

— Он ещё слишком далеко…

Я, замерев, не сводила взгляда с надвигающегося прямо на меня огромного «монолита». Казалось, столкновение неизбежно. И, при этом, он, вроде, и не собирался предъявлять свой опознавательный номер. Я оцепенела, сжав руками край пульта. Расстояние стремительно сокращалось. Я уже с трудом сдерживала крик и была на грани паники.

Совсем рядом от моего хлипкого (в сравнении с этой громадиной) тлоннера «монолит» внезапно мигнул своим опознавательным номером и резко взял вбок. Я, поймав сигнал, тоже сманеврировала. Мы удачно разошлись…

Я стёрла пот со лба и тут только вспомнила, что всё ещё нахожусь на связи с друзьями. Надо принять здоровый вид. Но они уже и так заметили моё состояние.

— Всё нормально? — осторожно спросил Дерек, — ты так побледнела.

— Всё хорошо, — выдохнула я и бодро продиктовала опознавательный номер.

Дальше все, по молчаливому обоюдному согласию, сменили тему и трепались о разной ерунде, о планах на отпуск (Веста и Дерек уже имели право им воспользоваться).

В течение дня мне ещё пару раз попадались тлоннеры, тройку раз — «серки». И все они послушно демонстрировали свои номера. Я уже стала склоняться к мнению, что зря мы так нагнетали обстановку, — патрулировать здесь не намного опаснее, чем в каком-либо другом отдалённом секторе. Я повеселела и даже, пару раз прервав связь, написала чудесную мелодию. И я была горда собой: задание выполнялось безо всяких происшествий!

— Ну, что — думаю, на сегодня всё? Пора возвращаться на базу, — зевнула Веста, — я сегодня после работы лечу на Кайтерон.

— Твоя бабушка так и не хочет переселиться поближе к вашей семье? — усмехнулся Сагард, — Кайтерон — не самое уютное место в нашей галактике. На Иллирии гораздо лучше.

— Объясни это старушке, — пожала плечами Веста, — но у меня ещё остаётся надежда, что на день моего шестнадцатилетия она всё же передумает и переедет к нам насовсем. Ну, всё, ребята, я на сегодня отпросилась пораньше, так что отключаюсь и возвращаюсь на базу. Кто-нибудь со мной?

— Нет, мы закончим ко времени, осталось немного, — дружно покачали головами Сагард и Дерек.

— А ты, Тара?

— Я — как все!

— Прекрасно, тогда всем пока! Тара, я с тобой свяжусь вечером.

— Ага, — кивнула я, боковым зрением зацепив что-то в космическом пространстве.

Оторвав глаза от видеофона, я разглядела сравнительно недалеко, примерно в миллионе километрах от меня, огромный 81-драйверный трейгарт. Он неподвижно висел в пространстве и, как это бывает в случае непредвиденной продолжительной остановки, не выставил свой опознавательный номер.

— Сегодня день лёгкий, — Дерек потянулся и почесал затылок, — ни одного нарушения.

— Мне не очень нравится эта работа, — отозвался Сагард, — после положенного минимума службы я пойду учиться на дизайнера. Ни за что не останусь в полиции, как мой отец.

— Я буду экотехником, может когда-нибудь станем работать в одной команде? — предположил Дерек, — а, Тара?

— Вы же знаете, я хочу учиться на программиста. Там, при поступлении, требуют навыки управления программами разных степеней. Поэтому я тут — набираюсь опыта, — усмехнулась я, — иначе уже давно бы «махнула» на Иштар.

Я говорила механически, не сводя глаз с «монолита», пытаясь понять причину его остановки. Он слишком уж тихо висел в пространстве. Не заметить меня те, кто находились внутри, не могли, но и ничего не предпринимали. Я послала им сигнальный запрос.

— Значит и ты с нами! — подвёл итог Дерек, — будем строить миры вместе.

— Веста тоже собирается учиться программированию, это было бы неплохо. Совсем скоро мы реализуем свои мечты…

Сагард, похоже, уже представлял как мы вчетвером, одной командой, занимаемся строительством миров. Он — создаёт дизайн, Дерек — проект экосистемы, а мы с Вестой пишем программы строительства, которые потом совсем за короткий срок воплощаются в реальность. И вот — готов новый мир!

На мой запрос «трейгард» не ответил. Одно из двух: либо экипаж, отстыковавшись, покинул его для каких либо целей, либо сознательно игнорирует мои сигналы. И в первом, и во втором случаях мне полагалось лично удостовериться, в чём тут дело.

Но я не решалась сказать об этом мальчикам.

— А ты, Тара, что думаешь об этом? — голос Дерека вывел меня из раздумий.

— Как только исполнится шестнадцать, тут же всё брошу и — на Иштар. Думаю, поступить уже смогу. Надеюсь, родители не будут против.

— Да твой отец будет доволен! На Иштаре тебя хоть научат вставать пораньше, — с усмешкой подколол Сагард.

Его подколка осталась без ответа потому, что я усиленно думала — что же предпринять? Говорить о возникших трудностях ребятам я не решилась. Хватит, и так они сегодня переволновались за меня. Да и панику подняли! Ну, уж нет. Сама разберусь.

— Ну что, пора возвращаться, — быстро произнёс Дерек, пока Сагард ошалело соображал: почему же я ему не ответила в таком же духе. Обычно за мной такого не числилось — спускать подобные шуточки.

— Да, — кивнула я машинально.

Но тут со мной страшную шутку сыграла, угадайте кто? Моя совесть! Да-да, есть ещё она у меня, несмотря на мнение некоторых людей, что я её ещё в школе на пирожок поменяла… Именно эта моя «подруга» тихонечко шепнула мне: «- Это же твоя обязанность, Тара — закончить работу как положено. А значит, ты должна выяснить, в чём дело с тем трейгартом. Разве ты вправе вернувшись на базу доложить, что патрулирование прошло без происшествий и нарушений не было? Это твой гражданский долг!»

Я упорно возразила своей совести, что это может представлять угрозу моей гражданской безопасности, да ведь и не происходит ничего такого уж страшного, никаких явных нарушений! А она, в ответ, напомнила, что никто мне и не обещал, что работа агента полиции будет лёгкой и безопасной. А из-за моей халатности это «что-то страшное» и может произойти! И в качестве последнего аргумента сослалась на «наблюдателей». Дескать, они начеку, в случае моей вылазки помогут, а иначе ведь донесут начальнику, как последние стукачи. Этот аргумент меня и убедил.

— Ребята, мне осталось совсем немного по маршруту, я закончу и догоню вас.

— Брось, Тара, ничего ведь не происходит! — попытался уговорить Дерек, — давай возвращаться на базу, всё равно всё в порядке.

Но тут я продемонстрировала свою очень хорошо спрятанную глубоко внутри (так глубоко, что сама до недавних пор не замечала и с удивлением осознала в себе) принципиальную ответственную сторону. Спорить со мной обычно бесполезно, а сейчас я и вовсе являла собой самый непоколебимый образец законопослушного служащего всех времён и народов. Но, может быть, я в глубине души всё-таки надеялась, что меня начнут жёстко отговаривать?… А вот и получила полнейший облом! Ребята проявили свою заботу обо мне лишь тем, что обещали подождать меня на границе галактик. Я отключила связь и грустно взглянула на, так и висящий в космосе, «монолит».

ГЛАВА 3

Сначала я направила тлоннер вдоль трейгарта, чтобы осмотреться и выявить свободные шлюзы для стыковки. Обнаружив нужный, я в последний раз послала предупреждающий сигнал. В ответ — привычное молчание. И тогда я запустила программу стыковки.

Честно говоря, я очень нервничала. Эту операцию самостоятельно я проделывала впервые. Несколько раз мне в этом помогал папа, несколько раз я смотрела, как он это делает. Я боялась что-то забыть, но, к счастью, всё обошлось. Я без проблем состыковалась с «монолитом», словно делала это каждый день.

Когда шлюз за моим тлоннером закрылся, и атмосферное давление внутри было урегулировано, я поняла, что назад отступить невозможно. Нужно срочно вспоминать всё, чему меня учили. Как и что надо предпринимать в подобных ситуациях.

Неожиданно мне пришло в голову, что я не связалась с базой и не поставила их в известность о предпринимаемых действиях. Я даже не попыталась вызвать подкрепление! Но ведь вроде и ситуация не выглядит, как боевая, чтоб звать на помощь…

Согласно инструкции, я взяла с собой все необходимые атрибуты агента полиции, нужные для чрезвычайных ситуаций. Весь набор спокойно разместился в карманных отделениях моего рабочего комбинезона, не привлекая внимания. Прокрутила в голове всё, что мне положено знать в этой ситуации, и решительно покинула тлоннер. Вперёд и с песней! В голове резво грянул похоронный марш…

Ну и паникёрша!

Я шла по длинному коридору от шлюза и мысленно готовилась к страшной схватке с самым ужасным отродьем Вселенной. Но, наверное, лучше уж так перестраховаться в ожидании худшего, чем оказаться лицом к лицу с опасностью и не быть к ней готовой. И, с девизом: «Не так страшен монстр, как его малюет…моё воображение», я раздвинула тяжёлые двери и решительно переступила через порог.

Зал управления. Огромный и пустой… Ну совершенно никого! Пульты управления отключены, даже не в фоновом режиме, видимо хозяева не намеревались быстро вернуться. Так, ну моё дело — быстренько официальненько эту штуковину опечатать (за неимением хозяина на месте), потом немного подождать (авось кто объявится), предъявить штрафные санкции владельцу или преспокойненько удалиться на базу (к тому же моё время уже как бы и вышло… Не забыть стребовать с босса сверхурочные!).

Я, чтоб хоть чем-то заняться, стала медленно по периметру обходить зал, осматривая его. Неожиданно мой слух (к счастью или наоборот — к сожалению, он у меня острый от природы) уловил едва слышный звук и я могу поручиться, что доносился он соседнего отсека. Ну, вот тебе и на! Я оказывается тут и не одна вовсе. Мой долг… К чёрту долг! Это уже зверски любопытно! Может нарушители, завидев мой тлоннер издалека, решили спрятаться и переждать пока я уйду?.. Ну, уж нет!

В прятки я не играла со дня переселения на Иллирию. Но не думаю, что потеряла форму! И наивен тот, кто так подумает. Не родился ещё на свет тот, кто от меня…

Стоп! Что-то я отвлеклась! Надо заняться своими непосредственными обязанностями.

Возможно, это опасно. Что ж, как говорится: «не мы первые, не мы последние, люди нас запомнят».

Я не очень решительно двинулась к выходу. Моя бурная фантазия услужливо выставляла перед мысленным взором картинки — одна другой «симпатичнее». В общем так. На будущее: с фильмами ужасов — завязать! А может взять да и просто вернуться в свой тлоннер и вызвать подкрепление? Мысль не так уж и плоха, учитывая в каком секторе я нахожусь.

«Боишься?…»- противно захихикало что-то внутри меня, — «а ты подумай, трусишка, что если бы была какая-то опасность, то она не пряталась бы, и ты уже напоролась бы на неё».

И то правда… Просто это была удачная возможность, не делать то, чего я побаивалась.

Всё! Прочь страх и вперёд! И да поможет мне Бог! Я сделала оставшиеся три шага в сторону выхода, и двери (видимо на фотоэлементах) автоматически разъехались передо мной…

Я вышла в коридор, на всём протяжении которого, по обеим сторонам располагались двери, ведущие в отсеки и каюты. Тишина. Никого. Но теперь я ещё чётче, прямо кожей, ощущала чьё то присутствие.

— Агент Полиции Семи Галактик! — громко представилась я, — всем присутствующим покинуть укрытие, это приказ!

В ответ — тишина. Но как-то ещё напряжённее стало в воздухе. Я ощутила, как в пространстве разливается неприкрытая агрессия, и мне стало жарко. Я была напугана, но старалась, чтоб голос не дрогнул:

— Я ещё раз повторяю: вы нарушили правила передвижения в космическом пространстве, и я требую, чтобы вы понесли ответ. Готова выслушать ваши объяснения!

Вот здорово!.. В ответ снова тишина, но какая-то искусственная, ненастоящая. Я в какой-то момент ощутила на себе чей-то пристальный взгляд и крепко сжала в руке служебный ионно-плазменный «РАЙДОК».

Оглядевшись по сторонам, я поняла причину своих ощущений: повсюду оптические сканнеры. Кто-то или что-то, находясь в непосредственной близости от меня, наблюдал, тщательно фиксируя каждый мой шаг. Дрожащей рукой я нащупала левое запястье, на которой носила браслет-генератор естественного фона. В доли секунд я создала вокруг себя поле со знаком «?». Сканнеры перестали меня фиксировать, а я обрела сравнительное ощущение безопасности. По крайней мере, у нас с противником теперь примерно одинаковые условия — он тоже не знает, где я нахожусь.

Также у меня (про запас — начальник не знает об этом) было карманное устройство, способное изменять уровень гравитации в помещении. Шестым чувством я ощущала, что оно мне может пригодиться. Так всё и вышло…

Внезапно страшная сила обрушилась на меня сверху и, мощно приложив об пол, буквально пригвоздила к нему. Я едва успела сообразить, что это резко повысился уровень гравитации — примерно 10g, не меньше. Но на учебных тренировках нас обучили переносить подобные нагрузки и справляться с ними, экстренно переводя организм на режим выживания. Всё же, я думаю, пора бы ввести в набор агента ПСГ такой же хитрый приборчик, как у меня (вернусь живой — обязательно вынесу этот вопрос на повестку дня! Нет! Сначала потребую медаль за отчаянное мужество).

Дотянувшись, я отрегулировала уровень гравитации до нормального — 1g, параллельно полностью выведя из строя всю систему регулирования, которая размещалась в корпусе трейгарда (ВСЁ-ТАКИ Я ИМ ХОТЬ ЧТО-ТО СЛОМАЛА! ТАК ИМ!!!), чем значительно удовлетворила жажду мести, вспыхнувшую во мне, и слегка приободрилась. Ведь теперь вся система гравитации корабля держалась полностью на мне, точнее на моём маленьком приборчике с милым названием «Пташка». Мощности у него должно хватить минимум на сутки, но ведь вся эта ерунда не растянется настолько? Надеюсь…

Так, ну и что теперь? Я медленно поднялась на ноги, которые меня едва держали от перенесённых «неудобств» и огляделась.

Сканнеры не фиксировали меня — можно было спокойно продолжать поиски. Во мне теперь росла ярость и хотелось во что бы то ни стало найти моего противника (или противников?) и разобраться с ними! Надо же, наглость какая — нападать на агента Космической Коалиции! Я там может и невелика шишка, но горжусь своим званием.

Преисполненная гордости за свою миссию, я бесстрашно шла по коридору, распахивая боковые двери — одну за другой. Ой, что это? Мой слух уловил сдавленный стон.

Неизвестно, откуда он нёсся, но я могу поручиться: это был детский стон. Я заметалась: что делать? Это вполне может быть ловушкой! Но стон донёсся снова, более явственно, точнее даже не стон, а вскрик. Я вытерла пот со лба и бросилась к двери в конце коридора — звук точно доносился оттуда.

Перед дверью я замерла в нерешительности. Дверь, вероятно, была запрограммирована на биологический код экипажа корабля, потому что не раскрылась приветливо при моём приближении. Но тут я вспомнила, что вокруг меня силовое поле, не позволяющее меня фиксировать. Убирать поле я не решилась и в растерянности думала, что бы предпринять?

Ребёнок мучительно вскрикнул снова, и я больше не думала ни секунды. Мой «Райдок» просто-напросто, как бы это помягче сказать, — «вывел из строя дверной механизм». Пусть кто-то скажет, что я превысила свои служебные полномочия!

Плевать я хотела на это! Там же ребёнок! И с ним что то происходит.

Я бесстрашно материализовалась в дверном проёме и вмиг замерла. В центре огромного зала возвышался прямоугольной формы алтарь из металла серебристого цвета. Прямо в центре него находился ребёнок — мальчик лет 12-ти. Вокруг алтаря — энергетический кокон, исключающий всякие попытки приблизиться к нему на расстояние ближе метра.

Но через тело бедняжки время от времени пробегают разряды, видимо неслабые, так как ребёнок бьётся и корчится от боли, а находится вроде как бы в полуобморочном состоянии.

Он слабо застонал, увидев меня, и попытался протянуть в мою сторону руку. Моё сердце защемило от боли, а глаза — от слёз…Первым побуждением было: рвануться к нему на помощь, но в следующую секунду я подумала, что во что бы то ни стало должна его спасти, а для этого мне надо быть осторожнее. Кто и зачем так измывается над мальчиком?

Я быстро оценила обстановку — вроде бы в этом помещении больше никого не наблюдалось.

— Здесь есть ещё кто-нибудь? — крикнула я мальчику, медленно передвигаясь с «Райдоком» наготове.

Мальчик плакал и как-то непонятно дёргал головой. Я решила принять это, как знак отрицательного ответа и уже более решительно двинулась к нему, не теряя впрочем бдительности.

Я размышляла на ходу: что у меня есть для оказания первой помощи в подобной ситуации? Господи, я даже не знала, что происходит и как поступать в таком случае. Я не знала, с чем имею дело. Одно дело — проходить эти ситуации на тренировках, где всегда можно рассчитывать на подсказку тренера. И совсем другое — принимать решения самой, зная, что ответственность за них — полностью на тебе и, в случае промашки, расплатой может стать жизнь другого человека, а то и твоя собственная!

Приблизившись к контуру энергетического кокона, я поняла, что не имею понятия с каким видом энергии столкнулась. Но это, в конце концов, не так важно, как то, что ребёнку надо было срочно помочь. И я поступила вполне естественно (моя милая естественность и, следующие за ней, грубые методы уже стали входить в привычку).

Я просто вырубила к чёртовой матери эту адскую машину. Благо в набор агента входит универсальный нейтрализатор любого типа энергий (УНЭ-231). Я, конечно, рисковала обесточить что-нибудь значимое, потому подошла к контуру почти вплотную. Радиус действия УНЭ-231 был, к счастью, невелик.

Мальчик обессилено, мешком, рухнул на алтарь. Я, на миг забыв про осторожность, бросилась к нему.

— С тобой всё в порядке?

— Ка…кажется… — мальчик вымучено улыбнулся, но, хотя у него это слабо вышло, попытку можно было с успехом засчитать, учитывая его состояние. Сила духа бедняжки очень порадовала.

— Можешь идти? — участливо спросила я, не забывая при этом оглядываться по сторонам, оценивая обстановку ежесекундно.

— Не знаю. Попробую…

— Нам надо быстрее отсюда уходить! — я уже приняла чёткое решение вернуться в тлоннер, вызвать помощь, а самим лететь отсюда со всех ног (пардон, двигателей).

— Увези меня отсюда! — с отчаянной мольбой в глазах попросил мальчик.

— Конечно. Тебя как зовут?

— Алзар…

— Меня Тара. Скажи мне скорее, Алзар, — я пыталась говорить быстро, помогая ему подняться. Ноги его держали слабо, но всё же держали. Значит, выберёмся! — кто это сделал с тобой? Кто здесь есть ещё?

— Я не знаю, кто они. Их четверо и…

Неожиданно меня отбросило в сторону упругой воздушной волной, а только потом я услышала грохот взрыва. Но я не выпустила из рук Алзара и, падая, прикрыла его собой, ожидая ещё одного. Странные клубы дыма заполняли зал. Я рывком вытащила из бокового кармана на левой ноге респиратор и натянула его на мальчика. Сама же просто задержала дыхание, не зная точно, что это за газ. Нас на тренировках научили задерживать дыхание на время до десяти минут.

— Ползи за мной! — прошипела я Алзару сквозь стиснутые зубы и поползла к выходу.

Мы без приключений добрались до двери, и я успела увидеть, что в коридоре газовые пары отсутствуют и, следовательно, там спасение.

Мы вывалились в коридор.

Да, я подозревала, что мне сегодня предстоит совершенно особенное дежурство… Но не настолько же! Похоже судьбе было угодно годовой лимит моих несчастий излить на меня в один день — и она выбрала для этих целей сегодняшний. В коридоре полукругом стояло трое существ гуманоидного типа, но совсем не гуманоидной отталкивающей внешности. Скорее всего, они — обитатели именно этой галактики. Не встречала ещё ни одного представителя других галактических рас, столь же неприятного, как эти (а я повидала очень и очень многих!). Но не их внешний вид, конечно же, меня расстроил, а то, что в «руках» (если можно так назвать их отвратительные клешни) они держали протонно-плазменные пушки 10 калибра. И угадайте теперь, на кого они были направлены?…

ГЛАВА 4

Я поднялась на ноги. Что толку в таких условиях пытаться корчить из себя супергероя? Я со своим жалким «Райдоком» ничего не смогу сделать против их «Такеров». Ну, вот, наверное, и окончена моя бесславная эпопея. Интересно, они убьют нас сразу? Наверное (скорей всего) нет, иначе уже сделали бы это. Но, мамочка моя, как же хочется жить! Алзар тихо заплакал, повиснув у меня на руках, а я корила себя за то, что не смогла его спасти.

— Приветствуем Вас у себя на корабле! — ехидно оскалилось одно существо. Голос был противно вибрирующим, с металлическими нотками, — что-то агенты Полиции Семи Галактик стали частенько баловать нас своими визитами. Вчера вот двое навестили, да так и не захотели уходить. А Вы, я вижу, торопитесь поскорее покинуть нас?

Напрасно… Да ещё и мальчика нашего с собой прихватили. Нехорошо, невежливо как-то!

Ага, гостеприимность так и прёт изо всех щелей этого кошмарного корабля… По крайней мере. убивать нас не собираются. Во всяком случае, пока.

— Кто вы такие? — я приосанилась, стараясь при этом не уронить Алзара, что далось мне с большим трудом, и постаралась сохранить твёрдый голос.

— Ах да, забыли представиться, какое досадное упущение! — воскликнуло другое существо, — Вы, полагаю, слышали о космических пиратах? Ну, так вот, теперь представился счастливый случай познакомиться с нами поближе. Не скажу, что знакомство будет приятным для обеих сторон, но для нас уж точно. А Вам обещаю незабываемые воспоминания, леди!

— А сейчас я предлагаю Вам просто сдать оружие и не сопротивляться, — закончил третий.

Плохо же они меня знают! Если они хотели бы убить меня — это одно, но если не собираются убивать, то страшно даже представить, какая участь меня ожидает.

Иногда смерть предпочтительнее. Буду сопротивляться до логического конца.

Возможно, это и неразумно, но я как всегда предпочитаю убедиться в этом на своём опыте. Да и увиденное мною то, что они вытворили с Алзаром жутко само по себе.

Не очень верится, что меня минуют подробные сюрпризы.

— Вы, конечно, знаете, что гравитационное поле этого корабля — в моих руках? — спросила я, демонстрируя «Пташку». — Кто-то хочет с ним поэкспериментировать?

— Ну, разве что только ты, — усмехнулся первый, отбрасывая вежливое «Вы», — видишь ли, детка, это вы, жители других галактик, подвержены гравитации. Для нас же её присутствие или отсутствие не играет абсолютно никакой роли. Мало того, именно такой гравитационный фон мы установили на корабле с одной лишь целью, — чтоб Вы — ты и мальчишка — чувствовали себя у нас, как дома. Так что, регулируй её на здоровье, как тебе заблагорассудится. Мы даже не будем отбирать у тебя этот прибор. А вот с остальным, к сожалению, придётся расстаться…

Вот и всё. Всем спасибо за внимание. Adios!..Туши свет. Нет, стоп! У меня же есть ещё одна «фишка»!

Что ж, как говорится, как вы к нам, так и мы… от вас. Я вроде бы незаметно, а значит эффектно, сунула руку в боковой карман правой ноги и рывком вынула оттуда небольшой, всего со спичечный коробок, приборчик. В одну секунду нажала кнопку на нём и метнула в сторону наших «гостеприимных» хозяев. Эта безотказная штука была разработана с учётом особенностей обитателей большого числа галактик. И уж, конечно, про галактику Трёх Красных Звёзд подумали в первую очередь. Им это должно понравиться!

Пираты не успели даже клешнями пошевелить, как раздался взрыв, и в одно мгновение помещение наполнилось густым, непроницаемым дымом-туманом. Я, крепко ухватив за руку Алзара, резко прыгнула в сторону, от этой завесы, увлекая его за собой. Зрительно я запечатлела, где находится коридор и как расположены двери, и теперь рванула туда со всех ног, таща мальчика за собой. Нам вслед раздались выстрелы.

— Дай мне респиратор! — крикнула я Алзару, пригибаясь.

Этот газ, при вдыхании его, постепенно замедлял координацию движений и мог в какой-то момент лишить сознания. Мне он сейчас был более необходим, чем мальчику. Ведь всё сейчас зависело лишь от моих действий.

— Я его выронил!.. — прохрипел Алзар.

Ну, вот тебе и на! Я не могу не дышать на бегу, да ещё и таща на себе Алзара, который, к слову сказать, не совсем невесомый! Первая порция газа уже и так попала в мои лёгкие. Чёрт, надо торопиться, мало времени!

Предательски закружилась голова, но я слышала сзади топот ног и не могла себе позволить расслабиться.

Наконец мы покинули зону тумана и выбежали к нужным дверям. Они мягко разошлись, и мы очутились в зале управления. В глазах всё неумолимо плыло и смазывалось, трудно было сфокусироваться, но Алзару, видимо, было ещё хуже: он хрипел и почти не мог идти, приходилось волочить его на себе.

Добежав до дверей, ведущих в шлюзовый отсек, я уже с трудом передвигала ноги.

Сейчас самое главное — забраться в мой тлоннер, вызвать помощь и попытаться улететь отсюда…

Больших усилий мне стоило раздвинуть двери, которые сейчас казались неимоверно тяжёлыми, и на слабеющих ногах, таща волоком почти бессознательного Алзара, пересечь порог. Тлоннер находился в шести метрах от дверей. Боже, как далеко!

Мы преодолели уже полпути, как сзади раздался шум. Я успела лишь оглянуться и увидеть в дверях одного из пиратов. Он был в противогазе, а в руках держал неизвестное мне оружие, нацеленное на нас. Я даже вскрикнуть не успела до того, как раздался выстрел. Я лишь увидела яркую огненную вспышку и, в следующую секунду резкая, разрывающая боль в груди откинула меня назад, ударив прямо о борт моего же тлоннера.

А дальше я полетела куда-то в чёрную непроницаемую пелену, холодную, как глыба льда, сковывающую тело. Промелькнула последняя мысль: «Меня что, застрелили? Что же будет с Алзаром?..» И дальше пустота…

ГЛАВА 5

Яркий, слеплящий свет… Настолько слепящий, что инстинктивно захотелось прикрыть глаза рукой. С удивлением я отметила своё полное бессилие, невозможно пошевелить ни рукой, ни ногой. Я совершенно не ощущала своего тела, и даже возникли сомнения насчёт того, есть ли оно у меня? Если есть, то в каком оно находится положении в пространстве и в каком состоянии? Трудно понять, я не ощущала — лежу ли я, стою, или, может быть, сижу. И, ровным счётом, ничего не воспринимала зрительно: свет был слишком ярок. Я зажмурилась, поморгала.

Единственное, что я в такой ситуации поняла, это то, что я всё-таки жива, потому что в следующий же момент услышала чей-то голос:

— Она очнулась! — и сразу же почувствовала вокруг себя оживлённое движение, кто-то целеустремлённо засуетился.

Я сразу вспомнила всё предшествующее этому моменту и на миг поверила в то, что меня спасли мои друзья и я уже дома… Но каким же горьким было последовавшее за этим разочарование! Следующий голос, который я услышала, принадлежал одному из пиратов:

— Ну и слава Богу, она нам больше пригодится живой.

Я снова напрягла все мышцы, которых, впрочем, всё так же не ощущала, попыталась приподняться, но снова неудача. Они, видимо, каким-то образом заметили мои усилия, и я услышала:

— Лежи спокойно и не двигайся. Если не хочешь остаться калекой — не пытайся напрягаться.

«Как же я вас ненавижу!» — мысленно кричала я. Кажется, по моим щекам даже текли слёзы, но их я тоже не чувствовала. Лучше умереть, чем находиться в таком состоянии. Однако, сейчас я была абсолютно бессильна даже в выборе между жизнью и смертью, я находилась полностью в их власти. Не видя, не ощущая, не зная, что меня ждёт..

— Перевезите её в исследовательский зал! — от этой чёткой команды, произнесённой отрывисто резким и ледяным голосом, я внутренне похолодела. И была в своих догадках, кажется, права. Потому что сразу же я услышала голос Алзара:

— Не надо! Не делайте с ней этого!!!

— Замолчи, сопляк, — вяло огрызнулся один из пиратов, Алзар вскрикнул, как от боли, — везите.

Я ощутила вокруг в пространстве движение: кожей — колебание воздуха. В душе рос страх неизвестности: что они хотят со мной сделать? Если что-то ужасное, то надеюсь, моя бесчувственность хоть на немного поможет мне этого не ощущать и мне не будет слишком больно…

Низко зажужжал какой-то прибор. Через пару секунд я ощутила всё возрастающее давление на глаза, потом необыкновенную лёгкость и затем привычный слепящий фон понемногу сменился разноцветными вспышками и линиями — зрение постепенно возвращалось ко мне, я уже стала различать и фиксировать какие-то контуры и очертания. Мгновенно захотелось плакать, и смеяться одновременно. Смеяться оттого, что я вновь обретаю зрение — без него мне невыносимо было бы жить. А плакать — я сейчас вновь увижу их рожи и буду вынужденным свидетелем всего того, что они хотят со мной проделать. Ну, хоть может, не почувствую? Зря, зря, зря я надеялась. Вместе с возвращением зрения я обретала, так же медленно, но неотвратимо, ощущение своего тела..

Первое, что я поняла: я лежу на спине. Руки раскинуты и скреплены в таком положении. Пошевелив пальцами, я отметила крепость пут. Ноги вытянуты и тоже зафиксированы. Надо мной — прожектор, жарко освещающий, похоже, стол, на котором я и лежу.

Я увидела тех самых троих моих недавних знакомцев, склонившихся над столом.

— Ну, что, Сарион, будем приступать? — обратился один из них к другому.

— Что…вы…хотите…со…мной…сделать… — с трудом произнесла я, язык ещё плохо слушался меня.

— Скажи ей, Халф, — снисходительно попросил тот, кого звали Сарионом.

— Мы хотим тебя обследовать, чтоб знать все возможные варианты применения.

— Применения…чего?… — мне, наконец, удалось придать голосу вопросительную интонацию.

— Применения тебя, детка. Нам нужно знать твои возможности и резервы твоего организма, чтоб решить: пойдёшь ли ты в дело полностью, то есть живая, или — придётся тебя использовать по частям?

— Что значит — «по частям»?.. — мой голос неожиданно окреп.

— Мы собираемся тебя продать, — пояснил третий пират, — а полностью ли, или пригодны только отдельные органы — решим после полного обследования и всех процедур тестирования на выносливость.

Теперь до меня с внезапным озарением дошло — так вот, что они, вероятно, делали с бедным Алзаром! Испытывали и тестировали его организм! Неужели всё то же будет происходить и со мной?!

— Но ты можешь не переживать особо — ты ещё молода, организм у тебя наверняка здоровый и цветущий, — успокоил меня Сарион, — купит тебя какой-нибудь межгалактический толстосум к себе в гарем — будешь жить припеваючи. Ещё спасибо нам потом скажешь!

— Торговля живым товаром — преступление! — в отчаянии возразила я, — а я ещё и агент Полиции Семи Галактик!

— Хорошо! — хохотнул Халф, — за тебя, как за агента, попросим двойную цену!

Давайте-ка начинать, ребята. Лайл, запускай!

Вновь что-то загудело, и я увидела наплывающую на меня куполообразную крышку.

Полностью прозрачная, она с мягким щелчком накрыла меня сверху.

— Да чтоб вам клешни оторвало! — от всего сердца процедила я, — а ваши гнусные зелёные рожи разбросало от Клайперона до самой Ксеры. На Виссаре[1] наверняка давно бы уже ваша прекрасная чешуйчатая кожица украшала порог туалета…

Больше я произнести ничего не успела. Внезапная резкая боль пронзила раскалённым прутом всё моё тело, взорвалась, словно тысячи игл впились в каждую клеточку.

Даже крику не удалось вырваться из моего рта, застряв в горле. Я лишь слабо дёрнулась, а потом всё перед глазами завертелось, и я упала в приятное небытие.

Я не помню сколько, бесконечное число раз, я приходила в сознание и снова его теряла… Я висела где-то между явью и нереальностью, то передо мной возникали какие-то картинки, то я чётко видела выплывший словно из ниоткуда адский, связанный с моими муками, стеклянный купол над собой. Я забыла напрочь: кто я, где я. Я, то чувствовала непереносимую боль, то теряла всякие телесные ощущения…

Я находилась в странном опьянении рассудка, забвении, из которого меня иногда выдёргивали резкие звуки и голоса, но тут же сильная боль заставляла меня вновь падать на самое его дно. Я, то умирала — и тогда чувствовала необычайную лёгкость, которая, казалось, вот-вот вознесёт меня вверх, то воскресала — вся истерзанная, словно порванная в клочья, и измученная. Я давно уже потеряла счёт времени. Казалось, непонятная пытка длится вечность и никогда не прекратится.

Я уже покорно смирилась со всем, что ещё предстоит, но тут…

Сначала я услышала голоса. Они звучали, казалось, из ниоткуда:

— Первый этап пройден, как она?

— Нормально, — пустой равнодушный голос.

Мне хотелось крикнуть им, что совсем не нормально, что на мне места живого нет, но мой голос не слушался меня.

— Лайл, давай, перевези её в реабилитационный центр до начала второго этапа.

Пусть слегка оклемается.

И в этот момент я снова провалилась в небытие.

Я открыла глаза и с опаской прислушалась к своим ощущениям. Я чувствовала себя, в принципе, нормально, за исключением странной невесомой лёгкости и слабости. Но никакой боли, никаких неприятных ощущений! Как будто мне всё, что сохранилось в памяти, только приснилось.

Надо мной — высокий белый потолок. Никакого стеклянного купола, никаких других предметов. И, по ощущениям кажется, я в помещении одна. Попытка приподняться, как ни странно принесла сносные плоды! Я даже смогла сесть!

Опираясь на руки, стала осматривать помещение, но смогла сделать лишь один вывод: вижу его впервые.

На мне — какое-то подобие пижамы отвратительного оранжевого цвета. И мои волосы…Я коротко взвыла, ощупав их руками. Они были острижены! Мои волосы, бывшие ранее ниже плеч, стали намного выше их! Конечно, было бы гораздо хуже, если бы я нащупала лысину, так что есть в этом, наверное, хоть что-то утешающее…

Я неловко слезла со стола, на котором сидела, и, покачиваясь, прошлась по залу, пытаясь найти зеркало. Его я не нашла, но что-то похожее на металлический шкаф, прекрасно отражающий предметы — обнаружила. Когда я увидела в нём себя, я только горько усмехнулась: причёска мне, признаться, если и не шла, то хоть не уродовала. А вот тёмные круги под глазами и измученное, уставшее лицо выдавало тот факт, что всё, смутно припоминавшееся мне, вовсе мне не приснилось, как я с надеждой подумала в первые минуты.

Итак, я в плену. И участь, которая меня ожидает, не из приятных. Что я могу?..

Конечно, пытаться бороться до последнего — до нелепого глупо, если не сказать сильнее. Но если сейчас вы согласитесь с этим утверждением, то можете признать, что совсем меня не знаете. Я всё же буду бороться до последнего, так просто не сдамся.

Они хотят продать меня? Только через мой труп! Хотя, надеюсь, вы понимаете, что этого варианта я тоже постараюсь не допустить.

Итак, если подумать, что у меня имеется на данный момент? Естественно, всё оружие и что можно было приспособить под него — эти мерзавцы предусмотрительно забрали. А в этом помещении — невооружённым взглядом видно — вооружиться нечем, что есть — намертво прикручено к полу! Остаётся одно: пробраться в отсек шлюзов, в свой корабль, и… Ну, там, на месте будет видно.

И ещё — нужно непременно найти Алзара… Что с ним? Где он? Моё сердце тоскливо сжалось.

В общем, на суде, я попрошу для этих уродов достойную меру наказания! За каждую секунду нашей с Алзаром боли, перенесённой у них на корабле в ходе испытаний…

Я только успела подумать о том, что надо бы проверить двери, как они бесшумно разъехались и в помещение уверенным шагом вошёл Лайл.

— Иди за мной, — коротко, беспрекословно, приказал он и развернулся.

— Не пойду! — упрямо возразила я и тут же испугалась: что за этим последует?

— Что ты сказала?!. - нехорошо осведомился Лайл, не оборачиваясь.

— Иду, — буркнула я.

ГЛАВА 6

Мы так долго шли по коридорам, переходам и лестницам, что я уже всерьёз задумалась об истинных размерах корабля. Наконец Лайл посторонился, пропуская меня. Я вошла и очутилась в небольшом, округлой формы, зале. За овальным прозрачным столом с ажурными ножками, который смотрелся тут, как балерина в логове пьяных байкеров, сидели мои мучители в полном составе: Халф и Сарион. Но они были не одни, рядышком сидело ещё одно, незнакомое мне, существо — видимо, представитель другой космической расы. Вид у него был не совсем гуманоидный…

Скорей, он напоминал огромную ящерицу, размером с рост любого из присутствующих здесь. Я вспомнила смутно, что на занятиях нас знакомили с этим видом, но, как назло, забыла, как он называется. Это говорило о том, что гость пиратов родом с одной из отдалённых галактик. Вероятнее даже, со звезды типа Бетльгайзе или Локарты…

Пока я его разглядывала и мучительно вспоминала хоть крохи информации, связанной с ним, ящер сидел, не шевелясь и ухмылялся (если я смогла правильно понять его эмоции — надо быть хорошим психологом, чтоб хоть что-то понять по морде этого существа!) Когда я, утомившись созерцанием, перевела взгляд на Сариона, Халф прервал затянувшуюся тишину и произнёс:

— Тара, познакомься — это Великий Ках!..

Несмотря на напряжённость ситуации, я едва удержалась от того, чтоб хихикнуть — так напыщенно, но в то же время забавно, представил гостя Халф. Великий Ках, вероятно, заметил мою реакцию на себя любимого, что явно задело его самолюбие, потому что его глаза тут же нехорошо сверкнули.

— Теперь ты принадлежишь ему, — закончил Халф, разводя руками.

— Что? — я инстинктивно попятилась.

— Он купил тебя. И тебе очень повезло, что купил целиком, а не по частям.

— Заметив мой растерянный взгляд, Ках важно встал мне навстречу.

— Ты отправишься со мной сейчас же, — недобро сверля меня глазами, произнёс он.

— Ну, нет! — взбунтовалась я, — вы не имеете права!

— Не тебе сейчас говорить нам о правах, — усмехнулся Лайл, — радуйся, что останешься живой. Твоему маленькому другу повезло, увы, не так сильно.

Он показал куда-то за мою спину. Я обернулась и увидела… В стороне от входа, установленная так, что при входе её не было видно, возвышалась большая стеклянная колба, а внутри… внутри находился Алзар. Он плавал в какой-то голубоватой жидкости, которой эта колба была наполнена, и совершенно не подавал признаков жизни.

— Великий Ках купил и его тоже, — с почтением пояснил Лайл и добавил, — на органы.

— Нет!! — я бросилась к колбе и отчаянно ударила кулаками по ней, — освободите его сейчас же! Вытащите его оттуда! — на глаза предательски навернулись слёзы.

— Поздно. Мы его уже усыпили и заспиртовали, — холодно произнёс Сарион.

А вот это он зря сказал…

Что-то во мне болезненно оборвалось, и на смену неукротимым эмоциям пришёл вдруг холодный рассудок. Произошло то, чего побаивались — и небезосновательно — все окружающие люди, которые меня хорошо знали: во мне проснулось ЧТО-ТО. Это что-то было жестоко, безжалостно, неумолимо и очень опасно. Опасно для окружающих, опасно для меня самой. Я себя в этот момент больше не контролировала.

— Я вас уничтожу! — медленно оборачиваясь, я ухватила взглядом, как Лайл и Сарион, стоящие за моей спиной, попятились, а в их глазах я увидела самый настоящий страх.

Мои же глаза сверкали недобрым огнём, волна холодной ненависти захлестнула с головой. В этот момент мне было всё равно, что будет дальше со мной. Погибну я или уцелею — неважно. Единственная цель — уничтожить их, отомстить за Алзара.

Господи, он же ещё ребёнок! А дети — это ведь святое. Как рано я сама перестала быть ребёнком… Но за эту отнятую жизнь я сдеру с них сто шкур.

Великий Ках шагнул мне навстречу:

— Ты теперь моя и подчиняешься только мне! — приказал он.

Как же он заблуждался в своей самоуверенности! Напыщенный дурак!

— Я никогда не подчинюсь тебе, — сквозь зубы процедила я, — я лучше уж умру! Но перед этим отправлю на тот свет всех вас! По очереди!

Я метнулась в сторону так быстро, что никто не успел пошевелиться, прямо к пульту управления. Схватилась за какой-то рычаг и с силой дёрнула его на себя.

Ну, а так как сила у меня в тот момент была, прямо скажем, дурная и совсем не поддающаяся контролю, я просто вырвала рычаг с корнем. Халф вскрикнул и кинулся ко мне, но я повернулась к нему с рычагом наперевес:

— Ну, давай, подходи, мерзавец, я расшибу тебе мозги!

— Тара, постой, послушай… — попытался заговорить Сарион.

— Заткнись! — приказала я ему и изо всех сил, наотмашь, огрела рычагом Халфа по голове.

Он упал. Я же ласково посоветовала остальным не приближаться, иначе я могу его просто добить. Чего мне стоит теперь? Я не думала, что передо мной живое существо, я думала лишь о мести.

Таким образом, я завладела «Такером» Халфа.

Это получилось так быстро и нереально ловко из-за затмения, которое на меня нашло. И я была не намерена сейчас останавливаться, а только покончить со всем этим каким-либо образом.

— Убийцы! — я направила «Такер» на Лайла и, отступив от Халфа, мешком валяющегося на полу, передёрнула затвор.

— Тара, убери оружие, — спокойно сказал Сарион, — это всё бесполезно. Тебе же всё равно не уйти с корабля, и ты это знаешь.

Я перевела «Такер» на него:

— Ты хочешь подохнуть первым? — закричала я в истерике. Совсем некстати снова вспомнился Алзар, и опять предательские слёзы пеленой навернулись на глаза.

— Тара! — Великий Ках сделал ко мне ещё один осторожный шаг. Я усмехнулась, сквозь слёзы: плевать мне на его величие!

— Это ты заплатил за Алзара? — заорала я на него, — ты купил его на органы?

Отвечай!

— Да, — спокойствие Ках меня просто убивало, он растолковывал мне, как ребёнку, — мне нужны его органы. Ты же нужна мне целиком. Думаю, пора прекратить этот цирк.

И он незаметным движением выхватил откуда-то из-за спины пушку неизвестной мне марки. В общем, выглядела она посерьёзней «Такера». И её ствол нацелился мне прямо в лицо.

— Я не боюсь смерти, ты идиот. Я ведь нужна тебе живой, — усмехнулась я, — но живой ты меня не получишь! Я скорее убью сама себя, чем попаду к тебе в лапы.

— Не поверю, что тебе не хочется жить, — скривился Ках в подобии улыбке, — откуда у девчонки взяться решимости покончить собой?

— Я буду биться за свою жизнь до последнего, — кивнула я, — но предпочту погибнуть, чем принадлежать тебе.

— Зря, зря, — Халф очнулся и, потирая голову, поднимался с пола, — но, на самом деле, у тебя нет выбора, детка. Мой «Такер» не заряжен, и ничем не сможет тебе помочь.

Я машинально нажала на спусковой крючок и поняла, что Халф сказал правду…

«Такер» со стуком выпал из моих рук. Я попятилась и, наткнувшись на стену спиной, измученно опёрлась о неё. Силы внезапно покинули меня, я съехала по прохладной стене на пол и уже не могла сдерживать слёз. Как в тумане я видела Сариона, который направился ко мне.

— Не подходите ко мне!.. — отчаянно прошептала я, сжимая кулаки. Моё бессилие было очевидно, но я всё не могла смириться с мыслью о том, чтоб сдаться.

— Детка, — как бы даже тепло произнёс Лайл, по отечески ласково кладя свою клешню мне на плечо, — не надо больше сопротивляться. Ты нам и так доставила много хлопот. Успокойся и смирись со своей судьбой.

Я дёрнулась от его прикосновения, сжалась в комочек и молча плакала.

— Девочка, ты ведь не собираешься сейчас сдаться? — вдруг услышала я чей-то незнакомый голос.

Он точно не принадлежал никому из моих мучителей. Те тоже в свою очередь замерли. Я почувствовала, как окаменела рука-клешня Лайла на моём плече. Я медленно подняла голову.

В дверном проёме стоял…человек! Самый настоящий человек! Боже, я уже думала, что никогда больше не увижу людей!!! Особенно в этом дурдоме. Что это? Шанс на спасение или очередная глумливая насмешка судьбы?

Незнакомец сделал шаг в нашу сторону.

Это был мужчина довольно высокого роста, с длинными чёрными волосами с частой проседью. Одет он был в просторный чёрный плащ, оканчивающийся немного ниже колен, из-под которого виднелись прямые строгие чёрные брюки. Он широко улыбался, и его улыбка была чуточку лукавой. Словно вся эта ситуация его забавляла и не более.

— Я не могу больше! — почти прошептала я в отчаянье, хватаясь за него умоляющим взглядом.

— Можешь, — спокойно кивнул мужчина, — почувствуй же свою настоящую силу.

И правда, в этот момент я вдруг ощутила, как силы возвращаются ко мне. В меня словно вливалась целительная энергия и какая-то бесшабашная уверенность, что я смогу всё! Я знала, что это он, именно он, каким-то образом передаёт мне этот поток. Я поднялась на ноги.

— Это Мерген… — услышала я за своей спиной сдавленный и какой-то унылый голос Сариона.

— Не знаю никакого Мергена! — громко и важно произнёс, как отрезал, Великий Ках, — и я не намерен терять из-за него своё время! Я ухожу. Девчонка идёт со мной, — приказным тоном обратился он ко мне.

— А вот я что-то не уверен, — весело произнёс так неожиданно появившийся мужчина по имени Мерген, обращаясь к Ках, но не сводя с меня взгляда, — что нам не придётся познакомиться.

— Как он здесь оказался? — Лайл был удивлён. Не просто удивлён, а изумлён!

— В любом случае, он мне не помеха, — презрительно отрезал Великий Ках, — когда мне что-то нужно, меня никто не остановит!

— Удивительно! — воскликнул Мерген, как мне показалось с ироничной издёвкой в голосе, — вот уж не думал, что у нас с тобой есть что-то общее.

Ках моментально развернул пушку, которую держал в руках в сторону незнакомца.

— Угу, плазменная стрелялка «РЭС-567», — констатируя, кивнул Мерген, — Я думал, ими уже давно никто не пользуется… Так, детская пугалка… Но, видимо, насчёт детсада я всё-таки не ошибся.

Великий Ках в одну секунду рассвирепел. Я наблюдала попеременно за всеми и отметила, что Сарион очень напуган просто самим присутствием этого странного человека, который, несмотря на направленную на него пушку ещё и отважно прикалывается над всеми. Кто же он — этот Мерген? Безумец или супермен? Сарион боится его потому, что видимо, отлично знает. Лайл и Халф напуганы внезапностью и неожиданностью появления его на корабле. Ках ничуть не боится его, но Ках — глуп, как пробка. У меня откуда-то появилась уверенность в том, что этот человек, кто бы он ни был, абсолютно никого здесь не боится. Мало того, он очень опасен потому, что так непредсказуем и самоуверен. Словно на самом деле в нём есть какая-то необыкновенная сила, превосходящая силу пиратов.

— Детская пугалка?!! — зарычал Ках, — что ж, получи тогда!!!

И выстрелил в Мергена.

Что произошло — я не успела понять. Только что Мерген стоял здесь и вот его уже здесь нет! Все остальные, оцепенев, в шоке наблюдали за происходящим.

— Надо же как, промахнулся, — с язвительным сочувствием произнёс Мерген с противоположного конца зала.

Всё машинально повернулись туда, и Ках снова выстрелил. Ситуация повторилась. Но теперь уже Мерген возник непосредственно рядом со мной. О-о! Что-то мне совсем не хочется попасть под перекрёстный огонь… Я шарахнулась и вжалась в стенку, мечтая слиться с ней в единое и нерушимое целое.

Но Ках, видимо, уже понял всю тщетность своих попыток и поступил логично — направил оружие НА МЕНЯ!

— Что ж, тогда пристрелю её! — прорычал он.

Эй, я не поняла, я что — не нужна ему больше живой? Или тут вступило в кошмарную игру дело принципа? В любом случае — дуло «РЭС-567», направленное мне прямо в лоб, совсем меня не порадовало.

Но ещё больше не порадовало, а даже словно обухом по голове было то, что сказал Мерген на это:

— Да ладно, я сам её убью.

В мгновение ока, откуда не возьмись (и откуда они берутся???), у него в руке появилась мощная вещь — «Пент-140». Это «чудо» стреляло разрывными, а у меня напрочь отсутствовал познавательный интерес к ощущению, каково это, когда ты разлетаешься на куски.

— Ну-ну, попробуй! — истерично выкрикнула я ему, лихорадочно оценивая ситуацию, и что я могу в ней сделать.

Мерген развернул оружие на меня и, могу поклясться, он мне быстро подмигнул! Я застыла в растерянности, мысли разом покинули мою голову. И тут…

Что произошло?!! Я чётко услышала выстрел, увидела огненный шар, летящий в мою сторону, я успела даже осознать, что Мерген всё же выстрелил в меня. Но в эту же секунду резкий толчок (такой, что аж дух захватило!) отбросил меня куда-то в сторону.

За доли секунды я не успела испугаться, но успела увидеть то, что привело меня в транс — я, вроде бы отлетела в сторону, но и я же осталась на месте. Вернее, на моём месте увидела САМУ СЕБЯ, моего двойника! И он всё также растерянно и отчаянно смотрел на Мергена.

Я видела, как снаряд летел в сторону «меня», картинка двигалось очень замедленно. Я открыла рот, чтоб закричать, попыталась замахать руками, но не смогла этого сделать.

А в следующую секунду мрак окутал меня.

ГЛАВА 7

Я очутилась в непроницаемо чёрной пустоте. Как ни странно, я не потеряла сознания и мыслительной способности. И, естественно, первой моей мыслью была — «Где я? Что со мной?»

В следующий же момент что-то начало происходить вокруг: из темноты стали появляться, проступать и обретать чёткость контуры различных предметов.

Я вертела головой по сторонам, открыв рот — настолько прекрасная складывалась картина вокруг меня: чудесная зелёная опушка на кромке тёмного, но совершенно не пугающего, леса. Откуда-то совсем рядом доносилось журчание, по видимому, совсем крошечного маленького ручейка. Тёплый ветер обдувал меня ласково, приветливо.

Здесь нормально дышалось без спецкостюма и — прислушалась я осторожно к ощущениям — всё было почти, как на Иллирии! Даже, я бы сказала навскидку, дышалось легче, воздух просто перенасыщен кислородом, в сравнение с Иллирией. И куда же я попала? Я подняла голову.

Небо здесь было невероятно низким, чуть сероватым, но не угрюмым. Без отдельных туч, в одном сплошном облачном мареве.

Впереди, да самого горизонта, насколько хватало обозрения, расстилалось что-то вроде степи, покрытой невысокой, танцующей на ветру, травой.

Я вскочила, и мне сразу же захотелось пробежаться вдаль по этой мягкой, шелковистой травке. «А, может быть, я умерла и это что-то типа рая?» — постучалась вдруг мне в голову нежданная, но наиболее оправданная мысль.

И мне тут же стало бесконечно грустно: неужели я больше не увижу родителей, сестрёнку, своих друзей? Неужели это и вправду конец?

Не знаю точно, сколько прошло дней с момента моей стыковки с этим чёртовым трейгартом, но наверняка меня уже ищут, а я стою здесь и даже не знаю — живая ли… А если всё-таки да, то где я нахожусь?

Я совершенно потеряла ощущение времени ещё тогда, когда пираты начали проводить свои тесты надо мной, и теперь мне трудно говорить, как давно я отсутствовала дома.

— Ну, как тебе здесь? — от неожиданности я вздрогнула и обернулась. Сзади стоял Мерген и с интересом осматривался.

— Но как же я здесь очутилась? Почему? — кинулась я к нему.

Я очень искренне обрадовалась его появлению. То, что он здесь означало, что я всё-таки жива! А вот каким образом очутилась в этом местечке — сейчас и узнаю.

Надеюсь, что он не погиб, иначе мы тогда получается, что оба на том свете…Это было бы обидно, после того, как во мне зародилась надежда.

— Я тебя сюда перекинул, — невозмутимо ответил Мерген, — пока они там с оружием развлекались. А то, чего доброго, ненароком заденут.

— Но я видела, что… Я видела себя со стороны, и именно ты выстрелил в меня!

— Ты считаешь, ты мёртвая? Я бы так не сказал, — с улыбкой Мерген пробежался по мне взглядом от пяток до макушки, — да и разве мёртвые испытывают голод?

И тут я смущённо ощутила, что просто невероятно хочу есть. Бог знает, когда я ела в последний раз!

— Правда… — растерянно смотрела я на него, — я БЕЗУМНО хочу есть!

— Тогда пошли, — кивнул Мерген и повернулся к лесу.

Едва мы шагнули в его владения, у подножья ближайшего дерева я сразу же увидела огромную корзину, полную…ЕДЫ!!! Самой разной еды! Как будто навалили в неё беспорядочно и самых разных съедобных вещей. Сразу бросились в глаза сочные фрукты, пышные барбиты,[2] ароматные лакомые палочки шококао и ещё куча всего…

Получив лукавый кивок от Мергена, я без стеснения взялась за дело.

После того, как я почувствовала, что больше не смогу съесть ни кусочка, я, наконец, отвлеклась от корзины с остатками (весьма жалкими остатками) пищи и взглянула на своего спутника. Мерген задумчиво улыбался, глядя вдаль, но по его улыбке нельзя было понять, о чём он думает.

— Спасибо… — тихо сказала я.

— Попить можно прямо из ручья, — оторвался он от раздумий, снова прочитав мои мысли.

Я смутилась и стала их тщательно контролировать.

Из леса мы вышли вместе.

Любое место и любые обстоятельства всегда воспринимаются нами через призму нашего настроения. Ощущение неопределённости вызвало во мне мрачноватое воприятие этого мирка. Сейчас же он казался мне довольно дружелюбным и умиротворяющим. И сейчас он совершенно не казался безлюдным. Но дело даже не в Мергене, напротив, он представлялся, как часть этого пространства, гармонично его дополняющая. Дело в том, что я ощущала себя в безопасности и чувство неизвестности меня больше не мучало. Теперь, по крайней мере, есть кому задавать вопросы!

Я напилась из ручья. Мерген присел на корточки и тоже сделал несколько глотков.

— Расскажи мне, кто ты такой? — попросила я, выпрямляясь и садясь прямо на траву, рядом с журчащим потоком хрустальной свежести, — я всё-таки не до конца понимаю, что со мной произошло. И где мы сейчас?

— Хорошо, поговорим, — медленно произнёс Мерген, — я объясню тебе всё происходящее, а ты решишь, как событиям развиваться дальше…

— Меня зовут Мерген. По сути своей, я — одушевлённый кусок материи. Если тебя интересует моё происхождение — то я землянин.

— Мои глаза загорелись, а сердце быстро-быстро забилось, но я сдержала свои эмоции и продолжала слушать молча.

— Но я не привязан к своей планете, — спокойно говорил Мерген, — и нас таких множество. Подобных мне называют монстрами. Ведь другим свойственно бояться того, чего они не могут понять. Для них мы — монстры чудовища. Наш образ жизни повергает их в ужас и они стараются избегать всяких контактов с нами.

— Но почему? В чём различие? — не понимала я.

В принципе, глядя на те сверхъестественные способности, что он мне продемонстрировал, я знала ответ, но хотела, чтоб он мне это сказал. К тому же в моей голове что-то там ворочалось в воспоминаниях на тему монстров, но не могла вспомнить, что именно. Я до этого никогда с ними не сталкивалась.

— Не всегда установленная мораль соответствует действительности, и я — пример того, когда рушатся стереотипы и моральные установки дают сбой. Мой образ жизни многих повергает в ужас. То, чем я обладаю, чего добился — результат свободы мышления. Монстров, при определённой фантазии, можно считать новой расой, — усмехнулся Мерген, — мы нередко одиноки, но и свободны в своих поступках.

— Что это значит?.. — осторожно спросила я, размышляя над его словами.

— Я делаю только то, что МНЕ нравится, чего Я хочу, не руководствуясь при этом какими-то посторонними факторами. Только то, что Я сам считаю нужным.

— То есть ты спас меня потому, что ТЕБЕ это для чего-то нужно? — я удивилась.

Впрочем, не в первый раз за совсем недолгое время — слишком многое из происходящего казалось нелепым и странным. Не знаю уж, что и подумать…

— Я просто развлекался, — легко и открыто улыбнулся Мерген.

Ну, совершенно невозможно понять, когда он говорит серьёзно! Как это так — «просто развлекался»? Ну, ничего себе развлечение: рискуя собственной жизнью…

— Я ничем не рисковал, — покачал Мерген головой, — просто оставались кое-какие нерешённые дела со старыми знакомыми. А ты попала в эпицентр.

Я почувствовала себя слегка уязвлённой. Мечты о романтическом страннике, спасшем меня из лап опасности исключительно из страстной симпатии ко мне, растаяли от уверенной интонации и слов моего спасителя.

— Да, я видела, что они были очень напуганы твоим появлением. Вы, видно, не такие уж и друзья? — язвительно спросила я.

— Знакомые, — сказал Мерген.

— А почему ты назвал себя «одушевлённым куском материи»? — перевела я тему разговора, — что это значит?

В ответ на мой вопрос Мерген молча… исчез. Нет! — я шарахнулась — на его месте стояла… я!!!

— Ка…к эт…то?.. — я даже начала непроизвольно заикаться.

Видимо, решив пощадить меня, Мерген принял свой первоначальный вид.

— Я могу менять свою форму, облик, трансформироваться во что угодно, — пояснил Мерген.

Я захлопнула отвисшую челюсть и выдавила несколько слов:

— Так ты не человек?

— Я УЖЕ не человек. Я монстр. Ты, как агент патрульной службы Космической Полиции, должна знать о монстрах больше, чем по тебе заметно.

Я кивнула. Да, теперь я судорожно что-то припоминала. Господи! Да это же… Не может быть!

— Ты… Ты же — первый из монстров? — не веря сама себе, произнесла я. Мерген вальяжно кивнул, — а до этого ты ведь был человеком? Ты первый научился подчинять тело духу и обрёл такие способности…

Мерген снова молча кивнул.

— Значит, ты родом с Земли! — воскликнула я.

Встретить землян в любой другой галактике, кроме Млечного Пути было почти нереально. Ну, разве что, на борту пиратских кораблей, в виде пленников.

Подумав об этом, я натолкнулась на мысль о пиратах и… об Алзаре. И снова гнев стал закипать внутри меня.

— Хорошо, ты помог мне, а что дальше? — решительно произнесла я, пытаясь собрать воедино в панике разбежавшиеся остатки самообладания.

— Дальше ты вольна выбирать сама, — он повернулся и посмотрел в небо, словно оно, и лишь оно, интересовало его в данную минуту больше всего, — я готов отправить тебя домой.

— Мерген, я не могу простить им того, что они сделали с Алзаром, — я задрожала от переполнявших меня эмоций, — я хочу отомстить им, прежде чем вернусь домой.

— Месть — это слабость, — спокойно произнёс Мерген, — подумай хорошо.

Я отошла в сторону леса, залезла с ногами на поваленный ствол дерева и замерла, задумавшись. Почему я не могу просто отправиться домой? Что меня удерживает?

Почему я так цепляюсь за историю с Алзаром? Чувство попранной справедливости или… обида и уязвлённое собственное самолюбие? Что толкает меня на месть? Он прав — я не смогла отомстить сразу, а сейчас… Тогда у меня не было сил и возможности, а теперь я имею возможность эти силы получить. Права ли я?

Справедливо ли будет отплатить пиратам, будучи заведомо сильнее их? Не встану ли этим самым я вровень с их поступками? Но ведь всё равно это нельзя оставлять безнаказанным… Что ж, тогда поставим вопрос по-другому:

— Я хочу наказать их! Я прошу твоей помощи. Если ты, конечно, захочешь мне помочь, — решительно проговорила я, глядя Мергену в глаза.

— Это другой вопрос, — усмехнулся он, игнорируя мою просьбу, — и что ты собираешься сделать?

— Не знаю пока, — я соскочила со ствола и подошла к Мергену вплотную, — ты можешь меня научить тому, что умеешь сам? Хотя бы совсем немного… Мне это очень нужно.

— Ты хочешь стать монстром? — серьёзно спросил Мерген, а в глазах его плясали тёмные искорки.

— Я хочу стать воином! — ответила я.

Мерген помолчал с полминуты, глядя на меня. Но я стояла твёрдо, не отводя взгляда. Потом он кивнул и спросил:

— Тара, ты знаешь, что такое — быть не как все? Быть тем, кого все боятся и избегают?

— Меня это не пугает! — смело ответила я.

— Возможно не пугает, но ты готова жить с этим всегда? Готова принять тот факт, что от тебя отвернутся близкие и друзья?

— Настоящие друзья не отвернутся! — упрямо возразила я, — а близкие тем более.

Мерген усмехнулся.

— Блажен, кто верует… Кстати, красивая фраза, надо будет её увековечить, — пробормотал он.

Мы немного помолчали.

— Надеюсь, ты хорошо обдумала…

ГЛАВА 8

Я полностью осознала своё, хоть и спонтанное, решение и твёрдо внутри себя его приняла. У меня было два варианта на выбор: вернуться домой, благополучно забыв всё, что со мной произошло, или… стать воином, прямо сейчас обрести знание и новую жизнь.

Мне понадобилось совсем немного времени, чтоб прийти к выводу: та, кем я являюсь сейчас, почти неспособна противостоять чему-либо серьёзному, не может достойно встретиться лицом к лицу с опасностью, защитить себя и других. А ещё агент полиции! В борьбу за справедливость нужно кидать не только напыщенную самоуверенность и достижения науки и техники, а и реальные способности духа и тела, знания и навыки.

Я даже не горела жаждой мести, не была особенно зла на космических пиратов, нет.

Меня злила моя собственная беспомощность, моё бессилие. Из-за этого погиб Алзар, едва не попала в ад я сама.

И ещё. Они лишили меня едва ли не самого важного, что было в моей жизни, что было действительно моей гордостью и, можно сказать, честью — моих длинных прекрасных пепельно-русых волос, которые я растила и лелеяла долгие годы! Может это и смешно, и этот пункт моих сожалений, говорит о моем эгоизме, но простить такое я не могу.

Я чётко попросила Мергена помочь мне, и он согласился.

На это ушло совсем немного времени. Он просто посмотрел мне в глаза, и я ощутила…

Во мне просыпалось что-то древнее, лежащее глубоко внутри меня. Оно ворочалось, расправлялось, росло и заполняло меня. Оно наполняло меня чем-то смутно мне знакомым. Оно наполняло меня силой. Моей собственной силой, дремавшей до этого в самых недрах моего сознания. Я ощущала, как неведомые знания заполняют меня, как струится по венам моим, вместе с кровью, тоска по битвам, стремление к правде и справедливости. Отчаянная покорность своей природе воина просыпалась во мне. Я чувствовала, как бурлит во мне сила моих предков, первобытная мощь в смеси с тайными знаниями. Я купалась в ощущении этой силы…Наслаждалась её обретением. И оно казалось мне настолько родным, как будто это когда-то было уже. А теперь всё возвращалось на круги своя.

Я открыла глаза. Когда я успела их закрыть?

Странный покой разливался по моему телу, но больше никаких ощущений, ничего не напоминало о том, что произошло нечто удивительное, для кого-то — мистическое, почти нереальное. Мерген был рядом, но мне сейчас не хотелось ни о чём говорить с ним.

Я чётко ощущала, что стала другой. Весь мой организм работал теперь совершенно иначе, все процессы, протекающие в теле, были иными. Я могла усилием воли контролировать их. Одной лишь мыслью. И тело слушалось меня и откликалось мгновенно на любое пожелание.

Я молча развернулась и побрела в сторону. Я шла словно в каком-то полусне, а потом присела у подножия гигантского дерева и словно провалилась в глубокий сон.

Мне снились мои родители, друзья. Мне снился Алзар. Снились пираты. Снилась я сама. Я будто заново переживала все происшедшие события, только теперь я смотрела на них со стороны и уже воспринимала их совершенно по-другому. Смерть Алзара теперь казалась мне несправедливой, жестокой, но уже не вызывала таких бурных эмоций, я просто констатировала для себя внутренне факт её несуразности.

Это ощущение удивило меня — неужели моё мироощущение настолько изменилось, что даже смерть, настолько нелепую и жестокую, я могу воспринимать сейчас спокойно?

Я видела моих родителей и сестру, они были страшно взволнованы и расстроены, но я ничего не могла сделать. Мои друзья плакали, переживали, и, думаю, причина их грусти была во мне.

Я наблюдала отстранённо, безэмоционально, просто отмечая увиденное. Что-то во мне обрело свободу и я поняла, что это моя душа открыла в себе то, что было скрыто в её глубине, вернулась к первоначальной своей мудрости, копившейся веками, но прячущейся под гнётом ограничений и подавлений.

Я проснулась как-то вдруг. Сначала немного удивилась, что уснула в позе полусидя, облокотившись о дерево, но тело даже не затекло. Оглядевшись, поняла, что я абсолютно одна всё на той же поляне. Я легко встала на ноги. Чувство необычайной лёгкости, словно заново родилась…

На горизонте полыхал невиданный закат. На Иллирии при закате одно солнце опускалось за горизонт, а второе — поменьше — тускнело, и не было способно в одиночку разогнать тьму подступающей ночи. Здесь же было только одно солнце — огромное, слепяще белое. Сейчас оно было жёлто-пурпурным, окрашивая облака вокруг в кроваво-розовый цвет. От непривычной красоты захватило дух.

— Какой прекрасный и необычный заход солнца… — не сдержавшись, выдохнула я.

— Это земной закат. Хотя светило не земное.

Я обернулась. Сзади стоял, возникший ниоткуда, Мерген. Он подошёл и остановился рядом.

— У нас на Иллирии совсем по-другому, — сказала я, — поэтому как-то непривычно и потрясает.

— Но ты ведь не иллирийка, — покачал головой Мерген, — ты родом не с Иллирии.

— Да, я родом с Земли, но как ты догадался? — удивилась я.

— Это нетрудно, — туманно ответил Мерген, и я не стала вдаваться в подробности.

Да, я прожила на Иллирии всего 3 с половиной года, а уже стала забывать свою родную галактику, свою планету, свою дорогую Атлантиду, погибшую в пучинах вод…Грусть потери накатила на меня, но я моментально стряхнула её и сама удивилась, как легко мне это удалось.

— Мерген, что со мной? Я чувствую, что изменилась, но не понимаю до конца. Всё как-то нереально…

— Ты стала сильной, Тара. Ты стала другой, в тебе проснулся дух воина. Ты сама хотела этого, помнишь?..

— Да, я помню, — я, нисколько не удивляясь тому, что он знает моё имя, повернулась к нему, — а что теперь?

— Это решать тебе.

— Я знаю, что должна вернуться домой. Все беспокоятся. Я ведь даже не знаю, сколько прошло времени… Но я…

— Ты хочешь сначала найти их? — Мерген улыбнулся, — ты можешь сделать это легко, абсолютно не двигаясь с места.

— Как? — не поняла я.

— Подумай, сосредоточься, заставь себя увидеть их. У тебя получится.

Я не до конца поняла, как это сделать, но всё же попробовала следовать его советам. Я просто расслабилась и подумала о том, что хочу знать, где сейчас находятся пираты и что делают. Чётко представила перед мысленным взором их внешний облик. И сразу же, словно яркое видение, перед моим мысленным взором возникла картинка. Довольно чёткая и очень реальная. Настолько, что я даже слышала звуки, ощущала запахи и, казалось, могла дотронуться до любого из участников видения.

Я снова увидела этот проклятый трейгарт так, как будто очутилась внутри. Я «находилась» в зале управления… и была там не одна!

ГЛАЗАМ СВОИМ НЕ ВЕРЮ!!!

В зале находились — Лайл, Халф, Сарион… а также — полковник Экро! Мне показалось, что от изумления я надолго потеряла дар речи, но высшие силы милостиво одарили меня им повторно:

— Полковник… — выдохнула я. Мергену, похоже, эта справка не требовалась — он, как всегда, всё сам знал.

— Я не понимаю… — я вопросительно поглядела на Мергена.

— Смотри и слушай!

Пираты стояли прямо напротив моего босса и, вроде бы, мирно с ним беседовали.

Звуковое оформление было неважным, словно из-под воды, но лишь потому, что я ставила задачей — увидеть, а не услышать. Я усилием воли «добавила» звук. И тут же вздрогнула. Сарион поднял руку и в упор выстрелил в полковника Экро. Лёгкое газообразное облачко от выстрела дало мне понять, что его не убили, а всего лишь нейтрализовали на время: парализовали или усыпили.

— Надо же, какие крупные силы брошены на розыск девчонки! — произнёс Сарион, присев на корточки и разглядывая полковника со всех сторон, для чего бесцеремонно поворачивал его голову своей мерзкой клешнёй.

— Уверен, что он один? Неужели полковник Полиции Семи Галактик настолько страдает идиотизмом, чтоб соваться в нашу галактику в одиночку? — усомнился Лайл.

— Видимо, он им наслаждается! — хохотнул Халф, — Лайл, у нас самые мощные радары для 81-драйверного трейгарта во всей вселенной! Как ты думаешь, они отреагировали бы выборочно — только на «монолит» этого босса?

Лайл утих. Они перенесли полковника Экро в кресло у стены, усадили и зажимами перехватили и укрепили его руки и ноги.

— Прекрасно, — произнёс Халф, — мы на нём немаленькое состояние сделать можем.

Вот повезло, так повезло! Спасибо девчонке! Перевезите его в исследовательский зал!..

Эти слова и послужили определяющим толчком к моим дальнейшим действиям. Я уже знала, что надо делать, и без советов Мергена. Глубоко вдохнула, расслабилась и… сделала шаг.

Я оказалась там. Внутри пиратского корабля. Прямо напротив Лайла. Лицом к лицу.

Лайл попятился ошеломлённо.

— Халф… — выдохнул он, не сводя с меня глаз.

Тот повернулся в нашу сторону, и мне приятно было увидеть растерянность и страх в его глазах. Но в следующую секунду он уже (завидное самообладание у этого ублюдка!) взял себя в руки.

— А, Тара, — мягко, вкрадчиво произнёс он, — девочка, ты вернулась?

— Я ненадолго, — усмехнулась я, забавляясь испуганными лицами Лайла и Сариона и наслаждаясь знанием, что Мерген наблюдает за мной сейчас, — у нас кое какие счета остались неоплаченными, не забыл?

— Если ты о том, как сбежала и сорвала нам сделку… — напыщенно начал Халф.

— Я не об этом! — моё терпение удивительным образом выдерживало эту наглость, — я говорю об Алзаре, о себе и… о полковнике Экро. Боюсь, что Алзар был вашей последней удачной сделкой.

— Да? И что же ты нам можешь сделать? — воскликнул Халф насмешливо. Я была здесь одна, но чувствовала незримое присутствие Мергена. Это меня приободрило.

— Ну, в общем-то… — я выдержала эффектную паузу и бодро продолжила, — всё, что подскажет мне моя невинная фантазия. А начну я, пожалуй, с вопроса: «Кто сделал это с моими волосами?»

Халф захохотал, кивая, точно в знак одобрения. Сарион и Лайл тоже понемногу приходили в себя.

— Я сделал тебе, по-моему, довольно удачную стрижку! — пошутил Сарион, — так захотел Великий Ках. А покупатель всегда прав!

— Ах, значит Ках?

Вот так и разжигаются межгалактические конфликты. Одной лишь, опрометчиво брошенной, фразой. Ну, что же, теперь у меня к Великому ещё один счёт! И у него вряд ли хватит средств, чтоб его оплатить. Даже великим не дано поворачивать время вспять.

— А где же этот твой дружок, Мерген? — насмешливо поинтересовался Лайл, но в его напускной насмешке я увидела опасение и пропустила его слова мимо ушей.

— А теперь о главном. За все мучения мои и особенно Алзара… — голос дрогнул тоскливо, — вы заплатите здесь и сейчас. Очень дорого заплатите.

— Да? Но, знаешь ли, мы никогда не возвращаем долги!!! — Халф захохотал, откровенно не воспринимая меня всерьёз.

Пришлось «объяснить» персонально ему, что я не шучу. Я с каждой минутой всё больше и больше открывала в себе способностей, которыми с удовольствием тут же и пользовалась. Правда, после того, как он очнулся и пришёл в себя после моего (телепатически посланного ему) энергетического разряда, он всё ещё пытался сохранить свой вид и лицо перед друзьями. Но, если честно — ему это удавалось весьма неважно! Авторитет — дело такое: завоевать очень непросто, а потерять — как моргнуть…

— Теперь мы можем говорить серьёзно? — ласково осведомилась я.

Лайл и Сарион торопливо закивали. Молодцы ребята, ведут себя безупречно, не к чему просто придраться. А руки чешутся.

Халф же, насколько мог гордо, выдержал паузу и проговорил:

— Что ж, я вижу, тебя твой дружок чему-то научил. Хорошо, мы тебя выслушаем.

Они боялись только силы, превышающей их собственную. Мне стало так противно!

Ощущение такое, что мне предстоит дотронуться до какой-то мерзости… И от этой мысли совершенно пропало желание изощрённой мести. Правду говорят: месть пятнает не только жертву, но и мстителя…

Захотелось разобраться с этим побыстрее.

— Сейчас я вызову полицейский патруль и сдам им вас. Думаю, даже пожизненная ссылка на Виссар покажется суду слишком мягким для вас наказанием, принимая во внимание все ваши «заслуги» — понуро констатировала я.

— Тебе не кажется, детка, что ты слишком… — начал недовольно Сарион.

— НЕ КАЖЕТСЯ!!!

Я сделала всё, как пообещала. Связала пиратов и вызвала патруль. Правда, чтоб их связать, пришлось снова применить силу… Но, кто как крутится в этой жизни.

Думаю, пираты меня поняли: закон джунглей — главный в их конституции. Никакого благородства, что и получили в ответ.

Следующим этапом я освободила от пут полковника Экро, но не стала его будить — пусть поспит, ему это так редко удавалось с его работой. Он так заботился всегда о нас, простых агентах, что теперь пришла моя очередь позаботиться о нём.

Итак, пираты мирно дремали в креслах (честное слово, это была совершенно вынужденная мера, что не слышать их угроз и криков. Я же дама и такие выражения мне не пристало выслушивать, они меня оскорбляют!), а я сидела у пульта и спокойно ждала патруль. И думала. О странности своих ощущений — во мне сейчас не было ни злости, ни жажды мщения. Всё словно перегорело. Я невероятно трезво мыслила и, видимо, последствия моих возможных импульсивных поступков доходили до моего подсознания раньше, чем возникали в моём сознании. Мне хватало самого лишь знания того, что пираты теперь не уйдут от ответственности за свои поступки. Ну и ещё было во мне лёгкое волнение от мысли о возвращении домой (я задала «монолиту» курс в направлении нашей галактики) и оттого, что я скоро увижу друзей и родных воочию. Какое-то жгучее мучительное чувство свербило душу, что прошло уже какое-то количество времени, и я изменилась безвозвратно, но я гнала от себя любые неприятные мысли.

— Ты правильно поступила, хотя бы для самой себя, — это был Мерген. Он подошёл и положил мне руку на плечо. А я встала и обняла его.

— Спасибо, Мерген, — пробормотала ему на ухо. Я ощущала себя рядом с ним маленькой девочкой, — ты прав: месть — это слабость, я не хочу им мстить. Они и так получат своё.

— Я рад за тебя. Это было твоё первое испытание. Тебе ещё много предстоит, гораздо тяжелее, опаснее и во многом неприятнее. Сейчас мы попрощаемся, но ещё встретимся и не раз.

— Ты уходишь? — я снова ощутила болезненный укол тоски перед расставанием.

— Ухожу я, и уходишь ты, у каждого свой путь.

— Мерген! — я прижалась к нему сильнее, — мне трудно расстаться с тобой…

Это был порыв отчаянья. Мерген молчал. А я не понимала, что творится в моей душе. Мне не хотелось, чтоб Мерген сейчас уходил, я опасалась, что больше его не увижу. Я привязалась к нему, настолько за эти краткие миги общения, что не мыслила разлуки навсегда. А это прощание было так похоже на окончательное прощание.

— Обещай мне, что я ещё увижу тебя! — попросила я.

— Ты можешь в любой момент найти меня, ты же теперь можешь это, — произнёс с улыбкой Мерген, — я тоже буду находить тебя, Тара. Верь мне. Это наша не последняя встреча.

— До свидания, Мерген, — я послушно кивнула, уткнулась в его плечо лбом, чтоб не нагрянули вдруг нежданные слёзы.

— До встречи, Тара.

Он мягко отстранился и… на какую-то секунду мне показалось, что… в общем, у меня возникло сильное желание…поцеловать его на прощание. Но я зажмурила глаза и титаническим усилием поборола его.

— До встречи… — лишь прошептала я, а когда открыла глаза, Мергена уже не было рядом.

Медленно, устало, я вернулась в кресло. Села, обмякла, закрыла глаза…

ГЛАВА 9

Неожиданно я ощутила ещё чьё-то активное присутствие.

Я открыла глаза и аккуратно осмотрелась по сторонам, но никого поблизости не зафиксировала (кроме спящих пиратов. В том, что они действительно спят, я была совершенно уверена). И это был явно не Мерген — он ушёл и был уже далеко.

Я стала «прощупывать» пространство: метр за метром. Пока не наткнулась… Ощущение — будто нечто-то огромное, живое и агрессивное. Поток агрессии в мою сторону просто, как дубиной по голове, оглоушил меня. Была бы я прежней Тарой — валялась бы сейчас без сознания. Но дело в том, что я не была уже прежней Тарой! А монстров, коих я сейчас представляла всем своим существом, потоком агрессии не обезоружишь, пусть и неслабым ментальным ударом.

Я немедленно вскочила, стараясь отдышаться и собраться. Страха не было, только недоумение. Кто бы это мог быть? Пираты все здесь и они связаны. Больше никого вроде бы быть не должно… Вроде бы, или? Нет, радары бы зафиксировали приближение какого-либо живого объекта. Если этот объект действительно «живой» в понимании радаров. Сейчас, живя и ощущая иначе, я понимала, что монстрам легко возможно обмануть системы слежения и оповещения. А мои ощущения никогда меня не подводили и не однажды спасали мне жизнь. Я кругом прошлась по залу, не упуская входные двери из вида. Так… Если сейчас здесь появится кто-то и нападёт, у меня ведь даже нет оружия!

Но тут же подумала о том, что я теперь обладаю силой и способностями воина, кои являются неплохим оружием. Одновременно с тем, что одна из дверей этого зала, насколько я помню, ведёт в шлюз, где стоит мой тлоннер, а в нём оставалось оружие и всякие штучки, которые мне могут пригодиться, если что…

Мощный, огромный, не сравнимый с предыдущим, поток энергии сбил меня с ног и отбросил в угол. Тут же с грохотом распахнулись все входные двери, и яркие лучи энергии буквально хлынули в помещение. Я едва успела распластаться по полу, быстро юркнуть и спрятаться под панель управления от перекрещивающихся лезвий, режущих пространство. Ого!!! Не за что не поверю, что всё это творится без вмешательства живого существа в автоматику «монолита». Одна машина, даже самый продвинутый искусственный интеллект, не способна самостоятельно врубить этот механизм. Молчу уже о количестве энергии. Точно не помню, способен ли на такой выброс «монолит» этой марки, но уж точно без подачи водителя — нет!

Как известно, беда не приходит одна. Я успела забыть о том, что уровень гравитации в этом чёртовом трейгарте зависит от моей маленькой штуковины — «Пташка», а его возможности не бесконечны, и вот именно в этот момент они, видимо, решили исчерпать себя… Иначе, как объяснить, что уровень гравитации повысился до 2g. Может вам нелегко представить, но стало не очень приятно существовать и дышать. Через полминуты он повысится ещё на 1g. Надо что-то делать…

Просто ведь, как всё гениальное!!! Ничего не мешало мне просто телепортироваться в соседнее помещение, — а именно в шлюз — в памяти прекрасно отпечаталась его внутренняя обстановка. Что я, прошептав Мергену очередную благодарность, и сделала. Теперь между мной и залом с лучами-убийцами лежал коридор, а я до сих пор не знала, с кем имею дело. К тому же, здесь всё ещё находится полковник Экро, за жизнь и безопасность которого я в данный момент отвечаю.

Я кинулась к своему (родному, любимому, ненаглядному) тлоннеру, судорожно обшарила его, стараясь действовать побыстрее. Но всё, конечно же, тщетно, глупо было верить в то, что пираты не обыскали его после того, как захватили меня.

Всё, с помощью чего можно защищаться, бесследно исчезло. Остались лишь ЭЗН — электромагнитные звуковые носители, с записью моих музыкальных произведений. Да… — я горько усмехнулась, — если б они могли мне сейчас спасти жизнь! Но, как средство самозащиты, вибрации гармонии, видимо, не годятся…

Я выбралась из машины и стала размышлять (за последнее время я делала это столько раз, что приобрела, похоже, стойкую привычку, даже навык!).

Я, безусловно. чувствовала в себе силу, но мне трудно было определить, на что именно я способна. Мои способности проявлялись спонтанно, бессознательно, поражая меня саму. Но и полагаться на то, что в трудную минуту во мне всплывут необходимые знания и сила для их осуществления (а вдруг нет?), действовать вслепую я не очень хотела. Вряд ли Мерген случайно забыл обучить меня. Скорее всего это умышленное «боевое крещение», на которое он меня послал сознательно.

Конечно, сначала надо найти этого «мастера спецэффектов» и… ну там по ситуации видно будет. Негоже прятаться, не по-человечески как-то. А кто сказал, что это человек? Как хорошо было в своё время в Атлантиде — кругом одни гуманоиды… Я на секунду затосковала. А тут — никогда не знаешь с кем или с чем столкнёшься.

Попробуй-ка, запомни все эти расы и цивилизации! Иллирийцев, например, с рождения учат и дают эту информацию. Но я-то тут совсем недавно!

Страха я не ощущала, почему-то. Но это и к лучшему — без страха я всегда действовала напролом и, при всей бесшабашности и отчаянности поступков, выходила сухой из воды и живой из пекла.

А действовать нужно побыстрее, т. к. вот-вот прибудет патруль, а на их счёт я не была уверена, что им это будет по силам. Можно как-то справиться, когда знаешь, с чем имеешь дело. Но когда возникает «приятная неожиданность» — шансов немного… И про уровень гравитации в зале управления тут же вспомнила (3g).

Мда, не всё так «легко» в жизни! Но, едва внутренне я возмутилась против того, что со всеми своими сверхъестественными задатками не могу справиться с гравитацией, как тут же ощутила, что…оказывается очень даже спокойно могу! Это было похоже на чудо, я даже позволила себе возомнить себя… ну не скажу кем, но довольно непростым существом, и даже немного рассердилась на себя, что посмела усомниться в своём всемогуществе!

Мне стыдно было бы звать на помощь Мергена. А потом в голову постучала и ещё одна, сумасшедшая на посторонний взгляд, мысль и, впустив её, я бравым шагом пересекла коридор, и лихо вошла в зал управления. Отвага, подобная самоубийству, принесла однако свои плоды, да ещё и какие! Я оказалась неуязвима и для полосующих бритв-лучей. Правда, при этом мой внешний облик несколько поменялся — я стала, как бы это получше выразиться, прозрачной. Полуневидимой, зыбкой, как дымка. И лучи просто свободно проходили сквозь меня, не причиняя не только вреда, но и даже каких-то неудобств. Я ощущала их силу, которую моё тело сейчас с удовольствием впитывало, как губка и концентрировало в себе. Я ещё не до конца понимала свои возможности и механизмы их действия, но чувствовала, что они вполне естественны. И, наверное, каждый их может открыть в себе. Ведь не появляются же они из пустоты. Значит, заложены в каждом из нас изначально. Вроде бы так…

Прервавшись от размышлений о природе своих изменений, я перешла к делу. В зале управления по прежнему никого не было. Полковник Экро всё так же сидел без сознания в кресле, в углу, куда не доставали лучи. Пираты развалились в других и тоже не подавали признаков пробуждения. Хорошо, никто не будет мне мешать. Я заняла последнее свободное сиденье и расслабилась.

Следующим этапом стал конкретный мысленный просмотр остальных помещений на предмет выявления живых существ. Я подумала, было, что тот, кто безобразничает здесь, должен бы находиться в зале управления, поскольку изменить уровень гравитации в отдельно взятом помещении допустим, даже без приспособлений, благодаря только «ловкости рук», возможно лишь непосредственно находясь в нём самому. А есть ли что-то невозможно, для тех же монстров, например?..

Озарённая этой догадкой, я продолжала некоторое время «прощупывать» пространство. И тут меня поджидал хороший, крупный такой, облом. Я никого не обнаружила! Не зафиксировала никого постороннего. Пусто. Абсолютно, как после атомного взрыва.

Я сидела в глубокой растерянности. Что это? Чья-то шутка? Или мой непрофессионализм? А может быть разгадка проста, как всё нелепое: просто вышла из строя вся система корабля? Ну, да. Начал меняться гравитационный фон и, как следствие, сбои в управлении, ведь отрегулировать-то некому. Хорошая версия, для успокоения можно бы её принять.

И если дело только в этом…

Но, как выяснилось в следующие минуты, не в этом вовсе. Едва я успела подойти к пульту управления и нейтрализовать действие энергетических лучей, как новая напасть не замедлила обрушиться на меня. Помещение стремительно стало наполняться клубами дыма, какого-то газа. Так стремительно, что я даже не успела (что мне непростительно) засечь источник. Да, очень непредсказуема и неплохо оборудована система этого «монолита»! Но и газ, как выяснилось, мне не помеха.

Даже стало чуточку неинтересно. Зато я сразу просекла, что неисправности тут не причём. Это дело рук (или чего там ещё?) кого-то постороннего. Слишком уж последовательны действия (ещё я, машинально, отметила повышение гравитации до 4g). Никого труда мне не составило расправиться и с этим «сюрпризом».

— Браво, браво!!! — я аж подскочила от неожиданности. Чего-чего, а вот женского голоса я не ожидала услышать (настолько привыкла в последнее время общаться исключительно с представителями мужского пола), — так значит ты тоже монстр?

Я выбралась из кресла, не сводя глаз с ниоткуда возникшей незнакомки. В дверях стояла невысокая, стройная девушка. К счастью — гуманоид, если не считать цвет кожи. А кожа у неё была змеиная! Серо-зелёная, с голубоватым оттенком. И ещё привлекали взгляд длинные, чёрные волосы с изумрудным отливом.

— Это Мерген сделал тебя такой? — вкрадчиво спросила девушка, по-хозяйски уверенно проходя в зал.

Она мягко отодвинула меня и, с кошачьей грацией, впрыгнула в моё кресло и удобно в нём устроилась. Так как она продолжала вопросительно смотреть на меня, я поняла, что как бы пришла очередь отвечать.

— Ты знаешь Мергена? Кто ты?

— Лилит. Будем знакомы, Тара, — просто ответила девушка и, закинув ногу на ногу, с каким-то хищным любопытством разглядывала меня, — до появления Мергена здесь ты же не была монстром. А когда вернулась…Неужто он запал на тебя? Конечно на мордашку ты совсем девочка, он это любит, но внешне — не в его вкусе. Странно…

— Ты наблюдала за мной? Ты всё время была здесь, на корабле? — поняла я, и, словно сквозь сон, вспомнила слова Алзара: — «…их четверо…», — Значит ты заодно с пиратами?..

— Боже, милая, — издевательски-брезгливо произнесла Лилит, — заодно с этими уродами?!

Она захохотала искренне и от души, но было что-то дьявольское в её хохоте.

— Думай, что говоришь! — уже угрожающе произнесла она, — ненавижу этих чёртовых мутантов!

— А, значит, они и тебя захватили? — догадалась я, уязвлённая тем, что совершенно ничего не понимала в этой ситуации. И никак не могла разобраться.

На это она снова заливисто расхохоталась, но глаза её при этом зажглись недобрым и откровенно враждебным огнём:

— Ты, как монстр, должна была бы уже понять, что это невозможно! Какой маразм…

— Тогда что ты здесь делаешь? — я откровенно запуталась.

— Я нахожусь, где захочу. В данный момент мне доставляет удовольствие такого типа развлечение…

Не знаю что, но что-то напомнило мне Мергена. Тоже любитель «невинных» развлечений! Наверное, это отличительная черта всех монстров — полная свобода и вседозволенность в поступках и желаниях. И откровенный пофигизм по отношению к окружающим…

— Так значит, ты видела всё, что они творили с Алзаром? И ничего не сделала?!

— Это было очень забавно, — с циничным наслаждением произнесла Лилит, — не выношу детей, особенно младенцев. Ему не повезло, что он перерос этот возраст, иначе я бы спасла его от мучений. Быстрая смерть предпочтительнее. И ещё, эта его принадлежность к мужскому полу…

— Ты чудовище… — я покачала головой, с трудом веря в услышанное. Она играет, издевается или всерьёз?

— Не пугайся, детка, — усмехнулась Лилит, — с тобой мы бы всегда нашли общий язык. А теперь ещё обе монстры…

— Только этим наше сходство и ограничивается! — отрезала я.

— Жаль, — пожала плечами Лилит, — предпочитаешь Мергена?

Я не ответила, потому что в этот момент полковник Экро застонал. Он приходил в себя и ощущал гравитацию в 5g. Надо было что-то предпринимать и срочно. Да и патруль вот-вот уже прибудет.

Только, как к этому Лилит отнесётся, не будет ли пытаться мне помешать?

— Негуманно это — мучить других? — насмешливо спросила Лилит, читая мои мысли и прослеживая взгляд, — будешь спасать?

— Сделаю всё возможное, — твёрдо сказала я, — попытаешься помешать?

— Ты мне не противник. Но мы ещё встретимся. Тогда я не буду тебя щадить, и ты, девочка, поймёшь, в чём твоя глупость, — Лилит соскользнула с кресла и подошла ко мне, — слишком уж ты привязана к этим слабым существам, которые ещё, поверь мне, возненавидят тебя за твою принадлежность к монстрам. Они будут тебя бояться и избегать. За твоей спиной будут показывать пальцем и пугать твоим именем детей с младенчества. Совсем скоро оно будет греметь повсюду — таков процесс становления нового монстра, неужто Мерген не говорил? — она приподняла мой подбородок и заглянула мне в глаза.

В её глазах я увидела непроглядную темноту, ледяную и коварную, я внутренне содрогнулась. Лилит отпустила меня, и я тут же рванулась к пульту управления.

Внимательно окинула взглядом автоматику и, сразу сообразив, что надо делать, занялась восстановлением.

— Подумай хорошо, — продолжала уговаривать Лилит, — ты теперь не относишься больше к ним, ты не будешь больше никому нужна. Тебе необходимы отныне только тебе подобные. Ты это очень скоро поймёшь.

Тут ожившие радары зафиксировали приближающийся патруль, а я всё ещё копалась с гравитацией, но у меня ничего не выходило. Лилит, увидев на мониторе приближающийся патруль, усмехнулась и повернулась ко мне:

— Ничего. Ты довольно быстро поймешь, о чём я говорила, и будешь ли тогда рассуждать о гуманности?… Прощай, — и она исчезла.

Мои попытки восстановить гравитацию до 1g оказались безуспешными. Я вздохнула и приняла единственное правильное в этой ситуации решение — взвалила стонущего от слабости полковника Экро на руки и поволокла в сторону шлюза. Поместив его в тлоннер, я смогу «местно» снизить фон. Когда я втаскивала его в шлюз, тлоннер патруля уже пристыковался. Я даже взвизгнула от радости: это был тлоннер Дерека!

Фон гравитации достигал уже 6g и я наглядно вспомнила об этом, когда увидела, как Дерек выбрался из своего корабля. Естественно, его тут же припечатало к полу.

— Вот чёрт! — прохрипел он, с изумлением глядя на меня, — я подумал… Тара, как тебе это удаётся?!!!

Я не успела ничего ответить, как из тлоннера, с такой же реакцией, выпали Сагард и… мой отец. Они тоже остолбенели, распластавшись по полу, но непонятно, отчего больше — от того ли, что увидели меня, или от того, как я реагирую на такую гравитацию. Я махнула рукой и сначала втащила Экро в тлоннер, а потом уже было решила возвращаться и соскребать родных и близких с пола, но кое-что вспомнила.

У Дерека в тлоннере ведь точно есть «Пташка» — это я хорошо знала. Тоже мне агент, едет по вызову и демонстрирует такую непростительную неготовность! Хотя, если учесть тот факт, что вылез он из тлоннера, увидев меня в добром здравии, то естественно не подозревал подвоха. Я быстренько достала это средство первой необходимости сейчас. А с ним побежала в зал управления.

Через минуту я снизила фон всего корабля до естественного и бросилась назад в шлюз, прямо в объятья уже поднявшегося и теперь приходившего в себя отца.

— Тара?! — сказать, что он был потрясён и изумлён моим присутствием, значит не сказать ничего.

Жива и здорова! — отрапортировала я и…расплакалась прямо на груди у любимого папочки.

ЧАСТЬ 2

«Сколь огромна Безграничная Вселенная,

Столь огромен этот малый, сокровенный Дух!

В нём Небеса и Земли: и огонь, и воздух,

И солнце, и луна, и звёзды; тьму и свет объемлет он!

Всё, что составляет Человека,

И настоящее, и прошлое его,

И всё, что будет с ним,

Все мысли, и все вещи —

Сокрыты в Безбрежном эфире Его!»

Тайна смерти «Катха Упанишада»

«Что-то есть вне материи и её законов»

Академик Сахаров

«Если бы люди знали, каких трудов стоило мне моё мастерство, оно совсем не показалось бы им чудом»

Микеланджело

ГЛАВА 10

Возвращение домой. Как же я ждала этого!

Мне казалось, что я сплю, и всё происходит во сне. Потому я всё время держала за руки отца и Дерека. Папа рассказал, что меня не было ровно три недели. Все силы бросили на поиски, во главе с самим полковником Экро. Искали 81-драйверный «монолит», как я и описала его друзьям перед тем, как бесследно исчезнуть. Но он успел перебазироваться с того места, где его обнаружила я, чем осложнил поиски.

Наконец полковнику удалось его засечь в этой галактике — и он, никому не сказав ни слова (на чём, собственно, и я погорела) отправился туда один, где и был схвачен пиратами… Непрофессионализм Экро, проявившийся таким образом, может сильно подорвать его авторитет — подумала я — но я-то этого не допущу! В благодарность за самоотверженность и все те старые поблажки, которые он мне давал. Он чувствовал себя единственно виноватым в моём исчезновении, т. к. считал, что поторопился посылать меня патрулировать в 9-м секторе, прославленном частыми исчезновениями агентов.

Сейчас же полковник мирно дремал — его измученный организм нелегко перенёс гравитационные перегрузки, и он вырубился, едва очутился в тлоннере.

Когда папа предложил мне поесть, я немного удивилась внутри себя тому, что не ощущала как-то особого голода. И, узнав, что я не ела почти сутки, я увидела, как отец и Дерек обменялись напряжёнными странными взглядами.

— Милая, расскажи-ка нам, — попросил ласково отец, — что произошло за это время?

Я сразу перестала жевать булочку, которую и откусила то лишь для того, чтобы не вызывать недоумения.

— Я же рассказала, — я придала своему голосу максимальное удивление, но какая-то фальшь всё-таки проскользнула.

— Да, ты рассказала, но не всё, — возразил папа, — и ты знаешь, о чём я!

Я почувствовала себя неуютно. Словно мне нужно было признаться в чём-то постыдном. Дело в том, что в предыдущем разговоре с близкими я не упомянула о событиях, связанных с Мергеном. И сейчас бы не хотела. Ну, к чему весь этот допрос с пристрастием? Ведь выбрались же и даже пиратов поймали, что ещё нужно?

Какая разница, как это всё произошло? Все живы-здоровы и слава Богу. Но папа с Дереком выжидательно смотрели на меня.

— Я говорю о том, что я лично видел в трейгарте. Уровень гравитации в 6g на тебя будто не действовал. Как тебе это удалось?

Я открыла рот, чтоб что-то сказать, не знаю что, но хоть что-то (я ещё не успела собраться как следует с мыслями), но тут в наш отсек вошёл полковник Экро, собственной персоной.

Я радостно вскочила ему навстречу, а он, с благодарной улыбкой на лице, широким шагом подошёл ко мне и крепко пожал мне руку. Я ощутила всю важность рукопожатия. По щеке полковника скатилась слеза, и я вдруг только сейчас заметила, сколько у него прибавилось седых волос.

Мы одновременно рванулись друг к другу и обнялись. Разговор был благополучно отложен, но не забыт…

Мама плакала навзрыд, когда мы с ней обнимались. Бедная моя мамочка…Как же она изволновалась за меня! Моя же старшая сестрёнка Фью тискала меня, как маленькую (хотя у нас разница в возрасте — всего пять лет) и видно было, что она безумно переживала. Я чувствовала себя героем, неожиданно вернувшимся с войны!

Перед тем, как ехать домой, мы заезжали на базу, где нас в полном составе (несмотря на давно уже окончившийся рабочий день) встречали все мои коллеги по работе. Как безумно я была рада им всем! Даже Ди Эр Эр удостоился моих горячих объятий и поцелуев, тем самым автоматически подняв свой статус до невиданных высот.

Веста повисла у меня на шее и рыдала и смеялась одновременно, теребя мои волосы.

Босс, то есть, извиняюсь, полковник Экро, выступил с радостной речью перед всеми присутствующими (любит он всё-таки, громкие выступления!), а мне вдруг почему-то взгрустнулось. Неожиданно захотелось, чтоб Мерген очутился сейчас рядом…Обнял за плечи и прижал к себе. И стало бы сразу спокойнее и так бы не пугало предстоящее объяснение с отцом. Мерген… Можно сказать, он в какой-то мере тоже стал моим отцом — ведь именно ему я обязана своим перерождением! Благодаря чему мы все сейчас здесь и справедливость восторжествовала, а пираты благополучно были заключены за решётку.

Я попробовала «поискать» его, но меня кто-то постоянно, отвлекал, тиская и обнимая, я лишь почувствовала, что он сейчас далеко-далеко, в другой галактике.

Но даже это «прикосновение» к моему милому Учителю меня согрело и придало сил.

В общем-то, речь полковника сводилась к моему безграничному героизму и бесстрашию, так, что у меня создалось ощущение, что он скорее притворялся спящим, а сам исподтишка наблюдал за происходящим. Конечно, это было не так, а значит он сознательно приукрашивал то, что успел увидеть. Пару раз совесть порывалась выступить и пояснить, что это было совсем не так уж трудно и совершенно безопасно с моей стороны. Но что-то удерживало меня от объяснений и логичных вопросов, которые за ними последуют. Подло, конечно, было с моей стороны молча вкушать несколько незаслуженные похвалы, но мне ещё предстоял разговор со всеми жаждущими подробностей. Так что буду ловить мгновения почестей и наслаждаться ими.

Пока что Экро преподнёс всё так, будто пираты захватили меня в плен, а потом и его. Но мне — цитирую:… «героически удалось вырваться, а потом даже и обезвредить пиратов (!) и ценой невероятных усилий освободить самого полковника и, вслед за этим, отрегулировать и привести в порядок систему корабля, чем оказала содействие и огромную поддержку прибывшему (наконец-то) патрулю». Когда я поняла, что он вошёл в раж и сейчас начнёт петь оды своей базе, на которой готовят столь «продвинутых» агентов, я попросила у него (робко и нерешительно) разрешения отправиться домой, сославшись на невероятную усталость, что, в принципе, было как бы нормально в моём положении.

Он, естественно, отпустил меня, даже не потребовав, чтоб к завтрашнему дню полный отчёт о патрулировании лежал у него на столе. Включая все мои погрешности и оплошности. Да, хорошо быть героем дня! А на прощание вообще сказал то, от чего я пришла в дикий и бурный восторг. Стаж моей службы в награду был повышен до года! И тут же, на глазах у всех, начальник предложил мне взять отпуск, и даже — за счёт базы!!!

Ну, тут я пришла в совсем уже неописуемый восторг. Запрыгала и завизжала, что, впрочем, многие подхватили с энтузиазмом. Видно, напряжение предыдущих событий сказалось в такой бурной психологической разрядке. И внезапно накатившее на меня озорство подкинуло мне идейку: вот прямо сейчас, на глазах у всех, выкинуть бы какую-нибудь шутку с трансформацией тела, т. е. попробовать превратиться в кого-нибудь, принять другую форму. Я была уверена, что у меня легко получится. Я даже уже прикинула — облик какого представителя, какой галактики или звёздной системы наиболее удивит и поразит всех, но… Я вовремя остановила себя.

Что это со мной? Неужели это у всех монстров такой бзик появляется — развлекаться подобным образом, иногда шокируя всех? И это ещё мягко говоря…

Я и вправду очень устала. Едва добравшись до нашего семейного «серка», я свернулась калачиком в мягком кресле внутри него, вспомнила о Мергене, мельком подумала о Лилит… и тут же провалилась в сон.

ГЛАВА 11

Я проснулась дома, в своей любимой комнате. Был предрассветный час и в комнате царила темнота, лишь первое робкое зарево света за окном предвосхищало восход.

Это было более чем удивительно — в такую рань я ещё никогда по своей воле не вставала. Но сейчас спать, как ни странно, больше не хотелось.

Беззвучно, стараясь никого не разбудить, я тихонько выскользнула из дома, зажав под мышкой музыкальный преобразователь («домашний вариант»). Давно я не брала его в руки!

Я вышла в сад, нашла укромный уголок, уселась на бортик фонтана и, в ожидании рассвета, решила создать мелодию.

Я думала, настраивалась, пыталась поймать мелодию… Прошло 20 минут, а я никак не могла поверить в то, что у меня ничего не получается. Музыка, что называется, «не шла». Я растерялась. Перемены в самой себе, раскрывающиеся спонтанно и периодически удивляли до глубины души и настораживали.

Я прислушалась к себе. И вдруг в голове зазвучали не звуки, а строчки:

…Недоумённый ангел — создание теней

На перепутье влаги и пламенных страстей

Кричит о том, что свято и грустно заодно,

Но нет назад возврата, там дымно и темно.

И столб сиянья света взрывается вовне —

Летящая комета, и хвост её — в огне.

Не принимает вечность рыдающих молитв,

Рождая бесконечность из сотен тысяч битв.

И ангел в исступленьи ломает два крыла.

Летит душа в забвенье, и тёмным шлейфом мгла…

Словно во сне, я записывала их на листке для нотных записей. А потом потрясённо уставилась на получившееся стихотворение. Поэтическим талантом я до этого не была наделена совершенно, с чего бы это?… Вот что, значит, за сюрпризы готовит мне моё подсознание? Что же будет в следующий раз: живопись или танцы? Пойду в балерины. Я хихикнула. А может голос прорежется? Вот смеху то будет…

Я взяла листок со стихотворением, решив показать его Фью. Она очень любит поэзию, всегда была знатоком в этом деле, а также сама пишет неплохие стихи.

Пусть оценит это моё неожиданное чудо. Прихватив, оставшийся невостребованным, преобразователь, я поднялась на ноги и повернулась к уже поднявшемуся над горизонтом дневному светилу, точнее к ним обоим. Их у нас на Иллирии два: одно крупное и невыносимо яркое, (называется Лурис) и второе — поменьше, потусклее — Ситара. Сначала виден восход Луриса. Примерно через минуту после того, как Лурис покажется на горизонте, начинает всходить Ситара. Она не греет, зато у каждого иллирийца — по две тени. Ни на какой другой обитаемой планете я не видела двух дневных светил. Иллирия — единственная планета, имеющая жизнь, в этой части галактики. Поэтому сюда прилетает очень много всякого межгалактического народу, чтоб самим посмотреть и потомкам рассказать, потому, что круизы сюда — очень дорогое удовольствие, а гражданство получить здесь почти невозможно. Это не только из-за Луриса и Ситары, а из-за кучи других очень важных факторов, в подробности которых я сейчас вдаваться не буду.

Итак, я повернулась к первым восходящим лучам Луриса, чтобы… в общем, старые и очень важные для меня воспоминания и ощущения накатили на меня. Автоматически включился своеобразный рефлекс-позыв Во время нашей жизни на планете Земля, в галактике Млечный путь, на континенте Атлантида, который погиб в морской пучине, мой папа был жрецом Города Золотых Ворот — столицы Атлантиды. И Солнце (земное дневное светило) было в Атлантиде объектом поклонения и священным символом.

Каждое утро все атланты пели священный гимн солнцу, а на закате — прощальную песнь. И я привыкла к этим ритуалам со дня своего рождения. Они приводили меня в трепет.

И я запела. Запела на языке атлантов гимн. Сначала тихонечко, а потом всё громче и громче. Но не солнцу, а Лурису, уже виднеющемуся на горизонте. Я пела, обратив на небо глаза, и странное оцепенение охватило меня. Тоска по родной Атлантиде болезненно защемила сердце, и даже слёзы выступили на глазах. «Я люблю тебя, Солнышко!» — пела я — «ты — сама жизнь, ты свет сердец людских…». И мне казалось, что я пою не Лурису, но моему дорогому земному Солнцу… И что я вновь стою на там.

В следующую минуту страшное потрясение охватило меня, когда я поняла, что отныне МОГУ В ЛЮБОЙ МОМЕНТ ОКАЗАТЬСЯ НА ЗЕМЛЕ, теперь это в моих силах. Мой голос оборвался, но гимн был подхвачен. Я оглянулась, — за моей спиной стоял отец и пел, глядя на Лурис. Я вытерла слёзы.

Когда папа закончил, он повернулся ко мне:

— Тара, мне надо с тобой поговорить.

— Да, папа. И я знаю, о чём ты хочешь со мной поговорить, — я решила сказать всё разом, не давая времени на вопросы, потому что я действительно знала, что он хочет мне сказать, — тебя пугают перемены, которые произошли со мной за время моего исчезновения, так ведь?

Отец кивнул.

— Да, я изменилась, но в этом нет ничего страшного. У меня появились некоторые… способности, — и они помогли спасти жизнь не только мне, но и всем вам. Я не понимаю, почему ты так напуган? И Дерек тоже смотрел на меня вчера, как на преступницу…

С каждым моим словом отец всё больше и больше хмурился. Я знала, о чём он думает, и мне даже стало от этого противно, казалось, я против его воли вижу его насквозь. Его и вправду ужасали такие резкие перемены во мне.

— Такими возможностями способны обладать лишь монстры, — осторожно сказал папа.

И в его душе я увидела стойкое предубеждение против монстров, как таковых, и всего, что с ними связано. Он панически боялся, что со мной это могло произойти… И он совершенно был прав во всех своих опасениях. Так на деле всё и обстояло.

Я просто не смогла ему сказать правду. На душе у меня выли волки, но папины глаза требовали ответа, и мне пришлось солгать. Моё признание было бы равносильно краху всех его планов, надежд, связанных со мной. Краху всего, во что он верил. Оно убило бы его.

— Всё, что я знаю о монстрах, это лишь то, что нам преподавали в школе агентов, — устало улыбнулась я, — не беспокойся, папа, всё со мной нормально. То, что произошло в пиратском трейгарте — результат моих персональных «игрушек», способных справиться с любой гравитацией.

— Милая, мы все так волновались за тебя, — папа обнял меня, но в его душе ещё оставались смутные сомнения. Но теперь он сам старался их подавить. Он предпочитал поверить мне, поверить хоть в зыбкие, но оправдания, нежели услышать что-то пострашнее.

— Мне было нелегко, но я знала, что вы меня ищете, и это придавало мне силы, — я очень старалась словно убедить саму себя, уговорить свою совесть, но получалось неважно.

— Фью хотела поговорить с тобой. Она надеется, что у тебя появилось новое музыкальное произведение… — сменил отец тему, за что я ему была безмерно благодарна.

— Да, у меня есть кое-что для неё. Я прямо сейчас порадую её, папа, если ты больше ни о чём не хочешь поговорить со мной?

— Да-да, беги, милая! — папа потрепал меня по волосам и подумал о том, как я повзрослела за всего лишь какой-то месяц.

Я отвернулась, чтоб он не видел слёз, предательски навернувшихся на мои глаза, и побежала к дому.

ГЛАВА 12

Фью также уже не спала. В рассветные часы наступал пик её творческого вдохновения, и она писала стихи, сидя у окна, выходившего в сад. Я вошла в комнату без стука и тихонько скользнула к ней. Она сидела в лёгкой задумчивости и ничего вокруг не замечала.

— Фью! — негромко позвала я, чтоб не напугать её.

Но всё-таки она немного вздрогнула и растерянно улыбнулась:

— Ой, Тара, я не услышала, как ты зашла.

— Сестричка, а у меня для тебя сюрприз! — объявила я и протянула ей листок.

— Что это? — не поняла Фью.

— Почитай и скажи своё мнение, — попросила я.

Фью пробежала глазами моё «произведение», быстро глянула на меня и ещё раз, теперь уже не торопясь, вдумчиво прочла.

— Кто это написал? — спросила она, не поднимая головы. Что-то в её тоне насторожило меня, но раньше, чем я успела сообразить, что же именно, я уже отвечала:

— Я. Понимаешь, на меня словно что-то нашло сегодня утром. Ты же знаешь, я никогда не писала стихов. И это удивило меня…

— Тара, это правда ТЫ написала? — не поверила Фью, — этого не может быть!

— Ну, да… — пожала плечами я растерянно.

— Знаешь, мне теперь только остаётся спрятать подальше все свои стихи. Они ни одной строкой не выдерживают конкуренции с этим.

— Не говори так, — покачала я головой, — ты преувеличиваешь! Хочешь сделать мне приятное?

— Я всегда говорю всё, как есть, — возразила Фью, глядя на меня как-то странно.

Я с трудом пересилила себя, чтоб ненароком не прочесть её мысли — это было бы нечестно по отношению к ней. И так уже нехорошо вышло с отцом.

— Я уверена, что это произошло случайно, — словно оправдываясь, проговорила я, — вряд ли что-то подобное ещё повторится.

— А я бы не хотела, чтоб это пропало бесследно! — воскликнула Фью, — странно, но у тебя и впрямь открылся поэтический талант.

— Брось, Фью! — возразила я, почему-то разозлившись, — моё призвание: музыка. Ты это прекрасно знаешь!

— Не уверена… Хотя одно другому не мешает…

Я, не дослушав её, выскочила из комнаты. Бегом кинулась к выходу. Через пять минут я уже летела в своём тлоннере, летела в никуда. Странное напряжение не покидало меня. Что-то происходило вокруг, что-то изменилось в моих отношениях с родными. Я теперь не была с ними полностью откровенна, и это давило на меня.

Недоговорки, тщательный контроль над словами, чтоб не выдать себя случайно, ложь…

Они все боялись того, что казалось мне вполне нормальным. Но я не хотела, чтоб они боялись МЕНЯ.

Я отправилась на работу. Мне срочно надо было увидеться с друзьями. Узнать, не стала ли я ещё и для них источником волнений и страхов.

Когда я прибыла на базу, Весты ещё не было. Полковник Экро уже в такой ранний час был занят, у него в кабинете находилась куча народа, и я не решилась его прервать.

Я понуро вышла на балкон и уселась на перила. Странно, но меня переполняла тоска. Я вроде бы вернулась домой, но… Я ощущала какое-то смутное желание, непонятное стремление. Тоску невероятную по свободе и простору. Душа рвалась куда-то прочь, словно бы стремилась почувствовать свободный полёт! Я поймала себя на безумной жажде, в буквальном смысле, расправить крылья и взлететь в небо… И я поняла, что в силах сделать это! И прямо сейчас плюну на всё и всех — и сделаю!

— Тара! — Я вздрогнула и оглянулась.

— Привет, Дерек, — улыбнулась я, слезая с перил ему навстречу. Он был бледный, как мел.

— Привет. Я испугался — ты сидела на самом краю и так перегнулась…

— Я просто задумалась. Ты давно здесь?

— Нет. Только прилетел. А ты, что же — всё-таки вышла на работу? Не хочешь взять отпуск?

— Пока не знаю, — уклончиво сказала я, глядя ему в глаза. У Дерека в душе таилось смутная тревога. Тревога за меня, — я жду Весту, хочу поговорить с ней.

— А у нас сегодня выходной день, Экро сказал вчера… когда ты уже улетела.

Прости, что не предупредили, но все думали, что ты согласилась на отпуск. У босса там сейчас комиссия по межгалактическим делам.

«Надо же, — с усмешкой отметила я, — «у босса»! Нахватался моих словечек!»

— Значит, я зря жду… — пробормотала я, слезая с перил.

— Не зря. Веста вот-вот должна прилететь. Мы договорились встретиться… — как-то натянуто сказал Дерек.

— Зачем, раз у нас выходной? — не поняла я.

— Чтобы… В общем, мы собирались отправиться к тебе. Поговорить.

— Поговорить! — простонала я, — Дерек, давай начистоту. И вы тоже собираетесь устроить мне допрос с пристрастием? Вас что-то смущает во мне? Что не так?!

Такое ощущение, что никто не узнаёт меня с тех пор, как я вернулась. Меня что — подменили?!

— Тара, я понял всё. И я знаю, что с тобой произошло.

Я внимательно посмотрела ему в глаза и поняла, что он действительно знает. И он не отвёл взгляда — мне это понравилось.

— Дерек, только искренне…ты тоже боишься меня? — пытливо спросила я.

— Нет. Но ты теперь не такая, как мы все.

— Что во мне не так, скажи?! — я едва сдержалась, чтоб не завыть от горечи, — я стала хуже?

— Не в этом дело…

— А в чём? Я же вижу, что все вокруг меня думают о том, что произошло со мной, как о катастрофе. И даже боятся произнести это слово вслух. Я не понимаю, откуда взялось это предубеждение против монстров?! Что ужасного в том, что я обрела силу и знания о себе и о своём теле, получила возможности, недоступные для разума этой планеты и, возможно, этой галактики? Мой папа был жрецом, владел тайными нечеловеческими знаниями, но даже и он напуган тем, что должно бы восприниматься им, как нормальное. Конечно, я понимаю, ему трудно поверить, что это могло случиться с его дочерью… А всё потому, что никто, совершенно никто не знает самой сущности монстров! Это знает и ощущает лишь монстр…Остальные довольствуются лишь собственными догадками, которые не имеют никакого сходства с реальностью.

— Тара…

— Не дано понять правду тем, кто всеми силами от неё закрывается! — я старалась не поддаваться отчаянью, — Дерек, неужели мы больше не сможем дружить, как и прежде?

— Я не стану относиться к тебе иначе, — спокойно произнёс Дерек, — думаю, и другие тоже.

Он неожиданно шагнул ко мне и обнял. Я почувствовала, что он говорит искренне. Я ощутила теплоту, нежность и любовь ко мне. Настолько они захлестнули меня, что я не хотела шевелиться. Я и представить себе раньше не могла, что у Дерека ко мне чувства такой силы. Слёзы навернулись на глаза.

— Привет, ребята! — сзади подошли Веста и Сагард.

— Тара, ты здесь? А мы собирались ехать к тебе, — сказал Сагард.

Я быстро смахнула слёзы и обернулась:

— Да, я хотела вас всех увидеть и потому прилетела.

— Здорово, — как-то напряжённо сказала Веста, переводя взгляд на Дерека.

«Неужели это правда?» — подумала она.

— Да, это правда, — спокойно подтвердила я её мысли, чем всколыхнула в ней целую бурю чувств, но теперь у меня был хотя бы один союзник и мне было не так страшно и одиноко, — твоё отношение ко мне теперь изменится?

— Нет, Тара, — растерянно произнесла Веста. Видно было, что она борется с собой и со своим смятением.

— Но ведь и вправду многое изменилось? — вдруг как-то не очень хорошо произнёс Сагард, — а, подруга?

— Что именно? — с вызовом ответила я, глядя ему в глаза.

— Тебе уже нет необходимости продолжать учебу, поступать для этого на Иштар. Ты ведь наверняка обладаешь всеми этими знаниями. Нам за всю свою жизнь столько не осилить!

— Я понимаю, что для вас это шок, но что в этом плохого? — изумилась я.

— Думаю, наши дороги скоро разойдутся. Мы все продолжим учёбу, а для тебя это не имеет смысла. Для проклятых монстров нет ничего невозможного и непознанного! — это он произнёс таким ледяным голосом, что я сжалась от охватившего меня внутреннего холода, как от пощёчины. Дерек тоже это ощутил.

— Сагард!.. — гневно произнёс он. Но я сжала его руку, как бы прося дать мне самой сказать.

— Ошибаешься, Сагард, — холодно произнесла я, абсолютно равнодушно. Я почувствовала, что он успел меня возненавидеть, узнав, что я стала тем, кем стала, несмотря на многие годы тёплой дружбы… — есть вещи, которые даже монстр не в силах понять. Точнее, нет, не так. Есть вещи, на которые не способен даже монстр, например — предательство. Монстры знают всё, как ты сказал, поэтому им просто нет смысла друг друга обманывать. А значит, они не могут ранить внезапно и в самое сердце. Я не знаю, в чём причины такой резкой перемены в отношении ко мне, потому что не хочу знать их. Если ты думаешь, что, изменившись, я утратила способность ощущать боль и разочарование, то ты ошибаешься снова. Но я знаю, что у тебя есть веская причина так перемениться, иначе и быть не может. За время нашей дружбы я успела хорошо узнать тебя. Но, всё же, хотя бы во имя её, ты мог бы вспомнить, что я теперь одна из них — этих «проклятых монстров», как ты сказал.

— Я не собираюсь тебе ничего объяснять, — с открытым презрением сказал Сагард, — ты теперь не та, прежняя Тара, которую я знал. У той были какие-то моральные ценности…

— А теперь что? — сжав зубы, чтоб не разреветься, с вызовом спросила я.

— У монстров нет ни норм, ни морали! Искусственная раса беспредельщиков! — воскликнул Сагурд.

— Но ты же ничего о них… о нас не знаешь! — покачала я головой.

— А что ты сама знаешь о монстрах и об их образе жизни? Да уж, ты теперь одна из них! Знаешь, Тара, а ведь их не так много — и каждый, почти каждый на слуху.

Угадай отчего? Именно из-за своих поступков! Ты тоже теперь имеешь возможность стать легендой…Мы ещё услышим о тебе!

— Сагард… — потрясённо прошептала Веста, — что ты говоришь?

— Она ничуть не жалеет о сделанном выборе, — Сагард испепелял меня взглядом, — а вот вы ещё пожалеете, что остались на её стороне! Монстрам место — где-нибудь на Бетльгайзе, подальше от нас. Собрать там их всех и изолировать. Только истинные иллирийцы ещё терпят подобных ей, но я, к счастью, не отсюда родом и могу не скрывать свои эмоции.

— Но разве ты не знаешь, что прародитель монстров — землянин? — усмехнулась я.

— Да. В каждой расе рождаются свои уроды…

Я вдруг кое-что вспомнила… и засмеялась.

— Знаешь, мне ведь то же самое говорила Лилит про вас, про всех остальных! Лилит — монстр, — объяснила я ничего не понимающим Дереку и Весте, — так вот она меня предупреждала, что меня очень скоро возненавидят и проклянут. Ни за что, а просто оттого, что я другая…Но я и представить себе не могла, что это будет тот, кого я считала настоящим другом…

— Лилит?! — Сагард воскликнул это с такой ненавистью, что я шарахнулась и прижалась к Дереку, — всё ясно. Я прав в отношении тебя и никто меня не переубедит!!! — он развернулся и быстро вышел.

— Сагард!! — Веста хотела броситься следом, но потом растерянно посмотрела на меня.

— Делай то, что считаешь нужным, — кивнула я ей, — ты доказала мне, что настоящий друг.

И Веста, благодарно улыбнувшись в ответ, выбежала вслед за Сагардом.

ГЛАВА 13

Дерек привёз меня домой и отправился с моим отцом в кабинет. Я знала, о чём он хочет поговорить с ним. Но мне было уже все равно. Я больше не хотела ничего скрывать и утаивать.

Предательство Сагарда причинило мне боль, сильную боль, выбило меня из колеи.

Мне необходимо было понять, в чём дело, в чём его причина? Презирать просто так, потому, что я не похожа на них? Это на Сагарда не похоже… Я попыталась, но не смогла пробиться в его мысли — слишком много ярости и ненависти сейчас кипело в нём.

Ладно, пускай, оставлю его в покое. В конце концов, он имеет на это полное право. И ненавидеть меня тоже. Главное для меня сейчас — что скажет моя семья, как они отнесутся к этому.

Но уже в эту минуту я ощутила, с каким ужасом отец воспринял известие…

Я сидела в гостиной, с ногами в мягком уютном кресле, прикрывшись плюшевым пледом, стараясь ни о чём не думать. Но глупые, упрямые, горькие слёзы бежали по моим щекам…

Позади раздался шорох. Но я даже не вздрогнула от неожиданности. И голос, прозвучавший за моей спиной, я как будто ожидала.

— А ведь я предупреждала тебя, — Лилит обошла кресло и присела на корточках передо мной. Она взяла меня за руки и заглянула мне в глаза. Я никак не могла привыкнуть к отсутствию белков в глазах — один сплошной зрачок.

— Торжествуешь? — невесело усмехнулась я.

— Совсем нет, девочка! Я пришла поговорить с тобой. Давай только уйдём отсюда.

Я промолчала, и Лилит терпеливо продолжила:

— Я также могу сказать, что будет дальше, я это вижу. Вся семья отвернётся от тебя, ты станешь изгоем на собственной планете. Полного доверия не жди ни от кого. Ни один иллириец не захочет с тобой дружески общаться…

— Неправда! — я напряглась, — Дерек! Он любит меня, искренне! Он не предаст меня!!

— Он не предаст, — усмехнулась Лилит, — но, если ты сама не уйдёшь, он погибнет, и погибнет по твоей вине. Мне-то от этого только радость, — если хоть одним представителем мужского рода во Вселенной станет меньше! Мне жаль тебя…Ты бы могла многого добиться, если бы не связывала себя этими слабыми существами.

Пойми, ты — монстр! Ты не такая, как они, и ты всю жизнь будешь ощущать эту разницу. Здесь ты не будешь счастлива. Но, если ты исчезнешь, поверь мне, тебя забудут очень быстро, все просто облегчённо вычеркнут тебя из памяти. Я предлагаю тебе начать новую жизнь — жизнь монстра. И я готова тебе помочь, научить и поддержать.

Я слушала, не желая верить в эти слова. Но я также и ЗНАЛА, что всё именно так и обстоит. Боже! Как я хотела избавить близких от боли за меня В следующий момент я, разрываясь между сердцем и разумом, произнесла то, что одним махом перевернуло мою жизнь на 180 — Я согласна.

Я вошла в кабинет отца уверенным шагом и твёрдо посмотрела ему в глаза.

— Папа, мне нужно поговорить с тобой. И с тобой, Дерек, тоже.

— Тара! — Дерек будто понял, что я хочу сказать, и пытался сейчас меня остановить.

В его глазах зажглась немая мольба. Взгляд отца ничего не выражал. И именно это дало мне силы продолжать. Думаю, что если бы в этот момент я увидела тепло и хоть каплю поддержки в его глазах, то просто не смогла бы сказать то, что собиралась.

— Я собираюсь уйти, — сразу сказала я о самом главном.

— Тара, пожалуйста!..

— Дерек, выслушайте меня. Я приняла решение, которое не подлежит больше обсуждению. Так будет лучше для всех, я знаю, что делаю, — я взглянула на отца.

Он молча стоял, ссутулившись, не глядя на меня. Он всё ещё не мог переварить то, что узнал, был поражён, сражён наповал…

— Папа, прости меня, пожалуйста, — ровно говорила я (откуда только силы брались?), — за то, что я сразу не сказала тебе всей правды, за то, что обманула. Но я не хотела причинить тебе боль. Думала, что смогу жить, как и прежде. Но это не так. Уже ничего не будет, как прежде. Потому я и приняла решение уйти.

Отец поднял на меня покрасневшие глаза, полные слёз и я вздрогнула, — я никогда не видела слёз в его глазах. Даже в последние дни Атлантиды, когда на него, как на Верховного жреца, обрушилось множество неприятных событий, он оставался так же твёрд и силён, не подаваясь отчаянью. Теперь же он как-то весь поник, ссутулился, и, казалось, резко постарел.

— Тара, — медленно, словно ему было трудно говорить, произнёс он, — я верил в тебя. Я хотел, чтоб ты достигла в жизни всего, стала достойна моего титула.

Выучилась и стала мастером в своём деле… Только в процессе обучения возможно, познав всё, стать счастливым. Иногда вся жизнь уходит на то, чтоб обрести знания, которыми сейчас обладаешь ты. Это приходит постепенно, не нанося мучений и душевного перелома. И ценится потому больше. Ты стала… монстром… в одночасье, — было видно, как трудно далось ему это слово, — ты счастлива? Не думаю. И вряд ли была бы, даже если бы все вокруг спокойно это восприняли. Ты уже ощутила боль. И для меня это страшная мука — видеть, что твоя жизнь катится под откос… — он замолчал, украдкой стирая слезу.

— Папа, мне нелегко слышать о твоих страданиях. Но я хочу, чтоб ты знал. Я не жалею о том, что произошло. Ты ведь жрец, папа! Ты знаешь, что судьба каждого — в его руках. Не прожить жизнь за другого человека. Это моя судьба. Я пройду свой путь с высоко поднятой головой. Знаешь, папа, монстры — это не те, кого стоит бояться и от кого надо шарахаться. Ты сам сказал, что нужна огромная внутренняя сила для того, чтоб принять в себя эти знания. Постараюсь хоть в этом не разочаровать тебя. Я стала монстром, чтоб восстановить справедливость. И не жалею о том. Мерген предупреждал, что у меня есть выбор, и я выбрала.

— Я не стану удерживать тебя, — папа поднял глаза, и я увидела, что его лицо совсем немного, но посветлело, — Я теперь вижу, что никогда не ошибался в тебе.

Ты приняла решение и оно неоспоримо для меня. Наверное, тебе и вправду необходимо отправиться в путь. Знай лишь одно, дочка, когда бы ты ни вернулась — двери этого дома всегда открыты для тебя. Несмотря ни на что, твоя семья любит тебя и будет любить.

В его глазах и в душе я увидела то, что заставило меня рвануться к нему и обнять его. Он прижал меня к себе на мгновение так, как будто не хотел никуда отпускать. Но, в следующую секунду, папа мягко отстранил меня и сказал:

— Я очень хочу гордиться тобой, милая. Никогда не забывай о том, что ты в первую очередь — человек. И… Я очень буду ждать тебя. Мы все будем ждать тебя! Тебе много предстоит познать и выдержать, но… возвращайся, — он перевёл дух и добавил уже совсем тихо, — ты увидишь Мергена? Передай ему, что я не забыл его…

Отец не объяснил свои слова, я же не стала расспрашивать.

— Попрощайся с Дереком, — устало улыбнулся отец, — и — счастливого пути, милая.

Я люблю тебя.

Он снова прижал меня к себе, поцеловал в лоб и быстро вышел.

— Я тоже люблю тебя, — тихо хрипло выговорил Дерек, опустив глаза, — Тара, что же ты делаешь со мной?..

— Я не могу остаться, — печально проговорила я, — Дерек, всё слишком поздно.

Почему ты не говорил мне об этом раньше?

— Господи, у нас было столько времени впереди! Целая жизнь. Тара, умоляю, останься! Мне всё равно, какая ты — похожа ли на других или нет.

— Дерек, я не могу. Я должна уйти, хотя бы на некоторое время…

— Ты не вернёшься, — покачал головой Дерек, — Тара, я чувствую, что ты не вернёшься! Мы больше не увидимся.

— Я вернусь. Не знаю когда, но я вернусь.

— Может быть, но время для тебя теперь совсем не то, что для меня. Монстры — бессмертны, ты ведь знаешь это…

Ни говоря не слова, я просто подошла к Дереку, обняла его и…поцеловала. Это был первый мой серьёзный поцелуй. Что в этот момент творилось в моей душе! Почти то же самое, что в душе Дерека. Он крепко сжал меня в объятиях. Он не хотел меня отпускать, я это ясно чувствовала.

Но я ушла. Я ушла, оставив в его объятиях своё сердце.

— Я буду тебя ждать, — прошептал он мне вслед, — возвращайся, любимая.

Я ушла, не оглядываясь.

ГЛАВА 14

Я не верю Лилит. Но я пошла за ней. Мне просто нужно было сейчас куда-то идти.

Нужно было заполнить зияющую пустоту в душе. Мне сейчас очень требовался собеседник, но я не могла позвать Мергена. Не знаю почему, но я не хотела, чтоб он видел эту мою душевную слабость. Сразу же, покидая свой мир, я дала себе слово — не думать о доме, не жалеть об уходе и не тосковать по родным.

Лилит перенесла меня в свой мир. Я до сих пор не упоминала, что монстры владеют профессиональными знаниями и навыками по строительству миров, по их программированию и обладают всеми доступными технологиями для их преобразования.

Причём не с помощью специальной техники или имплантов, а только лишь благодаря собственным способностям и силе.

Мир, в который мы перенеслись, напоминал крик воспалённого воображения больного и терзаемого страхом существа. Но Лилит, похоже, чувствовала себя здесь очень уютно, в своей стихии. Я, конечно, привыкла, что на Иллирии меня окружал растительный мир красных оттенков, над головой простиралось нежно-салатового цвета небо (с двумя «солнцами») и вода в реках и озёрах была пастельно-лиловой.

В этом же мире даже воздух мерцал, переливаясь, густо насыщенным красным светом.

Из-за этого создавалось ощущение немого ужаса, агрессии и ярости. Ландшафт, похожий на урбанистический, мирно соседствовал со скалами, вершины которых упирались в тёмное, беспрерывно бурлящее, небо. Странные сооружения непонятного применения и назначения встречались повсюду. Совершенно пустынные, словно вымершие, улицы — и в то же время навязчиво преследующее ощущение присутствия живых существ. Но, даже если здесь кто-то и был, — они боялись высовываться в присутствие Лилит. Это был её мир. Её создание, её детище. И он был также безумен, как и она.

— Этот полумрак великолепен! — воскликнула в упоении Лилит, — здесь царство кошек и летучих мышей, единственных божественных созданий во всей вселенной. Ты согласна со мной? — обернулась она ко мне, её глаза горели.

Я пожала плечами, но Лилит, видимо, и не требовалось моего согласия. Она находилась полностью в своём мире, здесь всё подчинялось ей и только ей, и здесь она была полновластной хозяйкой.

— Мы полетим, — Лилит поднялась на цыпочки и, раскинув руки в стороны, вся подалась навстречу небу.

Я наблюдала, как она начала меняться у меня на глазах, переливаясь и трансформируясь, пока не приняла форму летучей мыши.

«Превращайся и лети за мной!» — услышала я её голос у себя в голове.

В следующую секунду она взмыла вверх, воспарила, купаясь в воздушных потоках и наслаждаясь полётом. Я последовала её примеру. С лёгким недоверием привстала на цыпочки, потянулась к небу и вдруг ощутила невероятную лёгкость! Тело послушно отозвалось моему стремлению, перед внутренним взором встал образ летучей мыши.

Всё тело вдруг стало податливым и мягким, как пластилин, и я усилием воли, с восторгом, лепила из него нужную форму. Всё это заняло какие-то доли секунды, но я успела почувствовать, как это легко и чудесно — превращаться, менять форму… И с каким воплем экстаза тело стремится к переменам, обещающим ему простор неба. Я стала летучей мышью. Зависнув на секунду над землёй в новом образе, я провалилась в воздушную яму, едва не коснувшись земли, а потом оттолкнулась от упругой воздушной волны, затрепыхала крыльями. Я ощущала их крепкими, полными силы, словно родилась с ними, могла испускать ультразвук и понимала встречные вибрации. И пища от радости, сделав круг, примериваясь к новому существованию, взмыла вслед за Лилит.

Полёт длился, казалось, целую вечность, но это было чудесно! Нет таких слов, чтоб передать, как может наслаждаться происходящим человеческий разум в теле летучей мыши. Сейчас я даже была благодарна Лилит за это восхитительное ощущение парения, ощущение свободы, за то, что она открыла их для меня…

Мы опустились на землю, когда, по-моему, наступал вечер. Здесь всё время пасмурные сумерки… По крайней мере, воздух стал как-то гуще, темнее, непрогляднее. Не сговариваясь и вообще не произнеся ни слова, мы одновременно, коснувшись поверхности земли, приняли форму кошек. Причём Лилит стала угольно-чёрной кошкой, а я — огненно-рыжей.

Она, махнув хвостом, мгновенно растворилась в лабиринте улиц. Я изо всех сил бросилась следом, чтоб не отстать, восторженно отмечая на ходу приятные пружинящие свойства своих лап и невероятную пластичность всего тела.

Казалось, улицы понемногу начали терять свою безжизненность. Шорохи наполняли их, странные звуки (или это были слуховые эффекты, доступные только кошачьему слуху?). Я бежала теперь быстро, как только могла, но всё равно потеряла Лилит из вида. В конце концов я остановилась. Теперь, переводя дух, я явственно различала один единственный тип шороха — и это был шорох кошачьих лап по земле.

Мягкий и почти не воспринимаемый другими существами, но отлично улавливаемый кошками. Я огляделась, быстро раздумывая, превратиться ли мне в себя саму, или может в летучую мышь, чтоб сверху поискать Лилит, но тут, я увидела ИХ…

Со всех переулков, закоулков и углов, с разных сторон ко мне сходились кошки. Но не сам этот факт, а именно их размеры меня привели в шок. Каждая кошка была размером с пантеру, а некоторые и крупнее! Я, впрочем, была немногим мельче их, так что наши возможности были абсолютно равны. И они шли ко мне, окружая. Я почувствовала их намерения раньше, чем увидела их горящие глаза. Я поняла: они хотят драки, борьбы за территорию. Я здесь чужая и предстоит нелёгкое выяснение отношений.

Ну конечно! Просто стать летучей мышью и улететь! Это же элементарно!..

Ага… Не только я так думаю. Стоило мне поднять голову и взглянуть вверх, как я тут же увидела стаи летучих мышей, угрожающе круживших в небе. И огромное их количество, свисающее со скал и крыш домов. Они не дураки — обитатели этого мира — немудрено, что обладают равной мне мыслительной способностью, ведь именно Лилит их создала, как видно «по образу и подобию своему». А вот теперь, когда её рядом нет, они уж точно не станут со мной церемониться.

Эта мысль настолько не понравилась мне самой, что я даже поёжилась. А адские существа подходили всё ближе и ближе.

Интересно, подумала я, что они могут сделать со мной? Разорвать на кусочки, съесть… на этом моя фантазия услужливо исчерпалась. Страха, как ни странно, не было, только чувство любопытства. Вертелась в голове, конечно, пара-тройка вариантов. Самые, на мой взгляд, удачные: 1)просто покинуть к чёртовой матери (или не совсем к ней, это уж как получится) этот агрессивный мир и перенестись в другой, типа того, что мне показывал Мерген. А может и вовсе туда (что мне мешает?); 2) принять форму того, кого боятся все кошки, вроде собаки (но вот ведь незадача — возьмут качество количеством), да и кошечки эти трусливыми не выглядят, порвут любую собачку за милую душу, хоть волкодава; 3) заорать: «Караул! На помощь! Помогите, люди добрые!» (хотя, злые, наверно, тут бы больше пригодились!); ну и ещё вариант — принять бой, хотя перевес сил явно не в мою пользу…

Первый вариант отпал сразу — не в моих правилах спасаться бегством, даже когда ситуация глупая до абсурда. Кстати, из-за этого я частенько встревала в неприятности, но…

Второй вариант отпал, как не самый мудрый, способный спровоцировать эту свору на резко агрессивные действия (хотя я и сейчас уже не считала возможным как-то с ними договориться). Третий — не умнее, т. к. я просто уверена была, что «глас вопиющего в пустыне» вряд ли будет кем-то услышан, а если и будет, то, как вы думаете, кем? Правильно, зачем ещё вызывать для них подкрепление и пополнять и без того стройные их ряды?…

Короче, пока я, скрипя мозгами, анализировала ситуацию, они обступили меня плотным кольцом. Пытались, видимо, взять и психической атакой, но во время раздумий мне было не до их тактики. И, вполне логично, я подошла и упёрлась лбом в последний вариант. Что ж, явилась сюда опрометчиво рассчитывая на гостеприимство такой недвусмысленной девушки. Как Лилит, будь добра отвечать за последствия! Её же саму, конечно, нет и смысла ожидать в помощь, потому что имя этой ситуации — ловушка! Придётся выкручиваться самой. Я встала в стойку — «спину вверх, шерсть дыбом» (так вроде делают все кошки, пытаясь внушить страх соперникам?) и приготовилась…

ГЛАВА 15

Кошки приближались… Милые создания на Земле — и какое-то Исчадья ада здесь. На мою «стойку» они отреагировали с завидным пофигизмом, в общем, как на её отсутствие. Следом за этим возник логичный вопрос: а как ведут себя обычно кошки во время драки? Кусаются, царапаются, шипят? Я как-то не имела привычки наблюдать за ними, а зря, как видно…

Вас, наверное, уже достаёт моя постоянная тяга всё анализировать и обдумывать вместо того, чтоб что-то предпринимать? Меня, поверьте, тоже. Но так трудно отделаться от вредных привычек!

Внезапно одна из этих «мягких и пушистых» мяукнула, чем прервала мой мыслительный процесс. Нехорошо так мяукнула, вкрадчиво… Я даже успела подумать, — а может лучше с летучими мышками пообщаться? По крайней мере, никаких звуков, давящих на психику (не пойму уже, и как это я могла раньше любить кошек?), они не издают. И, естественно, стоило мне отвлечься и посмотреть вверх задумчиво, как тут же пропустила атаку. Та, что мяукала, прыгнула на меня.

Эта тварь в мгновение перевернула и распластала меня по земле, а потом рьяно вцепилась зубами в загривок. Остальные не двигались с места, видно тут у них было не принято ломать друг другу кайф, вмешиваясь в разборки. Вся расчленёнка в порядке очереди.

Всё бы ничего, я не особенно возражала против «полежать», но эта нахалка подняла лапу и полоснула меня когтями по спине. Больно же!! Я взвыла, как раненый турап[3] и взметнулась из-под неё. Удивительным образом мне удалось не только сбросить её, но и прорваться сквозь плотный круг, видимо растерявшихся на миг, остальных.

Я бросилась наутёк.

Ночь настолько сгустилась, что даже моё «кошачье» зрение не слишком меня выручало. Я петляла по переулкам, не рискуя скрываться в соблазнительно манящих меня проёмах дверей и других укрытиях, услужливо вырастающих из ночного тумана.

В этом мире всё против меня, я это уже поняла, и не стоит надеяться на то, что принятое за спасательный круг не окажется смертельной ловушкой…

Очень скоро я сбилась с пути, но не обращать внимания на усталость мне как-то помогали мои преследователи, не отстающие от меня ни на шаг и буквально дышащие мне в затылок. Сверху, в ночном небе за мной так же бесшумно следовали стаи летучих мышей.

Наконец я, в своём безумном забеге, пришла к логическому концу — упёрлась лбом в тупик. Буквально. Лабиринт улиц сыграл со мной шутку и теперь ехидно усмехался чёрной пастью домов — «ну, что, киска, попалась в мышеловку?» Ладно, посмотрим…

Я встретила первую кошку точным и крепким ударом когтей, так, что она отлетела к стене и сползла по ней, распластавшись на земле. Шутки окончены. И это поняли все. Но никого это не остановило, мои противницы лишь серьёзнее собрались и напряглись. Следующая напала сразу же, за что и поплатилась аналогичным образом, выказав своё расположение другой стене. Я отметила симметричность их полётов. До кисок видимо стало доходить, что я «не лыком шита» и в волейбол играть умею.

Остальные замерли, словно в ожидании.

— Ну, что же вы, подходите и получите то, за чем пришли, — мурлыкнула я, облизываясь.

Кошки дружно отступили. Я уже было возликовала, но тут, раздвинув толпу, ко мне шагнула одна. Чёрная, как сама тьма, и настолько же непредсказуемая.

В сумерках ночи все казались одинаковыми, у всех одинаково горели глаза, но эта даже в темноте чем-то неуловимо отличалась от других. Остальные, пропустив её, почтительно попятились. Кошка, без лишних предисловий и вступлений, издала хриплый кошачий крик и прыгнула на меня. Причём, ей удивительным образом ещё в воздухе удалось увернуться от моей, размахнувшейся для удара, лапы. Но её удар, обрушившийся на меня, мог бы стать смертельным, не прояви и я неожиданной бдительности. Я пригнулась к земле и боком откатилась в сторону. Потом сразу же вскочила и успела вдогонку полоснуть когтями по её хвосту. Моя противница пришла в дикую ярость, взвизгнула и с решительным отчаяньем камикадзе бросилась ко мне.

Я зашипела (все мои инстинкты быстренько подчинились кошачьей природе) и встретила её в объятья, лицом к лицу. Мы сцепились и покатились по земле.

Остальные бесшумно, как тени, шарахнулись от нас, отступив кругом на порядочное расстояние, и молча наблюдали.

Ярость закипела во мне. Я — монстр, а это — всего лишь создание больного воображения Лилит (хотя, стоит признать, что весьма умелое). И я ещё церемонюсь с ним?? Рванувшись, я вцепилась зубами кошке в горло. Хлынула кровь, но, вопреки моим ожиданиям, я не грохнулась в обморок от собственной безжалостности, а она не ослабила хватку, только начала извиваться, пытаясь вывернуться из-под меня.

Тогда я стала методично вгрызаться в её шею с упорством некормленого пару дней бульдога. Ведь не бессмертна же эта тварь, в конце концов!

А ведь крови она уже потеряла немало.

Странно, но моё стремление УБИТЬ её не шокировало меня, хотя раньше я даже представить себе не могла, что способна, хотя бы чисто гипотетически, на УБИЙСТВО. Видно, что-то и впрямь во мне поменялась с того мига, как я стала монстром. Я стала более безжалостной и несгибаемой. Но не жестокой, потому что в глубине души мне всё-таки не хотелось убивать эту кошку. Я только защищалась. Не более.

Кошка неожиданно ослабила объятья и я тоже. Мне не было необходимости её добивать.

Она выскользнула из-под меня и отползла в сторону. Немного полежала без движения, а потом поднялась и я увидела, что рана на её шее странным образом затянулась! Вот уж не подумала бы, что они имеют способность так быстро регенерироваться. Кошка невозмутимо встряхнулась и повернулась ко мне. Мне даже показалось, что она усмехнулась. Но агрессии, исходящей от неё, я не ощутила.

В следующую секунду она вдруг стала видоизменяться и… превратилась в Лилит.

— Умница, девочка, — улыбнулась она, — Мерген натренировал?

— Это ты?! — поразилась я искренне, — Мерген тут не при чём. Я просто очень разозлилась…

— Это хорошо, — ещё слаще улыбнулась Лилит, — из тебя будет толк. Я вижу, Мерген не потерял нюх, раз его выбор пал именно на тебя.

— Может, объяснишь, что происходит? — потребовала я недовольно, — зачем ты устроила всё это представление?

— Проверяла тебя, — невинно проговорила она, — помнишь, я обещала, что при следующей нашей встрече я тебя не буду щадить. Ты не разочаровала меня, должна признаться. Более того, ты мне определённо подходишь.

— Для чего? — меня злил уверенный тон Лилит. А её слова напомнили мне потребительское отношение пиратов к живым существам, как к вещи. «Ты мне подходишь»…

— Я сделаю из тебя монстра. Настоящего монстра, — не дожидаясь моего ответа, она взяла меня за руку, и внезапно всё вокруг потемнело.

Но через секунду, как и тогда, с Мергеном, из этой непроглядной тьмы стали проступать очертания предметов. Мы просто перенеслись куда-то. Как оказалось, в довольно симпатичное местечко.

Мы находились в большой слабо освещённой четырьмя светильничками в форме лилий на причудливо изогнутых ножках, растущих прямо из стен, комнате. В центре неё, в метрах полутора над полом, прямо в воздухе, зависла огромных размеров кровать без ножек, устеленная кроваво красным покрывалом…

Стены были полностью задрапированы алым бархатом. В общем, интерьер полностью соответствовал цветовой гамме мирка снаружи. Странно, но здесь не было ни окон, ни дверей. Наверное, предполагалось попадать сюда именно таким путём и никаким другим. Светильники хоть и скрадывали мрак, но и их было недостаточно, чтобы полностью его разогнать. Хотя такое вот полумрачное освещение действовало расслабляюще и успокаивало.

Пока я приходила в себя после неожиданной телепортации и с любопытством осматривалась, Лилит успела неуловимо переместиться. Она теперь восседала в центре кровати и как-то странно смотрела на меня. Её глаза опять горели, но не тем огнём, который я видела в момент борьбы. Сейчас же взгляд был совсем иным, незнакомым мне.

— Иди сюда, — пригласила она, — нам есть, о чём поговорить.

Что ж, я легко перенеслась и уселась рядом.

— Расскажи-ка мне о Мергене, — попросила она, — мы давно не виделись. Как поживает мистер Вселенная?

— Трудно поверить, что вы друзья, — фыркнула я, — с чего такой интерес?

— Да, мы не друзья. Но, поверь, у нас есть кое-что общее, — лукаво усмехнулась Лилит.

— Я уже поняла, — качнула я головой, — вы оба — монстры!

— Не только. У нас с ним вкусы одинаковые, — Лилит не сводила с меня глаз, — ты, наверное, уже успела его узнать? — спросила она, сделав упор на слове «узнать».

— Да, мы неплохо поняли друг друга…

— Я имею в виду — узнать, как мужчину!

Я покраснела. Я покраснела?!! Невероятно, но факт! Слава Богу, что здесь нет Мергена!!!

— Только не говори, что он не взял своё, — засмеялась Лилит, — просто так взял да и сделал тебя монстром, ну совершенно бескорыстно!!! — она откровенно забавлялась, — а может он просто не смог? — она упала на спину, просто покатываясь со смеху,

— Замолчи! — разозлилась я, всё ещё пунцовая от смущения.

— Девочка моя! — воскликнула Лилит, приподымаясь, — да ты невинна, как цветок!

Надо же, какое чудо прохлопал наш Великий и Ужасный! Стареет, что ли…

— Мы с Мергеном только друзья, — возразила я.

Впрочем, несколько неуверенно, вспомнив наше расставание… Лилит мастерски отследила полёт моей мысли:

— А как хотелось поцелуя на прощание… — пропела она, сладко жмурясь.

— Ты!.. — возмутилась я, подбирая верное в этой ситуации слово. Но чтоб не слишком уж выразительное. Я, всё-таки, не хамка пока…Видимо, пока.

— Подглянула немного, — кивнула Лилит, — чисто лабораторный-познавательный интерес. Не переживай, детка, думаю, если захочешь, — он тебе не откажет. Ты вполне в его вкусе.

— Может, хватит? — возмутилась я, — Мерген для меня — учитель. Он сделал меня такой, какая я есть, и я ему за это благодарна! Он многое дал мне!

— Какие возвышенные речи! — хохотнула Лилит, — интересно, что думает по этому поводу сам объект нашего разговора.

— Это всё, о чём ты хотела поговорить? — нетерпеливо вздохнула я, стараясь поменять тему.

— Всё это пустые разговоры, — кивнула согласно Лилит, — мужики не стоят того, чтоб тратить на них столько времени. Даже Мерген.

Она, всё так же лёжа на спине, протянула ко мне ладонь.

— Дай руку, — попросила она.

Я удивилась, но не более. Хотя руку дала. В следующий момент, я не успела понять, как, но я уже лежала на спине, а сверху, надо мной, склонилась Лилит.

— Нет, девочка, нам совсем не нужны эти мужские особи, — заговорила она жарко.

Её голос неожиданно начал оказывать на меня гипнотизирующее действие, я даже и не пыталась пошевелиться, — я научу тебя всему тому, что доставит нам немало удовольствия…

Она наклонилась и мягко поцеловала меня в губы. Я совершенно оцепенела от неожиданности.

— Мы станем одним целым, мы сольёмся, — продолжала Лилит, в промежутках между поцелуями. Так ещё никто не целовал меня — одновременно невинно и, вместе с тем, соблазняюще. Я хотела воспротивиться, но Лилит мягко удержала меня:

— Не сопротивляйся, милая, — мурлыкнула она, — увидишь, тебе понравится…

Я опомнилась, когда поняла, что Лилит сняла с меня одежду, — каким-то образом просто сорвала одним рывком, и отбросила в сторону. Её глаза пылали тем самым огнём, который я не поняла вначале. Это был огонь вожделения.

Мне даже и мысли в голову ни разу не приходило, что я когда-нибудь попаду в подобную ситуацию! Но ощущения были приятными и двигаться совершенно не хотелось. Пока я не осознала мельком, что же происходит. И в ту же секунду в моём сознании возникло лицо Дерека. Лишь с ним у меня ассоциировалось в сознании сие действо.

— Не думай о нём! — гневно воскликнула Лилит, но я уже оттолкнула её и спрыгнула с кровати.

— Стой! — крикнула она, но я уже, полностью одетая, готовилась к «переходу» в другой мир.

Лилит подскочила ко мне и успела схватить за руку. Разумеется, мы телепортировались вместе. Я перенесла нас в мирок, показанный мне Мергеном. Как раз на то место, где я оказалась, телепортировавшись в прошлый раз.

— Оставь меня в покое, — попросила я, но голос мой предательски дрогнул. Лилит улыбнулась:

— В этом нет ничего неестественного. Зря убегаешь.

— Я этого не хочу, — отрезала я.

Не понимаю, что со мной произошло, что я допустила до такого…

Глаза Лилит яростно сверкнули. Она сразу как-то вся изменилась, ощетинилась и стала похожа на дикую кошку.

— О, это его мир! — констатировала она, обернувшись по сторонам, — ненавижу ландшафты Земли!

Есть ли хоть что-то, что она любит?

— Я родом с Земли. Я — землянка, — с вызовом ответила я.

— Давно пора бы об этом забыть, — язвительно усмехнулась Лилит, — у монстра нет родины. Он сам создаёт себе миры, но долго не живёт ни в одном из них. Зачем привязывать себя к чему-то одному, когда волен путешествовать по любым галактикам и вселенным?

— Я никогда не забуду родных мест и буду возвращаться туда время от времени.

— Что ж, твоё дело, — её наигранное равнодушие вдруг меня забеспокоило, — проверим, а обладает ли подобным патриотизмом наш главный монстр? Эй, Мерген! — позвала она, оглядываясь по сторонам, — где ты, солнышко? У тебя гости. Прояви же гостеприимство, будь мужчиной хоть в этот раз!

Я ощутила, очень ясно ощутила присутствие кого-то, но не была уверена, что это тот, кого ждёт Лилит.

— Вот видишь, я же говорила, что монстры, по сути своей, отшельники и странники по мирам, — довольно заявила она, — они не торчат в своих долгое время и даже поблизости. Особенно в таких убогих… — презрительно скривилась она, — я многому могу научить тебя, если ты доверишься мне.

— Да уж, ты научишь! — услышала я незнакомый голос.

Обернувшись, я увидела стоящую поодаль вполне земного вида девушку. Невысокого роста, крепкого телосложения. На вид она очень молодо выглядела — лет 17. Чёрные прямые волосы средней длины, тонкие, простые, ничем не выделяющиеся и не запоминающиеся, черты лица Вот только особенности её глаз были те же самые, что и у Лилит. Один сплошной зрачок…

— Привет, дорогая! — хищно оскалилась Лилит, поворачиваясь к ней.

— Успокойся, я не собираюсь отнимать у тебя твою жертву, — спокойно произнесла девушка, — но ведь мы обе прекрасно понимаем, что она тебе не по зубам. Анечка, — повернувшись ко мне, представилась девушка, протянув руку. Я неуверенно пожала её и представилась.

— Что тебе здесь нужно? — прошипела Лилит нетерпеливо.

Было видно, что она с большим трудом себя сдерживает. Но Анечка, судя по всему, тоже была монстром, иначе Лилит давно бы накинулась на неё. И, видимо, они уже были ранее знакомы.

— Да вот мимо «проходила», слышу — Мергена зовут…

— Но не тебя же! — разозлилась Лилит.

— Любопытно стало. Тем более, чтоб найти Мергена, Таре не надо прилагать почти никаких усилий. Она может выйти с ним на контакт, где бы он ни находился. Думаю, и тебе тоже.

— Не твоё это дело! — рявкнула Лилит, выходя из себя, — что нужно?

— Хочу немного побеседовать с Тарой, ты не возражаешь? — обратилась она ко мне.

— Нет. Мы с Лилит, как раз уже закончили, — двусмысленно сказала я.

Мне было любопытно пообщаться с ещё одним монстром. Отличным от моей разъярённой подруги.

— Что ж, умницы девочки, — засмеялась Анечка и обратилась к Лилит, — ты уже уходишь или это сделать нам? Как видишь, Мерген не спешит на твой зов, так что…

— Я ухожу, — ровно сказала Лилит, хотя внутри у неё всё кипело, — Тара, обещаю, что я ещё вернусь, найду тебя и тогда…

— Вот тогда и поговорите, — жёстко отрезала Анечка и помахала ей на прощание.

Не говоря ни слова, Лилит исчезла.

— Ладно, — покачала головой я, — покоя мне не видать, наверное, никогда. Что ж, знакомиться нет смысла… Мы как бы уже и знакомы. Послушай, ты, как и все монстры вселенной, конечно, знаешь Мергена? Интересно твоё отношение к нему — я уже столько всяких мнений наслушалась!

Анечка с улыбкой выслушала мою тираду и кивнула:

— Мергена знают все. Если в курсе, он был первым монстром.

— Да, я знаю, это даже преподают на занятиях Полиции Семи Галактик. Но, — я смутилась, — я не помню всего, что нам рассказывали. Наверное, в то день я на лекцию опоздала, как обычно… Кем Мерген был раньше, до того, как стал монстром?

Знаю только, что он с Земли…

— Верно. Кое-что о Мергене не знает никто, это его право — скрывать информацию.

Могу подробнее рассказать лишь то, что знаю сама.

Я устроилась поудобнее, не сводя с Анечки глаз, и приготовилась внимательно слушать.

ГЛАВА 16

— Мерген когда-то был обычным человеком. Его тогда и звали иначе, но я не знаю его человеческого имени. Он долгое время жил на Земле. Жил как все, но только от всех он кое-чем всё-таки отличался… Люди были озабочены тем, как жить хорошо, иметь все мыслимые блага, они смотрели под ноги. А он — на небо, он рвался в космос, к звёздам, прочь от жестокой Земли. Ему было тесно на одной планете, он хотел путешествовать по галактикам и мирам. Он хотел создавать миры сам и обрести силу, которой никто ещё не обладал до него в полной мере. Мерген знал, что в каждом человеке заложена эта сила. Абсолютно в каждом, таков был потенциал землян от рождения. Был и есть, но никто кроме него одного не отваживался признать это и попытаться пойти дальше. Он много изучал, исследовал сам себя и, наконец, его исследования увенчались небывалым успехом. Ему удалось то, о чём он мечтал. Он открыл знание о том, как можно полностью подчинить контролю физическое тело, менять форму и регулировать жизненные процессы. Он открыл секрет бессмертия в одном теле! Он научился также менять тела по мере надобности и желанию, создавая их самостоятельно. И много-много всего, что и до сих пор шокирует самые высокоразвитые цивилизации… Ты слышала об имплантах?

— Конечно, — кивнула я, — это искусственно внедряемые в тело приборы и приспособления…

— Для достижения какого либо результата, — закончила Анечка, — например для приобретения дополнительных свойств организма и, значит, возможностей: дышать под водой, общаться телепатически, очищать кровь и прочее, то, что сейчас имеет такое широкое распространение. У тебя, кстати, есть такие штучки?

— Нет, — покачала я головой, — но я подумывала…

— Можешь забыть. Теперь они тебе не нужны. Теперь всё, что есть в тебе — доступно для использования. Потому что умения монстров превосходят самые навороченные импланты, что только существуют. Ладно, вернёмся к нашему рассказу…К сожалению, Мерген не мог заявить о своих открытиях во всеуслышание, его бы не поняли на тогдашней Земле, и ему пришлось покинуть родную планету. Что он и сделал, впрочем, с огромным удовольствием. Он создавал и разрушал миры, гасил и зажигал звёзды, менял формы и тела и перемещался в любой уголочек любой галактики… Он узнал, что во вселенной много разумных форм и цивилизаций.

Обитателям его родной планеты это было гипотетически известно, но только в теории. На практике они были не на том уровне, чтоб суметь вступить в контакт, а другие расы просто не воспринимали их серьёзно и не шли на контакт первыми.

Мерген стал первым человеком, который сделал это. Он жил во многих мирах, учился, познавал… Но через некоторое время Мерген понял, что безмерно одинок, ему не хватало простого общения с живыми людьми, его сопланетянами. Он вернулся на Землю, но там прошло уже очень много лет, и его не приняли. Для людей он был МОНСТРОМ, этаким чудовищем, потому что он пугал их своими способностями, поступками и тем, что рассказывал о космических просторах и мирах. Люди были всё так же далеки в развитии от остальных цивилизаций космоса…Некоторое время Мерген старался приспособиться, жил на Земле, применял свои возможности в основном, в битвах и сражениях. Но…через очень небольшое время он устал от однообразия. Его позвали космические просторы, свобода, пространство…

Но он не мог уйти навсегда просто так. Тогда Мерген, собрав единомышленников, создал цивилизацию монстров, дав людям, пожелавшим идти его путём, знания и силу. А сам ушёл, оставшись в легендах землян, как жестокий воин-одиночка…

— Это он сделал тебя монстром? — спросила я. Анечка кивнула задумчиво.

— И Лилит тоже?

— Нет.

— Ты знаешь, за что Лилит ненавидит Мергена? — поинтересовалась я.

— Нет, — слишком быстро, подозрительно поспешно, ответила Анечка, — Лилит когда-то тоже была обыкновенной девушкой из галактики Звёздных колец. Но её изгнали оттуда, с её родной планеты Даштвар. За жестокость. Она убивала младенцев. Никто не знает причины её поступков, — наверное, она просто ненавидит детей… Её хотели казнить, но, как-то внезапно, она однажды стала монстром. Она стала неуловимой, неуязвимой и ещё более изощрённо жестокой. На Даштваре, в отличие от большинства планет, вполне терпимо относятся к монстрам, там их проживает много. И вот именно они-то и заставили Лилит покинуть планету. Ей хотели вновь заблокировать способности, как до инициации в монстры, а то и вовсе лишить природных способностей — это тоже очень просто делается, в самых редчайших случаях, но она дала слово не повторять старого. Монстр, открывший её, вступился и её просто изгнали. Лилит больше не возвращалась туда никогда, постоянно скитаясь по мирам, создавая свои — довольно зловещие.

— Да, я успела ознакомиться с одним таким, — усмехнулась я. Анечка кивнула.

— Я только знаю, что её с Мергеном что-то связывает, но не знаю что… — мне послышались в голосе Анечки фальшивые нотки, она хитрила. Нет, явно недоговаривала. И этот, слишком невинный и бесхитростный взгляд! Слишком…

— А её… привязанность к девушкам — это серьёзно? — озабоченно поинтересовалась я, — она до такой степени ненавидит мужчин?

— «Привязанность»… — усмехнулась Анечка, — образ жизни. Каждый развлекается в меру своих способностей. Не позавидую тому, кто станет её очередной «привязанностью». Лилит способна душу забрать, нет пределов её изощрённости. Как и мстительности. Она очень злопамятна и не умеет прощать.

Я помолчала, обдумывая услышанное. Пожалуй, что хотела, я узнала, и даже больше.

А потом вдруг вспомнила о событиях с пиратами и задала вопрос, мучивший меня всё это время:

— Анечка, а ты знаешь цивилизацию Ках?

Глаза девушки расширились:

— Кто же их не знает… — пробормотала она и спросила, — надеюсь, ты не будешь далее интересоваться, кто такой Великий Ках.

— Нет, — «успокоила» я её, — у меня другой вопрос: где можно его найти?

— Ох, девочка… Он не самый галантный и приятный в общении джентльмен во всей галактике.

— Вот я и собираюсь привить ему кое-какие «правила этикета» — невесело улыбнулась я, снова вспоминая Алзара.

— У тебя к нему счёты, — констатировала Анечка, — нет, наверное, ни одного живого существа, которое не точило бы на него зуб или ещё что-нибудь аналогичное.

— Он — монстр? — осторожно спросила я.

— Нет, — засмеялась Анечка, — неужели он тебе дал повод в это поверить? Его цивилизация — самое нелепое порождение космоса. Они не верят в существование монстров! Представляешь? Либо никогда не сталкивались с монстрами, либо из чистого упрямства. Ну мы их не спешим разубеждать.

— Теперь Великий верит, — вспомнила я его встречу с Мергеном и попросила, — покажи мне его мир.

— Сначала я расскажу немного, так сказать — краткий экскурс, чтоб ты знала, с чем будешь иметь дело. Цивилизация Ках — цивилизация бесчувственных палачей. Они забирают у своих жертв жизнь и их силу. За счёт этого, их цивилизация и существует. Слышала такое понятие — «Чаша Силы Ках»?

Я огорошено покачала головой.

— Центр Ках находится на Сацероне. Очень угнетающий и мрачный мир. Так вот, на этом Сацероне есть Чаша Силы Ках. Огромная каменная чаша, в которой они убивают своих жертв. Делают это просто и незатейливо: с размаху и с чудовищной силой кидают сверху в Чашу, убивают об её дно. Часто жертва просто лопается и брызги во все стороны… Бррр. Так вот, в момент страшной гибели, происходит огромный выброс энергии, исходящей от умирающих. Ках продолжают своё существование, благодаря этой жизненной силе.

— Разве никто не хотел бы прекратить эти зверства? — удивилась я.

— Зачем? — в свою очередь удивилась Анечка, — всё во вселенной взаимосвязано.

Если исчезнет цивилизация Ках, триглирсов уже ничего не сможет сдержать.

Надеюсь, ты знаешь, кто такие триглирсы?..

— Ну…

— И чему вас там только в ПСГ учили? — вздохнула Анечка, — давай, задействуй свои знания. Так не помнишь — подключись и считай информацию…

Я, конечно, была на занятиях далеко не отличницей, но и упрекнуть меня в абсолютном незнании тоже нельзя. Просто, чтоб мне что-нибудь вспомнить, — мне нужно напомнить. Какое-нибудь ключевое слово. И я тут же могу вспомнить всё. А всё-таки хорошо быть монстром, процесс выуживания информации из закромов памяти идёт намного быстрее и ярче. Конечно же, я сразу вспомнила.

«Триглирсы — существа, похожие на некрупных, размером с часть руки от кончиков пальцев до локтя взрослого иллирийца в среднем, ярко-красных слизней. Их цивилизация многочисленна и размножаются они с большой скоростью. Триглирсы являются паразитами. Если их не контролировать, то они заполнят галактику и выйдут в своей численности за её пределы. Питаются триглерсы растительностью (только) и именно зелёной.

В данный момент существует лишь одна цивилизация, способная держать цивилизацию триглирсов под контролем — это Ках. Они держат всех особей триглирсов в жёсткой ихзоляции на их планете и чётко контролируют их рождаемость. «Избыток» они просто приносят в жертву. Энергетика у этих милых слизнячков, конечно, далеко не ням-ням, но, как говорится, «на безрыбье и рака в уху».

Я удивилась, зачем Ках нужно было брать на себя подобную обузу, почему бы просто не уничтожить всех паразитов и жить себе припеваючи? Ан нет. Не всё так просто в этой биологической цепочке! Без цивилизации этих милых червячков несладко придётся всей нашей галактике. Я, конечно, понимаю, что вам все эти дальнейшие подробности ни к чему, поэтому благосклонно их опущу. Но, выходит, Ках нам тоже необходимы? Или не так уж сильно?

— Эй, ты не уснула? — засмеялась Анечка, тряхнув меня за плечо. Я вышла из транса.

— Ну что, ты ещё не передумала?

— Нет, — покачала я головой, — и отправлюсь туда прямо сейчас же. Не составишь мне компанию?

— Проводить могу, — согласилась Анечка и озорно улыбнулась, — если ты серьёзно.

ГЛАВА 17

Я не встречала мира мертвей. Хотя и опыт у меня совсем небольшой, но я почувствовала пронизывающую пустоту и безжизненность Сацерона.

Окружающий ландшафт состоял исключительно из камней, каменных сооружений и, насколько мне было видно, простирался вдаль во все стороны без присутствия хоть единого живого растения. Ничего живого не было вокруг, абсолютно! Воздух мерцал и переливался оранжево-коричневыми красками, словно бурлил. Даже монстру было как-то нелегко и не очень приятно дышать в таком пространстве.

Пока я осматривалась, Анечка огляделась и воскликнула:

— Ну, вот ты и на месте. Вон, видишь? — указала она на огромное подобие каменной пирамиды, высившееся неподалёку, — тебе туда.

— А что там? — полюбопытствовала я, справедливо рассудив, что лучше страшная правда, чем блаженное неведение. Сюрпризы мне уже в горле сидели!

— Мистер Неприступность, — пошутила Анечка, но тут же посерьёзнела, — Великий Ках. Но ты ведь, надеюсь, не рассчитываешь, что он там один?

— Чем больше их там, тем лучше, — на меня накатила злость: он, вероятно, не раз пользовался услугами пиратов и загубил множество живых существ (возможно даже моих сопланетян). Ну, подумаешь, зашибу ненароком пару-тройку его друзей!

Анечка прочитала мои мысли.

— Среди них есть и абсолютно невиновные. Его подчинённые…

— Он тоже убивал невиновных, — упрямо возразила я, — чем заслужил Алзар свою бессмысленную гибель?

— То есть, несправедливость — в ответ несправедливости, око за око? — усмехнулась Анечка, — а, ведь, ни один Ках пользовался услугами пиратов. Таких покупателей сотни у них были. Что, так и станешь методично уничтожать одного за другим?

Я задумалась, но ненадолго. Внезапно тишину прервал мягкий шелестящий звук, и мы обе оглянулись. Сзади стояла Лилит. Её появление здесь меня не удивило, но расстроило. Только её и не хватало мне сейчас!

— Что я слышу?! — захохотала Лилит, обращаясь к Анечке, — и это говоришь ты? Не смеши меня, родная! Борец за добро и справедливость с тебя, как с меня — сестра милосердия… Хорошо пудрить мозги несмышленой девочке, которая ничего о тебе не знает. Ты — противник мести?!!.. — она хохотала, не останавливаясь.

Анечка спокойно наблюдала за ней, а я — за Анечкой. Кто-кто, а Лилит была непревзойдённым любителем покопаться в чужом грязном белье, а ещё больше — выставить его на всеобщее обозрение. И сейчас она как раз готовилась вынуть на свет божий какую-то «страшную» правду о моей спутнице. Мне было, признаться, не очень интересно, да и к делу это не относилось.

— Принимать решение — тебе, — грустно произнесла Анечка, не обращая внимания на Лилит, — я тебя не вправе останавливать. Но, знаешь, — она кивнула в сторону Лилит, — она тебе уж точно ничего хорошего не привьёт. Не согласна со мной — поговори с Мергеном.

— О, да! — потешалась Лилит, — Тара, ты слышишь? Да она же не воспринимает тебя всерьёз! Как несмышлёного ребёнка… Вот, значит, какой метод втираться в доверие? Типа, ты глупая, а мы с Мергеном — самые великие умники. Слушай нас, и всё будет «в шоколаде». Тара! Неужели у тебя нет своей головы на плечах? Почему ты доверяешься тому, кто советует тебе не делать того, что регулярно совершает сам? И Мерген из той же компании.

— Заткнись, Лилит! — яростно произнесла Анечка, — тебе ведь самой не даёт покоя месть, верно? Может, скажешь Таре, ну просто так, до кучи, за что ты мстишь Мергену?

— Пусть ей скажет об этом Мерген, — усмехнулась Лилит, — если у него, конечно, духу хватит…

Ого! Великая тайна, покрытая мрачной пылью времён?

Анечка кивнула и повернулась ко мне:

— Ну, что ж, мне здесь больше делать нечего. Я проводила, как и обещала.

Остальное — твоё дело. Позже поймешь, о чём я пыталась предупредить тебя. Пока!

Надеюсь, мы ещё увидимся.

И она исчезла. Со мной остались лишь Лилит и собственные тягостные раздумья.

— Ну, что, идём? — нетерпеливый голос Лилит вывел меня из дум, — развлечёмся на полную катушку!

— Ты тоже хочешь принять в этом участие? — удивилась я. С какого интереса ей-то в это влезать?

— Горю нетерпением! — воскликнула Лилит бодро, — разборки с существами, подобными Ках, вызывают во мне здоровый азарт. Эти тупоголовые создания отличаются редкой тупой узколобостью — упорно не хотят верить в то, что монстры существуют. Обожаю опускать их…

— Я пойду туда одна! — разозлилась я, — я не собираюсь устраивать цирк, это, уж, пожалуйста, без меня!

— Да ладно, — пожала она плечами, — я вмешиваться не буду, пока ты не закончишь.

— Когда я закончу, — будет уже не во что вмешиваться! — отрезала я, сама поражаясь своей жёсткости.

— Браво, девочка! Чувствую в тебе недюжинный талант и перспективу, — восхищённо воскликнула Лилит.

Но я её уже не слушала. Я решительно направлялась к каменной пирамиде. Правду говоря, я не знала, что именно собираюсь сделать, но… В общем-то, я толком никогда не продумывала свои действия наперёд, предпочитая свободно импровизировать. Чем больше я приближалась к этой глыбище, тем чётче вставал вопрос: а как, собственно говоря, внутрь попасть-то? Ни дверей, ни других видимых отверстий не наблюдалось. Может Анечка что-то напутала? Ках никак не создавал впечатление существа, способного к левитации или внепространственной телепортации. Если только я не недооценила его, хотя было бы забавно… Как же они попадают внутрь?

Озадаченно, я обошла вокруг строения. Ничего. Лилит шла следом и слегка похихикивала. Она, безусловно, знала секреты гостеприимства цивилизации Ках! Я психанула и остановилась так резко, что она (бедняжка… Блин! Убила бы её) вписалась мне в спину на полном ходу. Конечно, эта нахалка не растерялась, я тут же прильнула ко мне, обвив руками за талию. Я разозлилась ещё больше:

— Может, вместо того, чтоб издеваться — подскажешь, как туда попасть? — Сжав зубы, процедила я.

— Конечно, — мурлыкнула нежно Лилит, не выпуская меня. Пришлось ненавязчиво, но решительно освобождаться самой.

— Да просто берёшь и шагаешь в неё! — хохотнула мерзавка.

— Как? — не поняла я.

— Вот так, — и Лилит, шагнув прямо в стену, растворилась в ней.

Назад она не вернулась, и я поняла, что если не потороплюсь — пропущу начало спектакля.

Вздохнув, осторожно протянула руку и попыталась потрогать камень пирамиды. Но рука спокойно вошла в неё, как в мыльную пену. Я, от неожиданно обманчивого ощущения, отдёрнула руку. Но потом вновь протянула её и вставила в стену по локоть. Ай!!! Предупреждала меня мама — не доверяй тем, кому не веришь сразу. В тот же миг меня крепко схватили за руку с той стороны и, резко дёрнув, целиком втянули внутрь.

ГЛАВА 18

На мгновение у меня потемнело в глазах, но я довольно быстро встряхнулась.

— Фантом! — услышала я, пока мои глаза привыкали к темноте, голос Лилит. Она говорила заговорщическим полушёпотом, — пирамида — это фантом, она нематериальна. Но, всё, что внутри, всякие стены и перегородки — реальность. Не забывай об этом, когда, спасаясь бегством, тебе захочется срезать путь за счет какого-нибудь угла.

Я проигнорировала её насмешливое предупреждение, хотя и отложила в памяти, оглядываясь.

— Мы в задней комнате, — с упоением выполняла Лилит добровольно взятые на себя обязанности гида, — они сюда редко заходят, только лишь затем, чтоб взять очередного пленника, предназначенного в жертву. Здесь они их держат до казни. Но нам, кажется, повезло — сейчас кроме нас здесь никого нет.

— Повезло… Надеюсь отсюда можно выйти без проблем, не дожидаясь, пока за нами придут?

Лилит пожала плечами:

— Ну, если что, можно выйти и снова войти сквозь стену в другом месте. Но если долго играть в «зашёл-вышел» — неизвестно, кто кого застанет врасплох: мы — Ках, или они — нас.

Дверь оказалась заперта снаружи.

— Запасной вариант, — пожала плечами Лилит и шагнула отсюда вовне, в «нематериальную» стену.

В следующий момент она со всего размаху саданулась всем телом о твердь.

— Какого!.. — взвыла моя спутница и осторожно потрогала стену. Мы одновременно сообразили, что у этого «стройматериала» есть свои секреты, позволяющие войти сюда, но не выпускающие отсюда.

— Замечательно, — констатировала я уныло.

— Спокойно! — усмехнулась Лилит, — ни одна стена не способна остановить монстра.

Я тоже сообразила, что можно просто покинуть комнату и перенестись в другое место, которое знаешь зрительно. Возрадовалась и решила поскорее выбираться отсюда. Расслабилась, пытаясь сосредоточиться.

В ту же секунду на меня накатила странная, просто парализующая, слабость. Ноги подкосились и я, не успев даже схватиться за стену руками, неожиданно ставшими ватными и не послушавшимися меня, упала на пол. Я даже не почувствовала удара, потому что сознание покинуло меня раньше, чем я коснулась пола.

— Да свершится веками вершимое!.. — было первое, что я услышала, медленно приходя в сознание из кромешной тьмы небытия.

Стало безумно интересно: что же свершится, насколько я поняла, сию минуту? Я вообще от природы любопытная, а в таких обстоятельствах — особенно.

Первым видением, благополучно ожившей меня, было…почему-то мрачное небо Сацерона. Первым ощущением — полный паралич — и ещё то, что я была крепко связана. Это я очень хорошо прочувствовала с болью впившихся в кожу верёвок.

Я смогла слегка наклонить голову, скосила глаза, насколько получилось и поводила ими по сторонам. И сразу похолодела. Вокруг, несколько ниже моего местонахождения, стояли эти отвратительные ящеры, эти «благородные» представители цивилизации Ках, все, как один, совершено одинаковые.

Я же, вероятно, находилась на каком-то возвышении. Судя по холодку, гуляющему по спине — каменном. А что, здесь есть какие-то другие материалы?

Прямо напротив, у моих ног, так сказать, возвышался собственной персоной — сам Великий Ках, которого я не сразу заметила! Досадно, что наша встреча произошла, когда я, мягко говоря, не в форме. А, кстати, что же со мной произошло? И что с этим можно сделать? — …и наполнится моими руками Чаша Силы! — вещал Великий Ках.

Ага, значит, это он тут и за оратора, и за исполнителя…

— Эй, Ках! — игривость страшной силы обрушилась на меня, — это же я, Тара!

Помнишь, ты хотел меня в свой гарем? Готова рассмотреть твою скромную мужскую кандидатуру!

Великий Ках не повёл и ухом в мою сторону. Он сосредоточенно смотрел вдаль, словно ждал какого-то знака.

— Я, конечно, появилась без приглашения… Но разве это по-мужски — так обращаться с прекрасной гостьей? Или ты мне не рад?

— Молчи! — приказал Ках, не поворачиваясь.

— А что за ритуальчик? — как бы, между прочим, поинтересовалась я, — хотелось бы, скажем так, в некоторых чертах узнать о своей роли в нём. Я ведь не напрашивалась.

— Да, роль у тебя почётная! — не выдержал Ках и оскалился, повернувшись, наконец, ко мне.

— Батюшки! Какая честь! — мне стало откровенно смешно, — главная роль по старой дружбе?

— Совершенно верно, — недобро улыбнулся Ках и приказал одному из присутствующих в первых рядах: — закончи ритуал! Хотя нет!.. — вдруг в ещё более недоброй улыбке расплылось его лицо, — я сделаю это сам. Приятно будет в последний раз с тобой пообщаться, Тара!

— Ну, — закручинилась я, — я, в общем, не собиралась убивать тебя… Но, если ты настаиваешь и уже даже прощаешься…

— Дура, — как-то даже печально произнёс Ках, — ТЫ ведь сейчас умрёшь. Неужели не можешь хоть смерть принять достойно? Тем более, священную смерть.

— Сам дурак! — огрызнулась я, — у меня в моём ежедневнике смерть на сегодня как-то не предусмотрена. Я, конечно, могу рассмотреть эту идею, но только в порядке очерёдности, дел невпроворот, ты уж прости! И так я тут с вами подзадержалась. Я ведь прибыла не для участия в погребальных обрядах, а для личной беседы — с глазу на глаз! — намеренно выделила я, не сводя глаз с ящерицы.

Но, о, Боже, как же он был непробиваемо туп даже в этой ситуации!

— Тебе выпала честь погибнуть от моих рук! — торжественно провозгласил он, не въезжая в тему, — и тем самым продлить жизнь нашей цивилизации.

— Ой, — сморщилась я, — только не сегодня, ладно? Голова что-то болит… Да и вообще, настроение не самое лучшее для самопожертвования.

Ках наклонился, взял меня на руки.

— Ты хоть руки помыл? — строго поинтересовалась я, — мало ли, какие у вас тут вирусы процветают. А я прививку не сделала…

Ках, с легкостью, с какой поднимают пушинку, поднял меня на вытянутых руках над головой. Ощущение тела полностью вернулось ко мне. Прекрасно! Теперь моя судьба вновь в моих руках.

— А, я ещё забыла предупредить! Я ведь высоты боюсь. Не хочу испортить церемонию, но меня уже тошни-и-ит…

Я поглядела вниз и поёжилась: меня держали прямо над огромной каменной чашей (так вот какая ты — Чаша Силы!), а помыслы Ках я прочла с необычайной лёгкостью.

И тогда я завизжала!

Нет, не подумайте, что я испугалась. Просто проявила эмоции, которых от меня ждали, чтобы хоть чуточку удовлетворить их жажду у окружающих. И в следующий же миг, ухватив кончиками пальцев руку Ках, я просто перенесла нас… отсюда.

Рисковать и менять мир не решилась. Я ведь не знаю, что необходимо Ках, чтоб не «загнуться» в атмосфере чужого мира, какой мир ему подойдёт наилучшим образом?

Потому решила далеко не бегать.

А эти остальные… пусть почешут затылки, — куда сгинул их идейный вождь и вдохновитель. Глядишь, и обретут веру в монстров! Хотя если их суммарный интеллект приближен к уровню их повелителя, то вряд ли сообразят.

Мы очутились на большой каменной площадке высоко над землёй. Я заметила её, когда только появилась на Сацероне.

Площадка находилась на довольно приличной высоте и была укрыта от посторонних глаз так, что некоторое время там можно было оставаться незамеченным.

Ках остолбенел и продолжал стоять с задранными вверх руками, в которых держал меня. Завидная выдержка — даже не покачнулся!

— Может, опустишь меня? — вздохнув, спросила я.

Ках поступил на редкость разумно: он повиновался и поставил меня на ноги.

Молодец дяденька, быстро усваивает. Кажется, я была слишком неуважительна к интеллектуальным способностям Ках.

— Кто ты? — спросил он негромко, но ровно, — как ты это сделала?

— Не так важно, — покачала я головой.

Ках опустил голову. Он ПОТУПИЛСЯ!!! Глазам своим не верю. И это сам Великий Ках!

Но, видимо, свою браваду он демонстрировал лишь в присутствии своих соплеменников. Сейчас же он просто стал таким, какой есть — обыкновенный ящер, сознающий, что в этих «джунглях» сила не на его стороне. Мне даже стало его немного жалко, честное слово.

— Ты пришла отомстить? — как-то грустно произнёс он, не поднимая головы.

— Совершенно верно. Только ещё не знаю, как конкретно это сделать: уничтожить всех твоих сограждан или просто разрушить ваш мир? Как думаешь, а?

— Монстр… — ещё тише произнёс он, — ты — монстр…

— Иногда приходится поверить в очевидное, не так ли? Знаешь, сколько не отрицай реальность — когда-то столкнёшься с ней лицом к лицу. И орешек может оказаться не по зубам.

— Я не отрицаю монстров. Но и не жалую их!

— Ну, по этому поводу твои чувства взаимны! На мой вкус — ты совсем не идеал для юной барышни, типа меня.

— Не язви! — прохрипел Ках, — говори, что ты хочешь? Ты ведь от меня чего-то хочешь? И побыстрее.

Он явно занервничал, заозирался по сторонам.

— Куда-то торопишься?

— Если захочешь уничтожить наш мир, то через некоторое время тебе не придётся прилагать никаких усилий. Ты уже сделала половину дела.

— Ты о чём? — не поняла я.

— О том, что если в ближайшие минуты не будет выброса энергии в Чашу Силы — наш мир погибнет. И мы вместе с ним, — Ках сильно побледнел, это было особенно заметно при его отвратительном цвете лица и являло собой особенно неприятное зрелище, — Тара! Умоляю, не уничтожай Сацерон! Могут быть страшные последствия для других миров…

— А мне плевать! — жёстко заявила я, — для тебя чужие жизни ведь не имеют ценности. А для меня не имеют ценности ни твои сограждане, ни твой мир, ни ближайшие миры, в таком случае! Гораздо ценнее всего этого для меня жизнь Алзара, которого ты убил.

— Тара!.. Послушай! — Ках смотрел вниз в диком замешательстве и тревоге.

Я проследила за его взглядом: внизу вовсю разгоралась жуткая паника. Ках толпой бегали туда-сюда и что-то кричали.

— Ты не знаешь!..

Неожиданно, его слова прервал сильный толчок. Казалось, мир пошатнулся. Великий Ках не обманывал… Я не знала, что в этот миг творилось в моей душе. Не было злости и чувства удовлетворения. Но во мне абсолютно не было и жалости к этому миру. Я даже, в какой-то мере, хотела насладиться этим «великолепным» зрелищем!

— Тара, помоги нам, — прохрипел Ках и стал медленно оседать на пол. Он терял свою силу вместе с тем, как её терял его мир.

Снова толчок — раза в два сильнее, чем прежний. Крики внизу усилились. Я, отвернувшись от Великого Ках, посмотрела туда. И моим глазам предстало ужасно-чарующее зрелище: Каменная корка планеты трескалась, трещины разбегались паутиной по всей её поверхности. Ках метались повсюду и старались спастись от огненной жидкости, бурлящей в трещинах.

— Тара, останови это, спаси нас, ты — монстр, ты можешь сделать это… — умоляя, Ках валился на бок, но мне до него уже не было никакого дела.

Я наслаждалась невиданным до этого зрелищем. А планета раскалывалась всё больше, быстрее, глубже… Бегущие ящеры падали и скатывались в эти адские щели, мгновенно истаивая в раскалённой жидкости.

Новый толчок едва не сбил меня с ног, а Великий Ках застонал надрывно, как мать над умирающим ребёнком. На секунду во мне мелькнуло что-то вроде жалости, но лицо Алзара, стоящее перед внутренним взором, прогнало эту неожиданную слабость.

Небо над планетой расходилось такими же огненными кругами и пугало яростными чёрными вспышками. Это доставляло мне удовольствие! Я ХОТЕЛА ЭТОГО! Меня не волновали смерти этих жалких существ.

— Тара… — из последних сил прошептал Ках, я едва расслышала его голос из-за нарастающего подземного гула, — Алзар… он жив!..

— ЧТО?!!! — я кинулась к нему и яростно вцепилась в его уже остывающую плоть, — что ты сказал?!!!

— Спаси наш мир, и я скажу тебе, где он…Он… он у… — Ках терял силы. Он умирал.

— ГДЕ ОН?!! — кричала я, тряся его, — я сделаю всё, что угодно, я спасу!..Ответь только!!!

— Поздно… — глаза Великого Ках закатились, и он обмяк.

И вправду, было уже поздно. На моих глазах поверхность Сацерона стала как бы надуваться. Словно каменными волдырями. Вспучиваясь, она представляла собой жуткое зрелище. Меня отшвырнуло в сторону от мёртвого Ках. И я, оттолкнувшись от площадки, тут же рванула вверх с поверхности планеты, как можно быстрее. И очень вовремя.

Я видела, как планета стремительно распухает на глазах, потом она как бы в один миг схлопнулась и превратилась в одну яркую вспышку света, которая, в свою очередь растянулась в продолговатое огненное кольцо. Всё это происходило совершенно беззвучно.

Я едва успела удалиться от неё на расстояние 20 млн. километров…

Огромной силы ударная волна достала меня и окатила огнём. Я ощутила такой мощный поток энергии, что меня чуть не разорвало ощущение необыкновенного удовольствия.

Я испытала такой кайф, который, видимо только был возможен! Я была наполнена таким диким количеством энергии, что аж закричала, завопила, разрывая связки и оглушая саму себя, в межзвёздное пространство!!!..

Яркая звезда, образованная вспышкой, потухла в течение секунды. И всё. Наступила оглушающая тишина и темнота, которая была ещё чернее, чем обычно… Сацерон превратился в пыль.

Тут же, не прошло и минуты, космическое пространство на месте бывшего мирка стало наполняться диким количеством тлоннеров, такеров, «монолитов» и просто любопытных серков. Они сновали туда-сюда, создавая настоящий хаос. Вот уж бы не подумала, что в этом месте галактики или даже неподалёку их может находиться так много. Но видимо всё-таки не так уж и неподалёку, раз они уцелели от выброса энергии, и сейчас стремились к месту происшествия. Так, как они без проблем справлялись с последствиями взрыва в космическом пространстве, то подлетали довольно близко. Каждому хотелось стать самым важным свидетелем происшедшего, запечатлеть последние следы. Не каждый день ведь оказываешься неподалёку от гибнущего мира.

Через несколько мгновений, как и следовало ожидать, появились корабли СЧС (службы по чрезвычайным ситуациям), которые сразу же и преступили к своим прямым обязанностям, то бишь — удаление остатков Сацерона, последствий, спровоцированных таким энергетическим выбросом и урегулирование состояния окружающего пространства. Всё это следовало делать по возможности быстрее, во избежание изменения или даже гибели близлежащих миров. Туда, кстати, тоже уже давно направлены корабли этой службы. И, уверена, все необходимые меры уже приняты. Так что я могу лишь спокойно наблюдать.

Глядя на всю эту суету, я не чувствовала угрызений совести абсолютно. Напротив, я улыбалась. Моя вина здесь была очень косвенной. Я просто предпочла бездействовать, а Сацерон погиб бы и без меня — у них всё равно не было иных, кроме меня кандидатур, чтоб продлить жизнь цивилизации. Вот только… Что произошло со мной там, когда я потеряла сознание? Отчего это случилось? Я всё равно разберусь в этом и узнаю причину.

Неожиданно, мимо пролетел «наблюдатель» и… засёк меня. Он так же быстро и бесшумно скрылся из виду. Я растерялась, почувствовав себя преступником, сфотографированным на месте преступления.

Стало немного не по себе, когда я подумала о возможных последствиях, но потом я махнула рукой и… с удивлением обнаружила слёзы у себя на лице. Я ПЛАКАЛА…

Моментально я вспомнила и причину. Алзар.

Великий Ках сказал, что он жив? У меня нет причины не верить ему потому, что сейчас я и сама уверена в этом. Он сказал правду. Алзар жив, я почувствовала это, едва Ках сказал мне об этом. Но как это возможно? Я же видела его мёртвым!

Ну ладно, допустим, это было не так. Тогда где он? Почему я, ощущая, что он жив, не могу найти его? Я пыталась на него настроиться, но ничего не выходило!! Я аж взвыла от отчаянья. Я считала, что так как я монстр, то могу абсолютно всё. Я и правда могла найти любого, это не составляло для меня никакого труда, но… я не могла найти Алзара, сколько не пыталась. И не понимала происходящего. Я чувствовала его, но не могла узнать о нём совершенно ничего. Ни того, где он, ни того, в каком он состоянии. Я даже не могла его увидеть! От досады я прикусила губу.

Так. Надо взять себя в руки. Если Алзар жив, то я его обязательно найду. Только нужно всё обдумать в тишине и спокойствии. Столько эмоций, как положительных, так и отрицательных — сведут с ума любого, даже монстра. Разрушение мира — это вам не в «городки» сыграть. И после всего продолжать висеть в космосе, преодолевая всяческие законы физики — просто насмешка над теми, кто верит в эти законы, но не верит в себя.

Я на миг ощутила на себе чей-то любопытный взгляд. Огляделась, но ничего определённого не выявила. Отмахнулась от ощущения.

Так, вот что я сделаю: отправлюсь в тихое, спокойное местечко и отдохну, как обычный человек. Посплю, перекушу, успокоюсь… А потом… будет потом!

Так я и сделала. За неимением своего мирка, снова отправилась в мир Мергена, думаю, он не будет против.

ЧАСТЬ 3

«Отзвоните старому, возвестите новое,

Звоните, счастливые колокола, среди снегов:

Уходит год — так пусть же он уходит;

Отзвоните ложному, возвестите правое.

Отзвоните по боли, что гложет душу,

По тем, кого мы больше не увидим…»

Теннисон «In Memorian»

«Здесь на одной мы чаше видим сумму

Людского счастья,

На другой же — сердце

Того, кто добр».

Шелли «Царица Маб»

«Высшее счастье человека, хоть это и банальнов принесении радости другим людям»

В. Солоухин

ГЛАВА 19

Пробуждение было неожиданно приятным и бодрым. Я проснулась у журчащего ручья под сенью раскидистого дерева неизвестной мне породы и потянулась.

Сладко-сладко…

В последний раз, когда долгий сон был у меня здоровой потребностью, как же давно это было!..

Я с тоской снова вспомнила дом, родителей. Я вспомнила друзей. Я вспомнила Дерека… И наш поцелуй. Мне стало чуть-чуть грустно. Что они сейчас без меня делают? Скучают, ждут? Так захотелось увидеть их, и я, в принципе, легко могла это сделать — хоть одним глазком, но не хотела. Наверное, я просто боялась, что сердце не выдержит и сразу же позовёт меня обратно. А вернуться я не могла. По крайней мере, пока.

И ещё было что-то. Что-то смутное. Как будто я о чём-то забыла, о чём-то важном… Да что же это такое?

Неясная мысль билась у меня в голове, но я никак не могла её ухватить. Наконец я сжала её в тиски, и она покорно сдалась на милость победителя. Да не просто сдалась, а ещё и издевательски хихикнула. Я вспомнила. У меня же сегодня день рождения…

Вот мне и исполнилось 16 лет. Я так ждала этого дня, чтобы сорваться и улететь на Иштар, учиться. Родители, в принципе, были согласны, я только ждала этого дня…

Ну, вот он настал. А у меня уже знаний — больше, чем у любого выпускника-отличника любой иштарской школы. И даже сверх того. Парадокс? Ничуть.

Ещё некоторое время назад я и представить такого не могла.

Вот, путешествую по мирам, могу создавать свои, могу разрушать… Да, уж! И начала именно с пункта второго. Первый опыт есть и тут же, буквально на месте преступления, меня «сфотографировал» «наблюдатель». У меня не было сейчас ни малейшего сомнения, что я уже объявлена в розыск. По крайней мере, в нашей галактике. Если, конечно, меня не заявили, как монстра. Тогда и по всей вселенной…

Папа, конечно же, сразу узнает меня в отчёте «наблюдателя», но даже он не сможет предотвратить всегалактические розыскные мероприятия. Уж я то знаю эту систему.

И знаю, что грозит за данный вид преступления — за разрушение мира — нехилая взбучка и изоляция — далеко и надолго. Срок зависит от того, насколько котировался данный мир в галактике, и сколько разрушений других, соседних, миров я произвела своим преступлением. Ну, а так как особых последствий я не заметила в космосе, корабли службы прибыли вовремя, чтобы предупредить негативные последствия, а Сацерон отнюдь не был мирком важности огромного значения (у меня подозрение, что он многим был, как кость в горле)… — из всего следует, что много мне не дадут, конечно, но само осознание того, что думают обо мне мои близкие меня просто убивала. Едва ушла из дома и сразу же стала преступницей. Прелестно!

Умница девочка, папа будет тобой гордиться…

И снова этот упорный взгляд в спину, Я быстро оглянулась и сразу увидела его.

Неподалёку от меня, под сенью этого же дерева сидел мужчина и, не отрываясь, смотрел на меня. На вид ему было лет 25–30, не больше. Короткая стрижка светлых волос, длинная чёлка, падающая на смеющиеся глаза. Когда я увидела его, он улыбнулся:

— Привет!

— Привет, — удивилась я.

Но только слегка удивилась. Я почему-то, была уверена, что вот так попасть в чужой мир непросто. Что он — монстр, не вызывало никаких сомнений. Но только с какой целью он здесь? Может, это друг Мергена и зашёл к нему в гости, а тут я…

Тогда понятен его хитрый взгляд.

— То, что ты сделала с Сацероном было потрясающе. Ты получила от этого удовольствие? — мягко спросил он.

— Какое тебе дело? — воскликнула я, вскакивая на ноги.

Неужели меня так быстро нашли?! Что теперь делать?!

— Не пугайся, я не полицейский. Давай лучше познакомимся, — предложил он, — меня зовут Люцифер. А тебя? — сделал он вид, будто бы не знал.

Монстрам не составляет труда что-то узнать. Просто хочет поддержать разговор и облегчить для меня общение..

— Тара, — буркнула я, насторожено.

— Я хочу спросить тебя, Тара, знаешь ли ты, что тебе грозит за уничтожение мира? — спросил он уже серьёзно. И даже глаза перестали хитро улыбаться.

— Ну, да, — усмехнулась я, — монстры нашли меня раньше, чем все остальные.

Только, видишь ли, монстром я стала не так давно и ещё не в курсе мер уголовной ответственности за свои деяния.

— Зато, как ловко ты взялась за дело! — съязвил Люцифер, однако мне показалось, что в его голосе сквозило одобрение, — личные счёты с Ках? Но, не бойся. Ты права, я нашёл тебя, как представитель монстров. Но лишь для того, чтобы сказать, что решение монстров по твоему поводу было более чем лояльным. Проще говоря, тебе повезло, как обычно не всякому новичку везёт. Хотя, и в твоё положение попадает далеко не каждый новичок… но это уже детали.

— Ты отвечаешь за всех монстров? — улыбнулась я, недоверчиво.

— Только за тех, кто присутствовал при этом. Так сказать, был свидетелем.

— И сколько было свидетелей?

— Много, — кивнул он.

— Так каков же приговор? — поинтересовалась я.

— Разговор будет долгим и интересным. Предлагаю переместиться в мой мир и там его продолжить?

— Пожалуйста, — пожала я плечами.

Со стороны это, может быть, выглядело, как приглашение домой к одинокому мужчине… Но, я ведь уже девочка совершеннолетняя, так что мне всё можно.

Честно говоря, устала шляться по чужим мирам. Пора создать уже свой. А то, как бездомная, некуда даже гостей пригласить!

Мир Люцифера тоже отличился интересным своеобразием. Это был на редкость звёздный и яркий мир. Звёзды сияли в небе даже при отсутствии ночи. Даже воздушное пространство искрилось, словно повсюду витала золотая пыль. Здесь, в отличие от Сацерона, дышалось легко, воздух опьянял и кружил голову. Я вдыхала осторожно, понемногу.

Окружающий пейзаж напоминал природный, только в пепельно-белых тонах, словно в снегу. Были ещё непонятного предназначения строения, отливающие металлическим блеском. Не слишком похожие на дома: без окон-без дверей, они всё же не вызывали никаких других ассоциаций. Я вспомнила о пирамиде Ках и вздохнула. Каждому своё.

Да… ни за что не скажешь по виду монстра о его мире.

— Дань моему имени, — вздохнул Люцифер, — всего лишь имидж… Сияющий, звёздный.

— Красиво, но несколько броско, слепяще даже, — заметила я. Люцифер промолчал, видимо не страдая болезненным самолюбием.

Мы устроились на небольшом сияющем облаке, медленно плывущем в воздухе на уровне пояса.

— Итак, Мерген сделал тебя монстром, — начал Люцифер, — но он дал тебе полную свободу действий, не сильно печалясь о последствиях. Он тебе доверяет, — он усмехнулся.

— Он не пожалеет о своём доверии, Но прежде мне надо набить своих шишек, самой пройти через тернии становления и сделать ошибки…

— Ошибки?!. - хохотнул Люцифер, — сацеронцы, наверняка, и в кошмарах не могли себе представить, что гибель их мира станет чьей-то милой ошибкой в процессе становления. О последствиях ты, конечно, не подумала?

— Я не успела, — буркнула я, — ты имеешь в виду триглирсов? — вспомнила я озадаченно.

Да… О складывающейся экообстановке я не подумала… Не надо издеваться! Со всяким может случиться.

— Об этом не волнуйся. Эту цепочку мы уже замкнули на другой вид, — беспечно сказал Люцифер, — но тобой надо заняться. С твоей натурой пускать твоё развитие на самотёк…верный путь к уничтожению Семи Галактик в предельно краткие сроки. И где только Мерген такой самородок откопал?..

— Я не опаснее кого-то другого. Не надо меня контролировать! — вспыхнула я, — я давно не ребёнок.

— Ты гораздо опаснее ребёнка, — усмехнулся Люцифер, — потому что наивнее! Мерген из собственной прихоти сделал тебя такой, но это не значит, что ты такой и останешься. Тебе придётся измениться, или мы тебя изменим насильно, сделаем снова такой, какой ты была, отберём все твои знания…

— Мерген сделал меня такой, Мерген и вправе решать, вернуть ли всё обратно, или нет, — упрямо буркнула я.

В этот момент я уже и сама не знала — хочу ли я снова стать обратно человеком? Я в любом случае понесу ответственность за то, что случилось с Сацероном — вернусь я на Иллирию человеком, или вернусь монстром. Ведь «наблюдатели» — зафиксировали меня… Старая работа мне, конечно, уже не светит — это бесспорно, как минимум! А вот от тюремного заключения меня даже папа не сможет уберечь.

— Послушай, девочка, — терпеливо произнёс Люцифер, — я, конечно, могу сейчас плюнуть на тебя. Но остальные не будут столь добры. Тебе даётся шанс научиться чему-то в действительности! То, что ты получила от Мергена — далеко не всё, чем ты можешь обладать и использовать…

Он ещё много говорил в том же духе. Короче, набивался в учителя. Я вообще не понимала, что ему это даст, что он с этого будет иметь? За его «заботой» обо мне чувствовалось что-то не совсем бескорыстное. Проще говоря, он чего-то недоговаривал. Я, может быть, ещё и многого не знаю и не могу, но дурочку из меня делать не позволю! Что ж, будем тоже умалчивать. — … Тем более что ты обретёшь гораздо больше. Это поможет тебе достичь того, чего ты пока не можешь достичь…

— Ты о чём? — встрепенулась я, делая большие доверчивые глаза.

— Ты знаешь, — усмехнулся Люцифер, — о том, что ты хочешь найти, но не знаешь, как это сделать.

Он говорил об Алзаре!! Теперь, может быть, я и проиграю, но я была готова на любые условия, лишь бы только понять — почему я не могу его найти, научиться этому и сделать это, пока Алзар жив. Возможность того, что ему грозит смертельная опасность, нельзя исключать.

— Хорошо, — вздохнула я, всё больше чувствуя, что сама себя запутываю в паутину, — можешь начинать хоть сейчас.

Люцифер улыбнулся. Вы не знаете, почему его улыбка мне напомнила оскал смерти?

Вначале, мы стали говорить о проектировании и строительстве миров.

Люцифер любезно предложил мне начать с того, что меня интересует. Я пока решила отложить разговор об Алзаре на определённое время. Мне нужно было получить как можно больше основных знаний и умений. Что ж, если он использует меня в каких-то своих целях, то и я использую его тоже!

Люцифер мне рассказывал и то, что я уже знала — об экотехниках, программистах миров. О том, что миры создаются долго и кропотливо. Каждый — настолько ювелирная и кропотливая работа! Очень многое надо учесть и просчитать: ведь не песочные замки строишь. Малюсенькая ошибка, допущенная в расчетах, может привести к необратимым последствиям во всей Вселенной. Конечно, почти всё просчитывается через компьютер. Но самое важное приходится всё-таки делать вручную…

Я не перебивала его. Дальше меня заинтересовала тема разновидностей миров. Еще, не будучи монстром, я знала, что существуют также миры, которые могут создавать не только монстры, но и те, кто вообще никакого понятия не имеет о создании реальных миров. Об этом я и спросила Люцифера.

— Любое мыслящее существо может также создавать миры. Но такие миры, по большему счёту, не осязаемы. Это миры фантазий. Виртуальная реальность. В простонародье — виртуалка. Попасть в них может только сам их создатель или тот, кто обладает некоторой информацией об их образе, то есть внешнем виде, подробной и доскональной. Также это реально с помощью создателя, т. е. он может «перенести» туда при желании кого-либо. Эти миры также оказывают воздействие на окружающую реальность, хоть и не имеют материального отображения в ней. Они могут сильно повлиять на жизненные события индивидуума, часто воздействовать на его самочувствие. Между создателем мира и им самим всегда остаётся связь.

— Подожди, а может ли кто-нибудь попасть туда случайно? Монстр, например?

— Монстр может. Пожалуй, он единственный, кто сразу обнаружит, — реален ли этот искусственно созданный мир, или это виртуалка. Если же с этим случайно сталкивается существо непосвящённое… Что ж, оно просто не поймёт, где находится.

Подумает, что это — прекрасное видение или просто плод его воображения, за отсутствием опыта путешествия по мирам: реальным и виртуальным. Мираж. Ведь войти в пределы мира не сможет.

Я некоторое время обдумывала услышанное.

— Виртуальные миры отличаются от реальных тем, что ты можешь находиться в них, не покидая реальных. Т. е. ты путешествуешь туда мысленно. Но и физически ты переживаешь все ощущения, эмоции — ведь остаёшься при этом в теле. Но для монстров это не настолько актуально, как для остальных, — усмехнулся Люцифер, — ты же уже знаешь, что для монстров понятие «тела» весьма размыто. Они могут принимать любые формы, могут жить и вне формы, без тела. Могут менять многие тела в течение жизни…

Я кивнула. Да, я знала. Но, для меня моё тело было ещё той связующей ниточкой, которая роднила меня с Иллирией, с Землёй. Я никак не хотела её рвать. Лилит говорила, что у монстров нет и не может быть родины. Хотя, смотря что считать родиной. Если место, где я родилась, как монстр…Мир Мергена. Видимо, я не до конца была монстром. Я, всё-таки, немного скучала по Иллирии, своему дому, по семье, по друзьям, особенно по Дереку. За всё это время я ни разу не сделала попытки «посмотреть», как они там. Нет, я не сомневалась, что у меня получится…

Просто я, наверное, опасалась, что не смогу выдержать увиденного. Что шагну в картинку так, как шагнула ранее в пиратский корабль…

А потом мы перешли к обучению, непосредственно, самостоятельного построения мира. Знания во мне уже были, сейчас же Люцифер просто помогал мне их «распаковывать» и применять. Всё оказалось гораздо проще, чем мне казалось.

Основная работа велась в воображении, а оно у меня было ещё как развито. Хотя, нужно было столько всего учесть и просчитать!! Те расчеты, что делались экотехниками на компьютерах, выполнялись монстрами в голове. Зато не было сбоев, какие могли произойти в любой машине, возможности нашего мозга гораздо превосходят любой самый сильный компьютер, когда они активированы на всю катушку.

Я создавала дизайны миров, мой невольный учитель их просматривал и комментировал. Я удаляла предыдущий и переходила к следующему, однако, тоскливо мечтая об осуществлении каждого из них. Но в каждом из них был какой-то изъян. И дай я ему жизнь — результат мог бы быть самым непредсказуемым.

Мы занимались этим нескончаемое количество часов. Благо не нуждались ни в пище, ни в отдыхе, извлекая энергию для жизни из самого воздуха, который тут просто был ею перенасыщен. И настал тот миг, когда я отточила свою чувствительность настолько, что теперь сама ощущала — допустила ли где-то ошибку или всё гладко и гармонично. И стала делать всё меньше и меньше ошибок. Однако по прежнему Люцифер не позволял мне создать своего полноценного мира. Даже под его стойким руководством. Он сказал, что ещё не время. А когда оно придёт — меня захватит такой порыв вдохновения, что лишь родившийся в его результате мир заслуживает существования. Я послушно остудила свой пыл.

Когда Люцифер удовлетворённо заулыбался — мы закончили тренировку. А я чувствовала себя, как после нескольких лет плотного обучения. Но моральное удовлетворение было просто невероятным. Я поняла, к тому же, что иметь возможности монстра открытыми и уметь их применить грамотно — совершенно разные вещи. Мерген не хотел, чтоб я торопилась. Конечно, голова легко идёт кругом от мысли о том, что теоретически можешь всё. А вот практически — надо быть очень осторожной и аккуратной, чтоб не навредить. Ведь отныне я ОТВЕТСТВЕННА за свои поступки стократ больше, чем раньше. Вопрос только в моих собственных моральных принципах… или их отсутствии.

С Люцифером я попрощалась спустя некоторое время, он так и не открыл мне, чего ради взялся меня учить, и что ему нужно от меня. Но монстры никогда никуда не торопятся. У них вся вечность впереди! Когда можешь по своему желанию жить и умирать — разве не захочется оттянуть момент смерти подальше? Вероятнее всего, мы с ним ещё увидимся.

Я вернулась в мирок Мергена, ставший мне уже родной пристанью. Может и впрямь — это теперь моя родина?. Мне хотелось теперь побыть одной и всё обдумать. Сейчас у меня появился реальный шанс найти Алзара, если только это не очередная ловушка. Я сейчас — в свете всего происшедшего — была уверена в том, что к тому, что со мной произошло на Сацероне (я имею в виду свою внезапную потерю сознания в пирамиде Ках), приложила руку Лилит. Иначе, что-то её не видно поблизости уже очень долгое время. Обычно она крутится вокруг — надо и не надо! В то, что с ней тоже что-то могло случиться, я бы не поверила ни на секунду.

Мне очень нужно было увидеть кого-нибудь из того, кому я доверяла. И я позвала Мергена.

ГЛАВА 20

Я ощутила его довольно быстро. Но он находился очень далеко от моего местоположения. И, судя по всему, был весьма занят. Вокруг него взрывались огненные вспышки, проносились жуткие штуковины размером с хороший астероид.

Мерген услышал меня, но попросил не переноситься к нему. Попросил очень убедительно — так, что у меня мурашки поползли по спине, и нарушать запрет я не решилась, хотя порыв и возник. Он пообещал найти меня сразу, как закончит.

Мне стало грустно. Чем бы заняться? — очень осторожно подумала я, ибо вот именно в такие минуты мне и приходит в голову то, что потом приводит к неожиданным и не очень приятным последствиям.

И в этот момент я вспомнила ощущение полёта в открытом космосе и захотела его повторить.

Я то набирала сверхзвуковую скорость, то зависала без движения, вопреки всем космическим законам, планируя в пространстве. Ко всему прочему, по желанию я могла очень долго не дышать и легко регулировала температуру тела! Наслаждение от свободного полёта средь звёздных просторов сравнимо, наверное, с наслаждением, которое переживает смертельно уставший, касаясь подушки и закрывая глаза. Один сплошной кайф!!!

Мимо проносились метеориты и астероиды. На некоторых из них, довольно крупных, я замечала какие-то сооружения явно искусственного происхождения. Хотелось посмотреть поближе, но я остерегалась, помня, как получилось с Сацероном. Да и к тому же, я ведь нахожусь в федеральном розыске. И так надоело уже шарахаться от «наблюдателей». Даже начала проскальзывать мысль о том, что можно, в принципе, попытаться сменить тело…Но не знала, сможет ли новое так хорошо и быстро адаптироваться?

Неожиданно на горизонте моего видения замаячил летательный аппарат довольно странной конструкции. Я могу поклясться, что леталок такого типа нет ни в одном каталоге космического транспорта. Может он из какой-то ну о-о-очень отдалённой галактики?

Моё любопытство всегда брало верх надо мной, поэтому я решительно отправилась ему навстречу. А через несколько секунд меня ослепила яркая вспышка и «встретило» яростное силовое поле. Я пыталась сопротивляться, но эта сила была мощнее меня. Ощущать себя бессильной не очень приятно, но зато рушит многие иллюзии о мнимом всемогуществе и лечит гордыню. Для того, чтоб преодолеть такую преграду нужен соответствующий уровень даже для монстра. Да и к чему мне это? Я же не взломщик…

«КТО ТЫ И ЧТО ТЕБЕ НУЖНО?!»

Голос, прозвучавший в моём мозгу, буквально разрывал меня пронзительностью.

Мужской или женский — я не смогла определить.

«Потише нельзя?!!» — отчаянно закричала я, также мысленно.

«МОЖНО» — спокойно произнёс голос, явно, теперь я смогла это распознать, женский, снижая убийственные вибрации — «ЧЕГО ЛЕЗЕШЬ ПОД МОЙ «АМБАССАДОР?»

Тут я расхохоталась. Надо же! Амбассадор! Какая изысканность!..

«ЧТО СМЕШНОГО?» — голос обрёл недовольные стальные нотки.

«Ничего…» — давилась смехом я, — «просто, несколько странноватое название для корабля, Вам не кажется?»

«МОЙ КОРАБЛЬ, КАК ХОЧУ, ТАК И НАЗЫВАЮ. УБИРАЙСЯ С ДОРОГИ!»

«Простите, если обидела» — опомнилась я. И в самом деле, что это я издеваюсь над тем, что ни имеет ко мне никакого отношения? — «Я, честно, не хотела. И плохих намерений в Ваш адрес у меня не было. Мне просто стало любопытно — корабля такой конструкции я ещё не встречала».

«И ЧЕГО ТЫ ВИСИШЬ В ОТКРЫТОМ КОСМОСЕ?» — уже мягче проворчал голос.

«Хочу и висю!» — передразнила я невидимую собеседницу, — «если интересно, могли бы и пригласить внутрь. Силовое поле Вашего корабля не такое приятное на ощупь, как может показаться!»

В ту же секунду я очутилась внутри. Просторный зал управления, посреди которого в кресле сидит молоденькая девушка, едва старше меня.

— Странно, — пожала она плечами, переходя на общение вслух, — вроде бы и монстр, а не можешь справиться с элементарными препятствием. Поле, прямо скажем, самое средненькое.

— Я только учусь, — пробурчала я и, принимая во внимание возраст собеседницы, перешла на «ты», — а ты со всеми встречными так?

— Нет, вообще то, — девушка встала и направилась ко мне, — но и подобные встречи у меня нечасто бывают. Можно сказать, ты первая.

Я внимательно рассматривала её. Она не была похожа ни на одну известную мне расу. Вроде бы, выглядела, как человек, и, в то же время, — не совсем. Тонкие черты лица — маленький нос и ротик и, в то же время, большие, чуть раскосые и широко поставленные глаза. Волосы прямые, длинные, цвета первой весенней зелени.

На вид — довольно жёсткие, жёстче, чем у людей. Двигалась она на редкость пластично, почти по-кошачьи.

— Так, так, так… — вслух размышляла девушка, — ты определённо не из этой галактики. Может, из Голубой Туманности? Там есть несколько многорасовых мирков…

Иллирия или Самотура?

— Иллирия, — кивнула я, — но родом я, вообще-то, с Земли, из галактики Млечного Пути. Это Солнечная система.

— А! Переселенцы с Атлантиды? — догадалась она, — С Земли не так часто переселяются в другие галактики. Наиболее, наверное, яркий пример — Мерген.

Слышала о нём?

Я кивнула, ничуть не удивившись. Похоже, нет во всей вселенной ни одного живого существа, которое не знало бы Мергена.

— А я — из расы Манган, меня зовут Рейя, — представилась девушка, и вдруг её голос как-то нервно дрогнул — а это — мой брат Даст.

Я проследила за её жестом и увидела стоящего в проёме бесшумно раскрывшихся дверей невысокого парня-мангана. Такие же кошачьи раскосые глаза, только волосы тёмно-синие. Забавный…

Я не уловила ни капли дружелюбия, скорее наоборот, он излучал враждебность, и явно в мой адрес. Ещё один противник монстров?

— Тара, — представилась я и ослепительно улыбнулась, потупив глазки.

Никакого результата. Хотя нет — его прямо передёрнуло от неприязни. Ну и хам!

Мог бы хотя бы изобразить радушие и гостеприимство.

— Братик, — как-то виновато стала объяснять Рейя, — Тара — монстр, она летала в космическом пространстве и столкнулась с нами. Я пригласила её внутрь…

— Хочешь взять её с нами? — тоном, не предвещающим ничего хорошего, поинтересовался братец.

Я разозлилась: что, я вещь какая-нибудь, чтоб решать — брать меня или нет?!

— Вообще то, я ей ничего ещё не предлагала, — Рейя явно чувствовала себя не в своей тарелке, — мы ведь только что познакомились… Да и вдруг у неё какие-то дела?

— Абсолютно никаких! — категорично заявила я, чтоб позлить этого нахала и пообещала, — все предложения рассмотрю с удовольствием.

Рейя бросила робкий взгляд на брата и произнесла:

— Мы летим отдохнуть и повеселиться. Тут недалеко есть один неплохой бар на астероиде Лаплар. Там собирается разный народ, но обстановка самая дружественная…

«Да уж…» — подумала я, разглядывая Даста, — «если такая же дружественная, как твой братец, то мне уже за свою жизнь страшновато!»

— Так вот, — Рейя потупилась, — если хочешь, можешь отправиться туда с нами.

— Даст не будет против? — ехидно спросила я, — обожаю развлекаться.

— Совсем нет, — усмехнулся ядовито тот, — я тоже не прочь поразвлечься…

Я не совсем поняла, о чём идёт речь, но оставила выяснение обстоятельств до лучших времён. Даст же, больше не произнеся ни слова, развернулся и вышел. Двери бесшумно сомкнулись за ним.

— Располагайся, — Рейя улыбнулась дружелюбно повела рукой в сторону удобных кресел.

С уходом братца она заметно оживилась.

— Кажется, я не понравилась твоему брату, — заметила я, усаживаясь.

— Не обращай внимания, — махнула Рейя, — он так относится ко всем чужим.

— Не моё дело, конечно, но… — начала я, — сдаётся мне, что и между вами не такие уж тёплые, родственные отношения.

— Ты права, это действительно не твоё дело! — тон Рейи вдруг внезапно переменился, стал сухим и суровым. Она замолчала.

— Ладно, — примирительно сказала я, — извини, что лезу куда не надо, несу чушь и вообще… Короче, больше не буду болтать о том, что меня не касается.

Но Рейя молчала, кусая губы. Мне стало неловко. Вроде бы, только стали сближаться — и вот как всё вышло. Воистину говорят: «молчание — золото»! Хотя, что я такого сказала?

— Знаешь, я, наверное, лучше покину «Амбассадор», — решила я. Хватит неловкости и непонимания, — не хочу портить вам отдых.

— Не уходи! — внезапно быстро произнесла Рейя, — пожалуйста, не обижайся, останься, прошу тебя!

В её голосе были такие умоляющие нотки, что они буквально пригвоздили меня к креслу.

— Рейя, я ничего не понимаю, но чувствую, что лишняя и, что я здесь не к месту…

— Постой, — лихорадочно заговорила Рейя, — я тебе сейчас объясню. Понимаешь, в чём дело… Ты же ведь монстр? — произнесла она скорее утвердительно, чем вопросительно, и, не дожидаясь моей реакции, продолжила, — в этом вся проблема.

Даст ненавидит монстров.

Ну вот! Кто бы сомневался…Снова я сталкиваюсь с подобной неприязнью. Из-за этого мне пришлось уйти из дома… Но я ведь не смогу бегать от этого всё время!

— Это что-то личное? — догадалась я, стараясь сохранять спокойствие и невозмутимость.

— Очень длинная и запутанная история, — кивнула Рейя, — и очень личная. Теперь он не доверяет монстрам, презирает и ненавидит их.

— А ты?

— Я нормально отношусь к любой расе, — пожала плечами Рейя, — лично мне монстры не сделали ничего плохого. Но его душевная рана ещё кровоточит, и мне жаль его.

— Расскажи что-нибудь о манганах, — попросила я, меняя тему, видя неохотное отношение к предыдущей.

— Манганы — искусственно созданная раса, — стала пояснять Рейя, — кстати, созданная именно монстрами. Да, они стали прародителями манган. Это произошло тогда, когда ещё количество монстров было небольшим. Некая группка их обособилась и отделилась.

— Зачем? — полюбопытствовала я.

— Ещё на земле это была обособленная категория людей — фанаты аниме, точнее манги, это такой вид искусства у землян. И, собственно, ради этого они и стали монстрами — чтоб приблизиться к любимому имиджу. Внешнему и внутреннему. Внутри они были немыслимыми экстремалами, совершенно безбашенными и сумасшедшими, но очень романтичными! — Рейя рассмеялась, — это и сейчас отличительная черта манган, странно, что ты до сих пор не столкнулась с этим их проявлением…

— Да я вообще ещё никогда до этого не сталкивалась с манганами, — пожала я плечами, — то есть, манганы — это бывшие монстры?

— Ну, от монстров у них не так много осталось. Многое их того, что могут монстры, манганы могут делать лишь при помощи приспособлений, с помощью которых, в принципе, это может делать кто угодно, — вздохнула Рейя.

— И ты тоже пользуешься ими?

— У меня есть несколько имплантантов, вшитых в запястья и затылок. Но это, в основном, для адаптации в некоторых специфических мирах. В сравнении с возможностями даже начинающего монстра — конечно, лажа…

— А манганы могут стать монстрами? Вернуться к исходнику?

— В принципе, да. Но мне это не нужно, — отрезала Рейя.

— Почему? — искренне удивилась я, — ведь это гораздо больше возможностей!

— Я с детства воспитывалась, как мангана. У меня такое мировоззрение и мироощущение.

— Ну, а я вообще землянка. Для меня многие вещи были дикостью поначалу. Но теперь я вряд ли уже смогла бы добровольно от этого отказаться.

— Ты ещё не знаешь всех прелестей морали монстров. Но ещё узнаешь…Хотя в некоторых вещах, пожалуй, манганы их переплюнули всё-таки, — усмехнулась Рейя.

— Интересно! — я уселась в кресло и приготовилась слушать.

— В двух словах: монстры отличаются на редкость свободной моралью и нравами.

Манганы же — полным отсутствием таковых. Именно поэтому мы и покинули… — но тут она осеклась.

В эту секунду в зал, буквально ураганом, ворвался Даст, злобно сверкая глазами.

— Кончай болтать!! — рявкнул он.

Рейя вжалась в кресло и молча смотрела на него. Он тоже замолчал и лишь сверлил её острым взглядом. Выражение же её лица попеременно менялось: то испуганное, то По затянувшейся паузе я поняла, что они общаются телепатически. А разве они забыли, что монстры это тоже могут? Я, из принципа (ну откуда у монстров моральная этика?), решила «подслушать». Ведь, я так справедливо полагала, речь шла и обо мне тоже. А за спиной, как известно, не шепчутся.

Едва я успела «услышать» оправдывающийся телепатический голос Рейи:

— Я не сказала ничего лишнего. Я только объясняла разницу между монстрами и манганами…

Как Даст рявкнул вслух уже в мою сторону:

— Что? Совсем никаких хороших манер? Нормально подслушивать!

Ой, ну кто бы говорил о хороших манерах! Ещё раз заорёт на Рейю — не посмотрю, что это не моё дело: разозлил он меня. Вмешивается в наше общение в самый интересный момент! Ну, чего ему надо от сестры? Странные у них какие-то отношения…И как она его терпит?

Но тут Рейя вскочила и закричала:

— Это невыносимо, сил моих больше нет! Сколько ещё это будет продолжаться?!

Издеваешься надо мной, как хочешь, а мне что — молчать?

Она зарыдала, а я сидела, оторопев, молча.

— Заканчивай свой спектакль, — приказал Даст, язвительно, но несколько поостыв.

Однако, я видела, что девушка рыдает искренне. Моё сердце сжалось, но я пока не решалась вмешиваться.

— Я закончу! — как-то угрожающе пообещала Рейя, — ты пожалеешь… Но будет поздно!

Я слишком устала от тебя. Прощай!!

Она вскочила на ноги и в её руке, откуда ни возьмись, блеснул «Пент — 140» — мощная пушечка, стреляющая разрывными. В следующий миг Рейя направила ствол себе в голову. Крик застрял у меня в горле и вырвался наружу вместе со звуком выстрела…

ГЛАВА 21

— Рейя-а-а! — я вскочила, вся дрожа, но ноги подогнулись и я снова рухнула в кресло.

Печальное и жуткое зрелище: море крови и в нём — Рейя, с размозженной головой.

Зелёные волосы постепенно окрашивались красным…

— Господи!.. — вздохнул Даст, — с ней всегда одни только проблемы…

— Ты что?! — я не могла поверить в происходящее, — ты соображаешь, что говоришь?

Понимаешь, что произошло?!

— Ничего особенного, — махнул рукой Даст, — мне не привыкать. Просто ей нечего было мне ответить.

— Идиот! — у меня наконец-то получилось вскочить, — она ведь застрелилась!

— Перебесится, — Даст отвернулся и вышел. Я, не веря глазам своим, проводила его взглядом.

— Ну и пошёл ты! — услышала я вдруг позади себя голос Рейи и, подскочив от неожиданности, оглянулась.

Она стояла на ногах живая и невредимая. О произошедшей трагедии напоминала лишь лужа застывающей крови на полу. Рейя глубоко вдохнула и резко выдохнула, видимо набираясь сил. Всё-таки это представление не прошло даром.

Видимо, мой вид был уж очень жалок, так как она успокаивающе повела плечами:

— Прости, я тебя, наверное, немного напугала?

И всё же дар речи упорно не хотел ко мне возвращаться, потому Рейя стала торопливо пояснять:

— Манганы не могут умереть так, как большинство представителей других рас. Мы можем инсценировать свою смерть, но тут же снова ожить. Это настолько привычно для манган, что приравнивается у нас к простой истерике. Понимаешь, наше тело легко трансформируется, меняет форму… В общем, скажу короче — умереть, в понимании не манган, мы можем лишь путём распыления нас на атомы. Всё остальное — просто развлечения. Я ведь тебе говорила, что манганы — экстремалы?

Я вытерла выступивший холодный пот и разозлилась. Она так легко относится к смерти! Будто это просто детская игра. Вероятно, для неё это так и есть, но Алзар снова встал у меня перед глазами… Сначала я считала его мёртвым, потом узнала, что он жив. Сколько пришлось пережить! А для неё — это просто игра в смерть…

— Хочешь, ещё раз покажу? — вошла в азарт Рейя и схватилась за «Пент».

— Нет! — вскрикнула я.

— Тогда, может, мне перерезать себе…

— Не надо!!!

— Ладно, как хочешь, — она пожала плечами, — просто этот мерзавец достал меня.

Она, как ни в чём не бывало, уселась в кресло и проследила мой взгляд:

— А, это… — кровь уже застыла, лужа была весьма живописной, — уберу потом. После вечеринки. Мы уже подлетаем!

Она кивнула мне на иллюминатор.

Мы приближались к огромному, важно висящему в космосе, астероиду по имени Лаплар.

Это была моя первая межгалактическая вечеринка. Раньше по возрастным меркам я не бывала к ним допущена. Хотя и очень мучало любопытство: какое же оно — взрослое веселье?

Мы мягко сели на поверхность астероида, прямо на посадочном пятачке, где уже виднелось множество самого разного транспорта, неподалёку от интересного круглого невысокого серого здания. Оттуда прямо доносились крики, шум и совершенно безумная музыка, от которой у меня просто волосы зашевелились. Похоже музыка здесь звучала на самых различных частотах. В том числе — ультра- и инфразвуке, вероятно, для восприятия её существами самых разнообразных рас. Рейя заметно оживилась.

— Пойдём! — она схватила меня за руку и, буквально потащила наружу.

Окружающий пейзаж на астероиде был прикольным, совершенно непередаваемым, с мистическим оттенком. Естественное освещение — довольно слабое сияние, исходящее вроде бы сверху, но из неизвестного, невидимого глазу источника. По крайней мере, я такового нигде не обнаружила и пришла к выводу, что это — результат искусственного спутника, запущенного на орбите астероида, чтобы отражать свет какого-то далёкого, недосягаемого светила. Окружающая природа, если её можно назвать природой, очень «живописна» — Сацерон (пусть космос ему будет пухом!) вообще «нервно курит в углу»! Всё такое нереально неподвижное, застывшее, мёртвое, как стоп-кадр в прокрутке старой-престарой киноплёнки… И только один небольшой оазис, откуда веяло жизнью — собственно, лапларский бар с дивным названием «Химера».

Я столбом застыла на пороге. Вот это да!! Говоря о потрясающем разнообразии видов, Рейя явно не шутила, а, скорее всего, наоборот — поскромничала. Здесь было столько разных рас и их представителей, что у меня аж голова закружилась.

— Ну, пошли! — подтолкнула меня Рейя, а Даст просто недовольно отодвинул в сторону и вошёл.

Я бросилась следом, чтоб не потеряться — какой-никакой, а всё же знакомец! — но он тут же растворился в толпе, а я внезапно налетела на какое-то существо ярко фиолетового цвета. Вполне симпатичное, но от столкновения со мной оно шарахнулось в сторону, а его многочисленные щупальца встали дыбом. От неожиданности, наверное.

— Извините, — пробормотала я, опасливо огибая его и, рассматривая, однако, с интересом: пытаясь выяснить, где у него глаза или чем он там смотрит.

Рейя потянула меня за собой куда-то в другую сторону. Я не заметила (со всем этим шумом и весельем), как очутилась за небольшим круглым столиком. Рейя лихо бухнулась на стул рядом и проорала сквозь дикую (но довольно симпатичную, чем-то ложащуюся на слух) музыку:

— Ну, как тебе здесь?!

— Здорово! — неуверенно проорала я, оглядываясь по сторонам.

Рейя кивнула и… исчезла. Точнее я не успела заметить, когда она улетучилась, пока вертела головой. Да и стоило ли пытаться это делать, общаясь с манганой?

Изнутри бар представлял собой огромных размеров круглый зал, вдоль стен которого тянулись: барная стойка, столики, отдельные кабинки. В центре, на полметра от пола, зависала круглая сцена с шестом в центре. На ней, как я поняла, могли танцевать все желающие. В данный же момент там извивалась в невероятно гибком и соблазнительном танце стройная, пантерообразная девушка. Время от времени, она наклонялась в толпу и буквально выхватывала оттуда кого-нибудь из представителей мужского (как я поняла) пола. В зависимости от того, как они танцевали, с одними она проводила времени больше, с другими меньше. Некоторых сразу же скидывала обратно, не показывая, однако, своего недовольства. Я невольно залюбовалась её грацией и чувственностью. Захотелось ощутить, каково уметь танцевать вот так…

— Что Вы желаете, милая леди? — вдруг услышала я у себя над ухом настойчивое и оглянулась.

Рядом возвышался, судя по всему, официант (так как держал в руке поднос с полудюжиной бокалов, наполненных жидкостью разного цвета). Правда, его габариты рекомендовали его, скорее, в вышибалы…

— О-го!.. — восхищённо выдохнула я, поражённая его мужской статью.

Он галантно улыбнулся, обосновано приняв мой возглас за комплимент.

— Вы здесь впервые? Могу порекомендовать «Сияние химеры» — он указал на бокал со светло-розовой жидкостью с какими-то блёстками, — это наше фирменное.

— Спасибо. Но… у меня нет с собой денег, или чем тут расплачиваются? — растерялась я, только сейчас подумав об этом.

— В первое посещение — за наш счёт, — ещё более ослепительно улыбнулся он.

И как он угадал, что я тут впервые? Он тут давно работает и всех знает или у меня такой дикий и растерянный взгляд?

Я заметила, что он очень даже расположился ко мне. Что ж, надо познакомиться, друзья мне тут, если этот бар придётся по вкусу, очень даже пригодятся!

— С удовольствием положусь на Ваш вкус. Что-то подсказывает мне, что не разочаруюсь, — польстила я так же галантно.

— Меня зовут Черристор, — покраснел он, застенчиво улыбаясь, — всегда готов Вам помочь, когда моя помощь понадобится…Только свистните.

Я кивнула. Да уж, услышит он мой свист в этом грохоте! Но главное — предложение.

Вот тут приличия предполагали его уход, но он не ушёл, и продолжал топтаться, неуверенно потупив глаза, у моего столика. Я вздохнула и решила «брать быка за рога»:

— А меня зовут Тара. Очень приятно познакомиться с тобой, Черри, можно я тебя буду так называть?

Милый громила смущённо залился краской и быстро кивнул.

— Если ты не очень занят, то присядь, составь мне компанию. Я здесь совсем одна… — вздохнула я притворно, нежно переходя на «ты».

Раз не хочет уходить, значит, работа не поджимает. Прекрасненько!

Черри молниеносно, хотя и слегка неуклюже, поставил, наконец, передо мной порекомендованный мне стакан с выпивкой и заозирался. Спустя секунду, он кого-то поймал за руку и отдал тому поднос с напитками. Потом он изящно бухнулся на стул рядом со мной.

— Я не отрываю тебя от работы? — кокетливо озаботилась я.

— Нет-нет! — воскликнул он, — я не работаю здесь…

— А!.. Вероятно, это такой способ знакомиться с девушками? Угощать и…? — усмехнулась я.

— Нет! Просто… я… — запинаясь (полагаю, под моим непреодолимым обаянием), принялся объяснять Черристор, — ну, мне нравится иногда побыть кем-то другим, не тем, кем я являюсь в жизни. Например, официантом.

— А что, здесь каждый может это проделать? — искренне удивилась я.

— Да, конечно, — кивнул он, — хочешь попробовать?

— А кем здесь ещё можно побыть?

— Официантом, танцовщицей, диджеем, — принялся перечислять Черри, — ну кем только захочешь: был бы спрос.

— Очаровательно! — оживилась я, протягивая руку за стаканом, — теперь знаю точно, что это моё не последнее посещение этого места. А ты вообще с какой целью здесь? — я отхлебнула приятный на вкус, слегка обжигающий холодком напиток.

— Немного подзаработать. Ну и отдохнуть, развлечься.

Я подумала, что мне было бы неплохо тоже подзаработать.

— А как можно сюда устроиться? — поинтересовалась я, делая ещё один глоток.

— Для этого нужно обратиться к хозяину. Его зовут Сирендапорос… — Черристор смотрел на меня как-то немного озабоченно, — прости, а ты разве не с Иллирии?

— Оттуда! — вдохновенно кивнула я и с некоторым удивлением отметила, что у меня слегка кружится голова и язык будто бы слегка не мой.

— А… — протянул, о чём-то задумавшись, Черри, отслеживая, как я делаю следующий глоток.

— Стой… Я, кажется, поняла… — что-то кружило мне голову всё сильнее, тело стало приятно невесомым, — узнал меня, да? Ты, наверное, уже в курсе, что меня разыскивают службы ни одной галактики? Сдашь меня теперь?

— Нет, — растерялся Черри, — я не знал. Это правда? А за что?

— Да так… Мирок один разбросала в пыльцу. Слышал о Сацероне? Был один такой милый кошмарик, — мне вдруг отчаянно захотелось поделиться с ним, открыться.

Музыка, как ни странно, уже не оглушала, она теперь выплывала, как из тумана.

— Почему был?.. — ещё более растерянно произнёс Черри.

Он видно не просекал тему. Мне стало смешно от его изумлённого вида, и я захохотала. Потом сделала перерыв, чтоб допить коктейль и ответила:

— Потому что сплыл. Вернее слетел. Нет, наверное, правильнее будет сказать — разлетелся. На мелкие-мелкие кусочки… Можно мне ещё одно «Сияние…»… в счёт будущей зарплаты?..

— Тара, ты не шутишь? — У Черри глаза живописно красовались на лбу.

— Нет! — тряхнула я головой так, что меня качнуло, — обязательно отработаю, клянусь, очаровашка…

Неправда, что я попыталась ему польстить. Это была констатация факта без преувеличения. Высокий мужчина с золотистой кожей, огненно-рыжими волосами и ярко голубыми глазами вполне достоин носить это определение. И как я сразу не отметила это?

— Я имею в виду Сацерон… — потерянно произнёс герой моих восторгов.

— Пусть космос ему будет пухом, — кивнула я, — так как насчёт ещё одного стаканчика?..

— Я не думаю, — встревожено произнёс Черри, с усилием переваривая услышанное и, начиная приходить в себя, — кажется, он не пойдёт тебе на пользу.

— Да ладно тебе! — беспечно махнула я рукой.

Оглянувшись по сторонам, заметила официанта с подносом и потянулась, привстала ему навстречу. Но тут случилось нечто невероятное: мои ноги меня предали и подломились. Я даже их не почувствовала («а был ли мальчик?»).

В ту же секунду сильные руки подхватили меня, не дав упасть. Официант с подносом пронёсся мимо, я лишь успела простереть бессильную длань в его сторону, которую, впрочем, он наглым образом проигнорировал. Нахал. Буду жаловаться начальству!

Когда ходить научусь…

ГЛАВА 22

Я жива? А почему так смертельно болит голова и желудок?

— Слава Богу!.. — выдохнул кто-то где-то рядом.

Я с усилием подняла чугунную голову и сквозь туман разглядела, что лежу на кровати в маленькой комнатке, и что возле неё на стуле сидит какой-то мужчина со стаканом в руках. Мало помалу, сфокусировавшись, я опознала в нём своего вчерашнего нового знакомца, добродушного Черри.

— Ты как себя чувствуешь? — спросил он заботливо.

— Пить… — только и смогла прохрипеть я, протягивая руку к стакану.

— Выпей, — с готовностью отдал он.

Не знаю, чего я ожидала, может какого-то чудодейственного снадобья, но это оказалась простая вода.

— Спасибо, — не очень довольно буркнула я, настроение было ни к чёрту.

— Извини, Тара, я подумал, что ты — коренная иллирийка…

— Я что, похожа? — возмутилась я, но скорее для виду, потому что, стоит признать, что иллирийки по внешней красоте дадут сто очков вперёд девушкам любой другой расы.

— Ну, там было такое освещение… — смутился Черри.

— Что каждый второй — иллириец! — съязвила я.

— Да и ведь ты сама сказала, что ты с Иллирии?

— Правда, — кивнула я, поражаясь его простоте, с какой он делал выводы, — но ведь Иллирия — многорасовая планета, разве не так? Да какой вообще смысл в этом?! Какая разница, какого я роду-племени?

— Не злись, я сейчас объясню. «Сияние химеры», которым я тебя угостил, было создано из компонентов, удобоваримых не для каждой расы. Зато для иллирийцев — просто восторг. Ты же просто, извини, свалилась пьяной.

— Я?!!! Пьяной?!!! — моему священному негодованию не было предела.

— Ага, — прямодушно кивнул Черристор, не замечая моего настроения.

— Ты меня напоил!!!

— Извини, я не хотел, — Черри скромно потупился.

— Ты меня сюда…

— Принёс, — кивнул он.

— О, Боже мой… Я совсем ничего не помню, — огорошенно сказала я, потирая виски, — как же голова болит!..

— Ну, так убери боль, — уж слишком будничным голоском невинно посоветовал мой коварный друг.

Я непонимающе уставилась на него.

— Ты же монстр?.. — скорее утвердительно, чем вопросительно выдал Черри.

— Кто тебе сказал? — напряглась я.

— Ты. Вчера. И не только мне. Ты кричала об этом на весь бар и звала Мергена.

— Ууу… — застонала я, зато с болью было тут же покончено, — и что я ещё вытворяла?

— Думаешь, стоит говорить?

— Не думаю…

— Верно, лучше не надо.

Перехватив мой взгляд и верно его прочитав, Черри залился пунцовой краской и быстро выпалил:

— Нет-нет, между нами ничего не было!

— Ну, хорошо, — успокоилась я, — теперь я должна, наверное, объясниться с хозяином бара…

— Я уже говорил с Сирендапоросом. Он всё понял — такое часто бывает здесь.

— Спасибо ещё раз. Похоже, мне тебя сегодня весь день предстоит благодарить.

— Не стоит… — снова смутился Черри, — да, кстати, там твоя подруга…

— Рейя? — воскликнула я, подскакивая, — она ещё здесь? Я думала, она ещё вчера… она так быстро исчезла.

— Она волнуется за тебя. И ещё больше недоумевает: монстры ведь могут процесс опьянения держать под контролем.

— Я не думала, что эти блёстки такие крепкие… — я насупилась.

— Вот и я ей так объяснил.

— А она?

— Фыркнула.

Я надулась ещё больше. Ну и ладно! А всё равно монстры круче манган! Вот так!

Мы с Черри вынырнули наружу из бушующего веселья «Химеры». Пока пробирались через танцзал, никто даже не обратил на нас внимания. Похоже, тут это действительно — обычное дело.

— Ну, и что дальше? — грустно спросил Черристор.

— Не знаю, — пожала плечами я.

Так не хотелось расставаться с новым другом, но надо было что-то делать, решать.

— Тара-а! — взвизгнуло что-то совсем рядом, в самое ухо, и мне на шею обрушилась Рейя, — как хорошо, что ты пришла в себя!

— Я бы и не уходила, — с упрёком произнесла я, — но ты бросила меня одну после того, как сама же пригласила.

— Я не хотела. Я отлучилась лишь на секунду, а затем увидела, что ты уже не одна и решила не мешать… — хитрюга скромно потупилась, — вашему флирту.

— Что?! — возмутилась я, — какой флирт? Ничего подобного!

Черристор, как обычно, покраснел. Но ему это очень шло!

— Ну-у… — замялась Рейя, — что, поехали? Даст ждёт и мечет молнии.

Я оглянулась на Черри, тот стоял опустив голову.

— Ну же, Тара! — настойчиво торопила Рейя, поглядывая на него.

— Боюсь, дальше нам будет не по пути, — уверенно сказала я, — поэтому, спасибо, дальше я своим ходом.

— Тара… — вдруг растерялась Рейя, — а как же я? Мы только подружились и вот так расстаться?

— Извини, но я же не могу всюду разъезжать с вами. Да и Дасту станет спокойнее, когда меня не будет рядом.

— Тара, я тебе сейчас всё объясню! — Рейя быстро огляделась, схватила меня за рукав и оттащила в сторону, а там заговорщицки зашептала: — Даст мне брат, я говорила. А ещё я не сказала, что… в общем, мы любовники.

— Ух, ты! Ну ладно, а я-то тут каким боком? — удивилась я.

— Видишь ли, из-за этого мы и покинули свой мир. Чтоб ничего никому не объяснять, понимаешь? Он хочет, чтоб мы поженились и вернулись домой уже в новом статусе, а вот я пока не знаю, хочу ли этого. Если ты будешь рядом, он хоть какое-то время не будет давить на меня и всё время настаивать… — жалобно закончила Рейя.

— Ах, вот оно что… Знаешь, Рейя, — безжалостно выдала я, — мне и в самом деле не хочется терять такую подругу…

Рейя просияла. — …но, именно поэтому, я уйду сейчас. А когда ты разберёшься со своей проблемой вместо того, чтоб бегать от неё, тогда ты найдёшь меня.

На Рейю больно было смотреть.

— Но как я найду тебя?..

— Это будет легко сделать, ты ещё услышишь обо мне.

Я, даже не видя Даста, почувствовала, как тот в эту секунду вздохнул с облегчением. И мысленно пожелала ему удачи. А им обоим — счастья и любви.

Они улетели, а я повернулась к Черри:

— Ну, вот и всё? Полагаю, дальше наши пути разойдутся…

— Всё зависит только от тебя, — робко заметил Черристор.

— В смысле?

— Я в данный момент путешествую… Но если я мешаю, то…

— Предлагаешь составить мне компанию? — просияла я.

— Если хочешь, — тоже просиял парень.

Вот и всё решилось. Надоело, если честно, блуждать в одиночку. Мелькнула мысль.

— Черри, ты умеешь создавать миры?

Черристор медленно покачал головой.

— Тогда я прямо сейчас займусь этим сама, а ты вноси свои идеи, — предложила я.

Я ведь уже говорила, что хочу создать свой мирок. Чтоб было куда возвращаться, чтоб грела мысль, что есть где-то местечко, где мне хорошо, куда я всегда могу попасть…

Я, захватив Черри, перенеслась с ним в мирок Мергена (может хоть сейчас я его, наконец, увижу?). Создать что-нибудь съедобное не составило для меня труда, возникло только подозрение, что я это всё-таки откуда-то телепортировала…

Надеюсь, никто из-за меня не остался голодным в тот день?

Итак, мы споро позавтракали и принялись за дело.

Я пользовалась всеми своими умениями, знаниями, которым меня научили Мерген и Люцифер. Постепенно, не спеша, шаг за шагом. Сначала я просканировала территорию именно этой вселенной. Почему именно этой? Дело в том, что миры, созданные монстрами, не совсем разбросаны, где попало. Порой некоторые системы и даже галактики принадлежать целиком монстрам. В общей совокупности их миры — это примерно 6–7 галактик. Потому редко перемежаются с мирами других рас и цивилизаций. Они как бы занимают определённую территорию. Может потому их и не любят многие — подобная обособленность не даёт узнать соседа получше. Однако приехать и жить в мирах монстров и среди созданных ими рас — не возбраняется, есть великое множество миров, пригодных и открытых для заселения, иногда монстры создают расы сами и заселяют ими свои творения. Вопрос в том, почему это делается с неохотой? Всегда трудно поменять привычное место жительства и ехать осваивать неизвестные планеты. А если и пришло такое решение — то делают строго выверенный и просчитанный заказ экотехникам. Предпочитают обращаться к ним.

Монстров побаиваются. Хотя, я уверена, что они, то бишь мы, не так страшны и иногда даже готовы пойти навстречу. Я хмыкнула и рассмеялась.

Итак я определилась с территорией, зафиксировала параметры позволяющие появиться в непосредственной близости мирка, приближённого к этому (Мерген, будем соседями!), поскольку именно в этом месте возможны приблизительно одинаковые климатические условия. Светилом этой системы был Леван (считала я информацию), побольше земного Солнца, и уж соответственно — Луриса, который по величине совсем проигрывал Солнцу. Я вспомнила закат, встреченный мной тут с Мергеном.

Да, Леван тогда поразил мня своими размерами.

Следующим этапом было образование планеты. С этим я справилась легко, у меня в голове были заложены основные шаблоны для такого типа миров, оставалось лишь выбрать наиболее понравившийся. Нет, конечно, можно было просчитать всё с нуля, самой, так сказать, поработать мозгами, но зачем? Я девочка непривередливая, сойдёт, что есть. Мне главное результат, а не процесс. Да и не настолько я ещё мастер в этом деле, чтоб брать на себя даже такие мелочи.

Спутник для моей планеты я тоже взяла шаблонный (можно было, конечно, обойтись без приливов и отливов, но вот захотелось иметь эти явления в своём мирке!).

Лень было вникать ещё и в эту тему, у меня и так впереди горы кропотливой и непростой работы. Спутник был внешне полным аналогом Луны. И хоть я ощущала, что это не совсем одно и то же, но хоть какое-то слабое утешение…

Итак, планета есть, спутник, отвечающий за приливы-отливы тоже. А теперь, собственно говоря, начнём творить и создавать животный и растительный мир. У меня прекрасно получалось, как будто я всю жизнь этим занималась. Главное, ничего не упустить, чтоб всё сочеталось и гармонировало, особенно важна для нормального существования видом пищевая цепочка. То есть — их взаимосвязь друг с другом, чтоб никто и ничто из неё не выпадало и не было недостающих звеньев..

Подходить ко всему кропотливо, не торопясь, учитывать каждую мелочь. Каких-то из живых существ я заимствовала с земли, каких-то с других миров, своих создавать не решилась тоже. Хотя и могла бы — просто это заняло бы огромное количество времени. Да и Черри просто балдел от возможности поучаствовать и попредлагать «кандидатуры», а потом мы вместе думали — куда их «воткнуть». Бактерии, насекомых и прочую мелкоту мы взяли шаблонным комплектом, признаюсь, скопировала с этого мирка моего учителя. Мне понравилось полное отсутствие здесь кусачих-кровососущих. Когда всё было готово, мы с волнением переместились туда, так и не дождавшись Мергена. Точнее, забыв обо всё напрочь, и о нём в том числе.

Едва ступив на поверхность, я моментально просканировала и своим уже натренированным чутьём отметила, что недоработок и искажений нет. Всё идеально сложилось, как кирпичики одного крепкого и мощного здания. Вот появился и ещё один мирок — аналог Земли. А земляне-то и не знают!

В создание своего мира я вложила всю свою фантазию, все мечты и представления о красоте. На глазах росло прекрасное великолепие: изумрудной зелени сады, горы и долины (всё выдержано в земном стиле). Водопады и реки с хрустальной прозрачной водой. Воздух напоён ароматами чудесных цветов, цветущих повсюду. И главное чудо среди всего этого — моя мечта — огромный старинного вида замок. Серые, увитые плющом, стены уходят вверх, упираясь в поднебесье. Просто рай…

Черри рядом шумно вздохнул от восхищения:

— Какие интересные сочетания цветов…

— В галактике Млечный Путь, в солнечной системе, есть небольшая планета — Земля — это её краски, — пояснила я.

— Ты была там? — удивился Черристор.

— Я родом с Земли. Мы жили на небольшом континенте и покинули планету в момент его гибели. Так мы очутились на Иллирии.

— Меня всегда интересовали планеты других галактик, — мечтательно произнёс мой друг, — как бы я хотел побывать хоть на одной из них!

— Я обязательно устрою тебе такую прогулку, — пообещала я щедро, — только сначала мне нужно разобраться со всеми своими делами. Проблем — выше крыши, а разгребать мне одной…

Черри так и застыл с открытым ртом, хотя, наверное, он о монстрах был наслышан и понял, что к чему.

— Если я могу тебе помочь… — пролепетал он.

— Посмотрим, — пожала я плечами и окинула ещё раз удовлетворённо внутренним взором своё создание.

Всё получилось в лучшем виде. Климатические условия совершенно аналогичные земным, ну и атмосфера соответствующая. Хотя, лично для меня она не имела сейчас особого значения — мне оказался бы пригодным любой состав воздуха, пусть даже с переизбытком, скажем метана или аммиака… Но, думаю, Черри бы долго не протянул здесь в таком случае.

Вспомнилось, год назад мы поехали всей семьёй на выходные на Галавану — ближайшую к Иллирии, курортно-развлекательную планетку. Атмосферное состояние на Галаване не очень пригодно для некоторых рас, в том числе и для иллирийцев (которые, кстати, наиболее в этом отношении близки к землянам). Потому мы были в специальных костюмах-скафандрах. Развлекаться в таком облачении весьма непросто.

Был там один лишь центр, полностью изолированный со своими климатическими условиями, подходящими нам, где мы от души порезвились «разоблачившись», но этого было так мало в свете увиденных нами до этого сотен других мест, которые тоже хотелось опробовать.

В общем, отдых получился не совсем таким, какой ожидался.

Я усмехнулась, подумав о том, что сейчас, будучи существом независимым от окружающих условий, я могла бы посетить эту зону совершенно безо всяких скафандров… И оттянулась бы вовсю. Любопытно, как бы к этому отнеслись другие?

Особенно моя семья… На понимание надеяться стоило вряд ли. Я с грустью отмахнулась от воспоминаний Следующее, весьма продолжительное, время мы потратили на то, чтоб создать «внутренности» (впрочем, это заняло не настолько много времени, как для создания внешнего ландшафта) замка. Тут уже многие идеи возникли в голове Черри и тут же были мной одобрены и реализованы. Я видела, что Черристора так и подмывает спросить, как я это делаю, не пользуясь никакими приспособлениями, но он тактично молчал. А потом и вовсе привык к появляющимся из ниоткуда предметам обстановки.

— Браво, девочка, ты делаешь успехи!

Я не сразу отреагировала, поглощённая процессом творческого созидания. А когда оглянулась — увидела стоящего неподалёку Люцифера.

— Привет. Нравится?

— Ностальгия по Земле? — усмехнулся он, — не цепляйся так за воспоминания, у монстров нет родины.

Где-то я это уже слышала…

— Спасибо, запомню на будущее, — ответила с досадой.

Кто же мне говорил уже об этом? Какое-то неприятное ощущение…

— Ну, что, будем считать этот мирок первым экзаменом. Продолжим обучение дальше? — как ни в чём ни бывало, невозмутимо предложил Люцифер, махнув светлой чёлкой.

— Извини, но мне сейчас некогда. Есть кое-какие дела, — отрезала я.

Люцифер стремительно переменился в лице, в глазах загорелся недобрый огонёк. Он бросил быстрый взгляд на Черри.

— Познакомишь с другом?

— Прости, но мы действительно спешим, покачала я головой, — хочешь, подожди нас здесь, — я гордо кивнула на замок, — я уже закончила, располагайся. Если чего-то будет не хватать, не серчай, добавь сам.

— Спасибо, — мрачно процедил сквозь зубы Люцифер, — когда разберёшься с мелкими делами, вспомни, что у тебя есть более важные…

— Ты о чём?

— Я об Алзаре, — невозмутимо произнёс Люцифер, — помнится, он тебя раньше весьма интересовал.

Я похолодела:

— Почему мне кажется, что ты что-то конкретное знаешь? Ты точно знаешь, где он?

— Я монстр, — усмехнулся Люцифер.

— Я тоже! Но, тем не менее, у меня не получается выйти на Алзара. Я его чувствую, но не могу найти.

— Ты ещё много чего не можешь. И не хочешь учиться…

— Люцифер, если ты знаешь, где Алзар — умоляю, скажи мне!!!

Люцифер отвернулся, помолчал, оттягивая время, а затем громко произнёс, не оборачиваясь:

— Тебе придётся пойти со мной. И ты пойдёшь одна.

Что-то в его словах очень напрягло меня, практически насторожило, слишком ледяной был тон, неприязненный. По отношению ко мне ил к Черри? Но я сейчас была слишком взволнована, чтоб прочесть его замыслы.

Пары секунд мне хватило на раздумья. Я повернулась к Черристору:

— Черри, пожалуйста… — и наткнулась на очень грустный взгляд. Вдохнула, чтоб набраться сил продолжить, — побудь здесь до моего возвращения, прошу тебя!

Поживи в замке, там есть всё необходимое. В том числе и средство связи с другими мирами на всякий случай. Только не уезжай пока, дождись меня.

Черристор помедлил и кивнул.

— Ну, пошли! — сурово поторопила я Люцифера.

Он повернулся ко мне, шагнул и взял меня за руку. Я бросила прощальный взгляд на Черри, и мы покинули планету.

ГЛАВА 23

Мы очутились в какой-то маленькой серой комнатке, тесной, но довольно уютной.

Кроме небольшого топчана и скамейки у противоположной стены здесь ничего не было. Этакая симпатичная тюремная камерка в миниатюре.

— Тара, нам надо поговорить. Не перебивай!! — отсёк он мои попытки заговорить, — то, что я сейчас скажу, очень важно. Я хочу признаться, что обманул тебя.

— Ты ничего не знаешь об Алзаре… — догадалась я уныло.

— Нет. Я на самом деле как раз я знаю, где он. Но сейчас не об этом, — Люцифер менялся на глазах, он стал каким-то подавленным, растерянным, замешкался на секунду, потом выпалил, — ладно, Алзар здесь.

— Где он?! — я рванулась к двери.

— Не спеши. Тара, выслушай меня, ты попала в ловушку.

— Не понимаю? — на полпути я остановилась и замерла, вся превратившись в слух.

— Я заманил тебя в ловушку, — казалось, Люцифер очень об этом сожалел или просто досадовал на что-то, — это долгая история. Но, прежде чем я что-то скажу, пообещай мне одну вещь.

— Какую? — я совсем растерялась.

— Что ты не возненавидишь меня.

— Для тебя это так важно? — удивилась я, — какая тебе разница, какие я испытываю эмоции в твой адрес?

— Тара, я люблю тебя.

Ого! Вот это сюрприз. Не ожидала, если честно…Читать его эмоции мне было незачем. Даже из любопытства. И вот какой поворот. Интересно, он сейчас искренен? Или снова какую-то цель преследует? Но вот именно сейчас я в него заглянуть и не решилась. Стало как-то неловко. Словно мне поверяют что-то совсем глубоко личное, а я лезу в душу проверять.

— Шутишь? — только и смогла выговорить я.

— А ты как чувствуешь? — со странной грустью спросил он.

Ну, вот теперь меня официально пригласили сей факт проверить. Чем я незамедлительно и воспользовалась. Правда любит. И что с этого?

— Поэтому я не могу продолжать дальше обманывать тебя. Выслушай меня, у нас очень мало времени.

И Люцифер начал рассказывать.

Впервые он «увидел» меня в тот самый момент, когда я в написала свой неожиданный стих. Как оказалось, в моём творении есть смысл и вполне конкретный, по крайней мере для него. Люцифер ощутил его так, словно стих написан О НЁМ. Не знаю, правда, каким боком я его «уловила»… Но факт в том, что он был поражён, изумлён и тронут. То, что влюбился с первого взгляда, он понял гораздо позже, когда вокруг меня была уже сплетена нехилая интрига…

— Почти все твои знакомства за последнее время происходили не случайно, всё это умело разработанный план, — продолжал Люцифер, — в нём принимали участие трое.

Каждого из них ты знаешь. Это: я, Великий Ках и Лилит.

— Что?! — возглас вырвался из меня помимо воли, — как так Лилит? Она ведь помогала мне уничтожить Ках.

— Она заманила тебя в ловушку Ках. Вспомни, что произошло, когда вы очутились внутри его жилища. Она вырубила тебя и отдала Ках ещё тёпленькой. Но в тот момент мы недооценили твои способности…

— Вот почему она потом куда-то исчезла!

— Да, она посчитала, что ты догадалась о её роли в случившемся и будешь именно ей мстить. Тем более укрепились её опасения, после того, что ты сделала с Сацероном. Поэтому она послала меня к тебе, чтоб дальше приводить план в исполнение.

— Но я не хотела его уничтожать! Так получилось. И в большой мере Лилит тоже к этому причастна, она всю ситуацию подвела к такому результату. Я лишь отстаивала свою жизнь…

— Ты права, — озадачился Люцифер, — к тому же, ты так была ослеплена новостью, что Алзар жив, что попросту забыла о ней.

— Продолжай. Объясни мне, а какую цель преследовал Великий Ках?

— Он ненавидит монстров. Ему только дай возможность поиздеваться над ними, показать свою силу…А тем более — продемонстрировать превосходство над каким-то их представителем.

— Но когда мы впервые встретились с ним, я ещё не была монстром.

— Но на тебя уже обратил внимание Мерген. Тара, ты веришь, что он просто в нужный момент проходил мимо? Нет. Он некоторое время до этого наблюдал за тобой.

А он — самый ненавистный кошмар Великого Ках. А также Лилит…

— Но как Лилит связана с Мергеном? — я вспомнила, что об этом что-то слышала от Анечки. Но совсем чуть.

— Это очень давняя история, — вздохнул Люцифер, — я бы не стал рассказывать, но «сказав А — говори и Б». Лилит тогда ещё не была монстром, когда произошла их с Мергеном встреча. Они стали жить вместе. Говорят, они любили друг друга. И верно — лишь из любви может родиться такая всепоглощающая ненависть. Но потом что-то произошло между ними, и Мерген ушёл. Лилит не смогла ему этого простить. Она совершила преступление, за которое монстры жестоко наказывают и уничтожают, — она убила их с Мергеном ещё не рожденного ребёнка. В тот же день она стала монстром.

— Как?..

— Её сделал таковой Шайбил. Ты знаешь, о ком речь?

— Никогда не слышала этого имени, — пожала я плечами недоумённо.

— Шайбил — монстр. Один из первых. Один из сильнейших, бывший соратник Мергена.

В общем, он взял её под своё покровительство. Они познакомились, когда Лилит и Мерген ещё были вместе. Как он сумел скрыть от других факт её убийства остаётся загадкой. Но после этого Лилит вновь воспламенилась жаждой мщения. Она не стала посвящать Шайбила в свои планы, делая всё самостоятельно и в одиночку. Многое сходило ей с рук благодаря именно покровительству этого монстра.

— Ну а я тут причём? — воскликнула я, — как я пересекаюсь с её планами?

— Лилит, захваченная жаждой мести, стала отслеживать каждый шаг Мергена. И вот, в один прекрасный момент она становится свидетельницей эпизода в пиратском «монолите», понимаешь, о чём я? Мерген делает тебя монстром, а ей он в этом всегда отказывал (как видно, не зря). Её это страшно бесит. Потом, через некоторое время, она видит, что ты начинаешь что-то чувствовать к Мергену, — (я густо покраснела) — вот тогда она и придумывает план. Она собирается начать с тебя. А тут ещё совсем кстати подворачивается Алзар, и, видя твои чувства к мальчику, Лилит решает сыграть на этом.

— Но как? Я же видела его… Неужели возможно оживить…

— Он не был мёртв. Тебя обманули. Всё это подстроили Лилит, Ках и пираты — им было хорошо заплачено. Потом Лилит просто забрала Алзара и спрятала его.

— Я же пыталась его найти, ну почему у меня ничего не получалось? — не понимала я.

— Видишь ли… — вздохнул Люцифер, пытаясь подобрать слова для дальнейшего объяснения, — это как раз то, чему ты ещё не успела научиться. Никогда нельзя действовать в спешке, особенно, если ещё не понимаешь, с чем имеешь дело.

Попытаюсь объяснить. Видишь ли, если монстр хочет кого-то спрятать, он может поступить, среди множества вариантов, ещё и следующим образом: на объект цепляется имплант, внешний (например, кольцо) или внутренний (в кость). Он искажает видимость полей, то есть генерирует другие поля, которые искажают его естественные, его дух… Я понятно объясняю?

— Угу, — кивнула я, впрочем не совсем уверенно.

— Так поступили с Алзаром. Ему в голову был вшит имплант, который полностью его «спрятал». Немного поменялась также его личность — побочный эффект… — вздохнул он.

— Где он? — перебила я нетерпеливо.

— Тара, — как-то устало произнёс Люцифер, — у тебя сейчас гораздо более важная проблема. Я не сказал, зачем я тебя сюда привёл… Видишь ли, здесь, в соседнем помещении собралась Коалиция монстров. И все они здесь из-за тебя.

— Не поняла?

— В этом и состоял последний пункт плана. Суд монстров. На котором непременно будет Мерген, но будет не в силах тебе помочь. Нанести ему таким образом удар.

— Ничего себе у вас разборки… — пробурчала я потрясённо.

— Мы с Лилит должны были заманить тебя сюда и отдать на суд, ты ведь знаешь, что тебя разыскивают?

— Да, но… Я думала, ты решил помочь мне, — растерялась я.

— Именно поэтому я всё тебе и рассказал. Обладающий информацией — обладает силой. И я могу сделать ещё кое-что. Тара, у тебя есть ровно 24 земных часа, в течение которых ты можешь делать, что захочешь. Потом ты обязана явиться на суд монстров. Если ты не вернешься, — они примут меры по твоему уничтожению, как уничтожают сбежавших из-под стражи. И в этом направлении я больше ничего не могу для тебя сделать, прости…

Он потупился.

— Значит всё, что захочу? — кровожадно осведомилась я.

— Прошу, не усугубляй своё положение! — взмолился Люцифер, — Тара, ты мне очень дорога, я хочу помочь тебе и сделаю всё, что в моих силах, когда ты вернёшься, поверь.

— Ладно, друг мой и защитник, — усмехнулась я, — что ж, спасибо и на этом.

Увидимся на суде!

И тут же переместилась в свой мирок. Была бы дверь — я бы от души хлопнула ею!

ГЛАВА 24

Люцифер недооценил меня. В процессе отвлечённого разговора я кое-что смогла вытянуть из него. По крайней мере, теперь для меня найти Алзара не представляло трудности.

Я присела на травку, под стеной замка и сосредоточилась. Итак, Алзар находился в помещении, соседнем с тем, в котором происходил наш с Люцифером разговор. Он был один и сидел, грустно уставившись в стенку.

— «Алзар!» — телепатически позвала я его.

Он вздрогнул и затравлено огляделся по сторонам.

— «Алзар, это я, Тара!»

— Где ты? — неожиданно равнодушно вслух произнёс он. Такое ощущение, что это включилась индивидуальная запрограммированная реакция на моё имя.

— «Вслух не говори. Я далеко от тебя, но могу читать твои мысли. Отвечай мне мысленно».

— «Отвечать что?» — так же равнодушно подумал Алзар — «я тебя не знаю».

— «Как это?» — растерялась я, — «ты меня забыл?»

— «Не понимаю, о чём ты и кто ты…» — такое же холодное равнодушие.

Я не выдержала и рывком перенеслась к нему, появившись у него за спиной.

Подбежала к нему и присела перед мальчиком на корточки.

— Алзар! — я быстро оглянулась по сторонам, но никого не было, — это же я.

Помнишь, тогда у пиратов…

— Я в первый раз тебя вижу! — отрезал мальчик, глядя на меня и, пожалуй, нисколько не удивившись моему появлению.

Я вгляделась ему в глаза.

— Господи, Алзар, что они сделали с тобой?! Стёрли твою память и сделали тебя монстром…

— Нет, — покачал головой Алзар, — я не монстр. Просто я ничего не помню. Не помню, кто ты и что было до того, как я очутился здесь. Я как будто проснулся однажды… в этой комнате. Что было до этого — ничего не помню.

— Совсем? — озадачилась я.

— Только то, что мне рассказала Лилит. Эта девушка была рядом, когда я очнулся.

Она сказала, что нашла меня в открытом космосе в полуразбитом тлоннере без опознавательных знаков… Я ничего не знаю о своём прошлом. Не помню.

— Я знаю! — уверенно поднялась я, кипя от негодования в адрес Лилит, и не оставляя себе времени на раздумья, — я помогу тебе всё вспомнить, пошли со мной.

— Куда? — испугался мальчик.

Но я уже схватила его за руку и моментально перенесла в свой мирок.

Алзар покачнулся, испуганно вцепился в меня, когда пейзаж вокруг так неожиданно поменялся, и ойкнул.

— Не бойся, — я обняла его, прижала к себе, — Боже, Алзар! Я так за тебя переживала. Я ведь думала, что ты погиб. Не представляешь, как тяжело мне было…После всего, что мы вдвоём пережили в пиратском плену…

— Мы родственники? — мальчик недоумённо отстранился от меня.

— Ну, нет… — замялась я, — друзья.

— Но я тебя не помню.

— Это ничего, я тебе помогу! — уверенно заявила я, не представляя — как. Но мою голову (притягивающие приключения на другую часть тела) уже посетила идея, — только сначала нужно кое-что сделать…

Когда мы за руку вошли в холл замка, снаружи уже смерклось, спускалась ночь.

Черристор сидел на полу у камина, пил сок и грустно смотрел в огонь. Увидев нас, он обрадовано вскочил.

— Черри, — опередила я его вопрос, маршируя к камину, — мне очень нужна твоя помощь! Пожалуйста, ничего не спрашивай, я сейчас сама всё объясню.

Я налила сока себе и Алзару, который растерянно взял стакан и пил чисто машинально. А в это время я попыталась набросать Черри ситуацию буквально несколькими фразами. Он, парень умный, всё быстро уловил. Я внутренне очень порадовалась, что у меня появился такой друг. Если всё получится — я буду ему благодарна до конца жизни. Ведь то, на что он идёт — огромный риск. С монстрами шутки плохи…

— Да, конечно, можешь на меня рассчитывать. Но сколько времени это займёт?

— Завтра, к этому же времени ты будешь свободен. Может и раньше, — заверила я, — постараюсь побыстрее.

— Не будем терять время! — кивнул он деловито.

Вот это парень! Я бы, наверное, и голову от него могла потерять, если бы моё сердце уже не принадлежало Дереку.

Я с грустью, мимолётно подумала о нём и ощутила в ответ нежное тепло: Дерек не забыл меня и всё так же любит.

— Ну-ну! — поторопил Черри, и я встряхнулась; действительно, надо спешить.

Алзар с открытым от изумления ртом во все глаза следил за переменами, стремительно происходящими во внешнем облике Черристора. Я старалась, как только могла и, в результате, Черри «получился» — один в один Алзар! Их, стоящих рядом, даже самый придирчивый взгляд не смог бы различить Единственное, что я не смогла поменять, так это голос. Но это не главное. Придётся Черристору некоторое время помолчать. Самое важное — чтоб всё получилось так, как задумано, без сучка, без задоринки…

Мы втроём шагнули из дверей замка под огромное звёздное небо. Великолепие необъятного пространства и господства природных ландшафтов, раскинувшихся ниже уровня замка, насколько позволял взгляд…Силуэты деревьев и гор на горизонте, очерченные чётко, словно остро отточенным карандашом, но кокетливо подёрнутые лёгкой дымкой…Меня охватила лёгкая гордость — это ведь моё создание, мир, созданный МНОЙ!

Я повернулась к ребятам и сначала не сразу сориентировалась, кто из них настоящий Алзар, а кто — Черри. Но не сказала ни слова. Оставалось что-то ещё…

Словно последний ритуал на удачу, прошение об успехе задуманного предприятия.

Я запрокинула голову, взглянула на звёзды, и сердце моё защемило от воспоминаний. Воспоминаний об Атлантиде. Не помню точно, но, по-моему, там было вот именно такое же небо — низко-звёздное, как беспредельный шатёр над человеческими головами.

В горле неожиданно появился ком, я с трудом его сглотнула. Когда мы покинули Город Золотых Ворот, мне было 11 лет, и я готовилась стать Жрицей Луны. Я обучалась в главном храме. Его ослепительные белоснежные, увитые плющом, колонны возвышались на холме, с которого мраморные ступени спускались прямо в океанскую воду… Я часто сидела на последней, выступающей из воды, кончиками пальцев играя с нежным бархатом набегающей волны. А во время ночных занятий я всей душой впитывала силу энергии, растворённой в лунной дорожке, мерцающей и переливающейся на воде… Ощущение, схожее с наслаждением от смакования изысканного напитка мелкими глотками.

Я сглотнула подступившие слёзы. Луны осталась там, в солнечной системе…А я тут.

Одинокая и оторванная от её мудрой женской силы, которая вырастила бы из меня Жрицу, повелевающую силами стихий и желаниями людей. Мне никогда не стать хранительницей женских знаний Атлантиды. Я знала, что на её месте сейчас бескрайние океанские просторы… Я никогда туда не вернусь и не увижу даже следов нашей погибшей цивилизации. Цивилизации, которая вопреки своей гибели — я знала это — оставила всему человечеству не только множество тайн и загадок, но и такое же множество знаний и открытий.

Да и ещё было кое-что, что останавливало меня от того, чтоб не отправиться в те места на экскурсию: у нашей галактики с галактикой, в которой находилась Земля разные временные потоки. То есть на Земле уже, по скромным подсчётам, прошло несколько тысяч лет от того дня, когда мы покинули её всей семьёй. Может, я просто боялась того, что могу там увидеть? Я не представляла себе, как изменилась с тех пор моя бывшая родная планета. Точнее я кое-что знала из лекций в школе ПСГ, но совсем немного и не очень приятные моему сердцу вещи. В основном, о многочисленных земных войнах и сравнительно немного — о развитии культуры. Нет, Земля влекла меня не столь сильно, как продолжала притягивать её спутник…

Ну и что, что не видно той моей Луны! Я её всё равно чувствую, продолжаю ощущать, я связана с ней незримо той неразрывной связью, что установилась много лет назад, а может ещё при моём рождении. И я именно сейчас очень хочу сделать то, что уже несколько лет не делала.

Я подняла голову к небу и прошептала, закрыв глаза, «видя» перед собой её Великий лик: пусть даже это была мной созданная совсем недавно «Луна»

— Милая моя, поделись силой своей со мной…

И запела. Медленно воздела руки вверх и пела. Потоки такой родной, но уже забытой энергии в одну секунду пронзили меня и сладко потекли по телу, согревая и наполняя меня с избытком. Я пела на языке атлантов, который клянусь не забыть никогда! Он очень красив, мелодичный с переливами.

Знакомая, такая родная, сила подхватила меня и плавно закружила. Как я могла забыть её? Как я могла прекратить это по собственному желанию? Я танцевала танец Луны, дающий мне покой, силы и блаженное состояние умиротворения. Я забыла обо всех своих заботах и неприятностях, всё отступило сейчас. Я сейчас ощущала Луну так, как если бы она была здесь, прямо над моей головой. Я принимала её добрую подсказку, её мудрость, её заботу и материнские объятия. Слёзы из закрытых глаз катились по моим щекам, слёзы желанной встречи после долгой и надрывающей сердце разлуки… …Я медленно остановилась, замерла, — танец закончился. Я не двигалась, боясь спугнуть этот момент высшего благословения. Но вдруг чётко поняла, что это ощущение не покинет меня теперь никогда, я снова под защитой и ласковой опёкой моей далёкой таинственной покровительницы. Я вернулась домой!

Осторожно, понимая, что сейчас это можно сделать, подошёл и тихонько обнял меня сзади за плечи Черри. Алзар взял за руку, не глядя на меня. Они оба молчали, понимая, что ничего и не нужно говорить. Наконец я улыбнулась и открыла глаза.

— Это была моя жизнь… — проговорила я, — единственные воспоминания о моей родине.

Черристор кивнул, а Алзар, хоть ничего не понял, промолчал.

Сила сейчас переполняла меня, я была готов снова идти вперёд, действовать. Я ощущала огромную незримую поддержку.

Внезапный порыв, овладевший мной, заставил меня схватить Черри и Алзара за руки и, словно горячий поток, через меня сила вошла и в них, наполнила уверенностью.

ГЛАВА 25

— Так… Ты, — я повернулась к Алзару, — останешься пока здесь. Запрёшься в замке и — отдыхай. Нам позже предстоит долгий путь. А ты, — дошёл черёд Черри, — пойдёшь со мной и… да поможет нам Богиня!

— Подожди! — взмолился Алзар, вмиг растерявшись, — объясни же мне, что ты хочешь сделать?

— Алзар, у нас не так много времени. Обещаю, всё объясню потом, по пути. Просто доверься мне. Я верну тебе твою личность и… накажу тех, кто её у тебя отобрал, — процедила я сквозь зубы.

С Черристором мы, не мешкая больше, перенеслись в комнату, где всего полчаса назад находился Алзар.

— Сиди здесь, — приказала я, — ни с кем не разговаривай, в общем, не подавай голоса, ладно?. А лучше знаешь что? Лучше ложись и спи. Притворись или по-настоящему, как захочешь.

— Угу, я что-то устал, — зевнул Черри, — набегался в баре…

— Отличненько, — кивнула я, — короче, тяни время. Ну, пока, встретимся позже.

— Тара… — начал Черристор, но я знала, что он сейчас скажет, и потому поспешила ретироваться.

Вернувшись к ступеням замка, я решила не терять ни минуты. Потому попросту телепортировалась сразу внутрь, не тратя времени на подъём.

— Алзар! — позвала я, вбегая в холл. Сердце стучало в бешеном ритме. И какое-то недоброе предчувствие…

— Привет, — передо мной стояла с ледяной улыбкой на губах Лилит, держа Алзара за руку.

— А, привет… — ярость нахлынула на меня неожиданно. Впрочем, этого и следовало ожидать.

— Не сердись, что я без приглашения, — усмехнулась Лилит, — я ненадолго, уже ухожу. Уходим…

— Ну, во-первых, свой визит вежливости ты окончишь, как и начала, то есть одна, — медленно, но верно закипала я, — а, во-вторых, уйдёшь ты не сейчас, а после того, как я воспользуюсь своим гостеприимством и на правах хозяйки закончу всё-таки наш с тобой разговор! Думаю, нам есть ещё о чём поговорить.

— Ох, как сложно всё! Ну, если ты так думаешь… — вздохнула Лилит, но всё-таки у неё в глазах промелькнуло что-то, похожее на испуг, — и о чём же? Что ты хочешь мне сказать? Я не очень хочу общаться с преступницей, ты ведь не знаешь, — начала она объяснять Алзару, — Тару разыскивают все: власти Семи Галактик, Коалиция Монстров… Уничтожение мира, знаешь ли, серьёзное преступление.

— Что?! — такой наглости я не ожидала, — это же ты меня подставила! Набивалась в подруги, а за моей спиной плела интриги.

— Сама отказалась быть моей подругой, я бы тебя наставила на путь истинный, — пожав плечами, как ни в чём не бывало мурлыкнула Лилит, — а сейчас уже поздно…

— Неужели ты могла подумать, что я захочу иметь с тобой хоть какие-то отношения?

Ты — наглая, циничная предательница… — я аж задыхалась от негодования.

— Это всё, что ты хотела мне сказать? — осведомилась Лилит, — я спешу.

— Не всё. Если я преступница, то по тебе плачет распыление на атомы без права последующей реинкарнации. На твоей совести преступление ещё похлеще моего.

Лилит побледнела.

— Думаешь, я не знаю о том, как ты поступила со своим ребёнком? — меня понесло.

— Заткнись!

— Ты его убила! Ещё нерождённого. А это — гибель одного только беззащитного создания — куда серьёзней, чем гибель уже и без того мёртвого мирка.

Алзар взвизгнул и, вырвав руку из руки Лилит, отскочил от неё.

— Я убью тебя!!! — зашипела Лилит, — а потом и этого предателя!

Полагаю, она имела в виду Люцифера?

— Что, не нравится, когда тебя предают? — ехидно поинтересовалась я, — только сделать мне ты уже ничего не сможешь. Я нахожусь под контролем Коалиции Монстров. Но и это не главное. Главное, что я не боюсь суда, потому что справедливость восторжествует, я не стану молчать и всё расскажу им о тебе. Ты будешь наказана за всё. Это и будет моей тебе местью. За меня, за Алзара, за других загубленных детишек…

— Зачем же тянуть время? — шипела Лилит, — у тебя есть шанс отомстить мне сейчас же, прямо здесь. Накажи меня сама! Дарю тебе этот шанс… На суде Шайбил опять легко поможет мне, так что хуже придётся тебе, а здесь никто нам не помешает.

Давай устроим астральный бой, а? Бой, в котором не участвуют тела, бесконтактный. Победитель получает всё, побеждённому — смерть!

— Я согласна.

Ну, почему я сначала говорю, а потом думаю? Вот и сейчас согласилась сходу, а только потом реально оценила наши силы…Но отступать было поздно. Да я и ни на секунду не допустила такой мысли. Истина — на моей стороне, а осознание её придаёт мне силы.

— Алзар, иди, пожалуйста, наверх, — приказала я, зная, что здесь сейчас будет очень и очень небезопасно.

— Тара…

— Алзар, иди!!!

Он послушно побежал по лестнице.

Я проводила его глазами, на секунду упустив из вида Лилит, и этого вполне хватило. Знала ведь, что с ней нельзя терять бдительности! Она тотчас нанесла удар. Лёгкий, но хлёсткий, я охнула и быстро обернулась — Лилит сидела в глубоком кресле, расслабившись, с закрытыми глазами. Её сознание сейчас полностью находилась в астральной реальности.

Я быстро попятилась и уронила своё тело на диванчик напротив. Глубоко вдохнула и «нырнула». И через доли секунды тоже уже пребывала в астрале.

Честно говоря, в школе патрульных нас учили элементарным правилам астрального боя на случай, если придётся когда-нибудь с этим столкнуться. Но, вот ведь в чём дело, мне не приходилось с этим сталкиваться! Да и жёсткой практики у нас не было, знания были скорее теоретическими и порядком уже подзабытыми. Первой начинать бой я не пробовала никогда. Теперь пришлось срочно вспоминать. Благо возможности монстра предполагали инстинктивные способности в этом деле.

В астральной реальности мы не стали искать или создавать полигон, схлестнулись прямо в этом же холле. Времени не было, а эмоции кипели и нам по большому счёту было всё равно, где сводить счёты. Лилит боролась за себя, а я за себя и за Алзара.

У моей противницы был жутковатый имидж — где-то около 3-х метров роста (благо потолки здесь высокие, а то ей пришлось бы поумерить амбиции), кожа всё так же переливается змеиной чешуёй, фигура её, но — гибкая неимоверно, как резиновая.

Хвост — словно хлёсткий хлыст, огромные стальные когти и большие чёрные крылья.

Интересно, кто помогал ей в выборе и создании имиджа для астральных боёв?

Никогда не прибегну к его услугам! Редкостный, по всему видать, извращенец с больным воображением. Тут же мелькнула мысль, что это самолично её собственная фантазия. И я этой мысли ничуть не удивилась.

Мой же имидж был помиролюбивее. Я воспользовалась тем, который создала себе ещё на занятиях. Слава Богу, что, единожды создав «костюм для битв», он потом всегда с тобой, проявляется автоматически в любой момент. Единственное, что я прибавила сейчас, так это росту. Ну, чтобы быть, как говорится, на одном уровне. Если уж она меня в силе и навыках превосходит, то хотя бы в величине — не дам ей шанса.

А прикольно с такой высоты взирать на окружающий интерьер, правда несколько тесновато сразу стало, трудно будет развернуться особо.

Итак, если оружием Лилит были, как я поняла, удлиняющиеся когти и хвост, то у меня — острые белые крылья и длинный меч, спрятанный за спиной. Было и скрытое оружие (не сомневаюсь, что у Лилит такое же есть) — энергетические лучи, бьющие из центров ладоней рук. Но сразу пускать его в ход глупо — это означало истощиться раньше времени.

Что касается энергии, посредством которой и в таких боях оперируют, то — у каждого свой источник её восполнения. Нас учили, что нет большей энергии во всех вселенных, чем энергия любви. Идя в бой, нужно испытывать к противнику искреннюю любовь и милосердие, даже если до этого питал к нему самую зверскую ненависть. С любовью идти ему навстречу, наносить удары с всепоглощающей любовью, дарить ему энергию любви. В общем — с улыбкой на устах и позитивом в кармане!

Если противник настроен противопоставить тебе совершенно иной эмоциональный заряд, то есть почти стопроцентная гарантия, что ты победишь. Это именно тот случай, который доказывает, что добро побеждает зло всегда, и даже кулаки у него — любящие. Исключая, конечно, случай, когда ты вдруг сбиваешься с настроя впускаешь в себя хоть чуточку страха или, не дай Бог, ненависти, злости. В этом тебе уже ничего не гарантировано, кроме похоронного марша.

Не думайте легкомысленно, что если тело не участвует в бою, то не может и пострадать. Что, развалившись в кресле с комфортом, находится в полной безопасности и неприкосновенности. Участвует-то энергия тела, и её дисбаланс или истощение определяет исход — можно оказаться раненным или убитым. У монстров, конечно, не всё так просто и быстро, убить монстра — не океан вручную переплыть.

Гораздо сложнее. Если ты сам не монстр. А вот битва двух монстров совершенно непредсказуема и может затянуться до занудства. Но зрелище обещало быть красивым… Жаль, что я со стороны сама не могу взглянуть и оценить.

Трудно, однако, сразу настроиться на любовь, когда на тебя вот так нападают исподтишка и внезапно. На это Лилит и рассчитывает: на мою злость в ответ. А вот фигушки ей!

Мне стало вдруг её очень жалко, настолько, что возникло в один момент совершенно искреннее сочувствие к её жизни, насквозь пропитанной ложью. Мне даже не пришлось делать усилий над собой. Вслед за сочувствием я впустила в себя и любовь к ней.

Сейчас я была спокойна и расслаблена, и я любила Лилит в эту минуту искренне и всем сердцем. Она ощутила это, и её передёрнуло.

Я двинулась Лилит навстречу желая обнять её крыльями, но она увернулась и ударила меня когтями сзади. Почти не больно, я даже захотела рассмеяться. Первая моя ошибка — в астральном бою нужно передвигаться быстро, как можно быстрее, иначе твои обрывки потом никто не соберёт, даже ты сама.

Я картинным движением ловко вытащила меч и обернулась. Видимо недостаточно ловко, потому что Лилит уже сзади не было. Её удар обрушился прямо на мою, опрометчиво подставленную, спину. Хлестнув хвостом, она обожгла меня резкой болью и снова с молниеносной скоростью ускользнула из пределов моей видимости.

Лилит играла со мной, как с кошкой бантиком на верёвочке. Вероятно, у неё блестящий был опыт таких битв. С дилетантами вроде меня. Знания тут почти ничто — главенствуют всё-таки навыки.

Пока я растерянно озиралась со скоростью улитки, она вновь пронеслась мимо и полоснула меня когтями так, что отсекла край моего крыла. Ой-ёй-ёй, как же больно! Волна острой боли прошила всё тело.

Отчаянье накатило на меня, — я почему-то не могла передвигаться с её скоростью!

Так! Только спокойно! Не пугаться и ни в коем случае не злиться на неё! Но надо что-то делать…Как зафиксировать её взглядом? Её — мелькающую со скоростью света. А-а-а!!! Ещё один удар, ещё более яростный, чем предыдущий. Более жестокий. Лилит носилась вокруг, сужая круги, так быстро, что я не могла разглядеть её чётко. Что-то я делаю не так, что-то я забыла, но что???! Паника медленно подбиралась ко мне, грозя мною вот-вот овладеть… А от ударов Лилит сил у меня оставалось уже не так много.

Снова удар и, в следующую минуту, Лилит вдруг остановилась, замерла, хищно глядя на меня. Я поняла, что она готовится нанести последний, решающий удар. И он будет необычным, особенно изощрённым. А вместе с этой мыслью я, издав что-то похожее на клич индейцев майя, рванулась вперёд, прямо на неё. Она не ожидала от меня задатков камикадзе, потому что, вероятно, приняла меня за какую-то безнадёжно медлительную идиотку и поэтому не успела увернуться. Я с быстротой молнии выхватила меч и рубанула с лёту наискось. Вложив в удар остатки сил…

Восторг наполнил меня, уверенность в себе и в силе энергии любви, когда я почувствовала, что удар достиг цели..

А результат меня и вовсе обрадовал: я отсекла Лилит правую руку. Пока она приходила в себя, я снова кинулась к ней и занесла меч уже над её головой.

Обрушить мне не удалось, как хотелось. Лилит среагировала быстро — проворно (слишком проворно для настолько раненой. Но надо отдать ей должное: она ничем не выдала жуткой боли в отсечённой руке!) скользнула в сторону. Но зато напоследок она полоснула меня по груди когтями. Удар сразу пятью ножами! Жуткая боль! И тут я вдруг потеряла самообладание и…испугалась… Силы в один миг покинули меня.

Едва получилось увернуться от следующего, смертельного удара. О том, чтоб нападать, не было и речи.

Я упала и кубарем покатилась. Стараясь уравновесить свои эмоции и унять дрожь во всём теле, я осталась лежать на спине. Только взметнула перед собой руки, откуда тотчас же ударили лучи энергии. Лилит, которая логично попыталась обрушиться на меня сверху, прямо в полёте наткнулась на них.

Её обожгло и с силой отбросило назад. С диким воплем злобы, Лилит вскочила. Её левая рука не справлялась одна со всеми задачами, поставленными хозяйкой. А потому моя противница потратила несколько драгоценных секунд на стремительную регенерацию недостающей правой руки, а у меня тем самым образовались крупицы времени, которыми я и воспользовалась.

Я моментально мобилизовала все свои силы и взлетела вверх. Пока Лилит соображала, я безжалостно обрушилась на неё. Скользнула рядом и сграбастала её в объятья своих крыльев, запеленала, словно в кокон. Она затрепыхалась, но хозяйкой положения была сейчас я. И я медленно, но верно лишала её сил. Нужный настрой возник у меня автоматически. Легко генерировать в себе святую любовь, когда побеждаешь, чего не скажешь о состоянии побеждённого. Лилит билась изо всех сил, но, похоже, она и сама понимала, что бой неумолимо близится к концу.

Я прижимала её к себе изо всех сил, сливалась с ней, дарила ей свою любовь…

Неожиданно, Лилит воскликнула:

— Алзар!

Я вздрогнула и обернулась, ослабив хватку. Тут же одним нечеловеческим ударом Лилит оторвала меня от себя и, как пушинку, отбросила в сторону. Следом из её ладоней ударили лучи энергии в мою сторону, и я, как водится, не успела вовремя среагировать. Резкая боль пронзила грудь и вырвала из меня последние остатки энергии.

Я валялась, как тряпичная игрушка на земле, не в силах даже пошевелиться. Ну, надо же, снова поверила её лжи и, кажется, пришло время попрощаться с жизнью.

Лилит не пощадит!

Как же глупо всё вышло…

ГЛАВА 26

Почему-то в голове в этот момент всплыли слова молитвенной песни, с которой в Атлантиде я обращалась к силам природы, к свету звёзд, океанским волнам за поддержкой в особо трудные минуты (хотя, настолько трудных у меня там не было минут, об астральных боях я и помыслить не могла!). Но сейчас у меня просто нет времени на молитву. Я просто закрыла глаза…

— Сдаёшься? Опять? — услышала я до боли знакомый голос.

— Мерген!!! — завизжала я счастливо, тут же приходя в себя и, приподнимаясь с дивана, мечтая броситься к нему в объятия. Откуда только силы сразу взялись?

Может оттого, что я поняла: Мерген не даст меня убить!

Лилит шарахнулась из своего кресла, как ошпаренная. Как разъярённая кошка, на которую вылили ведро кипятка.

Мерген стоял неподалёку и зловеще улыбался.

— Не мешай нам! — зашипела Лилит, метая молнии взглядом.

— Я тоже хочу поучаствовать, — вкрадчиво произнёс он.

— Ты нарушаешь правила астрального боя, я тебя не вызывала!

— Ты сама нарушила их только что, — кивнул Мерген, — Тара, ты разрешишь?

Я кивнула устало, наблюдая, что будет дальше. Неужто я бы отказала ему? Увижу сейчас моего дорогого учителя в действии, так сказать. Ммм, надо успеть занять лучшие места! Впрочем, отсюда очень хорошо видно. Я надеюсь, им не придёт в голову идея свалить куда-нибудь и там продолжить…

— Рад видеть тебя, Лилит, — сладкая улыбка Мергена была чересчур сладкой.

— Не скажу, что взаимно! — рявкнула она.

— Ну, хотя бы притворись, как я.

— Что тебе от меня нужно?!!

— Вижу, ты не теряла времени зря, стала монстром. Шайбил впервые удивил меня…

— Не слово о Шайбиле! Ты и мизинца его не достоин.

— Рад слышать, что хоть о ком-то ты говоришь хорошо, — кивнул Мерген. Теперь он говорил мягко и искренне.

— О тебе я никогда не скажу ни одного хорошего слова! — ярость Лилит теряла границы.

— Да ладно тебе, милая, — теперь Мерген явно издевался, — думаю, нам есть, что сказать друг другу.

— Да уж, накопилось!.. — глаза Лилит горели дьявольским огнём.

— Тара, ты позволишь? — Мерген хитро глянул на меня.

— Конечно, — кивнула я.

Понятно, что это намёк на их желание остаться тет-а-тет…

Теперь есть вполне законный повод покинуть место боя, не доведя его до конца.

Мерген очень выручал меня, позже обязательно скажу ему спасибо.

— Эй, ты куда?! — возмутилась Лилит, но я уже, помахав ей рукой, бежала вверх по лестнице:

— Пока, Мерген! Встретимся на суде!..

— Стой, мы не закончили!!!

— Лилит, защищайся! — Мерген, стремительно трансформируясь, выбросил в её сторону правую руку.

Я с трудом победила соблазн оглянуться и понаблюдать.

— Алзар, — я, запыхавшись, вбежала в комнату, — пойдём, скорее!

— А где Лилит? — как-то испуганно спросил мальчик.

— Встретила старого знакомого, они разговаривают, — лаконично ответила я.

— А куда мы идём? — всё ещё испуганно продолжал выспрашивать Алзар.

— Отвезу тебя кое-куда. Там тебе вернут личность и семью.

— Но у меня нет семьи…

— Ты знаешь это наверняка?

— Лилит сказала, — потупился мальчик.

— Ясно! — я решительно взяла его за руку, — вот и узнаем точно.

Долго разговаривать и объяснять времени не было. И так много его потеряла на Лилит. Надо спешить. В последнее время у меня всё происходит в дикой спешке, всё так завертелось…

Иштар. Небольшой мирок, сплошь состоящий из всяческих типов учебных заведений.

Можно сказать, один большой университет. Мечта любого сознательного подростка всей этой системы. Именно туда я и перенеслась за руку с Алзаром.

Здесь я никогда не была, но помню, очень хотела поступать сюда учиться, по специальности «программист миров», когда мне стукнет 16 лет. Вот мне уже 16, но теперь обучение мне ни к чему — я уже обладаю всеми знаниями по программированию, даже более того: успела создать свой, весьма удачный мирок. И разрушить чужой… Но времени кручиниться нет — я одёрнула себя.

На Иштар собирались вместе со мной поступать и мои друзья. Наверняка, они уже здесь. Самый разгар учебного дня.

Тоскливо заныло сердце, вот бы увидеться хотя бы на секунду… Но я тут же пресекла все попытки «разыскать» их, потому что сейчас мне важнее было разыскать совершенно другого человека… пардон, монстра. Как-нибудь потом, после суда, если всё для меня хорошо сложится, обязательно встречусь с друзьями.

А теперь мне надо срочно найти Анечку. Она в своё время предупреждала меня насчёт Лилит, думаю, она сможет мне помочь.

Я настроилась на неё и тут же обнаружила её присутствие в здании, прямо около входа в который мы с Алзаром и стояли. Повезло Прекрасно! Теперь туда! Алзар трепыхался сзади, влекомый моей непреодолимой силой и энтузиазмом.

В холле я остановилась. Богиня! Какие тут огромные лестницы и переплетения коридоров…Бегать и бегать, соображая — куда именно бежать. Без карты или путеводителя и мечтать нечего найти конечный пункт поисков.

И тогда я просто возникла посреди огромной аудитории, полной студентов, где шла лекция по теме: «Экосистемы Семи Галактик». Анечка…читала лекцию!

— Привет! — удивилась она, — что так неожиданно?

— Привет, — смутилась я, а Алзар во все глаза смотрел по сторонам, — Анечка, мне нужна помощь. Понимаю, что не вовремя, но времени то у меня почти и нет… Когда и где мы можем поговорить?

Несмотря на мою наглость, она повела себя на редкость тепло:

— Прямо сейчас! — деловито заявила она и обратилась к студентам, — все свободны, завтра проверю задание.

Студенты вставали и медленно выходили из аудитории, косясь на меня с опаской.

Вероятно, они нечасто сталкивались с монстрами. И, уж конечно, не знают, что их преподавательница — сама монстр.

— Не спрашиваю, как ты меня нашла, — усмехнулась Анечка, когда дверь за последним студентом закрылась, — а это кто?

— Это мой друг. Его зовут Алзар, — быстро представила я, — Анечка, ты в своё время меня предупреждала о Лилит, но я тебя не послушала. В результате чего совершила преступление, меня разыскивали…

— Знаю, — кивнула Анечка и вытащила огромную сигару, — будешь?

— Нет… — растерялась я.

— Продолжай, — невозмутимо кивнула она, закуривая.

— Ну… вот… в общем, помощь нужна Алзару. С ним случилось…

— Прости, что перебиваю, но ты сказала, что у тебя мало времени. Я знаю, что с ним случилось.

— Откуда? — брякнула я.

— Вижу, — удивилась Анечка, — это же сразу заметно!

Да? А вот я бы не смогла увидеть…

— Тогда, раз ты знаешь проблему, то сможешь помочь?

— Как два пальца намочить! — заявила девушка, потягивая сигару.

— Что для этого нужно?

— Тот, кто сделал это.

— Как это?

— Только тот, кто «спрятал» его, сможет вернуть.

— То есть, ты не можешь сама…

— Попробовать, конечно, могу. Но, видишь ли, я ведь не знала Алзара раньше. Если я и смогу восстановить его, то что-то все равно в нём останется не таким…

Спокойствие Анечки поражало.

— Но как ты смогла бы помочь, если бы этот монстр, что виновен, оказался перед тобой? Не думаю, что она согласилась бы исправить…

— Не может — научим, не хочет — заставим, — Анечка изящным жестом вышвырнула сигару в металлическую корзину, стоящую в углу.

— Ну, так что? Что же делать?

— Для начала, назови мне имя того, кто поиздевался над парнем.

— Видишь ли, я точно не знаю…

— Как это?

— Я там не присутствовала!

— Ясно. А ты что можешь сказать? — повернулась Анечка к Алзару.

Тот молча пожал плечами.

— Понятно, — усмехнулась девушка, — ну, ладно. Есть, конечно, другие способы, я и сама могла бы попытаться…

— Ты же не гарантируешь результат, — сощурилась я пытливо.

— Вариантов-то много…

— Анечка!!! Говори по существу — ты можешь помочь безо всяких посредников? — взорвалась я.

— Возможно, — Анечка хитро посмотрела на меня, — за отдельную плату.

— Я думала, ты по-дружески…

— Дружба дружбой, а дела — раздельно. Шучу. Но это будет нелегко. Мне тоже нужна будет помощь.

— Разумеется, можешь на меня рассчитывать! — воскликнула я.

— Знаешь… — Анечка критически осмотрела меня, — не думаю, что тут ты как-то сможешь мне помочь.

Вот и всё. Сказала, как отрезала. Поддела меня за мои промахи и неумелые попытки показаться крутой, что тут скажешь… Крутая, как поросячий хвостик!

— Ну, тогда, что ты хочешь? — сдалась я.

— Классную вечеринку в каком-нибудь астероидном баре!

— Но… — я совсем уже не понимала её, — ты же сказала, что тебе нужна помощь…

— В остальном я, так уж и быть, справлюсь сама, — снисходительно улыбнулась Анечка и вдруг расхохоталась, — Тара, расслабься!

— Просто это так неожиданно… Вечеринка…

— Надо же мне будет расслабиться после тяжёлой работы, — смеялась Анечка.

По-моему, она откровенно забавлялась, — надо уметь устраивать себе праздники.

Если ты монстр, то это не значит, что ты не испытываешь необходимости в пище и остальном, а следовательно — не обязательно её удовлетворять. Совсем нет. Надо баловать себя именно поэтому, что у монстров жизнь гораздо насыщеннее и напряжённее. Надо себя любить, в конце концов!

— Да, понятно, — всё ещё растерянно проговорила я, выслушав лекцию.

— Приступим? — Анечка плотоядно улыбнулась Алзару и потёрла руки.

Алзар стремительно побледнел.

— Не бойся, малыш. Больно не будет. Тётя добрая и гуманная.

— А как ты это будешь делать? — поинтересовалась я жадно.

— Смотри.

Дальнейшие происходящие действия были мне непонятны, но я не решалась задавать вопросы в процессе, решила подождать и помучить её после.

Анечка молча уставилась в пространство, словно о чём-то задумалась. Она не двигалась с места. Но я знала, что она в этот момент напряжённо работает, я прислушивалась к её ощущениям, ловила каждую крупинку их, проявленных вовне, училась наблюдая.

В какую-то секунду, внезапно, Алзар побледнел и… потерял сознание. Он упал, но я успела подхватить его и аккуратно уложила на пол. Сейчас он был похож на куклу, его сознание находилось целиком во власти Анечки и, создавалось такое ощущение, что он ничего не ощущал и не осознавал себя.

Я же бросала напряжённые взгляды на дверь — не хватало, чтоб кто-то вошёл и стал свидетелем неоднозначной картины. Но, видя спокойствие Анечки, я уверилась, в конце концов, что это совершенно исключено.

Время шло. Картина эта не менялась. Я захотела поглубже посмотреть, что она делает, судя по всему, она работала на другом уровне. Закрыв глаза и выйдя в астрал, я была буквально ослеплена игрой красок, их сиянием и переливами.

Действительно, Анечка работала над проблемой Алзара именно там. Мне было до конца непонятно, как она это делает, только поняла, что работа шла с полями.

Наконец, Анечка с усилием встряхнула головой и повернулась ко мне:

— Ну вот, операция окончена. Пациент будет жить… — она подошла к столу и прямо с ногами уселась на него.

— Спасибо! — воскликнула я радостно. Если честно, волнение не отпускало меня до последней секунды, даже глядя на уверенные действия этой хрупкой девушки-монстра.

— Сейчас Алзара лучше не трогать, чтоб он сразу не пришёл в сознание, иначе будет дезориентация в пространстве и временная амнезия. Чем медленнее он будет приходить в себя, тем безболезненнее будет происходить процесс адаптации.

— А сколько это займёт времени? — с тревогой спросила я.

— Минут пять. Пусть процесс идёт сам собой. Кто же его так?..

— Знаю только, что в этом замешана Лилит…

— Здесь поработал профессионал. И это явно не Лилит, — Анечка задумалась.

— Скажи, как ты это делала? — кивнула я на Алзара, — в астрале?

— Верно, я всё делала на астральном плане. Я разложила астральное тело Алзара на составляющие и меняла структуру полей. Предварительно нейтрализовав имплант в его голове.

— Я многого не знаю…

— Да, Мерген разумно поступил, не открыв в тебе всё. Самой научиться будет гораздо полезнее.

— Я то думала, что уже всё могу, — усмехнулась я, — спасибо тебе. Самой мне бы не справиться, а Алзару надо было срочно помочь.

— Пустяки, — беззаботно воскликнула Анечка, но я ощутила лёгкую усталость в её голосе, — когда устроим вечеринку? Я знаю сотню неплохих баров.

— Сразу, как станет известен приговор мне. Не забыла — я фактическая преступница и суд назначен на завтра.

— Я приду, — зевнула Анечка, — не переживай, думаю, что всё не так страшно.

— Спасибо, мне будет намного легче, если там будут те, кого я знаю.

— Там будет много сюрпризов для тебя, — туманно пообещала она.

— Тара… — раздался слабый голосок. Алзар приходил в себя.

— Как ты? — кинулась я к нему.

— Немного голова кружится, а так — всё нормально.

Алзар поднялся. Анечка, наклонив голову, внимательно наблюдала за ним — Что ты помнишь? — тормошила я его, — ты всё вспомнил?

— Я смутно помню, что происходило недавно. Зато прекрасно помню нашу встречу на пиратском «монолите». Тара!

И Алзар, шмыгнув носом, кинулся ко мне в объятья. Впервые за долгое время и я прослезилась. Практически расплакалась. Он бормотал мне на ухо взахлёб, постепенно вспоминая, что происходило во время моего отсутствия в его жизни. Но это уже не имело особого значения, главное, что сейчас всё уже было хорошо и плохое осталось позади!

Когда закончилось время тёплых объятий и воспоминаний, я, вытерев слёзы, решительно перешла к делу:

— Ну, теперь, когда твоя личность при тебе, решим, что с тобой делать. Где находится твоя семья, куда тебя отвезти?

— У меня нет семьи, — грустно проговорил Алзар, опустив глаза, — родители погибли во время экспедиции на Соверелу полгода назад, а кроме них у меня никого и не было.

— Как же ты жил всё это время?

— Искал работу, то там, то тут перебивался случайными заработками, ты ведь знаешь, со скольких лет вступает в силу трудовой кодекс? Поэтому работал я помалу и неофициально, больше мотался по галактикам. Собирался лететь на Иштар, очень хотелось учиться, но возраст ещё не тот, только работать и мог. А потом, когда по работе летел на Кайтерон, попался к пиратам в руки… Дальше ты знаешь.

— Значит, хочешь учиться? — задумчиво спросила Анечка, — думаю, могу устроить.

ГЛАВА 27

Вы бы видели, как счастлив был Алзар. Сначала он изумился, узнав, что находится прямо в сердце Иштара — центральном университете. А когда услышал, что вполне может остаться тут, его восторгу не было границ, он даже кинулся целовать Анечку, та шутливо отбивалась. А я и думать не могла, устроить Алзару лучшую судьбу.

Вот и слава Богу, что здесь всё сложилось. А теперь, пока у меня ещё есть время, надо бы завершить и другие дела…

Я оставила мальчика с Анечкой — теперь он в безопасности и под надёжной защитой.

Попрощались с новыми слезами на глазах. Я обещала ему, что это наша не последняя встреча, мы ещё увидимся, но… Кто может сказать, что ждёт меня завтра?

Возможно, послезавтра я уже не буду в силах вот так просто перемещаться между мирами…

Я вышла в университетский коридор, пустующий сейчас — шли занятия. Остановилась у окна.

Итак, с секунды, когда мне объявили о количестве отмеренного мне времени, прошло всего около шести часов. У меня ещё есть время, а всё равно его ужасно не хватает на всё, что хотелось бы сделать.

Во-первых, я хотела бы побывать дома. Увидеться с родителями, с Фью. Во-вторых, встретиться бы с друзьями! Веста, Сагард (пусть даже мы так плохо расстались), Сейчас у меня произошла полная переоценка всех произошедших событий, всё увиделось иначе и показалось таким мелким и незначительным в сравнении с теплом искренней дружбы и моей любви к дорогим людям. Я очень соскучилась!!

Дерек… Сердце сладко заныло. Как мне захотелось прижаться к его груди, спрятаться от всех в его объятьях! Да! Сначала именно туда!

С пылающим и трепещущим сердцем я «разыскала» Дерека и в тот же момент замерла.

Он был не один. Сидел на кровати в комнате, которую я узнала сразу. Это была небольшая квартирка, которую он уже полгода снимал, живя отдельно от родителей и привыкая к самостоятельной жизни. Я там была всего раза два, и то не наедине с ним, а всегда — в компании Весты и Сагарда. А вот сейчас, как я сказала, он был не один. Дерек ласково и нежно обнимал молоденькую девушку, надрывно рыдающую на его груди.

В глазах у меня потемнело, но я усилием воли «включила» звук..

— Дерек, ты понимаешь, я не знаю, что мне теперь делать. Ребёнок ведь не шутка… Мама убьёт меня! — плакала блондинка.

— Мика, я всё понимаю, милая, — нежно шептал Дерек, гладя её по волосам, — мы что-нибудь придумаем вместе, всё обойдётся.

ВМЕСТЕ???

— Я не могу теперь вернуться домой. Можно, я останусь у тебя? Хоть на какое-то время! Пожалуйста! Ты — моя последняя надежда…

— Конечно, ты останешься. Всё будет хорошо. У тебя родится ребёнок, и всё будет хорошо. Я помогу, ведь я люблю тебя, милая…

Вот и всё… В моих глазах окончательно померкло и видение расплылось. Господи, Дерек, что же это происходит?!! А как же я? Где теперь моё место около тебя? Мне захотелось завыть отчаянно, проявиться там и взглянуть в глаза им обоим… Но я, сжав зубы, взяла себя в руки. Я и не знала, что мои чувства к Дереку настолько сильны. Сердце отчаянно ныло.

Ведь не прошло и полугода, как мы попрощались. Он обещал ждать и надеялся, что я вернусь… А что теперь? К чему мне теперь возвращаться? Он так её обнимает…

Я попятилась и опустилась на подоконник университетского окна. Что теперь? Я потеряла самую прекрасную мечту своей жизни. Ну и что с того, что я монстр? Не бездушное же существо! Я многое могу, но это не даст мне любви дорогого сердцу человека.

Не хочу больше ничего знать о нём. Не буду больше искать его. Я и так слишком много увидела… Эмоции больше не возьмут надо мной верх, не возобладают над здравым рассудком, иначе я могу наделать глупостей. Я и так уже натворила столько…

Надо забыть. Всё забыть и не вспоминать никогда!

— Тара?.. — услышала я вдруг знакомый голос и оглянулась. В конце коридора стояла… Веста.

— Привет! — крикнула я.

— Подружка!!! — завизжала Веста и бросилась ко мне.

Она повисла у меня на шее, тиская и заливаясь слезами:

— Тара, милая, я думала, что больше тебя не увижу! Как же я соскучилась! Вот уж не ожидала тебя тут встретить!!! Я так рада!

— Подружка, — вздохнула я, — я тоже очень рада тебя видеть…

— Ты здесь надолго? — тараторила Веста, — пойдём скорее, спустимся в кафе, посидим, поговорим.

Она потянула меня за собой, я, не сопротивляясь, подчинилась. Буря чувств сейчас во мне бушевала. Веста настолько была искренне счастлива меня видеть, что стало немного неловко за своё добровольное отшельничество. Казалось, что никто никогда от меня не отгораживался, а наоборот — это я бросила всех.

Мы вбежали в маленькое, уютное кафе, располагающееся на первом этаже прямо под сводами университета и плюхнулись за столик.

— Аришка, принеси, пожалуйста, пирожные и сок! — крикнула Веста, махая рукой молоденькой девочке — официантке.

Та кивнула с улыбкой и скрылась на кухне. Вероятно, они были подругами.

— Ты сюда учиться? — с надеждой и радостным блеском в глазах допрашивала Веста, — вот здорово, а на кого?

— Нет, — помотала я головой, — не за этим. Привезла сюда одного мальчика. Вот он — учиться, а я…

Я скомкала в руке салфетку, подбирая, что сказать. Но правду сказать у меня язык не поворачивался. Подруга терпеливо ждала. Молчание затягивалось.

— Тара, — посерьёзнела неожиданно Веста и осторожно спросила, — я слышала, что тебя разыскивают…

— Уже разыскали, — кивнула я и выпалила одним махом, — завтра суд.

— А это правда? Ну, что о тебе говорят… Вроде бы ты целый мирок уничтожила?

— Так получилось. Случайно. Я не хотела. А ты уже учишься, да? — сменила я тему, изрывая в клочки вторую салфетку.

— Ага, — с готовностью поддержала меня Веста. Она всегда сразу ощущала, когда мне о чём-то не хотелось говорить, и тактично не настаивала, — уже две недели!

Как и хотела, программированию. Ты ведь тоже мечтала…

Она осеклась, но тут же торопливо продолжила:

— И Сагард тоже здесь. Учится на дизайнера… Ты не обижайся на него за тот случай, прости. Он мне потом сказал… Видишь ли, Тара, он знал Лилит…

— Не понимаю, — удивилась я, — откуда?

— Долгая история… Он всё мне не стал рассказывать, но я поняла, что дело касается его семьи. Что-то там у них случилось очень давно и не без её участия…

— Понятно, — я решила не продолжать, потому что Веста заметно поникла.

Семья Сагарда приехала на Иллирию почти десять лет назад. Со старого места жительства они уехали вследствие каких-то трагических событий. Так однажды обмолвился мой папа. Мы-то оказались на Иллирии гораздо позднее…

— Я не обижаюсь, Сагард всегда будет мне другом, — кивнула я.

— Хорошо, — Веста выдохнула с облегчением, — вот только Дерека здесь нет. Он внезапно уехал и вернётся попозже. У него возникли проблемы дома…

— Знаю, — перебила я, — я в курсе всего.

— Ты его подождёшь? — как ни в чём не бывало спросила она.

— Нет, — безапелляционно отрезала я, но потом мне стало неудобно за свой жёсткий тон, и я добавила, — у меня уже нет времени. Ещё немного и нужно возвращаться, а Дерек, я уверена, не так скоро появится.

— Ты уже видела его? — воскликнула Веста.

— Видела, — грустно кивнула я, — не лично, но…

Я осеклась, но Веста меня очень хорошо поняла. Она всегда училась лучше меня и, следовательно, и о монстрах знала гораздо больше, чем я вынесла из занятий.

— Здорово это всё-таки, в любой момент уметь заглянуть куда захочешь! — восхитилась Веста, но потом смутилась, — извини, я не подумав ляпнула.

— Да нет, и правда здорово, — кисло улыбнулась я.

Неожиданно, какое-то неясное мучительное желание возникло во мне… Я стала прислушиваться к ощущениям — Тара, можно вопрос? — вдруг что-то вспомнила Веста, — когда ты уехала, я говорила с Фью. Она сказала, ты теперь пишешь стихи?..

— Да! Именно! — воскликнула я, поняв, наконец, чего мне хочется, — у тебя есть на чём записать?!

— Есть… — растерялась Веста, — но… не беспокойся, Фью мне его прочла тогда.

— Это не тот, это другой!!! Дай же скорее что-нибудь!! — почти кричала я, вызывая недоумённые взгляды других посетителей кафе.

Но мне было всё равно. Жажда выпустить это из себя, излить, дать жизнь творческому цветку, зародившемуся во мне, завладела мной целиком и жгла всю меня безумным нетерпением. Думаю, это чувство знакомо тем поэтам, которые спонтанно вдруг ловят в пространстве чудесные строки и материализуют их на бумаге. И от этого процесса нельзя отмахнуться. Дикое желание не отпускает, пока не найдёт выхода энергия стиха Веста испуганно выхватила планшет и карандаш и протянула их мне.

Рука бойко забегала, стараясь поспевать за звучащим в голове голосом, рисуя строками стихотворные узоры:

Любимые мои, родные люди,

Мне больше не увидеть вас, как жаль!

И в сердце затаённая печаль

Лишь в снах мне возвращать ваш образ будет.

Мне не вернуться в тот прекрасный мир.

Мир, мыслями и светом сотворённый,

Где каждый уголочек потаённый

Таит мелодию небесных лир.

Мне нет туда дороги, нет пути.

Я выбрала себе судьбу иную…

Но, Боже мой, как я без вас тоскую!

Как нелегко одной сквозь жизнь идти!

Мне б хоть на миг увидеть вас и вспомнить,

О том, что было суждено забыть.

Но нет, тогда я не смогу прожить,

Ведь сердце разорвётся, как от боли.

Простое, человеческое сердце

Не выдержит разлуки неземной.

И остаётся мне пока одной

Стучаться в тайную, но запертую дверцу…

Я закончила и в ужасе от осознания смысла стиха выронила карандаш. Что это значит? Почему в этих строчках я словно навеки прощаюсь со всеми? Что должно произойти?..

— Тара, что? Покажи, — с тревогой смотрела на меня Веста.

Я протянула ей планшет. Пока она читала, я думала.

— Знаешь, что я думаю… — начала Веста, но внезапно замолчала, глядя куда-то за мою спину.

Мне не нужно было оглядываться, чтоб понять, что там, в нескольких шагах от нас, стоял Сагард. Он был в замешательстве, но агрессии в свой адрес я не ощутила. И это придало мне уверенности.

— Привет, — мягко сказала я, оглянувшись.

— Привет, — как-то виновато произнёс Сагард, приближаясь к нашему столику, — как у тебя дела, Тара?

— Нормально, — осторожно сказала я, — вот, заглянула ненадолго.

— Я хотел сказать тебе кое-что, — он перевёл взгляд на Весту. Та тотчас же опустила глаза, будто её не интересует наш разговор, а только собственные мысли и мой стих на планшете. А тут очень кстати подоспела Аришка с пирожными, и они весело защебетали между собой, не обращая внимания на нас, — извини за то, что был груб с тобой тогда…

— Я не обижаюсь и всё уже забыла, — весело улыбнулась я, не в силах сдерживать радости, которая нахлынула на меня от его слов, — как у тебя с учёбой?

— Отлично, — приободрился он, — и ещё… У меня к тебе один вопрос…

— Говори, — подбодрила я.

— Я о Лилит. Ты с ней в хороших отношениях?

— Как с ядовитым скорпионом! — хмыкнула я.

— Да? — обрадовался Сагард, — я рад, что ты больше не цитируешь её слова. Я никогда не прощу ей того, что она однажды сделала. Хотел бы взглянуть в глаза этой гадине!..

Всё это он произнёс с такой ненавистью, что я похолодела. Но всё же упоминать, что дело касалось его семьи он не стал. Слишком, наверное, болезненные воспоминания.

И тут же спонтанно сделала то, чего может и не должна была делать — прочла мысли и эмоции Сагарда. Это произошло так оттого, что я задумалась и не контролировала свою подсознательную деятельность. И я всё узнала. Всё, до последней мелочи.

Всё, что касалось связи между Лилит и семьёй моего друга.

Сагард, — тихо произнесла я, — скоро состоится суд надо мной. Лилит будет там.

Если хочешь, пошли со мной, я перенесу тебя туда…

ГЛАВА 28

Через некоторое время я просто вернулась в свой мирок. Мне до безумия захотелось побыть одной, в тишине и покое. Наедине с собой, своими мыслями и эмоциями.

Столько всего я узнала и пережила за последние сутки, что голова, казалось, просто разорвётся от перенапряжения. Чужие эмоции, особенно такие сильные и разрушительные, нелегко впитывать в себя и переваривать. Очень нелегко.

Особенно, если монстр молодой и неопытный, такой, как я…

Не спеша приняла душ не так, как раньше, не через автомат-«умывалку», как дома на Иллирии, а по-настоящему, как в Атлантиде, под струями живой воды. Смывая с себя следы последних дней, остатки переживаний и потрясений. Растворяясь в водной ласке, я снова фантазировала, что нахожусь в Городе Золотых Ворот, что все перипетии моего сегодняшнего существования лишь приснились мне. Вот я сейчас искупаюсь и отправлюсь в Храм, где служит мой отец. И всё будет, как раньше… Но когда я открыла глаза, то с лёгким сердцем отпустила прочь свои мечты и воспоминания.

Я разожгла камин и задёрнула тяжёлые бархатные шторы на больших окнах. Я с каким-то безумным упоением сотворила тёмную, совершенно беспросветную, ночь за окном и грозу. Я включила музыку. Свою музыку, которую написала в совсем ещё недалёком прошлом. «Гармония Космоса»…

Я села прямо на пол, на толстый пушистый ковёр и взяла в руки баллончик с любимым напитком, откинулась назад, опёршись рукой о пол, и задумалась, потягивая «Ликумус». Всё, казалось бы, способствовало умиротворению, но, однако, оно не наступало. Душа тихо, но тупо и нестерпимо продолжала ныть. Почему? Ах, да… Дерек.

Я думала, что монстры не способны, как все остальные испытывать душевную боль.

По крайней мере, они так выглядят и так о них нам рассказывали на занятиях.

Выяснилось, что если они её испытывают, то стократ больше! Все чувства неизмеримо обостряются — вот расплата за неограниченные возможности.

Как же получилось, что мой любимый так быстро меня забыл? Я ведь помню, как мы прощались, и он едва не плакал, помню наш поцелуй… Он не лгал. Но разве любовь может пройти так внезапно?

Соблазн ещё раз настроиться на Дерека слишком велик, но я не буду этого делать.

Не хочу ощутить его чувства, направленные на другую.

В одном он был прав, сказав мне на прощание: «Ты не вернёшься. Тара, я чувствую, что ты не вернёшься! Мы больше не увидимся…» Я никогда не вернусь. Я не хочу портить ему жизнь. Зачем ему девушка — монстр, у него есть самая обычная, ему под стать, с ней он будет гораздо счастливее…

Меня охватило безграничное одиночество, остро, словно стрела, пронзило всё моё тело и душу. Появилось вдруг желание умереть.

Господи, а ведь я его и впрямь любила по-настоящему, всем своим существом! Может разом оборвать нить своего существования, избавиться от раздирающей боли? Никто не будет по мне грустить. Разве что родители потоскуют немного, но потом рано или поздно забудут. Я уверена, без меня им будет лучше…

Есть ли кто-то на этом свете, кому я хоть немного нужна по-настоящему?!!

Я в первый раз заплакала.

Веста. Она не в счёт, Она хорошая подруга, но, сомневаюсь, что я являюсь для неё такой же.

Сагард. Не думаю, что он стал относиться ко мне, как раньше. Даже, несмотря на наш последний разговор.

Фью. Я даже не знаю, что она сейчас обо мне думает. Можно, конечно, прочитать, но… К чёрту эту мою способность читать чужие мысли! К чёрту вообще все способности монстра!!! Они не сделали меня счастливой. Хочется всё послать к чёрту. Вот если бы оно ещё и пошло…

Черристор. Возможно… Хотя, наверное, ему просто нужна компания для путешествий… И абсолютно всё равно с кем это делать.

Рейя. Взбалмошная, ветреная девчонка-мангана. А её братец — вообще непонятный фрукт. Скорей всего, они уже решили свою проблему и благополучно забыли о моём существовании.

Алзар. Он сейчас счастлив и во мне больше не нуждается.

Анечка. Что ей до меня? Мы даже как толком подружиться не успели…

Я поднялась, доплелась, ругая себя, что не догадалась сразу взять пару, вытащила из бара ещё один баллончик «Ликумуса» и вернулась назад. Ладно, хватит себя накручивать. Депрессия хороша, возможно, когда на неё есть такая роскошь, как время. А у меня ещё впереди главное испытание, завтра.

Больше не хочу никого и ничего видеть. Я раздумала встречаться с родителями.

Незачем. И себе бередить душу, и им. А остаток времени я хочу провести за занятием, которое уже успела позабыть. Я буду делать то, чего могу, в принципе и не делать. Но, мне вдруг очень захотелось слегка забыться… А это лучший способ. Я сейчас буду спать! Сладко спать под звуки грозы за окном и не думать ни о чём. И проснусь ровно за час до суда. Теперь для меня это не проблема — проснуться без будильника в нужное время. Да, и ещё…

Я вышла на улицу, и мой взгляд встретился с ликом дорогого мне светила. Ну один в один — Луна…

Я негромко забормотала:

…Я умерла… И возродилась вновь с тобою.

Я шла, скользя по лунному лучу.

И, оступаясь, больно падая порою,

Я знала, что иначе не хочу!

Другая жизнь осталась в зазеркалье,

Когда я преступила эту грань:

Я отказалась видеть дней мельканье,

И, падая, приказывала: «Встань!»

Я у тебя искала утешенья

В минуты яростной борьбы души.

И ты меня хранила от паденья,

Как мать шептала нежно: «Не спеши…»

Меня учила и вела по жизни,

Даря свой свет в отчаянья часы.

Я поменяла сны, поступки, мысли —

Они теперь, как лунный свет чисты.

Я дочь твоя! Тебя люблю я нежно!

И как бы жизнь ни обошлась со мной,

В миг моей смерти, миг святой иль грешный,

На небе лик увижу твой родной…

Я поймала себя на том, что из самой моей души снова родился стих, но махнула рукой на то, чтоб его записать. Я уже мыслю рифмами…

Круто развернувшись, я ушла назад в замок. Больше не могу и здесь находиться.

Иначе я просто разревусь от тоски. ЧТО СО МНОЙ ПРОИСХОДИТ?

Теперь остаётся только сон. Глубокий и оздоравливающий.

Я не помню уже, как добралась до ковра у камина. Скорей всего просто телепортировалась. Теперь у меня это получалось бессознательно. А глаза мои закрылись ещё в процессе перемещения.

Когда я открыла глаза, яркий солнечный свет проникал в окна даже сквозь непроницаемые шторы и слегка освещал зал. От ночной непогоды не было и следа. Но она сейчас уже, в общем-то, была и не нужна.

Я ощущала себя совсем другим человеком. Села и потянулась. Да, сон особенно сладок тогда, когда он редок. И монстры его особо ценят, поскольку частенько о нём забывают. А ведь он обновляет и восстанавливает силы, если пока не обладаешь ещё необходимой самодисциплиной делать это без сна.

Настроение было ровным, можно даже сказать, неплохим. Ещё немного времени — и всё решится, мне не придётся прятаться от полиции и носить титул преступницы.

Я поднялась, встряхнулась, размялась и вышла наружу, на улицу; начала жадно впитывать глазами всё вокруг. Созданную мной природу, небо, водопад вдали…

Словно старалась запечатлеть в памяти каждую травинку, каждую хрустальную каплю.

Увижу ли я их снова?

Улыбнувшись, я сбросила одежду, а потом с каким-то сумасшедшим куражом побежала по поляне, наслаждаясь прикосновениями босых ступней к прохладной влаге росы.

Разбежалась и нырнула в глубокое небольшое озерцо с прозрачной, обжигающе холодной, хрустальной водой.

Я визжала от непередаваемых ощущений, хохотала и поднимала вокруг себя целые веера брызг. Ныряла и плавала под водой по несколько минут. Мне казалось, что я могу вообще не дышать. А может, так оно и есть. Я подивилась новым открытиям в своих способностях.

Поплескавшись вдоволь, я обрела прекрасное самочувствие и настроение. А потом я ещё сделала то, до чего никак руки не доходили все эти дни… Я вернула прежнюю длину своим, так безбожно отрезанным пиратами, волосам! И даже, каюсь, немножечко прибавила. Это ещё больше подняло мне настроение — возможность управлять своим телом и всеми процессами в нём!

Ну, вот, теперь можно отправляться! Я готова!

Через пять минут, беззаботно левитируя, я выбралась на берег и оделась, А затем без проблем восстановила в памяти ту комнату, в которой был Алзар, во всех деталях. И уверенно шагнула внутрь. Оглянулась, провожая взглядом мой мирок, потом он растаял, пространственная дымка сомкнулась, а меня окружил чётко проступивший интерьер комнаты. Интересно телепортироваться с открытыми глазами!

Совесем другие ощущения и восприятие.

Люцифер уже ждал меня там и встал мне навстречу. Я огляделась, ища глазами Черристора. Он сидел в углу, смущённо глядя на меня исподлобья. И он был не в образе Алзара, а в своём. Я сразу всё поняла.

— Ты? — спросила я у Люцифера — Угу, — кивнул он, — у тебя неплохо получилось. Для начинающей. А для меня — неказисто и сразу бросилось в глаза.

— Ну, извини, у меня не было времени! — язвительно развела я руками.

Я блефовала. Я ведь приложила все усилия и старания… Большего я не смогла бы сделать даже при прорве времени.

— Зря старалась. Его особо не охраняли, могла бы и не заменять, — хмыкнул Люцифер, — все уже, представь себе, в курсе, где Алзар и что с ним. Тебе зачтётся на суде за этот вариант развития событий.

— Ну, да! — фыркнула я, — все всегда в курсе событий, а чтоб помочь, нет, этого не дождёшься!

— Анечка тебе помогла, — напомнил Люцифер, — более того, она сейчас здесь, и не одна! У тебя, оказывается, надёжные и сильные друзья.

— Да? А кто здесь ещё? — удивилась я.

Когда я предложила Сагарду поехать со мной, он отказался. Сказал, что подумает и, возможно, подъедет позже.

— Веста, Рейя, Даст — эти имена тебе говорят о чём-нибудь?

— Да, — я улыбнулась, и мне стало так тепло на душе!

Надо же, Рейя с братцем вспомнили обо мне! Я была несправедлива к ним.

— Тара, помни я тоже на твоей стороне, — тихо произнёс Черри из своего угла.

— Спасибо, Черри, — я подошла и благодарно обняла его, — для меня это очень важно.

— Тара…

Я оглянулась. Люцифер смотрел на меня грустно. Черри понял, что сейчас прозвучит что-то личное, глубокое, и отвернулся, разглядывая стену. Если бы я попросила — он бы вышел. Но я не знала, как отреагируют другие монстры на его появление. Да и Люциферу, по видимому, было безразлично его присутствие.

— Знаешь, Тара, когда-нибудь, когда пройдёт очень много времени, меня все будут знать не только в семи галактиках, но и во многих других системах, и даже до Земли дойдут слухи и легенды обо мне. В религиозной тематике землян я буду фигурировать, как падший ангел. Это всё мой мятежный и непостоянный характер…

Но у меня всё таки есть одна постоянная черта: это мои чувства.

Я поняла, о чём он говорит.

— Спасибо, Люцифер, — я подошла и мягко взяла его за руку, — извини меня, но я вряд ли снова отдамся когда-нибудь чувствам. Мне слишком больно и неприятно вообще думать о любви. Постоянства нет, лучше считать так — меньше разочарований получится.

— Ты ошибаешься, — покачал головой он, — ты многого не знаешь, рано делаешь выводы…

Мне хотелось закричать, выложить всё, что я знаю, но было не время для истерик.

И я отделалась сухим:

— Я знаю достаточно.

— Хорошо, я не буду настаивать ни на чём, — Люцифер вздохнул, — прости. Ещё кое что… здесь твои родители и сослуживцы…

— Да? — сердце бешено застучало.

— Ты увидишь их скоро, — он выглядел понуро, — а сейчас есть у тебя ещё какие-то дела, которые ты хочешь закончить?

— Предсмертное последнее желание? — усмехнулась я.

— Нет, — улыбнулся Люцифер, — но будет исполнено.

— Хочу, чтоб всё это поскорее закончилось, — выдохнула я.

ГЛАВА 29

Я напоследок обняла Черри и проводила его за дверь. Он ушёл в зал суда, где всё уже было готово.

А за мной должны вот-вот официально прийти. Люцифер обнял меня крепко и обнадёживающе сжал. Он хороший парень… Но Дерека мне, наверное, никогда не забыть.

За мной пришли двое. Очень высокие, гибкие существа расы шландов. Вошли в комнату, согнувшись почти пополам, чтоб не зацепиться за дверной косяк. Я внутренне улыбнулась. На их планете всё, наверняка, такое высокое-высокое, просторное…

— Тара, иди с ними, — сказал Люцифер и исчез.

— Ну, ребята, потопали, что ли… — усмехнулась я.

Зал суда был просто огромен. Практически стадион для игры в межгалактический футбол. Разве что от стадиона отличало его множество неохватных нефритовых колонн по периметру, уверенно тянущихся вверх и соединяющихся где-то под потолком. Просто рай для страдающего клаустрофобией.

Слева от боковой дверцы, через которую мы вошли, размещался огромный длинный стол-кафедра. За ним сидели, по-видимому, судьи. Я не решилась рассматривать их, вместо этого бросила быстрый взгляд в сторону скамеек для зрителей (иначе и не назвать тех, кто посещает подобные мероприятия) Боже, сколько же здесь народу всяких мастей и рас! Монстров я ощутила сразу, они выделялись среди простого люда, словно цветные маячки в чёрно-белом океане. Их было от общей массы присутствующих процентов примерно 15. Опустив голову, я послушно прошла на указанное место и стала исподтишка искать глазами своих.

Первыми я увидела родителей. Мама тихонько ободряюще помахала мне, а папа кивнул и тепло улыбнулся. Мне стало легче — теперь-то мне всё по плечу! Вот что значит поддержка родных, на которую уже и не рассчитываешь. Рядом с мамой сидела Фью.

Она тоже ласково безмятежно улыбалась, а внутри очень волновалась за меня.

Господи, как я рада их видеть!

Я села на скамейку для подсудимых, отделённую от остальных лишь невысокой перегородкой, мои конвоиры встали по обе стороны от меня. Здесь не было клетки с решёткой — монстры были весьма в себе уверены.

Один из судей постучал по столу и гул в зале моментально прекратился.

— Итак, все собрались, и мы можем начинать, — услышала я и посмотрела на говорящего.

Речь держал невысокий мужчина, сидящий в центре стола. По всем внешним признакам — иллириец. Ну, да, конечно, если бы суд монстров судил, скажем, кайтеронца, то главный обвинитель-монстр, в целях корректности и моего внутреннего комфорта, возможно, принял бы облик кайтеронца. Или, хотя бы, судьи.

— Тара, — повернулся монстр ко мне, — меня зовут Шайбил.

Ах, ну да, косвенно знакомы! Вот, значит, ты какой — «северный олень»! Я напружинилась, готовясь защищаться. Похоже, Лилит не врала, когда прикрывалась поддержкой своего учителя. Мне непросто придётся…

— Ты, несомненно, знаешь, в чём ты обвиняешься?

— Презумпцию невиновности ещё никто не отменял, — заметила я угрюмо, — предъявите, пожалуйста, доказательства моей вины!

— Естественно, они будут предъявлены. Как и защитные факторы, — усмехнулся Шайбил, — но, сначала небольшое предисловие к делу, если ты не возражаешь.

— Валяй, — брякнула я пренебрежительно и прикусила язычок.

Но, к счастью, он пропустил мой тон мимо ушей.

— Ты совсем недавно стала монстром, — Шайбил посмотрел куда-то вбок. Я проследила за его взглядом и увидела Мергена. Шайбил смотрел на него язвительно, а Мерген загадочно улыбался. И по его хладнокровной улыбке ничего нельзя было понять. Даже мысли его были безмятежны — ответь, что ты знаешь о нас?

— Ну… — я поняла, что почти ничего. Лекции — не в счёт. Как я понимаю сейчас, там истины было от силы процентов 5…

— Так как ты некоторое время была одной из нас, — поучительно начал Шайбил, прочитав мои мысли. Я тут же судорожно замкнула к ним доступ, — то ты должна знать несколько больше. Да и многим из присутствующих здесь тоже было бы нелишне получить немного информации ИЗ ПЕРВЫХ УСТ!

Он, конечно же, имел в виду иллирийцев с их непробиваемой неприязнью к монстрам.

Хотя… вероятно, она уже дала неслабую трещину.

— Итак, почему мы называемся монстрами? Когда мы только начинали создавать свою цивилизацию, мы были ещё очень молоды, только учились овладевать заложенной в нас силой. В то время нам приходилось много воевать, чтоб отстоять себя и свою свободу. У нас ничего не было кроме самих себя, наших способностей! Потому мы всё чаще стали принимать формы, облики и возможности чудовищ, о которых фантазировали на Земле (а все знают, что наша цивилизация пошла именно с Земли).

В общем, образы монстров… Так получилось… А потом нас стали так называть ещё и за наш нрав и нашу мораль. С этим то все знакомы! Наша мораль заключается в двух пунктах: не убей (ради удовольствия) и не суди.

— А что мы тут тогда делаем? — поинтересовалась я ехидно.

— Тара, никто тебя не судит. Мы просто разбираемся в происшедшем. Суд — всего лишь определение для удобства всех окружающих. Позволь, я продолжу?

— А можно вопрос? — вдруг раздался голос из рядов присутствующих, — какова вообще цель монстров, как цивилизации?

Это моя сестрёнка. Что ж, мне тоже интересно послушать. Хоть какая-то польза от суда получится.

— Цель монстров — учиться, познавать культуру других миров, овладевать их ремёслами. Они тысячелетиями могут жить в какой-либо цивилизации, изучая. Также, монстры с удовольствием овладевают незаселёнными территориями или пустынными планетами, строят там свои миры. Это всё обоснованно, так как количество представителей нашей расы очень быстро увеличивается…

— Спасибо, — дисциплинированно произнесла моя Фью и села.

— С тех пор, как ты, Тара, стала монстром, мы наблюдали за тобой и сделали несколько интересных и полезных выводов. Внезапно полученные возможности стали для тебя больше игрушкой, чем инструментом, больше челью, нежели способом её достижения. Но здравый смысл, к счастью, руководил всеми твоими поступками. Это помогло тебе не натворить больше, чем есть.

«Интересно, а какая цель у Лилит? — подумала я — вообще цель её существования, как монстра? Убийство детей?»

— Не так уж и много мне было дано, — уточнила я сухо, — Мерген знал меру, когда открывал во мне мои способности. Но давайте же перейдём непосредственно к тому, ради чего мы тут все собрались.

Шайбил сделал широкий жест рукой, означающий полное согласие. Вместо него тут же встал другой монстр, а он сел обратно. В боковом ряду я неожиданно зацепила взглядом хмурую Лилит и Люцифера с непроницаемым лицом. Прекрасно! Все участники трагедии в сборе!

— Мы все собрались сегодня здесь, чтоб разобраться в деле, которое является преступлением против закона Семи Галактик, — ровно объявил монстр, — меня зовут Таблон и я представляю Коалицию Монстров. Также здесь присутствуют — Мерген, который в ответе, за поступки Тары, так как именно он инициировал её в монстра;

Шайбил, представляющий сторону, располагающую доказательствами вины Тары. А также — комиссия по решениям, выносимым в конце суда.

Он указал на своих сидящих коллег: монстров, двоими из которых были женщины.

— Также здесь присутствует некоторое количество свидетелей, которые будут характеризовать Тару с разных сторон. Думаю, можем начинать. И сначала первое слово предлагается Таре.

— Я только одно хочу сказать, — произнесла я, кинув быстрый взгляд на Лилит. Она с вызовом смотрела на меня, — при обсуждении деталей моего поступка прошу со всей объективностью учитывать и косвенные факторы в лицах тех, кто пребывал там со мной в тот момент…

Уф! Надо же, вот это сказанула! Мне бы в юристы, например, в адвокаты. Замучаю умностью и занудством любого судью. Вон, даже Шайбил нахмурился. Или в ораторы — если меня прорывает словесный поток и вовремя не остановить, я могу ещё и ни так сказать. К счастью, я вовремя вспомнила, где нахожусь, а что кроме меня много ещё желающих высказаться. И решила пока ограничиться этим. Надеюсь, они поняли, что я имела в виду?

— Мы примем во внимание, — кивнул кто-то из комиссии.

Вот и ладушки! Я успокоилась. Дальше от меня мало что зависит, пусть теперь Лилит трясётся.

— Итак, Тара, ты обвиняешься в уничтожении искусственного мира, носящего название Сацерон. Тебе в вину вменяется именно преднамеренное его уничтожение…

Зал загудел. — …Что было зафиксировано одним из «наблюдателей». Прошу запись.

Освещение погасло, и за спиной судей-комиссии вверху на стене появился большой экран. Я с удовольствием смотрела видеозапись того злосчастного «наблюдателя», который пронёсся мимо меня в тот самый миг, когда я никак не контролировала свои эмоции при виде гибнущего Сацерона. Да уж, весьма кровожадное и самодовольное выражение лица… как у кота, стянувшего палку колбасы из-под носа у хозяина и урчащего от удовольствия. Не удивляйтесь такой аналогии, кошки есть и на Иллирии.

Ну, неужели они — монстры — не понимают, что ощущается в момент, когда гибнет мирок? Какой идёт всплеск энергии и как это отражается на состоянии того из них, кто находится неподалёку?..

— Доказательство предъявлено. Это отягощает обвинение. Есть какие-то смягчающие обстоятельства? — равнодушно вещал Таблон — Есть, — встал вдруг полковник Экро, вытирая лоб, — и все, кто знал Тару раньше, могут подтвердить мои слова. Эта девочка не способна на преднамеренный поступок такого рода. Я больше чем уверен, что если это и произошло по её вине, то совершенно случайно, и вина абсолютно косвенна.

— Но Тара долгое время находилась в розыске и, зная об этом, тем не менее, пряталась, — возразил Шайбил.

— А мой вариант тех событий вы не хотите услышать? — не выдержала я.

Этот суд был более чем демократичным. Любой из нас в любой момент мог взять слово и выступить, и никто бы его не остановил. Комиссия по решениям лишь молча слушала, анализировала, чтоб в конце вынести свой вердикт.

— Нас известен почти каждый твой шаг с момента совершения преступления, — с нажимом произнёс Шайбил.

Всё ясно. Он хочет выгородить Лилит и всех «собак» повесить на меня.

— А до него? — продолжала я, — думаю, многим интересно будет узнать детали происшедшего. А в частности и о том, кто был со мной тогда и, косвенно, поспособствовал мне.

— Продолжай, Тара, — кивнул с улыбкой Таблон.

ГЛАВА 30

Я подробно рассказала всё. Начиная с того момента, как попала на пиратский корабль, о встрече с Алзаром, потом о том, что мне пришлось пережить. Мама горько беззвучно плакала, обнявшись с Фью. Папа сидел бледный. Но я старалась сдерживать захлёстывающие меня эмоции. Потом я рассказала о появлении Мергена и о том, что стало результатом моего спасения. Папа с благодарностью посмотрел на Мергена. Тот всё так же бесстрастно взирал на судей. Но мне и не нужно было сейчас, чтоб он что-то говорил: его присутствие само по себе было для меня немаловажной поддержкой. Далее рассказ был о знакомстве с Лилит, впрочем, он ограничился одной лишь фразой: «В этот момент там появилась Лилит, так мы и познакомились». Дальше вскользь упомянула о спасении патруля во главе с Экро, прибывшего ко мне на подмогу. Это могло быть воспринято, как хвастовство, но я просто старалась озвучить все факты, ничего не упустив. Потом шла речь о моём кратковременном возвращении домой и уходе оттуда. Я опустила всякую эмоциональную подоплёку, сказала только, что ушла потому, что так было необходимо. Монстры кивнули, они меня поняли. Мои же родные дружно опустили головы, а на Фью было просто больно смотреть, но я держалась.

Далее я живописно описала свои скитания по мирам: Лилит, Мергена. И, наконец-то, добралась до Сацерона! Не преминула заявить, что перенеслась туда не одна Упомянула и предшествующий этому разговор с Анечкой (если что она может подтвердить, что Лилит тоже была там и рвалась составить мне компанию). А закончился мой рассказ тем, что собственно и произошло: я как можно более подробно описала, как попалась в ловушку и что за этим последовало. С особым удовольствием я открыла присутствующим роль Лилит в этом событии.

Лилит смотрела на меня с яростью, глаза злобно горели. Я не преувеличиваю, скорее смягчаю краски. Однако, выглядела она как-то потрёпанно. Видно схватка у неё с Мергеном была славной и, судя по состоянию и виду Мергена, явно окончилась не в её пользу!

— Это же означает, что прямой вины Тары в случившемся нет! — воскликнула Веста, вскакивая, — чем она могла это предотвратить? Согласиться принести себя в жертву в Чаше силы? Её же просто подставили, и сделала это Лилит! Вот кого надо судить!

— Неправда! — рявкнула Лилит, — я её не подставляла. Какая чушь, это заговор! У меня не было никакой договорённости с Ках, это просто бред! Всё произошло совершенно случайно. А она придумала себе красивое оправдание за мой счёт…

— Ты прекрасно знаешь, кто из нас врёт, дорогая, — усмехнулась я, — у меня есть свидетель. А если и это для тебя чушь, то кому, как не тебе знать, что существуют способы проверки сказанного на правдивость. Попробуем?

— Прекрасно! — воскликнула Лилит самоуверенно, — и кто же он — твой таинственный свидетель?

— Это я, — встал Люцифер. Мне стало легче на душе: он и в самом деле мне помогает.

— Ты?! — зашипела Лилит яростно, цепенея.

— Что-то произошло, Лилит? — ледяным тоном поинтересовался Шайбил.

Похоже, он был не в курсе событий. Ну, так всегда бывает. Тот, кто должен знать первым — узнаёт, как правило, самым последним. Я-то Мергена тоже не ввела в курс событий.

— Совсем ничего, — Лилит не сводила взгляда, полного ненависти, с Люцифера, — просто они сговорились и хотят меня подставить!

— Да ну? — удивилась я, — по себе и о других судишь? А причём тут тогда во всём этом Алзар, скажи?

— Какой Алзар? — совсем уже фальшиво недоумевала Лилит.

— Вот этот самый! — с задних рядов поднялась Анечка.

Рядом с ней стоял Алзар. У меня потеплело на душе. Он улыбался и выглядел совершенно счастливым. Это всё, чего я и добивалась.

— Пора прояснить ситуацию, — поднял руку Таблон, — кто это сделает?

— Давайте я, — вздохнула я.

Я-то понимала, что монстрам всё уже понятно, это нужно было сделать для Немонстров.

— Нет, я это сделаю, — Люцифер повернулся к Лилит, — кому, как не мне знать все детали…

Рассказ его длился минут десять. В общем, он поведал всё то, что и мне вчера.

Потом Анечка рассказала о моём перемещении спасённого мальчика на Иштар..

— Предатель!!! — завизжала Лилит, понимая, очевидно, что серьёзно попалась!

— Теперь вы понимаете, что зря приписываете мне это преступление? — спросила я настойчиво.

— Преступлением было твоё бездействие, — голос Шайбила заметно дрогнул. Он всё ещё из последних сил боролся за Лилит, пытался её спасти. Всё-таки, несмотря ни на что, она ему дорога. Какая же она дура! — ты могла спасти гибнущий мир…

Монстры знают, что это возможно.

— Я, конечно, бываю альтруисткой, но не настолько, — возмутилась я, — если я буду пытаться спасти каждый мирок, гибнущий неподалёку от меня, то на все меня просто не хватит! Да и к тому же, я тогда совсем недавно ещё стала монстром, сделайте скидку на это, как и на мой возраст! Что с меня было взять? Вы предъявляете слишком серьёзные претензии к начинающей! Если честно, я и сама тогда была растеряна и напугана, можно сказать. Не каждый день сталкиваешься с подобным.

— Не отходите от сути! — выкрикнула Веста, — мы ведь уже вышли на истинного виновника всего происшедшего. Лилит, а ты что можешь на это ответить?

— Да пошли вы все!!! — прошипела Лилит, вскакивая с места. Она выбежала в центр и оглядывала помещение, выискивая Весту глазами, — мне плевать на то, что вы здесь говорите. У нас была сделка, я выполнила свою часть, а остальное — не мои проблемы.

— Ты понимаешь, что это значит? — вдруг произнёс Мерген, — тебя можно обвинить в похищении ребёнка и сотрудничестве с пиратами…

— Что ей эти обвинения в сравнении с остальными, ещё более страшными вещами, которые она творила! — вдруг прозвенел чей-то голос у входа.

Это был Сагард, он всё-таки прибыл, чтоб рассказать…

— Иди к чёрту! — заорала Лилит, увидев его, — откуда ты взялся?

— Именно оттуда! — заорал в ответ Сагард. Таким взбешённым я его ещё не видела, — из ада, в который ты бросила всю нашу семью! Тварь, для тебя даже смерть — слишком мягкое наказание! Но я наконец-то добрался до тебя…

Он пошёл к ней. И тут Лилит вдруг попятилась. Я не верила своим глазам: она действительно испугалась!

— Прошло уже 11 лет, но я всё помню, как сегодня, — Сагард зло выплёвывал слова в Лилит, — а ты помнишь, сволочь?!!

Все присутствующие даже привстали, и я в том числе. Никогда ещё не видела Сагарда таким…

— Я искал, но когда почти добирался до тебя — всякий раз ты ускользала. Я никому ничего не рассказал об этих поисках, чтоб мне не помешали отомстить тебе…

— Сагард, — негромко воскликнула моя мама, — что ты делаешь?

Лилит побледнела и схватилась за Шайбила.

— Сагард, остановись! — крикнул отец, но парень упрямо шёл к цели.

Все замерли, не пытаясь больше ему помешать.

— Да что, в конце концов, происходит? — властно выкрикнул Таблон.

— Вы же монстры! — воскликнула я, — посмотрите сами, что произошло тогда, события свежи в памяти Сагарда, и он их не прячет. Взгляните!

Миг спустя Мерген, Таблон и ещё пара монстров тоже шагнули к Лилит. Но она вмиг, одним прыжком, спряталась за спину бледного, разом сникшего Шайбила. Они остановились, но в любой момент были готовы двинуться дальше.

— Вы-то монстры, для вас это не секрет. Но нам кто-нибудь объяснит? — в отчаянии Веста едва не плакала.

— Одиннадцать лет назад, — каким-то безумно ровным голосом заговорил Сагард, не прекращая идти, — наша семья жила на Даштваре, в галактике Звёздных Колец, вам это о чём-нибудь говорит?

— Родина Лилит, — тихо проговорила Анечка.

— Именно, — кивнул Сагард, — тогда нас ещё было четверо: папа, мама, Травейси и я. Никто не знает, кто такой был Травейси, потому, что мы об этом никому никогда не говорили. Это был мой младший брат. Был — потому, что сейчас его больше нет.

Одиннадцать лет назад эта гадина убила его!

— Господи!.. — пронёсся над залом вздох.

— Мне тогда было шесть лет, но я на всю жизнь запомнил убийцу, — на глазах у Сагарда выступили слёзы, — она тогда ещё не была монстром, им она стала немного позже. Для того чтоб спастись от тех, кому принесла боль. Она убила не только моего брата, а ещё два десятка младенцев!

В зале зашумели.

— Я был свидетелем убийства, — голос Сагарда обвиняюще гремел, перекрывая шум, — она сделала это прямо на моих глазах со словами: «будь ты проклят, крошечный ублюдок, как же я вас всех ненавижу! Не будь я Лилит, если не уничтожу всех младенцев в этом проклятом мире!» Она бы убила и меня, но я закричал, и она убежала. Долго ещё после этого я не мог говорить от шока, а когда смог, родители старались всячески оберегать меня от воспоминаний и не расспрашивали. Мы переехали на Иллирию, но я ОТЛИЧНО запомнил её лицо!..

— Остановись, Сагард, — произнёс Мерген жёстко, — мы всё сделаем сами. Она теперь не уйдёт от наказания.

— Я сам накажу её! — заорал Сагард, и вдруг расплакался.

— Мерген! Ты собрался наказать меня? — вдруг прозвучал ледяной голос Лилит, — тогда ты должен знать, что всё, что я делала — я делала только из-за тебя!

— Заткнись, тварь! Никто тебя не собирается слушать и тем более не поверит ни одному твоему слову, — зло бросил ей Сагард.

— Нет, уж, знайте, кто во всём настоящий виновник! Он убил моего ребёнка, и своего вдобавок, за это я поклялась уничтожить всех остальных!

— Мерген?.. — Шайбил в остолбенении повернулся к нему.

— Мы в то время жили вместе, у нас была почти семья, — устало произнёс Мерген, — потом мы решили разойтись…

— Ты ушёл от меня! Бросил, сбежал, как последний трус!

— Мы больше не могли быть вместе, и ты согласилась со мной, когда я предложил разойтись. Лилит, я не знал, что ты потеряешь ребёнка.

— А я знала! — зло прошипела Лилит, — и предупреждала тебя, но ты не поверил мне! И тогда… Мне больше ничего не оставалось!

— О, Боже… — вдруг выдохнула Анечка, — ты ведь сама и убила его…

— Один Мерген виноват в этом! — твердила Лилит, стараясь казаться спокойной, — только он один. Я его предупреждала — Убийство ребёнка, а особенно ещё нерождённого — самое страшное преступление по понятиям монстров, — потрясённо выдохнул Таблон.

Да, похоже, здесь сейчас все потрясены до глубины души. Даже я оцепенела от услышанного.

— Отдайте её мне, — мёртвым голосом произнёс Сагард, ровным счётом ни на что не надеясь.

Он видел, что теперь монстры не выпустят Лилит отсюда, но его душа ещё очень болела по погибшему братишке. Надо же, а ведь никто об этом и не знал… Столько лет носить это в душе и переживать в одиночку! Бедный Сагард!

Веста выпорхнула с места, подбежала к другу. Обняла его за плечи.

— Сагард, суд будет по всей строгости. Лилит понесёт суровое наказание, — пообещал Таблон.

Лилит пряталась за спиной Шайбила, а тот выглядел…ну, словно его неплохо избили, морально уничтожили — и оставили жить дальше М-да… А вот обо мне, похоже, все уже забыли.

— А как же Тара? — словно прочитав мои мысли, напомнила Фью робко.

— Я думаю, мы достаточно ознакомились со всеми обстоятельствами и можно вынести вердикт? — вопрос адресовался комиссии по решениям, хотя смотрел Таблон в этот момент на Лилит.

Члены комиссии дружно кивнули, тоже находясь, всё ещё в оцепенении от происходящего. Веста помогла сникшему Сагарду дойти до места и усадила его.

Сейчас, когда его ненависть, наконец, нашла выход, на него больно было смотреть, словно из него выкачали все силы. Но я знала, что теперь у него в душе всё наладится. Он освободился от многолетней боли.

— Принимая во внимание… — начал один из членов комиссии, — то, что в гибели Сацерона не обнаружилось мотивов со стороны обвиняемой, следовательно поступок был непреднамеренным, а также её несомненное содействие в поимке пиратов, мы без труда вынесли вердикт.

Он говорил быстро. Видимо им не терпелось поскорее взяться за следующее дело, распрощавшись с этим.

— Тара признаётся невиновной.

ЧАСТЬ 4

ГЛАВА 31

Все одобрительно зашумели, захлопали. Я улыбнулась, но только внутренне, потому что хоть меня и признали невиновной, но суд ещё не окончен и моё участие в нём не менее важно. Один из судей постучал по столу и поднял руку, призывая к тишине:

— Но!.. — продолжил он, — учитывая её бездействие в момент гибели Сацерона, мы всё-таки решили кое-какие действия предпринять,

Все мгновенно утихли. Продолжил Мерген.

— Тара, мы полностью лишим тебя возможностей монстра. Но дадим возможность, если хочешь, обучаться у нас, чтобы, в конце концов, добиться того, что имеешь сейчас, и, даже, больше, — сухо произнёс Мерген, но потом его голос смягчился, — Тара, ты ведь осознаёшь, что тебе было дано слишком много, но ты не оправдала в полной мере надежд и не стала и пытаться учиться дальше. Что скажешь?

— Да, Мерген, я признаю, что пошла не тем путём, — кивнула я, хотя глаза вдруг защипало от набежавших слёз, но я их удержала, — и считаю решение суда справедливым.

Отец одобрительно улыбаясь кивнул мне и я ощутила, что он благодарен Мергену.

— Приговор будет приведён в исполнение в течение следующего часа, — окончил член комиссии, — и сделает это Мерген.

— А теперь, — громко произнёс Таблон, — Тара, можешь занять место в зале, а место подсудимой, я думаю, по праву принадлежит Лилит. Её преступления слишком тяжки, чтоб отсрочить суд…

— Никогда! — воскликнула Лилит яростно и рванулась в сторону, — вы меня не получите!!!

Она подпрыгнула, трансформировалась в летучую мышь и вспорхнула под своды зала.

— Лилит, не дури! — отчаянно закричал Шайбил, — вернись!

Я, недолго думая, выскочила из-за перегородки, приняла аналогичную форму и рванулась следом. Потолок был сделан в виде гигантского купола с небольшим сквозным отверстием, в который только-только мышь и сможет протиснуться. Туда и улизнула Лилит.

Я следом за ней покинула зал и тут же увидела её внизу. Она, уже в виде кошки, убегала прочь.

А здесь красиво, интересно, что это за мирок? Ландшафт — приближённый к иллирийскому. От здания суда, размеру которого снаружи я поразилась, разбегалось множество дорожек, по краям которых ветвились пышные деревья с листвой всех оттенков алого. Этакие парковые аллеи — насколько достаёт взгляд. Само же здание, круглое по форме, с золотистым коническим куполом, было ровно раз в пять больше, чем внутренний зал суда. Ну, да, там ведь ещё, кроме него, и другие помещения есть. Красиво оформленное причудливыми узорами, расписанными по фасаду на золотистом фоне, огромные бронзовые статуи по периметру самого купола, изображающие каких-то, неизвестных мне, скалящихся в улыбке крылатых существ, напоминающих горгулий — вот что я успела ухватить взглядом, осматриваясь в поисках Лилит.

Не меняя облика, стремительно спикировала сверху и вцепилась когтями ей в загривок. Лилит зашипела, подпрыгнула в воздухе, перекувыркнувшись и опрокинулась на траву, подмяв меня под себя. Я затрепыхалась, стараясь освободиться, чтоб трансформироваться, но Лилит цепко впилась в меня и когтями разодрала крыло. Кровь хлынула, и острая боль пронзила моё тело. Но я всё равно не отпустила её.

— Стой, Лилит! — недалеко от нас появился Шайбил, — опомнись, не убегай! Я тебе помогу.

— Оставь меня! — крикнула Лилит в отчаяньи.

Я быстро теряла силы, поэтому она легко меня отпихнула и, сделав огромный прыжок, исчезла из зоны видимости.

Я с усилием подняла голову, от боли мутило, но я не могла сосредоточиться, чтоб помочь себе. Все, кто присутствовал на суде, высыпали на улицу.

— Стойте! — закричал Шайбил, видя, что монстры готовы броситься вслед за Лилит.

Как ни странно его послушались, — пожалуйста, не преследуйте её, дайте мне самому найти её. Я обещаю, что она предстанет перед судом. Только дайте мне найти самому! Я сделал Лилит монстром, я в ответе за неё!..

Это было последнее, что я услышала, теряя сознание.

Пришла в себя я в своём настоящем облике. Я лежала на траве, рядом со мной стоял на коленях Мерген.

— Всё хорошо, — улыбнулся он, — теперь ты — та прежняя Тара, что была до встречи со мной.

— Теперь я больше не монстр? — со слабой улыбкой грустно спросила я.

— Нет, — покачал головой он, — но с твоим телом всё в порядке.

Я подняла голову и взглянула на руку — ни царапинки. Небольшая слабость, не более. Ничего не напоминало о кровавой рваной ране.

— Спасибо, Мерген…

— Мне надо сейчас идти, — он поднялся и помог мне встать.

— Мы ещё увидимся? — испуганно спросила я.

— Я найду тебя попозже, — пообещал Мерген.

— А где все? — удивилась я.

На улице, вокруг нас, не было ни души. Лёгкий ветерок гулял по аллеям и шевелил тёмно-алую травку на газонах. Небо сгущалось насыщенно изумрудным цветом.

— Все внутри, — кивнул он на здание, — процесс твоего изменения требовал полного отсутствия кого-либо.

— А Лилит? Что с ней?

— Шайбил найдет её и тогда суд продолжится. Мы ему позволили самому это сделать.

— И что теперь? — я тянула время. Цеплялась за Мергена. Мне очень не хотелось с ним расставаться.

— Иди туда. Прямо по коридору. Там кое-кто хочет с тобой попрощаться, — показал он на здание суда.

— Попрощаться?? Кто? — спросила я, поворачиваясь. Но Мергена уже рядом не было.

Ладно, он же пообещал прийти позже…

Я нерешительно открыла тяжёлую дверь и вошла в здание. По коридору преодолела несколько метров и упёрлась в следующую дверь. Вздохнула и, распахнув её, шагнула внутрь зала суда. Но сейчас я вошла туда с другой стороны — со зрительского входа. Хоть в зале и стоял порядочный гвалт от того небольшого количества присутствующих, что остались (только те, кто меня лично знал), в тот же миг все моментально обернулись и родители тут же кинулись меня обнимать. Я же с трудом сдерживала слёзы. Как же остро я сейчас ощущала, насколько стала вновь от монстров далека. Но, потеряв способности, я не потеряла обострённого мировосприятия. И как теперь жить с этим? Я уже не хотела больше быть обычным человеком…Но выбирать не приходилось. С этими грустными мыслями я смиренно подвергалась террору объятиями и ласками со стороны родителей и сестрёнки. Я вновь стала их любимой дочкой. Но разве я стала опять такой же, как раньше?

Когда они вдоволь натискали меня, уступили благосклонно друзьям. Первым ко мне шагнул, как ни странно, Черри.

— Я подумал: полетели в твой мирок? — предложил он, — там все вместе посидим, поговорим.

— Да, — согласно кивнула я, оглядываясь. Но Мерген сказал, что кто-то хочет попрощаться со мной?

В стороне одиноко стоял Люцифер и грустно, сквозь толпу, смотрел на меня. Я поняла, что это о нём.

— Подождите меня на улице, — попросила я всех, кто меня окружал.

Толпа послушно двинулась к дверям, а я — в обратную сторону. Пробившись, подошла к Люциферу.

— Тара, давай попрощаемся, — грустно произнёс Люцифер, опустив голову и отводя взгляд.

— Как?… Ты… Мы разве больше не увидимся? — растерялась я, — ты не хочешь отправиться с нами в мой мирок, отпраздновать мою свободу?..

— Я не могу, — тихо сказал Люцифер, — у нас дальше совсем разные дороги. У тебя всё сложится хорошо и очень неожиданно… А я — вечный странник. Как там у тебя?

«…На перепутье влаги и пламенных страстей…» — Ты знаешь моё будущее? — мне стало грустно. Я даже не удивилась, что он цитирует мой стих.

— Да.

— Неужели мы никогда не встретимся больше? — взмолилась я.

— Никогда не говори никогда, — печально улыбнулся Люцифер, — разреши, я подарю тебе звезду?

— Звезду? В этой галактике?

— Нет. Она ни в этой, ни в какой-то другой. Она — в моей душе…

— Подари.

Люцифер протянул руку и взял мою ладошку в свою. Прикосновение было теплым и очень мягким. Нежное тепло кольнуло руку, обожгло горячей волной душу. Я едва не задохнулась от нахлынувшей нежности.

— Теперь частичка моей души всегда с тобой. Я буду рядом, когда захочешь. Я услышу тебя в любой момент, в любой вселенной. Эта звёздочка будет с тобой всегда, пока ты меня не забудешь… Печального ангела.

— Я никогда тебя не забуду!

— Никогда не говори никогда, — повторил Люцифер и нежно поцеловал мою ладошку, — прощай, Тара.

— До свиданья, Люцифер, — я поборола подступающие слёзы, заволокшие пеленой видимость, а когда в глазах прояснилось, Люцифер уже исчез.

Со мной осталось лишь мягкое ощущение прикосновения и… маленькая горячая звёздочка внутри.

ГЛАВА 32

В созданный мной мирок мы попали самым простым и единственно возможным способом — прилетели; кто на чём. Рейя и Даст — на своём «Амбассадоре»; Веста, Сагард, Анечка и Алзар — на тлоннере Весты; я с родителями, сестрой, Черри и полковником Экро — на его трейгарте.

Пока все шумно восторгались красотами ландшафта, я грустно думала о том, когда я смогу ещё создать нечто подобное?

В замок я вошла в обнимку с мамой и папой. Рейя и Даст, пыхтя и дурачась, разожгли камин, Веста, под руководством Черри, принесла всем напитки из бара.

— Как хорошо, что всё позади, — выдохнула я, падая на пушистый ковёр.

— Я тебе завидую, — произнесла Веста, — ты так много могла, будучи монстром. И теперь, когда почти все эти способности потеряла, ты вздыхаешь с облегчением.

— Я многое и нашла, — возразила я, — а что касается способностей, то я же теперь буду учиться. Я снова их обрету, но теперь своим трудом, а не на халяву. Знаешь, подружка, что легко приходит, то легко и уходит. Вот поэтому я, пусть даже и по своей вине потеряв эти волшебные способности, ни о чём не жалею!

И всё-таки я немного кривила душой…

Пока Черри показывал гостям мой замок, я лежала на полу у камина и думала о том, что будет дальше. А дальше, наверное, будет так: я вернусь с родителями домой или сразу отсюда полечу учиться на Иштар с Вестой и Сагардом. А телепортационные путешествия буду вспоминать, как сон… Сладкий, но тягостный.

Я больше не хочу сразу и легко становиться монстром, слишком цена велика.

Стоимостью в душу, которая теперь не на месте. Раз вкусив запретный плод — никогда не забудешь того, что потеряешь… Нет! Я теперь буду учиться всему этому постепенно. Но всё равно, я безмерно благодарна Мергену за то, что он мне открыл и дал понять. Я за считанные недели стала взрослее и серьёзнее, словно за годы.

— Тара, — рядом тихонько присела Рейя, глядя в пол, — спасибо тебе.

— За что? — удивилась я.

— За то, как ты повлияла на наши с Дастом отношения, — она подняла на меня свои большие раскосые блестящие глаза, — если бы тогда меня не послала подальше, ну помнишь, когда отказалась лететь дальше с нами, я бы, наверное, никогда не осмелилась одним махом взять и решить эту проблему. Ты подтолкнула меня, ведь я была так не уверена…

— А зачем тогда сбежала с Дастом?

— Ну, я всё-таки люблю его… — смутилась Рейя.

— Очень рада за вас, — я потянулась и обняла её.

— Ты теперь навсегда моя подруга! — с чувством произнесла она, кивая радостно.

— И моя, — смущённо, но уверенно проговорил оказавшийся вдруг рядом Даст, — прости, Тара, что тогда так набросился на тебя. Я был в отвратительном расположении духа, потому что у нас с Рейей как-то не складывалось…

— Я всё понимаю, — улыбнулась я, — поэтому я вас, в конце концов, и оставила вдвоём, чтоб вы, наконец, разобрались.

— Мы и разобрались! — и Рейя счастливо обняла Даста и страстно чмокнула его в щёку.

Я радовалась за них всей душой, но сердце вдруг защемило. Снова вспомнился Дерек…

Я уставилась в огонь, грустно сжимая «Ликумус». Друзья, правильно расценив моё молчание, потихонечку испарились куда-то. В пляшущих язычках пламени мне виделись такие родные и до боли любимые (раньше?) черты…

— Здравствуй, Тара, — вдруг донёсся знакомый голос, — ну вот и я, ничего, что я без приглашения?

В дверях стоял Мерген.

— Мерген! — воскликнула я и, вскочив с пола, бросилась к нему.

Мы обнялись. Моё сердце бешено забилось, грозясь выскочить из груди.

— Ты можешь без приглашения, — радостно ответила я, судорожно сжимая его руку.

— Рад, что не теряешь оптимизма, — улыбнулся Мерген, — как ты?

Риторический вопрос. А то он не знает! Страдаю от внутреннего одиночества и безумно рада его появлению!

— Лучше, чем до суда. Неопределённость убивает лучшего любого киллера.

— И что теперь? Уже решила?

Я пожала плечами.

— Скорее всего, рвану на Иштар, учиться… Мерген, скажи честно, ты жалеешь, что связался со мной?

— Ни капли. Тара, я тобой горжусь. Подумай-ка, может ли Шайбил гордиться Лилит?

— Кто его знает? — засмеялась я, — может она ему нравится именно такой.

— А ты нравишься мне именно такой.

Я покраснела? Что за штука такая, почему Мерген заставляет меня краснеть и смущаться?

— Ты снова исчезнешь и оставишь меня? — я опустила глаза, — и всё?

Столько было мольбы в моём голосе. Столько надежды! Столько…

— Тара, девочка… Ты только начала жизнь… — покачал он головой.

— Мерген, так и скажи, что считаешь меня ребёнком, — грустно сказала я, отворачиваясь.

— Не в этом дело, — устало произнёс Мерген, поворачивая меня к себе и глядя прямо в глаза, отчего моё сердце начало биться с перебоями, — мне уже много сотен лет. Я прожил тысячи жизней в одной. У меня было много семей и есть много детей, у некоторых из них уже свои дети, а у тех — свои…Понимаешь, о чём я говорю?

— Какое это имеет значение сейчас? Всё это в прошлом, а жизнь то продолжается! — воскликнула я.

— Тара, я монстр. А это значит — вечное непонимание, иногда даже страх со стороны других. Вечное скитание. Вечная жизнь, которая однажды становится не счастьем, а самой большой бедой. Но назад пути уже не остаётся. Я такой, какой есть, но приходит время — и это неизбежно — когда та, что рядом со мной больше не хочет мириться с этим. Ты была монстром, можешь понять меня. Что значит для нас свобода…

— Но ведь бывает так, что на всю жизнь?.. Вечную жизнь монстров.

— Бывает. Но мне не довелось встретить, — как-то жёстко сказал Мерген.

— Да и жизнь у монстров, в сравнении с остальными — вечность… — задумчиво и горько сказала я, — но ведь монстр может жить с монстром!

— Тара, ты стала счастливой, став одной из нас? — резко спросил Мерген.

— Пожалуй… — каждое слово давалось мне с такой болью! — не очень…

— Хочешь снова вернуться к этому? — ещё резче, словно хлестнул.

И у меня не хватило силы сказать ДА. Почему?!

— Мерген, но ведь главное не в этом. Главное — это чувства!

— Когда ещё способен что-то чувствовать. Девочка, поверь мне, у тебя совершенно другой путь. А мне пора идти.

— Мерген, ответь, — взмолилась я, чувствуя, как отчаянье охватывает меня. Я хотела пойти с ним, но момент, когда это могло бы ещё быть возможным, был упущен, — мы ещё когда-нибудь увидимся?

Мерген молча улыбнулся и… ничего не сказал.

— Одинокий путник на границе бытия.

Шаг вперёд, назад — немыслим без потерь.

Одиноко ветер гонит в никуда.

Позабытый всеми, одинокий зверь…

Пустота во взгляде, холод в глубине,

Полою плаща полуприкрытый меч.

От людей вдали, всё время в стороне,

Вечно обречён покой других беречь… —

задумчиво произнесла я, — Мерген, я всё поняла. Но всё же я надеюсь, что мы встретимся. Неважно где, неважно когда, — слёзы выступили на моих глазах, но я их смахнула быстрым жестом, — я буду очень рада нашей встрече. Ты ведь не забудешь меня…уже завтра?

— Прощай, Тара, — Мерген тихонько дотронулся до меня. Кончиками пальцев до щеки.

Тело пронзило непонятной дрожью.

Я почувствовала, что сейчас он меня поцелует. Пусть даже и на прощание… Глаза закрылись сами по себе. Но, когда я открыла их — Мергена уже не было. Он умел уходить незаметно… неуловимо. Как ни странно, мне не было сейчас больно. Только небольшая, светлая грусть постепенно наполняла душу… Грусть от расставания с другом. Я всё понимала. Но всё же…

Я мотнула головой и побрела назад в гостиную.

— Тара! — окликнула меня мама, — у тебя чудесный замок, я горжусь тобой, дочка!

— Спасибо, мам, — когда я повернулась к ней, мои глаза уже были сухие, а на губах жизнерадостная улыбка.

— Думаю, нам всем надо кое о чём поговорить, — мама обняла меня за плечи и выразительно посмотрела на отца и полковника Экро, — обо всём, что произошло и почему.

— Хорошо, — пожала я плечами, вдруг ощутив усталость, — давайте сядем прямо здесь, у камина.

Все расселись кучей, кто — куда и приготовились слушать. Видимо никто не возражал против такого количества народа, потому что ощущали, что каждый мне очень дорог…

— Милая, — начал папа, — это долгая история, но сейчас ты обо всём узнаешь. Это твоё право.

— Подожди, Эдвар, — прервал его полковник Экро и почесал усы, — я закрутил всю эту историю — мне и рассказывать.

Папа пожал плечами и сел. Мама придвинулась ко мне поближе, продолжая обнимать.

Я прижалась к ней. Фью примостилась рядышком.

— Итак, — полковник крякнул, — всё началось в тот день, когда я отправил тебя, Тара, патрулировать в галактике Трёх Красных Звёзд, в 9-ом секторе, помнишь, да?

Накануне там пропали Лек и Дарт, это был их сектор. Так вот, у нас появились надёжные сведения о том, что там орудуют пираты. Однако у нас не было возможности их зафиксировать, они сбегали в последний момент по принципу монстров, т. е. сквозь пространство. Тогда мы пошли на вроде бы невинную уловку — заслали туда тебя, как приманку…

— Что? — переспросила я спокойно, хотя сердце так и ухнуло вниз, сил на бурные эмоции уже не было.

— Прости, Тара, но на твой тлоннер они бы сразу клюнули, этот уровень агентов их не пугает.

— Ну, спасибо… — только и могла я пробормотать, собираясь с мыслями относительно доброты начальника.

— Так и вышло, от тебя они не стали убегать, а напротив, устроили тебе засаду.

Но, мы сделали предусмотрительно одну вещь — прицепили на тебя поисковое устройство. Оно работало эффективно, и мы прослеживали тебя до тех пор, пока…

В общем, оно в какой-то момент отказало. Отказало по причине перепада гравитационного фона в корабле. Тогда туда отправилась куча народа, со мной во главе, чтоб найти тебя. Мы поняли, что что-то случилось.

— А вы не могли меня заранее предупредить?! — воскликнула я, — я бы тогда не сопротивлялась и всё было бы по-другому…Почему было не объяснить мне правила «игры»?

— Мы не знаем, как бы всё обернулось, знай ты. Видишь ли, Лилит была там, у пиратов. Она без труда прочла бы твои мысли…Ей ничего не стоило перебросить «монолит» в другую галактику или вселенную. Мы подозревали, что они сотрудничают с монстром…

— Ну, конечно! С вашим то отношением к этой расе! — язвительно сказала я, — да в Полиции Семи Галактик уже давно должны быть монстры в пропорции 1 к 1-му с другими расами!

— Мы учли это, и теперь всё будет по-другому, обещаю, — сухо кашлянул обескураженный Экро.

— А когда мы всё-таки отыскали пиратский «монолит»… ты уже стала монстром, — так же смущённо отозвался отец.

— Ну, сейчас я уже не монстр, — заметила я с грустью.

— Не расстраивайся, — Фью утешительно погладила мою руку. Милая моя сестрёнка!

— Тара! — торжественно произнёс полковник Экро, — ты должна знать, мы очень гордимся тобой!

— Ну, да… — недоверчиво возразила я, вспоминая, как они «гордились», когда узнали правду об изменениях во мне.

— Да! Будучи монстром, ты не потеряла голову. В твоей душе осталось на поверхности всё самое доброе и светлое, что всегда и делало тебя самой собой.

Нашей маленькой Тарой!

Он крепко и ободряюще пожал моё плечо.

— Спасибо, полковник, но к чему Вы всё это? Ох, ведь неспроста же Вы так говорите?

— Совершенно верно, — покраснел Экро, — как же ты проницательна!

— С Вами ещё и ни такой станешь, не надо иметь какие-то исключительные способности, — тонко намекнула я, — так о чём речь?

— Знаешь что, Тара, — вдруг встала Анечка, переключая всё внимание на себя, — я считаю, что нужно сначала раздать все долги, а потом и важные разговоры вести…

— Да! — воскликнул Экро, — перенесём наш разговор на попозже!

Он словно рад был оттянуть время. И мне это не понравилось.

— А не будет слишком поздно? — пробурчала я и повернулась к Анечке, — о каких ты говоришь долгах?

— Что ты обещала мне на Иштаре, припоминаешь? — хитро прищурилась она.

— Точно, помню! Вечеринку в баре! Но, что… прямо сейчас?

— Да, все проблемы с судом окончены. Чего же ждать? — глаза Анечки загорелись, — ну и куда едем?

— Я предлагаю, — вставил вдруг Черристор, — в «Химеру» на Лапларе…

— Отлично! — вскочила Рейя, глядя на меня вопросительно, — что скажешь?

— Тара?

Решение было за мной.

— Если никто не возражает — я приглашаю всех желающих! — торжественно провозгласила я.

Все оживились.

— Только, полковник, — шепнула ему я, — не затягивайте с разговором сильно, а то, как бы снова чего не вышло…

ГЛАВА 33

На Лаплар мы прибыли в том же составе и снова на тех же трёх кораблях:

«Амбассадоре» Рейи, трейгарте полковника Экро и тлоннере Весты и Сагарда.

Черри поспешил вперёд, чтоб поставить в известность Сирендапороса, хозяина «Химеры», что нагрянула та самая Тара, на которую был объявлен розыск (и которая в прошлый раз разнесла в пух и прах заведение — но это (тсс!) родителям знать не обязательно), уже реабилитирована и собирается повеселиться в его заведении.

Хозяин вышел нам навстречу с распростёртыми объятьями и сияющей улыбкой:

— Заходите! — радушно позвал он, — Тара, девочка, неужели это ты уничтожила Сацерон? Такая хрупкая с виду! — восхитился он.

— Ну, не вручную… — пожала плечами я, а с языка чуть не сорвалось: «можно было бы и поверить, вспомни, как я тут побуянила! Заодно и мне расскажешь. Я-то сама не очень помню…»

— Я рад, что участница столь громкого процесса, окончившегося в её пользу, выбрала именно мой бар, чтоб отпраздновать! — продолжал ликовать Сирендапорос.

— Конечно, для него это невероятная реклама! — шепнула мне Анечка, — твоё имя ещё долго будет на слуху в пределах не только этой вселенной.

М-да… Не думала, что я так далеко прославилась своими подвигами.

Мы дружненько ввалились в знакомый мне бар. Музыка всё так же гремела вовсю, кругом танцевала и развлекалась куча народа. Родители и Фью вовсю вертели головами, для них подобное место было, мягко говоря, в новинку.

— Ты тут уже бывала? — испуганно спросила сестрёнка, но меня спас хозяин бара.

— Хотите, чтоб я всех оповестил о вашем приходе? — участливо осведомился он.

Милый толстячок из расы клойдов: этакий колобок с ручками и ножками.

— Нет-нет, — категорично замотала я головой и замахала руками, — не надо к нам привлекать внимание, пожалуйста!

— Как пожелаете. Но, умоляю вас — сегодня вам и вашим гостям напитки бесплатно!

— Спасибо! — улыбнулась я, польщённая такой любезностью.

Толстячок галантно расцеловал мне руки, пожелал хорошо провести время и укатился, потешно семеня ножками.

Мы сдвинули несколько небольших столиков, и расселись все вместе. Внезапно у Весты зазвонил телефон и она, извинившись, вышла на улицу, где было несомненно потише, чем здесь, чтоб поговорить. Официант принёс нам целых три подноса с напитками и один огромный поднос со сладостями. Ему с его пятью руками-щупальцами вовсе нетрудно было сделать это одновременно.

Фью подсела ко мне поближе и приобняла.

— Тара, — зашептала она на ухо, — извини меня за то, как я отреагировала на твои стихи тогда, в нашу последнюю встречу. Я так тосковала по тебе всё это время…

— Фью, — я тоже обняла её, — сестрёнка, я тоже скучала по тебе и по всем остальным!

— Твой стих был потрясающим, честно, вот я и растерялась…

— Не извиняйся, милая, — улыбнулась я, — ты ведь знаешь, что ты для меня — самый близкий человечек.

— Спасибо, Тара! — Фью засияла от радости. Я тоже разулыбалась.

И вдруг, совершенно неправдоподобно для такой бешеной дискотеки, заиграла медленная музыка. Вот уж чего я не ожидала… Папа тут же весело увёл маму танцевать. Полковник Экро пригласил Анечку, Даст — Рейю, Сагард вздохнул и пошёл на поиски Весты — он тоже не хотел потерять такую песню.

— Тара, пойдём потанцуем? — застенчиво предложил Черристор.

Я вздохнула, мне очень хотелось отдохнуть. Но парень так смотрел, что я не смогла отказать.

— Простите, Вы… Тара? — услышала я робкий голос.

Оглянулась — за спиной весьма миловидная фигурка. Похожая на изящную кеглю в мой рост. Не хочу никого обидеть, но ассоциация возникла именно такая. По голосу — это девушка, но раса мне неизвестна, видимо не из Семи Галактик.

— Да, — недоумённо ответила я.

— Та самая?.. — возбуждённо выдохнуло создание.

Тут я поняла, почему Сирендапорос так легко согласился не оповещать всех о моём присутствии. Все и так меня узнавали.

— Та самая… — обречённо согласилась я.

— А можно мне Ваш автограф? — несмело попросила она, протягивая тонкой ручкой электронную записную книжку, — я Глэ, из галактики Синей Спирали.

— Хорошо, — растерялась я и неумело расписалась. Не надо ехидничать, у меня опыта нет в этом! В последний раз я расписывалась при поступлении на работу.

— И для моей подруги! — умоляюще произнесло создание, протягивая обычный лист плотной бумаги, — её сейчас здесь нет, она землянка из галактики Млечный Путь, зовут Клара. Но она тоже слышала о Вас…

— С Земли?! — не поверила я, — но мне говорили, что земляне отстают по своему техническому развитию настолько, что неспособны на межгалактические путешествия…

— Да, но не все, — стала объяснять Глэ, — Клара необычная. У неё есть сверхспособности. Сверх — в понимании землян. Мы с ней контактируем ментально и иногда я её «вытаскиваю» сюда. Хотя среди землян такие контакты не приветствуются и считаются чем-то опасным и даже невозможным. Но я ей объяснила, что…

— Передавай Кларе привет, — улыбнулась я, прерывая, — скажи ей, что я тоже родом с Земли, но с другого временного отрезка. Ещё с Атлантиды, точнее с дней её гибели.

— Спасибо! — воскликнула Глэ, схватила листок с автографом и унеслась, что-то радостно бормоча.

— Ты стала даже сверхпопулярной, — заметил Черристор, качая головой.

Я пожала плечами.

А в следующий миг ко мне принеслась целая стайка легардов — существа, похожие на кошек, стоящих на задних лапах и невероятно худых. Они тоже просили автограф и, чтоб я запечатлелась с ними на видеофотограф. Потом ещё одна шумная компания, следом ещё…

Я с трудом двигалась, когда Черри, наконец, объяснил им, что я очень устала, что у меня был нелёгкий день, и, вообще, мы сюда отдохнуть приехали! Толпа сразу послушно рассосалась, и он утащил меня обратно за столик. Медленная музыка уже закончилась.

— Нам так и не удалось потанцевать, — опечалилась я.

— Не переживай, — успокоил Черри, — ты здесь сегодня королева, так что, как только пожелаешь, по твоему заказу медленная композиция будет в любой момент.

— Только передохну…Ноги не держат — Думаю, теперь с этим проблем не возникнет, — засмеялся Черристор и указал в сторону, — смотри!

Неподалёку от нас трое из тех легардов, кому я давала автограф, перегородили дорогу и никого не подпускали в мою сторону. — …Она очень устала, не беспокойте её… — донеслось до меня. Я улыбнулась.

За столик бухнулись Анечка в обнимку с Экро, оба пьяные и бесконечно довольные.

Сказала бы я начальнику, что он будет «зажигать» с девушкой-монстром в каком-то астероидном баре — он бы как минимум возмутился и сподвигся на неадекватные поступки. Ан нет, вон как «зажигает»! Я поискала глазами родителей. Они продолжала танцевать вместе уже под быструю музыку. Быстренько адаптировались. И то правда — чего поражаться, если можно расслабиться и веселиться! Фью тоже вовсю отплясывала с каким-то гуманоидом. Рейи с Дастом не было видно в разноцветном тумане бара, Весты и Сагарда тоже.

— Черри, я так счастлива, что всё закончилось! — воскликнула я, — хоть и не знаю, что будет дальше, но сейчас у меня на душе спокойно и легко.

Правда я слегка лукавила — немного ныло сердце при мысли о бывшей любви, но это теперь в прошлом…

— Я тоже безумно рад за тебя! — Черри слегка приобнял меня, — хочу сказать тебе: знаешь, за эти дни, что мы были вместе, я приобрёл в твоём лице очень близкого друга.

— Черри, я…

— Нет, Тара, не думай ни о чём, я не хочу, чтоб ты напрягалась, — остановил он меня, видя мою всполошённую реакцию, — всё останется, как есть. Друзья?

Господи! Ну, долго я ещё буду грустить о Дереке? Долго ли ещё не смогу выбросить его из головы? Интересно, о чём он думает сейчас, что делает? Увы, больше я не могу узнать об этом на расстоянии…Да и к чему страдать мазохизмом?

— Спасибо, Черри, — я благодарно обняла его и чмокнула в щёку.

Вдруг, словно удар молнии пробил меня насквозь. Я ощутила чей-то горячий взгляд на себе и быстро оглянулась.

В пяти шагах от меня стоял Дерек.

ГЛАВА 34

Черри проследил за моим взглядом и опустил голову. Я вскочила и, открыв рот, следила, как Дерек подходит к нам.

— Тара! — глаза его прямо светились. Счастьем? — боже, Тара, как я рад тебя видеть!

— Как ты меня нашёл? — растерялась я, отступая на шаг.

— Позвонил Весте на телефон, она сказала…

— И зачем ты сюда прилетел? — неприветливо буркнула я, хотя больше всего на свете мне хотелось кинуться в его объятья. Вот, он тут, и словно ничего не произошло!

— Ты мне не рада? — растерялся Дерек.

— Не очень, — соврала я.

— Что-то случилось? — он перевёл взгляд на Черри.

— Черри, мы отойдём, нам надо поговорить, — сказала я, — передай маме, чтоб не волновалась и не искала меня.

Черри кивнул, и я потащила Дерека вглубь зала. Ещё не хватало, чтоб мама, вернувшись, обнаружила его и обрадовалась ему!

— Сирендапорос! — воскликнула я, увидев хозяина, а когда он подбежал, попросила, — нам надо поговорить с этим парнем. Где мы можем побыть наедине, и нас никто не побеспокоит?

— Идите за мной, — подмигнул он, и повёл в центр зала.

Там, прямо на круглой сцене, где танцевали все, кто хотел, он указал нам на светящийся серебром шар посреди сцены (я то думала, что он для красоты!).

— Входите внутрь, — указал он, — и езжайте на 3 этажа вниз. Комната 13.

— Спасибо! — я рванулась внутрь, таща за собой Дерека.

Внутри шар представлял собой элементарный лифт.

Я ткнула пальцем в кнопку «3», потом на стрелочку, указывающую вниз. Приехали в одну секунду, покинули лифт и попали в узкий, длинный коридор. Я быстро пошла по нему, нашла дверь с табличкой «13» и, распахнув её, впихнула Дерека внутрь.

Зашла следом, закрыла дверь и охнула. Просто номер для новобрачных! Огромная постель прямо сразу в первой комнате. Дерек тоже стоял и смотрел на кровать ошеломлённо, разинув рот. Не давая ему опомниться, чтоб не подумал, что я специально так распорядилась, я огляделась, зафиксировала взглядом кресло в углу, пихнула парня туда и нелюбезно заявила:

— Чего тебе от меня надо?

— Тара, что с тобой? — вконец растерялся Дерек, — я ничего не понимаю…

— Ах, ты ничего не понимаешь? — рассмеялась я, — а кто же тогда поймёт загадочную мужскую душу?..

— Милая, ты о чём?! — Дерек был уже не просто в отчаянии, он был в панике.

— Может, всё-таки скажешь, зачем ты прилетел? — вздохнула я, — или мне твердить, как попугаю?

— Я соскучился по тебе, очень хотел увидеть и когда Веста сказала мне, что произошло и где вы, я сразу прилетел. Тара, почему ты так со мной обращаешься?

— Значит, соскучился? — улыбнулась я, — а я слышала, у тебя дома проблемы…

— Да? — растерянно проговорил Дерек, — Веста рассказала?

— Про что? — с нажимом спросила я.

— Про Мику, — сдался он, — ты же об этом говоришь?

— Именно! — победно провозгласила я, — и как у неё дела?

— Слава Богу, у неё сейчас всё нормально, — как ни странно, нормальным тоном произнёс Дерек, — я поговорил с её мамой, и всё уладилось.

— И как же, интересно, всё уладилось? — ехидно осведомилась я, презрительно глядя на него.

— Она родит ребёнка, а сейчас она живёт с Традом…

— С кем? — не поняла я.

— С Традом, отцом её ребёнка. Тара, объяснишь ты мне, наконец, что случилось?!

— Как это — с Традом? А ты кто? — я вдруг ощутила, что, каким-то образом, попала в глупое положение. Правда, пока не понятно, в какое…

— Что — кто? — не понял Дерек.

— Кто ты Мике? — неуверенно переспросила я.

— Брат. Мика — моя двоюродная сестра…

— О, Господи!!! — взвыла я и отвернулась.

Надо же было так глупо ошибиться! А теперь я словно распоследняя дура! И что мне теперь делать? Как что? Конечно же, кидаться к нему в объятья!

И, с диким визгом, я ринулась обнимать Дерека. Он был ошеломлён и совершенно сбит с толку. Не удержавшись на ногах от неожиданности, он повалился в кресло, увлекая меня за собой. И совсем уже я добила его горячим поцелуем.

— Тара? — робко спросил он, — я ничего не понимаю, с тобой сейчас всё в порядке?

— Теперь да, — ласково и смущённо произнесла я, — сейчас ты будешь долго смеяться надо мной, но я тебе всё равно расскажу…

Следующие пять минут я выкладывала ему, как нелепо лопухнулась. Дерек так хохотал, виновато прикрываясь, но ему трудно было сдерживаться. Я махнула рукой: пусть смеётся.

— Вот, — тихо сказала я, — это не Веста мне сказала. Я воспользовалась своими способностями и подсмотрела.

— Подсматривать нехорошо, — улыбнулся он.

— Знаю… Прости. Если бы мне хватила ума выслушать Весту, всё было бы иначе. Я бы не накинулась на тебя…

— А сейчас, воспользуйся своими способностями и узнай, о чём я думаю? — нежно произнёс Дерек.

— Сверхспособностей у меня больше нет, — улыбнулась я, — но, мне кажется, я знаю…

Дерек выбрался из кресла, держа меня на руках и, как пушинку, аккуратно перенёс на кровать Он целовал меня нежно, но и, в то же время, страстно. Я не сопротивлялась, мне необыкновенно сильно хотелось этого. Он и только он — мой любимый человек, и ему я хочу отдаться всей душой и телом.

Он шептал мне ласковые слова, успокаивающие меня. Лишь на секунду замерев, глядя мне в глаза, Дерек спросил:

— Ты этого, правда, хочешь?

— Да…

— Я люблю тебя, Тара…

Я почти не почувствовала боли. Восторг наполнял каждую клеточку моего организма.

Это мой первый раз и именно так, как я мечтала. Рядом любимый, я — опять такая же, какая и была, ну, может, чуточку взрослее стала.

Я ощутила себя по настоящему счастливой.

— Тара, — прошептал Дерек, — котёночек, как ты?

— Я люблю тебя, — прошептала я в ответ, — и мне так хорошо, как никогда!

— Я тоже очень люблю тебя! — Дерек сжал меня крепко-крепко, — ты моя первая и единственная! Солнышко, я хочу быть всегда с тобой рядом.

— Я тоже этого хочу! — обрадовалась я его словам о первой и единственной.

— Господи! — Дерек ударил себя ладонью по лбу, — совсем забыл! У меня для тебя есть кое-что. Милая, мне не удалось поздравить тебя с днём рождения вовремя, но этот подарок я приготовил давно. Сейчас самый лучший момент, чтоб ты его получила! — глаза Дерека сияли.

Он вскочил, подобрал с пола свою куртку, порылся в кармане и что-то оттуда достал. Потом залез ко мне на кровать и попросил застенчиво:

— Закрой глаза.

Я послушалась. Он нежно взял мою руку и надел мне на палец… кольцо, поцеловал руку и шепнул:

— Поздравляю, любимая…

Я открыла глаза. Тоненькое, восхитительно блестящее алмазными гранями колечко!

Обручальное…

— Любимый… — только и хватило сил выдохнуть, на глаза набежали слёзы и, вырвавшись на свободу, покатились по щекам.

Разве я могла подумать тогда, в тот день, когда я встречала своё шестнадцатилетие одна, что так будет?

— Мы всегда будем вместе… — полувопросительно произнёс Дерек.

— Да, — кивнула я, смахивая слёзы. Дерек снова прижал меня к себе и поцеловал.

— Давай улетим? — вдруг азартно предложил он, — давай убежим прямо сейчас? Куда угодно, куда захочешь! Только вдвоём!

— Давай! — засмеялась я, но потом опомнилась, — нет, Дерек, пока не могу. У полковника Экро ко мне какой-то серьёзный разговор. Давай, может, потом, когда это всё закончится?

— Давай! — кивнул Дерек, — как скажешь, так и будет.

— Нам надо быстрее возвращаться! — подскочила я, — вдруг нас уже ищут. Может, пора улетать.

Мы быстро оделись, перемежая слова и действия поцелуями, и выскользнули в коридор. Когда попали в бар, то уже издалека я увидела, что веселье улеглось и все в сборе сидят за столиками. Я была права, все уже собрались улетать.

Полковник хмурил брови.

— Тара, я, конечно, понимаю, что Дерек прилетел, годы ваши молодые и всё такое, но мы уже стали волноваться. Думали, что ты сбежала, — встретил он нас отповедью.

Но, увидев моё сияющее лицо, смягчился.

— Я здесь и готова лететь! — отрапортовала я, пряча счастливую улыбку.

Фью подмигнула мне, и я смутилась и покраснела. Надеюсь этим себя не выдала.

— Ну, а мы прямо сейчас простимся с вами. Хотим вернуться на родину и поговорить с родителями. Надеемся, что они нас поймут, — сказал Даст.

— Ты, Тара, научила меня не убегать от проблем и стараться смело всё разрешить, — заявила Рейя.

Да-а? Вот те и на! Мне бы самой сначала этому научиться, а на деле оказывается, я уже и других вдохновляю…

— Да и мы тоже оставим вас, — сказала Анечка, приобняв Алзара, — вернёмся на Иштар.

— Постойте! — вдруг категорично и серьёзно сказал полковник Экро, — я попрошу никого не разбегаться, а вернуться с нами в мирок Тары, как он там называется?..

— Иллир. Что-то в нём от Иллирии, хотя в основном там земной ландшафт… — скромно произнесла я, потупившись. Название мне пришло в голову только сейчас.

Спонтанно.

— Да, на Иллир, — продолжал Экро, — разговор у нас будет очень серьёзный, и я хочу, чтоб все друзья Тары на нём присутствовали. Может статься, что после этого вы с ней больше не увидитесь…

— О… — я вздохнула. Что там опять придумал мой чудесный шеф?

ГЛАВА 35

Дереку понравился мой мирок, а я закручинилась: когда ещё я смогу вновь создавать миры? Всё-таки у монстров есть масса преимуществ. И никаких ограничений.

Хорошо, что у меня остались запасы «Ликумуса», иначе сейчас я бы не смогла его телепортировать. Да и Сирендапорос насовал нам с собой кучу еды и напитков.

Классный мужичок! Как-нибудь мы с Дереком вдвоём слетаем к нему и поблагодарим за ту неожиданно своевременную заботу и помощь в разрешении наших проблем.

Мы накрыли стол. Вернее сказать, пол, так как уселись с напитками (есть не хотелось, все были сыты после «Химеры»), мы на ковёр, у камина. В замке немного похолодало, потому все жались к огню. Казалось, что-то надвигается, обстановка накалялась и все ждали, с любопытством уставясь на собирающегося с мыслями (с духом?) полковника. Тот, увидев вперившиеся в него взгляды, сначала смутился, потом нахмурился, глядя исподлобья.

— Тара, — обратился он ко мне, кидая быстрые косые взгляды на Дерека, — то, что я тебе сейчас скажу, очень важно! Отнесись, пожалуйста, серьёзно и к моему рассказу, и к предложению, последующему за ним… Я обращаюсь к тебе потому, что ты — наш единственный шанс, никто другой не может быть отправлен на эту миссию…

— Полковник! — прервала я, — вы в этом уверены? Ну, что всё просчитали и не посылаете меня опять на верную смерть?

— Тара, выслушай, пожалуйста, — твёрдо продолжил Экро, — прошу всех присутствующих не перебивать меня. Рассказ будет долгим и непростым.

Я посмотрела на родителей. Папа сидел, опустив голову, конечно же, он знал, о чём пойдёт речь.

— Итак, — полковник будто бы, наконец, собрался с силами и начал, — всё началось очень-очень давно. Когда освоенные галактики и вселенные стали разбиваться на сектора и участки с целью установления единого центрированного порядка. По мере освоения новых космических просторов Космическая Коалиция прикрепляла к вновь открытым галактикам свои подразделения полиции. Наше, как вы знаете, называется — Полиция Семи Галактик. Обучаясь на курсах агентов полиции, вы, — кивнул он нам с ребятами, — узнаёте сферу нашего влияния, наш, так сказать, участок. В него входят семь галактик. Например, Звёздные Кольца, Синяя Туманность и так далее. И также в этот список входит галактика Млечный Путь.

При этом полковник выразительно посмотрел на меня. Я так поняла, что он имеет в виду что-то более конкретное, например…

— Буду краток, — кашлянул Экро, — речь в дальнейшем пойдёт о Земле, о твоей родине, Тара. Все знают, в чём заключаются права и обязанности Космической Коалиции, чьё возникновение покрыто вековыми пластами тайны и никто не знает ни имён, ни точного времени её основания. Исторические сведения, как вам известно, начинают датироваться 4529 годом до нашей эры по иллирийскому летоисчислению…

Так вот, один из пунктов её прав гласит: «Координация и направление в развитии любой из планет, звёзд и других небесных тел, несущих на себе жизненные формы в случае необходимости, коей можно назвать угрозу, несущую собой данный объект своей культурной или иной деятельностью…» Ну, весь пункт цитировать нет необходимости, я сейчас объясню всё более доступно. Предположим, на какой-то планете, где есть разумная жизнь, по вине живущей там цивилизации происходит что-то, что может глобально повлиять на всю звёздную систему, частью которой она является. Сначала ненавязчиво даётся предупреждающий знак обитателям этой планеты. Если это не помогает, в силу вступает закон о Сохранении целостности звёздной системы любым путём. Иногда этим путём является полное уничтожение взятой нами для примера отдельной планеты… Но это уже крайний случай. Обычно начинается прямая координация цивилизации, идущей путём регресса. У неё, конечно, есть свобода, в том числе и свобода гибели, но ей будет дано столько шансов, сколько только возможно. Даже гибнущую её будут пытаться спасти…

— Господи!.. — я поняла… Атлантида!!!

— Да, — полковник Экро прочёл это в моих глазах, — верно, Тара. Это один из примеров. К счастью удалось спасти планету, но не удалось спасти цивилизацию.

Только несколько человек…

— Значит, мы спаслись не сами? — потрясённо спросила Фью.

— Цивилизация Атлантов хоть и была развита чрезмерно, — произнёс отец, — но это было бы нам не по силам. Нам помогли…

— Но почему именно нам? — со слезами на глазах спросила я. В моей памяти чётко всплыли лица моих друзей там, в Атлантиде. Они погибли там, в то время, как мы, будучи избранными Космической Коалицией по каким-то критериям, спаслись, — ведь не случайно?

— Не случайно, — полковник посмотрел мне в глаза, резко постаревший и осунувшийся, — всё ещё тогда шло к этому. Мы за некоторое время до катастрофы нашли там тебя, Тара. Мы не успели бы спасти всю вашу цивилизацию, но мы спасли гораздо более важное — шанс на спасение и будущее процветание всей планеты.

— Вы о чём говорите? — тихо и робко спросила я. Сердце почему-то замерло.

— Я о тебе. Это ты, Тара.

Тихий ужас вдруг наполнил меня, мурашки побежали по всему телу. Словно весь мир вывернулся наизнанку.

— Полковник…

— Не перебивай, Тара! — Экро почти закричал на меня, — мне тоже нелегко сейчас говорить тебе об этом. Но раньше было нельзя, только сейчас, когда пришёл момент!

Я похолодела.

— Какой момент?

— Мы давно были готовы к этому, помнишь, в Атлантиде, ты обучалась, проходила обряды… — отец прятал глаза, мама сгорбилась, Фью какими-то помертвевшими глазами смотрела на меня. Я поняла, что кроме меня из всей семьи только она не знала.

— Вы были готовы?! А я?! К чему?! Что происходит?!! — я тоже кричала, мечась взглядом по застывшим лицам моих родных и друзей, ощущая нереальность ситуации, но сразу покачала головой, — полковник, я не уверена, что хочу это знать!

— Но ты узнаешь. Теперь пути назад нет, — полковник тоже потерянно ссутулившись, блуждал взглядом, словно ища поддержки. Ему разговор давался не легче, чем мне,

— Тара, перед тобой лежит миссия, которую выполнить можешь только ты. Для этого ты и родилась в Атлантиде. Это твоё предназначение.

— Да, что, в самом деле, происходит? Кто-нибудь объяснит? — воскликнул Дерек, судорожно обнимая меня за плечи.

— Тара, Земля — твоя родная планета — стоит сейчас на краю гибели, — полковник собрал последние, судя по его лицу, силы и серьёзно смотрел мне в глаза, — и только ты можешь ещё попытаться спасти её…

— Что за чушь! Я?.. Но я… Что я могу сделать? — голос предательски дрогнул.

Я не верила в происходящее. Мне казалось, что полковник шутит и вот-вот расхохочется и признается в этом. Он часто делал это на служебных праздниках и вечеринках. Разыгрывал нас с самым серьёзным видом. И все всегда верили. А сейчас розыгрыш начинал затягиваться…

Но, обведя взглядом присутствующих, я поняла, что всё очень серьёзно…

— Ты очень скоро должна уйти на Землю.

— Как? — я нервно хихикнула, — что, вот просто так взять и уйти?

— Реинкарнироваться там.

— Ну, ладно. Как только умру здесь, так сразу…

— Времени нет! — отрезал полковник — Предлагаете сделать харакири?

— Милая, — отец говорил с трудом, пересиливая себя, — в этом нет необходимости.

Ты должна только решить: согласна или нет, а остальное произойдёт совсем не так, как ты представляешь. Ты попадёшь на Землю, если, конечно, согласишься, не умирая здесь. Ты начнёшь новую жизнь, не пережив смерти. Вторую жизнь в одной.

— У меня есть выбор? — голос даже не дрогнул, странное спокойствие овладело мной.

— Да, — голос полковника был ровным и сухим, — у тебя есть выбор.

— Вы… Вы вообще понимаете, что предлагаете мне? — я еле сдерживалась, чтоб не расплакаться, — я только начала здесь жизнь, а вы хотите, чтоб я от всего отказалась, от своей мечты об учёбе. Послала всё в чёрную дыру, и своё счастье тоже!..

— Тара, — еле слышно произнёс Экро, — мы не будем настаивать. Ты решишь сама, я только рассказал тебе ситуацию. Теперь существование этой планеты в твоих руках.

— Ага! Вы не просто настаиваете — вы меня шантажируете! Давите на жалость?

Ничего не выйдет. Я совсем не помню Землю и что мне с того, что с ней будет?

Я врала. Этот мирок, Иллир, тому доказательство. Я отлично помнила цвета Земли и её природу. Фью тихонько плакала, меня же знобило. Я сильнее прижалась к Дереку, просто вжалась в него.

— Я всё понимаю, Тара, и если бы это зависело от меня, я бы предложил это кому-нибудь другому. Кому угодно! Но дело в том, что эта миссия предназначена ТЕБЕ! Именно поэтому ТЕБЯ и спасли из гибнущей Атлантиды…

— Зря старались… — я с трудом сдерживала слёзы, — вы много требуете от меня…

Проститься с этой жизнью навсегда, с любимыми людьми… Я не могу…

— Милая, — у мамы в глазах тоже стояли слёзы, — если ты примешь решение во благо Земли, поверь, мы не оставим тебя. Мы будем рядом всегда, поддерживать тебя незримо…

— Но там я всё равно буду одинока!

— Нет, — возразил Экро, — об этом я как раз хотел тебе сейчас сказать: одна ты не справишься. И через некоторое время к тебе на Земле присоединится Фью, твоя сестра. Там она будет твоей младшей сестрой.

Для Фью это определённо было новостью. Её глаза расширились.

— Я… — пролепетала она.

Мама сжала её ладонь.

— Мы не имели права ничего вам говорить до поры, до времени, девочки, — еле слышно проговорила она.

— Подумай хорошо, Тара! Это ведь не шутка — жизнь целой планеты. Мы будем вести тебя там, на Земле, так, чтоб ты выполнила своё предназначение, — настаивал Экро.

— В чём оно будет заключаться?

— Сейчас я не могу тебе сказать.

— Но я умру там от тоски по всем вам, я не переживу… — голос всё же дрогнул.

— Тара, оказавшись там, ты абсолютно всё забудешь. Начнёшь жизнь заново, с нуля, родишься, как и все земляне. Но уже с некими конкретными знаниями, способностями, информацией, заложенной в подсознании и извлечённой оттуда самой тобой в определённый момент жизни.

— ЗАБУДУ?!!!

— Так нужно…

Я вскочила на ноги.

— Полковник, но почему ценой своей жизни, своего счастья?..

Экро молчал.

— Полковник Экро, — вдруг произнёс Дерек, — отправьте меня с Тарой. Пусть мы оба там всё забудем, но я точно знаю, что мы встретимся и будем вместе.

— Дерек, я не уверен…

— Почему же? — спросила я, неожиданно обретая хоть призрачную, но надежду.

Я уже знала, что пойду на это. Жизнь целой планеты — действительно не шутка, да и я покривила душой, говоря, что не помню Землю и ничего не чувствую к своей родине. Я помнила и скучала по ней иногда. Очень сильно.

Все смотрели на меня сейчас в ожидании. Все молчали. Они понимали, что я сейчас чувствую, и им было меня жаль. Но они, при всём этом, ждали от меня этого подвига! Если я откажусь — они будут разочарованы. Да что там они? Я сама как потом буду жить, зная, что не сделала того, ради чего родилась. Не дала Земле шанса. Ведь даже мой отец это понимает, а значит это правда и очень серьёзно.

Ах, Дерек, неужели нам выпало так мало счастья быть вместе? Если бы я сбежала с тобой тогда, когда ты мне предлагал, я бы не знала всего этого и была бы счастлива… В своём эгоистичном, личном счастье. Моя миссия всё равно нашла бы меня немного позднее, но я бы успела украсть у жизни чуть больше счастья.

Капельку больше…

— Да, Тара! — вдруг возразил полковнику мой отец, — я думаю, мы можем это сделать. Это в наших силах. И если вы действительно любите друг друга и решили так, то встретитесь там. Вы не сильно будете отличаться от вас теперешних, но сразу вспомнить друг друга не сможете. Разве что останутся какие-то смутные ощущения… Но этого вам должно хватить. Если правда любите…

— Но теперь мы ждём твоего ответа, — закончил Экро.

Я обвела глазами всех присутствующих. Они смотрели на меня с уважением, гордостью, восхищением. Ну, конечно, это ведь ни им принимать решение и менять свою жизнь на другую! Любовь и счастье — на неизвестность. Не хотелось даже думать, что мы можем не встретиться с Дереком там, не узнать, пройти мимо друг друга…

Но час настал, и дороги назад нет.

— Я согласна, полковник.

ГЛАВА 36

— Тара, мы гордимся тобой! — Рейя грустно понимающе улыбалась, — ты очень сильный человек!

Я поняла, что вот он, настал момент прощания со всеми. Больше мы не увидимся никогда. «Никогда не говори никогда» — вспомнила я слова Люцифера. Интересно, его звёздочка, подаренная мне, перейдёт в мою новую жизнь?

— Милая моя, — Веста прильнула ко мне, — мне будет тебя очень не хватать! Но я восхищаюсь твоей решительностью.

— Спасибо, — криво улыбнулась я.

Ну, вот, похоже, я снова умудрилась стать героем дня. Последним героем Все обнимали меня, что-то говорили, но я почти ничего не слышала. Я была погружена в свои мысли. Вместе со мной там, на Земле, будут ещё два родных мне человека, но я их не вспомню. Фью будет рядом со мной, это утешает, а вот любимый… Найду ли Дерека? Почувствую ли?

— Полковник, когда я отправляюсь? — спросила я у Экро, глядя ему прямо в глаза.

— Вечером. Сейчас мы вернёмся домой, ты отдохнёшь и…

— У меня даже не будет ночи?..

— Извини, Тара, — Экро потупился, — времени в обрез. Мы очень много его потеряли.

И снова прощание. Со слезами и улыбками. Собрав все силы.

Анечка, Алзар, Черристор, Веста, Сагард, Рейя, Даст, папа, мама, Фью. Прощайте, Мерген и Люцифер. Вы — монстры. Может быть, когда-нибудь вы меня найдёте сами.

Но я вас, увы, не узнаю…

Я не могла растягивать прощание надолго, иначе могли не выдержать нервы. Простые человеческие нервы. В голове зазвучало:

… «Простое, человеческое сердце

Не выдержит разлуки неземной.

И остаётся мне пока одной

Стучаться в тайную, но запертую дверцу…»

И листок со стихом, отданный Весте. Вот, что он означал… Прощание.

Когда последние друзья покинули мой мирок, и в нём остались только моя семья, Дерек и Экро, я попросила:

— Извините все, я хочу в одиночестве попрощаться с Иллиром.

Полковник понимающе кивнул, и я вышла наружу.

Разгар дня. Природа отмечает царственный праздник Жизни! Щебет птиц, стрекотание насекомых и голоса животных, доносящиеся из чащи леса. Шелест водопада…

Ароматы трав и цветов…

Я расплакалась. Устала держать в себе и дала волю слезам. Я молча плакала, жадно впитывая глазами, запечатлевая в памяти картинки своего персонального рая.

Сейчас я не была уже монстром и не могла контролировать эмоции подобно им. И не хотела. Я была обычной 16-тилетней девочкой Тарой, уже смертельно уставшей от внезапно свалившегося на неё бремени миссии, ради которой она вообще родилась.

Что же это может быть такое, чего не смог бы выполнить никто кроме меня? Что бы ни было — я потеряю всё это, а обрету… пока не знаю что.

Прощай, Иллир! Нет на Земле ещё таких технологий, что позволят мне попасть сюда снова.

Я подарила его Черристору, он записал координаты и пообещал вернуться сюда позже, чтоб жить здесь постоянно.

Прощай, Иллир — кусочек моего сердца и частичка моей души…Моё детище…

Наконец слёзы закончились, душа опустела.

Я насухо вытерла влагу с лица, вдохнула и быстро вернулась в замок.

— Мы можем лететь, — тихо оповестила я.

Всё время перелёта я не выходила из своей каюты. Просто лежала совершенно одна, оставив Дерека с Фью, глядя в потолок и переживая всё, услышанное сегодня.

Обдумывала.

Вот я, наконец, и дома. Прошлась по первому этажу, словно заново узнавая его.

Когда в последний раз уходила отсюда, то действительно полагала, что он — последний. А в итоге получается, что самый настоящий последний будет сегодня вечером.

Я почувствовала, что проголодалась. Перенервничала сильно. Не будучи больше монстром, я теперь нуждалась в пище особенно остро, словно мой организм брал реванш за все прошедшие дни. Никто не тормошил меня, не отвлекал, не пытался разговорить. Все словно чего-то ждали. Мама стала беззвучно торопливо накрывать на стол, а папа увёл Дерека в кабинет для какого-то разговора. Сестрёнка кивком позвала меня за собой. Я пошла, мы ведь с ней теперь в одной связке. Остальные как-то разом отдалились, отделились от меня в моём сознании.

Мы с Фью вышли на балкон.

— Мне до сих пор не верится, что это произойдёт, — сказала она, взяв меня за руку.

— Да, — кивнула я, невесело, — надеюсь, у нас всё получится, и мы не зря идём на это.

— Не может не получиться, — покачала она головой, — ты ведь рождена для этого.

Ты вспомнишь и…

— Фью, ты же знаешь, я никак не могу запомнить номер своего тлоннера, а что хотела купить — напрочь забываю, приходя в магазин, — невесело усмехнулась я, — какие у меня шансы вспомнить там себя…нас?

— Утешает то, что папа с мамой будут наблюдать и поддерживать нас…Тара, ты больше не пишешь музыку? — спросила Фью, резко меняя тему.

— Нет. По крайней мере, в последний раз это было до того, как я стала монстром.

— Жаль… Я соскучилась по твоим чудесным композициям. Сейчас бы услышать что-нибудь новенькое…

— Там, на Земле, хочешь, я обязательно напишу какую-нибудь композицию, пусть даже у меня не будет слуха, и посвящу её тебе? Так и назову — «Сестрёнке», договорились?

— Спасибо, — улыбнулась Фью, и её лицо посветлело.

Открылась дверь и вышел Дерек. Подошёл к нам и обнял нас двоих.

— Держитесь, девчонки, — бодрясь улыбнулся он, — скоро мы будем далеко отсюда проходить все стадии от младенца к старику. Когда ты, Тара, родишься там, мне уже будет шесть лет. А Фью родится, когда будет шесть лет тебе. Экро поманипулирует немного с временными потоками.

— Дерек… — начала я, едва не впадая в истерику.

— Мы обязательно найдём друг друга! — и он сжал нас так, будто хотел удержать навсегда…

Мы с Фью повернулись к нему и так долго стояли, обнявшись. И ни о чём не думали.

Потом был ужин, на который папа пригласил родителей Дерека. Когда они узнали о решении сына, им было нелегко принять его. Но они знали, что отговаривать Дерека бесполезно. Если он что-то решил — он сделает. А мне было очень непросто смотреть им в глаза, потому что Дерек делал это из-за меня. Говорили о многом, вспоминали, даже смеялись. В общем, старались смягчить предстоящую боль расставания. Но время неумолимо подошло.

На нашем тлоннере мы все вместе вылетели туда, где полковник Экро уже ждал нас.

Это было центральное здание Космической Коалиции на Иллирии. Перед входом в здание я в последний раз оглянулась на заходящую Ситару. Лурис уже не был виден над линией горизонта, а пылал отголосками закатных красок вокруг Ситары.

Обалденное зрелище, особенно для тех, кто видит его впервые, кто впервые оказался на Иллирии. Какое странное нереальное чувство…Чувство конца.

Решительно, на ватных ногах, вслед за Фью и Дереком, я вошла внутрь здания. В просторном холле мы все остановились.

— Фью останется здесь — она присоединится к тебе на Земле позже — а вы с Дереком пойдёте дальше, но в разные кабины. Поскольку вас пошлют в разные временные потоки. Когда ты, Тара, окажешься на Земле, Дереку там будет уже шесть лет, — пояснил полковник Экро, — а потом отправиться и Фьюрелла.

— Сейчас вы попадаете в руки Космической Коалиции, — сказал отец, — дальнейшим процессом будут руководить они.

В стороне я увидела представителей Коалиции. Они терпеливо ждали нас, ожидали, когда мы попрощаемся. Я обняла родителей Дерека и своих, они, уже не скрывая слёз, пожелали нам удачи и обещали помогать по мере сил и возможностей. Мы же старались держаться. Моим родителям было совсем тяжело — они теряли сразу двоих детей. Но они были морально готовы в некоторой степени, а вот родители Дерека не очень…Каждый просто дал себе установку, что уезжаем мы в важную деловую командировку, за ходом которой они смогут следить отсюда. Только вот вмешаться и помочь вряд ли смогут. И не отозвать обратно, пока не будет хоть какого-то результата…

— До встречи, Фью, — шепнула я, обнимая старшую сестрёнку.

— До встречи, Тара…

Последним я обняла Дерека.

— Спасибо, что отправляешься со мной, — сказала я, — без тебя я бы не смогла…

— Мы — одно целое, запомни это! А значит, ничто нас не разлучит. До встречи на Земле, любимая.

— До встречи, я буду ждать и искать тебя, обещаю!

Дерек поцеловал меня, и этот поцелуй я пронесу сквозь время и расстояния, сквозь вечность и любые вселенные. Я найду его там, где скоро буду, я узнаю его и вспомню. Всё-всё! Не смогу не вспомнить!

Нас развели в разные стороны. Мы шли, оглядываясь друг на друга и на секунду мне показалось, что сейчас мы втроём сорвёмся с места и снова сожмём друг друга в объятиях… Чтоб уже больше не отпустить.

А потом за мной закрылась дверь.

Я шла по узкому длинному коридору в сопровождении высокого седоволосого иллирийца, представившегося, Лирован. Вообще, у представителей этой расы волосы всех оттенков золота, поэтому седые выглядят оригинально.

— Тара, все мы очень гордимся тобой, — серьёзно и уважительно произнёс он, — и возлагаем на тебя все наши надежды. Когда придёт время, мы выйдем на тебя и поможем тебе выполнить твою миссию.

Ещё он подробно рассказал мне, в чём конкретно она будет заключаться, но сейчас я не могу этого сказать. Это секрет. Космическая тайна, которую я не вправе разгласить. А через несколько секунд я забуду её напрочь, чтоб вспомнить через много-много лет…

Лирован и ещё кое-кто из высших чинов Коалиции долго говорили со мной на темы, к разговору о которых не были подпущены даже мои родители. Подозреваю, что с Дереком тоже происходило нечто подобное. Этакий последний инструктаж, который я слушала рассеянно и словно издалека, вполуха.

А потом меня провели в огромный зал, в центре которого находилась гигантская кабина из серебристого металла. Голова у меня закружилась. Я прикусила губу.

— Теперь послушай, Тара, что будет происходить с тобой дальше. Ты войдёшь внутрь. Нажмёшь кнопку на стене. И путём молекулярной телепортации будешь отправлена на Землю в тело младенца, в семью, которую мы тебе подобрали. Сама понимаешь, что она наиболее соответствует условиям для твоего развития в нужную сторону. Там ты родишься и там вырастешь. Всё забудешь ты в момент появления в утробе земной матери. Это не больно, лишь странно непривычно. Ты это преодолеешь. Так же и Дерек. Но он будет отправлен во время, предшествующее твоему на шесть лет. Теперь, сделай этот шаг, Тара и да благословит тебя Бог.

Космическая Коалиция благодарит тебя за этот подвиг!

И я молча шагнула, шагнула внутрь. И оглянулась на прощание. Дверца за мной медленно закрылась, отрезав путь назад. Меня слегка затрясло, как от озноба.

Боясь не выдержать, я быстро отыскала взглядом кнопку и решительно нажала её.

Я не знала, когда этот процесс начнётся, поэтому расслабилась. Ноги стали совсем ватными и я села прямо на серебристый пол.

Медленно стал гаснуть свет, замерцали стены кабины, но я пока ничего необычного не ощущала. Только захотелось закрыть глаза… Но я не успела сделать этого.

Неожиданно, прямо из воздуха, на меня свалилась… Лилит! Она была жутко напугана, просто в состоянии смертельного ужаса.

— Тара?! — её глаза расширились, — где я?

— Лилит! — вскакивая на ноги, закричала я в отчаянии так, что голос сорвался, — уходи отсюда немедленно! Как ты сюда попала?!

— Не знаю, — растерянно произнесла Лилит, — что-то забросило меня сюда из моего мира… Я не успела ничего предпринять…Я только подумала о тебе, попыталась найти тебя…

Воздух уже вовсю пульсировал радужными разводами, искривлялся волнами, стены кабины начали вибрировать.

— Стойте! Остановитесь! — я заколотила по закрытой двери, — я здесь не одна!

Откройте!!!

Но меня, похоже, никто не слышал, и процесс было уже не остановить.

— Тара! — кричала Лилит, — что происходит?!

Голос искажался.

— Это молекулярный телепортатор! — взвыла я, понимая, что происходит нечто, не поддающееся разуму, — через него я должна прямо сейчас реинкарнироваться на Землю!!!

— А я?! — глаза Лилит расширились от ужаса. Её затрясло. В таком состоянии я её ещё не видела.

— Господи… — я смотрела, как в бешеном темпе мигают огни, и воздух начинает ощутимо нагреваться.

Я снова, уже от слабости, опустилась на пол. Лилит опустилась рядом.

Всё вокруг стало меркнуть, звуки — уплывать…

— Тараааааааа…. — Лилит схватила меня за руку…

ЭПИЛОГ

«Зачем говорить: «есть я» или «я буду»,

Как путник, который идёт

Из дома — в другой и обратно, покуда

По сердцу себе не найдёт, —

Жизнь мира опять выделяет всецело

Былых прозябаний итог,

Как червь паутину премудро и смело

Она себе строит чертог.

Она воплощается в теле, как нужно,

Подобно змее — из яйца,

Как зёрнышко, ветром гонимое дружно,

Летит и летит без конца…»

Эдвин Арнольд «Свет Азии»

Яркий слепящий свет. Тёплое, мягкое, влажное и невесомое НЕЧТО, в котором я и нахожусь.

Кто я? Где я?

Тут так хорошо… Так безопасно…Тихий голос издалека ласково напевает мне:

— «Спи, малышка, баю-бай…» Я чувствую невероятно приятную нежность, исходящую от него, она питает меня, успокаивает.

Я приоткрываю рот, и мой пальчик тут же ныряет туда. Приятно и блаженно…

— «Как тебя зовут, малышка?» — издалека вопрошает голос, — «Лилия? Или Таша?..» Мне знакомо имя Лилия… Или не Лилия?.. Лилит — похоже на Лилию… Мне не нравится…

Откуда я помню Лилит?.. Мне нравится Таша…

И я легко поворачиваюсь, слегка толкаясь. Мамочка! Назови меня Ташей…

КОНЕЦ

Примечания

1

Виссар — планета, находящаяся в галактике Голубой Туманности. Средоточие тюрем и лагерей для преступников. Туда обычно ссылают наиболее опасных и, как правило, оттуда уже не возвращаются.

2

Барбиты — мучное изделие, наподобие земных пончиков.

3

Турап — эквивалент земного быка. Животное, обитающее на Иллирии. Отличается громким, душераздирающим криком.

Content

Алина Багазова
ЗВЁЗДЫ ИЛЛИРИИ

ПРОЛОГ

ЧАСТЬ 1

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ЧАСТЬ 2

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ЧАСТЬ 3

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21

ГЛАВА 22

ГЛАВА 23

ГЛАВА 24

ГЛАВА 25

ГЛАВА 26

ГЛАВА 27

ГЛАВА 28

ГЛАВА 29

ГЛАВА 30

ЧАСТЬ 4

ГЛАВА 31

ГЛАВА 32

ГЛАВА 33

ГЛАВА 34

ГЛАВА 35

ГЛАВА 36

ЭПИЛОГ

Примечания