Мириэль Карина

Выбор

Мириэль Карина

Выбор

-Выбирай, Юлия, - сказала мне мать. Вернее не мать, а мачеха. Впрочем, это не имело большого значения. - Выбирай, пока можешь себе позволить такую роскошь.

Мне предлагалось выбрать себе мужа. Выбор был невелик - всего двое. Разумеется, ни о какой любви и речи не шло: оба кандидата в мои мужья преследовали корыстные цели - наше королевство, хоть и небольшое, было на редкость удачно расположено и даже имело выход к морю. Сыновей у моего отца не было, и мой муж автоматически становился правителем нашего королевства, которым сейчас управляла в качестве регента моя мачеха.

Одним из претендентов на роль моего мужа был принц Гвен. Он был младшим братом соседнего короля. Самому стать правителем ему не светило, поскольку его брат был старше всего на год и здоров, как бык, а на заговор Гвен бы не решился, ибо нежно любил брата. Итак, для Гвена единственной возможностью занять трон была женитьба на мне. Гвен нравился мне. Он был хорош собой, изыскан, образован, воспитан, соблюдал придворный этикет и неустанно оказывал мне знаки внимания в той мере, в коей это считалось приличным.

Вторым был Сгара. По обычаю их страны он не носил никакого титула. В этом странном государстве вообще не было титулов, кроме одного - Правитель. Нынешний Правитель Зогор был отцом Сгары. Но это абсолютно ничего не значило. По закону его страны Правитель Зогор мог назначить своим преемником кого угодно, и вовсе не обязательно своего единственного сына. Разумеется, Сгара, как и принц Гвен, старался обеспечить своё будущее. Кому-то Сгара мог показаться даже привлекательным. Конечно, он не был так церемонен и изыскан, как принц Гвен, но отнюдь не походил на необразованного варвара. По отзывам тех, кто был с ним знаком, он был очень умён. Сгара внушал мне совершенно необъяснимый с позиции логики ужас.

Итак, их было двое. Мне предлагалось выбирать. В этом был смысл: с точки зрения перспективности Гвен и Сгара почти не отличались. И тот и другой с равной вероятностью могли стать правителями. Или не стать. Но в любом случае моё королевство получило бы хорошего государя. Таким образом, тот элемент случайности, который вносил мой "выбор", мог сыграть хорошую роль в этом деле. Если невозможно выбрать лучшего из двоих, руководствуясь какими-то принципами, есть смысл пустить дело на волю судьбы.

Я почти не сомневалась, что выберу принца Гвена. Во-первых, как я уже упоминала, Сгара меня пугал. Во-вторых, я совершенно не знала обычаев и нравов его страны, а это может быть пострашнее самого Сгары. Ну и, наконец, моя мачеха явно проявляла к принцу Гвену большую благосклонность, чем к Сгаре.

Я вышла из покоев мачехи и направилась к себе. В моих комнатах, выходящих окнами на юго-восток, было довольно жарко - стоял конец июля. Я переоделась в более лёгкое платье, накинула на голову вуаль и вышла на галерею, тянущуюся вдоль всего второго этажа дворца.

На галерее было так же жарко, как в покоях, но, благодаря ветерку, дышать было легче. Я медленно двинулась по галерее, ведя ладонью по нагретым полуденным солнцем каменным перилам. Остановилась я уже на другой стороне дворца. Здесь тоже не было тени, но ветерок, дующий с моря, был немного заметнее.

Моё внимание привлек звон металла и выкрики. Я взглянула вниз, ожидая увидеть дуэлянтов. Глупо сражаться в такую жару. Там, на вытоптанном заднем дворе, от которого рукой было подать до конюшен, столпились люди Сгары. Я поняла, что мой вывод насчёт дуэли был преждевременным - за всё время пребывания здесь ни один из воинов Сгары не позволил втянуть себя в ссору. Сейчас они просто тренировались - Сгара и его спутники отдавали каждую свободную минуту совершенствованию своего боевого мастерства.

Я не без интереса смотрела вниз. Прямо под галереей стоял сам Сгара. Вернее, не стоял, а крутился на одном месте, отражая атаки сразу пятерых своих воинов. По тому, что их одежду в нескольких местах украшали алые пятна, я поняла, что они пользуются не затупленными, тренировочными, а боевыми клинками. Понаблюдав за боем несколько минут, я пришла к выводу, что ни один из наших придворных, что так ловко орудовали шпагами, защищая честь прекрасных дам, и минуты не продержался бы против худшего из людей Сгары.

Сгара что-то сказал своим воинам, и те прекратили бой. Один из тех, что не участвовали в схватке, принёс ведро воды. Разгоряченные бойцы принялись обливаться. Вот ещё одна характерная черта - у Сгары не было слуг. Были подчиненные, но не слуги. Он наравне со своими людьми чистил и кормил лошадей и точно так же, как и они, не погнушался бы принести ведро воды. Ходили слухи, что на родине Сгары даже Правитель всё делает для себя сам. На мой взгляд, это было совершенной дикостью.

Внизу послышались голоса, смех. Со стороны конюшни показалась пышная свита принца Гвена. Богато одетые придворные обсуждали достоинства и недостатки лошадей, как местных, так и привезенных в подарок Сгарой.

Заметив Сгару, принц Гвен церемонно с ним раскланялся. Тот ответил коротким кивком. Кто-то в свите Гвена что-то сказал, остальные засмеялись. Сгара спокойно повернулся к принцу Гвену спиной и начал раздавать приказания своим людям. Двоих он куда-то отослал, остальные разбились на пары и снова взялись за оружие.

-Я вижу, вы заняты упражнениями, любезный Сгара? - учтиво спросил принц Гвен. - Это похвально! Но скажите, неужели такому искусному воину, как вы, ещё требуются такие... занятия?

-Любое искусство требует упражнения, - ответил Сгара, разворачиваясь к принцу. - Особенно искусство воинское. У вас есть ещё вопросы... любезный Гвен?

В свите принца зашушукались. Гвен улыбнулся.

-Я не сомневаюсь в том, что вы великолепный боец, - сказал он Сгаре. - Я имел честь лицезреть, как вы управляетесь с боевым мечом. Но так ли вы искусны в фехтовании на дуэльных шпагах?

Если я что-то ещё понимала в придворном этикете, это был неприкрытый вызов. Расчёт принца Гвена был понятен - вынудить Сгару взять в руки непривычное оружие и победить его. Принц Гвен был непревзойдённым дуэлянтом. Сгара тоже понял замысел принца.

-Вы можете проверить это в любую минуту, принц Гвен, - ответил он. Сгара стоял спиной ко мне, и я не видела его лица, но его голос звучал вполне уверенно. - Я к вашим услугам.

-Прекрасно! - воскликнул принц, отбрасывая в сторону широкополую шляпу. - Если вы не против, я желал бы убедиться в вашем мастерстве прямо сейчас. Так сказать, дружеский поединок - та же тренировка.

-Я согласен, - ответил Сгара, - если вы одолжите мне шпагу. В моём арсенале нет подобного оружия.

-О! - воскликнул принц с заметной издёвкой в голосе. - Ваш арсенал многое потерял! Прошу вас, Сгара, к вашим услугам шпаги всех моих придворных. Господа, обнажите оружие, чтобы наш любезный друг мог скорее выбрать, и мы начнём - здесь ужасно жарко!

Сгара коротко кивнул одному из своих людей. Тот прошёлся вдоль толпы разряженных дворян, остановившись только перед одним из телохранителей принца. Его-то шпагу он и принёс Сгаре.

Принц Гвен недоуменно приподнял брови, насмешливо улыбнулся, полуобернувшись к своей свите. Там послышались смешки. Сгара, не обращая на это внимания, проверил оружие. Гибкое лезвие легко гнулось в его руках, вызывая у Сгары презрительную улыбку.

Принц Гвен снял обильно украшенный драгоценным кружевом камзол. Сгара, последовав его примеру, стянул с себя мокрую рубаху, оставшись в одних кожаных штанах.

-Простите, мой дорогой Сгара, - протянул принц, улыбаясь. - Но будет ли подобный наряд уместен... в присутствии принцессы?

Он поднял на меня взгляд, а я поняла замысел принца до конца. Он видел меня с самого начала, и хотел не просто унизить Сгару, а сделать это на моих глазах.

Сгара обернулся, вскинув голову. Я облокотилась на перила и благосклонно улыбнулась принцу Гвену. Принц, не теряя времени даром, сделал выпад. Сгара уклонился каким-то чудом, едва не упав.

-Ну что же вы, Сгара, - сказал принц. - Будьте внимательнее! А если бы против вас сражался не я один?..

Сгара принял боевую стойку, покачивая шпагой из стороны в сторону. Первым выпад снова сделал принц Гвен. Сгара уклонился. Даже мне, неискушенной в фехтовании, видно было, что это оружие ему непривычно.

Принц Гвен оттеснил Сгару к самой стене. Придворные подбадривали своего предводителя выкриками, обмахиваясь шляпами и кружевными платками. Я уже начала предвкушать, как принц Гвен поставит Сгару на место. Люди Сгары молча и неподвижно стояли на самом солнцепеке.

Неожиданно для всех Сгара парировал удар Гвена. И ещё один. И ещё. Внезапно оказалось, что принц Гвен вынужден обороняться вместо того, чтобы атаковать. Теперь уже Сгара теснил его. В толпе придворных послышались встревоженные и негодующие голоса. Принц Гвен растерялся. И споткнулся, упав на одно колено. Сгара легко выбил оружие из его рук и приставил кончик своей шпаги к его горлу.

-Признаю, вы победили, - прохрипел принц, зло глядя на Сгару сквозь развившиеся локоны.

-Впредь не будьте столь самоуверенны, принц, - ничуть не сбившимся голосом, словно они не сражались, а стояли на месте, сказал Сгара. Он повернулся к принцу спиной и отсалютовал шпагой, посвящая мне свою победу. Я молча развернулась и покинула галерею.

-Завтра я хочу устроить охоту, - сказала мне мачеха вечером.

-Замечательно, - ответила я.

-Будет лучше, если ты отдашь должное дарам обоих претендентов на твою руку, - заметила она.

-Как это сделать? - заинтересовалась я.

-Ты наденешь платье и украшения, подаренные принцем Гвеном, и поедешь на лошади, которую Сгара преподнёс тебе лично, - пояснила она. - Теперь ступай, у меня ещё много дел...

Утром мои служанки надели на меня платье для верховой езды, сшитое из тончайшего, но невероятно прочного зелёного шёлка. Я вдела в уши изумрудные серьги и украсила шею и руки драгоценным ожерельем и браслетами.

К ступеням дворца вывели для меня высокую ярко-рыжую кобылу, точно такого же цвета, что и мои волосы. Принц Гвен лично усадил меня в седло. Я горделиво выпрямилась, подбирая поводья.

Справа блистала разноцветными шелками и искрилась драгоценностями свита принца, колыхались перья в причёсках придворных дам. Слева, чуть поодаль, горячил злого вороного жеребца Сгара, как обычно, почти неотличимый от своих спутников - простая, если не сказать грубая одежда, тёмный плащ, совсем не украшенная сбруя коня. Говорят, женщины в стране Сгары сражаются и скачут верхом наравне с мужчинами. Я отвернулась.

Справа раздалась затейливая мелодия охотничьего рога принца Гвена. Слева тут же хрипло и низко пропел рог Сгары. Охота началась.

Впрочем, к настоящей охоте это имело мало отношения. Скорее, это был парадный выезд. В это время года никакой особой дичи в лесу не было. После охоты предполагался пикник у озера.

Принц Гвен, как и полагалось, ехал бок о бок со мной, развлекая меня беседой. Сгара, пренебрегая этикетом, вслед за своими людьми и нашими ловчими устремился в чащу. Я успела только заметить, как странно он правил конем - коленями, почти не прикасаясь к поводьям. Конь слушался малейшего движения хозяина.

С любезными разговорами, смехом и шутками мы проехали довольно глубоко в лес. Отсюда было рукой подать до озера. Внезапно из леса показался ловчий. Низко поклонившись, он сказал принцу несколько слов. Принц с улыбкой повернулся ко мне.

-Прекрасная госпожа, - сказал он. - Спешу донести до вас радостную весть - ловчие загнали для нас зверя. Они ждут на берегу озера...

-Поспешим же! - с ответной улыбкой ответила я. - Думаю, наши дамы, да и кавалеры будут рады закончить охоту и отдохнуть у озера.

Мы поскакали к озеру. Действительно, зверь уже был окружён собаками. Это был олень, вернее, олененок. Его мать уже перебралась через озеро и исчезла в лесу на другом берегу. Молодой олень затравленно озирался, но стоило ему сделать шаг, как рядом оказывалась оскаленная собачья морда.

-Госпожа, - учтиво поклонился мне принц, - кому вы доверите честь убить это животное?

-Раз ваши ловчие загнали этого зверя, - улыбнулась я в ответ, - то и честь победы принадлежит вам, принц Гвен.

Принц поклонился мне ещё раз и направился к оленю. Тот испуганно заметался, но к воде его не пускали собаки. Принц обнажил кинжал.

Внезапно в лесу угрожающе пропел рог. На берег вылетел Сгара со своими людьми. Его свора, сплошь огромные угрюмые волкодавы, тут же сцепилась с нашими собаками.

Сгара подъехал вплотную к принцу Гвену, обведя взглядом остальных.

-И это вы называете охотой, достойной настоящих мужчин? - прогремел над озером его голос. В моей свите недоуменно зашептались.

-А что же вы называете охотой, достойной настоящих мужчин? - бледнея от ярости, спросил принц Гвен.

-Приезжайте ко мне на родину зимой, принц, - ответил Сгара, - и я предоставлю вам возможность схватиться с матёрым волком. - Он улыбнулся и, показав присутствующим страшные белые шрамы на обеих руках, добавил: - Один на один, принц. Без оружия. Вот что я называю охотой, достойной настоящего мужчины.

Атмосфера накалялась. Я чувствовала, что ещё миг, и кто-то из них не сдержится. Сгара теснил принца конём, но тот не желал уступать позиций. Я поняла, что пришла пора мне вмешаться.

-Господа, - произнесла я, выехав вперед и поставив лошадь так, чтобы оказаться между мужчинами. - Право же, я не вижу причин для ссоры. Вы, принц Гвен, продемонстрировали нам охотничье мастерство, ваше и ваших ловчих. Так стоит ли пятнать эту прекрасную лужайку кровью? Отпустите этого оленя, пусть он бежит в лес. И, возможно, через несколько лет вы, господин Сгара, сможете сойтись в честной схватке с этим зверем, украсившимся могучими рогами, чтобы показать нам, что такое охота, достойная настоящего мужчины...

-Вы не только прекрасны, но и умны, - прошептал принц, целуя мне руку, и кивнул псарям. Те отозвали собак и взяли их на сворки. Сгара свистнул своим псам. Я хлопнула в ладоши. Олень, испуганный громким звуком, метнулся в сторону и пропал в лесу.

Вечером, после пикника, когда наша кавалькада устремилась во дворец, Сгара проехал почти вплотную ко мне и, придержав коня, сказал:

-Вы бесспорно умны, принцесса, но ненаблюдательны.

-Вот как? - подняла я брови.

-Боюсь, даже если нам когда-то и доведется повстречать того оленя, я не смогу показать вам на его примере, что такое настоящая охота, достойная мужчины.

-Почему же? - спросила я. - Вы считаете недостойным сражаться с существом, не вооружённым когтями и зубами? Уверяю вас, рога местных оленей способны нанести смертельную рану...

-Не по этой причине, принцесса, - сказал Сгара с непонятной насмешкой в голосе. - Просто у этого оленя никогда не вырастут рога.

Он ускакал вперед, а до меня медленно доходил смысл сказанного. Никогда не вырастут рога? Рога не растут у... оленьих самок... кажется, я покраснела. И возненавидела Сгару ещё больше. Теперь я была точно уверена - ему не бывать моим мужем.

Вечером мачеха вызвала меня к себе.

-Я хотела бы услышать наконец твоё мнение, - сказала она, прохаживаясь перед раскрытым окном. - Нельзя слишком затягивать сватовство. Это, в конце концов, просто неприлично.

-Разумеется, - кивнула я. - Если вы не против, я бы предпочла видеть в роли своего мужа принца Гвена.

-Ну что ж. - Она вздохнула. - Я одобряю твой выбор, Юлия. Думаю, мы завтра объявим о вашей помолвке...

Однако слухи разошлись по дворцу много быстрее, чем официальное известие. К ночи уже все знали, кого из двоих претендентов выбрала принцесса Юлия.

Ночь выдалась душная. Видимо, собиралась гроза. Я никак не могла уснуть и вышла из своих покоев, чтобы пройти на галерею. Лучше бы я осталась у себя в спальне задыхаться от жары! На галерее меня поджидал Сгара. Не знаю, ожидал ли он встретить меня или его также выгнала из комнат духота, но он не растерялся, увидев меня. Отвесив мне положенный поклон, он подошёл ко мне почтив плотную.

-Принцесса, - сказал он. - Верны ли слухи о том, что вы сделали наконец выбор и предпочли принца Гвена?

-Ваш вопрос кажется мне неуместным, - ответила я.

-За что вы так не любите меня? - неожиданно спросил он.

Я испугалась. Сгара был совсем рядом, и в холодный взгляд серо-зеленых глаз не сулил мне ничего хорошего. Его суровое лицо с высокими скулами было по-прежнему бесстрастно, я не могла понять, о чём он думает, и выстроить свою защиту соответственно ситуации.

-Простите, господин Сгара, - сказала я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал. - Вы ошибаетесь. В причинах моего выбора нет ничего личного. Вы прекрасно понимаете, что здесь имеют значение только политические мотивы. К вашему несчастью, моей мачехе и мне показалось, что принц Гвен будет более подходящей партией...

-Можете не тратить столько слов, принцесса, - мрачно проронил Сгара. - Спокойной ночи.

Он развернулся, чтобы уйти, а я осталась стоять на галерее, с трудом переводя дух и чувствуя, как подгибаются колени.

Утром было объявлено о моей помолвке. Вечером этого же дня Сгара со своими людьми покинул наше королевство.

Свадьбу сыграли в положенный срок, через месяц после помолвки. Пышных торжеств решено было не устраивать, и праздник длился всего два дня.

Вечером мой муж - теперь уже король Гвен - явился в мою опочивальню. И здесь меня поджидал весьма неприятный сюрприз.

-Юлия, - сказал мне муж. - Вы, конечно, понимаете, что наш брак заключён по чисто политическим мотивам.

-Разумеется, - холодно ответила я.

-Так вот, Юлия, - продолжил Гвен. - Вы не слишком-то красивы, и, я абсолютно ничего не испытываю к вам, как к женщине. Давайте договоримся раз и навсегда: вы можете делать всё, что вам заблагорассудится... заводите любовников, рожайте от них детей - они будут считаться законными моими наследниками - но делайте это так, чтобы не вызывать пересудов. У вас своя жизнь, а у меня своя. Спокойной ночи, Юлия...

С той ночи прошло почти три года. Я не последовала совету моего мужа - мне было противно и нестерпимо стыдно. Что вытворял сам Гвен, меня не касалось. У меня не было времени на то, чтобы следить за ним - управление государством полностью легло на мои плечи. К счастью, в своё время моя мачеха позаботилась о моём образовании, так что больших трудностей у меня не возникало. Король Гвен с утра до ночи предавался развлечениям и утехам, пока я занималась делами государственной важности.

Дела в королевстве, надо заметить, шли весьма неплохо. Разумеется, слава прирожденного правителя полностью доставалась моему мужу - он отнюдь не стремился предать гласности тот факт, что вместо него правлю я, королева Юлия. Впрочем, мне было всё равно. Я посвятила себя Делу - и не желала ничего иного. Только иногда по вечерам я подходила к зеркалу и спрашивала своё отражение: "Неужели я и в самом деле настолько некрасива, чтобы даже Гвен, известный ловелас, не пропускающий ни единой юбки, не соблазнился мной?" У меня огненно-рыжие волосы, кожа белая, как обычно у рыжих. Черты лица немного резки. Я довольно высока ростом и неплохо сложена. Но сейчас при дворе в моде маленькие смуглые брюнетки - уроженки родины Гвена. Принятым там канонам красоты я никак не отвечаю... И всё чаще и чаще я задумывалась над тем, как бы могла сложиться моя жизнь, сделай я иной выбор...

Время шло незаметно. Наступила ещё одна осень, миновала ещё одна снежная зима, отгремели первые весенние бури. Снова начиналось лето - с яркой зеленью, свежим ветром и бешеными ночными грозами. А я продолжала просиживать дни и ночи за бумагами.

День рождения моего мужа приходился как раз на эти яркие весенние дни. Разумеется, его отмечали со всем возможным размахом, устроив всенародные празднества. В мои обязанности входило сидеть рядом с мужем, благосклонно улыбаться подданным и по возможности не раскрывать рта. А потом подсчитывать, сколько денег, необходимых для постройки новых торговых кораблей, ушло на безумно дорогой фейерверк и прочие забавы.

На третий день торжеств, когда король Гвен принимал поздравления от иностранных послов на главной площади столицы, в город въехали несколько всадников. Народ расступался перед кавалькадой с неслыханной поспешностью, а ведь даже королевский кортеж с трудом пробился через толпу.

-Кто к нам пожаловал! - пробормотал мой муж, близоруко прищурившись. - Что ему здесь надо?..

Тем временем верховые приблизились вплотную к роскошно украшенному помосту, на котором и восседали мы с Гвеном.

-Какая неожиданность! - сказал Гвен, кривя губы в неискренней улыбке. - Не ожидал увидеть вас в наших краях, любезный Сгара!

-Правитель Сгара, - холодно поправил один из всадников. Сам Сгара подъехал ближе.

-Примите мои поздравления, - сказал он безразлично. - Мы проездом в ваших краях, но раз уж я здесь, то имеет смысл заключить взаимовыгодную сделку.

-Буду рад помочь вам, - улыбнулся Гвен. - Но прошу вас, Правитель Сгара, позвольте нам насладиться праздником!

-Разумеется, ваше величество, - ответил Сгара, разворачивая коня. Его свита, человек двадцать, последовала за ним. На сей раз среди воинов были три женщины. Две из них были похожи, как две капли воды, только у одной туго заплетённая русая коса была уложена короной вокруг головы, а у второй свободно висела вдоль спины. Третья была коротко, по-мужски, острижена. Одеты они были так же, как и мужчины, только куртки на них были довольно длинными. Женщины держались совершенно спокойно, не обращая ни малейшего внимания на шуточки из толпы.

Для меня праздник был испорчен окончательно и бесповоротно. Оставалось только гадать, какую такую сделку Сгара намерен предложить моему мужу. Весь ужас был в том, что Гвен понятия не имел о том, что творилось в королевстве на данный момент и, по-моему, пребывал в убеждении, что всё делается само собой. Разумеется, он и не подумает спросить моего совета...

Мой муж встретился со Сгарой только через два дня. На мой взгляд, празднества несколько затянулись, но моё мнение никого не интересовало. Я присутствовала при беседе, однако моё участие было сведено к роли живой декорации.

Предложение Сгары касалось торгового союза с одной из дальних восточных стран на очень выгодных для нас условиях. Однако Гвен, нисколько не разбираясь в политической и экономической обстановке в мире, нес полную чушь и в результате отказался предоставить Сгаре корабли. Не знаю, что было на уме у Сгары, но, казалось, он был ничуть не обижен резким отказом. Спокойно распрощавшись с Гвеном, он вышел из кабинета. Через несколько минут и я, холодно попрощавшись с мужем, покинула его.

Идя по коридору в свои покои, я размышляла о том, как мне убедить мужа изменить мнение касательно сделки. После проклятых праздников наша казна требовала пополнения, и чем скорее, тем лучше. Однако Гвен способен отказаться из чистого упрямства и неприязни к Сгаре...

Погружённая в свои невесёлые мысли, я столкнулась с кем-то в одном из переходов дворца. Я бы не обратила на это внимания, если бы тот, с кем я столкнулась, не заговорил со мной. В коридоре было темно, но... я слишком хорошо знала этот голос.

-Куда вы так торопитесь, госпожа Юлия? - спросил из темноты Сгара.

-Что вам угодно, Правитель Сгара? - ледяным тоном осведомилась я.

-Вас удовлетворяют условия сделки, госпожа Юлия?

Я опешила.

-Не я управляю страной, - сказала я.

-Я знаю, кто управляет этой страной, - усмехнулся Сгара. - И это не король Гвен. Сегодня я в этом окончательно убедился. Так как, госпожа Юлия, вы согласны предоставить мне корабли?

-Согласна, - ответила я, решив, что нет больше смысла притворяться. - Ваши условия меня устраивают.

-Прекрасно, - сказал он. - Я знал, что вы не откажетесь.

-Почему же вы были так уверены в этом? - поинтересовалась я.

-Потому что вы делаете то, что не способен делать ваш муж - заботитесь о своей стране, - ответил Сгара. - Позвольте мне проводить вас, госпожа Юлия, и я расскажу вам о возможных выгодах более подробно.

-Хорошо, - сказала я, протягивая ему руку. - Идёмте.

Беседа со Сгарой оказалась неожиданно приятной. Впервые я разговаривала с человеком, который разделял большинство моих взглядов и убеждений. Впервые меня по-настоящему понимали... В конце концов мы придумали, как обвести Гвена вокруг пальца и всё-таки раздобыть необходимые корабли. С экономики вообще и торгового флота в частности мы давно уже перешли на другие темы, когда Сгара вдруг остановился.

-Думаю, вашему мужу будет неприятно застать меня рядом с вашими покоями, госпожа Юлия, - сказал он.

Я сдержанно улыбнулась. Сгара выпустил мою руку.

-Вы стали ещё красивее за те годы, что я не видел вас, - произнёс он.

-Увы, мой муж так не считает, - холодно ответила я.

-Ваш муж - редкостный болван, - неожиданно резко сказал Сгара, но потом улыбнулся. - Кажется, ему приглянулась Ваара.

-Это одна из тех девушек, что приехали с вами? - осведомилась я.

-Да. Та, что с короткими волосами. - Сгара взглянул на меня с непонятной усмешкой. - Вероятно, мне следовало предупредить вашего мужа... Его ждёт крайне неприятный сюрприз.

-Почему же?

-Ваара - воин, - ответил Сгара. - Именно поэтому она не носит косы.

-В чем же разница между ней и двумя другими? - Я невольно заинтересовалась.

-Лия и Мадей, отслужив положенный срок, вернутся к обычной жизни, - пояснил Сгара. - Видите ли, наши законы обязывают каждого человека, будь то мужчина или женщина, на своей шкуре испытать, каково это - сражаться. Ваара решила остаться воином навсегда. Она принесла воинскую присягу. Теперь она не имеет права изменить своё решение.

-Бедная женщина! - вырвалось у меня.

-Это был её выбор, - жёстко ответил Сгара. - И я уважаю этот выбор, верен он или нет...

"Я тоже сделала выбор, - подумалось мне. - Но имею ли я право изменить решение?"

Я резко повернулась, подобрав длинные юбки. Тяжёлая материя зашуршала.

-Вам пошла бы одежда женщин моей страны, - неожиданно сказал Сгара. - Куда больше, чем ваш наряд.

-Правда? - спросила я, прикрыв глаза.

-Правда.

Его руки почти невесомо коснулись моих плеч, горячие губы скользнули вниз по моей щеке... "Что я делаю?" - пронеслось у меня в голове. "Ничего, - ответила я себе. - Я ничего не делаю..."

И всё же я нашла в себе силы сбросить руки Сгары. Отошла на несколько шагов назад.

-Вы боитесь гнева своего мужа? - резко спросил Сгара.

-Я не боюсь короля, - ответила я. - Но дело в том, что сейчас он доверяет мне, потеряв же его доверие, я лишусь и возможности делать хоть что-то для своей несчастной страны...

Кажется, я научилась врать, не краснея. Но... я не могла объяснить Сгаре, что за отношения связывают меня с мужем. Это было моей постыдной тайной.

-Вы настоящая королева, - тихо сказал Сгара. - Простите мне мою дерзость...

-Конечно, - слабо улыбнулась я. - Вам лучше уйти...

-Я уйду, - сказал Сгара, но не сделал ни шагу. А я почувствовала, что ещё минута - и я лишусь самообладания...

-Возьмите это, - поспешно произнесла я, снимая с мизинца тонкой работы золотой перстень с изумрудом. Это было единственное наследство, оставшееся от моей матери, которую я не помнила. Будучи ребенком, я носила этот перстень на цепочке и, сколько помню себя, никогда не расставалась с ним. Теперь кольцо стало мне мало - у моей матери были исключительно маленькие руки... - На память обо мне...

-Юлия... - Сгара бережно принял у меня кольцо, задержав мою руку в своей...

-Идите же! - почти выкрикнула я. И добавила чуть тише: - Прошу вас...

Он покорно выпустил мою руку. Медленно пошел по коридору. Я чувствовала - он ждет, чтобы я окликнула его. Я не окликнула. Никто никогда не узнает, каких усилий мне стоило моё молчание...

Я не уснула до утра. Я много раз успела проклясть себя. За то, что три года назад прельстилась изысканной внешностью и сладкими речами Гвена и не разглядела под золоченой маской пустого и ничтожного человечишку. За то, что в своём глупом, почти детском упрямстве не удосужилась внимательней присмотреться к Сгаре. И за то, что сегодня ночью я так и не решилась окликнуть его...

Я старалась не покидать своих покоев, чтобы ненароком не столкнуться со Сгарой. Я не знала, как мне вести себя с ним.

Но вечером Гвен закатил очередной бал, якобы в честь Правителя Сгары. Конечно, я должна была присутствовать. Больше всего я боялась, что кто-нибудь заметит отсутствие моего кольца. В конце концов решила, что в таком случае просто скажу, что оно стало мне совсем мало. Да и вряд ли кто-то обратил бы внимание на такую мелочь - меня при дворе вообще игнорировали...

Конечно, в бальном зале было полно народу, все расфуфыренные, разряженные, сверкающие драгоценностями. Сгара со своими людьми был совершенно чужд всей этой суете...

Муж мой передвигался как-то странно и даже не принял участия в танцах, хотя никогда прежде не упускал такого случая. "Ваара, - вспомнила я. - Видимо, Гвен получил от ворот поворот, и не в самой мягкой форме..." Действительно, Гвен избегал смотреть в ту сторону, где расположились люди Сгары.

Я, как обычно, сидела подле мужа. Когда-то я любила танцы. Теперь мне хватало иных развлечений. Тем большим было моё удивление, когда кто-то склонился передо мной в поклоне. Кто-то... Конечно, Сгара. Отказаться я не могла - на нас смотрели сотни пар глаз. Я подала ему руку и на подгибающихся ногах вышла в центр зала.

Я не проронила ни слова. Он тоже молчал. Я лишь чувствовала, как бьётся его сердце, ощущала его дыхание на своём лице, и желала только одного - чтобы танец не кончался, чтобы можно было и дальше кружиться под музыку, чтобы руки Сгары по-прежнему касались меня...

Танец кончился. Сгара проводил меня на моё место, ещё раз молча поклонился... Я старалась не встречаться с ним взглядом, потому что знала - он слишком многое сможет прочесть в моих глазах...

Наутро Сгары уже не было во дворце. Он направился дальше, как и собирался. А я снова занялась делами. Нужно было разобраться в ущербе, нанесенном казне празднованиями...

Время шло. Но я не могла забыть тот вечер. Напротив, моя память хранила мельчайшие подробности... На людях я по-прежнему носила маску холодности и высокомерия, и только по ночам, оставаясь одна, могла предаваться воспоминаниям. Именно воспоминаниям, не мечтам. Мечтать я давно разучилась. К тому же знала, что давать волю воображению весьма глупо и порой опасно.

Мой муж продолжал бездумно тратить деньги, которых, надо признаться, было не так уж много. Я делала, что могла, но мои усилия были каплей в море. Но сдаться я не имела права - ведь Гвен разорял мою страну. Страну, в которой я родилась и выросла, которая могла бы принадлежать мне по праву, если бы не дурацкий старинный закон, согласно которому в нашем государстве женщины не могли единолично занимать трон. Моя мачеха была всего лишь регентшей после смерти моего отца, а со мной вообще никто не считался.

Ко всему прочему, Гвен неожиданно увлекся новой религией, как-то неожиданно возникшей далеко на юге. Вскоре это стало необычайно модно при дворе. Я игнорировала эти веяния. В моём роду испокон веков поклонялись Великому Древу. Древу, соединяющему землю и небеса, Древу, питающемуся водой, но питающему огонь, Древу, вечно умирающему и возрождающемуся вновь... Даже на моём родовом гербе было изображено Древо.

Но мой муж не был любителем старых обычаев, и вскоре во дворце поселились приверженцы новой веры. Особенно мне не нравился один из них, называвший себя отцом Ольфом. Он был настоящим фанатиком, хотя довольно ловко маскировался под вполне светского человека. Я избегала его...

Вскоре мой муж устроил очередное грандиозное празднество. Как всегда, было много шума, уйма развлечений, стол ломился от всяческой снеди. В разгар пиршества королю доложили, что прибыла знаменитая цирковая труппа. Разумеется, Гвен не мог не пригласить их. Середину зала живо очистили от столов, освободив место для выступления.

Не знаю, в самом ли деле труппа была знаменитой, однако клоуны, против моего ожидания, оказались действительно смешны, акробаты ловки, жонглеры умелы, а глотатели огня умудрились не поджечь ни одной портьеры.

Под конец выступал шут. Ему прислуживала дрессированная собачка. Таких аплодисментов, уверена, циркачи ещё никогда не слышали.

-Эй, ты! - окликнул Гвен шута, худого рыжего мужчину в потертом трико, расшитом блестками. - Держи!

Шут ловко поймал брошенный кошелек, но тут же с поклоном протянул его обратно.

-Благодарю, о король, - сказал он почтительно, - но мы, я надеюсь, будем развлекать тебя ещё не один день, а плату вперед мы не берем...

-Вот это мне нравится! - воскликнул Гвен. - Эй там, прикажите накормить циркачей да устройте их поудобнее!

Шут низко поклонился.

-Мы благодарны тебе, о король, - сказал он. - Ты щедр и гостеприимен. Я не взял у тебя золота, но позволь мне попросить о другой награде...

-О какой же? - с недоумением спросил Гвен.

-Прядь волос королевы, - снова склонился шут. Я удивленно приподняла бровь. - Ибо никакое золото не сравнится с сиянием её красоты...

"Вот это он зря, - подумала я. - Впрочем, откуда шуту знать, что Гвен терпеть меня не может... Но зачем ему мой локон?"

Однако король был настолько пьян, что не стал возражать и даже благосклонно улыбнулся мне. Я собственноручно отрезала прядь своих волос, протянула шуту. Тот, то и дело кланяясь, с невероятными ужимками и гримасами принял дар. А я почувствовала, как что-то скользнуло мне в ладонь... Мне достало выдержки не выказать удивления. Когда на меня перестали обращать внимания, я спрятала послание - а это было явно письмо, - за корсаж.

Циркачи давно уже ушли, а пир, перешедший в банальную пьянку, всё продолжался. Какая-то фрейлина уже пыталась танцевать на столе, что не слишком ей удавалось по причине сильного опьянения, в углу дрались, под столом кто-то храпел. Гвен откровенно обнимался со своей очередной фавориткой. Один только отец Ольф был трезв и ничуть не разделял всеобщего веселья.

-Разрешите задать вам вопрос, ваше величество, - обратился он ко мне. Я вздрогнула от неожиданности, но кивком позволила ему продолжать. Ольф неприятно улыбнулся и спросил: - Ваше величество, когда же вы наконец одарите его величество наследником? Ведь положение короля без законного наследника весьма шатко...

Старый мерзавец явно старался унизить меня. Разговоры стихли, все уставились на меня, кроме разве что тех, кто был мертвецки пьян. Но я - я была уже не той глупой девчонкой, которая рыдала по ночам, сетуя на несправедливость жизни.

-Это зависит исключительно от его величества, - дерзко ответила я, поднимаясь из-за стола. Отец Ольф заметно опешил - что ж, значит, он не посвящен в мой секрет. - Прошу извинить меня...

Я величаво покинула зал. И почти бегом бросилась к себе. У меня, однако, хватило сообразительности запереть двери и плотно задернуть портьеры. Только после этого я достала письмо, тайно переданное мне шутом.

Почерк был мне незнаком. Буквы оказались настолько мелкими, словно писали не пером, а булавкой. Разобрать слова мне удалось с трудом. Я не поверила своим глазам. Но снова прочла:

Я не должен был писать Вам, Юлия. Это может погубить Вас. Простите меня. Я ничего не могу поделать с собой. Я смотрю на Ваш перстень, и вспоминаю золото Ваших волос, Ваши изумрудные глаза. Но перстень - неживой. Увы, я не догадался попросить у Вас локон на память, как принято у рыцарей Вашего королевства...

Я должен забыть Вас, Юлия, должен оставить мысли о Вас. Я не могу. Не могу перестать думать о Вас. Не могу забыть Ваше имя. Я закрываю глаза и вижу Ваше лицо. Даже руки мои помнят Вас... Если это не любовь, то я не знаю, что тогда называется любовью...

Подписи не было.

Руки у меня дрожали, сердце колотилось, как сумасшедшее. Сгара... значит, это он прислал циркачей в наш замок? Лишь для того, чтобы передать мне письмо... Шут сказал, что они будут выступать и завтра. Возможно, я смогу передать письмо для Сгары...

Я схватилась за перо... но вдруг поняла, что не знаю, что написать. Я не умела выражать на бумаге свои мысли, куда привычнее для меня были колонки цифр. И тогда я написала просто:

Я люблю Вас, Сгара...

Вечернее застолье плавно перетекло в утреннее. Мне снова пришлось присутствовать. Вино лилось рекой, и никто не помнил уже, по какому, собственно, поводу пирует.

Слуга по приказу Гвена пригласил циркачей. Когда посреди зала выплясывали акробаты и жонглеры, мне удалось встретиться взглядом с рыжим шутом. Я едва заметно кивнула, и мне показалось, что мой намек понят.

Собачка шута выделывала забавные фокусы, так что придворные покатывались со смеху. Потом шут заявил, что для следующего фокуса ему нужен дамский платочек.

-Не будет ли так любезна её величество одолжить бедному циркачу платочек? - обратился он ко мне с поклоном. Я холодно улыбнулась в ответ - стараясь незаметно завернуть письмо в тонкий батист. Собачка подбежала ко мне на задних лапках, осторожно взяла у меня платочек и отнесла хозяину. Тот ловко отобрал у собачки поноску и принялся выделывать фокусы с платком. Я вздохнула с облегчением - похоже, моё письмо попало по назначению...

Больше я не получала никаких вестей от Сгары. Мои корабли под его флагами исправно отправлялись на восток, довольно бойко шла торговля. Король Гвен по-прежнему пировал.

Однако мне казалось, будто при дворе происходит нечто странное. Пропадали некоторые люди, появлялись другие, совершенно незнакомые. Возможно, имей я друзей при дворе, я сумела бы что-то узнать, но, увы, друзей у меня не было. Было всего несколько человек, которым я могла доверять, но они занимались в основном делами, далекими от великосветских сплетен.

Так прошел год. Гвен опять праздновал свой день рождения, я же снова подсчитывала убытки. Народ на площади ликовал уже далеко не так охотно, как в прошлые годы.

Внезапно вдалеке показались всадники. Я всмотрелась в них, но так и не смогла разобрать, кто это.

-Дорогая, - прошипел супруг. - Вам в обязанности вменяется сидеть и любезно улыбаться, а не пялиться по сторонам с таким видом, словно у вас зубы болят! Куда это вы таращитесь? Черт... неужто опять Сгара? И как он не боится оставлять королевство...

-Вы плохо знаете историю его страны, дорогой, - ответила я, любезно улыбаясь. Действительно, за всю многовековую историю там случилось лишь два государственных переворота. В один из них наследника, назначенного старым Правителем, сверг старший сын означенного Правителя. Второй переворот, имевший место вечером того же дня, посадил законного наследника, успевшего вовремя скрыться от заговорщиков, обратно на трон. - Но могу вас огорчить, это вовсе не Сгара...

-Уж я-то не огорчусь, - ядовито сказал супруг. Он хотел добавить ещё что-то, но на площадь галопом влетели несколько всадников на взмыленных конях.

-Срочная депеша его величеству! - заорал один из них, поспешно кланяясь и протягивая Гвену измятый конверт.

Бегло прочитав послание, Гвен помрачнел и приказал подать карету. Народу велено было продолжать празднование. Я последовала за мужем, размышляя, что такого неприятного могло содержаться в письме, что Гвен решил прервать торжества...

-Что-то случилось? - осмелилась я спросить уже по пути во дворец.

-Полюбуйтесь! - в страшном раздражении Гвен сунул мне письмо. - Этого только не хватало!

Я быстро пробежала глазами неровные строки. На южной окраине королевства начался мятеж. Что самое плохое, подавить его не удалось. Восстание распространялось всё дальше на север, к столице... Что же делать?

А сделать, как выяснилось, нельзя было ничего. Слишком поздно. Пока Гвен пытался собрать войска для подавления мятежа, пока перепуганные министры метались по дворцу, мятежники не теряли времени даром. Вскоре столица оказалась в осаде. Придворные давно уже разбежались по своим поместьям, а те, кто не успел, явно собирались присоединиться к мятежу. И, что самое интересное, возглавляли бунтовщиков единоверцы отца Ольфа. Сам же Ольф скрылся в неизвестном направлении ещё до того, как была осаждена столица. Пожалуй, предательство этого человека подкосило моего мужа больше, чем сам мятеж.

Я старалась не выходить из своих покоев. Я знала: когда за мной придут, у меня хватит выдержки встретить их, как подобает королеве - с высоко поднятой головой и ледяным презрением на лице. И всё же мне было страшно. Умирать - особенно теперь, - мне не хотелось, тем более от рук каких-то заговорщиков...

В одну тревожную ночь меня разбудили отблески багрового зарева, вставшего над городом. Кто-то открыл осаждающим ворота, и они ворвались в столицу. Это был конец.

Я стояла у окна, когда ко мне в дверь тихонько постучались. Это оказалась Анна, одна из моих фрейлин. Она нравилась мне больше остальных, поскольку, во-первых, была моей соотечественницей, а во-вторых, не питала склонности к распространению грязных сплетен про всех и вся.

-Что тебе? - спросила я.

-Ваше величество, - прошептала она, - если вы хотите выбраться из замка, идите за мной! Только быстрее, прошу вас! У вас ведь есть мужская одежда?

Я успела по пути опустошить свой тайник - там я всегда держала порядочную сумму наличных денег, - и прихватить свои лучшие драгоценности. Анна вывела меня на задворки, к конюшням.

-Что ты задумала? - спросила я.

-Они наступают с восточной оконечности города, - сказала Анна, - если очень повезет, то мы сможем выбраться из города через западные ворота...

-Там же пожар!

-Поэтому там нет никого, кто мог бы нас задержать, - пояснила Анна. - Госпожа, нам нужны лошади...

-Верно, - сказала я. - Выбирай любую и седлай... Только не говори, что не умеешь.

Сама я, конечно, была в состоянии оседлать коня. Я выбрала рыжую кобылу, ту самую, что когда-то, очень давно, подарил мне Сгара. Застоявшаяся лошадь нетерпеливо перебирала ногами, готовая пуститься вскачь в любую минуту. Наконец, Анна управилась с тяжелым седлом, и мы, никем не замеченные, выехали со двора.

Пожар уже утих. Несло гарью, кое-где чадили головешки, но нам удалось проехать беспрепятственно. Когда мы выбрались за пределы города, я спросила:

-Куда теперь? Надеюсь, мы не будем прятаться в лесной сторожке, как это делал один мой достославный предок?

-Конечно нет, госпожа, - мотнула головой Анна. Она была очень хороша собой: светловолосая, синеглазая. И, как мне показалось, отнюдь не глупая. - Мы отправимся в поместье моего отца. Он с радостью укроет вас. Там до вас никто не доберется...

-И где же это поместье? - спросила я.

-На островах, - ответила Анна. - Госпожа, лучше бы добраться до порта до того, как рассветет...

Мы пустили лошадей вскачь. Столица находится совсем недалеко от побережья, и я точно знала, что в порт мятежников пока удалось не допустить - моряки были народом грубоватым, но преданным королевской семье.

Денег, что были у меня с собой, хватило на то, чтобы заплатить капитану небольшого кораблика. Он взялся доставить нас на остров, принадлежащий барону Кордеру, отцу Анны. Что больше всего нас устроило - так это то, что капитан не задавал лишних вопросов. Даже если он и узнал меня, то не подал виду...

Я стояла на корме. Было пасмурно, над волнами с криками носились чайки. А может, и не чайки, я плохо разбираюсь в морских птицах. За кормой оставался пенный след, тут же тонущий в довольно высоких волнах. Море было серо-зеленым, точь-в-точь такого же цвета, как глаза Сгары. Даже сейчас я не могла не думать о нем...

-Госпожа... - Анна осторожно тронула меня за локоть. - Капитан говорит, волнение усиливается, может начаться шторм... Прошу вас, сойдите в каюту...

-Спасибо, не стоит, - ответила я. - Пока мне удобно и на палубе...

Шторм так и не разыгрался, и к вечеру следующего дня вдалеке показался замок барона Кордера. Он производил не самое приятное впечатление: строение явно было очень старым и выглядело несколько зловеще. Внутри, однако, оказалось довольно уютно, хотя убранство комнат и не могло похвастаться роскошью.

Барон Айстр Кордер, хотя дочь и утверждала, что он уже много лет не покидает свой остров, был хорошо осведомлен о происходящем в королевстве. Меня он узнал тотчас и, хотя я просила называть меня по имени, он по-прежнему именовал меня "вашим величеством", да ещё делал это настолько подобострастно, что у меня скулы сводило. Барон попросил меня распоряжаться замком, как своим собственным, а также заверил, что полностью предан мне, в чем и готов поклясться немедля.

В конце концов мне надоела его суета. Я спросила довольно резко:

-Барон, вы уверены, что вам не страшны мятежники?

-Конечно, нет, ваше величество, - поклонился он. - Вам с Анной вовремя удалось добраться до острова: начинается сезон весенних бурь, и в ближайшие несколько недель никто не сможет добраться до острова на корабле...

Действительно, на следующий день разразилась такая буря, что невозможно было отличить небо от моря. За стенами замка яростно завывал ветер, о прибрежные скалы с чудовищным грохотом бились волны. Я извелась от неизвестности и невозможности предпринять что-либо.

На вторую неделю моего пребывания у барона буря немного поутихла, и в замке появился гость. Как выяснилось, это был сын Кордера, баронет Ридгел. Он выглядел от силы лет на двадцать и, если бы не до смешного воинственные усы, был бы копией сестры. Ридгел был отличным моряком, раз сумел прорваться на остров во время шторма. Это мне раз двадцать повторил старик барон. Но меня значительно больше, чем храбрость юного баронета, интересовали привезенные им вести.

Как оказалось, ворвавшись во дворец, мятежники, предводителем которых таинственным образом оказался отец Ольф, первым делом повесили короля Гвена. После чего провозгласили республику, управлять коей должны были коллеги вышеупомянутого Ольфа. Означенная республика продержалась ровно три дня, по истечении которых в моё королевство неожиданно ворвался Правитель Сгара во главе трёхтысячной тяжелой конницы. Этого отряда вполне хватило, чтобы одним ударом выбить мятежников из столицы. После чего Сгара лично повесил всех пойманных зачинщиков на главной площади и весьма недвусмысленно намекнул, что намерен присмотреть за королевством, пока не объявится законный монарх. То есть я. В связи с этим королеву Юлию, таинственно исчезнувшую из дворца, усердно ищут все, кому не лень.

-Мне необходимо вернуться в столицу! - заявила я.

-Госпожа! - Барон Кордер с ужасом уставился на меня. - Это невозможно!

-Что вы сказали? - прищурилась я.

-Но... - бедный старик не знал, куда деться. - Посмотрите за окно: в такой шторм ни один корабль не доберется до материка. Ридгелу просто повезло, но вам нельзя так рисковать! И потом, ваше величество, кто может поручиться, что во дворце вас не ожидают наемные убийцы?..

-Вздор! - сказала я. - Как только буря немного утихнет, я отплыву в столицу. Будьте любезны отдать соответствующие распоряжения.

-Как вам будет угодно, - снова поклонился старый барон, и мне очень не понравился его взгляд.

Весь вечер я размышляла о причинах, заставляющих Кордера удерживать меня в замке. Так ничего и не придумала.

Следующие дни юный баронет ходил за мной хвостом, не сводя с меня обожающих глаз. В конце концов мне надоело столь пристальное внимание к моей особе, о чем я и намекнула Ридгелу. Бедный парень смутился чуть не до слез, но всё же смог сказать:

-Простите, ваше величество! Я не посмел бы надоедать вам, но...

-Что - но? - резко спросила я.

-Простите мне мою дерзость, госпожа, - решился наконец Ридгел, - но вы - само совершенство... С тех пор, как я увидел вас, моё сердце всецело принадлежит вам... Вы в огромной опасности, госпожа, мятежники воспользуются любым удобным случаем, чтобы избавиться от вас, тем более, что у вас нет наследника...

-Говорите прямо, баронет, - велела я. - Прекратите ходить вокруг да около. Что вам нужно?

-Это вам, госпожа, нужен защитник! - пылко воскликнул парень и бухнулся на колени. - Прошу вас, станьте моей супругой, и я смогу защитить вас от любой опасности!

-Встаньте, баронет, - сказала я. - Вы смешны.

Ридгел стал белее мела, но стерпел оскорбление.

-Госпожа... - прошептал он.

-Я не желаю больше выслушивать ваши бредни, - холодно сказала я. - Потрудитесь удалиться.

Я развернулась и пошла прочь. Нет, я могла поверить, что баронет влюбился в меня. Но чтобы он набрался наглости попросить моей руки... Здесь явно что-то крылось...

В обширной библиотеке замка имелось множество книг, повествующих о славной истории рода Кордеров. Мне потребовалось не так уж много времени, чтобы найти искомое - Кордеры приходились мне дальней родней. Очень дальней, но всё же они имели право претендовать на престол в случае моей смерти. Да... вот только у меня имелось немало и более близких родственников, среди которых были князья, герцоги и графы. Тягаться с ними род Кордера не смог бы ни при каких обстоятельствах. Кроме одного... Если бы старику барону удалось женить на мне своего сына, юный Ридгел автоматически стал бы королем. А уж сыночком, я была уверена, старый Айстр Кордер вертел, как хотел...

В глубокой задумчивости я вышла из библиотеки. Меня поджидал старый барон.

-Ваше величество, - начал он холодно. - Мне кажется, вы делаете большую ошибку, отвергая предложение моего сына...

-Вот как? - холодно сказала я.

-Именно, госпожа.

-Что же вы можете сделать, Кордер? - спросила я. - Силком выдадите меня за Ридгела?

-Ну что вы, госпожа. Уверен, по здравом рассуждении вы поймете, что брак с Ридгелом - наилучший выход в сложившейся ситуации... Подумайте хотя бы о том, что выбраться с острова невозможно...

-Мне ясна ваша позиция, - сказала я. - Или я выхожу замуж за вашего сына и тем самым отдаю под его начало всё королевство, или же сижу здесь до скончания дней своих. Всё верно?

-Вы очень умны, госпожа, - сдержанно поклонился Кордер.

-Однако мой траур по мужу ещё не закончен, - напомнила я. Честно говоря, Гвена мне было жаль значительно меньше, чем рыжую кобылу, которую я была вынуждена оставить в порту. Но следовало использовать все карты...

-В исключительных ситуациях это не имеет значения, - сухо ответил барон. - Вполне естественно, что молодая женщина ищет защиты.

Я поняла, что крыть мне нечем. Разные вероисповедания? Насколько я понимала, островитяне всегда молились Морскому Коню... Но в нашем королевстве это не имело абсолютно никакого значения... И тут меня осенило. Я вспомнила тот день, когда мой отец женился во второй раз. Мне было всего лет шесть, но я хорошо запомнила, что отец ездил за невестой в её поместье, там и женился на ней. А когда они вернулись в столицу, церемония была повторена прилюдно, с тем, чтобы не оставалось никаких сомнений в законности брака... Это был мой шанс. Крохотный, но всё же...

-Хорошо, - сказала я. - Я согласна, но при одном условии.

-Каком же? - Живо спросил барон, и глаза его вспыхнули от нескрываемой радости.

-Ваш сын не буде лезть ко мне в постель до тех пор, пока мы не вернемся в столицу, - заявила я. - В конце концов, я должна уважать память о муже. Думаю, к тому времени, как кончатся бури, можно будет снять траур...

Кажется, барон мне поверил. Во всяком случае, мне хотелось на это надеяться.

Тем же вечером баронет Ридгел Кордер стал моим супругом. После церемонии мы разошлись по разным комнатам. Сопровождавшая меня Анна сказала с улыбкой:

-Странно, госпожа, что вы отвергаете моего брата. Он значительно привлекательнее короля Гвена... Или у вас во дворце остался любовник, к которому вы так рветесь?..

Я не долго раздумывала - моя ладонь звонко отпечаталась на щеке Анны.

-Осторожнее, ваше величество, - сказала она с плохо сдерживаемой злостью. - Помните, в стране теперь есть король...

Действительно, я думала об этом. Теперь, когда Ридгел стал королем, он вполне мог обойтись без меня. Но вряд ли старый барон осмелился бы избавиться от меня теперь - ведь тогда некому было бы подтвердить, что я и впрямь вышла замуж за Ридгела...

Через два дня, как по заказу, шторм утих. Утром корабль, принадлежащий Ридгелу, повез нас обратно на материк.

В порту нас уже поджидала карета с гербами Кордеров на дверцах, из чего я заключила, что даже в шторм вполне возможно пересекать пролив, чтобы передать приказ. На окнах кареты висели плотные занавески, но всё же мне удалось разглядеть улицы, выглядевшие точно так же, как и раньше. Вот только на главой площади, где много веков происходили казни, прибавилось виселиц, и ни одна не пустовала. Скорее, там было тесно...

Во дворец беспрепятственно пускали всех. Кордер предпочел подъехать не к парадным воротам, а с задворок.

-Прошу вас, подождите здесь, госпожа, - сказал он холодно. - Мне нужно узнать, как обстоят дела во дворце... Знаете ли, никто не может поручиться, что этот Сгара не прикончит вас втихомолку. Наше королевство - лакомый кусочек, это уж вам должно быть ясно, а от этого типа можно ожидать чего угодно...

Он удалился, а я вышла из кареты. Новоявленный супруг пытался меня остановить, но с него хватило и одного взгляда, исполненного ледяного презрения.

Я огляделась по сторонам, поглубже надвинув капюшон плаща. Здесь, на заднем дворе замка, когда-то был великолепный парк. Теперь деревья, лишенные должного ухода, окончательно одичали и представляли собой обыкновенную рощу.

В одной из аллей послышались голоса. Показались несколько неброско одетых человек. Один из них что-то резко выговаривал остальным. Голос его показался мне знакомым, а когда мужчина повернулся в мою сторону, я уже не сомневалась...

-Сгара... - сказала я тихо, сбрасывая капюшон. Очень тихо, но он услышал.

Я успела сделать лишь один шаг навстречу ему, а потом меня словно подхватил ураган. Сгара ничего не сказал. И я промолчала. К чему слова, если всё понятно и без них?..

Я наконец смогла взглянуть на Сгару. Его вряд ли бы кто назвал красивым. Самое обыкновенное лицо, немного грубоватое, суровое. Только глаза были хороши, и в них я читала то, что никогда не было сказано вслух...

Я не знаю, сколько мы простояли вот так, тесно обнявшись, когда за моей спиной вдруг раздался резкий голос старого барона.

-Госпожа! - ядовито окликнул он. - Я понимаю, вы очень соскучились по своему фавориту, но неужели необходимо обниматься с ним на глазах у вашего супруга?

Я бросила быстрый взгляд на Сгару. Лицо его стало каменным, а глаза...

-Это... ваш муж? - глухо спросил он, кивнув на Ридгела.

-Я... - начала я, в отчаянии ломая пальцы. - Я не могла... поймите, Сгара, я...

-Это... - Старый барон буквально остолбенел. - Это - Правитель Сгара?!

-Не нужно ничего объяснять, Юлия, - тихо сказал Сгара, пристально глядя мне в глаза. - Только скажите... то, что вы написали мне тогда... Это правда?

Любые слова были бы сейчас лишними - я знала, что он прочтет ответ в моих глазах. Я не ошиблась...

Его губы совсем невесомо коснулись моих... А я - я не знала, что мне делать...

-Юлия... - Он был удивлен. - Вы словно никогда не...

-Вы правы... - выдохнула я.

-Но как...

-Прошу вас, Сгара... - прошептала я. - Не задавайте глупых вопросов...

Конечно, мой нелепый брак с баронетом Ридгелом был расторгнут, стоило лишь мне заявить, что я действовала по принуждению. По-моему, семейка Кордеров была рада, что так легко отделалась.

Спустя неделю я вышла замуж в третий раз. Думаю, не составит большого труда догадаться, за кого именно. Я не могла до конца поверить в это...

Сгара поднимался по ступеням дворца, я, как полагалось, следовала на шаг позади него. Не знаю как, но я споткнулась. Сгара обернулся, чтобы помочь мне, и... рухнул на ступени с тяжелой стрелой в груди. Я услышала страшный крик... и не сразу поняла, что это кричу я. А когда поняла, упала рядом с мужем...

Я пришла в себя в своих покоях. Вокруг суетились фрейлины, медики и прочая прислуга.

-Что со Сгарой? - спросила я во весь голос, но из моего горла вырвался лишь едва слышный шепот. Похоже, я сорвала голос... Поскольку никто не ответил мне, я решительно поднялась на ноги и, отстранив кинувшихся на помощь женщин, вышла из спальни. Пожилой медик, похоже, поняв, чего я хочу, с поклоном указал мне дорогу...

Сгара был без сознания. Я вновь спросила:

-Что с ним?

-Госпожа, боюсь... - Медик опустил седую голову. - Он умирает...

-Не пори горячку, старик... - донеслось с кровати. Я повернулась и встретилась взглядом со Сгарой. - Я бывал и в худших переделках...

Я ничего не сказала, просто опустилась на колени рядом со Сгарой, взяла его руку, покрытую белыми отметинами волчьих зубов, в свои. Снова посмотрела на Сгару. Серо-зеленые глаза смотрели ясно, и, хотя губы его кривились от боли, он попытался улыбнуться мне...

Я смаргивала непрошеные слезы, повторяла про себя, как заклинание "Всё будет хорошо, я верю, о Великое Древо, прошу, пусть он останется со мной...", а слёзы уже лились ручьем, и я ничего не видела из-за них, но всё никак не могла оторвать взгляда от лица Сгары...

Он умер на рассвете. Умер с моим именем на устах. Я умерла вместе с ним, хотя вряд ли кто-то смог понять это.

У меня ничего не осталось от Сгары. Только его письмо и перстень, который я подарила ему. Впрочем, это не совсем так. У меня родился сын. Он очень похож на Сгару: то же лицо, те же прямые темные волосы, те же серо-зеленые глаза... когда я смотрю на сына, я не могу не вспомнить о муже. Я постаралась воспитать сына достойным его отца. Когда он достиг совершеннолетия, я передала ему всю власть. Первым же своим указом мой сын отменил старинное правило, по которому женщины не могли наследовать корону - он знал, каково мне пришлось, как я хитрила и изворачивалась, чтобы обмануть закон и удержаться на троне ради него, моего сына. Я не ошиблась в нем. Но всё же подождала еще немного, чтобы убедиться - власть не сможет развратить и испортить его.

Теперь, когда он выбрал себе в жены прекрасную девушку - родом из страны, которой некогда правил Сгара, - я могу уйти. Меня удерживал на земле только мой долг, но теперь - теперь я свободна.

Иногда я думаю: не покинь я дворец в ту ночь, когда в город ворвались мятежники, возможно, меня не было бы в живых. Но тогда Сгара уж точно не погиб бы от стрелы, предназначавшейся, как выяснилось чуть позже, именно мне - не споткнись я на ступеньках, всё было бы совсем иначе... А потом я понимаю, что погибни я в ту ночь, у нас не было бы той недели... Я ведь была счастлива. Всего лишь неделю... Нет, не так. Ведь неделя - это очень много. Я была счастлива. Целую неделю...

А теперь... теперь я ухожу. Надеюсь, мой сын поймет меня и простит. Я не могу больше ждать. Я ухожу. Там, где шумит листвой Великое Древо, меня встретит Сгара... И что с того, что прошло уже больше четверти века? Там, под сенью Древа, нет времени, а значит, и возраста. Там, наконец, я снова смогу стать счастливой...

Сидящая за письменным столом женщина, всё ещё очень красивая гордой, величественной красотой, несмотря на возраст, отложила перо. Перечла написанное. Нетерпеливым жестом отбросила назад роскошные волосы, когда-то огненно-рыжие, а теперь почти совсем седые. Достала из тайника сложенное в несколько раз письмо, потершееся на сгибах и обтрепанное по углам. Медленно, словно стараясь запомнить навсегда, прочла его. Потом поднесла пожелтевшую от времени бумагу к пламени свечи...

Затем она придвинула к себе бокал с красным вином. Открыла крохотный флакончик, вылила в бокал десять капель. Усмехнулась каким-то своим мыслям и выплеснула в бокал остатки жидкости из флакончика. Медленно поднесла бокал к губам. Выпила. Откинулась на спинку кресла и закрыла глаза...

Когда утром люди вошли в покои королевы-матери, она сидела, откинувшись в кресле. Лицо её в луче солнечного света, проникшего сквозь портьеры, казалось совсем юным, а волосы отливали золотом, как в её далекой молодости... Им показалось, что на губах её играет счастливая улыбка, а на комнату словно бросает тень крона громадного дерева. Им послышался шелест листвы...

Там, где под нездешним ветром тихо шумит листвой Великое Древо, редко раздаются голоса. Но всё же...

-Сгара... Вот и я, наконец...

-Я ждал тебя, Юлия...

И снова ни звука. Только шелестит листва под нездешним ветром, и лучи нездешнего солнца, пробиваясь сквозь крону Великого Древа, золотят траву...

Content

Мириэль Карина Выбор

Мириэль Карина Выбор