Зыков Николай

Наследие Симорга

Наследие Симорга.

Огромное спасибо:

Вите aka Corwin -

Веронике aka VeroniCa -

Максу aka Orengas -

Сане aka Tebenkov -

За советы и поддержку.

Ане aka AyaWeb -

За помощь в оформлении сайта Nzykov.ru.

Родителям -

Читателям -

За то, что вы есть

Глава 1.

Год  нападения на эльфийские леса

Сурт бежал, лишь изредка останавливаясь на считанные минуты, чтобы перевести дух. Он не знал, сколько времени прошло с того момента, как он покинул Лоэсский лес. Был уверен лишь в том, что должен покинуть Южную Антарию как можно быстрее. Эльф убеждал себя, что бегство вполне оправдано и никак не повлияет на участь собратьев. Решение убежать возникло, когда верховный совет приказал готовиться к битве, возможно, последней в жизни. Решение о побеге в Северную Антарию укрепило то, что он увидел в Руанском лесу: сотни растерзанных мёртвых эльфов. Они лежали на холодной земле. Мёртвые глаза отражали те ужас и беспомощность, которую им пришлось ощутить перед смертью. Сурт не заметил ни одного клинка, лука или посоха, будто эльфы сражались безоружными. Против тысячи мёртвых эльфов лишь пара сотен индулов погибли в этой схватке. Хутреи были сожжены. Над лесом до сих пор клубился дым. Сурт не знал, что произошло, но понимал, что не хочет разделить участь павших собратьев.

Как бы ни была сильна армия, убивающая эльфов, пройти по крутым склонам гор ей не под силу. Единственная широкая тропа в северную часть находится под контролем неприступной крепости людей. Сурта нисколько не смущало, что два года назад Северная Антария отделилась от Южной, и с  тех пор лишь единицы смогли пройти границу гор. Его даже не смущало, что среди этих единиц не было ни одного эльфа. Сурт решил не пытать счастья, отложив мысль о проходе через крепость. Его путь пролегал через горы.

Сурт не боялся тех ужасов, что сулили торговцы, пришедшие с севера. Он взял с собой несколько комплектов одежды на случай, если будет слишком холодно. С дикими зверями, населяющими север, он справится. Рука Сурта легла на рукоять клинка. В конце концов, что бы ни произошло, а верный  заточенный друг никогда не предаст.

Пробегая по мосту, перекинутому через реку, недалеко от Херосского леса, Сурт решил, что не будет останавливаться и рассказывать о нападении на леса. Хотя ещё полчаса назад он хотел предупредить эльфов и, возможно, найти себе напарника в путешествии. Теперь же, когда Херосский лес перед ним, он понимал, что нельзя терять и минуты времени на разъяснения. Если замешкается, побег из родного леса потеряет  всякий смысл. Нужно пересечь горы, пока армия не рассредоточилась по Антарии в поисках выживших. Он понимал, что лишь единицы эльфов согласятся бежать с ним, а выискивать эти единицы не было ни желания, ни времени.

Эльф, на которого наткнулся Сурт на окраине Херосского леса, заставил изменить его решение в очередной раз.

– Куда торопимся? – остановил он Сурта. –  Я вижу, ты не из нашего леса.

Сурт возмутился было наглости эльфа, но вовремя успокоился. На вид наглецу лет сорок, почти ровесник Сурта. Задрав нос, он смотрел свысока на беглеца. За поясом висели два клинка, слегка изогнутые на концах.

–  Ты что, знаешь всех эльфов Херосского леса? – не упустил возможности съязвить Сурт.

– Конечно,  –  скрестил руки на груди эльф, – я известен в этом лесу как победитель. В спарринге я одолел всех хоть сколько-то способных эльфов. Тебя я вижу в первый раз, иначе уже вызвал бы на дуэль. Мне кажется, ты сможешь держать в руках клинок. Сразимся?

Сурт решил, что стоит попробовать рассказать эльфу о нападениях и предложить бежать с ним. В конце концов, иметь на севере союзника, умеющего владеть клинками, означало продлить  жизнь среди гор.

– Извини, но мне сейчас не до глупых спаррингов, - отмахнулся беглец, пытаясь привлечь внимание эльфа-задиры (как окрестил его Сурт)  к своей персоне.

– Глупых спаррингов? – разозлился эльф. Похоже, небрежно брошенная фраза возымела совсем не тот эффект, который ожидал Сурт. – Да знаешь ли ты, что в спарринге я победил даже верховного эльфа Херосского леса.

Сурт в этом сильно сомневался. Если бы  задира одолел в спарринге верховного эльфа, у него появилась бы возможность выставить права на место в совете леса. Но никаких опознавательных знаков у него не было. Спорить с эльфом он не хотел – время было слишком дорого.

– Понимаешь, сейчас не до спаррингов, даже с тобой, - он вложил в эту фразу максимум значимости.

Выражение лица эльфа-задиры изменилось, теперь он смотрел на Сурта с уважением и толикой любопытства. Сурт догадывался, что он один из немногих, кто поверил в мастерство фехтования на слово.

– Что же такого важного произошло, что эльф покинул лес и держит путь к горам? – скрывая любопытство, спросил эльф.

Сурт проследил за взглядом задиры, который смотрел на горы. Неприступные исполины исполняли роль границы между разъединённым королевством. Вершины самых высоких из них тонули в облаках. Сейчас, посмотрев воочию на препятствие, возведённое на пути самой природой, он не был так уверен, что без труда доберётся до Сайлорского леса. Не изменить планам помогла мысль, что скоро здесь будет опаснее, чем там.

– Армия индулов нападает на эльфийские леса. Руанский лес пал, Лоэсский лес, наверняка, тоже. Думаю, следующий – ваш.

– Не существует на свете такой армии, которая смогла бы убить всех эльфов Херосского леса. Тем более если воины в этой армии – индулы, – пренебрежительным тоном сказал задира. – У нас живут самые опытные снайперы, следопыты и друиды.

– Думаю, эльфы Руанского леса думали точно также и поплатились за это. Потери эльфов значительно превосходят потери индулов. Я был на поле битвы и видел этот кошмар.

Сурт начал подумывать о том, что зря решил рассказать о нападениях эльфу. Слишком недоверчивым взглядом одарил тот Сурта, да и его тон оставлял желать лучшего.

Солнце заходило, слегка выглядывая напоследок из-за гор. Сурту нужно было торопиться.

– Даже если так, два леса ослабят армию индулов. К нам они придут малочисленными. Здесь закончится победный путь шакалов, – уверенно заявил эльф.

– Что ж, как знаешь, – развёл руками Сурт, – в таком случае наши дороги расходятся. Главное, припомни мои слова, когда будешь умирать, – сказал Сурт.

Серьёзный тон Сурта, без капли иронии или усмешки, заставил задуматься эльфа и усомниться в своей правоте.

На самом деле Сурт вовсе не хотел запугивать. Он даже мог предположить, что Херосский лес остановит индулов. Но сейчас у него было одно желание – укрыться на севере от опасности. А встретившийся задира вполне мог стать полезным союзником в опасном путешествии.

– Ладно, мне пора. Возможно, армия покончила с Лоэсским лесом и выдвигается сюда. Нельзя терять времени, удачи.

Сурт хотел продолжить путь к горам, но его остановил звук ментального сигнала. Он обернулся на эльфа-задиру, того тоже насторожил сигнал тревоги, проникший в разум. Сурт догадывался, что предвещал этот сигнал, но по его расчётам вещий сон верховная провидица должна увидеть гораздо позже, а весть из других лесов не могла дойти до Херосского. Во всяком случае, именно так было с их лесом. В то время как армия, учитывая дальний путь и многочисленность, должна добраться сюда не раньше, чем через сутки. Он решил не выдавать своего замешательства задире:

– Думаю, ты знаешь, зачем подан этот сигнал. Что ж, вперёд, – улыбнулся Сурт, – думаю, скоро ты либо разочаруешься в эльфах этого леса, либо будешь присутствовать при уничтожении армии, убравшей с лица Антарии два эльфийских поселения.

Сурт поспешил к горам, события развивались не так, как он предполагал, а значит, непобедимая армия могла появиться в любой момент. Он сошёл с тропы, направившись к одной из меньших гор хребта, в надежде наткнуться на перевал. Сурт не прошёл и половину пути от леса до гор, как услышал за спиной лёгкий, едва различимый шум шагов. Обернувшись, он увидел эльфа-задиру:

– Ты не думай, – сказал он, поравнявшись с Суртом, – я уверен в мощи своего леса. Просто решил сходить с тобой на север. Говорят, в Сайлорсокм лесу, живут самые искусные воины. Хочется сойтись с ними в спарринге, - не без хвастовства заявил задира.

– Конечно, – скрывая усмешку, сказал Сурт, – я понимаю.

– Я даже на сбор возле хутрея Верховной семьи не пошёл. Взял всё необходимое и за тобой. Подумаешь, даже если нападут на нас индулы. Отобьемся. Что дальше? Снова скучная жизнь и пара дружеских сражений за неделю. Это не по мне.

Сурт чувствовал, что эльф скрывает за своими словами страх. Его можно понять, несколько минут назад он сделал тот же выбор, что и Сурт: выбрал из двух зол лучшее.

– Надеюсь, ты знаешь, что такое север? – спросил Сурт нового товарища.

– Знаю ли я о севере? – переспросил задира. – Конечно, я знаю. Всю свою сознательную жизнь прожил недалеко от этих гор. Мне родители в детстве много чего про Северную Антарию рассказывали. Тогда ещё она не отделилась, и каждый мог туда попасть. В основном, конечно, были сказки, но встречались и правдивые истории. Так что я представляю, что стоит ожидать от неприветливых снежных пустынь и густых хвойных лесов.

И вновь Сурту показалось, что товарищ лишь хвастается, рассказывая о непонятных ему вещах. Вряд ли он хорошо понимал, что такое «снег» и «хвойный лес». Сурт и сам плохо разбирался в северных терминах, что неудивительно для эльфа, прожившего всю жизнь в тёплом краю.

– Тебя как зовут-то? – спросил Сурт, осознав, что не знает имени попутчика.

– Ридаз.

– А я – Сурт.

Дальше, до самых гор, они прошли, не проронив ни слова. Когда Сурт и Ридаз достигли склона горы, они поняли, что ни тот, ни другой не знают, как найти перевал и добраться до Северной Антарии.

– Ты что, не знаешь, куда нам идти? – вскрикнул Ридаз на Сурта.

– Нет. Откуда мне было знать, – спокойно ответил Сурт, разглядывая горы, вставшие на пути, – Я наудачу шёл, уверен, что в горах есть тропа для перехода.

– Конечно, есть! Только пока мы её ищем, армия, о которой ты говорил, покончит с лесом и обнаружит нас!

– Что ты ноешь? – всё так же спокойно, спросил Сурт у мельтешащего перед глазами Ридаза. – Ты же уверен в мощи Херосского леса. Нам нечего бояться. Ты идёшь на север, чтобы преподать урок тамошним эльфам. Тем более ты самый великий фехтовальщик Антарии, – голосом, полным сарказма, напомнил Сурт. – Если бы я жил недалеко от гор, я ещё в детстве излазил бы их вдоль и поперёк, – упрекнул попутчика он.

Ридаз  не слушал, он успокоился и поглядывал на Херосский лес, откуда ещё недавно сбежал. Он подумывал вернуться назад, вот только мысль о неведомой армии пугала.

Сурт принял решение устроить привал возле гор, чтобы переждать ночь. Сейчас, в темноте, они вряд ли обнаружат верный путь. Было жаль вновь терять драгоценное время, но оно уже было упущено в лесу, теперь им больше ничего не оставалось, кроме как упустить ещё пару часов.

Под утро, как только начало светать, Сурт разбудил Ридаза:

– Ты идёшь? – спросил заспанного товарища эльф, нашедший тропу, которая могла вывести их на противоположную сторону гор.

Ридаз лишь пробормотал что-то себе под нос, встал и, протирая глаза на ходу, поспешил за Суртом:

– Я так понимаю, ты выбрал эту тропу, надеясь наудачу?

– Да. А ты можешь предложить что-то более умное?

– Нет, не могу, – ответил Ридаз и, не говоря более ни слова, последовал за товарищем.

Эльфы шли около получаса, поднимаясь всё выше в гору. Незначительные препятствия на пути, такие, как валуны, преграждающие проход, или крутые склоны, с лёгкостью преодолевались. Тропинка, выбранная Суртом, иногда расходилась, эльфы сворачивали, полагаясь на интуицию. И она долгое время их не подводила. На одном из поворотов они заметили, что тропинка обрывается, а её продолжение находится почти в трёх метрах от них.

– Идём назад, – развернулся Ридаз, – не так далеко была развилка. Пойдём по другому пути.

– Нет, – остановил его Сурт. – Мы перепрыгнем обрыв.

– Ты что? – одарил Ридаз непонимающим взглядом попутчика. – Даже если мы допрыгнем до той стороны, неизвестно, выдержит ли камень. Может произойти обвал!

– Я понимаю. Но посмотри, тропа ведёт вверх и огибает гору. Вполне возможно, что она выведет нас на противоположную сторону. Тогда нам останется лишь спуститься. Если же мы вернёмся, неизвестно, сколько придётся плутать по этим дорожкам.

Но Ридаз не слушал Сурта, он смотрел в сторону бывшей родины. Из леса поднимались клубы дыма, с горы было заметно, как огонь распространяется от хутрея к хутрею. Сурт понял – Херосский лес пал. Нужно торопиться и покинуть Южную Антарию. Оставалось лишь надеяться, что на север они не пойдут. Сурт заметил, как глаза Ридаза затуманились от слёз. Задира еле слышно проговорил:

– Я до конца верил, что Херосский лес может выстоять против любой армии.

– Не волнуйся, – Сурт похлопал товарища по плечу. –  Я не знаю, что нас ждёт впереди. Но уверен, что в жизни мы перебьём несколько сотен этих собакоподобных тварей. В память о воинах, что сражались за твой лес. Не забывай, что нам неизвестно ничего о Сайлорском лесе, возможно, он тоже пал. Если это так, наша судьба – судьба беженцев. А теперь нам стоит поспешить, иначе бегство из леса будет напрасным.

Ридаз молчал, он думал о чём-то, глядя на огонь, поглощающий лес.

– Понимаешь, – продолжил Сурт, – твою родину не вернёшь, её больше нет. Сейчас нужно думать в первую очередь о себе, нужно продолжать путь. Нужно жить своей жизнью. Нужно бороться за неё.

Эльф бросил на Сурта секундный взгляд, полный решимости, и, разбежавшись, с лёгкостью перепрыгнул обрыв. Сделав ещё пару шагов, он остановился, развернулся и махнул рукой. Сурт решил не отставать от товарища и последовал его примеру. Прыгнуть так же хорошо, как  и Ридаз, у него не получилось. Сурт едва долетел до противоположного края тропы. Он перевёл дыхание после того, как сделал шаг подальше от края.

– Поспешим, – сказал Ридаз и пошёл вперёд.

С каждой минутой становилось всё холоднее. Путники надели поверх лёгкой куртки ещё одну, чтобы не замёрзнуть. Вскоре они вышли на противоположную сторону гор. С высоты северный край казался огромной белой пустыней. В центре неё, словно огромная надзорная башня, возвышалась крепость Фрост. Её каменные стены, покрытые инеем, будто постепенно поглощались снежной пустыней. Вокруг людской крепости можно было разглядеть множество маленьких домиков, здесь жили в основном охотники, рудокопы и воины. По сути, на севере больше и заняться нечем было. Чуть южнее крепости Фрост находилась конечная цель путников – Сайлорский лес, зелёный остров жизни среди снежных пустынь. На радость Сурту и Ридазу лес не казался разграбленным и сожжённым.

– Идём дальше, – сказал Сурт. – Когда спустимся с горы, устроим ночлег.

Ридаз лишь кивнул.

Вскоре начался трудный спуск. Тропа становилась менее пологой и более скользкой. Путникам приходилось использовать клинки в качестве опоры, чтобы не скатиться вниз.

– Начинает смеркаться, – подметил Ридаз, – стоит поторопиться. Нам нужно успеть разжечь костёр до ночи, иначе могут напасть дикие звери.

– Успеем, – успокоил его Сурт.

Когда они спустились, Сурт отправился на поиски хоть сколько-то годных для костра веток. Ридаз же выбрал место для ночлега – поляну возле самого склона. Чуткий слух распознал мягкие шаги недалеко от него. Это не Сурт, он собирал ветки восточнее поляны. А шаги раздавались с севера.

– Неужели дикий зверь, – подумал Ридаз.

Клинки мгновенно оказались в руках.  Вскоре в темноте сверкнули два глаза. А чуть позже Ридаз различил морду животного. Внушительных размеров кошка с красивой, белой с черными пятнами шкурой и с метровым пушистым хвостом, подергивала мокрым носом. Видимо, к поляне её привлёк незнакомый запах. Кошка, подойдя к Ридазу, с любопытством уставилась на него.

– Похоже, это её территория, – подумал Ридаз. – Кажется, она не представляет опасности, выглядит довольно дружелюбно, но кто её знает, что она задумала.

Осторожно продвигаясь к зверю, Ридаз смотрел кошке прямо в глаза, надеясь вовремя отскочить, если в них мелькнёт гнев. Но она лишь слегка повернула голову, продолжая разглядывать подходящего. Видимо эльфы не вели охоту в этих краях и звери их не боялись. Ридаз отметил, что лапы у кошки массивные, а за ними наверняка прячутся крупные острые когти, способные убить и растерзать жертву в мгновение ока. Рисковать не хотелось. Он подошёл достаточно близко к северной кошке. Ему хватило одного взмаха сабли, чтобы прикончить зверя. На белом снегу появились багряные пятна крови. Кошка не успела даже испугаться или разозлиться. Она упала замертво. С востока послышался шорох и шум борьбы.

– Похоже, ещё один хищник поймал жертву, – подумал Ридаз, очищая клинок от крови. – Не зря говорили, что в этих краях одна из опасностей – стаи зверей.

Вскоре вернулся Сурт, увидев мертвую кошку, он прикрикнул на Ридаза:

– Ты что наделал?

– Убил хищника, – пожал плечами Ридаз.

– К трупу могут сбежаться падальщики.  Я набрал веток, нужно отойти от этого места, разобьём лагерь подальше. Идём.

***

Северные эльфы мало чем отличались от южных собратьев, неизвестно почему, но они почти не изменились. То ли времени с момента заселения Сайлорского леса прошло слишком мало, то ли их врождённых способностей хватало, чтобы жить среди вечных холодов. Из одежды северные эльфы предпочитали лёгкие, удобные, но в тоже время тёплые вещи. Основным промыслом эльфов севера была охота, а также продажа шкур после неё. Как и южные собратья, они отлично ладили с животными, приручали их и использовали.

В последнее время, возле гор часто встречались отряды из трёх-четырёх северных эльфов. С какой целью они находились там, никто не знал. Можно было лишь догадываться о том, что они опасаются проникновения кого-то на территорию, через перевалы в горах.

Одна из таких групп хотела приступить к ужину, возле костра, когда со стороны гор послышался разговор и шаги. Эльф из отряда, отложив еду, отправился на разведку. Вернулся он через несколько минут. Посмотрев на приятелей с некоторым беспокойством, он лишь кивнул головой. Эльфы нахмурились. Завалив костёр снегом, они покинули место стоянки, отправившись на встречу  незваных гостей.

Как и многие разведывательные отряды, этот состоял из четырёх эльфов и животного, прирученного снежного барса. Все эльфы из отряда были следопытами. Они поддерживали ментальную связь с верховным советом, через друидов, находящихся в Сайлорском лесу.

Слова разведчика подтвердились. Гостями оказались эльфы с юга. Несмотря на врождённую ловкость, они не могли бесшумно передвигаться по снегу, в то время как северные эльфы делали это без труда.

Все четверо, следуя указаниям совета, до поры, до времени лишь наблюдали за пришедшими с юга. Вдруг снежный барс, покинул отряд, приближаясь к южным эльфам.

– Стой, Румб! – хотел пойти за ним хозяин, но другие эльфы из отряда его остановили.

– Нам нельзя выдавать себя, некоторое время, – прошептал эльф, схвативший хозяина кошки за плечо. – Они не должны  знать, что за ними наблюдают. Помнишь?

– Они убьют Румба, – огрызнулся тот.

– Румб не станет нападать без приказа. Они тоже не станут убивать его, пока будут чувствовать, что зверь не представляет опасности.

Отряд наблюдал за гостями, благо спор членов группы не был услышан. Ветер дул в их сторону и унёс слова далеко от южных эльфов. Тем временем, Румб – ручной барс – вышел к южному эльфу, изучая его с присущим ему любопытством. Эльфы видели, как хозяин барса, бормотал что-то. Видимо, просил Симорга защитить друга. Подойдя поближе, кошка покорно села, давая понять эльфу, что не желает зла. Эльф, похоже, не понимал его намерений и, достав клинки, убил барса. Хозяин Румба сорвался с места, желая отомстить, но трое членов отряда схватили его за плечи и, прикрыв рот ладонью, уложили на землю.

– Только попробуй сорвать нам задание из-за смерти барса, – прошипел один из группы. – Ты-то отделаешься простым выговором, а нам это может грозить кое-чем посерьёзнее.

Хозяин Румба попытался вырваться из хватки товарищей, но после нескольких безуспешных попыток оставил это дело и успокоился.

– Хорошо, – сказал он. – Сейчас я не буду убивать. Но когда нужно будет взять эльфов в плен, этот окажет сопротивление и мне придётся его убить.

– Я не против, – отпустили товарища эльфы, – только думай об этом поменьше, тебя может услышать верховный совет.

– Знаю я, – бросил хозяин Румба, отряхиваясь от снега.

– Как там эльфы, – спросил один из отряда.

– Они ушли, – доложил другой.

– Как ушли? Они услышали нас?

– Думаю, что нет. Они не спеша отходят на запад. Наверное, решили уйти подальше от трупа.

– Отправляемся за ними, – проговорил эльф.

Отряд двинулся на запад. Хозяин Румба шёл угрюмый, погрузившись в мысли. Сейчас его не заботила ни миссия, ни предсказание друидов. Сейчас он просил прощения у друга и обещал ему, что похоронит его, как только покончит с убийцей.

Члены отряда с беспокойством глядели на хозяина барса. Но беспокойство было вызвано вовсе не сожалением и сочувствием, а скорее боязнью. Они боялся, что гнев и желание мести помешает их заданию. Особенно теперь, когда на территорию Северной Антарии впервые за много лет ступила нога южного эльфа.

– Гурайл, только давай без глупостей, – проговорил один из эльфов.

***

– Давай, вставай, – растолкал Ридаза Сурт. – Солнце встало, пора идти.

– Да, да. Сейчас, – начал подниматься эльф.

Костёр возле их лагеря горел всю ночь. Они спали поочерёдно, поддерживая огонь и поглядывая в темноту. Готовясь в любой момент отбить нападение хищников.

Сурт не стал рассказывать товарищу о своих опасениях. Ему казалось, что всю ночь за ними следили. С востока доносились едва слышные шорохи, но это не был, ни дикий зверь, ни игра ветра. Шорохи издавали разумные существа. Кто это, эльфы, индулы или люди, он не мог понять. Как только отходил от лагеря, пытаясь обнаружить их, звуки стихали. Поиски не дали никаких результатов, будто никого и не было. Сурт, в конце концов, списал всё на усталость и излишнее беспокойство, но бдительности не уменьшил.

Путники стали пробираться сквозь деревья к Сайлорскому лесу. Судя по расстоянию, увиденному вчера с вершины, до него оставалось часа четыре пути. Сурт и Ридаз решили идти без остановок.

Как бы они не пытались шагать бесшумно, снег под ногами хрустел. Как только они отошли от костра, поднявшийся ветер проморозил руки и ноги эльфов, идти становилось всё сложнее.

– Боюсь, придётся развести костёр, согреться, – предложил Сурт, отбивая зубами чечётку.

Ридаз лишь кивнул, не в силах, что-либо сказать. Челюсть замёрзла и плохо слушалась.

И тут до них донеслись звуки шагов. Кто-то приближался, на большой скорости. Путники переглянулись и, достав из ножен клинки, приготовились к тому, что может произойти в следующий момент. Вскоре к шагам бегущего присоединились ещё трое. То ли они преследовали первого, то ли все четверо бежали к нему с Ридазом. Шаги звучали всё ближе. Сурт и Ридаз не успели среагировать, как из-за деревьев выскочил эльф. Молниеносным движением его клинок нанёс удар, пронзив сердце Ридаза.

Не понимая, что здесь происходит, Сурт двинулся в атаку на нападавшего. Он понимал, что перед ним северный эльф. И вовсе не из-за того, что тот был одет в странную одежду. Скорее Сурт чувствовал, что это не южный собрат. Но почему он напал, Сурту было непонятно. Сурт сделал выпад на эльфа. Тот без труда блокировал удар.

– Не нужно, – сказал он, – нет нужды сражаться с тобой. Мы должны провести тебя в Сайлорский лес. Этот убил моего друга, барса, сейчас он понёс наказание.

Только теперь Сурт заметил, что трое других эльфов добежали до них и две стрелы, вложенные в лук, смотрели на него, готовые в любой момент полететь к цели.

– Хорошо, – сказал Сурт. – Провожайте.

Как только он понял, что опасность не угрожает, Сурт вложил клинок в ножны, позабыв о  непутёвом товарище. В конце концов, сам виноват, не нужно убивать зверей, тем более, если не уверен, есть ли у них хозяин.

– Мне нужно многое рассказать вам и вашему верховному совету.

– Расскажешь, идём, мы проводим тебя. Вот одень это на руки, – эльф из отряда отдал Сурту странный элемент одежды – тёплую и в то же время удобную форму для рук, сделанную из шерсти

Сурт поспешил надеть её, чтобы руки в конец не замёрзли. Надо сказать это получалось у него с трудом. Тот, что подарил ему перчатки (так называлась эта одежда), видя проблемы Сурта, помог надеть их.

После двое из отряда эльфов прошли вперёд, указывая Сурту путь, в то время, как двое других отошли назад.

– Наверное, чтобы прикрыть тыл, – подумал он.

Сурт решил, что южные эльфы почётные гости в этих краях. Наверное, здесь знают о неведомой армии и хотят помочь в войне с ними. Разговаривать ему было не с кем, все члены из встретившего Сурта отряда, шли с невозмутимыми лицами, нерасположенными к общению. Поэтому он стал глядеть по сторонам, возможно, если бы не холод, он мог бы восхищаться загадочностью северных пейзажей. Раньше он на них не обращал внимания, опасность не позволяла рассматривать странности снегов.  Необычные деревья росли в этих краях, их листья похожи на маленькие тонкие иголочки. Солнце, меньшее, чем на небе юга и мёртвая река с твёрдой водой поражали Сурта. Он будто попал в другой мир. Всё здесь было безжизненно и с трудом мирилось с ужасной жизнью. От Южной Антарии здесь не осталось ничего.

Глава 2.

– В любом случае нам придётся идти к нему на приём, – услышал Эл сквозь сон до боли знакомый голос, принадлежавший провидице Алиене.

– Я так понимаю, стоит заняться этим сразу после совета, – проговорил ещё один эльф, которого Эл знал не хуже первого, это был Димар. Слова долетали до разума, будто преодолевая огромные расстояния. Значения каждого слова доходили до Эла с большим трудом.

– Да. Нужно отправиться в Лову сразу после допроса Амбассора. Нельзя это откладывать, – подтвердила Алиена.

Туман в голове начинал постепенно рассеиваться, позволяя мыслям проникнуть в разум. Эл вспомнил события предыдущего дня. А может и не предыдущего. Кто знает, как долго он проспал. Алиена с остальными вернулись из Руанского леса, а значит, провалялся в кровати он не мало. Они остановили колдуна. Непобедимого, как считалось раньше. У них получилось. Он чётко помнил каждый удар по посоху колдуна. Он помнил, как сияние окутало тело и разум. Магия колдуна не могла оставить даже царапины на коже после этого. Но сияние не позволяло Элу действовать так, как того желает он. Оно будто управляло им. Что же произошло в тот злосчастный ливень?

Парень открыл глаза. Он лежал на одной из кроватей укрытия. Недалеко от него собрались все члены сопротивления: Димар, низкорослый эльф с перевязанной рукой, провидицы Ирена и Алиена, Эвил с наставником Волаком, целительница Макрена, друг Эла Прут, близнецы Дерик и Квин, а также людской кузнец, его ученик и жена. Здесь же, облокотившись на стену, стоял Архин, индул, который помог эльфам. Многие из сопротивления занимали места на стульях, принесённых из «обеденного» отсека пещеры. В руках Ирены находился посох, Длань Эрефа, отобранный у колдуна после битвы.

В сознании Эла, будто картинки, всплыли события последних минут битвы: Димар, пытавшийся остановить его, отлетает в сторону, вскоре недалеко падает Архин. Ирена запускает заклинание, которое сияние не может погасить. Эл падает без чувств, ударившись обо что-то, скорее всего об одно из деревьев, растущих на острове. Последнее воспоминание заключалось в том, что он готов был напасть и на Ирену, если бы всё пошло иначе. Что они теперь думают о нём? Димар получил травму, видимо, неудачно упав после броска Эла…

Парень повернулся на бок. эльфы, занятые обсуждением возникших проблем, не заметили его пробуждения. На соседней кровати без сознания лежал колдун. Он сильно изменился с того момента, как Эл видел его последний раз: вместо шикарных одежд с загадочными символами он был одет в обыкновенный потрёпанный коричневый пиджак, странная тёмная кожа посветлела, а волосы на самом деле оказались вполне человеческими – тёмными. Странно, но сейчас Эл не чувствовал той лютой ненависти, которая затуманила разум во время битвы, сейчас колдун вообще не интересовал парня.

Эл сел на кровати. Тело ломило от слабости. Эльфы обратили на него внимание, как по команде обернувшись. Ирена кивнула кому-то из них. Алиена подошла к парню и положила руку ему на плечо.

– Как себя чувствуешь? – спросила она.

– Нормально, – пожал плечами Эл.

Он не знал, что ещё сказать. С того момента, как Эл проснулся, эльфы прекратили обсуждение и будто ждали чего-то.  Может объяснений… Но он сам не понимал, что произошло… Снова и снова мысли возвращались в те моменты: дождь, гром, молния, колдун и странное сияние, обволакивающее с головы до ног. Он был будто в плену…

Эл пробежал по лицам всех стоящих в пещере. Близнецы и Волак со своим учеником смотрели на него со страхом, некоторым пренебрежением и крупицей гордости, видимо, Димар и Ирена рассказали всем о том, что произошло в тот злополучный  ливень. Макрена с Прутом, те, кого он мог назвать друзьями, смотрели с удивлением и ярким желанием узнать чуть больше. Во взгляде Ирены Эл заметил каплю понимания и соучастия, чего никак не мог ожидать. Димар улыбался ему той улыбкой, которой всегда встречал раньше. Будто не так давно Эл не зверел вовсе и не отталкивал его в сторону. Кузнец и люди, пришедшие с ним, отвели взгляд, когда Эл посмотрел на них. И только в одних глазах, в звериных глазах Архина, лучилась радость победы. Он будто сиял от того, что план осуществился.

– Можешь встать? – спросила Алиена. – Пойдём, прогуляемся, поговорим…

Эл догадался по мягкому тону Алиены, что у неё могут быть ответы на терзавшие вопросы. Пересиливая боль, он кивнул,  встал с кровати и направился к выходу из пещеры. Алиена, кивнув Ирене, последовала за ним.

Состояние Эла постепенно улучшалось. Когда Эл вышел из пещеры, он уже не боялся упасть, делая новый шаг. Раздумывая над тем, что увидел в пещере, Эл понял, что на лицах не было того, чего он так боялся – осуждения. Значит, они понимают, что он не виноват в случившемся. Скорее всего, понимают…

– Расскажешь, что произошло вчера? – задала вопрос Алиена, когда Эл присел на камень, лежавший недалеко от входа в пещеру.

– Значит, дождь и битва произошли всё-таки вчера, – убедился Эл.

Он огляделся вокруг, после битвы остров было не узнать. Деревья повалены молниями, в одном месте до самой реки тянулся ров, образованный огромным огненным шаром.

– Я сам не понимаю, что произошло, – пожал плечами подросток.

– Эл, видимо, ты меня не понял. Я не прошу объяснить, что произошло. Я хочу, чтобы ты рассказал мне об этом. Просто перескажи события, чувства.

– Я не хотел причинять им вред, это получилось непроизвольно! – будто не услышав провидицу, занял оборонительную позицию Эл.

– Успокойся, – мягким тоном сказала Алиена. – Никто тебя не обвиняет. Я прошу тебя рассказать о событиях, произошедших до и во время битвы с колдуном.

– Хорошо. Я так понимаю, что Архин рассказал вам историю от своего лица?

– Конечно.

– Даже догадываюсь, что вы послушали историю Ирены с Димаром?

– Я же хочу понять, что здесь произошло.

– В таком случае, если вы имеете общее представление о сражении, можно я начну с того момента, как со мной началось неладное?

– Начинай, откуда считаешь нужным. Только не забудь упоминать о чувствах, впечатлениях, которые ты испытывал. Это важно. Ассоциации может какие.

– Хорошо, – Эл пересказал Алиене события того дня, стараясь не упустить ни одной важной детали. Иногда провидица останавливала его, уточняя что-то, переспрашивала никчёмную информацию и периодически кивала головой.

– Что ж, – сказала она, когда Эл подошёл к концу рассказа, – боюсь, я не узнала ничего нового, – в голосе провидицы мелькнули нотки разочарования. – Думаю, ты тоже хочешь услышать ответы на некоторые вопросы. Если такие есть, задавай. Я попытаюсь ответить.

Эл задумался над тем, какой вопрос задать в первую очередь и на какие из вопросов Алиена не сможет дать ответов.

– Что со мной произошло? – спросил он.

– Выплеск энергии, – пожала плечами провидица, будто это и без того очевидно. – Проблема лишь в том, что в тебе её много.

– Значит, я могу пользоваться магией? Швырять молнии, файерболы, держать вещи в воздухе, так?

– Почти. Послушай сначала мои соображения по этому поводу, а потом задавай следующий вопрос. – Эл кивнул. Провидица продолжила. – Ещё во время нашей первой встречи я удивилась тому, что ты воин. Ирена пояснила мне, что детство ты провёл среди людей, которые не могли провести определение и обучить тебя магии.

– Определение? – в очередной раз перебил провидицу Эл.

– Определение – это некий обряд, на котором смотрят, в состоянии ли эльф обучиться магии. Обладает ли он нужным количеством энергии, – пояснила Алиена.

– Нужным количеством? Значит, энергия есть в каждом?

– Да. Энергия течёт даже в тех, кто избран на определении как воин. Просто её уровень настолько мал, что не позволит сотворить простейшее заклинание.

– Класс, – улыбнулся Эл, – получается, я могу стать магом?

Алиена кивнула.

– Получается так. Только не магом, а друидом.

– А из-за чего произошёл этот выплеск? Из-за испуга? – спросил он.

– Не думаю. Скорее всего, это защитная реакция организма. Сияние же возникло после попадания заклинания в тебя. Хотя, мне кажется, страх сыграл некоторую роль, он позволил энергии взять твой разум под контроль. Кстати, я собиралась взяться за твоё обучение в ближайшее время. Помнишь, когда я просила передать Макрене, что готова продолжить её обучение, я упомянула, что собираюсь учить ещё кое-кого?

Эл вспомнил, как рассказал Макрене об этом, и как они гуляли после этого по острову, вдвоём. Вернее втроём. Она, он и Тейл, конь Эла.

– Да, помню. Алиена, – обратился Эл к провидице, – прежде чем вы продолжите рассказывать мне об этой энергии, ответьте на вопрос: вы не знаете, где Тейл? Что с ним случилось?

– Мы не видели его с того момента, как покинули остров, убегая от колдуна. Не знаю, что с ним. Может испугался грозы, что прошла в тот день, может даже его задело молнией или огненным шаром. Специально мы не искали, а к нам он не подходил.

– Ладно, – взгрустнул Эл, – я поищу его позже.

– Так вот, – вернулась Алиена к разговору о магии, – тот, кого я хочу учить, ты. Количество твоей энергии превосходит все вообразимые пределы. Я даже не могла представить, насколько превосходит. Твой уровень энергии, её количество в сотни раз выше, нежели у Ирены.

– Это плохо? – спросил Эл, заметив в голосе Алиены нотки обеспокоенности.

– Это может создать проблемы вроде той, что была во время грозы, когда ты бился с колдуном. Честно говоря, я впервые слышу о том, что энергия может взять разум под контроль. Сказал бы мне кто-нибудь это лет пять назад, я бы назвала его сумасшедшим.

– Значит, я уникальный?

– Получается так, – пожала плечами Алиена, – но я бы не стала гордиться этой уникальностью. Насчёт обучения, теперь, когда колдун не представляет опасности, нам никто не помешает. Думаю, несколько месяцев и мы сведём к минимуму возможность повторного выплеска энергии.

– Подожди, подожди, Алиена, – протараторил Эл, – какое обучение. Я собирался отправиться на север к родителям.

– Боюсь, с этим стоит подождать. Во-первых, ещё не решены проблемы с границей Северной и Южной Антарии, пока даже не понятно, по каким причинам они отделились. Во-вторых, неизвестно что может произойти, если выплеск произойдёт вновь.

– С границей я сам могу разобраться. У меня есть на примете проводник. А насчёт выплеска, он произошёл первый раз за семнадцать лет. Если я не буду вступать в бой с магами, он может не произойти вовсе. Я не собираюсь ждать ещё несколько месяцев. Мои родители думают, что я погиб. Я отправлюсь как можно быстрее. Обучением можно будет заняться позже, когда вернусь.

– Возможно, ты прав. Тем более если выплеск произошёл как защитная реакция организма на ожог. Давай договоримся так: ты отправишься на север к родителям, повидаешься с ними и через пару месяцев вернёшься сюда. Обучение нужно провести, иначе остаётся риск.

– Хорошо. Я даже хочу научиться этим магическим штучкам и сейчас, но важнее для меня всё-таки найти родителей.

– Если не секрет, кто проводник? Архин?

Эл кивнул

– Мы с ним не обсуждали подробности, но он предложил помощь. Думаю, он не откажется от своих слов.

– Ладно. Есть ещё вопросы ко мне или мы можем вернуться в пещеру?

– Есть. Я эльф?

– Я думала, для тебя это очевидно, – вновь пожала плечами провидица. – Конечно, ты эльф. Во-первых, ты не чувствуешь страха перед индулом, по сравнению с людьми. Они-то даже при близости Архина испытывают боязнь. Хоть и зарекомендовал он себя как друг. Во-вторых, все физиологические признаки налицо. И в-третьих, энергия. Слишком мало людей обладают ей. Лишь несколько магов. В общем, я бы на твоём месте даже не сомневалась.

–  В таком случае я тем более должен отправиться на север и спросить родителей, откуда я. Откуда у меня эта сила.

– Вряд ли они знают об энергии, – покачала головой Алиена, – хотя уверена, что она с рождения. Думаю, твои кровные родители, узнав об опасности, поспешили избавиться от неё, отдав тебя в семью людей.

– Так почему бы им просто не убить меня. Когда я был маленьким? Нет меня, нет проблемы. Верно?

– Верно. Понимаешь, это лишь мои предположения, вполне возможно события развивались не так, как я их описываю.

– Ладно. Вернёмся в пещеру, –  встал Эл с камня.

– Это все вопросы, которые ты хотел задать?

– Нет. Просто на некоторые из них я могу получить ответ во время совета.

Когда Эл и Алиена спустились в пещеру, они увидели, что Амбассор пришёл в себя и сейчас сидел на одном из стульев. Весь совет, судя по всему, ждал возвращения Алиены. Эл занял место недалеко от Прута. Тот спросил о его самочувствии, Эл лишь подмигнул другу с улыбкой на лице. Алиена кивнула Ирене в знак признательности и заняла своё место.

Эл в очередной раз отметил, что Амбассор уже не тот грозный колдун. Сейчас перед ним сидел маленький, скромный, испуганный мужичок. От былого величия не осталось и следа. Видимо, посох обеспечивал ему даже устрашающий вид.

– Амбассор, – обратилась Ирена к колдуну, – теперь, когда посох у меня, я требую от вас ответов на вопросы.

– Конечно, – покорно ответил колдун.

После этих слов Эл обратил внимание на Ирену. Она тоже изменилась. С колдуном она разговаривала без тени улыбки, без тени сочувствия, нежели в разговорах с членами сопротивления. Хотя он точно помнил, именно она не позволила Элу убить колдуна. Несмотря на холод в голосе, Ирена вежливо обращалась на «вы» к собеседнику. Подростка несколько смутили подобные странности в поведении провидицы.

– Скажите, что двигало вами, когда шестнадцать лет назад вы повели за собой тысячи индулов и напали на эльфийские леса?

– Я хотел спасти людей, – не слишком уверенно ответил Амбассор.

– Что? – переспросили сразу несколько эльфов.

– Я хотел спасти людей, – повторил колдун, пытаясь скрыть неуверенность в голосе.

– Что за бред ты несёшь! – вскрикнул Волак.

– Успокойся, – приказала ему Ирена. – Амбассор, поясните свои слова.

– Простите, я не знаю, как к вам обращаться.

– Ирена, – сказала эльфийка.

– Так вот, Ирена. Шестнадцать лет назад я встретил странных эльфов в чёрных рясах, с рисунком в форме древа на груди. Они рассказали мне, что эльфы хотят подчинить Антарию себе. Понимая, что против искусных воинов у людей мало шансов, я принял их условия. Они предложили мне напасть на леса Южной Антарии, – рассказывая о причинах нападения, Амбассор всё больше понимал, какую глупость сотворил. Он винил себя за то, что согласился уничтожить расу, за то, что не остановился после нападения на леса и продолжил охоту. Хотя мог и прекратить, мог… Но показывать страх выжившим Амбассор не собирался, он решил принять ту участь, что уготовят эльфы. Да и выбора другого попросту не было, посох у них, а без него Амбассор никто.

– Бред… Эльфы никогда не собирались нападать на людей, – заверила его Ирена.

– Возможно, вы в силу своего возраста не слышали об этих планах, – не уступал Амбассор.

– Я вас заверяю, – взяла слово Алиена, – ничего такого у эльфов в мыслях не было.

– Простите, но, как я понимаю, вы живёте в Дефиате. Вполне возможно, эльфы не посчитали нужным информировать вас.

Ирена заметила, что Волак начинает выходить из себя, а его рука  в любой момент могла потянуться к клинкам. Нужно переводить разговор с Амбассором в другое русло. Посмотрев на Алиену, она заметила лёгкий кивок головы и обратилась к мужчине:

– Хорошо, сейчас не столь важно, правду вам сообщили те странные эльфы или нет. Обратно историю не повернуть. Вероятнее всего вас обманули. С какой целью, непонятно. Почему эльфы захотели смерти своих братьев, тоже непонятно. Я только не понимаю, почему вы действовали столь безрассудно, почему никак не проверили эти слова, почему не рассказали Элберу[1] об этом.

– Я глубоко сомневался, что данный конфликт можно разрешить дипломатическими силами.

Ирена видела, что Волака, единственного из сопротивления, злит каждое слово, сказанное Амбассором. Но поделать ничего не могла, выгнать Волака у неё не было оснований, он сдерживал язык за зубами, а Амбассору нужно задать ещё не один вопрос. Поймав взгляд Алиены на себе, Ирена стала метать взор на Волака. Пожилая провидица не сразу поняла намёк, но вскоре всё-таки попросила эльфа составить ей компанию во время прогулки. Волак не был из числа глупых, поэтому понял причину столь несвоевременного желания прогуляться, но отказать провидице не мог. Ирену же абсолютно не волновал тот факт, что все, включая самого Волака, заметили её игру глазами.

– После расскажешь мне всё, – шепнула она Ирене, проходя мимо неё.

– Что ж продолжим, – сказала Ирена, когда провидица с Волаком покинули пещеру. – Где вы взяли Длань Эрефа?

– Посох мне дали эльфы. Послушайте, Ирена, я, конечно, не настаиваю, но, возможно, мне стоит по памяти пересказать разговор со странными эльфами.

– Хорошо. Но если я не услышу в вашем пересказе ответов на свои вопросы, я спрошу их у вас.

– Конечно, – пожал плечами Амбассор и пересказал Ирене и совету разговор, произошедший на мосту шестнадцать лет назад, настолько точно, насколько возможно помнить такие вещи спустя много лет.

Ирена прервала бывшего колдуна лишь однажды, когда он дошёл до момента разговора, где странный эльф предложил Амбассору метод привлечения на свою сторону индулов. Весть о том, что эльфы предложили в качестве приманки артефакт, оставленный Вайлендом, в существовании которого она не сомневалась, напугала её. После вопроса Ирены  Амбассор поспешил заверить совет, что артефакт индулы не получили, более того, поиски силы Вайленда не принесли никаких результатов.

Когда Амбассор закончил пересказ разговора, Архин задал ему вопрос, который мучил его не одну ночь:

– Так вы не посланник Вайленда?

– Нет, – пожал плечами Амбассор, – историю с посланником придумал Грох, я лишь пришёл к нему с предложением напасть на эльфов. Его, надо сказать, не пришлось долго уговаривать.

Ирена улыбнулась и задала последний вопрос:

– Индулы знают, где вы?

– Конечно. Шаман Грох знает.

– Спасибо, – одно лишь это слово вызвало недоумение в душе многих присутствующих, но то, что было сказано далее, шокировало некоторых членов совета, а также Амбассора. – Я не смею вас более задерживать, – обратилась Ирена к бывшему колдуну, – вы помогли мне многое понять. К вам у меня лишь один совет: впредь постарайтесь избегать непродуманных решений.

Амбассор не понимал, разыгрывает его эльфийка или действительно готова отпустить, простить все те беды, что навлёк Амб на эльфийский народ. Не веря своим ушам, он продолжал сидеть на стуле, не вставая с него. Но Ирена больше ничего не говорила, она ждала. В пещере нависла напряжённая тишина. После пары минут молчания и бездействия Амбассор всё же встал… Встал и осторожно начал двигаться к выходу, стараясь не обращать внимания на десяток пар глаз, буравящих его. Амбассор до сих пор сомневался, что эльфы его отпускают. Он шёл к выходу, готовясь принять разряд молнии, выпущенный в спину. От ожидания скорого толчка по спине пробежали мурашки. Но нет… Амбассор делает шаг за шагом, но за спиной ни шороха, ни намёка на готовящийся удар.

– Амбассор, – голос Ирены будто гром рассёк тишину. Никогда ещё произнесение этого имени не пугало мужчину настолько сильно, он буквально подпрыгнул от страха.

– Да? – повернулся он к провидице.

Лицо Ирены растянулось в довольной ухмылке, видимо, она получила удовольствие от испуга того, кто так долго держал в страхе всех эльфов.

– Последний вопрос: где вы будете жить? Я хотела бы узнать это, на случай, если у меня возникнет ещё парочка вопросов, ответы на которые вы могли бы дать.

– У друга, Брента из Дефиата. Вы должны его знать.

– Конечно, я знаю. Не знаю только, как он вас примет, но в любом случае могу пожелать вам удачи. В прошлый раз вы позволили нам убить его, и он об этом знает.

– Хорошо, – кивнул Амб, – спасибо.

Повернувшись к выходу, он продолжил путь. Бывшему колдуну удалось выйти из пещеры, но никто не попытался ему помешать. Лишь злобный взгляд Волака настораживает, но нужно идти дальше, нужно продолжать, моля богов, чтобы милость эльфов оказалась реальной.

Мгновенья спустя Амб на берегу реки сталкивал плот, а за спиной никаких звуков погони. Перебравшись через реку, Амбассор упал на песок пляжа, слегка опираясь на руки. По щекам покатились слёзы, но это были не слёзы счастья. Амбассор оплакивал всех тех, кого по его приказу убили индулы в те страшные минуты нападения. Он проронил слёзы лишь во второй раз за столь долгий период своей жизни.

***

Сразу после окончания совета трое друзей выбежали наружу и убежали подальше от надоедливых взрослых. Эл стал пересказывать друзьям, как он бился с колдуном. Изредка Архин, присоединившийся к ним чуть позже, поправлял Эла или добавлял что-то от себя. Макрена и Прут восторженно глядели на Эла – эльфа, остановившего колдуна.

Эл рассказывал и радовался, что те беззаботные времена, в конце концов, вернулись. Пускай Сун затерялась в огромной Антарии и найти её не представлялось возможным, а Элед погиб в ту ужасную ночь. Пускай новые друзья не смогут в полной мере заменить ему старых, но с ними так же хорошо, как и в те минуты, что проводили возле разрушенной крепости четверо подростков из деревенских семей.

– Что теперь собираешься делать? – спросил Прут, когда рассказ был закончен. – Может быть, вступишь в королевскую армию? Ах, нет… – улыбнулся он. – Я и забыл, что тебе армия не нужна, один можешь целые страны захватывать…

– Нет, – не оценил шутку Эл, – я сейчас отправлюсь на север к родителям. Да и то, что со мной случилось в тот ливень… Знаешь… Лучше бы это не повторялось… Кто знает, каких я бед могу натворить в подобном состоянии.

– Может, ты и прав… – пожал плечами Прут. – Слушай, а можно с тобой на север, а?

– Конечно. Почему нет. Только идти нам придётся через горы.

– Без проблем. Я не против и через горы.

– А я останусь здесь, – взгрустнула Макрена, – мне учиться нужно…

– Не волнуйся, – подмигнул Эл, – Алиена разрешила мне повидать родителей месяцок-другой, а после сказала возвращаться. Мне нужно учиться контролировать то, что внутри меня. Так что в скором времени я присоединюсь к тебе.

– Это хорошо. Только два месяца, это же так долго…

– Не волнуйся. Не успеешь оглянуться, они пройдут.

– Если бы…

– Ей, – воскликнул Эл, – не грусти.

– Хорошо, – слегка натянуто улыбнулась Макрена, – не буду. До сих пор не могу поверить, что весь этот кошмар закончился. Теперь не нужно бояться и прятаться.

– Теперь всё будет по-другому, поверь. Архин, Прут пошли собираться. Мне хочется поскорее увидеться с родителями…

– Идём, – Прут с Архином встали, готовые выдвинуться хоть сейчас.

***

– Меня всерьёз беспокоит то, что рассказал Амбассор, – поделилась Алиена, когда Ирена поведала сказанное Амбассором после её ухода. – Я уверена, что он правдив с нами, это даже не обсуждается. Но откуда взялись эти странные эльфы и какие цели они преследуют  – непонятно. Их возможности, судя по всему, стоят на одном уровне с твоими. Всё, что мы знаем о них, это то, что их как минимум двое, они ходят в чёрных рясах с рисунком древа, а также то, что  им удалось обнаружить Длань Эрефа и использовать её против нас. Не много, согласись…

– Да. Хотя ещё можно упомянуть их возможность телепортироваться… Интересно, сколь дальние расстояния им подвластны?

– Не знаю. Сейчас после победы у нас слишком много дел, чтобы разбираться ещё и с ними. И, знаешь, нам очень повезло, что эльфы выбрали в качестве исполнителя именно Амбассора. Всё могло бы обернуться куда хуже, окажись посох в руках другого человека.

– Я знаю, – кивнула Ирена.

Когда Ирена сказала Амбассору, что он помог многое понять, провидица лукавила. Бывший колдун, ответив на заданные вопросы, сам того не желая, поставил перед ней другие, ответы на которые найти гораздо сложнее.

– Хорошо, – выдала Алиена после нескольких минут раздумий. – Я постараюсь  узнать больше об этих эльфах, а ты займись возрождением народа, ну и всем тем, что с этим связано. Главное, будь всегда начеку, кто знает, что у эльфов на уме. – Ирена поняла, что Алиена подразумевает не только странных эльфов, необходимо держать в поле зрения ещё и Волака, Эвила и прочих. Тех, кто может сделать неверный шаг. – Макрену возьму с собой, займусь её обучением в пути. Вернусь, как только узнаю об этих эльфах что-нибудь интересное. Отправлюсь завтра с утра.

– Ладно. Только, может, лучше оставить Макрену со мной?

– Не волнуйся. Мы же пойдём за информацией. В этом нет ничего опасного. Да и у тебя на одну обязанность будет меньше.

– Хорошо. Убедила, – улыбнулась Ирена.

– Кстати, насчёт Эла. О нём тоже не стоит беспокоиться. Я разрешила ему навестить родителей, вскоре он отправится с Архином на север. Думаю, он сможет держать себя в руках.

– Когда ты это говоришь, ты подразумеваешь, что он не выплеснет энергию в очередной раз?

– Думаю, да. В конце концов, я же не могу заставить его остаться здесь. Он сам сделал этот выбор. Да и энергия в его теле вела себя спокойно, до вчерашнего дня.

– Н-да… Проблем слишком много…  – вздохнула Ирена. – А мне казалось, после колдуна будет проще.

– Зря тебе так казалось. А насчёт проблем могу дать совет: нагрузи ими других.

– В смысле?

– Не делай всё сама. К примеру, дай задание Элу те, что связаны со снежным краем. Он может за себя постоять и народу помочь. Не стоит относиться к нему как к ребёнку. Да и Димара стоит подключить.

– Хорошо, я подумаю, – сказала Ирена, а позже добавила, – Боже, как подумаю, сколько дел появилось, худо становится. Кажется, будто решаю одну проблему, а вместо неё появляются ещё две.

– Так бывает. Помнишь сказку о драконе, которому рубили голову, а вместо неё вырастало ещё две. Чтобы его сразить, нужно пронзить сердце. Так вот, чувствую, что у наших проблем сердце – странные эльфы.

Глава 3.

– Тейл! Тейл! – кричал Эл, обходя остров и противоположный берег реки в поисках коня. Ни протяжного ржанья, ни стука копыт он не услышал. Тейл пропал. Эл не смог найти друга ни живым, ни мёртвым.

– Что ж, – подумал он, – даже если бы я нашёл его, взять с собой в горы не смог. На свободе ему будет лучше.

Он хотел возвращаться к пещере, как услышал за спиной шаги. Эл узнал их, неторопливая и решительная поступь. Шла Ирена. Эл обернулся и понял, что не ошибся. Он, как и многие эльфы, научился распознавать по звуку шагов не только принадлежность к расе, но и личность идущего, если до этого встречался с ним и слышал характер его шагов.

Например, звук лап индула, ступающих на землю, можно спутать разве что со звериными шагами. Единственное различие между ними в том, что индулы передвигаются на двух лапах. Эльф легко слышит эту малую разницу в звуках. Шаги эльфов, в отличие от людских, более мягки и бесшумны. Их сложно различить заранее среди звуков природы  даже опытному следопыту.

Ирена, видимо, не расставалась с посохом ни на секунду после того, как забрала его у колдуна.

– Мне Алиена сказала, что ты собираешься на север к родителям, – заговорила Ирена.

– Да, собираюсь. А что?

– Я просто хотела попросить тебя выполнить на севере пару дел.

– Чем смогу, – кивнул Эл.

– Слушай внимательно. Сходишь в лесное поселение северных эльфов и добьёшься встречи с верховным советом. У него узнаешь причину разделения Антарии, а также могут ли они оказать нам сейчас посильную помощь. Конечно же, перед этим поведаешь им о событиях последних дней. И вот ещё что, – Ирена отдала скрученный и обёрнутый верёвкой пергамент, который до этого держала в руках, – передашь это Верховному эльфу Сайлорского леса. У меня дел не мало, кто знает, когда я смогу освободиться и навестить северных братьев.

– Без проблем. Я справлюсь. А что в письме?

– Эл, – загадочно улыбнулась Ирена, – ты же не являешься мастером дипломатических разговоров?

– Нет, – пожал плечами Эл.

– В письме то, что поможет свести разговор с советом к минимуму. Если хочешь, можешь позже прочитать его. Я не против.

– Хорошо. Прочитаю, чтобы иметь представление, о чём следует сказать, а что совет узнает из твоего письма.

– Отлично. Держи ухо в остро и попытайся что-нибудь разузнать о силе Вайленда или Симорга, оставленной ими в Антарии перед уходом. Запоминай даже легенды, сказания, какие-то слухи. Мы ничего не знаем об артефактах этих двух богов, а хотели бы, поэтому важна, может быть, любая мелочь.

– Тоже не проблема, если что узнаю, передам по возвращении вам.

– Только не додумайся в открытую расспрашивать совет об артефактах.

– Не буду. Что я, глупый.

– Я так не говорила, – потрепала Эла по макушке Ирена. – Будь осторожен на севере, – добавила она.

Ирена не доверяла северным эльфам, именно поэтому попросила Эла не рассказывать совету об артефактах и быть осторожнее. По её мнению, северные эльфы вполне могли быть инициаторами перекрытия границ с Южной Антарией. Ирена опасалась, что странные эльфы в чёрных рясах – выходцы снежных лесов. Слишком долгое время от их северных братьев не было вестей и это не могло не настораживать.

На самом деле у Ирены для Эла было ещё одно задание, но она решила не рассказывать об этом, так как ощущала уверенность, что Эл раздобудет данную информацию без лишних напоминаний. Ирена твёрдо знала, Эл спросит родителей, как появился у них, от кого усыновили эльфа. Ей же останется расспросить об этом по прибытии Эла из-за гор.

– Теперь идём. Я слышала, твои друзья собирают вещи для похода.

– Да. Мы хотим отправиться сегодня. Мне и собираться-то не нужно, все необходимые  вещи – мой рюкзачок, клинок, лук, подаренный Димаром, и колчан стрел.

– А пища, тёплая одежда? На севере холодно.

– Знаю, – отмахнулся Эл. – Архин обещал достать всё это. Сказал, вернётся часа через три. Мы с Прутом готовы, ждём только его.

– Хорошо. Кстати, насчёт Макрены не волнуйся, Алиена приглядит за ней, пока тебя не будет, – подмигнула Ирена.

– Я знаю. Алиена говорила, что собирается обучать её.

– И вот ещё что. Думаю, когда ты вернёшься из-за гор, мы будем в Руанском лесу. Чтобы тебе не пришлось искать нас.

– Ладно. Я учту.

Когда они подошли к пещере, Ирена отправилась по своим делам в «обеденный» отсек, а Эл  присоединился к Пруту ожидать возвращения Архина. Жизнь в сопротивлении после победы над колдуном остановилась. Все будто хотели дождаться чего-то, прежде чем приступить к плану по возрождению расы. Архин не заставил ждать долго, он вернулся, как и обещал, почти через три часа  после своего ухода. Принёс с собой запас еды и тёплую одежду: шапку, куртки, перчатки и тёплые ботинки. На вопрос, как он её раздобыл, Архин лишь невнятно подрыкивал. Одежда пришлась впору Пруту и оказалось слегка мала для Эла. Архин, извинившись, пояснил, что это был самый крупный размер.

Сняв одежду, они разложили её по рюкзакам. В Южной Антарии в тёплых вещах не было никакой надобности.

– Всё вроде готово. Выдвигаемся? – спросил Прут у Эла.

– Конечно. Идите к северному берегу, я вас догоню, – махнул рукой Эл, – нужно предупредить Ирену, что мы ушли.

– Будем ждать, – подмигнул Прут, надевая тяжёлый рюкзак на спину.

Дождавшись, когда Прут с Архином покинут пещеру, Эл поторопился в обеденный отсек, там он застал Ирену с Димаром, эльфов-близнецов и Волака, они, судя по всему, распределяли обязанности, которыми следует заняться в первую очередь. Голоса, мгновенья назад, обсуждавшие насущные проблемы, затихли. Все устремили взор на Эла.

– Уходишь? – спросила Ирена.

– Да. Архин с Прутом отправились к берегу, сейчас через реку переберёмся и в путь.

– Что ж, удачи.

– Спасибо. Ирена, ты извини, что ухожу, когда вам так пригодился бы лишний эльф.

– Ничего. Главное не забудь, что можешь помочь нам, находясь там.

– Хорошо. Не забуду. Не знаешь, где Макрена?

– Знаю. На поляне, отойди немного восточнее от выхода из пещеры, встретишь её.

– Откуда такая точность? – удивился Эл.

– Она с Алиеной там разговаривает.

– Ладно. Удачи вам здесь. Надеюсь, ещё увидимся.

– Обязательно увидимся, – пожал руку на прощанье Димар. – Береги себя. Север – место опасное.

– Знаю. Пока, – Эл махнул рукой и поспешил по коридору к выходу.

Он нашёл Макрену там, где говорила Ирена, на поляне. Эльфийка сидела на траве, поджав ноги под себя, и слушала Алиену. Увидев Эла, она извинилась перед провидицей, встала со своего места и подбежала к нему:

– Эл, ты не поверишь! Я тоже отправляюсь в путешествие!

– С нами, – не смог скрыть радости Эл.

– Нет. У Алиены появились неотложные дела. Она возьмёт меня с собой, чтобы не откладывать из-за них обучение. – Макрену затронула радость Эла. По спине пробежал холодок. – Мы выдвигаемся завтра утром.

– Рад за тебя. А мы выходим уже сейчас.

– Уже сейчас? – переспросила Макрена.

– Да. Архин и Прут ждут меня, – Эл заметил, что Алиена уходит подальше в лес, чтобы дать им возможность попрощаться. Ведь он не увидит Макрену два месяца. Только сейчас Эл осознал, насколько это долго.

В воздухе нависла неловкая тишина, Эл понимал, что нужно что-то сказать, но слова застряли на подступах, осев где-то в голове. Он просто смотрел на Макрену, пытаясь понять, о чём она думает. Нравится ли он ей так же, как нравится она ему? У Эла появилась горящее желание нежно обнять подругу на прощанье, но скованность движений могла испортить всё впечатление от объятия.

– Ну, до встречи, – пожал плечами Эл, проклиная себя за нерешительность.

Макрена, ничего не ответив, сделала неловкий шаг к Элу и нерешительно поцеловала эльфа. Тот, в конце концов, почувствовав лёгкую раскованность мыслей и действий, ответил на поцелуй, поражаясь себе. Душа от нового чувства взлетела к небесам, а ноги подкосились от волнения. В эти мгновенья Эл забыл обо всём на свете, обо всём, кроме Макрены.

– Я люблю тебя, – нежно проговорил Эл, после поцелуя.

Он держал Макрену за руку и смотрел ей в глаза, пытаясь прочитать в них ответ. Но в глазах девушки он увидел грусть, которая никак не сочеталась с широкой улыбкой. Эл растерялся. Он не понимал, что произошло. Почему она скрывает грусть за улыбкой? Попытавшись отогнать грустные мысли, Эл решил, что Макрена грустит из-за расставания с ним. Судя по всему, он ей нравился ничуть не меньше, чем она ему.

– Ты мне тоже нравишься, – сказала она через некоторое время. – Очень… Вернее, я тебя тоже люблю… Кажется… Понимаешь, я как тебя увидела в Руанском лесу, сердце ёкнуло и с тех пор стучит быстрее. Мне очень хорошо рядом с тобой, думаю, это и есть любовь…

Эл заметил, что Макрена едва сдерживает слёзы. Он не мог понять, что произошло. Что он сделал не так? Почему Макрена расстроилась? Почему путается в словах, неужели не любит? А может, волнуется, как и он сам? А что, если действительно не любит, а обидеть не хочет? В таком случае, зачем поцеловала?

Вопросы в голове водили хоровод, но ответов среди них не было. Отогнав все сомнения, Эл обнял Макрену, наслаждаясь последними секундами рядом с ней. После прильнул губами к её щеке и произнёс:

– Макрена, прости. Меня ждут. Нужно идти. До встречи. Обещаю, вернусь так скоро, как смогу. Навещу родителей и вернусь. Я люблю тебя, – помахал он рукой на бегу, постоянно оборачиваясь к Макрене.

– И я тебя, – негромко произнесла девушка.

Макрена, улыбаясь, провожала Эла взглядом. Теперь, когда она нашла в себе силы рассказать ему о своих чувствах, сделать решающий шаг, им приходилось расставаться. Она даже не успела побыть с ним рядом, до последнего момента надеясь, что Эл передумает и останется. Тогда никакое обучение, никакая Алиена не смогли бы её заставить отправиться в путешествие. Как же было тяжело смотреть и осознавать, что не увидит его два месяца. Ей хотелось плакать, но она не плакала. Не могла себе позволить подобной слабости. Эл не должен переживать. Пускай вспоминает её только с улыбкой на лице и никак иначе.

Как только Эл скрылся за деревьями и ушёл далеко от поляны, Макрена рухнула на землю и зарыдала. Она плакала несколько минут, не находя в себе силы сдерживать накопившееся напряжение.

– Успокойся, Макрена, – положила руку на плечо девушке, пришедшая провидица, – ты не удержала бы его, даже если попыталась. Он решил отправиться к родителям. Успокойся. Два месяца в пути пролетят, не усеешь оглянуться. А у нас есть дела, важнее, чем оплакивать ваше расставание. Вставай.

Макрена до глубины души поразилась прямолинейности наставницы.

– Моё счастье было так близко, а я его упустила, – сказала она, утирая слёзы.

– Почему упустила? Он же рано или поздно вернётся к тебе.

– Конечно, – пожала плечами Макрена, – вернётся.

– Вот и всё. И нечего плакать. Ты же эльфийка.

– Одинокая эльфийка, – поправила Макрена, на что провидица лишь улыбнулась, решив не вступать в спор с ученицей.

***

Оставив Димара недалеко от Лоэсского леса, Ирена прошла вглубь, чтобы сделать первый шаг в восстановлении родного дома. Подняв Длань Эрефа над головой, она вложила в посох всю оставшуюся в ней энергию. Слившись в один поток, магия Эрефа и магия Ирены вырвались на свободу. Провидице необходимо было направить этот поток и сосредоточить его в определённых местах. Ирена восстанавливала защиту Лоэсского леса, разрушенную во времена нападения на эльфов.

Защита каждого эльфийского леса была создана в годы заселения Антарии. Она состояла из нитей энергии, переплетённых и проходящих сквозь каждое дерево леса, сквозь каждое живое существо. Защита не могла противостоять физическим проникновениям в лес, будто каменная стена вокруг леса. Она защищала жителей от магического воздействия. Если бы шестнадцать лет назад колдуну не удалось разрушить защиту – лесной пожар не уничтожил бы и трети деревьев, а на пепелище через пару лет выросли бы молодые ростки могучих исполинов.

В некоторых источниках говорилось, что нити энергии, образующие защиту леса, имеют скрытые функции, проявляющиеся в чрезвычайных ситуациях. Так, например, многие верили, что нити способны воззвать к духу древа и вызвать его в наш мир в виде энта. Среди некоторых эльфов существовало поверье, что рождённые с судьбой друида  получают первую энергию через нити.

Сосредоточившись на восстановлении нитей, Ирена не обратила никакого внимания на незримое присутствие в её ритуале кого-то постороннего.

Она плела нить за нитью, прокладывая её от корней деревьев и до самой высокой точки леса.  В голове весьма некстати  всплыли картины из детства: прогулки с друзьями, ураганчики из опавших листьев, творимые отцом. Отогнав мысли, способные помешать работе, она продолжила восстановление.

Когда весь лес был покрыт незримой паутиной теней, Ирена опустилась на колени и тяжело вздохнула. Восстановить защиту трёх лесов, пускай даже с помощью силы Эрефа – дело не из лёгких. Если бы не Алиена, имеющая представление о строении защиты, у Ирены бы ничего не вышло. Именно Алиена готовила провидицу к этому тяжёлому, а главное ответственному процессу.

Времени на отдых не было, поэтому провидица перевела дух, встала и пошла к одному из выжженных деревьев. На протяжении шестнадцати лет многие из них стояли как изваяния, не протягивая веток к небу, не укрывая наготу листьями. Ирена положила руку на дерево и почувствовала лёгкое тепло, исходящее из него. У неё снова получилось.

– Нужно возвращаться к Димару. Ещё много дел, – решила Ирена.

Выйдя из леса, она легко улыбнулась Димару, давая понять, что с ней всё в порядке. Но слабая улыбка на измученном лице не убедила эльфа.

– Может, прежде чем отправляться в Лову, передохнём?

– Нет. Мы без того потратили много времени. Думаю, Элбер предоставит нам возможность для отдыха.

– Как скажешь, – пожал плечами Димар, – идём. Только уставший вид может помешать в переговорах.

– Не помешает, будем давить на жалость, – улыбнулась Ирена, – у тебя рука сломана, я уставшая. Пусть думают, что мы не в силах постоять за себя.

Ирена пошла вслед за Димаром, решив не посвящать его в свои опасения: ей казалось, что камень в посохе становится холоднее и с каждой следующей минутой всё сильнее тускнеет. Это было весьма некстати, ведь сейчас посох являлся гарантом безопасности всех эльфов.

Совет, собранный после победы над колдуном, постановил заняться возрождением былого величия эльфийского народа. Сказать, как обычно, было легче, чем сделать. Выживших со всей Антарии набралось бы несколько десятков, не больше. Восстановить былую численность эльфийского народа в таких условиях не представлялось возможным. А ведь именно эльфы, их количество и желание помогать были залогом успеха в возрождении. Эл, отправившийся на север, даже не предполагал, как много зависело от него. Если Северные эльфы согласятся помочь южным, проблема с численностью исчезнет быстрее, чем можно предположить. Кроме того, на совете было решено, чтобы как можно меньше людей и эльфов знали о том, что Амбассор остался жив.

Вскоре Ирена и Димар добрались до столицы людской жизни – города Лову. Охрана без лишних вопросов пояснила, как пройти к дому короля. Горожане с нескрываемым любопытством смотрели на неожиданных гостей и в открытую перешёптывались, разглядывая эльфов.

– Я бы предпочёл, чтобы на меня не пялился каждый, – нарочито громко сказал Димар, оглядываясь вокруг.

– Не обращай внимания, – шепнула Ирена, – они думают, что мы сумасшедшие, раз осмелились явиться в город. Надеюсь, Элбер отнесётся к нашему визиту нормально, иначе придётся заставить его разговаривать на равных, – взглянула Ирена на посох.

– Не знаю. Не знаком с Элбером лично, но придерживаюсь мнения – какой король, такие и поданные.

– Посмотрим. Смысл гадать, если мы почти пришли, – пожала плечами Ирена.

Эльфы подошли к высокому зданию, стоявшему в самом красивом и прибранном районе города. Дом, в котором жил Элбер, был окружён высоким забором, а у входа стояла стража, охраняющая покой государя. Как только Ирена и Димар подошли к плечистым парням, закованным в латы, один из них доложил:

– Король Элбер ожидает в приёмном зале. Я провожу вас.

Димар, Недоумевая, посмотрел на Ирену, безмолвно спрашивая: «Твоих рук дело?»

– Не волнуйся, – прошептала она ему на ухо, – моя работа лишь человек на входе в город. Он пропустил нас, а сам побежал докладывать о визите двух эльфов королю.

– Забавно, – улыбнулся Димар, – а я всё делаю по своей воле?

– Конечно. Я не играю с разумом без надобности.

Ирену с Димаром проводили в большой зал, стены которого украшал разнообразный орнамент. Ирена подметила, что символика Эрефа вышла из жизни людей, в то время как в каждом эльфийском доме, до пожара, можно было заметить символ Симорга – древо. Трон, стоявший в зале, видимо, был установлен лишь для важности, так как Элбер занимал место за столом переговоров. По периметру помещения располагались стулья для людей заинтересованных, но не участвующих в переговорном процессе. Сегодня таких не было.

– Ты можешь идти, Вил, – обратился Элбер к охраннику, проводившему эльфов.

– Да, Ваше Величество, – отчеканил охранник.

Элбер был немолодым мужчиной, однако седина не затронула его волосы. Ни бороды, ни усов на лице короля не было, что делало его чуточку моложе в глазах окружающих.

– Прошу, занимайте места, – пригласил Элбер, эльфов, – нам есть, что обсудить.

– Для начала ответьте на один вопрос, – произнесла Ирена заготовленную фразу, оставшись при этом на месте. – Кто для вас эльфы: союзники, народ, который вас не интересует, или существа, мешающиеся под ногами.

– Глупый вопрос, – лицо короля расплылось в ухмылке. – Вы не можете мешаться под ногами. Чтобы посмотреть вам в глаза приходиться задирать голову. Даже если бы я считал эльфов врагами, – пояснил Элбер, – я не настолько глуп, чтобы сказать вам об этом, не имея за плечом охраны. Да и вас простые слова не убедят. Пройдите за мной, – встал Элбер с места, – я покажу вам кое-что интересное, что разъяснит мои намерения. А уж после продолжим разговор.

– Вы нас заинтересовали, – улыбнулась Ирена в ответ. – Ведите. Любопытно посмотреть.

Элбер встал с места и отправился к двери, что находилась недалеко от трона. Димар и Ирена пошли за ним.

– Думаешь, это безопасно? – шепнул Димар провидице.

– Не сомневаюсь. Если бы он захотел нас убить, он бы уже попытался это сделать.

Димар кивнул, но слова Ирены его не убедили. Их путь пролегал через бесконечные помещения, коридоры, лестницы, и вёл на нижние этажи здания, возможно, даже в подвалы. Ирена, не снижая бдительности, разглядывала красоты королевского дома. Оформители всерьёз потрудились даже над самыми отдалёнными коридорами и залами, всюду на окнах висели пышные портьеры, стояли оригинальные, красивые, иногда даже устрашающие статуи, а мягкие ковры с великолепными узорами, лежащие всюду в королевском доме, заслуживали отдельного внимания.

– Как вас зовут? – спросил Элбер, обернувшись к эльфам, не сбавляя хода.

– Меня – Ирена, а мой друг – Димар, – коротко пояснила провидица.

Эльфы и король спустились в очередной коридор. Он резко отличался от предыдущих тем, что сюда совсем не проникал свет, а стены и пол не украшали ковры и картины. Огонь свечей, стоявших в канделябрах, лишь слегка разгоняли тьму, стоявшую в коридоре. Ирена испустила свет из посоха, чтобы не оступиться в потёмках.

– Что он хочет показать нам? – думала провидица. – Вряд ли на нашем пути засада или какая-то другая опасность… Это так или иначе связано с истреблением эльфов или колдуном. Король ведёт нас в подвал здания. Что там может быть? Может, заключённый, связанный с колдуном? Индул?.. Наёмник?.., – мелькали в голове догадки. – А может, ему удалось вырвать эльфа из рук наёмников и выходить его? В любом случае он вряд ли бы пошёл на то, что могло бы нанести вред людям. Может, он ведёт нас к мощному магическому артефакту, который прячет  от колдуна. Возможных вариантов слишком много, проще подождать и увидеть всё своими глазами.

Ирена посмотрела на спину Элбера, утопающую в темноте и вопреки своему решению продолжила цепочку предположений:

– А что, если интуиция меня обманывает и он вовсе не на стороне эльфов? Ведь он не знает о поражении колдуна… Чего стоит ожидать от людского короля, если он решит убить их?..

Мысли Ирены, постепенно переходящие лишь в сомнения, прервал король:

– Храбрый поступок с вашей стороны - явиться в город, где каждый третий готов перерезать вам глотку, – снова попытался завязать разговор Элбер.

– Он перестает быть храбрым, как только ты осознаешь, что сам можешь перерезать что угодно и кому угодно, – зло отозвался Димар.

– Простите. Я ни в коей мере не хотел вас обидеть. Мне лишь любопытно, с какой целью вы пришли ко мне.

– Давайте обсудим это, после того, как посмотрим на то, что вы хотите показать, – сказала Ирена.

– Хорошо. Мы, собственно, пришли.

Элбер подошёл к одной из дверей коридора и, вставив ключ в замочную скважину, повернул его. Раздался щелчок. В коридоре на мгновенья нависла абсолютная тишина. Димар положил руку на эфес меча, а Ирена лишь улыбнулась, готовая к любому развитию событий.

Король распахнул дверь, за ней оказалась винтовая лестница, ведущая вверх. Лестница привела к очередной запертой двери. Ирена с Димаром услышали звук сражения. За дверью шёл бой.

– А дружеская ли ведётся дуэль? – подумала Ирена.

Элбер открыл дверь. Лица эльфов вытянулись от удивления, а в глазах отразилось непонимание происходящего.

Глава 4.

Год  нападения на эльфийские леса

Амбассор пожал руку королю Элберу, вставая из-за стола переговоров.

– Благодарю вас за понимание. Очень надеюсь, что обязанности, заключённые в договоре, будут беспрекословно выполняться вами, – сказал колдун.

– Как и вами, в свою очередь, – улыбнулся Элбер.

– В этом можете не сомневаться, я держу своё слово.

Амбассор покинул королевский дом. Элбер тяжело вздохнул. Не прошло и пяти лет с момента его восхождения на трон, как начали происходить события, требующие незамедлительного решения. И зачастую, как сейчас, приходилось идти наперекор убеждениям, ради народа, присягнувшего ему.

***

Кардин бежал что есть сил, моля Симорга спасти его от стрел преследователей. Оглядываясь, он видел всё тех же людей, бегущих за ним и кричащих что-то нечленораздельное. Кардин даже не пытался разобрать слов преследователей. До укрытия оставались считанные метры. Собрав последние силы, Кардин разбежался и нырнул в озеро. Проплыв несколько метров вдоль берега, он свернул в подводную пещеру, которая на протяжении нескольких месяцев служила для него домом.

Преследователи Кардина, служащие королевской армии, забравшись в воду, не смогли обнаружить эльфа. И после нескольких минут безуспешного поиска бросили это дело.

– Король будет недоволен, узнав, что мы убили одного эльфа, – сказал капитан группы.

– Плевать, это не такое простое дело, носиться за этими высокорослыми. Если отдает такие странные приказы, объяснял бы нам их причину. Если так хочется, пускай сам вылавливает этих эльфов.

– На то мы и придворная армия, чтобы выполнять приказы короля, не обсуждая их.

– Обычно в логичности приказов сомневаться не приходится, здесь же совершенно другой случай. Я на службе более восьми лет, но за эльфами гоняюсь впервые, – солдат сплюнул в воду, продолжая бормотать что-то нечленораздельное.

– Эти гонки за эльфами выгодны лишь наездникам на грифонах. У тех хоть работа появилась, а то птички в гнёздах совсем засиделись. Нам же что? – мужчина плюнул.

– Возвращаемся в Лову. Ремин и Фриг, оставайтесь здесь. Не думаю, что эльф выйдет из воды в окрестностях восточного берега, но подстраховаться стоит. Даже если он в подводной пещере, есть шанс, что он выйдет здесь, отправившись за едой.

– Есть, – отозвались Ремин и Фриг.

– Ждите сутки, если ничего не произойдёт – возвращайтесь в город, – приказал капитан. – Будьте начеку. Эльф нам не верит и вполне обоснованно захочет отомстить за товарища.

В это время в пещере Кардин вылез из воды. Он щёлкнул по кольцу, одетому на палец, отбрасывая на горстку заготовленного хвороста яркие искры. Сухие ветки в мгновение ока вспыхнули и загорелись ярким огнём, осветившим всю пещеру.

Рассматривая пляшущие тени, он думал о том, что делать теперь. Теперь, когда друг Нелатар, с которым он полгода бегал от индулов, наёмников и колдуна, погиб. И не просто погиб, его убили. Убили члены королевской армии. Даже людской король встал против эльфов. Что происходит с миром? Древние союзы разрушаются, эльфы погибают один за другим…

Отбросив пустые размышления, которые могли привести лишь к помутнению рассудка, Кардин открыл одну из бутылок с вином, которые они с Нелатаром выкрали из погреба вельможи, проживающего в Лову.

Качественное, выдержанное вино, которое в другой ситуации вызвало бы лишь вздох одобрения, сейчас показалось Кардину чем-то несущественным. Сделав ещё глоток, эльф закрыл бутылку и поставил её на место, в ящик с заготовленным продовольствием. В голове прояснилось, все рассуждения вытеснил холодный расчёт, он знал, что должен делать.

Выплыв из пещеры, Кардин обогнул лагерь двух караульных, оставленных на берегу реки, и без единого звука начал прокрадываться к их спинам. Осталось лишь пару метров. В руке молниеносно появился кинжал. Эльф забыл обо всём. Лишь месть имела значение. Ещё шаг. Через мгновенья королевские собаки поплатятся за совершённое. Через мгновенья  кинжал рассечёт их кожу и исказит наглые улыбки на лице. Ещё шаг. Они ничего не слышат. Но что это? Шум? Шаги сзади! Они не одни!

Не успел Кардин оглянуться, как на голову опустилось что-то тяжёлое. От резкой боли эльф упал на колени, а сознание провалилось во тьму.

– Неужели ты, глупый эльф, думал, что я оставлю своих людей одних, – усмехнулся капитан группы, высланной на поимку эльфов. – Свяжите его, – обратился он к Ремину и Фригу, подбежавшим к капитану. – Возвращаемся в Лову.

– Вы не сильно его? Короля не устроит, если и этот погибнет.

– Не волнуйся, соображать будет, а этого достаточно. Пошли.

Очнувшись, Кардин первым делом огляделся вокруг, без труда догадавшись, куда попал. Он лежал на кровати одного из деревенских домов, связанный по рукам и ногам. Клинок и кинжал  изъяли, не посчитав нужным снять с пальца кольцо. Он хотел было бежать, но в комнату вошли.

– Очнулся, наконец, – услышал Кардин голос воина королевской армии. – Вставай, – мужчина дёрнул эльфа за плечо.

– Пускай поест, – приказал капитан группы. – Иначе скопытится в пути.

Проклиная себя, эльф поел. Как он, опытный следопыт, умудрился так попасться? Да ещё кому? Человеку! Возможности бежать не было,  за ним пристально следили трое членов королевской армии. Никакого оружия. Даже вилку не дали. Отвлечь их? Убежать от людей, конечно, скорости хватит, но вот не догонит ли эльфа брошенный вслед кинжал или нож. Нет, необходимо было выбрать более подходящий момент.

После обеда в глазах эльфа почернело. Он вновь упал без сознания, с трудом осознавая, что происходит. Видимо, пища, предложенная ему, содержала специфические специи, приготовленные королевскими алхимиками.

Вскоре они продолжили путь в столицу Антарии – эльф со связанными руками и без сознания и три воина, двое из которых поддерживали Кардина за руки.

***

В неописуемом страхе озираясь по сторонам, член королевской армии шёл по индулской деревне. На него смотрели сотни глаз. Ему хотелось бросить мешок, перекинутый через плечо, и бежать куда глаза глядят, лишь бы подальше от этого места. Но наказание за невыполнение приказа заставляло пересиливать врождённый инстинкт и подходить всё ближе к шаману индулов. Его начальник остался недалеко от деревни, решив отправить на выполнение королевского приказа молодого паренька.

– Король Элбер шлёт вам это, – сбросил со спины мешок парень. – Пока это всё, что удалось поймать, – заикаясь произнёс он.

– Один эльф? – прорычал шаман.

– Да. Как вы знаете, вылавливать эльфов - дело не из лёгких, но люди делают всё, чтобы сохранить мир между двумя нашими народами, – произнёс королевский солдат, заранее заготовленную фразу.

– Что ж, неплохо. Передай вашему королю, что Амбассора устраивает вклад в развитие общего дела. Удачи, человек.

Парень оглянулся на индулов, которые будто подходили всё ближе, и бросился бежать прочь из деревни. Вслед ему слышалось удовлетворённое улюлюканье индулов, отдалённо напоминающее смех.

– Готовьте церемонию, – обратился Грох к индулам.

***

– Оставьте нас, – приказал король, когда связанного эльфа ввели в тронный зал.

– Есть, – в один голос ответили трое членов группы  и вышли за дверь.

– Как тебя зовут? – спросил король эльфа.

– Какая разница? Хотите надпись на надгробии выбить? – проворчал Кардин.

– Не разделяю твоего настроения. Я собираюсь сохранить тебе жизнь, дать убежище на время войны.

– Никакой войны нет, она была проиграна эльфами в тот же день, как началась.

– Ошибаешься, – голос короля был мягок, он как отец разъяснял что-то эльфу, будто неразумному сыну. – По всей Антарии в живых осталось несколько сотен эльфов и ситуация такова, что на полное истребление эльфийского народа колдуну и его приспешникам понадобится более двадцати лет. За это время многое может произойти. Я хотел бы сохранить ваш народ. Мои люди вылавливают вас для вашего же блага.

– Звучит так, будто вы хотите сохранить редкий вид животного, чтобы вашим детям было на что посмотреть.

– Думай, что хочешь, я не хочу, чтобы эльфы исчезли с лица земли. А как ты это трактуешь,  не моё дело.

– А Нелатар? Ему вы тоже хотели только добра?

– Кто такой Нелатар? – насторожился Элбер. – Твой друг, которого убили мои люди?

– Да. Он самый. Как вы ему помогли? Убили? – уставился эльф на короля.

– Да, мы убили его. Но при этом помогли другим эльфам, а также людям, отведя взгляд Амбассора от нас.

– Забавно. Вы всегда таким образом проблемы решаете? Принося в жертву невинных? – съязвил Кардин.

– Его бы в любом случае убили. И тебя бы убили. Наёмники, индулы, сам колдун – какая разница?

– Вы слишком самоуверенны. Эльф может за себя постоять, тем более, когда он не один. Тем более, когда эти эльфы Нелатар и Кардин.

– Так значит, тебя зовут Кардин? – удовлетворённо ухмыльнулся король.

– Какая разница! Я не собираюсь отсиживаться в вашем убежище.

– Дурак! – вскричал король. – Из-за глупых принципов отвергать спокойную жизнь.

– Живите сами своей спокойной жизнью, она не для эльфов.

– Дурак, – уже спокойнее проговорил Элбер. – Делаешь жертву друга напрасной.

– Ни он, ни я не хотели этой жертвы.

Король открыл дверь, через которую вышла стража, и отдал приказ:

– Рулус, отведи его в убежище.

– Он против? – услышал Кардин вопрос из-за двери.

– Да.

– Хорошо. Будет сделано.

В зал вошёл высокий, статный мужчина. На вид ему было лет тридцать. Грубые черты лица придавали ему чересчур серьезный вид, а густая борода средней длины скрывала лёгкую улыбку капитана. Подхватив эльфа под руку, он поднял его со стула и повёл прочь из зала.

– Помнишь о нашем уговоре, капитан? – спросил вдогонку Элбер.

Рулус что-то нечленораздельно крякнул.

Кардин несколько минут шёл по коридорам, рядом с человеком, не говоря ни слова, пока не решил, что пора.

– Какие же вы люди наивные, – проговорил он. – Вы извлекаете из всего выгоду и заключаете с совестью некие договоры, которые оправдывают вас в своих же глазах. Вы свои недостатки оправдываете заботой о других, – Рулус ничего не ответил на тираду эльфа. – И главное, вы слишком часто считаете, что всё под контролем, хотя на самом деле это не так.

Рулус насторожился. Кардин злорадно ухмыльнулся. В эту секунду в воздухе навис запах жжёных волос, а в следующее мгновенье перед глазами капитана вспыхнул огонь. Узел на верёвке, которой были связаны руки эльфа, тоже сгорел в мгновенье ока. Эльф рванулся к окну, которое по его расчётам выходило во двор и находилось невысоко над землёй. Но не успел он выпрыгнуть во двор, как в очередной раз упал без сознания, получив удар по голове.

– Не знаю, как ты это сделал, но я не люблю подобные сюрпризы, – проговорил Рулус, потирая обожженное лицо.

***

Очнулся Кардин в мягкой постели, голова невыносимо гудела. Видимо, два мощных удара, нанесённые по голове эльфа, не прошли бесследно. Мир вокруг казался размытым акварельным рисунком, и на этом рисунке Кардин заметил эльфа, сидящего на кровати рядом.

Кардин понял, что он находится в убежище, о котором рассказывал король. Рядом с ним сидел один из тех эльфов, которых выловили раньше, до него. Когда вещи вокруг приобрели чёткие черты, Кардин увидел приветствующую улыбку на лице эльфа. Казалось, будто он целую вечность может глядеть вот так, улыбаясь, не говоря ни слова.

– Кто ты? – спросил Кардин у эльфа.

– Меня зовут Анеол, я из Руанского леса. Рулус сказал мне, что ты против жизни в укрытии.

– Да, – коротко ответил Кардин, оглядывая помещение, в котором оказался. Это была зала с небольшими окнами, расположенными над самым потолком. Вся обстановка включала в себя лишь кровати и большой деревянный стол с множеством стульев вокруг него. На столе стояли ваза с фруктами, большое блюдо, прикрытое крышкой, буханка хлеба и несколько тарелок с ложками и вилками. – А ты, я так понимаю, предпочитаешь быть узником людей, нежели дичью индулов.

– Конечно. Рулус периодически приносит сюда еду. Здесь безопаснее, чем в лесах Антарии. Раньше, правда, мучило одиночество, но теперь есть ты, мне будет с кем поговорить.

– Не обольщайся, я здесь надолго не задержусь, – встал с кровати Кардин. Он отметил, что кольца его лишили, видимо, капитан догадался, благодаря чему вспыхнула его борода.

– Зря ты так. Людской король желает сохранить наши жизни, подвергая опасности свой народ.

– Конечно. Наверное, взамен на эту помощь он решил убить нескольких эльфов и передать их инудлам.

– О чём ты? – удивился Анеол.

– Так ты не знаешь? – на лице Кардина всплыла довольная ухмылка. – Король не только спасает эльфов, но и убивает их, чтобы отвести от себя тень подозрения со стороны колдуна.

– Бред, – покачал головой Анеол, – такого не может быть.

– Может. Люди Элбера убили моего друга, а после поймали меня.

– Но зачем? Это же не логично. Им было бы проще убить вас обоих, чтобы эльфы, живущие в укрытии, не знали о другой стороне действий людского короля.

– Возможно, и не логично. Кто сказал, что люди всегда поступают по логике или даже по совести? Кстати, ты сказал «эльфы живущие», ты здесь не один? Где остальные? – Кардин подошёл к столу, взял яблоко из вазы и, приподняв крышку, заглянул в блюдо, аромат, достигший носа, напомнил эльфу, что он давно не ел. В блюде оказался искусно приготовленный плов.

– Пока один. Думаю, постепенно нас будет больше.

– Согласен. Хотя я уверен, мой друг будет не единственным эльфом, убитым рукой королевской армии, – сказал Кардин, положив яблоко на стол. После он присел на стул и положил в одну из тарелок плова. Подсыпать непонятные ингредиенты в эту пищу у людей не было надобности, поэтому Кардин без опаски начал утолять голод.

– И что ты предлагаешь? Как по мне, мы должны быть благодарны Элберу за то, что он спасает некоторых из нас.

– Как бы ни так, – ответил Кардин, – я в жизни не буду благодарен человеку, решающему мою судьбу без моего участия.

– Что ж, не имею права переубеждать, но останусь при своём мнении – здесь вполне сносно, – сказал Анеол. Перебравшись на свою кровать, он достал из-под подушки какую-то книгу и продолжил чтение с заложенного места, давая собеседнику возможность нормально поесть.

Кардин пробормотал что-то вроде «ну…ну…» и, не отвлекаясь на разговор, продолжил заглатывать пищу.

–  И вот ещё что, – сказал Анеол через несколько минут, подняв взгляд на Кардина, – не думаю, что тебе удастся убежать отсюда. Даже если убежишь из комнаты, тебе придётся преодолеть королевский дом, напичканный охраной и столичный город людей.

– Возможно, ты и прав. Я подумаю над этим, – Кардин отложил ложку, взял яблоко и, встав со стула, подошёл к единственной двери в зале.

– Не надейся, дверь крепкая, а оружие у нас забирают. Смирись. У тебя действительно нет ни единого шанса.

– Ну…Ну… – на этот раз более чётко проговорил Кардин и лёг на свою кровать, вонзив зубы в сочный фрукт. – Как часто сюда приходит капитан?

– Три раза в сутки. Он приносит еду.

– Отлично. Подождём, – сказал эльф, скрестив руки за головой и устремив взгляд на потолок.

***

– Элбер, – подошёл Рулус к королевской чете, отдыхающей в саду, – нужно поговорить.

Мужчина, который до этого разговаривал о чём-то со своей женой, прекрасной женщиной, держащей на руках годовалого наследника трона Лову, встал со скамьи и отошёл с капитаном охраны подальше от королевы.

– Что с твоим лицом? – спросил король Рулуса.

– Пустяки, – махнул рукой капитан. – Эльф попытался бежать, думаю, с помощью этого, – Рулус отдал королю колечко с большим красным камнем. – Судя по всему, вещица магическая.

– Хорошо, – король убрал кольцо в карман. – Что-то ещё?

– Да. Я только что относил им обед. Кардин поставил нам условие: либо мы отдаём ему и второму эльфу оружие и, собственно, это кольцо, либо он наложит на себя руки.

– Дурак! – выругался король. – Хорошо. Выполни его условия, – король вернул кольцо капитану. – И спроси прямо, если он не передумал насчёт жизни в укрытии, отпускай его ко всем чертям. Нам меньше проблем. Иначе он попытается бежать, перерезав десятки моих людей.

– Без проблем. Будет сделано.

– И ещё, – добавил король через несколько секунд, – сделай это без лишнего шума, чтобы никто не видел этого эльфа. Люди итак начали догадываться, что ловим мы эльфов больше, чем относим к индулам.

– Не волнуйтесь. Никто, кроме меня, не знает всех членов королевской армии, гарнизон Лову слишком многочисленный. Одни ловят, другие относят.

– Пускай все так думают, нам меньше проблем выйдет. Надеюсь, когда-нибудь нам зачтётся эта авантюра.

– Я могу идти?

– Конечно, иди, мог бы и не спрашивать, – подмигнул Элбер капитану.

***

Вдохнув прохладный воздух, Кардин в очередной раз поразился, как просто король отступил от идеи держать его взаперти. Поправив клинки, подвешенные на пояс, эльф отправился к подводной пещере, чтобы вновь ощутить тот приятный вкус опасностей и возбуждающий крик умирающих индулов.

Темнота ночи, лёгкий ветерок и моросящий дождь, что ещё нужно эльфу, который остался один в этом огромном мире. Искать себе новых друзей казалось бессмысленным: все они либо жаждут найти укрытие вроде того, что предоставляет людской король, либо могут погибнуть в любую секунду, а очередную утрату Кардин мог просто не выдержать.

Решив не думать о погибшем товарище, эльф глядел на яркий диск луны, который был единственным спутником на долгое время. Наверное, так даже лучше, не нужно опасаться за ближнего, не нужно прикрывать чужую спину. Надеяться можно только на себя и никого более.  Кардин решил, что так проще.

Мелкие капли собирались на бровях, кончиках волос и носу, слетая на землю. Ноги утопали в грязи и лужах, но Кардин не обращал на это внимания, он решил, что отогреется и высушит ботинки, как доберётся до пещеры.

Минуя деревню Одд, эльф вышел к реке, на противоположном берегу которой находилась деревня индулов. Кардин побрёл по берегу к озеру, которое скрывало убежище. Оно было без охраны и каменных стен, но от этого не менее надёжное, нежели королевское.

Чуть выше по течению Кардин заметил четыре индулские фигуры, несущие бездвижное тело. Недолго думая, Кардин поспешил к ним. Шакалы собирались погрузить тело на плот, Кардин ни капли не сомневался в том, что в их руках эльф. Злость на индулов возрастала с каждым шагом, и пусть сапоги Кардина хлюпали, он не заботился о незаметности. Эльф знал – индулы не успеют перебраться на тот берег, а за свою безопасность он ручался.

Четвёрка заметила бегущего эльфа. Двое из них поспешили погрузить тело на плот. Другие двое приготовились к обороне. Достав из-за пояса парочку метательных топориков, они бросили их в Кардина, но ни один из них не достиг цели. Эльф увернулся. Взяв в руки по боевому топору, индулы со свойственной им улыбкой приготовились сражаться.

Но сражения не произошло. Одно движение клинка Кардина - и голова первого индула слетела с плеч, второе движение - и удар второго индула был парирован, а после кинжал эльфа вонзился в звероподобное сердце. Следующие действия Кардина были настолько быстры, что казалось, будто на берегу проходит хорошо отрепетированный спектакль. Из-за пояса мёртвых индулов Кардин достал по метательному топору, каждый из которых сию же секунду вонзились в сгорбленные спины двух индулов, спасающихся бегством на плоту. Такой скоростью мог похвастаться не каждый эльф. Да Кардин и сам не ожидал от себя подобного.

Индулы успели отчалить от берега. Кардин поспешил войти в воду, пока плот не унесло течением. На плоту, возле мёртвых инудлов, лежала эльфийка. Кардин взял её и отнёс на берег. Дождь не переставал моросить. С лёгким удивлением и огромной радостью он заметил, что эльфийка дышит.

Зачем индулам понадобилась живая эльфийка, Кардина не интересовало. Главное – он смог спасти её.

***

Утреннее солнце отражалось в каплях воды, вылитой на землю за ночь. Кардин, улыбаясь во всё лицо, смотрел на эльфийку, лежащую на кровати. За ночь она так и не пришла в себя. Лицо эльфийки для Кардина было идеально красивым, не портили его даже грязные волосы.

После событий на берегу, эльф отнёс спасённую девушку в фермерский домик деревни Одд. Благо большинство людей не имели ничего против эльфов и даже стремились помочь им. Главное в поисках помощи не наткнуться на наёмников и королевских солдат. Их впустили в первый же дом, куда постучался эльф, после того, как Кардин рассказал, что произошло на берегу. Жена фермера постелила на кровать старое покрывало и позволила положить на него вымокшую эльфийку. Под утро их обещали накормить, а пока посоветовали лечь отдыхать, не волнуясь о безопасности.

Несмотря на гостеприимность хозяев, Кардин спать не лёг. Сон не шёл, да и полного доверия к фермерам он не испытывал.

Отведя взгляд от девушки, эльф встал и посмотрел в окно. Хозяева не спали. По двору, гордо подняв голову, вышагивал петух. Знал бы он, что судьба его давно решена людьми. Ровно  как и судьба эльфов сейчас решалась явно не ими: индулами, людьми, странным колдуном, кем угодно, но точно не самими эльфами.

– Где я? – услышал эльф, мягкий  мелодичный голос, проснувшейся девушки.

– Не волнуйся, мы в безопасности, – повернулся к ней эльф, – меня зовут Кардин.

– Немира, – представилась эльфийка, протирая глаза спросонья. – И всё же где мы?

– В фермерском доме. Об индулах можешь не беспокоиться, они больше не доставят тебе проблем.

– Каких индулов? – не понимала эльфийка. – Я отдыхала в хутрее Руанского леса, думала, что там я буду в безопасности. Легла на кровать, уснула, а проснулась здесь, – кивнула эльфийка.

– Странно, – пожал плечами Кардин. – Я этой ночью спас тебя от индулов, пытающихся перевести тебя в лагерь.

– Видимо, шаманы индулов нашли способ вводить нас в странный сон, – предположила Немира.

Кардин усмехнулся, вспомнив, что совсем недавно различными способами  и его сознание выбивали из этого мира.

– Что смеёшься? – наигранно обиделась эльфийка.

– Меня самого недавно усыпляли порошком.

– Да. Тяжело нам. Нигде не спрячешься. Всюду разыщут и убьют, – без капли иронии взгрустнула эльфийка.

– Знаешь, – улыбнулся Кардин, – а мне кажется, я знаю одно место, где мы сможем почувствовать себя в безопасности.

Глава 5.

Перебравшись через реку, трое друзей отправились по дороге к горам. Рассказывая друг другу различные истории, они периодически срывались на громкий смех. Эл молчал больше всех, лишь изредка посмеиваясь над репликами Архина и Прута. Его мысли были совсем не такими радостными, как улыбка на лице.

На душе было тяжело от глупого расставания с Макреной. А её слова эхом звучали в голове. Она не уверена в своих чувствах к нему? Может, он для неё лишь друг? Как и для Сун был лишь другом? Всё было хорошо ровно до того момента, как он признался Макрене в любви. Зачем? Зачем он признался, ведь всё было так хорошо.

– Эл, ты чего такой задумчивый? Не волнуйся, всё будет хорошо. Перейдём через горы, найдём твоих родителей, – подбодрил друга Прут.

– Конечно, – отозвался Эл, улыбнувшись. – Правда, я даже не знаю, где живёт мой дядя. Слышал только от папы, что где-то возле крепости находится его дом.

– Судя по карте, в Северной Антарии лишь одна крепость, вокруг которой появилась деревня, она называется Фрост. Более того, брат твоего отца наверняка Фарм, как и ты. Поспрашиваем народ, живущий там, и найдём.

– Ладно, – в очередной раз выдавил из себя улыбку Эл.

Ни Архин, ни Прут даже не догадывались, что Эл не сомневается в том, что разыщет родителей. Он беспокоился о Макрене. Она рассказывала что-то о путешествии с Алиеной. Интересно, куда они отправятся? Как она встретит его  через пару месяцев? Не найдёт ли среди выживших эльфов себе парня, с которым забудет об Эле? Почему она настолько сильно расстроилась после поцелуя? Только ли из-за расставания с ним? Все эти мысли кружились в голове и не давали покоя. Они даже затмили страх перед собой, перед тем, что он натворил на острове в дождь. Теперь всё это было в прошлом. В настоящем был путь к родителям. А в будущем? В будущем, по его мнению, была счастливая жизнь с родителями и Макреной. Эл твёрдо решил, что постарается уговорить маму с папой вернуться в Южную Антарию.

– Слушайте, а что вы думаете насчёт истории колдуна? Ну, той, что он рассказал Ирене о странных эльфах в чёрных рясах, – поднял новую тему Прут.

– Не знаю, – заговорил Архин. – Как по мне, полный бред. Без понятия, что им двигало, когда он истреблял эльфов, но уж явно не желание спасти людей. Скорее всего, он, как и другие завоеватели, хотел оставить в Антарии два народа: людей и индулов. А историю про чёрных эльфов придумал на допросе.

– А может даже и один, – сказал Прут, – людей. С индулами он тоже мог разделаться с посохом-то, таким мощным.

– Точно. Я больше всего этого опасался, когда решил остановить его. Наши шаманы не верили в то, что он самозванец, но я-то не дурак, зачем человек будет помогать индулам. Да не в жизнь. Вот и смекнул, что что-то здесь не чисто.

– Архин, а как тебя в деревне примут, если узнают, что ты колдуна силы лишил? – не унимался Прут.

– Не знаю. Если удастся доказать, что колдун был самозванцем, а не посланником Вайленда, тогда всё будет в порядке. Но это достаточно трудно. Вернусь в деревню, тогда и решу, что буду делать. Сейчас не хочу об этом думать.

– А я верю Амбассору, – сказал Эл, который до этого лишь слушал друзей. – Не каждому слову, конечно. Но что-то мне подсказывает, что эльфы эти, в чёрных рясах, существуют. Да и посох, оставленный Эрефом. Не валялся же он в чулане Амбассора. Наверняка лежал в каком-нибудь храме под семью магическими печатями. Обычный человек его бы не достал.

– Тоже верно, – согласился Прут. – Эл, а теперь, когда ты узнал, что ты не человек, – решил сменить тему Прут, решив, что колдун не достоин более внимания друзей, – где жить собираешься? В лесу или деревне?

– Пока с родителями. А там посмотрим.

Дальше всю дорогу друзья разговаривали на самые разные темы, начиная смешными и нелепыми и заканчивая вполне взрослыми и нешуточными. Постепенно Архину с Прутом удалось разговорить Эла и отвлечь от проблем.

Ночь застала путников на перевале в горах. Друзья отыскали плато, расположенное подальше от пологих склонов, и устроили там ночлег. Дорога вымотала всех, поэтому уснули они быстро, сразу после ужина, приготовленного на костре. Индул пообещал, что, если к лагерю приблизится хищник, он это почувствует, проснётся и разберётся с ним. Поэтому Эл и Прут спали беззаботным сном, укутавшись в тёплые одежды.

Прут за время, проведённое рядом с Архином в пещере и сейчас, в путешествии, настолько привык к индулу, что перестал испытывать страх. То ли привык, то ли поборол его, но никаких последствий от близости представителя враждебной расы он более не испытывал.

***

Архин находился в уютной пещере Ардыка, когда почувствовал, что возле входа кто-то стоит, будто не решаясь войти внутрь. Повинуясь внутреннему голосу, индул вышел из пещеры поприветствовать незнакомца.

Незваным гостем оказался мужчина. На вид ему было лет тридцать.  Окажись он в обществе людей, трёхдневная щетина, покрывавшая лицо, не произвела бы положительного эффекта на собеседника, но индула такая вещь нисколько не смутила. Длинные волосы пепельного оттенка спадали до плеч. Взгляд был настолько уставшим от жизни, что Архину показалось, что человек не раз переживал предательство близких ему людей.

– Ты не узнаешь меня, Архин? – спросил мужчина, подходя ближе к индулу. – Я младший брат Мьюртов, живший в твоём мире дольше других. Мне нужно поговорить.

– Вайленд? – спросил Архин.

Мужчина кивнул, подтверждая догадку индула. Архин отметил, что явившийся к нему, кем бы он ни был, разговаривал на языке индулов.

– О чём хотел поговорить? – обратился индул к мужчине, будто к старому другу, которого знал с самого детства.

– Для начала я хотел бы выразить благодарность за помощь и преданность, проявленную тобой в последние дни. Амбассор не являлся моим посланником, и лишь ты понимал это. Грох переступил грань и будет наказан. Он играл с умами индулов вместо того, чтобы наставлять свой народ.

– Так ты действительно не желал зла эльфам?

– Нет. Я простил своих братьев, а значит и народ, созданный ими. Сейчас я разыскиваю Эрефа и Симорга в бесконечной круговерти миров, надеясь принять их расположение и воссоединиться с ними, – бросив взгляд себе под ноги, мужчина продолжил говорить, – Архин, я хотел бы видеть тебя во главе деревни Ардык. Шаманы исчерпали своё доверие. Не думаю, что воины будут хуже нести моё слово народу.

– Я благодарю тебя за оказанное доверие, Вайленд, но не думаю, что смогу исполнять возложенные тобой обязанности.

– Не волнуйся, многие, кому предлагали власть, отказывались, мотивируя ничтожным опытом. Ты справишься. Я уверен, что у тебя и без меня возникало подобное желание. Как и у любого другого разумного существа.

– Клянусь, Вайленд, – присел на колено индул, – даже когда был не согласен с правящим советом шаманов, я не помышлял о власти.

Мужчина, ни капли не стесняясь, рассмеялся во весь голос.

– Встань, – сказал он, – будем считать, что я верю тебе.

– Так я могу идти и исполнить твою волю?

– Нет, я явился к тебе не столько из-за благодарности, сколько из-за миссии, которую желаю возложить на тебя. Архин, твой попутчик, Эл, он опаснее, чем ты можешь себе представить. Этот эльф станет причиной смерти не только своих собратьев, но и индулов, а также людей. Из-за него погибнут тысячи. Если хочешь встать на путь защиты своей деревни и народа – убей его. Не позволь ему пролить чужую кровь.

– Это как-то связано с сиянием, благодаря которому он одолел колдуна? – спросил Архин.

– Не хотелось тебя посвящать во все подробности, но не вижу другого выхода. Да. Сияние, которое позволило остановить колдуна, погубит сотни живых существ, может даже тысячи. Сила, поддерживаемая Элом, в десятки раз превышает силу Амбассора, а значит и разрушений, и горя она принесёт не меньше проклятого посоха.

Индул хотел было спросить что-то ещё, но мужчина исчез, оставив от себя лишь воспоминания.

***

Архин проснулся, когда Прут и Эл ещё спали, в голове эхом звучали слова Вайленда: «Убей его». Он ни капли не сомневался, что наблюдал видение, которое до этого момента было подвластно лишь шаманам.

В голове одна за другой кружились мысли, родившиеся после сна: почему он, Архин, жил в пещере? Правда ли, что он теперь станет главой деревни? И главное, хочет ли он сослужить службу Вайленду и убить Эла?

Конечно, в словах Вайленда была логика, Архин сам видел неуправляемую силу, сидящую в Эле, но разве убийство друга – единственно правильный выход. Архин думал, мысли сменяли одна другую. Перед ним стоял выбор: отказаться от бога, в которого он всегда верил, или остаться верным своим принципам, – непростой, надо сказать, выбор для разумного существа.

Его размышления прервали проснувшиеся Эл и Прут. Вскоре все трое, отдохнувшие и бодрые, продолжили путь. Индул знал нужные тропы в горах, поэтому продвигались они быстро. К полудню друзья спустились с гор.

Эл был поражён красотой здешних мест. Лишь с высоты гор Северная Антария казалась белой безжизненной пустыней, сейчас же Эл понял, что это не так. Всё, о чём Эл знал лишь из книг, развернулось прямо перед его глазами. Хвойные деревья, припорошенные снегом, поражали воображение. Снег покрывал всё в этих местах, каждый клочок земли, каждый камень был укрыт белым покрывалом. Сняв перчатки и почерпнув в ладонь горстку снега, Эл почувствовал, как это мягкое прохладное вещество тает. Непередаваемые ощущения.

– Я могу вас сопровождать ещё некоторое время, – сказал индул, – но после поверну назад. Северные индулы не жалуют нас, пришедших с юга. Хоть и говорят, что они редко выходят  со своих территорий, но рисковать не хочется. Да и эльфы с людьми не отпустят меня живым, если встретимся.

– Да мы и не просим, думаю, сами справимся, – сказал Эл, стряхивая образовавшуюся воду.

– Точно, – согласился Прут, – эльфы и люди нам вреда не причинят, а с хищниками мы справимся.

– Вот и хорошо. Идём, чем дальше я вас проведу, тем спокойнее буду чувствовать себя. Отсюда до людских и эльфийских поселений далеко, так что проблем не возникнет.

Архин, который долгое время думал над видением, пришедшим к нему во сне, решил, что вопреки желанию Вайленда не убьёт Эла. Он не сможет этого сделать. Духу не хватит занести боевой топор над головой доверившегося эльфа. Но решение было обусловлено не только моральными принципами, которые укоренились в душе индула крепче веры. Архин понимал, что поступит не лучше Амбассора, если поверит в размытые доводы и предположения. «Разве Боги не могут ошибаться», – подумал Архин и с улыбкой посмотрел на Эла. Он знал, этот эльф не сможет погубить невинные жизни.

Эл в очередной раз осознал, что в компании друзей не только время пролетает незаметно, но и тяжёлый путь заканчивается быстрее и не кажется таким уж непреодолимым. Даже холодный ветер становится чуточку теплее, когда есть о чём и с кем поговорить.

Вскоре индул попрощался и повернул назад. Друзья пожелали удачи Архину, ведь он возвращался в родную деревню, где его помощь эльфам считали предательством, а вовсе не героическим поступком.

Друзья продолжили путь вдвоём. Теперь, когда рядом с ними не шёл индул, с детства обученный махать топором, стало чуточку страшнее.  Теперь и хищники, живущие на севере, казались опаснее, и каждый посторонний хруст отзывался эхом в сердцах друзей. Для большей уверенности Эл достал из-за спины клинок, а Прут взял в руки метательный нож. Разговор между ними никак не вязался, оба были настороже. Благо снегопадов в Северной Антарии не было несколько дней, и тропинки чётко выделялись среди больших сугробов и изредка встречающейся  лыжни.

Вдруг Эл остановился и выставил свою руку, преграждая путь Пруту.

– Где-то недалеко хищник, – только и сказал он.

– Услышал? – спросил Прут.

Эл кивнул. Прут не стал спорить, слух Эла в последнее время ни разу их не подводил.

– Видно, обошлось, – облегчённо вздохнул Эл, – идём дальше.

Прут вместе с Элом продолжили путь, но не прошли они и двадцати метров, как на дорогу перед ними выпрыгнула огромная белая кошка.

– Бес, – выкрикнул Прут и отскочил назад.

– Спокойно, – поднял руку Эл, – не дёргайся.

Медленно, опасаясь напугать животное, Эл шаг за шагом начал приближаться к нему. Он вспомнил, как впервые разговаривал с Тейлом, как конь понял его и как Димар сказал, что эльфы имеют некий контакт с животными Антарии. Приговаривая какие-то мягкие, успокаивающие слова, Эл пытался дать понять хищнику, что он и Прут вовсе не собирались посягать на территорию животного или обижать его детей. И, как ни странно, это подействовало. Огромная кошка присела на задние лапы и стала с любопытством разглядывать приближающегося эльфа.

Прута до глубины души поразили действия Эла, а результат вообще превзошёл все  ожидания. Через мгновенья Эл поглаживал кошку по шерсти.

– Идём, все нормально, – обратился Эл к Пруту. Она пропустит нас.

До крепости Фрост и деревни, расположенной под его стенами, друзья добрались ближе к вечеру. Найти домик дяди Эла оказалось не так трудно, здесь под стеной крепости, как и в Фавере, все хорошо знали друг друга. Друзьям объяснили, как они могут найти дом Фарма.

Остановившись недалеко от дома, на который указали жители, Эл спросил у Прута:

– Как думаешь, как они отнесутся к моему приходу?

– Обрадуются, конечно.

– Это понятно. Но я ведь умер, по их мнению, – развёл руками Эл.

– Ты прав. Давай поступим так: я войду туда, поговорю с ними, подготовлю. Не дай бог примут тебя за призрака, ещё сердце от испуга остановится.

– Хорошо. Только твой визит тоже окажется неожиданностью.

– Надеюсь, приятной неожиданностью, – подмигнул Прут. – Всё. Я пошёл. Мы так замёрзнем с тобой, пока будем сомневаться.

– Давай. Удачи тебе. Ты тоже там не задерживайся, стоять - не идти. Околеть можно.

– Постараюсь, – улыбнулся Прут.

Эл простоял на улице десять минут, а Прут всё не шёл. Ноги, и без того замерзшие в пути, начали неметь. Уши уловили характерный скрип снега задолго до того, как эльф обернулся посмотреть на прохожего. Им оказалась красивая, миловидная девушка лет восемнадцати. Несмотря на тёплую одежду и шапку, Эл узнал её, именно эти черты лица не давали спокойно спать в детстве, именно она была причиной большинства переживаний. Мимо Эла, не обращая на него никакого внимания, прошла Сун.

– Так значит, она уехала вместе с моими родителями. И живёт, наверное, с ними, – эти мысли, как и сам факт встречи Сун, ни капли не взбудоражили старых чувств. Может, первая любовь распалась сразу после недолгой разлуки, а может, осознание того, что людской девушке будет тяжело с эльфом, не позволяла былым чувствам затуманить разум, – что ж, вполне логично, её родственники наверняка погибли при нападении на деревню.

–  Сун, – прокричал он, привлекая внимание девушки.

Она резко обернулась. Слишком резко. Элу показалось, что девушка испугалась. Встретив Эла взглядом, Сун зажмурилась и снова раскрыла глаза. Убедившись, что ей не чудится, она неспеша подошла к парню.

– Эл? – спросила она.

– Да, – коротко ответил он.

– Но как? Ты же погиб!

– Нет. Всегда был жив. Пару раз находился на волосок от своего конца, но удавалось выкарабкаться, – на лице Эла сияла широкая улыбка, в то время как Сун жадно изучала его глазами, будто пытаясь найти доказательство того, что друг детства чудится. – Это я, – сказал он, успокаивая девушку, и взял её за руку. Не хватало ещё, чтобы она с ума сошла от непонимания. – Мне приходилось скрываться. Я же эльф. А на эльфов шла охота. Теперь всё кончено, и я хочу вернуться к прошлой жизни.

– Не получится, – услышал Эл до боли знакомый голос. Голос, который хвалил и журил его в детстве –  голос отца. – Не получится у тебя жить прежней жизнью.

– Дядя Марел? – обернулась к нему Сун. – Здесь Эл.

– Я вижу, – на лице Марела не было и тени улыбки. – Сун, иди в дом. Там Прут. Я хочу поговорить с сыном.

– Хорошо, дядя.

Сун поспешила удалиться. Эл недоумевал. Совсем не такого приёма ожидал он от отца. Ведь его сын, который считался погибшим – жив. А он будто не рад.

Отец подошёл к Элу и обнял его, крепко обнял. Только теперь Эл увидел на лице Марела радость, ему даже показалось, что на глазах отца выступили слёзы.

– Я рад, что с тобой всё в порядке. Не сильно замёрз? – спросил он сына.

– Нет, – соврал Эл.

– Тогда пошли пройдёмся. Нам нужно поговорить.

Эл кивнул и пошёл вслед за папой. Они пару минут шли, не говоря ни слова, пока Эл не задал вопрос:

– Как вы здесь жили?

– Нормально жили. Брат мой приютил. Сун с собой взяли. Переживали за тебя, конечно.

– А почему из Фавера уехали? Я видел, как жители восстанавливали деревню.

– Эл, я должен тебе кое-что рассказать. Точнее, я многое тебе должен рассказать, а ты послушай. Ты же понимаешь, что мы не твои родные? – Эл кивнул. – Шестнадцать лет назад к нам в дом постучались эльфы. В те времена это было нормальное явление, и мы ничуть не удивились. Но то, что эльфы предложили нам, выходило из ряда вон. Нас попросили воспитать их сына. Детей у нас тогда не было и мы с твоей мамой, недолго думая, согласились. Эльфы обещали, что вернутся за тобой через два года. После началось истребление, и мы поняли, что никто не придёт. Стали воспитывать тебя, как родного. Я обошёл всех в деревне, благо отношения с ними у меня были отличные, и рассказал им, наказав, чтобы вести об этом не вышли за пределы Фавера. Как ты знаешь, семнадцать лет всё было хорошо.

Отец замолчал.

– Индулы? – предположил эльф.

– Да. Индулы. Они узнали, что ты живёшь в Фавере, и напали на деревню.

Эла словно молнией пробило после этих слов. Он вмиг вспомнил события тех дней. Экзамен по ориентированию, индул, встретившийся ему, и ночь, страшная ночь, когда погиб Элед, когда ему удалось убежать из деревни. Эл осознал то, о чём раньше даже не думал.

– Значит, индулы приходили за мной? – спокойно, смотря куда-то в глубь леса, спросил Эл.

– Да.

Индулы пришли за ним. Значит, все погибшие жители деревни погибли по его вине, значит, тот индул, что убил Эледа, хотел убить его. Десятки судеб были разрушены из-за Эла, из-за того, что он эльф. Действуй он по-другому, убей индула, встретившегося на экзамене, ничего бы этого не произошло. Сначала жители деревни, потом события на острове. Сколько ещё людей может пострадать из-за него.

– Эл, я понимаю, что ты чувствуешь, но не вини лишь себя в случившемся. Мы виноваты ещё больше, ведь именно мы решили оставить тебя в деревне, понимая, что рано или поздно весть о том, что наш сын – эльф, выйдет за пределы Фавера.

Эл несколько отрешённо посмотрел на отца, но слова Марела ни капли не успокоили ураган в душе эльфа.

– Вы уехали из деревни, потому что жители возненавидели вас? – спросил он, не показывая своих чувств отцу.

– Нет, жители встретили нас радушно. Они успокаивали нас, говоря, что сами решили держать секрет Фарма. Мы уехали, потому что знали, что ты жив.

– Что? – не понял Эл слова отца.

– Мы похоронили вместо тебя обгоревший труп, оказавшийся в нашем доме. Конечно, он был несколько ниже тебя ростом, но мало кто это заметил. После, взяв с собой Сун, мы уехали сюда, на север.

– Но зачем? – недоумевал молодой эльф.

– Чтобы не навлечь очередную беду на тебя и на деревню. Мы не нашли твой труп, а значит, ты остался жив. Если бы мы не уехали, ты бы нашёл нас, а индулы бы напали вновь. Я не сомневался, что ты останешься жив, и когда всё закончится, найдёшь нас. Я же не случайно сообщил Пруту, куда мы уезжаем.

Получается, что отец бросил Эла на произвол судьбы? Хотя, если бы Эл знал о ситуации, он бы сам попросил об этом. Никогда он не хотел, чтобы из-за него страдали другие.

– И что теперь? Почему ты сказал, что я не смогу жить прежней жизнью.

– Потому что ты эльф, а мы люди, – пожал плечами Марел, будто это и без того было понятно.

– Но я ведь ваш сын!

– Ты не понял меня, – усмехнулся Марел, – я не говорю, что мы не хотим тебя видеть, просто ты стал взрослым, у тебя много новых знакомых. Тебе пора создавать собственную семью. Конечно, ты будешь забегать к нам в гости, но дом твой не в деревне, а в эльфийском лесу.

– Хорошо. Ты прав. Так вы вернётесь в Южную Антарию?

– Да, но не сейчас. Мой брат отправился с друзьями на охоту. Через двое суток он вернётся, и мы отправимся домой в Фавер.

– Это замечательно. Так или иначе, мне необходимо сходить в эльфийский лес, расположенный в этих краях. У меня персональное задание от эльфийской провидицы с юга, – напустил на себя важный вид Эл.

– Одного я тебя не отпущу, – сразу предупредил папа.

– Я пойду с Прутом. Не волнуйся, мы справимся. Я же прирождённый воин, да и его за это время кое-чему научили, – улыбнулся Эл.

– Хорошо. В конце концов, ты уже взрослый. Да и, как оказалось, эти места не такие суровые, как о них говорят на юге. Главное, к морозам привыкнуть. Ладно, идём домой, мама будет рада твоему приходу. Трудно было её уговорить оставить тебя одного и уехать на север.

– Догадываюсь, – улыбнулся Эл. – Пап, а кто были те эльфы, что принесли меня вам? Было в них что-нибудь особенное?

– Да нет, вроде бы, – пожал плечами Марел, – я ничего не заметил. Эльфы как эльфы, они для меня все тогда на одно лицо были.

– А теперь у них два лица? – улыбнулся Эл. – Моё и все остальные?

– Точно. Давай поторопимся, мама волнуется.

***

– Гурайл, – обратился друид к Верховному эльфу, – появились вести от отряда Оменара, мимо них прошёл эльф.

– Что? – удивился Гурайл

– Да, эльф. Впервые за столь долгое время. Более того, он был не один.

– С кем? – потребовал отчёт Верховный эльф.

– С индулом и человеком.

– Если это шутка, то неудачная, – скривил лицо Гурайл.

– Это не шутка. На вид всем лет двадцать, хотя в возрасте индула мы можем ошибаться. Они вели себя, как закадычные друзья.

– Да что они на юге, там, с ума посходили?

– Вполне возможно, что выжившие эльфы заключили союз с колдуном. Мы давно не получали вестей с юга. Боюсь, события, предсказанные нашими друидами много лет назад, близятся к воплощению. Какой приказ отдать Оменару?

– Пускай наблюдают за эльфом и его попутчиками, в случае чего пусть действуют, не связываясь с нами. Нам нужно узнать об этом эльфе как можно больше.

– Хорошо, – поклонился друид.

– Держите меня в курсе, – проговорил он вдогонку уходящему друиду.

Глава 6.

Элбер открыл дверь. Лица эльфов вытянулись от удивления, а в глазах отразилось непонимание происходящего. Лишь осознав, какие доказательства представил им король, Ирена довольно улыбнулась.

За дверью находился огромный зал с окнами под самым потолком. Обстановка зала была не разнообразна: стол, стулья, кровати, из которых две были детскими. В пол возле стен были вбиты толстые брёвна, некоторые из которых имели зарубки от клинков, на других же висели мишени, истерзанные стрелами. Но более Димара и Ирену удивило другое: возле деревянных столбов, детских кроватей и за столом находились эльфы самого разного возраста. Всего их было десятка три.

Когда дверь открылась, все находящиеся за ней замерли, прекратив заниматься своими делами. Ирена поймала взглядом двух эльфов, опустивших клинки. Король улыбнулся:

– Это эльфы, спасённые мной и жившие здесь тайно на протяжении всех шестнадцати лет, – пояснил Элбер. – Вам, думаю, здесь тоже место найдётся.

– Мы пришли к вам по другому поводу, – пояснила Ирена. – Хотя ваши доказательства убедили нас в дружеских намерениях. Братья и сёстры, – обратилась она к эльфам, которые так и стояли, не понимая, что происходит, – я попрошу вас собрать необходимые вещи, вы больше не вернётесь в эти стены. Пройдите за нами в зал для переговоров, там я поясню вам и многоуважаемому Элберу свои слова и последующие действия.

Некоторые эльфы возмущались из-за столь странного вмешательства в их привычный порядок жизни, другие, наоборот, обрадовались, что появился шанс закончить скучную жизнь. Но все недоверчиво поглядывали на Ирену с Димаром, пытаясь понять причину, по которой было решено пересилить их с обжитого места, и не шутка ли это.

– Подождите, – проговорил король, удивившись словам Ирены не меньше, чем эльфы, – в чем причина? Я ручаюсь за безопасность укрытия. О нём знают лишь эльфы, я и мой друг, капитан королевской охраны, Рулус.

– Благодарю вас, Элбер, – поклонилась Ирена, – я ни капли не сомневаюсь в искренности вашего желания помочь эльфам, но причины, которые движут мной, предполагают безопасность эльфов, во всяком случае, от колдуна.

После этих слов Элбер рассеянно посмотрел на Ирену, но поймал взглядом её посох и улыбнулся, наконец, вспомнив, где видел его раньше. Улыбка выражала лишь предположение и восхищение.

– Что ж, в таком случае пройдём в зал и выслушаем Ирену, – сказал Элбер.

Все эльфы после его слов убедились, что привычная жизнь в замкнутом помещении закончена, начиналась новая, вот только никто не знал, какая. Собрав необходимые вещи, эльфы направились за Элбером, две эльфийки несли на руках детей, которым не было и года отроду.

Среди спасённых эльфов начались разговоры и предположения, кто эта эльфийка и где они теперь будут прятаться. Один из самых наблюдательных заметил, что Ирена несёт посох, подозрительно похожий на тот, которым владел Амбассор, но даже он не мог поверить, что время колдуна закончено. Ведь он видел этого человека и видел, на что тот способен.

Королевская охрана, которую эльфы встречали на своём пути, лишь удивлённо разглядывала шедших, не предпринимая никаких действий. Видимо, Элбер, предупредил их, чтобы они не вмешивались в его дела.

Когда все заняли места за столом переговоров, Ирена взяла слово:

– Для эльфов у меня лишь одна новость, но я хотела бы, чтобы, услышав её, вы, братья и сёстры, остались здесь и приняли участие в наших переговорах с Элбером.

– Куда нас теперь? – спросил один из эльфов.

– Глупый вопрос, – ответила Ирена. – Это решать вам. Я лишь попрошу каждого объединить усилия с другими выжившими и вернуть былое величие нашего народа.

– Вам удалось договориться с колдуном? – недоверчиво посмотрел на Ирену всё тот же эльф.

– Да.

За столом переговоров начались перешёптывания.

– А где гарантия, что он не нарушит своих слов? – не унимался эльф.

– У меня в руках, – сказала Ирена. – Этот посох, – вытянула она руку, – принадлежал Амбассору и наделял его силой, что позволила убить эльфов.

Спасённые эльфы более не ограничивались шёпотом, послышались обсуждения правдоподобности слов провидицы.

– И как же вы его забрали у колдуна, – усмехнулся самый разговорчивый эльф, – в честном бою?

– Не совсем. Но разве это обязательно знать? Факт остаётся фактом – колдун обезоружен и более не представляет опасности.

– Хорошо, – не унимался эльф, – предположим, вы говорите правду. Что дальше? Нас слишком мало, чтобы вернуться к той жизни, что была шестнадцать лет назад.

– Как сказать. Сейчас я хочу заключить союз с людьми и индулами. После, надеюсь, придёт помощь от наших северных братьев. Планов много, мы собираемся восстановить все три эльфийских леса, в любом случае, в нынешнем положении нельзя опускать руки.

– Точно, – встал эльф, – индулы. Они точно не оставят нас в покое. А уж надеяться заключить с ними союз – верх безрассудства.

– Простите, как вас зовут? – спросила Ирена.

– Кардин, – кивнул эльф.

– Очень приятно. Так вот, Кардин, ответом на ваши сомнения является посох, который я держу в руках. Индулы знают силу этой вещицы, а значит, спасуют перед ней. У них не будет другого выхода, кроме как принять наши условия. Более того, я абсолютно уверена, что люди будут на нашей стороне.

Элбер кивнул.

– В этом можете не сомневаться, – сказал он.

– Что ж, кажется, будто вы просчитали всё, – подметил Кардин, – если вам удалось остановить колдуна, вы заслуживаете уважения. Я думаю, меня поддержат все эльфы, присутствующие здесь, если я скажу, что мы готовы признать вас Верховной провидицей выживших эльфов и помогать в сохранении нашего народа в Антарии.

– Спасибо, – кивнула Ирена, осознав только сейчас, что Кардин  - неформальный лидер спасённых эльфов. – Только не в сохранении, а в возрождении, это принципиальная разница веры, которая сослужит важную роль, – улыбнулась провидица.

Кардин кивнул в знак согласия и вернулся на своё место.

– Теперь я хотела бы обсудить союз эльфов с людьми, который, безусловно, будет выгоден лишь одной стороне. Элбер, – обратилась к королю Ирена, – вы должны понимать, что сейчас мы ничего не сможем предложить людям, кроме защиты, если на нас нападут из-за гор. Мы же просим у вашего народа помощи в восстановлении наших лесов, нам понадобятся люди, ресурсы, продукты, в общем, всё, что необходимо для жизни.

–  Не волнуйтесь, люди готовы помочь эльфам.

– Спасибо. Я позже предоставлю вам перечень необходимого, и вы решите, что из этого списка вы в состоянии предоставить. Эльфы, – перевела внимание на собратьев Ирена, – сейчас я отправлюсь в лагерь индулов, чтобы заключить с ними союз, вас я попрошу отправиться в Руанский лес, там находятся четверо выживших, вместе с ними вы дождётесь меня, и мы решим, чем займёмся дальше.

Элбер дал указ, чтобы эльфов проводили до выхода в город. Не задавая лишних вопросов, стража королевского дома выполнила поручение.

– Элбер, – обратилась провидица к королю, – я попрошу вас отправиться с нами в лагерь индулов. Вашу безопасность я гарантирую. Не думаю, что шаманы индулов пойдут против сильной магии и людского короля, более того, я избавлю вас от пагубного воздействия от близости индулов. Вы не почувствуете никакого страха.

– Спасибо. Я сейчас же распоряжусь снарядить лошадей для нас. Ваш друг Димар едет с нами?

– Конечно, – ответила Ирена. – У вас хорошая память на имена, – подметила провидица.

***

– Элбер, – обратилась Ирена к королю, когда они на лошадях пересекали мост через реку, – на вашем дворе не найдётся места искусному кузнецу?

– Догадываюсь, о ком вы говорите, – усмехнулся Элбер, направляя своего коня.  – Харрен Фор? Тот, что помог сбежать эльфу, а после и сам бежал из тюрьмы?

– Да.

– Я даже рискну предположить, что эльф, которого скрывал Харрен – ваш друг Димар.

– Да, это он, – кивнула Ирена.

– Место для кузнеца, конечно, найдётся. Такого мастера, как он, поискать нужно. Как-то даже пытался переманить его к себе, но он отказался, сказав, что хочет жить в Дефиате. Сейчас-то у него выбора другого нет. Несмотря на заключённый нами союз, Андре будет точить на него зуб. Даже если я отправлю в Дефиат указ, чтобы от Харрена отстали, до конца Андре не отступится, я его знаю.

– Что ж, спасибо. Я отправлю кузнеца, его ученика и жену в Лову, как только мы вернёмся в Руанский лес.

Перед отъездом из Лову король распорядился, чтобы по Антарии пустили весть о смерти колдуна, возглавлявшего индулов на протяжении шестнадцати лет, и об издании им, королём Антарии, указа о принятии всех выживших эльфов под защиту и вето на убийство членов этого народа.

– Элбер, можно задать вам вопрос? – спросил Димар, который до этого молчал.

– Конечно.

– Как долго вы собирались держать эльфов взаперти?

– До естественной смерти колдуна. Или же до их смерти.

– И все они были не против? – удивился Димар.

– Конечно, нет. Находились такие, что кричали: «свобода для нас дороже».

– А вы?

– А что я? Отпускал их. Не мог же насильно держать. Всё равно сбегут, – махнул рукой Элбер. – Хотя многие через пару суток возвращались, кто-то приводил с собой других эльфов, кто-то в одиночку, иногда раненный. Мне вот интересно, что было бы, если бы мои люди поймали вас и привели в укрытие, колдун бы так и жил?

– Ваши люди не поймали бы меня, – резко ответила Ирена, – а если б и поймали, то я не согласилась бы прятаться.

– Ясно. И всё же я поражён, как вам удалось покончить с колдуном? Если бы не вспомнил, чей посох в ваших руках, так бы и не поверил. Расскажете?

– А почему нет, – согласилась Ирена, – в пути всё равно скучно.

Провидица рассказала королю слегка преобразованную историю случившихся в тот дождь событий, умолчав о том, что Амбассора оставили в живых.

–  Интересно, – улыбнулся король, – я считал, что смерть колдуна – целиком ваша заслуга, как оказалось, вам помогали индул и подросток. Удивительный вы народ, эльфы, у вас двадцатилетний юноша превосходит многих взрослых в своём развитии.

И опять Ирена не стала пояснять, что Эл обладает такими способностями от рождения. Союз союзом, а обо всех секретах и проблемах эльфов лучше знать лишь самим эльфам.

Всё оставшееся время в пути Димар, Ирена и Элбер обсуждали помощь, которую люди могут предоставить эльфам, чтобы восстановить эльфийские леса. Эльфы были удивлены тому, сколь открытым оказался Элбер, они были знакомы лично лишь несколько часов, а общались так же непринуждённо, как закадычные друзья, обсуждающие общие дела.

Когда до деревни индулов осталось минут десять езды, разговоры затихли.

– Элбер, помните, нам важно ваше присутствие, заключение союза с индулами - дело времени. На нашей стороне достаточно преимуществ, чтобы склонить индулов к миру.

– Трудно не верить той, что держит в руках божественный артефакт, – усмехнулся Элбер.

– Видите, даже вы это понимаете. Индулы более трепетно относятся к богам, нежели мы с вами.

– Думаю, вы правы, – кивнул Элбер.

Троих гостей на лошадях индулы заметили издалека и немедленно сообщили верховному шаману. Тот, предчувствуя недоброе, вышел встречать визитёров. Когда он признал в лошадях королевскую конницу, а во всадниках эльфов и человека, его страх лишь усилился.

– День добрый, Грох, – обратился Элбер к индулу на межрасовом наречии, когда его конь подошёл к шаману, – лет пять прошло с того момента, как мы в последний раз общались, а ты до сих пор верховный шаман. Не многим индулам удавалось оставаться во главе племени на протяжении двадцати лет, – усмехнулся король.

– Ты тоже немало времени на троне сидишь, – огрызнулся Грох. – Зачем приехал? Только отвечай скорее, индулы ждут моего приказа, чтобы прикончить твоих спутников.

– Спутников моих не тронь. У нас к тебе разговор. Проводи нас в пещеру.

Грох прорычал несколько слов на родном языке, смысл которых было сложно не угадать. Все стоящие поблизости индулы рванулись к лошадям эльфов, а некоторые бросили в спутников короля метательные ножи.

Индулы, не успев добраться до своей цели, взмыли в воздух и начали беспомощно барахтаться, будто пытаясь разорвать нити, поднявшие их. Метательное оружие, не успев пролететь и метра, падало на землю. Грох досадливо зарычал, он понял, что произошло.

– Так что? Мы поговорим? – повторил вопрос король.

Индул кивнул. Эльфы и король спустились с лошадей. Элбер попросил Гроха, чтобы индулы приглядели за скакунами. Шаман подчинился. За всё время, пока Элбер со своими спутниками шли через деревню, ни один индул не посмел повторить попытку убить эльфов, несмотря на приказ Гроха.

На склоне горы, возле которой располагалась деревня, выросли деревья, придавая горе непривычный, но красивый вид. Извержение вулкана, вызванное Амбассором, принесло свои плоды.

– О чём вы хотели поговорить? – обратился Грох к эльфам, когда они вошли в пещеру.

– Для начала я хочу сообщить, что Амбассор мёртв и больше никоим образом не поможет вам, – начала Ирена. –  Мы приехали, чтобы заключить с народом индулов союз.

На секунды в пещере зависло молчание, но после верховный шаман зашёлся истеричным смехом. Если бы Ирена услышала это кряхтенье, смешанное с повизгиванием, в людском городе или эльфийском лесу, в жизни бы не подумала, что эти звуки – смех, пусть и индулский.

– Вы шутите? – спросил Грох, успокоившись.

– Нет.

– Мне так не кажется, эльфов по всей Антарии десятки, нас же тысячи. Какой смысл нам заключать союз с вами, пусть даже без колдуна на нашей стороне?

– Вы заключите союз не с нами, а со всеми народами Южной Антарии – эльфами и людьми.

– Ха, – воскликнул Грох, – даже тот факт, что вы завладели посохом, не спасёт эльфов от истребления. Мы убьём вас поодиночке.

– А если мы убьём вас? Вы же прекрасно знаете, на что способен этот посох.

– Знаю. Но так же прекрасно понимаю, что вы не убьёте ни одного индула, пока есть шанс на мирное разрешение ситуации.

– Надо отдать вам должное, Грох, вы прекрасно изучили психологию врага, вот только я не вижу другого выхода.

После этих слов в глубине горы что-то затрещало.

– Я заметила, что вулкан извергался совсем недавно. Думаю, он способен излить ещё одну волну лавы.

Треск постепенно усиливался, а Грох всё так же невозмутимо стоял на своём месте, разглядывая Элбера.

– Знаете, Грох. Сейчас все жители деревни недоумевают, что происходит, боятся, молятся Вайленду, чтобы он помог, лишь вы стоите и надеетесь на мою милость. Не на милость богов, а на доброту эльфов. Забавно, но я всегда знала, что такие, как вы, шаманы, получившие власть, не думают о боге, надеясь лишь на свою силу и хитрость. Однако это не мешает им рассказывать народу байки о предвидениях и посланиях богов. Для вас Вайленд - это лишь способ манипулировать своим народом, лишь инструмент, который может помочь, – Ирена говорила, а шум из горы всё нарастал и нарастал, казалось, будто небо падает на землю, с диким грохотом сминая всё на своём пути. – И, ещё… знаете… вы правы… Я не стану уничтожать вашу деревню и ваш народ. Я оставлю в живых даже вас, – с этими словами звук внутри горы резко затих и превратился в лёгкое журчанье, – но лишь потому, что народ не должен отвечать за ошибки вождя, а вождю нужно искупать свои ошибки. Мы вернёмся через сутки. Если вы не согласитесь заключить с нами союз, я возьму слова обратно и не дам вам времени на работу над ошибками, – Ирена встала и пошла прочь из пещеры, Элбер и Димар отправились за ней. Грох рявкнул им на прощание, никаких идей по исправлению ситуации у него не было, а здесь ещё группа, посланная им на остров, не возвращалась.

– Элбер, я надеюсь, вы не против разбить недалеко от деревни индулов лагерь и провести ночь в нём? – спросила Ирена.

– Нет. Не против.

Получив своего коня назад и сев на него, Ирена огляделась вокруг. Гроха поблизости не оказалось.

– Индулы, – крикнула она, – кто из вас понимает, что я говорю?

Из толпы собравшихся  вытолкнули индула.

– Вас я слышу, – нерешительно сказал индул.

– Отлично, сообщи своим собратьям, что колдун Амбассор пал и он, кстати, не являлся посланником Вайленда, он обычный человек, получивший силу от людского бога. И ещё, отряд, что Грох послал на остров к северу отсюда, будет находиться под моим контролем, пока ваш народ не согласится заключить союз с нами.

– Хорошо, братья тоже услышат ваши слова.

– Вот и ладненько, – кивнула Ирена. – Поехали, – обратилась она к своим спутникам.

– И всё же я не понимаю, – сказал Элбер, когда они отъехали от деревни индулов и разбили лагерь, – для чего вы дали Гроху время на размышления. Я знаю его давно, он не изменит решения, каким бы оно не было.

– Согласна с вами. Но если он будет упираться и дальше, мне придётся его убить, а смерть лидера лишь навредит индулам. Я не хочу ослаблять их племя. Эльфам будет достаточно союза с индулами, но не вражды.

– Вы надеетесь, что завтра Грох согласится на союз?

– Нет. Я уверена, что нет. Не зря же я сообщила индулам, что их шаман врал им, в данной ситуации они поверят мне, будьте уверены. Если им не удастся уговорить Гроха принять наше предложение, они убьют его, а убивший наверняка займёт место предводителя.

– Что ж, вполне логично. Вы убьёте лишь одного и то не своими руками, чтобы заключить союз со всем племенем.

– Честно говоря, даже эта жертва была необязательной, но упёртый Грох сам определил свою судьбу.

– Возможно. И всё же я вновь поражаюсь вашему поведению, индулы с колдуном уничтожили почти всех ваших родственников, а вы даже не пытаетесь отомстить.

– Вы ошибаетесь, – злорадно ухмыльнулась Ирена, – для индулов страшнее смерти может быть только то, что они пошли против своей веры, а именно на это мы раскрыли им глаза. Они ещё долго будут отмаливать свои грехи у Вайленда, поверьте мне. Я, как и Грох, тщательно изучила психологию врага. Димар, – перевела она взгляд на эльфа, – с того момента, как мы встретились с Элбером, ты не проронил практически не слова. Тебя что-то беспокоит? Что-то не так?

– Всё нормально, – выдавил из себя улыбку Димар, – рука слегка побаливает, а так всё в порядке. Я просто согласен с тобой, да и план мы обсуждали не раз, – ответил Димар, но, как только Ирена отвела внимание, эльф вновь погрузился в мысли.

Глава 7.

Архин подходил к своей деревне. За всё время, что прошло с того момента, как он разминулся с Элом и Прутом, ничего не произошло. Он шёл домой, а в голове, не давая покоя, копошились мысли: Как его примут? Знают ли индулы о падении колдуна? Как там мама и папа? Ведь он даже не предупредил их, когда ушёл из деревни. Что может сделать со мной Грох, если я скажу, что колдуна больше нет? Что будет теперь?

Пытаясь отогнать мысли, что разъедали душу, Архин возвращался ко сну, который явился к нему на плато. Станет ли он вождём племени? Было бы неплохо, ведь при таком раскладе событий многие проблемы решатся сами собой. Вот только обязательное ли условие для получения власти - убийство Эла? Или же нет? Он прекрасно понимал, что многое станет ясно, когда он вернётся в Ардык. Легче от этого не становилось.

В какой-то момент Архин поймал себя на мысли, что настолько привык к межрасовому языку, что даже думать стал на нём. Он решил, если станет вождём, введёт в обязательную программу обучения молодых индулов межрасовый язык. Кроме того, он желал изменить систему обучения воинов на ту, которой сам следовал всю жизнь и благодаря которой мог дать фору даже некоторым эльфам в бою один на один.

Достигнув деревни, Архин понял: что-то не так. Окраины деревни будто вымерли, лишь со стороны площади доносились возгласы индулов. Архин догадался, что весть о падении Амбассора всё-таки дошла до Ардыка. Оставалось лишь надеяться, что жители не узнают о его роли в этом.

Архин поспешил к площади. На возвышении, специальном месте для выступающих, стоял Грох. Его почти никто не слушал, многие обсуждали последние события между собой.

– … более того, – услышал Архин сквозь шум голосов слова Гроха, – мы не должны поддаваться на провокации эльфов, когда исполнение нашей цели так близко. Даже учитывая последние события, мы должны исполнить волю Вайленда, – после этих слов толпа перешла на протестующий рык. – Эльфов осталось слишком мало. Убьём ещё десятка два, и с народом будет покончено, – продолжал взывать к племени Грох, не обращая внимания на протесты.

– Архин! – услышал он окрик мамы, когда начал пробираться сквозь толпу ближе к центру. Оглядевшись по сторонам, он заметил её обеспокоенное лицо. – Архин! Ты где был? – спросила она, пробравшись к нему и обняв сына.

– Долго рассказывать, как-нибудь потом, – отмахнулся он, – извини, что покинул деревню и не предупредил.

– Архин, я знаю, что ты хочешь вновь оспорить слова Гроха, – начала было Михара.

– Мам, хватит меня останавливать. Раньше папа, сейчас ты. Я решил. Кто-то должен прекратить это.

– Я не хочу тебя отговаривать, но прежде, чем ты выйдешь к народу, ты должен узнать, что произошло. Идём, прогуляемся. Ситуация такова, что полчаса времени ничего не решат.

– Хорошо, – согласился Архин. – А где папа?

– Вот об этом я и хочу тебе рассказать, – пояснила Михара. – Через несколько дней после того, как ты ушёл, Грох приказал собрать отряд, который должен был убить последних эльфов. Твой отец вошёл в этот отряд, чтобы поскорее покончить с противостоянием между нами и эльфами. Мы же думали, что это Грох изгнал тебя из племени. Отец считал, что, если с эльфами будет покончено, ты вернёшься в Ардык. В общем, пара сотен индулов, отправившиеся на остров, что находится к востоку от нас, до сих пор не вернулись

– Значит, папа погиб? – перебил Архин маму, предполагая худшее.

– Дослушай меня, – с упрёком посмотрела Михара на сына. – В общем, они не вернулись, а  несколько часов назад в Ардык явился людской король, сопровождаемый эльфом и эльфийкой, которая несла посох Амбассора, – рассказывала Михара, проходя мимо многочисленных шатров.

– У эльфа была перебинтована рука? – уточнил Архин.

– Да, – удивилась Михара вопросу сына. – Ты их знаешь?

– Приходилось встречаться. Ладно, об этом потом, зачем приезжали эльфы и что с папой?

– Эльфы приехали, прошли в пещеру Гроха, после началось урчание горы, как в тот день, когда Амбассор нас спас, – Архина всего перекосило после этих слов. Михара, не обратив внимания на реакцию сына, продолжила, – гора урчала некоторое время, но так и не вылила огненной воды. Вскоре всё затихло, а эльфы с человеком вышли из пещеры и покинули деревню. Но прежде, чем ускакать на лошадях, они сообщили нам, что Амбассор погиб и что он не был посланником Вайленда. Теперь, когда эльфы завладели силой Амбассора, они желают заключить с нами союз, дабы чувствовать себя в безопасности. Грох, конечно, против. В общем, эльфы сказали, что индулы, отправившиеся на остров, находятся в плену, и будут удерживаться там, пока мы не дадим обещание о ненападении.

– Подобного стоило ожидать, – пожал плечами индул.

– Возможно, но мне непонятно, почему эльфы не уничтожили нас? Амбассор останавливал и остужал огненные реки, вызывал дождь, без труда обезоруживал тысячи эльфов, значит, и те, что приезжали к нам, могут  то же самое, завладев силой Амбассора.

– Какая разница. Я думаю, нам стоит радоваться, что события развиваются так. Хотя я был прав, мы слишком плохо знали эльфов. Они не будут убивать ради мести, – сказал Архин. – Во всяком случае, многие из них не станут этого делать, – добавил он, вспомнив ненавистный взгляд Волака. – Как скоро эльфы требуют ответа от Гроха?

– Они обещали вернуться завтра днём.

– Хорошо, время есть. Я знаю, что делать, но пока я хочу рассказать о том, где был после того, как покинул деревню.

Архин рассказал маме, как он начал подслушивать разговоры Гроха с Амбассором, как услышал о нападении на эльфов, как побежал предупредить их об этом, как познакомился с Элом, Иреной, Димаром и другими эльфами, как вместе с Элом они остановили колдуна, и как после этого он проводил его к родителям на север. Михара слушала внимательно, раздумывая над каждым словом сына.

– Так ты говоришь, Амбассор жив и теперь беззащитен, как дитя?

– Да.

– Тогда зачем эльфы соврали нам?

– Не знаю. Думаю, у них были причины на то. В любом случае я уверен, что они не желают нам зла, несмотря на то зло, что мы причинили им. Поверь мне, эльфы не те, совсем не те, какими мы привыкли их считать.

– Что ты собираешься делать теперь?

– Не волнуйся, – улыбнулся Архин, – завтра папа будет дома. Я слишком долго лелеял мечту покончить с ложью Гроха. У меня давно есть план, только теперь всё будет проще. Грох сам облегчил мне работу, почти все индулы настроены против него.

– Что ж, не имею права отговаривать, только, пожалуйста, будь осторожней.

– Обязательно, мам. Всё будет хорошо. Иди домой, я всё устрою, – Архин потёрся лицом о нос мамы. И развернувшись, отправился к шатру Гроха.

Индулы на площади начали расходиться, продолжая обсуждать  последние события. Архин же не хотел даже слушать их. Пора было действовать.

Когда Амбассор пришёл в Ардык впервые, Архину было шесть. Тогда индул не интересовался ни посланником, ни эльфами, тогда Архин просто жил и радовался жизни. Играл с друзьями в войну и размахивал деревянной дубиной, мечтая стать сильным воином.

Интерес к Амбассору и эльфам возник у него в восемнадцать лет, когда он услышал рассказы Кругха о трёх богах. Кругх был ровесником Архина, но в отличие от него, изучал магию. Архин быстро нашёл общий язык с новым знакомым и довольно скоро подружился с ним.

Слушая всё новые и новые истории, рассказываемые другом, Архин всё чаще раздумывал о том, что Амбассор не тот посланник, которым его считают другие. Сначала причиной подобного недоверия был лишь тот факт, что колдун являлся человеком, пускай и не испытывающим страхи перед индулами. Архин считал, что Вайленд, если бы и послал к ним шамана, способного поднять мощь Ардыка в Антарии, не дал бы ему облик человека –  народа, созданного братьями.

После Архин стал замечать, что колдун разговаривает на непонятном ему языке. Когда Кругх пояснил, что это всеобщий, Архин окончательно убедился в том, что посланник прибыл вовсе не по воле Вайленда. Поделившись своими догадками с другом, он не нашёл поддержки. Кругх считал, что человеческий облик и незнание индулского языка колдуном не причина клеветать на того, кто исполняет волю Вайленда. Но мнение Архина эти слова не изменили.

Архин попросил Кругха, с которым проводил всё свободное от службы время, научить его разговаривать на межрасовом языке, кроме того, Архин желал научиться читать рукописи индулов. Шаманы учились этому с десяти лет, поэтому Кругх согласился.

Через год Архин понимал смысл фраз, долетающих до ушей при разговоре Гроха с колдуном. Вот только фразы эти были, по большей части, повседневными.

К двадцати годам Архин свободно общался на межрасовом языке, а с другом-шаманом разговаривал только на нём. Помимо этого он также изучал записи из библиотеки шаманов, которые приносил для него Кругх. Воин-индул старался найти ответ на один лишь вопрос: что хочет получить Амбассор от индулов, если он не является посланником?

В одной из исторических рукописей Архин обнаружил информацию, что существуют индулы лишь благодаря милости эльфов, созданий, которых он, как и всё племя, считает лютыми врагами. Конечно, этот отрезок истории расписывался в шаманском источнике так, будто в поступке эльфов была лишь дипломатическая заслуга индулского народа. Но Архин сделал из прочитанного собственные выводы, выводы, которые шли вразрез с убеждениями индулов. Эльфы после великой битвы с индулами оставили часть из них в покое только лишь из-за собственной гуманности. Врагами эльфов стали считать лишь после прихода Амбассора, до этого, как узнал Архин, отношения между двумя народами были если не дружественными, то сдержанными. После этого Архин понял, что Амбассор использовал индулов, чтобы нападать на эльфов, и его презрение к колдуну выросло в разы.

О своей догадке Архин долгое время не рассказывал никому, даже Кругху.

Однажды в Ардык наёмники привели живого эльфа, Грох приказал готовить жертвенную церемонию. За церемонией наблюдали, по крайней мере, полдеревни, но лишь один из зрителей сего зрелища не был от него в восторге. На этой церемонии Архин впервые увидел эльфа, он был очень похож на человека, коих на службе он видал достаточно. Взгляд приговорённого эльфа поразил индула до глубины души, это не был ненавистный взгляд или решительный взгляд смерти в лицо, даже обречённым его нельзя было назвать, скорее в глазах эльфа отражалась грусть и печаль. О чём печалился эльф перед смертью, Архин никогда не узнает, да и не хотел он этого знать, ему было достаточно того, что он видел этот взгляд. В тот день Архин окончательно убедился в том, что Амбассор их обманывает, вот только другие этого не замечали или не хотели замечать.

На одном из собраний Архин попытался вразумить народ Ардыка, но никто не захотел его слушать, назвав полоумным. Тогда Архин заметил ещё один взгляд, который он запомнил на всю жизнь – довольный и уверенный взгляд Гроха. Ещё год назад  этот взгляд разозлил его до глубины души, он высказал в лицо верховного шамана всё, что думал о нём. Скандал был на всю деревню, благо отец замял, но друзей с того момента у него не было, общался он лишь с сослуживцами и родителями.

Архин видел Кругха на собрании, в тот злополучный день, и на секунды ему показалось, что друг верит ему и находит в его словах верные доводы. Но отец Кругха, приближённый Гроха, запретил даже разговаривать сыну с клеветником.

Сейчас же против Гроха восстали даже шаманы, значит, у Архина был шанс восстановить былую дружбу с Кругхом, а также заручиться поддержкой молодого шамана.

Жил Кругх рядом с Грохом, ещё два года назад Архин частенько приходил к нему в гости. Пещера отца Кругха делилась на два больших отсека, один из них принадлежал родителям, в то время как в другом комфортно расположился молодой шаман.

Подняв полог, закрывавший вход в пещеру, Архин позвал друга:

– Архин? – откликнулся Кругх из дальнего отсека пещеры. – Это ты? – Вскоре он вышел к гостю. Архин отметил, что его друг ни капли не изменился за всё то время, что они не видели друг друга. Всё тот же вздёрнутый нос, всё то же белое пятно шерсти на лбу, которое Архин называл третьим глазом, и всё та же странная ухмылка, природу, которой Архин никогда не понимал. Она была слегка грустной, но в тоже время абсолютно искренней. Увидев Архина, Кругх  подошёл к нему. – Не ожидал тебя здесь увидеть, тем более после того, что произошло.

– Ты о чём? – испугался Архин, что его роль в падении колдуна известна в деревне.

– О том, что я перестал общаться с тобой после твоего выступления, – пожал плечами Кругх. – Я ведь тогда считал, что твои доводы не безосновательны, но поддержать тебя означало очернить моего отца. Репутация для него слишком много значит. Ты извини меня.

Архин посмотрел на друга и понял, что не сможет простить ему этот поступок, слишком тяжелым оказалось то время, когда все от него отвернулись. Пускай подобное существование за год вошло в привычку, но тот день он запомнит навсегда.

– Идём, прогуляемся. Не хочу разговаривать здесь, – только и сказал он.

Архин вышел из пещеры и пошёл по деревне, выбирая маршрут наобум. Кругх поспешил за ним.

– Слушай, давай просто постараемся не вспоминать этот эпизод нашей жизни, – заговорил Архин, – ты же понимаешь, что я не смогу простить. Забыть – возможно. Простить – вряд ли.

– Хорошо. Ты прав, постараемся забыть, – кивнул Кругх. – Хоть это будет и нелегко, – подумал он.

– Ты же понимаешь, что я пришёл к тебе не поболтать о жизни?

– Догадываюсь. У тебя есть вопрос или просьба настолько важные, что они покрывают обиду на меня?

– Не совсем. У меня есть к тебе предложение, – сказал Архин, решив не уточнять, что обида прошла, остался лишь лёгкий осадок. – Хотя сначала, конечно, я хочу у тебя спросить кое-что.

– Давай, спрашивай, я постараюсь ответить, как есть, – сказал Кругх, решив, что может не бояться за репутацию отца, ведь слово Гроха сейчас ничего не стоило. Возможно даже, Грох последние дни является верховным шаманом, наверняка скоро произойдёт переизбрание, ввиду ошибки действующего вождя.

– Видения, что приходят иногда к шаманам от Вайленда, о чём они обычно?

– Не знаю, – пожал плечами Кругх, – в них нет ничего общего. Обычно Вайленд даёт какое-то наставление, совет или предупреждение шаману.

– Вайленд сам является к шаманам?

– Да, насколько я знаю, сам. Хотя в большинстве своём шаманы всего лишь слышат голос, но не видят говорящего.

– А как выглядит Вайленд в этих видениях?

– Вот чего не знаю, того не знаю. В некоторых источниках я читал, что Вайленд похож на человека, но ничего более конкретного сказать не могу.

Архина словно ударило разрядом молнии, он понял глупость своих аргументов, что приводил, когда пытался убедить племя, что Амбассор самозванец. Вайленд мог бы послать в Антарию не человека, а существо, похожее на себя, то есть Мьюрта, который очень даже схож с человеком и эльфом. Вот только язык, который использовал Амбассор, всё равно говорил о принадлежности к людям, но не к Вайленду. Их божество прекрасно владеет индулским языком, во всяком случае, в видении он не использовал слов межрасового.

– А могло видение прийти не к шаману? – задал после нескольких секунд раздумий вопрос Архин, который более всего интересовал его.

– Не знаю, – снова ответил Кругх, – во всяком случае, я о таком не слышал. А ты это спрашиваешь… Тебе что, было видение? – догадался молодой шаман.

– Вроде того, я не хочу о нём рассказывать. Если до этого оно не являлось воинам, то мне вновь никто не поверит.

– Архин, – обратился к нему Кругх, посмотрев в глаза Архина, и выдержал короткую паузу, будто пытаясь понять, что было в том видении, – Расскажи мне. Может, я придумаю, как поступить. В конце концов, влияние Гроха упало, а ты был единственный, кто не считал Амбассора посланником. Я уверен, что многие после сегодняшних событий вспомнят, как ты пытался вразумить народ, и переосмыслят твои слова.

Архин долго не отвечал, размышляя над сказанным. Кругх был прав, теперь все, кто помнят то собрание, встанут на его сторону.

– Где твой отец? – спросил Архин, пытаясь понять сложившуюся вокруг ситуацию и решить, что делать дальше.

– На собрании шаманов, – ответил Кругх, удивившись вопросу друга. – Их Грох созвал, чтобы решить, что делать дальше. Думаю, они изберут нового верховного шамана, чтобы успокоить народ.

– Не уверен. У Гроха наверняка существует влияние на круг шаманов. А даже если изберут нового…, – задумался Архин на мгновенья. – Не считаю, что многое изменится. Главный кандидат на роль верховного шамана после Гроха – твой отец. Как думаешь, как он поступит, чтобы вернуть доверие индулов? Ведь родственники многих сейчас находятся на острове.

– Самое очевидное – согласиться на союз, - ответил Кругх. – Хотя прав, – добавил он чуть позже, – Грох может не позволить, как бы там ни было, среди шаманов его влияние сохранилось, пускай и ослабло. Грох слишком упёрся в идею покончить с эльфами раз и навсегда, думаю, его не остановят ни пленники на острове, ни посох Амбассора в руках эльфов.

– Это меня и волнует, – пояснил Архин, – среди пленников на острове находится мой отец и находится там по моей вине. Я не допущу, чтобы с ним что-нибудь случилось.

– Что собираешься делать?

– Не вижу другого выхода, кроме как убрать с пути Гроха. Твой отец без вмешательства Гроха согласится на союз с эльфами.

– Думаю, да, – неуверенно ответил Кругх. – Только тебе не кажется, что убийство Гроха чересчур кардинальное решение?

– Есть другие предложения?

– Нет. Точнее, да. Можно попытаться просто полностью отстранить его от решения каких-либо вопросов, разжаловать из шаманов за нарушение воли Вайленда, – предложил Кругх.

–  Ты уверен, что другие шаманы поддержат нас?

Кругх покачал головой:

– Сам подумай, что будет, если ты убьешь Гроха.

– Что будет? Простые индулы-воины и кузнецы меня поддержат, а шаманам будет деваться некуда. В крайнем случае, стану вождём племени.

– Что? – посмотрел Кругх на своего друга, будто перед ним стоял слабоумный. –  Ты прекрасно знаешь наши правила: вождём может быть лишь шаман.

–  Ты должен понимать, что устои Ардыка нарушил Грох. Если видение было истинным, Вайленд сам изъявил желание, чтобы во главе племени встал воин.

– То есть ты? – уточнил Кругх. – В твоём видении Вайленд просил тебя занять место Гроха.

– Да, – ответил Архин, решив не рассказывать о миссии, которую поручил ему бог.

– Так, стоп. Подожди… Подожди… – торопливо заговорил Кругх, пытаясь обдумать сказанное, – А ты видел Вайленда или слышал его голос?

– Видел, – ответил Архин.

– В таком случае, возможно, обойдётся без кровопролития. Видишь ли, те шаманы, которых посещало видение, не распространяются другим о внешнем виде Вайленда, чтобы можно было проверить подлинность того, что к шаману действительно являлся Вайленд. Поэтому к голосовым посланиям Вайленда  относятся прохладнее. Давай дождёмся окончания совета круга шаманов и отправимся к моему отцу, он видел Вайленда, если его облик подтвердится, он поможет нам.

– В чём поможет?

– Как в чём? Сделать тебя нашим вождём. Если уж на то была воля Вайленда, против неё папа точно не пойдёт.

– То есть ты веришь, что Вайленд приходил ко мне?

– А почему нет? Врать тебе резона нет. Да и, откровенно говоря, один раз я тебе не поверил, после целый год об этом жалел. Так что? Идём ко мне домой? Ждать папу?

– Пошли, – согласился Архин.

Друзья отправились в пещеру Кругха, непринуждённо обсуждая последние события, забывая о недоразумении, произошедшем год назад и надолго разлучившем их.

В пещере они провели более часа, ожидая Аруха, шамана из круга и отца Кругха. За это время друзья рассказали друг другу всё, что произошло с ними за время разлуки, перебрали все темы, что могут обсуждать два друга, не разговаривавшие целый год.

Кругх с раскрытым ртом слушал рассказ Архина о встрече с эльфами на острове и после осудил друга за столь рискованный шаг, сделанный лишь из-за желания разоблачить лжепосланника, но Архин пояснил другу, что враг становится другом, если у тебя и у него общие цели. Рассказывать Кругху о доброте эльфов было бессмысленно, никто в Ардыке не поверит в их милосердие, даже если Ирена согласится на союз с индулским народом, без каких-либо серьезных требований к существам помогавших Амбассору. Сам же Архин, когда шёл к острову, надеялся лишь на то, что эльфы поймут его тогда, когда не смогли понять сородичи и поверят  в то, во что не поверил бы он сам, будь на их месте.

Отец Кругха пришёл в пещеру, когда Архин с другом начали скучать и просто сидеть в ожидании, разглядывая замысловатые узоры из царапин, оставшиеся после раскопки пещеры из остывшей лавы.

– Что решили? – встретил отца вопросом Кругх.

– Ничего, – отец друга был не в духе, и это обнадёживало Архина. – Грох упёрся, – после этих слов уверенность в сердце индула обрела опору, – и не желает уступить эльфам. Хотя сейчас у нас нет другого выхода. – Тут он заметил, что в пещере кроме сына находится кто-то ещё. – О, Архин! Ты извини, что тогда так вышло, сам знаешь, репутация у Гроха была безупречной. Рад, что ты зашёл. Видимо, всё понимаешь.

– Да, понимаю, – кивнул Архин, – Арух, видите ли, я пришёл по делу.

Архину показалось, что в глазах у шамана мелькнула надежда, а его злость, будто водой смыло.

– Догадываюсь я, какие у тебя дела, – заговорщицки посмотрел Арух.

– Нет, пап, не догадываешься, – встрял Кругх в разговор, который Архин успел спланировать на пару реплик вперёд, – он говорит, что к нему являлся Вайленд!

– Вайленд? – не поверил Арух.

– Да, Вайленд, – повторил Кругх.

– Архин, это правда? – вмиг посерьёзнел Арух.

Архин кивнул.

– Я тебя не буду спрашивать, о чём он говорил. Мне больше интересно другое, как он выглядел?

– Он имел человеческий облик, – начал описывать Вайленда Архин, – с черными точками на лице и серыми волосами. Волосы были длинные, до плеч. – Индул замолчал, пытаясь вспомнить какие-то особенности внешнего облика явившегося к нему божества, но так и не смог. Для него почти все эльфы и люди были слишком похожи друг на друга, чтобы выделять в них что-то конкретное. Лишь общие черты, которые невозможно описать.

– Это всё?

– Да. Не припоминаю больше ничего.

– Что ж. Этого не достаточно. Расскажи, что было в твоём видении. Опиши весь сон. Что за чем происходило. Есть одна особенность, которая встречалась во всех видениях видимых шаманами. Если она встретится и у тебя, будет повод поверить твоим словам.

Архин рассказал, как находился в пещере, после, почувствовав постороннего снаружи, вышел к нему навстречу. Пересказал суть разговора, умолчав об Эле, и закончил рассказ на том, как мужчина исчез, а сам Архин проснулся.

– Интересно, – протянул Арух, погружённый в мысли. – Понимаешь, какая штука, я верю тебе и не сомневаюсь, что ты правдив и не выдумал явление Вайленда, вот только твои слова рушат все наши устои. В прошлый раз, когда ты хотел разрушить то, к чему привыкли все, ты стал изгоем.

– Что ж, значит, меня не ждёт ничего нового, – Архин пожал плечами. – Так вы поможете мне?

– Стать вождём? – уточнил Арух.

– Да.

– Честно тебе скажу, меня не устраивают планы Гроха. Родные тех, кто на острове, рано или поздно взбунтуются и свергнут его, а то и весь круг, тогда Ардык окажется без присмотра. Нам этого не нужно, а ты парень толковый. Единственный, кто готов идти против всех ради пользы племени. В общем, если будут вопросы, я выскажусь в твою пользу, но против Гроха идти не имею права, он пока ещё верховный шаман. И, конечно, я сообщу шаманам круга и Гроху о твоём видении и подниму вопрос о признании его истинности. Если круг будет против, ты знаешь, что делать.

– Знаю, – кивнул Архин.

– Думаю, придётся собрать их прямо сейчас, тогда и решим, что будет дальше. Идёшь со мной?

– Да. У меня осталось лишь пару вопросов. Кругх, ты со мной? – спросил он друга, который до этого лишь слушал разговор.

– Я с тобой, – ответил индул, боязливо посмотрев на отца, но, не услышав противоречий, добавил, – могу даже помочь в чём-то, если, конечно, в твоих планах есть лишняя роль.

– Есть, – вновь кивнул индул. – Хотя, надеюсь, обойдётся без неё. Арух, есть ещё кое-что, что я хотел бы знать.

– Да?

– Что за деталь из рассказа убедила вас в моей правдивости?

– Ты вышел из пещеры, – пояснил Арух. – Вайленд во всех видениях не подходил к тому, кому желал передать послание. Шаман всегда чувствовал, что с ним хотят поговорить, и выходил к Вайленду сам, чтобы услышать наставление или получить миссию.

– Что ж, хорошо. Думаю, нам следует отправиться на совет.

– Да. Я сейчас дам указание воинам, что охраняют пещеры, чтобы они разнесли шаманам весть.

– Кругх, – обратился Архин к другу, – ты с нами, думаю, я найду тебе роль, даже при благоприятном исходе собрания.

***

Совет круга шаманов был собран незамедлительно. Через десять минут после разговора Архина с Арухом почти все шаманы Ардыка вновь собрались в пещере Гроха. По их лицам было понятно, что они вовсе не в восторге от повторного сбора.

– Арух, объясни нам, зачем ты собрал совет сразу после первого, безуспешного собрания? – проворчал один из шаманов круга.

– Я собрал вас, потому что время, отведённое нам эльфами и людьми на принятие решения, подходит к концу. Если мы к утру не решим, что делать, родные тех, кто находится в плену, взбунтуются.

– У тебя есть предложение как сдвинуть дело с мёртвой точки? – съязвил Грох, считающий, что ситуация под его контролем.

– Конечно, иначе бы я вас не созвал. Дело в том, – начал объяснять Арух своё предложение, – что принятию правильного решения мешает наделение голоса верховного шамана повышенным приоритетом. В остальном же наши мнения, относительно того, что делать дальше – разделилось таким образом, что союз поддерживают четверо, а продолжение войны  - лишь двое.

– Арух, – прервал его один из шаманов, – ты предлагаешь лишить Гроха права голоса и склонить решение к тому, за которое высказываешься ты.

– Я объяснял, что Грох поступил против воли Вайленда, выдав Амбассора за посланника, я предлагал вам принять решение о наказании.

– В таком случае, вы должны помнить, что мы объяснили, что Вайленд наверняка бы поддержал начинания Гроха. Он создал нас, чтобы уничтожить существ своих братьев и вот спустя много лет у нас это практически получилось.

– А что бы вы сказали, если бы Вайленд был против уничтожения эльфов? Как бы поступили? Приняли бы его волю? – повысил голос Арух.

– Конечно.

– И наказали бы Гроха? – спросил Арух, оглядев лица шаманов круга. Все они задумались, и лишь на лице Гроха проскользнуло секундное волнение.

– Да, если бы у нас были доказательства, мы бы отстранили его от дел и, возможно, изгнали бы из Ардыка.

– Что ж, отлично. Подождите секундочку.

Арух вышел из пещеры и подозвал Архина и своего сына, которые стояли недалеко и дожидались своей очереди.

– Как там? – спросил Архин.

– Тяжело нам придётся, – ответил Арух, – хотя пора припереть Гроха, он может почувствовать безнаказанность. А учитывая настроения в деревне, нам, шаманам, это может выйти боком. Ни один индул не подумает, что идёт против Вайленда, когда пойдёт против круга. Так что до ночи мы должны принять решение о принятии союза с эльфами. Надо признать, умение Гроха убеждать не подвело, два шамана всё так же верят его словам и поддерживают его планы. Если нам удастся убедить хотя бы одного из них ,  победа будет за нами.

– Тогда пошли. Незачем терять время, – поспешил Архин.

Шаманы были удивлены, когда заметили, что вслед за Арухом и его сыном Кругхом в пещеру вошёл Архин. Индула хорошо знали члены круга.

– Этот индул, – указал Арух на Архина, – утверждает, что, когда он путешествовал на север, во сне к нему явился Вайленд. Думаю, вам будет интересно послушать его, так как я был поражён, когда он рассказал свою историю.

– Хотите сказать, что вы обсуждали с ним видение? – встал Грох.

– Да, – ни на секунду не смутившись напору верховного щамана, ответил Арух.

– Забавно. Но из троих шаманов, к которым приходил Вайленд, этот воин выбрал именно вас. И что более забавно, я догадываюсь, его рассказ соответствует вашим желаниям, Арух.

Арух хотел было что-то ответить верховному шаману, но слово взял сам Архин:

– Я пришёл в первую очередь не к Аруху, – решительно посмотрев на Гроха, ответил Архин, – я хотел посоветоваться с другом Кругхом, когда вернулся с севера. Именно он предложил обратиться мне к своему отцу. И дело тут вовсе не в том, какого взгляда он придерживается, просто я, как и Кругх, не могу доверять ни вам ,Грох, ни другим членам круга.

– Грох, – заговорил один из сторонников продолжения войны с эльфами, – давайте не будем делать поспешных выводов. Меня тоже слегка настораживает, что Вайленд явился к воину, но думаю, на то могли быть свои причины. Давайте выслушаем его, а потом решим, врёт он или ему действительно снисходило видение.

Архин рассказал кругу видение, в очередной раз упустив его вторую часть.

– Интересно, – протянул один из шаманов круга. – Что думаете по этому поводу? – обратился он к остальным.

– В принципе его видение во многом соответствует тем, что видели шаманы, – проговорил индул, который был третьим из живых шаманов, к которому являлся Вайленд. – Вот только всё это мог рассказать ему Арух, поэтому верить этому воину или нет – дело каждого. Я лишь могу сказать, что если он говорит правду, становится понятно, почему Вайленд обратился именно к воину, именно к этому воину. Шаманам Вайленд вполне обоснованно не доверяет. А Архин был единственным, кто считал, что Амбассор не посланник.

– Это всё понятно и без того, – заговорил шаман, поддержавший до этого Гроха, – вот только что мы теперь решим? Поверим Архину и впервые в нашей истории огласим вождём воина или же останемся при старых мнениях?

– Голосуем? – спросил Грох, слегка севшим голосом.

– Да, только без твоего голоса, Грох. Мы знаем, что оно не изменилось. Давайте высказываться по очереди.

– Думаю, те, кто раннее признавал неизбежность союза с эльфами, не изменили своего мнения и считают, что Архин должен встать во главе деревни. Так? – спросил Арух у членов круга.

– Так, – кивнули три шамана.

– Тогда слово за вами, – обратился Арух к тем, кто до данного совета поддерживали Гроха.

– Лично я не изменил своего решения, – ответил первый шаман. – Эльфов нужно дожать. Я считаю, что подобное в наших силах. А Архин, на мой взгляд, лишь индул, который рассказывает придуманную вами историю, – шаман кивнул в сторону Аруха.

Арух, который должен был возмутиться подобным словам, промолчал и лишь смотрел на второго шамана, который ещё не высказался. Архин решил последовать его примеру и невозмутимо улыбнулся, когда шаман закончил говорить.

– Что ж, все высказались и слово, видимо, осталось за мной, – размеренно проговорил последний шаман. –  Люблю подобные ситуации. Как я скажу, так и будет, – улыбался он, а Архин не мог понять, над кем именно издевается шаман: над Грохом, над ним или над обоими. – В первую очередь, считаю нужным сказать, что парню я ни на йоту не поверил. Думаю, он действительно всё выдумал, вместе с Арухом. – Архин посмотрел на отца Кругха, он оставался всё таким же, невозмутимым, будто и не решалась его судьба и судьба всего племени в эти секунды. – Вот только в чём загвоздка, я считаю правильным поставить его во главе деревни.

– Что? – переспросил возмутившийся Грох. – Ты же сам сказал, что не веришь этому воину.

– Правильно, не верю. Но в сложившейся ситуации, нам проще посадить на место вождя кого-то из воинов. Того, кто известен как противник воины с эльфами. Сами подумайте, – обратился он скорее ко всему совету, нежели только к Гроху, – если мы примем решение о продолжении истребления эльфов, родные пленных взбунтуются, некоторые даже могут решить, что мы идём против воли Вайленда. Если же круг решит заключить союз с эльфами, пойти против нас могут те, что потеряли своих родных на войне. Ведь выйдет так, что они погибли напрасно, лишь по прихоти шаманов. Мы оказались меж двух огней, но все наши проблемы решатся, как только вождём станет такой воин, как Архин. Во-первых, он был против войны с эльфами, а значит, обвинить его не в чем. Даже если он решит продолжить истребление, его поддержат, ведь в плену находится и его отец, значит, вождь тоже будет жертвовать.

Архин лишь на секунду удивился тому, откуда шаман знает, что среди пленных на острове находится его отец. Не по поручению ли шаманов папа отправился на этот треклятый остров? Но думать не было времени, шаман продолжал приводить доводы в его пользу, а Архин не хотел пропустить ни слова, чтобы после быть в курсе.

– Во-вторых, если видение имело место быть, избрав его вождём, мы получим какое-никакое, но удовлетворение от Вайленда, а это, поверьте мне, дорогого стоит. Что же касается наказания Гроха, то тут пусть решает сам Архин, достаточно лишить титула или следует изгнать из деревни.

– Что ж в таком случае, – подвёл итог Арух, – мы можем назначить Архина вождём на площади, при всех индулах, чтобы он как можно быстрее занялся делами.

–  Мы не против, – кивнули члены круга.

– Только есть одно «но», – заговорил шаман, высказавший доводы в пользу Архина, – чтобы тебя признали как можно больше индулов, тебе нужна поддержка шамана. Считай, что один из нас будет твоим советчиком. Кто это будет. Решать лишь тебе.

– Кругх, – только и сказал Архин, – я хочу, чтобы моим советчиком был Кругх, – продолжил индул, оценив эффект произведённый на шаманов. Все они были обескуражены. Его друг, который до этого лишь слушал рассуждения шаманов, чуть не подпрыгнул, услышав своё имя в такой момент. –  Он один из немногих, кому я могу доверять, и опыта у него не мало. В случае чего Арух ему что-то подскажет.

– Тогда, может, назначишь советчиком самого Аруха? – предложил всё тот же индул.

– Нет. Я решил. Им будет Кругх.

– Хорошо. Будь по-твоему. Ты же теперь решаешь, – пожал плечами шаман. – Пошли на площадь, нужно индулам сообщить, что теперь у Ардыка новый вождь.

Архин, не верящий, что всё прошло настолько легко и без особых проблем, не заметил, что Грох покидал пещеру.

– Вы куда? – окликнул его Арух.

– В изгнание, – улыбнулся Грох натянуто, – не нужно быть провидцем, чтобы сказать, какую участь для меня уготовит новый вождь. Против круга я бессилен, поэтому придётся считаться с его мнением.

– Пусть идёт, – кивнул Архин, – он прав, я не собираюсь оставлять его в деревне после того, что он натворил.

Лишь когда индулы вышли из пещеры, чтобы отправиться к площади для оглашения решения круга, Архин понял, что Грох подозрительно легко принял свою участь. Для индула с характером Гроха это как минимум странно, а подвергать себя и планы опасности Архин не хотел. Шепнув Кругху, что он подойдёт чуть позже, Архин подождал, пока шаманы скроются из виду, и принюхался к запахам возле пещеры, пытаясь определить, куда ушёл Грох. Индул решил, что нужно покончить с завравшимся шаманом раз и навсегда, сняв с пояса один из метательных топориков, он поспешил по следу Гроха.

Архин нагнал Гроха в пределах деревни, решив отойти подальше от Ардыка, он не спеша последовал за изгнанным индулом. Когда костры деревни превратились в маленькие огоньки, Архин сократил расстояние между собой и Грохом.

– Было бы глупо считать, что ты оставишь меня, – повернулся Грох, когда Архин готов был бросить топорик в спину шамана.

Архин замешкался лишь на секунду. Грох без труда отскочил в сторону. Топорик вошёл в землю.

– Знаешь, а ведь Эла ты не убил, – сказал Грох, пока Архин  брал в руки второй топорик.

Архина будто окатили холодной водой. Он замер с топором в руке, готовый в любую секунду метнуть его в изгнанника. В голове крутился один вопрос: откуда он знает об Эле. Пытаясь прочитать ответ в глазах Гроха, Архин заметил на лице усмешку, точно такую же, что была в тот день, когда он пытался настроить индулов против шамана. Эта улыбка взбесила воина. Он молниеносно бросил второй топорик, но и он вонзился в землю. Индул не ожидал подобной ловкости от шамана. Сняв с пояса боевой топор, он побежал к Гроху с твёрдой надеждой покончить с источником своих бед здесь и сейчас.

– Архин! Волей Вайленда, заклинаю, выслушай меня! – прокричал Грох, отчеканивая каждый слог.

Архин остановился. Его ноги и руки двигались свободно, он не чувствовал никакой скованности. Архин просто не посчитал нужным продолжить бег. Да и смерть Гроха теперь не казалась столь важной. Наверное, он бы даже отпустил Гроха, если бы тот захотел уйти. Но шаман не захотел.

– Вайленд являлся ко мне и рассказал кое-что, – заговорил Грох, наслаждающийся сложившейся ситуацией,  – ты же передал кругу не все его слова. Думаю, моё молчание о порученной тебе миссии, помогло. Так что не держи на меня зла, одно моё слово, и ты бы не стал вождём до тех пор, пока не убил эльфа. А теперь иди домой, у тебя много дел.

Архин развернулся и последовал обратно в деревню.

– И ещё, – проговорил Грох в спину уходящему индулу, – Эл опасен. Если ты не покончишь с ним, страдать будешь и ты, и твои родные, и всё племя Ардыка.

Какая-то частичка души Архина понимала, что нужно завершить начатое дело, нужно убить шамана, но мысль о возвращении в деревню, о том, что он сможет сделать для Ардыка, когда станет вождём, манила к огням, подрагивающим вдалеке. Архину не хотелось тратить на глупого шамана то время, которое он мог бы потратить с большей пользой для себя и для всего племени.

Глава 8.

Эл с Прутом целые сутки провели в компании Сун и родителей Элла. Отдохнув и вдоволь наговорившись с самыми дорогими для него людьми, Эл понял – это именно то, ради чего он желал, чтобы история с колдуном поскорее закончилась. Все недавние беды Эла растворились в атмосфере тепла и уюта, как сахар растворяется в горячей воде. Эл лишь периодически уходил в себя, вспоминая о тех, кто лишился родных или даже погиб из-за него. Ведь если бы на экзамене он убил индула, деревня не была бы уничтожена. Если бы Элед не оказался рядом с Элом в ту ночь, он бы остался жив. Если бы на острове он держал себя в руках, Димар бы не сломал руку. Слишком много людей пострадало из-за того, что он эльф. А сколько ещё могло пострадать? Ведь энергия, текущая в нём, неуправляемая, как сказала Алиена. Значит, если она вырвется ещё раз, может произойти страшное.

В конце концов, Эл решил, что нужно поскорее вернуться в Южную Антарию к Алиене и научиться придерживать энергию. Больше он не позволит сиянию брать разум под контроль. В любом случае нужно меньше корить себя. Того, что было, уже не исправить. Нужно лишь сделать так, чтобы в будущем больше никто не страдал, решил Эл.

Когда отец напомнил, что скоро вернётся брат, и они смогут покинуть этот холодный край, Эл вспомнил, что Ирена поручила ему передать Верховному эльфу Сайлорского леса некое письмо, а также спросить его о причинах, побудивших северный край отделиться от южной части Антарии. Поведав об этом родным, Эл и Прут засобирались в путь, чтобы как можно скорее закончить с делами и не задерживаться в этих местах. Марел хотел было пойти с ними, но Эл настоял, что ничего не случится с двумя взрослыми, умеющими постоять за себя. Посмотрев, как Эл виртуозно обращается с клинком, Марел напомнил себе, что сын – эльф, а значит, сможет справиться с любой опасностью, встретившейся в пути, будь то хищник или бандит.

Собравшись, друзья отправились по дороге к Сайлорскому лесу, благо располагался он совсем недалеко от крепости. По словам Марела, до эльфийского поселения можно было дойти не более чем за полчаса. И верно, менее чем через двадцать минут пути Эл и Прут заметили из-за деревьев древних исполинов эльфийского леса. Вскоре друзья заметили и самих эльфов, они шли по дороге навстречу.

– Здравствуйте, – обратились эльфы, когда подошли ближе, – позвольте проводить вас в Сайлорский лес.

– Конечно. Мы как раз направляемся к Верховному эльфу вашего леса, – кивнул подросток, несколько удивившись подобному приёму. Эл услышал едва различимый, мягкий звук шагов, со спины к нему и Пруту подошли ещё двое. Это более походило на арест, нежели на приветствие. В душе Эла заскребли кошки. Двое друзей, окружённые северными эльфами, шли по дороге к лесу. Эл не решался заговорить с конвоирами, да и с Прутом разговор в присутствии новых знакомых не вязался. Так, в полном молчании, они достигли Сайлорского леса.

Подобного Эл не ожидал увидеть. Сайлорский лес будто перенесли из Южной Антарии и поставили посреди снежной пустыни. Деревья, в которых располагались хутреи, были лиственными, а листья на них не замерзали. Лишь на деревьях, расположенных на окраине, некоторые из листьев были слегка покрыты инеем. Здесь зеленела трава, а снег, не долетая до земли, таял. Да и воздух в лесу оказался куда мягче и теплее, чем далеко за его границами. Элу казалось, будто он попал в другой мир, пройдя сквозь магический портал.

– Куда мы идём? – спросил Эл конвоиров, когда отошёл от удивления и лёгкого шока.

– К верховному эльфу, – пояснил эльф. – Вам же к нему нужно?

Эл кивнул. Он понимал, что вляпался во что-то неприятное и утащил за собой Прута. Сейчас предстояло выяснить, чем это пахнет. Эл посмотрел на друга - он был напряжён, видимо, подобная встреча Северных эльфов насторожила и его.

Вскоре они достигли большого хутрея в центре леса. Прежде чем подняться по винтовой лестнице, Эл обратил внимание на источник, бьющий из-под земли. Вода, горячая настолько, что испускала пар, маленькими фонтанчиками выбивалась из-под земли, лишь на мгновенья задерживаясь на поверхности, и вновь утекала под землю.

Северные эльфы неплохо поработали над украшением горячего источника, превратив его в настоящую гордость леса.  Большие валуны окружали специально отобранные камни, уложенные в гору. В высеченной сердцевине камня, расположенного на самой вершине этой горы, светился магический огонёк голубоватого цвета.

Когда Эл с Прутом вошли в хутрей, они заметили, что здесь их ждали. За круглым столом, стоявшим в центре комнаты, восседали семеро эльфов, все они были членами совета.

– Здравствуйте, – обратился Эл к эльфам, не дав конвоирам поговорить с членом совета. Он решил, что это и есть Верховный эльф, и сосредоточил своё внимание на нём. – Меня зовут Эл, а моего друга – Прут. Мы пришли к вам, чтобы передать вести с юга, а также задать несколько вопросов, интересующих эльфов Южной Антарии, – пояснил Эл цель своего визита для собравшихся. – Провидица Ирена попросила меня передать вам это письмо, – Эл вытащил из рюкзака пергамент и положил на стол, рядом с одним из членов совета. Прочитать он его забыл, а значит, и рассказать совету, что в нём, не мог.

– Кто такая Ирена? – спросил эльф, которого Эл окрестил Верховным.

– Провидица. Она взяла дело в свои руки после того, как колдун Амбассор был остановлен.

– Колдун был остановлен? – поднял глаза от письма эльф.

– Да, – коротко ответил Эл. – Прочитайте письмо. Думаю, в нём рассказано о последних событиях, после я могу ответить на ваши вопросы.

– Хорошо, – кивнул Верховный эльф, – присаживайтесь, – пригласил он друзей.

Эл и Прут сняли тёплую одежду, чувствуя, что начинают потеть, и оглянулись по сторонам в поисках места, куда её можно было положить. Один из конвоиров подошёл, не говоря ни слова, забрал куртки из рук друзей и ушёл на улицу. Они облегчённо вздохнули, наслаждаясь прохладой, и  заняли места за столом. Их приняли лучше, чем встретили, а это слегка обнадёживало.

Ожидая, пока все эльфы прочитают письмо, Эл пододвинулся ближе к другу, склонился к его лицу и прошептал:

– Что думаешь насчёт леса?

– Магия, – пожал плечами Прут.

– А фонтан возле этого хутрея?

– Ну, он-то точно не может согревать весь лес и воздух над ним, – уверенно прошептал Прут.

– Не знаю, – пожал плечами Эл. Он поднял голову и поймал взгляд Верховного эльфа. Решив, что неправильно шептаться в присутствии столь важных особ, Эл смутившись, выпрямился и стал разглядывать хутрей, в котором они сидели. Дом мало чем отличался от того, что Эл видел в Руанском лесу. Оружие, украшающее одну из стен, картины, разве что среди пейзажей преобладали заснеженные равнины, хвойные леса и горы. Среди портретов Эл заметил лицо со знакомыми чертами. Где он мог его видеть, Эл не вспомнил. Решив, что похожий портрет висел в хутрее Руанского леса, Эл продолжил разглядывать висевшие картины.

– Как вам удалось остановить колдуна? – спросил верховный эльф Эла, когда большая часть совета прочла текст письма.

Эл замялся. Он только сейчас осознал, что не знает, стоит или нет рассказывать совету о своей болезни, об энергии, текущей в нём. Как они отреагируют на новость о том, что к ним явился неуправляемый и опасный подросток?

– Я не знаю, – ответил он. – На битву с колдуном ходили лишь взрослые друиды и воины, – состроил невинное лицо Эл.

– А много вас на юге в живых осталось? – спросил один из членов совета.

– Трое молодых эльфов, – ответил Эл, пересчитывая в уме участников сопротивления, – и шестеро взрослых. Хотя я не утверждаю, что это все, это лишь те, кого мы смогли разыскать.

На некоторое время члены совета замолчали, будто раздумывая над чем-то, а после верховный эльф обратился к эльфам-охранникам, стоящим у двери:

– Отведите их в комнаты для гостей, пускай отдохнут с пути.

– Подождите, подождите, – вскочил Эл со своего места, – нам нужно получить ответы на наши вопросы и возвращаться домой. Мы не намерены задерживаться в этих местах.

– Не волнуйтесь, – проговорил верховный эльф чересчур мягким тоном, – мы обсудим вести, которые вы принесли, и решим, чем северные эльфы смогут помочь. Когда мы решим, что делать дальше, вас приведут обратно и мы выслушаем ваши вопросы.

– Идём, Эл. Не стоит с ними спорить, – прошептал Прут другу.

Эл успокоился и вышел из хутрея. Прут последовал за ним. Как только друзья спустились по лестнице, двое конвоиров выбежали вперёд, Эл почувствовал, что ещё двое идут за спиной. Судя по всему, эльфы Сайлорского леса не хотели, чтобы глаза гостей увидели то, что для них не предназначалось.

По пути к комнатам Эл всё же заметил то, что поразило его больше, чем тёплый оплот посреди суровой зимы. Среди деревьев Сайлорского леса стояла клетка, вольер для животных, в котором содержали единорога. То самое сказочное существо, о котором он читал в книгах. Белоснежный  окрас притягивал к себе внимание, а рог лишь украшал голову и не казался чужеродным. У Эла и мысли не возникло сравнить это животное с лошадью, слишком прекрасно оно было. Прекрасно и грациозно. Красивый вид омрачали лишь грустные глаза. Эл понимал, что это не грусть, вызванная жизнью в неволе, это грусть одиночества.

– Поторапливайся, – подтолкнул Эла в спину один из эльфов.

– Зачем вы держите единорога в неволе? – спросил Эл, пропустив грубость конвоира мимо ушей.

– Не твоего ума дела. Держим, значит надо. Иди дальше.

Подобный ответ разозлил Элла, и он, замолчав, последовал за эльфами в комнаты.

– Ничего. Расскажу Ирене, что у вас здесь творится, она быстро разберётся, – думал Эл. – Единорогов в неволе держат, с гостями будто с пленными обращаются, скрывают что-то.

Вскоре они поднялись в нужный хутрей. Эл вошёл первым и сразу понял, что влипли они во что-то мерзкое. На Эла и Прута были нацелены наконечники стрел, вставленных в тетиву.

– Отдайте нам своё оружие, – проговорил один из конвоиров. – Если совет решит, что вы не опасны, вам вернут ваши клинки и отпустят.

– В противном случае? – спросил Эл, догадываясь об ответе.

– Вас будут держать в тюрьме, – ответил конвоир.

Эл, обучаясь в школе, много раз думал о том, что он сможет сделать, когда в сердце целится стрела. Успеет ли что-то сделать, прежде чем она достигнет цели. Часто считал, что успеет, успеет вытащить меч, отскочить в сторону, нанести удары ближайшим охранникам и сбежать, но не сейчас. Сейчас рядом с ним стоял друг, не такой ловкий и быстрый, как он. Да и противниками были эльфы, которые в сотни раз лучше владели оружием, нежели он.

Сняв со спины лук, колчан со стрелами и меч, Эл передал его конвоирам. Прут последовал его примеру, отдав эльфам свои метательные ножи.

– Кинжал, – напомнил Элу один из эльфов.

Эл подчинился и, скрепя сердце, отдал конвоирам отцовский подарок. После друзей обыскали в поисках спрятанного оружия. Не сумев ничего найти, их развели в разные комнаты. Они были небольшими. Лишь низкая, узкая кровать да деревянная тумбочка, давно отслужившая свой век, умещались здесь.

Конвоиры заперли двери и покинули хутрей. Осмотрев свою тюрьму, Эл отметил, что окно  слишком маленькое и через него не просунуть даже голову. Стены в хутрее были не слишком толстыми и, судя по всему, установлены на скорую руку. Эл понял, что хутрей изначально использовали как жилой, только позже его переформировали в тюрьму.

– Прут, – крикнул Эл, подойдя к стене, – слышишь меня?

– Слышу.

– Что делать будем? – спросил Эл, понимая, всю глупость данного вопроса в подобной ситуации, но желая услышать голос друга.

– Не знаю. Только ждать остаётся. Они тут все какие-то странные. Не понимаю, что происходит и за какие такие заслуги нас заперли.

– Да, – протянул Эл, усевшись на кровать, – влипли.

– Ничего. Выберемся, – услышал Эл уверенность в голосе Прута, которая зародила надежду в душе.

– Что ж, будем ждать, – согласился Эл.

***

– Что думаете? – спросил верховный эльф Гурайл у членов совета.

– Нечего здесь  думать, – заговорил один из эльфов. – Врут они или нет, мы поймём, только когда придут новости с юга. В любом случае нам следует опасаться южных эльфов сильнее, нежели раньше. Если они убили колдуна, в их руках посох необычайной силы, и они не скажут нам спасибо за то, что мы оставили их в трудной ситуации. Если же они заключили с колдуном союз, то сила до сих пор в руках Амбассора, но от этого наша безопасность не увеличивается.

– Верно, – подхватил рассуждения другой эльф, – но что, если эльфы не опасны для нас сейчас, что, если эльф, пришедший к нам – катализатор предсказанной войны. Ирена, которая послала его на север, узнав о пленении, может отправиться спасать этого мальчишку, а, как я понял, именно она завладела посохом.

– То есть вы предлагаете отпустить эльфа? – спросил Гурайл.

– Да, – кивнул эльф. – Пленение предыдущих эльфов сходило нам с рук, потому что на территории Южной Антарии шла чистка и никто не заботился о том, куда пропали родственники, списывая всё на колдуна и индулов. Сейчас же всё может обернуться так, что предсказание друидов сбудется по нашей глупости.

– Ну, предположим, на севере много чего в пути может случиться, – высказал мысль один из членов совета.

– Не думаю, что этот парень так прост, как кажется. Выжившим удалось победить колдуна, а значит, они не настолько глупы, чтобы посылать на север несмышленого мальца, – парировал сторонник идеи отпустить Эла.

– Тоже верно. В таком случае, как нам поступить? Он может быть разведчиком, желающим узнать, что происходит на севере. Отпустить его - значит признать, что Южные эльфы против нас ничего не замышляют и друиды ошиблись.

– Друиды не ошиблись в любом случае, – твердо сказал Гурайл.

– Тогда отпускать эльфа нельзя.

– Но если мы отпустим его, мы можем отсрочить нападение.

– А можем приблизить.

Обсуждение переросло в спор. Члены совета разделились на две группы, одна из которых утверждала, что эльфа спокойнее будет отпустить, другая, что безопаснее будет держать его в плену, а в случае прихода Ирены объяснить, что произошло недоразумение.

– Простите, – в хутрей вошёл Оменар, эльф, возглавляющий группу, что обнаружила Эла с друзьями, – мы отвели их, – отчитался он.

– Вы докладывали, что эльф и человек, расставшись  с индулом,  заходили в деревню Фрост, – Оменар кивнул. – Что они там делали?

– Эльф заходил к родителям, – Оменар, заметив удивление в глазах членов совета, поднял руку, чтобы его не перебили и дослушали. – Эльфы отдали парня к людям на воспитание, за год до нападения, будто знали о колдуне. После того, как индулы разграбили деревню, в которой проживала эта странная семья, парень был разлучён с родителями, и они уехали к нам, на север.

– Значит, эти люди живут в наших краях недавно?

Оменар кивнул.

– Меньше года, – уточнил он.

– Кто поручился за них?

– Брат человека. Он давно живёт в деревне под стенами Фроста.

– В таком случае становится понятно, почему этот эльф пришёл с человеком. И у нас нет никаких причин его задерживать, ведь он не давал нам повода для беспокойств, – сказал немолодой друид с непривычно короткими для эльфийского народа волосами.

– Как это? – возмутился Верховный эльф, – а индул, сопровождающий эльфа. Они заключили с ними союз!

– Мы тоже не воюем с индулами, – напомнил ему друид.

– Но мы и не дружим с ними.

– Всё равно, это не причина держать эльфа в плену, – парировал коротковолосый эльф. – Признайтесь просто, что вы боитесь мощи магического посоха.

– Да, боюсь! Боюсь! И ты не посмеешь меня в этом упрекнуть. Южные эльфы держат в своих руках большую силу и мы более не можем позволить себе сидеть сложа руки. Мы должны сделать всё, чтобы предотвратить предсказанное друидами.

– Вы не последовательны, Гурайл. Ещё пару минут назад вы были уверены, что избежать событий, предсказанных друидами, нам не удастся.

– Плевать! – прокричал Гурайл. – Плевать! Я лишь хочу сохранить мир на севере, я хочу сохранить жизнь моего народа! – он вскочил со стула и отошёл к окну, пытаясь успокоиться. – Оменар, – обратился он к воину, успокоившись и продолжая смотреть в окно, – собери группу и сходите, проверьте эту семью, после возвращайтесь в лес и сообщите об успехах. Там решим, что делать с эльфом и человеком.

– Хорошо. Вернёмся, как только всё сделаем, – ответил Оменар и поспешил удалиться. В хутрее нависла тишина. Все ждали дальнейших действий и указаний Гурайла, даже члены совета не решались произнести ни слова.

***

– Он повзрослел, – отметила Брайдж, когда Сун поднялась в свою комнату, оставив родителей Эла наедине.

– Конечно. По-другому и быть не могло, – согласился Марел с женой. – Мы даже представить не можем, что он пережил. Уверен, что его рассказ - это лишь малая толика того, что произошло.

– Наверное, решение оставить его было ошибкой.

– Сейчас поздно сожалеть о случившемся, – обнял Марел Брайдж. – Тем более, что всё закончилось более чем хорошо. Все живы, здоровы.

– Наверное, – кивнула женщина. – Каким же он стал, вроде бы не видели всего пару месяцев, а он так изменился. Взгляд не такой жизнерадостный, а грустный и решительный.

– Он друга потерял. И с бандитами сражался. Ты чего хотела? Он стал другим. Совсем другим. Теперь никогда не будет Эла, которого мы знали.

– А ты заметил, как он к Сун охладел? Раньше он по-другому на неё смотрел, не знаю, мягче, что ли. Наверное, среди эльфов девушку себе нашёл.

– Может быть. А может быть, просто понимает, что нет у них будущего. Она же человек, а он эльф.

– И что? Это не такая уж и большая помеха для влюблённых.

– Но ведь помеха, – парировал Марел.

– Эла бы она не остановила, – возразила Брайдж.

– Она не остановила бы прошлого Эла. Сейчас он другой, кто знает, о чём он думал и к каким выводам приходил в одиночестве и в компании эльфов. Может, он вообще всё переоценил. А твоя Сун, между прочим, тоже не сильно приходу Эла обрадовалась.

– Она просто в лёгком смятении пребывает от его прихода. Она же считала его погибшим.

– Да, наверное, правильнее было рассказать ей. Хотя с меня хватило переживаний одной женщины. По ночам молилась, причитала, а сын оказался живой и невредимый.

– Это ему Эреф помог, не зря значит молилась.

– Ну да, конечно, – скептически кивнул Марел. – Пошли сумки потихоньку собирать, завтра Рекар вернётся, послезавтра отправимся домой.

Марел и Брайдж не успели подняться в свою комнату, их  остановил стук в дверь с улицы. С момента ухода Эла прошел всего лишь час, вряд ли он и Прут успели вернуться. Марел не спеша проследовал к двери, перебирая в уме имена тех, кто мог заявиться в гости. Брайдж осталась возле лестницы и смотрела на дверь, ожидая, пока муж откроет, а она сможет увидеть нежданного гостя.

Однако гость оказался вовсе не гостем,  а хозяином дома. На пороге, перед Марелом, стоял человек плотного телосложения и невысокого роста, густые усы которого подчёркивали растянувшуюся улыбку.

– Не ожидали, – рассмеялся Рекар, брат Марела, увидев слегка удивлённые лица родственников.

– Мы тебя завтра ждали, – пояснил Марел, пропуская брата в дом.

– Далеко в лес не пришлось углубляться, – ответил Рекар, стягивая шерстяную шапку с головы, – зверь храбрый пошёл, всё ближе к Фросту подбирается. Скоро охотиться можно будет, отойдя метров на пятнадцать от дома. Раньше-то они старались подальше от этих мест держаться, всё ближе к горам бегали.

Марел закрыл дверь, пресекая путь холодному ветру. Под навесом, возле дома, он заметил сани с тушей какого-то крупного животного.

– Привёз нескольких кроликов и крупного кабана. Одному из наших, Руберту (он в нескольких домах от нас живёт), удалось целую семью этих животных выследить, так что добычу вся группа солидную привезла.

– Отлично. Раздевайся, садись за стол, мы ели недавно, там ещё немного каши осталось, поешь, – предложила Брайдж.

– С удовольствием, у тебя каша получается, пальчики оближешь! – улыбнулся Рекар. – А подлив так вообще объедение.

– Да ладно, – улыбнулась Брайдж, – хвалить ты всегда умел.

– Где Сун? – поинтересовался Рукар, умываясь.

– Наверху.

– А чего не спускается?

– Рукар, понимаешь, вчера к нам Эл вернулся.

– Как вернулся? – замер Рукар над умывальником. – Ты же говорил, что он погиб.

– Получается, что ошибался. Жив, здоров, вчера пришёл сюда, разыскал нас.

– И где он? Хочу посмотреть на человечного эльфа, племянника своего, – улыбнулся Рукар. – Он у Сун в комнате?

– Нет, он отправился в Сайлорский лес, по поручению эльфов Южной Антарии. И, Рукар, когда он вернётся, мы уедем от тебя обратно на юг.

– Как в Сайлорский лес?.. – переспросил Рукар. – Ай-йа! – выругался мужчина, на лице отразилось беспокойство, даже испуг, – вы же не знаете ничего! Ый, как не хорошо получается! Эльфы Сайлорского леса, они же ополчились за что-то на Южных! Не знаю, что за задание было у твоего сына, но не думаю, что они вообще захотят его слушать, – забеспокоился мужчина, обратно одевая куртку. – Это же они придумали запретить север для свободного въезда, тем самым отделившись от Южной части. Чего сидишь, – прикрикнул он на ошарашенного брата, – одевайся, пойдём за сыном твоим!

Марел оделся за несколько минут, надевая шапку, он заметил Сун, стоявшую на лестнице между вторым и третьим этажом, видимо, девушка всё слышала. Она была потеряна и будто исчезла из этого мира, углубившись глубоко в свои мысли.  Марел с братом, как могли, успокаивали женщин, надевая ботинки, и после, бросив «всё будет хорошо», выбежали на улицу. Брайдж закрыла за ними дверь. Происходящее казалось ей неприятной шуткой, смысл, которой Брайдж не могла понять. Всё происходило будто во сне, страшном и не желающем отпускать своего зрителя.

Они стояли несколько минут, Брайдж возле двери, Сун на лестнице, пока их взгляд не встретился. В эту секунду они вышли из забытья. Сун попыталась выдавить улыбку и спросила:

– С ним же всё нормально будет?

– Конечно. Почему нет?

– Ну, дядя Рукар сказал…

– Дядя Рукар много чего может наговорить… Сходят сейчас они до леса этого, разберутся, объяснят, что к чему, и вернутся с Элом.

– Хорошо бы… Я к себе, – указала она наверх.

Брайдж кивнула. В дверь снова постучались. Сун остановилась, занеся ногу над ступенькой.

Женщина поспешила открыть дверь. На улице перед ней стояли Рукар, её муж и пятеро эльфов, окружившие мужчин.

Глава 9.

Эл лежал на жёсткой кровати, устремив взгляд в потолок. Мысли копошились и путались в голове, как  клубок  змей в брачный период.

– Как скоро мама с папой поймут, что у него  что-то пошло не так. Предупредить бы их как-нибудь, чтобы они не шибко волновались. В конце концов, не вечно же эти эльфы меня будут  взаперти держать. Разберутся, что я лишь новости и просьбу о помощи принёс, и отпустят. Перед Прутом неудобно, он же не при чём. Или теперь друзей виновных тоже под замок?.. А вообще, в чём нас обвиняют? Охранник сказал, что совет должен решить, опасны мы или нет… Неприятная ситуация, ведь я-то знаю, что я опасен… Хотя, может, эльфы даже не догадываются о том, что во мне… Просто они чего-то боятся, вот и проверяют каждого. А Ирена с Димаром? Они вообще ждут моего возвращения только через два месяца. Значит, на их помощь не стоит рассчитывать, во всяком случае, в ближайшее время, – с грустью подметил Эл. – Что там с Макреной, интересно. Где она? Сун… Не ожидал её снова встретить… Но ведь встретил… И слова Эледа… Бес!.. Не быть мне с ней, она человек, я эльф… Мы разные… Я только проблемы ей подарю, если раскрою свои чувства… Почему так? Только недавно всё было хорошо и вот на меня свалились проблемы, которые раньше казались невообразимым бредом.

Размышления прервал голос, доносящийся из-за стены. Говорил не Прут. Кто-то другой, по всей видимости, такой же заключённый, как и они.

– Как там, на юге, дела идут? Какие новости принесли? Давно никого оттуда не приводили. Я даже скучать начал, – голос был уставший, ровный.

Эл оторопел, не зная, послышалось ему или нет. Прут тоже молчал. Эл решил было, что голос почудился, но вскоре услышал подтверждение его реальности.

– Язык проглотили? Я понимаю, в плен попали, проблема не малая, но нельзя же так!

– На юге всё хорошо… Колдун был повержен… – проговорил Эл, выдавливая из себя каждое слово.

– А если без шуток, – возмутился неведомый собеседник.

– Это не шутка, – поддержал друга Прут, – колдун пал, эльфам удалось его одолеть.

В тюрьмы ворвалась тишина. На протяжении нескольких минут ни один звук не смел её прогнать. Прут молчал. Эл лежал на кровати, не двигаясь и ожидая следующей реплики странного собеседника. Но собеседник молчал. Долго молчал. В конце концов, Эл услышал:

– Как это произошло?

– Рассказывать трудно, долго и нет смысла, – опередил своего друга Эл, – главное, что это случилось.

– Вы правы. Так, значит, на юге теперь безопасно?

– Конечно, – подтвердил Эл. – А за что эльфы посадили вас? – нерешительно спросил Эл, боясь оскорбить нового знакомого.

– Я здесь по той же причине, что и вы. Я южный эльф. Кстати, прошу прощения, что не представился, меня зовут Сурт.

– Южный эльф? – спросил Прут.

– Да, южный эльф. Я сбежал из Лоэсского леса шестнадцать лет назад, когда только началась охота на эльфов. Мне удалось добраться до гор и преодолеть их, но здесь меня остановили северные эльфы. Сначала я подумал, что они желают мне помочь, расспрашивали о положении дел на юге, о том, что меня привело к Сайлорскому лесу, а, получив ответы на вопросы, они бросили меня в тюрьму.

– Я не понимаю, они всех южных эльфов сажают в тюрьму, а вы в плену шестнадцать лет? – спросил Эл, понимая, что и он может задержаться здесь дольше, чем предполагал, Эл встал и прошёлся по комнате.

– Тихо! Ответы потом! Охранники возвращаются, – прикрикнул новый знакомый.

Эльфы, поднявшиеся в хутрей, не заговорили с пленниками. Они посидели некоторое время, разговаривая о чём-то повседневном, а после снова ушли. Элу эти минуты показались часами, ему не терпелось узнать причину их пленения, а главное то, как долго могут здесь держать, у Сурта же, по всей видимости, ответы на эти вопросы были.

– Так что? – проговорил он в стену, когда голоса охранников стихли и они спустились из хутрея.

– Я в заключении у эльфов шестнадцать лет, – начал рассказ Сурт, – хотя мне грех жаловаться, они кормят неплохо, иногда позволяли участвовать в здешних состязаниях, у них что-то вроде боевой арены есть. Я, кстати, чемпионом на ней стал, – не без хвастовства заявил Сурт. – Ну, иногда с собой брали на разведку, позволяли развеяться, но следили за мной не слабо, убежать бы не удалось. Да я тогда и не особо пытался, мне же податься некуда было: на юге – колдун, на севере – индулы. Я раньше даже думал, что и на юге индулы, – Эл услышал, как Сурт усмехнулся, он усмехнулся апатично, будто даже смеяться взаперти ему надоело, – мне позже разъяснили, что армией шакалов командует могущественный колдун.

– А теперь? – спросил Прут.

– Что теперь? – не понял вопроса Сурт.

– Теперь бы убежали, будь такая возможность?

– Глупый вопрос, – с упрёком произнёс Сурт, – конечно, убежал и глазом бы не повёл.

– А не знаете, за что они южных эльфов так не любят? – спросил Эл.

– Знаю. Я же раньше не один здесь сидел, много нас было, эльфов десять на север убежали тогда. Многих на арене убили, кто-то сам на себя руки наложил, не надеясь обрести свободу. Вот мы всё, что знали да услышали где, друг другу рассказывали. После удалось немного в ситуации разобраться, а поначалу мы, как и вы сейчас, в неведении терялись.

– Так всё же из-за чего?

– Всё просто. Здешние эльфы боятся южных. Они считают, что мы погубим их народ. Лет двадцать назад друиды Сайлорского леса узрели видение, что эльфы, пришедшие с юга, посеют на северных землях хаос и смерть. С тех пор они, договорившись с людьми, перекрыли границу с Южной Антарией и не позволяют южным собратьям свободно разгуливать по северным землям. Их даже не волнует абсурдность подобного видения, они сами себя убедили, что будет так и вот уже двадцать лет даже не желают предположить, что никакого вторжения на их земли не предполагалось. Они верят, что это случится даже после того, как эльфов на юге осталось не более пятидесяти. Их боязнь дошла до фанатизма. Я долгое время считаю свои дни, ведь каждый из них может стать последним, кто знает, может, их совет решит, что я, даже пленённый и запертый – опасен.

– Прут, – окликнул Эл друга. – Тебе не кажется это знакомым?

– Что именно? – не понял Прут друга.

– Предсказание. Амбассор же рассказал, что некие эльфы утверждали, мол, эльфийский народ желает напасть на людей и уничтожить их. А теперь здесь. Снова желание уничтожения целого народа и снова южными эльфами, у которых нет даже в мыслях убивать.

– Действительно, – протянул Прут. – Думаешь, эльфы в чёрных рясах причастны к здешнему видению?

– Не знаю, но всё это начинает меня раздражать.

Эл закричал что есть силы, желая, чтобы его услышала охрана. Он не хотел оставаться в плену ни шестнадцать лет, ни год, ни даже месяца, он хотел домой, в семью, к небольшим повседневным проблемам, где нет никаких заговоров, видений и предсказаний.

– Ты чего орёшь! – воскликнул Сурт. – Утихни!

– Я хочу, чтобы меня услышали и выслушали, – коротко ответил Эл и продолжил кричать.

– Слушать они тебя не будут, даже не надейся, – проговорил Сурт. – Да утихни ты! – прикрикнул он.

Эл сел на кровать и замолчал. Он поддался панике, страх поглотил его. Он боялся, боялся за себя, за Прута, за родителей, которые будут волноваться и переживать.

– Мне не удалось оправдать надежд Ирены, – упавшим голосом произнёс Эл, схватившись за голову.

– Парень, не волнуйся. Ты не виноват. Винить нужно фанатичных эльфов, что безмолвно верят в столь бредовые видения, – попытался успокоить Эла Сурт.

– Я мог убедить их, что мы не желаем им зла, но не смог, – Элу хотелось плакать, но слёзы засохли где-то в душе, на подходе к глазам.

– Слушай, как тебя зовут? – спросил Сурт.

– Его зовут Эл, – ответил за друга Прут, понимая, что сейчас Элу слишком тяжело даётся каждое слово, – а меня Прут.

– Отлично, Эл. Успокойся, ты жив, а значит, ещё можешь всё поправить.

– Как? Как можно что-то исправить, когда всё разрушено?

– Эл, ничего не разрушено, это лишь чёрная полоса. Она пройдёт, – проговорил Прут.

– Нет, не пройдёт.

– Я сказал, хватит! – вскричал Сурт. – И умолкни, твои крики привлекли охрану.

Вскоре и Эл услышал, как в хутрей вошли эльфы:

– Чего раскричались? – спросил один из них.

– Я хочу поговорить с советом, – нерешительно сказал Эл.

– А больше ты ничего не хочешь? – усмехнулись охранники. – Жди решения верховного эльфа.

– Сколько ждать? Год? Два?

– Если понадобится, подождёшь и десять, – начал выходить из себя охранник.

– Фанатичные твари! – выругался Эл, пнув ногой по двери.

– Ещё одно слово и ты лишишься обеда, – пригрозил охранник.

– Плевать, – бросил Эл.

– Как хочешь, – сказал охранник и, развернувшись, ушёл вместе с напарником.

– Зря ты так, – произнёс Сурт, когда с момента ухода охранников прошло несколько минут, – между прочим, кормят они хорошо.

Эла переполняла злость. Его злило всё: эта комната, этот лес с глупыми эльфами, слова Сурта, эльфа, смирившегося с жизнью в плену, молчание Прута, чьи слова поддержки были так необходимы, – всё будто желало вывести его из себя.

Комнату заполнил стук. Это стучал Прут из соседней комнаты. Будто привет из мирного, беззаботного прошлого, этот стук напомнил ему о тех днях, которые безвозвратно ушли. Именно так они стучались в двери домов друг друга. Именно этот перестук он узнает из  тысячи других. Именно этот стук он будет помнить всегда.  Эл улыбнулся.

– Спасибо тебе, Прут.

– Всегда, пожалуйста, – Элу показалось, что если бы сейчас Прут стоял перед ним, он непременно подмигнул Элу.

– Успокоился? – спросил Сурт.

– Нет. Но легче стало, безусловно, – проговорил Эл.

– А теперь послушай меня, – начал Сурт, – если будешь вести себя тихо и спокойно, есть шанс, что они привлекут тебя к выполнению мелких, несерьёзных заданий, вроде охоты, возможно, даже разрешат принять участие в боях арены. Помощь наша им без толку, но эльфийский гуманизм пересиливает их фанатизм, они считают неправильным на протяжении долгих лет держать нас в четырёх стенах.

– Нет, – сказал Эл и на секунды замолчал, а после продолжил, – сидеть и ждать я не намерен, меня родители ждут, на меня Ирена надеется.

– А что ты собираешься делать, снова кричать?

– Нет. Не кричать. Я придумаю, что мне делать, обязательно придумаю.

Эл лёг на кровать и, разглядывая потолок, начал думать. Сказать, как это обычно бывает, было легче, чем сделать. Что можно сделать, когда ты заперт?

– Двери можешь не пытаться ломать, – предупредил Сурт, – они только с виду такие хлюпенькие, держатся еле-еле. На самом деле они магией заговорены. Да даже если бы можно было дверь выломать, дальше путь закрыт. Мы посреди Сайлорского леса, без оружия, нас первый же эльф вернёт на место.

Эл слышал Сурта, но не придал его замечаниям особого значения, лишь запомнил эти слова, чтобы, когда появится шанс, не оплошать, чтобы знать о сложившейся ситуации как можно больше, чтобы как можно точнее просчитать возможное развитие событий.

Разглядывая вереницу мыслей, пытаясь выбрать из них наиболее подходящие, надеясь придумать хоть один вариант спасения, Эл не заметил, как уснул. Спал он беспокойно, иногда метаясь по кровати, и недолго, всего лишь около часа. Охранники разбудили, когда пришли сообщить результаты совета:

– Что случилось? – посмотрел Эл на них непонимающим взглядом.

– Не бойся, парень, не обидим, – усмехнулись эльфы, – мы лишь принесли тебе плохую новость, так что пару кошмаров, думаю, тебя ещё помучают по ночам, – улыбка не сползала с лица эльфов, и Эла охватил гнев, животный гнев. Ему хотелось врезать эльфу, плюнуть ему в лицо, но храбрости не хватало. Нужно было хорошо себя вести, тогда появится шанс сбежать. – В общем, – решил подвести итог насмешек охранник, – совет решил, что вы опасны и будете содержаться в нашей тюрьме.

– Чего? – Эл повысил голос и вскочил с кровати, забыв о хорошем поведении.

– Ничего. Твои родители, кстати, тоже взяты под стражу, так как подозреваются в причастности подготовки нападения на северных эльфов. Идём, ребята, – повернулся эльф к другим стражникам.

Поражённый Эл не мог произнести и слова, все они застряли в горле. Наглость эльфов перешла все границы, они взяли в плен не только Прута, но и родителей, которые никоим образом не относятся к предполагаемому нападению на их никчёмный лес. Замок на двери закрылся, оставив негодующего Эла наедине с собой. Прут и Сурт молчали.

– Вы слышали? – бросил он в воздух.

– Да, – ответили Прут. – Ничего, выберемся, – не терял надежды он, – между прочим, если Ирена узнает о том, что произошло, она придёт сюда и расставит всё по местам.

– Ирена начнёт догадываться о том, что всё пошло не так, только месяца через два. Я с ума здесь сойду за два месяца! – снова начал выходить из себя Эл.

– Я сказал, успокойся! – шикнул Сурт. – Я живу здесь шестнадцать лет и ничего.

– Я не ты!

Эл сел на кровать и снова начал думать, лихорадочно отметая один вариант за другим, все они так или иначе сводились к тому, что ему нужно покинуть хотя бы этот хутрей. Иначе ничего не получится.

Ирена начнёт беспокоиться только через пару месяцев, возможно, она решит узнать о результате  переговоров с эльфами раньше и навестит его или Сайлорский лес. Её взять в плен вряд ли удастся, тем более, если в руках будет посох Амбассора. Значит, самый безопасный и надежный вариант – ждать Ирену. Но сколько придётся ждать? Хорошо. Предположим, что за это время я смогу сразиться в спарринге на арене или принять участие в пустяковом задании, но даже в этом случае сидеть и ждать у моря погоды не в моих правилах. Должен быть другой выход. Выход должен быть всегда.

– Кстати, Сурт, – спросил он эльфа через стену, – ты сказал, что вас раньше было около десяти, но после многих из них убили на арене. Как это произошло?

– Как? Самый глупый вопрос, который я слышал. Пронзили лезвием клинка плоть эльфа, после тяжёлых ран мы погибаем.

Эла словно молнией ударило:

– Так бои на арене ведутся до смерти одного оппонента?

– Конечно. Вернее, не совсем, они ведутся до смерти оппонента, если он – южный эльф.

Эл встал с кровати и заходил по комнате взад-вперёд. Если ему прикажут участвовать в дуэли, у него нет ни единого шанса на победу против умелых воинов. Значит, нужно выбраться отсюда до того, как они решат устроить бой.

– А участие в бою обязательно или я могу отказаться?

– Не думаю, что тебе позволят. Мне кажется, что организация дуэлей с заключёнными – простой способ сократить их численность, чтобы совету не нужно было думать об их жизнях.

– Но у меня нет ни единого шанса против взрослого эльфа, не говоря уже о Пруте. Он только с метательными ножами умеет обращаться.

– Шанс есть в любом случае, может быть, тебе попадётся не очень умелый воин…

– Нет у меня шанса! – прокричал Эл. – Я воспитывался в семье людей и обучался как людской воин. Я уступаю эльфу по всем показателям.

– Не психуй! Это проблема. Согласен. Но тоже решаемая, – поддержал Эла Сурт.

– Как? Как её решить?

– Думаю, общими усилиями нам удастся отсрочить бой, если его всё-таки решат проводить. А если повезёт, мы сможем упросить эльфов дать разрешение на тренировку.

– Бесполезно, – покачал головой Эл. – На сколько мы сможем отсрочить бой? На день? Два? Даже если неделю. За это время я не встану на один уровень с воинами Сайлорского леса.

– У тебя есть другие предложения? – разозлился Сурт.

– Нет, нету, – упавшим голосом проговорил Эл.

– Вот и не плачь. Выберемся. Мне без тебя тоже не резон бежать. Одному с севера не выбраться, нужен тот, кто сможет прикрыть спину.

– Ладно, хорошо. Я спокоен, – кивнул Эл.

– А насчёт друга не волнуйся, на поединок они его не вызовут, в их пророчестве сказано об эльфах, пришедших с юга. Вероятнее всего, если ты погибнешь, Прута, как и твоих родителей, отпустят, но оставят под надзором жить на севере.

Эл усмехнулся, на секунду задумавшись, сможет ли он пожертвовать собой ради друга… Мамы… Папы… Сун… Вряд ли.

– Даже не думай, – поспешил прикрикнуть Сурт, – твоя жертва лишь увеличит размер клетки для близких и повесит им на шею тяжеленный камень. Если хочешь этого. Давай.

– Нет, не хочу, – отозвался Эл.

– Вот и хорошо. Сейчас меня волнует другое, что дало им повод считать, что твои родители причастны к организации нападения.

– Ты же сам сказал, что они фанатики.

– Фанатики, – подтвердил Сурт. – Они верят в неотвратимость нападения, но для того, чтобы обвинить людей в причастности, одних родственных связей, думаю, будет недостаточно даже им.

– Я не знаю, – пожал плечами Эл, – мои родители точно никакого нападения не готовили.

Глава 10.

Ирена, Димар и Элбер возвращались в Лову из Ардыка, где им удалось заключить союз с индулами. Лошади неспеша перебирали ногами по сухой земле.

Всадники долгое время молчали, каждый думал о чём-то своём. Их выражение лиц коренным образом отличалось друг от друга, и проходящий мимо путник не понял бы, едут ли они компанией, ратующей за одно дело, или у каждого свои заботы и проблемы. Ирена легко улыбалась и смотрела прямо, на уходящий вдаль горизонт. Димар, повесив голову, ехал, погруженный в свои мысли, а Элбер поглядывал по сторонам, с не характерной для него серьезностью.

Ирена испытывала настоящий подъём, который всё же пыталась сдержать в душе. Ей удалось сделать первый шаг в возрождении былого величия эльфийского народа – заключить антарский союз, ознаменовавший дружбу и своевременную взаимопомощь народов Антарии. Хотя, если задуматься, этот шаг был не таким уж и первым. Первым можно было считать момент, когда она взяла в свои руки посох Эрефа, когда разогнала страх, живущий в сердце каждого эльфа. После Ирена вспомнила, как восстановила защиту эльфийских лесов. Как же много сделано за столь короткий период. И как много ещё предстояло сделать, прежде чем эльфийский народ вновь сможет гордиться своим величием, своими достижениями.

– Всё-таки удачно получилось, – заговорила Ирена, пытаясь развеять молчание, зависшее над всадниками, – Архин занял пост вождя, свергнув Гроха, и принял наше предложение.

– Не обязательно это удача, – возразил Элбер, – возможно, его подтолкнуло к подобному действию то, что многие индулы оказались заперты на острове.

– Может быть. Но всё равно без удачи здесь не обошлось, ведь он уходил на север и то, что вернулся именно сейчас, не холодный расчёт, а именно везение.

– Тоже верно, но я предпочитаю думать, что, если бы не вернулся ваш знакомый, нашёлся бы другой доброволец, возжелавший покончить с правлением Гроха.

– Ирена, – обратился Элбер к провидице после нескольких минут молчания, – вы собираетесь вступать в переговоры с Северными жителями? Я просто подумал, что Антария могла бы обрести настоящую мощь и процветать, как в былые времена.

– Конечно. Вы же слышали, что индул Архин проводил на север одного из эльфов.

– Слышал, – кивнул Элбер, – и хотел бы посоветовать отправить к нему ещё нескольких воинов.

– Зачем? – удивилась Ирена.

– Дело в том, что за последние восемнадцать лет через Фронтер в Северную Антарию было пропущено  около ста человек и ни одного эльфа. Более того, переговоры с тамошней властью не дали никаких результатов. Я подозреваю, что инициаторами перекрытия границы были именно Северные эльфы и отправлять на переговоры одного молодого парня в некоторой степени опасно. За пределы Северной Антарии до официального разделения были изгнаны все, кто вызывал малейшее подозрение у неизвестных. За долгие годы  ни одна весть о причинах, побудивших северный народ отречься от союзов, не дошла до нас. Не знаю, что движет организаторами, но это не людская работа. На индулов даже думать не хочу, те, которые  живут на севере, по моим данным, вообще никак не контактируют с людьми.

– Вероятно, вы правы. Я подумаю над вашими словами.

– Спасибо. Я, в свою очередь, обещаю посильную поддержку в ваших начинаниях. Мы не меньше эльфов заинтересованы в единстве Антарии.

– Я учту, – улыбнулась Ирена. – Димар, – вывела она из задумчивости эльфа, – как думаешь, стоит отправить на север подмогу для Эла?

Димар, который лишь краем уха слышал разговор между Иреной и Элбером, кивнул, пытаясь понять, о какой подмоге идёт речь. Сообразив, что к чему, Димар добавил:

– Думаю, я мог  бы отправиться на север и проверить, всё ли у него в порядке. Найти Эла будет сложно, но, думаю, эльфы Сайлорского леса подскажут мне, где искать. Для уверенности можно взять с собой Дерика и Квина, они-то не откажутся помочь Элу

– Вот и отлично, займёшься этим сразу после праздника.

– Что ж, вам виднее, – негромко проговорил Элбер в воздух.

Вскоре всадники достигли столицы людской жизни, города Лову. Не успели Элбер и его спутники въехать в город, как за ними последовала охрана, которая скрепя сердце выполнила приказ короля оставаться в городе. Не верили они, что правильно отпускать Элбера к индулам с двумя хиленькими эльфами. Охранники искренне радовались, что визит к индулам прошёл без осложнений.

– Я прикажу поварам готовить праздничный стол, а конницу отправлю в Руанский лес за выжившими. Вы пока отдохните, поспите, – обратился Элбер к эльфам, когда спешился с лошади, –  вам одну комнату выделить или разные?

– Разные, – ответила Ирена.

– Хорошо. Проводите эльфов в гостевую часть, – приказал Элбер охраннику, – выделите им две комнаты. А через час приведите их в обеденный зал.

– Будет исполнено, – ответил охранник. – Пройдите за мной, – обратился он к эльфам.

– Приятного отдыха, – сказал Элбер вдогонку, – встретимся за обедом.

Димар поспешил вслед за охранником. Он до сих пор не доверял Элберу и его людям. В конце концов, эльфов мало и для того, чтобы покончить с ними, достаточно лишить Ирену посоха. Элбер, как человек умный, должен это осознавать. Что стоит пять десятков искусных воинов против гарнизона Лову? Ровным счётом ничего. С индулами было проще, Архин, оказавший неоценимую помощь эльфам, наверняка сможет усмирить свой народ. Люди же за всю шестнадцатилетнюю историю истребления ни разу не пытались помочь. Содержание эльфов взаперти, пускай ради благих целей, Димар не считал веским аргументом в пользу людей.

Думал Димар сейчас вовсе не о безопасности всего эльфийского народа, он думал об Ирене. В связи с этим скорое путешествие на север не вызывало у него положительных эмоций. Вероятнее всего, завтра, после праздника, он отправит в подмогу Элу Квина, Дерика и Волака, а сам останется рядом с Иреной во имя её безопасности. Кто его тянул за язык? Думаю, я мог  бы отправиться на север! Димар злился на себя.

– Вот ваша комната, – вывел Димара из задумчивости охранник.

– Спасибо, – кивнул Димар, отметив, что комната Ирены находится рядом.

– Отдыхайте, я зайду за вами через час.

– Совсем не хочется сидеть в одиночестве целый час, – прошёл Димар в комнату Ирены, когда охранник ушёл. – Что думаешь по поводу гостеприимности короля?

– Что тут думать? Элбер помогает нам. Взамен надеется, что мы поможем ему урегулировать дела на севере. Всё просто.

– А если он приглядывается к нам, чтобы после растоптать? Продумывает вероятные развития событий? Он же человек не глупый, не станет действовать безрассудно.

– Благородный Симорг, – рассмеялась Ирена, – ты по этому поводу ходишь такой угрюмый и задумчивый? Элберу нет смысла убивать нас.

– Может и да, – пожал плечами Димар, – но я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Посох у тебя, а значит, именно ты ключ наших врагов к победе. Я боюсь за тебя, Ирена.

Ирена хотела было вновь отшутиться, но поняла, что не сможет, слишком серьёзный тон был у Димара.

– Не волнуйся, со мной всё будет хорошо.

Димар кивнул.

– На север я не пойду, отправляй кого угодно, я буду рядом с тобой, пока всё не уляжется.

– И когда я буду спать, будешь охранять мой сон? – улыбнулась Ирена.

– Буду, если понадобится, – без капли иронии ответил эльф. – Моя комната рядом, а сон у меня чуткий. Никто не пройдёт.

– Я рада, что у меня есть такой защитник, – улыбка с лица Ирены не сходила. – А теперь не мог бы ты оставить меня, я хочу отдохнуть перед обедом.

– Конечно, – поспешно развернулся Димар и вышел из комнаты, осторожно закрыв за собой дверь. – Мне и самому не мешало бы отдохнуть, – подумал он.

Пройдя в комнату, выделенную королём, он прилёг на кровать. Повернувшись на бок, Димар с головой ушёл в мысли. Отдохнуть вновь не получилось.

Вскоре в комнату постучались. Димар встал с кровати. Охранник приглашал их на обед. Ирена ожидала в коридоре с ехидной улыбкой. Он даже не услышал, как охранник подошёл к её двери. Точнее услышал, наверное, но не обратил внимания.

– Следуйте за мной, – сказал охранник.

Ирена усмехнулась:

– Не волнуйся, – шепнула она Димару, увидев его растерянное лицо, – я заглушила шум, который устроил стражник. Хотела подшутить над тобой, но, видимо, ты серьёзно думаешь, что мне угрожает опасность, извини.

– Прощаю, – успокоился Димар и улыбнулся. – Пошли, не стоит заставлять короля ждать.

В зале, куда привел охранник, эльфы увидели богато убранный стол, на котором были всевозможные яства. Под их ногами расстилался огромных размеров ковер с невообразимым узором. Зала освещалась множеством всевозможных свечей, расставленных самым причудливым образом. А над столом находился красивейший канделябр с множеством свечей. Элбер сидел за столом, приглашая гостей присоединиться к нему.

– Воистину, королевский обед, – подумал Димар.

За обедом они разговаривали на посторонние темы, забыв о политике и проблемах, которые нужно было решать. Обсуждали организацию вечернего празднования. В непринуждённом разговоре затерялись последние опасения Димара. Он решил, что нельзя так искренне играть дружелюбность, но поделиться этим с Иреной он не спешил, желание остаться рядом с ней, а не идти к Элу на морозный север, крепло с каждым мгновением.

После обеда охранник порывался проводить эльфов до комнат, но Димар заверил его, что помнит путь. Охранник успокоился, но всё же последовал осторожно за эльфами, дабы убедиться, что они не пойдут туда, куда не следует.

Димар смотрел на весёлое лицо Ирены и не мог не улыбаться в ответ. Хотя на душе было тяжело. Ещё неделю назад он был уверен в себе, а сейчас боялся, как сопливый подросток. Он боялся потерять её. Теперь, когда оказалось, что выжило более трёх десятков эльфов, перед лицом Димара вновь и вновь всплывала картинка из детства – Амира, гуляющая с высоким эльфом.

– Димар, – обратилась Ирена к эльфу, когда они подошли к двери её комнаты, – можно тебя спросить?

Димар кивнул.

– Ты говорил, что боишься за меня, – она замолчала, не решаясь задать вопрос. – Я хочу знать, ты боишься за меня или за эльфийский народ?

Поначалу Димар хотел отшутиться, но, заметив, что Ирена спрятала улыбку, ответил:

– За тебя. Я боюсь тебя потерять. И, – Димар прервался, смотря в глаза Ирены, – я не переживу, если с тобой что-нибудь случится.

Он обнял и поцеловал её, со страхом, что сейчас Верховная провидица южных эльфов оттолкнёт его и никогда не простит подобной наглости. Ирена ответила на поцелуй. Тогда, отогнав от себя все страхи, Димар взял её на руки, прошёл в комнату и положил на постель.

– Я люблю тебя, – проговорил он и вновь поцеловал, не давая Ирене возможности ответить.

***

Ночью, когда город Лову накрыла темнота, в воздух, взлетая высоко над дозорными башнями, взмыли разноцветные огни. Фейерверки разрывались в воздухе, освещая местность вокруг замка синими, зелёными, красными и жёлтыми цветами. Шум взбудоражил всю округу, вспышки могли наблюдать даже жители окрестных деревень. Многие знали – эльфы празднуют победу над колдуном. Вдруг небо осветилось в очередной раз и на мгновенья всё затихло, взрывы прекратились, Антарию вновь накрыла ночь. Через минуту в небо медленно поднялся огонёк, будто светлячок, он летел осторожно, не спеша. В какой-то миг этот светлячок начал оставлять за собой яркий след, выписывая в воздухе пируэты. Протанцевав в небе несколько минут, огонёк погас, а надпись, оставленная им, на несколько минут зависла в небе. «Колдун повержен» – гласила эта надпись.

Глава 11.

– В связи с обнаружением в доме охотника, – оглашал Гурайл решение совету, – восьми связок оружия, мной было принято решение об аресте семьи Фармов.  Оружие, явно эльфийское, было переправлено через границу Северной Антарии неведомым нам способом, а значит, подготовка к нападению, которого мы так боялись, идёт полным ходом. В свою очередь, считаю правильным совершить ответный ход, чтобы нападение не было неожиданностью. К нам вернулся разведчик и доложил о ситуации на юге, всего в живых осталось около пятидесяти эльфов, а Ирена действительно убила колдуна. Основную угрозу для нас представляет Ирена и её посох, но ввиду того, что Южные эльфы не смогли ничего противопоставить колдуну долгое время, не думаю, что у нас есть шансы убить Ирену, даже группой провидцев. Её сила ничуть не меньше силы Амбассора. Поэтому выношу на обсуждение следующую тактику: наши агенты входят в доверие Южных эльфов, а при удобном случае убивают их. В поддержку агентам будут действовать следопыты, которые не будут попадаться южным на глаза, но при удачном стечении обстоятельств смогут нанести удар.

– То есть вы предлагаете вырезать южных эльфов по одному? Оставив в живых одну лишь Ирену? – уточнил один из членов совета.

– Да. В лучшем случае, нашим агентам может повезти, и они узнают способ убить саму Ирену.

– Что ж, а если лучший случай не настанет? Ирена, догадавшись, кто виновен в смерти её народа, вполне обоснованно может возжелать мести. Думаю, она в состоянии стереть с лица Антарии Сайлорский лес и без помощи воинов. Вы об этом подумали?

– Подумал. Эльфы будут действовать скрытно, временной промежуток между убийствами должен быть достаточно продолжительным, более того, количество агентов не должно превышать двух-трёх. Думаю, если не совершать грубых ошибок, мы можем остаться в тени этой истории. А, принимая во внимание то, что на юге не знают о предсказании, никто даже не посмеет подумать на Северных эльфов. Ирена скорее решит, что это индулы и остатки наёмников решили покончить с народом таким методом.

– Может, вы и правы, но всё же в вашем плане слишком много недочётов и надежд на «лучший случай», – высказал мнение эльф.

– У вас есть другие предложение? – повысил голос Гурайл.

– Нет.

– В таком случае продолжим обсуждение моего.

– Простите, – встал коротковолосый эльф, выступавший за то, чтобы Эла отпустили обратно на юг, – а что, если предположить, что нападения не будет. Могли же провидцы ошибиться. Мы ждём предсказанного ужаса двадцать лет, из-за этого совершили уйму ошибок. Почему бы не предположить, что провидцы просто ошиблись?

Гурайл вскипел:

– Друиды не могут ошибаться!

– Двадцать лет, Гурайл. Не малый срок, – продолжал гнуть свою линию эльф, вернувшись на место. – Обычно видения не предсказывают столь далёкие события.

– В таком случае, как вы объясните оружие в доме Фармов? В доме семьи эльфа-подкидыша, который сейчас сидит в нашей тюрьме.

– Что говорят сами Фармы по поводу оружия?

– Они отрицают всякую причастность к организации покушения, – проговорил Гурайл

– Я спрашиваю, что Фармы говорят по поводу оружия? Откуда оно?

– Они говорят, что видят его в первый раз.

– Так, может, это правда? – спросил эльф. Гурайл на несколько секунд задумался с хитрой, издевательской улыбкой на лице. Весь совет молчал, слушая полемику Верховного эльфа с друидом.

– Это не может быть правдой, – наконец ответил Гурайл, – по-вашему, это оружие подбросили Фармам?

– Почему бы и нет, – ответил эльф. – Если предположить, что оружие было подброшено, у нас теряются все доказательства того, что южные эльфы желают нашей смерти.

– А предсказание. Его ты в расчёт не берёшь?

– Предсказание было сделано двадцать лет назад. Понимаешь? Двадцать. За два десятилетия ничего не произошло. С чего ты взял, что произойдёт сейчас?

– Я с тем же успехом могу задать похожий вопрос тебе. Почему ты решил, что видение друидов двадцатилетней давности теряет силу? В каком из пергаментов об этом сказано?

– Видимо, этот спор не имеет смысла. Я предлагаю вызвать Ирену на дипломатические переговоры и обсудить всё так, как мы всегда это делали, без жестокости и крови.

– Конечно, так они тебе и признаются, что готовят нападение, – съязвил Гурайл, видно было, что он начал выходить из себя.

– Итак, кто за план Гурайла? – спросил эльф, отходя от спора, дабы смягчить атмосферу в совете. Руки подняли шестеро членов совета, в том числе и сам Верховный эльф. – Что ж, я так понимаю, что за мой план проголосует вторая половина совета и у нас получится неопределённость? – слегка  огорчённо проговорил эльф.

– Нет, – подал голос самый молодой эльф совета, – я, с вашего позволения, воздержусь от голосования, так как не совсем уверен ни в вашем плане, ни в плане Верховного эльфа Гурайла.

– Что ж, в таком случае, Гурайл, ты победил. Поздравляю, совет принял решение воплотить твои намерения в жизнь. Главное, чтобы потом не жалел об очередной ошибке, а я корил себя за то, что посмел усомниться в словах друидов.

– Благодарю, Лирак. А теперь давайте обсудим детали и реализацию плана. Для начала я считаю правильным раздать клинки, найденные у Фармов, нашим воинам, во всяком случае, тем, кто захочет обменять своё лезвие на найденное. После выбрать эльфов, которые отправятся на юг и войдут в доверие южных. Не думаю, что с внедрением возникнут проблемы. Эльфы, узнав о смерти колдуна, вышли из укрытий и присоединились к собратьям. Правдоподобно, не правда ли? – некоторые члены совета кивнули. – К выбору кандидатов на роль агентов, на мой взгляд, стоит подойти продуманно, а не посылать абы кого. Задание, сами понимаете, чрезвычайно ответственное.

– Это понятно, – согласился наставник школы следопытов, совсем недавно сменивший предшественника и получивший голос в совете. – Однако, я считаю, что в первую очередь мы должны решить, что делать с эльфом, который принёс письмо от Ирены, и что мы скажем самой Ирене, если она явится к нам на переговоры.

– Вы правы, эти вопросы требуют немедленных ответов. С одной стороны, мы ничего не потеряем, если отпустим парня, объяснив ему, что всё это в целях безопасности эльфийского народа. Однако есть проблема: Сурт, другой заключённый, наверняка рассказал новоприбывшему об обстановке на севере и в первую очередь о видении наших друидов.

– Что? – возмутился эльф, выступавший за переговоры с Иреной. – Чем вы думали, когда посадили этих эльфов рядом с заключённым, пробывшим у нас более десяти лет? Вы не могли хотя бы охрану приставить к ним, чтобы этот Сурт не сболтнул лишнего.

– Не волнуйся, Лирак, я знаю, как исправить нашу ошибку.

– Твою ошибку! – прошипел эльф.

– Мы должны заставить эльфа участвовать в дуэли.

– Что? Да у него шансов нет! – вскричал Лирак.

– Успокойтесь, – мягко проговорил Гурайл, – на то и рассчитано, он погибнет, забрав с собой всё, что услышал от Сурта.

– А Сурт? – спросил один из членов совета.

– Сурта мы убьём позже. Он южный эльф, и кто знает, как он себя поведёт, если мы предоставим ему свободу.

– Я так понимаю, ты готов пойти на всё, чтобы предсказание друидов не осуществилось? – спросил Лирак.

– Ты прав, – кивнул Гурайл, не обращая внимания на тон.

– Что ж, воля твоя. Вот только мне кажется, что подобными действиями ты лишь воплотишь предсказание друидов в реальность. Вы вообще понимаете, что собираетесь делать? – обратился Лиарк к совету. – Убивать эльфов только лишь из-за того, что они родились на юге.

Охранники, которые всё это время стояли возле входа в хутрей, вопросительно посмотрели на Гурайла. Тот, поймав их взгляды, чуть заметно, покачал головой.

– Лирак, между прочим, ты совсем недавно дал добро на осуществление моего плана.

– Это не я дал, а совет. Не сбрасывай всю ответственность на меня одного. Более того, после того, как мы узнали детали твоего плана, я предлагаю провести повторное голосование. Итак, кто за бредовый план Гурайла? – не стеснялся в выражениях Лирак.

На этот раз руки подняли семеро членов совета.

– Что ж, продолжаем обсуждение, – кивнул Лирак. – Что ты собираешься делать с семьёй эльфа и его другом? – спросил он Верховного эльфа. – Тоже убить?

– У тебя есть другие предложения? Мы не должны оставлять свидетелей, дабы не навлечь гнев Ирены.

– Забавно получается, – улыбнулся Лирак, – ты предлагаешь убивать южных эльфов и в то же время надеешься не разозлить Ирену?

– Да. И мне кажется, что со мной согласна большая часть совета. Мне надоело сидеть и ждать, когда южные эльфы посеют хаос в нашем лесу. Я собираюсь действовать, а для того, чтобы вырезать угрозу, мне придётся вырезать южных эльфов.

– Хорошо, хоть я не считаю, что вырезать угрозу можно лишь клинком, но всё же продолжим обсуждение, – кивнул Лирак, сдерживая злость и ненависть в душе. В голове эльфа начал зреть собственный план сохранения мира на севере, план, в котором нет места необдуманным, глупым и жестоким поступкам.  – А что ты скажешь Ирене, если она сама явится к нам на переговоры?

– Да ничего. Почему мы должны ей что-то объяснять. Мы не допустим её к переговорам, как делали это с другими Верховными эльфами до появления Амбассора на юге, как делали это при попытках начать переговоры со стороны короля. А про парня мы слыхом не слыхивали. Не появлялся никакой эльф, ничего не передавал.

– Думаю, Ирена заставит тебя выслушать её и ответить на вопросы, – не отставал от Гурайла Лирак, – хотя бы потому, что обладает посохом, которого боишься даже ты, Гурайл.

– Да, обладает! Да, я боюсь его! Но, бес, мне приходится мириться с этим! Потому что, бес тебя возьми, я не знаю, как с ним разобраться! – Гурайл ударил по столу кулаком, а его глаза покраснели от напряжения.  – Но я, в отличие от тебя, не собираюсь из-за этого треклятого посоха трястись в стороне, ожидать смерти и выстилаться перед Иреной! Я уничтожу и Ирену, и весь её южный народ! И плевать я хотел, что жестокость не наш метод! Это был не наш метод! Сейчас, ради сохранения народа, я использую любой метод! Ясно тебе! – кричал Гурайл.

– Конечно, ясно, – довольно улыбнулся Лирак.

– Совет окончен, – провозгласил Гурайл, откинувшись на спинку кресла и бегая глазами по лицам членов совета, – я соберу вас через несколько часов для дальнейшего обсуждения проблем, нависших над нами.

Все члены совета встали и, погруженные в мысли, вышли из хутрея. Напряжение, нараставшее на протяжении двадцати лет, достигло своего пика. Страх и желание быстрее прекратить этот кошмар затуманивали разум эльфов. Договориться с Южными эльфами означало отсрочить предсказанные события, которых нельзя избежать. Истребить угрозу на корню – единственный выход, единственный шанс сохранить спокойствие на севере. Так стали считать многие.  Но нашлись и те, кто не мог смириться с ролью убийцы, не мог позволить себе и своим братьям убивать даже во имя мира. Они пытались найти иной способ избежать пророчества, предсказанного друидами двадцать лет назад.

Было ещё кое-что, помимо угрозы, озвученной Гурайлом, что волновало Лирака – оружие, появившееся у Фармов. Учитывая то, что он не верил в опасность, шедшую с юга, ум Лирака занимал вопрос – откуда взялось оружие. Кто пытается натравить северный народ на южных эльфов? И какова его конечная цель: хаос на севере, вражда двух народов или же полное уничтожение южных. А, может, вообще всех эльфов?

– Лирак, – окликнул друида эльф, который воздержался от участия в голосовании, – в чём дело? Почему вы так быстро отступились от спора с Гурайлом? Почему не предложили свой вариант развития событий? Совет мог бы прислушаться к вам.

– Не мог бы, – ответил Лирак, продолжая идти, – эльфы желают разорвать цепи страха как можно быстрее. Переговоры в любом случае займут много времени. И в некотором роде Гурайл прав, Ирена, может быть, не будет лукавить, когда согласится на мир, но вот осадок на душе северных эльфов останется. Предвидение. В нём всё было по-другому. Значит, Ирена врёт. Поверь мне, каждый второй северный эльф будет думать именно так, когда переговоры закончатся. Самый быстрый и надёжный способ для всех нас – истребить любой намёк на опасность, а это значит, уничтожить сам источник. Я считаю, что подобная игра с огнём ни к чему не приведёт. Гурайл и совет считают по-другому. Их не переубедить.

– И вы сдадитесь? Ведь диалог с Иреной – более чем взвешенное решение. Южные поселения уничтожены, если помочь в их восстановлении, мы получим расположение Ирены. Мы эльфы, мы сможем договориться между собой.

– Скажи это Гурайлу, – задумчиво бросил Лирак.

– И скажу. Через несколько часов все соберутся с мыслями и соберут повторный совет. Мы выступим на нём.

– Ты выступишь, – поправил Лирак, – у меня дела. Хотя я и уверен, что Гурайл найдёт довод, которым разобьёт твой в глазах совета, всё же желаю тебе удачи.

– Спасибо, – кивнул эльф, заметив, что они направляются к загону с лошадьми. – Куда вы идёте? – спросил он.

– Воплощать свои намерения в жизнь, – подмигнул друид.

– Можно мне с вами?

– Нет. Не думаю, что это необходимо. Отправляйся к себе. Главное – знай, сейчас у Ирены нет никаких оснований желать нашей смерти, в письме она просила нас о помощи. Смерти она возжелает, когда поймёт, что северные эльфы желают закончить миссию колдуна.

– Хорошо. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы переубедить совет. Найду эльфов, что не поддержали Гурайла, поговорю с ними наедине, предложу поддержать ваши начинания.

– Спасибо, – кивнул друид, – а теперь иди.

Лирак смотрел в спину молодому, жизнерадостному эльфу, которому было слегка за тридцать пять. Как это ни странно, но от него он меньше всего ожидал поддержки. В его возрасте чаще идут на поводу чувств и страха, нежели в возрасте более преклонном. Если бы не горячий нрав Гурайла, кто знает, чем бы закончился этот совет. Вполне возможно, что сам верховный эльф пришёл бы к мысли, что переговоры – единственный возможный вариант. Сейчас же изменить решение совета могло только чудо.

– Будь проклято это предсказание, – процедил он сквозь зубы.

***

Эл лежал на кровати, бесцельно водя пальцем по грязной простыне. Прут и Сурт вот уже полчаса молчали. Может, уснули? Или тоже думали о чём-то. Сейчас все его мысли были сосредоточены на одном – как покинуть этот ужасный снежный край, как спасти тех, кто по его вине оказался пленником: маму, папу, Сун, Прута. Ничего не приходило в голову. Ничего. Даже если удастся бежать, мама и папа останутся здесь. Эл даже думать не хотел о том, что сделают эльфы, когда поймут, что он сбежал. Эл решил для себя, перевернувшись на другой бок, что он не покинет север, пока не убедится, что все близкие в безопасности.

Как спасать родителей, Эл не знал. Он не знал даже, где их держат. В этих же тюрьмах или в других. А может, дом дяди взяли под охрану. Он не знал. Понимал только, что один не справится. Нужно ждать Ирену.

Сила, о которой говорила Алиена, сила, которая могла бы сейчас помочь, куда-то затерялась. Как будто и не было её вовсе. Как будто битва на острове была слегка необычным, но сном. Эл часто пытался разозлиться, выпустить её, разбить тюремную дверь, спасти всех, уйти с севера, но ничего не получалось. Он с надеждой осматривал руки, ноги, но никакого свечения не исходило. Эл всё меньше верил в то, что говорила Алиена, об энергии, о силе, которую нужно научиться сдерживать. Зачем сдерживать? Сейчас как никогда я хочу её выпустить, но ничего не получается.

Больше суток провёл Эл в тюрьме Сайлорского леса. Сурт и Прут почти не разговаривали за это время. Долгое время единственными звуками, нарушающим тишину в хутрее, были шелест листвы за окном да редкое поскрипывание кровати в соседней комнате. Эл понимал, что сойдёт с ума, если смириться со своим положением. Мысли о спасении родных – единственное, что удерживало от апатичного, безнадёжного настроения, но даже эти мысли начинали водить хоровод, не допуская, ни одной новой идеи.

Эл сел на кровати. В хутрей кто-то поднимался. Возможно, очередной обход, решил он. Эльфы не выставляли постоянную охрану возле тюрем, только раз в два часа проверяли пленных. Иногда они приходили с едой, но сейчас для обеда была рано, завтрак они приносили всего час назад. Пришли к нему. В замке заскрежетал ключ. В комнату вошёл эльф, ещё двое остались ждать его в коридоре.

– Нам поручили уведомить тебя о том, что через четыре часа тебе придётся участвовать в дуэли. Твой противник – Ландиар. Меч тебе вернут на время битвы. За тобой придут, когда всё будет готово.

Эл растерянно и несколько обречённо кивнул. Он не ожидал столь скорого вызова. Сурт что-то кричал эльфам, Эл не слышал его.

– Может быть, можно отсрочить бой? Элу нужно время на подготовку! Позвольте дать ему пару уроков! – кричал Сурт эльфам. – У него нет шансов против Ландиара! Посмотрите на его возраст! Опыт!

– Таково решение совета, – проговорил эльф, выходя из хутрея.

Глава 12.

Лирак подгонял коня. Эльф желал успеть как можно больше, прежде чем Гурайл пресечёт любые действия, направленные на мирное разрешение конфликта, который, по сути, существовал лишь в головах Северных эльфов. Лирак не сомневался, что рано или поздно Гурайл поставит палки в его колёса, ведь Верховный эльф не любит, когда кто-то пытается помешать его планам. А именно это и намеревался сделать Лирак.

Найти дом родителей пойманного парня не составило труда, это был единственный охраняемый эльфами дом, под стенами Фроста. Хотя эльфы находились внутри, Лирак без труда определил, где его собратья. Он слез с коня и привязал его к балке, поддерживающей навес. Дверь отворилась, как только Лирак подошёл к дому. На него смотрел наконечник стрелы. Эльфы ждали других организаторов нападения.

– Ах, это вы, – ослабил тетиву эльф и убрал стрелу обратно в колчан, – проходите. Что-то хотели?

– Да, – кивнул Лирак, – поговорить с пленниками.

– Они на втором этаже. Поднимайтесь, Ролиад укажет вам комнату.

– Они что, заперты? – удивился Лирак.

– Да. Временно. Позже совет обещал позволить им перемещаться в пределах дома. А вы разве не знали?

– Нет. Гурайл, видимо, сам принял подобное решение, без обсуждения на совете, – ответил Лирак.

Он поднялся по лестнице и беспрепятственно вошёл в комнату, возле которой сидел эльф.

– Вы только поосторожней там, – сказал ему охранник.

На Лирака устремились четыре взгляда, и каждый из них смотрел на друида по-разному. Презрение читалось в глазах северного мужчины, безразличное непонимание человека с юга и надежда в глазах женщин, подобная встреча несколько смутила Лирака. Он отпустил охранника, стоящего у двери, и прикрыл дверь.

– Сразу же хочу внести ясность, – проговорил он, – я, в отличие от Верховного эльфа, не убеждён в вашей вине, более того, склонен думать, что вы не имеете никакого отношения к тому, в чём обвиняют вас и вашего сына. Я хочу разобраться во всём и понять, откуда появилось оружие, найденное у вас.

В глазах женщин Лирак заметил благодарность, в то время как мужчины ни капли не поверили в искреннее желание помочь. Их взгляд был так же холоден и беспристрастен. Только в этот момент Лирак понял, какую ошибку совершил. Откуда эти люди могли знать что-то о подброшенном оружии или о ситуации на юге? Все они живут на севере достаточно давно и знают не больше, чем любой другой житель деревеньки под стенами Фроста. Эл – вот кто мог хоть что-то рассказать. Именно к нему нужно было идти в первую очередь. Весь путь от леса до дома Фармов он думал о том, кто подбросил оружие, весь путь он проклинал Гурайла, но даже секунды не уделил разработке плана действий. И вот теперь он стоит перед Фармами и не знает, что спросить, что может узнать от непонимающих людей.

– Где нашли оружие? – в конце концов, спросил Лирак.

– В соседней комнате, могли бы у своих спросить, – бросил северный мужчина.

– Спросить я успею, мне нужно услышать от вас. Как часто вы заходили в ту комнату? В смысле, как давно оружие могло появиться?

– Я вышла из комнаты всего минут на двадцать, – заговорила Сун. – После пришли эльфы. Они сказали, что мы взяты под арест. Оставив с нами охранников, они поднялись на второй этаж, обыскали его, а спустились с оружием, утверждая, что нашли под моей кроватью. Я только накануне полностью убирала комнату, и под кроватью было чисто.

– Думаешь, это пришедшие эльфы подложили клинки?

Сун покачала головой:

– Вряд ли. Не знаю, откуда там появилось оружие, но его было много, очень много. Эльфы бы не пронесли столько.

Лирак заметил, как Брайдж слегка нервно кивает, подтверждая слова Сун.

– Тогда кто? Откуда связки?

– Не знаю, – растеряно пожала она плечами.

– Хорошо. Думаю, более мне нечего у вас спросить, – кивнул Лирак, – это вам, – прошептал эльф и вытащил из ножен небольшой клинок, чуть длиннее кинжала, – спрячьте куда-нибудь, хотя бы под матрас. Вряд ли он поможет, в крайнем случае, но лучше будет, если вы будете хоть как-то вооружены.

Рекар, брат Марела, принял оружие и спрятал его. Брайдж изменилась на глазах, от крепкой южной крестьянки не осталось и следа, она обмякла и слегка побледнела в одно мгновенье.

– Какой крайний случай? – спросила она дрогнувшим голосом.

– Не волнуйтесь, – улыбнулся Лирак, скрывая настоящие мысли. – Крайние случаи разные бывают. Всегда лучше подстраховаться.  А с этой историей мы разберёмся, не волнуйтесь. Всё будет в порядке.

– Как там Эл? – спросила женщина.

– С ним всё в порядке, сейчас как раз отправлюсь к нему. Не волнуйтесь.

Лирак вышел из комнаты, окрикнув охранника, чтобы он вернулся на место. Когда Ролиад подошёл, друид спросил у него, где обнаружили связки клинков. Эльф показал комнату.

Комната была самая что ни на есть обычная: аккуратно застеленная кровать, невысокий столик с зеркалом, комод, будто за какую-то провинность поставленный в угол комнаты, и стол, на котором лежала потрёпанная тетрадка. Друид подошёл к кровати и почувствовал, будто что-то приятное и мягкое прикоснулось к нему. В комнате остался осадок от выброса энергии. Здесь был друид. Или маг. И заклинание, сотворённое им, потребовало не малого количества энергии. Лирак заглянул под кровать, там ничего не было – абсолютно чисто. Девушка действительно не так давно убиралась. Связки оружия унесли в поселение. Лирак не сомневался, что и на мечах оставался осадок энергии. Кто здесь был? Людской маг, решивший поссорить две расы или Ирена, которая действительно намеревается воевать с нами? И какое заклинание было создано в этих стенах? Лирак подошёл к окну и посмотрел на улицу. Двор был заметён снегом, никаких следов, значит, сотворивший заклинание вошёл через дверь. Вполне возможно, что он создал иллюзию, дабы его не заметили хозяева дома. Взгляд упал на тетрадку, лежавшую на столе.

«Он снова рядом, он не погиб, он жив…»

Видимо, это был дневник девушки, читать который не позволяло ни время, ни воспитание.

Погружённый в мысли эльф покинул дом Фармов. Оседлав коня, он поспешил обратно, в Сайлорский лес. Лирак безвозвратно отмёл мысль о том, что Ирена причастна к этой истории со связками оружия и размышлял над тем, зачем людской маг или северный друид желает поссорить два народа. Он надеялся, что разговор с Элом даст новую почву для размышлений. Более всего Лирак боялся, что Гурайл сошёл с ума и приказал подбросить оружие, дабы иметь причину вырезать Южных эльфов на корню. Но сейчас он не хотел раздумывать над подобной мыслью. Не хотел даже предполагать, что Гурайл может опуститься настолько низко.

Добравшись до Сайлорского леса, Лирак отпустил коня возле загона, чтобы он мог пощипать травку. К Элу он прошёл без проблем.  В тюрьмах царила наигранная тишина, видимо, ещё две минуты назад пленники что-то обсуждали.

– Эл? – окрикнул он парня.

– Да, – донеслось из-за одной двери.

Лирак без труда открыл замок, несмотря на то, что ключи были лишь у охранников.

– Эл, мне нужно с тобой поговорить, – начал он, – времени у нас не много, поэтому давай по существу и поверь, я хочу помочь тебе.

Эл нерешительно кивнул.

– Отлично. Для начала скажи мне, колдун действительно побеждён?

Эл кивнул.

– Во всяком случае, теперь он не опасен.

– Послушай, – вздохнул Лирак, пытаясь успокоиться, – я тебе не враг. Я только что от твоих родителей, с ними всё в порядке. Я не верю, что южные эльфы хотят нашей смерти. Я хочу помочь, нужно, чтобы ты всё мне рассказал. У меня абсолютно нет времени вытягивать из тебя каждое слово. Просто отвечай на мои вопросы, – протараторил Лирак.

– Где мои родители? – спросил Эл.

– В доме твоего дяди, под стенами Фроста.

– Хорошо. Я расскажу вам, что произошло у нас, – согласился Эл. И рассказал Лираку всё самое важное, отбрасывая то, что, по его мнению, не заслуживало внимание пришедшего. Он умолчал и о своей роли в битве с колдуном, будто он был в числе тех, кто эвакуировался с острова.

– Чёрные эльфы, говоришь, – задумчиво протянул Лирак. – Хорошо, времени на размышления у меня сейчас нет. Зато вопросов к тебе и советов целый обоз. Во-первых, возьми вот это, – протянул Лирак парню круглый медальон с узором, похожим на звезду, и непонятным символом поверх неё, – держи его всегда при себе, но не показывай охранникам, лучше спрячь под одежду, – Эл принял медальон из рук друида и одел его на шею. Кулон обжёг кожу Эла ледяным холодом и в мгновенье ока потеплел. – Во-вторых, – продолжал Лирак, – я сниму магическую защиту со всех трёх дверей, чтобы в случае чего вы могли просто высадить её плечом и бежать. – Эл кивнул, в его душе зарождалась надежда. Сурт и Прут молчали, прислушиваясь к разговору с Элом. – В-третьих, если вам удастся спастись и попасть на юг, вы должны замолвить за северный народ словечко перед Иреной, – Эл кивнул, запоминая всё, что говорит эльф. После он вкратце рассказал о планах Гурайла, не скрывая от Эла того, что конечная цель верховного эльфа – смерть пленников. – Вроде бы всё, что хотел в обязательном порядке, сейчас сниму защиту с дверей и поговорим ещё.

Лирак отвлёкся на снятие заклятия с дверей. Теперь, когда Элу дали время подумать, мысли прорвались в разум. Самым логичным вариантом было бежать прямо сейчас. Опасный вариант, но другого случая может не представиться. Тем более скоро должен состояться бой с неким эльфом, после которого он даже дышать не сможет, не то что бегать. Но обещание, что он дал себе и поклялся не нарушать, не позволяло принять мысль о побеге. Родители и Сун, которые находились в плену. Спасти их не было никакой возможности.

– Я закончил, – обратился Лирак к Элу, – а теперь ответь на мои вопросы. Не знаешь, где сейчас находится Ирена, в каком из поселений?

– Не уверен, но, вероятнее всего, в Руанском лесу. Они хотели жить там. Она, конечно, могла отправиться куда-то ещё, но не думаю, что надолго, в конце концов, она сейчас что-то вроде лидера.

– Хорошо. Спасибо. И ещё, вы действительно подружились с индулами?

– Только с одним, тем, что провожал нас на север и помог одолеть колдуна. Что с ним теперь, я даже не знаю, он вроде бы пошёл против племени, а у них с этим…

– Тихо! – шикнул Лирак, – охрана возвращается. В общем, я закрою двери, но они не будут серьёзным препятствием для тебя и твоих друзей. Желаю удачи в бою, если не удастся убежать до него.

Эл кивнул в знак благодарности Лираку. Дверь в его тюрьму захлопнулась. Замок тихонько щёлкнул.

Лирак не спеша спускался по ступенькам, а, столкнувшись с охраной, остановился и дождался, пока эльфы уступят ему дорогу.

Трое пленных изнывали от нетерпения обсудить новости, свалившиеся на них, но охранники, будто нарочно, не торопились уходить. Они рассказывали друг другу о каких-то насущных проблемах, будь то бездарный сын или болезнь, поразившая одну из ветвей древа, на котором находится хутрей. В конце концов, охранники покинули тюрьмы, и Эл, выждав пару минут, хотел было заявить, что не намерен бежать сейчас, но услышал, как Прут заговорил первым:

– Товарищ охранник, мне бы в туалет.

Эл потерял дар речи. На несколько минут в хутрее наступила полная тишина.

– Мне очень надо, – не отступал Прут.

– Знать надо, что у тебя там есть куда сходить, – раздался разгневанный голос, видимо, в хутрее остался один охранник. Прут это заметил и пресёк разговоры. Эл был в восторге от находчивости друга. Вскоре, понимая, что ему здесь ничего не подслушать, охранник ушёл.

– Как ты узнал, – только и спросил Сурт. – Даже я не слышал его.

– Было бы глупо надеяться, что охранники не знают о доброжелательности прошлого визитёра. Они наверняка хотели узнать, о чём мы говорили с ним. Поэтому я решил наблюдать в щель между дверью и косяком. Может, эльфы и бесшумны, но растворяться в воздухе они не научились. Я заметил тень оставшегося охранника, – объяснял довольный собой Прут.

– Что ж, молодец, – похвалил его Сурт, – думаю, в скором времени они всё-таки решатся на постоянную охрану. Времени у нас нет, нужно бежать. Путь свободен. Думаю, это единственный шанс, и не воспользоваться им нельзя.

– Нет, – решительным тоном оборвал его Эл. – Мы не можем бежать сейчас. Почему ты уверен, что когда мы побежим, эльфы не выстрелят в спину. Они, может, только этого и ждут.

– Если ты не веришь пришедшему эльфу, зачем рассказал, где находится Ирена? – подметил Сурт с немалой долей сарказма.

– Я сказал ему неправду, – насупился Эл.

– И всё же?..  – не отставал Сурт.

Прут молчал, не пытаясь поддержать друга или уговорить его бежать.

– Да, я поверил ему. И я не хочу бежать по другой причине. Я не хочу, чтобы с моими родными что-то случилось из-за меня. Я не сбегу, пока они не будут в безопасности.

– Эл, – начал выходить из себя Сурт, – ты не понимаешь, что это, возможно, единственный шанс. Кто знает, как скоро они заметят, что заклятие было снято. Кто знает, как скоро они додумаются выставить постоянную охрану, чтобы такие, как этот визитёр, больше не являлись, чтобы мы не могли беспрепятственно общаться. Сейчас, когда Северные эльфы близки к уничтожению Южных, они не будут относиться к пленникам как раньше. Они постараются избавиться от нас как можно быстрее.

– Знаю, я! Знаю! – прокричал Эл. – Хочешь – беги! Не смею мешать! Беги! Я не побегу.

– Если мы сбежим сейчас, есть шанс спасти и твоих родных. Северные эльфы лучше знают эти снежные места, но это не значит, что их нельзя переиграть на их поле. Мы вытащим твоих близких.

– Нет. Если бежать, нужно покидать север как можно быстрее, – сделал глубокий вдох Эл. – Задержимся – эльфы не дадут нам возможности покинуть эти места. Тем более группу из двух эльфов и пяти человек они выследят и уничтожат без труда.

– А как же дуэль? Ведь ты на ней погибнешь, – успокоился Сурт и в его голосе появились мягкие нотки.

– Не погибну, – заявил Эл. – У меня в кармане есть козырь. Не знаю, удастся ли мне его вынуть, но он у меня есть и я верю, что он меня не подведёт. Один раз не подвёл и второй не подведёт.

– Какой козырь? – не понял Сурт.

– Я не хочу о нём говорить. Мы сбежим, но не сейчас. У меня есть наброски плана побега. Мы сбежим. Главное, чтобы эльфы не торопились нас убивать после моей дуэли. Поверь мне, Сурт.

– А если всё же погибнешь? – спросил Сурт.

– Тогда беги без меня. Не думай о моих близких, но сохрани жизнь хотя бы Пруту.

Сурт кивнул, но, осознав, что Эл его не видит, пробормотал:

– Хорошо. Один я точно не побегу, это равносильно смерти. Нужен напарник, – подвёл он черту спора.

– Тогда жди, – твёрдо проговорил Эл, и Сурт поверил, что у парня действительно есть какой-то козырь.

– Лишь бы вынул, – прошептал он.

Эл сидел на кровати и буравил стену взглядом, он не верил в свой козырь. Он был на пределе. Ни злость, ни волнение, ни ярость не пробуждала энергию. Что с ним произошло в тот дождливый вечер, не понятно, но это была просто счастливая случайность. Не было в нём той разрушительной энергии, которая была так нужна. Не было. Он не верил, что победит в дуэли, но не смел подвергнуть жизни родных опасности. Родителей, Сун и дядю убьют, как только до деревни под Фростом дойдёт новость о побеге. Эл просто молил богов, чтобы они помогли всем, кто оказался в плену из-за него, после его смерти.

– Ирена, – вспомнил Эл о провидице, – знала бы ты, на что меня послала, – подумал он и лёг  на спину, нащупав под одеждой прохладный медальон, подаренный друидом.

***

Лирак скрутил небольшую записку в трубочку и положил в футляр, закреплённый на лапке сокола. Сокол повернул голову и уставился круглыми глазами на друида, не понимая, что от него требуют.

– Лети в Руанский лес, – в который раз повторил Лирак и махнул рукой перед клювом птицы.

Сокол, в конце концов, сорвался с насиженного места и, маневрируя между деревьями, устремился прочь от мест гнездованья. С тех пор, как он доставлял последнее послание в Руанский лес, прошло чуть больше двадцати лет. Лирак надеялся на птичью память, ведь раньше этот маршрут был для сокола еженедельным. Сейчас и времени много прошло, и сокол доживал  последние дни, но другого выбора у друида попросту не было. Ему необходимо было предупредить Ирену.

Покинув места гнездования связных соколов, Лирак отправился к Верховному эльфу, чтобы узнать результаты последнего совета. Возле главного хутрея его остановили два эльфа-охранника из числа глубоко-преданных Гурайлу.

– Нам приказано проводить вас к Гурайлу, – сообщил один из них. – Следуйте за нами.

Лирак сочувственно посмотрел на эльфов.

– Я, собственно, к Гурайлу и направляюсь, – проговорил друид и продолжил идти к лестнице, не обращая внимания на конвой. Он понимал, что после этого разговора действия по мирному разрешению конфликта будут тщательно пресекаться и даже запрещаться Верховным советом. Гурайл не мог по-другому. – Ещё раз здравствуй, Гурайл, – поприветствовал Лирак эльфа, и, не дожидаясь приглашения, сел. – Как совет? – спросил он.

– Всё хорошо. Большинство поддержало мой план.

– Рад за тебя, – улыбнулся Лирак, оскалив зубы.

– Скажи мне вот что, Лирак, – примирительным тоном заговорил Верховный эльф, скрестив руки на груди, – что ты делал у Фармов и зачем приходил к заключённому эльфу?

– Ты же знаешь, я не считаю правильным поступать так, как поступаешь ты. И если мои намерения не были поддержаны советом, это не значит, что я не могу самостоятельно заниматься их воплощением.

– Твои намерения могут усложнить ситуацию. Мы должны действовать слаженно.

– Я тебе ничего не должен, Гурайл, – друид встал, – думаю, наш разговор окончен.

– Хорошо. Только не думай, что твоё положение позволит тебе действовать безнаказанно. Пока ещё я Верховный эльф, – Лирак остановился на полпути к выходу и медленно повернулся к Гурайлу.

– И? – спросил он.

– Я пресеку любые твои попытки пойти против совета, – вскипел Гурайл. – Я возьму под контроль каждый твой шаг.

– Пожалуйста, – усмехнулся Лирак.

– Я лишу тебя права голоса в совете и распространю по северу указ о том, что твои приказы запрещено исполнять. Тебя не будут слушать ни следопыты, ни друиды.

– Насчёт друидов мы посмотрим, – кивнул Лирак, – а насчёт всего остального – я сделал всё, что хотел, – улыбнулся он и покинул хутрей. Теперь оставалось только ждать и приглядывать за пленными. Ни один из них не должен был погибнуть. Как бы того ни хотел Гурайл.

***

Дул лёгкий, свежий ветерок. На обожжённых стволах деревьев Руанского леса вырос мох, будто махровый платок, оставленный кем-то по рассеянности. То там, то здесь на ветках набухали почки. Деревья лишь внешне казались сгоревшими. Внутри каждого из них теплилась и постепенно разгоралась новая жизнь. Над эльфами и людьми, которые строили новые хутреи, прожужжал большой шмель, улетая по своим делам. Где-то переливались голоса синиц.

Эльфы и люди приступили к работе на следующий же день после великого праздника, проведённого в Лову.

Вдруг размеренная, слаженная работа была остановлена. Волак искал Ирену. Его встревоженный вид заставлял отложить инструменты и вызывал желание помочь. Многие работники лишь подняли головы, обернулись по сторонам и, не заметив Верховной провидицы, стали наблюдать за метаниями других эльфов. Лишь некоторые поднимались в уцелевшие хутреи и звали эльфийку.

Вскоре Ирена явилась в сопровождении Димара:

– Что случилось? – спросила Ирена у Волака.

– Нам нужно поговорить, – коротко ответил он.

– Продолжайте работу, – обратилась она к собравшимся.

– Так что? – повторила она вопрос, когда трое отошли от центра восстановления леса.

– Мой сокол, Тор, заметил сородича. Он прилетел с севера. Птица приземлилась в связном пункте, точнее, в том, что от него осталось. Вот, – протянул он скрученную записку, – это было закреплено к его лапке.

– Где теперь сокол? – спросила Ирена, разворачивая записку.

– Тот, что прислал послание – улетел, Тор отправился за ним.

– Хорошо, – Ирена одобрительно кивнула. В ту же секунду её лицо нахмурилось, и она ещё раз перечитала записку, отдав её после этого Димару. – Помнишь, мы собирались с тобой на север? – спросила она его.

Эльф кивнул, пробегая взглядом по листку.

– Мы отправляемся туда сейчас же. Коней возьмём из тех, что предоставил Элбер. Волак, ты остаёшься здесь, займись подкидышами и следи за работой. Считай, что ты главный, доверять можешь только Эвилу, Дерику и Квину, остальных приравнивай к подкидышам. Ещё Кардину. Поговори с ним, абсолютно уверена, что все, кто долгое время жил в Лову, не являются северными.

Димар скрутил записку и сунул её в карман, в ней были предостережения и просьбы: «Эл в опасности. Он в плену. Северные эльфы считают вас врагами. К вам отправили следопытов-убийц, будьте осторожны. Объяснять всё нет ни времени, ни возможности. Хочу лишь убедить вас, что всё это глупое стечение обстоятельств. Нам  следует всё обсудить. Прошу вас, чтобы ни случилось, обойтись без кровопролития, наши народы нужны друг другу. Эльфы ополоумели. Знайте, они боятся Наследия Эрефа.

Бывший член Совета, друид Лирак».

Димар и Ирена поспешили к лошадям.

– И ещё, Волак, – остановилась Ирена, обернувшись к эльфу. – Мы вернёмся. За нас не беспокойся, посох всегда при мне. Плевать я хотела на их вражду. Главное, обеспечь спокойствие и безопасность среди своих. Не хватало нам ещё одной проблемы. Я знаю о твоих мыслях относительно Амбассора, забудь о них, нам не до этого. Месть отложи на потом.

Волак кивнул.

– Во имя Симорга, – проговорил он и махнул рукой, поторапливая Ирену.

Глава 13.

– Значит, так, – сказала Ирена, поравнявшись с лошадью Димара, – не знаю, что происходит на севере, но, судя по записке, присланной нам, там произошло что-то такое, из-за чего Верховный эльф объявил Южных врагами. Большинство его идеи поддерживают, хотя есть и такие, кто против пролития крови. Более того, они поймали Эла, скорее всего в плену и Прут, возможно, они посадили под замок и родителей Эла. Мы должны будем обсудить сложившуюся ситуацию с советом Сайлорского леса. Если они не захотят идти нам навстречу, вытащим Эла и его близких и тогда поговорим с этими отмороженными по-другому.

Димар внимательно слушал Ирену, у него была одна цель на севере – помочь ей и защитить её в случае чего. Скажет спасти Элла - будет спасать Эла. Скажет ждать и стоять в стороне - значит, будет скрепя сердце стоять в стороне, готовый в любую секунду прийти на помощь.

– И ещё, Димар, – продолжила Ирена, – я должна тебя предупредить – сила посоха на исходе. Я не знаю, почему, но он тускнеет и может вообще превратиться в обыкновенную палку. Если так случится и северные эльфы об этом узнают, южных эльфов уничтожат в одночасье. Северных ощутимо больше, а мою силу, если не будет посоха, смогут приструнить пятнадцать, может, шестнадцать умелых друидов.

Димар кивнул и улыбнулся.

– Не волнуйся, справимся. Спасём Эла, его родных, друзей, договоримся с Северными эльфами, и всё будет хорошо. Обещаю, – подмигнул он.

– Конечно, – улыбнулась Ирена в ответ. – Нужно будет заехать в Ардык. Там дадим лошадям времени для отдыха и обсудим конкретный план действий. Архину ни слова – узнает, что Эл в опасности, увяжется за нами. Уж кто-кто, а он на севере точно не поможет.

– Я понимаю, – кивнул Димар, – поспешим, – проговорил он.

***

Эла вывели из тюрем. Он первый раз за сутки вышел на улицу. Тёплый ветерок нежно прикасался к рукам и лицу.

– Не стой на месте, – подтолкнули в спину.

На лице молодого эльфа всплыла грустная, безнадёжная улыбка. Улыбка, ознаменовавшая напрасность всего, что он сделал в жизни. Безответная любовь к Сун, желание выделиться из других парней, понравиться ей. Помощь родителям, которые будто и не замечали этой помощи. Нападение на Фавер. Смерть Эледа. Смерть родных Прута и Сун, многих других деревенских семей. Бездействие в пещере. Ранение Димара после того, как Эл под воздействием сияния оттолкнул его. Сияние… Если бы оно могло помочь сейчас. Но нет. Эл думал о том, что за восемнадцать лет так и не сделал ничего полезного для Антарии, не сделал даже для близких. За ним оставались лишь чёрные следы. Следы, приносящие окружающим горе.

– Сун, Прут, мама, папа, Элед, Димар, Ирена, Архин… Все, кто мне дорог. Простите меня за всё, – бормотал он.

– Чего ты шепчешь? – возмутился охранник. – Шевелись. Ландиар ждёт тебя, – усмехнулся он, крайне довольный своим замечанием.

Эл смотрел под ноги, пытаясь сдержать слёзы, которые подкатывали к глазам. В голове крутилась одна мысль: всё безнадёжно. Когда Эл в очередной раз поднял голову, дабы посмотреть, далеко ли до арены, он встретился взглядом с добрыми и грустными глазами. Единорог. Он, как и его друзья, томился в неволе. В какой-то миг Элу показалось, что единорог смотрит на него с пониманием, смотрит, будто хочет что-то сказать и поддержать. Эовин. Эл точно знал, как зовут этого Единорога. Эовин. Имя не менее красивое, чем само животное. Или не животное. Они смотрели друг на друга, пока Эла не провели мимо. Останавливаться было не позволено.

После этой встречи всё стало по-другому. Всё плохое будто смылось. Настроение поднялось. Он так и не верил в успех битвы. Даже наоборот – Эл был уверен, что он не встретит завтрашнее утро. Но сейчас не было той тяжести, клонившей к земле, от осознания неизбежности.

Вскоре охранники привели Эла к поляне, окружённой невысоким частоколом, предназначенным для обозначения границ арены, на которой проводились дуэли. Эл стал бегать взглядом по лицам пришедших эльфов. Он пытался угадать, кто из них таинственный Ландиар, с которым ему суждено сразиться. Сурт утверждал, что он один из лучших фехтовальщиков леса. Эл с лёгкой иронией подумал над тем, как долго он сможет продержаться, против лучшего. В этот момент его взгляд выловил из сотни других весёлое, даже не естественно добродушное для подобной ситуации лицо. Это был друид, приходивший накануне. Он едва заметно подмигнул Элу. И Эл понял – не всё потеряно. В его душе зародилась надежда. Он всё так же не верил в победу над Ландиаром, но теперь это было и не важно. Что бы там ни произошло, но надежда умрёт тогда, когда умрёт он сам.

К Элу подошёл охранник и протянул клинок. Клинок был вовсе не тот, что у него отобрали перед пленением. Ему предлагали самый обыкновенный меч, взамен изящного клинка с камнем в эфесе. Не сказать, что Эл хотел сражаться именно своим оружием. Ему не было до этого дела. Он не был из тех эльфов, что привыкли к своему мечу и срослись с ним, но нарушенное обещание выдать его клинок Эла обескуражило.

– Распоряжение Верховного эльфа, – пояснил охранник, когда Эл принял меч из его рук. – Оружие у вас будет одинаковое, дабы вы сражались на равных условиях.

– На равных? – с усмешкой подумал Эл и, взяв меч в руки, попробовал сделать пару выпадов. Время, проведённое без оружия в руках, заметно сказывалось на технике, которая и без того была не из лучших.

Эл ступил на поляну. Вокруг ограждения собрались десятки эльфов. Они совсем не обращали на него внимания. В их взглядах, интонациях не было азарта, с которым идут посмотреть на бой. Казалось, что они пришли сюда ради того, чтобы пообщаться с эльфами, которых давно не видели.

Его обуяла злость на эльфов, столпившихся здесь, на эльфов, для которых публичное убийство стало повседневностью. Он вогнал клинок в землю и уселся на траву, бегая взглядом по беспечным лицам. Разминаться не было желания. Точнее, он не видел в этом смысла.

***

– Звали? – в Хутрей Верховного эльфа вошёл воин, из-за спины которого выглядывали два эфеса клинков, а на лице сияла добродушная улыбка.

– Да, конечно, – Гурайл жестом пригласил эльфа присесть, – проходи Ландиар. Я понимаю, что сейчас ты должен быть на арене, но прежде я хотел бы поговорить. Ты должен понимать, как бы ни был ловок твой противник, ты одолеешь его. Я же хочу тебя попросить, чтобы бой слегка затянулся. Понимаешь?

Ландиар кивнул.

– Сделай так, чтобы эльфы поверили, что твой противник достаточно опытен, – Гурайл выдержал небольшую паузу. – И ещё, ты должен запомнить, что, убив эльфа, ты поможешь нашему народу. Кем бы он ни был, он, в первую очередь, – южный эльф.

Подобные наставления несколько смутили Ландиара, он не первый раз участвовал в боях, но на подобную беседу Гурайл вызвал впервые.

– И вот ещё что, – решил закончить верховный эльф, заметив недовольство на лице воина, – возьми этот меч, – указал он на клинок, лежавший на столе, – будешь сражаться, используя его. Свой клинок оставь. Я хочу, чтобы битва прошла естественно и не вызвала сомнений в мыслях зрителей.

– Чем она так необычна? – не удержался Ландиар от вопроса.

– Она приблизит день, когда мы вздохнём свободно, – пояснил Гурайл и встал, давая понять Ландиару, что разговор окончен, и он может отправляться на встречу с противником.

***

Эл сидел, ожидая противника. В траве со стебля на стебель перебегал муравей  в поисках чего-нибудь полезного. Эл обернулся, охранник стоял прямо за ним. Сорваться и убежать. Идеальный момент. Лишь единицы из стоящих вокруг знают, что именно он – пленник. Родные. Страх за них не позволял Элу даже встать с места. Он понимал, что они погибнут вслед за ним, но не хотел думать об этом. Он не смог бы жить, если бы удалось бежать одному. Чтобы успокоиться, Эл начал считать. Делал небольшую паузу после каждого следующего числа.

Вскоре, когда Эл досчитал до двадцати двух, его дёрнули за плечо:

– Вставай! Ландиар идёт.

Эл, опираясь на меч, встал. Вытащил из земли и, отряхнув, оглянулся по сторонам. Ландиара он заметил сразу, узнав по клинку, точно такому же, как у себя. Эльф подходил к огороженной поляне с самоуверенной улыбкой, но, заметив противника, несколько смутился и даже растерялся.

– Проходите на поляну. Это, – указал охранник на Эла, – ваш соперник. Не думаю, что с ним будут проблемы, – усмехнулся он. – Считаю, что дуэль можно начинать.

После криков охранника взгляды всех собравшихся вокруг ограды устремились на Эла. Эл услышал, как кто-то за спиной проговорил: «Он же ещё подросток. Мой сын чуть старше его». Дело было не в возрасте. Ровесники Эла среди эльфов неплохо владели оружием. Эльфы были возмущены тем, кого Гурайл выставил против молодого южного эльфа. В толпе зашептались.

– Прошу внимания, – обратился к северному народу появившийся невесть откуда Верховный эльф. – Я хотел бы разъяснить, что подросток, который стоит на арене, гораздо искуснее владеет клинками, чем любой подросток Сайлорского леса. Не знаю, как это получилось и по каким техникам воспитываются эльфы на юге, но выставлять против этого пленного ровесников – равнозначно безумию.

Далеко не всех убедили эти слова, и обеспокоенный шёпот до сих пор бродил в толпе. Более всего был ошеломлён сам Ландиар. Он понял, зачем Гурайл просил «сыграть» тяжёлое сражение. В другом случае он бы бросил клинок и ушёл в хутрей, но не сейчас. Сейчас он знал, что перед ним подросток южного народа, перед ним отпрыск южных эльфов, которые возжелали породить на его земле хаос. Два разных чувства боролись в нём. Он замешкался.

– Что ж, начнём бой, – прокричал охранник после того, как Гурайл подошёл к нему и что-то проговорил.

Эл обхватил рукоять клинка и поднял лезвие перед собой, готовый отразить первый удар. Нападать не хотел, боялся мгновенной контратаки.

Ландиар тоже нападать не спешил. Он не знал, что ему делать. В голове, будто гром, грохотал голос: «Она приблизит день, когда мы вздохнём свободно».

Клинок рассёк воздух. Ландиар прочитал движение Эла и поставил блок, не торопясь ранить противника. Всё вокруг замерло. Лишь шелест листвы да металлическое клацанье сотрясали тишину.

Эл едва успевал блокировать удары, отскакивать от противника в нужный момент. Несколько раз он смог сделать выпад, но никаких результатов это не принесло. Воин будто насмехался над Элом, не спеша наносить решающий удар. Эл чувствовал, что все удачные блоки – не более чем игра противника. Ему была непонятна цель этой игры.

Очередной удар рассёк воздух возле Эла. Он едва смог отклониться от клинка. За ним последовал следующий. После ещё и ещё один. Эл не успевал перевести дух. Вдруг руку обожгла острая боль, а по коже потекла тёплая струйка. Ландиар отскочил в сторону, прекратив цепь ударов. Он даже не запыхался. Беспокойство, отразившееся на лице перед началом боя, так и не покинуло его. Сомневаться – не было времени, а голос Гурайла так и гремел в голове.

Эл ждал очередного удара. Боль затерялась среди других чувств.

Ландиар, отбросив сомнения, одним прыжком достиг Эла и вновь начал наносить удар за ударом, каждый из которых отдавался металлическим звоном, разливающимся по поляне.

С каждым блоком Эл чувствовал, что меч становится легче, а противник двигается не так ловко, чтобы нельзя было нанести удар. Эл понимал – соперник более не поддавался. Энергия начала растекаться по телу, заполоняя каждый сосуд, каждую клеточку. Эл чувствовал это, но сияния, исходящего от себя, не наблюдал. Думать о причинах иного поведения энергии не было времени. Нужно было воспользоваться подарком судьбы и закончить бой как можно быстрее, пока невесть откуда взявшаяся энергия вновь не запряталась в глубины тела.

Эл провёл несколько атак, без труда пресекая любые попытки Ландиара. Он читал его действия. Читал и обрывал. Он наслаждался бессилием противника. Наслаждался страхом, зарождающимся в душе опытного воина. Но растягивать это наслаждение он не имел права. Отведя в очередной раз клинок Ландиара в сторону, Эл без лишних движений приставил свой к горлу противника. Ландиар бросил меч на землю, осознавая поражение.

На мгновенья Элу захотелось убить Ландиара. Одним движением заточенного клинка. Это желание с каждой секундой всё росло. Это было его желание. Энергия не управляла его волей. Он не чувствовал той беспомощности, которая была в борьбе с колдуном. Сейчас он не был зрителем, он сам исполнял роль. Убить за каждую секунду страданий его родных, за каждую секунду страха за них, которые он испытал на севере. Но нет. Теперь, когда энергия дала о себе знать, у него были совсем другие планы. Пересилив себя, Эл отошёл от Ландиара и бросил клинок на землю. На лице северного эльфа более не было ни страха, ни сомнения. Лишь безмолвный вопрос отражался в его глазах.

Эл подошёл к охраннику, попросив отвести его обратно в тюрьмы. Тот, бросив взгляд на Гурайла, направился к нему. Эл огляделся по сторонам. К нему тотчас же подошли несколько эльфов.

– Бежать бы, – в который раз подумал Эл.

Охранник несколько минут разговаривал о чём-то с верховным эльфом. Эл смотрел на них, пытаясь разобрать хоть одно сказанное слово. Но из-за перешёптываний среди эльфов-зрителей разобрать что-то из разговора Гурайла и охранника было невозможно. Эл сделал глубокий вдох, выдохнул и стал разглядывать землю под ногами.

Энергия вновь дала о себе знать, но не так, как это было в битве с колдуном. Совсем иначе. Эл не мог понять почему. Почему она не захватила власть над разумом, как в прошлый раз? Почему сияние не исходило от него? Почему она вообще появилась? Почему?... Почему?... Ответов на эти почему у него не было, и он решил принять это как должное.

Единственное, что осознал Эл – энергия проявляет себя, когда ему грозит смертельная опасность. Даже не грозит, а нависает над ним, готовая нанести последний удар. Эл просунул руку в дыру на одежде, пытаясь рассмотреть рану, но вместо пореза обнаружил затянувшийся шрам. Он удовлетворённо ухмыльнулся, понимая, что энергия преподнесла очередной сюрприз.

Глава 14.

Два эльфа, занимающиеся патрулём северной территории, продвигались по лесу, поглядывая по сторонам. Над головами скрипели толстые ветки деревьев, где-то недалеко вспорхнула птица, нарушая размеренную тишину. Всё было, как обычно. Верховный эльф накануне издал указ об увеличении численности следопытов, и этой паре пришлось покинуть уютное поселение на горячем источнике.

Один из эльфов остановился. Резко, будто наткнувшись на незаметное препятствие. Второй удивлённо взглянул на него, но продолжать идти вперёд не осмелился, а лишь оглянулся назад. Никого не было. Он попытался уловить хоть какое-то движение впереди, но и там было всё спокойно.

– Что случилось? – не вытерпел эльф, посмотрев на друга.

– Кто-то идёт… – ответил эльф.

– Услышал?

– Скорее, почувствовал, – пояснил он.

– Где?

– Совсем недалеко, на дороге. Давай-ка спрячемся, – проговорил одними губами эльф.

Вскоре эльфы увидели провидицу. Она сидела в седле. Конь скакал в сторону Сайлорского леса. Видимо, провидица сильно спешила. Эльфы поняли сразу – она не из здешних мест.

– Связь с друидами Сайлорского леса не поддерживаешь? – прошептал один, когда провидица пронеслась мимо них.

– Нет, – помотал головой второй.

– Тогда нам следует поспешить и найти ту группу, которая держит связь. Гурайл должен знать о ней.

– Почему? – не понял эльф.

– Она, – указал эльф в сторону ускакавшей эльфийки, – с юга. Видел её одежду? Наши такого лет двадцать не носят. Пошли, – эльф сорвался с места, углубляясь в лес, – где-то недалеко должна быть другая патрульная группа, – пояснял он бегущему следом напарнику. – Нужно поторопиться, чтобы Гурайл узнал о ней раньше, чем она явится с визитом.

***

– Прошу высказываться, кто что думает по поводу битвы? – спросил Гурайл и, не моргая, стал рассматривать Лирака, который был допущен до поспешно организованного совета. Помимо друида и постоянных членов совета к обсуждению был также приглашён и Ландиар.

– Высказываться не вижу повода, – взял слово друид из совета, – подросток опасен. Он применил в дуэли энергию, для того, чтобы ускорить реакцию и скорость. Я бы не сказал, что это запрещено, но о подобном я впервые слышу. Видимо, на юге друидов начали воспитывать как воинов. Не знаю, как им это удалось, но с подобной техникой воин может справиться и с четырьмя умелыми воинами в одиночку. Конечно, в мирное время подобная идея была бы поддержана советом эльфов, но в данной ситуации, когда такой воин выставляется против собратьев… – друид сделал выжидательную паузу. –  В общем, я считаю необходимым исключить опасность, грозящую северным эльфам.

– Убить? – уточнил Гурайл.

– Да. Точнее – казнить. Очередная дуэль может плачевно закончиться для его противника.

– Стойте, стойте, стойте, – проговорил Лирак, – почему вы всё сводите к убийству. Я тоже заметил осадок энергии, оставшийся после битвы. У меня даже нет сомнения, что осадок этот оставил Эл. Давайте зададимся одним вопросом: если он настолько силён, почему он не убил конвой, доставивший его в наш лес, и не сбежал? Ведь у него была такая возможность? Была.

– Да, была, – согласился Гурайл, – но мы также можем предположить, что он нарочно сдался нам в плен, дабы нанести удар изнутри.

– Вы сами верите в то, что говорите? Он один? Он сильный, но не великий. Справиться с несколькими десятками воинов и друидов он не сможет.

– А откуда вы знаете, что наш лес ещё не окружили южные эльфы? Возможно, информация о пяти десятках была ошибочной. Возможно, каждый южный эльф обладает силой, как у этого подростка. Возможно, каждый эльф куда искуснее этого подростка, ведь они старше его. Если посмотреть правде в глаза, мы ничего не знаем о враге, а значит, должны исключить любую вероятную опасность.

– Это враг ничего не знает о нас. Это мы почти двадцать лет назад закрыли границы. Мы, а не они, – начинал выходит из себя Лирак.

– Послушайте, Лирак, мы допустили вас на этот совет не для того, чтобы вы защищали наших врагов. Мы хотели услышать от вас дельный совет, если же вы не собираетесь встать на защиту Сайлорского леса, попрошу вас удалиться.

– Хотите совет? – переспросил Лирак. – Будет вам совет: не принимайте не совершившееся нападение южных эльфов как истину и тогда вы сами всё поймёте.

– Хватит. Я дал клятву защищать этот народ, этот край от любой опасности. Я не собираюсь ждать, пока жестокость южных эльфов станет объективной реальностью. Я хочу уничтожить любую вероятность ужаса в глазах самых молодых эльфов. Ты понял меня? Я никому не позволю убивать мой народ, даже нашим бывшим союзникам.

– Гурайл! – в хутрей ворвался эльф. – С Мелеонором на связь вышла группа следопытов. Они докладывают, что по дороге от Фроста к Сайлорскому лесу движется эльфийка. Они уверяют, что она с юга.

– Ирена, – мелькнула единственная мысль в головах эльфов.

– Как скоро она будет здесь? – спросил Гурайл.

– С минуты на минуту.

Гурайл выругался в сердцах.

– Быстро! Эла и его друзей спрятать, не наводя лишнего шума, – его взгляд остановился на Лираке, – его тоже, – кивнул он.

Двое охранников в ту же секунду подхватили друида под руки, и повели из хутрея.

– Если кто-нибудь встретит эту провидицу, распорядитесь провести ко мне. Совет я не распускаю. И не дай бог, хоть кто-нибудь из вас обмолвится о подростке, – оглядел Гурайл членов совета взглядом, от которого по коже у них пробежали мурашки. – Говорить буду я.

***

Ирена торопилась в Сайлорский лес. Рядом с ней подгонял коня Димар.

– Справа, за деревьями, кто-то есть, – сообщил Димар, его слова растаяли в воздухе, за спиной, но Ирена их услышала.

– Я тоже заметила. Нет на них времени.

– А если они каким-то образом  смогут доложить о нас?

– Обязательно смогут, – согласилась Ирена. – Это не важно. У меня в руках три козыря.

– Интересно, какие, – усмехнулся Димар.

– Посох, ты и Эл, – пояснила она.

– Эл?

– Эл - парень непредсказуемый, а козырь - это то, что может нарушить заранее рассчитанный ход событий, – Ирена посмотрела на Димара и улыбнулась, он сосредоточенно смотрел вперёд и не обратил внимания на неё.

Вскоре эльфы добрались до Сайлорского леса. Первый же встреченный ими эльф охотно согласился проводить Ирену к хутрею Верховного эльфа. Димар последовал за ними. Проходя мимо огороженного низким частоколом участка, Ирена вздрогнула и поёжилась от странного ощущения, пробравшегося в душу. Оглядевшись, она не заметила ничего странного, из-за чего стоило бы беспокоиться, но некое чувство не позволило просто забыть этот укол. Что-то до боли знакомое было в этом чувстве. Что-то… Ирена не могла понять, что.

Ирена вслед за эльфом поднялась в хутрей, пару раз оглянувшись на Димара. Увидев cовет, собранный за центральным столом, Ирена поняла – её ждали.

– Здравствуйте, – встал один из эльфов, сидящий напротив входа, видимо, верховный эльф. Он подошёл к Ирене. – Меня зовут Гурайл, а вы, я так понимаю, Ирена.

– Да, – кивнула провидица, – Ирена.

– Наслышаны о вас, – усмехнулся Гурайл, приглашая её присесть, – ещё бы, в одиночку остановить колдуна, которого не могла победить целая армия.

Ирена присела на стул.

– Что вы, я бы в одиночку ничего не сделала. Это заслуга всех выживших эльфов.

– Возможно, – пожал плечами Гурайл.

– Садитесь, – улыбнулась Ирена, показывая на место Гурайла,  – иначе мне неудобно сидеть перед Верховным эльфов, когда он стоит.

– Да, да, конечно. Я присяду, – засуетился Гурайл, слегка растерявшись.

– Я хотела бы поговорить с вами об Эле, подростке, который был отправлен к вам, чтобы договориться о некоторых деталях сотрудничества между северным и южным народом.

– Каком подростке?

– Эльфийском. Он должен был передать вам пергамент с моим обращением.

– Боюсь, что мы вынуждены вас разочаровать, Ирена, но никакой подросток не приходил к нам. Уже более десяти лет к нам никто не приходит с юга.

– Но он абсолютно точно пересёк горы, где же он, по-вашему, сейчас?

– Не знаю, – пожал плечами Гурайл, – мало ли что могло случиться, северные леса – опасное место. Боюсь, вам придётся смириться со смертью этого эльфа.

– Не думаю, что он умер.

– Может, и не умер, если хотите, называйте его без вести пропавшим. Я могу заверить вас, если он будет обнаружен следопытами северного народа, мы отправим его домой, на юг.

– Не сомневаюсь, – улыбнулась Ирена.

– Я бы хотела попросить у вас организовать поиски Эла, возможно, он задержался у родителей, к которым отправлялся. Вы можете узнать, где живут Фармы? Это люди.

– А почему родители эльфа – люди?

– Я удивлена. Вы же хорошо осведомлены о ситуации, которая происходила у нас последние года. Колдун уничтожал эльфов. Эл был усыновлён людьми.

– Ах, вот как. Может, мы и хорошо осведомлены, но о каждом знать не можем.

– Так что с поисками? Я могу остаться и принять участие, – оборвала рассуждения Гурайла Ирена.

– Боюсь, нам придётся вам отказать. Понимаете, Северная Антария много лет назад объявила себя обособленной страной с закрытыми границами. Собственно, ваше нахождение здесь и переход Эла через горы – нарушение наших законов.

– И я, и Эл отправлялись к вам в качестве союзников, желающих закрепить дружественные отношения. Южным эльфам нужна помощь и вы должны это понимать.

– Я понимаю, но ничем не могу помочь.

– Значит, вы бросаете в беде южных эльфов.

Гурайл замолчал, не решаясь ответить.

– Можно и так сказать, – проговорил он с наигранной уверенностью.

– Что ж, хорошо, в таком случае я вынуждена откланяться и подождать более благоприятного времени для переговоров.

– Не думаю, что оно наступит, – покачал головой Гурайл, – Северная Антария определила свою позицию во внешней политике. Мы закрытая страна.

– Возможно, – кивнула Ирена, вставая с места. – Ах, да. Вы не позволите провести ночь в Сайлорском лесу? Возвращаться в темноте совсем не хотелось бы. Ваши леса ведь очень опасны.

Ирена насмехалась над Гурайлом, и он, сжав всю волю в кулак, кивнул.

– На одну ночь, можно. Только вам придётся смириться с охранниками, которые будут следить за каждым вашим шагом.

– Я не против. Более того, я готова провести время до завтрашнего рассвета в закрытом помещении.

–  Мы обеспечим вас комнатой. Я надеюсь, мы договорились? Южным эльфам нечего делать на севере.

Ирена хотела было сказать «как и северным на юге», но вовремя сдержалась, одарив Гурайла улыбкой. Эл был в плену, и не стоило навязывать правила игры. Пока не стоило.

Ирену проводили трое эльфов, через несколько минут хутрей покинули ещё двое охранников.

– Согласитесь, – обратился к Гурайлу один из членов совета, – мы пляшем под её дудку. Она прошла через Фронтер, и ни один из наших её не заметил. Лишь на пути к лесу она дала о себе знать. Не думаю, что нашим следопытам просто повезло. Ирена хотела, чтобы мы подготовились к её приходу.

– Совсем не обязательно, – холодным тоном ответил Гурайл.

– Хорошо, причины, которые побудили её раскрыть  визит, нам неизвестны, но вы не можете отрицать, что играете с огнём.

– Конечно, не могу. И не стану. Но в сложившейся ситуации по-другому и нельзя. Она ничего не сможет сделать, сидя в замкнутом помещении. Мы будем следить за ней, выставим охранников возле дверей и, в случае опасности, дадим бой. Я запросил помощи у людских магов из Фронтера, через пару часов они будут здесь. Если Ирена захочет атаковать, мы сделаем всё, чтобы искоренить страх из сердец северных эльфов и остановить её. В конце концов, колдуна удалось остановить, а значит, не такая уж она непобедимая.

– Но почему бы не последовать предложениям Лирака и не помочь Южному народу? Подобным образом мы бы заслужили доверие и исключили возможность нападения.

– А почему вы не поддержали Лирака, когда он предлагал план? Вы же прекрасно понимаете, что это не выход. Сегодня мы окажем им помощь, а завтра они ввергнут северные земли в хаос.

– Наверное, вы правы, – покорно склонил голову член совета. – Почему бы, в таком случае, нам не напасть прямо сейчас, как только явятся маги. Мы будем иметь преимущество.

– Нет, – оборвал Гурайл члена совета, окатив его взглядом, не терпящим возражений, – ни в коем случае. Я не позволю нападать на Ирену, пока она находится на севере. Это подвергает эльфийский народ опасности. Нет. Мы не будем этого делать. Если только она не заставит нас.

– Хорошо. Что делать с подростком?

– Пока не знаю. Усильте охрану возле тюрем. С убийством не спешить, пока не убедимся, что Ирена покинула север. Если она узнает, что парень мёртв, её руки развяжутся. Пока же он находится в плену, а Ирена в неведении, она не посмеет напасть, опасаясь за его жизнь.

***

Эл лежал на кровати, заложив руки за голову. Он разглядывал узоры на деревянном потолке. Охрана теперь ни на миг не уходила далеко от тюрем. Возле дверей находились, по меньшей мере, четверо эльфов. Они постоянно обсуждали какие-то непонятные Элу вещи: незнакомые имена, странные фразы. Эльфы. Столь родные и столь незнакомые эльфы.  Северные родичи были совсем не такими, как Ирена, Димар, братья-близнецы. Даже Эвил был симпатичнее Элу, чем каждый, отдельно взятый северный эльф. Много ли он успел их увидеть, познакомиться, поговорить. Быть может, его нарочно окружали такие противные и непонятные.

Лишь о друиде он вспоминал с теплом. Эл достал из-под одежды медальон. Странно, но Эл забыл, как звали этого друида. Он даже не помнил, называл ли эльф имя.

Охранники не позволяли пленникам обсуждать что-либо, поэтому Прут и Сурт ничего не знали о счастливой дуэли. Они даже не знали о планах Эла к побегу. Эл не мог обсудить с ними подробности и поэтому медлил. Он ждал следующего действия северного совета. Ждал и надеялся, что оно даст ответ на единственный оставшийся вопрос: как уберечь родных и убежать вместе с севера.

Вдруг его потянуло в сон и Эл, не в силах сопротивляться, закрыл глаза.

– Эл! – услышал парень чей-то до боли знакомый голос, – Ирена в Сайлорском лесу, я думаю, ты знаешь, что делать. Не забудь замолвить словечко за нас, когда будешь на свободе. Ирена должна знать, что не все северные эльфы настроены воинственно. Удачи тебе.

Эл широко раскрыл глаза и, вскочив с кровати, забегал взглядом по маленькой комнатушке. В ней никого не было. Эл вспомнил, что голос принадлежал друиду. Но где он, если снаружи охрана до сих пор о чём-то разговаривает? Хотя какая разница? Ирена в лесу. Она почувствовала что-то неладное и пришла сюда разобраться, что к чему. Нужно дать знать ей, что я здесь, что я в плену. Нужно навести шороху в этом лесу. Нужно разворошить этот улей, чтобы жужжание встревоженных пчёл донеслось до провидицы.

Эл, ни секунды не сомневаясь, разбежался и ударил плечом по двери. Она прогнулась под ударом. Доски затрещали, но не сломались под напором. Эл хотел было ударить ещё раз, но охранники отворили дверь. На парня уставились наконечники стрел. Он бросился на них, с криком. Эл кричал, надрывая голос. Он пытался растолкать охранников, пробиться через них. Как оказалось, их было гораздо больше, чем он предполагал. Около десятка только в коридоре хутрея. Кто-то ударил Эла по затылку, и он провалился в темноту. Вокруг все суетились, Эл пытался кричать, но изо рта вылетали  лишь хрипы. Вскоре наступила полная тишина, Эл более не слышал ни звука.

***

– Лучше было оставить тебя в хутрее Верховного эльфа, – сказала Ирена Димару, когда дверь за охранником закрылась, – но я не знаю, насколько хватит силы посоха. Дверь я заперла. Иллюзию наложила – за дверью не слышно, что происходит здесь. Эл где-то в лесу, я почувствовала его энергию, там, возле частокола.  Отправляюсь на поиски. Постараюсь вернуться как можно быстрее.

– Хорошо. Жду. А если в дверь начнут стучаться? Эльфам может не понравиться, что ты заперлась.

– Не волнуйся, не начнут, – многозначительно улыбнулась Ирена. – Я люблю тебя.

Провидица поцеловала Димара и села на кровать в позу лотоса. Прикрыв глаза, она будто уснула. Её дыхание стало мягким и размеренным.

Димару оставалось лишь ждать. Пока всё шло хорошо и более чем удачно. Он оглядел комнату, которую им предоставили эльфы. Ничего необычного в ней не было: тумбочки, кровати, стол, стулья, шкафы. Димар, не разглядывая названий, вытащил одну из книг с середины полки. На сером переплёте золотыми буквами было написано название: «Небо». Димар раскрыл книгу и стал читать, присев на один из стульев.  Обычное художественное произведение, за которым можно было неплохо скоротать время. Он изредка поднимал глаза на Ирену, которая так и сидела на кровати, умиротворённая, будто спящая.

Глава 15.

Год  нападения на эльфийские леса

– Он не просто умер. Понимаешь? Его убили! Убили! У меня на глазах, – эльф сидел на кровати, в своём хутрее, и смотрел на своего старшего брата. – Я думал, отомщу за его смерть. Легче станет. Но легче не стало. Я смотрел, как пепел падает вниз, к волнам, и хотелось отправиться за ним. Понимаешь, Лирак, я эльф, я должен дорожить своей жизнью. Дорожить! А мне на неё плевать. Мне плевать, как пройдёт следующий год. Мне безразлично, что будет, – на глазах эльфа выступили слёзы, а его старший брат просто смотрел, не зная, что сказать, как поддержать брата. Как поддержать эльфа, который был для него скорее хорошим другом, нежели младшим братом. – Знаешь,  я же его помню совсем котёнком. Маленький такой был, неуклюжий. Там он мог растерзать этого эльфа. Мог. Но не захотел. Добрый был. Добрый, – эльф склонил голову. – Мне тяжело без него, Лирак. Он другом моим был, хорошим другом. Как же глупо. Как глупо.

– Гурайл, Румба не вернёшь. Я не буду успокаивать тебя. Понимаю, что бесполезно. Понимаю, какая это утрата для тебя. Но и оставлять тебя в подобном состоянии не имею ни права, ни желания. В конце концов, Румб сам виноват…

– Замолчи, – эльф посмотрел на брата, как на полоумного, несущего невесть какой бред. – Единственное, в чём виноват Румб, так это в том, что он был добрым.

– Это ты его так воспитал.

– Да, я. И я не жалею об этом. Во всяком случае, он до смерти оставался лучше того гада, что оборвал его жизнь взмахом клинка. Он до смерти оставался лучше, чем многие эльфы, живущие в этом лесу.

– Что ж, мне идти нужно. Отец об этом не узнает. Эльфы из твоего отряда обещали молчать, мне рассказывать нет никакого смысла.

– Спасибо, – кивнул эльф, в знак благодарности.

– Не за что. Благодари богов, что сегодня контакт с тобой поддерживал я, а не какой-нибудь другой друид. Держись, – Лирак положил руку на плечо брата, – всё будет хорошо.

– Наверное.

– Не забывай, завтра совет.

– Помню, – кивнул Гурайл и, проводив Лирака взглядом, лёг на кровать.

Он много думал, вспоминал. Вспоминал, как на его глазах Румб из маленького ручного котёнка превратился в большого, крупного снежного браса. Охотника. – Он был хищник, но добрый хищник, – пробормотал эльф и заснул.

Спал он беспокойно. Сон сменялся один за другим. Каждый тревожнее и непонятнее предыдущего.

«Хаос… Смерть и хаос... Эльфы, пришедшие с юга, посеют в сердцах жителей севера страх, а на его землях смерть и хаос….»

Эльф проснулся. Сердце бешено выбивало ритм. Голова гудела. В сознании вновь и вновь звучали слова, произнесённые друидами более четырёх лет назад.  Он сел на кровати, свесив ноги, и попытался привести мысли в порядок. «Смерть и хаос». Отголосок сна долетел до него.

Гурайл встал, накинул куртку на плечи и вышел из хутрея на улицу. Вечерний прохладный ветерок развеял остатки странного сна. Эльф, ведомый желанием побыть в одиночестве, пошёл прочь из леса. Он шёл к утёсу, с которого накануне развеял прах Румба. Каждый неторопливый шаг Гурайл отмечал скрипом снега. Так непривычно для эльфа было слышать звук собственных шагов. Гурайл не хотел никого видеть. Даже Лин. Даже с ней он не хотел встречаться сейчас.

В небе висел круглый диск луны. Полнолуние. Ясное небо. Ночь обещала быть светлой и морозной.

Наблюдая за волнами, разбивающимися о твердь неприступной скалы, Гурайл вспоминал Румба. Он мечтал вернуться в тот день, когда отец подарил ему маленького милого зверька. Мечтал и понимал, что это невозможно. В тот день отец сказал, что Румб будет отличной охотничьей кошкой. Гурайл ему не поверил. Не поверил, что это милое животное могло убивать. Румб убивал. Охотился. Такова была его сущность. Но, даже будучи хищником, он был добр к эльфам Сайлорского леса. Не изменил он себе, и встретив южного эльфа. Он не почувствовал опасности, за что и поплатился. Рано или поздно доброе существо поплатится за своё главное качество. По-другому не может быть. Доброе существо всегда считает, что его окружают такие же, как он. В этом его слабость. Оно не чувствует опасности, исходящей от других.

Румб. Милый Румб.

Когда ночь опустилась на северный край, Гурайл отправился домой, в лес. Обернувшись в сторону леса, Гурайл испугался. Испугался за себя, за Лин, за всех, кто ему был дорог. Над Сайлорским лесом поднимались густые клубы дыма. Замешкавшись лишь на секунду, Гурайл сорвался с места и понесся к лесу. В голове предательски закружились слова: «Смерть и хаос».

Когда до леса оставалось несколько минут бега, а нос чуял запах гари, Гурайл споткнулся и пробороздил снег. Эльф тут же поднялся на ноги и продолжил бег. Лишь через минуту Гурайл осознал, что ни запаха гари, ни дыма, ни огня не было. Сайлорский лес спал. Спали и все его жители. Всё спокойно.

– Неужели мне почудилось, – подумал Гурайл, а ноги уже вели к лесу, в хутрей.

***

На следующий день был созван совет. Возле Верховного эльфа Диарина занимали места его сыновья – Гурайл и Лирак. За этим же столом находились и их наставники, которые с самого детства занимались воспитанием и обучением братьев. Кроме них место в совете имели семеро других, наиболее влиятельных эльфов леса.

Когда все были в сборе, Диарин заговорил:

– Главной темой, которую я хотел бы обсудить с вами, является предсказание друидов. Возможно, кому-то не понравится, что мы довольно часто возвращаемся к ней, но я вижу в этом необходимость. Вот уже четыре года прошло с тех пор, как мы оборвали всяческие контакты с Южной Антарией и, в первую очередь, с южными эльфами. Не знаю, принесло ли это свои плоды, но могу утверждать точно, никакой опасности от южных эльфов сейчас не исходит. Может быть, мы пресекли вражду между нашими народами, а может быть, она до сих пор зреет в сердцах  южных братьев. В любом случае, столь долгая обособленность северного края может сделать хуже народам, проживающим в нём. Сегодня я хочу выставить на обсуждение вероятность закрытия глаз на предсказание и возвращение нашей жизни в былое русло, а именно открытие границ севера и открытый диалог с королём Элбером. Более того, я хочу напомнить вам, что сейчас происходит на юге. Многие наши разведчики погибли, а тем, кому удалось бежать, рассказывают о неком колдуне, который обладает огромной магической силой. Подобные обстоятельства обязывают нас протянуть руку помощи нашим южным братьям или навсегда отвернуться от них. Даю вам слово.

Первым высказал мнение наставник Лирака. Шестидесятилетний друид, со слегка крючковатым носом и впалыми тёмными глазами, имел необыкновенно низкий для эльфа  голос.

– Прежде чем я выскажусь за или против, хочу отметить, что предсказания друидов не строятся на пустых видениях, взявшихся из воздуха. Если друид видит событие, значит, для него появились предпосылки. Планы по нападению, вероятнее всего, в момент предсказания уже зарождались среди южных эльфов. Более того, это были не просто надуманные идеи, это были чёткие планы с пониманием того, как их воплощать. Насчёт прошедших четырёх лет я бы не был столь категоричен, это не так много для подготовки спланированной, отточенной до мелочей стратегии нападения. Хотя появившийся на юге колдун испортил планы. Думаю, сейчас мы можем забыть о предсказании, сделанном друидами.

– Значит, вы за то, чтобы предоставить пришедшим южным эльфам свободу и убежище?

– Нет. Ни в коем случае. Сейчас колдун не трогает нас. Кто знает, будет ли это продолжаться, если мы откроем границы северного края. Более того, если верить вестям, которые принесли наши разведчики, колдун настолько силён, что наша помощь не приведёт абсолютно ни к чему. Мы лишь подставим северный народ под удар, но никоим образом не поможем южным братьям. Я считаю, что эльфы, захваченные нами, должны оставаться там, где они сейчас – в тюрьме, – выждав небольшую паузу, друид продолжил. – Хочу подчеркнуть, в предсказании не сказано, что южные эльфы нападут на нас. Друидам была послана весть, что южные братья принесут на наши земли хаос. Может быть, дело именно в том, что устроит хаос колдун, а поводом будет содействие южным эльфам.

– Что ж, ваше мнение понятно. Кто-то ещё желает высказаться или проголосуем? – спросил Диарин.

С разных сторон стола донеслось «Будем голосовать», кто-то из членов совета просто помотал головой.

– Что ж, тогда прошу поднять руки тех, кто поддерживает решение открыть границы севера.

Ни одна рука не поднялась в воздух. Эльфы посматривали друг на друга и дожидались голосования за следующее предложение.

– Я так понимаю, единогласно совет решил оставить всё как есть и приравнивать южных эльфов, проникших на север, к опасным преступникам. Что ж, как ни странно, это решение досталось нам как никогда легко. В таком случае, я смею вынести на обсуждение следующий вопрос, а именно, избрание нового верховного эльфа. В связи с тем, что оба моих сына уже достигли разумного возраста, я бы хотел дать дорогу молодым и выставить их имена. Я желаю освободить это место, оставив за собой право голоса в совете. Хочу сказать, что решение моё обдуманное и нет смысла отговаривать меня. Возражений относительно предлагаемых кандидатур нет? – не дождавшись протестов, Диарин спросил, – может быть, есть другие предложения, кого назначить верховным эльфом?

– Не думаю, что есть смысл, – усмехнулся один из членов совета, – Гурайл или Лирак будут поддержаны большинством голосов. Ваше имя не очернено порочащими поступками. Полагаю, один из ваших сыновей будет руководить поселением не хуже вас.

– Что ж, тогда предлагаю проголосовать за Лирака.

***

– Ты как? – обратился Лирак к Гурайлу после совета, когда тот шёл в хутрей.

– Неплохо. Я же теперь вроде как Верховный эльф. Я не имею права плохо себя чувствовать, – выдавил из себя улыбку Гурайл. – Завтра нужно будет меняться хутреями с отцом.

– В чём-то хорошо, что папа отдал место Верховного эльфа тебе. Сможешь отвлечься.

– Не волнуйся. Всё действительно не так уж и плохо. Я сделал выводы.

– Из чего? – не понял Лирак.

– Из смерти Румба, – пожал плечами Гурайл.

– И какие, интересно, выводы?

– Я понял, что добрый эльф – слабый эльф.

– Почему? – остановился Лирак.

– Потому что добрый не станет нападать, пока не убедится, что ему желают зла, –  повернулся Гурайл к брату. –  Обычно это приводит к тому, что добрый не успевает нанести ответный удар.

– Совсем не обязательно, – помотал головой Лирак.

– Обязательно, и, поверь, не только Румб тому пример. Злому достаточно не подавать виду о своих гадких намерениях, подойти вплотную, чтобы обнять, а потом ударить. Это же так просто. Добрый не заподозрит ничего. Злой будет настороже.

– Может, ты и прав, – кивнул Лирак и продолжил путь, – хотя я с тобой не согласен.

– Это и не нужно. Знаешь, а есть в этом что-то мистическое.

– В чём?

– В выборах верховного эльфа. Надо же было так выпасть карте, что и за тебя, и за меня проголосовали одинаковое количество эльфов.

– Да, а отец отдал голос тебе, несмотря на то, что ты младше.

–  Ты что, завидуешь? –  улыбнулся Гурайл, и его улыбка потихоньку переросла в смех. –  Завидуешь!

–  Да нет. Не завидую. Просто не понимаю логики отца. Почему он выбрал тебя? –  пожал плечами Лирак.

–  Не знаю. На то были свои причины.

–  Возможно, –  кивнул Лирак, – по-другому и быть не может.

***

Багряные цвета. Кислотно-зелёные тона. Чёрный фон. И голос. Ровный монотонный голос, повторяющий лишь одно:

«Хаос… Смерть и хаос... Эльфы, пришедшие с юга, посеют в сердцах жителей севера страх, а на его землях смерть и хаос….»

Гурайл вскочил с кровати. Вот уже которую ночь не мог спокойно спать. Один и тот же сон. Один и тот же кошмар мучил его. С тех пор, как он стал верховным эльфом, прошло десять лет. За это время он пережил смерть отца, от него отвернулась Лин, но лишь одна фраза крутилась в его голове день и ночь. «Смерть и хаос». Он пытался отвлечься, думать о чём-то другом. Всё без толку. Бывали ночи, когда он спал крепко, и если бы не эти ночи, Гурайл сошёл с ума. Бывали дни, когда он забывал о предсказании друидов. Ненадолго. Кошмар приходил вновь и вновь. Вновь и вновь Гурайл просыпался посреди ночи от бубнящего голоса в сознании:

«Хаос… Смерть и хаос... Эльфы, пришедшие с юга, посеют в сердцах жителей севера страх, а на его землях смерть и хаос….»

Глава 16.

Гурайл широко раскрыл глаза, заглатывая ртом воздух. Снова этот сон. Он задремал в кресле после совета. Ирена в лесу, вспомнил Гурайл, когда отошёл от сна. В приёмном зале хутрея Верховного эльфа не было ни души. Все ушли, позволив Гурайлу отдохнуть от навалившихся проблем. Отдохнуть не получилось. Опять не получилось. Когда же закончится этот кошмар? Не может же он повторяться вечно. Нужно покончить с угрозой, тогда и предсказание забудется, а сон прекратится. Наверное. Должен же проклятый голос уйти из головы.

Гурайл встал с кресла и прошёл в уборную. Cлегка ополоснув лицо водой, он смыл остатки дремоты.

Охранники, стоявшие возле винтовой лестницы, доложили, что Ирена спокойно отдыхает в хутрее. Они следят через щель в двери. Если что-то произойдёт, эльфы пообещали сиюминутно доложить. Гурайл кивнул и отправился к брату, которого заперли в одном из хутреев, расположенных на окраине леса.

Ирена отдыхала, и это не нравилось эльфу. Не могла она отдыхать, когда южный эльф пропал без вести. Гурайл чувствовал, что Ирена осталась в лесу далеко не ради того, чтобы отдохнуть.

– Нужно будет лично проверить, как она отдыхает, – подумал Гурайл.

До нужного хутрея эльф дошёл не торопясь, наслаждаясь прохладным ветерком и мучаясь от мыслей, которые глодали нервы, не отвлекаясь на перерывы.

– Что с ним? – спросил Гурайл у эльфа, охраняющего дверь хутрея.

– Сидит, молчит. Как привели, сначала подремал минут десять, а после сел на кровать и смотрит то в окно, то в нашу сторону. От взгляда мурашки по коже. Мы у него посох забрали, мало ли.

– Правильно сделали, – кивнул Гурайл. – Дверь откройте и можете спуститься вниз, прогуляйтесь немного, недалеко где-нибудь.

Эльфы кивнули. Замок едва слышно щёлкнул. Охранники поспешно ретировались.

– Как ты, Лирак? – спросил Гурайл брата, когда вошёл в комнату.

– Тебе же охранники  доложили, – не отводя взгляда от окна, ответил Лирак.

– Послушай, почему ты всё делаешь наперекор мне? Мне нужна твоя поддержка. Поддержка брата, в конце концов. Ты будто назло не желаешь помогать. Ответь, ты это делаешь, потому что отец выбрал меня в тот день?

– Дурак ты, Гурайл, – только и ответил эльф.

Несколько минут в хутрее царило молчание.

– Я не уйду отсюда, пока ты не ответишь на мой вопрос, – повышая тон, нарушил тишину Гурайл.

– Хочешь ответа? – улыбнулся Лирак, посмотрев на Гурайла.

Верховный эльф кивнул.

– Хорошо. Я не поддерживаю тебя, потому что не считаю твои действия разумными. Насчёт поддержки брата, которую ты хочешь получить. Смешно получается. Последнее время ты очень редко вспоминал, что я твой брат. Ты стал настоящим лидером, который сам принимает единственно правильные решения и не прислушивается к предложениям других. Зачем тебе брат? – Гурайл хотел было что-то возразить, но Лирак не позволил ему, продолжая отвечать на вопрос. – И, наконец, если я жалею о дне, когда отец снял с себя полномочия верховного эльфа, то жалею, потому что он выбрал тебя, а не потому, что он выбрал не меня. Понял?

– Не совсем. Послушай, Лира…

– Не хочу слушать тебя. И не буду. Ты меня никогда не слушал. Какого беса я должен слушать тебя!? В тот день, когда ты отомстил за Румба, я кричал тебе, чтобы ты не делал этого. Ты послушал меня? Я просил тебя прекратить убийство пленных эльфов. Ты послушал меня? Я умолял тебя забыть об этом проклятом предсказании. Ты послушал меня? Я тебя спрашиваю, послушал? Мне надоело. Хватит. Если ты не понял, сходи и подумай, поразмышляй над моими словами, может, хоть к чему-то придёшь. Ирена сильна. Очень сильна. В итоге ты примешь её условия и поймёшь, что был не прав. Она не желает нам зла.

– И ты называешь меня дураком? – усмехнулся Гурайл.

– Я прошу тебя, уйди, – Лирак вновь повернул лицо к окну. – Уйди. Тебя ждут дела.

***

Ирена перебегала от одного хутрея к другому, пытаясь почувствовать Эла. До сих пор этого не удалось. Множество оттенков энергии распространялось по лесу, но ничего похожего на энергию Эла не было. Мешал осадок, оставленный Элом на поляне, он отвлекал от поиска. Сбивал с верного пути. Что там произошло? Как они смогли усмирить Эла? Если он выплеснул энергию, значит, потерял контроль? Или не потерял?

Ирена отвлекалась на мысли из-за чего вновь и вновь выходила к треклятой поляне. Необходимо было сосредоточиться.

В конце концов, старания были вознаграждены. Недалеко провидица почувствовала плотное скопление энергии, похожее на то, что было на поляне. Ирена поднялась в хутрей и без особого труда нашла дверь, за которой находился Эл. Трое охранников сидели за столом и что-то активно обсуждали. Ирена прошла в комнату.  Парень лежал на полу, без сознания.

Не имея времени дожидаться, пока Эл придёт в себя, провидица проникла в его разум. Перед ней всё потемнело. Лишь слабое сияние исходило от Ирены. От ментальной оболочки. Теперь нужно было поговорить с Элом.

***

Долго время Эл пролежал без сознания. Он не мог сказать, как долго. Просто в один момент к нему подошла Ирена и, протянув руку, приказала встать. Этот приказ звучал приятнее самых нежных слов. Ирена. Эльфийка, которую он так давно ждал. Она пришла. Пришла, чтобы спасти его и всех родных Эла. Он не сомневался, что Ирена придёт.

– Вставай, – повторила она.

Эл встал, не отрывая взгляда от её глаз. Глаз, которые он мечтал увидеть.

– Хватит. Эл. У нас мало времени. Не знаю, как скоро ты очнёшься, но сейчас ты лежишь без сознания в одном из хутреев Сайлорского леса.

Эл не понимал, что Ирена имеет в виду. О чём она говорит. Она пришла спасать его, а городит какую-то чушь. Кто лежит без сознания? Прута тоже ударили по голове?

Ирена видела каждую мысль Эла. Нужно было торопиться.

– Эл. Нам нужно решить, как тебя вытащить из плена. Надо обсудить план побега. Послушай меня, возможно, сейчас ты меня не поймёшь, но, когда очнёшься, мои слова дойдут до тебя. Главное, чтобы ты не решил, что это был сон.

Ирена замешкалась. Нужно было найти слова, вспомнив которые, Эл убедится в реальности  их разговора. На ум ничего не приходило. Провидица теряла драгоценное время. Вдруг в голову пришла блестящая мысль, воплотив которую, Ирена решила бы все проблемы разом.

– Эл, – произнесла она, – когда ты очнёшься, не разговаривай, а просто слушай и думай. Я вижу твои мысли.

– Хорошо, – ответил Эл, не понимая, что происходит.

– А теперь извини…

В этот момент Ирена выпустила лёгкий разряд молнии. Он разбудил и взбодрил Эла. Оглядывая непонимающим взглядом тюрьму, Эл подумал, что начал сходить с ума. Он вспомнил, как друид рассказал о том, что Ирена в поселении. Вспомнил, как ударили по голове. Вспомнил, как разговаривал с Иреной.

– Мне, наверное, и весть друида приснилась, – отмахнулся Эл и, расстроенный, решил прилечь на диван. Ничего не изменилось. Нужно было придумать, как сбежать, используя энергию.

Ирена несколько секунд наблюдала за Элом, но, вспомнив о времени, проговорила:

– Тебе не привиделось. Я здесь.

– Ирена, – вскликнул Эл.

Охранники за дверью засуетились.

– Тихо, – пригрозила провидица, – не забывай.

– Хорошо, – подумал Эл, и Ирена его услышала.

– Слушай меня внимательно. Я нахожусь недалеко от тебя. Со мной Димар. Мы не можем вытащить тебя с боем, но постараемся организовать побег. Причины на то есть и довольно весомые. Не вижу смысла их обсуждать. Главное, вы должны убежать, когда я покину север. Я оставлю здесь Димара, он поможет.

– Нет, – оборвал поток мыслей Эл. – Пусть Димар сделает всё, чтобы спасти моих родителей. Они, скорее всего, находятся под охраной у себя дома, под стенами Фроста. Если я буду знать, что с родителями всё хорошо, я сбегу. Меня ничего не держит здесь. Я смогу. Тем более у меня появился друг на севере.

– Что ж, ты прав. О родителях тоже не стоит забывать. В таком случае запоминай, Димар вытащит твоих родителей. Когда у него всё будет готово, ты услышишь грохот, похожий на гром, что сопровождает молнию. Ты должен сделать всё, чтобы сбежать в то же время. Если эльфы узнают, что произошло под Фростом, они пойдут на крайние меры, – слова Ирены будто дробью выстукивали каждое слово в мыслях Эла.

– Хорошо.

– Теперь слушай дальше. Когда сбежишь, отправляйся к утёсу, что на востоке отсюда. Видел его на карте?

– Да.

– Так вот, отправляйся туда, там тебя и твоих друзей будет ждать спасение. Через горы переходить опасно. Их патрулируют эльфы.

– Хорошо. Главное, сделайте всё, чтобы с родителями и Сун всё было в порядке.

– Постараемся. Ты же знаешь Димара, – улыбнулась Ирена.

– Ах да, – вспомнил Эл, – нужно передать Пруту и Сурту о том, чтобы они были готовы бежать к рассвету. Я хотел им сказать, но здесь охрана. Они слушают всё, что мы говорим.

– Это не проблема. Ближайший час в вашем распоряжении. Можете кричать сколько угодно, вас не услышат. Хотела бы я наложить пространственную иллюзию на тюрьмы, но боюсь, у меня не хватит на это сил. Извини.

– Ничего. С остальным я справлюсь. Спасибо, Ирена. Я знал, что ты придёшь. Мне нужно многое тебе рассказать. Но есть две вещи, которые не должны ждать. Во-первых, друид, который мне помогает, просил передать, что не все эльфы настроены воинственно. Некоторые из них готовы предложить мир.

– Я знаю об этом, но чтобы сдвинуть дело с мёртвой точки, нам нужно обезопасить вас. Что-то ещё?

– Да. Хотя… Нет, ничего. Об этом позже. Иди. Я буду ждать рассвета.

Ирене не понравилось это. Слишком быстро он передумал. Она прислушалась к мыслям парня, но ничего страшного не обнаружила, кроме желания выбраться и поскорее увидеть всех, кто ему дорог.

– Что ж. Удачи тебе.

– Спасибо.

Ирена покинула комнату, в которой находился Эл. Взгляд проплыл по эльфам и остановился на шкафу, стоявшем рядом с ними. Шкаф был самый обыкновенный. Внимание Ирены привлекло то, что находилось внутри. Над комнатой нависла иллюзия. Шкаф открылся и из него вылетел меч, подхваченный облаком энергии. Медленно оружие проплыло над охранниками и влетело в открытую дверь камеры. Ирена поймала полный удивления взгляд Эла.

– Наверное, нужно было предупредить его, – не вовремя подумала провидица. – Эл, – обратилась она к нему, – держи, думаю, с этим сбежать будет легче.

Эл подхватил меч.

– Спасибо. Но как ты нашла его?

– Он окутан твоей энергией. Ещё тогда, на острове, во время битвы с колдуном он впитал её в себя.

– Спасибо ещё раз, а как же эти? – указал он на охранников.

– Не волнуйся, они даже не видят, что происходит. Ладно, мне пора. Нужно успеть покинуть север. Думаю, сможешь сорвать эту дверь с петель.

– Конечно. Она держится-то еле-еле.

– Удачи.

– Спасибо, – подумал Эл, и, подержав меч в руках, спрятал его под кровать. – Прут, – окликнул друга Эл, – Сурт…

Ирена тем временем покинула тюрьмы и отправилась к Димару. В своё тело. По дороге она наткнулась на Гурайла. Верховный эльф шёл, погрузившись глубоко в свои мысли. На лице отражалась обеспокоенность.

–  Интересно, куда он идёт? – подумала провидица.

Решив, что время у неё есть, она отправилась за эльфом. Гурайл привёл её в обыкновенный хутрей. Возле входа стояла охрана.

– Что с ним? – спросил Гурайл у эльфа, охраняющего дверь хутрея.

– Сидит, молчит. Как привели, сначала подремал минут десять, а после сел на кровать и смотрит то в окно, то в нашу сторону. От взгляда мурашки по коже. Мы у него посох забрали, мало ли.

– Правильно сделали, – кивнул Гурайл. – Дверь откройте и можете спуститься вниз, прогуляйтесь немного, недалеко где-нибудь.

Эльфы кивнули, открыли дверь и поспешили удалиться. Ирена наблюдала за происходящим, гадая над тем, кто находится за дверью.

– Как ты, Лирак? – спросил Гурайл пленника, когда вошёл в комнату.

– Лирак. До боли знакомое имя. Где же я его слышала? – думала Ирена. – Точно! Лирак предупредил меня об опасности. Понятно, почему он не в ладах с местным советом.

Дождавшись, пока Гурайл закончит беседу и уйдёт из хутрея, Ирена обратилась к друиду:

– Здравствуйте. Я Ирена. Это вы отправили мне письмо?

Лирак смекнул, что Ирена обратилась к нему посредством ментальной связи.

– Здравствуйте, – подумал он. – Эл находится в тюрьмах, что к востоку отсюда. Извините, но я вас проводить не смогу.

– Я уже разговаривала с Элом. Спасибо за вашу весть. Я хотела сказать вам, если вы не желаете, чтобы предсказание сбылось, сделайте всё, чтобы в Эла не попало ни одно заклинание. Ни молния, ни огненный шар – никакое. Иначе может произойти непредсказуемое. Не знаю, как вы это сделаете, но если в Эла попадёт заклинание, он не сможет контролировать энергию, находящуюся в нём. Я чувствую, что вы на нашей стороне.

– Ничуть. Я на стороне северных эльфов. Просто для меня единственно разумный путь нашего народа – союз с вашим.

– Хорошо. Так вот, насчёт Эла. Это он победил Амбассора. Я лишь остановила его, когда он попытался убить эльфов, находящихся рядом…

***

Ирена огляделась вокруг. Она вновь находилась в отведённом для неё хутрее. Димар, подняв глаза чуть выше книги, застыл в ожидании.

– Всё получилось. Твоя задача меняется. Эл позаботится о себе сам. Ты должен вытащить из плена его семью. Она находится под стенами Фроста. Найдёшь их. Времени у тебя не много. Как только дело будет сделано, открой этот сундучок.

Ирена протянула Димару маленький сундук. Крышка была плотно закрыта, а сам сундук изрезан какими-то странными узорами, отдаленно напоминающими небо перед грозой.

– Откроешь его, кидай как можно дальше от себя. После направляйся к югу. У реки меньше шансов наткнуться на северных эльфов.

Димар кивнул.

– Раньше сундук не открывай. Из него вырвется раскат грома, поэтому лучше закрой уши, когда бросишь его. Нам нужно сделать всё быстро, пока совет Сайлорского леса не сообразил, что к чему. В целом всё по-старому, идём, я выведу тебя из леса.

Сказав охранникам, что отдохнула, Ирена оседлала коня и поспешила прочь из леса, не слушая возражений эльфов. Следом за ней устремилось ещё трое наездников. Один, скрытый под облаком иллюзии, а двое других, ведомые приказом Гурайла – убедиться, что Ирена покинет северный край.

– Мне пора, – Ирена остановила коня, – продолжай путь к Фросту. Иллюзия будет скрывать тебя от посторонних глаз ещё около получаса. Другая иллюзия собьёт со следа преследователей. Она испарится у них на глазах, когда я буду уже в Лову. Будь осторожен.

Ирена поцеловала Димара. Она смотрела на него. На эльфа, из-за которого в жизни провидицы появилась новая цель. После мести она безумно мучилась. Возродить расу? Сложная задача, но посильная. Вот только зачем? Ведь есть множество эльфов, которые смогут это сделать. Её энергия уже никому не понадобится. Когда провидица насладилась вкусом мести, в душе стало как-то пусто. Невыносимо пусто и холодно. Если бы не Димар, если бы не этот эльф, она бы сошла с ума. Ирена не хотела его терять. Теперь уже не хотела. Она смотрела на него и понимала, что Димар вернётся к ней. Ничто не способно их разлучить. Ничто и никто. Спасение Эла и его родных – лишь временная трудность, с которой они справятся.

– Я люблю тебя, – сказал Димар и поскакал к Фросту. Нужно торопиться. Нужно найти дом, где держат родителей Эла, освободить их и ждать. Ждать, когда Ирена пришлёт помощь.

Ирена проводила взглядом Димара и слезла с коня. Посох в её руках совершил изящный пируэт. Воздух вокруг потеплел. Снег под ногами провидицы начал таять. Перед ней вихрем закружились маленькие энергетические частицы, похожие на снег тёплой зимой. Будто крупные лёгкие хлопья, они кружились вокруг и соединялись в одну общую картину, на которой выступала красочная, живая картина. На картине был изображён приёмный зал короля Элбера, чьей помощью она собиралась заручиться.

Когда портал был открыт, она сделала лишь один шаг. В зале не было ни души. Ирена окрикнула охрану. В коридоре загремели шаги. Посох с каждой секундой тускнел всё сильнее.  Ирене показалось, что от него веет холодом.

Глава 17.

– Как исчезла? – недоумевал Гурайл. – Как это испарилась в воздухе? Да держи она хоть по посоху в каждой руке, она бы не смогла сделать такого.

– Вероятнее всего, это иллюзия, – высказался друид совета, стоявший возле Гурайла и слышавший доклад преследователей, – эльфы бежали за иллюзией, в то время как Ирена могла быть где угодно.

– Значит, она до сих пор на севере?

– Вероятнее всего, – кивнул друид.

– Бес! – махнул рукой Гурайл. – Усильте охрану в тюрьмах. Отправьте группу эльфов к родителям пацана.

– Сделаем, – охранники развернулись и побежали выполнять поручение.

Вдалеке что-то прогремело.

– Что ещё случилось, – повернулся Гурайл в сторону звука, – хватит на сегодня неожиданностей. Поторопитесь, – крикнул он охранникам, удаляющимся прочь.

***

Когда слух Эла уловил раскат грома, он осторожно постучал по стенам. Охранники за дверью мерно посапывали. Нужно было начинать. Эл тяжело вздохнул и, достав меч из-под кровати, посмотрел на дверь. Нельзя было терять время. Долго эльфы за дверью бодрствовали, и Эл начал беспокоиться, что побег будет пресечён ещё до того, как начнётся. Теперь всё было им на руку. Теперь нельзя было оплошать.

Он с разбегу навалился всем весом на дверь и едва устоял на ногах, когда дверь слетела с петель. Охранники, которые ещё мгновенья назад спали, вскочили с мест, оглядываясь заспанными глазами по сторонам. Они точно слышали какой-то треск, но что случилось, понять не могли.

Эл стоял в нерешительности и смотрел на эльфов. Они смотрели на него. Нет. Сквозь него. Они не замечали ни Эла, ни сорванной с петлей двери. Эл посмотрел по сторонам. Его друзья тоже ничего не понимали. В глазах отражалось непонимание и вопрос: Что делать?

Эл приложил палец к губам и осторожно стал продвигаться к шкафу, в котором должно лежать всё конфискованное у него и Прута оружие. Эльфы наверняка слышали шорох от его шагов, но не могли понять, что происходит. Эл же всё понял. Иллюзия, которую наложила Ирена, до сих пор жила в разуме эльфов. Только звук доносился до их ушей.

Прут и Сурт как стояли, так и не двигались с места, боясь сделать что-то не так. Эл скрипнул дверью шкафа, и охранники тут же обернулись на него. Один из них шагнул было к Элу, но застыл на месте. Прут  постучал по двери камеры. Эл не заставил себя долго ждать и, достав колчан и лук, повесил их за спину. Ножны с кинжалом, подарок отца, эльф закрепил на поясе. Связку ножей Прута он, переволновавшись, уронил на пол.

Подобный перезвон и перестук не мог не встревожить эльфов. Один из них подбежал к двери камеры Сурта и хотел было провернуть ключ в замочной скважине. У него ничего не вышло. Ключ скользнул по воздуху, рука прошла сквозь дверь. Иллюзия рассеялась. Эл, не теряя ни секунды, подобрал метательные ножи и бросил связку Пруту. Отцовский подарок Эл кинул Сурту. Эльфы не успели опомниться, как к каждому из них было приставлено оружие. Никакая ловкость не смогла превзойти неожиданность пленников и растерянность охранников. Оружие эльфов было в мгновение ока отобрано друзьями.

– Теперь бежим к Фросту, – обернулся Эл к друзьям, – только обезопасим себя, – после этих слов друзья, как договаривались, ударили охранников.

– Бежим? – обратился Эл к друзьям.

– Нет, – покачал головой Сурт. – Они могут притворяться или очнутся быстро. Нужно подстраховаться.

С этими словами Сурт взмахнул кинжалом, нанеся охраннику глубокую рану на ноге. Тот взвыл от боли и мгновенно пришёл в чувства.

– Так они точно за нами не побегут.

Не дожидаясь, пока Эл и Прут сделают тоже самое с другими охранниками, Сурт ранил их сам.

– Нужно торопиться. Рано или поздно в лесу поднимут тревогу. Внизу, под хутреем, никого. Идём.

Сурт забрал оружие охранников и скинул их с винтовой лестницы хутрея, оставив себе лишь один клинок. Кинжал он вернул Элу, семеня ногами по винтовой лестнице. Эл подметил, что Сурт держит в руке точно такой же меч, каким он победил эльфа на дуэли.

– Забавненько, – подумал он и устремился за друзьями.

Всё шло как нельзя лучше. Только из хутрея доносился крик: «Пленники сбежали!», который могли услышать северные эльфы.

Пленники перебегали от дерева к дереву, всё дальше удаляясь от тюрьмы. Пока удача была на их стороне. Единственные эльфы, встретившиеся им на пути, не знали о побеге пленников и, замешкавшись, тут же были ранены. Друзья наносили раны по ногам, обездвиживая эльфов.

Тревога была услышана эльфами Сайлорского леса. Ментальный сигнал не подавали. Боялись, что услышит Ирена. Сообщение о немедленной мобилизации и поимке беглецов поступали по цепочке. Вскоре все эльфы леса выбежали из хутреев. В то время как бывшие пленники всё ближе были к границе леса.

– Ребята, бегите дальше, встретимся, как договаривались, на утёсе. У меня здесь ещё дело.

Сурт кивнул. Прут был против.

– Я с тобой.

– Нет. Когда я буду возвращаться, ты лишь задержишь меня, одному мне будет проще скрыться. Бегите!

– Пошли Прут. Если Ирена дала ему какое-то поручение, значит, она уверена, что Эл справится.

– Именно поэтому она отправила его на север, – пробормотал Прут, но всё же послушался Сурта и продолжил бег.

Друзья были близко на окраине. Если им попадались эльфы, это по большей части были одиночки, с которыми Сурт справлялся без особых проблем. Не зря же он был победителем  арены. Когда на их пути возникал друид, они не только ранили его, но и оглушали, дабы им в спину не попал разряд молнии.

– Как думаешь, – спросил обеспокоенный Прут, – куда побежал Эл?

– Не знаю. Ты должен лучше знать своего друга.

И словно луч света попал в сознание Прута. Он остановился. В голове крутился вопрос, заданный Элом несколько дней назад: «Зачем вы держите единорога в неволе?». Прут понял, куда пошёл Эл.

– Мы должны вернуться. Эл отправился вытаскивать единорога из клетки, – с уверенностью обратился он к Сурту.

– Нельзя, – покачал головой эльф. – Сейчас весь лес на ушах. За нами уже идёт не одна группа следопытов, нельзя терять ни секунды. Если мы отправимся за Элом, погибнем все.

– Плевать! – воскликнул Прут

– Я тебе дам, плевать. С ума сошёл? Беги вперёд. У нас теряются драгоценные секунды. Ты понимаешь, нет, мы даже не знаем, что нас ждёт на утёсе. Эл не дурак, он знает, что делает. Он знает, как выпутается. Если ему нужна была помощь, он бы предупредил. Давай, вперёд!

Прут вновь нехотя согласился с Суртом и продолжил бег, держа в правой руке метательный нож. Парень готов был бросить его в первого встречного эльфа.

Вскоре они выбрались из леса. На лице Сурта всплыла улыбка. У них всё получалось. Прут был угрюм, он смертельно боялся за Эла.

– Нужно было развернуться за ним сразу, – думал он, – теперь уже ничего не изменить.

Прут сомневался. В нём боролось сомнение со страхом за друга. Сомнение побеждало, беглецы всё дальше удалялись от леса. И чем дальше они уходили, тем глубже становились сугробы. Для Сурта в них не было больших проблем, но ноги Прута проваливались в снег с каждым шагом, что сильно замедляло бег. Теперь это уже был не бег.

Сурт постоянно оглядывался назад, боясь увидеть погоню. Если их нагонят хотя бы трое эльфов, вдвоём с ними не справиться.

– Видимо, Эл сбил их со следа, вернувшись вглубь леса. Видимо, Эл спас нам жизни, – мелькнула мысль в голове.

Сурт не решился её озвучивать, дабы не убить веру Прута. Дабы выбраться с этого проклятого севера.

***

– Гром был. Значит, с мамой, папой и Сун всё в порядке, – размышлял Эл, сидя возле одного из могучих деревьев Сайлорского леса. – Сурт и Прут тоже в скором времени покинут этот холодный край. Мне же нужно обеспечить им чуть больше времени и увеличить шансы друзей. После можно будет самому убираться с севера. Плохо, что не додумался спросить Ирену, что нас ждёт на утёсе. Знал бы точно, как следует действовать. Ничего, и без того справлюсь.

Когда Эл расстался с друзьями, он след в след отшагал спиной пару десятков метров. Мог бы пройти и больше, но если бы кто-то заметил эти вышагивания, весь план по спасению провалился.

Эл увидел из-за дерева, как по следам друзей бежит группа из восьми эльфов. Они бежали довольно быстро. Догнали бы уже через полчаса. Быстро совет леса распорядился о погоне и собрал группу. Слишком быстро.

– Эй, вы, – выскочил Эл из-за дерева, когда эльфы отбежали от него на порядочное расстояние. – Вы не за нами гонитесь? Мы здесь.

Вся группа, не сговариваясь, развернулась и молниеносно побежала к Элу.

– Теперь посмотрим, чья школа лучше, – подумал Эл и сорвался с места.

Он бежал что есть сил. Бежал так, как ещё не бегал на самых важных экзаменах в академии. Обернувшись в очередной раз, он заметил, что теперь за ним бегут четверо. Остальные додумались, что Эл один.

– Я выиграл им слишком мало времени. Плохая была идея, нужно было что-то другое придумать. Но не сражаться же…

Он продолжал бежать, маневрируя между деревьями, постепенно к группе из пяти человек, то слева, то справа присоединялись новые преследователи. Кто-то натягивал тетиву лука, надеясь подстрелить беглеца, но ни одна стрела не достигала цели. Эл бежал быстро. Быстрее многих из преследователей. В беге с ним не могли сравниться даже эльфы. Лучники теряли время, пока целились в Эла, а он увеличивал расстояние, не оставляя им шанса. Если стрелок появлялся впереди, Эл срезал угол и менял направление. Это было опасно, могли нагнать, но бежать навстречу стреле – верх безумия. Против шести противников никакая энергия не сможет помочь.

Друиды даже не пытались поразить Эла магией. Это слегка расстраивало, так как он рассчитывал, что энергия проснётся в нём, когда попадёт разряд молнии или огненный шар.

Меж тем, как бы ни петлял Эл по лесу, он неминуемо приближался к клетке с единорогом. Волшебное животное никем не охранялось, все силы были пущены на поимку сбежавших пленников. Эл увидел глаза единорога и понял, что не зря решился на эту авантюру. Животное понимало, зачем бежит Эл, оно было готово вырваться из клетки, в глазах сияла радость.

Эл подбежал к стальным прутьям. Клетка запиралась всего лишь на засов. Он навалился всем весом на балку и скинул её. Дверь отворилась. Единорог был свободен.

– Садись на меня, быстрее… – услышал Эл.

Эл решил, что ему показалось. Ведь он и без того хотел оседлать животное, иначе не убежать от преследователей. Эл запрыгнул на спину белоснежному существу. Многие преследователи вложили стрелы в тетиву и целились в пленника. Другие продолжали бежать навстречу Элу.

Единорог сорвался с места, как только Эл сел на него.

– Да! – вскричал Эл. – Съели!

Единорог скакал быстрее любой, даже самой быстрой лошади. Но даже он не был достаточно быстр, чтобы сорваться с места и оббежать целую толпу воинственно настроенных эльфов.

Преодолев порыв радости, Эл прижался к единорогу, боясь оглянуться назад. Он только сейчас осознал, какую ловушку создал для себя и для единорога.

Хотя нет, единорогу удалось прорваться сквозь толпу. Кто-то из эльфов побежал за лошадьми, но это им уже не поможет. Не догонят. Будут знать, как запирать таких благородных существ под замок.

Мысли проносились в голове с бешеной скоростью. У него всё получилось. Всё получилось. Хотелось кричать от радости. Теперь к утёсу. Нужно помочь друзьям, нужно…

Острая боль, пронзившая спину, оборвала ход мыслей. Эл обернулся, в плечо попала стрела одного из лучников.

– Ха, – улыбнулся эльф. – Теперь-то точно всё получится.

Он ждал необычайного прилива сил, но его не было. Единорог уносил всё дальше от преследователей, но ничего, кроме боли, он не чувствовал. Эл обхватил единорога за шею и почувствовал, что слабеет, а разум проваливается в бездну. Он начал клевать носом. Пытался отмахнуться от слабости. Сдерживался. Плечом было неимоверно больно двигать. Он расслабил его и позволил правой руке болтаться на весу. Напрягать мышцы было чересчур больно. Не в силах больше держать себя в руках, Эл потерял сознание.

Единорог сбавил скорость, дабы Эл не упал со спины. Он оторвался от преследователей. Копыта единорога не оставляли следов, а значит, бояться, что догонят – бессмысленно. Теперь он и новый друг были на свободе. После четырёх лет жизни взаперти он был на свободе.

***

Сурт тащил Прута на плечах. Было тяжело. Но так они продвигались быстрее. Сурт утопал в снегу на ступню, не больше. В то время как Прут проваливался по колено и продвигаться, быстро совершенно не получалось. Утёс был всё ближе.

Вскоре Сурт увидел диковинных существ. Огромные, с человеческий рост птицы, со звериными лапами. Лишь наполовину их тело было укрыто перьями, другую половину покрывала шерсть. Рядом с ними стояли люди. Видимо, это и был способ уйти с севера.

– Это грифоны, насколько я вижу, – пояснил Прут.

– Я знаю, – оборвал его Сурт, – давай поторопимся.

Увидев беглецов, люди оседлали грифонов и, взмыв в воздух, начали приближаться к Сурту с Прутом. Они летели низко над землёй и от взмаха крыльев снег, лежавший на земле, поднимался в воздух. Существа сочетали в себе грациозный полёт орла и мощь животного. Грифонов было трое, на каждом восседал человек.

Сурт остановился и отпустил Прута, разглядывая приближающихся наездников. Это точно были люди, и они прилетели за ними.

У них получилось. Закончился этот кошмар длиною в шестнадцать лет. Теперь только свобода и тёплый воздух Южной Антарии ожидали Сурта.

– Кто из вас Эл? – спросили  опустившиеся возле них люди.

– Эла среди нас нет. Он сказал, что догонит. Нужно подождать, – ответил запыхавшийся Сурт.

Прут лишь кивнул, не в силах скрыть страх. Он до сих пор сомневался в правильности действий.

– В общем, меня зовут Эдол, – представился усатый мужчина, невысокого роста, – я командир этого отряда. Это Дилрин, – указал командир на наездника, стоящего слева. У Дилрина были широкие плечи, казалось, что везти такого детину - для грифона настоящее испытание, но пернатый вовсе не выглядел уставшим. – И, наконец, Оверл, – Эдол представил третьего члена группы, ничем не приметного худощавого парня, совсем молодого. На лице парня застыла странная, неуместная улыбка, – король Элбер приказал нашей группе доставить Эла и друзей, находящихся с ним, в замок Лову. Как долго будем ждать?

– Сколько понадобится, – ответил Сурт.

– Хорошо, – пожал плечами человек.

Сурт продолжал разглядывать грифонов. Поразительно, как люди смогли укротить и приручить их. Огромные когти, острый клюв, крылья – эти существа никогда не нуждались в помощи человека. Что же заставило их склонить оперённые головы? Даже эльфы не смогли достичь таких превосходных результатов в приручении этих существ.

Не прошло и пяти минут, как Сурт заметил в глубине леса преследователей. Их было четверо. Они быстро приближались. Чересчур быстро. Пятеро против четверых. Дело не в нашу пользу, учитывая, что лишь один из нас – эльф.

– Ребята, – нарушил напряжённую тишину Дилрин, – это ваши?

– Нет. Скорее наоборот.

– В таком случае садимся на грифонов и улетаем отсюда, иначе поляжем прямо здесь. Если даже Эл придёт сюда… В общем, вы сами всё понимаете.

Сурт был не против. Он был даже за. Эльф посмотрел на Прута.

– Хорошо, – кивнул парень, – улетаем.

Когда эльфы добежали до того места, где на снегу отчётливо проступали следы лап, когтей и людских ног, грифоны уже поднялись в воздух. Они уносили сбежавших пленников в безопасное место.

Прут обернулся. Он смотрел на подбежавших следопытов, и в душе защемило ещё сильнее.

– Эл. Где ты? Почему не отправился с нами? Почему…

Глава 18.

Гурайл рвал и метал. Он собрал совет, который уже ничего не мог изменить. Новостей из-под стен Фроста не поступало, а трое пленников сбежали из тюрем. Причём один после вернулся, освободил единорога и был таков. То, что одному из лучников удалось ранить Эла, служило слабым утешением для верховного эльфа. Ирена могла находиться где угодно. План Гурайла трещал по швам.

Отряд эльфов, отправившийся в погоню за беглецами, ещё не вернулся. Гурайл распорядился отправить им в подмогу ещё десятерых эльфов. Вряд ли это что-то изменит. Либо их догонит тот отряд, либо не поможет ничто.

Все козыри, которые Гурайл держал на руках, вмиг оказались во власти Ирены.

– Я не понимаю, почему друиды стояли и смотрели, как этот гадёныш освободил единорога и преспокойно ускакал на нём? Почему ему удалось вдоль и поперёк избегать лес, но ни одно заклинание не поразило его? Почему вы стояли, ничего не предпринимая? – кричал Гурайл на присутствующих друидов.

– Дело в том, – ответил один из друидов, – что у нас был приказ.

– Какой, к бесам, приказ? Я приказал вам остановить беглецов любым способом, пусть даже вам пришлось бы убить их.

– У нас был приказ ни в ком случае не поражать эльфийского мальчика заклинаниями.

– Кто вам это приказал? – Гурайл до того взбесился, что начал брызгать слюной, абсолютно не замечая этого. – Кто, я вас спрашиваю? Вы должны подчиняться мне, как верховному эльфу.

– Ошибаетесь, – спокойно ответил друид. – К вашим советам, – друид слегка повысил голос, – мы прислушиваемся. А подчиняемся приказам Верховного друида.

– И кто ж ваш Верховный друид? – Гурайл впервые слышал о том, что друиды напрямую подчиняются кому-то другому.

– Лирак, – пожал плечами друид. – Ваш брат и сын Диарина. Когда ваш отец отдал голос за вас, друидам он поручил лишь прислушиваться к вам, а исполнять поручения непосредственно Лирака. Таким образом, он создал разрозненное правление поселением.

– Почему я этого не знал? – не утихал Гурайл.

– Таков был приказ Лирака. Его первым распоряжением было держать его превосходство в тайне. После лишения права голоса на совете он приказал нам забыть на время о…

– Я понял, – оборвал друида Гурайл. – Выходит, Лирак виноват во всём, что произошло?

– Не перекидывай всю вину на меня, – в помещение совета вошёл Лирак, – я виноват лишь в том, что не рискнул сразу оказать тебе сопротивление. Думал, что Ирена успешно освободит пленников. Отдай должное лучникам, они ранили Эла.

– Ты понимаешь, что ты наделал? – сквозь зубы процедил Гурайл. – Ты обрёк север на войну. Если сбежавшие пленники встретятся с Иреной, у неё будут все основания напасть на нас. С Дланью Эрефа она погубит северный народ.

– Это ты чуть не ввергнул север в хаос, – покачал головой Лирак. – Пленники рано или поздно всё равно бы сбежали. Не важно как. Сбежали бы, поверь мне. Тогда бы всё и началось. Я благодарю Симорга, что отец отдал часть власти мне. Эл. Тот парень, которого ранили твои эльфы. Он опаснее Ирены. Это он остановил колдуна. Я не знаю, что за сила сидит в нём, но он не способен ей управлять. Если бы заклинание поразило его, северному народу пришёл бы конец.

– Это тебе Ирена сказала? – рассмеялся Гурайл. – Здорово она обвела тебя вокруг пальца.

– Мне сказала это Ирена, – кивнул Лирак, заняв место в кресле, – но я и сам догадывался о необычности парня. Да и ты мог бы догадаться. Вспомни дуэль с Ландиаром. Скорость, ловкость. Ни одному магу, даже с совершенным владением энергии, не добиться такого.

– Бред… – покачал головой Гурайл, его голос сел.

– Нет, не бред, – Лирак скрепил пальцы на руках, – я предлагаю тебе отказаться от полномочий Верховного эльфа. Ты совершил слишком много ошибок.

– Я хочу знать, – вновь повысил голос, – что ты собираешься делать.

– Ничего особенного. Найти Эла и остальных пленников. Дать им свободу и заключить союз с южными эльфами. Я давно пытался этого добиться, и добился бы, вот только друидов в совете меньше, чем следопытов.

– Нет.

– Что нет? – не понял Лирак.

– Я не сложу с себя полномочия Верховного Эльфа.

– В таком случае, я предлагаю проголосовать присутствующим здесь членам совета. Ввиду того, что Гурайл совершил несколько губительных для Сайлорского леса действий, я выношу на рассмотрение вопрос о его отстранении.

– Какие губительные действия? – закричал Гурайл на брата.

– Ты упустил пленников и ранил одного из них. Ты накалил наши отношения с южными эльфами, – объяснил Лирак.

– Потому что они – угроза нашему народу!

– Они не совершили ничего такого, что наносило нам вред. Ни-че-го, – растянул Лирак.

– Но предсказание… Оно сбудется, и тогда вы поймёте, что я был прав.

– Предсказанию двадцать лет. Вполне возможно, что колдун предотвратил его шестнадцать лет назад. Вполне возможно, что южные эльфы сами его пресекли в своих рядах.

– Что ж, – улыбнулся Гурайл. – Голосуйте.

– Кто за то, чтобы отстранить Гурайла и передать его полномочия мне? – спросил Лирак.

Все члены советов подняли руки. Все, кроме Гурайла.

– Что ж. Хорошо. Брат, – Гурайл посмотрел на Лирака, будто обвиняя его во всех неудачах. – Ты получил власть. Ты добился, чего хотел. Делай, что хочешь. Лишь бы ты после не пожалел об этом.

– Я не пожалею, главное чтобы ты не жалел. Ведь в твоих силах было погасить страх в сердцах эльфов, – проговорил Лирак, вставая с кресла.

– Ты тоже не погасишь его. Пока будут живы южные эльфы, этот страх будет жить в их сердцах.

– Бред… Большая часть эльфов, если и боялись за родину, за родных, то уже давно не из-за предсказания. Они боялись, потому что северный народ сам раскалял прут, связывающий два народа. Распорядитесь об организации поиска южных эльфов, – обратился Лирак к членам совета, – и об оказании им помощи, если удастся разыскать. В случае встречи отдайте оружие и поклянитесь в благих намерениях. Передавайте привет от друида, который подарил Элу медальон. Думаю, они доверятся вам. Прочешите каждый метр северного края. Нужно найти раненного эльфа как можно быстрее. Отправьте в Южную Антарию, в Руанский лес, посланника к Ирене или её заместителю с просьбой явиться в Сайлорский лес для обсуждения союза. Нашим агентам скомандовать об отбое. Отрядам, рассредоточенным по северу, передать о мире с южными эльфами и полнейшем содействии. Пусть они тоже разыскивают единорога с раненным эльфийским подростком. Людям во Фронтере также расскажите о переменах. Магов, которые должны явиться с минуты на минуту в Сайлорский лес, примите и объясните, что всё отменяется. Выполняйте. Охранников прошу также удалиться из хутрея. Гурайл, – окликнул он брата, собравшегося уходить, – останься.

Когда хутрей опустел, и в нём остались лишь двое братьев, Лирак сказал:

– Не думай, что все, что я делал, я делал ради власти. Я делал это ради северного народа. Поверь мне, никакой войны не будет.

– Это лишь твои предположения.

– Нет. Не только мои. Когда ты поймёшь, что я прав, я дам тебе голос в совете.  Я понимаю, что все твои поступки были мотивированы желанием уберечь северный народ. Ты просто не понимал, что твой путь неверен.

– Мой путь верен и ты убедишься в этом.

– Я тебя предупредил. Я буду ждать твоего возвращения в совет.

Гурайл, терзаемый самыми разными мыслями, ухмыльнулся и покинул хутрей.

Оставшись один, Лирак попытался связаться с Элом через медальон. Ничего не получилось. Лишь пустота откликнулась тишиной.

Глава 19.

Прут с Суртом сидели на горном плато. Прут ёжился от холода, посматривая в точку, где в очередной раз скрылись грифоны. Который раз они улетали за Элом и возвращались без него. В который раз…

– Не переживай ты так, найдётся Эл, – попытался взбодрить Прута Сурт.

– Может быть, – вздохнул Прут.

– Слушай, как-то же он победил в дуэли. Надо сказать, Ландиар не самый слабый противник. Даже мне с ним пришлось повозиться.

– Да, – кивнул Прут, – он нам так и не рассказал, как ему это удалось.

Прут догадывался, как Эл победил Ландиара. В конце концов, Эл не захотел говорить о том, что именно он остановил колдуна. Видимо, не хотел, чтобы все знали о его силе. Наездники грифонов сказали, что сделают ещё пару кругов над северным краем, после покружат над утёсом. Если найти Эла не удастся, придётся возвращаться в Южную Антарию без него. Прут даже думать не хотел, как он будет смотреть в глаза тёте Брайдж и дяде Марелу. Он же не посмеет сказать им, что сам спасся, а Эл остался в лесу. Нет, он не улетит отсюда без друга. Не улетит.

На горизонте в очередной раз появились три точки. В очередной раз они приближались мучительно долго. В очередной раз Сурт заявил:

– Они без Эла.

– Точно? – в очередной раз спросил Прут.

– Да, – кивнул Сурт. – Точно.

– Всё, ребята, – сказал Эдол, когда мягкие лапы грифонов коснулись холодных камней. – Нужно возвращаться в Лову. Грифоны не железные. Они устали, а им ещё нас домой везти.

– Спустите меня в долину, пожалуйста, а после улетайте, – попросил Прут.

– Не можем, у нас приказ Элбера. Доставить Эла и всех его спутников. Эла мы найти не смогли, но спутников доставить обязаны.

– Я никуда не полечу без Эла.

– Прут, – обратился к парню Сурт, – к чему эта истерика? Эл, наверное, снова в плену. Или решил отправиться в одиночку через горы. Утёс наверняка под обзором. Там он не появится. А вечно грифоны летать не могут.

Прут посмотрел на Сурта взглядом, полным ненависти, будто эльф говорил нечто недопустимое.

– Я не полечу на юг без Эла.

– Хорошо, – уступил командир отряда. – Через десять минут мы слетаем и ещё раз исследуем окраины Сайлорского леса в поисках Эла. Если мы его не найдём, мы все вернёмся в Лову. После суточного отдыха грифоны смогут вернуться сюда и вновь поискать вашего друга.

Понимая, что наездник прав, Прут согласился. Надежда теплилась внутри него слабым огоньком, готовым погаснуть в любую секунду от малейшего дуновения ветерка.

***

Единорог, на спине которого лежал раненый эльф, неторопливой поступью прошёл по снежному пустырю и подошёл к покосившемуся дереву. Из-за кроны дерева их не смогут разглядеть верные друзья эльфов – соколы.  В небе над ними, хлопая крыльями, пролетел грифон.

– Редко они залетают в эти края, – подумал единорог. – Нужно что-то сделать, иначе эльф погибнет за мою свободу, – единорог почувствовал, как бьётся жизнь в теле юноши, не желая заканчиваться сейчас.

Единорог подарил эльфу часть силы, чтобы тот мог справиться с губительной слабостью. Чем дольше стрела будет находиться в теле эльфа, тем больше вероятность заражения раны. Единорог не знал, что делать. Он впервые за многолетнюю жизнь испытывал чувство растерянности. Даже когда поймали северные эльфы и заперли за мифриловыми стерженями, он испытывал ярость, злость, но не растерянность.

Эл приоткрыл глаза, на лице его всплыла улыбка. Эльф попытался опереться о спину единорога, но плечо обожгла острая боль.

– Бес, – процедил Эл.

– Я благодарен тебе, Эл, за то, что ты сделал для меня, рискуя жизнью. Но боюсь, что не могу отплатить тебе тем же, – услышал Эл голос. Теперь он догадался, кто с ним разговаривает.

– Ничего, всё в порядке. Со мной всё будет хорошо. Не первый раз, – пробормотал Эл, не в силах даже двинуться. – Нам нужно на утёс попасть. Там меня ждёт помощь. Ирена говорила, что там наш путь на юг. Прут с Суртом. Нам нужно торопиться, они могут быть в опасности. Ай, – взвыл Эл. – Может, вытащить её?

Он только сейчас заметил, что стрела пробила плечо и наконечник её, покрасневший от крови, торчал наружу.

– Не стоит. Сделаешь только хуже.

– Хорошо, – кивнул Эл.

Парень вновь почувствовал, что ему дурно. Слишком дурно и вокруг как-то размыто и закручено. Мутный взгляд едва различал вещи дальше, чем на метр от Эла. Вдруг всё пропало, и эльф вновь потерял сознание.

Едва только Эл сказал про утёс и помощь, единорог догадался, что имела в виду некая Ирена. Грифоны, что пролетали над ними, они не из этих мест. Они искали раненого парня. Нужно выйти из-под кроны, чтобы, пролетая вновь, их заметили.

Грифоны не пролетали. Единорог не пять и не семь минут смотрел в чистое небо. Ничего. Где-то недалеко он услышал преследователей. Нет, скорее ищеек. Они не могли выследить. Северные эльфы не найдут их. Не смогут. Я не позволю.

Прошло ещё десять минут, а грифонов всё не было. Видимо, они искали парня в других местах. Нужно было отправляться к утёсу, который растянулся на западе на много километров. В этот момент единорог услышал чьи-то мысли недалеко отсюда:

– Последний раз, последний раз. Мы так можем до дому не долететь, а парня, наверное, вновь взяли в плен.

– Мы здесь, – шепнул он человеку и стал ждать, когда за парнем прилетят. Он был благодарен до глубины души этому храброму, но безрассудному эльфу. Люди не должны были его видеть, ни в коем случае. Он присел и аккуратно, дабы не надломить стрелу, опустил Эла на снег.

Единорог издали наблюдал, как наездник взвалил Эла на грифона и обвязал парня верёвками. Наездник, придерживая парня, дал грифону команду взлетать. Уставший грифон нехотя поднялся в воздух. Ему было тяжело, несмотря на лёгкость эльфа. Он слишком устал. Вдруг силы в крыльях будто прибавилось, и грифон резко взмыл вверх.

– Эй, эй, – похлопал грифона по спине человек, – осторожнее. Скинешь парня, никакой лекарь не поможет. Элбер узнает, на обед нас прикажет подать. Так что осторожнее, осторожнее, Соколик.

***

Взгляд Прута сверлил горизонт, надеясь увидеть возвращающихся грифонов. На холод он уже внимания не обращал. Промозглый ветер трепал пряди волос.

– Сам-то веришь, что Эла ещё можно найти? – спросил Сурт без капли иронии.

Прут отвернулся от горизонта и посмотрел Сурту в глаза.

– Не очень. Но пока есть шанс, нужно искать. Может быть, он убежал из леса, но не смог прийти к утёсу. Может быть, он ранен и лежит где-нибудь, спрятавшись от преследователей.

– Может быть, его поймали северные эльфы и теперь это дипломатическая задача Верховного эльфа юга – вытащить Эла из тюрьмы. Пойми, нужно возвращаться. Чем больше времени мы проведём здесь, тем меньше шансов, что с Элом всё будет хорошо.

– Может, ты и прав, – пожал плечами Прут и вновь устремил взгляд в небо, туда, где скрылись грифоны. – Надо будет лететь на юг и рассказать Ирене, что Элу сбежать не удалось. Она что-нибудь придумает. Должна придумать.

На горизонте появились две маленькие точки.

– Возвращаются, – констатировал Сурт.

– А где третий? – спросил Прут.

– Не знаю, мало ли, что могло случиться.

В груди Прута зародилась тревога, раздувающая огонёк надежды. Грифоны несправедливо медленно приближались к плато. Не успели они приземлиться на холодный камень, как удалось разглядеть третьего, слегка задержавшегося в пути.

– Думаешь, нашли? – попытался спросить Прут, но слова застряли где-то на подступах.

Сердце парня упало, когда третий грифон подлетел ближе. Из-за спины наездника не выглядывала светлая голова Эла.

– Всё, – мелькнула мысль.

Опоздавшим оказался Эдол, он зачем-то помахал рукой. Прут отвернулся, не в силах смотреть на приближающуюся исполинскую птицу. К глазам подкатились слёзы, Прут растёр их, пока те не успели замёрзнуть. Ресницы слиплись. Прут проморгал. За его спиной, совсем близко, захлопали крылья, Прут обернулся. За наездником кто-то лежал, привязанный к грифону. На худощавом теле Прут различил одежду Эла.

Волну радости мигом захлестнула волна страха. Прут заметил, что Эл лежал на спине грифона без сознания.

– Значит, так, – сказал Эдол, когда грифон приземлился на плато. – Этот парень ранен, у него стрела в плече. Я нашёл его лежащим без сознания на пустыре. Нужно срочно лететь в Лову. До самой столицы грифоны не выдержат, поэтому спустим вас двоих с гор, – указал человек на Прута с Суртом, – дальше будете добираться пешком.

Прут кивнул. Сурт тоже. Эльф не верил, что свобода, о которой он даже не думал месяц назад, стала так близка.

– Бес, – воскликнул командир отряда, осматривая грифона, – стрела бок Соколика расцарапала, да и парню, наверное, доставила немало хлопот. Нужно придумать что-то! – человек почесал макушку и растерянно посмотрел на друзей. – Я первый раз перевожу раненого, тем более со стрелой. Не знаю, что делать, – пожал он плечами. – Не знаешь, можно стрелу вытащить?

– Откуда я могу знать, – ответил Оверл.

– Я знаю только то, что прежде чем её вынимать, стоит надломить  наконечник и оперение, – подсказал Сурт. – Но лучше вам доставить его в Лову, там целители поопытнее будут.

– Ладно, полетели. Дилрин, – обратился командир к другу, – дай кожаный пояс. Твои штаны не спадут, а я хотя бы смогу плечо парню зафиксировать, чтобы стрела не тёрлась о бок Соколика.

Дилрин подчинился. Когда Эдол закончил, все пятеро заняли места на грифонах.

– Готовы? – спросил наездник, но, подумав, добавил, – а, впрочем, какая разница.

Грифоны один за другим взмыли в воздух. Прут тревожно оглянулся на Соколика, который вёз Эла.

– Ирена должна привести его в чувства, – думал Прут, – обязана. Интересно, зачем он возвращался в лес? И как оказался на пустыре? Ладно, потом, при случае, спрошу, – попытался отвлечься Прут.

Вскоре безжизненные серые горы, проносящиеся внизу, сменились на столь родные сердцу луга и леса Южной Антарии. От восторга хотелось кричать. Грифоны, снижаясь, разрезали воздух крыльями. Пруту показалось, что он вот-вот упадёт, и парень крепче вцепился в Дилрина. Ветер, который стал мягче, дарил чувство свободы и лёгкости.

Сурт разглядывал всё это многообразие жизни и не мог поверить, что  безжизненный север – перевернутая страница в его судьбе. Эльфа несколько удивило, что Херосский лес, который они в последний раз видели горящим, зеленел и дышал жизнью. Как и каждый клочок земли на его родине.

Земля приближалась всё быстрее, и вскоре Прут почувствовал лёгкий толчок. Грифон опустился на землю и, сделав несколько шагов, остановился. Прут спрыгнул на землю, ноги подогнулись. Дилрин усмехнулся:

– Новички!

– Значит, так, – сказал Эдол, – мы отправляемся в Лову. Вы тоже потихоньку направляйтесь в город. Мы вышлем вам навстречу грифонов или лошадей.

– Хорошо, – кивнул Сурт, – удачи!

Грифоны один за другим разбежались и взлетели, постепенно набирая высоту. Оверл помахал Пруту и Сурту рукой. Прут поднял руку вверх в ответ.

– Ну что, пойдём в Лову?

– Пошли.

Сурт шёл и, оглядываясь по сторонам, наслаждался мягким тёплым воздухом, купался в солнечных лучах. Сняв с ног сапоги, он ступал голой ступнёй по мягкой траве. Казалось, ещё чуть-чуть, и он замурлычет, словно кошка.

– Как ребёнок, – улыбнулся Прут.

– Знаешь, я бы посмотрел, что бы ты делал, когда шестнадцать лет не чувствовал этого. Да с этим ветром не сравнится даже прохладный ветерок Сайлорского леса. А с этой красотой стены комнаты уж точно ни в какие сравнения не идут.

– Я же не против, – улыбался Прут, – мне даже приятно наблюдать за тобой.

Дальше они шли молча. Сурт продолжал по-детски улыбаться, а Прут взгрустнул и стал смотреть под ноги.

– Как думаешь, – спросил парень, когда молчание стало невыносимым, – с Элом всё в порядке будет?

– Прут, хватит уже! Эл крепкий парень. Тем более эльф. Эльфы так просто не умирают. Верь в лучшее!

– Может быть… – Прут посмотрел вдаль.

– От твоих переживаний он точно не поправится. Всё будет хорошо…

– Да, ты прав, – кивнул взбодрившийся Прут. – Его как-то бандиты ранили. Так Макрена сказала, что на нём всё заживает, как на собаке. И теперь заживёт…

– Ай-йа-яй… О друге и так, – наигранно покачал головой Сурт.

Прут улыбнулся.

– Собака - не такое уж и плохое животное, – пожал плечами он.

– Ещё бы индулы на собак не были б похожи… А так, да… Я слышал, вы, люди, хорошо с ними ладите.

– Знаешь ли, среди индулов тоже есть те, кто может стать другом.

– Ну да, – улыбнулся Сурт, – а ещё вода по вечерам горит.

– Вода - это глупости, – отмахнулся Прут, – я тебе серьёзно, если хочешь, потом познакомим. Его Архин зовут, между прочим, это он нас проводил на север.

– И не страшно было с индулом рядом идти? – до сих пор не верил Сурт.

– Сначала страшно, а потом привык, вроде бы даже и бояться перестал.

– Я не понимаю, ты меня разыгрываешь или, правда, вы с индулом подружились?

– Конечно, правда.

– На сумасшедших вы не похожи, а значит, придётся вам потом показать мне этого индула.

– И покажем, и познакомим, – усмехнулся Прут.

Вскоре Сурт произнёс:

– Летят. За нами, кажется.

И, правда, на горизонте появились два парящих грифона, маленьких, как насекомые, они приближались к друзьям.

***

– Группа Эдола вернулась, – доложил запыхавшийся охранник, ворвавшийся в залу короля Элбера.

Люди, которые ещё секунду назад о чём-то увлечённо спорили, застыли в непонимании. Они смотрели на нарушителя с осуждением. От подобных взглядов охранник смутился. Элбер улыбнулся.

– Всё хорошо. Продолжайте, – спокойно обратился он к сидящим. – Когда я вернусь, предоставьте мне перечень действий, из которых я уже смогу выбрать действительно необходимые. Иначе вы здесь до старости будете спорить, нужно ли нам это. Я приказываю – нужно! А что конкретно нужно сделать для этого, думайте.

Элбер встал с места и неспешно вышел из залы. Охранник, закрыв двери, поспешил за ним.

– Кошмар! – проговорил король. – Что с Эдолом? Вернулись с Элом? Всё хорошо?

Охранник, который было успокоился, пришёл в замешательство.

– Они привезли только Эла, – отчеканил охранник, поборов смущённость. – Его друзья возвращаются пешком. Их перевезли через горы. Грифоны устали и могли вовсе не долететь до Лову.

– Хорошо. С Элом всё в порядке?

– Нет. Он ранен и без сознания.

– Бес! – выругался Элбер. – Что же вы молчали! – вскричал Элбер, ускоряя шаг, – Распорядитесь отправить в Руанский лес грифона, за Иреной! Других грифонов из группы Инела отправьте навстречу друзьям Эла. Лекаря вызвали? Где Эл?

– Да. Думаю, сейчас он уже осматривает рану. Эла отнесли в гостевые покои.

– Хорошо. Поторопитесь отправить грифона за Иреной, как бы ни был хорош Риндул, эльфийская целительница на голову превзойдёт его. Родителям Эла ни слова. Пусть думают, что он ещё не вернулся.

– Хорошо, – охранник свернул, оставляя Элбера наедине с мыслями, и побежал по коридору, поднимаясь всё выше, к башне грифонов.

Элбер перешёл на бег. Он хотел знать, насколько тяжело состояние парня.

***

В дорожном трактире бард напевал балладу, перебирая струны гитары. Вырезанные из дерева гарпии, подвешенные под потолком, отбивали у посетителей, всякое желание есть. Настолько качественно и отвратительно сделал их мастер. Трактирщик никогда не мог объяснить, почему создатель сделал заведение таким. Противные пернатые лишь оправдывали название трактира: «Мёртвая гарпия». Уставшие путники, без возможности выбора, перебивали чувство отвращения голодом, пытаясь не смотреть на крылатых ведьм.

Трактирщик резко обернулся в сторону одного из посетителей. Возле эльфа, облачённого в тёмную рясу, появилась эльфийка. Откинувшись на спинку скамейки, она смотрела, как Мар обедал. Эльфийка улыбнулась, поправила волосы, спадающие на глаза, и проговорила негромким голосом:

– Парень бежал из плена Северных эльфов и был ранен. Его подобрали люди на грифоне, он без сознания.

– Есть шансы, что он умрёт? – спросил эльф, оторвавшись от еды.

– Конечно. Во всяком случае, будем надеяться, что так оно и будет. Если он выживет, мы уже ничего не сможем сделать. Разве что надеяться на несчастный случай.

Мар усмехнулся:

– Я стараюсь не отдавать судьбу в руки удаче. Ты знаешь это.

– Но ты не можешь не согласиться, что парень будет в полной безопасности, если выкарабкается.

– Не буду. Только знай, мы совершили ошибку, нам её придётся исправить.

– Как? – эльфийка облокотилась на стол, приблизившись к лицу Мара.

– Есть идеи. Но о них, если не повезёт.

– Я надеюсь, нам больше не придётся жертвовать целыми народами? – зло улыбнулась Никаис.

– Никогда не мог понять твоего юмора, – Мар продолжил есть. – Найди Некрану и Ринта. Пусть даже не думают помогать парню. Лишь бы Симорг не позволил, чтобы энергия проявила себя. Она ему и раны позволит излечить и…

– Я знаю, – оборвала его эльфийка. – И Некрана с Ринтом тоже знают. Уже научились на своих. А в исцелении энергия сыграет свою роль. Обычный эльф от заражения крови бы погиб. А наш  – ничего, ещё борется.

Мар одарил эльфийку холодным взглядом и опустил ложку в суп.

– Забудьте на время о парне, – сказал он, – забудьте. В конце концов, мы его лишь спасаем, пытаясь убить. Забудьте. Может, всё обойдётся. Сосредоточьте силы на чём-нибудь другом. В крайнем случае, мы всегда можем отправиться в другие места.

– Антария – наша родина, – возразила эльфийка.

– Знаю, но ничего не могу сделать. Уж извини, но подарить новую родину даже я не могу. Если парня не остановим, хочешь не хочешь придётся уходить отсюда. Некому будет помогать.

Ниакис кивнула и, осмотрев трактир, сказала:

– Милое местечко. Всегда здесь обедаешь?

Мар осклабился, потревожив шрам на щеке, и, не говоря ни слова, продолжил обедать. Ниакис, понимая, что делать ей здесь больше нечего, скрестила руки на груди и на глазах у изумлённого трактирщика испарилась в воздухе.

– Хоть бы на улицу вышла, – пробормотал недовольный эльф.

***

В коридоре, перед одной из комнат для гостей, собралось много народу. Если бы не волнение Брайдж, она бы заметила, что вместе с ней переживают и другие друзья Эла. Здесь были и Сурт с Прутом, добравшиеся до Лову на грифонах, и Димар, под руководством которого были спасены родные Эла, и Сун, девушка, разглядывающая что-то далеко, за окном. Городской кузнец Харрен Фор, когда узнал, что Эл находится в столице, пришёл навестить раненого, вместе с которым он не один день прожил в пещере. Все присутствующие здесь переживали за судьбу Эла. То, что за дверью рядом с ним находилась Ирена, прибавляло уверенности собравшимся.

Если бы Эл мог видеть эти напряжённые лица, он бы понял, что ни одна минута, прошедшая с момента нападения на Фавер, не прошла даром. Он приобрёл множество новых друзей. И пускай не все из них находились здесь, но Эл не сомневался бы ни на секунду, что и Архин, и Макрена и даже Эвил, переживают за него.

Собравшиеся очнулись, будто от глубокого сна, когда щёлкнула дверь. В коридор вышла Ирена.

– Всё хорошо, – пояснила провидица, – он спит. Сейчас его лучше не беспокоить, возвращайтесь к своим делам.

Харрен добродушно улыбнувшись, проговорил:

– Передавайте ему привет от меня. Не знаю, может, сам ещё приду.

Ирена кивнула. Взгляд остановился на незнакомом лице.

– Сурт, – представился эльф, поймав взгляд провидицы, – я вместе с Элом и Прутом в плену у Северных был.

– Очень приятно, – кивнула эльфийка. – Меня зовут Ирена. Сейчас все эльфы занимаются восстановлением лесов Антарии, может быть, вы присоединитесь к ним?

– Обязательно, только сначала хотел бы дождаться, когда Эл проснётся. Поговорить, чтобы он знал, что с нами всё в порядке.

– Конечно, – пожала плечами Ирена. – Не могу же я вам запретить. Во всяком случае, когда решите, что пора, приходите в Руанский лес. Работа там найдётся.

Сурт кивнул:

– Я бы ещё и отдохнуть хотел немного, не скажу, что устал, но хотел насладиться югом, что ли.

– Как долго вы были в плену?

– Шестнадцать лет, – не без хвастовства заявил Сурт.

– Шестнадцать лет… – проговорила Ирена себе под нос. – Ладно, я оставлю вас. Хочу лишь предупредить, что спать Эл может долго. Сходите, прогуляйтесь. На юге сейчас более или менее безопасно.  Есть, конечно, малые группы людей, желающие добить эльфийскую расу, но не думаю, что вы на них наткнётесь. Мы даже с индулами союз заключили, так что бояться нечего.

– С индулами? – удивился Сурт.

– Да. Поговорите с Прутом, – указала она на парня, разговаривающего с Сун, – он знаком с индулом, который является вождём племени. С ним не было никаких проблем, а свой народ он усмирит, будьте уверены.

– Хорошо, не смею вас отвлекать, – Сурт заметил, как Ирена посматривает в сторону Димара.

– Спасибо, – улыбнулась Ирена.

Кивнув, провидица собралась было подойти к Димару, но на её пути встали Брайдж и Марел, родители Эла.

– Спасибо вам, – поблагодарила Брайдж эльфийку, ещё чуть-чуть и она могла расплакаться. – Спасибо.

Ирена лишь улыбнулась.

– Не стоит. Меня воспитывали для того, чтобы я помогала другим. А Эл ещё и мой друг,  думаю, мы с ним… Эм… Несколько похожи…

Марел добавил, слегка отстраняя жену, чтобы она не пустилась целовать руки эльфийки:

– Правда, спасибо. Я так понимаю, мы вам обязаны тем, что нас спасли из плена?

– Не только, – добродушно проговорила Ирена, – Димар, король Элбер, даже Эл – все принимали участие в побеге. Идите, отдыхайте. Когда Эл проснётся, вам сообщат.

– Нам пока и податься некуда, – пожал плечами Марел. – Король обещал нам помочь с домиком в восстановленной деревне, но на это нужно время. Я слышал, что вам помощь нужна, в поселениях. Может быть, я смогу? Как с Элом повидаемся, запрягайте меня, готов день и ночь работать.

– Не стоит. Элбер нам людей предоставил. Эльфов много трудится. Правда, не стоит. Отдыхайте.

– Надо же нам как-то отплатить за вашу помощь.

Ирена усмехнулась.

– Не стоит. Это вам нужно спасибо за Эла сказать. Он в душе человек. Мне кажется, ему это только на пользу. Воспитать эльфа, когда на них ведётся охота – это не просто.

Лица Брайдж и Марела расплылись в счастливой улыбке. Они не знали, что сказать.

– Вы извините, я пойду. Отдыхайте.

– Конечно, конечно, – посторонились родители, и, отойдя в сторону, присели рядом с Рукаром.

Димар был просто счастлив наблюдать, как Ирена общалась с родителями Эла. Всё налаживалось. Ещё год назад он и мечтать не мог о таком. Колдун остановлен. Леса восстанавливаются. Союз с людьми, с индулами. Зреет и союз с севером. Рядом любимая девушка. Красивая, милая Ирена. Лучше просто и не могло быть.

– Идём, нужно поговорить, – Ирена подошла к Димару, взяв его за руки.

Димар опешил.

– С Элом точно всё в порядке? – уточнил он.

– Что у тебя с лицом? – Ирена усмехнулась. – Конечно в порядке, зачем мне врать. Поговорить нужно о другом. Идём.

– Тогда идём.

Ирена с Димаром покинули остальных. Сурт, дабы не скучать в одиночестве, подошёл к Пруту с Сун и спросил:

– Не познакомишь меня с подругой?

– Конечно. Почему нет? Сун, это Сурт. Мой друг и друг Эла. Сурт, это Сун. Наша с Элом подруга.

– Ваша? – уточнил Сурт, не осознавая всю бестактность вопроса.

– Не совсем, – усмехнулся Прут.

Сун зарделась и отвернулась, посмотреть в окно, на городскую жизнь, кипевшую и бурлившую.

В компании этих подростков Сурт чувствовал себя молодым эльфом. Будто и не потерял он вовсе шестнадцать лет, будто и не эльфом он был, который каждую свободную минуту тратит на работу над собой.

***

Эл спал долго. Когда проснулся, он увидел, что лежит в роскошной кровати, которая находится в не менее роскошной комнате.

– Царство Эрефа, – мелькнула на секунду мысль в голове, и Эл попытался встать.

В этот же миг рана дала о себе знать. Он решил лежать, не напрягая плечо.

– Значит, не умер, – улыбался Эл, ему хотелось петь и плясать. В царстве Эрефа никто не чувствовал боли. – Значит, не умер, – подумал он вновь.

Только теперь он увидел сиделку, которая находилась рядом и наблюдала за ним. Женщина, чуть старше его мамы, смотрела в горящие радостью глаза.

– Мама, – мысль, прорвавшаяся в разум, затушила радость в глазах. – Простите, – обратился он к женщине, – я где?

– Ты в замке короля Элбера. В городе Лову, – из каждого слова женщины вытекало тепло и ласка, – за дверью ждут не дождутся, когда ты проснёшься. Там народу много. Всех я не пущу. Кого хочешь увидеть первым?

– Родителей, – проговорил Эл. Теперь он знал, что все его родные и друзья были спасены. Всё обошлось. Начиналась белая полоса.

Глава 20.

С момента возвращения пленников с севера прошла почти неделя. Эл поднялся с кровати. Рана всё меньше беспокоила. Жизнь пошла спокойно, однако множество дел не позволяло ей застояться.

Ирена с Элбером вернулись с севера, где заключили союз с северными народами. Люди и эльфы северного края склонились перед королём Антарии. Страна вновь объединилась, как в былые времена. Пройдут годы, прежде чем всё вернется на места, прежде чем исчезнут все проблемы, возникшие из-за раскола. У народов Антарии есть время. Каждый готов внести вклад в развитие страны. Лирак отправил в помощь Ирене эльфов. Дела шли полным ходом.

Родители Эла заселились в дом, подаренный Элбером. Земля, выделенная для возделывания  культур, отдыхала. Время для её засадки ещё не пришло. Эл решил жить отдельно от родителей, в Руанском лесу, чтобы иметь возможность в любой момент наведаться в гости. Сун и Прут постоянно находились рядом с Элом. Брайдж и Марел предложили жить с ними.

Эл наблюдал, как работают над восстановлением поселения эльфы. Ирена не позволяла выполнять тяжёлую работу. Он не мог просто сидеть, когда другие восстанавливали теперь и его дом, его лес. Эл то там, то тут помогал строителям по мелочам, выполняя их просьбы, доставляя им завтраки, обеды и ужины, которые готовили эльфы в восстановленных хутреях.

Как догадался Эл, Ирена никому не рассказала, кто он такой. Она не распространялась, что остановил колдуна, а чуть позже едва не погубил друзей. Оно было к лучшему. Эл сам хотел забыть о том дождливом дне как можно быстрее. С незнакомыми эльфами почти не общался, только когда помогал, перекидывался парой слов. Когда рядом не было Сун и Прута, проводил время с Димаром и Иреной, если они были заняты, всегда мог встретиться с Эвилом, Квином, Дериком, Суртом или Волаком. Все они считали Эла другом. Даже Эвил, который раньше не упускал возможности подерзить, теперь держался на равных. Шутка ли – сбежать из плена эльфов.

Наверное, Эл мог бы назвать себя счастливым, если бы не одно «но». Любовь. Каждая девушка может сказать, что она хотя бы на час чувствовала себя несчастной из-за любви. Даже если первый понравившийся парень ответил взаимностью. Даже он приносил горе. Из-за него текли ручьями слёзы, из-за него подушку приходилось класть на солнце, сушиться от солёной влаги. Пускай он не хотел обидеть. Просто так получалось. Парень же не может позволить подобного. Нет. Он тоже мучается от любви, он тоже не может разобраться в чувствах, он тоже тяжело переживает ссоры. Но парень не может позволить себе, чтобы об этом знали. Он сильный. Он не должен выставлять слабости напоказ. Девушке можно. Она – слабый пол.

Эл страдал. Душа разрывалась. Когда никто не видел, взгляд Эла грустнел, застывал на долгое время в одной точке, будто пытаясь прожечь её. Сердце бешено билось. Мысли разрывались между разумом и чувствами. Эл никак не мог определиться. Макрена. Сун. С Сун ему было легко, он знал, что она любит. Мысли о Макрене не позволяли ответить взаимностью. Он не знал, кого любит он. А кто лишь нравится. Может быть, так тянет к Сун, потому что Макрена далеко. Вернётся Макрена, он забудет о Сун. Забыл же тогда, когда прощался с эльфийкой. Забыл. Поцеловал Макрену.

Часто он лежал, глядя на облака, стоял, слушая, как шумит листва, и пытался разобраться в себе. За много часов раздумий так и не смог найти ответ. И продолжал держаться с Сун как с хорошим другом. Хотя замечал, что она хочет большего. Неловкость изматывала, но Эл будто чего-то боялся. Держался с ней на расстоянии.

Прут попытался поговорить с другом, но тот его оборвал, не желая обсуждать эту тему. Вновь неловкость. Вновь чувство вины и непонимание, чего хочет. Позже извинился перед Прутом и попросил не говорить с ним ни о Сун, ни о Макрене. Прут понял, в чём дело, и больше никогда не подходил с подобными разговорами.

Шло время. Вскоре работы в Руанском лесу подошли к концу. Восстановление Херосского и Лоэсского леса было отложено на неопределённый срок. Выжившим эльфам сполна хватало тех немногих домов, что появились в Руанском поселении. Ирена позволила Элу выбрать один из хутреев, в котором он хотел бы жить.  Эл, недолго думая, выбрал небольшой дом на окраине леса, поближе к родителям.

– Может, выберешь что-нибудь поближе к нашему? – спросила Ирена. – Я понимаю тебя, но Руанский лес маленький. Центр или окраина много не решат. На лошади ты довольно быстро сможешь добираться до Фавера.

– Не хочется. Тем более, здесь мне нравится, – Эл огляделся. При постройке хутрея ствол дерева не стали трогать. Комнаты здесь располагались вокруг дерева, но, несмотря на это, были достаточно просторными. Деревянная кровать, столы, стулья – всё это уже стояло здесь, как и в других хутреях леса. Столяры Артании трудились не покладая рук, получив  заказ от Элбера. Заказ, выполнив который, они смогут жить без забот в течение нескольких лет.

– Я бы тоже выбрал дом здесь, если бы не был избранником Верховной провидицы, – улыбнулся Димар. – Так что считай, что я тебе слегка завидую, Эл.

– Хорошо. Теперь твой дом. Большинство эльфов наверняка поселятся ближе к центру.

Эл пожал плечами.

– Ты же сама сказала, что в Руанском лесу не имеет значения, центр или окраина.

– Ладно, – Ирена усмехнулась, – я и не думала, что мы закончим так быстро.

– Нам многие помогали, – кивнул Димар. – Если бы не северные эльфы и люди, выжившие не смогли отдохнуть в домах уже сейчас. Нам бы понадобилось гораздо больше времени.

– Просто теперь, когда всё вернулось на места. Как-то грустно. Размеренная жизнь - это хорошо, но она не для меня.

– Размеренную жизнь не приемлет любой эльф, – Димар улыбнулся, – но что поделаешь, если иногда от неё никуда не деться. Хотя сейчас до спокойной жизни ещё далеко.

Ирена посмотрела на Димара непонимающим взглядом.

– Антарский союз – это хорошо. Восстановленный лес – это здорово. Но не забывай, Элбер не сможет нам помогать вечно. Ты забыла о том, что Верховный эльф никогда не живёт спокойно. Торговля. Дипломатия. Дела леса, эльфов. Всё это не пустые слова. Ещё не один год понадобится, чтобы всё стало спокойно.

– Ты прав, – засияла Ирена, – до спокойной жизни ещё далеко. Тем более сейчас, – эльфийка положила руку на живот. Эл всё понял.

– У вас будет ребёнок?

Ирена кивнула. Мышцы на лице Димара дрогнули, он помрачнел, но на лице оставалась улыбка, пускай потускневшая. Как будто мысли о ребёнке расстраивали его. Ирена не заметила этого.

– Ладно, вы меня простите. Я сбегаю до Фавера. Расскажу друзьям о том, что у меня собственный дом. Они рты пооткрывают.

– Беги, – кивнула Ирена, – можешь взять скакуна из той десятки, что подарил нам Элбер.

– Не нужно. Обратно я вернусь с Прутом и Сун.

Провидица смотрела на убегающего Эла. В душе от счастья разгорался огонёк. Скоро и её сын будет таким же. Не успеет оглянуться, как пройдёт двадцать лет. Она точно знала, что родится сын.

Эл до самой деревни бежал, не останавливаясь. Только когда за спиной залаяла собака,  выбравшаяся из будки, он перевёл дух. Прут и Сун жили в доме его родителей. Брайдж и Марел взяли их к себе, пока те не обзаведутся семьёй или собственным домом. Поначалу Эл хотел выпросить у Ирены хутрей и для друзей. Многие из домов всё равно будут пустовать не один год. Но Ирена не позволила. Были у эльфов какие-то странные законы, не позволяющие проживать людям в лесах. Когда парень узнал это, он расстался с мыслью поселить Прута и Сун в своём хутрее. Хотя места им вполне хватило.

Рука уже совсем не беспокоила. Жизнь наладилась. Друзья часто навещали могилу Эледа, который погиб в ночь нападения на деревню. Эл познакомил Сун с Архином, сначала она испытывала ужас и отвращение к индулу, но после нескольких встреч привыкла. Архин даже показался ей довольно забавным. Однако Сун не горела желанием встречаться с ним часто.

Эл постучался в дверь дома. Совсем новый, ещё приятно пахнет свежей древесиной. Приятный запах. По-настоящему деревенский. Сравним разве что с запахом рассеявшегося дыма.

Дверь открыла мама. Она обрадовалась приходу сына, даже несмотря на то, что Эл почти каждый день навещал их.

– Никак не могу привыкнуть, что ты не живёшь с нами, – проговорила Брайдж, обнимая сына.

– Мам, а у меня собственный дом появился, – проговорил Эл с долей гордости, утопая в объятиях мамы.

***

Очередной вечер в Руанском лесу. Эл лежал на кровати и думал. Думал о Сун, о Макрене. Все мысли в последнее время были о них. Макрена не возвращалась. С каждым днём волнение нарастало в груди. Полный решимости расспросить Ирену завтра, Эл уснул. Спал он спокойно. Теперь уже не просыпаясь от шелеста листвы за окном. Первое время непривычный шум нарушал чуткий сон Эла. Ко всему рано или поздно привыкаешь.

Под утро Эл умылся, позавтракал мамиными гостинцами. Нужно было что-то делать с едой. Не надеяться же всегда на маму и на гостеприимность Ирены. Уверенность, бьющая ключом перед сном, испарилась. Теперь казалось, что нет ничего страшного, что Алиена попросту задерживается. Он решил, что не стоит отвлекать Ирену ради каких-то пустяковых разговоров. Когда Эл взял меч, чтобы отправиться на утреннюю тренировку, в хутрей вошла Ирена.

– Я не задержу тебя надолго. Хотела лишь сказать, что отправляюсь с Димаром на север, нужно уладить некоторые вещи. Если что-то понадобится, обращайся к Волаку, он поможет.

– Хорошо, – кивнул Эл, – Ирена, – обратился он к провидице, когда она собралась уходить, – не знаешь, как скоро вернётся Алиена?

– По Макрене соскучился? – улыбнулась Ирена.

– Что-то вроде того… Так скоро?

– Не знаю, – покачала головой Ирена. Эл понял, что эльфийку это беспокоит. – Они уже должны были вернуться. Прошло три месяца, даже больше. Не знаю, куда они пропали.

– Может, случилось чего? – сердце Эла дрогнуло от такой догадки.

– Нет. Исключено. Алиена не допустила бы. Я знаю, что они собирались за пределы Антарии. Путь через горы долгий. Где-то могли задержаться. Во всяком случае, мы можем только ждать. Я бы хотела отправиться на их поиски, но даже не знаю, где искать. – Ирена заметила грусть в глазах Эла. – Не волнуйся ты так. Вернётся твоя Макрена. Всё будет хорошо. С ней Алиена. Она не даст в обиду ученицу. Уж я-то знаю, – улыбка Ирены стала ещё ярче.

От этой улыбки Элу стало тепло и приятно. Он поверил, что действительно всё будет хорошо.

– Кстати, – сказала Ирена, –  вскоре каждое утро придётся ходить ко мне. Пока не вернётся Алиена, я буду обучать тебя контролю энергии.

Эл засиял.

– С удовольствием. Не дождусь, когда смогу бросить первый файрбол.

– Я пойду, до встречи, – махнула рукой провидица.

– Красивая, – подумал Эл, глядя на удаляющуюся фигуру Ирены, и, перехвативши рукоять меча, отправился на улицу.

Глава 21.

Время шло. Неторопливо, размеренно. Каждый день был похож на предыдущий. Тренировки, прогулки с друзьями, помощь лесу, маме. Эл старался не оставаться один на один с Сун. Не хотел ничего менять. Не мог понять, нужно ли это.  Чувствовал, что Сун хочет поговорить с ним, но боялся этого разговора. Эл уверял себя, что нужно всего лишь дождаться Макрену, тогда всё решится. Тогда он поймёт, кто из них нужен. Он верил, что так и будет.

Когда пошёл четвёртый месяц с момента ухода Макрены и Алиены, Эл начал всерьёз беспокоиться за подругу. В голову приходили мысли, одна хуже другой. Эл не знал, куда ушли эльфийки, а Ирена лишь говорила, что их путешествие ничуть не опасно.

Однажды, вернувшись от мамы с папой, Эл завалился на кровать и тут же уснул. Проспал он не долго, во всяком случае, Элу показалось, что не больше получаса. Его разбудил Сурт.

– Эл, вставай, – тормошил его эльф. – Ирена попросила тебя разбудить. Тебе нужно к ней.

Эл выслушал Сурта и, прикрыв глаза, попытался вновь провалиться в сон.

– Эл! Вставай! Я тебя что, как ребёнка будить должен?

– Сурт, я устал сильно. Дай отдохнуть. Я завтра зайду к Ирене.

– Там Алиена вернулась, – проговорил Сурт.

Эла будто ледяной водой окатили. Он распахнул глаза. Сон улетел, прихватив усталость. Кровать была расправлена. Он лежал в пижаме. Не пытаясь вспомнить, как уснул, Эл вскочил, оделся и, ополоснув лицо, выбежал из хутрея. Сурт, наблюдавший за мечущимся парнем, поспешил за ним.

Эл влетел в дом Ирены, когда за спиной остались преодолённая в несколько прыжков лестница. Остановился он, только когда заметил недовольный взгляд Ирены.

– Что-то ты слишком долго, – усмехнулась она.

Эл облегчённо вздохнул и только теперь заметил за столом Алиену с Макреной. На лице Макрены сияла улыбка. Светлые волосы прикрывали часть лица. Она будто и не уходила в четырёхмесячное путешествие, а отдыхала всё это время в одной из комнат хутрея.

– Макрена, – обратилась к девушке Ирена, – можешь идти. Эл покажет тебе свободные хутреи, можешь выбрать один себе. Ты же достаточно взрослая, чтобы жить одной?

Макрена кивнула и встала из-за стола.

– Спасибо.

Эл чуть не прыгал от нетерпения, от желания поговорить с Макреной, узнать, где была, чему научилась. Он решил, что понял, кто ему дороже. Такая милая, красивая и любимая.

Когда Эл с Макреной покинули хутрей, Ирена отпустила Сурта, предложив ему отдохнуть и хорошенько выспаться, тот поблагодарил провидицу и удалился, борясь с любопытством. Сурт понимал, что пришедшие далеко не обычные эльфийки. И сейчас в хутрее верховной провидицы произойдёт далеко не обычный разговор.

– Что ж, я жду, – проговорила Ирена. – Теперь, когда я рассказала тебе обо всех событиях, пропущенных тобой, думаю, я имею право узнать,  что произошло у вас? Почему вы задержались?

– Конечно, имеешь. – Алиена налила воды из кувшина, стоящего на столе, и, не торопясь, выпила, – нельзя столько есть на ночь, – проговорила она, положа руку на живот.

– Нельзя, – согласилась Ирена. – Ты сама пожелала поесть, прежде чем рассказать мне обо всём.

– Да, пожелала. Неплохо было бы ещё отдохнуть, но разве ты позволишь?

– Отдохнёшь, когда расскажешь. Узнала что-нибудь об эльфах?

– Хорошо, хорошо. Сейчас всё расскажу. Всё по порядку… А где Димар? – спросила провидица, заметив, что избранника Ирены она не видела с момента прихода.

– Он спит. Не решилась будить. Хотя уверена, что завтра он будет не в восторге от того, что пропустил.

– Конечно, не в восторге. Он тоже захочет услышать, что я расскажу. Может, перенесём на завтра, – посмотрела Алиена на бывшую ученицу с мольбой.

– Нет. Я завтра сама всё Димару перескажу. Он последнее время вообще, какой-то мрачный ходит. Спрошу, что случилось, он отвечает, что просто устал.  Ладно, давай, рассказывай, – потребовала она.

– В общем, об эльфах этих в Антарии мало кто слышал. Видели пару раз, но кто они такие, ни сном, ни духом. Зато за горами о них знает каждый. Их там защитниками считают, некоторые их называют воинами Симорга. Не удивлюсь, что сами эльфы предложили подобные звания. О Симорге за горами мало кто слышал.

– Почему их считают защитниками?

– Как думаешь, почему набеги варваров из-за гор прекратились? Почему в Антарии о них не слышали уже больше пятисот лет?

В глазах Ирены застыла догадка.

– Верно, – кивнула Алиена, правильно истолковав безмолвие эльфийки, – эти странные эльфы, что предложили Амбассору уничтожить Южных эльфов, пресекали всяческие попытки варваров пройти через горы. Они даже защищали жителей предгорья от набегов. Сейчас-то уже варвары почти не ходят в наши края, но истории об эльфах с золотым древом на груди дошли и до этого поколения.

– И что это значит? – не поняла Ирена.

– Не знаю, – покачала головой Алиена.

– Может, это разные эльфы? Те, что помогали людям в предгорьях и те, что отдали Амбассору посох.

– Не думаю.

– А откуда они взялись, ты не узнала? Как они научились телепортации? – спросила Ирена.

– Подожди. Я не закончила. Откуда они взялись, не знаю. Нам удалось найти замок в горах… То, что мы обнаружили, заставляет всерьёз задуматься и о целях и о способах достижения этих целей эльфами, в общем, слушай…

***

Бывший верховный эльф Сайлорского леса, Гурайл, проснулся в хутрее. За окном наступало очередное утро. Очередное утро за несколько месяцев после заключения союза с южными эльфами. Он был бодр и свеж. Бодр и свеж. Никакие кошмары, никакие голоса его больше не терзали. Как будто и не было их никогда. Как будто это было не с ним. Как будто…

На душе было легко и спокойно. Он встал, приветствуя настолько яркое утро.

Глава 22.

Замок был скрыт в горах, и, если не житель  предгорья, Алиена никогда не нашла его. Казалось, что сама природа высекла из гор стены, настолько сложно было понять, где заканчивается камень замка и начинается отвесная скала.

– Мы зайдём внутрь? – спросила Макрена с опаской.

– Да. Судя по рассказам, он пустеет. Эльфов давно не видели близ замка.

Макрена с недоверием оглядела замок. Слова жителей предгорья она слышала, но они не вселяли уверенности и уж тем более не рождали желания исследовать замок.

– Хотя, если хочешь, можешь остаться здесь. Схожу одна.

Макрена хотела согласиться, но в сознании всплыло лицо Эла. Красивое, уверенное.

– Нет. Я пойду с вами, – кивнула Макрена более решительно.

Не расскажет же Элу, когда встретится, о том, что струсила и сидела на тропе, пропуская всё самое важное и интересное. Алиена посмотрела на эльфийку, улыбнувшись, будто всё поняла. Макрена отвела взгляд от провидицы, разглядывая тёмный камень замка, девушку смутила улыбка Алиены.

Опираясь на посох, Алиена ступила на каменную кладку перед входом в замок. Дверей здесь не было, а в глубине замка зияла отстраняющая темнота. От камня веяло холодом. Провидица остановилась и стала всматриваться, будто заметила что-то в глубине замка. Постепенно, один за другим, на стенах коридора загорались факелы, разгоняя тьму.

За время путешествия Макрена научилась многому, но возможность поджечь то, чего не видно, восхитила молодую эльфийку.

– Идём, – бросила Алиена ученице, сделав шаг вперёд. Макрена последовала за провидицей, периодически оглядываясь за спину, на клочок солнечного света. Алиена шла, не сворачивая, хотя то там, то тут Макрена замечала двери.

Вскоре Макрене надоело однообразие каменных стен.

– Куда мы идём? – спросила она.

– Вниз, – указала Алиена на винтовую лестницу, недалеко от них.

– В подвал? – нерешительно спросила Макрена у провидицы, – что мы надеемся там найти?

– Внизу находятся главные комнаты. По этому коридору лишь спальни да столовые.

Макрена пожала плечами и, придерживаясь за поручни, начала спускаться вниз, вслед за провидицей.

В подвале действительно всё было по-другому. Здесь гораздо холоднее. Темнота будто сделала огромное одолжение, лишь на время уступив пространство свету от огня. Длинных каменных коридоров здесь не было. Лишь две двери недалеко от лестницы.

– В какую из них? – спросила Макрена, посмотрев на наставницу.

– Исследуем обе комнаты. Начнём, пожалуй, с этой, – указала она на дверь, слева от них.

Макрена пожала плечами и направилась к двери. Лишь слабый шорох её ног раздавался в замке. Глубокая тишина. Даже страшновато. Она обернулась на Алиену.

– Вы идёте?

– Конечно. Давай вперёд, не бойся, за дверью библиотека.

– Зачем исследовать комнаты, если она всё равно знает, что в них? – подумала Макрена, насупившись, но дверь открыла.

Потолки в комнате оказались невысокими. Высокий эльф чувствовал бы себя здесь некомфортно. Стеллажи с книгами располагались по периметру, в центре стоял стол со стульями возле него. На столе лежало около десятка книг, какие-то были заложены листочками, некоторые перегнуты и оставлены раскрытыми.

– Мы будем изучать все книги, которые здесь есть? – спросила Макрена, разглядывая разнообразие переплётов.

– Нет. У нас нет столько времени, хотя библиотека очень любопытна, я думаю, прихвачу с собой несколько книг, – улыбнулась она хитро. – Присядь. Все книги я изучать не буду, а вот те, что лежат на столе, наверняка интересовали последних обитателей замка.

Макрена присела на стул, разглядывая книги на столе.

– Давно они тут лежат, – высказала мнение Макрена, листая одну из книг, – страницы пожелтевшие.

– Ещё бы, – согласилась Алиена, взяв одну из книг, – влажно, холодно, не лучшее место для содержания библиотеки.

Макрена усмехнулась и, отложив книгу в сторону, облокотилась на спинку стула. Мысли вернулись к Элу. Сколько они уже не виделись? Месяца три, если не больше. Ничего, Алиена обещала, что скоро возвращаемся в Антарию. Надеюсь, Эл уже вернулся с севера. Как же я хочу его увидеть, как же я скучаю. Почему нам пришлось расстаться именно в тот день. Хотя бы ещё двое суток побыть тогда с ним.

– Опять об Эле думаешь? – спросила Алиена, на её лице всплыла добродушная улыбка.

– Да, – кивнула эльфийка, – о нём.

Макрена не стеснялась рассказать о своих чувствах провидице. Они не раз болтали, как настоящие подружки. Лишь из уважения к возрасту Алиены, девушка не переходила на «ты».

– Знаешь, – сказала провидица, – когда я смотрю на твоё грустное лицо, меня начинает терзать совесть, что я разлучила вас.

– Да это не вы виноваты. Эла можно понять, хотел рассказать родителям, что жив. Хотел обнять маму, похвастаться папе. Просто я боюсь его потерять. Сколько времени прошло уже. Может, он нашёл себе кого посимпатичнее.

– Да ну… Кого он мог найти симпатичнее тебя?

– Не знаю, – пожала плечами Макрена, – я же не самая красивая.

– Это не нам с тобой решать. Если Эл найдёт себе кого-то другого, не огорчайся и уж тем более не убивайся по этому поводу. Значит, он тебя не любил и вы вряд ли могли быть счастливы вместе. Если не сможете всю жизнь быть рядом – это не любовь, а лишь иллюзия. А иллюзия причиняет больше страданий, чем безответная любовь. Поверь мне.

– Верю. Но вряд ли смогу пережить, если Эл полюбит другую.

– Переживёшь, – усмехнулась Алиена, – будет тяжело, но переживёшь, хотя бы для того, чтобы показать всем, что ты лучше той, которую выбрал Эл. Руки опустить позволительно лишь тогда, когда сердце перестанет биться, а от горя и страха оно бьётся лишь быстрее.

– Конечно, вы правы. Но я совру вам, если скажу, что это успокаивает.

– Я знаю, что словами в таких случаях не убедишь. Не приведи Симорг, конечно, но ты сама это поймёшь, если вдруг случится.

– Не уверена, – покачала головой эльфийка.

Алиена тем временем пролистывала очередную книгу. Подавляющее большинство литературы, лежавшей на столе, рассказывало об энергии, проистекающей в живых существах. Чересчур большое значение в книгах уделялось переливанию энергии из одного существа в другое. Провидица слышала о подобных опытах, но относилась к ним скептически, считая, что энергия одного существа при переливании может уничтожить энергию другого, а это ведёт лишь к смерти. Несколько других книг повествовали о трёх великих артефактах, но здесь были лишь легенды и рассуждения об их природе и местонахождении наследия богов.

– Мы возвращаемся? – спросила Макрена, когда увидела, что Алиена отложила очередную книгу.

– Осталась ещё одна комната, – напомнила Алиена.

– Точно, – вздохнула эльфийка, ей уже наскучило находиться в этих холодных каменных стенах.

Дверь второй комнаты поддалась неохотно, со скрипом протащилась по каменному полу. Макрене показалось, что помещение совсем пусто, она протиснулась в приоткрытую дверь. Алиена последовала её примеру, не пытаясь открыть дверь полностью. Комната действительно оказалась пустой, лишь наваленный мусор в центре комнаты и клетка в одном из углов.

– Интересно, что за зверя в ней держали? – спросила Алиена у самой себя.

Макрена подошла поближе и разглядела на каменном полу следы от когтей.

– Крупного.

– Это точно, – согласилась Алиена. – Крупного и хищного. Так пробороздить камень не каждый сможет.

– Что с ним делали? – спросила Макрена.

– У меня есть догадки, но позволь, я сохраню их при себе. Могу лишь сказать, что животное испытывало страшные муки.

– Крови нет, – пожала плечами Макрена, отойдя от клетки.

– Крови нет, но есть кое-что поинтереснее, – Алиена подняла с пола клок шерсти.

– Что это?

– Это шерсть животного, которого держали в клетке. Самое интересное, что она подпалена. Смотри, – Алиена отдала клок ученице. –  Видимо, зверю досталось.

– Алиена, идите сюда, – подозвала девушка провидицу. – Здесь стул, поломанный, и куча пепла.

– Вижу, – кивнула Алиена, – да и стулу от огня досталось. Не знаю, что здесь происходило, но не думаю, что сможем найти ответ на вопрос сейчас. Идём. Зайдём в одну деревеньку и возвращаемся в Антарию. Эл тебя заждался, – улыбнулась Алиена.

Глава 23.

За 200 лет до восстания тёмных эльфов. Древние Времена Антарской истории.

– Уходи! И не возвращайся сюда! Демон! Видит Симорг, я никогда не желала родить чудовище!

Дверь захлопнулась. Молодой эльф остался стоять перед домом. Душа наливалась сухой горечью и обидой. Слёзы подкатывали к глазам, но эльф не позволял себе плакать. Мама отреклась от него. Отреклась. И больше никогда не обнимет, не согреет. Теперь он остался один против огромного, неизвестного мира, где одарённый считался проклятым. Эльф обернулся и побрёл прочь из города, куда его семья была изгнана советом эльфов после неудачного обряда определения. Обряда, на котором он был признан опасным.

Мать Мара, захлопнув перед носом сына дверь, поспешила убедиться, что от вспыхнувшего огня не осталось и искорки. В спальне держался запах гари. Женщина приоткрыла окно. Присев на кровать, она в бессилии закрыла лицо руками и заплакала. Несколько минут плечи женщины дрожали, а комнату заполнял плач. Вдруг стон прекратился, а женщина вскочила с кровати и побежала во двор, осознавая, что натворила. Мара не было. Ни во дворе, ни в городе. Он ушёл. Ушёл, потому что она, родная мать, отказалась от него и выгнала на улицу. Выгнала, признав монстром.

***

Спустя один год

Мар долгое время жил, как все дворовые мальчишки: воровал, подрабатывал, где мог, перебивался от скудного обеда до завтрака. Эльф старался как можно реже приближаться к Лову, городу, где жила его мать. Чаще его видели возле деревенских поселений. Он крал с полей овощи и фрукты, едва успевая убегать от сторожа.

Живя в одиночестве, Мар стал замечать, что странности, происходящие вокруг, вовсе не случайности, не зависящие от него. Он испугался. Стал бояться, что окружающие  правы и он, действительно, чудовище. Боялся до такой степени, что прятался в пещере весь день, лишь по ночам выходя на улицу.

Однажды в глубине пещеры что-то зашуршало. Мар услышал странные звуки, напоминающие уханье совы. Испугавшись, он метнулся поближе к выходу, лишь на мгновенья разглядев в темноте сверкающие глаза. Ноги подогнулись, отказываясь бежать. Страх заставил сердце выбивать бешеный ритм. В горле пересохло, а в голове застыла единственная мысль: «конец». Мар боялся даже шевельнуться. Когда неведомый зверь подошёл ближе, эльф разглядел лишь раскрытую пасть, небольшую, но с острыми пожелтевшими клыками. От ужаса закружилась голова. Мар, закрыв лицо руками, вскричал: «Нет». В этот же миг шерсть на животном вспыхнула ярким пламенем. В воздухе запахло жжёным мясом и шерстью. Животное, жалобно поскуливая, убежало туда, откуда пришло. Мар пытался успокоиться, но сердце, не веря, что всё позади, бешено стучало.

После этого случая Мар стал понимать, что странности на его стороне. Они помогают, когда тяжело. Оставалось лишь научиться обращаться к ним, когда нужно, а не когда те решат помочь.

***

Спустя одиннадцать лет

Мар развивал способности день за днём, в двадцать пять лет он превосходил тридцатилетних друидов в эльфийских поселениях. Теперь он не стеснялся появиться в городе, среди людей. Мама его не узнает, а прохожие не будут показывать пальцем на эльфийского оборванца. Оборванцем он уже не был. Взрослый, красивый эльф.

Мар решил не возвращаться к собратьям. Сила была подчинена, и уже никто не посмел бы назвать его монстром. Он не хотел. Эльф привык жить в одиночестве, лишь изредка выходя к людям, эльфам. Наблюдая за ними. Ничего не хотел менять в жизни Мар.

Мар не мог не заметить, что отличается от собратьев. Он сильнее их, сильнее друидов, что населяют эльфийские леса. Нередко задумывался над тем, почему так вышло. Везение? Или же есть в мире некоторое предназначение, которое ему суждено исполнить?

Однажды, закупая в Лову продукты, Мар заметил, как из ворот королевского замка неспешно вышла конница. Около четырёх десятков отменных коней и воинов. Двигалась конница стройной колонной, как на параде. Подковы выбивали ритм по мостовой. Их провожали, как героев.

– Куда они? Где-то идёт война с индулами? – спросил Мар у торговки.

– Нет, – ответила женщина, – варвары из-за гор вновь вторглись в Антарию. Нападают на деревни, грабят. Ужас! Королевская конница спешит на подмогу деревенским жителям.

Мар принял продукты у женщины и, развернувшись, последовал к уютной пещере в горах, которая много лет служила ему домом.

– Спешит, – усмехнулся Мар себе под нос, – за то время, пока их чествуют, убьют несколько десятков фермеров.

***

В небе собирались тёмные, грузные тучи. В горах остановился очередной отряд варваров, следующий в Антарию за богатствами и боевыми подвигами. Несколько сотен мужчин с загорелыми оголёнными торсами с опаской поглядывали на небо. Боги готовились излить гнев на землю.

– Почему их не волнует, что лишь единицы возвращаются из боевых походов, следующих в Антарию? – подумал Мар, глядя с высокого утёса на осевших варваров.

Последние несколько месяцев он заваливал каменными глыбами тропинки в горах, чтобы дикари не смогли приходить с набегами в его страну. Бравые воины не отступили, встретив на пути тупик. Они нашли тропку. Тропку, за которой не один день следил Мар.

– Вы вызвали гнев богов, – прокричал эльф в воздух. С этими словами из-за туч мелькнула ломаная линия. Молния, попав в утёс, отколола огромный кусок каменной глыбы, который свалился на головы отдыхавшим дикарям.

В лагере поднялась паника. Больше сотни лучших воинов было убито свалившимся валуном. Обломки, отколовшиеся от камня, искалечили несколько десятков мужчин. Будто стрелы, они пронзили плоть воинов. Кто-то услышал предостережение с небес. До предводителя быстро дошла весть о гневе божеств.

Мар наблюдал, как варвары спешно собирают палатки, продовольствие, грузят на повозки мёртвых и раненых. Они возвращались домой. Там они будут думать, чем же могли прогневать богов.

– Как дети, – спокойно подумал Мар. – Вскоре они вернутся, нужно придумать что-нибудь, чтобы не сидеть здесь вечно. Интересно, возможно полностью обезопасить Антарию от внешней угрозы?

Мар часто вспоминал, как много лет назад мама захлопнула перед ним дверь. Как окружающие эльфы признали его монстром. Помнил это и никогда не забывал. Даже спустя сотни лет будет помнить. Он будет помнить, чтобы доказать, что он не чудовище. Он просто не похож на других.

***

Год восстания тёмных эльфов. Древние Времена Антарской истории.

Много лет прошло с тех пор, как Мар начал преграждать путь варваров в Антарию. Дикари из-за гор бросили безуспешные попытки нажиться в этих краях и всё реже приходили к предгорьям Антарского хребта. У Мара появилось больше свободного времени. Он посещал дальние страны. Встречался с друидами самых разных народов и культур. Перенимал у них тайны магии. Куда бы ни завело эльфа путешествие, он всегда возвращался в Антарию, домой. Дом уже давно не был похож на пещеру. Настоящий замок, коридоры которого уходили вглубь горы.

Десятки, даже сотни лет прожил Мар на этом свете, но не замечал, глядя на отражение морщин на лице, седины на висках. Он не чувствовал усталости, хотя знал, что две сотни лет для эльфа - непреодолимый предел. Такой ли уж непреодолимый?

Как часто он осознавал свою уникальность. Как часто понимал, что отличается от всех эльфов Антарии. И вот теперь обнаружил, что пережил всех, кто с опаской посматривал на неконтролируемого подростка. Он пережил всех, кто называл его монстром. Всех, кто признал его опасным.

Глядя на отражение в воде, Мар пытался понять, для чего это дано ему. Зачем Симорг наделил его такой силой? Зачем даровал столь долгую жизнь? Он взывал по ночам к Богу, просил дать ответ, но ответом были лишь звуки природы, обыденные и такие странные.

Вернувшись из очередного путешествия, Мар заметил на горизонте огромный, легко мерцающий столб, уходящий в небо и пронзающий собирающиеся тучи. Основание его находилось на земле, в Антарии. Ничего подобного он ещё не видел. В душе зародилось странное чувство. Это была не тревога, скорее, надежда. От столба исходила мягкая приятная волна, тепло которой он почувствовал, даже стоя на холодном камне за много километров от источника.

– Вот он, ответ, – подумал Мар.

Времени не было. Нужно спешить к источнику. Мар скрестил руки на груди и прикрыл глаза. Секунда, и эльф почувствовал, что холодный камень гор сменила мягкая, рыхлая земля. Он открыл глаза. Слегка пошатывало. Не успел привыкнуть к телепортации. Диблонды говорили, что нужно время. Организм должен привыкнуть к нагрузкам, которые действуют во время перемещения. Он привыкнет. Привыкнет, как привык к другим подобным ощущениям, которые возникали после применения необычной магии, требующей огромной сосредоточенности и внимания.

Мар осмотрелся, он находился недалеко от озера, в непосредственной близости от столба энергии. Эльф не знал, что здесь произошло, но в округе стояли тысячи закованных в латы воинов. Удивлённые взгляды были направлены в центр  голубого столба. Там Мар заметил размытый силуэт эльфийки, возле которого огромная каменная глыба уходила под землю.

Через несколько минут после того, как камень скрылся под землёй, сияющий столб начал уменьшаться, будто уходя в землю. Постепенно сияние исчезло полностью. Эльфийка обернулась в его сторону. Улыбнулась воинам, смотревшим на неё, и произнесла:

– Всё кончено.

Сделав несколько шагов в сторону озера, эльфийка оступилась и упала на землю. Несколько эльфов побежали помогать ей.

– Провидица потеряла сознание от усталости. Ей нужно просто отдохнуть, – прокричал подоспевший друид.

– Любопытно, – подумал Мар, пытаясь понять, что здесь произошло, и хватило бы у него сил не упасть после подобного представления.

Эльфийку подхватили на руки и понесли прочь от озера. Колонна, состоящая из людей и эльфов, шла к Херосскому лесу. Мар отправился вслед за ними.  Лишь некоторые остались возле озера, нужно было помочь раненым, тем, кто не в состоянии радоваться победе.

Мар без труда понял, что провидица такая же, как и он. Особенная. Не похожая на других. Превосходящая не только сверстников, но и старших друидов. Он не мог понять, любят её или же боятся, называя за глаза чудовищем. Бесспорно, она сделала что-то великое. Вон как радуются воины и друиды. Она поставила решающую точку в этой битве.  Хотя страх всегда заглушал чувство радости, в особенности у людей. Может, она не в восторге от этой жизни? Может, мечтает о другой? О жизни рядом с эльфом, который похож на неё, который сможет понять? Именно это и хотел узнать Мар. Одиночество – не так уж и плохо, но, если оно затягивается на сотни лет, это начинает надоедать. Вместе им было бы легче найти ответы на любые вопросы.

Добравшись до Херосского леса, воины отнесли провидицу в хутрей, а сами отправились отмечать победу.

– Быстро они забыли о ней, – на лице Мара всплыла довольная улыбка. – Интересно,  кто-нибудь останется?

Мар выждал некоторое время, но в хутрей никто не поднялся. Эльф осторожно вошёл внутрь. Тишина. Лишь мерное посапывание доносится из спальни.

– Спит, – мелькнуло в голове. – Интересно, как быстро она восстановится?

Мар присел на стул возле кровати и стал ждать. Он не боялся, что сюда кто-нибудь заглянет. Не верилось в это. Даже если кто-то и решит поинтересоваться самочувствием спасительницы, Мар для них будет лишь эльфом, согласившимся присмотреть за эльфийкой.

– Интересно, как её зовут? – Мар смотрел на лицо девушки. – Как она жила, как узнала о том, что лучше окружающих? Как много я хочу о ней знать.

Мар осознавал, что провидица – возможность изменить наскучившую жизнь. Теперь он знал, что у эльфийки нет ни избранника, ни родных, даже хороших друзей нет. Положить на кровать и уйти отмечать победу. Словно оружие, которое в ближайшее время не понадобится.

Мар вышел из хутрея и обратился к эльфам, встретившимся на пути:

– Простите, напомните мне, как зовут провидицу, что помогла нам?

Эльф обернулся на товарища, пытаясь вспомнить её имя.

– Ниакис, – подсказал тот.

Мар кивнул в знак благодарности и последовал обратно в хутрей. Эльфы, которые так и не поняли, зачем у них спрашивали имя провидицы, поспешили к праздничному столу отведать вина из бокалов, поднятых за победу.

– Ниакис, – проговорил Мар в воздух. – Она такая же, как и я. Она не ровня этим эльфолюдям. Не ровня существам, так быстро забывшим о своих принципах, так быстро принявших стиль жизни людей.

***

Спустя тринадцать дней

– Они сочиняют песни о тебе, – обратился Мар к Ниакис, когда они прогуливались по Лову.

– Это приятно. Хотя кто знает, было бы то же самое, не исчезни я в ту ночь.

– Твоя пропажа взбудоражила умы бардов.

– Это точно, – усмехнулась Ниакис.

– Не боишься, что тебя узнают?

– Скажем так, надеюсь, что не узнают. Я ушла из Херосского леса за тобой, не желая жить той жизнью, что была у меня. Но это вовсе не значит, что я собираюсь себя ограничивать. Узнают – будет неприятно, но я вновь исчезну быстрее, чем узнавший успеет что-нибудь сделать. Кстати, ты обещал научить меня телепортации. Представляешь, что бы было, растворись я в воздухе на глазах у изумлённой публики.

– Научу, – кивнул Мар, – я научу тебя всему, что знаю сам. Нам нужно вместе держаться. Тем более, что планы мои теперь гораздо шире, чем обыденная охрана границ Антарии от варваров.

– Наши планы, – улыбнулась Ниакис. – Я и не думала, что смогу помогать Антарии, не выполняя чьи-то приказы.

– Сможешь, мы для этого и рождены…

***

Спустя шестьсот четырнадцать лет

Мар снял Длань Эрефа с постамента, на котором посох пролежал несколько сотен лет. По телу прокатилась волна приятного холода. От ощущения, какую силу он держит в руках, у эльфа замерло сердце. Ниакис, Ринт и Некрана будут рады узнать, что первый шаг сделан. Тем более учитывая то, насколько лёгким он оказался. Всё, что было нужно – найти местоположение храма, в котором хранилась Длань. Теперь очередь за Наследием Симорга. Ринт с Некраной уже отправились на его поиски.

Так странно. Мар прожил больше восьми сотен лет, чтобы понять, что от него требуется в этом мире. Чтобы осознать предназначение. Встреча с Ниакис, Ринтом, а после и Некраной лишь приближали осознание этого.

Давно. Спустя лет двести после его рождения, он осознал, что должен защищать родину. Антарию. Бывали времена, когда он думал, что защищать нечего. В Антарии сильная армия, умелые друиды. Варвары уже давно не посещали эти места. Но частые путешествия в разные страны помогли понять, что есть народы сильнее и могущественнее антарских. Не приведи Симорг, чтобы они возжелали завоеваний. Тогда никто не сможет помочь ни индулам, ни эльфам, ни людям. Никто. Кроме тех, кто в состоянии противостоять захватчикам. Кроме их четвёрки. Они называли себя детьми Симорга. Посланниками, чья участь вечно защищать Антарский народ от опасностей.

***

Спустя четыре месяца

– Да, – протянул Мар, глядя на запертого в клетку Снежного Барса, – как бы там ни было, но Симорг был самым мудрым из братьев. Заточить энергию в живое существо…

– Точно, – согласилась Ниакис. – Только сила Симорга не может быть исчерпана.

Четвёрка наблюдала за животным, метавшимся по клетке. Видимо, ему не нравилось новое жилище.

– Только подумать, этот барс сильнее каждого из нас, – проговорил Ринт, усмехнувшись.

– Интересно, зверь осознаёт, из-за чего пережил всех особей?

– Поверь, – отмахнулась Некрана, – он этого даже не замечает. Меняет самок, доказывает силу самцам.

– Да. Силы у него будь здоров, – согласился Мар. – Регенерация – не пустое слово для хищного зверя, вынужденного бороться за жизнь каждый день.

Эльф подошёл вплотную к клетке. Барс, не упустив момента, нанёс удар передними лапами. Раздался холодный звук от когтей, обрушившихся на прутья клетки. Мар отшатнулся, по щеке текла кровь.

– С ума сошёл, что ли! – вскрикнула Ниакис. – Он бы тебя убил, не будь клетки.

– Но клетка же есть, – ответил Мар, приложив руку к щеке. Эльф встал и проговорил, – готовьте процедуру переливания. Ниакис, – обратился он к избраннице, – ты не передумала?

– Нет.

– Будем надеяться, что у нас всё получится, – кивнул Мар.

***

Мар стоял на краю плато и смотрел вдаль, на бегущие облака. Когда со спины подошёл Ринт, Мар сделал шаг от пропасти.

– Барс мёртв? – спросил Мар.

– Да, – ответил Ринт.

– Что с Ниакис?

– Получила несколько ожогов, Некрана быстро приведёт её в норму. Энергия не даст долго ходить со шрамами.

– Может быть, – согласился Мар. – Если сама, конечно, не захочет.

– С чего бы это?

– Не знаю, – пожал плечами Мар.

Эльфы несколько минут молчали. Ринт проследил за взглядом Мара, но, не заметив там ничего интересного, опустил взгляд и пнул камень вниз.

– Знаешь, Мар. Ещё ничего не ясно. Может быть, всё получилось.

– Не думаю. Симорг наделил нас силой, но нам её стало мало. Ему это не понравилось.

– Возможно, мы попросту где-то допустили ошибку.

Мар покачал головой.

– Нет. Ошибки быть не могло. Переливание энергии прошло по всем правилам. Она попросту испарилась.

– Наверное, ты прав. Нужно будет разыскать Коготь Вайленда.

– Нет, – неожиданно резко отрезал Мар. – Сила Вайленда должна лежать там, где лежит. Её нельзя тревожить ни в коем случае.

– С чего это?

– Не важно. Я сказал, что мы прекратим поиски артефактов. Силы Эрефа достаточно. Даже силы нашей четвёрки хватило бы. Я уже начинаю жалеть, что мы начали это.

– Жалеть? – усмехнулся Ринт. – Когда ты в последний раз жалел о чём-то?

Мар промолчал.

– Как ты думаешь, – спросил Мар Ринта спустя несколько минут, – почему ни Ниакис, ни Некрана не могут иметь детей?

– Не знаю. Мы уже думали об этом. Я считаю, что рождение детей необходимо лишь, чтобы сохранить род. Мы же бессмертны, и продолжать род вовсе не обязательно.

– Я тоже так думал, – сказал Мар, посмотрев на эльфа, – но теперь понял. Если бы у нас с Ниакис были дети, мы бы нарушили баланс сил. Баланс, за которым следят сами боги. Они не допустят нарушения равновесия.

Ринт скептически улыбнулся.

– Я схожу в замок, узнаю, как там Ниакис.

– Нужно похоронить барса, – проговорил Мар ему вслед.

***

Спустя двадцать три дня

Мар сидел на утёсе и смотрел с высоты на поселение индулов. Нельзя истреблять эту расу, как бы ни была она опасна для эльфов и людей. Антария много потеряет с исчезновением индулов.

За спиной раздался едва уловимый шум. Возле него появилась Ниакис.

– Тебя трудно найти, когда ты отдыхаешь, – резюмировала эльфийка.

– Ничего не могу с собой поделать, – ответил он и, встав, поцеловал девушку. Ниакис сияла. Её улыбка напоминала улыбку девчонки-подростка. – Мар. У нас будет ребёнок.

– В Антарии родился очередной сын Симорга? – без особого энтузиазма уточнил Мар.

– Не совсем. У нас будет родной ребёнок. Я беременна и это абсолютно точно. Некрана сказала, что ошибки быть не может.

На лице Мара всплыла ухмылка. Он не мог понять, стоит ли выливать наружу радость, нахлынувшую на него. Боялся, что Ниакис его разыгрывает.

– Это правда?

– Да! – вскричала Ниакис.

Мар улыбнулся и, бросив взгляд в небо, произнёс:

– Значит, я ошибался. Я очень надеялся, что ошибался. Как назовём? – спросил Мар.

– Узнаем, мальчик или девочка, тогда и назовём.

– Лучше бы мальчик, – протянул Мар.

– Посмотрим, – загадочно улыбнулась Ниакис.

– Думаешь, энергии у него будет не меньше нашей? – обеспокоился Мар.

– Определённо. Если и меньше, то она всё равно будет превосходить энергию рядового друида.

– Это ж отлично, – рассмеялся Мар.

– Кстати, – вспомнила Ниакис, находясь в объятиях эльфа, – есть информация об Ирене, той, которую Алиена воспитывала.

– Ну?

– В общем, она уже два года как обучается сама, но… В общем, шанс мы вновь  упустили, эльфы леса, видимо, уяснили, какую пользу из неё можно извлечь. Не знаю, что с ней сделали, но она наотрез отказывается покидать поселение, несмотря на наши предложения.

– Хм… – нахмурился Мар, – с одной стороны, это не такая уж и большая потеря теперь, когда у нас будет ребёнок. Хотя и от Ирены можно было бы пользу извлечь. Вы её так просто не отпускайте, попытайтесь привлечь. В конце концов, она ребёнок, может, поддастся. Только силу не принимайте, кто знает, что она сотворит, если разозлится.

– Хорошо, – улыбнулась Ниакис и поцеловала эльфа.

***

Спустя семь месяцев

Холодный пот. Страх. Если бы это был ночной кошмар, думал Мар, глядя на спящую рядом Ниакис. Он пытался успокоиться и привести мысли в порядок. Их сын Ниамар спал рядом, в колыбели. Он родился совсем недавно. Младенцу не исполнилось даже месяца, а Мар уже знал, кем он станет и что его ждёт.

– А мать называла меня чудовищем, – мелькнула в голове мысль.

***

– Ты понимаешь, что говоришь? Мар! – вскричала Ниакис, опираясь руками на стол, за которым сидела вся четвёрка. – Убить Ниамара только потому, что он заключил в себе часть нашей силы и мощь Симорга.

– Ниакис, – успокаивал её Мар, – послушай меня. Дело не в его силе. Мне пришло видение. Наш сын погубит эльфов Антарии. Он опасен. Никто не способен научить ребёнка контролировать такую энергию.

– Это мой сын! – вскричала Ниакис.

– Я знаю. Он и мой тоже, но мы поклялись защищать народы Антарии любой ценой.

Некрана и Ринт сидели понурившись. Молчали, боясь сказать что-то лишнее. Они наверняка имели мнение, но не считали его хоть сколько-то важным. Сейчас решение лежало всецело на Маре с Ниакис.

– Как он погубил столько эльфов? За что?

– Я уже объяснял. Произошла какая-то непонятная вспышка.

– Вспышка! – закричала Ниакис. – Ты с ума сошёл из-за Антарии! Он не сможет погубить тысячи эльфов! Ему это незачем.

– Правда? Мотивы у каждого из нас, в том числе и у повзрослевшего Ниамара могут быть свои. А насчёт «может», «не может». Вспомни, много ли можешь ты? Преумножь свои способности в три раза, и ты поймёшь, на что может быть способен Ниамар.

– О, Симорг! – взмолилась Ниакис, – если бы я только знала, что в день переливания я уже носила ребёнка.

– Я прошу тебя, успокойся и подумай.

– Здесь нечего думать, – оборвала избранника Ниакис. – Я не позволю тебе убить Ниамара.

***

Спустя два дня

Мар вторую ночь спал беспокойно. Он ушёл из спальни. Не мог находиться рядом с Ниакис, рядом с сыном. Он не отступится, он знает, что Ниамар опасен. Его сын - чудовище, способное погубить целые поколения эльфов.

Мар встречал рассвет на утёсе. Здесь мысли легче было приводить в порядок.

В какой-то момент он почувствовал, что его ищут. Ринт и Некрана чем-то обеспокоены. Что-то случилось в замке. Не теряя ни секунды, Мар вернулся домой. Найти их не составило труда, они находились в спальне Мара. Ниакис лежала на полу, возле двери. Некрана держала её за руку, а Ринт стоял рядом, искоса поглядывая на Ниамара.

– Что произошло? – спросил Мар у друзей, присев возле Ниакис.

Лицо избранницы было обезображено от ужаса, она пыталась что-то сказать, но слова застревали на подступах к горлу. Глаза провидицы бегали, лишь на мгновения задерживаясь на лицах друзей.

– Он… – наконец произнесла она, – Он… Я видела его… – эльфийка произносила фразы, каждый раз набирая в грудь порцию воздуха, каждый раз пересиливая себя. –   Это страшно… Я хотела убить… Чтобы не допустить… – Ниакис недоверчиво посмотрела в сторону колыбели, – но меня отбросило… Отбросило к стене, а в грудь ударила… Молния…

***

Спустя восемь дней

Дверь в портовом районе протяжно скрипнула, из дома вышел эльф со шрамом на правой щеке. Древо, вышитое на рясе, переливалось на солнце. Мар оглянулся по сторонам и, не заметив любопытных глаз, испарился в воздухе.

Появившись перед тремя вопрошающими взглядам, он кивнул и произнёс:

– Согласился. Я передал ему Ниамара.

Троица облегчённо вздохнула.

– Думаешь, справится? –  спросила Ниакис нерешительно.

– Не знаю. Время покажет.

– Ниамар будто под защитой Симорга находится, – проговорил Ринт, – кто знает, правильны ли наши попытки погубить его. Сам подумай, Мар, Ниакис, ты, даже мы с Некраной пытались убить его. Не удаётся. Мы оставляли его в лесу. Находят. Скидывали со скалы. Он осторожно, будто пёрышко, опускался на землю. Думаешь, это случайности?

– Не Симорг его защищает! – с яростью прокричал Мар, уперев взгляд на Ринта. – Не Симорг, а сила, спрятанная в нём, и кровная связь с нами. Симорг не может защищать того, кто погубит эльфийский народ.

– Кровная связь, – отвернулся Ринт. – Каким образом я и Некрана относимся к Ниамару? Мы ему не родственники. Даже не дальние.

– Его сила защищает, – парировал Мар, – у него столько энергии, что она думать за него может. Поверь, Ринт, ты не видел того, что видели мы. Тебе не понять. Но Симорг не может защищать этого парня. Он уничтожит целый народ в будущем.

***

В доме портового района, на грязном, изорванном матрасе, лежал эльфийский малыш. Он довольно улыбался и дёргал руками, пытаясь поймать муху, летавшую вокруг. Возле парня лежал кинжал с тонким изогнутым лезвием. В воздухе витал противный запах прожженной кожи. На полу, в углу дома, лежал обгорелый труп взрослого мужчины, от одежды которого ещё шли струйки дыма. Лицо было обезображено огнём. От самой кровати до трупа мужчины шёл след от клочьев подпаленной одежды. Жужжание мухи и повизгивание ребёнка смешались с настойчивым стуком в дверь.

***

– Его отдали эльфийской семье из Руанского леса, – проговорила Некрана.

Взгляд Мара забегал по зале.

– Что будем делать? – спросил он у друзей.

– Не знаю, – покачал головой Ринт. – Если даже человек со стороны не смог убить, уже ничто не сможет.

– Мы должны уничтожить парня, – прорычал сквозь зубы Мар. – Иначе эльфам конец, всё ради, чего мы жили, умрёт.

– Есть предложения? – спросила Ниакис без единой эмоции в голосе.

– Есть. Думаю, есть, – Мар долго смотрел на пламя свечи и молчал.

– Рассказывай, – поторопил его Ринт.

– Нам нужно найти человека, способного убить всех Южных эльфов, – проговорил он, тяжело вздохнув.

– Ты в своём уме! – вскочил Ринт со стула.

– Ты собираешься убить эльфов раньше Ниамара? Чтобы он не успел?

– Я собираюсь убить Южных эльфов, чтобы Северные после возродили расу. Ниамара не удалось убить наёмнику, потому что на нём остались следы нашей энергии. Мы дали приказ убить именно его, тем самым обеспечив парню защиту. Теперь же мы поручим человеку убить всех южных эльфов. Более того, для уверенности, человек будет лишь предводителем. Убивать будут индулы. Вместе с остальными умрёт и Ниамар. Это вынужденная жертва, но она спасёт эльфийский народ, – Мар встал и подошёл к окну.

– Ты точно сошёл с ума! – Ринт схватил Мара за плечи и развернул к себе лицом. – Ты хоть понимаешь, что собираешься столкнуть два ни в чём не повинных народа!

– Понимаю, – кивнул Мар. – Мы же хотим сохранить эльфийскую расу.

– Я не поддерживаю твою идею.

– Я не прошу тебя о поддержке. Я дам человеку в помощь Длань Эрефа, думаю, с ней он справится. Ниакис, Некрана, вы со мной?

Эльфийки кивнули. Ринт, глядя на избранницу, повернулся к Мару. На лице отразилась полная обречённость.

– Что ж, в таком случае, ты можешь рассчитывать и на мою помощь, – кивнул Ринт и, развернувшись, покинул залу.

Глава 24.

Эл познакомил Сун с Макреной. Когда он увидел их рядом, в сердце вновь зародилось сомнение. Кто ему нужен? Он понимал, что если продолжит игру в «просто друзей» с обеими девушками, может остаться в одиночестве, но и совершить ошибку, о которой будет сожалеть, не хотел.

– Послушай, Прут, – спросил он у друга, когда остался наедине с ним, работая в поле, – я понимаю, что просил не поднимать более эту тему, но всё же. Почему я не такой, как все?

– В смысле? – не понял Прут.

– Ну, смотри, когда человек или эльф влюбляется, он точно знает, что любит. А я не могу понять, кого я люблю и люблю ли вообще.

На лице Прута всплыла ироничная ухмылка.

– Вот ты о чём. Значит, не можешь решить, кто из них дороже?

– Не могу.

– Знаешь, я сам не влюблялся ни разу, ничего сказать не могу. Для меня все девушки на одно лицо. Так, совет, больше дружеский. Представь себе, что Сун – эльфийка.

– Зачем? – улыбнулся Эл, мысленно перекрасив тёмные волосы Сун в солнечный цвет.

– Чтобы дать им равные шансы, – пожал плечами Прут и, взяв лопату, продолжил перекапывать вверенный ему участок.

***

Ирена собрала Верховный Совет, члены которого, были избраны после заключения союза с Северными эльфами. Кроме самой провидицы, а также её избранника Димара, право голоса в совете имели Алиена, Волак, Сурт, а также Кардин, эльф, возглавлявший группу, которая пряталась в замке короля Элбера. Сейчас все они собрались в хутрее верховной семьи. В хутрее, который до сих пор находился на границе между двумя мирами.

Ирена объяснила собравшимся эльфам причину, по которой она созвала совет. Она рассказала всё, что известно о странных, чёрных, как их называла сама Ирена, эльфах.

– Теперь нам нужно решить, что делать с ними, – сказала Ирена, когда рассказ о странных эльфах был закончен. – Одно ясно точно - сбрасывать со счетов их нельзя. Однажды они уже вознамеривались уничтожить Южных эльфов. Не исключаю, что они захотят повторить неудавшуюся попытку. С другой стороны, непонятна их позиция, касающаяся варваров. Члены чёрных эльфов защищали Антарию от вторжения извне? Зачем? Моё мнение состоит в том, что  чёрные попросту сменили приоритеты, когда в их главе встал новый эльф. Прошу, высказывайте ваши мысли.

Алиена покачала головой.

– Не думаю, что эльфы могли сменить приоритеты столь быстро, со сменой лишь одного лидера, здесь дело в чём-то другом. В чём, сказать не могу. Помимо их целей меня беспокоят методы, которыми они руководствуются. Как говорила Ирена, в их брошенном замке мы обнаружили доказательства того, что они перекачивают энергию из одного живого существа в другое. Подобное убивает или калечит если не обоих участников переливания, то одного уж точно.

– А что мы сейчас можем сделать, если даже не знаем, где искать этих черных? – спросил Кардин. – Тем более если учесть то, что в их руках может находиться Наследие Вайленда и Симорга.

– На нашей стороне сила Ирены и Эрефа, думаю, этого достаточно, чтобы побороться с этой организацией, – возразила Алиена.

Димар после этих слов осёкся и перевёл взгляд на Ирену. Он знал, что сила Эрефа более не поможет, она по какой-то причине истощилась. Да и Ирену посылать на войну он попросту не позволит, тем более сейчас, когда она ждала ребёнка.

– Я поддерживаю Кардина, – кивнул Сурт, – и не вижу смысла в этом совете. Мы попросту не знаем, где находятся эльфы, чтобы пытаться воевать с ними.

–  В таком случае, что вы предлагаете? Забыть о них? – спросила Ирена.

– Зачем же? Не забывать, но и не зацикливаться. У нас и без того дел хватает.

– А если они нападут?

– Попытаться дать отпор. Такой, на который способны.

Волак обратился к Ирене.

– Послушай, с момента смерти колдуна прошло не много ни мало три месяца. Эльфы не давали о себе знать. Может быть, они добились цели, к которой стремились? Может быть, у них вновь сменился лидер, который проповедует другие идеалы? Мы не можем знать, что у них произошло, однако мы видим, что чёрные не трогают нас. Возможно, это и к лучшему. Не будем бояться зверя, который пять лет назад перегрыз кур во всём селе. Достаточно возле входа держать вилы. На случай, если зверь вернётся.

–  Что ж, –  кивнула Ирена, –  в таком случае, предлагаю проголосовать за то, чтобы забыть о чёрных эльфах и вернуться к решению других проблем.

В воздух взмыло три руки. Сурт. Кардин. Волак.

– Я предпочитаю воздержаться, – улыбнулась Алиена.

– Чтобы не чувствовать вины, на случай, если совет допустит ошибку? – с такой же улыбкой спросила Ирена.

– Чтобы не затягивать бессмысленный совет, – ответила уже без улыбки Алиена.

– Что ж, в таком случае, решение принято. Перейдём к обсуждению следующего вопроса.

***

– Давно мы все вместе не собирались, – проговорил Мар, оглядывая нисколько не изменившихся за это время друзей. Они находились в зале замка, который был построен на самом краю света: на юге от замка находилось бескрайнее море, а север окружен неприступными горами. – Думаю, нам пора уже решить, оставаться здесь или бросить Антарию. Парень взрослеет, а значит, недалек тот день, когда энергия выйдет из-под контроля и он погубит эльфов.

– С чего бы это? – проговорила Ниакис, лениво переведя взгляд на Мара.

– В смысле? – осёкся Мар.

– В смысле. С чего ты решил, он погубит, – без тени эмоции на лице и в голосе проговорила Ниакис.

– Как это? Тебе же тоже было видение?

– Да, было. Но сколько всего произошло, а больше видений не было. Эльфы обучают Ниамара контролировать энергию. Ничего дурного до этого дня не происходило. У него нет никаких злых мыслей касательно эльфов. Нет никаких предпосылок к осуществлению видения. Видимо, в своих попытках убить его мы что-то сдвинули в истории событий так, что судьба повернулась в лучшую сторону.

– Маловероятно, – покачал головой Мар.

– В любом случае, – влез в разговор Ринт, – мы уже ничего не сможем изменить. Все наши попытки тщетны. Ни мы сами, ни человек со стороны, даже мощь Симорга не смогли его погубить. Нам остаётся надеяться, что Ниакис права, и мы что-то сдвинули в судьбе этого парня.

– А если я скажу, что мы попробовали не всё?

– Например? – спросил Ринт.

– Что, если дать ему самому убить себя?

– Ага, – рассмеялся Ринт. – Он ждёт не дождётся, когда ты это предложишь.

– Он не ждёт. Но если узнает, что из-за него погибли многие эльфы, думаю, его человеческое воспитание возьмёт верх. Убитый горем, он наложит руки на себя.

– Ты удивляешь меня, Мар, – с лица Ринта не сходила задорная улыбка, – сам-то веришь, что парень убьёт себя, когда узнает всю правду?

– Я следил за ним больше вашего. Думаю, если рассказать ему правду, расставив правильные акценты, он посчитает виновным именно себя.

– Что я могу сказать, – продолжил Ринт, – удачи. Могу лишь повторить, что я солидарен с Ниакис. Парень не представляет особой опасности. Мы слишком много волновались из-за одного видения. Что бы вы с Ниакис там не увидели, оно уже не произойдёт. Ты наблюдал за этим парнем? Так присмотрись повнимательнее. Он оленёнка не убьёт, даже когда будет мучиться с голоду, просто потому что этот зверь – детёныш. В нём сострадания и сочувствия больше, чем во всех нас. А ты говоришь…

– Он убьёт их, не желая того. Вы видели, что может энергия, когда парень столкнулся с Амбассором.

– До сих пор энергия выходила, только когда мы были рядом, – покачала головой Некрана.

– Ладно. Я лишь хотел получить вашу поддержку. Видимо, не дождусь. Всё равно делать буду сам, без вас.

После этих слов Мар исчез в воздухе. В душе у тройки эльфов осталось какое-то пятно. Будто они поступили не так, как было нужно.

– Как думаете, – кивнула Некрана в сторону того места, где только что стоял Мар, – у него получится?

– Не знаю, – пожал плечами Ринт, – в одном он прав – если парень умрёт, нам всем будет спокойнее.

Ниакрис сверлила взглядом стену и шёпотом, так, чтобы её услышали другие, произнесла:

– Если Мар подойдёт к Ниамару, он может спровоцировать энергию.

– Мы попытаемся остановить его? – уточнил Ринт.

– А ты думаешь, что Мар не догадывается об этом? – усмехнулась Ниакрис. – Он больше надеется на открытый бой и опыт. Думать, что Мар верит в наивность Ниамара – глупо. Мару надоело жить в страхе. Надоело просыпаться от кошмаров по ночам. Сегодня либо он убьёт парня, либо парень  убьёт его.

***

Эл лёг спать уже за полночь, работа в поле выматывала быстрее, чем раньше. Накладывали отпечаток ежедневные занятия по контролю энергии, которые теперь уже проводила Алиена. К вечеру тело требовало мягкой постели и долгого сна.

Алиена сказала, что не может быть уверена в том, что Эл сможет усмирить энергию, вырвись она вновь. Проверять не стала бы даже под угрозой пыток. Чересчур высок был риск того, что Элу не удастся перебороть напор, а Ирены с посохом рядом уже не будет.

Брать столько, сколько нужно. Это он умел в совершенстве. Месяцы занятий не пропадали даром. Лёгкие покалывания или ожог от испускаемых молний? Парень прекрасно чувствовал разницу. Ливень с неба или лёгкий моросящий дождик? Эл без проблем держал дозволенную границу. Сжечь лес или разжечь обеденный костёр? Что может быть проще, когда умеешь контролировать изливаемую энергию.

Эл чувствовал себя настоящим друидом. Он постоянно удивлял друзей, используя магию в качестве развлечения. Теперь он не боялся её. Теперь энергия подчинялась ему, а не наоборот.

Проснулся Эл от лучей утреннего солнца, проникающих сквозь листву. Нехотя откинул одеяло и сел на кровати. Взгляд выхватил какой-то небольшой листочек, лежавший на тумбочке, возле кровати. Протирая глаза, Эл взял бумажку и прочитал записку, написанную незнакомым почерком: «Если хочешь получить ответы, приходи к пещерам на острове».

– Забавно, – мелькнула мысль в голове.

Эл отложил записку обратно на тумбочку и, отправившись умываться, решил чуть позже подумать, на какие вопросы предлагаются ответы. Сполоснув лицо, он уделил чуть больше внимания глазам, которые до сих пор желали закрыться и вернуться ко сну. Махровое полотенце согнало остатки сна. Эл оделся, огляделся по сторонам и, схватив со стола яблоко, принесённое с отцовского участка, отправился к Алиене. Провидица до сих пор спала. Эл, чтобы не терять зря время, решил прогуляться по лесу перед занятиями по контролю.

Он догрыз яблоко. Лёгкий тёплый ветерок придавал лёгкости и убаюкивал. Сон вновь начал подступать. Эл присел на берег лесного озера и в очередной раз промыл глаза. Рядом какой-то паренёк бросал камни, пытаясь заставить их скакать по воде. У него плохо получалась. Обычно камень шёл ко дну уже после второго раза.

Разглядывая отражение, искажённое от кругов, расходившихся по воде, Эл вспомнил о записке, которую нашёл в хутрее. В голову полезли самые разные мысли. В первую очередь нужно было понять, кто желает дать ответы и на какие вопросы. Конечно, если не указана область, значит, вопросы могут быть самые разные. Вот только кто мог ответить на любой вопрос? Никто. Наверное, даже сам Симорг не знает ответов на все вопросы. Значит, автор записки имел в виду какие-то конкретные. Какие? Которые мучают больше всего? Возможно.

Эл начал судорожно вспоминать, на какие вопросы он хотел бы узнать ответы немедля. В сознании сразу же всплыли несколько: Кого из девушек я люблю? И если обоих, то кого больше? Ребёнок Ирены будет таким же, как и Димар, невысоким? И самый главный вопрос: сможет ли Эл встретить ещё раз единорога, которого выручил в Сайлорском лесу? Он смутно помнил, как расстался с прекрасным существом. Хотел ещё раз посмотреть на него, прикоснуться к его белоснежной гриве, посмотреть в умные, красивые глаза. Скорее всего, именно на эти вопросы желает ответить некто. Откуда он знает ответы? Не важно. Если ответит.

Другой вопрос, кто это ответчик. Им может быть заблудший маг, сродни тому, кого встретил Эл в Херосском лесу, разыскивая лук для обучения. Может быть, кто-то из его знакомых,  решивших устроить сюрприз ни с того ни с сего. Да мало ли кто хотел помочь измучившемуся парню. Может быть, его терзания в поисках ответов настолько заметны, что вокруг соберутся толпы сострадателей, готовых помочь.

За что ему положено получить объяснения, Эла интересовало меньше всего. Мало ли на свете странных людей, желающих помочь безвозмездно. Может быть, сам единорог желал отблагодарить Эла за спасение. Всё могло быть. Ответ на три вопроса: кто, зачем и какие. Он получит, только наведавшись на остров. Время в записке указано не было. Значит, любое. Эл решил, что вполне удобно будет съездить за ответами после занятий.

Единственное, что на мгновение смутило эльфа – отсутствие подписи под запиской, но, решив, что всему виной попытка автора напустить загадочности, Эл успокоился.

Только нужно будет убежать от Макрены. Она наверняка решит, что Эл направился к друзьям. Может неправильно понять, не возьми он её с собой. Что-что, а ответы на нужные ему вопросы девушке лучше не слышать.

Поймав себя на мысли, что находится в предвкушении встречи на острове, Эл вновь ополоснул лицо и отправился к Алиене. В голову одна за другой приходили образы загадочного ответчика: единорог, Прут, решивший разыграть друга, седой старец, умеющий просчитывать будущее. Самым необычным был трёхглазый человек, который видит и понимает больше других, но Эл быстро прогнал такие мысли. Какими-то сказочными и нереальными они были. Хотя возможность чего-то необычного доставляла удовольствие Элу. В конце концов, не каждый день появляется шанс встретить кого-то необычного, знающего ответы на вопросы, не касающиеся его.

– Я ему голову оторву, – решил Эл, когда в голове снова всплыла мысль, что это всего лишь шутка Прута.

***

Каждая минута занятия Алиены на этот раз текла несправедливо долго. Эл с ума сходил от желания узнать, кто автор записки, и на какие вопросы он желает дать ответы. Но всё когда-нибудь заканчивается. Когда провидица сказала волшебные слова (на сегодня хватит, думаю, осталось ещё пару занятий, чтобы закрепить результат),  Эл сорвался с места, взял коня из загонов поселения и поспешил к острову.

Добравшись до реки, которая отделяла островок от большой земли, Эл оставил коня пастись на лугу, а сам вплавь перебрался на другой берег. Эльф точно знал, что скакун никуда не уйдёт, тот чутко относился к просьбам хозяина.

Выбравшись из воды, Эл заметил плот, лежавший в стороне. Тот самый плот, на котором Эл  приплыл на остров впервые.  Он уже был испорчен временем и сыростью. Эл с горечью подумал, что обратно вновь придётся перебираться вплавь.

Взгляд эльфа скользнул по канаве, оставленной после битвы с колдуном. Она уже зарастала травой. Скоро ничего не будет напоминать о той битве.

В голову пришла мысль, что именно Амбассор решил дать ответы на какие-то вопросы. Может быть, он не всё рассказал Ирене в то утро? Единственное, что было непонятно – почему он не высказал желания встретиться с провидицей. Почему позвал Эла?

Эл отвлёкся от глупых рассуждений. Он на острове, а значит, скоро узнает, кто его позвал. Парень продвигался всё ближе к пещерам, в которых прятался от зловещего колдуна. Он тогда и подумать не мог, что именно ему придётся остановить Амбассора. В голове всплыли картины из того дня. Дождь. Непонятное сияние. Эл, в остервенении бьющий клинком по посоху. Вставший на пути Димар. Потом Архин с Иреной. По спине пробежал холодок от воспоминаний.

Эл вновь отбросил в сторону неприятные мысли. Он был у пещеры. Но никого не заметил в округе.

– Я думал, ты придёшь гораздо раньше, – услышал он откуда-то сверху. – Я тебя уже не один час жду.

Эл поднял голову и увидел эльфа. Он сидел на одной из веток дерева. Облачён был эльф в странную чёрную рясу. Эл сразу вспомнил рассказ Амбассора об эльфах, которые вручили ему посох. Рукой он проверил, на месте ли клинок. Не зря он всегда брал его с собой.

Эл начал лихорадочно думать, зачем его позвал сюда этот странный эльф. В груди зародились тревога и злость на самого себя за то, что оказался таким беспечным. Нужно было рассказать кому-нибудь, куда отправился. Теперь поздно. Даже мысли о том, что он умеет управлять энергией, не успокаивали. Эльф, который умеет исчезать в воздухе, наверняка превосходит по силе даже  Ирену.

– Кто вы? – спросил Эл, глядя на эльфа.

– Я тот, кто назначил тебе встречу, – спрыгнул на землю Мар.

– И что, вы можете дать мне ответы? – сделал шаг назад Эл.

– Могу, – кивнул эльф. – Ты, наверное, хочешь знать, кто твои настоящие родители.

– Нет, не хочу, – пожал плечами Эл. – Я не видел их никогда и до недавнего момента даже не знал об их существовании. Зачем мне интересоваться ими? Раньше было любопытно посмотреть на них, узнать, из-за чего меня отдали людям, но теперь даже это не важно.

– Что ж, – слегка смутился Мар, который был уверен в противоположном ответе, – в таком случае, мне нужно тебе кое-что рассказать. – Мар задумался, пытаясь подобрать нужные слова. – Знаешь… Ты знаешь, что нападение на твою деревню не случайно?

– Знаю, – кивнул Эл, силясь понять, для чего эльф спрашивает у него об этом.

Мар вновь осёкся. Похоже было, что в очередной раз он услышал совсем не то, что ожидал.

– На деревню напали по твоей вине и люди, погибшие в ту ночь, погибли из-за тебя.

– Я знаю, – кивнул Эл. Подобный разговор всё меньше нравился парню. – Я встретил индула в лесу, тот убежал и привёл сородичей.

Мар улыбнулся, будто этот ответ понравился ему больше предыдущих.

– Понимаешь, Эл, твои родители были необычными людьми. Я имею в виду, настоящих родителей, а не тех, что взяли тебя на воспитание. Они подарили тебе ту силу, что течёт в тебе. Ты знаешь, что эта сила превосходит и мою мощь, и мощь Ирены. Понимаешь, то, что сейчас происходит в мире, во многом зависит от тебя. От того, что течёт внутри тебя. Понимаешь?

– Не совсем, – помотал головой Эл.

– Многое произошло по твоей вине. Истребление эльфов, разделение Антарии… Возможно, ты этого не желал, но…

– Вы хотите сказать, что сотни эльфов погибли из-за меня? – улыбнулся Эл, поняв, что ему хочет сказать Мар.

– Да. Я не виню тебя. Ты не можешь контролировать то, что внутри тебя, но это не конец. Энергия вновь проявит себя и ты, не сумев её усмирить, вновь погубишь  многих невинных.

Эл кивнул.

– Можно вопрос? – спросил Эл, осмелев.

– Конечно.

– Как энергия, текущая во мне, заставила вас отдать Длань Эрефа Амбассору? Ведь именно вы захотели погубить эльфов. Вас что, совесть грызёт? И вы решили убедить меня, что смерть эльфов лежит на мне? Может, вы себя хотели в этом убедить? – злость переполняла Эла, и он не заметил, как его тело окутывает голубое сияние.

– Ты не понимаешь. Твоя энергия опасна.

– Для вас? – спросил Эл и, выхватив меч из-за спины, нанёс удар. Он понял, что именно эти странные эльфы – причина всех бед. Истребление эльфов, смерть его близких и родных в Фавере - всё это произошло из-за этих эльфов. Элу было глубоко плевать, чего хотел от него один из них. Сам Эл желал лишь одного -  прервать цепь бед, уничтожать на корню их причину.

В руках Мара возник лёгкий элегантный клинок, которым эльф без труда блокировал первый удар.

– Для всех! – прокричал Мар, отпрыгнув в сторону. Эльф скинул чёрную рясу, под которой оказался практичный, удобный охотничий костюм стального цвета. – Ты не можешь её контролировать, в будущем она погубит сотни, тысячи эльфов.

– Ваш рекорд мне точно не побить, – проговорил Эл.

Он контролировал энергию, чувствовал, что может остановить её в любой момент, но сейчас он не хотел этого. Сейчас Эл позволял делать ей всё, что заблагорассудится.

Мар не собирался уступать парню. Магией его не победить. Значит, нужно поразить клинком. Всего лишь один смертельный удар, и всё будет решено. Мару удалось подойти к Элу достаточно близко, а значит, и нанести удар шанс есть.

Эл наносил удары, отводя и блокируя выпады соперника. Мар не позволял парню придумать что-либо, поэтому Элу приходилось довольствоваться обычными приёмами дуэли. Надеяться, что один из соперников вскоре выдохнется, было глупо.

Отскочив в сторону после очередного удара, Эл на секунду отвёл меч, чтобы ударить соперника разрядом молнии, но это лишь раззадорило Мара. Он увеличивал скорость нанесения ударов, и Эл едва успевал уходить от них. Защита от магии Мара была не хуже, чем Эла.

В какой-то миг Мар исчез. Эл опешил лишь на мгновение, но, вспомнив об удивительных способностях соперника, отпрыгнул в сторону. Парень ожидал появления противника лишь несколько секунд. Эльф появился за спиной Эла, но не успел нанести удара. Молодой эльф пнул врага ногой, попав  по коленной чашечке. Мар взвыл от боли, но отступать не стал. Эл воспользовался секундным преимуществом и, развернувшись, продолжил бой.

В очередной раз, испарившись из поля зрения Эла, Мар появился в нескольких метрах от него, на каменной глыбе, что лежала возле входа в пещеры.

– Лет двадцать назад мне было видение, – заговорил Мар. – В нём ты уничтожил всех эльфов. Не сумев сдержать энергию, ты погубил целый народ. Вручив Амбассору посох, мы хотели лишь одного, чтобы он уничтожил тебя.

– Захватив с собой других существ? Или вы не знали, как я выгляжу?

Эл не был настроен на разговор, не собираясь более слушать Мара, он устремился к нему навстречу. Мар вновь исчез, как только Эл оказался возле него.

– Ты не понимаешь… – продолжил он, появившись в нескольких метрах за спиной.

– Это вы не понимаете! Один сумасшедший раскроил Антарию на две части, увидев бредовое видение! Вы же пытаетесь идти по его стопам! Вам бы встретиться, поговорить по душам! Его Гурайлом зовут!

– Я знаю Гурайла, – оборвал его Мар.

– Отлично. В таком случае, вы уже общались.

Эл вновь ринулся в бой.

Маар, осознавая, что парень не пытается его понять, бросил тщетные попытки вразумить Эла. И скрестил клинок с лезвием парня. Несколько минут в воздухе звучали удары двух мечей. Удар. Блок. Снова удар. Парирование. Прыжок. Два шага и вновь серия ударов. Кто знает, сколько могло продолжаться это сумасшествие.

Исчезнув в очередной раз, Мар тут же появился у Эла за спиной и, достав из-за пояса кинжал, попытался нанести удар, но сталь выскочила из руки от разряда молнии, попавшего в него.

В этот момент из-за деревьев вышла невысокая девушка, от удивления и страха её глаза расширились. С длинных тёмных волос стекали капли воды.

– Что здесь… происходит? – спросила она.

Эл узнал этот голос. Сун. Сердце забилось ещё быстрее.

Маар, не оглядываясь на девушку, достал второй кинжал и бросил его. Элу эта заминка позволила отскочить в сторону и развернуться, нужно было заканчивать как можно быстрее, иначе Сун…

Сердце разорвалось от боли. Сжав рукоять клинка, Эл сделал быстрый шаг вперёд и что есть силы ударил Мара. Клинок рассёк воздух. Чёрный эльф исчез. Впереди, на земле, лежала Сун. Её руки держались за  кинжал, пронзивший её плоть. Девушка не двигалась.

– Зачем ты пришла сюда? – спросил Эл, понимая, что ответа не дождётся.

К глазам подкатили слёзы. Он на секунду забыл о противнике, который появился за спиной.

– Сдохни! – воскликнул Эл и, развернувшись, нанёс удар.

Глава 25.

Оглядываясь по сторонам, Эл потирал ушибленное место. Он лежал возле кровати у себя дома. На тумбочке лежала записка: «Если хочешь получить ответы, приходи к пещерам на острове». Пытаясь понять, что произошло, Эл встал и вышел на порог хутрея. Свежий воздух начал приводить мысли и чувства в порядок.

Сердце продолжало выбивать бешеный ритм. Перед глазами всплывала страшная картина: Сун лежала на земле, обхватив руками кинжал. Эл осознавал – это не сон. Никогда ещё сны не были настолько яркими, никогда он столь чётко не запоминал приснившееся. Лишь однажды. Когда обнаружил под проливным дождём мёртвую лошадь и перевернувшуюся телегу. Тогда всё сбылось. Тогда он предотвратил ограбление и познакомился с близнецами. В ту ночь ему пришло видение.

– Неужели это произойдёт? – на секунду задумался Эл, но тут же отбросил мысль в сторону.

Эл поспешил одеться.

Однажды он уже изменял увиденное, значит, может и сейчас. Нельзя допустить, чтобы чёрный эльф убил Сун. Нужно изменить что-то. В прошлый раз Эл попросту вмешался. Теперь он сам – участник событий. Значит, необходимо что-то иное. Эл лихорадочно думал. Зачем Сун пришла на остров. За ним? Скорее всего. Следила? Вряд ли. Скорее всего, узнала, где Эл. Как? Взгляд упал на записку. Эл попытался вспомнить, как он поступил во сне, оставил ли её в хутрее или взял с собой. Наверное, оставил. Обнаружив записку, Сун решила, что я встречаюсь с другом, и она не сможет ничем помешать. После отправилась на остров. Смяв записку, Эл сунул её в карман.

Как бы там ни было, нужно поскорее явиться на остров и разобраться с эльфом. Он говорил, что ждёт давно, значит, если я приду раньше, будет время, чтобы покончить с ним. Эл был уверен, что сможет одолёть противника. Эльф сам признал, что силы внутри Эла течёт больше, значит, нужно всего лишь постараться.

На секунду Элу показалось, что было бы правильно попросить Димара и Ирену о помощи. Они не откажут. Однако он тут же исключил подобный вариант. Ирена ждёт ребёнка. Нельзя её подвергать опасности. Да и шансов справиться с эльфом в одиночку у неё меньше. А отправиться вместе она попросту не позволит.

– Нет, – решил Эл, – Ирене и Димару рассказывать нельзя. Хотя подстраховаться нужно. Магия эльфу не приносит вреда, значит, нужен союзник, способный держать в руках меч. Или топор.

Эл нашёл единственно правильный выход – Архин. Индул не откажет ему в помощи. Более того, если у него найдётся порошок, что усыпил колдуна, проблем может оказаться меньше.

Закрепив меч за спиной, Эл проверил кинжал, подаренный отцом. Он был на месте. В ножнах, державшихся на поясе.

Лошади в загоне уже не спали. Эл вывел одну из них, недалеко прошёл незнакомый эльф. Закрыв загон, парень оседлал лошадь и поспешил покинуть лес, пока на кого-нибудь не наткнулся. Не было у Эла времени объяснять, куда и зачем уезжает.

***

Въехав в поселение индулов, Эл оглядывался по сторонам. Многие жители уже не спали и, заприметив необычного гостя, провожали его взглядами. Эла передёрнуло  от такого количества глаз, смотрящих на него. Парень попытался вспомнить, как называл деревню Архин. Рудык… Или Радык… Может даже Кардык… Что-то непривычное для эльфийского слуха было в этих названиях.

Поначалу лошадь вела себя неспокойно, фыркала и порывалась дёрнуться в сторону, но Эл успокоил её, поглаживая по гриве и приговаривая:

– Всё хорошо, это друзья.

Эльф блуждал взглядом по лицам индулов, пытаясь отыскать звероподобного друга. Несмотря на то, что индулы были чересчур похожи друг на друга, он был уверен, что узнает Архина из сотни других.

– Простит меня широкоуважаемый эльф, – услышал Эл обращение от одного из индулов. –  Он приехал к вождю наше племя?

Эл кивнул.

– Я приехал навестить друга, Архина, –  добавил Эл, пытаясь придать голосу особую важность.

Индул, обратившийся к нему, смотрел снизу вверх, прямо в глаза, боясь отвести взгляд даже на секунду. Дружба вождя с эльфами, когда-то воинственным народом, приводила жителей поселения в некий трепет и даже взывала к гордости в сердцах индулов. Для них эльфы оказывали честь Архину, ведя с ним дружбу, а не наоборот.

– Позволит ваше умность засмотреть за конём и отвести его к вождю?

– Конечно, – кивнул Эл и поспешил спешиться.

Индул, разговаривающий с Элом, что-то гавкнул соплеменнику, тот подбежал к лошади и взял её за уздцы.

– Следите за мной, – проговорил индул, обращаясь к Элу.

Боясь упустить из вида проводника, Эл отправился за ним. Он уже стал забывать, каково это, идти рядом со сгорбленным индулом. Когда они подошли к скале, проводник сказал:

– Ждать, – а сам подошёл к охранникам возле одной из пещер. Те несли службу, стоя на охране вожака даже в мирные дни. Обменявшись с ними парой нечленораздельных фраз, проводник указал на Эла. Охранник кивнул и, отогнув навес, вошёл в пещеру.

Вскоре индул вернулся, а вслед за ним вышел Архин. Увидев Эла, он распрямился, в глазах отразилась радость, а голова слегка повернулась на бок. Он разглядывал парня, будто пытаясь понять, зачем он пришёл.

– Ну? – произнёс Архин.

– Вот так ты встречаешь друзей? – улыбнулся Эл.

– Проходи в пещеру, там поговорим, – пригласил индул. Архин раздал указания охранникам и проводнику, те кивнули, и не спеша отправились куда-то вглубь деревни.

Эл прошёл в пещеру, вслед за Архином.

– Я бы тебя по-другому встретил. Но, во-первых, ты пришел один, без друзей, как обычно, а во-вторых, ты пришёл слишком рано. Даже думать не надо, чтобы сказать, что ты не просто в гости к другу пришёл.

– Ты прав, – смутился Эл. – Мне помощь твоя нужна.

– Что случилось?

Эл рассказал о видении. Выслушав друга, Архин вспомнил сон, когда к нему явился Вайленд. Он говорил то же самое: Эл опасен. В душу закрались сомнения, впервые за много дней.

– И что ты хочешь от меня? – спросил Архин.

– Я хочу, чтобы ты помог мне. Просить о помощи Ирену – бесполезно. Она отправится одна, в крайнем случае, возьмёт с собой Димара, Алиену, может, ещё каких-то эльфов… А против чёрного эльфа магия бессильна. В борьбе с ним нужно использовать оружие. Не сомневаюсь в способностях Димара, но я – единственный, кто способен одолеть эльфа. Только я могу держать в руках меч и не бояться магии. Плюс к этому, Ирена ждёт ребёнка, не хотелось её подвергать опасности. В общем, я подумал о тебе.

– Эл, я, конечно, готов помочь, но… – Архин замешкался. – Понимаешь, что, если этот эльф прав? Может быть, ты действительно опасен? Может, ты причинишь вред кому-то, не желая этого? Вспомни, что было на острове в прошлый раз.

– Спасибо за оказанное доверие, – кивнул Эл. – Я знал, что ты меня поддержишь.

– Эл!

– Что, Архин? Ирена с Алиеной научили меня контролировать то, что течёт внутри меня. Я не могу быть опасен. Я не причиню вреда никому, кто сам не придёт с мечом.

Архин посмотрел на парня с недоверием. С трудом верилось, что Эл сможет погубить целые народы. Вообще, это даже казалось бредом. Индул смотрел прямо в глаза эльфа, пытаясь прочитать в них ответ на терзающие вопросы.

– Хорошо, – кивнул Архин после нескольких минут раздумий. – Я помогу тебе.

– Спасибо. Надеюсь, ты никогда не пожалеешь об этом выборе, – кивнул Эл. – Я вот что спросить хотел, у тебя ещё есть тот порошок, которым мы усыпили колдуна?

Архин кивнул.

– Будет.

– Хорошо, тогда раздай необходимые указания, и отправляемся.

– Ладно, – Архин направился к выходу, – жди меня здесь, я скоро.

***

Проснувшись пораньше, Сун наспех умылась, оделась и отправилась к Руанскому лесу. Ей хотелось знать, есть ли что-нибудь между Элом и Макреной. Или она такой же друг, как и Сун. Конечно, следить за другом некрасиво, но разве стоят чего-то правила морали, когда в дело вмешивается женская ревность.

Сун не знала, где будет искать Эла, если его не окажется дома. Больше беспокоилась о том, что скажет, если Эл заметит её. Сейчас думать об этом не хотелось. Врать всё равно не умела. Важно было узнать, занято ли сердце Эла. Девушка ускорила шаг, чтобы быстрее прийти к хутрею.

Проходя мимо лесного озера, находящегося в Руанском лесу, Сун на секунду остановилась и оглянулась по сторонам. Показалось, что кто-то, похожий на Эла, сидел на берегу. Нет. Просто какой-то эльфийский паренёк кидал камни в озеро и наблюдал, как по  глади расходятся круги. Отмахнувшись от мошки, пролетевшей совсем рядом, Сун поспешила дальше, внимательно глядя вперёд. У эльфов всё-таки слух и зрение лучше, сложно будет уследить за Элом.

Знала бы она, что следить ей не придётся, ведь Эл ушёл из леса куда-то на север. Даже не ушёл, убежал, будто вспомнив о чём-то важном, что не терпит отлагательств.

***

Архин ехал на лошади, сидя за спиной Эла. По левую сторону от них располагался Херосский лес. До острова оставалось несколько минут езды.

– Послушай, Эл, я всё-таки думаю, стоит тебя предупредить. В общем, ты должен знать. Я отправил в Руанский лес индула. Он расскажет Ирене, куда мы отправились.

Эл остановил лошадь.

– Зачем? – обернулся он через плечо на индула.

– На случай, если мы не сможем одолеть эльфа, – сказал индул, боясь, что Эл услышат нотки лжи в словах.

– Я  же тебе объяснял, что я сильнее колдуна, мне лишь нужна поддержка, чтобы эльф не мог сосредоточиться на одной цели.

– Мало ли, – проговорил Архин.

Эл не слушал его. Он вспоминал сон в малейших подробностях. Если Сун каким-то образом узнает, где он, пусть даже через индула, она может прийти на остров, когда ещё ничего не закончится.

– Ну, уж нет, – проговорил Эл и ударил лошадь ногами в бока. Животное, уловив желания хозяина, пустилась вскачь.

– У тебя будет время, чтобы победить эльфа, если ты справишься в одиночку, – сказал Архин. – Индул направляется к Руанскому лесу пешком.

– Знаю я ваши пешком, он на своих четырёх доберётся до леса быстрее, чем мы на лошади до острова.

***

Как только Эл ступил на землю острова, он поспешил к тому месту, где во сне встретился с эльфом. Архин последовал за Элом, держась на значительном расстоянии от него.

С каждым шагом Эл шёл всё спокойнее, не торопливее. Нужно было сыграть карту неожиданности перед эльфом. Осторожно, будто стесняясь этого, Эл достал из-за спины клинок. Тратить время на то, чтобы обнажить оружие перед врагом – глупо.

– Я думал, ты придёшь гораздо раньше, – услышал он откуда-то сверху. И не дожидаясь продолжения фразы, повернулся в сторону говорившего. Эльф. Всё правильно. Тёмная ряса. Золотое древо.

Одним прыжком Эл оказался возле эльфа и нанёс удар. Мимо. Эльф исчез.

– Ты сумасшедший! – воскликнул эльф, появившись где-то за спиной, – нам нужно поговорить!

Эл прикинул, где может стоять противник и, достав подготовленный метательный нож, бросил его в невидимую цель. Мимо. Эльф без труда отскочил в сторону. Мар сбросил тёмную рясу.

От тела Эла начало исходить сначала лёгкое голубоватое сияние, но с каждым мгновеньем боя, оно становилось всё интенсивнее.

Эл ни на секунду не останавливался. Как только не проходила первая атака, он совершал вторую, за ней третью, после четвёртую, не давая сопернику даже вздохнуть свободно. Лишь телепортация эльфа помогала перевести дух.

В голове Эла мелькнула мысль, что если бы он не исчезал, то победа не заставила бы себя ждать. Однако поразить чёрного эльфа придётся, даже учитывая его превосходство.

Мар, который безуспешно пытался начать разговор с Элом, не мог понять причину его внезапного нападения. Не мог же он знать, зачем его позвали.

В очередной раз, навязав сопернику ближний бой, Эл совершил обманный манёвр клинком. Мар попытался парировать удар. Эл воспользовавшись ошибкой соперника, совершил подножку и свалил эльфа на землю. В этот же момент из-за деревьев вылетел метательный топорик, к рукоятке которого был привязан чёрный мешочек. Эл также готов был нанести решающий удар. Но топорик, ровно, как и меч Элла, пронзил землю.

– Ты привёл друзей? – спросил Мар, догадавшись о причине внезапного нападения.

– Не важно, – прервал его рассуждения Эл и вновь ринулся в атаку.

В этот момент из-за деревьев вылетел очередной топорик. Мар, усмехнувшись, отпрыгнул в сторону. Эл, приближаясь к Мару, бросил в топор небольшой огненный шар. Заклинание сожгло мешочек и рукоять топора, на землю упало лишь лезвие. Мар, без труда раскусив план Эла, послал в сторону пепла лёгкий ветерок, который отогнал порошок подальше от поля боя.

– Интересно, что будет дальше? – усмехнулся Мар и исчез в воздухе.

Эл оглядывался по сторонам, ожидая появления эльфа даже прямо за спиной. Но появился он на приличном расстоянии. В руках его лежал Архин. Индул был без сознания.

– Банально было полагать, что он тебе поможет, – сказал Мар, отбросив Архина в сторону.

Эл метнулся было поймать друга, но даже скорость, вызванная энергией, не позволяла успеть. Мар нанёс удар, Эл блокировал, отскочил в сторону и продолжил бежать к Архину. Эльф появился прямо перед ним, не пропуская вперёд. Эл взмахнул мечом и ввязался в драку, оглядываясь на друга. Индул совсем не двигался.

Несколько минут в воздухе висел звук от ударов мечей друг о друга. Эл пытался обмануть, сделать выпад, выиграть за счёт скорости, но ничего не получалось. Сотни лет тренировок не прошли даром, Мар читал каждое действие. Эл тоже не уступал, он успевал понять, что хочет сделать чёрный эльф, за счёт скорости и реакции, которые были вызваны текущей энергией. Каждый сосуд, каждый мускул был пропитан энергией.

Эл в очередной раз отвлёкся на Архина и пропустил удар. Мар пнул его в живот. Эл не удержался на ногах и начал падать. Телепортироваться, в отличие от соперника, он не умел. Поэтому, как только тело коснулось земли, оттолкнувшись ногами и опёршись руками о землю, Эл сделал кувырок.

– Приземлиться на ноги и продолжить бой, – мелькнула в голове мысль.

Но возле места посадки возник ещё один эльф, в такой же тёмной рясе.

– Ничего не сделать, – подумал Эл.

Рука, не слушая мысли, вынула из ножен кинжал и метнула его в нового противника. Эльфу пришлось отскочить, а Эл смог приземлиться и встать на ноги.  Сорвавшись с места, он понёсся прочь.

– Против двух у меня нет ни одного шанса, – решил Эл. Эльфы устремились за ним.

– Не думал, что ты придёшь, – сказал Мар.

– Я тут недалеко был, увидел, что превосходство на твоей стороне, решил подсобить, – улыбнулся Ринт.

Эл бежал что есть сил. Эльфы за ним не успевали, но периодически оказывались прямо перед его носом. Эл отскакивал в сторону и продолжал бег, не останавливаясь ни на секунду. Уходить от ударов становилось всё сложнее. Эл убрал клинок в ножны, за спину.

Сделав небольшой крюк, он вернулся на место боя, подхватил Архина и побежал прочь, в сторону берега. На его пути возник ещё один враг. На этот раз эльфийка, в таких же чёрных одеяниях.

– Это конец, – мелькнула мысль.

Но ноги, не слушаясь, продолжали бежать. Уклоняясь от ударов, сбивая летящие вслед кинжалы молнией, Эл продолжал бежать. Уходить становилось всё сложнее. Эл начал понимать, ещё чуть-чуть, и им удастся сыграть финальный аккорд.

Вдруг топот ног за спиной прекратился. Эл оглянулся вправо, влево. Никого. Темп не сбавил. По-прежнему тишина, берег совсем рядом. Куда пропали преследователи? Эл обернулся и остановился. Между ним и чёрными эльфами стояла Ирена, рядом с ней находилась Алиена. В руках Ирена держала Длань Эрефа.

– Великий Симорг! – проговорил Эл и, упав на колени, положил Архина на землю. Прислушался. Сердце стучало. – Жив! – мелькнула мысль.

Он обернулся и, достав клинок, подошёл к Ирене.

Эльфы стояли, ничего не предпринимая, просто разглядывая друг друга. Теперь чёрных эльфов стало четверо. Появилась ещё одна девушка.

– Что вам нужно? – спросила Ирена.

– Парень, – проговорил Мар. –  Он опасен. Его энергия выйдет из-под контроля, и он погубит всех.

– Эл способен контролировать энергию, – сказала Алиена.

Сияние вокруг Эла, будто в подтверждение этих слов, стало уменьшаться. Пока совсем не исчезло.

– То, что он сдерживает энергию сейчас, не говорит о том, что он удержит её завтра.

– Говорит, говорит, – медленно проговорила Алиена. – Этот парень находится под нашей защитой. Хотите убить его, атакуйте. Сила на вашей стороне, но насчёт правды, я сомневаюсь. Сколько бы ни убил эльфов Эл, он этого ещё не сделал. Может быть, сделает, не исключаю. Но на данный момент он этого не совершил. Вы же своим приказом отдали Амбассору Длань Эрефа, с помощью которой он погубил тысячи эльфов. Чувствуете разницу между сделал и сделает?

Эльфы молчали. Вряд ли их мучили угрызения совести. Скорее, они решали, как поступить.

– Хорошо. Мы оставим парня. Если вступим в бой, потери могут быть не только с вашей стороны, – Мар покосился на посох Эрефа. – Однако помните, он уничтожит эльфов и сделает это под стенами крепости Фронтер. Не знаю, как скоро, но уверен – сделает. Теперь этот груз на ваших плечах. Вы отвечаете за действия Ниамара. Мы уходим, – сказал Мар.

– Стойте, – приказала Ирена. – Вы сказали, Ниамар. Кто это?

– Парень. Вы называете его Эл, – на лице эльфа показалась улыбка, потревожившая шрам на щеке. – Его настоящее имя Ниамар.

Ирена улыбнулась в ответ.

– Уходим, – сказал Мар, и четверо эльфов испарились в воздухе.

– Это всё? – спросил Эл, не веря, что всё закончилось так легко. Он оглянулся на лежащего Архина.

– Думаю, да, – проговорила Алиена.

– С чего ты так решила? – спросила Ирена, недоверчиво посмотрев на провидицу.

– Они знали, что энергия посоха на исходе. Знали, – кивнула эльфийка, – но не стали вступать в бой. Какой им смысл атаковать завтра?

– Думаешь, они больше не появятся?

– Если появятся, то точно не для того, чтобы убить Эла. Они сняли  с себя вину за его будущее, передав нам. Какое бы оно ни было, теперь мы за него ответственны.

– Что ж, – ответила Ирена, – будем надеяться, что ты права. Возвращаемся домой. Эл, – обернулась она к парню, – возьми Архина. – И о том, что было здесь, никому, даже друзьям.

– Хорошо, – сказал Эл и направился к Архину.

Индул что-то произнёс, видимо, на родном языке. Потом, посмотрев на эльфа, попытался встать и проговорил:

– Я в порядке. Только голова болит.

– Что он сделал с тобой? – обеспокоился Эл.

– Щёлкнул по голове, оказавшись за спиной, – проговорил Архин.

– Видимо, магия. Ирена осмотрит тебя позже. Идём, возвращаемся домой.

***

Уставшие эльфы вернулись к себе домой, в замок, спрятавшийся в горах.

– Слишком много перемещений за один день, – проговорил Ринт.

– Молчал бы, – ухмыльнулся Мар. Тройка впервые за много лет наблюдала улыбку на лице друга. – Вот интересно, сколько телепортаций способен выдержать организм Ниамара?

Эльф достал из шкафа бутылку с вином и небольшой бокал.

– Лучше не знать, – проговорила Ниакис, – мы не уверены, что парень больше не опасен.

– Теперь это не важно, – промолвил Мар. – Эти эльфы не понимают, на что подписались, когда взяли на себя ответственность за будущее эльфа.

Эльф откупорил бутылку и аккуратно, по стенке, наполнил бокал божественным напитком.

– Я только не пойму, – проговорила Некрана, обращаясь к Мару, – неужели ты отступил из-за одного лишь обещания провидицы.

– Это так. Я не собирался предстать перед судом Симорга, зная, что на моей совести будет лежать уничтоженный эльфийский народ. Теперь же, чтобы ни совершил парень, не я тому виной. Симорг слышал слова провидицы. Теперь она должна предотвратить предсказанное.

– Не думаю, что она захочет этого, – пожала плечами Некрана.

– Не важно, захочет или нет. Теперь это не касается нас, – проговорил Мар, пригубив бокал.

– А как же Антария? Как же клятва защищать её до конца?

– Мы защищали её до конца, – кивнул Мар, – это конец. Эльфы сами захотели отдать судьбу в руки парня.

– Бред, – покачала головой Ниакис.

– Просто поверьте мне, – проговорил Мар, – мы сделали всё, от нас зависящее. Нас не за что винить. Мы принесли в жертву несколько сотен эльфов ради сохранности народа. Видит Симорг, в том, что предсказание сбудется, нет нашей вины.

Эльф сделал несколько глотков крепкого напитка.

– Как хочешь, – отвернулась Ниакрис от избранника, – а я ухожу из этих земель. Я уже приметила себе страну, где жители нуждаются в защите. Антария обречена.

– Однако, ты согласна, что мы ей уже не нужны? – спросил Мар, допивая вино. Шрам на его лице прямо на глазах друзей начал затягиваться, до тех пор, пока совсем не исчез с гладкой кожи.

– Нужны. Вот только нужна ли теперь она нам?

***

– Прут, – окликнул Эл друга, когда смог найти его гуляющим недалеко от Фавера с какой-то девушкой. – Можно тебя? На пару слов.

Прут что-то сказал спутнице и, оставив её, подошёл к Элу.

– Извини, сейчас слегка занят.

– Вижу, – кивнул Эл, улыбнувшись, – я не задержу надолго. Только хотел попросить об одной маленькой услуге. Освободи завтра день для меня.

– Зачем? – Прут заметил в глазах друга искорки, которые не видел уже долгое время. – Ну! Давай, не тяни, рассказывай.

– Нужно будет занять Макрену чем-нибудь. Ненадолго. Я с ней поговорю, но позже. Мне нужно немного времени, чтобы Макрена потеряла меня. Просто не знала, где я. Сможешь сделать?

– Смогу, – кивнул Прут. – Только не понимаю, зачем. Сейчас же ты ушёл от неё.

– Сейчас ушёл, – согласился Эл, – но я хочу быть уверенным, что завтра она не увяжется за мной.

– Ты всё-таки решил?

Эл кивнул

– И как же тебе это удалось? – с улыбкой во всё лицо спросил Прут.

– Я представил, что Сун – эльфийка, – подмигнул Эл и, похлопав друга по плечу, побежал в сторону Руанского леса. Занятия с Алиеной закончились, но он эльф. Нельзя оставить тренировку, тем более зная, что в этом мире есть достойный соперник.

[1] Элбер – король Южной Антарии, правящий из города Лову. Столицы среди людского населения Антарии.

Content

Зыков Николай Наследие Симорга

Наследие Симорга.