Юдина Наталья Алексеевна

100 великих заповедников и парков

САДЫ И РОЩИ ВОКРУГ НАС…

Прообразы первых садов стали появляться тогда, когда первобытный человек, расчищая леса, чтобы выращивать хлеб насущный, оставлял лучшие экземпляры диких яблонь, груш и вишен. Поэтому неудивительно, что в тех странах, где больше всего культивировалось сельское хозяйство, были заложены и основы садоводства. Месопотамию, например, считают родиной сельского хозяйства, ее же называют и колыбелью садоводства.

Оттуда культурные растения стали распространяться в бассейнах рек Тигр и Евфрат. После того как была изобретена система ирригации, появилась возможность создавать сады для того, чтобы в них выращивать овощи и фрукты специально для продажи.

Новый этап в садовом искусстве начался с появлением плугов с железными лемехами. Производительность труда значительно выросла, что повлекло интенсивное развитие торговли. А это, в свою очередь, повлияло на повышение благосостояния людей. Вполне закономерно появление в ту пору подвесных садов Вавилона — висячих садов легендарной Семирамиды.

Элементы садового искусства в чистом виде (например, стрижка деревьев, при которой растениям придавались очертания различных сосудов и животных) можно было увидеть уже в Древнем Риме. Но в XVIII веке в европейских странах садово-парковое искусство возводится в самый высокий ранг, выдвигается на одно из первых мест в культуре вообще. Как отмечает Д. Лихачев, на сады и парки в то время тратилось больше денег, чем на строившиеся в них дворцы. Стоит по этому случаю вспомнить парки, созданные в регулярном стиле, в Во-ле-Виконте и Версале во Франции, в Летнем саду и Петродворце в России. Моду на пейзажные парки ввели в Англии. При создании того или иного типа сада (французского, итальянского, английского) предлагалась не только определенная форма очертаний аллей, деревьев, дорожек, строений, которые украшали тот или иной парк. Под систему садово-парковой архитектуры подводилась 100 великих заповедников и парков подчас довольно сильная идеология. Крупнейший авторитет в области искусствознания Николас Певзнер пишет, что «пейзажный парк был изобретен философами, писателями и знатоками искусств — не архитекторами и не садоводами.

Он был изобретен в Англии, ибо это был сад английского либерализма…

В России первые сады носили в основном утилитарный характер: в них выращивали плодово-ягодные деревья и кустарники, разводили огороды, культивировали лекарственные растения. Аптекарский сад Ивана Грозного располагался аж у самых стен Кремля. Другой Аптекарский сад был в Измайлове.

Но время внесло коррективы в устройство и российских садов. В 1704 году был разбит Летний сад, заимствовавший многие детали Версальского парка. А парк в Версале унаследовал в своем стиле многое из того, что было придумано архитекторами и садовниками в парке Во-ле-Виконт, который был создан для министра финансов Фуке. За это Во-ле-Виконт, государственный муж крепко поплатился: рассерженный король Людовик XIV за проявленную дерзость (надо же устроить парк такой, какой и королю не снился!) упек министра в тюрьму, а создателей шедевра ландшафтной архитектуры привлек для работы в своем новом саду в Версале. Однако и Во-ле-Виконт — не первое слово в ландшафтном дизайне: он обязан своим появлением саду Тюильри (там работал Ленотр, один из главных авторов Во-ле-Виконта и Версаля, а раньше в Тюильри служил садовником его отец).

Со временем жизнь становится более динамичной, и появляются садово-зрелищные центры, где проводятся фестивали и театральные представления. Если в садах эпохи Возрождения присутствуют элементы театральности, то сады и парки нашего времени часто олицетворяют собой мир иллюзий и приключений. Появляется совершенно особый, новый тип парков — луна-парки и Диснейленды, парки в стиле модерн, где художник изначально пытается организовать динамичное пространство и вводит совершенно не характерные для паркового ландшафта детали (яркий цвет, острые формы и т. д.). И все же, устав от мирской суеты, человек возвращается к той основе мироздания, от которой он ушел, кажется, навсегда. Он возвращается к земле, воде, траве, небесам. Он боготворит природу, более того, пытается ее спасти.

Осознав себя в системе мировых ценностей, человек создает совершенно новую систему охранных парков — национальные парки и заповедники. Первый такой национальный парк появился в Йелоустоне, в Америке, в XIX веке. Потом парки подобного типа быстро распространились по всему миру. Кроме того, что в них решаются задачи охраны флоры и фауны, национальные парки, в отличие от резерватов стран Америки, Азии и Европы, открыты для посещений широкой публикой (в резерваты ряда африканских стран доступ открыт так же, как в национальные парки).

Другой способ решения проблемы охраны редкой фауны ученые видят в создании акклиматизационных территорий для животных. Возникает совершенно новый тип зоологических садов. Пионерами в этой области были Гагенбек в Германии (Гамбургский зоопарк) и Фальц-Фейн в России (заповедник Аскания-Нова). Джералд Даррелл организовал зоопарк, в котором содержатся особо редкие виды животных. Решая свои эгоистические задачи — создавая нечто прекрасное, чтобы ублажать себя, человек, в конце концов, приходит к мысли, что он с природой составляет единое целое. Хватит ли его интеллекта, души и в дальнейшем не разрушить эту „картинку“, нарисованную по законам гармонии? Как говаривал граф Шафтсбери, один из идеологов создания пейзажных парков в Англии, сады и рощи внутри нас…

Название этой книги — „100 великих заповедников и парков“ — несколько условное. В ней рассказывается не только о городских парках, дворцово-парковых ансамблях, национальных парках и заповедниках, но и о парках аттракционов, зоологических парках и знаменитых ботанических садах мира.

ДВОРЦОВО-ПАРКОВЫЕ АНСАМБЛИ, ГОРОДСКИЕ ПАРКИ

АВСТРИЯ

Шёнбрунн

Дворцово-парковый ансамбль Шенбрунн расположен в юго-западной части Вены, далеко от центра. В состав бывшей императорской резиденции входят дворец и большой парк, состоящий из нескольких самостоятельных частей. К парку относятся ботанический сад (основан в 1753 году) и зоопарк (основан в 1752 году, это старейший зоопарк в Европе).

С 1569 года здесь был охотничий замок императоров. Согласно легенде, в 1619 году император на охоте нашел источник, вода которого так понравилась при дворе, что родник стали именовать Прекрасный источник — Шёнер-Бруннен (этот источник и дал имя поместью). Правда, во время турецкой осады 1683 года поместье было сожжено.

В 1688 году император Леопольд I решил построить в этих краях резиденцию для своего сына (будущего императора Иосифа I). По его заказу архитектором Фишером фон Эрлахом вскоре был создан проект дворцового ансамбля, согласно которому пять огромных террас с фонтанами должны были подниматься к дворцу с флигелями полукружной формы и парадным входом. Однако идея архитектора Фишера фон Эрлаха так и осталась на бумаге. Зодчий спроектировал дворец заново. Строительство императорской резиденции было начато в 1692 году по образцу Версаля, а закончено во время правления Марии Терезии.

По замыслу архитектора, через ворота, украшенные обелисками, можно было попасть в так называемый почетный двор, окруженный одноэтажными корпусами и оборудованный двумя бассейнами. В архитектуре здания должны были преобладать прямолинейные формы, однако боковые флигели, лестница и верхний павильон привносили в проект ощущение свободы и непринужденности.

Шенбрунн должен был занимать высшую точку местности. От его фасада должен был открываться вид на лежащие перед ним сады с террасами, водоемами и аллеями и дальше — на Вену, на восток до самой венгерской границы. Фишеру не удалось осуществить этот грандиозный замысел. По приказу императора замок был построен не на вершине, а у подножья холма. Наверху же по эскизам Фишера фон Эрлаха был сооружен павильон Глориетта.

Позже резиденция несколько раз переделывалась, по мере того как менялись вкусы ее владельцев и мода. В здании, сохранившемся до настоящего времени, отчетливо обозначены детали классицизма. Плоскую крышу сейчас украшает средний ризалит со стороны двора и сада (вместо фишеровского павильона). В цокольном этаже появился сквозной проезд. Тем самым та легкость, к которой стремился Фишер фон Эрлах, со стороны почетного двора исчезла. У тех, кто видит летнюю резиденцию, появляется иное ощущение: поражают его огромные размеры и строгость.

Фасад дворца, обращенный к саду, пластичнее. Центральная часть со скругленными углами шире, выдается сильнее. Желтый с белыми колоннами дворец особенно выигрышно смотрится на фоне зелени и цветочных клумб.

Шёнбруннский парк огромен. Впечатляет его масштабный центральный партер с газонами и цветочными клумбами, окаймленный высокими зелеными стенами. В зеленых стенах стоят мраморные статуи. Фонтан Нептуна, также огромный, замыкает партер.

А по бокам от партера идут в разные стороны аллеи. М. Сененко пишет: „Эти ровные сплошные лиственные фасады, поддержанные, как колоннами, рядами стволов, обладают удивительной силой воздействия. С природой здесь вступают в единоборство всерьез и, побеждая, заставляют ее с несравненной мощью выразить пафос пространства, величия, движения. Трудно представить, каков был вид парка, когда деревья еще не разрослись, но усилия природы и человека за прошедшие два столетия сделали его совершенным произведением искусства“.

Архитектор Фердинанд Хоэнберг сделал планировку аллей и террас парка, осуществил его замысел Адриан ван Стекховен. В мастерской Бейера создавались статуи.

Планировка парка выполнена так, что на перекрестках аллей всегда оказываются бассейны, фонтаны, а в перспективе виднеется дворец или какой-нибудь павильон, в крайнем случае — памятник. Площадки вокруг бассейнов окружены боскетами с нишами, здесь же стоят мраморные статуи.

Недалеко от дворца возведен павильон над источником, который дал название всей резиденции. В нем можно видеть фигуру полулежащей нимфы Эгерии, опирающейся на урну, из которой течет вода (скульптор Бейер). Наоборот, фигура большого фонтана — Нептун выполнена в динамике (скульптор Цаунер).

Обращает на себя внимание павильон Глориетта (архитектор Хоэнберг), посвященная императорской армии. Она расположена в противоположной от дворца стороне парка.

Издалека это сооружение кажется довольно легким, воздушным, на самом деле оно достаточно капитально сделано для садового павильона. Среднюю часть здания завершает тяжелый аттик с орлом и трофеями наверху, ее опоры держатся на двух парах колонн. Находясь в этом павильоне, можно любоваться одновременно и Веной и ее пригородами.

Дворец Шёнбрунн открыт для посетителей круглогодично. Комнаты, как правило, не очень большие. Самый просторный зал дворца — Большая галерея. Ее потолок украшен фресками Грегорио Гульельми. Работы мастера вставлены в причудливые обрамления голубого, золотистого и красноватого цвета; они кажутся яркими и насыщенными на фоне решенного в двуцветной гамме зала.

Небольшая, так называемая Миллионная комната вызывает неподдельный восторг у экскурсантов. Гиды говорят, что отделка этой комнаты стоила миллион гульденов, а в ее многочисленных зеркалах можно видеть миллион отражений. Стены комнаты обшиты панелями из розового дерева, в которые вставлено множество картушей с индо-персидскими миниатюрами.

Стены Лаковой комнаты обшиты красным деревом, украшены китайскими лаковыми панно с золотистым рисунком.

В Гобеленном зале стены и мебель покрыты нидерландскими гобеленами зеленовато-коричневого цвета с сюжетными рисунками.

М. Сененко пишет: „При всей пышности некоторых дворцовых зал в целом на оформлении лежит печать некоторой сухости, мелочности. Если стиль их может быть назван стилем рококо, то, во всяком случае, в очень сдержанном его варианте. Это невольно связывается с представлением о вкусах не только архитекторов и художников, но и их заказчицы“.

В XIX столетии в Шёнбруннском дворце собирались довольно часто. За неделю до бала начинали отапливать помещения. А чтобы одновременно зажечь 880 свечей, требовалось не менее 150 слуг. Для самых важных гостей выбирали самые длинные свечи, для менее желанных — короче. (Считалось, что бал заканчивается тогда, когда догорают свечи).

Шёнбруннский дворец хранит воспоминания о долгом царствовании (1740–1780) Марии Терезии. Стены дворцовых комнат увешаны портретами самой императрицы, ее супруга Франца — герцога Лотарингского и германского императора, их детей.

Шёнбрунн дважды избирал своей резиденцией Наполеон, который с войсками в 1805 и 1809 годах занимал Вену. В Шёнбрунне жил и сын Наполеона; он умер в двадцать лет в комнате, где когда-то останавливался его отец.

В 1830 году в Шёнбрунне появился на свет будущий император Франц Иосиф I, в течение шестидесяти восьми лет (1848–1916) правивший Австрией.

Преемник Франца Иосифа Карл I подписал 11 ноября 1918 года в Шёнбрунне акт отречения от престола. С тех пор Шёнбрунн стал музеем.

Бельведер

Бельведер — наиболее совершенный из сохранившихся венских дворцово-парковых ансамблей. Дворец Бельведер был выстроен в 1714–1722 годах для принца Евгения Савойского, знаменитого полководца и впоследствии некоронованного правителя Австрии. Ансамбль включает в себя дворцы, парк с боскетами подстриженных деревьев и водоемами, партер с цветниками.

Свое название Бельведер получил в 1752 году, уже после того как стал собственностью императорской фамилии.

Принц Евгений стал скупать в 1698 году участки земли на склоне холма близ Вены. Спустя два года здесь начали создавать регулярный парк. И только в 1713–1716 годах стали строить Нижний дворец, а в 1721–1723 годах и главное здание — Верхний дворец. Ансамбль сохранился до наших дней в почти неизмененном виде (нет только зверинца и оранжереи).

Строил дворцово-парковый ансамбль Иоганн Лукас фон Хильдебрандт (1668–1745), австрийский архитектор, представитель стиля барокко. Хильдебрандт родился в Генуе, а учился в Риме. Служил инженером в армии принца Евгения Савойского, потом был придворным инженером, а позже сменил на посту придворного архитектора Фишера фон Эрлаха.

Хильдебрандт завершал возведение главной резиденции Габсбургов в Австрии — дворец Шёнбрунн, строил также в Чехии и Венгрии. На стиль Хильдебрандта большое влияние оказала итальянская (Борромини) и французская архитектура. Это заметно в зданиях Верхнего и Нижнего Бельведера в Вене. Фасады его построек отличает более плоскостной характер, насыщенность изысканными деталями, скульптурой.

Австрийский мастер, строя дворец для первого вельможи страны, проявил оригинальность не только в деталях, но и в общей концепции ансамбля. Так, партер с цветниками он расположил симметрично близкому ему по форме зданию Нижнего Бельведера. Творение Хильдебрандта называли обиталищем австрийского Марса.

„Ансамбль Бельведера, — пишет М. Сененко, — отличает завершенность, гармоническое соотношение обоих зданий друг с другом и с пространством парка. Между тем по основному архитектурному замыслу дворцы сильно разнятся. Важную роль в этом ощущении единства ансамбля играют удачно рассчитанные расстояния. От нижнего одноэтажного дворца более массивные формы верхнего видятся в воздушной дымке, на вершине холма, поднимающегося ступеньками террас, а от верхнего нижний кажется легким садовым павильоном“.

Между дворцами расположен регулярный сад с подстриженными кустами и низкими боскетами, фонтанами, вазами, статуями. Здесь удалось совместить парадное величие и непринужденную простоту.

Стена Нижнего дворца Бельведера, светлая, с легким орнаментом и скульптурными группами, замыкает перспективу.

Интерьер Нижнего дворца кажется еще более пышным. Если орнамент с военными трофеями, шлемами, мечами, щитами является одним из главных в оформлении фасада, то декоре, например, центрального Мраморного зала он становится ведущим. Ни одного квадратного сантиметра поверхности не осталось без украшений: стены декорированы как тонкими овальными рельефами, так и объемными группами.

Зеркальный кабинет благодаря отражениям кажется огромным (здесь находится двухметровая мраморная группа — Апофеоз принца Евгения). Зал Гротесков орнаментирован так, что начинает теряться реальное ощущение пространства.

Верхний дворец совсем другой, он представляет собой прямоугольное здание с восьмигранными павильонами по углам. Его самая высокая центральная часть с главной лестницей имеет трехарочный подъезд, украшенный атлантами и причудливым фронтоном. Более низкие боковые части дворца расчленены по фасаду пилястрами, самые низкие (крайние части) здания — гладкими лопатками между окон. Кроме того, центральная часть Большого Бельведера трехэтажная (при двухэтажных крыльях).

Таким образом, архитектор хотел отделить части здания друг от друга. Крыша имеет волнистый силуэт, напоминая вершины холмов, приближая тем самым дворец к природе.

Верхний дворец масштабнее, чем Нижний. Если в Нижнем Бельведере можно было попасть в центральный зал прямо из сада (зал становился как бы садовым павильоном), в Верхнем дворце все иначе: парадные помещения расположены на втором этаже.

Ворота Верхнего Бельведера украшены пилястрами, сложнейшими капителями, статуями львов, амурчиками, вазами. Причудливый узор и у железной решетки ворот. Минуя ворота, посетитель попадает в широкий треугольный двор с аллеями по бокам и большим бассейном посередине. А уже за бассейном расположено величественное здание Верхнего Бельведера (с другой стороны дворца находится парк, спускающийся уступами к зданию Малого Бельведера).

В виде изящного, выступающего вперед павильона решен также парадный подъезд (со стороны двора), к которому ведут пандусы, украшенные фигурами сфинксов и грифонов.

Интерьер Верхнего дворца не контрастирует с его внешним видом, как это характерно для Нижнего дворца.

Лестничное помещение богато украшено белыми рельефами (стены и потолок), пилястрами в форме герм с фигурами атлантов (своды потолка). Как отмечают авторы книги „Искусство XVIII века“, к архитектуре лестниц Хильдебрандт, подобно своим немецким коллегам, проявлял особое внимание: „В других постройках — во дворцах Даун и Мирабель — он каждый раз ищет новое оригинальное решение лестничной клетки“.

Нижний зал Большого Бельведера напоминает грот — здесь сводчатый потолок визуально давит на посетителя и даже поддерживающие его тяжеловесные фигуры атлантов изгибаются от натуги.

Зал Фресок сильно перегружен декором. Мраморный зал тоже пышно украшен. С балкона Мраморного зала раскрывается панорама Вены со шпилем собора Святого Стефана посередине.

Летняя резиденция служила своему владельцу более десяти лет. В 1736 году принц Евгений умер, через 16 лет его наследница продала загородные дворцы императорской семье, однако они долго пустовали до тех пор, пока в Верхнем Бельведере не разместилась императорская картинная галерея. Затем там жили члены императорской семьи. С 1924 года дворец снова стал музеем австрийского искусства XIX–XX веков.

Нижний дворец, начиная с 1808 года, использовался как музей. В 1923 году в нем разместился Музей барокко.

В здании оранжереи, существенно перестроенном, рядом с Нижним Бельведером, находилась когда-то Современная галерея, а теперь здесь Музей средневекового австрийского искусства.

15 мая 1955 года в Бельведере был подписан Государственный договор, ознаменовавший собой новый этап в истории Австрии.

ВЕЛИКОБРИТАНИЯ

Хэмптон-корк

Хэмптон-корт, расположенный недалеко от Лондона, известен не только регулярным парком во французском стиле, но и множеством маленьких садов (английский времен Тюдоров, голландский и др.). Они очень красивы и разнообразны.

Строительство дворца Хэмптон-корт на берегу Темзы началось в первой четверти XVI века. Он не уступал роскошью королевским резиденциям. Именно тогда здесь разбили первый декоративный сад, который до наших дней не сохранился. Первому владельцу Хэмптон-корта кардиналу Томасу Уолси, архиепископу Йоркскому, прозванному современниками канцлером Бога, недолго пришлось тешить свое самолюбие: в 1529 году Хэмптон-корт стал собственностью Генриха VIII.

Король сделал дворец еще более роскошным, и он затмил своим величием Сент-Джеймсский дворец или Уайтхолл. Король превратил это место в своего рода выставку английского садоводства. На юге от дворца был заложен Тайный сад, на востоке — общественный сад и парк для охоты, на севере — парк с природным ландшафтом.

Тайный сад почти в первозданном виде дошел до наших дней. С трех сторон его огораживали невысокие стены, вдоль которых были разбиты клумбы с традиционно английскими цветами — фиалками, розами, левкоями. Стены сада были увиты розмарином.

Тогда же были создан сад на холме, прообразом которого послужили римские сады. Любопытно, что холм для этого сада был сложен из 250 тысяч кирпичей, которые потом засыпали слоем плодородной почвы. На вершине холма поставили застекленную круглую беседку высотой с трехэтажный дом и по всему холму расположили маленькие, увитые зеленью беседки, которые были соединены между собой зелеными аллеями. Этот сад украшали клумбы с замысловатыми узорами из фиалок, гвоздик, мяты.

При Генрихе VIII появились и сады с прудом, с цветниками и клумбами на разных уровнях. В центре садов расположены небольшие водоемы с фонтанчиками. Украшали эти сады и модные в те времена солнечные часы. Здесь стояли также деревянные скульптуры геральдических животных (драконы, львы, собаки, единороги). Сейчас копии этих животных можно видеть у главного входа во дворец.

В годы правления Елизаветы I в садах Хэмптон-корта ассортимент растений значительно расширился, здесь появились, например, экзотические для Европы табак и картофель. О саде того времени современник писал: „Растения были направлены, переплетены и подстрижены в такой прекрасной манере и в таких экстраординарных формах, что вряд ли можно было отыскать что-либо подобное“.

Тогда здесь можно было видеть внутри переплетенных самшитовых изгородей высотой около 50 см посадки классических английских цветов — бегонии, фиалки.

Карл II под воздействием садов Версаля существенно изменил и стиль садов в Хэмптон-корте. Тогда были заложены три тисовые аллеи, расходившиеся лучами от восточного фасада дворца, Большой спонтанный сад. Через Фонтанный сад проложили центральный канал и построили обводной канал Лонг Уотер (длинная вода). По берегам канала были посажены привезенные из Голландии липы, а по границам сада — тисы.

При Вильгельме III около восточного фасада дворца был разбит огромный полукруглый партер с 12 мраморными фонтанами.

Королева Мария II Стюарт продолжила пополнять коллекцию тропических растений. Летом экзоты высаживались вдоль фасада дворца, зимой переносились в оранжереи. По ее указанию в различных частях Тайного сада было установлено множество кованых решеток со сложными узорами.

А Вильгельм III, следуя моде, заложил в Хэмптон-корте самый крупный в Европе лабиринт, где роль преград, разделявших дорожки, выполняли сначала грабы, а позже тисы.

По решению королевы Анны вдоль полукруглого партера, предложенного Вильгельмом, был проложен водный канал.

Внес свой вклад в коллекцию растений Хэмптон-корта и Ланселот Браун. В 1768 году он посадил большую виноградную лозу, которая до сих пор плодоносит — дает более 300 кг винограда в год.

Сейчас, прежде чем попасть в Хэмптон-корт, нужно пройти большой зеленый двор.

Зубцами стен и надвратными башнями дворец напоминает крепость. К небу тянутся каменные трубы, каждая из которой уникальна — выложена то ребром, то торцом кирпича необычного для той поры размера (до 28 см в длину, 23 см в ширину, 5 см в высоту). Все здание Хэмптон-корта сложено из красного кирпича, а карнизы, контуры зубцов отделаны белым камнем. В стену каждой восьмигранной башни вставлено по терракотовому медальону с рельефными изображениями древнеримских императоров. Примерно такие же медальоны можно увидеть и в стенах башен в глубине дворца.

К воротам дворца ведет каменный мост XVI века, переброшенный через ров и украшенный белокаменными фигурами геральдических зверей, держащих щиты с гербами королевского дома.

Хэмптон-корт напоминает город, несколько дворов следуют друг за другом.

Первый, так называемый Нижний двор с асимметрично расположенными окнами на фасадах, низкими дверями под приплюснутыми арками.

Второй двор — Часовой Его надвратную башню украшают астрономические часы XVI века (они показывают время, месяц, число, количество дней от начала года, фазы Луны и время подъема воды у Лондонского моста). В этом дворе для Генриха VIII был построен холл. Под ним расположены пивной и винный погреба. Рядом находятся и дворцовые кухни с вертелами, печами, жаровнями.

Последний парадный двор — Фонтанный, с архитектурой абсолютно светского характера. Здесь при строительстве тоже использовались красный кирпич и белый камень для отделки.

Окна жилых комнат и парадных залов дворца выходят в Фонтанный дворик и в парк, разбитый перед южным и восточным фасадами. В 1838 году сады Хэмптон-корта были открыты для широкой публики, они радуют своих посетителей постоянным цветением.

Кроме того, ежегодно в начале июля на территории, примыкающей к королевской резиденции, проходит выставка цветов — Hampton Court Flower Show. Тогда здесь размещаются выставочные павильоны и открытые экспозиции, где представляются новые гибриды и необычные для здешних мест растения. Традиционно в рамках Hampton Court Flower Show проводится и Британский фестиваль роз.

Твикенхэм

Английские садовники стремились создать иллюзию естественности, и это главное отличие английского пейзажного парка от французского регулярного. Пейзажные парки стали появляться в Англии уже в первой четверти XVIII столетия.

Первым образцом нового стиля считается сад, устроенный известным поэтом Александром Попом (1688–1744) в Твикенхэме в 1719 году.

В свое время А. Поп считался одним из законодателей английского вкуса. Сад в Твикенхэме создан под влиянием эстета-моралиста Антони Эшли Купера, третьего графа Шафтсбери (1671 — 1713).

Граф говорил, что „даже дикие скалы, поросшие мхом пещеры, лишенные определенной правильности гроты и водопады, со всей суровой привлекательностью пустынности, прелестнее и прекраснее для меня, чем чопорное жеманство садов владетельных принцев“. Для него, такие категории морали, как правда, добро и красота в принципе обозначали одно и то же. Ощущение собственной свободы и могущества вдохновляло графа на создание больших английских парков. Согласно его учению, наблюдения за природой в разные времена года и в течение одного дня — это элемент духовного самосозерцания человека.

Именно Шафтсбери принадлежит фраза „Сады и рощи внутри нас“.

Очевидно под влиянием Шафтсбери писатель Джозеф Аддисон (1672–1719) резко высказывался против уродования деревьев, когда им придают геометрические формы: „Наши деревья вздымаются подобно кеглям, шарам и пирамидам. Я охотнее гляжу на дерево во всей его полноте и изобилии веток и сучьев, нежели на подпертое и подстриженное в виде геометрической фигуры. Фруктовый сад в цвету выглядит бесконечно роскошнее, нежели маленькие лабиринты и тонко выполненные партеры“.

Один из первых проповедников „готицизма“ в архитектуре Батти Лэнгли (род. в 1696 году) писал: „Нет ничего более отталкивающего, чем застывший регулярный сад“. Он был и большим сторонником создания в парках руин, устройства „диких“ уголков природы.

И вот на волне этой всеобщей любви англичан к пейзажным паркам Поп создает свой Твикенхэм. Его сад — связующее звено между регулярными садами голландского типа и садами поэтическими, живописными.

Одни специалисты (например, авторитетный английский искусствовед Николас Певзнер) считают этот сад с извивающимися дорожками, крошечными холмиками, раковинами и минералами и разнообразными эффектами на небольшом пространстве вообще первым садом пейзажного типа Другие относят его к определенным стилям — барокко, рококо, классицизму, романтизму или считают эклектичным.

Д Лихачев пишет: „Мне лично кажется наиболее убедительной точка зрения Морриса Браунелла, что этого противоречия нет. В самом деле, А Поп считал первым принципом садового искусства контрастность и разнообразие. В Твикенхэме есть самые различные элементы садовых устройств, часть из которых использовалась и ранее в различных стилях регулярных садов восьмиугольники, партеры, цветы, прямые и правильные дорожки вперемежку с самыми различными „неправильностями“. В целом Поп подчинил все старые элементы новому принципу. Ближе всего его сад, как мне представляется, к садам рококо, которые, несомненно, предшествовали романтическим и являлись в известной мере первой формой стилистического упорядочивания пейзажных парков, „стихийно“ существовавших и ранее. Противоречие есть в другом — между поэзией Попа и его садовой практикой. В Англии принято Попа как поэта считать классицистом“.

Поп стремился усилить пейзажную декоративность, поэтому брал элементы из предшествующих стилей регулярного садоводства. Однако А. Поп поставил в саду небольшие классические постройки, полускрытые зеленью, как это было принято делать в соответствии со стилем рококо Центральная садовая постройка А Попа — грот — имеет вид классической ротонды. Позже грот стал излюбленной деталью пейзажных парков, вообще, сам Поп считал, что он организует свой сад по пейзажному принципу.

Однако в саду Твикенхэма можно заметить не только элементы пейзажности, но романтизма. На небольшой территории сада, названного конспектом природы, невозможно было создать значительные пейзажные картины, однако здесь уже не было стриженых деревьев и симметрии. Украшением сада служили большой газон, спускавшийся от дома к реке, и плакучие ивы около дома.

Грот весь убран подарками (камнями и раковинами, присланными поэту различными людьми из Италии, Египта, Кента, Плимута, Корнуолла, Йоркшира и т. д.). Поэтому грот называли еще Раковинным храмом. Помещения грота не похожи друг на друга. Этот грот имел открытый вход, через него был виден, как в раме, определенный участок Темзы.

В этой раме из драгоценностей (разнообразных камней и раковин) внезапно появлялись и пропадали суда, как в „перспективном стекле“ Когда закрывались двери этой „драгоценной рамы“ и в гроте становилось темно, на противоположной стене через небольшое отверстие в двери появлялись своеобразные движущиеся картины. Кроме того, в гроте можно было почувствовать перемены от света к сумеркам и от сумерек к свету.

Поп провозгласил три главных принципа разбивки парков — контрастность, неожиданность (сюрпризность) и скрытие ограды Он с гордостью заявлял, что две плакучие ивы в его маленьком садике на берегу Темзы — самые красивые в королевстве. Замысел Попа претворял в жизнь ландшафтный архитектор Бриджмен (именно он признан первым строителем пейзажных парков).

Кроме сада в Твикенхэме Бриджмен создал первоначальную планировку сада в Стоу, разбил Королевский сад в Ричмонде.

А. Поп утверждал, что „мужественные британцы, презирая иноземные обычаи, предоставляют своим садам свободу от тирании, угнетения и автократии“. Он рекомендовал при устройстве садов советоваться во всем с „гением местности“, то есть с природой. Поэт был так увлечен садовым искусством, что в 1724 году написал: „Садоводство ближе… к божественному творчеству, чем поэзия“. Во многих его работах встречаются описания садовых ландшафтов.

У Попа, как общепризнанного законодателя вкуса, быстро нашлись последователи.

Поэт оказал большое влияние на теоретиков пейзажного садоводства середины XVIII века — Филиппа Соускота и поэта Вильяма Шенстона и популяризаторов — Джозефа Спенса и Хораса Уолпола.

Воодушевленные примером Попа английские магнаты стали окружать свои дворцы так называемой дикой природой. Они вырубали аллеи, уничтожали гидравлические сооружения, выкорчевывали деревья и кустарники, которым садовники придали формы конусов, пирамид, прямые каналы превращали в окаймленные живописными берегами „змеящиеся“ речки. На месте бассейнов правильной четырехугольной и округлой формы сооружали пруды естественных очертаний, заросшие тиной, кувшинками и водяными лилиями. Таким образом создавался пейзаж дикой природы.

Однако и английский парк подчинен строгим формальным принципам. Ландшафтные архитекторы стремились подражать только исключительно красивым ландшафтам Италии, известным по картинам Лоррена, Пуссена (У. Кент буквально воспроизводил картины итальянских художников в пейзаже парков).

„Кроме того, существует ряд формальных принципов, которые обязательно присутствуют в каждом английском парке, — пишет М. Соколова. — Это так называемый „На, ha!“ — ров, незаметно отделяющий парк от окружающей местности и в то же время эффективно защищающий его от вторжений скота. Это „бит“ — дорожка, идущая по всему периметру парка и представляющая таким образом маршрут, позволяющий осмотреть все владения. Это огромные „пустые“ (без цветников и скульптуры) газоны; посадки деревьев наподобие „десятки пик“, всевозможные серпантинные дорожки, причудливые, извилистые русла рек, которые менялись по прихоти заказчиков; это старые, засохшие деревья, которые высаживались“ для создания специфического эффекта. Изощренность садоводов доходила до того, что даже овцы, пасшиеся на лугах, подбирались по цвету шерсти, чтобы создавать издали красивые колористические пятна“.

Стоу

Парк Стоу в Бекингемшире — в резиденции лорда Кобхэма (около 100 км от Лондона) — самое совершенное произведение английского паркового искусства.

До XVIII века здесь существовал регулярный парк, созданный по проекту архитектора Ванбрега. В 1714 году архитектор Бриджмен (умер в 1738 году) начал его переделывать в парк пейзажного типа, добавив к нему участки площадью около 400 га. Кстати, именно Бриджмена англичане считают первым строителем пейзажных парков (ему принадлежат планировки сада Твикенхэм, Королевского сада в Ричмонде). Закончили перепланировку сада в Стоу в 1738 году архитектор Уильям Кент (1685–1748) и его ученик Ланселот Браун (1715–1783).

Уильям Кент родился в Бридлингтоне, в Йоркшире. Его трудовая деятельность началась со скромной работы в качестве мастера по расписыванию карет.

Он стал известным зодчим после того, как его приметил граф Берлингтон в Риме, где Уильям учился живописи у Бенедетто Лути. В доме Берлингтонов Кент стал своим человеком (его и похоронили в 1748 году в их семейной усыпальнице).

Кент тесно сотрудничал с Берлингтоном, способствовал распространению в Британии палладианского стиля. В его творчестве отразились различные направления, в том числе готика и романтизм.

В 1734 году Кент начал строить первый дом в стиле классицизма (поместье Холкхэм-Холл, графство Норфолк). В 1735 году Кент стал придворным мастером в Лондоне.

Талант Кента был весьма разносторонен. Поначалу он занимался живописью, писал и портреты, и религиозные и исторические картины, расписывал потолки, делал офорты, рисунки для различной утвари, иллюстрировал книги, разбивал сады и строил дворцы. Он занимал должности королевского плотника, королевского архитектора, хранителя королевских картин и главного королевского живописца. Однако произведений Кента сохранилось не так много.

С 1730 года Кент занялся планированием парков. Об этом ландшафтном архитекторе говорили: „Магомет придумал рай, Кент создавал их во множестве“. Он был настолько популярен, что его называли даже английским Рафаэлем. Хорас Уолпол, назвав его отцом современной садово-парковой архитектуры, заявил: „Он перескочил через садовую изгородь и увидел, что вся природа — сад“.

Кент создавал планировку знаменитых парков виллы герцога Девонширского в Чисике недалеко от Лондона, Карлтон-хауса в Лондоне, Клермонта рядом с Лондоном и другие.

Парк Стоу называют лучшей его работой.

В своем творчестве он стремился приблизить английский ландшафт к пейзажам Клода Лоррена (1600–1682), знаменитого французского художника, много лет проработавшего в Италии. Поэтому Кент был категорически против прямых линий в разбивке аллей, поскольку их нет в природе. Он во всем старался следовать принципам естественности. Стремился создать живописные перспективы и распределить свет и тень в пейзаже, добиться непрерывной смены картин, изменяя для этого характер отдельных пейзажных композиций. Уильям Кент умело показывал красоту отдельно стоящих деревьев, учитывая силуэт, форму, цвет и фактуру кроны.

В подражание живой природе он мог поместить сухие деревья в естественном пейзаже. Его парки продолжались и за их пределами.

Устроенные им парки отличались камерностью, лиричностью, обилием украшений в античном духе — статуй и павильонов. Творчество Уильяма Кента вдохновило многих архитекторов. Говорили, что работать над парками надо так, как это делал Кент, как художник и поэт.

Однако Вальтер Скотт иронически замечал, что парки Кента имеют не больше сходства с природой, чем румяна престарелой кокетки со свежим румянцем деревенской девушки.

Ланселот Браун, другой автор проекта сада Стоу, создал около сотни садов на Британских островах и вошел в историю под кличкой Капабилити (потенциальный).

Его называли так потому, что он имел обычай при разговоре с заказчиками все время твердить: „Ваш участок обладает большими возможностями“ (по-английски „capabilities“). Он создал планировку парков старинных поместий в Бленеме, Оксфордшире, Бакингемшире, Петуорте, Западном Суссексе, проектировал также архитектурные сооружения. Браун был так уверен в своей способности превзойти красоту природы, что однажды, создав пруды и протоки в большом парке, воскликнул: „О Темза, ты никогда мне этого не простишь!“

Парк Стоу расположен на площади 200 га. В его планировке использован прием, получивший название „На, ha!“. Он заключается в том, что садовую стену прятали во рву, поэтому взгляду открывались близлежащие окрестности.

Дворец — центр композиции всего парка. Перед дворцом с севера и юга — открытые прямоугольные площадки. В южном направлении перспективу парка завершает статуя короля Георга 1, а с северной стороны — водоем.

Здесь созданы небольшие лужайки и разнообразные виды, благодаря пересеченному рельефу с оврагами, холмами.

Парк украшают различные декоративные элементы: беседки в виде храмов Венеры, Дружбы, Бахуса, скульптура, пещеры и т. д. Шедевром мировой архитектуры признан построенный Кентом в парке Стоу элегантный круглый павильон — Храм античной добродетели. Позже его творение пытались повторить зодчие всей Европы.

Заслуга Кента состоит в том, что он „выявил достоинства существующего пейзажа — округлил форму рощ, усилил склоны, добавил цвета, посадив необходимые для этого деревья; пейзажи связал в последовательность, раскинув сеть тонких живописных дорожек. Недостатком сада считают обилие построек. На сравнительно небольшом парковом участке были построены храм Вакха, храм Венеры, пещера Дидоны, пустынька Св. Августина, храм Дружбы и знаменитый Палладиев мост“, — пишет В. Дормидонтова.

Сначала граница парка в Стоу была обозначена регулярными посадками деревьев, позднее они были заменены группами деревьев и кустарников, в результате чего открылась перспектива на окружающие пейзажи.

„Парк в Стоу — типичный английский парк, который „зачастую содержит огромное количество намеков — исторических, политических, нравственных, — пишет М. Соколова. — Так лорд Кобхэм, например, в своем поместье в Стоу установил за домом статуи государственных мужей Англии и снабдил надписями из „Энеиды“, повествующими о блаженстве духов на Елисейских полях, а рядом собирался провести реку Стикс. Другой землевладелец соорудил посреди парка храм Счастья, а посетителям предлагал найти к нему правильную тропинку (она шла между статуями Разума и Невинности). Третий, напротив, поместил в центре своего сада храм Смерти, а входы в сад оформил в виде гробов и снабдил письменными призывами к добродетели. Одно время существовала повсеместная мода на „дорожки влюбленных“, по сторонам которых ставились скамейки с соответствующими надписями. А серпантинная дорожка, ведущая в гору, достаточно распространенный элемент английского парка, называлась не иначе как Парнас“.

За три века англичане создали множество парковых ансамблей. И сейчас сорок тысяч государственных и частных парков Великобритании обычно открыты для посещения.

Гайд-парк

Среди английских парков Гайд-парк (площадь 160 га) и примыкающий к нему с запада Кенсингтон-гарденз, или Кенсингтонский сад (площадь 140 га), наиболее заметны на карте Лондона. Оба объекта образуют массив шириной более 1 км и протяженностью 2,5 км. Кроме того, рядом с Гайд-парком находятся Сент-Джеймсский парк, Грин-парк — все они цепочкой тянутся друг за другом и занимают почти 400 га площади в центре большого, столичного и к тому же древнего города. Лишь в Лондоне, как в городе рассредоточенного типа, не скованном кольцом городских стен, стало возможно такое неэкономное расходование земли.

Гайд-парк (так же как Сент-Джеймсский, Грин-парк) возник на месте заповедных охотничьих лесов, огороженных в XVI веке Генрихом VIII. В то время в нем в изобилии водились дикие кабаны и буйволы. Оливер Кромвель невзлюбил Гайд-парк потому, что однажды здесь прострелил себе ногу (пистолет выстрелил у него в кармане). Придя к власти, Кромвель распорядился продать земли парка по частям.

Гайд-парк стал принадлежать Вестминстерскому аббатству. Когда земли монастырей были конфискованы, парк отошел к казне.

Гайд-парк был открыт для посещения публики раньше, чем другие королевские парки, — еще в 1637 году. Планировку Гайд-парка и Кенсингтонского сада выполнил в 1730 году Бриджмен. По его проекту была сооружена дамба на реке Вестбурн и сделан пруд Серпантин (по приказу жены короля Георга II леди Каролины; на эту затею она потратила 20 тысяч фунтов, которые взяла из казны втайне от мужа).

В 1851 году в Гайд-парке была организована первая Всемирная выставка. Для нее по проекту ландшафтного архитектора Джозефа Пэкстона (1801 — 1865) было возведено здание из стекла и металла, названное Хрустальным дворцом.

Проектирование Хрустального дворца стало для Пэкстона главным делом жизни. Он приступил к этой работе, когда узнал, что выставочный комитет отверг все более чем двести проектов, представленные на конкурс. Первый набросок он сделал 11 июня 1850 года, а тринадцать дней спустя уже представил готовые чертежи.

Архитекторы Европы просто негодовали оттого, что этот обыкновенный садовник вместо дворца собирается построить какой-то стеклянный колпак, оранжерею.

Действительно, дворец очень напоминал оранжерею, которую Пэкстон создавал раньше для заморских пальм.

Тем не менее, проект садовника был одобрен выставочным комитетом, а построенный дворец с восторгом был принят публикой. Павильон представлял собой один огромный зал, под его крышей оказались два столетних вяза (парламент запретил рубить деревья Гайд-парка). Русский философ, историк и литератор А. Хомяков, посетивший выставку, написал по этому поводу: „То, что строится, обязано иметь почтение к тому, что выросло“.

Хрустальный дворец стал одним из первых сооружений, в котором были использованы унифицированные элементы: все здание было составлено из одинаковых ячеек, собранных из 3300 чугунных колонн одинаковой толщины, однотипных деревянных рам, металлических балок и одинаковых листов стекла максимально возможного размера.

Огромное здание, равное по площади четырем соборам Св. Петра (более 74 000 кв. м), было сооружено за шесть месяцев. Современники считали Хрустальный дворец чудом инженерного искусства.

После выставки дворец был разобран, а позже на общественные пожертвования восстановлен на юге Лондона в Сайденхеме, где простоял до пожара 1936 года.

Каким он был на самом деле, можно узнать, посмотрев на лондонские вокзалы Кингз-кросс и Пэддингтон, построенные в середине XIX века.

После Первой всемирной выставки Общество искусств предложило на средства, полученные от выставки, создать комплекс учреждений для пропаганды прикладного искусства. Так, в 1857 году появился Южно-Кенсингтонский музей, ставший позднее Музеем Виктории и Альберта.

На границе между Кенсингтон-гарденз и Гайд-парком установлен памятник принцу Альберту — мужу королевы Виктории. Он был создан по проекту Гилберта Скотта в 1863–1872 годах. Поднявшись по нескольким широким ступеням с любой из четырех сторон, оказываешься на высоком цоколе, украшенном 178 мраморными фигурами художников и скульпторов, музыкантов и поэтов. По углам цоколя расположены скульптурные группы, олицетворяющие ремесла и науки. Сама фигура принца, пятиметровая бронзовая, золоченая, расположена под каменным балдахином, украшенным мозаикой и готическим шпилем.

У южной границы Кенсингтонского сада располагается здание Альберт-холла, зрительный зал которого может вместить до 10 тысяч человек.

Для Гайд-парка характерны большие открытые лужайки, которые служат местом проведения массовых митингов. На территории парка есть знаменитый Спикерс-корнер (Уголок ораторов) — здесь на полосках асфальта отведено место для собраний. В воскресенье утром в Уголке ораторов собираются желающие выступить с речью.

Поднявшись на скамеечку (запрещено ругаться, стоя на английской земле), оратор может критиковать правительство, шефа, жену.

В парк ведут многочисленные входы Гайд-парк-корнер-скрин — главные ворота в парк. Не менее известна Мраморная арка — Марбл-арч, расположенная на северо-востоке парка. Прототипом этого монументального сооружения послужила римская триумфальная арка Константина. Автор триумфальной арки в Лондоне Джон Нэш сделал Марбл-арч с тремя проездами, колоннами и рельефами. Сначала арка находилась перед Бекингемским дворцом; когда строительство нового дворцового корпуса было закончено, арку передвинули к Гайд-парку. Но в 1908 году из-за сильного движения транспорта территорию парка урезали, и Марбл-арч оказалась отдельно стоящей на площади.

Территория парка изрезана большим количеством дорог, пересекающих ее во всех направлениях. Здесь немного сооружений, Гайд-парк создан для прогулок. По аллее, начинающейся у самого шумного места города — Гайд-парк-корнера скачут кавалькады всадников или гарцует на лошадях целое семейство. На изумрудных лужайках Гайд-парка пасутся бараны.

На стыке Грин-парка и Гайд-парка, на пересечении нескольких улиц находится Гайд-парк-корнер, маленькая площадь, считающаяся чуть ли не самым шумным и перегруженным перекрестком Европы. Пешеходы могут перебраться на другую сторону улицы, лишь воспользовавшись подземными переходами.

Во второй половине XVIII века известные лондонские архитекторы создавали многочисленные проекты для оформления Гайд-парк-корнер. В 1778 году градостроитель Роберт Адам предложил поставить здесь триумфальную арку, а по обеим сторонам от нее — колоннады. В 1825–1828 годах Децимус Бартон создал ансамбль Гайд-парк-корнер, который в несколько измененном виде существует и сейчас. У начала аллеи Конститьюшн-хилл расположена триумфальная арка, известная как арка Веллингтона (раньше на ней была установлена конная статуя герцога, замененная в 1912 году бронзовой статуей богини победы на колеснице).

На своем веку Гайд-парк повидал многое. Здесь устраивались дуэли. В 1816 году в пруду Серпентайн утопилась Гарриет Уэстбрук, первая жена знаменитого поэта Шелли.

Сегодня Гайд-парк предоставляет все возможности для отдыха. Здесь разрешается сидеть и лежать на зеленых газонах, заниматься спортом и играть, совершать прогулки верхом и на автомобилях, покататься на лодке и искупаться в пруду, покормить уток и лебедей.

Особенно много народу бывает в воскресные дни. И. Герасимов так описал свое пребывание в Гайд-парке: „Мы пробыли в Гайд-парке не более двух часов, но за это время успели прослушать речи пяти ораторов. Первый, ирландец, горячо говорил об объединении Ирландской Республики с Северной Ирландией и резко отзывался о тех английских деятелях, которые препятствуют этому. Второй, негр, говорил о подъеме национального негритянского движения на африканских территориях и призывал жителей столицы содействовать этому движению. Третий придерживался явно идеалистического направления, он выступал за мир и против войны, но в качестве образца мирного сосуществования приводил голубей, разрешающих споры преимущественно мирными средствами и лишь в крайних случаях поединками. Четвертый, представитель лейбористской партии, серьезно и обстоятельно говорил о текущих политических событиях в Англии Последний оратор, английская девушка, призывала к ликвидации всех властей. Интересным показалось поведение присутствующих Они непрерывно двигались, подходили к той или иной группе, окружившей очередного оратора, несколько минут внимательно слушали его, а затем не спеша направлялись к другой группе. Создавалось впечатление, что большинство слушателей относится к произносимым речам как к своеобразному развлечению. Возможно, этому способствовали воскресное время, состав гуляющих, большое число ораторов и малочисленность аудитории у каждого из них. Во всяком случае, было ясно, что у лондонской полиции в Гайд-парке были все основания относиться снисходительно даже к самым радикальным ораторам“.

Западная часть Гайд-парка, Кенсингтон-гарденз, стала местом действия героев сказки Д. Бэрри, написанной в 1904 году. В 1912 году за одну ночь, как в сказке, главному ее герою Питеру Пэну был поставлен бронзовый памятник (скульптор Джордж Фрэмптон).

По сказке Бэрри, дорожки в этом саду протоптались сами собой, а дерево Чекко Хьюллета, растущее здесь, необыкновенное (современные лондонские мальчишки всегда ведут раскопки около него, потому что Чекко потерял здесь один пенс, а нашел вместо него целых два).

Перед Кенсингтонским дворцом, возведенным для Вильгельма Оранского в 1689–1691 годах, разбит великолепный „голландский“ цветник.

Л. Воронихина писала: „Сотни людей, отдыхающих прямо на газонах; всадники, гарцующие на Роттен-роуд-аллее со специальным мягким грунтом, еще в XVII столетии отведенной для верховой езды; ораторы на углу парка у Марбл-арч, говорящие на самые различные темы, от серьезных, политических, до таких, как ведение домашнего хозяйства или обучение певчих птиц; многолюдные митинги и демонстрации на широких парковых полянах — все это Гайд-парк и все это Лондон“.

ГЕРМАНИЯ

Сан-Суси

Под воздействием творчества английских архитекторов много пейзажных парков было создано и в Германии, например дворцово-парковый ансамбль Сан-Суси („Без забот“), который расположен всего в получасе езды от Потсдама.

Парк создан в середине XVIII века и занимает площадь 290,3 га. Первым его автором был Георг Кнобельсдорф (1699–1753), любимый архитектор Фридриха II. Кнобельсдорф отделывал интерьеры дворцов в Шарлоттенбурге, Потсдаме в стиле рококо.

Ганс Георг Кнобельсдорф родился в Саксонии в прусской аристократической семье.

Начал свою карьеру в армии, а, выйдя в отставку в чине капитана, занялся живописью. Обучался архитектуре в Берлинской академии. Состоял на придворной службе наследного принца, будущего короля Пруссии Фридриха II Великого, который направил его в учебную поездку по Италии и по возвращении поручил ему перестроить старый дворец в Райнсберге. В 1740 году Кнобельсдорф стал главным хранителем королевских замков и парков Пруссии, позже — министром Прусской генеральной директории. Самое известное творение архитектора — дворец Сан-Суси.

В Потсдаме, по указанию короля, уставшего от многочисленных войн, Кнобельдорф построил в 1745–1747 годах небольшой, но изящный дворец.

Когда-то, в конце XVII века на месте парка была песчаная равнина. Позже она была засажена редкими деревьями, привезенными из разных стран: высокоштамбовыми липами (они достигают сейчас высоты 4–5 м), дубами, красными каштанами, тисами и др. Кроны деревьев и кустарников постоянно подвергались и продолжают подвергаться стрижке. Результат по благоустройству парка превзошел все ожидания: сейчас на площади в 290 га не сразу обратишь внимание на дворцы или другие здания.

По проекту Георга Кнобельсдорфа были построены дворец и партер с шестью террасами и лестницей между ними.

По лестнице можно пройти на главную аллею длиной 2,5 км, пересекающую парк с запада на восток. Эта аллея (в отличие от Версаля) ведет не к дворцу, а к ротондам с фонтанами и скульптурами.

Уже в XIX веке в Сан-Суси работал ландшафтный архитектор П. Й. Ленне.

Е. Чекулаева рассказывает: „По тихим аллеям Сан-Суси можно ходить часами, ведь они продумывались лучшими мастерами паркового дела. Все по-немецки аккуратно, ни один листик не растет наперекор собратьям. Будто ниоткуда возникает Китайский чайный домик — миниатюрный, как фарфоровая статуэтка. Далекий Восток, так восхитивший Европу столетия назад, предстает разнообразием образов. Белая крыша в виде шатра, а над куполом под зонтиком сидит улыбающийся китайский мандарин. Так и хочется его поприветствовать. Позолоченные скульптурные группы поведают о быте и традициях далекого китайского народа“.

Китайский чайный домик был построен в 1745–1747 годах архитектором Бюрингом.

Здесь вокруг центрального зала расположены три кабинета, а между ними — три открытые веранды с колоннами, сделанными в виде стволов пальмы. У стен кабинетов и на открытых верандах стоят позолоченные скульптурные группы.

Когда-то в центре комплекса Сан-Суси находились виноградник и вишневый сад.

Около Китайского чайного домика выращивались абрикосы, сливы, яблоки и груши, финики, ананасы, дыни и бананы росли в отапливаемых теплицах.

В 1751 — 1757 годах среди деревьев появился грот Нептуна (его украшают скульптура Нептуна с трезубцем и наяды с кувшинками).

Авторы книги „Парки мира“ отмечают: „Современное состояние территории парка, водоемов и растительности свидетельствует о большом внимании и огромной работе, которые ведутся в парке. Все исторически сложившиеся планировочные узлы комплекса и партер-цветник перед картинной галереей, реставрируемый ныне в соответствии с первоначальным решением виноградник, цветники, Сицилианский сад, Северный сад, парк Шарлоттенхоф, сад Марли производят впечатление подлинных памятников садово-паркового искусства. Здесь все составляющие архитектуру парка элементы — деревья, газоны, живые изгороди из разнообразных кустарников, цветники — кажутся шагнувшими со старинных гравюр“.

В парке много разных достопримечательностей. Например, оранжерея для тропических растений (длиной 300 м), расположенная неподалеку от искусственного озера.

Есть в парке и картинная галерея (первая созданная в качестве музея для картин), она представляет собой приземистое здание с куполом. Аттик средней ее части украшен скульптурой, символизирующей Искусство, Науку и Поэзию. Сейчас в Картинной галерее экспонируется более ста работ Рубенса, Ван-Дейка, Гвидо Рени и др.

Раньше на месте галереи была теплица, преобразованная в ходе строительства в декоративный сад, в котором росли в позолоченных свинцовых кадках апельсиновые деревья. Сейчас перед Картинной галереей разбит цветник. От ротонды в виде веера расходятся восемь дорожек, обрамленных по сторонам живой изгородью и деревьями, подстриженными в форме шара. В середине ротонды — бассейн с фонтаном. Тут же стоят восемь мраморных бюстов, изображающих в основном членов правящего дома Оранских, поэтому ротонду называют Оранской.

Фасад дворца со стороны парка украшен полуфигурами кариатид и атлантов, поддерживающих карниз. Отмечая эту деталь оформления, авторы книги „Искусство XVIII века пишут: „Расположенные по всему фасаду попарно между высокими окнами, они придают дворцу нарядный, живописный вид. Эта деталь заставляет вспомнить об архитектуре Цвингера, однако именно здесь проявляется коренное различие пластического декора в барочных зданиях и постройках рококо. Скульптура Цвингера неразрывно связана с архитектурой, кажется, что сами павильоны готовы раствориться в живописной массе покрывающего их скульптурного убранства; атланты Сан-Суси, напротив, только оживляют поверхность строго конструктивного объема здания; они являются декором в более точном, прямом значении термина“.

Фигуры изящных вакханок встречают посетителей у самого дворца. На большом куполе, который увенчал овальную среднюю часть дворца, замерли в танце скульптуры, олицетворяющие стихии — Огонь, Воду, Землю и Воздух. Еще выше — парящие фигуры Венеры и Меркурия.

Высокие полуовальные окна подняты от земли на высоту трех ступеней, которые заменяют цоколь. При всем том фасад дворца и колоннады, встречающиеся при въезде в Сан-Суси, довольно строги (это вполне отражало вкусы прусских королей).

Внутренние помещения дворца спроектированы по схеме двойных апартаментов, согласно которой комнаты располагались двумя рядами, а главные из них выходили в сад. Самое большое помещение дворца — Мраморный зал овальной формы. Он увенчан куполом, открывающимся в середине. Мраморные колонны, расположенные попарно, поддерживают карниз со скульптурной группой, символизирующей Архитектуру, Музыку, Живопись, Ваяние и Астрономию. Концертный кабинет дворца в Сан-Суси считается одним из самых красивых залов эпохи немецкого рококо.

В парке „Без забот“ любили отдыхать придворные и многочисленные гости короля.

Довольно часто сюда приезжал Николай I с царицей — сестрой Фридриха II, наведывался Вольтер.

К концу правления Фридриха II Сан-Суси пришел в запущенное состояние. Чтобы восстановить резиденцию, в Потсдам были приглашены знаменитые зодчие (Айзербек-младший, Петер Йозеф Ленне), и в результате их усилий парк приобрел современный вид. Тогда же, сразу после окончания Семилетней войны, был построен и Новый дворец (1763–1769) Это трехэтажное здание длиной почти 240 м должно было продемонстрировать, что казна Пруссии полна. Сначала строительство Нового дворца возглавил архитектор И. Бюринг, затем — Карл фон Гонтард.

По отлогой лестнице, украшенной с обеих сторон подстриженными деревьями, можно пройти от нижнего водоема к дворцу, который расположен на верхней террасе. Перед пилястрами и на аттике стоят 292 большие скульптуры, созданные на мифологические сюжеты. На здании Нового дворца установлены еще 196 детских фигур и других скульптур, поддерживающих свод здания.

Новый дворец был задуман как жилой замок, поэтому его внутренние покои разделены на отдельные апартаменты, состоящие из передней, спальни, кабинета и общих помещений — столовой и музыкальной комнат.

В Новом дворце устраивались пышные приемы, после которых гости отдыхали в оранжерее, расположенной недалеко от искусственного озера.

ИРАК

Висячие сады Семирамиды

В глубокой древности были известны семь чудес света, об их существовании можно узнать из старинных рукописных источников. Это три великие пирамиды в Египте (они и сейчас стоят в пустыне), Колосс на острове Родос, бронзовая статуя Аполлона, бога науки и искусства, высотой 32 м (она была сооружена около 290 года до нашей эры над входом в порт Эгейского моря). По преданию, корабли свободно проплывали между ее ногами), храм греческой богини охоты Артемиды в городе Эфес, мавзолей высотой 43 м в Галикарнасе, построенный женой карийского царя Мавсола, статуя Зевса в Олимпии высотой около 20 м, созданная из мрамора скульптором Фидием (это произведение искусства было разрушено готами), маяк в Александрии на острове Фарос, построенный Птолемеем II (маяк поднимался на высоту 160 м от земли, его свет был виден на расстоянии 60 км), и висячие сады в Вавилоне — седьмое чудо света, которое никто из античных авторов своими глазами не видел, и поэтому описания, сделанные на основе слухов, довольно противоречивы.

Вавилон (Божественные врата) существовал в XIX–VI вв. до нашей эры в междуречье Тигра и Евфрата Он был примерно в четыре раза больше современного Лондона.

Нововавилонское царство просуществовало всего 88 лет, в эти годы власть вавилонских царей распространялась до границ Египта, им удалось покорить Сирию, Иудею, Финикию. И отовсюду сгонялись на постройки Вавилона рабы.

Были приняты все меры для того, чтобы сделать этот богатейший город Востока неуязвимым. Восемь мостов, по числу главных вавилонских богов, вели через ров к восьми воротам города. Самыми знаменитыми и роскошными были северные ворота, посвященные богине Иштар. От этих ворот начиналась дорога, которая вела в центр города к Вавилонской башне высотой с тридцатиэтажный дом.

Однако воображение древних людей поражали не ворота и не башни, а сады вавилонских царей — висячие сады Семирамиды Описание этих садов сохранилось в сочинениях греческих историков Диодора, Страбона и Геродота.

Имя Семирамида было распространенным в Вавилоне. Геродот утверждает, что около 866 года до нашей эры царствовала в Вавилоне Семирамида, происходившая из воинственных амазонок. На самом деле в IX веке до нашей эры в Ассирии царствовала царица Шаммурамат, которую „окрестили“ Семирамидой. Впоследствии древние греки приписали могущественной царице почти все главные постройки Вавилона. Однако Вавилон был стерт с лица земли завоевателями и возродился вновь уже после царствования Семирамиды. Поэтому висячие сады к ней никакого отношения не имеют.

Согласно другому преданию, царь Вавилона Навуходоносор II взял себе в жены мидийскую царевну Сааммурамат из горной страны Элам. Царевна тосковала в этом большом шумном городе по родине. Поэтому Навуходоносор, опасаясь за здоровье жены, повелел построить у своего Дворца искусственные горы и создать на них висячие сады.

Дворцовый сад начинался на внешней крепостной стене, затем поднимался на уровень внутренней стены и платформы дворца, поэтому из города он казался зеленой горой.

Говорят, что окрестности Вавилона были зеленым морем растительности, что на этой плодородной почве даже воткнутая в землю палка через неделю пускала корни.

Навуходоносор мог бы позволить себе самый роскошный сад на свете. Но он не хотел спускаться на землю, поэтому сад приказал поднять к себе. Утрамбованная глина, из которой была построена платформа дворца, для выращивания растений не подходила, поэтому сад „подвесили“ на шести кирпичных аркадах. Вот почему сады называют висячими.

Чтобы в саду росли пальмы и сикоморы, необходимо было обеспечить их корням доступ воздуха и воде — свободный сток.

Формы для садов сделали из двойного ряда кирпичей, скрепленных известью. Чтобы своды висячего сада не пропускали воду, их пропитали смолой (асфальтом); чтобы асфальт не размягчался на солнце, поверх него настелили листы свинца. А уже свинцовую подстилку выложили тростником, насыпали сверху большой слой плодородной земли.

В саду были устроены оросительные каналы. Колоссальные деревянные колеса с кожаными ведрами подавали воду снизу, из Евфрата. Сотни рабов вращали эти колеса круглые сутки. В колоннах сада были скрыты трубы, по которым вода из Евфрата поступала в висячий сад до самой верхней террасы.

Висячий сад представлял собой 20 террас, расположенных уступами друг над другом наподобие пирамиды. Самая верхняя терраса была поднята на высоту 25 м.

Террасы были сделаны из каменных глыб толщиной 1,5 м, шириной 5 м, поддерживались массивными колоннами. Нижняя терраса располагалась на квадратном фундаменте (со стороной 120 м). Стены террас были облицованы белыми плитами и покрыты рельефными изображениями лучников на колесницах и животных, в которых они целились.

Террасы были соединены витыми лестницами из белого и розового мрамора. Из верхней террасы, с мраморным порталом, с двумя фигурами крылатых быков с головой Навуходоносора, можно было попасть во дворец.

Вся постройка была сквозной. Внутри галерей, образованных колоннами, были расположены гроты, выложенные цветным кафелем и расписанные фресками.

По приказу Навуходоносора были отобраны самые красивые деревья, кустарники и цветы, произраставшие на берегах Каспийского и Средиземного морей, Персидского залива. Причем для растений низменностей было отведено место на нижней террасе, для высокогорных деревьев — на верхней. С верхней террасы бежали ручьи, били в саду фонтаны.

Сыну Навуходоносора — царю Набониду не помогли ни стены, ни рвы, ни шлюзы. Висячие сады получили новых хозяев — персов. Позже Александр Македонский завладел дворцом Навуходоносора. А в начале нашей эры дворец Навуходоносора был разрушен наводнением.

К югу от Багдада, на левом берегу Евфрата, остался от Вавилона холм высотой 45 м. При раскопках был подтвержден сам факт существования на его месте висячих садов Семирамиды.

Но висячие сады не давали покоя потомкам Навуходоносора. В 1671 году архитектор Виталиано Барромео превратил утес на озере Лаго-Маджоре в замечательный сад из десяти террас, поддерживаемых аркадами. Но его аркады не были сквозными, поэтому он не производил впечатления висячего сада. В 1685 году так называемый верховой сад был создан в России, в Кремле. В нем устроили даже небольшой пруд и выставлялись клетки с певчими птицами. Верховые сады были уничтожены в 1773 году при закладке здания большого Кремлевского дворца.

Во времена Екатерины II висячий сад появился в Зимнем дворце, в нем росли березы, были газоны с клумбами, в конце дорожек стояли мраморные статуи. В оранжерее, примыкавшей к саду, жили птицы, а также обезьяны, морские свинки, кролики.

ИСПАНИЯ

Альгамбра

Холм, на котором расположена Альгамбра (дворец и крепость правителей Гранады), растянулся с востока на запад на 850 м (в ширину — 240 м). Весь ансамбль Альгамбра занимает площадь всего 13 га. Окружающие дворец сады представляют собой регулярные композиции, связанные с архитектурой дворца. Сады небольшие по размерам: Миртовый двор — 1550 кв. м, Львиный двор — 530 кв. м, другие еще меньше.

Испания долгое время находилась под властью арабов (около 700 лет), которых здесь называли маврами. Дольше всего мавры задержались в Гранаде. В IX веке на обрывистом продолговатом холме была сооружена крепость с арабским названием Альгамбра (красная), так как каменные блоки, из которых сложены стены и башни Альгамбры, действительно имеют розоватый оттенок. Согласно другой версии, строители Альгамбры работали ночью, при свете костров, который придавал стенам и башням красноватый оттенок.

Начал строительство Альгамбры Мухаммед I в XIII веке, затем его продолжили Юсуф I и его сын Мухаммед V, завершилось строительство в XV веке Мухаммедом VII.

Альгамбра состоит из трех частей, называемых по-арабски Алькасаба (крепость), Алькасар (дворец) и Медина (город).

Первой появилась крепость. На самой юго-западной вершине холма расположена главная башня де ла Вела (сторожевая башня), после взятия города на ней водружалось знамя католических королей, и до сих пор 2 января, в день взятия Гранады, флаг поднимается на башне. А в народе существует поверье: чтобы удачно выйти замуж, надо рукой дотронуться до ее колокола. За башней находится древняя часть Альгамбры — Алькасаба (старая крепость), за ней расположена большая площадь де лос Алхибес, а дальше — дворцовые постройки мавританской династии Настритов.

Стены и потолки небольших помещений Альгамбры сплошь покрыты орнаментом. Все залы группируются вокруг внутренних дворов, поэтому здесь используется естественное освещение. Не меньшую роль в архитектуре ансамбля играет цвет.

Во дворце можно выделить три части, соединенные друг с другом проходами. Каждая из частей имеет дворик (патио) с садом и фонтанами.

Из аркады Сада Мачуки (название было дано по имени его строителя) можно попасть в самую маленькую группу помещений — Золотые залы, богато орнаментированные и предназначенные для судебной администрации и приема публики.

Вторая часть дворца — группа Посольских залов — лежит на оси Миртового двора. Двор был назван так из-за двух рядов стриженых миртовых кустов. Он небольшой, всего 37 м в длину и 23 м в ширину, обрамлен невысокой двойной рамой — камнем и подстриженной зеленью кустарников, в его торцах расположены два фонтана. 20 процентов площади сада занимает водоем. Особенность этого двора и других дворов Альгамбры в строго геометрическом рисунке плана, в широком применении декоративных водоемов и фонтанов, а также в использовании горшечных культур в растительном убранстве.

Вокруг Миртового двора расположены залы, в которых протекала светская жизнь правителя. Зал де ла Барка (лодка) со сводчатым потолком, напоминающий днище судна, богато отделанный, длинный, служил своеобразным вестибюлем. Главный, Посольский зал расположен в башне. Он перекрыт кедровым куполом, украшенным звездами, затейливым орнаментом. Окна в глубоких нишах украшены витражами, потолок оформлен сталактитами, особенная в этом зале и мебель — изящная, покрытая резьбой. В Посольском зале состоялся последний совет правителя Гранады Боабдила с приближенными перед сдачей города испанцам, здесь же Изабелла и Фердинанд подписали указ о путешествии Колумба в Америку. В этой части дворца расположены также баня с мраморным бассейном и баня короля (маленькая комната с куполом).

Личные покои гранадских эмиров — подлинная жемчужина Альгамбры. Из Миртового двора можно пройти в Львиный двор длиной 28 м, шириной 16 м.

С. Ожегов пишет: „Собственно, Львиный дворик и есть то самое „восьмое чудо света“, ради которого в Гранаду стремятся любители прекрасного. По своей структуре дворик относится к типу мусульманского сада „чорбак“ (четыре сада). Прямоугольный сад разбит на четыре равные части двумя перекрещивающимися в центре канальцами. На пересечении стоит фонтан — чаша, поддерживаемая двенадцатью скульптурами львов. Сам сад обозначен четырьмя апельсиновыми деревьями. Это современная дань старой испанской традиции апельсиновых садов во внутренних дворах монастырей и дворцов. Старые же фотографии и рисунки показывают разные варианты „четырех садов“ Львиного дворика“.

В центре двора расположен бассейн из алебастра, к которому ведут желоба. Основной мотив этого двора — изящные колонны и подковообразные арки - 124 колонны поддерживают резную каменную аркаду, окружающую двор. Грубоватые высокие черепичные крыши подчеркивают утонченность аркады. Двор выложен мрамором.

Оба двора (Миртовый и Львиный) открыты сверху, но они по-разному освещены. „Во Дворе мирт, — отмечает О. Никитюк, — предусмотрен эффект отражения голубого неба в спокойной поверхности водоема. В Львином дворе использованы возможности светотеневой игры солнечных пятен, соответствующих живописно-динамическому решению колоннады. Невозможно ощутить силу воздействия архитектуры Львиного двора без яркого солнечного освещения. Кроме того, в Львином дворе значительнее роль деталей и отдельных частей по сравнению с Двором мирт“.

Эта часть дворца называлась Львиными покоями (от Львиного дворика, вокруг которого она формировалась). Здесь находились и гарем, и личные покои эмира.

Со всех четырех сторон к Львиному дворику примыкают великолепные залы и комнаты, каждый квадратный сантиметр стен которых покрыт тончайшей резьбой, надписями, мозаикой, даже камни имеют золотистый оттенок. С арок и сводов свисают декоративные сталактиты, характерные для архитектуры ислама.

С восточной стороны Львиный двор граничит с Залом правосудия, имеющим форму коридора с чередующимися сталактитовыми арками. Над залом возведены три небольших купола, потолок которых сделан из кедра, всюду сверкает позолота.

С южной стороны к Львиному двору примыкает Зал Абенсеррахов, в котором также сталактиты гроздьями свисают вниз.

Из Львиного двора можно попасть в Зал двух сестер, в пол которого вмонтированы две мраморные плиты. Самая интересная часть зала — его купол, составленный из сотен маленьких ячеек. Стены покрыты разнообразным орнаментом, который никогда точно не повторяется целиком. Любопытны надписи, сделанные в этом зале (например, такая: „Я сад, созданный красотой первых утренних часов. Блистающие звезды сгорают от желания перенестись в этот зал и покинуть небесный свод“).

Раньше в Зале двух сестер находилась альгамбрская ваза, сделанная в 1320 году. На ее желтовато-белый фон нанесен голубой с золотом орнамент, близкий тем, что встречаются на стенах зала. Группа подобных сосудов получила название альгамбрских ваз.

Через Зал двух сестер можно пройти в Зал водоема, или Зал двойных окон, а оттуда уже — в Мирадор де Дараха.

Мирадор де Дараха, или Двор Линдараха был сооружен в мавританский период и представляет собой поэтический уголок. К этому уголку, как нельзя кстати, подходит арабская надпись на стене Альгамбры: „Как прекрасен сад, где земные цветы соперничают со звездами небесными! Что может сравниться с чашей того алебастрового фонтана, который наполнен водою? — Ничего, кроме луны, сияющей на безоблачном небе“.

Т. Каптерева пишет: „Двор, ниша, арка, фонтан обращаются нередко к зрителю в первом лице, приглашая его вглядеться, постичь их эстетическую и символическую сущность: „Я — сад, который украсила красота, ты познаешь мое существо, если вглядишься в мою красоту“ (касыда Ибн Зумрука в Зале двух сестер); „Когда стемнеет, представь себе, что я мир более высокий, чем все системы звезд“ (надпись на фонтане сада Дарахи); „Я как невеста в брачном одеянии, одаренная красотой и совершенством. Созерцая этот кувшин, поймешь истину моих слов. Посмотри на мою корону (замок арки) и ты найдешь ее схожей с молодым месяцем“ (надпись на арке в зале де ла Барка, в которую ставились вазы и кувшины); „Это — сад, в нем постройки так прекрасны, что бог не разрешил существовать другой красоте, могущей с ними сравниться“ (надпись на Фонтане львов). Включение элементов природы в архитектурно-пространственную среду мавританского комплекса, горный воздух Гранады, ее свет, которые входят в открытые пространства дворов и арочные проемы окон, голубой свод неба, отраженный плоскостями водоемов, кипарисы и мирты, апельсиновые деревья и вечнозеленые кустарники, множество цветов с сильным душистым запахом составляют как бы живую среду существования обитателя дворцового комплекса“.

Пройти на территорию дворца можно через Винные ворота (внутренние) и Ворота правосудия (наружные). Винные ворота не кажутся массивными и тяжелыми благодаря орнаменту вокруг арки, декоративным панно, фризу и крыше, выступающей над стеной. Ворота правосудия напоминают массивную четырехугольную башню с подковообразной аркой, на стене высечена рука.

В конце XV века, когда мавры были изгнаны из Гранады, католические монархи Испании возвели здесь францисканский монастырь с церковью, казармы, дворцовые постройки. В том числе дворец Карла V — здание внушительного размера с круглым двором в стиле ренессанс, которое оказалось самым крупным на холме Альгамбры.

Однако по своим художественным достоинствам оно значительно уступает мавританским постройкам.

В XVIII и XIX веках Альгамбра пришла в упадок. В ее зданиях были размещены дешевые кабаки, там находили себе приют воры и нищие. С 1808 по 1812 год в Альгамбре квартировали солдаты Наполеона, превратившие дворец в конюшни и казармы. Уходя, они взорвали часть башен.

Когда Альгамбра получила статус национального памятника, началось ее возрождение.

Многочисленные туристы хлынули смотреть здешние достопримечательности. Туристом приезжал в Альгамбру и будущий посол США в Испании Вашингтон Ирвинг, под впечатлением от посещения этого райского уголка он написал книгу „Альгамбра“.

Русский поэт. А Пушкин сочинил „Сказку о золотом петушке“ тоже под впечатлением легенд об Альгамбре.

„В настоящее время Альгамбра освещается ночью прожекторами, — пишет. О Никитюк, — Такое освещение создает эффект сказочно возникающего видения на вершине холма, вознесенного над затененным городом Обособленность и необычность комплекса Альгамбры сильнее ощущаются ночью, так как днем лежащие у подножия холма здания, растущая повсюду зелень, окраска земли на склонах холмов имеют определенную общность в цвете с ансамблем замка“.

Рядом с Альгамброй, на соседнем холме, через ущелье, расположена бывшая летняя резиденция мавританских властителей Гранады — Хенералифе (Высокий сад, или Верхний сад, или Сад архитектора). Она представляет собой систему садов с легкими павильонами и является уникальной в своем роде. Уютный и красивый старый двор с садом и примыкающий к нему дворец выглядят после Альгамбры несколько скромнее.

О том, как возникла Хенералифе, сложена поэтическая легенда Мавританскому королю якобы было предсказано, что его сына постигнет несчастье от встречи с женщиной. И тогда король поселил сына в сады Хенералифе, чтобы он не встречал женщин.

Садово-парковый ансамбль Хенералифе был построен около 1319 года и не один раз перестраивался. Сейчас он представляет собой террасное сооружение. В нижней его части расположены постройки с лоджиями и балконами (они сгруппированы при Патио де ла Альберка с каналом и аллеей фонтанов, а также Патио де Кипрее) По ступеням можно подняться к зрелищному павильону Мирадор, построенному в 1836 году.

Когда говорят о сказочных садах халифа, то в представлении возникают сады Хенералифе. Один испанский автор, описывая некую красавицу, упоминал, что в руках у нее был „букет чудесных фиалок, подобных садам Хенералифе“.

Главная часть сада — Двор Асекийя (Двор канала), засаженный миртовыми и апельсиновыми деревьями, лаврами, вековыми кипарисами (их появление относят ко времени владычества арабов) и розами. В центре этого двора во всю его длину тянется узкий канал — бассейн, снабжающий водой Альгамбру. По сторонам бассейна бьют высокие фонтаны. Опорные стены террас увиты плющом.

Сады Гранады описал итальянский путешественник Андреа Наваджеро. Он восхищался дворами, фонтанами, миртами, апельсиновыми деревьями. И здесь, действительно, есть чему удивляться. Так, например, вода в садах появляется часто неожиданно, благодаря совершенной системе водоснабжения. В садах Хенералифе великолепно сочетаются геометрические формы подстриженных деревьев и кустов, зеркальная поверхность узких каналов и яркие, причудливые по форме цветы.

Т. Каптерева пишет „Образ воды, воплощенный то в зеркальной неподвижности плоских водоемов, то в сиянии, в говоре, в узорчатом рисунке множества фонтанов, строгая ясность геометрических линий и форм подстриженных деревьев и кустарников и одновременно буйство красок свободно растущих ярких и душистых цветов — все это в садах Хенералифе преображает окружающий мир, придает ему поэтическую многозначность“.

„В садах нет грандиозности и эффектной пышности, — отмечает. О Никитюк, — кажется, что это сад для одного человека Местами кустарник и деревья образуют сплошные коридоры зелени, сходящиеся над головой, но они узкие, в них удобно идти лишь в одиночку Может быть, поэтому легенда о заключенном в саду принце кажется оправданной самим характером сада, камерного, интимного, изысканно тонкого. Во время самой сильной жары в садах прохладно“.

Каждую весну в Хенералифе проводится международный фестиваль музыки и танца на открытом воздухе, на фоне зелени, цветов и фонтанов.

С. Ожегов пишет: „Только побывав в этом волшебном уголке Испании, начинаешь в полной мере осознавать причины его необычно сильного эстетического воздействия на душу человека. Прежде всего это воздействие исключительно многогранно. Альгамбра воспринимается всеми пятью органами чувств: зрением, обонянием, слухом, осязанием и даже вкусом. Зрительное восприятие пространственной и пластической красоты дополняется благоуханием цветов, журчанием воды, приятным чувством теплоты камня, прохлады поливной керамики, легкой рельефности мощения, наконец, даже вкусом чудесной родниковой воды и фруктов. Ощущение необычности, благословенности Альгамбры, ее близость эстетическим идеалам и Востока, и Запада сыграли немаловажную роль в ее судьбе. Воинствующий испанский средневековый католицизм, разрушивший и исказивший многие памятники мавританского периода, не тронул Альгамбру…“

Гуэль

Парк Гуэль (1900–1914) — парк в испанском городе Барселона, построенный архитектором Антонио Гауди для дона Эусебио Гуэля.

Антонио Гауди (1852–1926) родился в крестьянской семье в Реусе — небольшом каталонском городе в 150 км от Барселоны. Учился в школе, потом — в барселонской провинциальной школе архитектуры.

В 1880-е годы Гауди встретил Эусебио Гуэля и стал архитектором храма Саграда Фамилиа. Последней завершенной работой Гауди стал дом Мила. Но вершина его творчества — Саграда Фамилиа, комплекс, в котором наиболее полно реализовалась фантазия мастера.

Антонио Гауди считается крупнейшим представителем испанского модерна в архитектуре — одного из ответвлений стиля Арт Нуво. В своих творениях художник подражал сложным природным формам скал, деревьев, раковин, использовал мотивы растительного и животного мира.

Ландшафт, с которым работал Гауди, типичен для окрестностей Барселоны — холм с небольшой растительностью, каменистыми осыпями.

Фантазия Гауди не придерживается стилевых канонов. В. Теодоронский отмечает: „Он создает свой стиль, свою архитектуру, в том числе ландшафтную. Идеи своих творений архитектор заимствует у природы, вдумчиво изучая формы, которые позволяют деревьям и людям расти и оставаться в вертикальном положении. Прямая линия, прямой угол игнорируются. Божественное начало — это кривая: гипербола, парабола, спираль… Отсюда необыкновенный, вьющийся лиризм его сооружений. Из камня и цемента Гауди плетет веревки, сети, лианы. Силой своего воображения он превращает камень в диковинных животных, причудливые цветы и деревья, насыщая ими парк. Но главная его задача — организовать пространство“.

Работая над парком Гуэль, архитектор до 1906 года приходил сюда на стройку ежедневно, а потом, живя в парке, бывал там по несколько раз на день. По этому поводу он как-то заметил, что если бы дон Гуэль платил ему гонорар соответственно трудозатратам, то ему пришлось бы подарить ему половину парка. В действительности же Гауди не интересовало ничего, кроме работы. Когда у него кончались деньги на пропитание, он просто обращался к администратору дона Гуэля.

Идея создания парка появилась у дона Эусебио Гуэля после многократных поездок в Англию. Для будущего города-сада он выкупил значительный участок земли (15 га) на склоне горы, на самой высокой точке окраины Барселоны. Этот участок представлял собой семиугольник неправильной формы, с одной стороны он примыкал к горам, с другой — к дороге, проходящей по трассе древнеримской военной дороги.

Гуэль заказал Гауди проект планировки, оговорив все необходимые условия.

Предполагалось отодвинуть дома от дороги на расстояние, равное их высоте. В парке Гуэль не должны были находиться предприятия или больницы, которые создавали бы неудобства соседям, а также гостиницы или рестораны (право на строительство последних сохранялось за владельцем парка). Запрещалось вырубать большие деревья. При этом нужно было сформировать прогулочный маршрут к высотным точкам холма, создав Дорожный серпантин.

В 1902 году были сделаны ограждения с семью воротами, павильоны привратников, большинство виадуков и „храм“ для рынка. Два года спустя планировочные работы были в основном завершены. Однако вскоре Дон Гуэль отказался от своей затеи строительства особняков. На готовых к застройке участках остались лежать лишь валуны (они отмечали геометрические центры). Из предполагавшихся 60 домов в парке было построено лишь два. Один на свои средства поставил подрядчик работ, но так и не нашел покупателя (позже Гауди приобрел этот дом на сбережения отца). Второй дом принадлежал дону Гуэлю.

При строительстве дворца Гуэль Гауди применил новый для того времени материал — бетон Большой зал этого здания, вокруг которого группируются помещения, окружен галереями в виде параболических бетонных арок.

В 1903 году архитектор завершил создание уникального парка при дворце Гуэль. С опозданием муниципалитет дал согласие на создание парка по запросу и проекту 1900 года 20 октября 1906 года был устроен прием в честь первого съезда, посвященного каталонскому языку. И уже в 1922 году, несмотря на многочисленные возражения, парк Гуэль был приобретен городом.

Парк необычайно декоративен криволинейные лестницы, постройки, разнообразные по формам, скамейки ломаной формы, отделанные цветной майоликой Связующими элементами пейзажа парка стали естественные необработанные камни.

С обеих сторон от главного входа в парк построены причудливые павильоны (один — для привратника, другой — для ожидания посетителей, туалетов, телефонного узла и конторы), напоминающие с виду космические корабли.

Дом привратника — двухэтажное здание (нижний этаж — для служебного пользования, верхний — для жилья, с четырьмя спальнями) с высоким чердаком. Несмотря на то, что дом имеет кубовидную форму, он кажется вертикально вытянутым благодаря винтовой лестнице, которая выводит на смотровую площадку. Нижняя часть здания выложена необлицованным камнем, а обрамления окон, детали фасада и зубцы покрыты мозаикой.

Служебный павильон высотой 30 м (но несколько меньше по размерам в плане) несет на себе вертикальную башню, которая является вентиляционной шахтой. Вокруг этой вертикальной доминанты расположены залы двух этажей и другие помещения. С террас поднимается вверх, внутри полой вентиляционной шахты, узкая лестница. На оба здания водружены кресты — кресту над башней служебного павильона соответствуют сложный по форме крест дома привратника, и мозаичные медальоны с надписью „Парк“ и „Гуэль“.

От этих павильонов рукой подать до четырехмаршевой раздвоенной лестницы, которая ведет вверх к „дорическому храму“ — рынку, который никогда не использовался по прямому назначению. С левой и правой стороны лестницы устроены гроты, служащие когда-то складом и „гаражом“ для экипажей.

Промежутки, разделяющие две ветви лестницы, заполнены разными декоративными элементами. Это и искусственные сталактиты (в заглубленной чаше), и фонтаны, и отделанные мозаикой скульптуры сказочных драконов — персонажей народных преданий Каталонии.

По этой лестнице посетители поднимаются на главную террасу и далее вверх по склону, по серпантину идут к „храму“ с каскадом, любуются его „бесконечной“ скамьей и другими сооружениями.

„Храм“ парка — греческий, гипостильный зал ста колонн. На самом деле, это „лес“ из 86 колонн, вольной интерпретации дорического ордера. Капители и стволы колонн выложены из кирпича. В середине каждой колонны сделан вертикальный канал, служащий водостоком для сложной по конструкции кровли. На каждую колонну опирается четыре сферических купола, пространство между ними засыпано дренажным слоем земли. Однако Гауди нарушает схему, поэтому у одной колонны сразу шесть куполов, а четыре купола остались без опоры. В месте отсутствующих колонн Хосе Мариа Хухоль (автор керамических коллажей парка) вставил круглые плафоны. Б. Нонель отмечает: „Выступы и запады, образованные высоким антаблементом над восьмигранными капителями колонн, придают „храму“ редкую живость очертаний, пластичность которых еще нарастает в уровне верхней террасы за счет создания „бесконечной“ скамьи, мягко обтекающей все сооружение“.

Здесь же расположена терраса — своеобразная сцена на открытом воздухе. И скамья „на 5000 персон“, собранная из сборных перегородчатых сводов, облицованная керамическими осколками. Отсюда с разных точек можно любоваться открывающейся панорамой Барселоны.

В. Теодоронский пишет: „Терраса — главный композиционный центр парка, к которому с разных направлений устремляются аллеи. От одного из входов к главной террасе идет открытая аллея, вдоль которой установлены каменные столбы-изваяния, своими причудливыми формами напоминающие пальмы. К юго-востоку от террасы проложена полузакрытая аллея-„виадук“. Одна часть врезана в склон, а другая открыта и поддерживается как бы растущими из земли каменными колоннами. Гуляя по ней, посетители наслаждаются тенью и прохладой, которой веет от небольших гротов со струящейся водой. Такие же полузакрытые „виадуки“ есть и в других уголках парка — на северо-востоке, на подъеме в его верхнюю часть и на спуске к главному входу“.

Не меньший интерес для посетителей парка Гуэль представляют дорожные сооружения. Например, портик с двуцветными столбами, расположенный за домом дона Гуэля, своего рода окаменелый лес, между стволами которого проглядывает живая зелень. Пешеходная рампа. Ее нижний уровень имеет прямые наклонные опоры, верхний — витые колонны нижнего уровня несут на себе четкие капители, низкие арки (только рисунок каменной облицовки, напоминающей кору сосен и араукарий, роднит эти опоры с окружающей природой). Колонны верхнего, наоборот, трудно отнести к традиционным архитектурным формам.

Поднимаясь по серпантину дороги, обсаженной горной сосной, каменным дубом и другими деревьями, можно подойти к павильону Шапель, где любил отдыхать сам Гуэль. У павильона растут экзотические пальмы.

В верхнюю часть парка поднимаются по крытой аллее-„виадуку“. Кругом можно видеть каменистые осыпи, обнаженные скалы, деревья, кустарники (сосны, дубы, орешники).

Каса Мила, или дом Мила, построенный в 1900–1914 годы и прозванный в народе Ла Педрера, то есть каменный, расположен на угловом участке парка Гуэль. Этот шестиэтажный доходный дом похож на огромную скалу, оконные и дверные проемы напоминают гроты, решетки балконов, выполненные из металла, похожи на причудливо вьющиеся растения. Внутри здания не менее причудливые формы в квартирах кривые потолки, стены с асимметричными выступами, из-за того, что многие комнаты затенены, создается эффект природных пещер.

ИТАЛИЯ

Вилла д'Эсте

Вилла д'Эсте — один из ярких образцов садовой архитектуры эпохи Возрождения Она была построена между 1550 и 1573 годами в Тиволи, недалеко от Рима, вблизи знаменитой виллы римского императора Адриана.

Город Тиволи расположен на горе, покрытой оливковыми рощами, виноградом, колючими кактусами-опунциями. А две тысячи лет назад здесь располагались виллы римских патрициев.

В марте 1550 года Юлий III назначил в маленький городок Тибур (современный Тиволи) нового правителя — кардинала Феррары Ипполита II д'Эсте. Прибыв в Тиволи, кардинал решил украсить старую резиденцию, разбив вокруг нее новый сад. Для этого он приобрел участок земли, который примыкал к храму Геркулеса Виктора, воздвигнутому еще в 50-е годы до нашей эры. А на близлежащей равнине находилась вилла императора Адриана — царица императорских вилл античного мира. На ее территории были воспроизведены знаменитые постройки Греции и Египта, а также Темпейская долина в Фессалии у южного склона Олимпа, расписной портик в Афинах (прообраз картинной галереи), Ликей, Афинская академия, Пританей (местопребывание должностных лиц Афин), александрийское святилище бога Сераписа.

Нечто подобное хотел создать в Тиволи и кардинал д'Эсте, поэтому руины виллы императора Адриана пристально изучал его архитектор, художник и антиквар, неаполитанец по происхождению Пирро Лигорио (1493–1580).

Подлинные римские и греческие статуи, найденные в большом количестве при раскопках виллы Адриана, были установлены в саду, галереях, на балюстрадах и в нишах виллы кардинала. Таким образом, вилла д'Эсте превратилась в своеобразный сад-музей.

После бурных перипетий жизни Ипполит II д'Эсте теперь посвящал все свое время строительству виллы, разбивке парка и устройству фонтанов (позже именно парк и фонтаны станут главной особенностью резиденции в Тиволи). Перестройка дворца, создание виллы и сада продолжались 22 года.

В течение четырех столетий сад в Тиволи считался одним из самых прекрасных садов. К сожалению, до нашего времени от него мало что сохранилось.

Парадный фасад кардинальской резиденции трехэтажный, на мощном цоколе, был обращен в сторону Рима. В архитектурном замысле виллы важную роль играла лоджия, с двух сторон окаймленная лестницами Ее нижний ярус был оформлен в виде грота с фонтанами. Лестницы вели на второй этаж лоджии, а оттуда уже можно было попасть в парадный зал первого этажа дворца. В стороне от центральной лоджии позже была возведена другая лоджия под тремя грандиозными арками. Лестница-лоджия в центре главного фасада была сделана в подражание знаменитой лестнице Микеланджело во Дворце сенаторов на Капитолийском холме.

Сад в Тиволи задумывался как огромный прообраз Вселенной. В самом начале сада, с горы, низвергался водопад, олицетворяющий библейский потоп, а сама гора была выше, чем „висячие сады“ древнего Вавилона Фонтан Нептуна олицетворял море, а другой фонтан был оформлен в виде храма Артемиды в Эфесе.

Сад виллы д'Эсте небольшой. Триста лет назад с верхнего балкона виллы можно было охватить взором весь его целиком. Когда-то внизу сада был пестрый цветник, сейчас его нет, все пространство сада заполнили разросшиеся деревья и подстриженный кустарник. Между ними, как в лесу, проложены очень узкие дорожки. Планировка парка была симметричной (9 продольных и 11 поперечных осей).

Через парадный въезд посетители попадали в центральную аллею. Пересекая первую поперечную ось, они оказывались на относительно пологом подъеме холма, ведущем к резиденции.

„Основное магическое воздействие сада виллы д'Эсте принадлежало каскадам и фонтанам, — отмечает Д Лихачев. — Они обрамляли своеобразную тесную „просеку“ в густой растительности на холме, поднимавшемся террасами кверху. Сто фонтанов обрамляли эту „просеку“, и их движение кверху пересекалось ниспадающими каскадами. Зрительные впечатления углублялись слуховыми — от извергающейся вверх и ниспадающей воды и объединялись с интеллектуальными, связанными с „чтением“ образной, аллегорической системы, представленной скульптурами и их расположением“.

Фонтаны виллы д'Эсте имеют свой неповторимый облик. С террасы на террасу спускаются различной формы лестницы, по мраморным перилам которых текут ручейки воды. Каждая аллея террас заканчивается с обеих сторон площадками с фонтанами. На третьей террасе расположен, например, фонтан в виде огромного цветка лилии. На четвертой террасе — небольшой фонтан в нише с узорными колоннами, с гербом герцога Д'Эсте — орел и лилии (ирисы) Эти эмблемы можно видеть и на стенах, окружающих площадку террасы. На пятой террасе бьет Фонтан четырех драконов. Он расположен перед темным гротом, под полукругом изогнутых лестниц с вазами. Эта терраса выходит на Аллею ста фонтанов.

Наибольший интерес у посетителей вызывает фонтан Ла-Рометта (им заканчивалась Аллея ста фонтанов). Этот фонтан представляет собой маленький Рим. В его оформлении использованы колонны, арки, обелиски. Всю скульптурную композицию, своего рода островок, обтекает стремительный поток воды, олицетворяющий Тибр. Сам „островок“ был сделан в виде корабля.

Фонтан Филина не менее интересен, он представлял собой группу поющих птиц, замолкавших при появлении филина. Этот фонтан был снабжен механизмом, который действовал под давлением силы падающей воды.

Аллея ста фонтанов ведет к одному из самых живописных фонтанов виллы — фонтану Сивиллы, идея создания которого была подсказана Микеланджело. Полуовальный водоем обрамлен полукруглой галереей с арками. Среди водоема виднеется полураскрытая раковина с наядой. Тут же, в расселине скалы, стоит статуя римской богини Сивиллы. Из-под ее ног струится каскад.

Узкая Аллея ста фонтанов окаймлена со стороны холма скульптурными изображениями орлов и лилий, под которыми вода двумя потоками ниспадает в длинный каменный водоем. В саду когда-то играл и водяной орган (он находился в павильоне, расположенном с одной стороны сада).

А Остроумова-Лебедева восхищалась этим садом: „Прекрасные изумрудные квадраты бассейнов, и в перспективе, наверху холма, „Пегас“ с распростертыми крыльями, вставший на дыбы. Как упоителен дурманящий запах сырости, мокрой земли, смешанный с ароматом лавровых и кипарисовых дерев! А как чудно пахнут изгороди и шпалеры из вечнозеленых растений! Особенно я любила прямую тенистую аллею. Вдоль нее с той стороны, где холм подымается вверх, тянется на вышине аршина. Длинный, узкий бассейн, куда падает сбоку из травы множество прерывающихся струй бесконечной вереницей. Я любила, бывало, присесть на мраморный край бассейна; из травы выглядывали, чередуясь, орлы с распростертыми крыльями вперемежку с лилиями, напоминавшими о бывшем величии герцогов Феррары. Трава шелестела под ударами струй, и вода тихо, печально звенела. Так и не ушел бы отсюда!“

Виллу д'Эсте очень любили писатели, художники, поэты, композиторы. Художник Оноре Фрагонар отразил в своих произведениях прелесть и грусть запущенных садов и развалин Тиволи. Композитор Ф. Лист создал две музыкальные пьесы, посвященные саду: „У кипарисов виллы д'Эсте“ и „Фонтаны виллы д'Эсте“. О своей работе Лист сообщал в письме: „Мой частый немой разговор с этими кипарисами я попытался передать на нотной бумаге! Ах! Как сухо и невыразительно звучат на фортепьяно и даже в оркестре — за исключением Бетховена и Вагнера — скорбь и горести всемогущей природы“.

Сейчас деревья сада разрослись. Мощные темные кипарисы придают мрачный вид запущенной вилле. Но зато это величайшие в мире кипарисы (высотой 65 м, а их стволы до 3 м в обхвате). Темная зелень контрастирует с белым мрамором пяти террас. А мрачные гроты „оживают“ в композиции с фонтанами.

Поэтому и сейчас заросший сад с потрескавшимися плитами лестниц и балюстрад, полуразрушенными гротами, покрытыми мхом, вазами и фонтанами вызывает волнение и восторг у посетителей.

Н. Верзилин пишет: „Над деревьями блещут высокие струи фонтанов, совершенно скрытых листвой. Нужно очень близко подойти к ним, чтобы рассмотреть их. Около каждого фонтана поставлен автомат. Если бросишь в отверстие его монету в 100 лир и нажмешь одну из четырех кнопок, то услышишь на итальянском, английском, французском или испанском языках небольшой рассказ об этом фонтане. В саду д'Эсте очень трудно фотографировать фонтаны: почти все время они в глубокой тени. Мешают и толпы туристов, съехавшихся из разных стран мира. Чтобы сосредоточиться и впитать всю красоту этого сада, нужно побыть одному. Мне посчастливилось войти в виллу рано утром, как только открыли вход. Увидев сад д'Эсте, тихий и безлюдный, трудно выразить словами не только восторженное, а какое-то лирическое восприятие этого необычного, вертикально расположенного сада с журчащими повсюду фонтанами. Такое восприятие можно передать только музыкой. Пропорции территории, спускающихся с крутого склона холма лестниц, высокие кипарисы, журчащие фонтаны и спокойные бассейны — все звучит музыкой в замечательном саду д'Эсте“.

КИТАЙ

Ихэюань

Парк Ихэюань (Парк безмятежного отдыха, или спокойствия, или парк, творящий гармонию) расположен на северо-западе от Пекина, в 10 км от западных ворот города. Он занимает площадь 330 га. Только 1/5 часть парка приходится на гору, полоски земли и островки, 4/5 территории отведено под водоемы.

Ихэюань — бывшая летняя резиденция императоров, начиная со времен царства Цзинь. История возникновения Летнего дворца уходит в глубокую древность. Более восьми веков назад император Цзиньской династии Вань Яньлян начал строить парк, чтобы возвести в нем позже роскошные храмы и дворцы. Парк строился почти три столетия: создавались искусственные озера, горы, пагоды, мосты, беседки и галереи. Сначала перед горой Ваньшоушань. (Гора долголетнего отдыха; название горе дал император Цянь-лун — в честь дня рождения своей матери) было вырыто озеро Цзиньхай (Золотое море), на берегу которого соорудили загородный императорский дворец.

В XV столетии, в эпоху Мин при императоре Чжу Ютане на территории дворца был построен монастырь Юаньцзинсы. В XVI веке при императоре Минской династии Чжу Хоучжао здесь был возведен еще один загородный дворец Шаньюань.

В XVIII веке, в эпоху Цинь, при императоре Цянь-луне парк был перестроен и переименован в Циньюань, озеро Цзиньхай получило новое название — Куньминху (Озеро, подобное сиянию). Тогда же в основном определился современный облик парка: сейчас в нем насчитывается более 500 разновременных и разностильных построек. В XVIII веке парк Ихэюань назывался Циниюань — Парк чистейшей водяной зыби.

Итак, первые восемь веков своего существования парк пополнялся Дворцовыми постройками.

В XIX веке иностранные войска полностью разрушили Летний дворец. Только в самом конце XIX века в годы правления императрицы Цы Си в честь дня ее рождения дворец был восстановлен и переименован в Летний дворец Ихэюань, а гора Вэншань была названа горой Ваньшоушань (Долголетие).

Рассказывают, что императрица приказала собрать по всей стране 3 млн. кг серебра, чтобы на эти деньги построить китайский морской флот. Но все собранные средства она потратила на сооружение залов и беседок в новой летней резиденции.

При последней переделке парка были сооружены искусственные горы, расширено озеро. Во всех уголках огромного парка возникли дворцы, храмы, башни, павильоны, мосты и галереи.

Центрами пейзажного парка Ихэюань являются гора Ваньшоушань и озеро Куньминху. На горе Ваньшоушань сосредоточена большая часть дворцовых построек, четких по своей композиции (и это тоже одна из особенностей ландшафтного парка). Островки сооружений рассеяны среди зелени парка, который вытянут с востока на запад, главная композиционная ось — северо-южная.

Комплекс Летнего дворца с храмами, развлекательными, жилыми и хозяйственными постройками обнесен каменной стеной красного цвета. Далеко на западе расположена высокая гряда гор, вершины которых скрываются в облаках. С южной стороны перед дворцом находится озеро Куньминху. С северной стороны парк окружен искусственной рекой, через которую в некоторых местах переброшены мраморные мосты.

Земли в парке мало. Кажется, что длинные полоски земли — это или неровные дорожки, или необычное течение реки. Два искусственных острова связаны с восточной частью дворца мраморными, украшенными скульптурами мостами.

Сложная планировка парка Ихэюань сочетает в себе все типичные особенности ландшафтов и все основные приемы паркового искусства Китая. Здесь как бы представлены копии достопримечательностей и наиболее красивых мест Китая.

В этом парке с пейзажной планировкой обилие сооружений Согласно учению фэн-шуй (ветер — вода), все здания в Ихэюань строго сориентированы по сторонам света, а их фасады обращены к югу (стороны света в традиционной китайской картографии располагаются так север — внизу, а юг — сверху). Главные сооружения размещены по композиционной оси север-юг, симметрично.

Со стороны озера взору посетителей открывается широкая набережная, отделанная гранитом и мраморной балюстрадой.

Первое сооружение на берегу — деревянные ворота, украшенные резьбой и росписью, с пятью пролетами и увенчанные тремя керамическими крышами.

По мере движения вверх по горе Ваньшоушань открываются взгляду изящные павильоны, галереи Южный склон горы является основным, ведущим в комплексе Летнего дворца.

На горе, в самой высокой и центральной части парка, расположен высокий храм Фосянгэ. Он — основное композиционное ядро всего Летнего дворца. Храм, восьмигранный в плане, стоит в центре величественного белокаменного квадратного постамента-площадки, окруженной балюстрадой. Южная сторона постамента, высотой более 20 м, облицована каменными плитами и снабжена огромной каменной лестницей с более чем ста ступенями. Храм окружают искусственные каменные скалы с пещерами, гротами и тропинками. Недалеко от храма стоит павильон, построенный из меди, — точная копия деревянного павильона.

За храмом расположена башня Океан мудрости, стены которой облицованы керамическими плитами с рельефными изображениями будд. На стене нанесен сплошной декоративный узор, плиты выкрашены в яркие теплые тона, детали сделаны из мрамора. Храм как будто вырастает из скалы, потому что он сооружен среди огромных камней. Перед этим храмом стоят ворота с филигранной отделкой, цвета ляпис-лазури.

На вершине одного из островов построен храм Царя дракона.

На берегу озера Куньминху расположена длинная деревянная галерея Чонлан. Она соединяет входную восточную часть парка с каменным павильоном в его центре. Галерея состоит из 273 отделений, имеет длину 728 м. Она начинается на востоке Воротами, жаждущих увидеть Луну, а завершается на западе Беседкой надписей на камне. В разных ее местах устроены 4 павильона для отдыха с двухъярусными крышами с изогнутыми краями Колонны галереи ярко-красные, резные балки украшены сине-зеленым орнаментом Верхняя часть галерей — потолок и карниз — снабжена 546 цветными картинами видов озера Сиху (в городе Ханчжоу). Об этом городе в Китае говорят „Если на небе есть рай, то на земле — Ханчжоу“.

В конце галереи Чонлан, на западном берегу озера, стоит сияющий белизной каменный павильон в виде мраморного корабля.

При создании парка зодчие умело использовали рельеф местности, здесь есть искусственные холмы, скалы с гротами и пещерами.

Е Ащепков пишет: „Живописные извивающиеся дорожки и галереи среди зелени и камней, скалы с неожиданно появляющимися ступенями, переходы в искусственных гротах, озера и речки и т. д. создают впечатление естественной обстановки“.

„Зодчие, — говорят китайцы, — всеми силами добиваются естественности, в которой не было бы видно и малейших губительных следов человеческих рук“.

Все сооружения восточной части Летнего дворца, где находится главный вход в парк, размещены в замкнутых дворах, обнесенных стенами. Они представляют собой как бы самостоятельные городки или миниатюрные парки в большом парке, с характерной для Китая планировкой. Дворы застроены симметрично по периметру жилыми зданиями и павильонами.

В одном из садов в саду (или парков в парке) — Саду благоденствия и мира — расположился зал Жэньшоудянь (Зал гуманного правления и долголетия). Здесь посетителей перед входом встречают бронзовые львы, драконы и фениксы. В XVIII веке в этом саду устраивались театральные представления. Продвигаясь от этого сада дальше на запад, можно видеть на берегу озера павильоны — Зал магнолий, Зал веселья и долголетия и др.

Рядом с Павильоном познания весны накануне китайского Нового года начинает цвести дикая слива. У Зала магнолий расцветают орхидеи и магнолии. Вечнозеленый бамбук и сосна встречаются практически везде — они символизируют стойкость, неподвижный центр мироздания Темные кипарисы и можжевеловые деревья связывают сегодняшний день с прошлым.

Интересны мосты. Особой известностью в парке Ихэюань пользуется горбатый мост с высокой, красиво изогнутой аркой, широкой лестницей для подъема и спуска. На островок ведет напоминающий длинную радугу оригинальный Мост семнадцати арок.

Изысканны извилистые дорожки, выложенные разноцветной галькой.

Представлены в парке и мраморные скульптуры, и рельефная резьба на каменных балюстрадах, на которых изображены драконы, фениксы и львы, а также бронзовые изваяния четырех священных животных Поднебесной (дракон, тигр, единорог и черепаха).

В некоторых местах парка созданы миниатюрные сельские уголки с рисовыми полями, прудами, заросшими тростником.

Е Ащепков отмечает: „С северной стороны ансамбль окружен красной каменной стеной, образуя, таким образом, как бы самостоятельное целое в общей организации парка. С вершины горы Долголетия открывается прекрасный вид на весь Летний дворец. В зелени парка выделяются красные стены, сверкают золоченые крыши павильонов, башен и других сооружений. За горой Долголетия создана аллея, имитирующая одно из красивейших мест города — Сучжоу“.

В западной части парка расположен большой самостоятельный комплекс из увеселительных и служебных помещений. Парковые ансамбли связаны между собой галереями, переходами, лестницами, дорожками, вырубленными в скалах.

Бэйхай.

Парк Бэйхай (Северное море) расположен в центре Пекина. Он занимает 104 га (54 га приходится на долю озер) Огромное искусственное озеро Бэйхай, центр композиции всего парка, дало название этой зоне отдыха.

В прошлом, при династиях Ляо, Цзинь, Юань, Мин и Цин, Бэйхай был императорским садом. Парк начали сооружать в эпоху Ляо в XII веке. Современный его облик сложился в эпоху династии Мин. Во время правления династии Юань Бэйхай становится частью закрытого города и входит в систему Зимнего дворца.

Этот парк создан в старых традициях китайской садовой архитектуры. Центр композиции Бэйхая — гора, возвышающаяся в виде острова, с одной стороны ее опоясывает галерея с белокаменными перилами.

Парк расположен на островах и на берегу озера Он представляет собой обширный комплекс, включающий храмы, пагоды, дворцы, различные павильоны.

При входе в парк стоят Триумфальные ворота. За ними находится каменный мост с мраморной балюстрадой, проложенный к острову Цюн-дао. Парк, расположенный на острове, также открывается парадными воротами.

Мраморные ворота, ведущие в храм, имеют три арочных прохода, которые также отделаны белым мрамором и украшены резьбой. Нижняя часть ворот представляет собой классический постамент, украшенный резьбой.

Е Ащепков подробно описывает входные ворота: „Ворота расчленены пилястрами на три части. Наиболее широкая средняя часть является центром композиции. Боковые проходы меньшего размера усиливают впечатление значимости центрального проема. Верхняя часть, так же как и пилястры, облицована разноцветными керамическими плитками с богатой орнаментацией. Над боковыми пролетами в верхней, фризовой части ворот размещены декоративные керамические доски со скульптурными изображениями драконов Нарядные карнизы, облицованные блестящей керамической плиткой, и изящные черепичные крыши с загнутыми углами завершают торжественную композицию пай-лоу. Подобные ворота, очень живописные и парадные, распространены в дворцовых и храмовых комплексах и являются прекрасным архитектурным средством в оформлении парков“.

Главные сооружения расположены на высоком островном холме. На самой вершине острова возвышается Байта, или Белая башня, или Белая пагода, напоминающая по форме гигантскую бутыль. Она была построена в 1644 году. Пагода огромна по размерам и доминирует во всем ансамбле. Эту башню видно из разных точек Пекина. Она сложена из синего кирпича и покрашена белой известью. С южной стороны здания сделана огромная облицованная керамикой ниша, в которой размещена керамическая скульптура Будды. Внутреннего помещения в пагоде нет. Лестницы и дорожки ведут от Белой пагоды к другим постройкам парка — террасам, храмам, павильонам, беседкам, расположенным на самом верху горы.

На острове можно видеть Улунтин (павильоны Пяти драконов), Ва-ньофолу (терем Десяти тысяч будд), Иланьтан (зал Журчания воды), Юньаньсы (храм Вечного спокойствия) Довольно много сооружений размещено по берегам озера и на острове.

Большой интерес вызывает Стена девяти драконов, очень высокая, примерно в три человеческих роста и 40–50 м в длину Она вся облицована разноцветными глазурованными плитками. На ее обеих сторонах расположены очень динамичные керамические барельефные изображения драконов, которые играют жемчужиной среди волн океана (кажется, что плоскость стены находится в постоянном движении).

На северном берегу озера, севернее пагоды, находятся павильоны Пяти драконов — они как маленькие острова стоят прямо на воде и соединены узким переходом.

На острове, в средней части горы, расположены искусственные скалы причудливой формы с каменными гротами и лабиринтами Парковые сооружения утопают в зелени. Тропинки с лестницами и переходами проложены среди камней. Основные сооружения парка размещены по композиционной оси и распределены отдельными группами. Бэйхай представляет собой пейзажный парк. Группы построек, расположенные по всему парку как бы случайно, связаны между собой аллеями, набережными.

Л Капица пишет: „На склоне холма из больших камней выложен лабиринт пещер и гротов, поднимающийся почти до вершины Камни для него крестьяне возили в свое время как плату государственного налога. Много красивых павильонов, беседок и памятников разбросано по острову. Можно сесть в лодку и пересечь озеро Бэйхай. Катание на лодке — любимое развлечение гуляющих в парке“.

Парк имени Сунь Ятсена

Центральный парк Чжуншань-гунюань — парк имени Сунь Ятсена — расположен на территории бывшего императорского дворца в западной его части, рядом с народной площадью Тяньаньмынь.

Парк был разбит в XIV веке, в первые годы династии Мин для императора и его придворных. Сначала парк был частью Зимнего дворца, в 1914 году он был преобразован в общественный парк и назван именем Сунь Ятсена.

Сейчас это один из городских парков, с элементами регулярной планировки. Здесь можно видеть широкие тенистые аллеи с каменными и гравийными дорожками, пересекающие территорию парка в различных направлениях, обширные площадки.

Мраморные ворота, имитирующие деревянные, воздвигнуты в память об исторических событиях. Есть здесь и большой зал — зал Сунь Ятсена, бывший когда-то молитвенной палатой Байдянь.

В парке много павильонов, беседок, галерей, проложен канал с берегами, облицованными гранитом.

Особого внимания заслуживает оранжерея Танхуау (построена в 935 году), в которой выращиваются пионы и хризантемы (не меньшую любовь питают китайцы и к таким цветам, как астра, глициния, мак, цветкам яблони и персика).

Более 2000 лет в Китае выращивают в садах крупные пионы с древесными стеблями. Эти цветы китайцы преподносят в знак признания в любви. В Китае выращивают пионы самых различных оттенков — от розового до сиреневого, есть даже зеленоватые и черные. К сожалению, они цветут совсем мало. Пословица говорит: „За пионами ухаживают год, а любуются ими десять дней“.

Астры попали из Китая в Европу только в 1728 году. Миссионер, живший в Пекине, прислал семена цветов французскому ботанику Антуану Жюссье. В это время Жюссье пытался осуществить в новом королевском саду Трианон свою мечту — создать научный ботанический сад. С этого времени астры вошли в моду, и все сады во Франции, особенно Трианон, были заполнены всевозможными их разновидностями.

В Китае любят и хризантемы. Даже девятый месяц года называется хризантемой.

В парке Сунь Ятсена, как, впрочем, и во многих других китайских парках, не растет трава. Когда-то всю территорию сада выкладывали каменными плитами или посыпали песком, украшали искусственными цветами и деревьями, причудливыми по форме. Но в парке Сунь Ятсена можно видеть еще и разнообразные зеленые насаждения. Особенно впечатляют вековые кедры, посаженные в XII–XIII веках.

В водоемах парка имени Сунь Ятсена обитают редкие породы золотых рыбок: „глаза дракона“, „тигровая голова“, „жабья голова“, „шерстяной мяч“, „вывернутые жабры“, „жемчужина, взбирающаяся на небо“ и др.

В центре парка Сунь Ятсена, на квадратном возвышении, расположен Алтарь божеств земли и злаков, который покрывают земли пяти цветов Китая (на юге — красная, на севере — черная, на востоке — синяя, на западе — белая, в центре — желтая).

Н. Верзилин пишет: „В этом парке искусственная гора с клумбами и беседками, галереей по берегу лотосового пруда, горбатые мостики через каналы, извилистые тропинки, старые кипарисы — все словно сошло со старинной китайской картины. Интересно, что краски и внешний облик пейзажей парка меняются по временам года и даже почти каждую неделю. Весною расцветают сирень, персиковые и абрикосовые деревья. Целое море персиковых цветов. В начале лета распускаются яркие пионы, розы и глицинии. Не успели завянуть в пруду лотосы, как начинают цвести лавр и индийская сирень. А осенью весь сад покрывается разноцветными хризантемами“.

Парков в Пекине и его окрестностях много. И все они удивляют продуманностью планировки. Дорожки, например, устроены так, что пейзаж открывается перед гостями парка с самой красивой стороны. Беседки и павильоны расположены в таких местах, где приятно посидеть и подумать. В парках всегда есть водоемы с золотыми рыбками (стоит лишь хлопнуть в ладоши, рыбки подплывут к вам), цветущим лотосом.

Самые желанные гости в парках — дети. Пекинские студенты тоже спешат в парк заниматься. Приходят сюда и старики, они перебирают в руках массивные шары, слушают пение канареек, клетки с которыми приносят с собой.

МЕКСИКА

Чапультепек

Парк Чапультепек расположен на юго-востоке Мехико, недалеко от Сокало (центральной городской площади). Этому парку больше восьми столетий, и он считается одним из самых известных исторических и культурных центров столицы Мексики. Парк занимает территорию 643 га. Каждое воскресенье сюда приходят более миллиона посетителей.

Здесь расположены музеи, зоопарк, площадки для спорта и развлечений. И даже в современных постройках найден синтез архитектуры и монументального искусства, основанного на древних традициях ацтеков, майя и других народов.

У подножия холма Чапультепек, на одной из красивейших площадей возвышается величественная фигура Дианы (работа мексиканского скульптора Хуана Олагибела).

Именем этой богини названа площадь. Главный вход в Чапультепек расположен на Пасео-де-ла-Реформа (этот бульвар был проложен в 1864 году мексиканским императором Максимилианом I Габсбургом).

На языке науатль название парка означает Холм сверчков. На самом деле это холм вулканического происхождения, он на 45 м выше уровня долины. У его подножия били когда-то родники. С вершины холма было прекрасно видно озеро и его окрестности.

Освоение территории нынешнего парка началось в 1159 году, когда некоторые из тольтеков там обосновались (к этому времени город Тула был заброшен) и оставались до 1162 года.

В 1280 году в Чапультепек перебрались 16 ацтекских семей, но местные жители к вновь прибывшим относились недоброжелательно — ведь переселенцы заняли неплохой участок земли с богатыми водными источниками, к тому же слишком уж непохожи были на них. Существовали также отличия в религии и обрядах; пришельцы пользовались луком и стрелами, с которыми не были знакомы местные жители. В конечном счете, в 1299 году они напали на ацтеков и изгнали их из Чапультепека. Ацтеки, оставшиеся в живых, нашли убежище в тростниковых зарослях лагуны. А в 1325 году, оправившись от поражения, они основали Теночтитлан, на территории которого сейчас находится город Мехико.

Но ацтеки не забыли о существовании Чапультепека, он стал для них священным местом. Около 1428 года Несауалькойотль, король Тескоко и союзник ацтеков, приказал построить у подножия холма дворец (позднее здесь были ресторан, Музей живой природы, а сейчас — Национальный музей современного искусства). Он же распорядился огородить лес, посадить в нем кипарисы и поселить некоторых не водившихся там животных.

Лепту в преобразование Чапультепека внес и Монтесума, пятый ацтекский император. Он приказал построить акведук (1465–1466), 3 км в длину, из двух водоводов, сделанных из камня и известкового раствора и проходящих по специально построенной дороге. Вода по акведуку подавалась из источников Чапультепека прямо к городским воротам. Когда Кортес приказал разрушить акведук, ацтекам во время осады испанцами. Теночтитлана пришлось очень несладко — им на себе предстояло испытать, каково жить без питьевой воды.

В 1530 году, по повелению императора Карла V, Чапультепек навечно был передан Мехико, потому что источники Чапультепека снабжали питьевой водой все население города. Более чем два века спустя акведук был реконструирован и очищен (он имел длину почти 4000 м, в нем было 904 арочных пролета, от которых сегодня осталось лишь 22 пролета высотой 4 м).

У вице-короля Матиаса де Гальвеса появилась идея построить дворец Чапультепек. А осуществить ее удалось его сыну и преемнику — Бернардо де Гальвесу в 1785–1787 годах. Дворец хотели продать с аукциона. Но вице-король Оркаситас (1789–1794) сумел помешать этому и поспособствовал, чтобы его передали главному архиву королевства.

В 1847 году, во время вторжения в Мехико войск США (в ходе американо-мексиканской войны) во дворце Чапультепек находилось военное училище. Все его курсанты погибли, героически защищая дворец. В память об этом событии президент Альваро Обрегон приказал воздвигнуть монумент.

Новая жизнь Чапультепека началась с приходом к власти Максимилиана. Пораженный красотой дворца, он решил сделать Чапультепек своей резиденцией, поэтому взялся за дорогостоящие работы по его перестройке и обновлению. Тогда были построены террасы и подъездная дорога вокруг холма, а в парке были проложены дорожки и тропинки.

При Порфирио Диасе был полностью перестроен третий этаж здания (там был оборудован большой зал приемов и длинная галерея, украшенная витражами). Два этажа здания были соединены между собой широкой наружной беломраморной лестницей, укрытой стеклянным навесом, а также внутренней деревянной резной лестницей. В скале была прорублена шахта для лифта. В башне была оборудована астрономическая обсерватория. А в садах, окружающих башню, были посажены деревья и цветы.

В конце XVIII — начале XIX века по инициативе министра финансов Хосе Ив Лимантура парк Чапультепек был приведен в порядок. Его территория значительно увеличилась. В парке были проложены основные аллеи, дороги, расчищены поляны и эспланады. Тогда же были созданы два искусственных озера. Маленькое озеро — с пирсом и лодочной станцией. А большое озеро — с фонтаном в форме скалы и лесистым островом, на котором стоит копия статуи Ники Самофракийской. На западном берегу острова была построена Каса дель Лаго — летняя резиденция президента (позднее здесь разместился Институт биологии, а сейчас находится культурный центр, принадлежащий Национальному автономному университету Мехико).

31 декабря 1938 года генерал Ласари Карденас издал декрет, согласно которому дворец был передан народу и превращен в музей. Торжественное открытие музея состоялось 27 сентября 1944 года. А Чапультепек стал общественным парком.

В 1962 году была открыта вторая часть парка — здесь на площади 127 га находятся леса, луга, два озера. В 1974 году открыли и третью часть парка (286 га, из них 7,4 га отвели под сад).

Парк Чапультепек с его вечнозеленым лесом, многочисленными извилистыми каналами и чистыми озерами — излюбленное место отдыха местных жителей. Но Чапультепек еще и культурный центр — здесь находятся семь наиболее крупных музеев страны: Национальный музей истории, музей „Караколь“, Национальный музей антропологии и истории, Музей современного искусства, Музей Руфино Тамайо, Музей естественной истории, Музей техники.

На территории парка расположено много разнообразных памятников старины. Например, здесь можно увидеть полуразрушенную статую короля Монтесумы и его советника. Недалеко от маленького озера — амфитеатр Хувентино Росас (там проводятся концерты). Вдоль дороги Кальсада-де-лос-Поэтас стоят гранитные бюсты поэтов — Антонио Пласы, Мануэля Акуньи, Хуаны Инее де ла Крус и т. д. В парке находится большой монолит доколумбова периода, деревянный тотем, подаренный правительством Канады; а также пагода, подаренная Мехико Республикой Корея в 1968 году.

Большой популярностью среди посетителей Чапультепека пользуется зоопарк имени Альфонсо Эрреры. Он был открыт в 1923 году. Сейчас в зоопарке содержится 2,5 тысячи экземпляров животных.

У парка, оказавшегося в центре огромного города, возникало много проблем экологического и экономического характера. Но они решаются, причем при непосредственном участии граждан.

НОРВЕГИЯ

Фрогнерпарк

В Осло находится удивительный парк скульптур — Фрогнерпарк, в котором все 150 скульптур сделаны одним скульптором Густавом Вигеланном (1869–1943).

Первые уроки юный Вигеланн брал у простого резчика по дереву. Потом он получил профессиональное образование в Копенгагене, у профессора Х. В. Биссена. Вигеланн много путешествовал. Бывал в Париже, Берлине, Флоренции, Лондоне. Посещал мастерскую Родена (и в ранних его работах чувствуется роденовский почерк). Но ваятель все время пытался найти собственный стиль.

Начинающий художник участвовал в реставрации фасадов Нидаросского собора в Тронхейме на севере Норвегии — памятника Средневековья. Работал над монументальными статуями в центре Осло, у Королевского дворца. Одна из его скульптур посвящена знаменитому математику Нильсу Хенрику Абелю.

А потом он задумал создать фонтан. Однако с течением времени идея эта все усложнялась и усложнялась, и в результате появился скульптурный ансамбль Фрогнерпарка — главное творение Вигеланна. На протяжении сорока лет здесь создавались композиции, составляющие нынче единый комплекс, так называемую страну Вигеланна.

За свою жизнь Вигеланн создал много памятников соотечественникам: композиторам Эдварду Григу и Рихарду Нурдраку, поэтам и писателям Хенрику Вергеланну и Бьернстьерну Бьернсону. Вигеланн проявил себя и в искусстве гравюры. Но вершиной его творчества стал Фрогнерпарк.

Чтобы попасть во Фрогнерпарк, надо пройти через высокие, оригинальной конструкции ворота (порталы), сооруженные из камня и металла. В орнамент решетки порталов органично вплетены человеческие фигуры. В панелях с изображениями женских фигур художник четко обозначил контур обнаженного тела, „задрапировав“ его виноградными лозами и прядями волос. Вигеланн проектировал рисунок каждой решетки, а изготавливать их ему помогали искусные мастера-кузнецы. Украшают портал и четырехугольные фонари.

За главным входом открывается панорама парка. Широкий зеленый газон, окаймленный с обеих сторон аллеями каштанов. Виднеется длинный мост через реку Фрогнер. У моста, с четырех сторон, стоят высокие гранитные аллегорические обелиски. На этих колоннах возносятся изваяния, изображающие человека в схватке с гигантским безобразным ящером, у которого тупая голова с большими слепыми глазами. На гранитных парапетах моста установлено более пятидесяти статуй и групповых композиций, отлитых из бронзы. Вот девочка, мальчик, юноша и девушка. И юная пара влюбленных, прильнувших друг к другу. И мать с младенцем. А вот группа мальчиков, распахнувших свои объятия навстречу солнцу. Все эти фигуры не производят впечатления застывших изваяний, они кажутся вполне реальными, живыми.

За мостом расположен величественный фонтан с прямоугольным бассейном. Его огромную гранитную чашу несут высоко над головой шесть гигантов. Из чаши льются в бассейн потоки воды, образуя сверкающее покрывало. В бассейне, вокруг водопада, стоит невысокая стенка, украшенная шестьюдесятью барельефами, изображающими картины жизни — от рождения до смерти. Здесь можно видеть изображения скелета, черепа и, наконец, последней косточки. Но, сделав еще один шаг, увидишь, что жизненный путь человека начинается снова.

По углам бассейна, расположено 23 бронзовых дерева с обрезанными кронами. М. Безрукова пишет: „По мере приближения к ним их фантастические очертания, напоминающие пушистые кроны молодых деревьев, преображаются в неразрывные сплетения листвы и стволов с человеческими фигурами. И, как в скульптурах на мосту, здесь тоже возникают образы детства, юности, взрослой поры и старости. Именно с воплощения идеи фонтана и началась работа Вигеланна на его долгом пути к осуществлению со временем весьма усложнившегося первоначального замысла. Неслучайно фонтан — символ жизни — акцентирован в общей композиции парка. Ваятель прославляет воду как великую силу природы. Одновременно им вводится тема бремени жизни. Она находит выражение в мужских фигурах, поддерживающих чашу. Это — простые смертные, на плечах которых все тяготы земного существования, что подчеркнуто и психологической разработкой образов“.

У моста слева, около водопада речки Фрогнер, расположена обширная детская площадка с 9 скульптурными изображениями маленьких детей. Вся площадка выложена белыми мраморными плитами с рисунком из черного мрамора.

От фонтана с разных сторон расположены лестницы, поднимающиеся на три разные по высоте террасы. Здесь, среди мраморных плит, густые заросли розовых кустов. На лестнице решетчатые воротца с тонким сквозным рисунком, на мраморных столбах квадратные фонари. На высоких ступенях находится 36 гранитных двухметровых скульптурных групп. В одной группе мальчики, стоя на коленках, мечтательно смотрят вверх. Две девчушки, сидя на спине матери, играют в лошадку. Девушки, собравшись в кружок, секретничают. Две спортсменки делают акробатический этюд. А вот старик и старушка печально смотрят вдаль.

Поднимаясь от террасы к террасе, можно подойти к монолиту — колонне (ее высота 17 м, вес около 300 т). Этот обелиск сплошь покрыт высеченными из единого гранитного блока фигурами людей. Всего здесь изображено 121 изваяние. Снова здесь представлены образы, раскрывающие разные периоды человеческой жизни. Наверху этой колонны — фигуры маленьких детей как апофеоза жизни.

М. Безрукова написала об этом произведении скульптора: „Борющееся человечество изображено здесь Вигеланном с оттенком религиозно-мистической окраски. Главная тема монолита — восхождение к небесным сферам — материализуется в неразрешимом конфликте между мечтой и действительностью, его глубоко трагическом исходе: бренное земное существование несовместимо с божественным. Динамичная вертикаль колонны трансформируется в клубок находящихся в сложном движении человеческих тел. Обессилевшие мужчины и женщины, которые не в состоянии продолжать борьбу, в отчаянии сползают и падают вниз, другие, цепляясь за ослабевших, карабкаются выше. Некоторые приносят себя в жертву, помогая тем, силы которых иссякли, в их экстатической устремленности к небу. Наконец, отдельные фигуры изолированы от общего потока — их жесты и движения полны неистовости последней попытки. В монолите, символизирующем полный борьбы и столкновений цикл человеческой жизни, Вигеланн заключает идею, которая пронизывает и объединяет все скульптурные компоненты Фрогнерпарка Картины безмятежного детства, любовные страсти, борьба и разочарование, беспощадная и жестокая старость — в них раскрываются все стадии пребывания человека на земле“.

За обелиском ступеньки ведут по прямой дорожке к последней скульптуре парка — кругу из человеческих фигур — Колесо жизни. Семь фигур — взрослые и дети, сплетенные воедино, вращаются внутри круга. Композиция поставлена на массивный постамент, широкий газон отделяет ее от монолита, поэтому она кажется парящей в пространстве.

Н Верзилин пишет: „Фрогнерпарк — философский парк, заставляющий размышлять посетителей. Все скульптуры созданы на одну тему, расположены в определенном логичном сочетании. Весь парк — величественная грандиозная скульптурная симфония на тему „Жизнь человеческая“. Потрясенные виденным покидают парк посетители. И вновь возвращаются к той или иной новелле из бронзы или гранита и долго стоят в задумчивости.

— Что вы хотели этим сказать? — спросили однажды Вигеланна.

— Смотрите и делайте выводы сами.

Каждая скульптура вызывает вопрос и заставляет работать мысль. У зрителя создается свое, особое восприятие волнующих произведений Вигеланна. Каждый по-своему воспринимает их: одни — пессимистически, другие — оптимистически, но никто не остается равнодушным. В этом особенность творчества Вигеланна. И каждый вспоминает необыкновенный парк с душевным волнением и восхищением перед величественностью мысли его творца“.

Вигеланн, очевидно, оказал влияние на создателей латышского кладбища-парка в Риге, скульптура которого высечена на стенах и террасах.

Вигеланн жил до конца своих дней во Фрогнерпарке в мастерской, построенной муниципалитетом города. После смерти скульптора мастерская стала музеем, в котором собраны рабочие модели, эскизы, оригиналы.

ПОЛЬША

Вилянув

Вилянув был создан в 1682 году. В начале XVII века на месте королевской резиденции существовала деревушка под названием Миланов. В 1677 году ее купил для своего загородного дворца Ян Собеский.

На новом месте предстояло не только построить дворец или виллу (отсюда пошло и название местечка Вилянув), но и разбить парк, соответствующий величию короля Собеский сам взялся за дело — сажал тополя. Главным архитектором загородной резиденции был назначен А. Лоцци. Он создал проект дворца в стиле барокко. В соответствии с вычурным стилем барокко фасад здания украшают многочисленные полуколонны, пилястры, скульптурные бюсты и прочая богатая лепнина (скульптор Шванер). В дополнение ко всему сооружение венчает тяжелый аттик с фигурами (ближе к крыльям дворец оформлен более простыми по рисунку декоративными вазами).

Со стороны сада дворец выглядит несколько проще. Вместо полуколонн фасад оформлен сдвоенными пилястрами. На углах появляется рисунок, имитирующий кладку из каменных блоков, хотя и здесь стены богато украшены лепниной и вдобавок великолепно расписаны.

Интерьеры дворца не менее роскошны. Обращают на себя внимание сложнейшие плафоны (работа живописца Е. Шимигиновского), которые обрамлены скульптурными группами (автор Андреас Шлютер). Соответствуют выбранному стилю и наборные полы, и расписанные стены. Но нет ощущения, что вы находитесь в замкнутом пространстве. Авторы дворца Вилянув делают окна широкими и прорезают их до самого пола. В подкрепление идеи парка „везде и во всем“ стены расписываются пейзажами. В одном из боковых залов здания сооружается еще и памятник Яну Собескому на лошади, которому место, казалось бы, только в саду и нигде больше.

Н. Молева пишет: „По дворцу можно ходить часами, открывая все новые и новые подробности. Коллекция фрагментов античной скульптуры, фантастический султан из страусовых перьев на балдахине кровати в спальне Любомирской, персидский ковер XVII века, крохотные, с низкими потолками и окнами у ног комнатки верхнего этажа, сплошь облицованные расписными изразцами, инкрустированная мебель позднего итальянского Возрождения, такие неожиданные в своей иллюзорной достоверности фресковые росписи — черты эпох, вкусов, стилей, характеров“.

Регулярный парк во французском стиле служит своеобразным продолжением дворца. Особенно хорошо можно оценить его строгость и безукоризненность форм, глядя на парк сверху, например, со второго этажа здания.

В силу новых веяний моды в Вилянуве появляются здания в новом стиле — псевдоготики. Так, во время всеобщего увлечения этим стилем переделке подвергся собор Св. Яна.

Сейчас в соборе все как было когда-то, очень-очень давно. Сохранилось, например, надгробие Станислава Счелицы, варшавского гуманиста, доктора теологии, надгробие сыновей Анны Мазовецкой (вытянутые в полный рост фигуры юношей в рыцарских доспехах, с мечами в руках и шлемах у ног). Позже надгробия стали выполняться в виде архитектурных арок, внутри которых размещалась фигура умершего в молении. Одна из колонн, поддерживавших арку, надламывалась в знак прерванной жизни.

Вилянув строился, изменялся, но все равно оставался дворцом королевы Марысеньки, вмешивавшейся во все государственные дела. Ее капризы настраивали не только против короля, но и против его сыновей как наследников престола. После того как Собеский умер, бывшая королева сразу стала здесь чужой и поторопилась во Францию. Дворцово-парковый ансамбль начал переходить из рук в руки. Каждому хотелось привнести в резиденцию что-нибудь свое.

После Собеского Вилянув наследуют его сыновья. В 1720 году один из них продает дворец Елизавете Сенявской, которая поручает достроить здание архитекторам Спацио и Юзефу Фонтана, а скульпторам Франтишеку Фумо, Компаретти и Яну Ежи Плершу дает указание украсить флигель сложнейшим декором. Едва скульптурные работы закончились (на что потребовалось пять лет), у Вилянува появился новый владелец — король Август II. Но уже спустя три года дворцово-парковый ансамбль перешел во владение к другим — сначала Чарторыжским, потом Любомирским, а затем Потоцким, при котором также возводились новые постройки.

Однако, сопоставляя планы дворцово-паркового комплекса 1682 и 1970 годов, специалисты отмечают, что заложенная в XVII веке композиционная основа, а также большинство зданий сохранились. Изменения претерпели лишь некоторые планировочные узлы, другим стал рисунок партеров и цветников при сохранении их регулярной композиции.

Во время Второй мировой войны ансамбль был сильно разрушен фашистами. Но в послевоенные годы он был восстановлен по проекту Герарда Циолека.

Вот как описывает парк Вилянув Н. Молева: „Шелковистый ковер огромного овального газона в кольце хрустящей гравием дорожки. Круглое зеркало бассейна с пучком высоких и тонких фонтанных струй. И только в одном дальнем углу, нарушая идеальную симметрию „почетного двора“, несколько тронутых розоватой дымкой деревьев — магнолии Вилянува, те самые, которые посадил когда-то Ян Собеский у окон спальни Марысеньки, — призрачный и такой ненастоящий под северным небом букет“.

Лазенки

Лазенки, построенные в 1784–1788 годах, — настоящее украшение Варшавы и одна из ее достопримечательностей. В парке расположены пруды с плавающими лебедями, кряквами, в воде живут карпы. Каналы пруда проходят под колоннадами боковых галерей и смыкаются снова перед другим его фасадом. Тенистые аллеи ведут к Охотничьему дворцу, к Кухонному корпусу, к въездным воротам на улицу Агриколя.

Обращает на себя внимание и прямоугольная выстриженная лужайка, где по краям расцветают кусты роз. Кроме того, на островке Лазенок был построен театр на открытом воздухе со сценой, напоминающий о Древнем Риме. В театральном Померанцевом павильоне находилась когда-то оранжерея (здесь на фресках изображены театралы XVIII века в польских и французских национальных костюмах).

Памятники и аллегорические скульптуры придают Лазенкам особое очарование — здесь находится памятник Шопену, созданный в 1926 году Вацлавом Шимановским. Во время Второй мировой войны гитлеровцы взорвали памятник, осталось только его основание, на котором кто-то написал: „Кто снял меня — не знаю, но знаю почему: чтоб не сыграл ему траурный марш“.

В 1958 году памятник Шопену был восстановлен, правда, другим скульптором — Вацлав Шимановский умер в 1930 году.

Площадь перед памятником в Лазенках сразу стала летним музыкальным салоном в Варшаве. Здесь каждое воскресенье с весны до осени известные музыканты устраивают концерты, исполняют произведения великого композитора. На площадке перед памятником выступают также молодые участники международных конкурсов пианистов имени Фредерика Шопена, которые устраиваются в Варшаве каждые пять лет.

Другой памятник, воздвигнутый в Лазенках еще в конце XVIII века по указу последнего польского короля Станислава Августа Понятовского, представляет победителя турок под Веной — польского короля Яна III Собеского. Король изображен в римском одеянии, в тяжелом шлеме, на вздыбленном коне над поверженным турком. Станислав, предвидевший войну с турками, надеялся, что памятник всколыхнет патриотические чувства народа. Поэтому реакция со стороны простого люда оказалась для него неожиданной. На следующее утро после открытия памятника на нем появилась надпись: „Станислав, который с позором для страны нас обесславил, Яну Собескому этот памятник поставил. Отдал сто тысяч, я бы вдвое отдал, чтобы Станислав окаменел, а Ян Третий ожил“.

Особое очарование Лазенкам придает Летний дворец, представляющий собой белый воздушный домик с лестницами, погруженными в прозрачную воду. Он растянулся во всю ширину небольшого острова. Боковые крылья слегка отступают назад. Частые окна первого этажа, прорезанные до земли, кажутся начерченными в камне, пилястры, расположенные под карнизом, выглядят тоже плоскими. Окна второго этажа маленькие, словно сдавленные балюстрадой.

Фасад дворца украшают фрески, колоннада, изящные балконы. На крыше располагается причудливая деревянная балюстрада. Двухэтажное здание дополняет небольшой прямоугольный блок бельведера. Средняя часть фасада выступает вперед, здесь расположена четырехколонная лоджия, украшенная на кровле фонарем, который оформлен балюстрадой со скульптурными группами. По сторонам лоджии — полукруглые застекленные двери-окна, выходящие на небольшие балконы.

„Стройный ряд колонн, поддерживая легкую с круглыми вазами балюстраду, скользит по низко пригнувшемуся к воде пролету моста, — пишет Н. Молева в книге „Варшава“. — Тесаный камень арки, позеленевшие плиты тесно сдвинутых набережных, неподвижная буроватая вода — знакомый, слишком знакомый образ. Да это же Дворцовая канавка между Зимним дворцом и Эрмитажным театром в Ленинграде, волей Чайковского ставшая местом гибели героини „Пиковой дамы“. И еще — застывшая в равнодушном ритме пилястр плоскость дворцовой стены, от которой отходит к флигелю на берегу колоннада. В ее ощущении невольно встает другое воспоминание Ленинграда — Мраморный дворец Ринальди на Неве, который Екатерина II построила для одного из своих первых любимцев, Григория Орлова, и который стал резиденцией отрекшегося от польского престола Понятовского. Классицизм и там, и тут, но какой же в конечном счете разный, не по внешним признакам — по сути своей непохожий“.

„В замысле дворца раскрылось характерное для раннего классицизма стремление к изящной простоте и сдержанной интимности. Небольшое по размерам, скромное по архитектурным формам здание дворца отличается благородством пропорций, разнообразием и изобретательностью в использовании самых простых и традиционных компонентов классической архитектуры“, — отмечают авторы „Всеобщей истории искусств“.

Здание и изнутри великолепно отделано. Впечатляют Круглый зал (ротонда), Белый (бальный) зал, зал Соломона с художественной росписью стен, фресками и ценным паркетом. Интерьер дворца отличают ясность и благородство форм.

Вот как описывает интерьер дворца Н. Молева: „За стеклянными дверями, у самых ног гладь воды, далекая, как на театральном заднике, зелень деревьев, скользящие силуэты лебедей. Парк входит в зал, случайными уголками рассыпается по широким зеркалам, раздвигает стены, потоками света дробится на изломанных карнизах, филенках стен, розетках потолка. На одной подробности трудно сосредоточиться. Скульптуры, росписи, барельефы, сочный рисунок наборных полов, лепнина потолка… Суровая прямолинейность бюста римского императора, яркие пятна танцующих менад в узких простенках, шаловливые скульптурные амуры, подхватившие герб над королевской ложей, и рядом с торжественным ритмом статуи Аполлона Бельведерского — ухмыляющиеся козьи лица присевших на корточки сатиров“.

Лазенки Варшавские, как дворец, так и некоторые парковые павильоны, — одно из лучших произведений крупнейшего мастера польского классицизма Доминика Мерлини. Архитектор — итальянец, с 1750 года жил и работал в Польше. Приехав в Варшаву в возрасте двадцати лет, он учился у своих родственников, которые работали при дворе. И спустя десять лет стал королевским архитектором (при Августе III. а потом и при Понятовском). Зодчий специализировался на строительстве загородных резиденций — Яблонна, Круликарня (в буквальном переводе крольчатник), Лазенки.

Создавать интерьеры дворца Мерлини помогал и немецкий мастер Ян Хризостом Камзетцер и другие польские и итальянские архитекторы и художники. Плафоны в зале Бахуса и Купальне, декорация Бального зала — работа И. Плерша. Картины и плафон в зале Соломона со сценами жизни библейского царя — произведения Баччиарелли. Портреты польских королей и римских императоров принадлежат Лебрену, Мональди и Пинку.

Первое упоминание о деревянном, обнесенном оборонительным валом укреплении Яздов (оно находилось в той части Лазенковского парка, которая позже отошла под Ботанический сад), относится к 1262 году. В XIII–XIV веках в Яздов часто наведывались князья, чтобы поохотиться. В XVI веке, когда овдовевшая королева Бона получила Яздов в наследство, здесь развернулось строительство, которое было продолжено позже дочерью королевы — Анной Ягеллонкой. Благодаря их усилиям в Яздове появились красивый сад, зверинец. Зигмунт III соорудил здесь каменный замок. Однако были в истории Яздова и печальные страницы: местечко сильно пострадало от шведского „потопа“. В 1674 году, когда яздовские земли перешли в руки коронного маршала Станислава Гераклия Любомирского, началось возрождение Яздова.

Амбициозный Любомирский решил создать парк не хуже, чем у французского короля Людовика XIV. Задавшись такой целью, он сооружает купальни (по-польски лазенки), копии версальских парковых павильонов. Так, при Любомирском появляется дом на островке с квадратным фасадом, круглым залом-купальней, стены которой были позже выложены расписанной кафельной плиткой. Очень многие зодчие пытались позже оставить свой след в обустройстве Лазенок (некоторые специалисты даже считают, что ученики и последователи Микеланджело приложили здесь свою руку).

В 1720 году Яздов переходит в аренду к королю Августу II Сильному (Любомирский и слышать не хотел ни о какой продаже). Король мечтал соорудить дорогу молитвы и покаяния на Кальварию, но ее так и не достроили. Тем не менее, на перекрестке путей из столицы на Яздов, Солец и Черск появились золоченые кресты (сегодня это Площадь трех крестов). Был переделан и Яздовский замок. А Лазенки предназначались для удовольствия и светских развлечений. Здесь были проведены большие осушительные работы, потому что король любил в Лазенках охотиться.

Последний король Понятовский горел желанием переделать варшавский замок, отстроить Лазенки, но из-за отсутствия денег это ему так и не удалось. Поэтому Яздовский замок был передан государству под казармы, а строительство Лазенок так и не закончили.

В 1795 году, после очередного раздела страны, Понятовский уехал в Гродно и отрекся от престола. Лазенки стали собственностью его наследников. В 1817 году племянница бывшего короля продала их Александру I за миллион злотых. Новый хозяин не оценил по достоинству дворцово-парковый ансамбль, чем поспешили воспользоваться хранители дворца: они распродавали и вывозили все, что были в состоянии вывезти. У каждого здания появился свой хозяин. Так, в Кухонном корпусе разместилась Школа офицеров — подхорунжих. Отсюда в ноябрьскую ночь 1830 года вышли руководители восстания во главе с преподавателем школы и командиром Петром Высоцким. Местом встречи повстанцев был памятник Яну Собескому.

РОССИЯ

Измайлово

Парк культуры и отдыха Измайлово — памятник садово-паркового искусства. Единый зеленый массив занимает площадь 1300 га. Пейзажный парк имеет развитую дорожно-тропиночную сеть. Здесь протекает река Серебрянка, есть несколько прудов. Часть парка занимает естественный лес с уникальными экземплярами деревьев (липа, дуб, сосна).

Наибольший интерес представляет селение Измайлово.

В 1663 году царь Алексей Михайлович создал в подмосковном селе Измайлово не усадьбу, а целый хозяйственный хутор, где занимались садоводством, огородничеством, пчеловодством и скотоводством. Там были мельницы, мост, плотина, льнопрядильни, пивоварни, медоварни, стекольный, чугунный и полотняный заводы. Были здесь и охотничьи дворы: олений, медвежий, кабаний, волчатники и т. п. На речке Серебрянке была возведена система плотин, которые образовывали более двух десятков прудов различного назначения: для полива, водопоя животных, разведения рыбы к царскому столу (в этих прудах содержались даже осетры и стерляди). Большая часть территории Измайлова была покрыта пашнями и лугами. Были лекарственные огороды и баштаны, „землянишники“ и малинники; виноградники, плодовые сады, парники и теплицы. В царских прогулочных садах были построены „на итальянский манер“ разные сооружения. В „виноградном саду“ „стояли три терема или беседки, украшенные резьбой и расписанные красками.

Около теремов были гульбища, или галереи. В так называемом Просяном саду были построены два чердака (терема). В том и другом саду размещались картины живописца Петра Энглеса. Украшали сады гроты, „вавилоны“ (лабиринты) и „ключ, из чего вода бежит“ (фонтаны).

В записках иностранцев, побывавших в Московии, рассказывалось: „Обширная Измайловская равнина так понравилась царю, что он завел на ней два сада, один на манер итальянский, а в другом построил огромное здание с 300 малых со шпицами башен“.

Хозяйство это было создано не только ради забавы, оно приносило существенные доходы. А. Кузнецов пишет: „В период короткого расцвета годовой доход от Измайловского хозяйства выражался в ощутимых суммах. В 1676 году, например, на продажу пошло 20 тонн чистого льна, 186 тонн льна-сырца и 18 тонн пеньки. Все это отправлялось прямо в Архангельск на корабли иноземных купцов. Но свои сады и огороды царь Алексей создавал не только ради льна. В садах выращивали виноград, огурцы кизилбашские, дыни бухарские, арбузы шемаханские, миндаль, перец астраханский, кизил кавказский, дули венгерские, различные лекарственные травы и тутовое дерево“.

В Измайлове проводились и интересные опыты: здесь выращивался даже хлопок и разводились тутовые деревья (шелковица), а в густом липняке была устроена лучшая на Москве царская пасека.

И. Забелин рассказывает, что представлял собой царский сад: „Виноградный сад, огорожен кругом заборы в столбы, а в заборе четверы ворота с калитками, крыты тесом, верхи у ворот шатровые. А по мере того саду шестнадцать десятин. А в саду яблони, вишни, груши, сливы, дули, малина, смородина, земляница, клубница и розныю всякие травы с цветами, десять кустов винограду, одиннадцать кустов орехов грецких. А среди саду три терема со всходы и с красными окнами, кругом их перила; около теремов пути, меж путей столбцы точеныя. Теремы, столбцы и грядки писаны красками…“. А вот описание Просяного сада: „Просяной сад, а в нем 142 яблони, да в нем же два чердака, один несовершен да переспективно писаны красками. Меж творил столбы, и к ним прибиваны грядки, писаны красками, меж столбов и меж грядок барбарис и крыжовник, малина и смородина. А творила обиваны тесом; а в сад тестеры ворота и в том числе двои ворота с вышками, крыты тесом; одне писаны красками, наверху три яблока золоченых; четверы ворота крыты шатрами тесом. Да в том же саду смотрильня да пруд…“.

Измайловский сад царя Алексея Михайловича, распланированный в итальянском регулярном стиле, назывался в ту пору Потешным, а Измайловский огород — Аптекарским.

В селении, кроме того, был возведен Измайловский дворец. Были сооружены одновременно три других основных здания: пятиглавый Покровский собор старорусских форм, церковь Иосафа Царевича, выстроенная в новом стиле московского барокко, и Мостовая башня с крышей-шатром.

Собор Покрова Богородицы был сложен из камня. И даже для своего времени он архаичен — так строили еще в XV веке. В стенах прорублены высокие и узкие окна, сооружение украшают пять таких огромных куполов, что они даже теснят друг друга… В 1679 году собор был освящен, а год спустя в Оружейной палате был изготовлен деревянный иконостас для церкви, „царские изографы“ украсили его иконами с позолоченными венцами. Покровский собор оформлен коричневыми, желтыми, зелеными и синими изразцами с рисунками павлиньего глаза, диковинных птиц и зверей, растительных орнаментов, розеток.

Мостовая башня имеет три этажа и широкие арки. Второй этаж более нарядный, наличники окон украшены резным камнем. Третий этаж покрыт широким шатром.

Недалеко от царских хором, на острове, располагался зверинец Алексея Михайловича, самый большой из всех русских зверинцев XVII века. Здесь обитали лоси, кабаны, волки, бурые медведи, лисицы, олени. По свидетельству иностранцев, содержались еще и львы, тигры, барсы, рыси, дикобразы, соболи. На птичьем дворе водились лебеди, фазаны, павлины, китайские гуси, индийские петухи, английские куры и другие редкие птицы.

В 1731 году Анна Иоанновна приказала устроить новый зверинец в заповедном лесу к югу от дворца (там, где теперь Измайловский парк). В 40-х годах XVIII столетия в Измайловском зверинце числилось 1099 зверей: олени и зубры, кабаны и медведи, куницы, соболи, чернобурые лисы, волки; один бобр, четыре дикобраза, несколько гну („дикие коровы с лошадиными хвостами“). Здесь содержались и всякие диковины — обезьяны, „теленок-монстр о шести ногах“ и др.

В новом зверинце, а правильнее сказать, на заповедной территории, разводили в основном охотничьих животных, которые жили в лесу, на свободе, и им ничего не угрожало, так как их охраняли. Когда Петру I донесли, что в Измайлове появились браконьеры, он приказал управителю Измайлова присылать этих людей в Преображенский приказ, где с ними лихо расправлялись — секли плетями и ссылали в Азов с женами и детьми на вечное житье.

Зверей — черных соболей, бурых и белых медведей, волков и других животных — показывали приезжим гостям, иностранным послам, знати. Иностранцев приглашали на Потешный двор, где ради потехи животных травили борзыми собаками. Измайловский зверинец просуществовал более 100 лет. Эта местность Подмосковья называлась Измайловским зверинцем вплоть до начала XX века.

Завершал строительство Измайлова сын Алексея Михайловича Федор. А после его смерти правительница Софья выбрала Измайлово своей резиденцией, так как в селе Преображенское, расположенном неподалеку, обосновались ее конкуренты, претендовавшие на престол, — Нарышкины вместе с юным Петром и его матерью.

В 1691 году Петр I вместе со своим учителем голландцем Францем Тиммерманом приехал в Измайлово и обнаружил там ботик, построенный голландским мастером Брандтом. Кораблик спустили в пруд, и Петр плавал на нем с Брандтом и Тиммерманом. Позже Петр приказал этот ботик, названный дедушкой русского флота, перевезти из Измайлова в Петербург, там его торжественно встретили 23 корабля и 200 галер.

Из Измайловской крепостной молодежи был набран первый Измайловский полк, который позже вместе с Преображенским и Семеновским полками составил ядро будущей русской гвардии.

До сих пор в Измайловском лесу сохранились остатки петровской „потешной“ крепости: остров, окруженный рвом, земляной вал с редутами. В 30-х годах XX столетия здесь на глубине 4 м были обнаружены чугунные ядра, обломки секир и другого оружия.

Постепенно Измайлово утратило значение царской усадьбы. В 1765 году дворец был сломан, хозяйство разрушено, люди разъехались, а остатки зверинца уничтожили французы во время войны 1812 года. Измайлово превратилось в придворную охотничью усадьбу.

Полтора века Измайлово оставалось заброшенным. Лишь в середине XIX века открыли здесь Измайловскую военную богадельню, пристроив к Покровскому храму казармы.

Богадельня предназначалась для неимущих ветеранов и инвалидов войны 1812 года, персидской, турецкой и кавказской войн. Здесь было устроено довольно обширное хозяйство: кузница, мастерские, сады, огороды. Были возведены чугунные триумфальные ворота, фонтан и даже водокачка, которая снабжала Измайлово чистой водой. Даже в эти времена удельное ведомство продолжало время от времени оказывать внимание Измайловскому саду. Так, в середине XIX века здесь были посажены сосны, кедры, липы, и именно с этого времени растет основной массив нынешнего лесопарка.

Богадельня просуществовала до 1917 года. Позже разместился здесь рабочий городок имени Баумана. А потом на территории Измайловского острова разместилась такая организация, как Росреставрация.

Измайловский парк культуры и отдыха был создан в 1931 — 1937 годы, на его территории были построены выставочные павильоны, танцевальная веранда, лодочная станция и др.

Одно время Измайловский парк культуры и отдыха носил имя Сталина, поэтому скульптурой И. В. Сталина открывалась перспектива главной входной аллеи. Рядом с ней был разбит цветник, в который высаживались цветы из оранжерей. И сегодня цветы — одно из главных украшений парка.

Центральную, прямую и длинную аллею окаймляют цветочные массивы. Справа и слева расположены павильоны и сооружения спортивного городка, зеленый театр, танцевальная площадка, в глубине — детский городок.

А впереди открывается серебристая гладь Круглого пруда с островком посредине. Говорят, когда-то на этом острове гнездились цапли…

Сейчас вокруг Измайловского острова выросли олимпийские сооружения — гостиницы, стадион, конно-спортивная школа, дворцы культуры и т. д.

Летний сад

Летний сад обычно считают ровесником города. Еще в 1704 году по замыслу Петра I был разбит дворцово-парковый ансамбль, названный „Летний дворец царя“. Вскоре он стал называться Летним садом.

В 1717 году царь Петр побывал в Париже, осматривал Версальский парк с большим любопытством. Он сказал тогда: „Ежели проживу три года, буду иметь сад лучше, чем в Версале у французского короля“.

Хотя идея создания Летнего сада появилась у Петра гораздо раньше, чем он увидел Версаль. В 1704 году, год спустя после того, как была заложена крепость и основан город Санкт-Питербурх, у реки Ерик, начали строить и дворец для царя с Летним садом. Петр сам выбирал место для летнего дворца и первого сада в Петербурге. Облюбовал Петр участок на левом берегу Невы, видимо, потому, что он был давно обжит и почти со всех сторон окружен водой.

В 1704 году Петр дает указание прислать „всяких цветов из Измайлова не по малу, а больше тех, кои пахнут“. Летом 1706 года он сам посылает из Нарвы луковицы белых лилий. Осенью того же года приказывает вывезти из Новгорода многолетние липы. Деревья для Летнего сада, по распоряжению Петра, подбирали „толстотою кругом дюймов в 12 или 15 с корнем и с землей“. И везли березы, яблони, душистые травы из-под Москвы Грабы, ильмы — из Киева, липы — из Нарвы, кедры и пихты — из Соликамска. Из Гамбурга — каштановые деревья, из Любека — сирень. Из Новгородского уезда доставили 60 больших лип. Из Голландии прислали для сада 6 кустов пионов и тюльпаны, из Нарвы — белые лилии, майоран и липы, из Данцига — розы и барбарис, из Швеции — яблони.

Но деревья, привезенные с юга, вымерзли. Потому тис заменили можжевельником, пересаживали из леса ели, украшали газоны брусникой.

Сначала Летний сад ограничивался лишь участком, на котором сейчас находится скульптура. Тогда определилась первоначальная его планировка и началось освоение территории. Первый план Летнего сада, как позднее и план Петергофского Нижнего парка, вероятно, набросал сам Петр. В 1704–1705 годах разбивкой так называемого царского огорода и устройством в нем фонтанов занимался русский архитектор И. М. Угрюмов. С 1711 года украшением и расширением территории Летнего сада руководил Ян Розен.

К этому времени это был уже сложившийся регулярный парк с узорными цветниками, фонтанами, водоемами. Началось сооружение каналов, один из каналов делит первый Летний сад на две части. В эти же годы в Летнем саду был устроен Карпиев пруд.

В 1716–1725 годах архитекторы Леблон и Земцов сделали планы Летнего сада в начале и в конце завершающего этапа его строительства. Камер-юнкер Берхгольц писал о Летнем саде того времени: „там есть все, чего можно только желать для увеселительного сада“.

В Летнем дворце Петр I жил со своей семьей с мая по октябрь в течение 1712–1725 годов. Первый этаж занимали комнаты Петра I, а второй — комнаты императрицы Екатерины и детей.

Этот каменный дом строил Доменико Трезини. Летний дворец очень отличался от московских построек допетровского времени четкостью планировки, простотой архитектурных форм, скромным украшением фасадов.

При всей кажущейся простоте в этом доме есть изысканность. Водостоки по углам его крыши сделаны в виде маленьких дракончиков, флюгер не что иное, как фигурка Георгия Победоносца на коне, с копьем в руках. Над входом во дворец — изображение древнеримской богини войны, мудрости, покровительницы наук и законов Минервы и двух амуров, поддерживающих над ней царскую корону.

Фасады Летнего дворца украшали двадцать девять лепных барельефов. Многие из них прославляли государство Российское, другие играли роль декоративных украшений.

После смерти Петра во дворце жили белошвейки и прачки, обслуживавшие царский двор Позднее его отдавали на лето крупным сановникам. При этом каждый раз его ремонтировали, слегка перестраивали.

В середине XIX века Летний дворец закрылся, и только изредка его демонстрировали высокопоставленным гостям.

С начала XX века в нем устраивали различные выставки. В 1934 году Летний сад и Летний дворец Петра I получили статус архитектурно-художественного и историко-мемориального музейного комплекса.

Летний сад был спланирован во французском стиле „люстгартен“ Система аллей и дорожек делила территорию на прямоугольные участки. В то время сад простирался до самого берега Невы.

В Летний сад вели три длинные прозрачные галереи. Две, по бокам, белые деревянные с золочеными российскими гербами. Между ними возвышалась центральная галерея, самая большая, на „столбах российского мрамора“, пол которой выстлан черными и белыми мраморными плитами, а потолок подбит холстом. Посреди галереи стояла беломраморная статуя Венеры на высоком пьедестале. Вокруг ее постамента на медной полосе шла надпись „Императору Петру I в угодность подарил папа Климент XV“. Эту драгоценную статую охранял часовой.

Из Венериной галереи открывался вид на Летний сад. Со стороны Невы и Лебяжьего канала тянулись высокие зеленые стены из елей, стриженых грабов и желтой акации. В них были сделаны ниши для белых и золоченых статуй. Прямые аллеи делили Летний сад на несколько прямоугольных боскетов, окаймленных стриженой акацией. В нишах этих стен также стояли статуи.

Самая широкая, центральная аллея начиналась от Венериной галереи. Она прерывалась четырьмя площадками с фонтанами. Центральную аллею и аллею вдоль Невы обрамляли стриженые зеленые стены 2,5 м высотой Стены боковых и поперечных аллей были не выше двух метров.

С одной стороны центральной аллеи находился птичник в виде индокитайской пагоды. В клетках пагоды содержались орлы, черные аисты, дикобраз, синяя лисица и соболи.

В доме рядом с пагодой жили голуби. Чуть дальше была оранжерея, окруженная цитрусовыми деревьями и финиковыми пальмами. На правой стороне, среди деревьев, располагалась вольера — большая клетка, наполненная разными мелкими птичками.

На берегу Фонтанки уже после смерти Петра был устроен грот — большой прямоугольный павильон, увенчанным шестигранным фонариком, с колоннами и статуями. Такие же статуи (Флора, Мореплавание, Архитектура, Фортуна, Терпсихора, Зефир) украшали вход в грот и весь фасад со стороны Фонтанки. Стены и колонны внутри грота были выложены раковинами, разноцветными камнями и толченым стеклом. Грот состоял из трех залов, соединенных арочными проемами.

Посредине зала на большой раковине стояла фигура Нептуна, поддерживаемая тритонами (этот фонтан, так же как и другие четыре фонтана в залах грота, блистал золотом). Как только фонтаны начинали бить, звучала музыка.

Вдоль Лебяжьего канала тянулся партер с узорами из цветов, битого кирпича, песка, окрашенного в различные цвета, раздробленного стекла. Дорожки, делящие цветник на четыре прямоугольника, были посыпаны песком и мелкотолченым разноцветным стеклом. Вокруг партера на решетках висели фонари.

В саду цвели ирисы, нарциссы, мальвы, фиалки, гвоздики и др. В оранжерее сада выращивались заморские растения.

Петр I сам сажал дубы и распорядился создать питомник дубовых деревьев. На частоколе питомника собственноручно прибил указ, запрещавший портить деревья, а для устрашения главный лесничий поставил в лесу около Петербурга виселицы через каждые пять верст.

Поперечный канал делил сад на две части — первый и второй сад. По мосту через канал можно было пройти во второй Летний сад, но не беспрепятственно — на середине моста вдруг из его перил и снизу начинали бить многочисленные струи воды.

Второй Летний сад за каналом, хозяйственный, украшали фруктовые деревья с трельяжами и шпалерами, ягодные кусты. Там были оранжерея, дом садовника, беседки, длинная крытая аллея и фонтаны.

Аллеи второго сада вели к большому фигурному пруду, где разводили карпов для царского стола, пруд так и назывался Карпиевым. Пруд окружала галерея на 126 столбах. В 1833 году у пруда была поставлена изящная ваза из эльфдальского порфира — подарок шведского короля.

На месте Инженерного замка и Михайловского сада располагался третий Летний сад, или Сад за маленькой речкой. В нем были дворец, пруды, лабиринт, беседка.

Вдоль Фонтанки, у самого Летнего дворца, росла дубовая роща, одну из прямоугольных площадок занимали подстриженные ели. Внутри нее шла крытая аллея (таких крытых аллей в саду было несколько).

В начале XVIII века Летний сад был первым в Петербурге и в России образцом архитектурного (регулярного) стиля. Однако он сохранил черты и русских подмосковных садов, где высаживались фруктовые деревья и огородные растения.

Поэтому парадная часть сада занимала половину современной территории, а огород с грядами овощей, теплицей, плодовыми деревьями, оранжереями — остальную часть сада.

В создании дворцово-паркового ансамбля принимали участие крупнейшие архитекторы — Шлютер, Леблон, Земцов, лучшие мастера садоводства — Ян Роозен (бессменно работал здесь целых 13 лет, до самой смерти, совпавшей с годом смерти царя Петра), Илья Сурмин и другие.

В Летнем саду отмечались многие торжественные события. В эти дни в сад „позволено… всякому чину входить, кроме тех, кои в серых кафтанах, а паче с бородами, оных впущать запрещено“ (для „серых кафтанов“ и для солдат гвардейских полков готовилось угощение на Царицыном лугу).

Веселились за праздничным столом в Венериной галерее. Четыре гвардейца носили по саду на носилках водку. Сопровождавшие их майоры наполняли ковши и угощали всех встречных. От выпивки нельзя было отказываться, иначе содержимое ковша оказывалось у гостя за шиворотом. После обильной трапезы в боковых галереях сада начинались танцы и был салют.

К середине XVIII века в Летнем саду насчитывалось около пятидесяти фонтанов.

На центральной широкой аллее фонтаны били один за другим. У первого фонтана из белого мрамора с черными плитами по краям располагалась Царицына, или Дамская, площадка (здесь обычно бывала Екатерина со своими дамами). У второго фонтана — Шкиперская площадка с четырьмя столами, за которыми обычно сидел Петр с иностранными гостями. Вокруг большого фонтана на Шкиперской площадке было четыре боскета. В первом боскете возвышалась статуя женщины с лицом, закрытым покрывалом. Вокруг нее били высокие струи воды. Во втором боскете располагался небольшой пруд с маленьким островком с беседкой. По пруду плавали редкие породы уток и гусей и маленький кораблик, на котором катался карлик, шут царя.

Несколько дальше располагался водопад — мраморный позолоченный фонтан, украшенный позолоченными вазами.

Напротив грота две радиальные крытые аллеи вели к площадкам с фонтанами Фаворит и Лакоста (были построены после смерти Петра).

Особенно интересен лабиринт на темы басен Эзопа из скульптурных групп и отдельно стоящей статуи горбатого Эзопа (архитектор Земцов). Этот лабиринт с 31 фонтаном начинался во втором Летнем саду, позолоченная статуя Эзопа стояла у входа. На каждом повороте дорожек лабиринта, в небольших бассейнах, обложенных раковинами и мхом, возвышались скульптурные группы: птицелов с соловьем, лев с лисой, лисица с петухом, орел с лягушкой и мышью, павлин с двумя соловьями, лев в клетке с мышью, змей, грызущий наковальню, свинцовая сковорода. И у всех зверей и птиц из пасти или клюва била вода. Почти в каждой из скульптур угадывался прообраз современных героев. Змей, грызущий наковальню, — Карл XII, тщетно пытающийся победить русских; курица, защищающая своих цыплят от ястреба, — русская армия, охраняющая отечество от шведов, лев в клетке — побежденная Швеция и т. д. Для тех, кто басен не знал, около фонтанов были таблички с пояснениями. В Летнем саду намечалось иллюстрировать скульптурами 60 басен, но удалось проиллюстрировать лишь 31 (в Версале было представлено 39 басен). По краям дорожек лабиринта шли стены из стриженых растений, в нишах которых было установлено 32 фонтана.

В Летнем саду была собрана большая коллекция мраморной скульптуры (это очень важная деталь для регулярного парка). В первой четверти XVIII века в саду насчитывалось до двухсот статуй, скульптурных групп, бюстов, которые заказывались и покупались в мастерских Венеции и Рима. Изваянная неизвестным скульптором Венера полтора тысячелетия пролежала в римской земле, пока в начале XVIII века ее не извлекли из почвы. С отшибленной головой и без рук ее купил агент русского царя в Риме Юрий Кологривов и отдал на реставрацию местному скульптору. Но в те времена Папа Римский запретил вывоз из Италии произведений античного искусства. Поэтому римские власти, узнав о сделке Кологривова, арестовали продавца, а у реставратора отобрали скульптуру. Но хитроумный агент русского царя Рагузинский предложил обменять статую на мощи католической святой Бригитты, бывшей настоятельницы разрушенного монастыря в Пирите (эти мощи оказались у русских после взятия Ревеля) Папа не мог отказаться от такого подарка и дал разрешение отправить статую Венеры в Россию.

Так благодаря стараниям доверенных лиц Петра в саду появилась античная статуя Венеры (ее установили в центральной галерее на берегу Невы в Летнем саду, а после смерти Петра I перенесли в грот, в XIX веке статуя „гостила“ в Царском Селе, Михайловском и Таврическом дворцах, затем — в Эрмитаже).

Но далеко не у всех Венера вызывала восхищение. Иные, проходя мимо нее, плевались и кляли царя-антихриста. Неслучайно Петр велел поставить около статуи часового.

Для Летнего сада скульптуры отбирались по смыслу. Аллеи украшали бюсты политических деятелей, королей, римских императоров, героев. Некоторые скульптуры олицетворяли процветание страны в период царствования Петра I — Правосудие, Милосердие, Слава, Навигация (автор П. Баратта), Истина (с солнечным диском в руке, символом света и просвещения), Искренность (с рукой на голове льва) Последние две скульптуры создали отец и сыновья Гропелли.

Кроме того, античные боги и богини населяли все уголки сада. Например, в глубине сада „спит“ Амур, со светильником в руках склонилась над своим возлюбленным красавица Психея. Можно было встретить в саду Минерву (богиню войны и государственной мудрости), Флору, Цереру, Вертуми, Помону. В виде скульптуры были представлены музы, спутницы бога Аполлона, покровительницы искусств (сейчас осталось только три статуи).

Интересна серия Круговорот суток (скульптор Д Бонацца), состоящая из четырех статуй — Утро, Полдень, Закат, Ночь. Ночь — в звездном покрывале и венке из мака, летучая мышь заняла место на пряжке ее пояса, у ног расположилась сова Богиня утренней зари — Аврора — легко ступает по земле, рассыпая на своем пути цветы. Полдень — щекастый юноша с солнцем на лбу и пучком солнечных лучей в руке Закат — мускулистый старик, сопротивляющийся порывам ветра. У ног старика заходящий диск солнца и дурман.

Неменьший интерес представляет и скульптурная группа Мир и изобилие, созданная по заказу Петра I в 1722 году в честь заключения мира со Швецией (скульптор П. Баратта) Скульптурная композиция состоит из двух женских фигур. Женщина-изобилие изображена с опущенным факелом и рогом изобилия, под ее ногами знамя, щит с головой горгоны, пушка, барабан. Рядом с ней крылатая богиня Победа с пальмовой ветвью в руках. Кроме двух женских фигур скульптор изобразил в образе льва побежденную Швецию и в виде орла — победительницу Россию.

Еще при жизни Петра был построен второй каменный дворец для Екатерины. В 1725 году рядом с ним архитектор Земцов возвел деревянное сооружение — залу для „торжествований“ (по случаю брака дочери Петра, царевны Анны, с герцогом Голштинским). В это время появился и грот. К сожалению, во второй половине XVIII века он был превращен в обычный павильон (в 1777 году во время наводнения почти полностью разрушен).

Но в 1732 году. В Растрелли построил на месте этой залы одноэтажный деревянный дворец для императрицы Анны Иоанновны. Здание резко отличалось от петровского дворца. Обращала на себя внимание центральная часть сооружения, в боковых крыльях были устроены спуски к воде. Край кровли был украшен нарядной балюстрадой, окна — наличниками.

После смерти Петра осваивались другие участки дворцово-паркового комплекса. Третий Летний сад предназначался для резиденции Екатерины I. Сад был разбит на прямоугольные участки, на которых росли фруктовые деревья. Украшением третьего сада стал Летний дворец Екатерины I, так называемые Золотые хоромы (он строился одновременно с Летним дворцом Петра I, но был разобран во второй половине XVIII века).

В 1730-х годах оформилась композиция Летнего сада в районе партера и Лебяжьего канала. Главный вход в сад был сделан со стороны Большого луга, для чего через Лебяжий канал перекинули подъемный мост. Сразу за мостом открывался вид на мраморный амфитеатр с каскадом, декорированным статуями и апельсиновыми деревьями в кадках. Тут же находились две маленькие сцены. Напротив амфитеатра, в цветнике, бил многоструйный фонтан.

В 1740-х годах Растрелли построил для императрицы Елизаветы Петровны Летний дворец. По богатству декора он превзошел все бывшие в Летнем саду здания и стал первым образцом стиля барокко в России. Его фасад украшали ниши, полуколонны, карнизы, фонтаны, планировка помещения усложнилась.

К 40-м годам XVIII столетия были внесены изменения в планировку третьего Летнего сада (он украшается павильонами и сооружениями для аттракционов) и Большого луга, который становится Променадом (садом для прогулок). Вход в Летний сад делается со стороны Невы.

К 70-м годам XVIII века регулярные сады стали выходить из моды, пришло увлечение пейзажными парками (в них создавалась иллюзия естественной, не тронутой рукой человека природы). Поэтому Летний сад оказался заброшенным. В соответствии с новой модой в нем перестали подстригать деревья. Пострадавшие от времени и непогоды скульптуры увозили на склады. У оставшихся скульптур появились неграмотные, нелепые пояснения. Например, около бюста старика с длинной бородой можно было обнаружить табличку с именем греческой поэтессы Сафо, а у статуи старой женщины надпись „Авиценна“.

Но самый большой вред причинило саду наводнение, которое было 10 сентября 1777 года. После него из сада исчезли фонтаны, не стало поперечного канала и лабиринта Эзоповых фонтанов, погибло много старых деревьев. Упавшие скульптуры разбились. Беседки и трельяж были уничтожены. Испорчены были оранжерея и грот.

Екатерина II начала устраивать новую резиденцию в Царском Селе с пейзажным парком. Летний сад не стали восстанавливать. Императрица подарила свинцовые фигуры басен Эзопа своим придворным. Поперечный канал засыпали, оранжерею снесли, украшения боскетов и разбитые фонтаны убрали. Систему водоснабжения ремонтировать не стали. Обломкам статуй, пострадавшим „от непогоды и праздношатающихся людей“, нашли более „пристойное“ место — свалку.

Однако спустя 20 лет появилась решетка, которая отделила Летний сад от набережной. Ограда имеет высокий цоколь, который повторяет плавные линии набережной. Над ним возвышаются пепельно-розовые колонны, так же как и цоколь, высеченные из гранита. Чугун для ажурной решетки отлили на Тульском заводе, верхние ее части были покрыты золотом. На рисунке решетки можно увидеть щиты на скрещенных мечах.

Но 7 ноября 1824 года Нева опять вышла из берегов. На фасаде Летнего дворца, на высоте середины окна первого этажа, можно видеть бронзовую доску с отметкой уровня воды в саду во время этого наводнения. Для ликвидации последствий стихийного бедствия потребовались годы.

Полуразрушенный грот был перестроен в 1826 году архитектором К. Росси в Кофейный домик. Росси сохранил внутреннюю структуру грота. Это одноэтажное прямоугольное здание с низким куполом и железной кровлей было декорировано скульптурными барельефами и окружено чугунными цветниками-треножниками.

В 1820-х годах появляется и решетка со стороны Мойки (архитектор Л Шарлемань).

Конечно, она уступает по своей художественной ценности Невской ограде. Но благодаря ее небольшой высоте можно и за пределами сада любоваться Карпиевым прудом и тенистыми аллеями Ее украшением становятся ряды копий и пик, скрещенные мечи и щиты с изображением головы горгоны Медузы.

В 1827 году Шарлемань построил в саду деревянный Чайный домик, который по формам не отличается от современных ему каменных зданий.

В 1833 году напротив ворот новой ограды появилась ваза из розового эльфдальского порфира, высотой почти 5 м (подарок Николаю I от шведского короля Карла Иоанна XIV).

Постепенно Летний сад превратился из императорской резиденции в сад для прогулок горожан. Если по указу 1755 года разрешалось посещать сад два раза в неделю и в праздничные дни, то к XIX столетию доступ в сад стал более свободным, однако плохо одетому простолюдину вход был все равно запрещен.

В Летнем саду в течение всего XIX века ежегодно устраивали смотрины купеческих невест.

Здесь бывали многие знаменитости. В 1833–1834 годах Пушкин жил на Пантелеймоновской улице. Он часто заходил в сад в домашних туфлях и халате. В шутку поэт называл сад так же, как и Петр, — мой огород.

По аллеям Летнего сада гуляли Тютчев, Гончаров, Гаршин, Куприн, Чайковский, Серов, Блок, Маяковский… Неслучайно первый в городе памятник Крылову появился в 1855 году именно в Летнем саду. Скульптура усталого сидящего баснописца расположена на высоком гранитном постаменте, вокруг нее разместились герои басен — ворона и лиса, медведь, петух, волк и овца, лев. Создал памятник П. Клодт, автор вздыбленных коней на Аничковом мосту.

Во второй половине XIX века решетку со стороны Невы безжалостно изуродовали в память о чудесном спасении царя. 4 апреля 1866 года в четыре часа дня в Александра II, выходящего из сада, стрелял студент Московского университета Дмитрий Каракозов. 3 сентября 1866 года Каракозова казнили, а решетку изуродовали. В ее центре, на месте самых больших ворот, построили невзрачную мраморную часовню. Двое старых маленьких ворот поставили рядом с часовней (ее разобрали в 1931 году).

После Октябрьской революции Летний сад стали приводить в порядок (например, посадили рядами молодые липы). Американцы предлагали советскому правительству поменять решетку Летнего сада на паровозы, но ограду иностранцам не отдали. В 1931 году было принято решение восстановить в первоначальном виде большую ограду, но так как найти снятые центральные ворота не удалось, вместо них поставили еще одно, дополнительное звено решетки.

В 1934 году в Летнем дворце открылся музей основателя города.

В 1940 году у Лебяжьего канала был наполовину восстановлен партер из цветов (по архивным рисункам XVIII века), реставрировано много мраморных статуй. А когда началась Великая Отечественная война, мраморные статуи опустили в траншеи, засыпали их песком и землей, сверху посеяли траву, памятник Крылову закрыли мешками с землей и деревянными щитами Экспонаты Летнего дворца Петра I вывезли на Урал. Глубокие траншеи для укрытия от бомб были проложены прямо по газонам и дорожкам сада. Партер вскопали под огород (вместо тюльпанов стали выращивать свеклу и картофель).

После окончания войны в короткий срок ленинградцы восстановили довоенный облик Летнего сада.

В 1961 — 1964 годах были проведены большие реставрационные работы в Летнем дворце-музее Петра I.

В ходе архитектурно-археологических изысканий 1974–1978 годов были раскрыты фонтаны на главной аллее, фонтаны в бывших „зеленых кабинетах“ около грота и другие.

В 1982 году было принято решение о замене скульптуры копиями (подлинники будут экспонироваться в закрытых помещениях).

После Великой Отечественной войны архитектор Т Дубяго предложил проект реставрации Летнего сада, ровесника города, к его 250-летию. По этому проекту был бы создан единственный в своем роде сад-музей (он находится у Смольного).

Новый сад — с фонтанами, клумбами из роз, с подстриженными четырехугольными и круглыми кронами деревьев, с прямыми, пересекающимися под прямым углом дорожками — напоминает молодой Летний сад, каким он был много лет тому назад.

Петродворец

Дворцово-парковый ансамбль Петергоф (ныне Петродворец) был возведен по приказу Петра I.

Место для парка выбирали долго и, наконец, решили разбить его напротив острова Котлин с крепостью Кронштадт. Еще в 1709 году здесь был сооружен дворец Монплезир (Моя услада) для отдыха царя. На возвышающемся обрыве, который хорошо виден из Монплезира, будет впоследствии построен дворец с террасой, а чуть ниже — целый сад фонтанов. Иными словами, будет создан Петергоф, или Петров двор.

После победы русского флота при Гангуте в 1714 году началось строительство дворца и грота по проектам Андреаса Шлютера (1660–1714). Позже в работу включился Жан Батист Леблон (1679–1719) — основной автор планировки парка и фонтанов Петергофа и И. Браунштейн — строитель павильонов Марли и Эрмитаж.

Петергоф был задуман Петром как один из крупнейший в мире садово-парковых ансамблей. Царь сам набросал проект и собрал целую армию „работных людей“ для рытья прудов и каналов. Для фонтанов Петергофа потребовалось много воды, поэтому была создана специальная система водоснабжения, берущая начало за 22 км от Петергофа и дающая фонтанам 12 тысяч кубометров воды в час. Эта уникальная система была разработана русским инженером Василием Туволковым.

Для парка были выписаны деревья, в основном каштаны, особенно любимые Петром, а также бук, который зимой вымерзал в этой местности. Поэтому Меншиков предложил заменить иноземные бук и тис русским можжевельником.

8 августа 1721 года вода из реки начала поступать в новый водопровод, а к 6 часам утра она дошла наконец и до Петергофа (тогда были пущены все фонтаны и каскад). Так 9 августа 1721 года был открыт Петергоф.

Петергофские фонтаны могли бить все время, в отличие от Версаля, где воды хватало только на несколько часов. Вода, идущая по двум каналам к Верхнему саду, питает более двух тысяч струй. Ежедневно, пока бьют фонтаны, выбрасывается сто тысяч кубометров воды. Только один гигантский Большой каскад ежесекундно выбрасывает 34 000 л воды.

В 1735 году была создана скульптурная группа „Самсон, разрывающий пасть льву“ — центральная по композиции.

В 1740-х годах начался второй этап строительства Петергофа. Растрелли перестраивает Большой Петергофский дворец, значительно усиливая его оформление в стиле барокко. Заново пристраиваются к дворцу левое крыло с церковью и правое.

В конце XVIII века вокруг первоначального паркового ансамбля появляются новые парки и строения. Так, в 1780-х годах устраивается один из ранних русских пейзажных парков, названный английским. В 1830-1840-х годах создается пейзажный парк Александрия, где строятся дворец Коттедж, придворная церковь и Руинный мост.

В 40-х годах XIX века по проектам архитектора А. Штакеншнейдера строятся Царицын и Ольгин павильоны, у бассейна Самсона — Розовый павильон, а на возвышенности — павильон Бельведер (Прекрасный вид).

За 200 лет в Петродворце был создан дворцово-парковый комплекс из 7 парков площадью свыше 800 га (в том числе Дворцовый парк и парк Александрия) и более 20 дворцов и павильонов.

Во время Великой Отечественной войны фашисты заняли Петергоф. Многое было уничтожено. В негодность пришли водопроводная система, большая часть фонтанов. От дворца остались руины. 10 тысяч деревьев, занимавшие треть парка, были вырублены. Статую Нептуна увезли в Германию, только в 1947 году она была возвращена на прежнее место. Львиный каскад и дворец Марли были взорваны. Статуи Самсона, Волхова, Невы, Тритонов были похищены, весь большой каскад представлял груду камней.

Еще шла война, но как только Петергоф был освобожден, ленинградцы начали восстанавливать парк. Уже в июне 1945 года Нижний парк был открыт для посещения. В 1947 году в основном была завершена реставрация фонтанов Большого каскада. В 1951 году началось восстановление Большого дворца.

Дворцовый парк состоит из Верхнего сада (15 га) и Нижнего сада (102,5 га). Черты регулярной планировки (прямолинейность аллей, симметричное расположение сооружений по отношению к главному архитектурному центру, фонтаны, мраморная скульптура, водоемы и газоны геометрической формы') проявились в композиции как Нижнего, так и Верхнего парка. Их основным архитектурным центром является Большой дворец, который расположен между ними.

Строительство Большого дворца началось в 1714 году, при Петре. Его дочь, императрица Елизавета, продолжила строительство.

Дворец представляет собой трехэтажное здание с выраженной средней частью. К центральному корпусу примыкают галереи с двумя купольными корпусами.

В Большом дворце можно осмотреть рабочую комнату Петра I, так называемый Дубовый кабинет. Во всем великолепии бронзы, хрусталя, золота и позолоты восстановлены и другие залы дворца. Стены некоторых из них обиты белым шелком. В Портретном зале развешено 368 работ Пьетро Ротари.

Почти весь верхний этаж дворца в первоначальном варианте занимал зал для торжественных приемов, его окна выходили на север и юг. Рядом с залом находился парадный кабинет Петра I, отделанный 14 дубовыми панно, повествовавшими о победах русских воинов, процветании русского государства, науки и искусства.

Однако из-за небольших размеров здание решено было реконструировать. Проект реконструкции сделал виднейший архитектор того времени В. Растрелли. Перестройка длилась с 1747 по 1752 год. Растрелли расширил центральную часть здания и сделал ее трехэтажной, построил флигели, выходящие в Верхний парк, создал большие галереи и закончил их двумя высокими корпусами, увенчанными куполами.

Из внутренних помещений остались неизмененными только кабинет Петра I и дубовая лестница. Заново были созданы пять парадных залов и анфилада гостиных. Для убранства всех этих помещений использовались деревянная золоченая резьба, зеркала, живописные плафоны и наборные паркеты. Особенно интересно был отделан Чесменский зал, посвященный победе русского флота над турецким. Он был украшен 12 большими картинами художника Ф. Гаккерта.

Позже по проекту архитектора А. Штакеншнейдера у восточного флигеля был надстроен третий этаж, и восточный флигель стал симметричен западному.

С осью дворца совпадает ось Верхнего парка, центром его композиции является фонтан Нептун. У входа в парк разбиты цветники регулярного типа, недалеко от дворца располагаются два фонтана — Квадратный и Дубовый, а перед самым дворцом в бассейнах квадратной формы — фонтаны Весна и Лето.

Фонтан Нептун в начале XVIII века украшала деревянная скульптурная группа Нептунова телега в виде раковины с сидящим в ней морским богом Нептуном, которую везли дельфины. В конце XVIII века ее заменили многофигурной бронзовой группой со статуей Нептуна. Около 40 фигур — наяд, тритонов, дельфинов, морских коней — окружают бога морей с трезубцем в руке.

Партер украшают симметрично расставленные мраморные статуи и низкие шарообразно подстриженные деревца. К боковым крыльям дворца подходят тенистые липовые аллеи.

В 1710 году по распоряжению Петра I начал создаваться Нижний парк, названный так потому, что располагался он на низком заболоченном месте. Через 10–15 лет он уже занимал площадь более 100 га.

Н. Федорова и А. Раскин отмечают: „Создавая новый своеобразный парк, петергофские паркостроители следовали творческим традициям русского садово-паркового искусства XVII века, использовали богатый опыт устройства боярских садов. Это, в частности, нашло свое отражение в том, что, наряду с показной нарядностью общего убранства, в парке оставлялись участки, имевшие хозяйственно-практическое назначение. Здесь высаживались плодовые деревья и ягодные кустарники, была построена большая оранжерея с огородом и садом, вырыт ряд рыбных прудов, специальное место отводилось для потешного и охотничьего „зверинца“. Все это искусно включалось в художественную композицию парка и придавало ему самобытные черты“.

В планировке Нижнего парка сочетаются три трехлучевые композиции. Первая композиция включает центральный луч по оси от дворца к морю, правый луч (до павильона Монплезир) и левый (до павильона Марли). Вторая композиция начинается у павильона Марли — левый луч ведет к павильону Монплезир, центральный доходит до парка Александрия, а правый луч — до площадки у Шахматной горы. Третья композиция идет от площадки у Шахматной горы: центральный луч доходит до павильона Монплезир, левый пересекается аллеей, которая соединяет Монплезир с Марли, правый луч идет к другому павильону.

Авторы книги „Парки мира“ отмечают: „Такое сочетание взаимно пересекающихся трехлучевых композиций не имеет аналогов в планировке исторических парков. Эти лучевые аллеи создают самые разнообразные перспективы. Среди них особенно впечатляющей является перспектива от дворца к морю и от моря к дворцу вдоль главного каскада фонтанов“.

Перед северным фасадом Большого дворца открывается панорама Нижнего парка, где размещены павильоны Марли, Монплезир, Эрмитаж. На склоне подножия дворца возвышается Большой каскад.

На фоне грота в бассейне расположен остров, на котором стоит огромная фигура библейского героя Самсона. Из раздираемой пасти льва выбрасывается на высоту 20 м мощный столб воды, и струи восьми фонтанов, окружающих его, скрещиваются со струями труб сирен, наяд, нимф, тритонов. Этот фонтан появился уже после смерти Петра, в честь 25-летия со дня Полтавской победы. Под львом подразумевалась Швеция (изображение льва было на гербе этой страны). В роли Самсона (скульптор М. Козловский) выступал царь Петр.

Красоту фонтана передал в стихах Ф. Тютчев:

Смотри, как облаком живым

Фонтан сияющий клубится,

Как пламенеет, как дробится

Его на солнце влажный дым

Лучом, поднявшись к небу, он

Коснулся высоты заветной

И снова пылью огнецветной

Ниспасть на землю осужден

Рядом с Самсоном расположена скульптурная композиция, сооруженная во славу русского флота. Высоко над гротом — мифические братья Тритоны, сзади них — два маскарона бога морей Нептуна. Фигуры сирен и наяд склоняются к Самсону, награждая похвалой победителя. Каскад украшают также изваяния богов и героев Галатея, Венера, Персей, спасающий Андромеду от морских чудовищ, Юпитер с супругой Юноной и Ганимедом, Меркурий, Церера, популярный полководец древнего Рима Германик и др.

Две монументальные статуи — молодой женщины и старца — олицетворяют реки Нева и волхов. Есть здесь и бойцы со змеями, зажатыми в левой руке, и с факелами, опущенными пламенем вниз, в правой руке (как символ поражения врага).

Ансамбль был завершен в 50-х годах XVIII века Деревья, подстриженные в виде кубов, составляли сплошные зеленые стены Деревья, которым была придана форма шара и пирамиды, украшали террасы и открытые партеры. Растения, постриженные наподобие различных зверей, росли в больших кадках. Зелень обрамляла трельяжные решетки.

В композиции всего парка выдержан принцип симметричного расположения дворцов и фонтанов Симметрично к Большому каскаду расположены каскады Шахматная гора — в восточной части и Золотая гора — в западной части парка. Перед каждым каскадом находятся парные фонтаны — Чаши, Римские, Большие. На равном расстоянии от Морского канала и Большого дворца устроены фонтаны Адам и Ева, а на берегу моря — дворец Монплезир и Эрмитаж.

От дворца идет терраса тремя уступами, на которых расположены подстриженные деревья и небольшие фонтаны. Напротив Большого каскада устроен партер с узорными клумбами и бьют два фонтана.

Вдоль канала Петр хотел поставить 22 фонтана с деревянными скульптурами на темы басен Эзопа. Но позже сооруженные три Эзоповы фигуры были заменены простыми фонтанами — фигурными вазами, из которых била вода в виде маленьких пирамидок.

Фонтаны Петергофа А. Пушкин описал в поэме „Руслан и Людмила“:

Летят алмазные фонтаны

С веселым шумом к облакам

Под ними блещут истуканы

Дробясь о мраморны преграды,

Жемчужной, огненной дугой

Валятся, плещут водопады,

И ручейки в тени лесной

Чуть вьются сонною волной

Приют покоя и прохлады,

Сквозь вечну зелень здесь и там

Мелькают светлые беседки,

Повсюду роз живые ветки

Цветут и дышат по тропам

Дворец Марли — небольшое двухэтажное здание с шатровой кровлей (такое название дворец получил в память посещения Петром I миниатюрного дворца французских королей Марли, рядом с которым был большой ступенчатый каскад). У дворца Марли в Петергофе тоже расположен каскад Золотая гора — вода льется по ступеням из белого мрамора с золочеными стенками. По его обеим сторонам находятся лестницы с мраморными скульптурами (античных богов Флоры, Гермеса, Минервы и др.), но когда-то каскад украшали скульптуры из свинца.

Перед каскадом из круглых бассейнов бьют мощные водяные столбы двух фонтанов, названных Большими, но когда-то их именовали менажерийными, то есть экономными (от французского — экономить, сберегать). У посетителей парка создается впечатление, что струи воды крупного диаметра, на самом деле из двойной трубы вода бьет по кольцу 30-сантиметрового диаметра и создает струю, полую внутри Эрмитаж, или Хижина уединения, представляет собой двухэтажный квадратный павильон на высоком каменном фундаменте. Он окружен рвом, который заполнялся водой, а мостик через него поднимался, когда в павильоне находились гости.

Рисунок решеток балконов и окон верхнего зала был по распоряжению Петра I сделан такой же, как и на корабле „Ингерманландия“ Верхний зал павильона украшали картины (они сплошь закрывают стены и разделены золочеными рамками) голландских, фламандских, французских и немецких художников конца XVII — начала XVIII века. Здесь более ста работ. Но самая главная достопримечательность Эрмитажа — стол, на который блюда и тарелки с едой поднимались снизу, а затем опускались при помощи специального механизма.

Петровский Эрмитаж — первое в России сооружение подобного типа, позже по его подобию будут создаваться павильоны уединения на Каменном острове, в Царском Селе, в Кускове.

Еще в начале XVIII века напротив Эрмитажа был Моисеев каскад. Позже был возведен каскад Эрмитажный, по сторонам которого были установлены бронзовые львы, поэтому каскад стали называть Львиным.

Часть парка предназначалась для пышных парадных приемов и празднеств. Здесь расположен дворец Монплезир.

Монплезир — это одноэтажное кирпичное здание, центральная часть которого выделена шатровой кровлей. В центре дворца находится парадный зал с потолком, расписанным по штукатурке. Шатер потолка поддерживают по углам фигуры, изображающие времена года. Стены облицованы дубом.

Южный фасад здания, почти сплошь остекленный, выходит в небольшой Голландский сад, разделенный на четыре участка. В середине сада когда-то бил фонтан Сноп (рисунок струй напоминал колосья снопа). Позже этот фонтан был переделан: его основание было выложено наподобие короны, поэтому изменились и форма падения струй, и, соответственно, название. Фонтан стал именоваться Короной, в котором рисунок водяных струй образует очертания короны.

На каждом участке сада на высоких постаментах стоят золоченые скульптуры, от ног которых вниз стремится водный поток (фонтаны Колокола, или Клоши, — они были поставлены еще при Петре I). Статуи фонтанов, сначала свинцовые, были заменены позже бронзовыми фигурами юного Аполлона, Фавна с козленком, Психеи (по оригиналу Кановы) и Вакха с Сатиром (по оригиналу Сансовино).

Около Менажерийного пруда существовал когда-то зверинец. В нем содержались павлины, аисты, индийские петухи и др. Рядом был охотничий заповедник с дикими козами, оленями, зубрами и кабанами. А в близлежащем прямоугольном водоеме с фонтаном разводили редких водоплавающих птиц. По сторонам бассейна были устроены два деревянных павильона-птичника для редких певчих птиц, напоминающие большие птичьи клетки.

Позже пруд превратили в царскую купальню (вторую купальню для императрицы Екатерины). Взамен старого фонтана создали новый в виде высокого чугунного столба с укрепленными на его вершине двумя дисками. У фонтана вращается столб с диском, из которого во все стороны падает вода подобно солнечным лучам, поэтому фонтан назвали Солнце.

Около Монплезира сосредоточены и фонтаны-шутихи. Две боковые аллеи заканчиваются ажурными трельяжными скамейками, украшенными маскаронами тритонов. Не успеют гости на них сесть, как из спинки дивана и из земли появляются тонкие струйки воды. Такое же коварство в себе таит и навес в форме зонтика (фонтан Зонтик). Стоит под него встать, как с его краев польется сильный дождь. Фонтан, сделанный из дерева, часто ремонтировался, и его облик совершенно изменился: появилась крыша, похожая на шляпку гриба, поэтому фонтан называли Грибком. При восстановлении ему была придана первоначальная форма китайского зонтика.

Здесь же, у Монплезира, по другую сторону аллеи расположен фонтан Свинцовое дерево, или Дубок с тюльпанами. Одновременно фонтанируют листья дуба и цветки четырех тюльпанов, „посаженных“ вокруг дуба, и спинки стоящих тут же скамеек, и покрытая галькой почва. Тот, кто захочет уклониться от водяных струй, попытается отойти в сторону к рядом стоящим скамейкам и окажется под сплошным водяным навесом, возникающим из-за спинок скамеек.

Тенистая Монплезирская аллея выводит на просторную площадку перед каскадом Шахматная гора, который сначала называли Драконовой горой (три огромных крылатых дракона стоят на самом верху каскада). Позже, когда скаты каскада были выложены черными и белыми мраморными квадратами, каскад получил новое имя.

Здесь же разбиты цветники, а за ними устроены в больших фигурных бассейнах два Римских фонтана, очень похожие на те, что находятся на площади Святого Петра в Риме. Фонтаны состоят из двух восьмигранников, поставленных один на другой и разделенных мраморными чашами. Сначала они были из дерева, покрытого свинцом. Позже их сделали из гранита и облицевали цветным мрамором.

Недалеко от Шахматной горы находится Каменная оранжерея с фасадом, вытянутым по дуге.

Парк построен так же, как и Летний сад в Ленинграде, во французском регулярном архитектурном стиле, поэтому в первые годы его существования все деревья были подстрижены. Екатерина I и Елизавета пытались поддерживать Петергофский парк в прежнем виде. А вот Екатерина II построила свой, более модный парк в Царском Селе.

На Петергоф обратил внимание Николай I. Он устраивал в Петергофском дворце торжественные приемы, а для публики в праздничные дни — фейерверки. Рядом с петровским парком Николай I разбил парк Александрия в английском стиле с ложноготическими постройками и подделками под средневековые руины, башни, замки.

Ораниенбаум

Третьей парадной резиденцией в пригородах Петербурга петровского времени (наряду с Петергофом и Стрельной) был Ораниенбаум — загородная усадьба Меншикова. Сейчас на ее территории на южном берегу Финского залива, в 41 км от Санкт-Петербурга расположен город Ломоносов.

Предположительно, эта усадьба получила свое название в память Вильгельма III Оранского, государственного деятеля Нидерландов, впоследствии короля Англии, к которому Петр относился с большой симпатией.

Ораниенбаум был одним из наиболее роскошных ансамблей петровского времени, созданный в начале XVIII века, к началу Северной войны. Первым губернатором Петербурга, а также всего завоеванного у шведов края был сподвижник Петра I Меншиков. В 1707 году ему были пожалованы вместе с титулом светлейшего князя Ижорского владения на южном берегу Финского залива. Здесь, недалеко от Кронштадта, Меншиков стал строить дворец.

Меншиков был несказанно богат. Когда он попал в опалу, то отнятое у него имущество состояло из 90 тысяч душ крестьян (180 тысяч людей обоего пола), пяти городов, 4 миллионов рублей наличными, 9 миллионов рублей в заграничных банках, бриллиантов и драгоценностей на миллион рублей, не считая золотой и серебряной посуды. Меншиков построил в Ораниенбауме дворец, превосходящий хоромы Петра.

После смерти Петра I, когда возник вопрос о престолонаследии, Меншиков содействовал возведению на престол Екатерины. Положение фактического правителя государства Меншиков хотел закрепить за собой и при преемнике Екатерины I, для чего пытался выдать свою дочь за тринадцатилетнего Петра II. От нового императора он получил звание генералиссимуса, власть над всеми сухопутными и морскими войсками.

До самой опалы Меншиков жил летом в Ораниенбауме. 8 сентября 1727 года генералиссимус был арестован и сослан сначала в свое рязанское имение, а затем в Сибирь, где и умер.

Только в 1743 году дворец был подарен Елизаветой племяннику Петру Голштинскому, будущему Петру III. В 1745 году 17-летнего Петра женили на 16-летней германской принцессе, получившей имя Екатерины (будущая Екатерина II), и с этого времени супруги каждое лето жили в Ораниенбауме.

Петр — сын Голштинского герцога выписал в 1755 году из Голштинии небольшой, по-прусски вымуштрованный военный отряд. С этого времени и началась военная муштра на прусский манер, которая впоследствии была распространена на все войска. При Петре III была сооружена игрушечная крепость Петерштадт по всем правилам крепостного искусства, а рядом с ней на пруду находилась небольшая военная флотилия. В этой крепости был построен двухэтажный дворец (архитектор А. Ринальди), а вдоль берега речки Кароста разбили новый участок парка. Был возведен и Концертный зал с небольшим партером, окаймленным с трех сторон каналом.

В 1761 году Елизавета умерла. Петр вступил на престол и заключил не только мир, но и союз с Пруссией. Он собирался начать новую войну против Дании из-за Голштинии. Это вызвало большое недовольство в гвардии, чем не замедлила воспользоваться Екатерина. Переворот произошел в течение одного дня — 28 июня 1762 года. А 6 июля Петр III был убит.

Новая хозяйка Ораниенбаума завела новые порядки. По ее указу граф Сивере распорядился „подлого народа и в серых кафтанах и лаптях отнюдь никуда не впускать“.

Большой дворец Меншикова, строившийся с 1710 по 1720 год (архитекторы Дж. Фонтана и Г. Шедель), представляет собой двухэтажное здание с соединенными полукруглыми галереями двумя павильонами. С юга к павильонам примыкают две длинные галереи с колоннами, в которых жила дворня.

Перед северным, обращенным к морю фасадом дворца был разбит регулярный сад. Сад состоит из центральной партерной части с фонтанами и скульптурой и из двух частей, расположенных по сторонам партера симметрично в виде боскетов с подстриженной растительностью. У входа в Нижний сад был проведен длинный прямой канал, вырытый армией крепостных так быстро, что поговаривали, будто он был сооружен за один день.

В западной части нынешнего парка есть участок 150x70 м, заметно отличающийся от остальной пейзажной планировки, выдержанный в регулярном стиле. Он с правильными, прямыми дорожками, с подстриженной листвой деревьев и имеет запутанную систему мелких канальцев. Это своеобразный водяной лабиринт, в котором с помощью воды создается правильный геометрический узор.

В 1728 году была сделана опись, в которой содержались и сведения о саде при дворце: „Сад длиною 172 саж., поперек 60 саж. Во оном саду три фонтана, трубы кладены железные, чугунные, и положено 196 труб“. А еще напротив дворца был сад с цветниками, фруктовыми деревьями, фонтанами и деревянными фигурами, 10 прудов (информация об этом тоже содержится в описи).

По велению Екатерины II был создан проект так называемой Собственной дачи (Китайского дворца). Парк при дворце состоял из двух частей, одна — с регулярной планировкой, а другая — с элементами пейзажного стиля.

Т Дубяго отмечает: „По примененным приемам можно заключить, что эти две части проектировались не одновременно. Регулярная композиция создана раньше. Она носит явные следы упадка стиля и утери его качеств. Многое в ней лишено смысла. Рисунок плана не является самостоятельным. В это время широкое распространение получили теоретические работы французских мастеров. Среди них особенно славились труды архитектора Блонделя. Китайский дворец (ныне музей), окруженный небольшим регулярным садом, примыкающим к нему, представляет изолированный комплекс, не связанный органически с парком. Ось парка сдвинута по отношению к дворцу. Планировка поражает отсутствием связи с просторами раскинувшегося рядом моря. Однако сам по себе дворец очень красив“.

Китайский дворец, центральная часть которого увенчана куполом с тремя статуями, строился с 1762 года, в течение шести лет. Свое название дворец получил оттого, что в нем есть три комнаты, отделанные в китайском духе, а также довольно много японского и китайского фарфора. В Китайском дворце необыкновенно изысканная отделка, разнообразная лепка и узоры пола. Китайский дворец предназначался не для жилья, а лишь для кратковременных наездов. За 29 лет существования дворца при Екатерине императрица была в нем только 48 дней.

Дворец стоит почти на уровне земли, из некоторых комнат можно сразу попасть в парк (больше двадцати выходов ведут на открытый воздух); ряд дубов, посаженных еще при постройке дворца, окружает его с трех сторон.

Наибольший интерес представляет Катальная горка (архитектор А. Ринальди), расположенная к северо-западу от Китайского дворца. Она была построена одновременно с Китайским дворцом.

Катальные горки, весьма популярные на Руси, состояли из крутых спусков для быстрой езды как зимой, так и летом в телегах и санях в виде лебедей, драконов и др. Деревянный скат с рельсами был волнистый и занимал всю длину находящегося сейчас на его месте зеленого луга. По его обеим сторонам тянулись колоннады.

Главный павильон, окрашенный в голубой цвет, с белыми колоннами, служил для отдыха и небольших банкетов. В XIX веке скаты разобрали, но павильон сохранился. К западу от Катальной горки расположена вторая часть парка, он был разбит в 1750-х годах еще до того, как был построен дворец. Как замечает Т Дубяго, „запутанная система узких дорожек свидетельствует о неумении работать в только возникавшем пейзажном стиле. Лабиринт около Китайского дворца — тоже подтверждение разностильности: здесь дорожки, имеющие свободное направление, сочетаются с геометрической подстрижкой деревьев“.

Однако А. Дахнович считает иначе. Он отмечает, что „парк возле Катальной горки был разбит в стиле, более близком к природе, так называемом англо-китайском, в противовес напыщенной чопорности французских парков. В парках этого типа главную роль играли живописность, разнообразие видов, и при их разбивке большое внимание обращалось на использование речек и прудов, а также рельефа местности — холмов и долин; центром обыкновенно служило озеро, вокруг которого располагались всевозможные павильоны“.

Части парка с пейзажной планировкой, выполненной в конце XVIII и начале XIX веков, самые удачные в Ораниенбаумском парке.

„Парк Китайского дворца отражает, таким образом, крупнейший социальный процесс XVIII века — постепенное вытеснение дворянской культуры буржуазной. Это был первый в России „англо-китайский парк“, с многочисленными павильонами и прочими „увеселительными сооружениями“, из которых главным была Катальная горка. Некоторые павильоны были построены в „китайском вкусе“, в действительности — фантастическом и весьма далеком от подлинного Китая“, — пишет А. Дахнович.

Был переделан в пейзажном стиле и водяной лабиринт Меншикова с мелкими островками, соединенными китайскими мостиками. Было желание усовершенствовать и канал, который имел форму причудливого завитка. За поворотами канала собирались поставить павильон, но это так и не удалось сделать.

В ансамблях Петергофа, Стрельны и Ораниенбаума получил свое высшее развитие характерный для петровского времени прием решения сада с каналом. Ораниенбаум (с 1948 года город Ломоносов) — единственный из исторических пригородов Санкт-Петербурга, уцелевший во время Великой Отечественной войны.

Екатерининский сад

Недалеко от Санкт-Петербурга, в городе Пушкин (27 км к югу), бывшем Царском Селе, находится Большой (Екатерининский), или Летний, дворец. Он строился в основном в XVIII веке зодчим В. Растрелли (1700–1771) для императрицы Елизаветы, а затем для Екатерины II. Внутреннее убранство выполнял по заказу Екатерины II шотландец Ч. Камерон (1746–1812). Рядом с дворцом находится роскошный парк.

На месте нынешнего города Пушкин существовала в петровские времена усадьба Сааримойс. При Екатерине I она стала называться сначала Сарской, а потом — Царской мызой и, наконец, Царским Селом. В начале XVIII века эта усадьба принадлежала Екатерине I, а затем — Елизавете Петровне.

Усадьба в то время представляла собой небольшой жилой дом (были еще два дома для свиты). Сад тянулся к юго-востоку от главного здания, пересекался крестообразно двумя аллеями, которые делили его на четыре квадрата. В аллеях были устроены полукруглые ниши с трельяжными беседками. Из водоемов в парке были Большое озеро, два канала (большой, названный позже Рыбным, и малый — на месте современных нижних прудов).

В таком виде сад находился до 1718 года. Именно тогда был построен дворец по проекту архитектора Браунштейна, а сад был подвергнут переустройству согласно проекту садового мастера Яна Роозена.

Сад, созданный по проекту Роозена, расположился между дворцом и большим каналом на нескольких уступах, параллельным фасаду дворца.

На первой террасе были цветники, окруженные кленовым шпалерником, привязанным к решеткам. По сторонам цветников находились боскеты. На втором уступе шли крытые аллеи. На третьей площадке были устроены два прямоугольных водоема.

В нижней части сада располагался участок, засаженный по периметру стеной стриженых деревьев, а внутри росли плодовые деревья и ягодные кустарники.

Все было очень скромно, и даже скульптура не украшала эту усадьбу Екатерины I.

После постройки большого дворцового комплекса сад стали называть Старым.

В 1718 году строится зверинец, то есть охотничий парк, в котором содержались лоси, олени, кабаны и другие животные. А в 1745 году начинает создаваться Новый сад между дворцовой площадью и зверинцем, однако Новый сад так никогда и не приобрел первоначально задуманного облика.

В середине XVIII века окончательно определился регулярный облик ансамбля Царского Села.

Екатерина II старалась не отставать от европейской моды, она писала Вольтеру: „Я страстно люблю теперь сады в английском вкусе, кривые линии, пологие скаты, пруды в форме озер, глубоко презираю прямые линии. Ненавижу фонтаны, которые мчат воду, давая ей течение, противное ее природе“. Поэтому по приказу Екатерины перестали подстригать деревья и кусты.

Так постепенно регулярный стиль парка сменился пейзажным.

Отдавая предпочтение модному английскому пейзажному парку, Екатерина II заказала Дж. Уэджвуду сделать сервиз с зеленой лягушкой из 1300 предметов, на которых были изображены красивейшие пейзажи 47 лучших английских парков.

Екатерининский дворец стоит на возвышении. Вниз от дворца пятью уступами спускается старый регулярный парк, созданный при Елизавете Петровне.

Ближайшая к дворцу терраса оформлена двумя узорными партерами. Затейливый рисунок, выложенный из толченого кирпича и угля на фоне цветного песка, напоминает сложные узоры паркетов дворцовых залов.

По сторонам партеров — прямоугольные участки, засаженные высокими деревьями. Они обрамлены живой изгородью из липы.

На нижней террасе парка по обеим сторонам от центральной аллеи расположены пруды. На берегу одного из прудов, овальной формы, был построен павильон Верхняя ванна с довольно скромным оформлением фасада и нарядной отделкой изнутри. Во времена Пушкина на этом пруду для лицеистов устраивали зимой каток.

Другой пруд, круглый, по обеим сторонам которого располагались два серповидных, изображал фазы луны и назывался Полулунным.

Регулярную часть Екатерининского парка украшают белые мраморные статуи мифологических героев, созданные итальянскими мастерами. Статуя с правой стороны аллеи — амазонки, опирающейся на щит с высеченным на нем изображением орла, борющегося со львом (символ победы России над Швецией). Напротив нее — статуя Геркулеса (в его облике изображали Петра I). На верхней террасе сада — статуи Персея и Андромеды. Одна из лучших скульптур парка — Галатея, сидящая на дельфине, рядом с ней — статуя Амфитриты, жены бога морей Посейдона.

У фасада дворца также стоят скульптуры, изображающие персонажей античной мифологии: Иолу — возлюбленную Геракла и Сивиллу — пророчицу. Здесь расположены и аллегорические статуи — Любовь к родине, Мудрость, попирающая порок, Мир, Великолепие.

По эрмитажной аллее можно дойти до широкого Рыбного канала, первого в парке искусственного водоема, служившего в начале XVIII века границей дворцового сада.

Через канал перекинуты четыре моста, наиболее интересные из них — гранитные, или горбатые. За каналом идут аллеи, перекрещивающиеся в форме звезд, деревья на которых были подстрижены когда-то в виде зеленых стен.

В конце центральной аллеи — Эрмитаж — место уединения, или Хижина в пустыне (работа Растрелли). Эрмитаж — павильон, сквозной от множества окон, с ярко окрашенным фасадом, с многочисленными белыми колоннами, покрытый лепными украшениями. Все лепные украшения и статуи Эрмитажа были позолочены. Богатая декоративная отделка, сочетание золотого, белого и лазоревого цветов фасада объединяют Эрмитаж с Екатерининским дворцом. Этот павильон прекрасно вписывается в композицию регулярного сада, а стены из подстриженных деревьев усиливают его парадность. Недалеко от Эрмитажа находится одноэтажное красное кирпичное здание со сквозной аркой, увенчанной башенкой. Оно служило одновременно эрмитажной кухней и воротами в парк.

Регулярный сад, окружающий Эрмитаж, с юго-восточной стороны замыкают три пруда.

Нижние Каскадные пруды создавали, устроив запруды на небольшом ручье. Здесь, на берегу одного из прудов, находится высокая, искусственная, засаженная деревьями Трифонова горка, названная по имени садового мастера Трифона Ильина, работавшего около двадцати лет совместно с архитектором В. Нееловым над созданием царскосельских парков.

Средний пруд замыкают мосты-плотины, декорированные диким пудожским камнем. Из камней прорастают деревья, между обнаженными корнями которых каскадом падает вода. Около одной из плотин стоит Морейская колонна, воздвигнутая в честь победы русских воинов в 1770 году на полуострове Морея в Средиземном море.

Большой пруд (площадь 16 га, глубина до 2,5 м) часто называют озером. Когда-то на его месте протекал пересыхающий ручей, но потом создали пруд с геометрически правильными очертаниями. В связи с разбивкой пейзажного парка очертания берегов были изменены, и пруд стал композиционным центром. На его берегу расположено множество павильонов.

Так, на берегу Большого пруда стоят три корпуса Адмиралтейства — красные кирпичные сооружения со стрельчатыми окнами, башенками в стиле псевдоанглийской готики. Здесь в боковых флигелях размещались птичники, в которых содержались редкие красивые птицы. В центральном корпусе хранились гребные и парусные лодки (алеутская кожаная байдарка, индейская пирога, венецианская гондола, турецкий каик и др.).

Дальше, на мысе, вдающемся в Большой пруд, — Турецкая баня с двумя куполами и минаретом, построенная в 1852 году в память о Русско-турецкой войне. Стены ее комнат были облицованы цветной мозаикой из искусственного мрамора и украшены орнаментом.

Мраморный мост со строгой колоннадой — одно из лучших украшений Екатерининского парка — как бы замыкает перспективу Большого пруда у его юго-западной границы.

Между Мраморным мостом и Турецкой баней находится гранитная беседка Пирамида, оформленная в виде египетской пирамиды с тонкими мраморными колоннами. В ней находились подлинные античные произведения из цветных камней. У стены Пирамиды расположено кладбище любимых собак Екатерины II — Земиры, Сир Тома Андерсона и Дюшесе.

На середине Большого пруда расположен павильон Зал на острове, в котором когда-то играл роговой оркестр.

Недалеко от острова, как бы вырастая из воды, возвышается Чесменская колонна высотой около 25 м, сделанная из разноцветного олонецкого мрамора и гранита. Она украшена рострами (ростр — носовая часть корабля; рострами вражеских кораблей римляне с древних времен украшали свои памятники) и орлом, ломающим полумесяц.

На правом берегу Большого пруда — лужайка, завершенная гранитной террасой со статуями. Недалеко от террасы у берега сидит на большом камне бронзовая девушка; из разбитого кувшина, который она держит в руке, льется вода. В оформлении этого фонтана Девушка с кувшином использован сюжет басни Лафонтена о молодой крестьянке, у которой по дороге на базар разбился кувшин с молоком.

На берегу Большого пруда расположен и грот, построенный по проекту Растрелли. Это здание не имеет ничего общего с естественным гротом. Все лепные украшения над дверями и на крыше грота посвящены морской стихии. На его внутреннюю отделку потребовалось 210 тысяч раковин. Особое очарование придают гроту ажурные кованые дверные решетки, напоминающие тонкое кружево.

На границе между старым Елизаветинским садом и новым Екатерининским, у самого дворца расположена Камеронова галерея, которая с Агатовыми комнатами, Висячим садом и пандусом (спуск в парк) составляет единый архитектурный ансамбль. В Камероновой галерее есть зал, остекленный со всех сторон и окруженный открытой террасой с белой колоннадой. В зале и на террасе были установлены бюсты и статуи героев и богов древности (копии с античных скульптур), а также бюст М. Ломоносова и статуя Вольтера (скульптура Вольтера теперь хранится в Петербургском Эрмитаже.) По сторонам лестницы стоят две огромные бронзовые статуи — Геркулеса и Флоры.

Из зеркальной комнаты дворца можно выйти в Висячий сад, в котором росли редкие цветы. Висячий сад представляет собой поддерживаемый каменными столбами свинцовый настил с насыпанным слоем земли. Сад украшен двухэтажным павильоном с легкими белыми колоннами — это Агатовые комнаты, перед входом в которые расположен портик-ротонда со сдвоенными колоннами. В нишах стоят бронзовые скульптуры, изображающие четыре стихии: воду, воздух, землю и огонь. Стены павильона облицованы мрамором и яшмой, один из видов которой называли агатом.

Из Висячего сада идет пологий спуск — пандус с арками, сложенными из пудожского камня, украшенными масками Нептуна, Меркурия, Аполлона, Дианы и др. По обеим сторонам спуска на ступенях стояли когда-то статуи Аполлона и муз, позже они были заменены чугунными вазами в виде древних жертвенников.

Недалеко от Камероновой галереи размещена бронзовая группа собак (Собачий сад), а дальше начинается Собственный садик с цветниками и вьющимися растениями, с Кагульским обелиском. Раньше недалеко от Катульского обелиска находилось Розовое поле, но потом его отдали для игр лицеистам.

Миновав пандус, можно попасть в дубовую Рамповую аллею, пересекающую всю территорию парка.

На острове, образованном сетью каналов, расположен Концертный зал, построенный Дж. Кваренги, — прямоугольное здание с двумя выступающими портиками. Зал предназначался для летних концертов. В пол павильона вделана подлинная древняя римская мозаика. Рядом с Концертным залом среди деревьев расположена восьмиугольная беседка — Кухня-руина. Для ее отделки были использованы привезенные из Рима подлинные детали античной архитектуры (в то время все были увлечены раскопками Помпеи). Стены беседки, как и положено древним зданиям, кое-где в трещинах и разрушены.

Недалеко от границы Екатерининского парка с Александровским, у пруда находится павильон Китайская, или Скрипучая, беседка (архитектор Ю. Фельтен) с причудливо загнутыми краями крыши, украшенной Драконами. Большой флюгер в виде флага, укрепленный на крыше, поворачиваясь от ветра, скрипит (вот почему беседку назвали скрипучей).

Через проезжую дорогу, разделяющую Екатерининский и Александровский парки, перекинуты два моста в виде насыпей, покрытых камнем.

В насыпях — арочные проезды. Один из мостов — Большой каприз — увенчан беседкой, в которой причудливо сочетаются элементы китайской и классической архитектуры — античные розового мрамора колонны с китайской крышей с загнутыми вверх краями.

Район Екатерининского парка, прилегающий к Большому капризу, называется Розовым полем. Когда-то здесь был зеленый луг, засаженный кустами роз. Позже поле отдали в распоряжение лицея — для гимнастических упражнений и игр воспитанников.

Гранитная терраса, расположенная в центре Рамповой аллеи, сделана из розового и серого гранита. Позднее по краю террасы были поставлены статуи — копии с античных оригиналов (Венера Медицейская, Апоксиомен, Диана, Фавн с козленком, Аполлон Бельведерский). В районе террасы и Рамповой аллеи по проекту Т. Дубяго уже после Великой Отечественной войны был разбит ковровый цветник, напоминающий цветники XVIII века.

На южной границе парка стоят триумфальные мраморные ворота, сложенные из мрамора разнообразных оттенков, украшенные легкой ажурной металлической решеткой Ворота были поставлены по указанию Екатерины II в честь Григория Орлова, подавившего народное волнение в Москве в 1771 году (место расположения ворот выбрано неслучайно у выхода из парка на дорогу в Гатчину — имение Орлова).

Рядом с Гатчинскими воротами находится Башня-руина (архитектор Ю. Фельтен) — огромная колонна древнего „здания“, увенчанная беседкой От башни перекинута каменная арка, продолжающаяся искусственной земляной насыпью, она, в свою очередь, заканчивается чугунными псевдоготическими воротами (это было первое в России архитектурное сооружение из чугуна).

Во время Второй мировой войны дворец, павильоны и мосты были разрушены фашистами, они вывезли из дворца ценные украшения, паркет, вырубили более 10 тысяч деревьев, сожгли Китайский театр. Теперь дворец и парк восстановлены — за исключением знаменитой Янтарной комнаты, стены которой были сплошь сделаны из янтаря.

Гатчина

Общая площадь гатчинских парков — более 700 га. Они состоят из трех крупных массивов, между которыми располагается центр города Гатчина.

Дворцовый парк площадью 163 га раскинулся рядом с дворцом, вокруг Белого и Серебряного озер. Он состоит из нескольких участков — Английского сада, Ботанического сада, Голландских садов, Липового сада, Собственного садика и Сильвии.

Приоратский парк (160 га) расположен к юго-востоку от Дворцового парка.

Зверинец (около 400 га) находится к северо-западу от Дворцового парка.

Работы по разбивке Английского сада начались в 1772 году под руководством английского мастера Д Шиарро и ирландца Я. Гаккета. В этом саду все было сделано в соответствии с основными принципами пейзажного стиля: проложены длинные дорожки, изгибы которых повторяли очертания берегов.

В 1790-е годы в Гатчине ведется интенсивное парковое строительство. Границы Дворцового парка раздвинулись. Появились Ботанический сад, Собственный садик, Голландские сады, возник новый участок парка — Сильвия.

Начать экскурсию по гатчинским пакам лучше всего от арки Адмиралтейских ворот. Отсюда начинается прямая аллея, выходящая к берегу Белого озера — композиционного центра Английского сада.

Белое озеро площадью 20 га — уникальный водоем, питающийся подземными ключами. На нем расположились острова: Длинный, Лебяжий, Вороний, Остров любви, Еловый, Сосновый, Плавучий, Березовый, Пихтовый и др.

Сохранив преобладающие в местном пейзаже хвойные породы деревьев, мастера разнообразили сад посадками липы, дуба и клена (на восточном берегу озера), сосны, ели и пихты (на западном).

Одно из самых заметных сооружений парка XVIII века — Адмиралтейство (в старину его называли „гавань“ или „Голландия“) — деревянное здание с высокой четырехскатной кровлей Суда, построенные в Адмиралтействе, предназначались для прогулок по озеру. Так, великий князь Павел Петрович имел на Белом озере даже небольшую флотилию из 24 судов.

От Адмиралтейства рукой подать до Ботанического сада, созданного в регулярном стиле под руководством мастера Ф. Гельмгольца в 90-е годы XVIII века. Сад разбит на двух насыпных террасах, на которые ведут каменные лестницы. Деревья здесь посажены по прямым линиям вдоль дорожек. Искусственные водоемы имеют правильные геометрические очертания на верхней террасе — восьмигранный пруд, на нижней — круглый.

В западной части сада находится Цветочная горка, на которой выставлялись в кадках экзотические южные растения. Рядом с дорожками сада были высажены необычные для северного климата деревья: тис, вяз, бук, которые позже заменили липами и дубами. В Ботаническом саду находились и каменные оранжереи, где разводили редкие растения.

За Цветочной горкой открывается вид на редкий для регулярного парка Водный лабиринт, образованный четырьмя островками.

За Водным лабиринтом можно хорошо рассмотреть на западной стороне озера (на Длинном острове) террасу-пристань, сложенную из плит пудожского камня. Раньше здесь можно было видеть тринадцать высеченных из камня ваз, а также четыре мраморные статуи-аллегории, изображавшие живопись, скульптуру, поэзию и архитектуру. Островную площадку украшали каменные изваяния львов.

Остров любви, треугольный в плане, отделен от берега узкими протоками. В 1790-е годы на острове был разбит регулярный садик с фигурными газонами и дорожками, подстриженным кустарником и мраморными скульптурами.

На Белом озере были две пристани с парапетами из пудожского камня.

Здесь же можно видеть деревянную постройку — павильон Венеры, сооруженный в 1792 году, украшенный резным орнаментом с атрибутами древнеримской богини любви. Каменный цоколь павильона словно вырастает из воды. Павильон обшит легкой трельяжной плетенкой. Внутри павильона находится просторный зал с высокой стеклянной дверью напротив входа. Стены зала от пола до потолка покрыты росписью, в простенках рисунки ваз, акантовых листьев и фигур человека вплетены в орнамент Зеркала в строгих рамах, украшенных резными позолоченными венками. Перед окнами — четыре мраморные вазы-фонтана. Здесь же можно видеть 80-метровый живописный плафон Триумф Венеры работы немецкого художника Я. Меттенлейтера. Ю. Пирютко пишет: „В центре холста — колесница в форме морской раковины, запряженная парой лебедей. В колеснице сидит богиня Служанки богини, прекрасные оры, поддерживают ее покрывало. Здесь же целующиеся голубки — спутники Венеры. Три грации, или хариты, богини красоты, рассыпают розы на пути колесницы. От харит убегает кролик — символ робости. Шаловливые амуры с пылающими факелами и стрелами окружают торжественный хоровод. Левее изображен Меркурий со своим жезлом-кадуцеем, оплетенным змеями. Это бог торговли и путешествий, посланник богов. Чуть ниже видна группа из пяти женских фигур. Среди них Юнона, покровительница брака, ее можно узнать по изображению павлина — символа семейного благополучия“.

Березовый домик, построенный в 1780-е годы, — одна из наиболее известных достопримечательностей Гатчинского парка. Домик очень напоминает поленницу березовых дров с неотесанной корой. Только когда открывались двери и ставни, можно было понять, что это постройка. Единственный его зал был похож на великолепный будуар с диваном, обитым шелком.

От Березового домика начинается Глухая аллея — один из лучших в парке пейзажных уголков, в котором ореховые и ольховые кустарники чередуются с лужайками. На месте стыка Глухой аллеи с Береговой, на границе Дворцового парка, стоят Зверинские ворота, представляющие собой два четырехгранных столба с широкими карнизами с большими каменными шарами наверху.

Недалеко от ворот находится водопад. Над протокой перед каскадом был возведен арочный Большой Каменный мост, украшенный балюстрадой, четырьмя каменными вазами, изваяниями львов и кентавров.

По мостикам дорожка ведет к Холодным баням, или летним купальням, устроенным в парке в конце 1790-х годов. А тут недалеко и до Сильвии (леса), созданной по регулярному плану.

Основные работы в Сильвии проводились в 1795–1798 годах, между тремя аллеями были проложены дорожки, разделявшие территорию на треугольники и трапеции, дороги обкладывались дерном и засыпались песком, высаживались черемуха, малина, смородина, ива и другие деревья, велось строительство. И сейчас на берегу реки Колпанка можно видеть постройки конца XVIII века — Птичник, или Фазанник, и Ферму, или Скотный двор.

Птичник, построенный А. Захаровым, считается лучшим зданием в парке. Ю. Пирютко пишет: „Это одноэтажное строение, имеющее в плане П-образную форму, со слабо выступающими в сторону хозяйственного двора ризалитами. С торцов к зданию примыкают частично врезанные в массив главного корпуса две круглые башенки с небольшими, почти плоскими куполами. По периметру куполов укреплено по двенадцать металлических ваз. Фасад, обращенный в сторону реки, украшен по центру небольшим дорическим портиком. Портик поддерживает балюстраду с каменными шарами. Три полуциркульных окна мезонина завершают облик фасада“.

В конце аллеи, делящей парковый массив, видны Сильвийские ворота, построенные К. Висконти (они отмечают границу Английского сада).

Из-под арки Сильвийских ворот открывается вид на колонну Орла, одно из старейших украшений Английского сада, появившееся еще в 1770-е годы. Перспективу длинной просеки замыкает павильон Орла, сооруженный в 1790-е годы по проекту. В Бренна. Он представляет собой сооружение круглой формы, поднятое на цоколь. Двойные колонны из серого мрамора поддерживают широкий антаблемент со скульптурой орла, увенчанною короной.

В нескольких шагах от колонны Орла виден земляной вал Амфитеатра, предназначавшегося для „рыцарских забав“ Павла I. На насыпном земляном валу когда-то были установлены пьедесталы для мраморных скульптурных групп, через вал были проделаны сквозные проезды, в которые можно было проехать в экипаже.

С правой стороны от дороги, ведущей к дворцу, была когда-то Лесная оранжерея.

В этом же районе Английского сада, в одном из просветов между кустарниками, возникает неожиданная перспектива, замкнутая мраморным Чесменским обелиском, поставленным в память о победе русского флота во время Русско-турецкой войны.

В XVIII веке на территории Гатчины была известна „набережная от озера роща, которая по сторонам обнесена холстом“, — место для игр и развлечений, называемое Качели. В начале XIX века в этом уголке парка был устроен овальный зеленый трельяж, увитый акациями. Перед ним был разбит цветник со сложным переплетением дорожек. План этого участка очень напоминал по форме графин, поэтому участок долгое время назывался в народе Графином.

Парадный фасад дворца открыт для обзора. Перед ним обширное открытое пространство — Серебряный луг. По краям луга были посажены могучие дубы Серебряное озеро, давшее название лугу, славится кристально чистой водой, оно не замерзает и зимой. На западном берегу Серебряного озера расположен грот Эхо.

Из кабинета Павла I можно было выйти в Собственный садик (он предназначался для прогулок хозяина дворца). В центре садика была круглая площадка, от которой расходились восемь дорожек, посыпанных гравием и окантованных шпалерником, между ними были разбиты цветники. Сейчас в центре круглой площадки сада можно видеть мраморную статую римской богини Флоры. Несколько дальше на круглом постаменте стоит гигантская каменная голова римской богини Юноны.

Вдоль ограды садика идет дорожка к Карпину пруду, напоминающему кувшин с продолговатой ручкой. По его восточному берегу можно пройти к так называемому Балкону, напоминающему как крепостной бастион, так и террасу для прогулок.

Голландские сады были созданы в конце XVIII века. В Нижнем Голландском саду между подстриженными кустарниками были расположены цветники фигурной формы, на них выращивались тюльпаны. Дорожки между газонами были выложены толченым кирпичом. Сад украшали статуи — мраморные копии с античных оригиналов. В Верхнем саду дорожки расходятся от площадки, на которой установлена статуя Афины Паллады.

Липовый сад был создан одновременно с Голландскими, он также имеет регулярный план. Вдоль дорожек и площадок правильной геометрической формы растут могучие деревья, кроны которых когда-то стригли.

Павловский парк

Павловский парк под Петербургом (3 км от города Пушкин) считается непревзойденным образцом пейзажного стиля, хотя здесь использованы и элементы регулярной планировки.

Павловский парк можно условно разделить на три части центральная часть парка со Старой и Новой Сильвией, долина реки Славянка, район прудов и Белой березы. Эти части парка появились в разное время, созданы различными архитекторами и отличаются по стилю. Парк занимает площадь около 600 га.

Существует и другое деление парка — на семь районов. Придворцовая часть с регулярной планировкой дорожек и партеров, со статуями на фоне стриженых акаций: Долина реки Славянка, Лесной массив Большой звезды, Старая Сильвия с двенадцатью дорожками, Новая Сильвия с тенистыми аллеями, Белая береза с рощами и полянами, Парадное поле с прудами.

Архитекторы Ч Камерон, В Бренна, А Воронихин и художник П. Гонзаго превратили Павловский лес в шедевр садово-паркового искусства.

Планомерные работы начались с 1779 года, когда их возглавил Чарлз Камерон (1740–1820), приехавший из Шотландии. В 1780 году он разработал основную схему планировки территории, построил Павловский дворец на холме у берега реки Славянки. Камерон определил облик самой долины Славянки, Большой звезды, оформил Собственный садик, Вольерный участок, начал планировку дорог района Белой березы, установил мосты. Ему принадлежат и парковые сооружения, навеянные античностью. Это сквозная колоннада Аполлона, храм дружбы, Холодная ванна, вольер, павильон Трех граций, Краснодолинный павильон.

В 90-х годах XVIII века главным архитектором Павловска стал В. Бренна (1745–1820). Его произведения отличаются театральной неожиданностью. Бренна придал некоторым уголкам парка парадность: создал Большие круги, Сильвии, Каскад-руину, Пиль-башню, Амфитеатр и Зеленый театр, Вокзальные пруды в Большой звезде.

В начале XIX века в Павловске работал А. Воронихин (1759–1814). По его проектам был сооружен Висконтиев мост с вазами, Пиль-башенный мост; деревянный Розовый павильон с эоловыми арфами.

Позже строительными работами в Павловске руководил К. Росси (1775–1849). По его проектам созданы парковые ограды и ворота с вазами, мостики и скамейки, чугунные ворота в виде колоннады (они украшают вход в парк).

Завершил работу над парком живописец и театральный декоратор П. Гонзаго (1751 — 1831). Он украсил Большую звезду долиной прудов, в Красной долине реки Славянка подчеркнул естественность природы, создал районы Белой березы и Парадного поля.

П. Гонзаго, известный театральный художник, был приглашен из Венеции князем Юсуповым в его имение Архангельское под Москвой. В Павловске он создал настоящий пейзажный парк. Н. Верзилин рассказывает, как Гонзаго „рисовал“ свои пейзажи: „Пейзажи парка Гонзаго „писал“ на ходу. Ранним утром он обходил парк. Следом за ним шел его ученик Степан Кувшинников с двумя ведрами краски и кистями. Одно ведро было с белой краской, другое — с черной. Белой краской Гонзаго отмечал те деревья, которые нужно было сохранить, черной — намеченные к вырубке. Попутно он указывал места для посадки новых деревьев и кустарников. Так его кистью были топор и лопата“.

Архитектурная планировка парка строится по принципу нарастания от периферии к основному сооружению — дворцу. По мере приближения к дворцу дорожек становится больше, коллекции насаждений — богаче.

В XVII веке на месте Павловска была деревянная крепость, а рядом — Царское Село, резиденция императрицы Екатерины II. В 1777 году Екатерина II подарила своему сыну Павлу лес в 365 десятин, две деревеньки. И с тех самых пор это место стало называться Павловское. Тогда же начал закладываться парк (об этом можно узнать, посмотрев на обелиск, который возвышается на берегу Славянки).

Сначала Павловский парк был пейзажным, в строгом английском стиле. Но позже, когда Павел взошел на престол, стали появляться постройки в духе модного романтизма, внедрялся регулярный, архитектурный стиль.

Строительство дворцово-паркового ансамбля закончилось в 20-х годах XIX века. Центральная часть парка спланирована в регулярном — французском стиле и в основном создана архитектором В. Бренна. В 80-х годах XVIII века к парадному въезду во дворец проложили тройную липовую аллею (раньше липам придавали шаровидную форму).

По одну сторону аллеи было разбито много клумб и создан лабиринт стриженых кустов акации. Дальше расположен вольер, украшенный колоннами, вазами с цветами и античными скульптурами. В вольере содержались диковинные певчие птицы. Н. Верзилин отмечает, что никто не знал ни названий этих птиц, ни их родины, ни того, чем их кормить: „По утрам мертвых птичек пригоршнями выносили из вольера. Наконец экзотические птицы были собственноручно выпущены императрицей и на такой свободе в северном лесу погибли. Помещение вольера превратили в своего рода музей античных древностей, найденных при раскопках и привезенных из Италии“.

Сейчас перед вольером можно видеть небольшой пруд со статуей Венеры.

По другую сторону аллеи расположены две приподнятые круглые площадки со ступенями, украшенные цветниками и соединенные дорожкой, — это Большие круги. Центр одного „круга“ украшает мраморная статуя Правосудие, центр другого — Мир (они были заказаны еще Петром I итальянскому скульптору П. Баратта). Сочетание яркой зелени, цветов и белых статуй придает Большим кругам парадность, праздничность.

В XVIII веке на аллее, соединяющей Большие круги, стояли деревянный турецкий шатер, расписанный белыми и синими полосами, и хижина угольщика — двускатный шалаш, заросший мхом (внутри такого неприметного на вид шалаша находились овальный письменный стол, белая с позолотой мебель и клавикорды). В долине Славянки раньше находились швейцарская хижина, шале, с соломенной крышей и колоколом на небольшой вышке.

А вот Молочная сохранилась до наших дней. Она находится за Тройной липовой аллеей, в густой чаще, выложенная из крупного булыжника, крытая соломой, оформленная внутри изразцами. Она напоминает швейцарские хижины, распространенные в парках XVIII века. Ее естественным украшением стала береза ствол этого дерева проходит сквозь крышу.

Центральная липовая аллея приводит к Парадному полю, где проводились воинские парады. После смерти Павла Парадное поле приобрело живописный вид. У самого дворца в стороне от главного фасада расположен так называемый Собственный садик, созданный в голландском духе. Статую богиню цветов — Флору — украшали росшие на небольших клумбах многочисленные сорта роз, а также другие цветы. На зеленых газонах в шахматном порядке были высажены липы и декоративный кустарник, вдоль песчаных дорожек были подняты на высокие постаменты мраморные вазы. Две аллеи садика были покрыты сверху трельяжем с вьющимися растениями. Главная аллея идет к павильону Трех граций (со сквозной колоннадой).

Придворцовая часть парка соединена с долиной Славянки каменной лестницей в 64 ступени. Ее верхняя площадка украшена балюстрадой, вазами и мраморными львами, по бокам идут шпалеры кустарника, словно перила, а на нижних лестничных уступах сидят отлитые из чугуна свирепые львы.

От Парадного поля до Славянки расположена Старая Сильвия (старый лес). Этот парк, созданный из леса, окруженный рекой и двумя длинными прудами, представляет собой рощу. В центре рощи, на круглой площадке возвышается бронзовая статуя Аполлона Бельведерского, по краям от него — статуи девяти муз, богинь Венеры, Флоры и бога Меркурия.

От площадки расходятся лучами двенадцать аллей, одна из которых ведет на берег Славянки, к Зеленому театру. На правом берегу реки находилась сцена. На левом был расположен амфитеатр с каменными скамьями для зрителей.

Другая аллея ведет к открытому двухколонному павильону с нишей, на которой изображена склоненная над двумя урнами женщина (это памятник родителям жены Павла). Автор павильона — Камерон, памятника — Мартос.

Третья дорожка ведет к Руинному каскаду, имеющему вид диких развалин. Среди больших камней обломки статуй, колонн, в ров падает вода, перила над каскадом из необтесанных стволов берез, на постаментах — разбитые вазы и львы.

На правом берегу Славянки находится Новая Сильвия, или новый лес, напоминающий пейзажный парк. Среди этого густого леса проложено пять почти параллельных аллей, окаймленных подстриженной акацией. В местах пересечения дорожек сделаны зеленые площадки.

В начале Новой Сильвии в кустах сирени можно видеть статую Аполлона с лирой в руках и с лавровым венком на голове, в конце парка — колонну „Конец света“. В Новой Сильвии дорожки ведут в мрачный лес, где воздвигнут мавзолей в память Павла I в виде античного храма с желтыми стенами и гранитными колоннами.

Часть парка в долине Славянки, созданная Камероном, представляет неменьший интерес. Деревья здесь то приближаются к дорожкам, то отступают. Иногда целая группа лип, кажется, растет из одного корня. Каждый поворот открывает новые сочетания холмов, деревьев и воды. В пейзаж вкраплены павильоны, обелиски.

Дворец парадным подъездом обращен к регулярному парку, а противоположной стороной, наиболее красивой частью фасада, — к пейзажам долины реки Славянка. Напротив дворца, на высоком холме среди деревьев белеет округлая колоннада, и в ее проломе, образовавшемся после удара молнии, — бог Аполлон.

Особо привлекает внимание в этой части парка Храм Дружбы, построенный в стиле древней Эллады. Его золотисто-желтые округлые стены украшают белые колонны и крыша с зеленым куполом.

Чуть дальше у озера — Большой каскад с расположенной наверху балюстрадой с вазами, каменный Висконтиев мостик. Рядом — остроконечная Пиль-башня. Вот что пишет. А Эфрос об этой башне: „Гонзаго получил строение готовым (до него здесь была мельница) Он лишь хотел надеть на него новый чехол. Он предложил покрыть старую мельницу своею росписью, придать строению характер „руины“. Вся суть этой работы Гонзаго — в росписи. Это — объемная театральная декорация, поставленная на вольном воздухе. Живопись имитирует на ней то, что должно было бы быть объемно-рельефным. От крыши до цоколя все написано кистью — наличники окон, швы кладки, осыпающаяся штукатурка, обнажившийся остов здания, разрушающегося у крыши“.

Здесь же можно видеть часть водяной мельницы. Отсюда начинается так называемая Красная, то есть красивая, долина, в конце которой можно видеть разрушенные арки, обломки подлинных греческих зданий и статуй.

На границе парка стоит Краснодолинный павильон, названный архитектурным капризом Камерона.

Вокруг Парадного поля, по проекту Гонзаго, были созданы изогнутые Розовопавильонные пруды (в течение 10 лет, начиная с 1803 года, П. Гонзаго выращивал здесь естественные зеленые декорации).

Большая звезда — еще один лесной массив парка, в котором, согласно проекту Камерона, прямые дороги-лучи образуют рисунок звезды.

В районе Большой звезды Гонзаго создает целую Долину прудов (Круг-лозальные, Новошалейные, Глазовскии, Краснодолинные, Венерин). Краснодолинные с обрывистыми берегами отражают в воде контуры сосен и елей Круглозальные пруды устроены в глубоких оврагах, с низкими ровными берегами. Венерин пруд украшен по берегам ирисами и овальным Островом любви, на котором расположен трельяж со статуей Амура (автор Фальконе). Через молодой лес на площади 130 га проходят бесконечные дороги с романтическими названиями — Молодого жениха, Зеленой женщины, Дружеская, Красного солнца.

Этот район в середине XIX века называли музыкальным оазисом Петербурга. В 1837 году, когда в России была открыта пассажирская железная дорога Петербург-Павловск, она проходила через Большую звезду. Недалеко от прудов было сооружен ресторан с концертным залом — Курзал. Летом 1840 года здесь впервые был исполнен „Павловский вальс“ М. Глинки, названный позже „Вальсом-фантазией“. До 1941 года в Курзале выступали известные певцы и музыканты.

Другой район Павловского парка — Белая береза. Окрестности Белой березы занимают более трети всего парка (245 га) Протяженность дорог 38 км, семь из них сходятся на лужайке, в середине которой стоит высокая белоствольная береза, окруженная молодыми деревцами. В промежутках между дорогами разбросаны рощицы, группы различных деревьев. В отдаленном конце парка насаждения расположены так, что перспектива кажется бесконечной. Этот вид — еще один шедевр П. Гонзаго.

„Художнику, рисующему пейзажи деревьями и кустарниками, необходимо быть и ботаником, необходимо хорошо знать, какие формы примут впоследствии посаженные молодые растения, — пишет Н Верзилин. — Более того, Гонзаго предугадал, как будут выглядеть сочетания окраски деревьев в разные времена года — весной, летом, осенью. И что характерно для садового творчества Гонзаго? Создавая эту последнюю по времени часть парка, он достиг художественного совершенства без всяких искусственных украшений. Ни прудов, ни холмов, ни каскадов, ни руин, ни храмов и обелисков, ни реки с изящными мостами. Своим творчеством в районе Белой березы он бросил вызов всем другим частям Павловского парка, всем предшествовавшим ему архитекторам садов, сторонникам всевозможных ухищрений. Он доказал превосходство естественного, чисто пейзажного стиля парков и садов“.

Во время Великой Отечественной войны Павловскому парку был нанесен большой урон. Дворец был разрушен, многие павильоны сожжены, мосты и плотины взорваны, 70 тысяч деревьев вырублено, газоны и аллеи размолоты танками, многие районы парка заминированы. Блиндажи, окопы и дзоты осквернили парк. Сразу же после освобождения Павловска в 1944 году началась реставрация этого знаменитого памятника русского искусства.

Кусково

Парк Кусково представляет собой единый зеленый массив площадью 282 га.

О вотчине бояр Шереметевых Кускове упоминалось уже в 1623 году. По преданию, когда-то местность, где расположено Кусково, представляла собой небольшой кусок, окруженный со всех сторон владениями князя А. М. Черкасского. Вот этот самый „кусок“ и купил в 1715 году фельдмаршал Б. П. Шереметев у своего младшего брата Владимира за 200 рублей.

С 1719 года господский дом в Кусково начинает обустраиваться. Комнаты обиваются бархатными, камчатыми и китайскими лаковыми обоями, некоторые печи заменяются каминами, двери украшаются нарядными резными наличниками.

Основными авторами ансамбля были крепостной архитектор Ф. Аргунов и его ученик А Миронов, который работал над композицией парка.

Однако в тот год, когда начались работы по обустройству имения, фельдмаршал умер, и владения перешли по наследству к его сыну — П. Б. Шереметеву. В 1743 году он женился на единственной наследнице богатейших имений A. M. Черкасского княжне Варваре Алексеевне, и шереметевские владения увеличились почти вдвое. Так, к П. Б. Шереметеву перешли Вешняки и Выхино, расположенные недалеко от Кускова.

Старые хоромы фельдмаршала переоборудовали в двухэтажный деревянный дом с нарядной отделкой фасадов. Однако реставрацией здания не удалось остановить процесс старения: дворец продолжал оседать и рассыхаться. Поэтому в начале 1770-х годов было принято решение кусковский дом разобрать до основания.

Новый дворец сделали одноэтажным, но более просторным, предназначенным только для приема гостей.

Парадные сени расписали под розовый и серый мрамор. Украсили парными пилястрами и большими декоративными вазами в нишах. Над нишами расположены панно со сценами из жизни античных героев, а также изображения воинских доспехов и герб Шереметевых. Дополняют интерьер вестибюля фонарь с хрустальными подвесками в форме дубовых листьев и мраморные канделябры с фигурами юношей и девушек, поддерживающих рога изобилия.

Прихожая-гостиная отделана большими зеркалами в золоченых рамах, здесь же расположена высокая печь с многоцветными изразцами, над мраморным камином и над дверями висят картины.

Вторую гостиную украшали зеленые ковры, изготовленные фламандскими мастерами. Здесь устраивались небольшие концерты, поэтому посреди зала стоял стол с подвижными пюпитрами, столик для хранения нот, на котором была изображена из кусочков различных пород дерева усадьба Кусково.

Парадная спальня украшена декоративной лепкой: гирлянды цветов и листьев вьются вокруг рам картин, украшают вазы, деревянную балюстраду.

Кабинет-конторочка владельца усадьбы облицован дубом и небольшим количеством позолоты, в его стены симметрично были врезаны картины.

В 1770 году был устроен парк Кусково, он занимал большое пространство — площадь более 30 га, что в три раза больше территории Летнего сада. Парк был разбит на месте довольно скудного и болотистого ландшафта. Но благодаря стараниям архитекторов, художников и садовников он стал райским садом, таящим в себе много диковинок. В сооружении ансамбля Кусково принимали участие архитекторы Д. Ухтомский, С. Чевакинский, Ю. Кологривов.

По мнению С. Спасского, парк при жизни графа Шереметева выглядел так: „В оранжереях огромные лавровые и померанцевые деревья столетнего возраста. На островках виднелись то рыбачья хижина, то китайские беседки под сенью могучих кедров. На берегу возвышались два маяка. По озерам плавали раззолоченная яхта с пушками и китайская джонка, важно скользили лебеди. По дорожкам свободно расхаживали журавли, фазаны, павлины, пеликаны“. Парк и павильоны с собранными в них произведениями искусства впечатляли современников. Один из поэтов того времени писал: „За диво бы почли и в Англии самой село Кусково, где боярин жил большой“.

Основа композиции парка — регулярная планировка с системой прудов (17 прудов с каналами). Среди деревьев парка встречаются уникальные экземпляры.

Перед дворцом находится большой пруд с островком. За ним по оси дворца идет канал, завершающийся каскадом. В самом начале канала стоят две колонны с чашами для огня.

Напротив дворца расположен огромный партер, оформленный скульптурой и цветниками на фоне газонов, с трех сторон он окружен каналами и валами. Партер замыкает оранжерея. В оранжерее можно было любоваться редкостной коллекцией южных деревьев, многие из них были искусно подстрижены в виде людей и животных.

За оранжереей располагался (не сохранился) лабиринт, а за большим прудом в зеленом массиве — зверинец, обнесенный валом и обсаженный деревьями, более 3 км в окружности. Там обитали 600 оленей, лоси, дикие козы, серны; содержались медведи, волки, лисицы.

Многие павильоны парка напоминают павильоны Царского Села (грот на берегу пруда, Эрмитаж, Руины). Но в Кускове был и Голландский домик, выложенный изнутри изразцами, в нем висели картины голландских мастеров, а вокруг дома росли тюльпаны. В Итальянском павильоне экспонировалась коллекция произведений итальянского искусства.

В парке были сооружены и Китайская пагода с колокольчиками, мелодично звеневшими на ветру, и открытый театр на 100 мест, и различные беседки, кофейни — например, Индийская беседка, храм Дианы, Хорошим людям приют.

В пещере Отдыхающего дракона лежал дракон, изрыгавший пламя.

В другой пещере, убранной кристаллами, цветными камнями и кораллами, почивал на лаврах алебастровый лев. Надпись на латыни гласила: „Не ярится, но неукротим“.

В особом колодце сидел философ Диоген, сделанный из алебастра и расписанный в естественных тонах Он держал в руках гусиное перо, перед ним стояли две чашки и кувшин.

Многие павильоны были „населены“ восковыми фигурами. Так, в хижине Шомьер пировали за столом шесть фигур. В одном шалаше сидел „капуцин“, в другом — „девушка“ с блюдом грибов в руках.

Граф П. Б. Шереметев был большой озорник. Так, на одной из дорог он устроил потайной фонтан, который неожиданно окатывал водой проходившего мимо человека.

Владелец Кускова поражал современников пышными приемами, сюрпризами, театральными и музыкальными новинками. Множество народу привлекали пушечная пальба и фейерверки, роговые оркестры и музыканты на затейливых лодочках и корабликах, качели и карусели.

В „Путешествии вокруг Москвы“ Н. М. Карамзин писал: „Бывало, всякое воскресенье, от мая до августа, дорога Кусковская представляла улицу многолюдного города, и карета обскакивала карету. В садах гремела музыка, в аллеях теснились люди, и венецианская гондола с разноцветными флагами разъезжала по тихим водам большого озера (так можно назвать обширный Кусковский пруд). Спектакль для благородных, разные забавы для народа и потешные и для всех составляли еженедельный праздник Москвы“.

Кусково известно не только своей красотой и роскошью, но и романтической историей. В Кусковском театре с декорациями Гонзаго играла лучшая в России труппа крепостных актеров. Среди этих артистов особенно выделялась певица Параша Ковалева, сценическая фамилия — Жемчугова. Граф Шереметев полюбил ее и, не считаясь с мнением дворa, родни, женился на ней. По этому поводу сложилась грустная народная песня:

У Успенского собора

В Большой колокол звонят;

Нашу милую Парашу

Венчать с барином хотят.

Параша стала графиней Шереметевой, граф увез ее из Кускова в другое поместье — Останкино. Здесь перед дворцом был устроен парк, решенный в регулярном стиле Ф. Л. Аргуновым и А. Ф. Мироновым. Парк включал в себя партер, обрамленный двумя рядами мраморных герм; с обеих сторон партера располагались два небольших участка пейзажной планировки.

Архангельское

Имение Архангельское, известное своим прекрасным дворцом, парком с вековыми деревьями, расположено в 23 км от Москвы.

Еще в XVI веке на берегу Москвы-реки возникло небольшое село, принадлежавшее боярину А. И. Уполоцкому. В селе была построена деревянная церковь.

В 1703 году Архангельское перешло к Д. М. Голицыну, сподвижнику Петра I. Князь по указанию царя учился воинскому делу за границей. Позже, при Анне Иоанновне, он попал в опалу и удалился от государственных дел. Тогда Голицын и решил поселиться в своем подмосковном имении.

В усадьбе был сооружен новый дом из „брусчатого леса“, он не был похож на обычное помещичье жилье.

В новом здании было тринадцать комнат с печами из голландских изразцов и один зал с камином. Рядом с домом был разбит парк в регулярном стиле.

В 1767 году в соответствии с планом парка было сделано восемь квадратных боскетов, обсаженных кленами, липами. Между липами были посажены яблони, груши, крыжовник, барбарис (ассортимент растений почти полностью совпадал с ассортиментом Верхнего сада Петергофа).

Итальянский архитектор Джакомо Тромбаро решил создать дворцовый ансамбль на склонах холма из двух террас, украшенных партерами, цветниками и скульптурами. Парком и садом заведовал садовник Федор Тяжелев, ему помогали помощник и четыре ученика.

Размеренная жизнь в Архангельском продолжалась до тех пор, пока Д. М. Голицыну не вздумалось ограничить власть правительницы Анны. А членам Верховного тайного совета, в котором князь имел большое влияние, не удалось это сделать. Поэтому политическая карьера Голицына была прервана. Князь был заточен в крепость Шлиссельбург, все его вотчины и имения были конфискованы, и ему уже не суждено было вернуться в Архангельское.

Почти через 40 лет Архангельское досталось Н. А. Голицыну. К тому времени деревья разрослись, а дом казался уж слишком старомодным. Новый владелец усадьбы заказал проект французскому архитектору де Герна, который жил в Париже и никогда не бывал в России.

По проекту иностранного зодчего на высоком берегу Москвы-реки начали возводить два оранжерейных флигеля, на склонах холма решено было устроить террасы с балюстрадами и белокаменными стенами-подпорами. К концу XVIII века в парке был возведен небольшой дворец Каприз и началось строительство Большого дома.

Работа продвигалась очень медленно, и при жизни князя отделка дворца так и не была закончена.

В 1810 году, после смерти Н. А. Голицына, вдова продала усадьбу Н. Б. Юсупову, удалившемуся в имение после смерти Екатерины II. Новый владелец усадьбы сделал небольшую перепланировку дворца в духе виллы Аль-бани (Юсупов был послом в Риме и наблюдал за строительством этой виллы). Хотя в то время итальянский стиль уже вышел из моды, Юсупов переделал в этом стиле сад Архангельского с помощью архитектора Гонзаго (зодчий построил в Архангельском театр и написал 12 декораций). Чтобы их сохранить, Юсупов решил не ставить в театре спектаклей.

В это же время вокруг регулярного парка были созданы пейзажные участки. Были посажены рощи Аполлонова, Горятинская, Прусская и другие. Хотя парк сравнительно невелик (его площадь 14 га), благодаря открывающимся перспективам он кажется огромным.

К 1812 году основные работы по внутренней отделке дома были закончены, и Юсупов перевез в Архангельское свои коллекции предметов искусства, установил в парке около ста скульптур. Но скоро снова пришлось паковать картины в ящики — к Москве приближались французы. Солдаты наполеоновской армии нанесли дворцу большой урон, а местные крестьяне свою злость выместили на барском доме.

После изгнания французов началось восстановление дворца. Большой дом был перепланирован. Однако в январе 1820 года дворец постигло новое испытание — случился большой пожар, в результате которого были уничтожены полы, испорчены декоративные росписи, повреждены картины, скульптуры, книги, мебель. И хозяин усадьбы снова принялся за отделку дворца. Для оформления залов в духе позднего классицизма в Архангельское были приглашены из Москвы французский живописец Никола де Куртейль и еще два мастера. В 1820-х годах сложился дворцово-парковый ансамбль Архангельское, которым мы можем любоваться по сей день.

К усадьбе ведут как бы вросшие в землю полуразрушенные ворота, построенные в стиле арок Римского форума между корпусами флигелей. Ворота были сооружены в 1817 году по проекту архитектора С. Мельникова.

Центр дворцово-паркового ансамбля — двухэтажный каменный дом. Его главный фасад украшен скромно и строго: портиком над низким крыльцом, белыми наличниками вокруг высоких окон первого этажа, белокаменным поясом, который отделяет первый этаж от второго. Боковые здания дворца оформлены богаче: стоящими близко друг к другу портиками, небольшими колоннами, обрамляющими двери, фигурами мраморных львов на боковых крылечках.

В центре дворца расположен самый большой, Овальный зал. Его стены украшают 16 золотисто-желтых колонн из искусственного мрамора. А сам зал увенчан куполом, в центре которого изображены парящие в облаках Амур и Психея. Вечерами зал освещался трехъярусной люстрой, сделанной из папье-маше и левкаса, и торшерами, стоявшими между колоннами.

Императорский зал, выполненный в серых и зеленоватых тонах, был отведен для портретной галереи русских самодержцев. В Античном зале дворца размещалась коллекция подлинных античных скульптур и керамики.

А еще во дворце были зал Тьеполо, два салона Гюбера Робера, музыкальный салон, Египетский зал (столовая) и другие парадные комнаты.

От дворца спускаются уступами террасы. Верхняя терраса представляет собой квадрат со стороной, равной ширине фасада дворца. Ее партер делится на два прямоугольных газона, а парапет уставлен вазами.

Прямая лестница идет на вторую, нижнюю, террасу длиной 153 м, на балюстрадах которой стоят бюсты римских императоров.

На третью террасу ведут две боковые лестницы. На ней во всю ширину дворца раскинулся ровный газон, так называемый зеленый ковер. По краям газона расположены мраморные статуи. Партер окаймлен зелеными стенами подстриженных лип и заканчивается высокой колонной и статуями. А по обеим сторонам — парк.

А. С. Пушкин в стихотворении „К вельможе“ написал об Архангельском:

От северных оков, освобождая мир,

Лишь только на поля, струясь, дохнет зефир,

Лишь только первая позеленеет липа,

К тебе, приветливый потомок Аристиппа,

К тебе явлюся я; увижу сей дворец,

Где циркуль зодчего, палитра и резец

Ученой прихоти твоей повиновались

И, вдохновенные, в волшебстве состязались.

Ступив за твой порог,

Я вдруг переношусь во дни Екатерины.

Книгохранилище, кумиры, и картины,

И стройные сады свидетельствуют мне,

Что благосклонствуешь ты музам в тишине,

Что ими в праздности ты дышишь благородной…

Сокольники

Сокольники — московский парк культуры и отдыха, известен как памятник садово-паркового искусства XVIII века. Он занимает площадь 594 га. Его зеленый массив в пять раз больше Центрального парка имени Горького, в четыре раза больше лондонского Гайд-парка, в два с половиной раза больше, чем площадь Центрального парка Нью-Йорка.

В XVI веке на месте Сокольников располагался огромный дворцовый заповедник-зверинец, где бродили могучие лоси, поэтому и сам лес назывался Лосиным островом.

В XVII веке здесь было место царской соколиной охоты. Недалеко от главного входа в сегодняшний парк находилась застава и вокруг нее слобода, населенная царскими слугами — сокольничими и псарями, тут же был дом главного ловчего с высокой дозорной башней. В так называемом Соколином дворе при царе Алексее Михайловиче содержалось 30 тысяч ловчих птиц.

С начала XVIII века в Сокольниках стали проводиться народные гулянья. Самым многолюдным было гулянье 1 мая. Отдыхающие качались на качелях и катались на каруселях. Смотрели представления у лубочных балаганов. Посетителей Сокольников веселили Петрушка, медведь с козой и т. п. Приезжие балаганщики (немецкие и голландские „кунштмейстеры“, французские „комедианты“ и итальянские кукольники) развлекали публику. На московских гуляньях можно было увидеть механическую поющую канарейку или движущуюся лягушку, которая „знает время на часах и показывает оное, плавая в судне“.

На майских гуляньях 1765 года москвичи могли видеть в Сокольниках „великана Бернарда ростом 3 аршина с половиною“ и даже африканскую птицу — страус… Чтобы посмотреть страуса, нужно было заплатить: „благородным — по изволению, купечеству — по 25 копеек, простому же народу цена будет при самом входе объявлена“.

Вл. Холодковский описывает гулянья тех лет: „Там, на просторной поляне, среди палаток и крытых рогожею шалашей, высится, по обычаю московских гуляний, высокий главный шатер — „колокол“, верхушка которого украшена флагом и кудрявой елочкой. Вокруг расставлены столы с кипящими самоварами. Зазывают покупателей голосистые сбитенщики, бузники, калашники; бродячие торговцы лакомствами предлагают гуляющим стручки, орехи, пряники. В толпе снуют шарманщики и фокусники. Разостлав на земле свои коврики, кувыркаются акробаты и „шпрингеры“. А затейники-ямщики из Дорогомилова и из-за Тверской заставы, признанные подражатели птичьим голосам, рассыпались по кустам и „оказывают весну разными высвисты по-птичью“ — кто соловьем, кто малиновкой…“

В XIX веке Сокольники продолжали оставаться Сокольнической рощей — лесным массивом. Только тропы прорезали его, дороги проезжие и еще прорубленный Петром I широкий Майский просек. Лишь во время Отечественной войны 1812 года был проложен кратчайший путь.

Позже Сокольники облюбовало богатое купечество. За купцами потянулись сюда в поисках дач и чиновники.

В „Путеводителе“ середины XIX века говорилось о Сокольниках уже как о слободе, где „есть и французская ресторация, и кондитерская, и булочные, и залы для стрижения волос, и модистки, и аптека, и разные мелочные лавки, одним словом: целый городок. Всякое лето в слободках живет столько народу, что они обратились из дач в уголки Москвы“.

Многие русские писатели — от Толстого до Чехова — не раз избирали именно Сокольники местом действия своих произведений. Художники (Левитан, Саврасов и др.) запечатлевали Сокольники на своих полотнах.

Но лишь после 1878 года Сокольники официально стали Городским общественным парком. Тогда Министерство государственных имуществ за 300 тысяч рублей уступило Сокольническую рощу городу Москве. По воскресеньям здесь играла музыка. В выстроенном павильоне давались представления и концерты, иногда с участием Шаляпина и Собинова.

В 1920-х годах часть территории Сокольников была огорожена и выделена в самостоятельный сад. Этот новоустроенный в Сокольниках сад стал Садом профсоюзов. 23 мая 1931 года президиум исполкома Московского городского Совета принял решение объявить всю территорию Сокольнической рощи парком культуры и отдыха. Первым директором парка был назначен рабочий с завода „СВАРЗ“.

Сейчас Сокольники представляют собой территорию, на которой выдержана веерная планировка в виде расходящихся от центрального круга просеков, пересекаемых двумя полукольцевыми поперечными просеками. Характерное отличие Сокольников, например, от Нескучного сада — это рельеф. Для них свойственна спокойная песчаная равнина с незаметным уклоном в сторону Яузы (она протекает вдоль восточной границы парка). Здесь нет ни холмов, ни оврагов. Поэтому самим рельефом подсказана радиальная планировка Сокольников.

От двух концентрических кругов (большого и малого) лучами расходятся восемь аллей. Каждая просека, или, как принято называть их в Сокольниках, просек, — это абсолютно прямая аллея, обсаженная определенной породой деревьев: 1-й просек — березами, 2-й — густыми вязами, 4-й — кленами и т. д.

Справа и слева от аллей располагаются либо тенистая роща, либо открытая поляна, либо мелькают сквозь зелень очертания беседки или эстрады. Все аллеи пересекаются полукружием поперечного просека. Таким образом, зеленый массив парка расчленен как бы на девять секторов, в которых расположены все основные зоны и сооружения.

Каждый просек имеет не только свое индивидуальное зеленое оформление, но и выполняет определенную функцию. Песочная аллея, оформленная смешанными древесными насаждениями и цветниками, ведет к аттракционам и спортивным площадкам, Массовому полю и Зеленому театру, а дальше — к Детскому городку и Летнему театру. Четвертый просек, обсаженный кленами, укажет путь к стадиону и т. д.

Кроме дворца спорта „Сокольники“ на территории парка расположены Детский городок, павильоны для международных выставок.

Здесь есть пруды. Встречаются старинные насаждения, которым более ста лет.

Когда-то основными породами парка были сосна и ель. Еще сохранились, в основном в северной части парка, „старожилы“ — сосны и ели, дубы, но преобладающая часть массива — более юного возраста. Растут в парке березы и клены, липы и вязы, ясень, дуб и каштан. Встречаются сосны, пихты, лиственницы, кедры, серебристые ели… Зеленый массив Сокольников занимает 350 га — больше половины всей площади парка.

В первые десять лет после Великой Отечественной войны здесь было посажено около 200 тысяч деревьев и более 400 тысяч кустарников. Большую часть территории занимают сад-заповедник и три обширных питомника, там представлены сотни тысяч отборных экземпляров — от итальянских лип и каштанов до дальневосточного абрикоса и пенсильванской вишни.

Знамениты Сокольники и своими розами, славятся они и замечательными многолетниками — флоксами, пионами, ирисами, лилиями… Цветы в парке разбросаны живописными группами, в основном на извилистых боковых аллеях, соединяющих между собой просеки. Для Сокольников характерна так называемая ландшафтная посадка растений, при которой избегают внешней эффектности, добиваясь при этом более интимной обстановки.

Центральный парк культуры и отдыха имени Горького

Центральный парк культуры и отдыха имени Горького (ЦПКиО) представляет собой единый зеленый массив на площади 177 га, расположенный вдоль Москвы-реки.

Открытый „партерный сад“ парка начинается непосредственно за гранитными сходами Крымского моста и тянется неширокой полосой между рекой и Ленинским проспектом (бывшая Большая Калужская улица).

Когда-то на месте нынешнего моста пролегал Крымский брод, которым пользовалась Орда во время набегов на Москву. В районе нынешнего ЦПКиО 25 августа 1612 года произошла решающая битва русского народного ополчения с войсками польского гетмана Хоткевича. Ровно через 200 лет по старой Калужской дороге отступал Бонапарт.

Еще через сто лет Московская городская управа по-своему распорядилась судьбой территории, которая ныне принадлежит ЦПКиО: устроила здесь свалку, на три метра в глубину заполненную мусором и отбросами.

И вот в 1923 году на месте гниющей свалки была воздвигнута первая советская сельскохозяйственная выставка. Ее сооружения, павильоны послужили потом основой для создания первого советского парка культуры и отдыха.

Проект планировки территории этого парка с учетом участка для сельскохозяйственной выставки был разработан в 1923 году группой молодых архитекторов.

Над оформлением парка работали первый главный архитектор парка Э. Лисицкий, скульптор И. Шадр, группа художников. И в августе 1928 года Центральный парк культуры и отдыха Москвы принял своих первых посетителей.

В 1930 году был объявлен конкурс на проект перспективного развития парка. Участникам конкурса предлагалось использовать территорию по берегам Москвы-реки, включая Фрунзенскую набережную и весь массив Ленинских гор. Многие крупнейшие архитекторы участвовали в конкурсе, было представлено 10 проектов. Вот каким видел парк будущего архитектор М. Я. Гинзбург. Он предложил разбить парк на несколько полос-зон, параллельных реке. Двигаясь по дорогам, идущим параллельно реке, посетитель постоянно находился бы в пределах одной и той же зоны. Продвигаясь по дорогам в перпендикулярном направлении к реке, он попадал во все зоны.

Согласно этому проекту, на Фрунзенской набережной расположена выставочная зона. Рядом — зоны научно-популярной, научно-технической работы. В Лужниках — спортивно-массовая зона со стадионом, окруженным трибунами (на 100 тысяч зрителей). У границы парка находится военный городок. По левому берегу реки вдоль широкой аллеи расположены ботанический и зоологический секторы, на одинаковом расстоянии друг от друга — зрелищные учреждения.

Позже многие предложения, прозвучавшие в конкурсных проектах, были учтены в Генеральном плане Москвы 1935 года. В предвоенные годы группа архитекторов под руководством А. В. Власова предложила новый вариант планировки парка, некоторые из идей этого проекта были осуществлены.

Центральный парк Москвы стал площадкой для пропаганды новых форм политической и культурно-просветительной работы. Здесь проводились, например, вечера соревнующихся заводов. Устраивались театрализованные праздники в честь челюскинцев, участников рекордного перелета Чкалова, Байдукова и Белякова, в честь героической четверки папанинцев — покорителей Северного полюса. Проходил в парке и праздник литературы, посвященный I Всесоюзному съезду писателей. Тогда в парке побывали М. Горький, А. Толстой, А. Фадеев и многие-многие другие. Перед писателями выступали не менее знаменитые мхатовцы — О. Книппер-Чехова, В. Качалов, И. Москвин, артисты и режиссеры из других театров. По поводу открытия праздника состоялся многотысячный митинг. А. Фадеев, беседуя с писателями, говорил: „Место, где в дореволюционной России была отвратительная мусорная свалка, превратилось в роскошный цветущий сад, в котором находят радость и счастье миллионы людей. Это ли не символический образ, характеризующий нашу великую Родину, ее замечательный путь от царства гнилой свалки до сияющих высот социализма“.

В парке устраивались грандиозные представления. В Зеленом театре артисты Большого театра показывали „Кармен“ (за пять дней этот спектакль посмотрели 100 тысяч человек), балет „Кавказский пленник“. Позже в Зеленом театре был сооружен огромный киноэкран (170 кв. м).

А на „Острове танца“, построенном по проекту архитектора А. Власова, ставили балетные спектакли самодеятельные коллективы. Сцена этого импровизированного зала располагалась на островке, а „зал“ на 800 мест находился на берегу.

Ромен Роллан, осмотрев парк, сказал: „Я глубоко взволнован. Ведь все это виделось в мечтах. Как хорошо иметь в центре большого кипящего города, в обширном народном парке великолепный городок культуры и отдыха. Прекрасно, что этот отдых является в то же время источником радостного воспитания…“

Первым директором и художественным руководителем ЦПКиО была двадцатипятилетняя Бетти Глан. Она дружила с Маяковским, Фадеевым, Кольцовым, Толстым, Горьким, Эфросом. Любила праздники и умела их организовать. Знала три языка и, встречая иностранных гостей, обходилась без переводчиков. Герберт Уэллс называл ее директором фабрики счастливых людей и во время экскурсии по парку влюбился в социализм. Он писал: „Когда я умру для капитализма и снова воскресну в советских небесах, то я хотел бы проснуться непосредственно в Парке культуры и отдыха“.

А в 1937 году Бетти Глан посадили на 15 лет. Через 50 лет, когда вернулась в Москву, она написала романтическую книгу „Праздник всегда с нами“ про ЦПКиО.

В парке первых лет советской власти развлечений было немного. Зимой катались с горок, на лыжах, летом ездили на роликах, велосипедах, участвовали в эстафетах, бегали в мешке, катались на лодках, качались на простых качелях. Были здесь крутящийся столб с канатом (надо было уцепиться за канат, и, отталкиваясь от земли, передвигаться большими кругами вокруг этого столба), силомеры (надо было поднять кувалду и ударить ею со всей силы), тир, парашютная вышка.

Первый аттракцион в современном понимании появился в парке в 1957 году, когда проходил Фестиваль молодежи и студентов — это большое „колесо обозрения“.

Сейчас в ЦПКиО, на площади 120 га, можно развлекаться по-разному. В парке представлен огромный набор итальянских, американских, русских аттракционов. Есть американские горки, „Буран“, гигантские качели на 160 человек, попавшие в книгу рекордов Гиннесса; и Серебряный рудник, где можно совершить путешествие среди муляжей американских достопримечательностей, квадратное черно-металлическое озеро с сочащейся водой и смутными огоньками — цветомузыкальный танцующий фонтан, купленный в Германии. Но нет уже и в помине характерных скульптур (например, Девушка с веслом исчезла из парка через 50 лет, после того как в 1938 году репрессировали ее натуру, живое воплощение — санинструктора Валю, которая работала в парке).

Естественным продолжением Центрального парка культуры и отдыха имени М. Горького является Нескучный сад. У него своя, не менее интересная и более древняя история. В XVIII веке почти все правобережье Москвы-реки принадлежало дворянской знати: князьям Долгоруковым, Трубецким, Шаховским, Голицыным, графам Мамоновым.

Здесь, продав свои Невьянские заводы, обосновался на постоянное жительство Прокофий Демидов. Он начал заниматься фруктовым садом и разведением ананасов настолько серьезно, что вскоре его сад стал едва ли не лучшим ботаническим садом в Европе. После смерти хозяина усадьба Демидова перешла в руки князя Вяземского, затем — братьев Федора и Алексея Орловых.

Алексей Орлов устраивал кулачные бои и голубиные гоны. Построил он в Нескучном и манеж для лошадей. Первым в Москве стал устраивать на Калужском поле, напротив Нескучного сада, публичные бега на призы и сам принимал в них участие. В парке у графа был так называемый Воздушный театр. Представление завершалось грандиозным фейерверком на Москве-реке.

На орловские гулянья мог прийти каждый гость, если на нем мундир, военный или дворянский. Когда же хозяину гости надоедали, — „валторнист трубил „ретираду“, а Орлов, выходя на середину зала, кричал: „Вон!“.

Во второй четверти XIX века главным владельцем правобережья Москвы-реки стал первый помещик России — Николай I. По указанию царя постепенно в казну были выкуплены три смежные владения, которые были объединены под общим названием Нескучный сад.

Новый сад стал московской летней резиденцией Романовых. Но хозяева здесь почти не жили, поэтому Нескучный сад был открыт для „приличной“ публики.

Особенную популярность Нескучный сад приобрел в 30-х годах XIX века. Тогда появилось на его территории заведение лечебных минеральных вод.

На сцене Воздушного театра (деревянного здания на каменном фундаменте, обшитого узким тесом, выкрашенного краской, где кулисами служили деревья и кусты) выступали артисты московского Малого театра. Воздушный театр называли даже русским Колизеем. Спектакли шли два раза в неделю. В них принимал участие даже Щепкин, Белинский и Аксаков приходили сюда посмотреть на игру Мочалова. Но через четыре сезона театр был продан купцу на слом. Та же участь постигла и заведение минеральных вод в Нескучном саду. „Вся Москва, — пишет М. Н. Загоскин, — хлынула за Тверскую заставу. Нескучное опустело“.

В течение недолгого времени Нескучный сад, по традиции, еще продолжало оставаться местом праздничных гуляний и даже сенсаций. Известно, что именно отсюда некий Робертсон два раза предпринимал путешествия на аэростате. Отсюда же какой-то „неустрашимый Александр“ поднялся на воздушном шаре, обрезал веревку и с парашютом опустился прямо в пруд.

В 1880-х годах, когда в Александрийском дворце поселился на постоянное жительство московский генерал-губернатор великий князь Сергей Александрович, доступ в Нескучный сад был закрыт. Позже Нескучный сад (62 га) вошел в состав Центрального парка культуры и отдыха имени Горького.

Еще в XVIII веке здесь, на высоком берегу Москвы-реки, на территории нынешнего Нескучного сада была построена усадьба Нескучное с регулярным садом в виде террас. С небольшими изменениями сохранилось до наших времен здание Нескучного дворца, перестроенное в 1832 году по проекту архитектора Тюрина.

Со стороны Ленинского проспекта во дворец ведут ворота со скульптурами И. Витали, фонтан перед дворцом — также работы этого скульптора. Итак, зайдем в сад. Двигаясь по направлению к Москве-реке, мы попадаем в море зелени. По тенистым аллеям подходим к оврагам с перекинутыми через них арочными мостами. Серебрится гладь Голицынских прудов, в ней отражаются беседки, ротонды и Ванный павильон. А вот и Летний дворец (Чайный домик), двухэтажное здание с коринфскими колоннами и верандой, построенное в 1796 году.

В конце живописного сада — участок для детворы, теннисные площадки, голубой Охотничий домик. Парк и сад хороши всегда, в любое время года. В этом зеленом оазисе столицы более 60 видов растений, в основном это липа, дуб, клен ясенелистный и тополь душистый. Здесь есть замечательные пруды.

Неслучайно В. Маяковский посвятил Центральному парку культуры и отдыха такие строки: „…Парк, словно пакт согласия и мира, природы слаженный и радостный оркестр…“

УКРАИНА

Софиевка

Софиевка в городе Умань Черкасской области Украины — один из интереснейших пейзажных парков. Он расположен вдоль русла реки Каменка, на площади около 140 га.

Комплекс уманского парка Софиевка был создан в 1796–1800 годы. Его основателем был богатый польский магнат граф Феликс Потоцкий, обласканный Екатериной II, награжденный высшими чинами и орденами. Граф Потоцкий поручил своему управляющему бельгийскому инженеру Метцелю устроить в Умани обширный пейзажный парк для своей невесты гречанки Софии Клавоне-Витт, которая вскоре стала его женой. В 1795 году Метцель с крепостным садовником-декоратором Зарем-бой начинают подготовительные работы для разбивки сада на месте рощи и оврага.

Парк строился без предварительного проекта. Задачи по его планировке решались на месте, в натуре. Строительство Софиевки продолжалось и в начале XIX века: устанавливались скульптуры, расширялись оранжереи, высаживались растения.

На предназначенной для парка местности не росли никакие деревья. Для нее характерны были крутые и пологие склоны, вся территория была усеяна огромными валунами розового гранита, изрезана оврагами. Эти естественные преграды повлияли на образ парка, и в частности на планировку аллей и дорог. При планировке рельеф не был нарушен, более того, пейзаж обогатился новыми растениями, постройками, фонтанами, на его территории были перемещены огромные валуны, пробиты и отделаны скалы. Для работы в парке были согнаны до 10 тысяч крепостных из имений Потоцкого.

Здесь никогда не было дворца, характерного для многих парков. Композиционная ось Софиевки была определена руслом речки Каменка.

Парк был торжественно открыт в день именин Софии в 1800 году. На одном из обелисков у входа в сад была сделана такая надпись: „Любовь подносит Софии“. С тех самых пор парк стал называться Софиевкой. А поэт Трембицкий воспел красоты этого парка в поэме „Софиевка“, за что Потоцкий заплатил ему хорошую сумму.

Благоустройство парка продолжалось до 1805 года, а после смерти Феликса Потоцкого работы в Софиевке прекратились. Когда умерла Софья, парк перешел по наследству ее сыну Александру, однако ненадолго — Александр был замешан в Польском восстании, за что у него были конфискованы все принадлежавшие ему поместья. Софиевка перешла в собственность жены Николая I. С тех самых пор парк стал называться Царицыным садом.

С 1836 по 1859 год, когда сад находился в ведении управления военных поселений, Софиевка достигла наибольшего расцвета (тогда были возведены лучшие архитектурные сооружения). А потом на долгие годы парк стал обычным учебным участком по садоводству.

В 1929 году парк получил статус государственного заповедника. В 1955 году он был передан в ведение Академии наук Украины.

У посетителей парка может создаться впечатление, что вся территория его представляет природный лесной массив. На склонах растут дубы-великаны, сохранившиеся со времени основания парка, а также грабы, клены, липы, ясени, белая акация. Живописно выделяются на общем фоне высокие пирамидальные черные и серебристые тополя, платаны, лиственницы, сосны, ели. Старые липы и ели образуют тенистые аллеи по берегам водоемов. Главная аллея, идущая от входа в парк, обсажена конскими каштанами с массивными кронами (эту аллею замыкает павильон Флоры в виде сквозного портика).

Некоторые растения привозили в парк за тысячи километров. Так в парке оказались вместе западный платан и белая, или веймутовая, сосна, тюльпанное дерево и мексиканский, или болотный, кипарис. Здесь появился и пирамидальный тополь, который потом распространился по всей Украине и югу России.

Н. Верзилин пишет: „Внимание туристов привлекают в Софиевке оригинальные деревья: многоствольная ель и старая береза склонились над каскадом; белый тополь в четыре ствола, из которых три срослись вместе; липа с тополем выросли так, что кажется, высокий тополь ведет под руку низенькую кудрявую липу. Изогнутый корень сирени приподнял тяжелую, весом в 500 килограммов, каменную плиту“.

На группу деревьев из четырех искусственно сращенных белых тополей обратил внимание и Г. Штейман: „У этих деревьев общее основание и три ствола, которые на высоте около 3,5 м снова срастаются, а четвертый отклоняется в сторону и растет обособленно. Полагают, что эта группа символично изображала четырех сыновей Потоцкого, из которых трое были в тесной дружбе, а четвертый обособился“.

Расширенная долина реки Каменка была названа Елисейскими полями, на которых в первые годы после основания парка высаживались редкие растения, привезенные из далеких стран.

В парке много сооружений. Здесь расположен грот, или храм, Венеры с колоннами. Мраморная статуя богини стоит в глубокой нише на высоком пьедестале. Вода, ниспадающая из Верхнего пруда тонким, как стекло, потоком, образует прозрачную пелену, через которую видна как бы купающаяся Венера.

Грот Зеркало Дианы тоже оформлен падающей водой: со скалы сочатся мелкие родники. Богиня охоты как бы смотрится в зеркало ниспадающей воды. Есть в парке и Нептунова арфа: поток воды, прикрытый плитой, издает музыкальные звуки. Львиный, или Громовый, грот, вырубленный в гигантской скале, производит впечатление самой настоящей пещеры, поддерживаемой гранитным столбом. У входа в грот высечена голова льва, а войдешь внутрь сооружения — услышишь его „рычание“. Из верхнего пруда по скрытым трубам сюда поступает под напором вода, в журчании которой слышатся то ли львиный рев, то ли раскаты грома.

Ниже по течению Каменки стоит Колонна печали. У нее отбита вершина, а неподалеку течет, журча по камням, ручеек или каскад. Три слезы, разделенный на три струи. Согласно преданию, Колонна печали и каскад Три слезы созданы в память о трех умерших детях Софии и Феликса.

В парке достаточно много водоемов. Есть здесь небольшие бассейны и огромные пруды. Верхний пруд занимает более 80 тысяч кв. м. Вода из Верхнего пруда течет по подземной, выложенной гранитом галерее (река Стикс) протяженностью более 200 м, высотой и шириной около 3 м. По этой галерее можно проплыть на лодке из Верхнего пруда в так называемое Мертвое озеро.

Дальше вода по каналу попадает к Большому каскаду, а оттуда падает в Нижний пруд. Из середины Нижнего пруда высоко вверх бьет фонтан. В середине Верхнего пруда расположен искусственно созданный Остров любви, или Остров Цирцеи. От него к берегу ведет деревянный мост на каменных опорах. На этом острове стоит храм Венеры, или Розовый павильон, с белыми лепными деталями. Когда-то вокруг него пышно цвели розы и росли пирамидальные тополя (позже эти деревья были заменены белой акацией, липами и ясенем).

Есть в Софиевке и Лабиринт. Он извивается между нагромождением камней и растущими на них соснами и кустарником, что для парка весьма характерно.

Тростянец

Тростянецкий парк расположен на площади 207 га, из них 10,5 га занимают водоемы. Парк представляет собой один из ярких примеров формирования пейзажа с помощью растений.

Строительство дендропарка началось в 1834 году с устройства больших прудов. Большой пруд протянулся на 1,3 км в длину и разбил парк почти посередине с севера на юг. В этот пруд вклиниваются два небольших других — Лебединый и Куцыха. Ниже располагается еще один пруд. Усадьба владельца находилась на правом берегу Большого пруда.

В балке Боговщина, к которой присоединили еще 20 десятин земли на высокой равнине, были высажены ели и каролинские тополи, несколько позже — береза, липа, клен, дуб.

Был заложен и древесный питомник, где стали выращивать посадочный материал. Потом началось устройство аллей вдоль дорог, ведущих к усадьбе: их обсаживали Каролинскими тополями, впрочем, скоро они погибли.

До 40-х годов XIX века территория, на которой расположен Тростянецкий парк, представляла собой степную равнину, пересеченную широкими балками, с несколькими дубами над заболоченным ручьем Тростянец.

В 1840–1886 годы стали высаживать различные экзотические породы из Риги, Петербурга, Киева, Никитского ботанического сада и др. По мере освоения площадей отводились новые. В конце 1840-х годов началась посадка леса на степных участках и за пределами парка. К сожалению, большинство этих посадок не сохранилось.

В 1858 году была предпринята попытка преобразовать равнинную местность парка в горный ландшафт. В качестве образца взяли набросанный одним художником эскиз Швейцарских гор с остроконечными вершинами. И начали покрывать парк цепями и группами холмов (некоторые из них достигали 30 м). Холмы обсаживались деревьями и кустарниками.

Инвентаризация насаждений парка, произведенная в 1886 году, показала, что в нем в это время было собрано более 600 видов, разновидностей и садово-декоративных форм деревьев и кустарников. Среди них богатые коллекции дуба, клена, ясеня, ильмовых, липы, березы, тополя, рябины, а также ели, пихты, сосны, туи, можжевельника и другие. Площадь парковых насаждений, рощ, прудов и лесополос составляла около 330 га, из них непосредственно парк занимал около 170 га.

К 1880-м годам парк принял вполне сформированный вид. Он был прорезан благоустроенными дорогами, вдоль которых стояли скамейки для отдыха. Были сделаны мосты у воды и беседки на горах. В парке было посажено 623 вида и разновидности хвойных и лиственных деревьев.

После 1917 года земля с парком была передана в ведение нового животноводческого совхоза „Тростянец“. Но в 1938 году правительство Украины выделило основную часть парка в самостоятельную единицу, подчинив ее непосредственно Наркомзему.

В 1940 году парк был признан государственным заповедником. Тогда к парку было присоединено еще 30 га земли для питомника и создания коллекционного участка (арборетума). Коллективу заповедника вменялось в обязанности довести ассортимент пород до 800 видов и форм. Во время Великой Отечественной войны работы в дендропарке прекратились и возобновились после победы.

В настоящее время Тростянецкий парк украшают мощные столетние деревья с пышно развитыми кронами. Большое место в насаждениях парка занимают хвойные. По количеству видов и форм разводимых хвойных пород Тростянецкий парк занимает первое место среди других украинских парков.

Поражает своими размерами (до 40 м высоты) ель европейская. Почти предельных размеров достигли пихта сибирская и гребенчатая, лиственница европейская, кедр сибирский, привитый на обыкновенной сосне. Веймутова сосна поднялась ввысь на 40 м. Довольно крупные экземпляры ели канадской, дугласии, туи западной и гигантской, пихты калифорнийской, сибирской, бальзамической и др. Черная сосна тоже растет хорошо, но по красоте несколько уступает сосне обыкновенной. Здесь есть туи всех видов.

Прекрасно смотрятся все серебристые и карликовые формы елей и пихт, только черная ель, по-видимому, от недостатка влаги на равнине, кажется полусухой Пихта Фразера — одна из красивейших пихт, впервые интродуцирована на Украину Тростянецким парком. Растет тут и ель двухцветная, или Алькокка, и сосна мелкоцветная.

Любопытно, что травяной покров парка, близкий по составу к покрову степи, представлен и типичными лесными видами (ландыш, медуница, копытень, фиалка, кирказон, звездчатка и др.).

Видовой состав лиственных древесных пород парка почти в пять раз превышает состав хвойных. Коллекция дубов насчитывает более 15 видов и форм, в том числе редких (дуб двухцветный, крупноплодный, колон-новидный, пестролистный).

Богата и коллекция кленов: клен остролистный, окрашивающийся в лимонно-желтый цвет после первых осенних заморозков; клен красный — ранней весной он густо усыпан ярко-красными цветами, летом — темной зеленью листвы, осенью — листья приобретают различные оттенки; клен Гиннала, или приречный, привезенный с Дальнего Востока; клен красивый — гость с Кавказа; клен серебристый и высокогорный и др.

Коллекция лип представлена липой мелколистной, черной, крымской, голландской, крупнолистной и др. В парке представлено пять видов орехов, причем орехи черный и серый растут в таком количестве, что в урожайные годы дают по несколько тонн плодов.

Встречаются здесь и весьма оригинальные и редкие декоративные деревья. Например, клен Лерберга с рассеченной на отдельные доли пластинкой листа, каштан шаровидный и красноцветный, ольха мелколистная, аралия маньчжурская, пробковое дерево, платан западный и др. Родом из Северной Америки береза желтая и бумажная, гикори горький и каркас, или каменное дерево. Для многих декоративных кустарников Тростянец представляет северную границу распространения их культуры.

А. Лыпа и Г Степунин отмечают: „Тростянецкий парк в целом — это симфония лесного пейзажа в зеленой гамме, симфония леса. По характеру природного рельефа здесь можно наметить два основных пейзажных типа — балочный и равнинный (плакорный). Однако искусственной обработкой значительная часть балок превращена в озера, а часть равнины — в горно-всхолмленный рельеф. Все это, вместе с искусно скомпонованными насаждениями, создало многообразные формы пейзажных вариаций на одну основную тему“.

Этот парк строился не сразу, и, по-видимому, не сразу определилась основная идея его структуры. Осью всей композиции оказался Большой пруд, но при строительстве он не играл организующей роли. В Тростянце парк связан с усадьбой лишь магистралью.

Авторы книги „Парки мира“ отмечают. „В Тростянецком парке ни одна перспектива не выходит за пределы плотного массива его насаждений. Посетитель все время пребывания в парке находится в окружении богатой, различной по формам древесно-кустарниковой растительности, благодаря чему создается впечатление большого массива насаждений. Это подчеркивается также планировкой дорог, среди которых нет главных и второстепенных Они, плавно изгибаясь соответственно неровностям рельефа, подводят к наиболее интересным композициям зеленых насаждений. Все это придает парку редкую живописность Важно, что ничего не отвлекает. В парке нет архитектурных объектов. Дворец и служебные постройки были размещены на окраине. При этом дворец композиционно увязывался только с одной перспективой в направлении парка“.

А. Лыпа и Г. Степунин говорят о том же: „Особенностью Тростянецкого парка является то, что ни одна парковая перспектива не выходит за опушку массива, как у большинства знаменитых пейзажных парков, расположенных в живописном окружении. Вокруг же Тростянецкого парка беспредельная открытая степная равнина, и всякое отверстие в его защитной стене производит впечатление неприятной дыры, которую хочется скорее заделать, чтобы не разбивать иллюзии, что находишься в стране богатой лесной флоры“.

Главное украшение дендропарка — обычные лесные породы украинского Полесья, экзоты размещены на переднем плане среди полян и на обочинах дорог.

Здесь почти полностью отсутствуют декоративные элементы из других областей искусства. Лишь на приусадебном участке (Дворцовый погост) были применены элементы архитектурного оформления. Причем дом владельца был невелик, хозяйственные постройки были вынесены далеко в сторону.

Декоративной архитектуры малых форм в приусадебном комплексе, очевидно, не было, за исключением беседок на горах, каменного мостика через ущелье и памятника Разбитая надежда, представляющего собой сломанную колонну из серого камня на фоне темных туй и елей. И этого достаточно, так как излишняя перегрузка Тростянецкого парка искусственными украшениями нарушила бы его стилевое своеобразие.

Строители парка стремились добиться максимального художественного эффекта от самого зеленого материала в сочетании его с другими природными элементами.

По богатству растительных форм, по оригинальности композиции дендропарк Тростянец считается одним из лучших образцов ландшафтно-парковой архитектуры.

Алупкинский парк

Алупкинский парк — один из лучших парков Крыма. Он примыкает к населенному пункту Алупка и расположен при дворце, принадлежащем графу Воронцову. Дворец построен по проекту известного английского архитектора Эдуарда Блэра в 1820–1840 годах.

Воронцовский парк в Алупке (как и Софиевка в Умани) принадлежит к числу парков позднего романтизма. К слову сказать, владелец и строитель Выборгского парка Монрепо барон А. Николаи был другом графа М. С. Воронцова (с ним он познакомился в Вене). Поэтому неудивительно, что в том и другом парке главную роль играет естественный скалистый ландшафт.

Граф М. С. Воронцов был крупным землевладельцем: ему принадлежали Алупка, Массандра, Ай-Даниль и Гурзуф. Чтобы находиться ближе к своим южным владениям, граф добился должности генерал-губернатора Новороссийского края и наместника Бессарабии. Алупку он решил превратить в летнюю резиденцию. М. С. Воронцов начал прокладывать дорогу от Симферополя на Южный берег и одновременно приступил к возведению дворца.

Кажется, дворец и прилегающий к нему парк составляют единое целое — так удачно вписываются они в окружающий ландшафт. Однако постройки выполнены в разных стилях. Дворец сооружен в готическом стиле, вход во дворец — в мавританском, ландшафтный парк — в стиле начала XIX века.

В Голубой гостиной дворца размещался домашний театр. Раздвижная дубовая дверь-занавес разделяла гостиную на зрительный зал и сцену.

Самый большой зал во дворце — парадная столовая, отделанная сверху донизу резным деревом. Обеденный стол, рассчитанный на 32 человека, стулья и сервант были сделаны из красного дерева. Лишь декоративный фонтан был выложен майоликовыми плитками и обрамлен шлифованным диоритом да канделябры были выполнены уральскими мастерами из малахита.

В Библиотечном корпусе насчитывалось около 25 000 томов, было собрано множество гравюр и находилась уникальная коллекция старинных географических карт.

Архитектор Э. Блэр поставил перед собой задачу вписать строящийся дворец в окружающий пейзаж. Стены дворца выполнены из серовато-зеленого камня диорита, который брали из естественной россыпи, находившейся на территории будущего парка. При организации парка эти нагромождения скал не стали сносить — они органично вписались в оформление как декоративный элемент.

Воронцовский дворец выдержан в английском архитектурном стиле XVI века — стиле Тюдоров, переходном стиле от поздней готики к эпохе Возрождения (элементы средневековых замков еще присутствуют в архитектурных сооружениях, но отмечается тенденция к сооружению роскошных дворцов).

Северный фасад дворца, обращенный к горе Ай-Петри, выполнен в стиле поздней готики. Его башни, плоские кровли, шпили отчасти напоминают средневековый замок и гармонично смотрятся с острыми вершинами Ай-Петри. Во дворец въезжали через ворота, сделанные в виде арки с лоджиями по сторонам; над аркой помещались гербы Воронцовых и Браницких.

С восточной стороны дворца были возведены стены с бойницами, башни на Главном и Библиотечном корпусах, въезд также был украшен двумя декоративными башнями. В оформление южного фасада Алупкинского дворца включены элементы восточной архитектуры. Портал в виде глубокой ниши, обрамленной двойной подковообразной аркой с орнаментальными рельефами. По фризу портала шесть раз повторяется надпись на арабском языке: „И нет счастья, кроме посланного от Аллаха“. Логическим завершением портала является так называемая Львиная терраса с лестницей, украшенной шестью мраморными львами, изготовленными в Италии (Львиная терраса расположена по оси портала). Здесь можно видеть льва спящего (эта скульптура считается лучшей из всех в художественном отношении — подушечки лап зверя кажутся мягкими, а его губы будто бы посапывают во сне), льва просыпающегося, льва, стоящего на страже. Вторая и третья террасы соединены полукруглыми лестницами, а четвертая, самая широкая, примыкает к приморской дороге, связывающей все участки Нижнего парка.

Парковый комплекс занимает около 40 га. Здесь гармонично сочетаются рельеф и растения, огромные нагромождения скал, водные потоки и архитектурные сооружения.

Алупкинский парк строился с 1830 по 1846 год садовником Кебахом. Парк, примыкающий к морю, можно условно разделить на три участка. Центральная часть — от дворца до моря — украшена беломраморными вазами, скульптурой, фонтанами, скамьями. Здесь много декоративных растений: например, коралловое дерево с крупными красными цветами; индийская сирень, цветущая с середины лета до поздней осени розовыми цветами; олеандры, огромные магнолии с белыми ароматными цветами; гинкго двулопастный с листьями в виде веера; земляничные деревья; кипарисы различных пород; пальмы; сосны с наклоненными к югу кронами, гигантские секвойи и др. Из самшита, лавра благородного, вечнозеленой калины сделан красивый стриженый бордюр.

Скалы на берегу моря в центральной части парка тоже выполняют роль декоративного элемента. Самая большая скала, с видовой площадкой, называется скалой Айвазовского.

В верхней части парка преобладает регулярная планировка: в композицию парка включены насаждения, которым придается форма полушария, пирамиды, бордюра, четырехугольника, и других причудливых видов. Эта часть сада выполнена в итальянском стиле. Западный участок Нижнего парка на прибрежной полосе решен иначе — в пейзажном стиле. Так, за строго выдержанной линией насаждений неожиданно перед глазами путника открывается „хаос“ скал с разбросанными в беспорядке соснами.

Неотъемлемой частью Алупкинского парка стала вода, она привносит в парк дух романтизма. Здешние пруды наполнены прозрачной проточной водой. Радуют взор стенные фонтаны: фонтан-раковина, фонтан Мира и миниатюрная копия Бахчисарайского фонтана слез. Множество ручьев и каскадов, бурно низвергающихся с различных высот, создают ощущение свежести и прохлады.

ФРАНЦИЯ

Люксембургский сад

Люксембургский дворец (1615–1620/21) построен в стиле классицизма. Около дворца был разбит парк, оформленный целой серией памятников. Он размещается на территории 28 га.

Люксембургский дворец строил Соломон де Брос (после 1562–1626) для королевы Марии Медичи, супруги Генриха IV. Правильнее сказать, Брос перестраивал, начиная с 1615 года, дворец герцога Франсуа Люксембургского. Люксембургский дворец очень похож на флорентийские дворцы, по которым тосковала Медичи.

В главном трехэтажном корпусе дворца выделены угловые и центральные башнеобразные объемы, увенчанные высокими кровлями (что было характерно для дворцовой архитектуры Франции этого периода). Дворец напоминает замок. Его массивные стены сплошь покрыты горизонтальным рустом. Здание облицовано камнем песочного цвета в форме монументальной кладки, что свидетельствует о влиянии архитектуры итальянского Возрождения.

Жемчужина дворца — Рубенсова галерея, посвященная любви Марии Медичи и Генриха IV.

В настоящее время во дворце размещается сенат — верхняя палата французского парламента.

К дворцу примыкает сад. Н. Карамзин в „Письмах русского путешественника“ писал: „Сад Люксембургский был некогда любимым гульбищем французских авторов, которые в густых и темных его аллеях обдумывали планы своих творений… Туда приходит иногда печальный Руссо говорить со своим красноречивым сердцем, там и Вольтер в молодости нередко искал гармонических рифм для острых своих мыслей“.

Карамзин сетует, что сад приходит в запустение, а многие аллеи исчезли, вырублены или засохли, однако он часто пользуется „остальною сению тамошних старых дерев“ — „хожу один или, сидя на дерновом канапе, читаю книгу“.

„Сейчас канапе нет и в помине, даже дерновых, — пишет В. Лебедев. — Нет и стульчиков, которыми за отдельную плату в начале нынешнего века пользовались посетители и на которые у почитаемых нами выдающихся современников, таких, как Анна Ахматова, всегда не хватало нескольких франков. Если присесть на скамейку у входа в сад, где сидели под старым зонтом Ахматова и Модильяни, читая друг другу стихи, то откроется прекрасная панорама. Сад отсюда смотрится как огромная зеленая чаша с фонтаном в центре пруда, окруженная балюстрадой, за которой толпятся деревья с белеющими в их тени колоннами и статуями… Гуляя по саду, я с удовольствием наблюдал за нянями и детьми, пускающими кораблики в фонтанах, за пенсионерами, играющими в шахматы. Именитых людей Парижа, правда, не встречал, разве лишь восхищался стройной чередой статуй королев Франции. А в глухих уголках сада слушал тишину, нарушаемую лишь гудением пчел…“

Придворцовый сад имеет в основном регулярную планировку. Здесь еще стоят вязы Марии Медичи. В центре сада расположен партер с восьмиугольным бассейном, вокруг него — плоские террасы с балюстрадами.

Сад украшен статуями (в камне запечатлены 60 знаменитых особ). Недалеко от дворца расположен фонтан Медичи, созданный де Бросом в виде стены. В этой самой стене три ниши, разделенные колоннами тосканского ордера. В нишах размещены скульптурные группы на сюжеты греческой мифологии. Вся композиция украшена сталактитами и другими декоративными элементами. Вода из фонтана течет в бассейн продолговатой формы.

Люксембургский сад очень любили поэты, писатели, художники. Так, Матисс написал „Люксембургский сад“, смело прибегая к цветовым упрощениям. По примеру Гогена он не счел нужным обращать внимание на мелкие детали и создал пейзаж из нескольких активных цветовых зон. Тем не менее в этой картине Матисса больше цвета.

А. Руссо создал картину „Люксембургский сад. Памятник Шопену“. Она писалась явно не с натуры (на ее обороте в названии, начертанном рукой художника, неслучайно содержится слово „композиция“). Возможно, Руссо хотел отдать дань уважения великому композитору, пятидесятилетие со дня смерти которого отмечалось в 1909 году, когда и создавалась картина.

Люксембургский сад расположен в так называемом Латинском квартале, где любят гулять парижане. Находящаяся здесь площадь Сен-Мишель — традиционное место встреч и свиданий. Рядом с бульваром Сен-Мишель расположены термы Юлиана, недалеко — руины древнеримского театра. Идя дальше по улочке египтолога Шампольона, оказываешься перед церковью Сорбонна — одним из самых старых зданий университета. А вот и Пантеон, в прошлом — церковь Св. Женевьевы, в которой стоят гробницы Руссо, Вольтера, Гюго, Золя…

Люксембургский сад всегда полон народа. Тут играют в шары и аплодируют кукольным представлениям. Подобно саду Тюильри, Люксембургский сад — излюбленное место прогулок парижан.

Тюильри

В 1564 году архитектор Филибер Делорм начал строить резиденцию для королевы Екатерины Медичи. Новый дворец сооружался на левом берегу Сены, на месте старинных черепичных мастерских. Из этих мастерских и брали материал для возведения дворца. Новая резиденция королевы-матери получила название Тюильри (от французского слова tuileries — черепица).

Средняя часть нового дворца была построена в готическом стиле, потом король Генрих IV пристроил с боков по флигелю, а к этим флигелям Людовик XIV еще добавил другие. Когда французский король спросил итальянского скульптора Бернини, как ему нравится дворец Тюильри, тот ответил, что это самая величественная безделушка, и добавил, что дворец выглядит как целый эскадрон маленьких детей.

До Великой революции французские короли бывали в Тюильри редко. 6 октября 1789 года Людовик XVI вынужден был покинуть Версаль и перенести резиденцию в Париж. 10 августа 1792 года Тюильри был захвачен восставшими, и король с семейством бежал в Национальное собрание.

После низвержения Людовика XVI с престола в северном крыле дворца некоторое время располагался Конвент, потом — Совет старейшин. В 1800-м году во дворце Тюильри поселился Наполеон, и до сентября 1870 года дворец был резиденцией главы государства. Там жили Людовик XVII, Карл X и Луи-Филипп.

В феврале 1848 года народ ворвался во дворец и многое сжег, пощадив, однако, произведения искусства. 26 февраля 1848 года временное правительство издало декрет, по которому Тюильри должен был стать убежищем для гражданских инвалидов, но декрет этот не был выполнен. В 1849 году в Тюильри выставлялись произведения изящных искусств. С 1852 до 1870 года дворец был снова резиденцией императора. В 1871 году, во время смуты коммуны, пожар уничтожил центральную часть дворца, уцелели только боковые павильоны. Тюильри находился в разрушенном состоянии до 1884 года, до тех пор, пока главное здание не разобрали, а на его месте разбили парк.

План парка в Тюильри был намечен еще Екатериной Медичи. Он был устроен в 1600 году, а в 1655 году красиво распланирован знаменитым садовым архитектором Людовика XIV Ленотром во французском стиле: с террасами, большими прямыми аллеями, цветниками, бассейнами воды, фонтанами и др. Наполеон украсил парк еще больше и окружил его великолепной решеткой.

По всей протяженности — с востока запад — парк окружали две террасы — Фельянов и Оранжери. На правой террасе когда-то играли королевские дети. На месте второй террасы сначала располагался монастырь бенедиктинцев. Во время революции здесь находился клуб якобинцев, рядом заседало Национальное собрание.

Сейчас обе террасы сходятся у площади Согласия. И. Константиновский писал: „Именно здесь скатились головы Людовика XVI и Марии-Антуанетты, затем головы жирондистов, посланных на смерть Дантоном, затем и Дантона, отправленного сюда Робеспьером, после чего настал черед и самого Робеспьера, казненного термидорианцами, так что у кого-нибудь из жертв гильотины, прежде чем положить голову под нож, должны были вырваться слова, приписываемые мадам Роллан: „О, свобода! Сколько преступлений совершается твоим именем!“ Последние головы скатились здесь в 1795 году, после чего площади было присвоено название, полное скрытой иронии и наивной надежды: площадь Согласия“.

Сейчас на площади Согласия каждый четверг во второй половине дня у подножия статуи, воздвигнутой в честь города Лилль, выстраивается очередь. Мужчины читают газеты, женщины, присев на складные стульчики, вяжут. И вдруг по очереди проходит движение, в цоколе распахиваются двери, и группа людей исчезает в чреве статуи. Оказывается, в это время можно осмотреть парижские водостоки.

Сады Тюильри очень похожи на сады Пале-Рояль. В них растут одинаковые деревья, дорожки выложены гравием, выдержана версальская строгая планировка. Но сады Тюильри не превратились во внутренний двор, окруженный домами, здесь всегда много солнца, света и воздуха, а от Сены веет прохладой.

И. Константиновский пишет: „Сад Тюильри, законченный классический образец французского сада, где архитектура важнее зелени и статуи, террасы, балюстрады в сочетании с деревьями создают естественную декорацию, торжественный фон, который художник Давид использовал для чествования Высшего Существа в дни, когда революция провозгласила культ чистого разума“.

За балюстрадой сада расположена уникальная площадь с двумя величественными дворцами, симметрично обрамляющими северную сторону. Три другие ее стороны остаются открытыми. Там расположены восемь статуй-символов крупнейших французских городов, конные группы статуй, растут померанцевые деревья. Здесь же можно увидеть древнеегипетский обелиск высотой 23 м из розового мрамора, покрытого иероглифами. На территории сада расположено множество скульптур — Венера с голубкой, Прометей, Фидий, Лев со змеями и др.

Когда-то на главных воротах сада Тюильри была надпись: Liberte, Egalite, Fraternite (Свобода, Равенство, Братство), но накануне провозглашения Наполеона Бонапарта императором ее убрали. У входа в парк стояли и два конных гренадера с обнаженными палашами, внушая посетителям сада страх.

Сад Тюильри — любимое место отдыха парижан, поэтому там всегда полно народу. Здесь под открытым небом можно видеть одновременно произведения скульптуры и архитектуры старых и новых художников, их оригиналы и копии. В бассейнах дети пускают кораблики; на стульях вокруг бассейнов сидят студенты с книгами, художники с мольбертами и отдыхают пожилые люди. Ленотр утверждал, что в саду Тюильри есть каштан, который зацветает раньше всех прочих в Париже (впрочем, к таким уникальным деревьям столицы Франции можно отнести и старые плакучие ивы в сквере Тампль, дерево во дворе приюта для глухонемых, между Пантеоном и Валь-де-Грас, и кедр в Ботаническом саду).

До сноса дворца сад Тюильри был дворцовым парком, он отделял Луврский комплекс от Парижа. После пожара 1871 года дворцовый парк стал общественным. Его главная аллея является как бы продолжением Елисейских полей и подводит непосредственно к Лувру.

Во-ле-Виконт

Дворцово-парковый ансамбль Во-ле-Виконт (1655–1661) расположен примерно в 50 км от Парижа, около Мелена. Во-ле-Виконт, во многом предвосхитивший ансамбль Версаля, был построен не для короля, а для генерального контролера финансов Н. Фуке, образованнейшего человека того времени. Его друзьями были, например, Мольер и Лафонтен, художники, зодчие, что, в принципе, и позволило ему создать Во-ле-Виконт. Фуке стал главным управителем финансами Франции после смерти кардинала Мазарини и надеялся стать премьер-министром. Его личные огромные средства позволили ему начать строительство в Во-ле-Виконт грандиозного замка и садов.

Создателями этого произведения зодчества были архитектор Луи Лево (1612–1670), мастер садово-паркового искусства Андре Ленотр (1613–1700) и живописец Шарль Лебрен (1619–1690), участвовавший в отделке интерьеров дворца и росписи плафонов.

Луи Лево родился в Париже в 1612 году в семье королевского дорожного смотрителя. Он учился у своего отца. В 1654 году он стал главным архитектором короля. Ему было 43 года, когда началось строительство ансамбля Во-ле-Виконт. С 1661 года и до своей смерти Лево руководил работами в Версале.

Андре Ленотр родился в марте 1613 года в семье смотрителя Тюильрийского сада. После смерти отца Андре в возрасте 24 лет занял его место. Спустя шесть лет Ленотра назначили королевским чертежником и рисовальщиком партеров садов. Увидев его рисунки для клумб, Фуке пригласил Ленотра в Во-ле-Виконт. Здесь мастер разбил сады, которые не только стали славой замка Во-ле-Виконт, но и положили начало новому направлению в садово-парковом искусстве.

Шарль Лебрен родился в семье малоизвестного скульптора. Мальчиком его отдали в мастерскую живописца Ф. Перье. Юный Лебрен написал Людовика XIII, и картина так понравилась канцлеру Сегье, что он отдал мальчика на обучение к лучшему мастеру. Но вскоре Лебрен переехал в Фонтенбло, где самостоятельно продолжил образование. Шедевром Лебрена является ансамбль замка Во-ле-Виконт. Позже он был удостоен титула первого живописца короля.

Замок Во-ле-Виконт — одно из самых ярких произведений французской классической архитектуры XVII века.

Перед тем как начать строительство дворцово-паркового ансамбля, расположенные в этом местечке три деревни были уничтожены (по указанию Фуке). Для разбивки сада были приглашены 18 000 человек. Обустройство сада обошлось министру финансов в 16 миллионов луидоров. Сейчас весь комплекс Во-ле-Виконта занимает около 100 га и протянулся с севера на юг на 2,5 км.

Дворец Во-ле-Виконт напоминает чем-то Мезон-Лаффит: он стоит на островке, окруженном наполненным водой рвом, и соединен с остальной частью сада подъемным мостом. Кроме того, тот и другой дворец близки по композиции плана: в зданиях отчетливо выделены центральные и угловые башнеобразные части, они имеют отдельные высокие кровли.

В архитектуре дворца Во-ле-Виконт еще сохранены некоторые традиционные черты французского зодчества, но явно преобладают классицистические архитектурные принципы.

Авторы книги „Французское искусство XVII века“ отмечают: „Для композиции дворца типично единство внутреннего пространства и объема здания, отличающее произведения зрелой классицистической архитектуры. Большой овальный салон выделен в объеме здания криволинейным ризалитом, увенчанным мощной купольной кровлей, создающей статичность и спокойствие силуэта здания. Введением большого ордера пилястр, охватывающих два этажа над цоколем, и мощной горизонтали гладкого, строгого по профилям классического антаблемента достигается преобладание в фасадах горизонтальных членений над вертикальными, целостность ордерных фасадов и объемной композиции, не свойственная замкам более раннего периода. Все это придает облику дворца монументальную представительность и парадность.

В отличие от некоторой сдержанности форм во внешнем облике дворца интерьеры здания получили богатую и свободную архитектурную трактовку. В одном из самых парадных помещений — овальном салоне — довольно строгий ордер коринфских пилястр, расчленяющих стену, и расположенные между пилястрами арочные проемы и ниши сочетаются с пышно декорированным вторым ярусом стены, с грузными барочными по рисунку кариатидами, гирляндами и картушами. Пространство интерьера иллюзорно расширено излюбленным приемом барокко — введением зеркал в нишах, расположенных против окон. Перспективы, открывающиеся из окон уютных гостиных и салонов на окружающий пейзаж, в пространство партера и аллей парка, воспринимаются как своего рода логичное продолжение вовне пространства интерьеров“.

Замок Во-ле-Виконта „принадлежит к числу лучших произведений французской архитектуры своего времени, — отмечает С. Ожегов. — Удивительно красивые пропорции замка и парадного двора перед ним, гармония форм и постройки в целом, ее деталей вызывают то неповторимое чувство эстетического наслаждения, которое человек испытывает в общении с шедеврами искусства. Драгоценное ожерелье парка воспринимается как необходимая и неотъемлемая часть всего ансамбля. Во. Ощущение единства построек и парка, гармония природы и архитектуры ставят ансамбль на важное место в ряду европейской архитектуры“.

Замок имеет три этажа. По широким лестницам парадного двора можно попасть в торжественный входной зал, потом в Большой салон — высокий овальный зал. К Большому салону примыкает изысканно декорированная королевская спальня. В некоторых залах первого парадного этажа расположены восковые фигуры, изображающие Фуке, короля и придворных. На втором этаже жилые комнаты скромнее. На цокольном этаже располагались кухня, кладовые, винные погреба и прочие служебные помещения.

Дворец — главная составная часть ансамбля — вместе с парком представляют единое целое. Так, Большой овальной зал, выполненный в барочно-классицистическом духе, впервые стал центром композиции не только дворца, но и ансамбля в целом: он находится на пересечении основных планировочных осей ансамбля (главной парковой и поперечных аллей).

Парковый ансамбль Во-ле-Виконт — первый образец строго регулярного стиля. Итальянские парки традиционно устраивались на террасах с искусственными водоемами, каскадами и фонтанами. Французский сад симметричен относительно главной оси, ориентированной на дворец. Для него характерны строго геометрический план и изысканная скульптура. Английский сад — пейзажный, в своей композиции он как бы следует живой природе.

В Во-ле-Виконт зеленые насаждения идеально подстрижены. Территорию парка расчленяют аллеи, дорожки на четкие, геометрические объемы. Идеально держат форму цветники, расположенные с внешней стороны партеров (посадки в парке заключены в прямоугольные, квадратные и круглые формы).

Композиционно дворцово-парковый ансамбль можно разделить на три части: замок с парадным двором, сад с цветниками, беседками, фонтанами, лесопарк. Обширный партер длиной 1200 м расположен по обеим сторонам дворца до статуи Геркулеса. На заднем плане возвышаются гроты и скульптуры животных. Рядом с замком разбиты цветочные партеры сложного рисунка на фоне зелени большого партера. Здесь же можно видеть и партеры с арабесками — орнаментом из низкостриженого кустарника. Есть в Во-ле-Виконте партеры со скульптурой, фонтанами. А партер-газон визуально завершает композицию парка — он простирается перед скульптурой Геркулеса.

С. Ожегов отмечает: „Отдельные элементы партеров разнообразны, композиционно выразительны сами по себе. В целом они составляют обширную стройную систему с ярко обозначенными пространственными доминантами. Формирование среды во французском саду идет по линии подчинения природы геометрическим формам, противопоставляемым свободным мягким линиям полей, лесов и рек“.

Боскеты и партеры образовали залы под открытым небом. Здесь же встречаются фигурно подстриженные кустарники и деревья, так называемые топиари (в Во-ле-Виконте пирамидки из зелени подчеркивают основные части большого партера).

Поперек главной оси сада проложен Большой канал, который нужно обходить вокруг или пересекать на лодочке. Другой канал окружает замок и выполняет чисто декоративную функцию.

Замок окружает лесопарк с многочисленными уютными полянами. Лесопарковая зона незаметно сменяется лесами и полями охотничьих угодий. Во дворце часто устраивались приемы. 17 августа 1661 года замок посетил король Людовик XIV.

„Все чудеса исправленной рукой человека природы, все удовольствия и всю роскошь, сочетаемые с таким расчетом, чтобы воздействовали одновременно и на ум, и на чувства, — все это Фуке преподнес своему королю в этом волшебном приюте, равным которому не мог бы похвастаться ни один из тогдашних монархов Европы“, — писал А. Дюма в книге „Десять лет спустя“.

Король был просто ошеломлен увиденным и испытал чувство унижения оттого, что сад его подданного превосходит своей красотой королевский. Он отказался принять приглашение Фуке провести ночь в специально приготовленных апартаментах и отправился назад в Фонтенбло, предпочтя провести ночь в экипаже.

Через три недели Фуке был обвинен в расхищении казны и арестован. Так бывший министр финансов вместо замка Во-ле-Виконт оказался в заточении в маленькой крепости Пиньероль, где и находился до конца своих дней. А министром финансов был назначен Жан Батист Кольбер.

Все художники Во-ле-Виконта во главе с Лебреном были взяты на службу к королю. То, что осуществил Фуке в Во-ле-Виконте, король захотел воспроизвести в большем масштабе в своей загородной резиденции — Версале. После Во-ле-Виконта он обнаружил, что Фонтенбло слишком старомодно, Париж король ненавидел, Тюильри и Сен-Жермен были для него слишком малы. В 1662 году Людовик XIV поручил Ленотру создать проект сада в Версале. Этот сад создавался поэтапно, в течение 50 лет. Но в основе Версаля все же лежали замок и сады Во-ле-Виконта.

Арестовав Фуке в 1661 году, король распорядился вывезти все лучшее, что было во дворце и парке (гобелены, мебель, посуду, скульптуру), в Лувр и Версаль. С тех пор замок и парк переходили от одного владельца к другому.

В 1875 году владелец замка Шуазель Праслен решил сломать здание и продать участки под сады. Только по счастливой случайности об этом узнали знаток и любитель искусства богатейший сахарозаводчик Франции Альфред Сомье и его жена — дочь историка Проспера де Баранта. В 1875 году господин Сомье купил замок, пребывающий в плачевном состоянии. От его коллекций остались только два стола из мрамора и резного дерева, и то только потому, что никто не мог сдвинуть их с места из-за огромного веса. Знаменитые сады замка одичали.

Господин Сомье истратил большую часть своего состояния на реставрационные работы и покупку старинной мебели. Он долго отказывался проводить там даже электричество, опасаясь, что это новшество может привести к пожару. Лишь в 1900 году шефу жандармерии Мелуна удалось доказать, что лампы, имеющиеся в замке, более опасны для деревянной мебели и картин. Когда Альфред Сомье умер, реставрация дворцово-паркового ансамбля была почти завершена.

В 1965 году Во-ле-Виконт вместе с лесопарком получил статус государственного заповедника.

Версаль

Людовик XIV поставил цель показать всему миру абсолютную, обожествленную власть короля. Этой цели, по его мнению, мог бы служить искусно отделанный огромный дворец. В Париже такой дворец терялся бы среди зданий, поэтому король, недовольный прочими своими дворцами (Лувром и Тюильри), в 1660 году решил перестроить охотничий замок в Версале, сооруженный для Людовика XIII в 17 км от Парижа, в роскошный дворцово-парковый ансамбль.

Строительство началось в 1661 году и продолжалось несколько десятилетий. Первым архитектором Версаля был Луи Лево (1612–1670), потом — Жюль Ардуэн-Мансар (1646–1708). Оформлял парки Андре Ленотр (1613–1700). Шарль Лебрен (1619–1690) выполнил почти всю планировку парка, а также ему принадлежат идеи многих скульптур и фонтанов, проекты интерьеров дворца.

Версаль воплощает борьбу двух начал. Это символ торжества абсолютной монархии и памятник величия Франции, демонстрация богатства и разнообразия французской национальной культуры конца XVII века.

Первым крупным произведением Ленотра (в содружестве с архитекторами Луи Лево и Шарлем Лебреном) был парк в поместье, принадлежавшем министру финансов Франции Фуке, Во-ле-Виконт. В этом парке дизайнер впервые применил трехлучевую композицию. Кроме того, Ленотр создал до Версаля парки и сады Тюильри, Марли, Сен-Клу, Шантильи, Со и др. Но лучшим его творением считается Версальский парк (1662–1700).

Под его руководством осушили болото, переместили холмы, вырыли канал, к которому отвели воду из рек Сена и Эро. Напротив дворца проложили просеку, мелкий лес выкорчевали.

Из Нормандии и Фландрии привезли деревья — грабы высотой 4–5 м. Они образовали высокие подстриженные стены аллей и боскетов. В саду поставили временные скульптуры, высеченные из известняка.

Десять лет спустя в еще не законченном парке король устроил большой праздник, продолжавшийся три дня (7–9 мая 1664 года). Но только двадцать лет спустя парк был закончен. Естественно, ядром комплекса является дворец: от него спускаются террасы, отходят аллеи, к нему сходятся три широких, прямых лучевых проспекта города. Средний проспект ведет в Париж, два других — в королевские дворцы Сен-Клу и Со.

Полукилометровый фасад дворца, обращенный в сторону парка, подчинен четкому ритму. Нижний этаж представляет собой массивный цоколь. Парадный этаж визуально отделен горизонталями. Третий этаж небольшой, в виде аттика.

Наиболее древнюю часть дворца составляет охотничий замок Людовика XIII. В центральном корпусе находились залы для балов и торжественных приемов, огромная Зеркальная галерея, два квадратных угловых кабинета — залы Мира, Войны (с громадным овальным барельефом Людовика XIV в образе древнего воина работы Антуана Куазевокса), а также залы Марса, Аполлона и личные спальни короля и королевы. В крыльях здания размещались комнаты для родственников королевской семьи, придворных, министров и знатных гостей. К одному из крыльев здания примыкает дворцовая капелла. В двух самостоятельных корпусах были расположены дворцовые службы. Длина паркового фасада — 640 м.

Для отделки внутренних помещений в стиле барокко были использованы дорогие материалы, декоративная живопись. Центральное место во дворце принадлежит Зеркальной галерее (73 м в длину, 10,6 м в ширину, 12,8 м в высоту) с примыкающими к ней квадратными гостиными. Внутреннее пространство галереи иллюзорно расширено зеркалами, расположенными в нишах напротив 17 окон. Она декорирована мраморными пилястрами и лепным карнизом. Росписи потолочного плафона, выполненные Лебреном, возвеличивают деяния Людовика XIV в период с 1661 по 1678 год. Через арочные проемы галереи открывается вид на главную аллею парка. Когда-то Большую галерею украшала серебряная мебель, которая в 1690 году была переплавлена на монету.

С 1682 года Версаль стал постоянной резиденцией короля. Дворец проектировали архитекторы Луи Лево и Ж. Ардуэн-Мансар. Авторы скульптур дворца и парка — Марси, Тюби, Лонг, Жирарден. В оформлении дворцово-паркового ансамбля принимали участие живописцы М. Брен и Юбер Робер. Водоснабжение фонтанов конструировал Пьер де Франсини.

Архитектурный ансамбль Версаля дополняло построенное в парке по проекту Ардуэн-Мансара одноэтажное здание Большого Трианона (1687–1688) — интимной королевской резиденции.

Дворцовый парк с фонтанами, бассейнами, украшенными скульптурами, раскинулся почти на ста гектарах. Ограда, его окружавшая, протянулась на 43 км. Парк украсили 1400 фонтанов и более 2 тысяч ваз и статуй.

Авторы книги „Парки мира“ отмечают: „Планировка Версальского парка имела свои прообразы в барочных садах Италии и Голландии. Осевая композиция парка нашла применение уже в Во-ле-Виконт. Новым в Версале было то единство пространственного замысла, которое соединило одной магистралью дворец и парк и придало подчиненное значение всем сопряженным с нею координатам… Дворец и парк — это как бы грандиозная карта, развернутая у ног ее владельца. Этим определяется глубокое отличие Версаля от итальянских парков эпохи барокко. Не следует думать, что Версаль был рассчитан только на восприятие „с птичьего полета“. Стоит с балкона спуститься вниз — и зрелище решительно меняется. Здесь выступает второй аспект Версаля, его новое восприятие. Квадраты перестают быть квадратами, они в перспективе обращаются в сильно вытянутые ромбы и трапеции. Предметы, которые сверху казались расставленными в пространстве один рядом с другим, теперь сближаются, и кажется, что они стоят один за другим. Охват единым взглядом большого пространства был едва ли не главной задачей Ле-нотра… Своеобразная открытость, незамкнутость ясно выражены в основном композиционном замысле Версаля. Веерная композиция положена в основу планировки парка: зритель поминутно оказывается на перекрестках лучевых аллей, которые раскрывают перед ним заманчивые дали. При этом следует заметить, что по мере удаления от дворца отрезки отдельных частей планировки становятся крупнее, просторы все шире и шире. Эта „обратная перспектива“ рождает впечатление возрастания пространственного ритма“.

Стоит отметить, что Ленотр здесь впервые сделал планировку аллей, расходящиеся из центра подобно лучам солнца, а не под прямым углом.

„В отличие от архитектуры фасадов дворца, не лишенных несколько барочной репрезентативности, а также перегруженных украшениями и позолотой интерьеров, выполненная Андре Ленотром планировка Версальского парка, который является наиболее выдающимся образцом французского регулярного парка, отличается удивительной чистотой и гармонией форм. В планировке парка и формах его „зеленой архитектуры“ Ленотр — наиболее последовательный выразитель эстетического идеала классицизма. Он видел в природном окружении объект разумной человеческой деятельности. Естественный ландшафт Ленотр преобразует в безупречно ясную, законченную архитектоническую систему, основанную на идее разумности и порядка“, — читаем мы в книге „Искусство Франции XVII века“.

Версальский парк отличает единство замысла. В книге отмечается: „В основу планировки положено и наглядно подчеркнуто рассудочное, математическое начало. Идея подчинения природы человеческой мысли пронизывает все построение версальских садов: аллеи составляют очертания правильных геометрических фигур, склоны холмов превращаются в террасы и ступени, деревья и кустарники принимают форму конусов, вода ложится ровными плоскостями, заключенными в массивные рамы („водяные партеры“), или поднимается в фонтанах ввысь в виде колонн или арок“.

Общий вид на парк открывается со стороны дворца. От главной террасы широкая лестница ведет к фонтану Латоны, а окаймленная стрижеными деревьями Королевская аллея — к фонтану Аполлона с овальным бассейном. Композиция Королевской аллеи завершается уходящей далеко к горизонту огромной водной поверхностью крестообразного канала и то сходящимися к главному лучу, то расходящимися от него перспективами аллей, обрамленных стрижеными деревьями и боскетами. Ленотр придал парку западно-восточную ориентацию, благодаря чему лучи восходящего солнца отражаются в Большом канале и бассейнах.

Итак, парк начинается уже у самого дворца. Здесь на песчаной площадке стояли вазы Войны и Мира. Две широкие мраморные ступени ведут вниз к двум бассейнам, обрамленным гранитом и украшенным статуями, олицетворявшими реки Франции — Луару и Луар (работы Реньо-дена), Сону и Рону (работы Тюби), Марну и Сену (работы Леонгра), Гаронну и Дордонь (работы Куазевокса). От бассейна идет широкая мраморная лестница вниз, к подковообразной террасе с цветником в центре. В середине цветочного партера расположен фонтан с тремя бассейнами, украшенный фигурой Латоны (мать бога солнца, искусств и науки Аполлона и богини охоты Артемиды), изваяниями лягушек и ящериц, выбрасывающими струи воды.

За фонтаном Латоны разбит газон (длиной 600 м, шириной 60 м), окаймленный двумя дорожками с мраморными скульптурами и прямоугольными стенами подстриженных деревьев. В глубь парка ведет Королевская аллея, названная впоследствии Зеленым ковром; за Латоной виднеется овальный бассейн Аполлона. Дальше тянется широкий канал с двумя рукавами.

Замыкают парк за 3 км от дворца, у королевской решетки, пирамидальные тополя. Отдельного рассказа заслуживают боскеты (боскет — от французского „роща“). В них можно попасть, если идти от фонтана Латоны по одной из широких аллей. Проход в боскет открывается неожиданно через арку из листвы. Так можно очутиться в настоящем зале из листвы деревьев, с амфитеатром дерновых скамеек… Вечером здесь зажигали многочисленные светильники на ступенях амфитеатра и плошки в виде цветов, подвешенные к веткам деревьев.

В боскете Зеленый театр располагались места для зрителей, в зеленых стенах были устроены ложи. Три аллеи украшали фонтаны и позолоченные скульптуры.

Н. Верзилин подробно описывает убранство боскетов: „В боскетах площадку и фон клумб посыпали цветным песком или выстилали фарфором. На клумбах можно было видеть изящный рисунок из цветного стекляруса и вместо живых цветов — искусно сделанные из севрского фарфора. Бриллиантовые струи фонтанов, зелень, мрамор и золото статуй, цветочные ковры боскетов сочетались с разноцветными голубыми, розовыми, зелеными, бархатными и шелковыми кафтанами, расшитыми золотом и драгоценными камнями. И платья дам с широкими пышными юбками, блистающие драгоценностями, прекрасно гармонировали с пышностью ленотровских боскетов“.

В саду цветы цвели круглый год. Чтобы Людовик XIV не видел увядающих цветов, их выращивали в горшках (Ленотр имел в распоряжении до двух миллионов горшечных цветов).

Версальский парк насыщен скульптурой — статуями, группами, вазами, гермами, фонтанными группами, различными по духу. Среди скульптур встречаются анималистические группы, мифологические фигуры (Аполлон, Бахус, Меркурий, Силен и др.). Венера работы Куазевокса производит впечатление точной копии древней скульптуры. Не менее впечатляет Аполлон на солнечной колеснице, правящий шестеркой лошадей, и гигант Энкелад, на которого богиня Афина обрушила скалу.

Статуя Соны, созданная на основе античных прототипов, украшает водяной партер перед дворцом (все фигуры рек представлены торжественно возлежащими).

Скульптурные группы, статуи, гермы и вазы с рельефами замыкают перспективы аллей, обрамляют площади, сочетаются с фонтанами и бассейнами. В Версале много фонтанов. Например, в боскете Лабиринт было 39 фонтанов со скульптурами зверей из басен Эзопа. Был в Версале еще и фонтан в виде дерева, из жестяных листьев которого неожиданно выбрасывались струи воды.

Целая цепь фонтанов посвящена иносказательному прославлению Людовика XIV — „короля-солнца“, которого современники сравнивали с богом солнца Аполлоном. Фонтан Латоны посвящен детству Аполлона и его матери Латоны. Грот Аполлона, который тоже был фонтаном, рассказывает об отдыхе бога солнца на дне моря, в окружении нимф. Бассейн Аполлона демонстрирует появление солнечного бога из воды на колеснице, запряженной лошадьми. Фонтан Колесница Аполлона — центральный. Вода бьет по обеим сторонам скульптуры и позади колесницы.

При Людовике XIV довольно трудно было обеспечить 1400 фонтанов водой: они требовали в час 62 тысячи декалитров (акведука, поставлявшего воду из реки Бьевр, оказалось недостаточно), поэтому в Марли, на пути из Парижа в Версаль, была сооружена система забора воды из Сены.

18 июля 1668 года состоялся пышный праздник, посетители с этого дня могли восхищаться еще одной роскошной новинкой версальских садов — водоемами и фонтанами. Современников восхищали Водяной буфет с посудой в роще Мара, боскет Этуаль, который также называют Водяной горой, Овальное, Лебединое Круглое озера.

Система забора воды в Марли оказалась недостаточной, и появился план соорудить отводной канал от реки Эр. Правда, от этого плана король вынужден был отказаться из-за огромных затрат на войну, а также из-за многочисленных болезней и смертей рабочих (тому виной были тяжелая работа и болотные испарения).

Большие фонтаны решили приводить в действие лишь тогда, когда на них смотрит король.

Большой канал (1600 м длиной и 60 м шириной) крестообразной формы был облицован мрамором. По каналу устраивались прогулки на специально выписанных из Венеции гондолах с гондольерами.

Хозяйство Версаля отражало вкусы того времени — пристрастие к экзотике и интерес к естественным наукам. Помимо молочной фермы, псарни, курятника оно включало восемь двориков, предназначенных для содержания страусов, слонов, газелей.

Ленотр умер в 1701 году, и парк Версаля понемногу приходил в запустение. Неподстриженные деревья разрастались. Постепенно грабы были заменены дубами, кленами и липами. Лабиринт и другие боскеты исчезли, многие украшения парка, статуи и фонтаны были сломаны и уничтожены.

Романтики упрекали создателей Версаля в том, что они не чувствовали природы. Виктор Гюго, например, писал:

Была природа в парке этом

Как будто неживой;

Как будто с выспренним сонетом,

Возились там с травой.

Ни плясок, ни малины сладкой

Ленотр и Жан Люлли

В садах и танцах беспорядка

Стерпеть бы не смогли.

Застыли тисы точно в трансе,

Ровняли строй кусты,

И приседали в реверансе

Заученном цветы.

О вкусах, как известно, не спорят. Многим сильным мира сего хотелось иметь парк, похожий на Версальский. Парки в стиле Ленотра были созданы впоследствии в Шёнбрунне, Ганновере, Дрездене, Потсдаме, Мюнхене. Многие сады в Англии и сейчас сохранили ленотровский стиль подстрижки деревьев. А во Франции почти все парки при дворцах были созданы или переделаны Ленотром.

Вилландри

Дворец Вилландри находится в 15 км от Тура. Он начал строиться в 1532 году.

Дворец отличается богатым внутренним убранством. Его комнаты обставлены испанской мебелью. Потолок зала на втором этаже расписан мавританским орнаментом. Вилландри славится своими садами, огородами и парками, расположенными на трехступенчатых террасах.

Основатель поместья Жан ле Бретон был посланником Франциска I в Италии. Ему хорошо были знакомы знаменитые сады вилл д'Эсте и Ланте. И ле Бретон решил создать сад не менее великолепный. Однако потом мода на сады изменилась: регулярные сады стали казаться анахронизмом и их уничтожали, на их месте разбивали парки в английском пейзажном стиле.

И только через четыреста лет, в начале XX века, доктор Карвалло попытался восстановить сад Вилландри в первозданном виде. Карвалло разбил этот сад в ренессансном стиле, в подражание XVI веку. Садовник пользовался старинными документами, планами, записками, сохранившимися в семейных архивах. Благодаря этому ему удалось возродить некогда существовавший сад. Он все повторил: посадил те же деревья, кустарники, цветы (всего было высажено до сорока тысяч растений). Карвалло выдержал даже размеры старого партера.

И сейчас со стороны донжона лучше всего любоваться прекрасным садом, представляющим главную достопримечательность Вилландри. Созданный в стиле ренессанс, сад состоит из квадратных и крестообразных грядок. Кресты как напоминание о том, что создавали этот сад монахи, и выращивали они ароматические и лекарственные растения. Садовые террасы образуют три этажа, имеющие сложную композицию, в которую входит и сад воды. Цветы посажены таким образом, что каждый сорт в зависимости от сезона сменяется здесь другим.

Подстриженные в саду кусты образуют рисунок, похожий на декоративный узор ковра: в форме соединенных или пронзенных стрелой сердец, скрипичного ключа, арфы или лиры.

В. Турчин пишет: „Четкий рисунок подстриженных кустов образует декоративные узоры на нескольких квадратных участках, широких террасах, соединенных вместе. Арабески цветочного партера лежат у стен замка наподобие ковра. Отдельные части партера символизируют четыре любовные страсти: любовь безумную — запутанный лабиринт подстриженного кустарника; любовь свободную — кустарник, подстриженный в виде сердец, лука амура и пламени: любовь трагическую — мотивы кинжалов и, наконец, непостоянную — бабочки. Это отражение интереса к сердечной эмблематике, увлечение которой характерно для Возрождения. Такой сад можно „читать“, как книгу“.

Узкие каналы с изящными мостиками, трельяжными галереями по берегам придают особенную красоту саду. Небольшой водоем в форме „зеркала Людовика XV“ не менее прекрасен. В углах партера, на пересечении дорожек, расположены каркасы в виде шара, обвитые зеленью (в этом зеленом павильоне можно присесть на скамейку и отдохнуть).

В нижнем саду растут капуста, артишоки, спаржа, лук и другие овощи, предназначенные в соответствии со стилем ренессанса не столько для стола хозяев, сколько для украшения.

Сад в Вилландри — один из известнейших в мире. За красоту его называют даже садом садов. Владельцы поместья, наследники доктора Карвалло (он умер в 1936 году), открыли в Вилландри школу садовых мастеров, которая существует и поныне. За парком замка Вилландри следят семеро садовников.

Сад Вилландри открыт для посещения ежедневно. Но особенно красивым он бывает в сентябре — тогда расцветают георгины и шалфей.

В парке Вилландри каждый год высаживается сто тысяч новых растений.

Булонский лес

Булонский лес — один из крупнейших парков Парижа, площадью 863 га. Он расположен на западной окраине города между старыми фортификационными сооружениями и рекой Сена. Бывшие крепостные стены ограничивают Булонский лес с востока, а Сена — с запада.

Булонский лес — это все, что осталось от леса Руврэ, росшего в окрестностях Парижа. Он был создан в 1852–1858 годах.

Вот что пишут о красоте Булонского леса авторы книги „Париж“: „Он как бы довершает элегантность Парижа, он зеленый листок в его бутоньерке. Он и теперь достаточно густой, и в нем немудрено заблудиться; правда, здесь стреляют голубей, что, безусловно, является жестоким способом развлечения, здесь кичатся туалетами, зато берега озер полны непередаваемой прелести, и сюда не доходит гомон столицы. Аллеи, отведенные для верховой езды, все те же, что и во времена Пруста, пустившегося на „поиски девушки в цвету“, и похожи на песчаные дорожки, которые затоптали невидимые караваны, превратив их в камень. В зоологическом саду зебу становятся редкостью и возбуждают восторг только у детворы. Зато папаши и мамаши под благовидным предлогом прогулки со своим потомством, сами сияя от радости, рассаживаются по маленьким желтым вагончикам железной полуигрушечной дороги, идущей от ворот Майо“.

Главные входы в парк находятся в северо-восточной его части со стороны авеню Фош (порт Дофин) и проспекта Великой армии (порт Майло). На западе Большие бульвары ведут к железнодорожному узлу — вокзалу Сен-Лазар.

И. Бартенев отмечает: „Слово „лес“ не соответствует характеру этого большого зеленого массива. Это чудесный парк, пересекаемый в разных направлениях дорогами и аллеями для прогулок и для верховой езды; движение легковых автомобилей здесь ограничено“.

В парке устроены озера, пруды с островами, водяные каскады, зоологический сад, площадки для игр. Построены различные павильоны, ресторан.

Еще в 1777 году на территории парка был построен маленький дворец-павильон Багатель (архитектор Беланже). Рядом с ним был разбит очень красивый, но небольшой пейзажный парк (площадью 24 га) по проекту архитектора Влеки.

В 1867 году в Булонском лесу был сооружен ипподром. Сейчас Булонский лес — одно из излюбленных мест прогулок и развлечений буржуазного Парижа. Вблизи расположены утопающие в зелени особняки парижских магнатов (тут самые аристократические жилые кварталы Парижа).

Однако, несмотря на богатую растительность и живописную группировку деревьев, все же этот парк несколько однообразен.

Булонский лес достойно переносит все капризы Парижа. Сначала модной была одна аллея, потом ее забросили. Так, героиня Пруста Одетта Сванн обычно гуляла в Тиро-Пижон, однако через несколько лет, согласно парижской моде, нельзя было заходить дальше Аллеи акаций. Тогда для прогулок была избрана извилистая дорожка, которую окрестили Тропой добродетели. Салонные художники приходили сюда в поисках моделей.

ШВЕЦИЯ

Сад Миллеса

Среди достопримечательностей Стокгольма видное место занимает уникальный музей скульптур под открытым небом Миллесгорден — сад Миллеса. В нем собраны произведения выдающегося шведского ваятеля Карла Миллеса. Сад отличается редкой цельностью, гармонией с окружающим ландшафтом.

Вход в сад расположен вверху, и уже с высоты открывается великолепный вид на территорию парка с монументальными фигурами и фонтанами. Хорошо видны залив и город, расположенный на другом его берегу.

Н. Николаева пишет: „Очень важно, что по мере движения по саду видны не только произведения, перед которыми непосредственно оказываешься, бродя по дорожкам, но постоянно присутствуют и другие, стоящие в отдалении, — то на фоне неба рядом с ветвями деревьев поднимается на высокой колонне торс юноши, то в неожиданном ракурсе снизу вверх видна скульптура индейца, несущего на плечах каноэ“.

Работ Миллеса в саду очень много (около 140), но сад так спланирован, что можно не спеша по нему двигаться, возвращаться к уже увиденным произведениям.

Т. Минкина отмечает: „Каждое из находящихся там произведений как бы выросло и живет на предназначенном для него месте. Статуи стали частью одного из выступов гряды скал, участка песчаной косы, сосновой рощи на взморье. Они — персонажи античной и скандинавской мифологии, представленные в бронзе на побережье Стокгольмской бухты. Вот юноша, парящий в небе рядом с крылатым конем Пегасом, прекрасная дева Европа на мифическом быке, юные божества тролли из скандинавских сказаний, летящие над волнами на крылатых дельфинах. Они поражают причудливой фантастичностью. Но за внешней стороной скульптурных композиций Миллеса, восхищающей неискушенного зрителя, скрыто то, что не оставляет равнодушными даже знатоков. Действительно, какой точный расчет распределения скульптурных масс необходим, чтобы многопудовые бронзовые фигуры юноши и Пегаса буквально парили в воздухе, касаясь постамента лишь в одной точке! Ведь незадолго до появления его произведений считалось, что монументальная композиция должна иметь по крайней мере три точки опоры. Но незаурядный инженерный дар Миллеса лишь дополнял его выдающийся талант скульптора“.

Карл Миллес родился 23 июня 1875 года в местечке Лагга около Упсалы в небольшом поместье отца. Он в свое удовольствие занимался вырезанием из дерева фигурок различных животных и слушал сказания о народных героях прошлого.

Когда Карл окончил техническую школу, его решение стать скульптором созрело окончательно. И вместо того чтобы отправиться в Чили оформлять школы шведской гимнастики, он уезжает в Париж. Во время учебы в частной академии Коларосси Миллес делает первые проекты фонтанов на мифологические мотивы. Его неожиданно смелый эскиз монументального канделябра на тему Паоло и Франчески, по словам критиков, навеян в какой-то степени „Вратами ада“ Родена. Эта работа явилась поводом для встречи Миллеса с Роденом.

Одно из первых крупных произведений Миллеса — Морской бог, показанное на Большой Балтийской выставке в 1914 году, принесло Мил-лесу шумный успех и признание на родине. Он начинает получать заказы на декоративную скульптуру.

В 1920 году Миллес избирается профессором Королевской академии художеств в Стокгольме. 1920-е годы можно определить как особенно продуктивный период в творчестве Миллеса. В это время были созданы и осуществлены восемь проектов монументальных фонтанов. Тема фонтана постепенно становится доминирующей. Наиболее знамениты два фонтана Миллеса — фонтан Посейдона в Гётеборге (1930) и фонтан Орфея в Стокгольме (1936). Приехав в конце 1920-х годов для выполнения заказа в Америку, Миллес прожил там почти два десятилетия. В 1951 году скульптор возвращается в Европу. Он увлекается созданием в Лидинге, предместье Стокгольма, Сада Миллеса. Там он решает повторить почти все основные свои произведения. В 1955 году Миллес скончался, и свой покой обрел в созданном им саду в часовне, охраняемой каменной скульптурной группой Пьеты.

Сад Миллеса, или, как его еще называют, Сад фантазий, стал местом настоящего паломничества людей, преданных искусству. В этом месте скалистый склон, поросший лесом, спускается к холодно-голубым водам залива, а на другом берегу виден силуэт столицы Швеции.

Миллес говорил: „…Весь сад был создан только для того, чтобы удовлетворить жажду прекрасного, необъяснимое стремление мыслить только художественными образами…“. Художник вместе с братом — архитектором Эвертом Миллесом (1885–1960) мечтал создать сад в нерасторжимой связи архитектурных, скульптурных и природных форм — террас, колоннад, мраморных лестниц, деревьев, цветов и трав.

Мечта художника осуществилась в Лидинге. Миллесу удалось объединить свои шедевры в своеобразный ансамбль. Его творения много выиграли оттого, что их можно увидеть в прозрачности воздуха, в блеске и сверкании струй фонтанов, на которые в какой-то степени рассчитана пластика фигур.

„Выполняя проекты скульптурных групп, фонтанов, водоемов, чаш и ваз, Миллес, — как пишет К. Кравченко, — подвергал их то беспощадной ясности света, то изменчивому скольжению солнечных бликов, то погружал в густые тени под сводами зелени, то проектировал на чистом фоне неба, окружая их легкой листвой берез или сопоставляя со стройностью туй и голубых елей. Он использовал и далекую перспективу и замыкал скульптуры в небольшие дворики и площадки, в строгом соотношении с характером, стилем, условиями восприятия, на которое рассчитано каждое произведение“.

Всякий вошедший в сад невольно настраивается на волну душевной гармонии. Не замечая того, человек постепенно сам становится частью мира удивительной красоты, покоя, ритмов, обретенных в единстве природы и искусства.

„Скульптура как бы рождается здесь из самой природы, — пишет К. Кравченко, — возникая или одинокой фигурой в тенистой зелени, как „Сусанна“, или множеством фигур на открытой солнечным лучам площадке, над голубизной вод, где в гордом торжестве вздымается целый строй скульптур. Фонтаны то высоко взметают стремительные струи, перекрещивающиеся в воздухе, одевая скульптуры сияющим прозрачным облаком, то вода медленно и мерно стекает из раковин и чаш в руках прекрасных морских божеств. Светлый гуманизм, любовь к человеку пронизывает этот сад, жизнерадостный и ясный, напоминающий сады Италии, но имеющий свои особенности, свой северный дух и характер. Все образы, в течение многих лет радовавшие и тревожившие воображение художника, которые он вызвал к жизни и расстался с ними, оставив их там, где требовал план архитектора или воля заказчика, в этом саду вернулись к нему, обретя столь присущее им окружение, что кажется, именно здесь они и родились“.

Главный дом и мастерскую в Лидинге Миллес завещал народу. Теперь здесь организован Музей этюдов с натуры, эскизов монументальных работ скульптора. Символично, что многие из созданных портретных бюстов находятся не только залах, но и лоджии, обращенной в сад.

ЭСТОНИЯ

Кадриорг

Дворцово-парковый ансамбль Кадриорг создавался по личному указанию Петра I. В 1716 году генералу-губернатору Эстляндии князю Меншикову было поручено отобрать на территории между Ревелем (с 1917 года — Таллинн) и Нарвой деревья, которые подошли бы для нового парка.

Петр I вместе с римским архитектором Никколо Микетти и его подмастерьем Гаэтано Киавери прибыл в Ревель 19 июля 1718 года. Хотя Северная война еще не закончилась, в местечке недалеко от Ревеля начались строительные работы. В связи с тем, что в 1710 году четыре пятых городского населения погибло от чумы, Ревель не смог предоставить царю рабочую силу для стройки. Поэтому царь был вынужден привозить из Санкт-Петербурга квалифицированных каменщиков, обжигальщиков кирпичей, каменотесов, штукатуров, кузнецов, плотников, из Пскова и Новгорода — артель каменщиков. Квалифицированный рабочий получал на строительстве Кадриоргского дворца 3 рубля в месяц, а подмастерье архитектора — 6 рублей в месяц. Солдатам, бывшим основной рабочей силой, платили 3 деньги (1,5 копейки) в день.

Главный архитектор Никколо Микетти был занят на многочисленных стройках Петербурга, Кронштадта, Стрельны, Петергофа, поэтому редко посещал Ревель. С 1720 года он стал главным архитектором Петербурга и получал за свою работу огромные по тем временам деньги — 5000 рублей в год. Садовник Илья Сурьмин из Петербурга руководил сооружением парка.

В год смерти Петра I (1725) парк не был еще готов, а дворец стоял в лесах. Екатерина I не интересовалась строительством. По ее приказу рабочие, набранные из солдат, были отправлены в свои полки, а иноземцы — уволены. Система фонтанов была не завершена, украшение парка не было закончено. К 1731 году сложился окончательный облик парка. Дворец был готов через 11 лет после смерти Петра I.

Если парк с самого начала предназначался для всеобщего посещения, то дворец стал доступен значительно позже. Как царская резиденция дворец использовался относительно редко. С 1806 года Кадриорг был летней резиденцией губернатора Эстляндии. Во время визитов в Ревель во дворце останавливались все русские императоры. В 1919 году дворец стал музеем.

Парк Кадриорга создавался в строго регулярном французском стиле, однако занимал он всего 1/8 территории. Ю. Куускемаа отмечает: „Позднее, в конце XVIII века, когда регулярные парки во французском стиле вышли из моды и им на смену пришли английские пейзажные парки с их имитацией естественной природы, о сохранении стилевой чистоты Кадриорга уже никто особенно не беспокоился. Постепенно Нижний сад с подросшими деревьями приобрел вид лесопарка. Деревянные малые архитектурные формы разваливались, и их снесли, а цветочные партеры с узором бродери были ликвидированы еще в прошлом столетии. Несмотря на то, что территорию парка содержали в порядке и пытались придать ей модный облик, принципам барочного садово-паркового искусства она уже не соответствует“.

Кадриорга сохраняла естественный природный вид, но была разделена аллеями. Нижний сад имеет сложную структуру. Параллельные аллеи расположены относительно центральной аллеи по принципу зеркального отражения. В местах пересечения аллей были образованы круглые площадки для беседок, фонтанов, скульптур, скамеек и урн с цветами. Рядом с аллеями проходят каналы, облицованные каменными плитами. Через эти каналы можно перейти по мостикам с воротами.

Композицию Нижнего сада завершал полукруг с большим бассейном и фонтаном в центре. Вдоль этого полукруга можно было пройти по крытой прогулочной галерее. Внутри галереи стояли скамейки для желающих отдохнуть.

Аллеи Нижнего сада окаймляли шпалеры лип. Непосредственно перед дворцом было разбито 10 цветочных партеров, оформленных толченым кирпичом, дерном и живыми изгородями. В цветниках росли кусты роз, тюльпаны, пионы, нарциссы.

Летом в аллеях устанавливали на шестидесяти постаментах урны с цветами. Нижний сад украшали и 18 полукруглых беседок.

К ограде был прикреплен маскарон. Из его рта, глаз и ноздрей должны были бить струи воды в каменный бассейн в форме раковины. Перед каждым фонтаном предполагалось установить бюсты аллегорического характера.

Из малых архитектурных форм в Нижнем саду сохранился лишь один Потешный дом у входа в парк — оштукатуренное бревенчатое строение с двухскатной крышей. Дом предполагалось использовать только летом, поэтому в нем нет печей. Потешный дом простоял без перестроек более ста лет, лишь потом он был переделан в классицистическом стиле (были вставлены новые двери, окна и построен навес).

Напротив Потешного домика стояла когда-то деревянная караульня, но к 1776 году она уже настолько развалилась, что на ее месте была построена каменная одноэтажная караульня с полукруглой аркадой, украшенной лепными венками в стиле классицизма. От Потешного дома, караульни протянулась аллея, вдоль которой росли ясени, липы, вязы, дубы и клены. От дворца была проложена другая аллея, самая длинная из перспективных дорог парка. На краю аллеи стояли две круглые беседки с колоннами и крышами как у пагод. От дворца к морю шла Морская аллея, которая заканчивается сейчас скульптурой Русалки. На территории Нижнего сада находится также Лебединый пруд, который был создан по указанию Петра I, правда, только в 30-е годы XVIII века. Рядом с прудом была конюшня с каретником. Когда-то в Кадриорге была и оранжерея для круглогодичного выращивания цветов и апельсиновых деревьев. Ее приказал построить Петр I.

Верхний сад находился сразу за дворцом, на одной оси с Нижним садом. Самую нижнюю часть Верхнего сада занимал Цветочный сад. В его центре были размещены два больших цветочных партера, в центре которых, в круглых бассейнах били фонтаны. Цветочные партеры были выложены дерном, толченым кирпичом, здесь росли кусты роз, нарциссы, пионы. Главным декоративным украшением партеров была пальметта, она ассоциировалась с раковинами кадриоргских фонтанов. На низких клумбах росли 12 пирамидальных туй.

Здесь, в Цветочном саду, хотели построить шесть бассейнов с фонтанами, но успели построить только два. Посадили живые изгороди из каштанов, лип и кленов. Среди высоких каштанов были посажены низкие клены. В прогулочных галереях были возведены колонны с решетками для вьющихся растений, угловые пилястры и фронтоны. Стояли скамейки. Между колоннами приделывали решетки.

На месте фасада галерей Цветочного сада раньше была так называемая Миражеская стена с парадной лестницей, пилястрами и филенками.

За Цветочным садом находился большой Миражеский пруд, выполненный в стиле барокко. В центре пруда находился островок, обложенный каменными плитами. Однако планировавшиеся многочисленные водяные затеи так и остались в плане. Позже, уже в 1938 году, Миражеский пруд был засыпан землей.

В стороне от Верхнего сада, ближе к морю, простирается дубовая роща, сохранившаяся со времен Северной войны, а справа находились два барочных здания: дворцовая кухня и ледник. Сначала кухня была деревянной, потом на ее месте построили каменное одноэтажное здание, которое позже было перестроено в жилье.

Фруктовый сад находился у дома Петра I. В саду выращивали яблони, вишни, сливы, груши. Разводили красную и черную смородину, крыжовник. Летом выставлялись в кадках на улицы апельсиновые деревья. Фруктовый сад имел форму прямоугольника и разделялся аллеями на 4 части. Здесь была и баня — простое деревянное строение с сенями, парилкой.

Каштановый сад использовался не только как парк, здесь выращивали и саженцы, привезенные из Голландии (затем их отправляли в Петербург). На территории Каштанового сада располагались беседки: четыре беседки были полукруглые, одна — восьмигранная, две угловые беседки — треугольные. Планировалось построить здесь большой каскад и грот. Но из-за смерти Петра I эти замыслы не были осуществлены.

ЯПОНИЯ

Сайходзи

Старейший из сохранившихся дзэнских садов — сад монастыря Сайходзи в Киото. Это сад мхов, основанный в 1339 году, а правильнее сказать, переделанный из пейзажного сада, предположительно монахом-художником Мусо Кокуси (или Мусо Сосэки). Сайходзи наряду с сухими садами Месиндзи и Реандзи относятся к школе Тэнрюдзи.

В XIV–XVI веках начинается новый этап развития изобразительного искусства, искусства аранжировки цветов, театрального искусства. Меняется и отношение к садово-парковому искусству. Главным становится такое требование: сад должен быть виден снаружи, а насладиться им можно, не выходя из дома.

В это время наибольшее влияние на становление садово-паркового искусства оказала буддийская секта дзен (созерцание). Основные идеи этого учения зародились в Индии. Внимание представителей учения дзэн было направлено на природу не только окружающего мира, но и человека, в частности на его внутренний мир.

В учении дзэн большое значение придавалось искусству, поэтому неслучайно дзенские монастыри стали центрами средневековой культуры. Дзенские сады создавались как модель мироздания, воплощающая основные силы природы. По своей сути они очень близки к живописным пейзажам. Чистый лист бумаги ландшафтного архитектора — площадка, засыпанная галькой, а художник создает на ней цветовые объемы.

Многие сады располагались тогда рядом с храмами, в уединенных местах и назывались садами мхов. Мох был главным декоративным элементом такого сада. Он покрывал землю, камни, пни, стволы деревьев. В центре сада располагалось маленькое озеро с островками, контуры которых составляли иероглиф „сердце“ (это символизировало погружение в природу).

Сад мхов Сайходзи, расположенный на окраине города и окруженный невысокой оградой, отвечает всем этим требованиям. Мхи в этом саду — главное действующее лицо (там собрана живая коллекция из 50 видов мхов). Они покрывают старые камни, стволы деревьев.

Д. В. Тер-Аванесян пишет: „Территория сада имеет волнистый рельеф, перерезанный естественными ручейками, создающими влажность почвы. Специально посаженные деревья бросают тень на землю, которая покрыта большими куртинами различных видов мхов. Издали кажется, что земля в пестрых заплатах из ярко-красных, желтых, темно-зеленых со всеми оттенками, серых, белесых и других цветов мхов. За ними ведут научные наблюдения, их изучают, и эта богатейшая коллекция пополняется. Мы долго ходим по дорожкам своеобразного сада и пытаемся запечатлеть виденное“.

Сайходзи расположен на двух площадках — верхней с садом камней (ныне перестроен) и нижней с садом мхов.

Верхняя композиция представляет собой сухой пейзаж с вздымающимися камнями и символизирует космогоническую панораму природы. Нижняя — более сдержанная по характеру, представляет более камерную картину. Здесь можно видеть мягкий ковер мхов, дорожки с плавными поворотами, ведущие к Золотому пруду в форме иероглифа „син“ (сердце).

В верхнем саду расположен каскад с тремя уровнями. Н. Николаева пишет: „Мощные камни, покрытые голубоватыми, буро-серыми, ржавыми пятнами лишайников, символизируют грандиозные горы, как бы сжимающие стремительный и бурный поток. Здесь выделяются и сталкиваются две главные силы природы, олицетворяющие позитивное и негативное начала — ян и инь, они выражают единство и борьбу космических сил, непрерывность движения и его постоянство“.

Говорят, что один из камней у каскада связан с именем правителя Японии XIV века Асикага Есимицу (он посещал монастырь и подолгу сидел на этом камне, созерцая сад, сейчас этот камень так и называется — камень созерцания).

Н. Николаева отмечает: „Нижний сад — мир тишины, покоя, мягкого всепронизывающего зеленого света, проникающего сквозь ветви деревьев с мелкой листвой и отражающегося от мягкого бархата мхов, затянувших не только землю, но и камни, стволы деревьев и острова в пруду. Через сад проложена дорога, и перемещение по ней постепенно раскрывает одну за другой непринужденно свободные, как в естественной роще, композиции из высоких и низких, прямых и изогнутых деревьев, из огромных скал и мелких камней“. В нижнем саду можно видеть пруд, разделенный скалами-островками, напоминающими корабли.

Тот, кто приходит в сад, вынужден идти по заданному маршруту, поэтому целостная картина от увиденного складывается у посетителя постепенно меняется.

К. Симонов в „Рассказах о японском искусстве“ писал: „В Японии могут сказать, „сад деревьев“, „сад камней“, „сад воды“. И то, и другое, и третье — деревья, камни, вода — неотъемлемые составные части японского сада. Но в саду деревьев главное — деревья. В саду камней главное — красота их расположения, искусство их подбора, и эта красота лишь дополняется красотой деревьев, красотой воды. Сад воды. Это пруды и заводи, ручьи и ключи, струйки и водопады. В парке поражало глаз своей непривычной красотой переливавшееся кругом — не знаю, как иначе выразиться, — разноцветное бешенство мхов, в парке были прекрасны и камни, из которых на склоне холма был устроен целый каменный водопад с потоками из камней, с каменной струей и каменными брызгами“.

Конечно, воспроизвести сад мхов, например, в средней полосе России довольно сложно, так как большинство видов мхов плохо переносит длительное иссушение. Неслучайно поэтому моховое садоводство возникло в древней столице Японии — Киото, где климат даже по японским меркам считается очень влажным.

Однако возможности для развития мохового садоводства существуют и в России, например под Санкт-Петербургом. Мхам достаточно небольшого слоя грунта. Поэтому мхи можно использовать для маскировки водопроводных люков, других конструкций, куч строительного мусора, бетонных плит, тенистых стен. Для этого сооружения покрывают щитами, на них размещают мхи (кстати, в Японии пенопластовые лотки со мхами продаются на цветочных рынках, потом мхи рассаживают из лотков в саду или помещают в подготовленные места прямо в лотке). Мхи будут радовать своей зеленью круглый год, если за ними правильно ухаживать. Они хорошо размножаются вегетативно, поэтому разрезанные на небольшие фрагменты и разложенные по поверхности почвы многие из них уже через несколько недель дадут хорошую поросль, вот тогда их можно пересаживать в открытый грунт.

Лучшее место для мхов там, где больше тени с северной стороны от дома, сплошного забора и др. Не стоит располагать рядом со мхами цветники (мхи могут конкурировать с цветками лишь на обедненных песчаных почвах или каменистых участках), лучше окружить такой сад хвойными деревьями, камнями. Сначала моховой сад поливают довольно часто, но когда образуется сомкнутый покров, полив сокращают. Нельзя использовать для мхов удобрения, особенно азотные.

Тэнрюдзи

Монастырь Тэнрюдзи был основан в 1329 году в бывшей императорской вилле Камэяма, перестроенной сегуном Асикага Такаудзи. Позже монастырь и сад не раз перестраивались. А сейчас они существуют после реконструкции периода Мэйдзи.

Сад Тэнрюдзи разноплановый. Он включает и песчаный сад, и сад мхов, и композиции из камней.

В центре сада расположен водоем в форме иероглифа „сердце“. За этим озером поднимаются вверх деревья, которые позже переходят в естественный лес на склоне горы Арасияма. Именно этот склон служит фоном для всей панорамы сада. Лишь в XVII–XVIII веках в садово-парковом искусстве будут сознательно прибегать к такому художественному приему, при котором сад гармонично соотносится с окружающей дикой природой. Но эта тенденция уже наметилась в Тэнрюдзи.

В Тэнрюдзи обращает на себя внимание не только озеро с островами, но и каскад с камнем, так называемый карп. Карп и каскад в Тэнрюдзи можно считать основой построения сцены, расположенной напротив дома настоятеля монастыря. Этот карп — характерный для Дальнего Востока символ Он обозначает талант и преуспевание в творчестве и основан на легенде о рыбе, которая сможет превратиться в дракона, если пройдет пороги водопада и поднимется против течения. Итак, все символы монохромного дзэнского сада налицо. Но его строгость нарушена, казалось бы, инородными цветовыми пятнами — белыми лотосами и ярко-желтыми кувшинками в воде, ирисами на берегу. Кроме того, в саду собрано несколько десятков различных сортов мха.

Тенденция введения краски в монохромную технику можно проследить не только на примере сада Тэнрюдзи. Эта тенденция была характерна для работ художников школы Кано — Кано Масанобу (1434–1530) и Кано Мотонобу (1475–1559). Тогда в монохромный пейзаж вводился какой-нибудь элемент декоративности (на листе бумаги появлялись линии и пятна туши, включался текст с именной печатью его автора).

С одной стороны, кажется, сад Тэнрюдзи не представляет собой целостной композиции. В его структуру включены одновременно пейзажный сад и символические сухие сады. Используются и символическая форма (например, песок здесь олицетворяет воду), и принцип выделения элемента (мхов или камней) Все это противоестественно для пейзажного сада, или сада четырех времен года. Но это кажущееся противоречие довольно характерно для монастырских комплексов — в них часто представлены оба типа садов. С другой стороны, у того и другого сада есть нечто общее их объединяет символика. Даже естественный пейзажный сад несколько условен, правда менее, чем сухой, плоский сад.

Н. Николаева пишет: „Большая свобода композиции сада, заключающая в себе идею взаимосвязанности всего в природе и построенная на чередовании переходящих друг в друга „картин“, очень тщательно построена Естественность и величие природы — то идеальное впечатление, к которому стремился художник и которое возникает у зрителя благодаря продуманной точности композиции сада. При этом существенным становится все — не только очертания водоема, соотношение форм деревьев и кустарников, линия сопряжения песчаного сада и мхов, но и то, под каким углом виден из интерьера здания водопад, будет ли он блестеть в лунную ночь. Не менее тщательно продумано расположение растений в разные времена года, изменение и соотношение цветовых и пластических объемов, когда цветущая вишня видна на фоне песчаного сада или когда осенняя листва отражается в воде пруда. Естественные материалы самой природы, послужившие для создания сада, были специально отобраны человеком. Критерием для отбора служили разные качества — форма, фактура, цвет, а также их сочетания, их способность образовывать выразительные композиции, по своему облику близкие к природным. По отношению к „натурному“ материалу художник выступает в роли режиссера. Только через построенные, смонтированные им „мизансцены“ получают эстетическое значение деревья, камни, водоем“.

Кинкакудзи и Гинкакудзи

В Японии, у подножия Кинугасаяма, расположены две архитектурные жемчужины — Кинкакудзи (Золотой павильон) и Гинкакудзи (Серебряный павильон).

Золотой павильон, или храм Рокуондзи, или Кинкаку, берет свое начало от дворца Китаяма, построенного сегуном Асикага Есимицу в конце XIV века. Он входил в дворцовый ансамбль близ Киото (ныне в черте города), в 1408 году был превращен в буддийский монастырь Рокуондзи. Золотой павильон, представляющий собой ажурное архитектурное сооружение трехъярусного типа, в 1950 году сгорел и был восстановлен в 1955 году. Кроме того, примыкавший к нему сад был реконструирован в соответствии с канонами дзэн.

Когда в архитектуре начался процесс перехода от стиля синдэн к стилю сеин, в садово-парковом искусстве тоже наметились изменения. Садовый стиль синдэн сменил другой — на базе дзенского учения.

Стиль синдэн был для японцев традиционным, правда, в таком саду природа выступала уже не в первозданном виде. Здесь нет и признаков запущенного парка. Здесь природа символизирована Поэтические произведения, которые читались в саду стиля синдэн, славили обычно какой-то определенный сезон. Поэтому канонизации подверглись и сами образы: осень символизировалась с образом луны, весна — с цветами, лето — с пением кукушки.

В период высшего расцвета искусства садов наибольшее влияние имела буддийская секта дзен (созерцание). Это учение зародилось в Индии. Его основное внимание было направлено на природу, в том числе и внутреннюю природу человека. Учение дзен большое значение придавало искусству, а дзенские монастыри стали центрами средневековой культуры (неслучайно там процветало искусство садов).

Дзенские сады создавались как модель мироздания. Они близки к монохромным пейзажам, в которых грандиозность мира ощущалась благодаря уходящим в бесконечность далям и горам, деревьям на переднем плане „картины“. В садах засыпанная галькой площадка — тот же лист бумаги, и на ней располагались разные объемы.

В дзенском саду достигается родство человека с природой на основе строгих канонических требований, изложенных в трактатах. Сырьем для создания таких садов служили камни, вода и растительность (в основном — вечнозеленые растения, мхи).

Камни тщательно подбирались по форме, цвету, фактуре, характеру сада Они делились на пять основных групп статуя, низкая вертикаль, плоский, лежачий, изогнутый. В руководствах по садоводству рекомендовали в каждом камне рассмотреть его „лицо“ и „позу“.

Воде, а именно устройству водоема, его форме, направлению течения, уделялось неменьшее значение. Место для водопада выбиралось особенно тщательно не рядом с домом, но и не очень далеко, чтобы был слышен звук воды, а в лунную ночь виден отблеск струй.

Подбор растений, их форма, окраска листвы в дзенском саду не менее важны. Самая любимая — сосна — символизировала долголетие. Из цветущих растений наиболее ценными считались вишня-сакура и дикая слива. Предпочитаемые кустарники — камелия, азалия.

Композиция дзенского сада подчинялась таким правилам воображаемые линии, соединяющие два предмета, должны быть разной длины, не должны быть параллельны друг другу, а сами предметы должны отличаться по размеру. В соответствии с этими правилами предлагалось выдерживать аскетичную монохромную гамму, сочетая серые, коричневые, зеленовато-бурые тона.

По своему характеру сады делились на два основных типа цукияма — пейзажный и хиранива — плоский. Сады цукияма, обычно большие по занимаемой площади, представляли собой реальный пейзаж из камней, деревьев, мхов, водоемов и водопада.

Сад Золотого павильона создан в соответствии со стилем дзен. В отличие от более ранней японской архитектуры естественная природа в нем художественно организована. Художник сада вычертил контур водоема, рассчитал его размер, форму и даже продумал, как должны соотноситься островки, расположенные на нем. Особенно тщательно организован берег озера, который виден из Золотого павильона. Неменьшее значение уделялось центральному мотиву сада — водоему с двумя островами — „черепахи“ и „журавля“.

Сам Золотой павильон кажется удивительно легким, воздушным благодаря найденным идеальным пропорциям и считается одним из лучших образцов японской национальной архитектуры. Золотой павильон назван так из-за покрытых позолотой стен. Он представляет собой квадратное в плане здание с двумя ярусами, с крышей, покрытой корой кипариса. Павильон трехэтажный. Два нижних этажа с раздвижными стенами и верандами переходят в широкие террасы — энгава. Во втором этаже Золотого павильона находится зал поэзии и музыки, где можно видеть свитки с национальной живописью и иероглифической каллиграфией. Из этого зала открывается панорама парка и пруда, в котором видится отражение самого павильона. Третий этаж, с узким опоясывающим балконом, увенчан четырехскатной крышей. На уровне третьего этажа сделан вынос крыши с приподнятыми краями.

Золотой павильон стоит на берегу небольшого озера, часть его основания даже находится в воде. Поэтому если стоять на веранде первого этажа, то кажется, будто ты плывешь по озеру. А позади храма пышная вечнозеленая растительность — хвойные растения и криптомерии.

Серебряный павильон — Гинкакудзи (или Хигасияма-дэн) был построен в 1489 году для известного сегуна Асикага Есимаса. Позже он стал буддийским храмом и был включен в комплекс монастыря Дзиседзи. Как и Золотой павильон, он расположен на берегу озера, и раздвигающиеся стены (новая деталь стиля сеин) отделяют интерьер павильона от сада.

Правда, по своему замыслу и воплощению он менее оригинален, чем Золотой павильон. Серебряный павильон двухэтажный, квадратный в плане, с двумя ярусами крыш. Тенденция зрительного сближения интерьера с окружающей природой здесь наиболее ярко выражена. Павильон поднят над прудом на незначительную высоту с помощью столбов. Кроме того, здесь нет широкой террасы на первом этаже, поэтому здание открывается непосредственно на пруд (с южной стороны) и в сад (с северной стороны). На первом этаже, между опорными столбами, оборудованы раздвижные створки (в нижней части — дощатые, в верхней — решетчатые, затянутые бумагой).

Павильон Гинкакудзи также окружен великолепной тропической растительностью. Сад Серебряного павильона считается одним из самых знаменитых и приписывается художнику конца XV — начала XVI века Соами, который прославился также как пейзажист.

В первый момент может показаться, что водоем, подступающий к самым стенам Серебряного павильона, и камни в воде — случайная прихоть природы. Но это умелый художественный прием, с помощью которого художник добился впечатления полной естественности. Все было рассчитано заранее: группировка и камней, и деревьев, и очертания берегов с точки зрения на павильон из сада и из павильона в сад. Рассчитаны даже формы и размер деревьев, контрастирующих с камнями или служащих фоном. Камни расставлены в пруду с учетом того, как они будут обрамлять отражение павильона в воде. Это пример пейзажного сада в его полной, развернутой форме (син).

Сады при Золотом и Серебряном павильонах из разряда озерно-островных. Фрагменты этих садов, композиционно строго продуманные, можно видеть через рамы стенных проемов. Из Золотого павильона виден пруд с двумя островами „черепахи“ и „журавля“ (символы глубины познания и высоты человеческого духа). Из Серебряного павильона открывается вид окруженного соснами пруда с островами и камнями-островками. В пруду отражаются павильон, камни-островки, обрамляющие павильон.

Реандзи

В саду монастыря Реандзи, в древнем Киото, нет ни гор, ни воды, ни деревьев, ни одного цветка, вообще никакой растительности. Здесь лишь камни и песок, выполняющие значение символов. И это можно объяснить традициями японской художественной культуры, в которой символика, абстракционизм занимали особое место. Решение этого сада основывается на выражении понятия пустоты, чистоты. Оно напрямую связано в дзенском учении с отрешенностью созерцания.

Сад монастыря Реандзи располагается на небольшой ровной площадке 19 м на 23 м. Он примыкает к террасе жилища настоятеля и отграничен от внешнего мира стеной, над которой поднимаются верхушки хвойных деревьев.

Главный материал — пятнадцать темных крупных камней горного происхождения, свободно объединенных в отдельные группы, и белый морской песок. Камни лежат так, как они когда-то лежали в горах, и образуют макет архипелага. Песок, окружающий их, символизирует морскую стихию (неслучайно по нему деревянными граблями проведены борозды — параллельные полосы на поверхности гравия и извивающиеся вокруг камней). Лишь островки зеленого мха, проросшего на камнях и песке, — „посланники“ живого мира, смягчающие строгую монохромию пейзажа.

Автор ландшафта — Соами — жил в XIV веке. Безусловно, его отличает тонкое ощущение ритма, цвета. Но некоторые приписывают авторство Хококаве Кацумото, который построил этот сад в 1473 году. Говорят, что он, находясь под влиянием буддийской философии, проповедовал аскетизм, тщетность человеческих деяний, философию непротивления злу, идеализм. Кацумото мог часами смотреть на этот белый песок и камни, пытаясь найти правильный ответ на вечный вопрос: „Что есть истина?“

В стиле символизма выполнен и парк храма Дайсэнин храмового ансамбля Дайто-кудзи, в котором также соответствующим образом расположены на маленьком участке земли камни. Только здесь посредством композиции решается другая задача — причудливое оформление бурной реки, текущей в тесном ущелье.

Вековые традиции нашли отражение и в архитектуре современной Японии. В духе древних зодчих работают ландшафтные дизайнеры. Один из них — Седо Судзуки.

При создании сада Хасуда в Киото он засыпал небольшую площадку округлой формы крупным гравием, а посередине разместил тремя группами семь больших камней. Один камень в средней группе огранен в форме параллелепипеда, у остальных — ровные срезы сочетаются с необработанной поверхностью. Эта композиция была названа „Архипелаг“, и в ней четко выражена такая тема, как перелом образного воображения. При виде этого сада возникает ассоциация со знаменитым садом камней в монастыре Реандзи в Киото. Но сходство, скорее, только внешнее, так как Седо Судзуки пытался решить совсем другую задачу, нежели дзенские мастера.

Искусствовед Г. Шишкина отмечает: „Архипелаг“ — внешне спокойно-уравновешенное произведение, в то же время оно обладает внутренним драматизмом, выражающим образ некоего катаклизма. Цилиндрические столбики разной высоты, врытые по обеим сторонам центральной композиции, рукотворной обработанностью невольно напоминают символические остатки неких сооружений. Зрительно они перекликаются, несмотря на разность масштабов, с круглыми столбами, поддерживающими древние синтоистские святилища в Исэ, Идзумо или сокровищницу Сесоин в Нара. В этом можно усмотреть метафору утраты связи с древним прошлым. Но благодаря свободному абстрактному решению общего замысла нет устойчивой навязчивости трактовок, и привязка к Японии тут же может смениться иными размышлениями. Важно и показательно, что композиция, помимо чрезвычайно эффектного и выразительного внешнего плана, обладает значительной внутренней содержательностью отнюдь не пессимистического толка. Автор, как живописец, изобразил на „полотне“ гравия отвлеченную „картину“, отражающую не Вечность, а определенное состояние в определенный момент, поместив ее в „раму“ из узкой полоски газона с невысокими кустарниками, за которыми возвышается декоративная ограда из светлых бамбуковых стволов“.

Седо Судзуки, использовав традиции образной символики, характерные для национального садового искусства, решил задачу совсем иначе — с позиции современного дизайна, в сугубо индивидуальной интерпретации. Кстати сказать, в „Книге садоводства“, написанной в XI веке, как раз говорится о том, что вместе с изучением природы и работ предшественников мастера садов должны выражать и собственные взгляды и вкусы, потому что не существует строго заданных образцов или ограничений для творческого самовыражения.

Другой современной аналогией сада камней в Реандзи может служить и сад храма Тофукудзи — Регинтэй (Сад песни дракона) в Киото. Он был создан в 1955 году дизайнером Мирэем Сигэмори.

Сигэмори выложил площадку гравием черного, белого и нескольких оттенков серого цветов. Для разделения цветовых зон автор использовал полукруглые каменные валики. Формы камней создают ощущение интенсивного движения — они горизонтальные, в виде острых пиков и вытянутые по вертикали.

С правой стороны сад ограждает дощатая стена из ровных, плотно пригнанных досок коричневого цвета, на которые наложены фрагменты крупных концентрических квадратов, выполненные из тех же досок. Правда, дощатое ограждение, примыкающее к монастырской глинобитной стене, выглядит довольно инородно.

Американец Стефен Эддисс, специалист по японскому искусству, считает: „По сравнению с Реандзи, эстетика которого, основанная на спокойствии и строгости, способствует погружению в состояние внутреннего созерцания, Регинтэй словно заставляет нас встать, оглядеться и почувствовать силу окружающего мира. Возможно, контрасты двух „сухих“ садов отражают два аспекта дзенского сознания — спокойный и динамичный“.

Кацура

Дворцовый парк Кацура расположен на берегу реки Кацура, на окраине Киото. Он был заложен в 1602 году на плоской местности.

В парке развитая сеть прудов и каналов, а также небольшие искусственные холмы, для насыпки которых послужил вынимаемый грунт. Ансамбль Кацура занимает площадь 66 000 кв. м, его парк совершенно изолирован от окружающей местности.

Кацура строился как загородный императорский дворец. С IX века землей, на которой расположен дворцовый комплекс, владела аристократическая семья Фудзивара. В начале XVII века участки перешли к принцу Тосихито, большому любителю и знатоку японской и китайской поэзии, рисовальщику и мастеру аранжировки цветов…

В 1615 году принц Тосихито приступил к возведению дворца. Говорили, что принц Тосихито пользовался советами зодчего Кобори Энею (стиль К. Энею чувствуется повсюду). Правда, сохранились записи, в которых ясно сказано, что декоративным устройством сада занимались другие мастера (строительные работы возглавлял Наканума Сакио, который вместе с художником-садовником Дзесиро были автором главных ландшафтных композиций). Более того, современные японские ученые склонны считать, что общий замысел, по всей вероятности, принадлежал самому принцу Тосихито. Однако принц не успел пожить в своем загородном дворце, и после его смерти строительство комплекса застопорилось почти на двадцать лет.

Сын Тосихито — Тосидада унаследовал таланты своего отца. А после женитьбы на дочери богатого феодала Маэда у него появились средства для продолжения работы. Консультантом принца Тосидада был священник Огава Бодзе, за устройство садов отвечал Тамабути, а общее руководство осуществлял Кобори Сэйсюн.

Последние сооружения в Кацуре были приурочены к визиту императора Гомицуно в 1659 году.

Ансамбль имеет сложный план без фиксирующей вертикали, скорее — единое по горизонтали пространство, где чередуются естественные холмы и впадины.

В центре ансамбля находится искусственное озеро оригинальной формы с пятью островками, соединенными друг с другом деревянными или каменными мостиками.

Основное здание дворца состоит из трех частей — Старого сеина (сеин — архитектурное сооружение в стиле, популярном в XIV–XVI веках), Среднего сеина и Нового дворца.

У главных ворот, напротив Старого сеина, расположен павильон Гэ-пиаро, а между ними сад. Это самая старая часть ансамбля.

Здания Старого и Среднего сеина расположены таким образом, что солнечные лучи летом в них не проникают, но мягко падают зимой. Первый этаж каждой постройки окружен верандой, которая отделена раздвижными стенками (седзи). Комнаты тоже имеют раздвижные стены из деревянных рам с плотной бумагой. Такие стены могут разграничивать интерьеры и отделять их от окружающей природы. В Старом сеине есть специальный помост для созерцания луны (принц Тосихито очень любил любоваться луной).

В Среднем сеине располагались жилые комнаты Тосихито. Пейзаж на их стенах и раздвижных стенках воспринимается как естественный ландшафт, видный в раскрытые двери. Двери между Музыкальной комнатой и Новым дворцом украшены цветами, характерными для каждого времени года.

Вдоль здания дворца и через сад проложены дорожки из камней. Идя по одной из них, попадаешь к озеру, а потом — в Павильон сосны и лютни (Секинтэй), самый изящный из чайных павильонов; восточной, западной и северной сторонами он обращен к пруду. В этом павильоне несколько комнат. В первой — раздвижные стены. Последняя комната открывается в сад. Так постепенно сад становится частью павильона (и это одна из характерных черт японской архитектуры).

Далее через мостик дорожка ведет на остров с Павильоном любования цветами (Секатэй). Чайным павильоном — Гэппаро — лучше всего любоваться осенью, так как рядом с ним растут клены. В ансамбль входят также павильоны Онриндо и Секиэн.

На территории дворцового комплекса есть и буддийский храм, выстроенный в китайском стиле. Принц Тосидада посвятил его своему отцу.

Изысканную простоту дворцу Кацура придают натуральные строительные материалы: криптомерия натурального цвета; бамбук (из него выполнена плетеная решетчатая ограда); камень на фоне мха (дорожки); водостоки, усыпанные мелкими камешками.

Парк предназначен для прогулок пешком или на лодке. Предусмотрена постоянная смена „картин“, гармонично переходящих одна в другую. Большая роль отведена различным хвойным деревьям и кустарникам. Благодаря извилистым контурам берегов и островков прогулка становится довольно продолжительной по времени.

Хотя ансамбль нельзя охватить взглядом целиком, его можно понять через детали.

Н. Николаева пишет: „Мягкая картинность хэйанских садов органично сливается с сильными, наполненными ощущением внутренней мощи группами из камней, как будто бы пришедших из дзенских сухих садов. Бесчисленные оттенки зелени мхов, кустарников, деревьев, располагающие к созерцанию, вызывают в памяти сады типа Сайходзи. Но все-таки самым главным остается качество, заимствованное от чайных садов, — точное „проведение“ человека по заранее обдуманному, художественно выверенному маршруту с целой серией совершенно определенных зрительных впечатлений. Дорожки из камней, соединяющие дворец с павильонами в саду, ведущие к местам любования водопадом или особенно красивым деревом, производят впечатление случайно изгибающихся, естественно вьющихся среди углублений и неровностей почвы. Самое первое назначение этой дорожки — не замочить ног в сырой траве — предполагает осторожность продвижения по ней, постоянное внимание к неровностям поверхности каждого камня, иначе говоря, заставляет человека все время смотреть вниз. Но мастер, планировавший дорожку, обдумывал и своеобразные передышки в этом осторожном, медленном продвижении. Он фиксировал их или более крупным и гладким камнем, или разветвлением дорожки. В этих пунктах остановки движения человек поднимал голову и видел заранее обдуманную, предусмотренную художником композицию, которую нужно рассматривать. Художник заставляет дорожку быть „гидом“, не просто вести, но показывать сад, раскрывать его разнообразную, меняющуюся красоту“.

Приемы пространственной организации садов Кацуры неповторяющиеся. Можно долго созерцать далекий пейзаж, вмиг оглядеть замкнутый мир дворика перед входом в дворец и даже остановиться как вкопанный перед камнем на берегу пруда.

Прослеживается особенная связь садов Кацуры с архитектурой зданий. Сооружения четко графичны, сдержанны, ничего броского, присутствует чувство меры. И тем самым они контрастируют с естественной природой сада. Раздвигающиеся окна-стены дворца, легкий каркас, использование природных материалов (в основном дерева) сближают дом с садом, сад становится частью здания.

Дворец, горизонтальный в плане, не только не возвышается над природным окружением, но даже оказывается ниже деревьев. Фасад зигзагообразной формы гармонично вписывается в окружающее пространство. Водоем объединяет все постройки. Вода становится материалом для чередования пейзажей, рассчитанных на разное время года, дня и на разную погоду. Одна часть пруда в Кацуре славится, например, тем, что там можно видеть романтическое отражение осенней луны.

Н. Николаева отмечает: „Художник не позволяет себе ни малейшей небрежности, ни одной случайной детали, ни одного маловыразительного ракурса. Перед взором человека, смотрящего из интерьера дворца в сад, открывается далекая и величественная картина могучей природы (маленькая пагода на берегу водоема создает масштаб, подчеркивает высоту деревьев). Но если, сидя у края веранды, опустить глаза, главным впечатлением становится богатство фактур: нежно-золотистого бамбука террасы, шелковистого дерева опор и перил, серебристых шершавых камней, окруженных изумрудными мхами. В обоих случаях художник добивался как можно большей полноты эмоционального переживания“.

Дворцовый сад приближается к стилю чайных садов, когда восприятие пейзажа происходит в процессе движения, направление которому задают дорожки. Парк, собственно говоря, и задумывался для прогулок и любования пейзажем, который меняется по мере продвижения путника.

Один из посетителей Кацуры сказал, что этот дворцовый комплекс создавался, чтобы „думать глазами“.

Ансамблю Кацура стилистически близок императорский дворец Сюгакуин около Киото (сейчас он расположен в черте города), знаменитый своим садом с эффектным контрастом подернутого туманом далекого заднего плана (с видом на горы) и четкого по очертаниям переднего плана.

Он строился приблизительно в те же годы, что и Кацура.

Сюгакуин расположен на трех уровнях — террасах, поднимающихся друг над другом по склону горы. В отличие от Кацуры основной масштаб Сюгакуина был задан дальним планом — видом далеких гор и деревьев („саккэн“). Все искусственно построенные элементы сада на переднем плане композиции выполняли подчиненную роль.

Общепризнанными шедеврами считаются точно выполненный здесь рисунок водоема и композиция водопада на верхней террасе.

Никко

Японская пословица гласит: „Не видел Никко, не говори о красоте“. Никко, как одно из священных мест и достопримечательностей Японии, привлекает большое число паломников и туристов. Национальный парк Никко (Никко в переводе на русский язык означает „солнечное сияние“) известен во всем мире своей необыкновенной природой, многочисленными памятниками архитектуры.

Парк Никко занимает территорию 140 698 га. Он был создан в 1934 году.

Небольшой городок Никко, давший имя известному национальному парку, расположен в 135 км к северо-востоку от Токио, на острове Хонсю. Это один из наиболее живописных районов Японии. На юге парка — горы Никко (скалы отвесные и громадные, устремленные, кажется, к самому небу — их едва видные пики растворяются в белоснежных облаках). На севере — действующий вулкан Насу. Для парка характерны озера, водопады, болота, широколиственные и хвойные леса, альпийская растительность, высокогорные верещатники.

Из животных встречаются черный медведь, олень и др.

Здешние храмы строились исключительно из местного материала (из леса, сваленного на склоне горы, строители сделали колонны, из гигантских каменных блоков, вырубленных здесь же на склоне, выложили стены храмов и мосты). Здания с традиционной конфигурацией крыш прекрасно вписались в ландшафт, природа и архитектура дополняют друг друга и создают гармоничный ансамбль.

На территории национального парка, на вершинах и склонах холмов расположены буддийские храмы, синтоистские святыни. Здесь же находится усыпальница Изясу Токугава (1542–1616) — основателя династии сегунов из рода Токугава и посвященный ему храмовый комплекс Тосегу (Храм восточного сияния).

Храм находится у подножия высоких гор, покрытых снегом почти до самой подошвы. Дорога к нему идет по узкой аллее старинных японских криптомерии, некоторым из которых более 300 лет. Лес криптомерии занимает площадь в 25 кв. миль и насчитывает 17 тысяч корней. „Особенно красивы аллеи ранним весенним утром, — отмечают авторы книги „Парки мира“, — когда лучи поднимающегося солнца проглядывают сквозь нежно-зеленую листву деревьев и легкую дымку тумана“.

Эта красота имеет и вполне определенную цену. Местные жрецы не прочь сбыть корень драгоценного дерева: каждый ствол криптомерии стоит не одну сотню тысяч иен.

К святыням храма Тосегу ведет огромная каменная лестница. Поднявшись по ней, посетители оказываются у главных ворот храма, построенных в виде двенадцатиколонного двухъярусного сооружения в стиле японского барокко. Их называют Иомэймон (Ворота солнечного света), или Хигурасимон (Ворота целого дня). Колонны, стены и фронтоны ворот украшены многочисленными фигурками из дерева. Здесь можно видеть драконов с раскрытыми пастями, фениксов, фантастических животных, рыб, птиц, редкостные цветы, героев древней мифологии, играющих детей и древних старцев. Каждая колонна увенчана фигурой мифического животного-стража, обращенного к посетителям раскрытой пастью. Ворота накрыты сверху массивной шатровой крышей с изогнутыми углами, крыша покрыта бронзовыми листами в форме черепицы.

Храм был воздвигнут сегуном Хидэтада в XVII веке в честь Изясу (1542–1616), основателя последней сёгунской династии в Японии, которому японцы были благодарны за прекращение междоусобного кровопролития в стране, объединение раздробленной Японии, а также за экономический и культурный подъем.

Храм строился с 1635 года (в течение одного года). На его строительство ушло 330 миллионов бревен, шесть акров листового золота, работой были заняты 4 541 230 человек и израсходовано денег, серебра и риса на сумму более 8 миллиардов японских иен (в пересчете на современные цены). Но это еще не все затраты. За время своего существования храм перестраивался более двадцати раз. Каждый год храм реставрируется, на что расходуется 3 тонны лака, 5 кг золота, много эмали.

Совсем недавно в храм Тосегу был открыт доступ посторонним. А сейчас можно войти в храм даже иностранцу и подойти к алтарю, который представляет собой обычный стол с простыми чашами и сосудами с рисом, овощами, сушеной рыбой, фруктами, водой, сакэ.

Потолок храма украшен прекрасной лепной мозаикой и росписью на религиозно-мифологические темы (здесь изображен дракон в ста фазах перевоплощения). В храме можно видеть искусные работы японских резчиков по дереву, Например, пластинки цельной доски криптомерии, выложенные аппликацией из вырезанных тонких деревянных пластин редкой породы дерева. Или массивные колонны из цельного дерева, украшенные ажурной резьбой.

Храм Тосегу представляет собой целый комплекс. Он занимает 80 000 кв. м и состоит из 28 основных сооружений.

А вот Конюшня священной лошади — небольшое строение — выполнена совсем в другом стиле. Единственные ее украшения — два барельефа. На одном из них три ярко раскрашенные фигуры обезьян: одна закрыла лапами уши, другая — рот, третья — глаза (это объясняется старинной буддийской моралью, которая гласит: не слышу ничего дурного, не говорю ничего дурного, не замечаю ничего дурного).

С 1617 года 17–18 мая ежегодно в Никко проводится самый популярный праздник храма Тосегу — фестиваль Сеннин-герэцу (процессия, состоящая из тысячи человек).

В эти дни можно стать участником традиционных представлений, обрядов, состязаний, старинных танцев, игр, развлечений. Тогда же, единственный раз в году, разрешается совершить прогулку по Священному мосту. Правда, в любое время года Священный мост, созданный из дерева и камня триста лет назад, окрашенный в пламенно-красный цвет, привлекает к себе внимание посетителей. Он относительно небольшой — около 30 м в длину и 8 м в ширину, однако японцы говорят, что равного ему в мире нет — так он своеобразен, оригинален по конструкции и гармонии с естественным пейзажем.

В Никко приезжают для того, чтобы полюбоваться кленами или цветами.

Любование листьями клена осенью, или момид-зигари, — одна из традиций японцев. Н. Федоренко пишет: „Клен — по-японски „момидзи“ (одно из названий клена по-японски означает „сто дней красный“). Для любования листьями клена в Японии существуют известные районы и места: Никко, гора Токао, озеро Окутама и другие. Каждое из этих достопримечательных мест имеет свое время для любования кленом, привлекая огромные массы народа из самых различных мест Японии. Примечательно, что в специальных справочниках и путеводителях особо указываются наиболее интересные места и время для любования кленом“.

В Японии стало традицией и любование цветами. Во все времена года японцы приезжают в Никко созерцать красоту цветов. В конце зимы рядом с храмом Рицуин (VII век) зацветают умэ — японские сливы. В середине апреля начинает цвести вишня — сакура. Кстати, около Рицуин растут двухсотлетние деревья редкого вида сакуры — конгосакуры с цветами золотистого оттенка.

НАЦИОНАЛЬНЫЕ ПАРКИ, ЗАПОВЕДНИКИ

АВСТРАЛИЯ

Ройял

Национальный парк Ройял — один из первых национальных парков мира, расположенный в пригороде Сиднея. Он был создан в 1879 году, а в 1886 году объявлен национальным парком. Площадь парка 14 тысяч га.

На заповедной территории парка более 700 видов растений. Холмы парка покрыты густым лесом, спускающимся к морю. Берег окаймлен скалами и пляжами.

У русла реки Хакинг, протекающей по территории парка, встречаются громадные камни и скалы.

На холмах растут эвкалиптовые леса, вершины скал покрыты низкорослым кустарником.

Днем среди ветвей эвкалипта можно разглядеть коалу. У этого сумчатого лазящего животного выводковая сумка открывается вниз (так открывается сумка еще у вомбатов). Коала достигает длины 60–82 см, веса 16 кг. Его уши крупные, закругленные, нос-бульбочкой. При встрече с человеком животные дружелюбны, однако у них очень острые когти. На передних конечностях пальцы противопоставлены друг другу — два к трем (в виде клещей). Взбираясь вверх, коала ставит передние лапы под углом 45 градусов на ствол, а задние поджимает, переступая шажками. Коалы легко влезают вверх по гладкому стволу и могут перепрыгнуть с ветки на ветку.

Большую часть жизни животные проводят в кронах эвкалиптов, только испугавшись, сумчатые медведи начинают быстро передвигаться. Название „коала“ происходит от австралийского „kullawine“ (ничего не пьет). Это действительно так коале хватает влаги, содержащейся в листьях эвкалипта, его единственной пище. Однако из более чем 500 видов эвкалипта коалы едят листья (обязательно свежие) всего 15–20 видов. В листьях эвкалипта содержится иногда синильная кислота (в побегах сахарного эвкалипта достаточно яда для того, чтобы убить барана). А коале такая еда нравится. Ученые объясняют этот феномен удлинением слепой кишки (до 2–3 м).

Коала активен ночью, не строит себе жилища. Обычно живет один и смело защищает свою территорию.

В период размножения самец зовет самку призывным криком — это нечто среднее „между храпением толстого пьяницы, скрипом двери на заржавленных петлях и ворчанием чем-то недовольной свиньи“, — пишет В. Бобров. Период размножения у животного проходит с сентября по январь. Детеныш у коалы появляется один раз в два года, весит 5,5 г. Он сразу же пробирается в сумку матери, в которой присасывается к соску. К шестимесячному возрасту малыш покрывается шерстью, достигает 500 г веса, тогда он поселяется на спине матери и живет там, пока ему не исполнится год. Живет сумчатый медведь в среднем 11 — 13 лет, иногда 20.

Первые сообщения о коале относятся к 1798 году, тогда Джон Прайс и Джеймс Уилсон, отправившись на рекогносцировку к юго-западу от Сиднея, повстречали коалу. Они написали в отчете, что здесь обитает животное, напоминающее южноамериканского ленивца. Через четыре года французский морской офицер Барралье выменял на стрелы и топоры четыре лапы животного и заспиртовал их, а потом добыл шкуру сумчатого медведя, немного позже — и живого зверя.

До появления людей в Австралии это животное было распространено повсеместно, для хищников, кроме динго, он не представляет интереса — его мясо отдает горечью. Аборигены старались не причинять вреда коалам. Они считали, что в этих зверьков переселяются души умерших детей (испуганный коала „плачет“ совсем как ребенок).

Когда в конце XVII века на континенте появился белый человек, он начал вырубать эвкалиптовые леса и охотиться на этих пушистых зверьков. Их доступность для охотников и пушистая шкура (мех коалы исключительно ноский) привели к тому, что эти животные были почти истреблены к началу XX века. Только в Сиднее в 1908 году было продано почти 58 тысяч шкурок, а уже в 1924 году из восточных штатов было экспортировано 2 миллиона шкурок.

Первыми почувствовали опасность, нависшую над уникальным животным, в США — там запретили ввоз шкур в страну. Потом австралийцы встали на защиту добродушного животного. Для этого потребовалось завозить его в особо охраняемые места на островах. В 1927 году Н. Бернетт создал знаменитый Коала-парка в 20 милях от Сиднея. Сначала здесь обитали всего четыре молодые особи, а через 6 лет Коала-парк насчитывал уже 65 обитателей. Коала были завезены в национальный парк Флиндерс-Чейз на остров Кенгуру.

Сейчас коала находится под защитой закона, даже содержание этого животного в неволе без специального разрешения карается большим штрафом. Однако возникла другая проблема — исчезновение эвкалиптовых лесов.

В национальном парке Ройял обитают и другие животные. В глубоких норах на берегу тихих рек селится утконос. Однако увидеть его непросто — он ведет ночной образ жизни. В период размножения самка роет более длинную нору с несколькими отводами. Она забивает вход в нору землей, откладывает 1–3 яйца и сворачивается на 1–2 недели вокруг них клубком. Лишь через четыре месяца детеныши покидают нору. Утконосы питаются мелкими водными беспозвоночными, обитающими на дне водоема.

Ехидна широко распространена и на материке, и на ближайших островах. Она селится в древесных и кустарниковых зарослях, где много муравьев и термитов. Чаще всего ехидны живут поодиночке, в ареале до 3 км. В сентябре у самки на брюхе образуется складка кожи в виде сумки, в которую она сносит обычно одно яйцо и держит его там до двух недель. Детеныш более трех месяцев проводит в этой сумке. Когда малыш покрывается колючками, мать, уходя на охоту, оставляет его под валежником. Набрав килограмм веса, детеныш уже сам может позаботиться о себе.

Мелкие сумчатые землеройки населяют лесную подстилку. По ветвям деревьев лазает сумчатая кошка. Здесь же питается плодами эвкалиптов ки-стехвостый опоссум. Местами видны глубокие норы вомбата, похожие на воронки от бомб. Под покровом ночи с дерева на дерево перелетают гигантские сумчатые летяги и миниатюрные сахарные белочки.

В парке живут также длинноносые бандикуты, болотные валлаби, а также некоторые виды плацентарных млекопитающих (бобровая крыса), рукокрылых (трубконос, рыжая летучая лисица).

В лесу встречается 250 видов птиц, многие из них эндемичны для Австралии: сатиновая беседковая птица, рыжая веерохвостка, чернолицый монарх, медосос Левина, голубь Вонга, щетинистая кукушка и птица-лира.

У сатиновой беседковой птицы, или шалашника, блестящее синевато-черное оперение. Самец строит своеобразную декорированную беседку высотой 50–60 см и диаметром около метра на небольшой площадке под лесным пологом. Птица красит стенки домика краской, которую готовит самостоятельно, разжевывая синие ягоды. Делает и кисть из лубяного волокна деревьев. Потом шалашник, держа кисть в клюве, макает ее в краску и красит стены своего домика, а затем украшает его синими цветами, которые обязательно смотрят вверх. Перед входом в домик шалашник устраивает плоскую площадку, украшая ее также цветами, листьями, ракушками. Птица внимательно следит за оформлением своего жилища: каждый день заменяет увядшие цветы свежими. Однако этот шалаш птицы не используют для вывода потомства (птенцов шалашники выводят где-нибудь рядом в кустах или на деревьях). А беседки служат местом для знакомства, развлечений и проведения брачных игр птиц.

Известный натуралист Гульд еще в XIX веке писал о постройках шалашников: „Я находил много таких беседок или мест увеселений птиц. Они построены под сенью свесившихся древесных ветвей, в уединенных уголках леса. Здесь из плотно сплетенных прутиков устраивается основание постройки, а по бокам из более нежных, гибких прутиков возводится самый шалаш. Строительный материал располагается так, что все острия и развилины ветвей находятся сверху. С каждой стороны оставлен свободный проход. Эти постройки особенно красивы потому, что усердно украшаются яркими предметами. Тут вы найдете хвостовые перья разных попугаев, ракушки, камешки, отбеленные солнцем кости. Перья втыкаются между ветвей, камни и ракушки положены у входа“.

Парк Ройял привлекает многочисленных посетителей не только разнообразием фауны, здесь созданы все условия для их отдыха (парк Ройял, как и Сиднейский парк, сильно страдает от наплыва туристов, которых здесь бывает 2–4 миллиона в год). На пляжах расположены обширные стоянки для автомобилей, места для пикника и купания.

Какаду

Резерват Какаду уникален в природном и этнологическом плане. Он расположен в Австралии, на полуострове Арнемленд, к югу от города Дарвин, у залива Ван-Димен. Площадь парка 6144 кв. км. Национальный парк Какаду — крупнейшая в мире охранная зона с экосистемой, характерной для дельт здешних рек — от мангровых болот и зарослей эвкалиптов до тропических лесов, лесистой местности и гранитных скал.

Этот регион был заселен людьми около 40 тысяч лет назад. Здесь были найдены пещерная живопись и наскальные рисунки, возраст которых примерно 18 тысяч лет. Рисунки выполнены охрой на стенах пещер и скал. Здесь около 150 тысяч работ древних людей, по которым прослеживается эволюция аборигенов — первобытных охотников и собирателей. Эти наскальные изображения людей кажутся на удивление свежими. Местами они похожи на палочки, изображают тщательно очерченных гусей и змей.

А. Хэмилтон пишет: „Вы можете также посмотреть вокруг и увидеть народ, отброшенный в сторону пришельцами из „цивилизованного“ мира, которые разрушили их социальную экологию, приучили к алкоголю, что привело к катастрофическим последствиям, и сделали объектом расовой дискриминации со стороны белых поселенцев старшего поколения. Осознание собственной вины и переоценка ценностей способствовали выработке в Австралии политики экологической корректности и компенсации задним числом нанесенного ущерба, которая приводит порой к самым неожиданным результатам. Северная территория Австралии, где проживает менее одного процента населения, что-то около 175 тысяч человек, занимает шестую часть континента. Около половины этой земли принадлежит аборигенам. Большая часть неосвоенных земель в руках местных жителей и сдается ими в аренду администрации национальных парков и туристским фирмам. Эти организации привлекают сюда туристов, а деньги, которые с них собирают, идут на содержание аборигенов, что позволяет последним, оставаясь экономически независимыми, заниматься собирательством и охотой, как в древности, и не связываться с деньгами, которые всегда несут с собой разложение местам непосредственного проживания аборигенов“.

Главная достопримечательность парка Какаду — живописные водопады Джим-Джим и Твин.

Разнообразные живописные ландшафты национального парка — прибрежные отмели, затапливаемые равнины, низины, плато, долины, леса, заливы, образованные устьями рек, где полным-полно птиц, совсем не изменились с древних пор.

В конце сухого сезона вода отходит в главные реки и в озера или заливы, образованные устьями рек, туда тянется в огромном количестве и вся живность. В сезон дождей равнины заливаются водой, все становится невероятно зеленым и идет в рост.

В Австралии более двухсот видов эндемичных растений, в том числе пальмы, фикусы и эвкалипты.

Из животных в резервате водятся коала, кенгуру, вомбаты, из птиц — казуары, попугаи, лирохвосты и другие.

Казуар — самая архаичная птица континента. Она не летает, а живет на земле. Австралийский эму приходится ей дальним родственником. Оперение птицы рыхлое, длинное и мягкое, окрашено в темный, местами почти черный цвет.

В. Климов пишет: „Из-за отшельнического образа жизни в тропических чащах у казуара сложился очень тяжелый, раздражительный характер. При виде чужаков он сразу возбуждается и решительно нападает на превосходящего его по размерам и силе противника. При этом он весьма интенсивно работает как своими мощными ногами, так и крыльями. Крылья казуара имеют неразвитые маховые перья с пятью длинными когтями-колючками на концах (наследие археоптериксов). Живут казуары во влажных лесах. Высоким роговым гребнем-шлемом на голове с губчатой внутренней структурой они не только раздвигают густые заросли подлеска, но и защищаются от падающих тропических плодов, а также при стычках между собой. Интересно, что у птенцов этого гребня нет, он нарастает постепенно, слой за слоем. Шлем настолько срастается с черепом птицы, что остается на нем даже после смерти, на уже истлевших костях“.

Казуар всеяден. Он ест плоды, упавшие на землю, насекомых, мелких ящериц, лакомится чужими птенцами, яйцами. Птица предпочитает находиться в одиночестве, а хорошее зрение и острый слух казуара этому только способствуют: подступиться к этой птице близко очень сложно.

Аборигены ловят детенышей казуара и выращивают их дома. Крестьянин, вырастивший казуара, становится уважаемым человеком в деревне. За одну птицу он может получить 8 свиней или, отдав его в уплату за супругу, жениться. Большим спросом пользуются когти птицы (из них делают наконечники для копий) и колючки крыльев (из них получаются тонкие, длиной до 10 см иглы для шитья одежды).

В водах национального парка встречается много крокодилов: около двадцати пяти обеих разновидностей — пресноводных и тех, которые обитают в морской воде. Они достигают 30 футов в длину, живут до ста лет и способны, ухватив за морду быка, затащить его под воду. В сезон дождей в здешних водах появляются и ядовитые медузы-убийцы.

250 тысяч туристов едут в эти края, чтобы полюбоваться живой, первозданной природой Австралии.

Туристы посещают национальные парки в жилых автофургонах или двигаются по их территории пешком с пожитками и большим запасом воды, особенно необходимым в сухой сезон (ни в коем случае нельзя пополнять запасы воды из местных болот, иначе можно попасть в объятия крокодила).

Более богатые туристы останавливаются в шикарных отелях, ловят рыбу в специально отведенных местах. Так, отель „Севен-спирит-бей“ на полуострове Коберг располагает спальными номерами и отдельными комнатами под открытым небом. Номер стоит двести фунтов стерлингов в сутки.

Здесь любого туриста обслужат подобающим образом. Можно прогуляться по парку с проводником (настоящих аборигенов в этом районе немного, поэтому проводники редко являются чистокровными аборигенами). А можно совершить поездку по большому и пустынному полуострову Арнемленд на вездеходе (тишину нарушают лишь крики птиц и животных, и вы можете одни любоваться наскальными рисунками и эстуариями, которые пребывают в жутковатом спокойствии).

Конечно, знатоки будут утверждать, что лучше посетить места обитания аборигенов Арнемленда и их племен, расположенных вокруг национального парка Какаду. Но некоторые люди приезжают в Австралию для того, чтобы посмотреть на необжитые земли Северной территории, протянувшейся от тропиков на севере до центральной Австралии в районе Алис-Спрингс. Или же полюбоваться на владение Бонд-Спрингс-Стейшн, находящееся неподалеку от Алис-Спрингс (оно было основано сто лет назад).

В западной Австралии расположено владение Эль-Куэстро-Стейшн площадью в миллион акров. Здесь туристы могут остановиться в палатках, или небольших домиках, или даже в ранчо самого хозяина, расположенном над узким ущельем. Вашему взору предстанет природа Австралии в первозданном виде: земля усыпана красным камнем с минералами; тут и там дают знать о себе горячие источники; монументальные баобабы будут приветствовать вас.

Большой Барьерный риф

Большой Барьерный риф — сооружение природы, созданное живыми организмами — кораллами в теплых водах Тихого океана. Из-за обилия коралловых рифов и островов море, омывающее северо-восточные берега Австралии, стали называть Коралловым.

Гряда коралловых рифов, отмелей и островов в Коралловом море протянулась вдоль северо-восточного побережья Австралии на 2300 км. Ширина Барьерного рифа в северной части около 2 км, в южной 50-150 км. Общая площадь кораллового ожерелья материка составляет около 200 000 кв. км. От берега риф отделен лагуной шириной от 50 до 100 км и глубиной до 50 м. Большой Барьерный риф пересекается естественными каналами и протоками. В его состав входят около 2900 отдельных рифов (их размеры варьируются от 1 га до 100 кв. км) и 71 остров. Эти острова рассеяны от южного побережья Новой Гвинеи до тропика Козерога. Среди островов выделяются материковые — вершины горных хребтов, опустившихся под уровень океана, и коралловые — плоские острова, образованные коралловым песком, причем, основание таких островов может быть на сотни метров ниже уровня моря. Например, коралловый остров Су-Айленд издалека кажется ярко-зеленым пирогом на блюде песчаного цвета (из кораллового песка). Хорошо видно и окраину рифа, окружающего остров: темно-синий цвет воды меняется на светло-зеленый. Другой коралловый островок — Коко-нат — весь зарос пальмами. Остров Йорк — сравнительно большой, на нем есть даже посадочная площадка для маленького самолета.

Большой Барьерный риф называют восьмым чудом света. Возраст его — не меньше десяти тысяч лет.

Открыл Барьерный риф для европейцев Джеймс Кук. Будущий знаменитый британский мореплаватель проучился в школе только три года. В семнадцать лет он стал бакалейщиком в лавке приморского города Стейтс. С тех пор как его лавку во время шторма однажды смыло в море, вся его дальнейшая жизнь стала принадлежать водной стихии. Кук поступил на морскую службу. Уже в своей первой экспедиции он открыл восточное побережье Австралии — Новый Южный Уэльс.

Тогда Кук без особых происшествий двигался вдоль берега Новой Зеландии, пока не столкнулся с гигантской коралловой грядой. За мысом Трибьюлейшн, или мысом Невзгод, как назвал его мореплаватель, корабль наскочил на коралловый риф. Кук вспоминал по этому поводу: „В эти поистине ужасные минуты все продолжали делать то, что было в их силах, так же спокойно, как всегда. Опасности, которых нам ранее удалось избежать, были ничтожны перед угрозой быть выброшенными на рифы, где через мгновение от корабля ничего бы не осталось“.

Команде первооткрывателей удалось пройти через рифы по проходу, который они назвали Провидением. После этой экспедиции Кук нанес на карту Большой Барьерный риф.

Сейчас Большой Барьерный риф — наибольшее из известных на Земле скоплений кораллов. В 1979 году у берегов Австралии был основан морской национальный парк Большого Барьерного рифа площадью свыше 5 млн. га (но сегодня только седьмая его часть действительно находится под охраной закона).

Небольшие глубины и теплая вода с температурой 19–25 °C оказали благоприятное воздействие на развитие коралловых полипов, которых насчитывается здесь 400 типов.

Коралловые полипы имеют длину всего несколько миллиметров. Рифы растут с разной скоростью: одни подрастают за год на 20 см, другие — лишь на несколько миллиметров.

Питаются полипы одноклеточными, личинками червей и миниатюрными рачками. Они впитывают карбонат кальция, строя таким образом свой известковый скелет, другие питательные вещества. Однако для большинства кораллов этого оказывается недостаточно, поэтому они живут в симбиозе с водорослями, которые окрашивают их в удивительные цвета. От этой „дружбы“ все оказываются в выигрыше: растения снабжают полипы кислородом, а сами поглощают выделяемые кораллами вещества. Кораллы могут расти только в теплых, чистых, просвечиваемых солнцем водах. Даже от мелкого песка кораллы не могут освободиться самостоятельно и погибают.

Полипы ловят планктон с помощью стрекательных капсул, чье прикосновение неприятно и для человека. Альфред Брем приводил мнение одного ученого, исследовавшего кораллы: „Я пытаюсь сорвать веточку с другого коралла, но опять неудачно: коралл оказывается жгучим и при первом же прикосновении моя рука начинает гореть, словно обожженная раскаленным железом“.

Колонии кораллов принимают причудливые формы: кустов, гигантских грибов, шляп. У них яркая окраска — красная, голубая, зеленая, желтая. „Чудные коралловые заросли, которые красотой превосходят мифические сады Гесперид“, — писал о кораллах Альфред Брем.

Е. Чекулаева поделилась своими впечатлениями о коралловых рифах: „Тем, кто посетит Большой Барьерный риф, стоит пожелать предпринять путешествие вдоль рифа — это весьма увлекательное и познавательное занятие. Кругом синее, с оттенками бирюзы, море, легкий бриз не дает солнцу сжечь тебя. Коричневые нодди — их еще почему-то называют „глупыми крачками“ — будут вас сопровождать в пути, о чем-то переговариваясь. Целая стая дельфинов почти час может плыть рядом. Некоторые изредка ложатся на бок и, хитро прищурив глаз, рассматривают вас. Другие выскакивают из воды, похрюкивая от удовольствия. Вода так прозрачна, что видно, как все дно заросло настоящим коралловым лесом. Есть большие округлые массы кораллов, грибовидные, древовидные, ветвистые, пластинчатые. А палитре красок позавидует любой художник“.

Широко известен огненный коралл Мерога complanata, но от него лучше держаться подальше, так как он имеет плоские тонкие пластинки, прикосновение к которым очень болезненно (на теле остается красный след ожога) Кораллы достигают разных размеров. Так, змеевидный коралл Colpophylha natans кажется очень тяжелым, но это совсем не так. А вот глазчатые кораллы Montastrea cavemosa могут достигать полутора метров высоты.

Погружаясь в море, можно видеть, как на концах хрупких ветвей „расцвели“ нежные розовые, белые, фиолетовые розетки. В основание коралловых построек вросли крупные двустворчатые моллюски — тридакны, створки которых окаймлены ярко-синей бахромой. Однако эта самая тридакна стала настолько редкой в водах Юго-Восточной Азии и Австралии, что ее пришлось занести в Красную книгу.

В коралловых зарослях прячутся ярко раскрашенные рыбки, а над поверхностью рифа бороздят воды более крупные хищные рыбы-груперы, королевские окуни, макрели, змеевидная мурена. Стараются оставаться в тени длинноиглые ежи, осьминоги. Плавает морская черепаха. Яркие губки разбросаны на известковых скалах, а в их углублениях видны массивные клешни крупных крабов.

В море прекрасно себя чувствуют голотурии, напоминающие черные и желтые колбасы. Если до них дотронуться, они выпускают из ротового отверстия белые нити. Мелкие каури молочно-белого цвета прячутся группами под кромками кораллов. Очень опасными для человека могут быть моллюски рода конус — стоит схватить конуса, как он начинает резать кожу, впрыскивая в рану сильный яд.

Внутри и вокруг кораллов сформировались сложнейшие биоценозы, в которых представлены 1500 видов рыб, 4 тысячи типов моллюсков, тысяча видов губок, 350 видов морских звезд и других иглокожих, 6 видов черепах (например, большая зеленая черепаха, которой грозит вымирание). На островах Барьерного рифа гнездятся 240 видов птиц.

Здесь водятся трепанги, моллюски-жемчужницы, голотурии, устрицы. Обитают различные губки, морские звезды и ежи, морские анемоны, похожие на яркие растения, дюгонь, экзотические рыбы, черви, осьминоги, рыбы-груперы, мурены.

Не менее разнообразен и природный мир островов. На черных скалах буквально кишат мелкие черные сцинки, которых поймать невозможно. У самой кромки воды предпочитают держаться песчаные крабы, как только волна откатывается, они сбегают вниз — за желанной добычей.

На островах растет и настоящий тропический лес, в котором великолепно себя чувствуют термиты, гекконы, крупный и длинноногий паук нефила. Крупные черные тараканы и ярко-зеленые кузнечики предпочитают селиться на листве. Ярко-зеленые квакши прячутся среди листвы. Варан тоже скрывается в кроне деревьев. Сколопендра и скорпион проживают под валежником. Воркуют горлицы, порхают красочные бабочки, у цветов вьются желтогрудые нектарницы. Порхают сине-зеленые зимородки.

Однако весь этот природный мир оказывается легкоуязвимым. Погружаясь в море, сейчас нередко можно встретить вместо райских кущ лунный ландшафт: голые ветви кораллов лежат на дне, как скелеты.

Неблагоприятно сказывается на жизни кораллов загрязнение морских вод нефтепродуктами и химикатами. Значительный вред Большому Барьерному рифу наносят пираты-браконьеры, которые отламывают самые красивые кораллы, после чего те начинают погибать.

Сказываются на существовании кораллов и другие факторы. Так, в сети, расставленные для акул, попадают ламантины, и они все реже появляются у берегов. Риф, не поедаемый морскими млекопитающими, постепенно зарастает водорослями.

Однако наибольшую угрозу жизни кораллов представляет глобальное потепление, которое происходит на планете, оттого что вода в Мировом океане вследствие парникового эффекта становится все теплее (такой вывод сделали сотрудники Национального океанографического института США). А вот биологи из Института тропических исследований в Бальбоа (Панама) пришли к другому мнению: некоторые кораллы адаптируются к перегреву моря и образуют симбиоз с теплолюбивыми водорослями.

В тропических морях температура воды обычно достигает 26–28 градусов. При повышении температуры на один градус в течение нескольких дней кораллы начинают отторгать одноклеточные водоросли, и на месте кораллового леса остаются известковые скелеты.

„Австралийский биолог профессор Ове Хег-Гульдберг из Сиднейского университета, — пишет С. Павленко, — подтвердил эту догадку с помощью нехитрых опытов (их результаты были опубликованы летом 1999 года). Он поместил кораллы в аквариум и стал подогревать в нем воду. Когда температура повысилась всего на градус, животные стали чувствовать себя хуже. На этом их мучения не кончились. Вскоре термометр, опущенный в воду, показал 32 градуса. Плодовитость кораллов упала на 40 процентов. Их хрупкий, удивительный симбиоз с водорослями был серьезно нарушен. Потеплело всего на каких-то четыре градуса — и кораллы не выжили. Тогда Хег-Гульдберг стал изучать прогнозы. Все они предвещали дальнейшее потепление Океана. Разнились лишь цифры для различных его районов. Ученый попробовал посмотреть, что будет с теми морями, где пока худо-бедно произрастают кораллы. „Сейчас, — говорит он, — мы наблюдаем спорадическую гибель отдельных колоний. К 2020 году мы столкнемся с массовым, повсеместным отмиранием кораллов. Сперва этот мор охватит рифы Карибского моря и Юго-Восточной Азии, к 2030 году перекинется на Большой Барьерный риф, к 2040 году распространится на всю остальную южную акваторию Тихого океана. Если события будут развиваться по худшему сценарию, то уже к началу XXII века коралловые колонии в большинстве прибрежных районов погибнут. Моря станут другими“.

Коралловые рифы — это не только красивый природный ландшафт, они служат естественным волнорезом, защищая жителей Барьерного рифа от стихии. За счет животных — обитателей Барьерного рифа местные жители и кормятся. Например, из раковин мелких моллюсков изготавливают поделки, совсем мелкие — измельчают и подмешивают в массу, из которой делают кафельную плитку. Мясо моллюсков продают в Гонконге по баснословным ценам. Но уже повреждена 1/4 часть Большого Барьерного рифа.

Фармацевты заинтересованы в сохранении кораллов, в частности отпрысков Eleutherobia, которые вырабатывают протеин элевтеробин, сдерживающий размножение раковых клеток.

Ученые мира пытаются создать искусственные коралловые леса, которые меньше страдают от перегрева моря. Так, профессор Вольф Хильберц крепит на буйках солярные элементы, которые вырабатывают постоянный ток. К ним присоединяется металлическая проволока и опускается в море. На проволоке начинают оседать вещества, содержащие магний и кальций. Поэтому здесь охотно селятся кораллы, моллюски, иными словами — возникает риф, близкий к натуральному. Этим искусственным рифом вполне можно восполнить исчезнувшие звенья кораллового рифа.

Свой метод профессор Хильберц применяет сейчас в окрестностях Мекки на побережье Красного моря. Другой ученый, Том Горо, собирается выращивать искусственные рифы в Карибском море и Индийском океане.

Предпринимаются попытки сохранить не только коралловый риф, но и сложнейший биоценоз, ставший его принадлежностью. Так, сотрудник Австралийского национального университета доктор Роберт Бастард организовал на островах черепаховые фермы, которые находятся под эгидой Международного союза охраны природы. Когда черепахи подрастут, их выпускают на волю. При таком способе разведения черепах смертность молоди снижается до 10–20 процентов (обычно же гибель молодых черепах от хищников достигает 80–90 процентов).

АРГЕНТИНА

Науэль-Уапи

Национальный парк Науэль-Уапи в Аргентине, в провинциях Неукен и Рио-Herpo, занимает площадь около 800 000 га. Он был создан в 1903 году благодаря известному натуралисту Аргентины доктору Франсиско Перито Морено (1852–1919). Первоначально первый национальный парк страны занимал площадь 8000 га между Пуэро-Блест и озером Фриас. В 1907 году заповедная территория была расширена до 43 000 га, а в 1922 году она достигла современных размеров. После того как в 1934 году был принят закон об охране природы, Науэль-Уапи стал первым национальным парком Аргентины.

Достопримечательность парка — потухший вулкан Тронадор высотой 3554 м над уровнем моря (в переводе с испанского тронадор — громогласный, гремящий). Он возвышается над поясом лесов и многочисленных озер ледникового происхождения. Главный пик Тронадора — Эль-Принсипаль. С вершины Тронадора, с его отвесных скал сползают в глубокие ущелья восемь ледников. В ледниках Тронадора зарождается река Фриас, несущая матово-зеленые воды.

Другая достопримечательность парка и его украшение — озеро Науэль-Уапи, расположенное на высоте 767 м, длиной около 70 км и площадью 530 кв. км. Оно очень глубокое, с крутыми берегами, судоходное. С этим озером связаны другие озера (Гутьеррес, Перито-Морено, Коррентозо, Гальярдо, Фриас, Фрей и др.).

На озере находится большой остров площадью 3700 га — Виктория. Он известен развалинами древних сооружений и наскальными изображениями, возраст некоторых из них 9 тысяч лет. На острове есть пять небольших озер.

Здесь хорошо сохранились леса огромных кедров и вечнозеленых буков. Возраст некоторых буков высотой до 40 м и диаметром 2 м достигает 500 лет. В лесах Анд над южными буками возвышаются патагонские лиственницы высотой 30–35 м и 2–3 м в диаметре. Они напоминают калифорнийские секвойи. Их стволы оплетают лианы, на них селятся разнообразные эпифиты.

В гладь озера Науэль-Уапи врезается полуостров Кетриуэ, на котором произрастают леса из аррайяна — деревьев со стволами, причудливо искривленными, с гладкой корой цвета корицы. В период цветения они буквально усыпаны белыми цветами, а в период созревания плодов лес окрашивается в фиолетово-бронзовый цвет.

Залив Бразо-Блеет озера Науэль-Уапи очень глубок. Его берега встают крутыми стенами из воды, напоминая норвежские фьорды или каналы Огненной Земли.

В национальном парке проводится много автомобильных экскурсий. Но наибольшим спросом пользуется „кругосветка“ протяженностью 280 км (Барилоче, река Лимай, озера Трафул, Коррентозо и Эспехо, городок Ла-Ангостура, северо-восточное побережье озера Науэль-Уапи, Лимай и снова Барилоче).

Совершая поездку по парку, туристы попадают в Зачарованную долину, где можно видеть образования третичного периода, измененные эрозией и временем. За их причудливые формы им дали названия Замок, Перст Божий, Кающийся, Задумчивая Индия и др. Озеро Трафул (длиной 32 км, шириной до 3 км) богато лососевыми. На берегу озера расположен городок Трафул с гостиницами и пристанью. Озеро Коррентозо (длина около 40 км), расположенное на высоте 816 м над уровнем моря, окружено со всех сторон влажным буковым лесом. Из озера вытекает река Коррентозо длиной всего 100 м.

На территории парка водятся млекопитающие. Но крупных нет, если не считать акклиматизированных европейских оленей и ланей, расплодившихся в большом количестве (поэтому была начата регуляция их численности). Изредка здесь можно видеть оленя пуду, всего 30–35 см высотой, с короткими рожками.

В лесах обитают мышиные опоссумы. В ручьях — лягушка ринодерма Дарвина, самец которой держит в своем горловом мешке оплодотворенные яйца до тех пор, пока головастики сами не выпрыгнут изо рта. Сохранилось немного американских страусов нанду. В степи гнездятся утки — пеганки. Немного броненосцев. Здесь обитают также гиппокамелюс, гуанако, викунья, шиншилла.

В труднодоступных местах встречается пума — вторая по величине кошка в Северной Америке. Ее называли пантерой, барсом, горным или мексиканским львом. В отличие от других диких кошек пума не проявляет свирепости по отношению к человеку. Но это не спасло ее от жестокого преследования белых поселенцев (индейцы не охотились на пуму — они почитали ее).

Пума очень напоминает пантеру, но отличается от нее изящным и грациозным сложением. Окрас ее всегда однотонный — серый или рыжеватый (котята пумы рождаются пятнистыми, как у пантер, а с возрастом пятна исчезают).

На юге Патагонии пума не превышает 1,22 м в длину и весит не более 30–40 кг. Нападая, пума развивает скорость до 18 м/сек, прыгает с места на 7–8 м, великолепно лазает по деревьям. Охотится в основном на лосей и оленей.

Живет пума в одиночку. Каждый зверь занимает участок 15–40 кв. миль и не допускает на него соперников.

В Северной Америке серьезных врагов у пумы нет, а в Южной и Центральной Америке у пумы есть очень опасный враг — ягуар, который гораздо сильнее ее, но пума более легкая и проворная.

Пума может нападать на диких и домашних животных. Забравшись в загон, она режет сразу по 6–7 коров или овец (в то время как ягуар всегда убивает только одно животное). Поэтому издавна существует профессия тигреро — охотник на ягуаров и пум. Правда, сейчас ситуация несколько изменилась: пум и ягуаров осталось немного, поэтому почти повсеместно они охраняются, и часто правительство выплачивает фермерам компенсацию за убитый хищниками скот.

В парке много птиц: плохо летающие танакулосы, черный Магелланов дятел, чилийские колибри, клинохвостые попугаи. На грани исчезновения кондор. На озерах обитают основном гагары. Есть также утки, черношеий лебедь, чайки и бакланы.

На южном берегу озера расположен центр национального парка — город Сан-Карлос-де-Барилоче, который связан со столицей регулярным воздушным и железнодорожным сообщением. Туристы, прибывающие сюда, непременно посещают музей имени Ф. Морено, в котором собраны реликвии миссионеров, завоевателей этого края, представлены предметы быта местного населения.

Национальный парк Науэль-Уапи открыт круглый год, но туристских сезона два: зимний (июль-сентябрь) и летний (январь-март). В начале и в конце сезона здесь проводятся национальные лыжные соревнования. Большая лыжная станция находится в 20 км от города. Для удобства туристов сооружены подъемники.

С 1 ноября до 15 апреля в озерах парка Науэль-Уапи разрешается рыбная ловля по лицензиям главного управления национального парка. Выдается лицензия и для отстрела благородного оленя на озере Виктория. В парк едут и альпинисты, или, как их здесь называют, андинисты (в 1931 году был создан клуб Андино Барилоче, силами которого оборудованы горные приюты на склонах гор).

Кроме национального парка Науэль-Уапи в районе Патогонии расположен другой национальный парк Лос-Гласьрес (он был основан в 1937 году). Наиболее примечательны в парке крупные ледниковые озера Вьедма и Лаго-Архентино. Один из ледников, который сбрасывает свои потоки в озеро, это Перито-Морено, объявленный ЮНЕСКО памятником мирового значения.

Отправляться на знаменитый ледник лучше из Эль-Калафате, который сохранил провинциальный облик. Здесь преобладают небольшие домики с островерхими крышами и стенами, выкрашенными в пастельные тона. Эль-Калафате назван по имени местного растения, дающего голубые ягоды, из которых варят приятный на вкус мармелад. Легенда гласит: кто его попробует, обязательно вернется сюда.

После двухчасового путешествия туристы достигают отрогов Кордильер. Пройдя через ворота национального парка, путешественники увидят кажущееся нереальным гигантское образование высотой до 70 м из голубовато-белой ледяной массы. Оно возвышается между горными хребтами и держит свой „язык“ в озере.

В леднике постоянно что-то потрескивает. А может вдруг неожиданно раздаться невообразимый грохот — кусок льда в несколько тонн срывается в воду.

Ледник и полуостров разделяет так называемый Канал айсбергов шириной всего 5 м. Поэтому бывало такое, что ледяные массы закрывали канал. Естественно, в южной части озера Лаго-Архентино, которое питается ледниками, стока воды не происходит. Постепенно уровень воды повышается здесь на 20 м и более, и вода пробивает вершину ледника каждые три-четыре года, отчего ледник продолжает расти.

Перито-Морено прекрасен в любое время года. Его остроконечные вершины переливаются разноцветными „огоньками“, сверкают на солнце. Самые отважные берутся покорить ледник. Надпись на щитах, установленных здесь, предупреждает, что не один смельчак, взобравшийся на громадину, был убит ледяными осколками. Первые шаги по льду туристы делают в сопровождении гидов, которые прежде всего прикрепляют к обуви путешественников приспособления с шипами длиной 3 см.

В 1934 году в Аргентине был принят закон об охране природы, согласно которому национальные парки страны — это музеи в природе, резерваты, где местные виды растений и животных могут свободно развиваться. Отмечается также, что национальные парки имеют экономическое, культурное, эстетическое и научное значение.

Национальные парки в Аргентине подразделяются на три зоны.

К первой зоне относятся участки девственной природы, или неприкосновенные зоны.

Во вторую зону входят участки, деградировавшие от разных причин (здесь предусмотрены работы по восстановлению ландшафтов).

Третью зону составляют рекреационные участки — дороги, гостиничные комплексы, объекты и предприятия сферы обслуживания и т. п. Аргентинские экологи считают, что территорию третьей зоны необходимо сократить.

Игуасу

Национальный парк Игуасу (на языке индейцев гуарани — Великая вода) занимает территорию 540 кв. км (55 тысяч га в Аргентине и 180 тысяч га в Бразилии). Он расположен на высоте от 100 до 700 м вдоль южного берега реки Игуасу, левого притока реки Парана. Последние 120 км течения реки Игуасу служат границей между этими странами. В точке водопада Игуасу сходятся и границы Бразилии, Аргентины и Парагвая, страны соединены друг с другом двумя мостами. Мост дружбы связывает Бразилию и Парагвай, мост имени Танкредо Невеса — Бразилию с Аргентиной.

Национальные парки в двух государствах были созданы в разное время. Парк в Аргентине, в провинции Мисьонес, был создан в 1909 году, а в Бразилии, в штате Парана, — лишь в 1939-м.

Примечательно и другое: три самых известных водопада в мире составляют границу между двумя странами. Так, на водопадах Виктория проходит граница между Северной и Южной Родезией. На Ниагарский водопад посетители ходят смотреть как с канадского берега, так и из Соединенных Штатов. По Игуасу тоже проходит граница, установленная двусторонним договором 1903 года между Бразилией и Аргентиной и дополнительным протоколом 1904 года. Окончательно граница была учреждена только в 1928 году.

Охраняются растительность субтропического леса и различные животные (ягуар, оцелот, тапир, водосвинка и др.).

Главной достопримечательностью национального парка является чудо природы Латинской Америки — водопад Игуасу, один из наиболее зрелищных в мире. Он находится на расстоянии 26 км от места впадения реки Игуасу в реку Парана. Река Парана, или Мать моря, протяженностью 4880 км, берет начало в Бразилии. Она течет на юго-запад и рядом с городом Гуаира образует участок естественной водной границы между Бразилией и Парагваем (расстояние 180 км). Здесь она сливается с рекой Игуасу. Дальше к югу Парана течет вдоль границы между Парагваем и Аргентиной, в Аргентине впадает в залив Ла-Плата.

Водопад Игуасу относится к наименее доступным в мире, поэтому довольно долго европейцы не знали о его существовании. Этот водопад открыл дон Альвар Нуньенс Кабеса де Бака в 1541 году, когда отправился из Санта-Катарины, расположенной на побережье Атлантики, в глубь материка, в царство инков. По дороге он услышал в чаще лесов шум большой воды и пошел на этот звук. Его имя вытесано на каменной плите недалеко от узкого мостика над водопадом Аррайагарай. Испанский путешественник и не подозревал, что на языке гуарани „и“ означает „вода“, а „гуасу“ — „большой“. А окрестил открытое им чудо в Южной Америке Salto de Santa Marja.

Намного позже, лишь в XVII веке, увидели великие воды миссионеры-иезуиты. Водопады Святой Марии на них не произвели, по-видимому, большого впечатления, так как они отправились дальше.

Только в 1892 году была составлена первая более или менее подробная карта окрестностей водопада, и мир начал знакомиться с этим чудом природы.

Водопад Игуасу имеет форму подковы (Аргентинская Подкова), а кому-то водопады Игуасу напоминают косу, обращенную к западу, потому что вода рек подходит к скалистому подковообразному барьеру и низвергается с него 275 потоками и струями. Их разделяют скалистые острова, покрытые пышной тропической растительностью. Вода спадает каскадом в ущелье с двух отвесных базальтовых ступеней шириной до 4 км (такой полноводный поток река Игуасу образует непосредственно перед водопадом). Некоторые из потоков падают вниз на глубину до 82 м, общая ширина каскадов водопада 2700 м. Мельчайшие капли образуют в воздухе водную пыль и сверкают на солнце всеми цветами радуги. Как падает вода с отвесной скалы, слышно за много километров по всей округе.

И. Ганзелка и М. Зикмунд пишут: „Водопады Игуасу, несмотря на свои размеры и мощность, производят впечатление хрупких. Они капризны, как маркизы времен рококо. На земле нет места, откуда можно было бы увидеть их все сразу. Они играют в прятки, как школьники. Скрываются за скалой и вдруг выскакивают из другого места. Сужаются до тонкой нити; вы могли бы держать пари, что завтра здесь иссякнут последние капли и будет сухо. И тотчас же бегут широким потоком, как дети на прогулку. Они скачут, как шалуны, со ступеньки на ступеньку, останавливаются, осматриваются, вертятся, брызгают в солнце и только потом с серьезным жестом погружаются в омут“.

В сезон дождей (ноябрь-март) расход воды реки Игуасу достигает 12,7 тысяч куб. м в секунду, или четыре биллиона гектолитров в год. Для сравнения: 46 миллиардов гектолитров проносит через Прагу река Влтава в течение года. Поэтому годовой рацион Влтавы был бы исчерпан в Игуасу в течение четырех дней.

Верхнее течение Игуасу напоминает широкое озеро. Конца не видно. Только далеко на горизонте в широких водах виднеется кайма леса.

И. Ганзелка и М. Зикмунд пишут: „Жидкое серебро кипит, и искрящаяся лавина низвергается огромной подковой в пропасть. Там, в глубине, над которой можно наклониться только в том случае, если тебя держат за руку, это жидкое серебро меняет форму, кипит, обегает в бешеном темпе пенящиеся воронки, возвращает свой блеск водопадам в вихре брызг и через несколько десятков метров спокойно несется вдаль. Garganta del diablo (Горло дьявола). Какое другое название мог дать беспомощный человек этой могучей стихии, которая сопротивляется изо всех сил, не желая лететь с солнечных высот в темную пропасть! Такое же название человек дал и самому могучему из водопадов Виктория в Африке. И все же! Дьявол не может воплотиться в столь нежную шейку, украшенную блестящими жемчужинами. Он не может воплотиться в шелковую вуаль охлаждающей водяной пыли, которая подымается из глубины на крыльях легкого ветерка и превращается в миллиарды искрящихся блесток. У дьявола недостаточно сил, чтобы подчинить себе пространство, солнце и воду и соткать из них спектральный мост, на который бросаются птицы, подобные живым бриллиантам. Нет, дьявол никогда не был в пенящейся, излучающей сияние вазе Игуасу. Только человек, не сумевший увидеть хрупкого, мелькающего чуда Великих вод, не понял заключительного фортиссимо первой части игуасской симфонии и вспомнил о дьяволе, чтобы заглушить в себе страх“.

Парк Бразилии расположен на северном берегу реки Игуасу. Здесь выделяются два приподнятых горных массива: один включает в себя пограничный водопад Игуасу. Петля водопада, расположенная на бразильской стороне, известна под названием Чертова пасть, или Глотка дьявола, над которой всегда возвышается столб белой водяной пыли. Согласно легенде, речной бог сотворил водопад Игуасу в приступе гнева. А сам он обитает в наиболее опасной точке водопада — в Глотке дьявола. Желающие могут увидеть это место ближе, если совершат прогулку на лодке или экскурсию на вертолете.

Хотя большинство водопадов Игуасу принадлежит Аргентине, Бразилии природа подарила львиную долю их красоты. Поэтому полное представление о масштабах водопада можно получить только в Бразилии.

Правый берег Игуасу на бразильской стороне значительно выше, чем левый. Он покрыт густым лесом, в котором удачно прорублены несколько тропинок и выкорчеваны деревья. Отсюда открывается чудесная панорама водяных каскадов. А тропинки, проложенные в стенах отвесного берега, позволяют наблюдать за Игуасу начиная с верхнего края каньона и до самого дна водопадов.

И. Ганзелка и М. Зикмунд отмечают: „На бразильской стороне вы чувствуете себя как на передвижном подъемном кране огромной киностудии, который движется с вами в пространстве в зависимости от того, какую вы нажимаете кнопку. Вы, как хозяева пространства, осмотрите четырехкилометровый рельефный фронт водопадов от их гребня и до того места, где разбушевавшаяся стихия сливается с нижним током реки и течет спокойно, как стадо овец“.

В национальном парке Игуасу представлена богатейшая в Южной Америке фауна и флора.

Для растительности парка Игуасу характерен субтропический и тропический лес с 200 видами деревьев, обвитых лианами. Великие воды расположены в двух градусах широты от южных тропиков, и все же их окрестности имеют тропический вид. Сладковатый аромат мимоз наполняет все вокруг. На берегах цветут орхидеи фантастической расцветки и форм, с цветка на цветок перелетают колибри. Пальмы размахивают на ветру своими „веерами“. Бамбуковые рощи особенно живописны на фоне леса. Встречаются и широколиственные породы деревьев, араукария. Распространены бегонии, мхи, папоротники.

Вся это многообразие растений великолепно сочетается с почвой карминного цвета, лазурным небосклоном и грядами белоснежных облаков.

Фауна национальных парков не менее разнообразна. На их территории встречаются ягуар, средний вес которого достигает 120 кг. Он очень похож на пантеру, но отличается более крупной головой и короткими ногами. В джунглях, которые несколько месяцев в году залиты водой, ягуар постоянно живет на деревьях. Он легко взбирается на деревья, хорошо плавает в воде, где ловит кайманов, черепах, рыбу. Но может охотиться и на таких крупных животных, как капибара и тапир.

Обитает в лесах парка Игуасу пума. Она весит только 30 кг, при этом длина ее туловища достигает 2 м, а хвост — 80 см. Она отличается такой ловкостью, что может прыгать на 6 м в высоту и на 14 в длину. Питается пума мелкими млекопитающими, тапирами, птицами.

Здесь же, по берегам заболоченных рек, можно видеть настоящего исполина — водосвинку капибара, ростом с годовалую свинью. Этот гигантский грызун представляет собой жирного зверька с продолговатым телом, покрытым жесткой лохматой коричневой шерстью. Его передние лапы длиннее задних, массивный огузок без хвоста, и поэтому кажется, будто он все собирается присесть. У него крупные лапы с широкими перепончатыми пальцами. По земле капибара передвигается шаркающей походкой или скачет вразвалку галопом, легко и проворно плавает в воде.

В горах или на болотистой местности обитает оцелот, млекопитающее из семейства кошачьих. Высота в холке до 60 см, длина туловища вместе с хвостом около 1,5 м, вес 16 кг. Это животное ведет в основном ночной образ жизни.

Иногда в твердых, как камень, стенках термитников можно видеть огромные дыры — это работа гигантского броненосца, панцирь которого состоит из роговых щитков (это единственные млекопитающие с кожным скелетом). Пробив дыру, зверь сует в нее узкую морду и длинным языком изучает термитник. Прилипших насекомых броненосец съедает. Но охотится он ночью, а днем обычно не покидает своего убежища.

На территории парка можно видеть и другое очень интересное животное — муравьеда. У него нет зубов, муравьед подбирает пищу с помощью длинного языка и клейкой слюны. Когда он лежит на боку, свернувшись калачиком и прикрывшись хвостом, его легко можно было принять издали за ворох сероватой травы. Хвост муравьеду служит зонтиком, благодаря ему животному не страшна любая погода.

На территории парка обитают также койот, тапир, ленивец. Водятся в Игуасу гигантская и лаплатская выдра, альпака. Обитает много различных обезьян, в том числе обезьяна-ревун, змеи, рептилии, в том числе кайманы (широкомордый и карлик) и др.

В парке много птиц, среди которых встречаются гарпия, голубой попугай ара, коршуны-падалыцики, цапли, куриные, утки, цапли и т. д. Разнообразна ихтиофауна.

Национальный парк представляет интерес еще с одной точки зрения — технической. Здесь 13 октября 1982 года впервые в мире на такой могучей реке, как Парана, была проведена уникальная гидротехническая операция: в течение семи минут на дно реки было опущено 12 огромных ворот, закрывающихся с помощью гидравлики. Потом, в течение двух недель, вода реки поднималась, остановленная бетонной стеной, до отметки 100 м, а потом сбрасывалась по отведенному каналу в объеме 60 000 куб. м/ч. Гигантская бетонная плотина была установлена в 20 км к северу от города Фос-ду-Игуасу. Ее длина — почти 8 км, высота — 196 м, ширина — 400 м. Чтобы построить это грандиозное сооружение, понадобилось отвести реку по каналу протяженностью 2 км, шириной 150 м, для чего его пробивали в скалах. Через год после того, как реку отвели, началось строительство плотины. Генераторы энергоблока электростанции самые мощные в мире, каждый из них производит 700 000 киловатт.

Плотина образовала искусственное озеро площадью 1340 кв. км. Перед затоплением этого района отсюда были вывезено около 300 ценных археологических памятников. Уже после затопления в районе водохранилища были реадаптированы многие виды животных, которые прежде обитали в этих местах. По берегам искусственного озера было высажено 20 миллионов деревьев.

Путешествие на плотину Итайпу и водопад Игуасу лучше начать из города Фос-ду-Игуасу. Здесь есть аэропорт, связанный авиарейсами с Рио-де-Жанейро, Асунсьоном и Сан-Паулу. Из Сан-Паулу и из Рио-де-Жанейро сюда ходят автобусы. Расстояние от Фос-ду-Игуасу до Рио-де-Жанейро — 1500 км, до Сан-Паулу — 1030 км.

Те, кто не очень спешит, могут отправиться в путь на пароходе. Большой речной пароход доставит туристов из Дарсена-Суд, южной гавани Буэнос-Айреса, до самого Корриентеса. Там туристы пересаживаются на пароход поменьше, в Посадасе меняют его на моторную лодку, которая проберется через потоки верхней Параны до самого устья реки Игуасу. На все это понадобится шесть дней.

БЕЛОРУССИЯ

Беловежская пуща

Беловежская пуща — заповедник, находящийся на пограничных территориях Белоруссии и Польши. И все же это только остатки огромного лесного массива, который в XII веке простирался от Балтийского моря до Буга и от Одера до Днепра. Сейчас площадь Беловежской пущи составляет более 150 тысяч га, из них в Белоруссии — 87,5 тысяч га.

Первое упоминание о Беловежской пуще относится к 983 году (Ипатьевская летопись). Владимир Мономах подолгу жил в Беловежской пуще, охотясь на туров, зубров и оленей. Князь Владимир Волынский, устав от частых набегов на Брест татарских полчищ, для охраны западных рубежей поручил „опытному в зодчестве Олеску“ выбрать место для нового города со сторожевой башней-вежей. Немного времени спустя в месте слияния рек Лесна и Белая был заложен город Каменец с белой вежей.

Беловежско-Каменецкой, а позже Беловежской пущей стали называть леса вокруг города. Белая вежа в Каменце есть до сих пор, хотя с 36-метровой высоты вежи лесов почти не видно.

В конце XIV — начале XV века литовский князь Ягелло сделал Беловежскую пущу заповедной, оставив право охоты на крупного зверя только за собой и своим братом.

В 1538 году Сигизмунд I принял первый закон об охране лесов и охоте, согласно которому вводилась должность лесничего, выдавалось разрешение на рубку леса, ограничивалась рыбная ловля, содержание собак и т. д. Убийство крупного зверя (зубра, оленя и др.) каралось смертью. Волков, рысей, лисиц, зайцев и птиц можно было убивать только на собственных землях; вход в казенные леса стал возможен лишь в сопровождении лесничего.

С 1541 года в Беловежской пуще стал охраняться зубр (уже тогда это животное считалось довольно редким). В 1583 году впервые поймали двух зубров для показа в Кракове и Варшаве. А в 1640 году была запрещена вырубка леса.

В 1794 году Беловежская пуща отошла к России. Здесь была разрешена охота на все виды дичи, кроме зубров, за что взимали плату 4 рубля 80 копеек в пользу казны. В результате большой охоты были истреблены многие животные (медведи и бобры исчезли совсем).

Хотя позже Александр I и принял решение об охране и учете зубров, однако это мало что изменило: к началу XIX века в Пуще осталось всего 350 голов этих животных. Дальнейшие события не улучшили положение Беловежской Пущи. Четыре месяца длился пожар, потом на ее территории шла война (отряды Наполеона убивали зубров и грабили 1 дворец в Беловеже). В ходе военных событий 1830–1831 годов тоже погибло много зубров.

Кроме того, желающих поохотиться на зубров было предостаточно, причем из числа самих охранителей леса. За зубра взимался штраф в размере 25 рублей, в то время как за границей только за голову дикого быка давали до 500 рублей.

Еще одна проблема возникла там, где ее никто не ждал: в лесу сложилось катастрофическое положение с кормами (большая часть лесов лишилась подлеска и подроста). Лесу грозила гибель, наблюдался падеж среди зверей; зубры почти перестали размножаться.

В 1915 году Беловежская пуща опять стала свидетельницей военных действий. За пять лет зубры были полностью уничтожены, 22 быка немцы вывезли в Германию. Последнего зубра в Пуще убили 12 апреля 1919 года. Лишь через десять лет здесь начался процесс восстановления зубров: тогда было завезено три животных.

В 1944 году территория Пущи была разделена, согласно межправительственному соглашению, на две части (польскую и советскую). Сейчас национальный парк Беловежская пуща размещается на территории Беларуси (в Брестской и Гродненской областях) и Польши. Наибольшая протяженность заповедной зоны с севера на юг 55 км, ширина — до 32 км. Общая протяженность границ парка около 650 км.

В 1957–1991 годах Беловежская пуща на территории Беларуси имела статус государственного заповедно-охотничьего хозяйства и служила местом охотничьих забав высшего эшелона партаппарата. Для этого была создана даже специальная резиденция. В 1991 году произошла реорганизация — был учрежден государственный национальный парк площадью около 51 тысяч га. В национальном парке есть научный центр, Музей природы. В 1992 году ЮНЕСКО внесла абсолютно заповедную часть национального парка в Список всемирного наследия, а в 1993 году присвоила ему статус биосферного заповедника.

В Беловежской пуще ведутся научные исследования по экологии животных, по охране ценных растений и организации лесного хозяйства. Составлен список 110 редких растений Пущи, которые подлежат особой охране. В белорусской и польских частях Пущи проложены маршруты для туристов.

Беловежская пуща находится на плоской возвышенности, на высоте 150–170 м над уровнем моря. По территории заповедника протекают Нарев, Наревка, Правая и Левая Лесна и другие реки. Много болотистых лугов и затопленных лесов, есть два искусственных пруда. Почвы в основном супесчаные, дерново-подзолистые, торфяно-болотистые.

Климат в Пуще мягкий и влажный. Среднегодовая температура — 5 градусов, в ее окрестностях — 6,3 градуса. Лето в Пуще обычно дождливое, а зима короткая и мягкая.

Почти 90 процентов территории заповедника покрыто лесами. В Пуще произрастает 26 видов деревьев. Больше всего сосны (около 60 процентов, здесь можно встретить и трехсотлетние сосны), много растет ели (есть двухсотлетние экземпляры), черной ольхи. Встречаются 700-летние дубы. Есть граб, ясень, береза, клен, липа, вяз, ильм. Леса Пущи считаются самыми старыми в Европе (120–220 лет). Лесные массивы перемежаются болотами, торфяниками.

Древесные породы, растущие в Пуще, относятся к пяти основным типам: бор, груд, ольс, ельник, дубрава.

В сосновых борах Пущи почти нет подлеска. В низменности боры сменяются заболоченными сфагновыми сосняками, так называемыми багно. Чистые сосновые боры занимают в Пуще около 26 процентов площади, багно — 4 процента. На супесчаных почвах сосновые боры переходят в сосново-еловые леса (25 процентов площади). На заболоченных почвах ольсы опоясывают долины рек и болот (около 12 процентов территории). Здесь растут ели высотой 35–40 м, а черная ольха достигает высоты 20–25 м. Подлесок образуют черемуха, лещина, бересклет, смородина, калина, малина, ива и др.

Груды — грабово-дубовые леса с примесью ели, липы и других широколиственных пород встречаются на возвышенных участках (около 10 процентов площади), напоминающих заброшенные парки.

За годы существования Пущи происходили изменения и в древостое. Так, еще в начале XX столетия из Пущи исчез тис, но появилась серая ольха.

Богатство фауны Беловежской пущи объясняется ее положением на стыке Восточной и Западной Европы. Здесь обитает 59 видов млекопитающих, более двухсот видов птиц, а также земноводные, пресмыкающиеся, почти 30 видов рыб.

Однако своей широкой известностью Беловежская пуща обязана прежде всего зубрам — диким быкам весом до 1200 кг, высотой в холке до 2 м, с длиной тела 3,5–3,75 м.

Животное имеет мощную переднюю часть с горбатой холкой и сильно покатой спиной. У него огромная голова с небольшими, высоко поставленными рогами, ушами, скрытыми в темно-бурой шерсти. Под нижней челюстью зубра образуется борода, на верху шеи и на холке — что-то наподобие гривы.

А. Банников рассказывает об истории исчезновения зубра: „В прошлом зубр был широко распространен в Западной и Центральной Европе, на восток от Дона и на Кавказе. А в доисторическое время зубры жили даже в Поволжье, на Южном Урале, в Англии, Испании и Греции. В Голландии, Бельгии и Швеции зубры исчезли в начале нашей эры. В VI веке зубр был уничтожен во Франции, в XIV веке — в Чехии. В Прибалтике последний зубр убит в 1755 г., в Румынии — в 1762 г., в Германии — в 1793 г. В середине XVI века зубры еще жили в Киевском воеводстве и в Подолии, в XVII веке — в лесостепной Украине на границе с Московским государством, но уже к началу XVIII века они остались только в Белоруссии, Литве, Польше и на северо-западном Кавказе. К началу XX века вольноживущие зубры сохранились только в Беловежской пуще и в верховьях реки Кубани на Кавказе. Последний зубр в Беловежской пуще убит в 1919 г., а в 1927 г. та же участь постигла последнего кавказского зубра. Только 48 зубров еще жили в зоопарках и зверинцах. Зверь был на грани полного исчезновения. Уже перестали говорить о зубрах вообще, каждый зверь получил кличку и номер по племенной книге, которую издавало Международное общество сохранения зубров. Через 10 лет после гибели последнего вольноживущего зубра в Беловежской пуще сюда вновь завезли трех зубров из зоопарков Германии и Польши и этим положили начало восстановлению вида. В последующие годы было завезено еще несколько животных. Родоначальницами восстанавливаемого стада были две чистокровные беловежские зубрицы: Бизерта и Бискайка — потомки зубров, вывезенных из Пущи, и чистокровный беловежский бык Плищ. Все беловежские зубры стали получать клички, начинающиеся с „по“, например Полдень, Полька“. Потомство от кавказского быка Боруса, завезенного в Пущу, стало получать кличку, начинающуюся с „пу“ (Пуля, Пущик)“.

Когда в 1939 году на территории Белоруссии был создан государственный заповедник Беловежская пуща, в нем было всего 16 зубров. После Отечественной войны Беловежская Пуща неоднократно пополнялась новыми зубрами. В результате принятых мер в начале 1960-х годов в Беловежской пуще уже образовалось вольное стадо. Сейчас в Пуще обитает около 300 особей этих животных.

Зубры держатся небольшими стадами. Взрослые быки обычно живут обособленно, очень привязаны к своим местам обитания (исключение составляют кавказские).

Летом зубры питаются травой, листьями, зимой — древесиной, лишайниками. Пасутся обычно утром и вечером. Зубры очень подвижны, быстро бегают, скачут галопом, легко перепрыгивают трехметровый ров, хорошо плавают и проходят топи болот. Увидев человека, зубр обычно убегает. В августе-сентябре, в период гона, 6-7-летние быки собирают в гаремы до шести самок. В мае-июне обычно появляется потомство: новорожденный уже может самостоятельно стоять на ногах.

Зубры могут быть опасны лишь осенью, во время гона. У взрослых животных почти нет врагов, но от хищников иногда гибнут телята. Живут эти быки до 30 лет.

В фауне Беловежской пущи представлены разнообразные животные: кабан, лось, благородный олень, косуля, волк, лисица, рысь, барсук, горностай, ласка, куница, енотовидная собака, выдра, бобр, заяц-русак, белка и другие.

Кабанов в Беловежской пуще 2–3 тысячи голов. Они перерывают своим пятачками и зубами огромные площади земли в поисках крахмалистых корневищ, личинок насекомых и дождевых червей. Собирают и желуди, орехи лещины, плоды диких фруктовых деревьев, едят травы, мелких грызунов, яйца птиц, лягушек.

В местах, где обитают кабаны, всегда бывают купальни — ямы, наполненные водой и грязью. Взрывая огромные пласты земли, кабаны способствуют смене древесных пород, уничтожению вредителей леса. Однако в неурожайные годы животные могут поедать злаковые культуры, картофель. В Беловежской пуще специально для кабанов сажают картофель и топинамбур.

На севере заповедника осталось всего несколько десятков лосей, так как здесь лоси конкурируют с оленями и косулями.

В XVIII веке в Беловежской пуще оленей не стало, но позже их завезли из Германии. В разные годы численность этих животных была различной. В последнее время в Пуще живет 1–2 тысячи оленей, их подкармливают зимой и регулируют их численность.

Когда-то обитал в Беловежской пуще лесной тарпан — небольшая лошадь мышиного цвета с черной гривой и хвостом и черной полосой вдоль всей спины. В начале XIX века их, завезенных из Пущи, еще можно было увидеть в зверинце Замостья. Но животных из зверинца раздали крестьянам. Позже удалось восстановить лошадей с внешним видом тарпана.

А вот другое крупное животное — тура — спасти не смогли. В XVII веке оно было полностью истреблено.

Из хищных животных в Пуще встречаются волк, рысь. Здесь много лисиц, барсуков, куниц, хорьков, меньше — горностая и ласки. По рекам живут норка и выдра, енотовидная собака.

Предостаточно зайца-русака, в отличие от зайца-беляка. Заяц-русак появился в Пуще более 200 лет назад. В начале XIX века здесь обитали оба вида зайцев, причем господствовал заяц-беляк. В начале XX столетия заяц-беляк уступил пальму первенства зайцу-русаку, который и вытеснил первого.

В 1940 году в Беловежскую пущу был завезен ранее истребленный здесь бобр. Позже в реках Пущи появилась ондатра.

Из грызунов встречаются сони — зверьки с пушистыми хвостами, напоминающие белок в миниатюре, которые питаются желудями, орехами, ягодами, насекомыми, червями. Много белок, которые селятся чаще в дуплах.

Больше всего в Пуще желтогорлых мышей, питающихся желудями, орехами, семенами. Много рыжих и обычных полевок, широко распространенных мышевидных грызунов. Есть кроты и землеройки, 13 видов летучих мышей.

В Пуще обитают более 200 видов птиц. Здесь можно встретить как обычного черного коршуна, так и западного — красного, чечевицу, которую не встретишь в районах западнее Пущи, а также канареечного вьюрка, нехарактерного для восточных районов. Есть здесь как северные таежные виды (снегирь, неясыть), так и птицы южных широколиственных лесов.

Обитает в Пуще 20 видов хищных птиц: соколы-сапсаны, красные и черные коршуны, орлы-змееяды, канюки, малые подорлики, ястребы-тетеревятники, перепелятники.

Из дичи распространены рябчик (до 20 рябчиков приходится на каждые 100 га), тетерев-косач (6–7 тетеревов на 100 га), глухарь, вальдшнеп, бекас.

Водоплавающих птиц немного. Здесь гнездятся 20–25 пар черного аиста. Земноводные и пресмыкающиеся типичны для центрально- и восточноевропейских районов. Встречаются прыткая ящерица и гадюка, уж, живородящая ящерица.

ИНДИЯ

Сундарбан

Национальный парк Сундарбан расположен в заболоченных низовьях крупнейшей в мире дельты, образованной реками Ганг и Брахмапутра, впадающими в Бенгальский залив. Парк находится на границе Индии и Бангладеш. По одним оценкам, парк занимает площадь 10 000 кв. км, по другим — 6000 кв. км. Более половины территории принадлежит Бангладеш.

Национальный парк Сундарбан был образован в 1966 году. Он представляет собой сочетание протоков и многочисленных низменных островов, время от времени затопляемых морским приливом. Земли парка покрыты зарослями дерева сундари — от него и название заповедника. В период дождей заповедную территорию часто затопляет большая вода, поэтому, несмотря на многочисленные строительные проекты, земля, к счастью, оказалась необжитой.

Национальный парк был создан для охраны мангровых зарослей и разнообразных животных.

Флора Сундарбана представлена почти 300 видами цветов и 17 видами папоротников. Преобладают в основном местные виды.

Острова Сундарбана покрыты, как правило, густыми вечнозелеными лесами из деревьев и кустарников, среди которых мангровые занимают первое место.

„Для мангровых, — пишет А. Ильинский, — характерно ежедневное затопление их приливом. С моря мангровые представляются в виде темно-зеленой непроницаемой чащи, образованной невысокими деревьями. Во время прилива кажется, что вся эта зеленая масса плавает на воде“.

Во время отлива ситуация меняется: густая, пушистая крона мангров на толстом стволе опирается на сильно разветвленные корни, напоминающие опрокинутую крону, густо покрытую зарослями багрянок и другими водорослями. Корни поднимаются из воды на 1,5–2,5 м. Между сучьями корней скапливается ил и песок, поэтому мангровые заросли существенно способствуют укреплению береговой линии.

В мангровых лесах произрастает до 50 видов деревьев. Однако главным деревом мангровых лесов Сундарбана является дерево с красной корой, называемое в Индии сундари.

Кроме мангровых лесов здесь растут голофильные деревья, папоротники. Встречается бесстебельная пальма с листьями длиной 8-10 м, а также низкорослая, кокосовая пальмы. Насчитывается до 13 видов орхидей.

В водах заповедника водятся дельфины, бесперая морская свинья, крокодилы. В Сундарбане крупнейшая на субконтиненте популяция (264 особи, по оценкам 1983 года) так называемых королевских тигров. В начале 1970-х годов площадь тигрового резервата составляла 2,58 тысячи кв. км. На протяжении нескольких лет здесь осуществлялся проект „Тигр“ по спасению этого животного.

Инициатором этого проекта выступили в 1972 году Международный союз охраны природы (МСОП) и Всемирный фонд охраны дикой природы (ВВФ). Эксперты этих международных организаций проводили на выделенные фондом деньги (100 тысяч долларов) учеты тигров. В 1973 году был организован отлов животных, которых потом выпустили с радиопередатчиками в ошейниках, чтобы изучить участки их размещения, кочевки, выяснить, в территории какого размера они нуждаются, исследовать причины людоедства тигров в Сундарбане.

Д. Никитин, путешествовавший по Сундарбану, описал в журнале „Вокруг света“ повадки короля национального парка — тигра: „По вечерам тигры караулят оленей у большого водоема, по берегу которого мы следуем. Тигры нападают и на людей, но только сзади. Селим (проводник Никитина. — Ред.) почти с гордостью отвечает, что за год здешние тигры съедают не менее 70 рыбаков, рабочих лесхоза и сборщиков меда. И это только в Сундарбане, не считая территории, где живут горные племена. В столичной прессе отмечалось, что в отчетном году тиграми было съедено не более 10 человек. Правда, это только официально. Больше всего потерь среди сборщиков меда. Нападая на человека, тигр ударом лапы сворачивает ему шею, облегчая себе дальнейшую задачу. В индийской части Сундарбана сборщикам меда выдаются железные маски, защищающие и шею. В здешней части Сундарбана, по бедности, они работают без них“.

Тем не менее проблема охраны тигра стоит остро и в Бангладеш, и в Индии. Индира Ганди писала, что „в проекте „Тигр“ заложена ирония. Страна, бывшая тысячелетия самым известным убежищем этих великолепных животных, ныне вынуждена вести борьбу за их спасение. Этот проект есть свидетельство нашего пренебрежения проблемой окружающей среды и вместе с тем показатель нового и наиболее прогрессивного подхода к спасению одного из самых величественных представителей животного мира для грядущих поколений“.

Если в 20-х годах XX века в Индии было около 40 тысяч тигров, то в начале 70-х осталось всего 1,8 тысячи, которые селятся мелкими группами, и между ними не налажен регулярный генетический обмен. Браконьерство еще до конца не пресечено. Гибнут тигры и от ядохимикатов. Сокращается и площадь, пригодная для их существования.

В девяти национальных парках и резерватах (Манас, Паламаи, Симплипал, Рантамбор, Канха, Мелгат, Бандипур, Сундарбан, Корбетт), согласно плану охраны тигров, создаются благоприятные условия для их существования. В случае необходимости эти охраняемые территории можно расширить и полностью прекратить в них эксплуатацию лесов и выпас скота.

Чтобы посетить парк Сундарбан, надо отправиться в столицу Бангладеш Дакку, там побывать в Парджатане (государственная контора по туризму). Здесь богатому клиенту могут устроить индивидуальный тур: самолетом — до областного города Джессор, лимузином — до райцентра Кхулна и скоростным катером — из Монгклы. Но дешевле отправиться судном в Кхулну (билет в каюте первого класса на старом колесном пароходе стоит 20 долларов). Получив разрешение на посещение национального парка в трех экземплярах, можно ехать дальше — до Монгклы (40 км по шоссе и две паромные переправы). А потом выданное ранее разрешение поменять на пропуск (в двух экземплярах) в парк, обязавшись выполнять все заповедные предписания: крокодилов не пугать, обезьян не гонять, на тигров не охотиться.

Путь на территорию заповедной зоны лежит по воде, и это к лучшему. Побережье парковой зоны сплошь покрыто манграми и зарослями сундари, в лес не углубиться. Здесь царствуют крокодилы. Там, где есть проход от реки к берегу, свободному от мангров и сундари, обязательно кто-то пасется: либо табун пятнистых оленей, либо стадо кабанов, либо все вместе или с обезьянами.

У пристани Нилкамал, где начинается Бенгальский залив, на небольшом „островке“ расположены сразу три службы и лоцманская гостиница, где есть места и для туристов. В роще есть смотровая площадка, откуда можно безбоязненно наблюдать за жизнью джунглей.

Ежегодно в Сундарбане бывает около двух тысяч посетителей. В основном это европейцы, американцы, реже — японцы, было и несколько россиян.

Кроме Сундарбана тигр обитает и в первом национальном парке Индии — Корбетта.

Первые заповедные территории были организованы в Индии примерно в 300 году до н. э. С изменением административной структуры страны — ликвидацией княжеств и созданием штатов — многие княжеские заказники были преобразованы в государственные резерваты. В 1934 году был принят закон о национальных парках, тогда же был создан первый в Индии национальный парк Хейли, названный в честь губернатора Соединенных провинций. Годом позже состоялась первая Всеиндийская конференция по охране дикой природы (одним из активных организаторов этого форума был писатель Джим Корбетт) В 1956 году парк Хейли стал называться национальным парком имени Дж. Корбетта. Этот парк расположен в 250 км от Дели и занимает площадь 52,5 тысячи га. Охраняемая территория охватывает предгорья и нижнюю часть южных склонов Гималаев с долиной реки Рамганга. Некогда этот край был труднодоступным. Сейчас лишь последние километры грунтовой дороги непреодолимы в сезон дождей (с июня по октябрь).

Парк богат животными и сандаловыми деревьями, высоко ценимыми благодаря своей плотной и красивой древесине. Особо охраняются в парке тигры. Чтобы встретиться с тигром, любопытным туристам советуют отправиться на его поиски верхом на слоне через широкую пойму. Час, а может быть, два придется смотреть вперед на широкую тропу, прежде чем заметишь тигра. Утром или вечером зверя можно увидеть у самой реки.

В реке Рамганга обитает два вида крокодилов, водится рыба. На каменистых обрывах и скалах можно увидеть оленя и обезьян. Водится в парке аксис, яркопятнистый олень, близкий к аксису свиной олень, медведь-губач, горал и дикие слоны. Леса парка Корбетта полны птиц (бюльбю-лей, тимелий, голубей).

Казиранга

Край индийских носорогов — Казиранга — находится в нетронутом и незаселенном участке болотистых саванн в долине реки Брахмапутра, в штате Ассам.

Когда-то большая часть долины Брахмапутры была покрыта лесами или саваннами. Но в конце XIX века здесь начали строить железную дорогу и стали вырубать леса, закладывать чайные плантации. Одно из наиболее труднодоступных мест к северу от холмов Микир было объявлено в 1908 году охотничьим заказником, а в 1926 году — резерватом для дичи. Но еще в середине 1930-х годов в Казирангу никто не мог проникнуть из-за непроходимых болот с пиявками. Только в 1938 году Э. Джи первым из европейцев с помощью ездового слона исследовал Казирангу. В 1949 году Казиранга становится резерватом дикой природы, а в 1968 году — национальным парком.

Его нынешняя территория занимает 43 тысячи га между рекой Брахмапутра и горами Микир. На этой территории запрещены хозяйственная деятельность и пребывание посторонних лиц без особого разрешения администрации парка.

Для того чтобы попасть в национальный парк, нужно ехать из Дели в Калькутту, а потом — в маленький городок Джархат.

Ежегодно в сезон дождей река заливает значительную площадь Кази-ранги, поэтому две трети территории парка покрыты водой. По парку запрещено ходить пешком, но сделать это просто физически невозможно — трудно пробиться через заросли слоновой травы высотой 4–6 м даже в сухой сезон. А уж в дождливое время даже дикие слоны, буйволы и другие крупные звери прячутся от воды на близлежащих холмах.

Заросли и редкие деревья перемежаются в Казиранге с топкими болотами, с озерками, заросшими кувшинками или водяным гиацинтом (гиацинт был завезен в Индию из Южной Америки и так быстро распространился, что вытеснил другие виды).

Самое примечательное животное парка — носорог, ради которого, собственно, и был парк создан. Могучие животные не имеют врагов, кроме человека (правда, тигры любят полакомиться детенышами носорогов). Раньше носороги в обилии водились в болотах по берегам. В XIV веке Тимур охотился на носорогов у границы Кашмира, в XVI веке основатель династии Великих Моголов Бабур отлавливал этих животных недалеко от Инда. Но к началу XX столетия носороги сохранились лишь в Ассаме, Северной Бенгалии и Непале. Из 750 панцирных носорогов, проживающих в мире, более 400 обитает в Казиранге.

Носорог стал редчайшим видом из-за поверья о его чудодейственной целебной силе. Еще в древние времена в странах Восточной Азии толстая шкура животных шла на изготовление щитов для воинов. Азиаты считали, что порошок из толченого рога носорога повышает мужскую потенцию.

Говорили, будто в чаше, изготовленной из рога, отравленный напиток начинает пениться, если в ее содержимое всыпан яд. Верили, что рог носорога, положенный под кровать роженицы, облегчает ее муки. Высоко ценится и кровь носорога, кусочки кожи и костей животного носят как амулеты, защищающие от болезней. Одним словом, носорог стал доходным объектом, поэтому с браконьерами очень трудно бороться. Владельцы рога носорога могут хорошо заработать, давая его напрокат за 50 долларов. Чайную ложку настоя из рога можно купить за 1 доллар.

Панцирный носорог — самое крупное животное Азии после слона. Он весит до 2,5 т, а высота в плечах — до 2 м. Его голая толстая кожа поделена складками на большие пластины, свисающие наподобие панциря, а хвост и уши украшают кисточки жестких волос. Единственный рог на носу бывает до 60 см длины, он состоит из слоистой массы роговых волокон. Однако свой рог индийский носорог, в отличие от африканского, только иногда использует как оружие. С целью защиты носороги пускает в ход клыки нижней челюсти, однако именно рог стал причиной резкого сокращения популяции этого животного. Носороги, особенно самка с малышом, живущие в парке, иногда бывают опасными. Раздраженный носорог может броситься на ездового слона. В таком случае слону лучше всего оставаться на месте, тогда носорог, не добежав нескольких шагов, остановится, а потом уйдет в сторону.

Носорог может бежать со скоростью до 35–40 км/час, перепрыгивая через канавы. Большую часть времени носороги живут поодиночке на площади около 4 тысяч кв. м, метя свою территорию кучами помета до 70 см высотой.

В воде можно увидеть нескольких носорогов, лежащих рядом. Однако когда носороги выходят на берег, они становятся не такими дружелюбными, тут же начинают выяснять отношения, драться. Старым животным, совершенно безопасным для человека, приходится покидать поле брани побежденными — уходить из парка поближе к деревням.

Самка созревает для размножения в 3-4-летнем возрасте, самец — в 7-9-летнем. Через 16,5 месяца рождается один детеныш весом около 65 кг без рога и с поросячьей мордочкой. Живут носороги около 70 лет.

В Казиранге водится множество и других животных: дикие слоны, тигры, леопарды, дикие азиатские буйволы, дикие быки гаура, олени-барасинга, олени-аксисы, свиные олени, медведи, кабаны.

Дикие слоны (их в Казиранге около 400) служат источником пополнения ездовых слонов в национальном парке.

Гаура — самый крупный в Азии дикий, почти черный бык встречается крайне редко. В Индии гауры при скрещивании с домашними коровами дают плодовитое потомство — гайяла.

Олени-барасинга янтарно-желтой или золотисто-коричневой окраски с размытыми светлыми пятнами весьма осторожны. В Казиранге сохранилась единственная большая популяция этого вида.

Свиных оленей с короткой головой и толстой шеей в Казиранге в несколько раз больше, чем барасинга. Они низкорослые (60–75 см), коренастые.

Пернатых в национальном парке насчитывается около ста видов. На вершинах деревьев устраивают громадные гнезда-колонии (из 40–50 гнезд) серые пеликаны, селятся аисты марабу. Здесь водится множество бакланов, колпиц. Из местных птиц на болотах Казиранги обычны белые цапли и майны. Есть дикие куры. Над просторами заповедника кружат в поисках пищи грифы.

По цветущим деревьям и кустарникам порхают маленькие лиловые нектарницы. Много бюльбюлей, пестроокрашенных птиц, длиннохвостых и пестрых тимелей, очень напоминающих наших дроздов, а также индийских чибисов.

Среди зарослей кувшинок и других надводных растений бродят яканы, родственники куликов. Над открытой водой озерков охотятся крачки.

На болотах Казиранги зимуют несколько десятков тысяч северных уток и других северных перелетных птиц.

КАНАДА

Банф и Джаспер

В южной половине канадских Скалистых гор (восточная часть системы Кордильер Северной Америки), в провинции Альберта, находятся крупные национальные парки — Джаспер, Банф, а также Кутенай Йохо, Маунт-Робсон, Маунт-Ассинибойн, Хамбер.

В природе Джаспера и Банфа много общего, но Джаспер расположен севернее, поэтому климат там суровее.

Банф (664 тысяч га) — старейший национальный парк Канады; он существует с 1885 года. Тогда он занимал лишь около 2,6 тысяч га в долине реки Боу вокруг горячих источников и представлял собой курорт минеральных вод.

Парк Джаспер (1088 тысяч га), расположенный в пределах восточных склонов Скалистых гор, был создан в 1907 году. Его южная граница является и северной границей парка Банф.

Для территории этих парков характерны горные вершины, ледники, горячие источники, голубые ледниковые озера, водопады, каньоны и известняковые пещеры. В верхней части лесного пояса гор много россыпей из крупных камней.

Скалистые горы очень сильно расчленены. Довольно часто они завершаются остроконечными пиками и имеют отвесные стены высотой несколько сотен метров. Эти горы находились когда-то под толстенным ледяным щитом, в память о том времени остались морены из крупных каменных глыб и чаши ледниковых озер.

А. Банников и А. Кищинский сравнили природу Северной Азии и канадских национальных парков и обнаружили много общего: „Цепи высоких гор образуют почти сплошной пояс вдоль тихоокеанских берегов Америки и Северной Азии, с узким разрывом лишь у Берингова пролива. Много общего в геологической истории и современном облике этих горных ландшафтов, а многие населяющие их горные виды животных и растений в Азии и Америке одни и те же или близкородственны. Поэтому сравнение американского высокогорья с высокогорьем Восточной Сибири особенно интересно“.

В верхней части лесного пояса встречаются горная пихта и белокорая сосна, у самой границы леса они приобретают стланиковую форму, а ель Энгельмана — карликовую, с ветвями лишь у самой земли и на верхней половине ствола.

В горных лесах парков произрастают сизая ель, горная ель Энгельмана и приморская сосна. Чуть ниже растет другая горная сосна с шишками, очень похожими на еловые, и дугласова пихта, достигающая высоты 40–45 м. Встречаются участки мелколиственных деревьев с бальзамическим тополем, бумажной березой и др. Много ивы, ольхи. Из ягод встречается толокнянка, но нет брусники.

В Каскадных горах произрастают многие горно-тундровые растения (камнеломки, астрагалы, овсяница, ивы и др.).

Но отличия во флоре двух парков все же существуют. Если в Джаспере наиболее распространены цветущие альпийские луга и ледники, то в Банфе — степные участки. А. Банников и А. Кищинский отмечают: „Субальпийский пояс в Скалистых горах выражен слабо. Здесь нет ни специфических видов животных и растений, ни характерных сообществ. Как правило, альпийские лужайки и горные тундры граничат на высоте 2000–2300 м с сомкнутыми ельниками, лишь куртинки елочек, сосенок и пихт стланиковой и ветровой форм да заросли широко распространенных кустарников — ольхи, карликовых берез, ив, курильского чая, по склонам — можжевельника чуть-чуть продвигаются в горную тундру. Такая „невыраженность“ субальпийского пояса объясняется прежде всего его крайней геологической молодостью: еще около 10 тысяч лет назад эти места находились под сплошным ледниковым покровом — Кордильерским ледяным щитом.

У нас в Восточной Сибири ледники не занимали особенно больших площадей и субальпийские ландшафты имели значительно больше времени для своего становления. В результате там успели сформироваться своеобразные биоценозы, например кедровые и ольховые стланики со своим населением животных. Наоборот, альпийский пояс национальных парков Джаспер и Банф очень характерен, занимает большие площади и похож на альпийский пояс наших восточносибирских гор“.

Фауну Джаспера представляют олени карибу, вапити, медведи, лось, снежный баран, канадский бобр, ласка, скунс, росомаха, рысь, волк и койот.

В парке Банф обитают гризли, американский черный медведь, пума, чернохвостый олень, вапити, баран-толсторог, белохвостый олень и др.

Из крупных зверей здесь встречаются олени вапити. Их небольшая группа постоянно держится на берегу озера в центре Джаспера у самого отеля. В елово-лиственных лесах обычны чернохвостые олени.

Горный баран — толсторог — встречается в Скалистых горах не только в альпийском поясе, его часто можно видеть по краям речных долин и даже у шоссе.

Одно из интереснейших животных — снежная коза с густой длинной белой шерстью и небольшими черными рогами. Селятся эти животные в самых труднодоступных горных местах, держатся поодиночке или небольшими группами и редко спускаются в лесной пояс гор Козы могут спокойно передвигаться по совершенно отвесным скалам с едва различимыми уступами, а прыгать иногда вниз с высоты 6–7 м.

Самый заметный зверек парков — красная белка. Большую часть времени она проводит на дереве; кормится семенами приморской сосны, а их запасы закапывает в землю. На каменистых участках, в верхней части горных лесов, живут бурундуки, мелкий, похожий на бурундука, суслик и пищухи (в отличие от северных зверьков, они довольно молчаливы и редко появляются на поверхности).

Малый бурундук и суслик питаются семенами и ягодами можжевельника, пищухи — зеленью, листьями и веточками.

В парке обитает около 200 видов птиц. Наиболее распространены: американские кедровки, канадские сойки (в их окраске преобладают голубовато-пепельные тона, а не рыжие, как у евроазиатских соек), гудзонские гаички, овсянки, сороки. В лесах можно увидеть яркоокрашенных американских дроздов, тетеревиных птиц. В верхней границе леса обитают американский ястреб, беркут. В Каскадных горах проживают горные вьюрки, рогатый жаворонок, белохвостая куропатка.

В речных долинах, на озерах водятся кряквы и серощекие пеганки, пустельги, напоминающие сорок. На водоемах с каменистым дном и быстрым течением живут утки-каменушки и оляпки.

Парк Джаспер разбит на 12 участков. Центральный участок — Фиддл-Ривер (180 кв. км) — представляет интерес своими термальными источниками. Однако осмотреть такие объекты, как термы или старые поселения, возможно, лишь передвигаясь по специальной тропе (сходить с нее в сторону запрещается). Другие же объекты не попадают в число демонстрируемых. В так называемой зоне природной среды можно гулять, фотографировать и вести наблюдения за природой.

Посещаемость национальных парков Канады остается довольно высокой (так, с 1960 по 1966 год численность посетителей возросла в 6 раз). Это создает определенные проблемы в сохранении природных ландшафтов. Правительство Канады принимает меры по ограничению дорожного строительства на территории парков, разделяет парки на зоны, выделяя участки нетронутой природы, выносит центры обслуживания за пределы парка, сокращает число служащих, постоянно живущих на территории парков. В некоторых провинциях парки были разделены по своему назначению на несколько категорий (для охраны природных ресурсов, для отдыха и т. д.) с различным режимом охраны. Стали создаваться также специальные резерваты отдыха, для чего использовались земли, мало пригодные под сельскохозяйственное освоение.

Система национальных парков Скалистых гор помимо своего основного назначения выполняет также задачу охраны обширной зоны верхней части реки Саскачеван, которая орошает степные провинции Канады. Когда-то, до создания здесь национальных парков, в долине одного из наиболее крупных притоков Саскачевана — Боу — были уничтожены леса (это было сделано при строительстве Тихоокеанской железной дороги). В связи с этим изменились условия стока воды, произошло несколько больших наводнений, а прилегающие степные равнины испытывали острый дефицит воды. С введением общего природоохранного режима на территориях национальных парков постепенно восстановился лесной покров, улучшилось водоснабжение равнин.

Вуд-Баффало

Национальный парк Вуд-Баффало — самый большой не только в Канаде, но и во всей Америке. Он протянулся на северо-западе страны, на 283 км с юга на север и 161 км с запада на восток. Общая площадь национального парка — около 4,5 млн. га.

Вуд-Баффало размещается между озерами Атабаска и Большое Невольничье, в провинциях Альберта и Маккензи. Территория парка — хвойные и смешанные леса, луга, открытые равнины, местами заболоченная равнина и тундровое редколесье, многочисленные реки и озера. В зоне парка оказалась одна их самых больших в мире внутренних дельт, образованных реками Атабаска и Пис-Ривер, впадающими в озеро Атабаска.

Здесь нет дорог, поэтому Вуд-Баффало служит надежным убежищем единственному уцелевшему стаду бизонов, для сохранения которых, собственно, и был создан парк. Через всю территорию национального парка проходит лишь одна дорога для самостоятельных туристических экскурсий, причем условия путешествий строго оговариваются.

Парк был основан в 1922 году, значительно позже, чем многие знаменитые парки Канады. Первый национальный парк Канады — Банф был создан в 1885 году. Чуть позже получили статус национальных парков Йохо, Джаспер, Глейшер. Расположенные в самых живописных уголках Скалистых гор (с густым хвойным лесом, с обширными ледяными полями на вершинах, с водопадами, чистейшими горными озерами и горячими источниками), они стали прекрасным местом отдыха. Сюда постоянно наведываются туристы и лыжники (около 2 миллионов человек в год посещают только один парк Банф).

Парки на равнинах центральной Канады создавались позднее — в 1920-х годах. Тогда при освоении степных и лесостепных районов многие дикие животные лишились своих естественных мест обитания, и численность их значительно уменьшилась, некоторые виды были почти полностью истреблены. Поэтому с целью защиты в естественных условиях животных, в частности степных бизонов, был создан национальный парк Вуд-Баффало.

Когда создавался парк, осталось всего одно стадо лесных косматых бизонов численностью 1,5 тысячи голов.

Американский бизон очень похож на европейского зубра. Он достигает высоты около 2 м, а длины — до 3 ми весит до 900 кг. Когда-то бизоны встречались на всем пространстве Великих равнин США и Канады, водились даже на северо-востоке Сибири (но в Сибири они вымерли несколько тысяч лет назад). Сейчас ареал распространения степной и лесной разновидностей бизона фактически ограничен территорией парка Вуд-Баффало.

Во времена европейской колонизации Америки бизоны большими стадами бродили по Великих равнинам США и Канады. Тогда их насчитывалось не менее 60 миллионов. Индейские племена использовали их в пищу. Позже, в ходе войн колонистов с индейцами, бизонов истребляли в таком неимоверном количестве, что к концу XIX века их осталось ничтожно мало. И те остались лишь благодаря усилиям Нью-Йоркского зоологического общества.

Во второй половине 1920-х годов более 6 тысяч степных бизонов были завезены в национальный парк Вуд-Баффало. Но это не решило проблемы: с новыми особями был завезен туберкулез, а свободное скрещивание бизонов двух популяций поставило под угрозу существование лесного подвида. Поэтому было принято решение о содержании чистокровного стада лесных бизонов в укромной изолированной части национального парка. Так, 18 животных были поселены в специальном резервате на берегу реки Маккензи. Кроме того, области обитания лесных и степных бизонов были надежно поделены.

Начиная с 1925 года бизон как редкий вид охраняется законом. Поэтому его численность неуклонно растет. Так, к 1950 году в Канаде обитало 13 тысяч степных, лесных и гибридных бизонов. Это крупнейшее стадо на американском континенте. В 1959 году уже были выданы первые 100 лицензий на отстрел бизонов в окрестностях парка.

Парк Вуд-Баффало — идеальное место для бизонов: заливные и осоковые луга, различные кустарники и подрост тополя надежно служат средством пропитания животного летом и зимой.

Нередки в Вуд-Баффало американский лось, карибу, чернохвостый и белохвостый олени, вапити, карибу, мускусные крысы. Обитают и другие дикие животные: медведи, рыси, волки. Достаточно много лосей и бобров, дикобразов и скунсов. Пернатых насчитывается более 200 видов. Наиболее редкий вид белых американских журавлей (на территории парка проживает несколько десятков пар этих птиц). Места их гнездования, зимовок и пути миграций тщательно охраняются.

В отличие от парка Вуд-Баффало парки южной части канадских равнин широко используются для отдыха и туризма. Хотя и они, безусловно, используются в качестве убежищ дикой фауны. Парк Элк-айленд (Олений остров) в окрестностях Эдмонтона, несмотря на свою небольшую площадь, тоже дает приют бизонам, а также лосям, оленям вапити.

КЕНИЯ

Цаво

Площадь парка Цаво, расположенного в Кении, превышает 2 млн. га. Это один из самых крупных национальных парков Африки. Он создан в 1948 году на месте резервата, существовавшего с 1946 года.

В список ООН 1982 года вошло 12 национальных парков Кении, которые занимают 4,5 процента территории страны. Самый большой — старейший парк Цаво, остальные 11 парков были созданы в 1949–1974 годах, они гораздо меньше по размерам.

Первый президент независимой Кении Джомо Кениата, назвавший природные ресурсы страны бесценным наследием для будущих поколений, последовательно проводил политику охраны природных ресурсов. Так, за относительно короткий период число национальных парков и резерватов диких животных достигло 39 (занимаемая ими площадь составляет более 4,4 млн. га). Большинство парков находится в нескольких часах езды от Найроби, все парки соединены между собой дорогами.

Через парк протекают реки Цаво, Ати-Ривер, они соединяются в районе водопада Лугард-Фоллс, образуя реку Галана. Другие реки Цаво заполняются водой только в период дождей. Тогда парк превращается в страну прудов с голубыми и зелеными рыбками, водопадов и ручейков. Цаво находится высоко по отношению к уровню моря (800-2000 м). Большая его часть занята устойчивыми к дефициту влаги кустарниками и полупустынными растениями. В сухой сезон колючий кустарник покрывает всю территорию парка. Однако по склонам хребта Чьюлу-Хиллс растут настоящие горные тропические леса. Для ландшафта Цаво характерны гигантские нагромождения огромных валунов и скал из красного песчаника.

Автомобильная трасса и железнодорожная линия делят парк на две самостоятельные части — западную и восточную.

В западном Цаво расположен участок вулканической деятельности — широкая долина, залитая лавой на несколько километров более двухсот лет назад. В районе отеля „Килагуни-Лодж“ встречаются подобные участки, но меньших размеров. Источники Мзима-Спрингс, образующие систему глубоких водоемов с чистой водой и зарослями папируса, также расположены в зоне вулканической деятельности. Здесь обитают бегемоты, усачи, крупная рыба.

В восточном Цаво, у скал Муданда-Рокс, находится чаша (до 500 м в длину), „отделанная“ плоскими красными каменными плитами. В дождливый сезон она заполняется водой. С наступлением засухи здесь собираются на водопой сотни слонов.

Виды крупных млекопитающих в Цаво почти такие же, как в Амбосели или Серенгети. Однако здесь в большом количестве водятся малый куду, орикс и геренук — редкие животные для других парков. А вот газели Томсона в Цаво нет.

Вместо газели Гранта, характерной для многих других парков, здесь встречается газель Петерса. Водяные козлы в Цаво особенные — вокруг их хвоста есть светлое кольцо, а не пятно. Здешние страусы имеют синеватую шею. В Цаво были сделаны попытки акклиматизации черных антилоп и зебр Греви.

В Цаво много хищников, водится даже земляной волк, но все они очень осторожны, поэтому мала вероятность встретить их во время поездки по парку. Однако львы здесь такие свирепые, что даже задержали постройку железной дороги между побережьем Индийского океана и Найроби.

Здесь проживают носороги и бегемоты, зебры и конгони. Жирафовые газели и газели Гранта. Ориксы, крупные антилопы с прямыми и длинными, похожими на шпаги рогами. Малый куду — редкой красоты антилопа, по ее голубовато-серому телу по бокам проведены тонкие белые полосы. Рисунок окраски у каждого животного уникален, и поэтому на каждого куду заведено досье. Лесли Браун, один из знатоков африканских зверей, назвал это животное аполлоном среди антилоп. Однако больших стад в Цаво не встретишь, как, например, в Серенгети.

На территории парка обитает более 450 видов птиц. Здесь обитают цесарки и франколины, скворцы и черные буйволовые ткачи. По ветвям с длинными колючками лазают токи с красными клювами. Высоко в небе парят грифы. Собираются в большие стаи белые аисты.

На территории Цаво много слонов. Все баобабы в парке точно подгрызены: слоны сдирают бивнями кору, стремясь добраться до влагоносной пульпы.

Проблема истребления слонов возникла сравнительно недавно, однако предпосылки ее возникновения появились, когда Африку стали населять европейцы. Гоняясь за слоновой костью, слонов истребляли, а осваивая земли, сужали для слона количество привычных мест обитания. Слонов становилось все меньше и меньше. В 1933 году положение несколько улучшилось после введения запрета на бесконтрольную охоту, но слоны продолжали гибнуть от рук браконьеров и представителей специальной охотничьей инспекции, защищающей местное население от диких животных. Лишь в 20-40-х годах XX века, когда были созданы первые национальные парки и резерваты, положение слонов существенно изменилось. К началу 1960-х годов в Африке насчитывалось уже более 200 тысяч слонов (больше, чем их было тогда, когда здесь появились первые европейцы). И возникла новая проблема — перенаселения зверей. Ученые подсчитали, что животному необходимо в сутки 4–6,4 процента влажного корма от веса тела (допустим, слон весит 1700 кг, значит, его суточная потребность в еде около 100 кг). В Африке существует более 500 видов растений, которые ест слон. Чаще всего он обламывает и съедает ветви деревьев либо валит деревья не толще 25–35 см в поперечнике, у баобабов сдирает кору, нередко разрушает стволы более чем наполовину.

Чтобы прокормить одного слона в течение года, нужна площадь около 5 кв. км с растительностью. В Цаво на одно животное (в некоторых национальных парках Восточной Африки — на 5–7 животных) приходится 1 кв. км территории. Когда-то слоны Кении и Уганды в начале засушливого сезона уходили в предгорья и на склоны гор, в леса. Сейчас на привычных путях животных встречаются хорошо охраняемые плантации. Кроме того, большую часть года слоны нуждаются в водопоях (в сутки в засушливый сезон слон выпивает от 100–150 до 230 л), поэтому в засушливых районах, таких как Цаво, слоны при наступлении засухи не стремятся перебраться на дальние водоемы. Но при этом почти полностью уничтожается растительность на берегах.

А. Банников и В. Флинт пишут: „Помимо прямой нехватки пищи и воды на слонах отрицательно сказываются и многие другие явления, порожденные, в конечном счете, их же деятельностью. Так, изменение кормового рациона (замена грубых кустарниковых кормов травянистыми) вызвало падение упитанности животных (у взрослых самцов вес в среднем снизился на 500–600 кг), увеличило интервалы между родами и замедлило наступление половой зрелости. Уменьшение затененности, последовавшее за гибелью деревьев, отразилось еще более неожиданным образом: у слонов возросла подвижность ушей, используемых в качестве вееров, а это повлекло развитие склерозных заболеваний сосудов, питающих ухо. Участились случаи сердечно-сосудистых заболеваний, абсцессы полости рта“.

Кризис разразился в сильную и продолжительную засуху 1971 — 1972 годов. Тогда в Цаво в долине реки Галана погибло около 6 тысяч слонов (почти треть популяции). Однако уже в 1973 году численность слонов в Цаво вновь увеличилась до 20 тысяч. Экологи предложили регулировать количество слонов в парках Восточной Африки — и мероприятия по отстрелу животных начались. Еще в 1967 году в Цаво было уничтожено около 300 слонов, а в 1973 году — около 900.

Отстрел животных ведется крайне осторожно. Уцелевшие особи становятся чересчур пугливыми, поэтому прячутся от людей. А ненайденные подранки становятся агрессивными. В пределах национальных парков отстрел ведут только служащие парка, с машин, обычно ночью.

В национальный парк попасть можно только через специально организованный вход — массивные ворота, через которые проходят два въезда, перекрытые шлагбаумами. Тут же расположены билетная касса, контрольно-пропускной пункт. Ворота украшает эмблема Цаво — два огромных черных профиля носорогов.

На первой развилке дорог в парке стоит каменный монумент с указателем дорог и перечнем правил поведения посетителей. Из инструкций можно узнать, что нельзя подъезжать близко к животным, пересекать дорогу слонам, выходить из машины, съезжать с дороги. Иными словами, администрация не берет на себя ответственность за безопасность посетителей!

Любители самостоятельных путешествий могут ездить по территории парков почти без ограничения, только запрещено ездить со скоростью выше 20 км/ч во избежание наезда на животных. Кроме того, в парке Цаво есть более 30 аэродромов. Однако не во все районы можно попасть туристам: на некоторых участках не проложены дороги, и посетителям туда путь закрыт.

Гостиницы и кемпинги построены в местах постоянной концентрации животных, на них можно часами смотреть прямо с балконов гостиниц. Во многих парках у водопоев висит мощная электрическая „луна“, которая своим сиянием привлекает к себе животных (благодаря этому туристы получают дополнительное время для наблюдения за животными, тем более что ночь у экватора длится почти половину суток).

Парк Цаво ежегодно посещают более 250 тысяч туристов.

Научный центр Цаво находится в нескольких километрах от отеля. Он представляет собой целый городок с лабораторией, гаражами, мастерскими, складами и коттеджами для научных сотрудников. Склад научных материалов — это просторный двор площадью не менее полугектара. Там под открытым небом лежат сотни и тысячи слоновьих черепов, а многоэтажные стеллажи тесно заставлены черепами носорогов.

НЕПАЛ

Читауан

Читауан расположен в долине реки Рапти, что протекает по территории Непала, район Читауан (на границе с Индией). Площадь национального парка, находящегося на высоте 150 м над уровнем моря, — 76 000 га.

Он был создан в 1963 году. О предыстории создания этого парка написал Бернгард Гржимек: „В 1959 году король Махендра основал на Читауанской равнине так называемый Махендра-парк, который на самом деле никак нельзя было считать настоящим национальным парком (точно так же, как и национальный парк Баварский лес в ФРГ). Размер его составлял всего 177 квадратных километров, подчинен он был Управлению лесного хозяйства, охота в нем была запрещена лишь на ближайшие десять лет, и целостность его не гарантировалась всеобщим государственным законом об охране природы. Так что и в него продолжали проникать все больше поселенцев, которые пасли в лесу свой скот и убивали диких животных.

В 1970 году был открыт первый настоящий национальный парк, а именно Читауан-парк, под который на сей раз было выделено уже 546 квадратных километров (для сравнения: национальный парк Баварский лес был создан на площади 180 квадратных километров, Найроби-парк — 114 квадратных километров, Серенгети — 12950 квадратных километров). Из Африки был приглашен Джон Блоуер, опытный специалист по управлению национальными парками. Он уговорил наше Франкфуртское зоологическое общество выделить в 1972 году из Фонда помощи истребляемым животным, собранного в результате моих телевизионных выступлений, 20 250 марок для оборудования Читауан-парка. После этого парк был с одной стороны отгорожен высокой изгородью, чтобы носороги не могли больше проникать на поля крестьян, а крестьяне — загонять свои стада пастись на территорию парка. Постройка ограды спасла от многих неприятностей не только носорогов и оленей, но и крестьян с их рогатым скотом. Тем временем парку были выделены 140 солдат, которые и взяли на себя основную заботу о его охране“.

Равнина Читауан, территория которой превышает 2600 кв. км, находится почти в 100 км к юго-западу от Катманду. Когда-то она была густо заселена, но потом люди здесь постепенно вымерли, очевидно, от малярии. Другие же племена не селились на равнине из-за боязни заболеть желтой лихорадкой. Кроме того, самовольно селиться в Читауане было нельзя, так как вся долина реки Рапти считалась охотничьими угодьями властителей Непала. Они устраивали там помпезные охоты с участием десятков ездовых слонов, которые должны были преследовать тигров и носорогов. Но это было нечасто, поэтому охоты не представляли угрозы для популяции редких животных (в Читауане тогда насчитывалось примерно 800 панцирных носорогов).

После 1951 года было введено ограничение на охоту, но в лесах стали орудовать браконьеры, которые устраивали облавы на носорога и тигра. За один только год было обнаружено 60 убитых носорогов, официально признанных жертвами браконьерства; однако всего 24 рога носорогов было конфисковано. Дело в том, что добыча, как правило, сразу же переправлялась через индийскую границу, и хотя приобретение носорожьих рогов в Индии официально запрещено, но если рог привезен из Непала, то на него запрет не распространяется.

Для парка характерны леса и болота. В парке лес, непроходимые заросли, поэтому даже со спины слона трудно что-либо разглядеть, но если всматриваться в окрестности, многое можно заметить.

Здесь обитает однорогий носорог, который уже привык к ежедневным посещениям туристов. Панцирных носорогов в Читауане может увидеть каждый посетитель, остановившийся в гостинице „Тайгер-Топс-джунгли-лодж“ (из тысячи носорогов, обитающих на всем земном шаре, каждый четвертый живет в Читауане).

Водятся здесь индийский слон, гаур, тигр, леопард, гималайский медведь, красные волки, олени (замбар, аксис, мунтжак), обезьяны, шакалы и др.

Если поплыть по реке Рапти или по Нараяни (в нее впадает Рапти), можно увидеть речных дельфинов, крокодилов и гавиалов.

Обитает в парке триста видов птиц.

Тигров гораздо меньше: только 20 особей живут непосредственно в национальном парке Читауан, хотя 150 индийских тигров разгуливают по королевству Непал.

В определенных местах Читауана для тигров ежедневно выкладываются приманки, тем не менее тигры приходят туда далеко не каждый день.

Самые же крупные национальные парки Непала — Сагарматха, расположенный у подножия Эвереста, и Лантанг, находящийся к северу от долины Катманду. Но и они не застрахованы от посягательств браконьеров.

Сагарматха славится мускусным оленем, или кабаргой. Рост этих оленей-карликов не превышает 70 см, а самцы имеют на своем животе железу, выделяющую мускус, — ценное сырье для фармацевтической промышленности (чтобы извлечь мускус, совсем не обязательно убивать кабаргу, можно это сделать хирургическим путем без всякого ущерба для животного).

Лантанг населяют снежные барсы (но их увидеть не так просто) и гималайские медведи.

Самое живописное место в Непале — кристально чистое и самое большое ледниковое озеро Papa. Оно расположено на западе страны, и вокруг него на высоте около трех тысяч метров над уровнем моря раскинулся заповедник. Здесь обитает редкое животное — малая, или красная, панда, которую непальцы называют кошачьим медвежонком. Этот пушистый зверек, длина которого не превышает метра, а вес трех-четырех килограммов, обитает в бамбуковых зарослях на склонах гор. Панда питается побегами бамбука, травой, плодами и желудями, упавшими на землю. Днем животное обычно спит в кроне деревьев, лишь с наступлением сумерек спускается на землю, чтобы с рассветом вновь вернуться в свое убежище.

НОВАЯ ЗЕЛАНДИЯ

Тонгариро

Один из первых национальных парков в мире — Тонгариро — расположен на центральном плато Северного острова Новой Зеландии, округ Веллингтон. Национальный парк занимает 765 кв. км горного района с тремя действующими и потухшими вулканами. Заповедник выполняет две функции: сохранение природы вулканического района Северного острова и использование территории для туризма и горнолыжного спорта.

Издревле эту землю народ маори считал священной, там нельзя было заниматься никакой хозяйственной деятельностью. В 1887 году вожди местных племен преподнесли в дар нации священный участок площадью более 2,6 тысячи га. В 1894 году на базе этой земли был создан национальный парк на территории 67,4 тысячи га.

Дорога от Палмерстон-Норта до Тонгариро сначала проходит по освоенной сельскохозяйственной территории: луга-пастбища разделены легкими металлическими ограждениями на квадраты одинакового размера. Овцы и коровы пасутся внутри огражденных территорий. Потом туристам приходится пробираться через вулканическую равнину, сложенную молодой лавой и покрытую пеплом. Тут же возвышаются горы (2000–2500 м над уровнем моря) конусовидной формы, их вершины покрыты вечным снегом. Этот район новозеландцы называют пустыней, однако это холмистая равнина, покрытая зарослями тасэка — невысоких растений с жесткими мелкими листьями красновато-желтого цвета. Лишь полное отсутствие людей напоминает пустыню. Пока едешь по этой территории, не встретишь ни одного поселка, ни одной фермы, ни традиционных для Новой Зеландии овец, так как животные не едят тасэк.

Часть этой „пустыни“ принадлежит заповеднику. Однако и та, что оставлена на пользование местному населению маори, по существу простаивает (естественные пастбища низкого качества, а водопои отсутствуют). Постепенно и этот район осваивается человеком: английские переселенцы специально выращивают здесь европейский вереск, для того чтобы впоследствии охотиться на шотландского рябчика; расширяются посадки сосны.

Главная достопримечательность парка — вулканы Нгаурухоэ, Руапеху, Тонгариро, покрытые шапками снега. Все три вулкана — действующие. Но если Тонгариро и Руапеху в последние годы дремлют, то над Нгаурухоэ все время висит облако дыма.

Вулкан Руапеху — самая высокая гора Северного острова (2797 м). В переводе на русский язык его название означает „гремящая бездна“. В его кратере находится горячее озеро, исчезающее во время оживления вулкана. Вода в нем теплая, а берега покрыты льдом и снегом. Зимой, когда к Руапеху съезжаются лыжники, находятся смельчаки, которые отваживаются поплавать в теплой воде. Но администрация заповедника предусмотрительно напоминает туристам, что вода в озере может неожиданно вскипеть.

Время от времени вулкан проявляет свой строптивый характер. Так, в марте 1945 года на озере появился остров, а через четыре месяца на его месте образовался огромный купол черной лавы. Произошли мощные взрывы. К декабрю извержение прекратилось, после чего остался кратер диаметром более чем 300 м, и он постепенно стал наполняться водой. Это извержение напомнило о себе грандиозной катастрофой, происшедшей спустя восемь лет. Оказывается, во время извержения вулкана был засыпан сток, через который обычно изливался избыток воды в озере. Теплая вода, скопившаяся в озере, размыла часть берега, и поток хлынул вниз по склонам вулкана. Он как раз и стал причиной катастрофы, произошедшей 23 декабря 1953 года. В этот день по маршруту Веллингтон — Окленд шел скорый поезд, переполненный пассажирами, спешившими на Рождество. Но когда поезд проезжал по мосту через реку Ухангаэху, он врезался в стену воды, льда и грязи. Водяной поток снес мост, и весь состав рухнул в реку. Погибли 154 человека.

Так что с Руапеху шутки плохи. Но люди иногда забывают, что вулкан может проявлять активность. Сейчас на склоне вулкана, на высоте 1500 м над уровнем моря, вырос поселок с туристскими базами, магазинами, кафе.

Вулкан Нгаурухоэ (2291 м) — самый активный из действующих новозеландских вулканов. Во время сильных извержений в 1949 и 1954 годах вулкан выбрасывал из своих недр раскаленные глыбы размером с одноэтажный дом, выпускал потоки кипящей лавы.

Вулкан Тонгариро (1974 м) — самый старый и наименее активный, на его вершине находится система кратеров, а на северных склонах бьют горячие источники Кететахи. Его последнее извержение было в 1896 году. Лишь над одним из его семи кратеров можно видеть струи пара. Здесь расположены горячее озеро и многочисленные горячие источники.

Этим трем вулканам посвящена интересная маорийская легенда, о которой поведали И. Железнова и И. Лебедев в своей книге „Киви“: „В давние времена у Таупо, в самой середине Рыбы Мауи, жили Горы. Они жили в дружбе и согласии. Вместе они трудились, вместе пировали, вместе веселились. Но потом они стали ссориться. Те, что помоложе, не выдержали и ушли: одни на юг, другие — на север. Остались только Тонгариро, Руапеху, Нгаурухоэ и Таранаки. Тонгариро взял себе в жены Пихангу, красивую маленькую Гору, которая жила неподалеку. Их детьми были Снег, Град, Дождь и Непогода. Пиханга любила седоголового Тонгариро и была верна ему. Она не желала слушать Таранаки, домогавшегося ее любви. Но Таранаки упорствовал. Тогда разъяренный Тонгариро бросился на него. Таранаки обратился в бегство. За одну ночь он добрался до самого края земли. Там стоит он и поныне. Таранаки не опасается более гнева Тонгариро, но иногда закрывает свое чело пеленой тумана, чтобы скрыть слезы: он тоскует по Пиханге. А когда Тонгариро вспоминает о дерзости Таранаки, в груди его закипает пламя гнева, и тяжелое облако черного дыма поднимается над его вершиной“.

На территории парка представлены ландшафты различного типа: лесо-кустарниковые заросли, кустарниковые пустоши, степные пастбища и т. п. Хорошо развитый лес — смешанный субтропический лес из экзотических пород деревьев и густых зарослей древовидных и травянистых папоротников сравнительно мало изменен человеком. Встречаются смешанные леса из различных видов бука, красной сосны и других деревьев и безлесные равнины.

Здесь произрастает множество эпифитов и растений с воздушными корнями. На горах, на уровне выше 850 м, простираются леса из серебристого и горного бука (мелколистная вечнозеленая форма). На высоте около 1600 м расположена снеговая линия. В парке, в центральной его части, организован небольшой альпийский ботанический сад, где на площади около 1 га собрано 450 видов растений, встречающихся только в Новой Зеландии.

В парке много интересных птиц, в том числе краснолобый попугай, сокол, синяя утка и др.

В Тонгариро живет северный киви — ночная птица, родственник страуса, размером с курицу, без крыльев и хвоста, с длинным клювом. Птица покрыта бурыми перьями, напоминающими длинные толстые волосы. Величиной она не больше курицы, но клюв ее длинный (до 20 см) — он служит ей опорой, когда птица отдыхает. Клюв киви напоминает клюв вальдшнепа. Ноздри открываются на самом конце клюва и ведут в развитые обонятельные полости. Основание клюва снабжено чувствительными щетинками — вибриссами, с помощью которых киви легко находит червей под землей.

Эти птицы не летают, не лазают по деревьям. Весь день спят, забившись в укромное место, а ночью выходят на охоту. Поглощают массу червяков и личинок, но никогда ничего не пьют.

Киви — своеобразный рекордсмен среди птиц: его яйцо весит до 500 г — это примерно в четыре раза больше, чем можно было бы ожидать от птицы массой 3–3,5 кг. Некоторые ученые полагают, что такие крупные размеры яиц — результат происхождения этих птиц, потому что киви развивались как карликовая форма вымерших новозеландских моа: птицы уменьшались в размере, а величина их яиц оставалась прежней. Яйцо, снесенное птицей (всего одно яйцо в год), высиживает самец киви в течение двух с половиной месяцев, при этом он теряет треть своего веса. Позже сам самец и выращивает птенца.

Киви не поет, единственное, на что птица способна, — это произносить тоненько и протяжно „киуи“. Благодаря этому звуку она и получила свое название.

Киви стал эмблемой Новой Зеландии. Его изображение можно видеть на географических картах, рекламных проспектах, открытках, переплетах альбомов и книг, многочисленных сувенирах, украшениях. Силуэт птицы-символа соседствует с профилем английской королевы на новозеландских монетах. Кстати, киви называют в шутку и самих новозеландцев.

В лесах национального парка проживают и другие аборигенные виды птиц: белоглазки, медососы, плотоядные и веерохвостые голуби, попугаи, растительно-плотоядный зеленый нестор. Встречаются, хотя и редко, птицы, которые считались вымершими, — нелетающие пастушки.

В этих краях водятся также лоси, дикие свиньи, кролики и зайцы. Обитают олени, завезенные европейцами (вообще на Новозеландских островах встречается их от 600 до 800 тысяч голов). Эти олени наносят большой вред лесам, поэтому они не охраняются. Более того, охота на них поощряется. Создаются даже специальные группы охотников, занимающиеся отстрелом животных.

Тонгариро — одно из самых популярных туристических мест в стране, в течение года его посещает более 80 тысяч туристов, а в сезон горнолыжного спорта здесь бывает 5 тысяч человек и более.

Здесь есть гостиницы, мотели, клубы. Туристический центр района — большой отель „Шато“, построенный в 1929 году, но позже реконструированный. Рядом расположены туристический лагерь, небольшой научно-популярный музей, магазины, мастерские и т. д.

В Тонгариро оборудованы места для пикников, лыжные трассы. Устроены взлетно-посадочные полосы для небольших самолетов. Для туристов, альпинистов и горнолыжников разработаны многочисленные маршруты.

Фьордленд

Национальный парк Фьордленд — самый крупный новозеландский парк, расположенный на острове Южный, в округе Отаго, и один из крупнейших национальных парков мира. Он был создан в 1952 году и занимает площадь 12 116 кв. км.

Здесь расположены прекрасные горы (Камерон, Хантер, Мурчисон, Стюарт, Франклин) с ледниками, водопадами, альпийскими лугами. А также реки, озера, пещеры с известковыми образованиями, на побережье — фьорды.

В низинах Фьордленда произрастают почти в первозданном виде дождевые леса, выше — субтропическая растительность, потом — низкорослый кустарник. Еще выше находятся альпийские луга, а вершины покрыты снегами. Говорят, глубокие фьорды, далеко врезающиеся в сушу на крайнем юге Южного острова Новой Зеландии, вполне могут поспорить своей суровой красотой с фьордами Норвегии.

Вакатипу — самое длинное озеро страны. Его длина с юго-востока на северо-запад — около 100 км. В некоторых местах глубина озера достигает 400 м. В него впадает 25 речек, каждая из которых вместо названия имеет порядковый номер. Вода в озере необыкновенно чистая и прозрачная.

Любопытно, что вода в этом озере каждые пять минут то поднимается на 7,5 см, то опускается до прежнего уровня. По этому поводу новозеландцы говорят, что под водами Вакатипу бьется сердце Южного острова.

А вот какое объяснение этому явлению можно найти в одной из маорийских легенд. И. Железнова и И. Лебедев поведали эту легенду: „Маната, дочь вождя, и юноша Матакаури полюбили друг друга. Но они не могли пожениться, так как отец прочил Манату другому. Однажды злой великан Матау напал на селение и унес Манату в свои владения, в глубь покрытых снегом гор. Тогда вождь в отчаянии обратился ко всем молодым воинам селения, моля их спасти дочь. „Я отдам Манату в жены тому, кто спасет ее!“ — воскликнул он. Никто не решался идти в логово страшного великана, только Матакаури вызвался это сделать. Храбрый юноша поднялся в горы, и ему удалось освободить Манату, пока великан спал. Но Матакаури понимал, что, проснувшись, Матау обратит свой гнев против всех жителей селения. Поэтому он вновь вернулся в горы, где по-прежнему спал великан, положив голову на одну гору, а ноги — на две других. Много дней и ночей трудился Матакаури, принося из леса охапки хвороста и сухой травы и укладывая их громадными грудами вокруг тела спящего Матау. Затем, потерев друг о друга два куска дерева, Матакаури добыл огонь и со всех сторон поджег хворост и траву. Пламя охватило вершины гор, и дым закрыл солнце. Огонь проглотил великана. Пожар был так силен, что пламя прожгло землю. Образовалась огромная впадина, напоминающая своей формой тело великана. Дожди и горные реки наполнили впадину водой, превратив ее в озеро. Люди назвали это озеро Вакатипу. Глубоко на его дне лежит сердце Матау. Только сердце великана не сгорело. Оно живо, оно бьется. С каждым его ударом воды озера то поднимаются, то падают“.

К западу и юго-западу от озера Вакатипу, на побережье Тасманова моря, находится страна фьордов Новой Зеландии. Тасманово море во многих местах глубоко вдается в сушу, образуя узкие, но длинные фьорды. Берега фьордов отвесные, как стены, поросшие густым лесом.

Климат этого края влажный, почти каждый день идет дождь. Говорят, здесь есть еще такие места, где никогда не ступала нога человека. Новозеландские географы до сих пор наносят на карту новые горные вершины, реки, озера, долины.

Милфорд-Саунд — самый известный из фьордов. От озера Вакатипу к нему можно пробраться по узкой дороге по ущелью (Чудо-тропе). Здесь, в Милфорд-Саунде расположена крупнейшая туристическая база.

Даски-Саунд — другой фьорд, который врезается в сушу на юге страны. Здесь когда-то находился лагерь экспедиции Кука.

В глубине острова находятся высокие труднодоступные хребты, вершины которых покрыты снегами. Их склоны поросли густым лесом, выше — зарослями непроходимого кустарника. В лесах много мхов и лишайников. Здесь растет мох, достигающий более 60 см в длину, — самый длинный мох в мире.

Природа Новой Зеландии, по словам очевидцев, довольно своеобразная и неповторимая. И. Железнова и И. Лебедев пишут: „Здесь более чем на пятьдесят метров в вышину вздымаются прямые, похожие на серые колонны, стволы гигантских „сосен“ каури — самых больших деревьев на земле после американской секвойи. Старейшие из них, возраст которых исчисляется десятью-пятнадцатью веками, имеют в окружности до восемнадцати метров. Некоторым из этих патриархов леса маори, как бы очеловечив их, дали имена. Одного из таких великанов зовут, например, Тане махута (Отец леса). Из ствола Тане махута можно было бы добыть столько древесины, что ее хватило бы на постройку целого небольшого поселка.

Здесь нежные орхидеи цветут рядом с ледниками, а ромашки растут на деревьях. Пышные букеты этих простых, знакомых нам цветов колышутся высоко над головой, на ветвях ромашковых деревьев“.

Сохранились в этом районе Новой Зеландии эндемичные виды птиц.

Попугай кеа, окрашенный в разные оттенки зеленого цвета с оранжевым надхвостьем, досаждает человеку своим любопытством (с помощью крючковатого клюва он все исследует). Даже в метель кеа бродят по снегу, роясь в нем клювом. Туристы, приезжающие в эти края покататься на лыжах, принимают их издали за ворон: настолько и внешним видом, и образом жизни они не похожи на попугаев. Попугай кеа питался исключительно зеленью, пока в Новую Зеландию не были завезены овцы. Мясо этих животных пришлось ему по вкусу. Сначала он ел отбросы у скотобоен, потом сам стал потрошить павших овец, добивать больных. Затем и на здоровых овец начал нападать: сядет на спину и рвет острым клювом сало и мясо.

Кроме кеа на территории национального парка водятся кричащие лесные попугаи ка-ка, белые цапли, кустарная малиновка, крошечный горный королек и др. В лесу встречается киви, на морском побережье — пингвины. Водятся изумрудный попугай, желтая ворона, туи — сине-черно-зеленая птица с белой манишкой на груди, ее голос очень мелодичен.

Особо охраняются почти исчезнувшие виды птиц — совиный попугай какапо и пастушок такахе. Какапо называют еще совиным попугаем, потому что он очень похож на сову. У него очень красивое оперение, дымчатого серовато-зеленого цвета с черными крапинами. Голова широкая и плоская, как у совы, с большими глазами. Какапо редко летает, причем неуклюже, он чаще бегает по земле, ведет ночной образ жизни.

Такахе — нелетающая птица размером с большого гуся. У нее яркое, красивое оперение, сильные ноги, короткий толстый красный клюв.

Впервые такахе обнаружили в XIX веке. На Южном острове, особенно по берегам двух больших ледниковых озер Те-Анау и Манапоури, водилось так много этих птиц, что маори устраивали ежегодную охоту на них зимой, когда снегопад вынуждал птиц спускаться с гор в поисках пищи (когда-то страну фьордов маори называли местом, где живут такахе). Ко времени прибытия европейцев от этих птиц остались лишь одни кости. Однако в 1849 году на острове Резолюшн впервые была поймана живая такахе, и ловцы ее съели. Через два года была поймана еще одна птица, которую постигла та же участь. Однако шкурки обеих птиц были приобретены неким Мэнтеллом, и он отправил их в лондонский Музей естественной истории. Только в 1879 году недалеко от озера Те-Анау удалось снова поймать птицу, а в 1898 году одну такахе поймала собака. Позже эту птицу больше никто в этих местах не встречал, однако ученый Дж. Б. Орбелл отправился в 1948 году ее искать. Когда он ее нашел, и не в единственном экземпляре (численность птиц определяли в 30–50 штук), правительство Новой Зеландии объявило район вокруг озера Те-Анау (около 2 тысяч кв. км) заповедником.

В стране фьордов обитает множество оленей и лосей. Водятся дикие свиньи, которых называют капитанами Куками, так как они ведут свое происхождение от поросят, сбежавших из лагеря Кука.

Маунт-Кук

Национальный парк Маунт-Кук (около 70 тысяч га) занимает самую высокую часть Новозеландских Альп, на острове Южный, округ Уэстленд и Кентербери. Он был создан в 1953 году. Этот участок Южных Альп имеет 17 вершин высотой около 3000 м, здесь много ледников (в том числе ледник Тасмана длиной около 30 км).

Главная достопримечательность этого парка — гора Кука (3764 м), имеющая седловидную вершину и покрытая вечными снегами. Это самая большая вершина Новой Зеландии. Маори, представители коренного населения Новой Зеландии, называют эту вершину Аораки — Пронизывающая облака.

Рядом с горой Кука вонзают в небо свои острые вершины горы Тасмана (3498 м) и Дампьера (3440 м). Они, как десятки других вершин Южных Альп, покрыты вечными снегами и ледниками. Девятнадцать вершин поднимаются на высоту более трех тысяч метров.

Кук и Тасман — одни из самых популярных имен в Новой Зеландии. Острова, носящие название Новая Зеландия, были заселены полинезийцами в X–XIV веках. Голландец Абел Янсзон Тасман открыл их в 1642 году для европейцев. Первые слова, сказанные о Новой Зеландии европейцем, были такими: " Большая гористая земля“. Англичанин Джеймс Кук обследовал острова во второй половине XVIII века и открыл их в 1769 году вторично для европейцев и, выполняя секретные инструкции английского адмиралтейства, объявил Новую Зеландию владением английской королевы. Англичане начали заселять Новую Зеландию с 1840 года.

Окружающий самую высокую вершину страны — гору Кука — ландшафт сформирован в основном ледниками. По сторонам горы Кука находятся ледники Хукера (на западе) и Тасмана (на востоке). Ледник Тасмана, названный именем голландского мореплавателя, тает уже в течение 20 тысяч лет. Вытекающая из этого ледника река Тасман устремляется сначала в горную долину, а потом петляет по „каналу“ из щебня и осадочных пород и впадает в озеро Пукаки. Ледяная река, идущая от ледника Тасмана, между хребтами Кука и Бруна, простирается на 30 км и достигает ширины 2–3 км. Неслучайно она пользуется большой популярностью у туристов и горнолыжников. Новозеландцы утверждают, что это самая длинная горнолыжная трасса в мире.

Хермитидж — самый известный в стране горный курорт и туристская база — расположен у подножия горы Кука. Здесь любят бывать новозеландские альпинисты. Говорят, что в этих краях начал делать свою карьеру один из известных современных альпинистов — новозеландец Эдмунд Хиллари (Хиллари и Тенсинг в мае 1953 года первыми поднялись на Джомолунгму).

„Одно из наиболее интересных восхождений я совершил в районе горы Кука в Южных Альпах, — писал Хиллари, — там, где гигантские, покрытые льдом вершины бросают вызов искусству и умению альпиниста“.

Однако Хиллари в этих горах столкнулся с неменьшими опасностями, чем в Гималаях. Здесь нередки сильные ливни, которые отшлифовывают и полируют поверхность ледников, а это, конечно, затрудняет и без того сложное восхождение на вершину.

Из Хермитиджа хорошо видна гора Кука. Приблизиться к ее вершине можно, воспользовавшись небольшим телескопом, установленным на постаменте рядом с гостиницей Хермитиджа. Можно даже совершить полет на легком самолете специальной авиакомпании, которая с небольшого аэродрома доставляет туристов и лыжников на ледники. Можно даже облететь на самолете вокруг горы Кука и других вершин.

Однако не только снег да лед — характерная особенность горы Кука. На высоте 900 м над уровнем моря растет эдельвейс, низкие горные склоны покрыты фиалками, незабудками, первоцветом. Для этой местности характерны леса, кустарниковые заросли и альпийская растительность. Из животных обычны серна, гималайский тар и благородный олень, акклиматизированные здесь в начале XX века. Среди птиц охраняется попугай кеа и др.

Вообще природа Новой Зеландии уникальна: из 1900 видов высших растений 1455 видов существует только в Новой Зеландии. За последние полтора столетия лесные массивы островов сократились на 60 процентов. Были уничтожены места обитания многих эндемичных видов животных и растений, многие из них не выдержали конкуренции со стороны видов, завезенных европейцами. Первыми осознали, что произошло сильное обеднение природы, аборигены — маори. Поэтому по их инициативе был организован первый в стране национальный парк Тонгариро.

Национальный парк Уэстленд (1175 кв. км) соединен с национальным парком Маунт-Кук. Здесь можно видеть красивейшие картины, созданные природой: горы, ледники, озера, леса. Вообще климатические условия здешних мест способствуют образованию очень больших ледников. Ледники центральной части Южных Альп занимают более тысячи квадратных километров площади. Самые известные из них — ледники Франца-Иосифа и Фокса. Ледники западных склонов Новозеландских Альп спускаются с гор чрезвычайно низко — до 213 м над уровнем моря. Ледник Франца-Иосифа — рекордсмен среди них.

И. Железнова и И. Лебедев пишут: „Ледник Франца-Иосифа знаменит тем, что его серебристые языки сползают по склонам гор до двухсот метров над уровнем моря и прямо вдаются в чащу вечнозеленого леса. Так низко на этой широте, пожалуй, не опускается ни один ледник мира. Здесь можно увидеть удивительную картину: искрящиеся на солнце глыбы льда и совсем рядом зеленые, покрытые яркими красными цветами деревья. Достопримечательность этого горного района — ледопад Хохштеттера. Начинающийся высоко в горах ледник шириной в километр где-то посредине по пути в долину низвергается с тысячеметрового обрыва. Сползая, масса льда обламывается на гребне обрыва и рушится вниз“.

Растительность этого национального парка сохранилась почти в нетронутом виде.

Национальный парк Артур Пасс (98,4 тысяч га) расположен в центральной части Южного острова, на горном плато. Он был создан в 1929 году для охраны высокогорной растительности и огромного водопада.

Хребет Мэйн Дивайд служит барьером для господствующих северо-западных ветров, несущих большую влагу с моря. Это во многом определило разнообразие растительности и фауны парка.

В лесах встречаются вечнозеленые виды, выше идет зона альпийской растительности. Кроме эндемичной орнитофауны здесь распространены виды животных, ставшие вредителями местных экосистем (благородный олень, выпущенный в 1897 году недалеко от будущего парка, быстро расселился по округе).

На территории парка есть несколько базовых лагерей скалолазов и альпинистов, которые начали развиваться здесь с 1923 года, когда через парк прошла дорога, соединяющая восточное и западное побережья острова. За двадцать лет альпинисты и скалолазы покорили все 35 горных вершин парка. Неменьшей популярностью парк пользуется у горнолыжников, а летом — у туристов, желающих совершить пешеходные прогулки.

Сейчас 15 национальных парков страны входят в систему особо охраняемых территорий (к ним относятся также резерваты и лесные парки). Таким образом, почти 14 процентов площади страны относится к охраняемым природным территориям.

В 1952 году был принят закон „О национальных парках“. Согласно этому документу, природа парков, объекты истории и археологии сохраняется в естественном состоянии, в пределах парков выделяются участки, где запрещается какое бы то ни было строительство. Посетители допускаются в парк без ограничений и бесплатно (пользование хижинами-приютами, музеями природы и автостоянками, расположенными в административных центрах парков, бесплатное).

В новозеландских национальных парках выделяются четыре зоны: научная, дикой нетронутой природы, естественной природной среды, обслуживания посетителей.

В национальных парках Новой Зеландии разрешены спортивный лов рыбы (по лицензиям), горнолыжный спорт, спортивное скалолазание и альпинизм. Разрешается лицензионная охота на некоторых животных (благородный олень, кабан, косуля, горный козел, опоссум). Парки находятся на расстоянии 50-350 км от основных городов страны и открыты в любое время года. Тем не менее посещаемость парков довольно низкая, правда, и контроль за числом посетителей отсутствует.

Восемь парков Новой Зеландии расположены в горной местности, и лишь парки Фьордленд и Абел Тасман находятся на морских побережьях. Во всех парках удивительно богатая растительность и невероятно бедная фауна, самая древняя в мире.

РОССИЯ

Аскания-Нова

Аскания-Нова — это уникальный уголок природы: здесь расположен единственный в Европе участок степи, которого никогда не касался плуг (однажды распаханная степь не восстанавливается никогда). Это заповедник и ценнейший музей под открытым небом: здесь сохранились одинокие курганы, каменные скифские бабы, созданные древними ваятелями.

Когда-то на левом берегу нижнего Днепра до самого Азовского моря находилась целинная степь, на которой паслись стада туров, зубров, дикие лошади.

На этой территории был создан заповедник площадью 11 тысяч га, из них абсолютно заповедные 1,5 га.

Аскания-Нова расположена почти на идеальной равнине с обширными, едва заметными понижениями — подами.

Климат Аскания-Нова засушливый, с длинным летом и короткой, пасмурной зимой. Средняя температура июля 23,4 градуса, максимум 38 градусов. Средняя температура января — 3,6 градуса, бывают и внезапные морозы, достигающие -34 градусов.

Основал Асканийский заповедник и зоопарк Ф. Э. Фальц-Фейн. Возможно, о создании охраняемой территории он начал задумываться в 1874 году, когда получил от отца в награду за успешно выдержанные экзамены в гимназию вольеру для птиц. Через 15 лет, вскоре после окончания Тартуского университета, Фальц-Фейн основывает уникальный акклиматизационный парк. А чуть позже выделяет участок целинной степи в 500 десятин и объявляет его защитным на вечные времена. Заповедник примыкал к лесопарку с искусственными прудами и каналами, где обитало множество зверей и птиц. Дальше шли отгороженные участки целинной степи, где жили антилопы, бизоны, зебры, олени, страусы. В акклиматизационном парке проводились работы по приручению и одомашниванию животных.

Опыт Асканийского заповедника не остался незамеченным: уже в первые годы после его создания крупнейшие ученые называли Аскания-Нова единственной во всем свете и неповторимой жемчужиной нашего юга.

В 1910 году на базе зоопарка возникла первая зоотехническая станция, где впервые проводились работы по искусственному осеменению лошадей. Там были получены первые в мире гибриды лошадей с зебрами, а потом и всемирно известные новые породы овец и свиней.

Потом открылся и парк для широких кругов населения: с 1912 по 1917 год в Аскания-Нова побывало почти 13 тысяч туристов.

В 1919 году Аскания-Нова была объявлена народным парком, а потом и государственным степным заповедником. В 1921 году в границы заповедника Аскания-Нова был включен акклиматизационный центр степных, лесостепных и саванных животных, в котором им предоставлялась максимальная свобода.

Разные времена выпадали на долю Асканийского заповедника. На его территории шли военные действия двух войн (Гражданской и Отечественной). После войны заповедник и акклиматизационный парк испытывали нажим хозяйственников им не терпелось использовать земли под выпас скота, предлагали даже распахать этот бесценный памятник природы, а лошадь Пржевальского не разводить, так как она якобы не имеет народно-хозяйственного значения.

Более 400 видов трав и цветов произрастает на территории заповедной зоны. В асканийской степи преобладают злаки, типичен пырей, из разнотравья — степной подовый василек. В конце апреля зацветают тюльпаны, затем ирисы, астрагалы, гиацинты, лютики. В мае раскрывают свои бутоны гвоздики, ромашки.

А Банников пишет: „До чего хороша степь! Она одинаково чудесна как ранней весной, усыпанная красными и желтыми тюльпанами, темно-фиолетовыми и желтыми ирисами, так и летом, закутанная в серебристо-сизую дымку ковыля, переливающуюся волнами от малейшего дуновения ветерка.

В период цветения перистых ковылей между их султанами видны стройные, изящные кисти сочно-лилового степного коровяка, едва проглядывают мелкие белые цветочки песчанки, нежно-розовые гвоздики и желтый козлобородник. Кое-где поднимаются степные зонтичные, а у нор сусликов разрастаются куртины серовато-сизой полыни.

Позднее, в середине июня, когда ковыли отцветут, появятся душистые шапки желтого подмаренника, пирамидальные беловойлочные шалфеи, нежные лиловые цветочки на шарообразных, раскидистых кустиках кермека, зацветут луки, желтые степные васильки. Если лето выдалось незасушливое, на смену цветущим перистым ковылям в середине июня приходят нежно-золотистые волны длинных остей ковыля-тырсы, покрывающие степь до самого горизонта“.

Асканийский парк площадью около 200 га существенно отличается от дикой степной зоны. Он разбит согласно строгому плану. В безводной степи были выкопаны колодцы, искусственные пруды, а на их берегах заложили ботанический парк. Сюда из различных климатических зон привозились деревья и кустарники. Посадки деревьев перемежаются полянами и группами кустов. В парке растет около 150 видов и форм деревьев и кустарников. Здесь прижились остролистный клен, крымская сосна, дубы пирамидальные и колонновидные, можжевельник виргинский, вяз, ель. Преобладают ясень, белая акация, вяз, дуб, туя, жимолость и сирень. У воды растут плакучие ивы. Центр композиции парка — живописный пруд.

На территории заповедника можно встретить представителей более 60 видов пернатых (в целинной степи гнездится 16 видов птиц, множество птиц бывает на пролете, в парках гнездится около 40 видов и на водоемах около 30 видов птиц, никогда раньше не живших в Аскания-Нова).

Больше всего жаворонков: малых, серых, хохлатых, степных, белокрылых и даже северных рогатых. Нельзя представить себе степь и без юрких каменок.

Можно увидеть в степи и неразлучную пару журавлей-красавок или двух важных серых журавлей, а также степных куликов — авдоток. Гнездятся в степи еще дрофы и стрепеты, серые куропатки. Редкий гость — степной орел. Чаще можно видеть низко летящего над землей степного луня или пустельгу.

Весной звонко кричат большие кроншнепы, по вечерам слышны голоса лебедей-кликунов.

В парке стали гнездиться скворцы, грачи, зеленушки, чернолобые сорокопуты, щеглы, садовые славки. Обитают пустельги, галки, кукушки, иволги, соловьи. Зимой — синицы, зарянки, зяблики, свиристели, дрозды, дятлы. На водоемах обитают кряквы, чибисы, камышовые луни, камышевки, трясогузки.

В заповеднике можно видеть белых и черных лебедей, фламинго, египетских, серых, черных, белых гусей.

В вольерах содержатся такие редкие птицы, как страусы африканские, эму, нанду, дрофы, фазаны, степные орлы, венценосные журавли, попугаи.

Мелких зверьков немного. Из типичных видов встречается полевка, которая в благоприятные годы размножается в огромных количествах. Меньше мышей, хомячков, мышовок, редки тушканчик и обыкновенный хомяк. Зато немало серых сусликов, сидящих столбиком.

Из хищников в асканийских степях обычны степные орлы, степные хорьки, лисицы, ласки и редки горностаи.

Парк Аскания-Нова обжили летучие мыши, рыжие вечерницы. Обитают здесь землеройка, еж, лесная мышь.

Утром на тропинках греются ящерицы, а иногда и степные гадюки, у пруда можно обнаружить присутствие ужа.

Мир насекомых степи разнообразен Черный жук, перекатывающий навозный шар, — главная ее достопримечательность. В цветах селятся усачи с черными поперечными полосами. Порхают репейницы, махаоны, перламутровки, сатиры, белянки. В середине лета особенно много кобылок. На травах сидят богомолы, по дорогам бегают скакуны.

В своеобразном зоопарке заповедника содержится уникальная коллекция животных. Еще в 1888 году Фальц-Фейн завез в парк американских страусов нанду, четыре года спустя — африканских, а потом — австралийских страусов эму. От всех страусов вскоре были получены птенцы, и только эму дала потомство через 20 лет (эму, несущая яйца австралийским летом, когда у нас зима, вынуждена сидеть на искусственном гнезде в домике).

В акклиматизационном центре диких животных представлены виды интересных зверей и птиц, проживающих не только в России, но и на других континентах (зебры, южноамериканские верблюды, индийские и африканские антилопы, страусы, фазаны, павлины, олени и т. д.).

В степи пасутся южноамериканские ламы, шотландские пони, американские бизоны, кафрские буйволы.

Еще Фальц-Фейн решил попытаться восстановить сайгака, который исчез из асканийских степей, очевидно, в конце XVIII века.

Сайгаки — древнейшие копытные, ровесники мамонтов. Они занимают промежуточное положение между козлами и антилопами. Сайгак похож на овцу, но более легкого сложения. Длина тела взрослых животных достигает примерно 150 см. Сайгак имеет относительно большую голову с вздутой горбатой мордой, нависающей надо ртом. На голове у самцов полупрозрачные, воскового цвета рога, слегка загнутые назад. Самки без рогов. Волосяной покров животных желтовато-рыжего цвета летом и светло-желтый зимой.

Питаются сайгаки злаками, разнотравьем, полынью. В воде нуждаются только во время сильных летних засух. В первых числах мая у сайгаков появляются детеныши, и стадо сразу увеличивается почти в два раза. Самки уже в годовалом возрасте дают потомство — по одному детенышу, взрослые обычно приносят по два детеныша.

Сайгаки дают хорошее мясо, шкуры, идущие на изготовление хрома, технический жир, а также рога, из которых готовятся лекарственные препараты типа пантокрина.

В 1887 году из окрестностей Царицына (Волгограда) привезли пару сайгаков. Позднее этих парнокопытных завозили многократно, и они стали самыми распространенными антилопами парка. Однако опыты выпуска их в степь на полную свободу так и не увенчались успехом — эти мигрирующие животные нуждаются в очень больших просторах, поэтому после выпуска они разбредались по окрестностям и погибали. Не удалось достичь успеха и при содержании сайгаков в отгороженном степном загоне.

Еще сложнее оказалось восстановить дикую лошадь — тарпана. Последняя в мире дикая кобыла тарпана была убита в декабре 1879 года, в 35 км от Аскания-Нова, у села Агайман. Вскоре участь таврического тарпана разделил джунгарский тарпан (лошадь Пржевальского).

Русский путешественник Н М Пржевальский открыл в Центральной Азии один вид дикой лошади, получившей его имя. Эта лошадь отличалась от тарпана только песчаной окраской (тарпаны были серые), более тяжелым складом и строением зубов. Лошадь Пржевальского, уже тогда единственную дикую лошадь на всем земном шаре. Ф. Э. Фальц-Фейн и решил завезти в Аскания-Нова.

Узнав о первых диких лошадях в парке Аскания-Нова, известный торговец животными в Гамбурге. К. Гагенбек предложил Фальц-Фейну купить лошадей Пржевальского за хорошие деньги. Получив категорический отказ, Гагенбек подослал в Аскания-Нова своих агентов, которые выведали у служителей парка, кто является поставщиком лошадей Пржевальского. Гагенбеку удалось достать диких лошадей и отправить их в различные зоопарки мира. После этого в прессе Германии появились сообщения, в которых превозносились заслуги. К Гагенбека.

Однако спасен этот вид от вымирания был благодаря купцу Асанову с охотниками. Именно они отловили в 1898–1901 годах несколько десятков жеребят для продажи их в зоопарки. Все ныне живущие в зоопарках мира джунгарские тарпаны — потомки асановских жеребят. Правда, в 1947 году в Монголии поймали жеребенка лошади Пржевальского, а зимой 1959 года там еще обитало около 20 лошадей.

Парк Аскания-Нова, первый в мире, получивший лошадей Пржевальского, и первый, начавший их разводить, вывел с 1904 по 1940 год 37 чистокровных лошадей и более 30 гибридов.

Благородных оленей также завез Фальц-Фейн в свой парк в 1894 году. При вольном содержании в степных загонах они образовали гибридную форму асканийского оленя, легко переносящего степной зной и отсутствие веточных кормов.

Чуть позже в Аскания-Нова появились американские бизоны, а потом зубры Скрещивание зубробизонов с чистыми зубрами оказалось очень ценным для восстановления кавказского зубра.

Еще в конце XIX века Фальц-Фейн завез в Аскания-Нова антилоп, завозились животные и позже. Лучше других размножалась здесь африканская антилопа канна, молоко которой имеет жирность в четыре раза больше коровьего и обладает целебными свойствами.

Хорошо размножаются в Аскания-Нова антилопа-гну, зебры. Этот заповедник — единственный в Европе, где на воле содержатся тропические животные — зебры. Оказалось перспективным и содержание оленей. С апреля по ноябрь почти все копытные пасутся в степи. Зимой наиболее теплолюбивые виды переводят в помещения.

Баргузинский заповедник

Баргузинский государственный биосферный заповедник относится к числу старейших в России. Он был организован в 1916 году. Расположен в Бурятии, на северо-восточном побережье Байкала. Его площадь более 263 тысяч га, к нему относится трехкилометровая зона акватории Байкала (15 тысяч га).

Аввакум называл Байкал океаном-морем, однако это все же озеро, гигантское по своим масштабам. Его длина 636 км (почти такое расстояние разделяет Москву и Санкт-Петербург). Байкальская впадина самая глубокая на земной суше — дно озера находится почти на 1200 м ниже уровня океана, его глубина достигает 1620 м. Такая огромная природная чаша наполнена до краев пресной водой — в ней содержится 23 000 куб. километров воды, то есть 1/5 всех запасов пресной воды мира.

Еще одна отличительная особенность Байкала — его древность. Если многие озера планеты существуют несколько тысячелетий, то Байкалу 25–30 миллионов лет!

В настоящее время известно более 1800 видов животных, обитающих в Байкале. При этом более 3/4 из них эндемики, то есть нигде в мире, кроме Байкала, не встречаются. Это байкальские нерпы, голомянки — живородящие полупрозрачные рыбки без чешуи, бычки-подкаменщики, омуль, осетры, рачки-бокоплавы, губки и др. Из-за самобытности фауны озеро выделяют в особую Байкальскую зоогеографическую подобласть.

Когда русские промышленники проникли на территорию нынешнего Баргузинского заповедника, они назвали эти места Подлеморьем, славу которому снискал баргузинский соболь.

„А соболь — зверек предивный и многоплодный и нигде ж на свете не родится, опричь в северной стране, в Сибири. Зверек редкостный и красив, а красота его приходит вместе со снегом и опять со снегом сходит…“ — писал Николай Милеску (Спафарий), возглавлявший русское посольство в Китае в 1675–1678 годах.

Эвенки с незапамятных времен промышляли в тех краях драгоценного соболя. Однако после эпидемии черной оспы семьи эвенков, оставшиеся в живых, были не в состоянии освоить свои земли и стали сдавать участки в аренду русским охотникам. Кроме того, алчные скупщики покупали соболиные шкурки за бесценок.

В эпоху Киевской Руси так называемая мягкая рухлядь, особенно мех соболя, ценилась наравне с благородным металлом. Поэтому зверька добывали в огромных количествах: в середине XVII столетия одна Восточная Сибирь давала 80 тысяч шкурок соболя в год, а в целом на Руси их заготавливали до 200 тысяч. Со временем этот некогда богатейший край стал оскудевать. Восточная Сибирь давала всего несколько тысяч шкур (менее пяти). Но спрос на мех соболя никогда не падал, и цены на него росли. Поэтому царское правительство было вынуждено в 1912 году запретить охоту на соболя на 3 года. А в 1914 году были организованы три экспедиции — в Саяны, на Камчатку и в Прибайкалье. Возникла идея создания специальных соболиных заповедников, в том числе Баргузинского. В 1920-е годы его существование было подтверждено указами Советского правительства.

Заповедник расположен на западных склонах Баргузинского хребта, одного из наиболее высоких в Забайкалье. Отдельные его вершины поднимаются более чем на 2800 м над уровнем моря. Хребет сильно расчленен и труднодоступен. Он задерживает осадки, которых на его западных склонах выпадает почти в два раза больше, чем за хребтом. Ученый и натуралист О. Гусев пишет: „Горы в заповеднике грандиозны. Их вершины, едва не достигающие трех тысяч метров, почти полностью лишены растительности, их называют гольцами. Ими занято около половины территории заповедника. Осенью и зимой вершины хребта ярко сверкают на солнце. Снег на горах лежит почти все лето, особенно долго задерживаясь под гребнями гор с южной и юго-восточной сторон, а также в каровых впадинах и распадках…“ Кроме гор, заповедник представлен тайгой, долинами горных рек и ручьев, альпийскими лугами, гольцами, скалами, ледниковыми цирками. Много горячих ключей с целебными водами.

Климат заповедника относительно суровый, так как испытывает большое влияние Байкала. Температура воды в Байкале обычно не поднимается выше 10–12°, с января по май озеро находится подо льдом. На побережье среднегодовая температура -4,6° (зимняя -20,8°, летняя 10,3°). Последние снегопады на территории заповедника бывают еще в середине июня, а первый снег выпадает в конце августа. Лето солнечное, но часто ветреное.

Наиболее крупные реки заповедника — Большая, Езовка, Давша, Биракан, Туркулик, Сосновка, Кудалды, Шумилиха.

В заповеднике есть горячие источники с выходом на поверхность. Температура воды в этих источниках достигает 75°. Деревья около таких горячих ключей вырастают до гигантских размеров, а трава — в рост человека. Здесь образовался маленький оазис с уникальными животными и растениями.

Самым ценным термальным источником считается большереченский: он дает около 200 куб. м горячей воды в сутки, благодаря чему даже зимой не замерзает плес длиной до 200 м и шириной 5–6 м. Вот какими увидел термальные источники реки Большая зимой биолог О. Гусев: „…В большие морозы над ключами густыми белыми клубами поднимается пар. Он оседает на окружающих источник снегах, на тончайших ветках кустарников, на махровых хвойных лапах. Постепенно все окружающие предметы покрываются ажурным куржаком, напоминающим тонкую кружевную филигрань морозной оконной живописи.

…Белый пар особенно обилен и хорошо виден ранним утром, задолго до восхода солнца. В это время клубы его так велики и так белы, что склон хребта Зародного лишь слегка виднеется в их восходящем, струящемся мареве Запах газов, выделяемых ключами, также бывает значительно резче по утрам.

…Зимой береговой пляж реки в местах истечения горячих ключей и газов покрывается шарообразными снежными образованиями. Выделяемые вместе с газами пары воды на сильном морозе быстро превращаются в иней и откладываются в виде плотного снежного кома: их в середине зимы вырастает по всему пляжу множество, причем наросты на поверхности придают шару очертания, напоминающие тюленя или нерпу, так что вся панорама приобретает издали сходство с лежбищем морского зверя“.

На территории Баргузинского заповедника есть еще один горячий ключ, расположенный вблизи устья реки Давши. Температура воды в нем круглый год держится в пределах 39–40°, он дает около 100 куб. м горячей воды в сутки, поэтому его используют как баню.

Флора Баргузинского заповедника представлена 600 видами растений, среди них встречаются эндемики и реликты, например произрастающие рядом с горячими ключами.

В заповеднике хорошо выражены высотные пояса растительности. Самый верхний, безлесный пояс занимают гольцы (они составляют более половины территории заповедника). На высокогорных плато расположена самая настоящая тундра, она переходит в заросли кедрового стланика. Еще ниже простирается тайга. В тайге среднего пояса гор растут преимущественно кедр и пихта, встречаются лиственница, сосна.

В поймах произрастают сосны, березы, осины, пихты, гигантские кедры. Встречаются заросли красной и черной смородины, черемухи, спиреи, жимолости, рябины, бузины, шиповника. Среди сплошной тайги, на южных склонах тянутся довольно широкой полосой вдоль реки луга — елаканы. Идущего по траве человека не видно: он оказывается закрытым травой с головой. В этих зарослях можно обнаружить борщевик высотой в полтора человеческих роста, фиолетовую саранку, венчик у которой расположен на уровне лица. Как лианы, оплетают травы вика и желтая чина.

Леса лиственниц обычно с примесью сосны и кедра, почвы покрыты мхом, лишайником и багульником. В прибрежной полосе обильно растут толокнянка, брусника. Здесь почти не встретишь желтого прострела, но повсюду цветет весной синий прострел.

Вот каким увидел Баргузинский заповедник летом О. Волков, автор книги „Чур, заповедано!“: „…На реке Давше мне пришлось побывать в разгар короткого прибайкальского лета, в пору, особенно красочную и поражающую быстротой, с которой все, распустившись, торопится пышно и ярко зацвести, дивя контрастами. Поистине поразительны эти лесные дебри, еще накануне стывшие в холодных туманах, еле расставшиеся с глубокими снегами, а назавтра густо зазеленевшие, засверкавшие крупными яркими цветами, зазвеневшие птичьими голосами и до краев заполнившиеся свежейшими запахами сочной зелени…

Не наглядишься на полянки в оранжевых головках жарков, запылавших под темной стенкой елей; на хоронящиеся в тени кустов крапчато-розовые орхидеи, на изредка попадающиеся в заповедных лесах рододендроны, покрывающие кручи лиловыми волнами. Луч солнца, невзначай легший на проталину в молчаливом листвяннике, осветил филигранные листья хвощей, таких легких и светлых, словно нежная дымка, легшая между вековых стволов. У ручьев и в болотцах расстелились розово-голубые ковры незабудок.

Лес отгораживает от холодного дыхания Байкала, и по-настоящему жарко, на припеках множество бабочек и шмелей. В немногих километрах от озера забываешь о его постоянных промозглых туманах и почти непрекращающихся ветрах. В гуще леса лето, настоящее лето!“

Богата и фауна заповедника. Здесь проживает около 40 видов млекопитающих, 240 видов птиц, 4 вида рептилий и 2 вида амфибий.

Обитает наиболее ценный баргузинский соболь с шелковистой блестящей темно-шоколадной, почти черной шкуркой. Ученые выделили соболя Баргузинского хребта в отдельный подвид.

Соболь относится к семейству куньих, которое включает таких представителей, как горностай, калан, выдра. Все они обладают ценным и дорогим мехом. Но мех соболя поистине уникален: почти невесомый, густой, шелковистый, теплый, прочный.

На всей территории заповедника обитает 700–800 соболей. Когда наступает пора высоких снегов, соболи, живущие высоко в горах, спускаются в долины рек.

В отличие от других соболей, баргузинский большую часть года кормится в основном растительной пищей. Любит полакомиться орехами кедра и кедрового стланика, ягодами, особенно рябиной, а также брусникой, черникой. На Дальнем Востоке он питается плодами лимонника и дикого винограда. Лишь летом охотится на красно-серых и красных полевок, реже на белок, иногда бурундука и сеноставку. Однако соболь может добыть зайца-беляка или глухаря, а также рыбу. На подкормочных пунктах заповедника зверьки охотно едят варенье и сахар, не отказываются и от мяса. При недостатке одного корма соболь легко переключается на другой и редко испытывает недостаток в пище.

Гон у соболей бывает в июне-июле (в феврале-марте бывает ложный гон, в который самцы не спариваются с самками), но развивается зародыш на ранних стадиях очень медленно. Детеныши появляются в апреле — начале мая. Маленькие (25–30 г, длина тела 100–115 мм), покрытые белесой шерстью, слепые, с закрытыми слуховыми отверстиями соболята быстро растут, через месяц прозревают, еще через две недели начинают выходить из гнезда, а в середине августа становятся почти взрослыми. На второй-третий год жизни у соболя наступает половая зрелость. В неволе соболь живет 15–18 лет.

Зверек крайне осторожен, и увидеть его в тайге, особенно летом, почти невозможно. Он имеет одно постоянное гнездо, в котором проводит большую часть светлого времени суток. Свое убежище он покидает в сумерках, и то ненадолго. В результате исследовательской работы ученые пришли к выводу, что необходимо сохранять его естественные укрытия в таежных дебрях.

С помощью разведения соболя в питомниках удалось восстановить численность этого зверька в Сибири до уровня, который был более 200 лет назад.

К моменту организации заповедника на его территории сохранилось не более 20–30 соболей, исключительно в верхней части лесного пояса, в непроходимом кедровом стланике и на каменистых россыпях. Однако уже в 1934 году число зверьков возросло в 8-10 раз, хотя плотность их не превышала одной особи на 10 кв. км. Еще через 10 лет соболь занял все лесные угодья Баргузинского хребта и даже те места, где его никто из старожилов раньше не встречал: появился на восточных склонах хребта, а на западных склонах ареал его значительно приблизился к Байкалу. К 1934 году соболь заселил уже все пригодные для обитания места. Через 20 лет в заповеднике можно было встретить одного зверька на 2 кв. км. А к 1960 году на каждом квадратном километре тайги находилось по одному зверьку. Такая плотность населения считается очень высокой.

В настоящее время поголовье соболя полностью восстановлено, и Россия ежегодно получает от охотников около 150 тысяч шкурок. Основные ресурсы соболя сосредоточены в Дальневосточном регионе (около 500 тысяч). Общая площадь ареала, на которой живет соболь, составляет 500 млн. га.

А вот горностая и колонка в заповеднике мало, редки здесь ласка, солонгой, росомаха. Нечасто появляется рысь (в заповеднике мало зайцев и нет косуль — основной ее добычи). Зимой в поисках пищи иногда заходят на заповедную территорию волки. Лисица в начале зимы живет на берегу Байкала, а когда уплотняются снега, уходит в тайгу.

В заповеднике обитают северные олени и лоси. Медведя в заповеднике можно встретить повсюду, так как от недостатка пищи в тайге он не страдает. По наблюдениям зоолога С. Устинова, на каждый километр побережья в среднем приходится по одному медведю.

Не редкость в тайге и белка (зимой темно-серая, летом смолисто-черная), летяга. На горных лужайках слышится короткий свист сурка. Там же обитают северные пищухи — пушистые бесхвостые зверьки с большими круглыми ушами.

В тундре обитают саянская высокогорная полевка, красная и красно-серая полевка, в нижнем поясе — полевка-экономка.

Но ни один зверек не попадается на глаза так часто, как бурундук, который встречает свистом или цоканьем каждого пришельца и провожает его до границы своего участка.

В реках до поздней осени живет выдра, охотясь на налимов и хариусов. А в водах Байкала обитает байкальская нерпа (буровато-серебристо-серая сверху и более светлая снизу, весом до 100 кг). Всего на Байкале сейчас насчитывают 25–30 тысяч нерп. Очевидно, рыбы попали в эти края в ледниковый период. Почти всю жизнь она проводит в воде, но каждые 20 минут поднимается на поверхность за воздухом. В воде нерпа плавает со скоростью около 18 км в час, но по берегу или льду передвигается в 4 раза медленнее. На байкальскую нерпу, обитающую вне заповедника, охотятся. Ценится ее жир, составляющий до половины общего веса зверя, а также шкура.

Из пернатых в заповеднике живут гаички, дятлы, кедровки, клесты, кукши, поползни, синехвостки, сойки. В прибрежной полосе Байкала обитают дубровники, кулики, овсянки, стрижи, трясогузки, чечевицы. Почти всегда можно видеть летящими вдоль побережья крякв, орланов, чирков. А вот водоплавающих птиц немного.

Из куриных встречаются рябчики, каменный глухарь — более легкий и стройный, чем обыкновенный, крупный, иссиня-черный с белыми пятнами на крыльях и хвосте. Довольно редки здесь куропатки. По долинам рек гнездится немой перепел. А вот тетеревов в заповеднике нет.

В Байкале обитает около 50 видов рыб. Одни из самых интересных экземпляров — голомянки — до 20 см длиной с голым, без чешуи, стеклянно-матовым прозрачным телом, лишенным брюшных плавников. До 35 процентов веса тела этой рыбы составляет жир, который у местных жителей считается лечебным.

В Байкале обитает около 25 видов бычков, омуль — ценная промысловая рыба, родственный омулю байкальский сиг. Хариус, таймень, ленок — жители заповедных речек. Когда-то Байкал славился сибирскими осетрами, которые достигают 180 см в длину и весят до 115 кг. В середине 1940-х годов их лов был запрещен, а сейчас популяция начинает восстанавливаться. В Байкале много ельца, плотвы, язя, водятся налим, голец и др.

Сотрудники Баргузинского биосферного заповедника изучают естественные процессы в экологии, проводят экологический мониторинг, выявляют воздействия антропогенного фактора на природу заповедника и др.

Байкальский государственный биосферный заповедник, так же как и Баргузинский, находится на восточном берегу Байкала, но южнее. Он был создан лишь в 1969 году. Его площадь более 165 тысяч га, из них 117 тысяч га составляет лес, полторы тысяч га — водоемы, остальная территория — безлесные высокогорья.

Рельеф заповедника формируется в основном хребтом Хамар-Дабан, достигающим 2300 м высоты относительно уровня моря. Северные склоны хребта покрыты пихтой и кедром, южные — лиственно-сосновые и кедрово-лиственничные. По долинам рек растут осины, тополя и березы. Животный мир представлен обитателями горной тайги. Здесь обитают высокогорная полевка, бурундук, северная пищуха, заяц-беляк. В лесах водятся бурый медведь, рысь, соболь, колонок, горностай, росомаха, выдра, северный олень, марал, лось. Реже встречаются белка, волк, лисица, косуля, кабарга, кабан. Из птиц многочисленны воробьиные, вра-новые, дрозды, дятлы, совы, глухари, рябчик и др.

Астраханский заповедник

Астраханский заповедник занимает площадь 72,5 тысяч га в Прикаспийской низменности, лежащей на 27 м ниже уровня моря (процесс опускания низменности продолжается до сих пор). Он расположен в 120 км от Астрахани, в дельте Волги, поэтому в заповеднике кругом вода; острова, заросшие тростником, рогозом, ивой, лотосом и чилимом, хотя он находится в зоне полупустынь. Пейзаж дельты Волги дополняют и необозримые морские заливы — култуки, непроходимые заросли камыша.

Когда-то, давным-давно на территории, отведенной под заповедник, тучи птиц закрывали небо, вода кишела рыбой, по камышовым крепям ломились стада кабанов. Но природное богатство оскудело довольно быстро. Местные жители заготовляли птичьи яйца, использовали их для приготовления лапши, продавали на мыловаренные заводы. Большим спросом пользовались и перья белых цапель, крачек, поганок и других птиц. Особенно высоко ценились белоснежные длинные перья белых цапель: шкурки трех-пяти больших птиц равнялись по стоимости корове. Все, кто имел ружье, охотились на кабанов, другую дичь, варварскими способами ловилась рыба.

В начале 1919 году в Москву из прифронтовой Астрахани приехал агроном Н. Н. Подъяпольский. 16 января его принял В. И. Ленин. Агроном начал, казалось бы, несвоевременный разговор о создании в дельте Волги заповедника. Но предложение Подъяпольского было встречено с пониманием. И уже 11 апреля этого же года был учрежден Астраханский государственный заповедник. Он был создан в месте слияния Каспия с Волгой. Его площадь составляла в то время около 23 тысяч га. Перед сотрудниками заповедника была поставлена задача сохранения и увеличения численности находившейся под угрозой полного истребления местной фауны, прежде всего белых цапель. С первых дней существования заповедника здесь ведется научная работа.

Рельеф Астраханского заповедника почти ровный, перерезанный многочисленными широкими и узкими, мелкими и глубокими протоками-ериками (Волга несет свои воды в Каспийское море более чем по 800 протокам) Здесь, в дельте Волги, расположены многочисленные острова, покрытые ивовыми лесами и тростником, встречаются заросли лотоса и чилима.

Флора заповедника представлена более чем 290 видами растений, относящихся к 65 семействам (это относительно мало) Однако среди них встречаются реликтовые и эндемичные формы. Такие как марсилея четырехлисточковая, водяной папоротник (сальвиния плавающая), водяной орех (чилим), лотос орехоносный. А тростник, произрастающий здесь, является своеобразным регулятором природных процессов дельты Волги, главным фоном ее растительности. В тростниковых крепях довольно легко заблудиться. Тростник здесь очень мощный — в два-три раза выше человека, толщина его стеблей достигает 5 см. Иногда к тростникам примыкает ивняк, перевитый колючей ежевикой и вьюнком.

Вся поверхность воды заповедной территории покрыта растениями. Особенно выделяются плавающие разноцветные розетки листьев чилима, или водяного ореха. У него твердая скорлупа, внутри белое ядрышко. Им любят лакомиться кабаны, серые гуси, водяные крысы.

Каспий — самая северная точка, где встречается лотос. Существует предположение, что в дельту Волги его завезли когда-то буддисты-калмыки, которые считали этот цветок священным. Тем не менее на Востоке плоды, корни, листья лотоса используют в пищу. Лотос на протяжении многих лет играл с людьми в „прятки“: то он неожиданно распускался в одном из протоков Волги, то исчезал, потом снова огромные сизо-зеленые листья появлялись в другом месте. Сейчас лотос занимает площадь более 2,5 тысячи га.

Розовый лотос цветет в июле-августе всего лишь три дня громадными розовыми или пурпурными цветами с янтарно-желтыми тычинками (диаметр цветка — до четверти метра). Цветки великолепно смотрятся на полутораметровых стеблях, на фоне зеленых больших листьев (они ничуть не меньше детского зонтика, их диаметр достигает 80 см). В первый день распускания венчик лотоса ярко-красный. На другой день становится светло-розовым. А перед увяданием приобретает кремовый, чуть желтоватый тон. Когда лепестки венчика осыпаются, остается тускло-фиолетовая коробочка с семенами на высоком стебле. Там, где растет это чудо природы, отступает даже камыш.

Заповедник интересен не только редкими видами растений, но и чрезвычайной интенсивностью процессов эволюции флоры.

В дельте Волги насчитывается более 260 видов птиц, из которых 106 гнездятся здесь, а остальные бывают в период кочевок, пролетов, зимовок, линьки. 21 вид птиц, проживающих на территории заповедника, занесен в Красную книгу.

Большинство птиц (цапли, каравайки, бакланы) гнездится на деревьях. На ветке ивы, свисающей над водой, можно увидеть, как качается пушистый шарик, издали похожий на осиное гнездо. Это гнездо свил ремез из растительных волокон и скрепил его пухом отцветшей ивы и тополя.

Много в заповеднике цапель разных цветов: белые (большие и малые), рыжие, желтые и еще кваквы — серовато-голубоватые. В брачный период у них на спине удлиняются перья и свисают вниз по бокам хвоста, при этом получается ажурная, кружевная мантия (такие перья называют эгретками). В прежние времена эгретки использовались для украшения дамских шляп, ради них, собственно, цапель и уничтожали.

В книге „Заповедными тропами“ можно прочитать: „В воздухе кружат белые и серые цапли. На земле нет травянистых растений, она белая от птичьего помета, как будто известкой полита. Лишь по краям острова зеленеет паслен с красными (спелыми) ягодами. Стволы деревьев тоже белые. На каждой иве по несколько гнезд. Верхний ярус занимают крупные птицы: серые и большие белые цапли, бакланы. Солнца и воздуха наверху больше. Бакланы селятся ближе к краю острова“.

Дельта Волги имеет международное значение и как резерват водоплавающих птиц. Здесь обитают серые гуси, лебеди-шипуны, кряквы, широконоски, шилохвосты, нырки, чирки и др.

Здесь можно встретить блестяще-черных птиц — лысух с белой лысинкой на лбу. В период линьки у гусей и уток выпадает такое количество перьев, что птицы теряют способность летать. Тогда они забираются в заросли и пережидают, когда у них отрастут перья.

Гнездятся в заповеднике редкие виды птиц: кудрявый и розовый пеликаны, каравайка, фазан и др. Многие из них, еще недавно очень редкие, стали обычными обитателями не только Астраханского заповедника, но и всей обширной дельты Волги.

Птенцы у пеликанов рождаются совсем беспомощными, голыми и слепыми. Только через 20 дней они покрываются пухом, и лишь в трехмесячном возрасте они могут летать и самостоятельно добывать корм. Поэтому иногда, при высоком уровне воды, животных приходится подкармливать.

Колпик, или колпица, довольно любопытная птица, также относится к числу редких. Она бело-кремового цвета. Клюв у колпика расширен на конце в виде лопаты. Когда эта птица охотится, то идет по мелководью и качает головой из стороны в сторону, как будто косит.

В тростниках обитают усатые синицы — необыкновенно изящные и красивые птички нежно-голубой окраски с охристо-кремовыми подпалинами. Птица получила свое название из-за того, что у самцов от основания клюва вниз идут черные полосы, как будто свисают усы. При этом у них очень короткий и тупой клювик.

И. Константинов пишет: „Если на плоскодонке-куласе спуститься по бесчисленным протокам в бескрайние заливы, попадаешь в царство птиц. Они повсюду — на воде, на деревьях, на отмелях, в небе, на берегу. Белые, черные, серые, золотистые, красные. Для них хватит лишь полной палитры, если начать рисовать пернатых из Астраханского заповедника. Сотни тысяч их гнездится здесь, а во время весеннего и осеннего пролетов бывает во много раз больше. Птицы давно уже признали заповедник своей „комфортабельной гостиницей“.

Дельта Волги объявлена особо охраняемым международным резерватом птиц. При заповеднике работает орнитологическая станция, которая изучает численность, размещение и миграции птиц. Окольцованные здесь особи встречались потом в Гренландии, Западной Европе, Африке, Индии и других уголках земного шара.

В заповеднике богато представлена ихтиофауна — около 50 видов рыб, многие из которых промысловые. Гордость заповедника — волжские осетровые (белуга, осетр, севрюга). Есть сельдевые (каспийский пузанок, волжская сельдь, черноспинка), карповые (вобла, лещ, сазан, красноперка, жерех, чехонь, золотой карась). Встречаются также щука, судак, окунь, бычки, игла-рыба, колюшка и др. Весной вода начинает бурлить и шуметь от идущей на нерест рыбы.

Фауна заповедника относительно небогата. Здесь обитают кабаны, лисицы, волки, енотовидные собаки, барсук, выдра, водяная крыса, мышевидные грызуны. Акклиматизировались речной бобр и ондатра.

Из пресмыкающихся встречаются ужи, ящерицы, узорчатые полозы, каспийские черепахи и др. В тростниках обитает масса озерных лягушек.

Несметное количество насекомых — 1250 видов. Это стрекозы, сверчки, ручейники, цикады, жуки. Особенно досаждают кровососущие насекомые: здесь миллионы комаров!

В заповеднике ведется большая научная работа. В естественной лаборатории под открытым небом ботаники, орнитологи, зоологи, паразитологи, геоморфологи, микробиологи, генетики, ихтиологи проводят многочисленные комплексные исследования. Основной предмет их интересов — экосистема низовий дельты Волги в условиях падения уровня Каспия, а также процессы дельтообразования.

А туристы приезжают сюда отдыхать на байдарках. Особенно много их бывает во время цветения лотоса.

Столбы

Заповедник Столбы — один из самых старых в России (был организован в 1925 году), находится в 3 км от юго-западной окраины Красноярска. Редкие по красоте сиенитовые скалы — столбы, возвышающиеся над тайгой, дали название заповеднику. Заповедник расположен на правом берегу Енисея, в междуречье Базилиха-Мана.

Территория его вытянулась на 34 км с северо-запада на юго-восток в виде треугольника. Его площадь — 47 тысяч га, почти полностью занятая лесом. Заповедник ежегодно посещает более 100 тысяч человек.

Почти три процента заповедной территории — 1,3 тысячи га — выделено в экскурсионно-туристский район с особым режимом (пришлось пойти на компромисс, чтобы не лишить горожан возможности посещать места традиционного отдыха). Именно здесь сосредоточена основная масса скал причудливой формы — знаменитые столбы.

„Зело превелики и причудливы сотворены скалы. А находятся они в отдаленной пустыне верст за 15, а может, и за 20. Только попасть туда трудно: конный не проедет, пеший не пройдет, да и зверья дикого немало. Разно рассказывают о них. Пожалуй, правду говорят, что даже в других землях не увидать такого. И залезти на сии скалы никто не сможет, и какие они — не известно“, — так писал в 1823 году красноярский натуралист Прохор Селезнев о местах, где сейчас расположен заповедник Столбы.

Подробное описание Столбов было составлено в 1842 году геологом Чихачевым и опубликовано в изданной во Франции книге. С конца 80-х годов XIX века Столбы начали посещать молодые рабочие и школьники Красноярска. Здесь нелегально собиралась революционно настроенная молодежь. На скалах появились надписи, которые сохранились до наших дней. На одной скале появилось слово „Свобода“. Царские жандармы пытались стереть его, тогда на соседней скале было написано: „А все-таки свобода“, „Долой самодержавие“, „Пролетарии всех стран, соединяйтесь“ и даже появилась карикатура на Николая II.

До организации заповедника на его территории были разрушены красивейшие скалы Кизямы в устье реки Моховая и несколько камней у подножья Второго Столба. Эти скалы были взорваны динамитом по приказу енисейского губернатора.

В 1920 году Енисейский губревком постановил запретить рубку леса и ломку камня в районе Столбов и взял под защиту территорию в 4 квадратных версты. В 1925 году по инициативе известного зоолога А. Тугаринова и художника Д. Каратанова Енисейский губревком постановил учредить заповедник площадью 3630 десятин. Последующими документами правительства заповедная территория была расширена, и в 1946 году она достигла 47 тысяч га.

Для заповедника характерен средне- и низкогорный рельеф. Горы здесь сильно сглажены, расчлененность рельефа возрастает к долинам рек. Хорошо выделяется район, где на поверхность выходит около 80 изолированных скал — столбов.

Эти красивые розово-красные скалы (высотой 40-100 м) в результате эрозии приняли самые причудливые формы. Один из столбов похож на гигантскую птицу и называется Беркутом. Другой напоминает полураспущенное крыло птицы, поэтому именуется Перьями. Третий — копия бородатого старика в ушанке (Дед). Столб Львиные Ворота, образованный сводом сомкнувшихся глыб, напоминает циклопические Львиные Ворота в древних Микенах. Есть Крепость, Колокольня и др.

Средняя годовая температура в Столбах -1,2° (а это на два градуса ниже, чем в Красноярске.

Заповедник находится в зоне типичной темнохвойной горной тайги, преимущественно пихтовой с включениями кедра, а в долинах — осинниками и пихтарниками.

Флора заповедника насчитывает свыше 550 видов растений. Четко выражены вертикальные зоны растительности. Леса разделяются на два высотных пояса — нижний сосново-лиственничных разнотравных лесов (200–500 м над уровнем моря) и средний пояс горной пихтовой тайги (500–700 м). Лишь в долинах ручьев и рек пихта делит свое господство с елью, а иногда уступает место осине, но вытесняет в заповеднике лиственницу и кедр (иногда 130-150-летнего возраста).

Кедр возобновляется слабо. Тяжелые кедровые орешки не разносятся ветром, а падают под деревом — на толстый моховой покров или лесную подстилку. Лишь сибирская кедровка помогает кедру размножаться. Она вылущивает семена и прячет их на зиму. Однако основная масса семян, припрятанных кедровкой, прорастает.

У северных границ заповедника на очень небольшой площади сохранилось несколько экземпляров реликта — приенисейской формы липы сибирской. Как отмечает А. Банников, „по-видимому, это олигоценово-миоценовый реликт, притом особой формы, отличной от липы Кузнецкого Алатау, представляющий собой исключительный научный интерес. Вместе с тем относительно поздние сроки ее вегетации, стойкость к низким температурам, раннее плодоношение делают эту липу весьма перспективной для садов и парков Сибири“.

В горах большие площади заняты ягодниками — брусникой, черникой, жимолостью. Там произрастают два вида малины, два вида красной смородины. В лесах предгорий произрастает много сибирских цветов (огоньки, ирисы, лилии, марьины коренья, башмачки и др.).

Южнотаежная сибирская фауна имеет типично таежный характер. Здесь в реках Мана и Базилиха и их притоках обитает 22 вида рыб: тугун, чебак, елец, шиповка, таймень, язь, окунь, щука, налим, карась. А вот стерлядь почти исчезла, редкими стали таймень, ленок, сиг, хариус.

На заповедной территории встречается 130 видов птиц. Общее количество видов и подвидов птиц заповедника составляет 86 процентов всех птиц Восточных Саян.

Многочисленны рябчик, глухарь, которые в первые годы существования Столбов встречались в единичных экземплярах. А вот тетерева мало из-за того, что на территории заповедника отсутствуют лесолуговые и полевые ландшафты, и преобладает он в светлых хвойно-лиственных лесах предгорий. В горной тайге обитают дятел, кедровка, клесты, кукушка, пеночка-королек, дрозды, синехвостка, соловьи. Соловей красношейка — один из лучших певцов горной тайги, он прилетает в первых числах июня, а с середины августа здесь уже не встречается. В светлохвойных лесах предгорий гнездится иволга.

Хищные птицы представлены 12 видами. Многочисленны совы, среди них наиболее распространены длиннохвостая неясыть, филин и ушастая сова. В скалах гнездятся сокол-сапсан, стрижи, филин, орел-могильник, беркут, занесенный в Красную книгу. В предгорьях встречаются скворцы, малый и белоспинный дятлы, чечевица, зяблик и др.

45 видов млекопитающих селятся в большинстве районов заповедника. Для некоторых видов заповедник стал границей их распространения. Так, для марала и сибирской косули это северная граница распространения, для кабарги и пищухи — западная.

Самые массовые зверьки в Столбах — красные полевки. Водятся белка, колонок, суслик, бурундук, лисица. Соболь ко времени организации заповедника был в этих местах полностью истреблен. В 1951 и 1956 годах сюда привезли две небольшие партии витимских соболей. Сейчас они размножились и стали обычными обитателями заповедника.

Здесь живут медведи (15–17 голов), волки, лоси, росомаха, заяц-беляк, но редки горностай и ласка. Обитателей водоемов — выдры, норки, водяной крысы, ондатры — немного.

Одна молодая рысь, появившаяся на территории заповедника, положила начало организации маленького зоопарка при Столбах. Сейчас в живом уголке заповедника в вольерах содержатся и приручаются звери и птицы горной тайги.

Богат заповедник дикими копытными: маралами и кабаргой.

Кабарга — самый многочисленный вид копытных в заповеднике. Это типичный представитель горной тайги, маленькое оленеобразное животное, длина тела которого редко превышает 90 см, а вес — 17 кг. Она придерживается участков с крутыми скалами.

Второй по численности в заповеднике среди диких копытных — марал. Летом он селится в травяных борах, по склонам, зимой — в темнохвойной тайге.

На охраняемой территории диких копытных подкармливают зимой сеном, вениками; сооружают искусственные гнезда (дуплянки), которые охотно заселяются птицами.

Научные сотрудники составили „Летопись природы“ заповедника за двадцатилетие (1925–1945 гг.). Позже здесь начали вести годовые „Летописи“, в которых отражаются изменения, происходящие в природе горной тайги. Ученых интересуют условия восстановления кедровых лесов, образ жизни кабарги, состав почвы сиенитового массива, фауна пресных водоемов.

С Красноярскими Столбами связана история зарождения скалолазания в России. В 1851 году здесь состоялся первый подъем на первый Столб; альпинисты, которые покоряли здешние скалы, стали называть себя столбистами, для которых характерны не только оригинальная техника скалолазания, но свои обычаи, этика.

В. Зайцев пишет: „Существует несколько групп, или общин, столбистов. Каждая из них имеет свое название, своих лидеров и, главное, какую-то свою характерную особенность, передаваемую от поколения к поколению. Например, чтобы стать членом легендарной команды „Абреков“, нужно непременно уметь пить, петь под гитару и проходить без страховки определенные сложные ходы и лазы. „Грифы“ — это общество столбовских интеллигентов, бережно хранящих традиции старого доброго „романтического“ столбизма. А вот „Эдельвейсы“ — кузница профессиональных альпинистских кадров, они пользуются богатым арсеналом современной техники скалолазания — при этом, правда, каждую новогоднюю ночь, за несколько минут до прихода Нового года, устраивают „забег“ на вертикальную двадцатиметровую кручу… со связанными руками! Победителя наверху ждут звезды и бутылка шампанского, рекорд подъема — 45 секунд!“

Еще одна особенность — у каждой группы обычно на Столбах есть своя избушка с одноименным названием. Хозяйкой избушки считается та компания, которая построила ее. Но вход в нее не закрыт для любого пришедшего на Столбы.

Столбисты всегда отличались и своей экипировкой. Они носили когда-то брюки и шаровары с лампасами и разноцветными заплатами, белый крахмальный воротничок с бантиком на шее, оригинальный головной убор и красный кушак длиной 6–7 метров (кушак помогал при лазании и страховке). Хотя кушаки уже давно не пользуются популярностью у столбистов, но обыкновенные резиновые галоши по-прежнему остаются здесь самой удобной обувью для восхождения на скалы.

Кроноцкий заповедник

Заповедник занимает обширную территорию восточного побережья Камчатки. Своим возникновением он обязан отнюдь не красоте природы, а камчатскому соболю. Соболиным заказником у коренного населения он был уже в середине XIX века (в нем под страхом смерти запрещался промысел), а заповедником стал в 1934 году. Однако Кроноцкий заповедник несколько раз упраздняли. И, наконец, 1 января 1967 года его открыли в третий раз (на площади 964 тысяч га). Переорганизация заповедника сопровождалась перекраиванием границ. В это время в заповедную зону вторгались лесорубы, вели разведочные работы нефтяники. Богачевская геологическая экспедиция тоже внесла свою лепту в истребление лесов, зверей, птиц и других природных ресурсов. Потом сюда пришли энергетики…

На процесс разрушения заповедника оказал влияние и тайфун „Эльза“, обрушившийся на Камчатку 4 октября 1981 года. Дожди, порожденные тайфуном, не прекращались трое суток. Под сильнейшим напором воды сходили с места громадные валуны, разбивая и уничтожая все на своем пути. Тогда перестал существовать гейзер Большая Печка, самый опасный из гейзеров долины (он фонтанировал в горизонтальном направлении на высоте человеческого роста). Серьезно пострадал источник Малахитовый Грот.

В 1982 году к заповеднику была отнесена трехмильная акватория, таким образом его площадь увеличилась до 1099 тысяч га.

Любопытно, что когда на Камчатке был образован Кроноцкий заповедник, Долина гейзеров (таких всего четыре на планете), о которой тогда еще никто не знал, оказалась внутри заповедной территории.

О возрасте Долины гейзеров можно лишь догадываться. Древние жители Камчатки, жившие менее чем в 30 км от этой долины, боялись забираться глубоко в горы. Ничего не слышали о Долине гейзеров и первые исследователи Камчатки, участники экспедиции Беринга. В 1854 году путешественник Карл Дитмар прошел со своим отрядом всего в 14 км от долины, в 1909-м совсем близко от нее находился лагерь Владимира Комарова. Не дошел туда в 1933 году и известный исследователь термальных минеральных источников Камчатки В. И. Пийп.

Лишь в апреле 1941 года тайна Долины гейзеров была раскрыта. В начале 1940-х годов в заповеднике производилась инвентаризация угодий, и молодому научному сотруднику Татьяне Устиновой было предложено выяснить, почему река Шумная никогда не замерзает и откуда она берет свое начало. Устинова отправилась в путь на собачьей упряжке вдвоем с наблюдателем заповедника, проводником-ительменом Анисифором Крупениным.

Поднявшись от устья Шумной, исследователи обнаружили, что Шумная образуется слиянием двух рек. Обследуя русло Шумной, они вошли в узкий проход между скалами. Шли сначала на лыжах, потом пешком (более семи часов в пути!), а истока все не было видно. Они уже решили возвращаться к лагерю и ненадолго присели на снежном склоне — закусить перед обратной дорогой. Т. Устинова вспоминает: „Напротив нас на левом берегу у воды на лишенной снега площадке выбивалось несколько струек пара. Вдруг одна из них стала быстро увеличиваться, повалили клубы пара, и с грохотом вырвались косые струи кипятка, достигавшие подножия нашего правого склона реки. Их сопровождали поднимающиеся высоко вверх клубы пара. Мы перепугались, не понимая, что же происходит. Было такое чувство, что начинается какой-то катаклизм: как-никак мы были в окружении действующих вулканов… Извержение продолжалось около трех минут, потом прекратилось. Все стихло, исчезло, как не бывало. Мы сидели, совершенно ошеломленные. Потом меня осенило — ведь это же гейзер! Гейзеры в Азии, в частности на Камчатке, не были известны, и трудно было сразу сообразить, что к чему…“ Этот впервые увиденный в Кроноцком заповеднике гейзер назвали Первенцем.

Летом этого же года Устинова с Крупениным сумели добраться до среднего течения этого притока, названного позже Гейзерной рекой, и обнаружили в долине свыше 20 крупных гейзеров (Великан, Жемчужный, Сахарный, Тройной, Конус, Фонтан, Малый, Большой и др.).

Самый крупный гейзер Великан (его фонтан поднимается на высоту 30 м) извергается каждые 6–8 часов. Гейзер Первенец — каждые 45 минут, гейзер Сахарный — каждые 2–3 минуты. Практически все гейзеры и горячие источники долины сгруппированы на площади 3–4 кв. км, поэтому интенсивность тепловыделения здесь одна из самых больших на Камчатке.

Но знаменитая долина привлекает путешественников не только гейзерами, но и необычайно красивым минералом, который образуется в основном вокруг гейзеров, похожий то на коралл, то на кактусы или морских моллюсков. Это гейзерит. Необычной расцветкой и формой гейзерит обязан живущим на нем водорослям и бактериям, которые неспособны существовать вне привычной для них среды обитания (однако туристы, не ведая об этом, уносили с собой на память из долины кусочки гейзерита). Поэтому сейчас самого красивого в „мелкую розочку“ гейзерита, который занимал площадь 900 кв. м, уже не существует — разобран на сувениры.

Яркие и разнообразные цвета характерны и для термальных источников долины (белые водоросли и бактерии комфортно себя чувствуют в горячей воде; темные, сине-зеленые водоросли — в теплой). Говорят, что в воде одних гейзеров можно заваривать чай (только надо наверняка знать, каких гейзеров, так как у других источников вода может содержать мышьяк и сурьму).

Неопытных путешественников привлекают в долине лужки, покрытые травкой. Но знатоки никому не советуют ступать на них: под покровом скрывается обжигающая жижа, и ногу засасывает, как в болото. Доверять в долине можно только полыни.

В каньон долины трудно попасть: нужно преодолеть четырехсотметровый, иногда почти отвесный склон, на многие сотни метров лишенный травяного покрова, иногда с редколесьем и высокой травой. Хуже всего идти в дождь: вулканические почвы превращаются в вязкую жижу. Каждый проходящий по тропе, стараясь удержать равновесие, хватается за побеги шеломайника. Его ломкие стебли гибнут тут же, поэтому за каждым ходоком тропа расширяется на ширину его подошвы. Ливни довершают смыв почвы. Каменноберезовые леса уже не могут восстановиться из-за отсутствия почвы. А сколько было срублено деревьев, вытоптано ягодников, осталось следов от кострищ и стоянок!

В 1975 году долину закрыли на благоустройство, которое продолжалось почти двадцать лет. После закрытия долины поток туристов сократился в десять раз. Но изолировать заповедную зону от „диких“ туристов все равно полностью не удавалось. По мнению автора книги „Национальный парк“ Н. Забелиной, лучше было бы оборудовать спуски — деревянные ступени, настилы, канатные перила. Автор книги „Чур, заповедано!“ О. Волков предлагает соорудить смотровые площадки, ограждения вокруг особо ценных и хрупких объектов и опасных мест, мостики, укрепить грунт на кручах, организовать стоянки.

Кроноцкий заповедник привлекает к себе внимание не только из-за уникальной Долины гейзеров, сама природа Камчатки удивительна по своей красоте и разнообразию. Прислушайтесь к мнению В. Черникина: „Доведется ли вам пройтись по берегу океана, любуясь водопадами, обрывающимися с мрачных базальтовых скал Кроноцкого полуострова, и разглядывая груды морских водорослей или кости китов; или случится идти узенькой тропкой между двумя стенами гигантского камчатского высокотравья, — вы запомните Камчатку навсегда“.

Как утверждают А. Науменко, Е. Лобков, А. Никаноров, авторы книги о Кроноцком заповеднике, там присутствуют все основные элементы геоморфологической структуры полуострова: хребты, сформированные цепью вулканов, вулканические равнины, межгорные впадины, холмисто-увалистые образования, а также приморские низменности. В заповеднике выделяются такие районы, как океаническое побережье, вулканический район и склоны Валагинского хребта.

На территории заповедника находятся 25 вулканов, в том числе 12 действующих. Самая высокая из вулканических вершин — Кроноцкая сопка (3528 м). Озеро Кроноцкое окружено полукольцом из 16 вулканов.

В заповеднике около 800 водоемов. Самые крупные реки: Шумная, Кроноцкая, Богачевка (самая длинная, ее протяженность 72 км), Тю-шовка. Озер относительно мало (самое большое Кроноцкое площадью 212 кв. км, глубиной до 148 м). Есть термальные ключи, реки и озера.

Здесь находятся уникальные объекты природы: помимо упоминавшейся уже Долины гейзеров вулканическая чаша вулкана Узона, роща пихты камчатской, таежный массив лиственницы камчатской, многочисленные снежники и мощные ледники на вулканах. Есть и Долина смерти (у истоков реки Гейзерная). Здесь выделяются парогазовые смеси, опасные даже для камчатского медведя.

Хотя Кроноцкий заповедник расположен примерно на широте Тулы, его климат заметно отличается от климата средней полосы России. Зимой выпадает много снега, нередко заносит даже дома с крышами. Но температура на побережье нечасто бывает ниже минус 20°. Однако лето прохладное, влажное, и уже в начале сентября бывают первые заморозки.

Значительная часть заповедной территории занята горами, поэтому широко распространены растения горных тундр (вообще тундровая растительность очень богато представлена в заповеднике). Но больше всего встречаются заросли ольхового и кедрового стлаников. Третью часть площади, покрытой лесами, занимают каменноберезовые леса с подлеском из камчатской рябины и стлаников (на береговых обрывах березняки принимают уродливые, искривленные карликовые формы).

На небольших площадях растут лиственничные, белоберезовые, ольховые, тополевые леса, кустарниковые ивы. Много различных ягодников, господствует шикша. Травы, особенно в долинах рек, густые, высокие (до 2–3 м) и иногда почти непроходимые.

Хвойных лесов почти нет, если не считать небольшую рощу реликтовой пихты.

В Кроноцком заповеднике насчитывается 120 видов водных беспозвоночных, около 350 — беспозвоночных суши, 26 — рыб, более 200 птиц, свыше 40 млекопитающих. Нет рептилий, и живет лишь один вид земноводных — сибирский углозуб. Хотя животный мир заповедника не очень разнообразен, он имеет свою особенность. Несколько видов млекопитающих и птиц занесены в Красную книгу.

Один из ценных обитателей заповедника — камчатский соболь, отличающийся величиной, с более светлым и жестким мехом, чем у восточносибирских подвидов. Питается он в основном мелкими грызунами, зимой переходит на вегетарианскую пищу — в основном на ягоды рябины.

Горностай широко распространен в речных долинах. Росомаха встречается на территории заповедника от побережья океана до высокогорья. Здесь обитают выдра, заяц-беляк, камчатская лиса-огневка (особенно у океанского побережья и низовий рек). А вот ласку увидишь нечасто.

Много в заповедной зоне бурых медведей, несмотря на то, что их численность в результате браконьерства и нерегулируемого отстрела существенно сократилась (в 1940-х годах на 1 км ягодной тундры можно было встретить одного медведя, в 1961 году медведей было почти в два раза меньше). К человеку камчатский медведь относится, как правило, миролюбиво (исключение составляют раненые звери, „шатуны“ и медведицы с медвежатами).

Из копытных здесь обитает всего два, но очень многочисленных вида — северный олень и снежный баран.

Широко распространены в горном поясе пищуха, сурок, суслик. Белка проживает в лиственничном лесу у Кроноцкого озера. Из мелких грызунов встречаются различные виды мышей.

В прибрежных водах Кроноцкого заповедника живут ластоногие: сивучи (обитают на скалистых островах у мыса Козлова), кольчатая нерпа, ларга. Иногда с полярными льдами попадают сюда моржи.

А вот птиц немного. Встречаются каменный глухарь, куропатка белая и тундряная. Проживают на заповедной территории гусь, лебедь, каменушка, косатка, кряква, шилохвост, чирки и др. На скалах Кроноцкого полуострова устраивают птичьи базары топорки, тупики, чайки, чистики. Можно видеть довольно часто тихоокеанского орлана, летом — камчатского зимняка, осенью и зимой на океанском побережье — кречета. Осенью пролетают кулики и средние кроншнепы.

Сихотэ-Алинь

Еще Н. Пржевальский и В. Арсеньев, проходя по самым глухим и неизведанным частям Среднего и Южного Сихотэ-Алиня, обратили внимание на территорию, ставшую в 1935 году Сихотэ-Алинским заповедником. Одно время он имел площадь 1,8 млн. га и был крупнейшим в стране.

После реорганизации в 1951 году за заповедником оставили лишь 99 тысяч га площади. Сейчас территория заповедника составляет 347 052 га. Он расположен в Тернейском районе Приморского края и протянулся с севера на юг — почти на 80 км и с запада на восток — на 47 км. Его морская граница имеет протяженность почти 50 км. Управление заповедника находится в поселке Терней, расположенном примерно в 60 км морского пути от Владивостока.

Заповедник представлен сложной системой горных узлов и хребтов (меньше 5 процентов территории занимают равнинные участки). В южной части заповедника проходит хребет Куроминский протяженностью около 70 км с наибольшей высотой — горой Шишкина — 1734 м. Вторая поперечная складка — отрог Сихотэ-Алиня — протянулась на 52 км. Третья складка длиной почти 50 км начинается Тернейской сопкой. Четвертая складка отходит от Сихотэ-Алиня на запад.

В заповеднике много рек и ручьев, так называемых ключей. В море впадают три основные реки — Серебрянка, Таежная и Джигитовка. Течение рек быстрое, вода в них холодная и прозрачная. Горные озера соединены между собой подземными водотоками. Самое большое из них — Царское (около 300 м длины и 200 м ширины).

Для климата заповедника характерны более низкие температуры летом и зимой, чем на тех же широтах западнее. Зимой в прибрежных районах дуют сильные ветры. При небольшом количестве осадков (высота снежного покрова в среднем 12 см) ветры освобождают от снега речные долины и вершины гор. На западных склонах Сихотэ-Алиня снежный покров достигает в среднем 36 см, зимой тихо, безветренно.

Летом в прибрежных районах льют затяжные дожди. На западных склонах, отгороженных от моря хребтом, дожди бывают намного реже, лето жаркое, с частыми грозами.

Около 99 процентов территории покрыто лесом. Очень четко выражена здесь вертикальная зональность. В зоне хвойно-широколиственных лесов заповедника выделяются пояса: приморской травянисто-кустарниковой растительности, дубовых лесов, кедровых и кедрово-широколиственных лесов, кедровых и кедрово-еловых лесов, пихтово-еловых лесов, высокогорных пихтово-еловых и каменноберезовых лесов и высокогорных лугов. Еще выше находятся заросли кедрового стланика и горная тундра. Тополевые, чозениевые, ивовые, ясенево-ильмовые и ольховые леса расположены в долинах рек.

Флора заповедника очень богата. Здесь зарегистрировано более тысячи видов растений, более ста листостебельных мхов и столько же ржавчинных грибов, почти 400 видов грибов-макромицетов (наземных и дерево-разрушающих видов грибов здесь больше, чем во всех других лесных областях России). Много реликтов и эндемиков. Среди деревьев преобладают кедр, ель, пихта, дуб, липа, березы желтая и шерстистая, чозения (нечто среднее между ивой и тополем) и др. На острове в устье Серебрянки растет лиственничный лес, деревья которого имеют низкие стволы с зонтикообразными, изорванными кронами.

В приморской полосе мощные заросли крупноплодной ребристой розы. Скалы, обращенные к морю, в зарослях бересклета, боярышника, сибирской яблони, калины, даурской розы, сирени. Также здесь много аконита, астр, борщевика, василистника, волжанки, дудника и др. Встречаются разнолистная и маньчжурская лещина, чубушник, леспедеца с розово-фиолетовыми цветами, ольшаник.

Следующий пояс — дубовых лесов — иногда тянется на 10–12 км в глубь материка. Дубы, растущие на мысах, невысокие и тонкие, их искривленные стволы часто стелются по камням. Дальше деревья поднимаются до 15 м в высоту (хотя монгольский дуб в возрасте 300 лет вырастает до 25 м), становятся толще. Появляются среди них лиственницы, даурские березы, леспедеца, иногда амурский рододендрон с розовыми цветками.

Кедрово-широколиственные и кедровые леса занимают весь средний пояс гор (200–500 м над уровнем моря). Корейский кедр достигает 40–45 м высоты. В его шишке бывает по 120–200 орешков (в три раза больше, чем у сибирского кедра, и каждый орешек почти в два раза тяжелее). Ядро корейского кедра содержит до 65 процентов масла, неслучайно поэтому это дерево считается самым ценным кормовым растением тайги и называется в некоторых местах хлебным деревом. Кедровыми орехами кормятся белки и бурундуки, барсуки, еноты, изюбр, соболь, колонок, харза. И гималайский и бурый медведи любят ими лакомиться тоже.

Деревья, произрастающие в этой зоне лесов, опутаны лианой актинидия коломикта, реже — лимонником. Местами много лещины или папоротника. В долинных кедровниках постоянно встречаются непроходимые заросли барбариса, смородины, чубушника, элеутерококка.

В поймах среди ясенево-ильмовых лесов выделяется своими огромными размерами тополь Максимовича (в его дуплах поселяются черные медведи). Встречаются амурский бархат с пробковой корой, маньчжурский орех, тисы, железные березы, липы и др. Их опутывают лианы винограда, актинидии и лимонника, ягоды которого довольно приятны на вкус и быстро снимают усталость. Поляны, встречающиеся здесь, в начале лета украшают ирисы, позднее — даурская и тигровая лилия, пионы, анемоны, астры. Именно пойменные леса славятся лекарственными растениями (женьшенем и др.).

Кедрово-еловые леса (выше 400–500 м) образуют переходный пояс.

Пихтово-еловые леса (на уровне 600–900 м) без особо пышного подлеска, мох покрывает гниющие стволы поваленных деревьев. Иногда образуются лиственничные леса с багульником и рододендроном. На западных склонах Сихотэ-Алиня попадаются заболоченные, непроходимые участки и мари с голубикой и болиголовом.

Каменноберезовые леса с кедровым стлаником расположены еще выше (около 1100 м над уровнем моря).

Богат и животный мир Сихотэ-Алиня. В пределах заповедника известно более 60 видов млекопитающих, свыше 320 — птиц, 13 — рептилий и амфибий, более 30 видов рыб.

В центре пристального внимания зоологов находятся амурский тигр и амурский горал. Численность тигров невелика. В начале 1970-х годов на всем Дальнем Востоке обитало около 150 этих животных, на территории заповедника бывает одновременно от двух до десяти тигров.

Уссурийский тигр отличается от других тигров крупными размерами (до 300 кг), охристой окраской и длинным густым мехом. В поисках добычи он может пройти десятки километров в день и легко переплывать бурные реки.

Повадки тигра изучал в заповеднике погибший на своем посту зоолог Л. Капланов. Он был первым зоологом, наблюдавшим в природе амурского тигра. Ему удалось выяснить размеры семейных и индивидуальных участков обитания этого хищника, общую картину распределения тигров в регионе. Без палатки и спального мешка при 48 градусах мороза Капланов провел как-то в тайге подряд 28 ночей, питаясь остатками тигровых трапез. В 1948-м году вышла в свет его книга „Тигр. Изюбрь. Лось“. Сейчас имя Капланова носит Лазовский государственный заповедник, одним из первых директоров которого он был. Здесь в 1943 году Л. Капланов и погиб от пули браконьера.

Зоолог утверждал, что тигр в Сихотэ-Алинском заповеднике не представляет опасности, потому что ему вполне хватает диких копытных, живущих в этих местах. Обнаружив на своем участке человека, тигр выслеживает его до тех пор, пока непрошеный гость не выйдет за пределы его территории. Ночью тигр может подойти вплотную к человеку, спящему у костра, но никогда не нападет на него. Тигры еще и полезны: они изгоняют волков из занятых ими районов.

Горал — редкое копытное животное (существует примерно 200–300 особей в природе), напоминающее широкогрудого козла с длинным хвостом, длинной рыже-бурой или серой шерстью. Имеет небольшие черные рога с поперечными кольцами, откинутые назад. Не зная себе равных в беге по скалам, горалы подпускают к себе человека на 40–50 м, заметив опасность, начинают лишь бить передними копытами о землю. Из-за этой самой доверчивости животные легко истреблялись (их кровь, как лекарство, скупали китайцы). Сейчас горалы обитают не только в угодьях, их содержат на единственной в нашей стране опытной горальей ферме.

Вообще диких копытных в заповеднике очень много (их биомасса составляет 28–30 кг на 1 га, а это почти предельная норма для умеренной зоны Евразии). Кроме горала здесь обитают пятнистый олень, изюбр, косуля, лось, кабарга, кабан.

Пятнистый олень, так называемый цветок-олень, — небольшой, изящный, летом светло-коричневой окраски с чисто-белыми пятнами. Голову самцов украшают отвесно стоящие рога. Но больше всего ценятся добытые во второй половине июня панты — еще не окостеневшие рога, содержащие лекарственное вещество — пантокрин. В китайской медицине считаются наиболее действенными панты именно дикого пятнистого оленя; а уже потом изюбра и марала. Из-за этого численность оленя, живущего в природе, резко сократилась.

Когда-то оленей ловили, предварительно загоняя их в море. Пойманных животных держали потом в загонах, и панты у живых самцов срезали в течение нескольких лет. Либо отгораживали участки леса, и в период созревания пантов часть самцов убивали. Лишь в 1928 году были созданы государственные пантоводческие хозяйства. Сейчас охота на диких пятнистых оленей запрещена.

Изюбр — тоже олень, намного крупнее пятнистого, имеет однотонную красновато-рыжую окраску, рога с 5–6 отростками, не образующие кроны. Численность изюбра гораздо больше.

Косуля широко распространена в Уссурийском крае, хотя ее в шесть-восемь раз меньше, чем изюбра. Когда рано выпадают большие снега, косули начинают массовую миграцию (во время одной из таких миграций в конце XIX века охотники поймали около 150 тысяч косуль).

Лоси чаще встречаются в северо-западных частях заповедника (около тысячи голов).

Кабарга (500–800 голов) обитает в темнохвойных лесах заповедника, на крутых и каменистых склонах. Однако ее количество не растет, вероятно, из-за хищников и большой зараженности животного подкожным оводом.

Кабанов в заповеднике много, хотя на них часто нападают медведи, волки. Тигр тоже не прочь полакомиться кабаниной.

В заповеднике встречается также рысь, в долинах рек — крупная амурская кошка, изредка леопард (на всем Дальнем Востоке сохранилось всего 15–20 этих животных).

В большом количестве населяют заповедник бурые и черные медведи. Причем северный район выбирает себе местом для проживания бурый медведь, а южный — черный. Черный, или гималайский, медведь меньше, стройнее и легче бурого, с черным блестящим мехом, с белой „манишкой“. Имеет заостренную морду и большие уши. В отличие от бурого он в любом возрасте свободно лазает по деревьям. Усевшись на развилку веток, медведь подтягивает ближайшие ветки, ломает их и собирает плоды, в результате чего на деревьях образуются „гнезда“. В отличие от бурого медведя черный ложится в спячку не в берлогу, а в дупла деревьев, чаще тополя, или в расщелины скал.

Бурый медведь в случае неурожая желудей и кедровых орехов часто нападает на кабанов. А, убив кабана, он обычно прячет свою добычу под валежник.

Относительно недавно в этих краях появились волки, встречаются лисицы, барсук, выдра, соболь, иногда колонок, горностай, ласка.

Харза — крупная куница с длинным хвостом и яркой окраской (ее буровато-желтая спина темнее сзади, голова, шея, лапы и хвост черно-бурые, брюхо светло-желтое, нижняя губа и подбородок белые, а шея и грудь золотисто-желтые). Она прекрасно охотится на молодых копытных, а группой — на кабаргу, косулю и даже оленя.

Енотовидная собака, похожая на американского енота, живущая по южным речным долинам, ест насекомых, лягушек, мелких грызунов. Питается также ягодами. Собака, застигнутая врасплох, часто притворяется мертвой.

Короткоухий темно-бурый маньчжурский заяц, напоминающий кролика, живет в южных районах заповедника. Заяц-беляк селится в тайге, там же встречаются целые колонии северной пищухи. Много в лесах белок, бурундуков, летяг, лесных мышей и красно-серых полевок.

По долинам рек живет крот могера, который почти в два раза крупнее обыкновенного крота. У берегов встречаются сивуч, ларга и кольчатая нерпа.

В заповеднике много яркоокрашенных птиц, много древесных птиц (только дятла 8 видов). Зато относительно мало куриных птиц (лишь рябчика можно встретить повсюду).

Пресмыкающиеся и земноводные заповедника не менее интересны. Наиболее крупная здесь змея — полоз Шренка (сверху черный, с поперечными желтыми кольцами и желтым брюхом). Змея не ядовита, но укусить может больно. На деревьях она ловит птиц, на земле кормится грызунами. В домах Кореи и Маньчжурии ее давно держат вместо кошки.

На склонах гор можно встретить красивого тигрового ужа (сверху оливково-зеленого, иногда голубого цвета, с широким черным ошейником, черными поперечными кольцами по телу и кирпично-красными пятнами) и ядовитых щитомордников.

Из рыб наибольший интерес представляют лососевые (кета, горбуша, сима, мальма, таймень, ленок, хариус). В реки, впадающие в Японское море, заходят сима и горбуша, в реки Амурского бассейна — кета. Рыба, отметав икру в верховьях рек, погибает. В отличие от симы, кеты и горбуши мальма может нереститься несколько раз в жизни.

На заповедной территории обитают бабочки, огромные и разноцветные (синие махаоны Маака, желтые уссурийские махаоны, сатиры, аполлоны и др.).

В июне в Сихотэ-Алине появляется множество комаров, мошек, слепней и мокрецов. Однажды у самолета, севшего здесь на лугу, винт оказался окровавленным от попавших в него насосавшихся кровью животных насекомых. После укуса мошек на месте укуса появляется опухоль и маленькая кровяная зудящая бляшка. Укус мокрецов вызывает жжение, и от насекомых не спасает ни полог, ни сетка.

Не менее надоедливы вездесущие клещи. Возвращаясь с дневной экскурсии по лесу, человек может снять с себя до 200–250 клещей, которые являются переносчиком весенне-летнего энцефалита. Один из комаров, обитающих здесь, передает вирус японского энцефалита, его укус в 70 процентах случаев заканчивается смертельным исходом. Поэтому прежде чем отправляться в дальневосточные леса, нужно сделать прививку. В середине августа кровососущие насекомые и клещи начинают исчезать, прекращаются дожди. Осень — самое лучшее и красивое время года в заповеднике (в дневное время в октябре и ноябре еще тепло).

РУАНДА

Кагера

Кагера — национальный парк в Руанде, расположенный на границе с Танзанией, на левом берегу реки Кагера, на территории 251 000 га. Он был создан в 1934 году.

Местность парка холмистая, с высотами около 1500 м, много озер. Большая часть территории покрыта травянистыми саваннами, распространены акации и комбретум, центральная часть парка покрыта различными ксерофитными видами кустарников.

Довольно разнообразна фауна парка. Здесь водятся зебра, антилопа, бородавочник, лев, леопард, крокодил. В большом количестве водятся гиппопотамы: вслед за буйволами они составляют самую большую биомассу парка — их около трех тысяч. Обитает множество водных и болотных птиц. Успешно реакклиматизирован черный носорог. На побережье водятся змеи — речные кобры и черные мамбы, подчас в большом количестве.

Одна из примет парка Кагера — громадное болото, которое тянется на 95 км с севера на юг по восточной границе заповедника. Оно образовано маленькими озерами, зарослями папируса, тростника, в нем много плавучих островов, полуостровов и отмелей. Сейчас вода в озерах стала илистой, с красноватым оттенком: из-за уничтожения лесов Руанды и заболачивания долины старение водоемов ускорилось.

Здесь можно видеть болото на разных стадиях его развития. Здесь растут высоченные папирусы, фикусы небольших размеров. На воде во многих местах есть плотный слой торфа, и по нему можно даже ходить.

А ведь еще не так давно болота тут не было: существовало озеро длиной около 50 км с большим количеством островов. На самом большом острове, Шанго, в древности была основана столица королевства Мубари. Жители озерной долины рыбачили, охотились и разводили скот. В конце XVII века это королевство, согласно приказу правителя Руанды, перестало существовать. Его жители отправились обживать другие места. Сейчас, например, племя баньямбо живет на танзанийском берегу болота.

Перед началом Первой мировой войны соплеменники вернулись на свою родину, но позже немцы вновь выгнали их с обжитых мест. А во время Второй мировой баньямбо снова оказались в родных местах.

Отношения с властями у этого племени были сложными. Бельгийцы, бывшие колонизаторы, подписали с баньямбо договор, по которому запрещалось охотиться (отлавливать крокодилов в пределах заповедника). Когда во время обыска в одной из деревень было обнаружено около двух тысяч крокодильих кож, колониальная администрация использовала этот факт как предлог, чтобы вновь изгнать баньямбо. С тех пор они стали жить на территории Танзании, иногда отправляясь на болото на рыбалку.

Вьен Жор и Вьен Ги пишут: „В районе, где они живут, лежащем частью в Руанде, частью в Танзании, ходит множество интересных легенд. Так, в верованиях древних племен важное место занимала молния — они называли ее небесным князем Нкуба. Он жил на небе в окружении своих жен. Одна из них, Газани, горько страдала оттого, что не могла иметь детей. Бог (по-руандийски — Имана) сжалился над ней и разрешил понести при условии, что она никогда не откроет тайну своей плодовитости. Сестра Газани, весьма любопытная особа, проникла в тайну, и Газани была наказана, трое ее детей были свергнуты на землю и оказались неподалеку от полуострова Мубари. Дети Газани — Сабизезе, по прозвищу Кигуа, его брат Мутутси и их сестра Мпунди — положили небесное начало руандийским династиям“.

Когда весь район был превращен в национальный парк, баньямбо пришлось отказаться от рыбной ловли и охоты, что ущемило их права. Европейцы изредка наведываются к представителям племени, но баньямбо предпочитают поддерживать контакт только с полицией парка. Баньямбо охотятся на антилоп с помощью псов: собаки загоняют дичь, и когда антилопа теряет силы, охотники подплывают к ней на пирогах, пронзают ее копьем. Правда, сейчас баньямбо уже не те, для них совсем не характерен традиционный племенной быт, они также, как европейцы, пользуются пластмассовыми тазами, нейлоновыми сетями и радиоприемниками.

Достопримечательностью парка стал и Остров колдуньи, обладающей большим даром целительницы (к ней приезжают на излечение от недугов даже из соседних стран).

Озеро Ихема — самое крупное в парке. На его берегах обитают черные бакланы, цапли.

Озеро Хаго, точнее — его побережье, освоено интересными животными. В Луламе живут три слоненка, которые чудом спаслись во время бойни, грозившей стать последней для слонов Руанды. Местные власти решили избавиться от слонов, которые обитали в лесу, отведенном под лесоразработки. Но все-таки оставили 23 молодых слона и поместили их в загоны, а позже перевезли на юг Руанды — на полуостров озера Хаго.

На берегах озера Биренжеро произрастают рощи из ложных фиговых пальм. В озере водятся гамбийские гуси и утки. Здесь можно видеть также антилоп, буйволов и даже леопарда.

Озеро Кивумба облюбовали крокодилы и бегемоты. В первой половине XX века крокодилов оставалось совсем мало, но благодаря усилиям администрации парка сейчас молодых крокодилов стало значительно больше. Когда они подолгу сидят в воде, трудно догадаться, каких размеров достигли животные (чтобы узнать длину крокодила, надо утроить расстояние между его глазами и ноздрями).

Западный берег озера Хаго — адрес постоянной „прописки“ бегемотов. Животные бродят по дну мелководий и прокладывают каналы, поэтому возникают новые течения. Причем ходят они по одним и тем же маршрутам, протаптывая дороги.

Безобидная внешность бегемота обманчива. В Руанде, где находится самая большая популяция этих животных, нередко бывают несчастные случаи. Говорят, что бегемоты могут перекусить на две части крокодила и что они друг с другом сражаются.

Вечером гиппопотамы начинают есть, и всю ночь бродят по лугам, насыщая себя травой. Они не уходят от берега дальше чем на 2–3 км, поэтому не дают высоко подняться траве (неслучайно здесь сформировалась особая растительность — нечто вроде газона).

В сухое время года бегемоты переходят на места, занятые буйволами, поэтому буйволам приходится уходить все дальше в болота и долины.

На берегу озера Хаго можно видеть, как на широких листьях прячутся земноводные. Здесь обитают желтые цапли, египетские белые цапли и рыжие цапли. Также можно встретить тут китоглава с широкой крепкой головой, на макушке которой торчит несколько коротких перьев.

Озеро Руаньяки-зинга — самое северное в парке и очень красивое. У его берегов множество отмелей, а вода в нем исключительно чистая. Оно отделено от озера Михинда перешейком Мубари, где обитает несколько носорогов. Шесть черных носорогов были привезены в Кагеру в 1958 году из Танзании. Сегодня их насчитывается около девяноста особей.

Носорогов обычно сопровождают два вида птиц: египетские цапли и волоклюи. Первые всегда летают рядом с животными или сидят на спине зверя в ожидании насекомых-кровососов: мух цеце и оводов. Волоклюи собирают личинок и клещей, забирающихся носорогам под кожу; ходят по носорогам, изучая каждую складку их кожи.

На противоположном берегу озера, на больших болотах, обитают антилопы ситатунга, или водяные куду. Самцы несут на своей голове красивые витые рожки, самки отличаются более светлой окраской и изящностью телосложения.

США

Йеллоустон

Йеллоустонский парк — первый в мире национальный парк. Он появился в соответствии с принятым конгрессом США законом в 1872 году.

Парк расположен в самом центре Скалистых гор, в районе, где берут начало реки Миссури и Йеллоустон, на северо-западе Америки, на стыке трех штатов (Монтана, Айдахо, Вайоминг). Это райское местечко туристы называют еще Страной чудес, а индейцы именовали когда-то Страной льда, огня, воды и вертящегося дыма.

Индейцы рассказывали пришедшим в Северную Америку первым колонистам об этой удивительной стране, которая находилась на краю бесконечной прерии за отвесными хребтами Скалистых гор. Они говорили, что в той стране много золота, драгоценных камней (сапфиры, изумруды, рубины). Пришедший в эту страну становится свидетелем необычайных явлений природы. Например, в облаках дыма, поднимающегося от самой земли, крутятся злые духи, они выбрасывают высоко в небо огромные водяные столбы и при этом так заразительно смеются и рыдают, что содрогается земля. Но этот край за Скалистыми горами недоступен для чужеземцев.

И все же среди колонистов нашлись люди, решившие разыскать такую удивительную страну без проводников. После долгого пути они добрались до цели. Однако не нашли здесь ни обещанного золота, ни драгоценных камней. Но этот уголок земли настолько поразил их воображение, что путешественники ничуть не жалели о пройденном пути.

Говорят, что Джон Кольтер — первый белый человек, побывавший в этих местах в 1807 году. Рассказам его никто не поверил — бедняга слишком долго был в одиночестве. Но стали появляться рассказы охотников один фантастичнее другого: „Река течет так быстро, что нагреваются камни на дне“, „лес — каменный, трава — каменная“, „рыбу поймал, тут же рядом опускай в кипящую воду — ужин готов“. В 1860-х годах в газетах Соединенных Штатов стали появляться рассказы Джима Бриджера и Уолтера Деласи, которые занимались скупкой пушнины и золотоискательством.

В 1870 году для проверки этих рассказов отправилась экспедиция во главе с генералом Генри Уошберном. Участники экспедиции Уошберна собрались у костра и говорили о будущем Йеллоустона. Кто-то горел желанием приобрести участок этой земли, кто-то подсчитывал возможную прибыль при эксплуатации этих даров природы. И тут слово взял судья из Монтаны Корнелиус Хеджэ: „Джентльмены! Эти места слишком велики и слишком прекрасны, чтобы принадлежать кому бы то ни было одному. Они должны быть выделены правительством для пользования и на радость народа на все времена в качестве общенационального парка“.

По свидетельству очевидцев, это предложение было воспринято с энтузиазмом. В память о тех днях, судьбоносных для Йеллоустонского парка, ежегодно в конце лета в западной части национального парка снова проигрывается такая сцена.

Вскоре правительство Североамериканских Соединенных Штатов организовало еще одну специальную экспедицию во главе с геологом Гайденом. Когда экспедиция вернулась, Гайден предложил площадь в 8 тысяч кв. км, протяженностью 100 км с севера на юг и 80 км с запада на восток, объявить национальным парком США.

Конгресс принял решение относительно Йеллоустонского парка в начале 1872 года, а 1 марта 1872 года президент США генерал Улисс Грант подписал документ, в котором впервые в мире стал использоваться термин „национальный парк“. В указе, в частности, говорилось: „Пространство земли на территории штатов Монтана и Вайоминг, лежащее в верховьях реки Йеллоустон, навсегда оставить свободным от поселений и продажи. Оно назначается быть „Национальным парком“ для пользы и развлечения человечества под охраной законов государства“. Перед Йеллоустонским национальным парком были поставлены такие задачи: сохранение ценных в научном, эстетическом и историческом отношении ландшафтов в рекреационных, культурно-просветительных и исследовательских целях.

Сейчас национальный парк занимает площадь 888,7 тысяч га. Он получил название от реки Йеллоустон — „желтый камень“. По территории парка проходит водораздел двух океанов. До Тихого океана более тысячи километров, до Атлантического — не менее 3 тысяч. Река Йеллоустон впадает в озеро Йеллоустон площадью 36 тысяч га, глубиной — до 90 м. Прежде чем река покидает территорию парка, ее воды низвергаются с водопадов (высотой от 33 до 350 м). В глубине гор берут свое начало и другие реки — Миссури, Снейк, Грин-Ривер и некоторые другие.

Климат Йеллоустона ярко выраженный континентальный. Снег здесь может пойти в любой месяц года, кроме июля. Но даже в июле и августе, когда температура воздуха поднимается выше 25°, случаются пыльные бури, а вечера прохладны.

Парк представляет собой вулканическое плато высотой 2200–2500 м над уровнем моря, окруженное хребтами гор высотой 3000–4000 м. Склоны гор и плато покрыты хвойными лесами, на горах выше к небу — зона альпийских лугов. А еще выше ледники и вечные снега.

Вот как описывает дорогу, ведущую через горы в парк, Н. Верзилин: „Темное узкое ущелье, стиснувшее реку высочайшими отвесными горами, ведет в Йеллоустонский парк. Кажется, что река распилила своими бурными водами камень скал и создала „Горные ворота“. Из мрачного ущелья открывается вид на зеленую „Райскую“ долину, окруженную зубчатыми гребнями гор. Вы проедете второе, еще более мрачное и длинное ущелье с ревущим потоком, и ваш взор остановит совершенно красная „Киноварная гора“. Одна ее часть, крутая и отполированная дождями и ветром, названа „Дьявольским скатом“.

Большая часть территории парка покрыта хвойными лесами, где растут сосна, ель, пихта. Больше всего сосны скрученной. Есть и гибкая сосна, высокая и стройная горная ель Энгельмана, дугласова пихта, голубая ель. Горная пихта встречается в верхнем лесном поясе.

Можжевельник и золотистая смородина растут на полянах и опушках. Ольха и ивняк обосновались по берегам рек. На лугах цветут голубые люпины, водосборы, колокольчики и др.

Богата фауна заповедника. В парке обитают чернохвостый олень, антилопа-вилорог. А также заяц, лиса, горностай, куница, красная белка. Благородный американский олень вапити так расплодился, что стал угрожать природе парка. И управление Йеллоустона вынуждено было начать отстрел оленей.

В северо-западной части парка обитают лоси. На горе Уошберн пасутся горные бараны. Утром или вечером на территории парка можно видеть древесного дикобраза. Есть несколько видов змей. В степной зоне парка живут сурки, бурундуки, суслики, другие грызуны. У озер — поселения бобров.

Особо стоит сказать о бизонах. Чтобы сохранить этих животных хотя бы в парке, правительство США дало указание выпустить в национальный парк 20 бизонов (сейчас стадо бизонов насчитывает несколько сотен голов).

Из хищников в Йеллоустоне обитают медведь (черный и гризли), пума, рысь, росомаха, койот. Волка здесь давно уже нет.

Черные медведи и гризли встречаются повсюду: на дорогах, возле кемпингов. Здесь появилась даже особая группа медведей, которая может существовать только за счет человека. Кормить животных посетителям парка не разрешается, но туристы иногда нарушают это правило. Поэтому в парке не так уж редки случаи нападения медведей на человека (за десятилетие произошло 40 таких инцидентов, при этом каждый четвертый из них заканчивался тяжелыми ранениями, а иногда и смертью). Если какой-нибудь из зверей проявляет постоянную агрессивность, его ловят и в сетке, подвешенной к вертолету, выдворяют из парка. А посетителей предупреждают: „Любуйтесь медведями издалека“, „если некуда деться, лезьте на дерево“, „не кормите медведей“.

Служба национальных парков США провела серию мероприятий в отношении медведей-попрошаек. А. Банников и В. Борисов в книге „Заповедными тропами зарубежных стран“ рассказывают: „Было ликвидировано большинство открытых свалок, а мусор и пищевые отбросы сжигались. Одновременно пойманных и обездвиженных медведей перевозили и выпускали вдали от свалок и туристских центров. В Йеллоустоне таким путем за 10 лет было перемещено 145 гризли. Однако эти меры не дали ожидаемых результатов. Перемещенные звери возвращались обратно, иногда по несколько раз. Многие медведи отыскивали оставленные свалки или голодные собирались у кемпингов и других мест скопления людей, представляя здесь еще большую опасность для человека. Новое правило, согласно которому медведь, приблизившийся к человеку более одного раза, подлежит отстрелу, может за короткое время уничтожить всех гризли Йеллоустона, поскольку большинство медведей привыкли существовать за счет подачек и пищевых отбросов. Очевидно, все эти меры должны проводиться постепенно, чтобы медведи смогли возвратиться к естественным кормам, на что потребуется несколько лет. Одновременно необходимо повысить требовательность к поведению посетителей, огородив кемпинги, полностью ликвидировать свалки“.

Охота в парке запрещена. Браконьеры наказываются строго: 500 долларов — штраф, конфискация снасти, автомобиля, ружья. Однако перед зимой примерно половина оленей парка спускается с гор в долины. Вот тут их и ожидают охотники.

На территории заповедника встречаются белоголовый орлан (его изображение помещено на гербе США), беркут, сокол-сапсан, канадский журавль, лебедь-трубач, бывший на грани полного исчезновения, пеликан, журавль. Много водоплавающей птицы, причем больше всего уток. Постоянно встречаются канадские сойки, реже — воротничковые рябчики. Из мелких птичек обитают экзотичные западные танагры — ярко-желтые с красной головой, черными крыльями и хвостом, они любят сидеть у самой дороги. Нельзя не заметить сине-голубых дроздовых птиц. У рек селится американская оляпка. В северо-западной части парка можно встретить виргинского филина, бородатую неясыть и карликового сычика.

Над водами озера Йеллоустон парят калифорнийские чайки, населяют этот водоем кряквы и утки-каменушки, большие голубые цапли, американские болотные луни. Здесь создан резерват для большого белого пеликана.

В Йеллоустонском озере разводят ценные породы рыб, например форель.

Парк знаменит своими гейзерами. Их насчитывается здесь несколько сотен. Высота струи горячей воды достигает 90 м (Элькесиор), 60–75 м (Джайент), 60 м (Гранд-гейзер). Некоторые гейзеры фонтанируют через 16–20 часов (Гранд-гейзер), другие — через 7-15 дней. Каждые 7–8 часов на 15 минут „включается“ гейзер Риверсайд, а гейзер Олд-Фейтфул (Старый служака) — каждые 65 минут. У некоторых гейзеров от одного извержения до другого проходят месяцы и даже годы.

Особенно богата гейзерами долина, в которой протекает Огненная река.

„Находясь на склоне этой долины, окутанной плотными клубами дыма, можно подумать, что стоишь на пороге огромного промышленного города, скрытого в дыму многочисленных фабрик и заводов, — пишет А. Муранов. — Работа пара и воды не прекращается здесь ни на минуту. Из бесчисленных воронок, трещин, расселин с шипением, грохотом, ревом, свистом вырываются пар, газы, струи, столбы, каскады воды, направленные вверх, наклонно, в разные стороны. Тут не везде можно свободно пройти, поэтому туристы зачастую с опаской пробираются среди природных фонтанов: того и гляди обдаст с какой-либо стороны душ из кипятка, не поздоровится! С большой осторожностью передвигаются они по ломкой, неустойчивой коре; здесь тоже можно попасть в неприятное положение — погрузиться по колено в кипяток или в горячую липкую грязь Возможно и такое — из пробитого ногой отверстия вырвется струя шипящего раскаленного пара или вдруг плеснет кипятком“.

О некоторых гейзерах стоит рассказать особо.

Гейзер Фонтан шесть раз в день выпускает пирамидальный столб воды цвета сапфира.

Грот — белый холм с двумя пещерами. По многочисленным его отверстиям через каждые шесть часов выбрасываются веером струи горячей воды, сопровождаемые рокотом и клубами пара. Сталкиваясь, они измельчаются и дождем падают вниз.

Гигант, или Великан, через каждые четыре дня выбрасывает на высоту 60–70 м тонны воды в виде прямого столба. После каждого такого водного извержения река, протекающая рядом, выходит из берегов. На противоположном берегу Огненной реки хозяйничает Великанша. Она один раз в две недели выпускает огромный столб воды (шириной 25 м), образующий далеко вверху „купол“.

Гейзер Улей отличается от своих собратьев узким горлом. Через него вода взлетает так высоко, что успевает испариться в воздухе. Туристы забавляются: бросают рядом с гейзером шляпы, которые под давлением мощной струи поднимаются высоко вверх, а потом падают в стороне.

Гейзер Веер разбрасывает одновременно множество водяных трубок, направленных под разными углами вверх. Фонтан очень напоминает изящный веер.

Гейзер Замок имеет внушительный вид древних руин из белых кремниевых отложений. Он постоянно выпускает клубы пара.

Гейзер Чертов омут отличается спокойной голубой водой, но стоит бросить в него камень, вода начнет кипеть.

Гейзер Монарх выбрасывает один раз в сутки три столба кипящей воды высотой до 40 м.

Прачечные лоханки — это несколько небольших водоемов. Они названы так потому, что грязная тряпка в их воде, богатой щелоком, становится чистой.

Но самый знаменитый гейзер Элькесиор, или Чудо Йеллоустонского парка, или Превосходительный. Его извержения представляют незабываемое зрелище. Вот что пишут о нем географы В. Агибалова и В. Виленкин: „В окружении крутых скалистых берегов лежит озеро. Его голубоватая поверхность беспрестанно волнуется. Над озером висят облака пара. И вдруг неожиданно из глубины, ближе к центру озера, поднимается как бы светящийся конус пара. С глухим шумом он превращается в облако, между тем как струя воды поднимается все выше и выше. Через несколько секунд из глубины озера появляются еще более мощные облака пара. Постепенно все озеро начинает волноваться: мощные волны с вспененными верхушками с шумом плещутся о берега, облака пара делаются плотнее, шум и гул внушительнее — и вдруг в один момент все озеро подбрасывается вверх в виде громадного столба воды, достигающего восьмидесятиметровой толщины и до ста метров высоты; облака пара поднимаются на триста метров и более. Свист, гром и рев наполняют воздух так, что нельзя расслышать собственных слов; земля дрожит под ногами, из глубины раздаются страшные взрывы, камни летят вверх, столбы воды, один выше другого, взлетают в переполненную парами атмосферу. Постепенно колонна воды снижается, шум ослабевает, раскаты грома становятся глуше, и вся масса воды исчезает так же внезапно, как и появилась“.

А вот как описывает тот же гейзер Н. Верзилин: „Озеро вызывает ужас у путешественников. Вокруг него заостренные скалы, напоминающие громадную пасть чудовищного зверя. В середине постоянно кипит темная вода. Из шестидесятиметровой пасти вылетают облака пара. Неожиданно раздается глухое рычание. Вода, изливающаяся сначала конусом, с диким ревом и визгом поднимается затем гигантским столбом вверх. Подземные взрывы колеблют землю и вместе с водой мечут громадные камни. Такой столб горячей воды обрушивается вниз, в реку. В реке вдвое повышается уровень воды, она разливается и бешено мчится, снося все на своем пути“.

Если у Элькесиора интервалы между извержениями неопределенны (уже много десятков лет он не извергался), то Джайент „работает“ более или менее регулярно — через каждые 7-15 дней.

Есть в Йеллоустонском парке и грязевые вулканы. Самые примечательные — Цветные горшки. Большой цветной горшок, например, диаметром около 15 м. В нем постоянно кипит густая белая и розовая масса. Но есть „горшки“ с золотисто-желтой и кроваво-красной массой, с фиолетовой и белоснежной. Почва рядом с грязевыми вулканами представляет собой мягкий разноцветный „ковер“. Побывавшие там В. Песков и Ю. Стрельников пишут: „Есть места, где теплые воды образуют самых разных цветов озера. Вода бирюзовая, а дно у озер красное, ярко-желтое, цвета медного купороса. Окрасили дно бактерии, живущие почти в кипятке…“

В парке немало и других достопримечательностей. Террасы Юпитера представляют собой гигантские ступени, спускающиеся по склонам. На ступенях расположено много водоемов самой разнообразной формы, размера и температуры воды.

Белый курган состоит из террас белого цвета и уступов с круглыми и полукруглыми бассейнами, из которых вытекает минеральная вода через край. Над водой стелется пар. Чем ниже спускается вода, тем она прохладнее.

Фригийский колпак — обелиск высотой 15 м, очень похожий на сахарную голову, а когда-то это была „трубка“ иссякшего фонтана.

Воды гейзеров откладывают на поверхности земли гидратированную окись кремния, так называемый гейзерит, который белее выпавшего снега. На территории парка встречаются и травертиновые (карбонат кальция) террасы неподалеку от северного въезда в парк. Они представляют собой гигантские „лестницы“.

В. Песков и Б. Стрельников пишут. „Вся земля парка еще не остыла после гигантской ломки, трясений, вулканических взрывов, какие были тут пятьдесят миллионов лет назад. Расплав магмы подходит в Йеллоустоне к земной коре местами ближе чем на два километра. Подземные воды (а их тут обилие) кипят, рвутся наружу, и по всему парку — на склоне горы, в глубине леса, у ледяной кромки озера — клубится пар. Весь парк, если глянуть с места повыше, — в белых султанах. В одном месте подземный пар прорвался наружу прямо посредине асфальтовой трассы. Место бережно огорожено. Сделан съезд, чтобы можно было заснять свистящую белую струйку. Снимаешь с забавным чувством: „Под асфальтом лопнули трубы, и надо бы звать ремонтников“.

Йеллоустонский парк пользуется большой популярностью у туристов. Уже в первые годы после создания парка тысячи дилижансов устремились в Йеллоустон. Правда, туристов надо было еще зазывать — они по привычке ехали в Европу. Поэтому реклама тех лет была такого содержания: „Патриоты Америки! В этом году — не в Европу! В Йеллоустон!“

Сейчас ежегодно парк посещает около 3 миллионов человек. Посетителей встречают автобусы Йеллоустона на железнодорожных станциях и автовокзалах, а также в аэропорту.

В парке организовано семь заповедных зон, внутри которых можно путешествовать только пешком (с 9 утра до 3 часов) и верхом на коне (длина пешеходных и конных троп в парке 1600 км).

Лошадей можно нанять в Маммот-Хот-Спрингс, в Тауэр-Джанкшн и др. Пять конных маршрутов пересекают парк в широтном направлении, пять — в меридиональном. Верховые экскурсии можно совершать только в сопровождении служащего парка, нельзя пересекать дорогу медведям, оленям, другим крупным животным.

На территории, пограничной с заповедной, проложены автомобильные дороги общей протяженностью более 200 км. В так называемых посетительских центрах туристы могут выйти из автомобиля на 10–15 минут, следуя предписаниям на дороге: „Лучшая точка для обозрения“, „Тут можно сделать хорошие снимки“, „Место для отдыха“.

Когда-то по озеру Йеллоустон можно было совершить экскурсию на пароходе. Сейчас суда длиннее 10 м не допускаются в парк. Но можно совершить лодочную прогулку по озерам (в целях безопасности далее 400 м отплывать от берега не разрешается).

Во всех важных пунктах парка есть гостиницы (более чем на 10 тысяч мест), кемпинги (на 3 тысячи мест). Первые гостиницы были построены недалеко от гейзера Олд-Фейтфул и Мамонтовых горячих источников еще в 80-е годы XIX века.

В Маммот-Хот-Спрингс размещено управление парка. Здесь есть станции автообслуживания, кафе, гостиницы, рестораны, почта, телеграф, телефон, больница. Еженедельно проходят церковные службы.

Гостиницу или коттедж желательно заказывать заранее. А вот место в кемпинге (с 1 июня по 15 сентября, на 14 дней) принадлежит бесплатно первому занявшему. Место в кемпинге — это несколько квадратных метров лужайки, на котором стоит дощаной стол и есть уголок для очага. Здесь можно поставить машину с прицепом. Самые крупные кемпинги в районе Олд-Фейтфул и Фишинг-Бридж.

В двадцати пунктах парка есть станции рейнджеров — особой охраны парка, которые могут ликвидировать последствия инцидента между человеком и зверем, между людьми.

Повышенная популярность национальных парков со временем вылилась в проблему (даже браконьеры были частыми гостями в Йеллоустоне). Поэтому в дополнение к основному акту об охране природы этой заповедной зоны в 1894 году был издан новый закон „Об охране птиц и зверей в Йеллоустонском национальном парке и о мерах наказания за преступления, совершаемые в указанном парке“. С 1886 года и в течение 30 лет на должность главного директора Йеллоустонского парка назначали военных. С 1916 года, когда была создана служба национальных парков (отдельное управление Министерства внутренних дел США), пост руководителя парка стали занимать гражданские лица.

Служба национальных парков принимала разные меры по охране природы. В 1965 году был опубликован Йеллоустонский региональный план, согласно которому национальные парки США подразделялись на три категории: природные, исторические и рекреационные участки. Внутри каждой категории выделялись шесть зон: участки интенсивного рекреационного использования, участки нормального (общего) рекреационного использования, природного окружения вдоль дорог, особо выдающиеся участки природы, участки нетронутой природы (без дорог), исторические и „культурные“ местности.

Йеллоустонский парк был отнесен к первой категории парков. Полоса вдоль автомагистралей парка была отнесена к третьей зоне с организацией широких коридоров (от 1,5 до 6,5 км от автомагистрали для лагерей, подъездов и т. п.). За пределами третьей начинается пятая зона.

Проблемы национальных парков сейчас пытаются решить за счет большой локализации зон интенсивного использования, а также направляя потоки туристов по строго определенным маршрутам. При этом вовлекаются новые территории за пределами парка. Более того, принимаются нелогичные меры по выделению резерватов со строгим режимом на территории парков (ведь национальные парки создавались как раз с целью охраны природы).

Секвойя

Национальный парк Секвойя, или Редвуд (США, штат Калифорния, к северу от Сан-Франциско, в графствах Дель-Норте и Гумбольдт), площадью 36 793 га известен соснами-великанами секвойями. Эти леса из секвой американцы называют Redwood Empire (Империя красного дерева).

Парк протянулся вдоль побережья и прибрежного Берегового хребта на длину 80 км и ширину 14 км. Это самый большой участок лесов из секвойи, поэтому Редвуд включен ЮНЕСКО в список объектов всемирного наследия.

Горные склоны этого района США были малодоступны. Только в 1850 году английский путешественник Лабб нашел самые большие в мире деревья. Англичане стали именовать это гигантское дерево веллингтонией, но американцы дали свое название — вашингтония. Позже ботаники решили назвать диковинное дерево именем индейского вождя племени чероки, обитавшего когда-то в этих краях, — Се-Куо-Йя (говорят, этот вождь создал письменность для своего народа). В переводе это имя означает „огромное дерево“.

В 1890 году был основан национальный парк-заповедник секвой. Через 36 лет его площадь удвоилась. В 1956 году с севера к роще секвой примкнул заповедник Королевский каньон. Были взяты под охрану государства также деревья в Йосемитской долине.

Секвойя вечнозеленая, хвойное дерево с красной древесиной, представитель семейства таксодиевых, — одно из самых старых и самых высоких деревьев на земле.

В национальном парке растет самое высокое из всех сохранившихся в мире деревьев его рост — 111 м. Хотя секвойя гигантская может достигать в высоту 148 м, а в толщину - 16 м. По высоте с секвойей могут соперничать только австралийские эвкалипты. А по диаметру ствола — мексиканский болотный кипарис и мамонтово дерево.

По продолжительности жизни секвойя уступает только Мамонтову дереву, живущему 3–4 тысячи лет (парк из одних мамонтовых деревьев занимает западный склон Сьерра-Невады). Секвойя живет в среднем полторы — две тысячи лет. Хотя возраст многих из деревьев, растущих в парке, — 4 тысячи лет. Однако гигантская секвойя может жить и до 6 тысяч лет.

Каждая крупная секвойя имеет свое название. Как-то на пне спиленного дерева была устроена танцплощадка, на которой могли танцевать 16 пар. Тут же четыре человека играли в оркестре, а двадцать зрителей стояли вокруг. Недалеко от этого спила дерева лежал ствол секвойи, в выжженное дупло которого мог проехать всадник (это дерево было названо Отцом лесов). В проделанное отверстие ствола другой секвойи мог свободно проехать экипаж.

Для того чтобы спилить ствол секвойи, были сделаны даже специальные пилы длиной 7 м. За 10–12 дней двум людям удавалось свалить одну секвойю. А потом спилы секвойи повезли по выставкам мира.

Со ствола секвойи толщиной 11 м сняли кору толщиной в полметра и отправили на выставку в Сан-Франциско. Там, составив кору в единое целое, получили сооружение, в котором могли находиться одновременно более ста человек. Это дерево было названо Матерью лесов.

Возраст самого большого дерева, названного Генерал Шерман, — четыре тысячи лет. Его высота 83 м, окружность ствола — 24,1 м Древесины этой секвойи хватило бы на 40 одноэтажных домов с пятью комнатами в каждом или на 5 миллиардов спичек. Если это дерево спилить и положить рядом с поездом, то оно будет длиннее.

И Ильф и Е. Петров после посещения парка „Секвойя“ делились своими впечатлениями: „Рядом с нами поднимался из земли ствол другого гигантского дерева. Неудивительно, что мы не сразу его заметили. Он был слишком велик, слишком ненормален среди обычных стволов окружавших его елей и сосен, чтобы глаз, воспитанный на естественной разнице между маленькими и большими, мог бы сразу отметить этот феномен. Мы медленно поехали дальше, от дерева к дереву… Теперь мы ехали по древнему сумрачному лесу, фантастическому лесу, где слово „человек“ перестает звучать гордо, а гордо звучит лишь одно слово — „дерево“. Секвойи, принадлежащие, по выражению ученых, „к семейству хвойных“, растут по соседству с обыкновенными елями и соснами и поражают человека так, будто он увидел среди кур и поросят живого птеродактиля или мамонта“.

А вот что написали о секвойях В. Песков и Б. Стрельников: „В сопоставлении со всем, что обильно пока растет на планете, секвойи — это зеленые динозавры. Кстати, они современники этих зверей. Динозавры вымерли. Деревья тоже повсюду вымерли на Земле. Отпечатки их веток находят на каменных сланцах в Европе, Азии, даже в Гренландии. Но тут, в Калифорнии, на полоске земли, не тронутой ледником, осталась полоска леса — одно из главных чудес Земли“.

По мнению авторов книги „Рекорды земли“, прогулка среди секвой оставит неизгладимое впечатление и научит смирению: „Несмотря на то, что ливанский кедр превосходит секвойю по гармоничности, она возвышается над всем царством деревьев, поражая своими размерами, возрастом, величием и внушительным внешним видом“.

В лесу секвойи растут очень тесно, их стволы почти соприкасаются. Здесь постоянно царит полумрак, образованный кроной деревьев примерно на тридцатиметровой высоте.

Территория парка изрезана довольно развитой сетью автомобильных дорог и большим количеством благоустроенных пешеходных троп. В парке размещается несколько лагерей отдыха (кемпингов) и оборудовано много очагов для разведения огня. Уникальные деревья сохранились с тех пор, когда землю населяли динозавры 140 миллионов лет назад леса из секвойи были самыми распространенными в Северном полушарии. Вследствие похолодания и оледенения покрова их ареал сузился, деревья появлялись и исчезали в Европе, Азии и Северной Америке (окаменелости этого вида встречаются в Гренландии и Китае) 50 миллионов лет назад, когда климат на планете стал прохладнее и суше, секвойи перестали распространяться. Еще до начала XIX века большая часть долин Северной Калифорнии — от залива Монтеррей до Орегона — была покрыта лесами из гигантских деревьев (длиной 700 км и шириной 20).

Сейчас деревья-гиганты произрастают только на Тихоокеанском побережье Калифорнии, отличающемся теплым климатом (средняя температура 10–15 °C). Кроме того, здесь в течение всего года очень влажно. Зимой, весной и осенью идут дожди, а летом стелются туманы, которые конденсируются в кроне деревьев, и обильно выпадает роса. Все это способствует усиленному росту дерева (за 30 лет оно может достигнуть высоты 25 м с диаметром 40 см).

Это хвойное дерево имеет иголки серебристо-зеленого цвета, переходящего в синий. Шишки небольшие — от 2 до 7 см, появляются на дереве, достигшем 200-летнего возраста. Хотя семян в шишке довольно много, прорастает лишь одно из миллиарда. Дело в том, что шишки во влажной среде разбухают и закрываются очень плотно, поэтому семена могут так и остаться там. Эту проблему удается решить частично с помощью естественных пожаров, которые здесь бывают из-за ударов молний. При возникшей при этом высокой температуре шишки раскрываются, а семена получают возможность прорасти в более или менее освещенном месте, в хорошо удобренной золой почве. Но лесорубы ожесточенно борются с лесными пожарами, препятствуя таким образом естественному омолаживанию леса. Кроме повышенной влажности мешает прорастанию семян и толстый слой опавшей хвои.

Ствол секвойи имеет толстую (до 1 м), волокнистую, губчатую, слабогорючую кору с продольными углублениями. Кора морщинистая, кажется даже грубоватой, но при легком надавливании мякоть легко отламывается, и на вес воздушная. Если эту мякоть размять, получится красноватая мягкая труха. Кора хранит дерево от морозов и, обугливаясь снаружи, она не дает проникнуть огню к древесине.

Из секвойи можно получить высококачественную древесину, которую используют для строительства зданий, производства мебели, изготовления шпал и т. д. Ее высокие потребительские качества обусловлены тем, что ствол дерева абсолютно прямой, сучьев на нем почти нет. При всем этом древесина плотная, легкая, прочная. В ее состав входят такие масла, благодаря которым дерево почти не гниет, а насекомые обходят его стороной. Неслучайно индейцы с трепетом относились к этому чуду природы. Когда в Штатах появились многочисленные переселенцы из Европы, дерево начали нещадно уничтожать. В конце XIX века секвойя оказалась даже под угрозой исчезновения. До 40-50-х годов XX столетия деревья вырубали выборочно, а потом стали производить сплошную рубку на склонах и водоразделах. Из-за этого развилась сильнейшая эрозия Ливни, идущие зимой, сносили верхний слой почвы и вызывали наводнения, сеянцы вымывались, корневая система старых деревьев подмывалась. Сейчас в парках штата охраняется примерно 15 процентов сохранившихся насаждений, причем две трети — недавние сплошные вырубки.

Сегодня сохранилась лишь 1/20 часть леса из деревьев-гигантов. Секвойя (70–80 штук) растет на малодоступных западных склонах Сьерра-Невады на высоте от 1200 до 2400 м общей площадью 14,4 тысяч га. 90 процентов площади, на которой встречается секвойя, находится в государственном владении, в том числе в национальных парках Кинге-Каньон, Секвойя, Йосемит, Мюирвудс.

Национальный парк природы Мюирвудс также расположен на Тихоокеанском побережье в графстве Марин. Назван парк именем деятеля в области охраны природы Джона Мюира. В 1908 году президент Теодор Рузвельт объявил территорию парка памятником природы.

Площадь парка 224 га. Здесь сохранились древние девственные леса из секвойи, образующие полог, который не пропускает к земле свет. Подлеска (папоротников, других тенелюбивых растений, молодых секвой) немного. В северной и более гористой части парка секвойя растет рядом с дугласией, достигающей 100 м в высоту, пихтой, туей гигантской, елью ситхинской, кипарисовиком. Леса в национальном парке природы Мюирвудс сохранились лишь благодаря недоступности этих мест для людей.

Йосемит

Йосемитский национальный парк находится в горах Сьерра-Невада в центральной части штата Калифорния, к востоку от Сан-Франциско. Это первый охраняемый ландшафт в США. В 1864 году президент Линкольн подписал закон о Йосемитской долине, согласно этому закону штат Калифорния получал для „общественного пользования, отдыха и рекреации“ рощу больших деревьев. Тогда впервые в США участок земли, принадлежавший государству, был объявлен территорией, природные ресурсы которой имели не эксплуатационную ценность (кстати, еще раньше была учреждена первая в Америке охраняемая территория — заповедная роща гигантской секвойи в штате Калифорния).

С незапамятных времен Йосемитскую долину населяли индейцы племени аваничи. Они охотились здесь и ловили рыбу в бурных реках Туолуме, Мерсед, Йосемити-Крик. В 1851 году сюда проник кавалерийский эскадрон майора Джеймса Севиджа, который должен был „сосредоточить всех дикарей в загоне, а затем организованно вывести их в резервацию“.

Тогда ему это не удалось. Но через несколько лет индейцы все же были выгнаны со своих обжитых мест, белые фермеры заняли эти земли пашнями и пастбищами. От времени „царствования“ краснокожих осталось только название этого края — Йосемити, но и оно неточное: на языке аваничи серый медведь-гризли, покровитель их племени, именовался „исимати“.

Еще в 60-х годах XIX века власти Калифорнии провозгласили центральную часть долины (около 100 кв. км) парком этого штата, первым „штатным“ парком во всех Североамериканских Соединенных Штатах. В 1890 году федеральное правительство объявило окрестные земли долины Йосемити-Крик на западном склоне хребта Сьерра-Невада национальным парком. А через 16 лет весь массив площадью около 3100 кв. км был объединен в единый Йосемитский национальный парк — третий в стране.

Чтобы создать национальный парк в Соединенных Штатах, надо получить разрешение конгресса, что почти равносильно принятию нового закона.

Различается несколько форм охраняемых территорий. Есть заповедник и резерваты — убежища для мигрирующих птиц и места гнездовий птиц, а также места обитания редких животных. Они создаются для научной и просветительной работы. Национальный парк — это музей под открытым небом. В нем тщательно охраняются не только полезные ископаемые, лес и животный мир, но и „диковинки или чудеса природы“. Однако заповедник, в отличие от резерватов, открыт для посетителей.

В марте 1872 году конгресс США принял закон об организации первого в мире Йеллоустонского национального парка. В этом законе впервые была сформулирована концепция охраняемой территории подобного типа.

Национальный парк может быть создан на относительно большом пространстве земли и воды, должен отличаться красотой естественной природы, для того чтобы люди могли любоваться им. В нем должны быть оборудованы места для лагерей, пикников, тропы для хождения пешком и поездок на лошадях, смотровые площадки. Кроме того, прежде чем учредить парк, приходится купить участок земли у частника. Иногда в парке остаются островки суши, которые имеют своих хозяев, вольных делать все, что им заблагорассудится. Покупка такого частного участка обходится государству в копеечку. В этом отношении не исключение и знаменитая Йосемитская долина. В 1956 году вкрапления частной земли в парке площадью 64 га можно было купить за 20 тысяч долларов. Но процесс покупки-продажи земли из-за какой-то причины затянулся. Через 12 лет хозяин запросил уже 800 тысяч долларов за свою собственность.

Парк славится живописной 11-километровой долиной (шириной 800- 1600 м, глубиной до 1500 м), прорезанной когда-то мощным ледником. Парк расположен на высоте 600 — около 4000 м (наивысшая точка — 3990 м) над уровнем моря.

Среди множества достопримечательностей долины особо выделяются огромные гранитные монолиты с отвесными стенами. Обращают на себя внимание вершины: Халф Дом (Полукупол) с обрывистой стеной, Эль-Капитан — гранитный утес, устремленный ввысь на 1098 м над долиной, горы Часовая и Северный Купол.

На реке национального парка расположен каскад водопадов (общая высота падения воды 727 м). Здесь есть самый высокий в Северной Америке водопад — Аппер-Йосемити (высота 436 м). При въезде в долину можно видеть справа водопад Брайдалвейл (Невестина фата). Он несет свои воды с высоченной гранитной горы (его высота 189 м). Рядом — покрытые льдом гранитные вершины гор. На реке Мерсед примечательны водопады Вернел и Невада.

Растаявший ледник оставил здесь слой плодородных осадков толщиной 700 м. Так образовались широкие Йосемитские луговины и равнины, озера Туин, или Близнецы, Элинор, Бенсон и Роджерс, Мэй и Мерсед. Кстати, здесь можно видеть и искусственное, неповторимое по красоте водохранилище Хетч-Хетчи.

„Есть в Йосемите и своя небольшая „пустыня“, — отмечает Б. Силкин. — Это засушливая высокогорная долина Пейт, ниспадающая на восемьсот метров в направлении к югу от озера Бенсон. Ищущий спортивную нагрузку турист заставит здесь потрудиться свои мускулы, прежде чем одолеет извилистую тропу к большому каньону Туолуме, к грохочущим водопадам Уотервол и Ле Конт в ущелье Мюир, заросшем раскидистыми дубами, стройными соснами и кедрами.

Некогда, еще задолго до аваничи, здесь жило неизвестное индейское племя. На голых скалах долины Пейт оставили они потомкам нарисованные неведомой рукой сцены охоты и погони. Рядом, среди кучи камней или в зарослях толокнянки, острый глаз заметит прозрачные осколки вулканического стекла — обсидиана, из которого индейцы вытесывали наконечники для стрел, ножи и скребки“.

Шотландский писатель и натуралист Джон Мюир, живший в этих местах в хижине, построенной собственными руками, писал об Йосемите: „Взойди на горы и прислушайся к их благовесту. И покой природы пронзит тебя, как солнечный свет пронзит зелень деревьев. Ветры вдохнут в тебя свою свежесть, а грозы — силу свою, и все заботы спадут с тебя, как осенние листья“.

В Йосемите представлена растительность пяти биогеографических областей континента (а их всего семь). Здесь растут хвойные леса (в них можно видеть сосны и кедры), находятся три рощи секвойи. Отдельные деревья достигают высоты 94 м и имеют диаметр ствола 10 м. Возраст гигантов — 5000 лет. Встречаются дубы. У подножия гор растут вечнозеленые кустарники с жесткой листвой. На склонах гор расположены альпийские луга. На территории парка произрастает 1400 видов диких цветов. Однако, по подсчету ботаников, примерно четверть всех произрастающих в долине видов трав, цветов и деревьев появились в парке вместе с людьми.

В национальном парке обитают животные различных зоогеографических областей. Примерно 90 процентов территории парка и по сей день остаются не тронутыми человеком. Это другой Йосемит, бездорожный, почти неизвестный массовому посетителю. Здесь водятся около 80 видов млекопитающих (медведь барибал, чернохвостый олень, койот, белка, бурундук и др.). Одних пернатых 200 видов (сойка Стеллера, ореховка Кларка и др.).

Когда-то здесь водились гризли, а встречи с этими медведями опасны. Но теперь гризли в парке уже нет. Правда, другие медведи с короткой черной шерстью — барибалы — тоже иногда бывают опасными.

Оставшись почти без естественных врагов, размножились в невероятном количестве олени. На территории парка встречаются три их вида — колумбийский чернохвостый, калифорнийский и олень Скалистых гор. Чтобы они не составляли угрозу растительному покрову, принято решение ежегодно производить контролируемый отстрел животных.

В озерах парка водится форель, причем здесь разрешен ее спортивный лов. Для рыболовов выпускаются карты и перечни форелиевых озер (всего их 158).

Прекрасный ландшафт привлекает в Йосемитский национальный парк миллионы туристов. В праздничный день в знаменитой долине плотность отдыхающих бывает в три раза больше плотности населения в округе Лос-Анджелес: здесь, на восьмимильном пространстве, собираются до 50–70 тысяч человек в день. В год бывает более 2 300 000 посетителей. Такой популярностью не может похвалиться ни один другой национальный парк. Это стало возможным и благодаря приближенности парка к крупнейшим калифорнийским агломерациям.

Отдыхать в парке можно круглый год: кататься на горных лыжах, заниматься альпинизмом или скалолазанием, ловить форель на спиннинг, ездить на снегоходе, играть в гольф, плавать в бассейне. А жить по желанию можно как в палатке, так и в прицепном доме-фургоне или даже в отеле.

Здесь построена первоклассная автострада с односторонним движением — Йосемитская петля, в центральной части долины пользоваться индивидуальным транспортом запрещено. Из автобуса, предложенного администрацией парка, можно любоваться природой сколько угодно. Для велосипедистов проложены специальные дорожки. В случае необходимости посетители парка могут вызвать санитарный вертолет.

На берегах реки Мерсед расположены поселки Йосемит-Вилледж и Карри-Вилледж, в них постоянно живут около 1200 человек. Здесь есть больница и даже небольшая тюрьма (самый распространенный вид преступления в парке — мелкая кража).

В последние годы в Йосемите пытаются создать более равномерную рекреационную нагрузку. В „пиковые“ месяцы заезд гарантируется лишь тем, кто сделал предварительную заявку. С территории парка выводятся коммерческие предприятия, гаражи, магазины, здесь запрещено проведение различных съездов и симпозиумов.

Гранд-Каньон

Национальный парк США Гранд-Каньон (Большой Каньон) находится на северо-западе штата Аризона и занимает площадь 4931 кв. км. Он простирается почти на 170 км вдоль реки Колорадо и участка плато Кайбаб.

Еще в 1887 году сенатор Б. Гаррисон предложил организовать национальный парк в районе Большого Каньона. Позже, когда Гаррисон стал президентом США, он создал лесной резерват Большой Каньон. В 1908 году президент Т. Рузвельт объявил Большой Каньон национальным памятником природы. Побывав здесь, Рузвельт сказал, что Каньон — великая достопримечательность Америки, которую должен видеть каждый американец.

В 1919 году конгресс изменил статус Каньона, приняв закон об организации национального парка. Как национальный парк Гранд-Каньон был создан для охраны и рекреационного использования ущелья реки Колорадо.

Каньон формировался в течение примерно 10 миллионов лет. Сначала Колорадо текла по огромной низменной равнине. Спустя годы равнина начала медленно подниматься, а река ответила на эти изменения ускоренным темпом течения. Свое дело сделали оползни, талые воды и летние ливни. Благодаря им каньон расширился в среднем до 16 км. В нем обнажились горизонтально залегающие горные породы на глубину более 1,5 км с различной окраской (самые нижние вскрытые вертикальные слои относятся к архею, следующие за ними наклонные — к докембрию, а верхние горизонтальные — к палеозою и мезозою).

Здесь возникли едва ли не самые полные в мире геологические обнажения, по которым можно представить историю Земли за 2,5 миллиарда лет.

А. Банников и В. Борисов пишут: „Грандиозную панораму Большого Каньона и сверху, с края обрыва, тоже трудно охватить глазом. Красноватый, неземной пейзаж окутан синей дымкой, в которой то отчетливо, то едва вырисовываются очертания гигантских пагод, пирамид, башен, крепостных стен… Этот колоссальный сказочный город разноцветен. Пласты, слагающие останцы, то красные, то желтые. Под солнечными лучами некоторые розовеют, другие, ушедшие в тень, синие, почти черные. Кто знает, может быть, испанцы, назвав р. Колорадо „цветной“, имели в виду многоцветье обнажений Большого Каньона, а не саму реку. Ниточку реки с полутора-километровой высоты трудно отыскать в сумерках провала“.

Оползни, вода и ветер создали в стенах каньона очертания разных величественных фигур. Многие из них имеют названия: Вишну Темпл, Шива Темпл, и др.

Северная часть Каньона делится на два участка: ближе к реке расположен канадский участок (на высоте 2400–2500 м), выше — гудзонский (на высоте до 2700 м). Северные уступы выше южных примерно на 300–600 м.

Большой Каньон выглядит со стороны большим „слоеным пирогом“. Верхние первые 150 м фунта заняты серыми, буро-желтыми и красными известняком и песчаником. На протяжении следующих 100 м идет слой желтоватого песчаника. Далее, на глубину 70 м, протянулся слой красного песчано-глинистого сланца. Еще ниже на высоту 250 м разместились нижнепермские, или супайские, красно-серые образования песчаника и сланцев. Следующие 150 м идут отложения нижнего карбона в виде известняка из красных раковин и кораллов. Слой высотой Юме бледно-пурпурными девонскими отложениями. Дальнейший 150-200-метровый пласт заняли зеленовато-серые сланцы кембрийских образований. Потом начинается так называемое Гранитное ущелье.

По дну ущелья, сузившись до 100 м, течет со скоростью 15 км/час река Колорадо, уступающая по размерам только Миссисипи и Миссури. Ее глубина в среднем превышает 5 м, иногда достигает 15 м. Колорадо ежесуточно перекатывает по каньону по 500 тысяч тонн глины и песка, а также камней. Ущелье реки Колорадо имеет длину 349 км, ширину 8- 25 км, максимальную глубину 1900 м.

Большой Каньон интересен метеоусловиями. Зимой, когда наверху идет снег, в глубине ущелья температура поднимается до отметки 10° выше нуля. Летом наверху дневная температура бывает 25–30°. На дне каньона — выше 40°.

Интересна живая природа заповедника. На дне ущелья — пустынный мексиканский ландшафт с кактусами, агавами, юкками. На плато растут рощи из желтой сосны и дуба Гамбеля.

Кроме того, растительность на северном и южном склонах, а также уступах каньона существенно различается. Так, кайбабскую желтую сосну и голубую ель, распространенные в северной части, не встретишь на юге парка. На южном склоне, на высоте от 2000 до 2500 м над уровнем моря появляются сосны вперемежку с можжевельником.

Богата и фауна национального парка. На его территории обитают 100 видов птиц (дятлы, сойки, гаички, синицы, каролинские поползни и др.) и 60 видов млекопитающих (койот, серая лисица, енот, бурундук и др.). Но если на северных склонах можно встретить белохвостую кайбабскую белку, занесенную в Красную книгу как редкий вид, то на юге парка — лишь обычную светлоокрашенную, а также чернохвостого оленя. Кстати, в последнее время популяция этой белки сокращается из-за отсутствия пожаров на территории Большого Каньона, так как зверьки очень охочи до камбия молодых сосен, которых становится все меньше.

В парке обитают 25 видов рептилий и амфибий. У реки живут ящерицы, кактусовые крапивники, пустынные вьюрки и даже гремучая змея.

В начале 60-х годов XX века над парком нависла большая опасность. Федеральная комиссия по энергетике разработала план строительства каскада водохранилищ, которые могли затопить часть Каньона. Однако благодаря кампании в защиту заповедника конгресс не дал разрешения на строительство плотин.

Американский ученый Л. Леопольд попытался оценить 46 признаков уникальной речной долины. Среди них морфометрические и гидрографические (ширина и глубина русла, скорость течения, соотношение высоты и ширины долины и др.). Учитывались биологические факторы (цвет и мутность воды, плавающая растительность, водная фауна и др.). Значимыми оказались и социальные признаки (загрязнение, застройка, использование прилегающих земель). Так, ученый сравнил реку Хеллз-Каньон, где предполагалось также строительство плотины, с другими реками, образующими каньоны. И пришел к выводу, что Хеллз-Каньон имеет эстетическую уникальность. Однако по привлекательности он был признан все-таки вторым после знаменитого Гранд-Каньона.

Сейчас национальный парк Гранд-Каньон — один из главных в США мест туризма. Ежегодно его посещают более 2 миллионов человек. Большинство предпочитают смотреть на него сверху. Но ежедневно более тысячи человек спускаются вниз по тропам протяженностью около 15 км (в одну сторону). Вообще в национальном парке 8 туристских троп длиной 210 км. Одна идет параллельно левому берегу реки Колорадо, другая проходит вдоль правого берега, оставшиеся шесть тропинок пересекают каньон.

Тропы проходят по пустынной местности, где воду и тень найти проблематично, путешествие изнурительно даже для опытных туристов. Администрация парка советует не стремиться за день дойти до реки и обратно. Отправляясь в однодневный маршрут, нужно заранее решить, сколько часов вы в состоянии находиться в пути. По истечении трети назначенного времени необходимо повернуть обратно. Не стоит планировать пройти в час более одной мили при восьми часах движения в день. Администрация парка рекомендует обсудить заблаговременно вопросы передвижения по маршруту с рейнджером. Тот, кто не рассчитал свои силы, может совершить оставшуюся часть похода на муле или верблюде. Кстати, на маршруте предусмотрено 4 кемпинга и 44 места отдыха.

Н. Забелина замечает: „Для многодневного путешествия по каньону необходимо получить разрешение. Оно дается в виде небольшого листка, в котором перечисляются просьбы администрации: „Мы просим вашего сотрудничества на тропах каньона. Не разжигайте костров, пользуйтесь переносными плитками, уничтожайте следы вашего пребывания, делайте остановки в специально предназначенных для этого местах, не берите с собой собак и других домашних животных, не тревожьте природу“. Есть и другие советы, в разных вариантах повторенные в информационных буклетах, сопроводительных памятках, придорожных знаках, — не кормить оленей, не сдвигать и не бросать камни, не сходить с тропы, не ходить поодиночке. Все они выражены в форме просьбы, слово „запрещено“ не употребляется“. „Мы уверены, что сознательно вы не нанесете вреда ресурсам, которыми пришли восхищаться, — пишут авторы информационной листовки, — мы сообщим вам, как лучше избежать невольного ущерба“.

Наиболее оживленный участок парка у южного обрыва в Гранд-Каньон — там находится управление парка и музей. В северной части парка сравнительно тихо, ее предпочитают посещать любители дикой природы. Администрация парка в одной из листовок предупреждает: „Вы вступаете в мир дикой природы, поэтому будьте готовы ко всем неожиданностям и плохой погоде“.

Шенандоа

Парк Шенандоа был организован в 1935 году по решению конгресса США в западной части штата Виргиния. Парк занимает площадь 84 921 га и представляет собой узкую полосу, вытянувшуюся почти на 180 км параллельно долине реки Шенандоа. Расположен парк на Алпалачских горax, древнейших на планете (их возраст превышает 1 миллиард лет). Однако самая высокая точка парка — гора Хоксбил — высотой всего лишь 1215 м над уровнем моря.

Еще в 1929 году президент США Герберт Гувер решил сделать загородный филиал Белого дома, недалеко от Вашингтона. Его выбор пал на местечко, расположенное в 130 км от столицы. Здесь был приятный климат, красивая природа. Можно было заняться любимой рыбалкой, комары при этом не будут надоедать (их здесь просто нет). Гувер купил участок земли и построил для себя дом и несколько домиков для членов своего кабинета.

После того как конгресс принял закон об организации национального парка в Шенандоа, правительство штата Виргиния купило около 10 тысяч га земли и передало в дар федеральному правительству. В 1936 году президент Рузвельт предложил восстановить природу, сильно нарушенную поселенцами за два столетия. На территории парка было запрещено ведение сельскохозяйственных и лесозаготовительных работ, и за 40 лет лесная растительность полностью восстановилась.

Сейчас в парке произрастает около 100 видов деревьев и несколько сотен видов других растений. Лето здесь теплое (средняя температура июля 23–26 °C), продолжительное, зима короткая и мягкая, морозы бывают редко.

На территории парка обитают около 300 медведей (более трех особей на 1000 га), 200 видов птиц, несколько видов саламандр и змей, в том числе два вида ядовитых. За годы существования парка сюда вернулись истребленные белыми поселенцами белохвостый олень, медведь, рысь, индюк, енот, скунс, опоссум. Сейчас здесь много серых белок, бурундуков. В Шенандоа, как и в других национальных парках США, запрещены эксплуатация природных ресурсов, строительство новых зданий и дорог, охота, постоянное проживание. Однако даже незначительное строительство объектов ведется здесь с учетом особенностей парка, как правило, из дикого камня и дерева. В парках разрешается лов рыбы по лицензиям, продаваемым администрацией того штата, в котором расположен парк.

Проезд на велосипедах и мотоциклах по пешеходным тропам запрещен, так же как и проезд грузового транспорта по дорогам парка. Скорость передвижения легкового транспорта ограничена 60 км/ч, остановка вне специальных стоянок запрещена. Не рекомендуется сходить с тропы, курить вне специально отведенных для этого мест, хотя это и не считается серьезным нарушением. Те, кто оставляет за собой мусор или рубит деревья для костра, подвергаются крупному штрафу.

Контейнеры для мусора, которые есть в парке, закрываются от животных. Это делается не столько для поддержания чистоты, сколько для того, чтобы отвадить животных-попрошаек. В некоторых парках животные, привыкшие питаться пищевыми отходами, перестали бояться людей, тем самым стали угрожать жизни туристов.

В парке есть музей естественной истории, этнографический музей, лекционный зал. Информацию о парке туристы могут получить в специальных центрах, которые открыты почти круглый год.

В Шенандоа, как и в остальных парках, туризм рассчитан в основном на автомобилистов. В наиболее интересных местах устроены автостоянки, от которых идет кольцевая пешеходная тропа длиной 1–3 км к отдельным природным объектам — водопадам, каньонам, скалам. В Шенандоа проложено более 900 км туристических троп протяженностью от 2–3 до 170 км. Здесь проходит знаменитая Аппалачская тропа — древний путь индейцев, идущий на юг по склонам Аппалачских гор, через 500 км он достигает национального парка Грейт Смоки Маунтинз, самого популярного парка США. В парке вдоль Аппалачской тропы построено несколько приютов для туристов.

Вдоль автострады расположены кемпинги, гостиницы, рестораны и кафе, площадки для пикников, пункт проката лошадей. Места в кемпингах бронируются заранее, и находиться здесь можно не более двух недель. В кемпингах туристы могут подключить свой автоприцеп — дом на колесах — к электросети, водопроводу и даже канализации.

В Шенандоа каждый год в начале августа отмечаются дни Гувера, когда администрация организует бесплатные экскурсии в летнюю резиденцию бывшего президента, которая в остальное время года используется как правительственный загородный дом.

В начале 70-х годов XX века Шенандоа ежегодно посещали более 2 миллионов человек в год, но потом численность туристов несколько сократилась, сюда приезжают в основном ненадолго.

Как правило, доля туристов, приезжающих в парк на несколько дней, выше в крупных и удаленных парках (таких, как Йеллоустон, Йосемит, Гранд-Каньон, Биг Бенд) и ниже в небольших парках, расположенных недалеко от крупных городов. Этот факт позволяет сделать вывод, что основная масса посетителей парков США приезжает из близлежащих городов.

Научная работа в Шенандоа, как и в других парках, ведется в основном университетами и научно-исследовательскими институтами. Парк тщательно охраняется лесниками. На его территории действуют такие правила нельзя шуметь, ездить на велосипедах и мотоциклах, собирать цветы и сувениры, рубить деревья или вырезать на них свое имя. За браконьерство здесь предусмотрена конфискация транспорта и оружия, крупный штраф, за мелкое нарушение — штраф, выдворение из парка. На костер — и тот надо получить разрешение, а уходя, потушить его, забрав с собой отбросы, которые не могут сгореть в костре.

Пикники допускаются только на специальных площадках. Остановиться с прицепами и палатками можно лишь в кемпингах. К животным нельзя приближаться, нельзя их кормить.

В 1976 году 40 процентов территории Шенандоа были переведены в категорию дикой нетронутой природы.

Финансируется Шенандоа, как и другие национальные парки, из госбюджета Служба национальных парков США ежегодно расходует на их содержание около 1 миллиарда долларов. Но лишь 50 миллионов долларов в год удается компенсировать за счет входной платы. Однако, по мнению американских экономистов, национальные парки приносят государству доходы, превышающие в несколько раз расходы на их содержание. Это стало возможным за счет обслуживания посетителей в кемпингах и мотелях, принадлежащих национальным паркам, благодаря налогам с частных предпринимателей, которые обслуживают туристов как в парке, так и по дороге к ним.

По посещаемости американские парки существенно отличаются друг от друга. В 1980 году самый популярный парк Америки Грейт Смоки Маунтинз посетили 8,4 миллиона туристов, в то время как в парке Катмай побывали менее 12 тысяч человек. Из 47 миллионов туристов, посетивших все 48 национальных парков США в том же 1980 году, 35 миллионов туристов побывали всего в 15 парках.

Роберт Кан для изучения проблемы национальных парков проехал 32 000 км, побывал в тридцати с лишним парках и сделал вывод, что парки становятся жертвой собственной популярности. Если в 1941 году их посетили 21 миллион человек, в 1955 году — 50 миллионов, то уже в 1966 году — 137 миллионов, а в 1971-м — 200 миллионов. Поэтому в разгар сезона по дорогам парков тянется сплошной поток автомобилей. У гейзеров в Йеллоустоне могут собираться тысячные толпы народа. Парки оказались идеальным местом для воровства. Природа находится под угрозой эрозии.

ТАНЗАНИЯ

Серенгети

Национальный парк Серенгети (Танзания) — один из самых больших в Африке Он расположен в Восточной тропической Африке, на обширной равнине Серенгети. Простирается от границы с Кенией на севере до озера Эяси на юге, от ущелья Олдуваи (там доктор Л Лики обнаружил останки древнейшего человека) на востоке до озера Виктория на западе. Площадь парка Серенгети 1295 тысяч га.

Африканцы давным-давно облюбовали это богатое дичью местечко со сравнительно прохладным климатом. Представители племени ндоробо здесь охотились, люди из племени икома занималось земледелием, масаи пасли свои стада. Все было относительно спокойно до тех пор, пока плато Серенгети не открыли для себя европейцы.

В 1892 году здесь побывал со своим отрядом немецкий путешественник Оскар Бауман. Немного времени спустя в Серенгети устремились охотники, стали организовываться специальные охотничьи экспедиции — сафари, для чего снаряжались для отлова животных пешие отряды с носильщиками. В 1920 году американец Л Симпсон приехал в Серенгети на машине марки „Форд“. С этого момента началась эпоха автомобильных сафари.

„О! Как прекрасна природа, пока не приходит человек, чтобы испоганить ее!“ — возмущался нашествием колонистов в Южную Африку английский писатель Райдер Хаггард. Немецкий путешественник Ганс Шомбургк рассказывал, что у подстреленных горных козлов охотники отрезали языки, оставляя трупы на съедение гиенам, шакалам и коршунам.

В. Песков пишет: „Белые охотники“ из Европы, преследуя львов и желая выглядеть романтическими героями, создали миф об исключительной свирепости и кровожадности львов. Противостояние было таким: с одной стороны охотник с мощным нарезным оружием и с запасным ружьем, которое держит оруженосец, а с другой — преследуемый лев, защищенный только тем, что подарила ему природа“.

Б. Гржимек отмечает: „Только в одной охотничьей экспедиции (сафари) нередко убивали более сотни львов. Стрелки не в состоянии были тащить с собой такое количество шкур и потому довольствовались тем, что у каждого зверя в качестве трофея отрубали хвост“. Так, один охотник Джон Хантер рассказывал, что он за 90 дней убил 88 львов и 10 леопардов. Но Лесли Симпсону „везло“ больше: за год он убивал 365 львов. Причем если Хантер объяснял свою „ударную работу“ тем, что в течение девяти месяцев два льва-людоеда уничтожили 28 человек, участвовавших в строительстве дороги из Момбасы в Уганду и ему как уполномоченному властью приходилось принимать ответные меры (в округе не было других животных, которые могли бы послужить льву пищей), то Симпсон охотился за львами ради спортивного интереса.

Если бы люди продолжали бесчинствовать так и дальше, то крупным животным угрожало бы полное вымирание. Поэтому в 1937 году в Серенгети был организован резерват дичи, а в 1951 году местность Серенгети стала называться национальным парком.

Границы национального парка несколько раз менялись. Сначала северные районы у границы с Кенией не входили в его состав, но кратер Нгоронгоро был причислен к парку. В 1959 году восточная часть вместе с кратером была выведена за пределы парка, а северные районы, соединившие национальный парк Серенгети с резерватом Мара в Кении, правобережье реки Грумети были включены в его состав.

Профессор Бернгард Гржимек и его сын Михаэль, авторы книги „Серенгети не должен умереть“, исследовали пути миграций копытных и доказали: для того чтобы охранять стада кочующих животных, надо расширить границы парка (в сухой период животные уходят пастись к северо-западу от охраняемых территорий). К несчастью, Михаэль погиб в авиационной катастрофе во время одного из полетов над равнинами Серенгети. Его похоронили на самом гребне кратера Нгоронгоро. На сооружение памятника погибшему исследователю была собрана значительная сумма денег, но отец решил на эти средства создать научно-исследовательскую лабораторию имени Михаэля Гржимека. Позже на основе лаборатории был открыт Международный научно-исследовательский институт Серенгети.

Количество животных с каждым годом растет, а это создает новые проблемы охраны ландшафтов и природного равновесия.

На равнинах Серенгети пасутся более миллиона крупных копытных, и тысячи хищников ищут пропитание среди их стад. Таких скоплений диких животных нельзя увидеть больше нигде в Африке, да и во всем мире. По словам очевидцев, земля Серенгети кажется черной от животных. Здесь обитают представители почти всей фауны Африки (антилопы, гиены, страусы, зебры, львы, слоны, жирафы, носороги и т. д.). По подсчетам специалистов, в Серенгети проживает около полумиллиона антилоп Томсона и Гранта, 350 тысяч гну, 180 тысяч зебр, 43 тысяч буйволов, 40 тысяч топи, 20 тысяч конгони, 15 тысяч канн, 7 тысяч жирафов, более 2 тысяч слонов, 2 тысяч гиен, 1 тысяча львов, 500 бегемотов, 500 леопардов, 200 носорогов, 200 гиеновых собак. Только крупных животных здесь насчитывается полтора миллиона.

Проезжая по национальному парку Серенгети, можно встретить стадо антилоп гну, группу горных козлов, жирафов. На тысячу копытных животных приходится, например, один лев. Водители без особого опасения возят посетителей в район, контролируемый львом и его семьей, которые обычно настроены миролюбиво и подпускают к себе туристов довольно близко.

Изучением и охраной животных занимаются люди, получившие квалифицированную подготовку в течение трех лет в единственном в своем роде во всей Африке учебном заведении, расположенном в Танзании.

Американский зоолог Джордж Шаллер рассказал о своей работе в национальном парке Серенгети на страницах одного из журналов, издающихся в США. Большую часть времени он проводит со своим помощником на вездеходе: выслеживает львов, а затем „стреляет“ в них медицинскими шприцами, наполненными усыпляющим веществом.

Подстрелив льва, Шаллер и его помощник тут же направляются к жертве. Некоторым львам ученый прикрепляет к мочкам ушей большие ярко-красные клипсы, которые позволяют издалека заметить льва, другим надевает нечто вроде ошейника с вмонтированными маленькими радиопередатчиками. За минуту ученые измеряют животным температуру, берут кровь на анализ. Немного времени спустя лев поднимается с земли и уходит восвояси.

Благодаря новым способам исследования удалось узнать о львах очень многое. Только в Серенгети водятся львы, лазающие по деревьям, спасаясь от мухи цеце. „Царь зверей“ общеизвестный лентяй — из двадцати четырех часов в сутки он спит не менее пятнадцати.

Сотрудники парка также выяснили, что взрослые львы надежно охраняют места, где львицы растят потомство. Отправляясь на охоту, львица прячет детенышей иногда на целые сутки в зарослях. Когда детки подрастают, матери берут их на охоту. Когда молодому льву исполнится год, он уже может охотиться сам. В его лапы попадаются обычно больные и слабые животные, потому что лев не может развить скорость более 55 км в час, а газель Томсона, например, преодолевает 80 км равнины за час. Копытные могут приблизиться ко льву на расстояние 350 м, ничем не рискуя. Иногда львам приходится довольствоваться падалью или останками животных, задранных другими хищниками, а львята даже становятся жертвами других зверей. Однажды в парке Серенгети произошел такой случай. Львица спрятала двух детенышей в зарослях и отправилась на охоту. На расстоянии полутора километров от укромного местечка ей удалось поймать антилопу. Львица вернулась за малышами. Пока она несла одного детеныша, леопард вмешался в дележ пищи: он успел полакомиться антилопой, а потом схватил оставленного львенка.

Львы обычно оставляют в покое носорогов, не связываются и со слонами (рассерженный слон может одним взмахом хобота сломать льву позвоночник). А на буйволов львы охотятся целой стаей.

Однажды служитель парка объезжал на машине территорию и увидел, как огромными скачками пятнадцать львов преследовали стадо буйволов. Пересчитав львов, служитель внезапно почувствовал, что на сиденье его машины опустилось что-то тяжелое. Повернув голову, он обнаружил сидящую рядом с собой львицу, бежавшую последней. Мужчина выскочил на ходу из джипа, чему явно удивилась спешащая за добычей львица. После того как неуправляемая машина врезалась в дерево, львица помчалась догонять своих.

Численность львов в Серенгети почти не меняется. Тысяча львов уничтожает не так уж много травоядных и в то же время не дает им расплодиться настолько, чтобы эти животные испытывали дефицит в пище. „Лев царит, не принося вреда Серенгети. Эти звери — неотъемлемая и ценная часть заповедника“, — говорит Джордж Шаллер.

В северной части Серенгети можно встретить дрофу или цесарок. Часто попадаются стада гну по несколько сотен голов, зебры, стада газелей Томсона, а среди кустарников — лиророгие газели импала. Здесь можно увидеть небольшие группы топи и конгони, жирафов, кафрских буйволов, слонов. Среди зарослей можно заметить одиночную львицу. Спешат куда-то чепрачные шакалы. Заняты охотой гепарды. Грифы и стервятники парят в небе.

Гну и зебры ежегодно мигрируют по территории национального парка и за ее пределами. В разгар сухого сезона гигантские скопления копытных собираются в северной и северо-западной частях парка, в долинах рек Мара и Грумети, впадающих в озеро Виктория. В дождливый сезон стада гну и зебр перебираются к югу и юго-востоку. В декабре, когда саванны между Серонерой и ущельем Олдуваи покрываются свежей зеленью, туда приходят стада гну и зебр. В конце мая — начале июня равнины восточной части Серенгети высыхают, и стада гну начинают миграцию. При этом массовом переселении бесконечно, за горизонт тянутся стада черных гну с группами сопутствующих зебр. А следом за копытными двигаются их спутники — львы, гепарды, гиены. Они набрасываются при любом удобном случае на свою жертву — в первую очередь на больных и раненых животных.

Административный центр национального парка Серенгети — маленький поселок Серонера, находящийся на высоте 1525 м над уровнем моря. Здесь расположены управление национального парка, небольшой музей, отель „Серонера-Лодж“, палаточный лагерь Сафари-кемп и дома для сотрудников парка. Недалеко находятся здания Научно-исследовательского института Серенгети и лаборатории имени Михаэля Гржимека.

Рядом с границей с Кенией, в северной части Серенгети, расположен отель „Лобо“ — трехэтажное здание с открытыми верандами и галереями, буквально встроенное в скалы (даже бассейн для купания сооружен в одной из глыб). Животными здесь можно любоваться лишь с балконов, а первый этаж занят служебными помещениями. Выйти из отеля можно только во внутренний дворик между скалами, а оттуда выехать на машине через узкую расщелину. Такие предосторожности связаны с повышенной опасностью — около отеля любят пастись буйволы и антилопы, ночью к жилищу может подойти лев, от рычания которого дребезжат стекла.

Нгороргоро

Охраняемая территория Нгоронгоро находится на севере Танзании (вместе с примыкающим национальным парком Серенгети образует самый большой заповедник в мире).

Гигантский кратер Нгоронгоро и его окрестности (обширные пространства вулканического плато с саваннами на востоке и крупными потухшими вулканами Олмоти, Олдеани, Эмпакаи на западе) были выделены в 1959 году из состава национального парка Серенгети (сейчас они составляют особый резерват).

С. Кулик пишет: „Через прорубленную просеку открываются дали сине-лилового Нгоронгоро, самого большого кратера земли. На дне его блестит зеркало озера, желтеют пыльные плешины саванны, по которой муравьиными точками движутся стада зебр, гну, газелей. Это гигантский зоопарк, созданный в чаше вулкана самой природой. Здесь обитают двадцать пять тысяч крупных диких животных. Такого места в мире больше не найдешь“.

Кратер потухшего вулкана Нгоронгоро — самый большой в Африке и один из крупнейших на земном шаре — представляет собой огромную впадину площадью около 264 кв. км, в диаметре около 25 км и глубиной 600 м. Общая площадь охраняемой области Нгоронгоро составляет 828,8 тысячи га. Здесь очень благоприятные климатические условия, богатая флора и разнообразная фауна.

5-7 миллионов лет назад чаша Нгоронгоро была жерлом вулкана. Позже, когда конический вулкан рухнул, образовалась округлая кальдера, заполненная лавой. Сейчас со смотровой площадки на высоте 2286 м над уровнем моря открывается вид на плоский овал кратера. По склонам стекает множество ручьев с чистейшей водой, питающих озеро Магад. На дне гигантского кратера растет трава, акация. Для того чтобы спуститься в кратер, нужно проехать по гребню более 25 км на микроавтобусе, а потом спуститься вниз на лендровере. Машины по дну кратера ездят только по определенному маршруту, стараясь не нарушать среду обитания животных. До шести вечера нужно успеть выбраться на вершину кратера, потому что в тропиках в семь часов вечера уже ночь, сумерек здесь почти не бывает.

Вот какой увидели „воронку“ кратера А. Банников и Н. Дроздов: „Гигантская чаша кратера, слегка окутанная по краям утренней дымкой, лежит у наших ног. Круто вниз обрывается поросший густым кустарником склон, глубоко внизу — плоское днище зеленовато-серого цвета с несколькими темно-зелеными пятнами лесных островков и белесой поверхностью озера. А вдаль дугой по горизонту уходит стена кратера, и противоположный край едва просматривается в сероватой мгле“.

Восточные склоны Нгоронгоро покрыты густым тропическим лесом. На пути к гребню кратера встречаются крупнолистые кротоны, альбиции высотой до 30 м и кассипуреи, их ветви увешаны эпифитными мхами и орхидеями. В глубине парка можно увидеть ободранные стволы деревьев (поработали слоны). В целях защиты некоторые стволы обертывают металлической сеткой, и слоны их не трогают.

Ближе к вершине кратера лесные пейзажи все чаще сменяются травянистыми лужайками. Путь к дну кратера не менее живописен. Склон буквально усыпан крупными валунами, поросшими колючим кустарником и темно-зеленым молочаем, украшенным розовыми соцветиями. На самом днище кратера расположен лес Лераи, в котором растет желтокорая акация, а под кронами деревьев простираются заболоченные луга.

Многообразна и фауна заповедника Нгоронгоро. Там обитает пять видов самых крупных африканских животных: слон, бегемот, носорог, лев и буйвол. Всего проживает в заповеднике примерно 25 тысяч животных разных пород. Хотя и эти цифры приблизительные, так как кратер не представляет собой замкнутой экосистемы, его обитатели свободно перемещаются в соседний заповедник Серенгети.

Под кроной огромных акаций в Нгоронгоро пасутся четыре десятка слонов. Слон, миролюбивый по своей природе (иногда на его спине можно увидеть отдыхающих белых цапель), обычно предпочитает уйти подальше от человека. Если у приближающегося слона уши оттопырены, а хобот опущен — не стоит его бояться. Но если у животного уши прижаты и хобот поднят, будьте начеку — оно опасно. Кстати, слоны, несмотря на свои размеры, перемещаются бесшумно, поэтому расслабляться в местах их обитания нельзя. Из-за инстинкта самозащиты слон может внезапно напасть.

Около двух десятков черных носорогов (на самом деле они не черные, а белые — от купания в щелочной грязи) постоянно живут на территории кратера, а в 1960-х годах их насчитывалось не меньше сотни. Большинство из них любит пастись в нижней части склонов. Эти животные редко болеют, львы на них нападают нечасто, единственную опасность для них представляют браконьеры.

В кратере Нгоронгоро живут около 40 бегемотов.

На берегу водоема можно встретить львов с гривой, черной от полчищ надоедливых мух цеце. 50 львов, обитающих на территории заповедника, уничтожают за год около семи процентов живущих здесь травоядных.

Однако самые активные хищники в кратере Нгоронгоро не львы и не многочисленные шакалы (их здесь три вида), а гиены (их на территории резервата около 370 особей). Они охотятся ночью группами на гну и зебр. Выбрав жертву, гиены преследуют ее, пока та не падает от усталости. Их боится даже лев. Престарелые и отбившиеся от прайда львы погибают, когда на них нападают эти животные. О. Ефремов пишет: „Вопреки общепринятому представлению гиена, отороченная пухом мордочка которой невольно вызывает симпатию, питается не только падалью. Эти пятнистые животные днем совершают молниеносные атаки на фламинго. Им попадают на обед, как правило, только ослабевшие или больные птицы. Золотые шакалы норовят урвать кусок у гиен, которые, в свою очередь, разворовывают до трети львиной добычи“. Правда, чуть позже львы могут отогнать гиен от их собственной добычи, и гиенам не остается ничего другого, как ждать, пока львы насытятся. Площадь кратера поделена между несколькими кланами гиен, имеющими на своей территории норы для отдыха.

В кратере вулкана обитает всего десять леопардов, примерно 10 гепардов, зато рысь, каракал, агрессивный кот сервал нередки в Нгоронгоро.

По отмели озера Магад бродят в поисках пищи многочисленные шакалы. Еще здесь водятся около 20 гиеновых собак. Кроме того, живут зебры, бизоны, газели, антилопы гну и Томсона, болотные козлы. Общее количество крупных копытных в кратере составляет около 22 тысяч голов (в том числе около 14 тысяч гну, почти 5 тысяч зебр, примерно 3 тысячи антилоп Томсона). Травоядные избегают заболоченных пастбищ, в основном они держатся северных и восточных склонов Лозирус и Олмоти.

Стада антилоп гну забредают сюда, когда травы подрастут. Потом приходит пора антилоп денди, газелей Гранта, газелей Томсона. В долине можно встретить также газелей дикдики величиной с зайца, красноватых, с белыми полосками антилоп бушбоков, кабанов-бородавочников с витыми клыками, муравьедов с торчащими ушами и голым хвостом.

А вот жирафов в Нгоронгоро нет. Они не способны спуститься в такую глубокую котловину, их можно видеть лишь на подступах к национальному парку.

Бабуины кормятся на лесной поляне, а в кроне деревьев ведут активную жизнь мартышки.

Орнитофауна заповедника представлена 500 видами пернатых. Здесь живут попугай, птица-секретарь, венценосный журавль, цесарка, европейский и лесной желтоклювый аист, африканский марабу, пеликан. По веткам акаций снуют бананоеды.

Озеро Магад населяют тысячи ярко-розовых фламинго, большие и малые (эти виды отличаются и интенсивностью окраски — малый фламинго ярче). Здесь же можно увидеть перепелок, зуйков. Щебечут скворцы, кружат коршуны, перелетают в зарослях кустарника с места на место длиннохвостые вдовушки. На краю болота пасется аист ябиру. В траве прячется дрофа. В маленьких озерках плавают утки, нашли здесь себе среду обитания ибисы, нильские гуси, лысухи.

Чтобы ничем не беспокоить животных, в парке запрещено подавать звуковые сигналы и даже разговаривать громким голосом.

Кратер представляет интерес и с археологической точки зрения. Как-то при раскопках в ущелье Олдуваи к западу от кратера здесь были обнаружены скелеты ископаемых животных и останки древнейшего человека-зинджантропа.

На территории резервата Нгоронгоро сохранено несколько селений скотоводов-кочевников масаи, которые до сих пор не изменили своего уклада жизни. Их хижины, окруженные забором из колючих веток кустарников, а также самих жителей, вооруженных длинными копьями, можно увидеть в кратере Нгоронгоро. Масаи не занимаются охотой, а значит, не наносят прямого ущерба местной фауне. Однако их домашний скот пасется на тех же пастбищах, что и травоядные копытные, а это создает определенную проблему в сохранении природного равновесия. При всем своем типичном обличье и виде жизнедеятельности масаи уже не те. Они ловко зарабатывают деньги на своей экзотической внешности. Поджидают у рынка иностранцев и за определенную плату разрешают фотографироваться с ними.

Несколько слов стоит сказать об обустройстве заповедной зоны Нгоронгоро. Невозможно оставить без внимания въездной кордон в заповедник: по обе стороны дороги стоят две „половинки“ распиленного пополам бревенчатого дома. В нескольких шагах от дороги стоит памятник — пирамида, сложенная из гранитных камней, — Михаэлю и Бернгарду Гржимекам, исследователям фауны Африки. На надгробной табличке надпись: „Михаэль Гржимек. 12. 4. 1934 — 10. 1. 1959. Он отдал все, что имел, даже свою жизнь, за то, чтобы сохранить диких животных Африки. Профессор Бернгард Гржимек. 1909–1987. Жизнь, отданная заботе о диких животных. Лучше зажечь одну свечу, чем проклинать темноту“.

Покатавшись по кратеру, путешественники находят ночлег в гостинице „Дикая природа“, которая состоит из нескольких одноэтажных корпусов и отдельных домиков под зелеными жестяными крышами. Иногда на территорию гостиницы по ночам забредают дикие звери, и чтобы не произошло несчастного случая, служащие гостиницы провожают с фонариками посетителей кратера. Тут же, на территории гостиницы, находится администрация парка. Почти на краю кратера расположен ресторан, славящийся отменной европейской кухней.

Дороги-серпантины, ведущие в кратер и обратно, с односторонним движением. Когда проедешь на лендровере по узкой каменистой извилистой дороге, становится очевидно, что другой дороги здесь и не может быть: в ином случае встречным машинам не разъехаться. Более того, узкие дороги служат естественным ограничителем наплыва туристов. Хотя число ежедневных экскурсий в кратер теперь уже близко к максимально допустимому.

Недалеко от заповедной зоны в деревне Мтова-Мбу есть базар. На его прилавках обилие бананов, авокадо, папайи, батата, помидоров. Насыпаны горками фасоль и рис. Отдельно продается мясо. Ближе к дороге расположены лавки с фигурками из черного дерева, изображающими животных, воинов-масаи. Здесь же продаются копья и щиты масаи.

В Танзании заповедники занимают 3 процента всей площади страны (на них проживает более миллиона различных животных).

Маньяра

Национальный парк Маньяра (Лейк-Маньяра) был основан в 1960 году и занимает территорию 8550 га в области Аруша, Танзания. Расположен на западном берегу озера Маньяра, у подножия рифтового обрыва. Свое название национальный парк получил от озера Маньяра. Он представляет собой узкую полоску земли на северо-западном берегу этого озера.

Для туристов городок Аруша в северной Танзании — это „столица“ знаменитых национальных парков Танзании: Маньяра, Нгоронгоро, Серенгети. Отсюда путешественники начинают знакомство с природными богатствами Африки.

Парк Маньяра находится примерно в 100 км от Аруши. Подъезжая к парку, можно видеть гигантский уступ Великого африканского разлома, или Рифтовой долины. Она, окаймленная вулканами, была образована несколько миллионов лет тому назад на Африканском материке. Большинство из вулканов уже недействующие, но вулкан Ленгаи, так называемая Гора бога, еще „не спит“ (его хорошо можно видеть отсюда). В районе Рифтовой долины расположено маленькое селение Мтова-Мбу (на языке суахили — комариный ручей, или Москитовая река). Действительно, река, давшая название поселку, представляет собой небольшой ручеек, а само селение — множество хижин вокруг живописного базара, где можно купить плетеные изделия из тростника, рогоза, коры.

Кстати, до настоящего времени масаи не изменили ни своего образа жизни, ни своей одежды. Все так же носят темно-синие покрывала, браслеты из бусинок, серьги, которые оттягивают мочки ушей до плеч. В руках все те же копья и длинные ножи. Однако теперь масаи зарабатывают на своей колоритной внешности, поджидая у рынка иностранцев и позволяя с ними фотографироваться за определенную плату.

Поднявшись вверх по извилистой дороге и свернув налево, путники оказываются перед въездом в национальный парк Маньяра.

Здесь нужно быть готовым к ослепительному солнцу и влажности. Конечно, можно выйти из автобуса на специальной площадке, но от этого легче не станет. Невозможная жара и невообразимая вонь от птичьего помета. Тем не менее те, кто побывал здесь, говорят, что уходить из парка не хочется, живая природа притягивает к себе и завораживает.

Маньяра — масайское слово. С. Кулик объясняет его происхождение: „Так называется дерево, разновидность эуфорбии, из колючих веток которого масаи обычно делают изгороди вокруг своих дома и загонов для скота. Отсюда же произошло слово „маньятта“, которым большинство нилотских народов называет деревни. Эуфорбии в парке, действительно, много, но не ей, а раскидистым желтым акациям обязан парк своей известностью. На акациях любят отдыхать львы. Они встречаются здесь в самых неожиданных позах — то вытянувшись вдоль ствола, то заклинившись в рогатку ветвей. В парке надо держать ухо востро. Акации есть и в других парках, но „висячие львы“ — почему-то только в Маньяре“.

Возможно, в кронах акаций львы спасаются от жары, хотя там днем даже сильнее докучают мухи цеце. Возможно, они выбрали акацию местом своего пристанища потому, что опасаются во время сна попасть под копыта потревоженного стада буйволов или слонов, которых водится в этой местности довольно много.

Территория парка протянулась узкой лентой между берегом озера и обрывом, встречаются болота. Саванна Восточной Африки представлена многочисленными видами злаков.

Лес в Маньяре довольно густой, напоминающий настоящий тропический. В нем произрастают сикомора, тамаринд, колбасное дерево, пальмы, характерен густой подлесок и травостой. Удивительный островок почти тропической зелени в зоне саванн. Его происхождение в здешних местах можно объяснить тем, что с вулканического лавового склона сбегает множество ручейков и рек, которые питают почву влагой круглый год.

Хотя здесь же, на территории парка, встречается и более сухая местность с разреженным лесом из пальм и желтокорой акации или дерева желтой лихорадки (в прошлом веке думали, что оно служит источником малярии).

В Маньяре есть и один из долгожителей планеты — баобаб (с помощью радиоуглеродного метода удалось доказать, что дерево со стволом диаметром 4,5 м живет на свете более 5,5 тысячи лет).

В безлистный период баобаб похож на дерево, перевернутое корнями вверх. Он обладает мягкой и влажной древесиной, отчего легко поражается грибками, поэтому стволы деревьев часто бывают полыми (и этим люди пользуются — в одном поселке Северной Австралии в дупле площадью в 36 кв. м сделали даже тюрьму).

Цветет баобаб обычно в безлистном состоянии крупными белыми цветками, которые живут всего одну ночь. Плодами — коробочками размером с дыню — любят лакомиться обезьяны. А слоны поедают эти деревья почти целиком.

По преданию, тому, кто встанет под ветви баобаба, он даст все, что тот попросит. И это недалеко от истины: местные жители используют сырье баобаба на все сто процентов. Они получают из дерева волокно для веревок и ниток. Из толченой коры и сухих листьев делают порошок, который может заменить соль и перец. Свежие листья едят как салат. Плоды тоже съедобны, даже в сыром виде.

Несмотря на небольшие размеры, район национального парка Маньяра чрезвычайно плотно населен. Исключительно богат орнитофауной, особенно в период пролета палеарктических птиц (здесь зарегистрировано 380 видов птиц). Например, в этом районе обитают нильские гуси, молотоглавые цапли, пеликаны, различные кулики. В озере Маньяра живет больше двух миллионов пернатых почти пятисот различных видов.

Из крупных животных в парке водятся черный носорог, жираф, зебра, антилопа гну, импала, буйвол и др. Среди густых зарослей пасутся слоны, к которым всегда следует приближаться с осторожностью (даже сидя в автомобиле, нельзя быть абсолютно уверенным, что слон не представляет опасности). Буйвол и носорог, нападая на машину, могут помять кузов, а разгневанный слон в состоянии перевернуть автомобиль и добраться до пассажиров. Кстати, следы, оставленные слоном, можно видеть повсюду. Это пережеванная и выплюнутая кора акации торхилес, ободранные стволы деревьев (неслучайно некоторые из них обернуты металлической сеткой, так как запах металла отпугивает животных).

В этом национальном парке много львов (три льва на каждые две квадратные мили) и леопардов.

Бабуины охотно идут на контакт с посетителями, надеясь получить от них случайную подачку. Но любая попытка подкормить животное в национальном парке карается крупным штрафом. Правда, тот, кто захочет попотчевать „хозяев“ парка, должен быть начеку: обезьяны могут запросто вцепиться в своего „благодетеля“ и нанести существенные раны. В основном бабуины живут на земле, занимаясь сбором насекомых, пауков, моллюсков, фруктов, корней растений. Но спят на деревьях. Мартышек с длинными хвостами можно видеть тут же, однако, в отличие от бабуинов, они почти все время проводят на деревьях.

На лужайках пасутся шлемоносные цесарки — крупные куриные птицы с ярким пятнисто-синим оперением и роговым выростом в виде шлема.

На вершинах деревьев можно заметить огромные гнезда, которые свили себе белоспинные грифы.

Люди, побывавшие в Маньяре, утверждают, что несколько видов животных спокойно может уместиться здесь в одном фотокадре. Обилие и разнообразие животных легко можно объяснить богатством растительности и постоянным источником воды.

Парк Маньяра известен среди ученых еще и тем, что там профессор Бернгард Гржимек проделывал интересные опыты с пластиковыми надувными в натуральную величину слонами, носорогами, львами, которых он получил из Нюрнберга. Гржимек ездил по парку и подсовывал подставных зверей настоящим, для того чтобы узнать, с помощью каких органов чувств животные находят себе подобных. Пластиковые звери были довольно смешными: у льва на голове было нечто типа спасательного круга, слон был очень светлый, а носорог — полосатый.

Животные Маньяры отнеслись к пластиковым зверям вполне серьезно. Львицы заигрывали с улыбавшимся ложным львом, львы грозно рычали на них. Слоны при виде игрушечных нахальных чужаков интересовались пришельцами, даже становились в угрожающие позы, но всякий раз в последний момент уходили восвояси.

Там, в Маньяре, с профессором Гржимеком встретился российский географ Сергей Кулик. При разговоре с ним именитый профессор, автор книги „Серенгети не должен умереть“, сказал: „В этом тесном мире нам надо оставить место для диких животных. Тем более что это выгодно не только им, но и нам. Африканцы начинают понимать это и смотреть на свою природу как рачительные хозяева. Пока что, правда, они довольствуются главным образом доходами от туризма, который существует исключительно за счет того, что в Африке есть национальные парки с крупными животными. Потом, я уверен, они перейдут к более сложным делам: восстановлению поголовья, расселению зверей, их разумному использованию. Я считаю, что если молодым африканским странам удастся сохранить животный мир, то это будет одним из их наиболее выдающихся вкладов в цивилизацию. В колониальные времена европейцы из-за своей алчности уничтожили почти девяносто процентов всей тропической фауны. Многие животные в Африке (да и во всем мире) были истреблены до того, как их успели описать ученые. Сейчас у меня особое беспокойство вызывает судьба человекообразных обезьян. Ведь вместе с ними исчезнет последняя возможность изучать эволюцию обезьян не только по ископаемым черепам“.

ФРАНЦИЯ

Камарг

Заповедник Камарг занимает территорию 13 500 га во французском департаменте Буш-дю-Рон, в низовьях самой крупной реки Франции — Роны. Камарг был основан в 1928 году по инициативе профессора Луи Манжена, тогда президента Французского национального общества охраны природы. Земли резервата были взяты в аренду у химической компании Пешине, в 1959 году договор продлили еще на 75 лет.

В районе Камарга очень щедрое солнце: оно светит около 2800 часов в году. Для заповедника характерны солонцы, солончаки, песчаные дюны, соленые озера, болота, галофильная растительность.

Когда в конце XVIII века была построена защитная дамба Большой Роны, в северном Камарге появились виноградники и поля люцерны. Позднее большие площади были заняты и рисовыми полями.

Сейчас вдоль берегов тянутся леса из белого тополя, ясеня, ильма и ивы. Пресноводные болота заросли камышом, тростниками, осокой и др.

Между болотами, озерами и лагунами, на высоких участках, где почва менее засолена, образуются сухие луга, где произрастают дикие ярко-красные гладиолусы, желтые фиалки, девясил и ирисы.

Камарг — единственное место во Франции, где в большом количестве встречается можжевельник 6–7 м высотой и 50 см в диаметре, несколько видов кермека и солеросов.

Фауна Камарга очень богата. Особенно много здесь птиц: более 300 видов птиц гнездятся, зимуют и останавливаются на пролете. Гнездятся розовые фламинго, различные утки, чайки, крачки, кулики.

Обилие птиц объясняется благоприятным климатом: теплой зимой, не очень жарким летом и умеренным количеством осадков.

Фламинго питаются мелкими ракообразными и моллюсками на соленых болотах и лагунах. А селятся птицы на островах, строя гнезда из грязи и стеблей солероса. Обычно в Камарге живут около 15 тысяч фламинго, из них примерно треть здесь зимуют.

Камарг — прекрасное место для зимовки европейских уток. Здесь собирается до 150–250 тысяч этих птиц. Больше всего зимует чирков-свистунков и крякв.

Переживают в заповеднике зиму шилохвост, широконоска и красно-головый нырок, кулик, чибис и др.

В Камарге множество чаек (серебристые, морские, сизые, малые) и крачек (пестроносая, белощекая речная и малая, черная, белокрылая).

Из хищных птиц встречаются черные коршуны (красные бывают на пролете), камышовые луни и обыкновенные пустельги.

Фауна млекопитающих Камарга гораздо беднее. Здесь обитает около 30 видов зверьков, обычных и для других районов Европы (еж, заяц-русак, кролик, белка, полевки, мыши, крысы, лисица, барсук, ласка). Очень редко встречается выдра.

Полудикие лошади и быки здесь живут в условиях, близких к естественным. Камаргские лошади рождаются черными, но позже, с годами окрашиваются в белый цвет. Оказывается, что светлая окраска животных меньше привлекает слепней и кровососущих, чем темная.

А. Банников пишет: „Лошади Камарга действительно отличаются некоторыми чертами примитивных пород домашних лошадей (но не дикой лошади — тарпана, как об этом иногда пишут). Вероятно, еще в Средневековье в результате опустошительных войн одичало несколько сбежавших лошадей, и многие поколения животных жили на полной свободе. И сейчас полувольные табуны камаргской лошади пасутся круглый год по лугам и болотам дельты Роны. Интересно, что жеребята здесь родятся всегда вороными (черными) или темно-гнедыми (рыжевато-бурыми), к четвертому году они становятся серыми и постепенно светлеют, пока во взрослом состоянии не становятся совершенно белыми. Камаргские лошади очень осторожны и близко к себе не подпускают. В прошлом жеребят постоянно ловили, объезжали и использовали для верховой езды, в том числе для праздничных игр и представлений“.

Камаргский полудикий бык сохранил едва ли не больше всех других домашних быков признаки тура, исчезнувшего в Центральной Европе еще в XV веке. Сейчас эти быки используются в Камарге для театрализованных представлений „Бег с кокардой“, во время которых смельчаки, одетые во все белое и безоружные (а их бывает до 20 на арене), должны сорвать стрелку-кокарду, воткнутую между рогами разъяренного быка. Приз присуждается не человеку, а быку, у которого после 15 минут пребывания на арене кокарда останется целой и невредимой.

На другом представлении с быками „Феррида“, которое устраивается каждое воскресенье сентября, конная группа пастухов на камаргских белых лошадях гонит годовалого бычка в толпу публики; смельчаки стараются схватить бычка за рога, пометить его железным клеймом и отпустить.

Из амфибий и рептилий в Камарге обитают зеленая лягушка, квакша, болотная черепаха, ящерица, уж, перепончатопалый тритон, испанская чесночница, веретенообразный сцинк и др.

Представление об образе жизни коренных обитателей этого региона Франции можно получить в музее Камарга, расположенном недалеко от Альбарона. Кроме того, здесь можно посмотреть средневековые оборонительные сооружения в Эг-Морте, амфитеатры в Арле и Ниме.

Местные жители Камарга любят праздники. Поэтому на арене в Арле можно видеть бой быков, а в Ниме отметить Троицу. В Сен-Мари-де-ля-Мер один раз в год (24–25 мая) совершают паломничество цыгане, которые прибывают сюда со всей Европы почтить свою защитницу святую Сару.

В Камарге можно великолепно отдохнуть. Вдоль побережья от устья реки Роны до Сен-Мари-де-ля-Мер протянулись широкие песчаные пляжи. На многих пляжах любителям конного вида спорта предлагают совершить конные прогулки, а в местных пунктах проката предоставляют в пользование велосипед.

Гурманам, очевидно, понравится местная кухня. Особенно пикантное блюдо — доб де гардиан (жаркое из говядины в красном вине, со свежими травами и чесноком). К этому блюду подают овощи.

Вануаз

Национальный парк Франции Вануаз был создан в 1963 году. Он расположен в юго-восточной части Франции (на юго-западе Альп) на границе с Италией, в департаменте Савойя. На протяжении 14 км граница Вануаза совпадает с границей национального парка Гранд Парадиз.

Площадь парка — 52,8 тысяч га, охранная зона занимает 145 тысяч га. Причем собственно территория парка расположена на 11 га (они заняты служебными зданиями). 85 процентов территории парка принадлежит местным коммунам и 15 процентов — частным лицам. Постоянного населения на территории парка нет, лишь пастухи с семьями живут здесь летом.

Парк расположен на высоте от 1250 до 3855 м над уровнем моря (более ста его горных вершин поднимаются на высоту 3000 м).

Для парка характерны четыре ландшафтные зоны: горно-лесная, субальпийская, альпийская и нивальная. Пихтовые леса покрывают среднегорье Вануаза (на высоте 1500–1600 м над уровнем моря). Выше (до 2000 м) растут сосна и ель.

Леса сменяются субальпийскими и альпийскими лугами. А потом расположен пояс, где незначительная растительность покрывает отдельные камни. Еще выше расположены вечные снега.

В парке произрастает более тысячи видов растений. Весной альпийские луга покрываются разноцветными крокусами, примулами, анемонами. Здесь же можно встретить несколько видов рододендрона и азалии, эдельвейс, альпийские астру и лилию, лилию Мартагон, ледниковый лютик.

Из копытных животных много серн (около 5000 особей). Но особым вниманием посетителей и служащих парка пользуется альпийский горный козел — для его сохранения и воспроизводства и был организован этот парк. Со времени организации парка численность этого животного возросла с 30 до 600 голов.

В парке можно также встретить горностая, зайца-беляка, сурка, европейскую косулю, корсиканского муфлона, благородного оленя. Богата и орнитофауна — более 100 видов птиц.

Парк расположен примерно в 8 часах езды от Парижа и в 2 часах езды от Лиона. Недалеко от границ парка проходят три железные дороги, соединяющие этот район с крупными городами страны. Все это делает парк доступным для сотен тысяч туристов (ежегодно здесь бывает 700–800 тысяч посетителей, 85 процентов из которых — жители Франции). Большинство туристов бывает в парке в июне-сентябре. Зимой большая часть парка закрыта (некоторые его участки становятся труднодоступными из-за глубокого снега, и существует опасность схода лавин). По парку можно пройтись пешком или прокатиться на коне. В горы идут альпинисты и горнолыжники.

Вся территория парка разделена на три зоны: периферийную, собственно парк и так называемый интегральный природный заповедник. В периферийной зоне сохранены существовавшие ранее населенные пункты. На территории собственно парка никто не живет постоянно, и там строго ограничена хозяйственная деятельность.

По территории Вануаза проложено несколько туристических дорог и троп общей протяженностью свыше 500 км. На экскурсионных маршрутах установлены указатели, информационные стенды с описанием растений, помещены фотографии животных и даны их характеристики. Справочные стенды не нарушают гармонию природы, так как их делают только на естественном, распространенном здесь материале — камне и почти не обработанном дереве.

В Вануазе и у его границ расположено 30 гостиниц и приютов (большая их часть принадлежат парку, а также — клубу альпинистов Франции, частным предпринимателям), в которых могут разместиться 1,5 тысячи человек одновременно. Гостиницы и туристские приюты, как правило, стилизованы под жилища горцев. Особой популярностью пользуются отдельные дома или целые селения, в которых сохранен не только стиль местной архитектуры, но и жизненный уклад и быт местных жителей.

Большинство отелей работает только в летнее время, но в каждом есть 2–3 комнаты, предназначенные для туристов в любое время года. Около половины посетителей приезжают в парк на 1–2 недели, однако они не могут ночевать в одном месте более трех дней, они должны освободить место в гостинице для других туристов.

На территории парка запрещено строительство зданий и рекреационных объектов, а также добыча полезных ископаемых и заготовка древесины. Нельзя ездить по Вануазу и на автомашинах. Патрульные группы в составе 30 лесников и 6 лесничих охраняют территорию парка круглогодично.

Ежегодно национальные парки Франции посещают примерно 5–6 миллионов человек (один из 10 жителей страны). Наиболее популярен Пиренейский парк, расположенный на пути в религиозный центр (в парке бывает ежегодно до 1,5 миллиона посетителей). Вход на территорию парков бесплатный.

С 1968 года во Франции стали создаваться и региональные природные парки. Сейчас они занимают 3 процента территории страны (их общая площадь 1,5 млн. га). Они были созданы для сохранения природного ландшафта, возрождения объектов культурного наследия, а также для создания зон отдыха. Такой природный парк Арморик был организован в департаменте Бретань на площади 65 тысяч га. Парк разделен на три части, различные по ландшафту (восточная часть — плато, поросшее вереском, центральная — лес, западная — скалы на берегу океана). В центральной части расположены лекционный и выставочный залы, жилые дома персонала. Во всех частях парка (кроме заповедной) есть туристские базы, места для пикников, кемпинги, проложены туристские маршруты. В парке расположены центры бретонской культуры — плетения кружев, резьбы по дереву. Ежегодно парк посещают 60 тысяч человек

ЮАР

Крюгер

Национальный парк Крюгер находится в Южно-Африканской Республике, на востоке Трансвааля. Парк получил имя президента республики Трансвааль Пауля Крюгера (1845–1904), много сделавшего для сохранения природы страны.

Парк был создан в 1898 году и занимает площадь 1 820 000 га, относительно равнинную, с небольшими холмами (высшая точка 825 м).

Реки Олифантс и Саби делят парк на три части. Самый распространенный тип растительности — парковая саванна.

Здесь можно видеть многочисленных представителей южноафриканской фауны. На территории парка водятся слоны, буйволы, гиппопотамы, жирафы, львы, леопарды, гепарды, пятнистые и чепрачные гиены, бородавочники, обезьяны, черные носороги, а в 1961 — 1962 годах завезены белые носороги. Встречается много видов антилоп: штейнбок, водяные козлы, лошадиные, канны, голубые гну, куду, пала и др. В 1962 году были реакклиматизированы ориби. И конечно же, здесь множество птиц.

Около ста лет назад на просторах южноафриканских саванн можно было видеть пасущиеся огромные стада квагг — зебр необычной расцветки, известных как южный подвид степной, или обыкновенной, зебры, а ранее в научной литературе ее именовали зеброй Бурчелла. Квагга получила свое название благодаря характерному для нее ржанию — „ква-ха“. Кроме того, квагги имеют красивый красновато-коричневый окрас, разбавленный полосами только на голове, шее и передней части туловища.

Численность этих некогда распространенных животных начала значительно уменьшаться с прибытием во второй половине XVII века в Южную Африку европейских поселенцев. Считалось, что из шкур квагги лучше всего делать емкости для хранения зерна. Последняя квагга была застрелена в 1878 году, за восемь лет до принятия закона о защите этого подвида. Подвид степной зебры — зебра Бурчелла дожила в саваннах Южной Африки до 1910 года.

Некоторые участки реки Лувувху за зиму пересыхают, и от ее русла остается несколько больших луж. Находящуюся здесь главную лужу шириной несколько метров и длиной около ста метров местные жители называют заводью бегемотов, хотя рядом с ней пасутся антилопы (куду, ньялы и импалы), павианы, кабаны-бородавочники, птицы и крокодилы.

На водопое антилопы часто оказываются совсем рядом с крокодилами, но, к счастью, антилопы предпочитают мелководье, где крокодилам не спрятаться. А вот бородавочники не рискуют приблизиться к заводи — они разрывают своими мордами песок, пока в яме не наберется чистая вода. Потом этими лужами пользуются павианы.

Появляются у заводи бегемотов стада буйволов. Тут же на них реагируют крокодилы и гиппопотамы: рептилии вгрызаются в туши буйволов, бегемоты ударами носов стараются выбить нежеланных гостей из жижи.

По мере продолжения засухи из ближайших высохших водоемов прибывает все больше крокодилов, хотя размеры лужи значительно уменьшаются. Поэтому даже быстрые ньялы и импалы не приближаются к берегу и пьют из лужиц.

После того как засуха продолжается три месяца, на земле остается лишь несколько незначительных лужиц. Заводь превращается в вязкую грязь. Многие крокодилы уже пытаются найти убежище в кустарнике. А на бывшем берегу павианы проделывают все новые углубления.

Кэрол Хьюз пишет: „Границы заводи теперь можно определить только по полуистлевшим трупам павианов и костям антилоп. Высохшее русло реки превратилось в желтую песчаную дорогу. Кругом все неподвижно — ни одного живого существа. Лишь кустарник дает тень, и в ней еще таится какая-то жизнь. Там, где немного прохладнее и воздух чуть более влажный, мы насчитали семь крокодилов. Они балансируют между жизнью и смертью“.

Лишь по истечении 14 месяцев из Лувувху снова начала поступать вода в заводь бегемотов. Жизнь оживает! Крокодилы снова медленно скользят по поверхности русла. Бегемоты, пережившие засуху в других лужах, вернулись на привычное место обитания. Все собрались здесь, у водопоя: павианы, кабаны-бородавочники, антилопы ньялы, куду и импалы.

БОТАНИЧЕСКИЕ САДЫ

АВСТРАЛИЯ

Ботанический сад Аделаиды

Ботанический сад южноавстралийского города Аделаида был основан в 1855 году. Он лишь на 20 лет моложе самого города и такой же небольшой, уютный.

Для растений здесь очень благоприятный субтропический климат, близкий к средиземноморскому. Лето (декабрь-февраль) сухое, теплое — средняя температура 28 градусов тепла. Зима мягкая, без морозов и снега, до 15 градусов. Очень много солнечных дней в году. Поэтому под открытым небом здесь великолепно уживаются растения самых разных регионов земного шара: те, который любят влагу, и те, что селятся в горах, степях и даже в пустыне (правда, для растений из влажных экваториальных лесов здесь несколько сухо, да и зима прохладная).

На сравнительно небольшой территории сада есть как большие посадки, так и открытые газоны, водоемы, каменистые горки, живые изгороди. В целом здесь преобладает ландшафтный стиль планировки.

Есть в саду традиционные для субтропических парков деревья и пальмы, причем много эндемиков Австралии, Новой Зеландии и близлежащих островов. Здесь можно видеть кордилину южную, которая достигает в высоту 15 м, и лишь на ее верхушке расположены пучки длинных листьев, ланцетный и прекрасный краси-вотычиночник — кустарник или деревцо с сизыми листьями и побегами, сплошь усеянными цветками с ярко-красными тычинками. Впечатляют вечнозеленые фикусы и эвкалипты, растущие на одной из аллей.

Но в саду произрастает немало растений, привезенных из других климатических зон. Например, медовая пальма (юбея) с массивным ровным серым стволом, пучком темно-зеленых перистых листьев (родина — Чили). Или магнолия крупноцветковая с огромными душистыми белыми цветками и глянцево-зелеными широкоовальными листьями (родина — Флорида). Или кедр гималайский, пагодообразный.

С австралийскими эвкалиптами здесь соседствуют секвойи и платаны, араукарии и сосны, алоэ и юкки, бамбук и саговник. У кромки воды нашли себе пристанище лотосы. А вот еще один экзот — группа древовидных папоротников. Или филиппинский каркас, который произрастает на юге России в виде небольшого сильноветвящегося деревца с немного асимметричными листьями. Филиппинский каркас, распространенный от Западной Австралии до Новой Гвинеи — величественное дерево с ценной древесиной. Здесь можно видеть даже целую рощу российских берез.

В ботаническом саду почти нет плодовых деревьев, ягодников, садовых цветов. Из декоративных растений здесь представлены сортовые розы, из других красиво цветущих культур — исмене, или гименокаллис, такой обычный у нас дома.

По сложившемуся мнению, кактусы (опунции) якобы заполонили всю Австралию, и только моль кошениль помогла предотвратить катастрофу. На самом деле это не так. В Южной Австралии сейчас не увидишь опунций, а других кактусов очень мало, хотя климат вполне способствует их росту.

Но кактусы в большом количестве представлены в ботаническом саду Аделаиды. Д. Семенов, побывавший там, испытал при знакомстве с суккулентами сада восторг и разочарование одновременно: „Восторг, потому что в почти райских условиях Южной Австралии кактусы (как и другие суккуленты) растут изумительно красивыми. Относительно большое количество влаги, питательный субстрат (они высажены в открытый грунт), по-настоящему жгучее солнце с преобладанием лучей излюбленной этими растениями ультрафиолетовой части спектра (ведь именно в Австралии отмечены пресловутые озоновые дыры). Кактусы здесь налитые, плотные, крупные, с роскошными колючками и опушением. Поражало необычное для нашего глаза зрелище: цветущие цереусы и эхинокактусы, великолепные экземпляры Soehrensia.

Разочарование вызвало отношение к кактусам, поскольку очевидно ими никто специально не занимается — посадили и оставили. На кактусовой горке всего несколько десятков видов, да еще некоторые другие суккуленты Немало засохших экземпляров, со шрамами и обломанными колючками, между которыми застряли камешки и сухие ветки (результат штормовых ветров), есть больные и упавшие растения, перепутанные и с ошибками написанные этикетки“.

Рипсалисы имеют непрезентабельный вид. Чуть лучше смотрятся крассулы и эуфорбии, но их всего несколько видов. Д. Семенов сделал вывод: „Совершенно ясно, что коллекционированием суккулентов, как, впрочем и других растений, здесь не занимаются. Наверное, в стране, где и так много всего оригинального и привлекательного, у человека не возникает потребности еще что-то необычное собирать“. К своему удивлению, он обнаружил самые красивые экземпляры кактусов в зоопарке Аделаидьг многометровые, обильно ветвящиеся канделябровидные цереусы росли часто прямо в вольерах с животными.

В саду есть старая и новая оранжереи. Старая оранжерея, построенная при создании сада, — это несколько обычных небольших теплиц для горшечных культур. А вот консерваторий, или климатрон, сооруженный в 1989 году, — здание уникальное. Оно расположено на окраине сада, и его нельзя не заметить — консерваторий напоминает прозрачную стеклянную гору. Там поддерживается постоянная температура ночью 17°, днем 22–30°, регулируется влажность. Внутри здания представлен фрагмент флоры влажных тропических лесов Северной Австралии, Папуа — Новой Гвинеи, Индонезии и прилегающих островов. В консерватории произрастают некоторые уникальные и исчезающие в природе виды. Например, ангиоптерис развернутый, один из крупнейших в мире папоротников и др.

Пройтись по консерваторию можно, воспользовавшись двухъярусной дорожкой. При этом посетители почти не встречаются друг с другом: они двигаются только в одном направлении, их маршруты пересекаются на разных уровнях. Пространства здесь много, а окружающий полумрак, искусственно созданные звуки (шипение пара), пение древесных лягушек — все это „перемещает“ посетителей сада в настоящий тропический лес.

ВЕЛИКОБРИТАНИЯ

Ботанический сад Кью

Большой известностью в Англии и за ее пределами пользуется сад в Кью, Kew Gardens, или The Royal Botanic Gardens (площадь 120 га). В нем размещается один из крупнейших ботанических центров.

Этот сад был основан в 1670 году специалистом по травам, автором трактатов по ботанике Уильямом Тернером (около 1510 — 1568). После его смерти сад перешел к лорду Капелю, который начал выращивать в нем фруктовые растения, привезенные из Франции.

Сад объединял два королевских владения: восточная его часть занимала земли Кью Хаус (основан в середине XVII столетия, здесь впервые в Англии выращивались апельсины), а западная — земли Ричмонд Гарденс. Кью был отделен от Ричмонда так называемой тропой любви.

Сад Ричмонда создавался под пристальной опекой королевы Каролины. Бриджмен, самый модный ландшафтный архитектор, при планировке сада учитывал естественные природные особенности местности.

Фредерик, принц Уэльский, в 1730 году арендовал эти земли. Жена Фредерика, принцесса Августа, решила придать саду ботанический характер. Для работы в саду были привлечены Уильям Кент, а потом и Уильям Айтон. Айтон отправлял научные экспедиции в зарубежные страны за интересующими ботаника растениями. В 1789 году Айтон издал книгу, в которой перечислил 5500 видов растений, выращиваемых в Кью.

Георг III (1760–1820) — новый владелец сада — решил перепланировать его. Для этой работы он пригласил Брауна, а позже — увлеченного ботаникой сэра Джозефа Бэнкса. Джозеф Бэнкс выходил в плавание вместе с капитаном Куком, посылал сборщиков растений в Индию, Китай, Чили и другие страны. По его рекомендации в Англию были завезены около 7000 новых видов растений. Бэнкс в течение года выращивал в Кью редкие экземпляры, а потом делился ими с другими специалистами. После смерти Георга III и Бэнкса сад пришел в упадок.

Важную роль в планировке сада сыграл архитектор Уильям Чемберс (1723–1796). По его проекту был создан ландшафтный парк.

Инициатором создания ландшафтного парка явился архитектор-палладианец Уильям Кент. В 1730-х годах он заложил пейзажный парк в поместье Роузгэм в Оксфордшире.

Английский пейзажный, или ландшафтный, парк представляет собой нечто совершенно противоположное французскому регулярному парку. Искусствовед М. Соколова пишет: „Не властное подчинение природных форм законам разума, а искусно создаваемая иллюзия „естественности“ становится главной творческой задачей нового поколения английских садовников. И это не случайно: ведь тому, что новый тип парка входит в жизнь, предшествует и способствует совершенно определенное умонастроение в английском обществе начала XVIII столетия“.

В наиболее чистом виде этот тип парка представлен в творчестве Ланселота Брауна (1715–1785), прозванного Капабилити Брауном из-за того, что он, разговаривая с заказчиками, все время повторял: „Ваш участок обладает большими возможностями“ (по-английски „capabilities“).

У. Чемберс находил стиль Брауна слишком скучным: „В английском саду зритель часто не знает, блуждает ли он по обыкновенному лугу или увеселительному саду, настолько точно подражание природе. Так мало там разнообразия и такой недостаток суждения в выборе предметов, такая бедность воображения, что посетитель смертельно скучает, проклинает красивые линии, пока наконец, одолеваемый усталостью, обожженный солнцем из-за недостатка тени и полумертвый из-за отсутствия развлечений, решает ни на что больше не смотреть. Тщетное намерение. Существует лишь одна тропа, по ней он должен тащиться до конца или пройти ту же утомительную дорогу, по которой он шел, в обратном направлении. И чтобы достичь этого, масса прекрасных садов должна быть вырублена. Часто в течение одного дня топор вырубал вековые рощи“.

Чемберс разрабатывает принципы восточного, а именно китайского, сада. Он предлагает тип так называемого парка с сюрпризами: миниатюрные храмы, беседки, мостики. Среди существующих и поныне сюрпризов в Кью наибольшей известностью пользуется китайская пагода 50-метровой высоты (в десять этажей), в точности воспроизводящая пропорции и детали настоящих пагод. Это здание было построено Чемберсом в 1762 году, что весьма символично — тогда в Англии отмечался повышенный интерес к искусству заморских стран. Здесь же были храмы Солнца, Беллоны, Пана, Зола, мечеть, руины готической церкви и пр.

Авторы книги „Искусство XVIII века“ пишут: „Расширение связей с Востоком стимулировало в Англии, так же как в других странах Европы, возникновение в 40-х годах XVIII века моды на так называемую „китайщину“, явившуюся, по существу, поверхностным и сравнительно кратковременным увлечением восточной экзотикой, нашедшим особенно широкое распространение в прикладном искусстве. Что касается Чемберса, то его подход к искусству Востока был более глубоким, чем у многих его современников. В восточном искусстве Чемберс видел то же воплощение законов природной красоты и естественности, которое его современники усматривали в античном искусстве. Увлечение Востоком поэтому отнюдь не мешало ему разрабатывать принципы Палладио, которые он применял в своей архитектурной практике“.

Чемберс родился в Гётеборге в семье шотландского купца. Получив коммерческое образование, поступил на службу в шведско-индийскую компанию. В двадцатилетнем возрасте Уильям побывал в Индии и Китае, где постоянно делал зарисовки индийских и китайских построек. Вскоре он решил посвятить себя архитектуре и отправился учиться в Париж.

Впервые новый „китайский стиль“ Чемберс применил в парке замка Рокстон в Оксфордшире. А потом архитектор получил доступ в поместье принца Уэльского в Кью. С этого момента (1758–1759) он занялся планировкой знаменитых садов.

Новый вид английского паркового искусства оказал влияние на всю Европу. На континенте чемберсовский стиль получил название „англо-китайского“, или стиля „парков с сюрпризами“. В 1763 году Чемберс издал описание Кью. А в 1772 году, когда вкус к китайщине начал ослабевать, опубликовал трактат о восточном садоводстве.

В 1841 году сад в Кью преобразовали в Национальный ботанический сад, его директором был назначен Уильям Хукер.

Позже Хукера сменил на посту его сын — Джозеф Дальтон (он путешествовал по Индии и привез в Англию новые виды рододендрона). В 1882 году мисс Марианна Норт подарила саду коллекцию из 850 картин с изображением растений и цветов.

В ботаническом саду Кью выращивались многие экзотические растения, которые позже нашли распространение в Европе (чай, кофе, какао, каучуконосы, ананас, банан, хинное дерево). В начале XVIII века в Англию были завезены желтый бурачок, гвоздика китайская, астра китайская, вероника длиннолистная, камнеломка китайская, георгин, шалфей. В начале XIX века здесь появились каландриния, флокс, ароматный мускус, декоративная смородина. Торговец чаем Ривс привез в Кью китайские пионы, камелии и азалии. Немец Филип фон Зибольд привез сюда много японских растений. Во второй половине XIX века в саду построили оранжерею для огромных водяных лилий, а потом и для альпийских растений. Есть в саду довольна большая коллекция гималайских рододендронов.

В конце XIX — начале XX века в Королевский ботанический сад Кью из Африки были завезены гладиолусы (именно на этом континенте наибольшее количество видов этих цветов). Генофонд гладиолусов, собранный в Кью, позже стал достоянием и других ботанических садов Европы и Северной Америки.

Интерес к этим растениям был настолько велик, что в 1926 году при Королевском садоводческом обществе было создано Британское общество гладиолусоводов, первое в Европе и мире, президентом которого стал Джордж Черчер.

Сайон Хаус тоже один из самых старых и известных садов Великобритании. Позади дома владельца сада, первого герцога Нортумберленда, находится водоем, где обитают дикие утки и цапли, а перед домом — огромный парк. В этом парке растут кедр гималайский, древний экземпляр стиракса, кипарис болотный, много дубов. В оранжерее сада собраны цветущие однолетние растения. Здесь в 1855 году, впервые в Англии, мангустан образовал плоды. В павильоне сада продавалось все необходимое для любителей садоводства (посадочный материал, садовые инструменты, книги).

Сад Боднант в Северном Уэльсе, рядом с горой Сноудон, славится террасными посадками и газонами. Здесь растут розы самых разнообразных сортов, садовые лилии, примулы. В саду собрана коллекция рододендронов и магнолий, растут удивительные по красоте белоснежные китайские эвкрипии, алые эмботриумы.

Сад Найманс Хэндкросс славится коллекцией рододендронов, цветущими кустарниками, хвойными растениями и коллекцией гибридных лилий.

В саду Грейндж в Кенте собрана большая коллекция японской вишни (200 видов), также здесь растут рододендроны и азалии.

Сад Эден

В марте 2001 года в Корнуолле (на юго-западе Англии), на месте заброшенного карьера Беделва глубиной около 80 м, был открыт необычный сад Эден (по-англ. Eden — рай). Еще задолго до его открытия журналисты окрестили его восьмым чудом света, объявили, что это самый большой сад в мире. Его общая площадь — более 35 га. Оранжереи протянулись в длину на целый километр (их максимальная высота — 55 м, площадь — свыше 2200 кв. м).

Подъезжая к саду, нельзя увидеть даже фрагмента композиции Эдена. Зато едва посетитель войдет в него, ему открывается все пространство сразу — биомы, склоны, которым придана форма террас, озеро, посадки…

Идея создания райского парка возникла у Тима Смита, музыканта, исполнителя и композитора, в 1994 году, когда он побывал на месте заброшенного карьера. Но Смит не был новичком в паркостроении. Благодаря ему был воссоздан парк Холлиган в том же Корнуолле. Тогда Смит проявил замечательные организаторские способности, собрав группу специалистов-единомышленников.

Создавая еще один парк, Тим Смит хотел представить растения в естественной обстановке, создать „театр“ растений и людей.

Стоимость нового проекта оценивалась приблизительно в 106 миллионов фунтов стерлингов. 50 миллионов фунтов стерлингов планировалось получить от комиссии по Миллениуму, которая, организовав национальную лотерею, собирала денежные средства на мероприятия, приуроченные к наступлению третьего тысячелетия. Была развернута обширная кампания по сбору финансов во всей Европе. Однако в ходе работы пришлось сократить общую смету до 75 миллионов фунтов стерлингов (комиссия выделила проекту Эден 37,5 миллиона фунтов стерлингов).

Карьер Беделва оказался не самой лучшей строительной площадкой для сада мечты. Его затапливали дождевые, родниковые воды (здесь бьет 13 ключей). Поэтому инженерам не оставалось ничего другого, как создать систему сбора и хранения воды. Чтобы предотвратить оползни, грунт укрепляли и дренировали. Чтобы обогатить почву карьера, пришлось переместить 1,8 миллиона тонн плодородной почвы. Кроме того, была создана так называемая структурная подушка, благодаря которой дно карьера было поднято на 20 м. А для того чтобы разместить многообразный растительный мир, потребовалось составить шесть типов почв.

Одно из самых больших достижений создателей парка — это отказ от традиционных линейных форм оранжерей. Они монтировали биомы в виде комплекса сопряженных между собой полусфер (в каждой из них созданы определенные климатические условия). Внутри такого биома прекрасно чувствуют себя и люди, и растения. У посетителей не возникает ощущения, что они находятся в замкнутом пространстве. Действительно, общая площадь биома влажных тропиков — 15 590 кв. м, максимальная высота внутри — 47 м, снаружи — 55 м (биом субтропиков чуть меньше).

Кроме того, полусферы соединены друг с другом двухъярусными переходами, земляные крыши которых засеяны газоном. Сначала планировалось сделать три оранжереи: влажных тропиков, субтропиков, пустынь. Но строительство последнего биома было отложено из-за недостатка средств.

Крыша биомов лишь угадывается, потому что она шатровой конструкции, смонтирована из шестигранников различных размеров. Каркас шестигранников сделан из легких металлических труб. Они каждый по отдельности затянуты двухслойной, с воздушной прослойкой, очень легкой, прочной пленкой, которая обладает высокой светопроницаемостью и великолепно удерживает тепло. Правда, из-за легкости сооружения строители боялись, что оранжереи могут не устоять при сильном ветре. Поэтому после испытаний модели карьера решено было закрепить конструкции с помощью вбитых в землю 12-метровых стальных свай.

Чтобы найти оптимальное место для биомов, в компьютер вводили информацию о топографии карьера и другие характеристики территории. В результате чего биом, например, влажных тропиков был построен в северной части карьера, напротив склона, обращенного к югу. Это место наиболее удачное для того, чтобы за счет отраженной от склона энергии поддерживать довольно высокую температуру летом (зимой помещение будет отапливаться), а вентиляция сможет обеспечить повышенную влажность воздуха.

Экзотические растения для Эдена приобретались не только в местах их естественного произрастания, но и в ботанических садах и парках Англии, других стран Европы.

Растения на территории нового парка высаживали поэтапно. За три года до открытия парка саженцы, претендующие занять место в недалеком будущем в Эдене, были помещены в арендованный питомник. Там были специально сооружены две карантинные теплицы, в которых в течение трех месяцев выдерживались (и до сих пор выдерживаются) все растения, перед тем как их разместить в парке. Через питомник прошло 80 тысяч саженцев. Растения росли так быстро, что для южноамериканского капока, например, пришлось выкопать специальный приямок. Для того чтобы создать в биоме субтропиков окружающую среду и смену сезонов, близкие к естественным, использовались новые методы мониторинга состояния почвы, воздуха. Работу по выращиванию растений возглавил бывший директор ботанического сада Кью профессор Гиллен Пранс, крупный специалист по лесам Амазонки.

Сейчас в саду Эден более 4 тысяч экспонатов. Широко представлен в биоме влажных тропиков растительный мир островов Океании, Малайзии, Западной Африки и тропической Южной Америки. Растения Средиземноморья, Южной Африки и Калифорнии можно видеть в биоме субтропиков. Флора степей, субтропических лесов Чили и, конечно, местная растительность экспонируются на открытых площадках.

В Эдене есть экспозиции, посвященные отдельным видам растений. Представлены и тематические экспозиции. Здесь можно увидеть растения, используемые для получения волокна и изготовления канатов, применяемые в качестве топлива, служащие сырьем для производства бумаги. Есть отдельные разделы выставки живой природы, посвященные пиву и пивоварению, чаю. Представлены также кормовые культуры, лекарственные растения. Здесь же можно получить информацию об опылителях растений, о том, как можно восстановить растительный покров земли. Интересны экспозиции, представляющие растения в мифах и фольклоре, дающие информацию о том, как будут использоваться растения в дальнейшем, в индустрии будущего.

ГРУЗИЯ

Батумский субтропический ботанический сад

Батумский ботанический сад субтропических растений расположен на Зеленом Мысу Черноморского побережья, почти у границы с Турцией, в 9 км от Батуми. Он занимает площадь 100 га.

Создатель этого сада — ботаник, географ, путешественник Андрей Николаевич Краснов (1862–1914).

Краснов жил и учился в Петербурге. Зачитывался „Робинзоном Крузо“, книгами Купера и вместе с другом Володей Вернадским (впоследствии ученый В. И. Вернадский) мечтал о путешествиях. В окрестностях Петербурга Андрей собирал растения для гербария и коллекции насекомых.

Спустя семь лет после окончания университета А. Краснов отправился в путешествие по тропикам. Ученый побывал в Японии, Китае, Индии, на Яве, Цейлоне, в Египте, Мексике, США, на Гавайских островах. Однажды он привез из поездки для посадки в имении Чаква (около Батуми): чайный куст, мандариновое дерево, хурму, бамбук строевой; масляное, лаковое, восковое, бумажное деревья; рами, ямс, таро, леспедецу. Когда снова Краснов приехал в Чакву, то был удивлен, как выросли привезенные им растения.

В процессе изучения растений тропиков и субтропиков ученый пришел к выводу, что многие из них могут быть перенесены на почву Черноморского побережья Кавказа. Лучшим местом для этого он посчитал Зеленый Мыс, недалеко от Батуми.

Чтобы получить государственную поддержку в деле создания сада, А. Краснов начал поднимать этот вопрос на научных симпозиумах, в печати. В 1894 году на заседании Московского общества любителей естествознания он выступил с докладом, в котором говорил о возможности разведения в Батуми многих теплолюбивых растений.

В одной из статей Краснов писал: „Батумское побережье — это единственный пункт нашего отечества, где является возможность воспитывать растения таких стран, как Новая Зеландия, Чили, Ю.-В. Австралия, Гималаи, Япония и Флорида… То, что разводится в отапливаемых оранжереях, здесь может разводиться под открытым небом, воспроизводя естественную группировку растений на их родине и давая возможность научных наблюдений за ними в естественных условиях. Имеется возможность видеть всю природу вышеназванных стран, которые можно перенести в сад Батумского побережья“.

Пророчески звучали другие слова профессора Краснова: „На Зеленом Мысу могут расти под открытым небом самые теплолюбивые экзоты; наш русский турист должен искать иллюзию субтропиков и тропиков не в садах Алжира и Туниса; не в Ниццу и Савойю и даже не в Швейцарию должны стекаться тысячи экскурсантов, а на Зеленый Мыс“.

Однако только в 1910 году Краснов получил согласие на организацию ботанического сада в районе Батуми. А 24 октября 1912 года под сад была выделена площадь 71 га.

Так А. Краснов стал директором сада. Кроме того, он оставался ученым, выполнял работу ландшафтного архитектора, садовода, был даже рабочим. Он начал собирать семена и растения. По его просьбе привозились саженцы теплолюбивых растений из Японии, Новой Зеландии, Тасмании, Австралии, Северной и Южной Америки. Из Английского ботанического сада в Кью было прислано 300 видов растений, из Гималайского ботанического сада в Даружилинге — 70 видов, из США — семена и саженцы субтропических культур. „Ботанический сад — это не только коллекция, интересная для ученых, это источник и место обитания громадного числа растений, могущих быть полезными для народного хозяйства страны“, — говорил Краснов.

Он решил воспроизвести в саду модели природных ландшафтов Северной Америки, Японии, Дальнего Востока, Индии, Южной Америки, Австралии, Новой Зеландии и других регионов мира. При этом создавать экспозиции в натуре. Поэтому для представления флоры Японии и Дальнего Востока был создан японский сад. Эта композиция на ограниченном пространстве включает растения, искусственные возвышенности и долины, водоемы и водопады, легкие мостики и другие архитектурные формы.

На создание сада выделялось весьма ограниченное количество денег (от правительства поступило всего три тысячи рублей). Тем не менее за два года ученый смог создать чудесный сад (он был заложен в 1912 году, а в 1914 году Краснов умер). Те, кто продолжил работу после него, расширяли экспозицию сада.

Батумский сад находится в зоне влажных субтропиков с годовой температурой 15 °C и обильными осадками. Максимальная температура не превышает 39,9 °C, а минимальная редко бывает ниже нуля. Поэтому теплолюбивые растения здесь быстро растут и развиваются.

В саду созданы отделы растений Новой Зеландии, Австралии, Гималаев, Японии и Китая, Мексики, Южной и Северной Америки и Колхидский заповедник (отдел влажных субтропиков Закавказья).

На опытных участках посажены цитрусовые культуры, японская хурма, фейхоа, авокадо, бамбук, тунговое дерево, японский каштан и другие экзотичные растения.

Наиболее полно представлена в саду флора Японии и Китая (Японский сад) и Северной Америки (Орегонская балка), растительность Мексики (Мексиканская горка), Австралии.

В Новозеландском отделе сада расположена аллея драцен, у подножия которых растет новозеландский „лен“ с сизыми мечевидными листьями. Произрастает каллистемон с ярко окрашенными соцветиями. Подокарпус со сверхпрочной древесиной. Цветут растения с ноября по март в отделе Новой Зеландии.

В Австралийском отделе растут эвкалипты с неопадающими листьями и шелушащейся и опадающей корой. Здесь также много акаций, например одна из них с перистыми листьями и мелкими желтыми цветками известна под названием „мимоза“.

В Гималайском отделе растут сизые сосны и кипарисы. И, конечно, рододендроны различных видов. Здесь можно видеть барбарис, бересклет и др.

Японо-китайский отдел открывают чайные кусты. Здесь представлены коллекции японских декоративных вишен, камелий (они цветут в октябре-декабре), кленов с листвой разной окраски. Тут же растет японская криптомерия, цветут яркими цветками азалия и пион, дает кораллово-красные плоды барбарис. В этом отделе можно видеть дерево павловнии с крупными листьями и гроздьями сиреневых пахучих цветков, а также камфорное дерево, пеструю тую, бук восточный, японскую лиственницу, магнолию, самшит, падуб с колючими листьями. Есть здесь и плантация цитрусовых. Растут китайское мыльное дерево, тунг, из плодов которого получают лак, лаковое дерево. В Японо-Китайском отделе прописались и веерные пальмы, и священное дерево гинкго.

Н. Верзилин пишет: „В конце дорожки беседка из бамбука, увитая китайской лианой — глицинией с кистями душистых бледно-фиолетовых цветков. Отсюда открывается вид на Японский садик. На небольшом склоне среди скал и на скалах — низкие, карликовые растения. По скале льется „горный поток“ в маленький водоем с островком. К островку перекинуты легкие мостики из бамбука. У мостика каменный фонарь-гриб. Узкие дорожки окаймлены тонкими переплетенными планками бамбука. Впечатление такое, что по обеим сторонам их стоят корзины с растениями. Карликовые клены с мелкорассеченными листьями, хвойные карликовые деревца; иллициум с душистыми листьями, идущими в Китае на изготовление курительных свеч, которые сжигают в домах для аромата. В Батумском саду — два японских садика: нижний и верхний. Вид на другой, верхний, садик открывается из беседки, увитой розами. Здесь различно подстриженные можжевельники, туи, клены. Карликовые сосны — необходимая принадлежность японских ландшафтов. В центре древние растения саговники с толстым, почти круглым стволом, с потемневшими остатками черешков и с перистыми сверху, как у пальм, листьями (ваями). Садик окружен узкоконическими соснами, почему-то называемыми „зонтичными“. Посреди садика возвышается каменный японский фонарь“.

В Мексиканском отделе, особенно любимом Красновым, на каменистой почве растут кактусы (опунции, цереусы, эхинокактусы), агавы, юкки. Болотные мексиканские кипарисы — таксодиумы — хвойные деревья с плакучими ветвями и обнаженными корнями. Мексиканский бульвар Батумского сада представляет собой широкую аллею из пальм и пирамидальных ложных кипарисов. На берегу моря, на площадке, обсаженной пирамидальными тополями, покоится тело создателя Батумского сада А. Краснова.

В Североамериканском отделе обращает на себя внимание секвойя. Здесь же можно видеть американские кипарисы, березы, липы, тюльпанное дерево, пекан, крупнолистный сахарный клен, дубы и т. д.

В Средиземноморском отделе представлены пальмы, лавры, олеандры, буки.

Отдел влажных субтропиков Закавказья наиболее представительный. Большое разнообразие растений: каштан, граб, плющ, папоротники, рододендроны, самшит, тис и др.

Когда Батумский ботанический сад был передан в систему научных учреждений Грузинской академии наук, его площадь увеличилась до 120 га. Тогда же были созданы новые экспозиции, питомники для размножения перспективных растений.

Батумский сад стал пионером в области разведения на Черноморском побережье Кавказа культур чая, цитрусовых, тунга. Отсюда пришли на плантации бамбук, фейхоа, эвкалипт, хинное дерево. Были распространены японская криптомерия, кипарис Лавсона, ладанная, веймутова, высокая сосны, японский каштан, североамериканские дубы и др., введены в культуру герань, батат, камфорное дерево, авокадо, серебристая акация и др.

Кроме того, большое внимание здесь уделяется сохранению редких и исчезающих видов растений, выводятся новые сорта цитрусовых, проводится работа по селекции камелий.

Ученые Батумского сада рекомендовали к использованию масло из чайных плодов в качестве заменителя касторового масла (для быстрого заживления ран). Из отходов мандаринов был получен здесь цитрат натрия — средство для консервирования крови при хирургических операциях.

ИНДОНЕЗИЯ

Багорский ботанический сад

Багорский ботанический сад — своего рода „биологическая столица“ Индонезии Он расположен в городе Багор, что находится в предгорной западной части Явы, у подножия потухшего вулкана Салак (2211 м), в 60 км от Джакарты. Река Чиседани делит Багор на две части: на левой стороне расположены Ботанический сад, дворец президента, деловая часть, магазины, гостиница, на правой — виллы и особняки. Сад разбит на склоне вулкана Салак, на высоте 260 м над уровнем моря (18 мая 1817 года он был открыт). Багорский ботанический сад, без учета земель Дворцового парка, занимает площадь около 100 га, имеет отделения в Чибодасе, Пуровадади, Лаванге, Сиболангите на Суматре и Эка Карья на острове Бали.

Ботанический сад — любимое место отдыха горожан, сюда приходят целыми семьями с циновками и корзинками, полными еды.

Растения сада представлены 222 семействами, более чем двумя тысячами родов и почти 12 тысячами видов, собранными из разных тропических стран мира. Только на Яве, самом населенном острове Индонезии, произрастает около девяти тысяч цветочных растений. И почти все можно увидеть в этом саду.

Гордость сада — коллекция орхидей. Здесь собрано более 150 родов этих цветов. Наиболее ценные орхидеи выращиваются в специальной оранжерее.

В большом количестве представлены суккуленты из семейства кактусовых, которые достигают гигантских размеров. Особенно большим ростом отличаются цереус, опунции и африканские молочаи.

Весьма разнообразны пальмы: их более 200 видов, собранных со всего земного шара. Королевская, американская саболе с широкими мощными листьями. Пальма саговая, которая кормит индонезийцев. Гигантская Corypha с громадными веерными листьями. Нежная, травянистая Raphia. Изящная, невысокая Licuala grandis, с будто подстриженными листьями. Красавица Oreodoxa с прозрачным пучком рассеченных листьев, выходящих из зеленого „бутылочного“ ствола. Высокая кустистая пальма Oncosperma с острыми колючками. Колючая Zaiacca edulis (ее плоды, одетые „рыбьей чешуей“, — любимое лакомство индонезийцев).

Множество бамбуков, сапрофитов и лиан (одних из самых характерных растений тропических лесов).

Войдя в парк, попадаешь в тенистую аллею столетних деревьев, их кроны сомкнуты, а стволы увиты зеленью сапрофитов.

Некоторые лианы — истинное украшение сада. Например, Alsomitra tacrocarpa имеет плоды величиной с арбуз, которые при созревании лопаются и выбрасывают сотни семян-летучек, которые долгое время парят в воздухе. У входа в парк обращает на себя внимание древесная фасолевидная лиана, 40 см в диаметре, которая перекинулась с одной аллеи на другую, образовав над дорогой гигантские плети. Лиана под названием Пламя Ириана цветет крупными соцветиями с красно-коралловыми цветками, которые свисают гроздьями.

В саду есть участок, где произрастают пальмовые лианы, у которых узкий кожистый лист кончается острым крючком. Не дай бог войти в заросли этой ротанговой пальмы: острый шип разрывает рубашку и глубоко вонзается в тело. Эти пальмы-лианы можно узнать по нераскрытому перистому листу, который торчит над кроной, как антенна.

Вся территория сада разбита на участки, на которых представлены деревья по семействам.

В ботаническом саду можно видеть разнообразные деревья с досковидными корнями, или контрфорсами, которые достигают высоты 5 м и присущи только тропическим растениям. Иногда расширение ствола у основания бывает таким большим, что приобретает форму подставки и как бы распластывается по поверхности почвы. Например, мощные эвкалипты имеют булавовидное вздутие у основания ствола.

Некоторые ученые объясняют происхождение досковидных корней тем, что они характерны для деревьев самого высокого яруса — выше 30 м, поэтому высота деревьев и образование таких корней как-то взаимосвязаны. Однако досковидные корни часто встречаются не только у крупных деревьев, но и у представителей флоры с хорошо развитой поверхностной корневой системой. Кроме того, досковидные корни преобладают у растений, произрастающих там, где больше выпадает осадков (условия Багорского ботанического сада весьма благоприятны для успешного образования досковидных корней).

В Багорском саду на сухих высоких местах, хорошо дренированных почвах растут растения с ходульными корнями, относящиеся к роду Pandanus. Например, при входе в парк со стороны лаборатории имени Трейба можно видеть два пандануса высотой около 15 м, которые приподняты над землей метра на три на своих многочисленных ходульных корнях. Ходульные корни образуют и некоторые пальмы.

Многие деревья цветут и плодоносят непрерывно. Но цветки и плоды могут появляться последовательно, как бы волнами, причем цветение идет одно за другим с перерывами от нескольких дней до нескольких недель (например, у фикусов). Порой растения цветут лишь тогда, когда будут сброшены листья на цветущих ветках.

Растут здесь и деревья, цветущие один раз в году, но постоянно образующие новые листья или к моменту цветения полностью их сбрасывающие. Есть деревья, цветущие два и больше раз в году. Это вечнозеленые, дающие непрерывно молодые листья (например, кофе, некоторые фикусы) или сбрасывающие листья дважды в год.

Такие вечнозеленые деревья, как индийский лебурнум, изумительная лагерстремия, цветут поодиночке и в любое время года. Все они сбрасывают листья и цветут с перерывом в 7–9 месяцев.

Типичное явление для тропиков — каулифлория, при которой образование цветков происходит прямо на толстых деревянистых ветвях или на самом стволе. Наконец, можно встретить деревья, у которых цветки и плоды образуются как на ветках, так и на самом стволе. Так, у хлебного дерева крупные плоды весом до 16 кг висят на плодоножках прямо на стволе, такая же картина характерна и для фикусов.

Растет здесь удивительно красивое высокое дерево с раскидистой кроной Moquiha tomentosa (Rosaceae), со слегка удлиненными листьями, с сероватым восковым налетом; его молодые листья свисают вниз, как платки. Плоды дерева тоже слегка вытянутые, овальной формы, с легким восковым налетом.

Багорский ботанический сад прекрасен в любое время года. В сухой период под ногами шуршит листва, словно поздней осенью в нашем лесу. Постепенно сбрасывают листья канарии — типичные жители тропиков. Однако даже в сухой период далеко не все деревья расстаются с кроной, а поля и в это время бывают покрыты зеленью всходов риса.

А вот ливень, который случается здесь, совсем не похож на наш, неслучайно его называют тропическим. Вот как описали этот ливень Яковлевы: „Иногда дождь льет как из ведра Небо полыхает, и разряды грома почти без перерыва следуют друг за другом. Асфальтированная дорога быстро превращается в реку, и лишь стаи маленьких птиц не боятся дождя и летают. Но вот дождь кончается, и через час снова все сухо и можно идти в парк собирать материал. У нижней канариевой аллеи проходим висячий мостик. Нам хорошо видно, как вспучилась речка. Большие валуны ушли под воду, и все бурлит и пенится, на перекатах стремительно несутся кусты и целые стволы деревьев Висячий мостик словно уходит из-под ног. Такая мощь и сила водяной стихии! По-видимому, в предгорьях Салака прошел тропический ливень и вода дошла до нас. В саду тихо, величественно стоит роща масличных пальм, и чуть заметно колышутся ее большие листья, совсем неподвижны блестящие пластинки мощного фикуса. Воздух насыщен влагой, между деревьями повис туман“.

Вместе с дождями в парке увеличивается количество змей и летучих собак — врагов столетних деревьев. Размножаются летучие собаки быстро, давая три-четыре потомства в год; питаются плодами и часто опустошают фруктовые сады.

Бабочки здесь самых разных размеров — почти не видимые глазом и с летучую мышь. Множество птиц.

О. Брыкин рассказал об одном своем редком индонезийском приобретении — птице бэу: „Это черное-черное, как вороненый пистолет, создание с белым хвостом и желтой шейкой могло в буквальном смысле слова говорить на любом языке без акцента. Так она научилась индонезийскому у моей служанки, русскому — у меня, английскому — у моих гостей. Почти как попугай, но без акцента. У нее был мощнейший клюв, которым она могла разгрызть проволочную клетку. Когда она повзрослела (а я взял ее практически птенцом), пришлось купить стальную клетку“.

Багорский ботанический сад был создан группой ученых-инициаторов. Большая заслуга в развитии сада принадлежит ботанику Тейсману, который более 30 лет (1831 — 1869) собирал и пополнял ботанические коллекции. В память о Тейсмане на одной поляне в саду был сооружен небольшой обелиск.

В ботаническом саду ведется большая научная работа. На основе лаборатории имени Мельхиора Трейба был создан Институт ботанических исследований. Национальный биологический институт также связан с историей ботанического сада (сотрудники этого учреждения организовали сотни экспедиций в разные районы тропиков и собрали громадное число растений, образцы которых представлены в гербарии).

В 1894 году Мельхиор Трейб пригласил в ботанический сад одного ученого для сбора зоологических материалов. Позже здесь организовали выставку фауны Малайского архипелага, она и положила основу для создания Зоологического музея.

РОССИЯ

Ботанический сад БИНа

Ботанический сад БИНа в Санкт-Петербурге относится к старейшим научным учреждениям страны.

Одним из первых ботанических садов в Европе был сад в Падуе (1594 г.). Настоящий расцвет ботанических садов пришелся на более позднее время, особенно когда они стали возникать в колониальных тропических странах (Индия, Цейлон, Ява). В садах культивировались не только растения местной флоры, сюда доставлялись многие иноземные растения.

Первым ботаническим садом в России был царский сад в Измайлове под Москвой. В 1714 году в Петербурге на Вороньем острове Петр I основал Аптекарский огород для сбора, изучения и использования лекарственных растений. Аптекарскому огороду вменялось в обязанность заводить „куриозные и чуждые планты“, сохраняя их в зимнее время. Здесь был создан участок и для „прозябословия“ — для преподавания ботаники в медицинских школах. В устройстве сада принимал участие лейб-медик Арескин.

В Аптекарском огороде выращивалось до трехсот видов лекарственных растений.

Вскоре функции этого учреждения расширились. В 1735 году, когда его директором стал ученый Иоганн Сигезбек (1735–1742), перед Аптекарским огородом были поставлены такие задачи: разведение лекарственных растений, постановка опытов по методам их размножения и выращивания; обучение работников госпиталей; установление контактов с зарубежными ботаниками и организация обмена семенами; расширение коллекций изучаемых растений.

К тому времени в саду числилось 1272 вида растений, росших в открытом и защищенном грунте. Здесь была представлена флора Сибири, Кавказа, Германии, Швеции, Монголии, Китая и др. Фактически это учреждение уже можно было назвать ботаническим садом.

Однако еще в 1823 году Аптекарский сад находился в очень плачевном состоянии. Он имел два отдела: медицинский и ботанический, число растений в последнем было крайне невелико — не более 1500 видов, и при этом не существовало никаких научных коллекций и пособий. В это время на сад обратил внимание возглавлявший Министерство внутренних дел граф В. П. Кочубей. Он задумал преобразовать сад, сделав его не только местом разведения лекарственных трав, но в первую очередь центром научных исследований. Тогда было принято решение соединить оба отдела в один сад, перестроить здания, приобретать живые и сухие растения, семена и, наконец, переименовать Аптекарский сад в Императорский ботанический сад. Управление новым садом было поручено профессору Ф. Б. Фишеру.

Первая денежная помощь была пожалована в день открытия сада в размере 100 тысяч рублей. На эти деньги были приобретены живые растения из коллекций, находившихся в Санкт-Петербурге и его окрестностях. В это же время прибывший из Лондона старший садовник Ф. Фальдерман привез оттуда значительную коллекцию живых растений. Был приобретен сибирский гербарий ветеринарного врача, состоящий из 1000 видов, позже — коллекция сухих растений профессора Эшшольца, собранная во время кругосветного плавания. Ценный гербарий был пожертвован вдовой профессора Ледебура, послуживший основой коллекции так называемого Русского гербария (в конце XIX века гербарий сада считался одним из обширнейших и ценнейших в мире).

Одновременно был создан музей сада, состоявший из пяти коллекций. Особенно интересной была коллекция Амурского края (700 растений).

Приобретались растения в ботанических садах Англии, Бельгии, Германии, Франции. Созданный в Рио-де-Жанейро филиал Петербургского ботанического сада организовал сбор и закупку семян и саженцев тропических растений и пересылку их в Петербург.

Ботаническому саду мы обязаны и распространением кактусов в нашей стране (они уже были среди первых питомцев Аптекарского огорода). Французский путешественник Дешизо, посетивший Россию, в 1728 году с восхищением отзывался о саде и упоминал такие растения, как цереус, опунция, алоэ, молочай.

При первом директоре И. Сигезбеке, несмотря на сравнительно небольшую еще оранжерейную коллекцию (200 видов), насчитывалось 20 видов алоэ, 35 экземпляров цереусов и опунций.

В. Карвинский (1779–1855), при покровительстве министра внутренних дел России Кочубея, организовал несколько экспедиций по сбору растений. В 1840 году он отправился с экспедицией в Мексику. Через три года он привез в Санкт-Петербург большую дендрологическую коллекцию, гербарий, семена живых растений, в основном кактусов.

При основании Ботанического сада в нем не было ни одной книги, и только в 1824 году было сделано первое и очень ценное приобретение — библиотека, оставшаяся после смерти профессора Стефана, состоявшая из 637 сочинений в 1185 томах. Позже стали выписываться книги из-за границы и приобретались сразу целые библиотеки, как, например, библиотека профессора Мертенса, затем 900 томов ботанических сочинений из бывшего Горенкского сада Директор сада Ф. Фишер купил множество книг в Англии, Германии и Франции во время своей командировки в 1824 году за границу.

В саду также велись сбор и сортировка семян, они отправлялись за границу, по каталогам выписывались семена из других садовых заведений. В 1835 году вышел первый каталог семян сада.

30 марта 1830 года было принято решение передать Ботанический сад из Министерства внутренних дел в ведомство Министерства Императорского двора. В связи с этим ежегодно выдаваемая сумма на нужды сада возросла почти вдвое, был увеличен и штат сада.

Больше внимания стало уделяться исследовательской работе, разведением аптекарских трав стали заниматься все меньше, а затем их выращивание было прекращено совсем.

В 1855 году директором Петербургского ботанического сада стал ботаник Э. Л. Регель. Он первым в России стал разрабатывать теоретические основы интродукции и акклиматизации растений, по его инициативе было организовано Русское общество садоводства. В период директорства Э. Регеля коллекция кактусов и суккулентных растений была уже достаточно крупной (в ней насчитывалось более 550 наименований, из них 377 видов и разновидностей кактусов) К 1889 году число кактусов достигло 1026 таксонов, а всего суккулентов насчитывалось 2103 наименования.

В конце XIX века сад пополнял свои коллекции растениями, которые завозили в Россию члены Русского географического общества. После пятого путешествия Н Пржевальского в Центральную Азию сад пополнился неизвестными ранее видами жимолости, гентианы, лука, эремуруса, лилии, аквилегии, дейции, груши, рододендрона, сирени, винограда.

В 1931 году на базе этого сада и Ботанического музея Академии наук СССР был создан Ботанический институт АН СССР (БИН), развивающий все отрасли ботаники.

До Великой Отечественной войны Ботанический сад БИНа был самым богатым по составу коллекций растений.

В результате блокады Ленинграда сильно пострадал парк, большой урон был нанесен саду. Самая большая оранжерея — Центральная — была разрушена бомбой, погибли ценные экземпляры. Но даже во время блокады сотрудники сада как могли боролись за жизнь редких коллекций отапливали оранжереи, разжигая в них костры, хранили у себя дома небольшие растения. Большую часть сохраненных растений составили кактусы (823 экземпляра пережили блокаду). Заслуга в спасении этой коллекции принадлежит садоводу Н И Курнакову. Все эти растения он держал в своей квартире.

После войны Ботанический сад был восстановлен относительно быстро.

Сейчас он включает в себя научный сектор, группу обслуживания коллекций открытого и закрытого грунта, семенную лабораторию, группы защиты растений, физиологическую, культуры тканей, группу экскурсоводов.

Коллекционный фонд растений Ботанического сада в начале 1980-х годов составлял примерно 10 тысяч таксонов, коллекции живых растений уникальны.

П. Лапин пишет: „Большая часть парка построена в классическом ландшафтном стиле. По парку посетителя ведут плавно разветвляющиеся тропы, раскрывая все новые гармоничные композиции, сочетающие в себе группы деревьев, кустарников, многолетников. Сейчас парк предельно насыщен растительным материалом. Практически расширять его состав без ущерба композиционной целостности невозможно“.

В парке Ботанического сада есть участки Сибири, Дальнего Востока, Средней Азии, Крыма, Кавказа, Северной Америки. Здесь растут сибирская кедровая сосна с большими шишками и грецкий орех, серый американский орех и дальневосточное бархатное дерево.

Н. Верзилин отмечает: „Вдоль аллеи интересная коллекция лекарственных дикорастущих растений. На этикетках указано, какое это растение и при каких болезнях употребляется. По другой стороне аллеи высажены различные сорта георгин. Каких только форм и расцветок здесь нет! А какие названия „Аида“, „Мери Пикфорд“, „Амундсен“, „Офелия“, „Сатана“, „Александр Невский“, „Садко“, „Гордость Советов“, „Советская Арктика“, „Сказка Пушкина“, „Максим Горький“, „Л Н Толстой“, „Станиславский“, „Чайковский“, „Чернышевский“, „Степан Разин“, „Песня о Соколе“, „Элегия“ и другие. На длинной рабатке вдоль дорожки любители цветов имеют возможность познакомиться с научными названиями, может быть, не известных им красивых растений“.

Здесь можно видеть горки, на которых растут трупами представители горной флоры Европы, Кавказа и Малой Азии, Сибири и Туркестана, Гималаев и Северной Америки. Произрастают и типичные альпийские растения (горный лен, камнеломки).

Есть здесь даже каменный сад на большой возвышенной площадке, обрамленной стеной из известняка, произрастают невысокие сухолюбивые растения.

Н. Верзилин пишет: „Ботанический сад прелестен во все времена года. В нем вы всегда найдете какие-нибудь цветущие растения. Это своеобразный цветочный календарь. В марте ранней весною из-под снега и на проталинах пробиваются и зацветают: галантус, пушкиния, белушник, крокус, сцилла, хианодокса. В апреле вас встречают цветущие ивы, осина, серая ольха и орешник. В мае цветут береза, клен, вяз, ясень, черемуха, рододендроны. Одеваются нежной листвой яркой весенней окраски бузина, таволга, жимолость, черемуха, лиственница, сирень. В июне более всего покрываются цветами древесные растения. В цвету стоят акации, жимолость, бузина, вишни, и каштан „зажигает“ белые свечи своих соцветий. А чуть позднее цветут яблони, рябина, сирень, боярышник, азалия. В июле цветут жасмин, чубушник, липы и розы. В августе появляются плоды у черемухи, желтой акации, вишни. В сентябре листва деревьев принимает осеннюю теплую окраску желтых, розовых, оранжевых, красных тонов. Деревья и кустарники пламенеют. Цветут розы. В октябре опадают листья и на синем небе вырисовываются черные силуэты стволов и выразительных ветвей. Среди опавшей листвы еще упорно цветет колхикум — безвременник. В ноябре дуб черешчатый сохраняет засохшие листья, и бирючина, бересклет карликовый, снежник — свои зеленые листочки…“

В оранжереях Ботанического сада много экзотических растений — виктория-регия, пальмы, саговники и др.

Полярно-альпийский ботанический сад

Это самый северный ботанический сад — единственный в мире, расположенный в полярных широтах (на Кольском полуострове, в горном массиве Хибин, у города Кировск). Сад занимает участок площадью 570 га в долине и на склонах горы Вудьяврчорр.

Он был основан в 1931 году по инициативе Кольской комплексной экспедиции Академии наук СССР, а в 1946 году президиум Академии наук СССР утвердил положение о Полярно-альпийском ботаническом саде как самостоятельном научном учреждении. Первым директором сада был назначен ботаник-географ Н. Аврорин.

История становления ботанического сада тесно связана с освоением земель Кольского полуострова. В районе Хибин, где создавался центр разработки Кольских апатитов, зима длится почти шесть с половиной месяцев. Для зоны характерны постоянная облачность, частые метели и обильные снегопады. С 10 декабря по 3 января солнце вообще не показывается над горизонтом, а вот с 28 мая по 18 июня оно вообще не заходит.

Почвы на полуострове каменистые, сильнокислые, бедные питательными веществами, холодные, покрытые лишайниками. Суровый климат и малопитательные почвы определяют флору полуострова. Здесь, в зоне тундры, встречаются карликовые деревья, редколесье ели и криволесье березы. Под натиском морозов и ледяных ветров „леса“ вырастают высотой по колено.

Большая часть отведенной территории была объявлена заповедником местной растительности. На территории ботанического сада выражены такие горные пояса растительности, как тайга, субальпийская лесотундра, альпийская тундра и арктическая пустыня. Есть участки растительности скал, каменных осыпей, болот.

У подножья горы расположен пояс северной тайги с разреженным древостоем ели сибирской, березы извилистой и мозолистой, рябины и др. „Деревья растут здесь медленно, — пишет П. Лапин. — Самые высокие ели достигают 15 м только в 400 лет. Узкие кроны с поникшими ветвями, обильно поросшие лишайниками, создают особый колорит всего ландшафта, отражающего предельные возможности существования леса на его крайней северной границе“.

Намного выше северную тайгу сменяет березовое криволесье: извилистая береза кустится, а ее побеги переплетаются между собой. Иногда здесь можно видеть низкие кустики ели, карликовые тундровые ивы.

Дальше вверх, на высоте 420 м, начинается горно-тундровый пояс. Между камнями встречаются кустистые лишайники, черника, голубика, брусника, а также карликовые ивы и березы.

Выше 1000 м уровня моря расположена зона высокогорной каменной пустыни, покрытая лишайниками с вкраплениями смолевки, овсяницы, камнеломки, полярной ивы.

На типичных участках каждой ассоциации устроены демонстрационные площадки, на которые можно подняться по серпантину горной тропы.

На участках, расположенных в нижней части сада, выращивают ин-тродуцированные растения, завезенные со всех концов мира. Для сбора растительного материала были организованы многочисленные экспедиции, налажены связи с другими садами мира.

В коллекциях сада можно видеть стополист гималайский, пролеску Розена с альпийских лугов Кавказа, фиалку алтайскую из Южной Сибири и Китая. Здесь растут также водосбор канадский из Северной Америки, купава китайская, горькуша лопуховидная из Кашмира, лапчатка пурпурная из Северной Индии и другие растения. Они прекрасно себя чувствуют, цветут и плодоносят.

Некоторые из растений очень хорошо адаптировались, обильно и ярко цветут и дают плоды. Это, например, жимолость, спирея, таволга, рябинники, лапчатки, шиповники. Крупноцветные вечнозеленые рододендроны тоже прижились — они хорошо зимуют под снегом. Устойчивыми за Полярным кругом оказались ива Крылова, ольха пушистая, черемуха обыкновенная и Маака и др. Из хвойных — пихта сибирская, лиственница сибирская, сосна сибирская.

Древесные растения, устойчивые в местных условиях, активно размножаются и широко используются для озеленения Мурманской области.

Посетители больше всего любят бывать в оранжерее, в которой представлено множество тропических и субтропических экземпляров. Здесь в зависимости от сроков цветения растения подбирается световой режим.

Флористы, геоботаники, экологи, физиологи, почвоведы, микробиологи, фитопатологи, энтомологи обстоятельно изучили флору Кольского полуострова.

Согласно техническому заданию, утвержденному Академией наук СССР в 1946 году, коллекционные посадки должны были представлять зоны тундры, северных лесов, широколиственных лесов Европы, степей, пустынь, субтропиков, Урала, Алтая и Саян, гор Средней Азии, Кавказа, Крыма, Карпат, Западной Европы, Средиземноморья, Южной Азии, Дальнего Востока, Северной Америки и др.

Эта программа была успешно выполнена. В саду стали выращивать растения широколиственных лесов Европы, степей России, пустынь Средней Азии. Прижились здесь представители субтропиков Северной Америки (бархатцы, цинния, агератум) и Южной Америки, Южной Африки (гладиолус, лобелия) и Австралии (бессмертники, душистый табак). Представлены растения тропической Америки (амарант, вербена, настурция), пустыни Памира, Гималайских гор, субантарктической части Южной Америки. Нашли „прописку“ уроженцы средиземноморских стран — львиный зев, душистый горошек, мак.

В результате наблюдений за растениями выяснилось, что отдельные роды наиболее перспективны для выращивания в условиях Севера. Это — аквилегия, дельфиниум, мак, колокольчик, а также шиповник, спирея и жимолость и др. В Полярном саду прекрасно себя чувствуют ландыши, ветреницы, медуницы, купены, георгины — они цветут!

Прижились в Полярном саду плодовые и ягодные растения — дальневосточный шиповник, малина, крыжовник, смородина и даже стелющиеся яблони.

Сотрудники сада продолжают изучать и осваивать флору Крайнего Севера, расширяют ассортимент растений для зеленого строительства на полярных широтах, исследуют возможность приспособления растений к местным условиям и т. д. Каждое вновь приобретенное растение проходит в ботаническом саду испытание на выносливость.

Выращивают здесь и многолетние овощи, и силосные культуры. Сотрудники сада рекомендовали для внедрения в сельское хозяйство Крайнего Севера многолетние алтайские луки, разные виды ревеня и щавеля, многолетние кормовые травы.

Главный ботанический сад Академии наук

Не так давно в Москве было лишь два ботанических сада — сад Московского университета и сад Тимирязевской академии. В 220-ю годовщину Академии наук СССР было принято решение создать в Москве новый ботанический сад — крупнейший в мире.

Сад был создан по постановлению Совета народных комиссаров СССР от 21 января 1945 года как научное учреждение Академии наук СССР. Его первым директором стал академик Н. В. Цицин, он был назначен на этот пост за 25 дней до победы над гитлеровскими захватчиками и оставался директором сада более 36 лет. Сейчас Главный ботанический сад Российской академии наук носит имя его основателя — Н. В. Цицина.

Для сада была отведена территория общей площадью 388,5 га в Ерденевской роще с густыми зарослями орешника, ольхи, калины, малины. Эта роща примыкала к парку Останкинского дворца и к территории Всесоюзной сельскохозяйственной выставки. В состав Главного ботанического сада Академии наук входят лесопарковый массив и Останкинский парк, когда-то разбитый в английском стиле Шереметевым. В распоряжение сада попала площадь с разнообразными почвами и гидрологическим режимом. Часть территории была выделена под заповедник, остальная площадь была расчищена от малоценных пород деревьев.

Создаваемое учреждение должно было стать ботаническим садом нового типа, в котором создание традиционных ботанических коллекций должно было происходить одновременно с фундаментальными исследованиями. Главный ботанический сад был отнесен к рангу научно-исследовательских институтов.

Перед ним были поставлены такие задачи, как разработка теоретических основ акклиматизации растений, озеленения городов и населенных пунктов страны, распространение научных знаний о растительном мире.

Сад был организован на базе нескольких лабораторий, отделов. Здесь были созданы лаборатории морфологии и анатомии растений; физиологии и биохимии растений; отделы отечественной флоры; тропической флоры; дендрофлоры; культурных растений; цветоводства. На территории сада была создана метеорологическая станция.

К разработке и обсуждению проекта сада были привлечены ведущие ботаники и ландшафтные архитекторы страны. Ботанические сады щедро делились семенами, растениями, литературой и опытом.

Уже в течение первых лет после создания сада были собраны ботанические коллекции многолетних растений (свыше 10 тысяч видов и сортов), однолетних цветочных, овощных, полевых и технических культур (свыше 3000 сортов). А также коллекция декоративно-цветочных растений — роз (более трех тысяч сортов), сирени (101 сорт), многолетних цветочных (2700 сортов) и т. д.

По коллекциям собранных здесь растений можно проследить бесконечное разнообразие растительности мира. Кроме того, коллекции служат базой для научно-исследовательской работы.

План Главного ботанического сада объединен идеей эволюции органического мира. Растения сада размещены в пяти основных комплексах экспозиции.

Один раздел посвящен эволюции растительного мира — от водорослей до покрытосеменных.

В другом разделе, повествующем о флоре России, встречаются наиболее характерные типы различных зон. Здесь воссоздана растительность Европейской части России, Сибири, Кавказа, Средней Азии и Дальнего Востока. Представлены полезные растения природной флоры: пищевые, кормовые, лекарственные, пряно-ароматические, технические и др. Уже в первые годы создания сада в этой экспозиции было собрано около трех тысяч растений, размещенных по географическому принципу.

В экспозиции культурных растений показаны достижения в селекции плодово-ягодных, овощных и технических растений.

В дендрарии, который занимает почти пятую часть сада, размещены различные породы деревьев, кустарников и лиан, преимущественно Северного полушария. Здесь представлены различные виды шиповника, среди них привлекает внимание кокандская роза с желтыми лепестками. Дает плоды алыча, привезенная из Тянь-Шаня. Прижилась яблоня Сиверса. Хуже чувствует себя грецкий орех, а вот его родственники с Дальнего Востока и из Северной Америки — черный и серый орехи — гораздо лучше перенесли переселение в Москву. Кстати, растения северо-востока Азии и Северной Америки обычно лучше приживаются у нас, нежели переселенцы с Кавказа, из Западной и Южной Европы (особенно много хлопот доставляют древесные растения, но успешно растут сербская ель, граб, айва). Много древесных растений после многолетних испытаний было рекомендовано для использования в лесном хозяйстве и зеленом строительстве средней полосы России.

Познакомившись с разделом полезных дикорастущих растений, можно получить всестороннее представление о пищевых, лекарственных, технических растениях флоры мира.

Декоративным растениям и приемам озеленения посвящен другой раздел. Здесь собраны сорта цветочно-декоративных растений со всего мира. На одном участке можно видеть одновременно более двух тысяч сортов роз. Сотни сортов тюльпанов, нарциссов, гиацинтов, лилий, пионов, гладиолусов, ирисов, флоксов. Примулярий с примулами. Более ста сортов сирени. Множество сортов георгинов. Этот участок сада называют еще садом непрерывного цветения: ландыши передают эстафету сирени, и так цветение продолжается до поздней осени.

В разделе культурных растений показаны не только сами растения, но и их дикие предки.

В оранжерее представлены выходцы из тропических стран. Это вересковые и орхидные суккуленты (кактусы шарообразные, цилиндрические или плоские растения, колючие или шерстистые), обширные коллекции азалий, орхидей.

На территории сада сохранился большой массив леса с главной породой — дубом, здесь встречаются экземпляры, которым по 100–200 лет. Недалеко от лабораторного корпуса можно видеть березняк из американских, азиатских и европейских берез. Н. Бородина отмечает разнообразие видов, расположенных на кленовой поляне: „Здесь и деревья, и кустарники; вот кора с зелено-белыми полосами напоминает не то арбуз, не то зебру, а вот обычная, скромная темно-серая. Вот ажурная листва с серебристо-белой „подкладкой“, а вот довольно плотная крона с темно-зелеными листьями. Есть деревья с темно-красной листвой; но тут уже не виды, а садовые формы. Появление садовых форм объясняется тем, что дендрарий создавался не только ботаниками, которые старались как можно полнее представить естественные виды растений, но и архитекторами, которые, разбивая ландшафтный парк, стремились наилучшим образом использовать декоративные свойства растений и показать их возможности при различном размещении и при сочетании растений с контрастными признаками. Так появились в дендрарии плакучие рябины, пестролистные клены и ясени, карликовые и пирамидальные туи“.

Ботаническая улица делит территорию сада на две части. В одной ее части можно видеть экспериментальные участки, производственные оранжереи и питомник.

Не так давно на территории Ботанического сада появились два новых сада — японский сад (он был создан вместе с японскими специалистами) и вересковый сад (совместное творение с учеными Германии).

Главный ботанический сад обменивается семенами с отечественными и зарубежными ботаническими учреждениями. Организует экспедиции в разные районы страны: по Командорским островам, Сахалину, Охотскому побережью, Приморской тайге, памирским высокогорьям и южнорусским степям, лесам Карпат и Кавказа. Проводятся и международные ботанические экспедиции для сбора семян и растений.

Н. Бородина пишет: „И вот на грядках московского питомника зеленеют сеянцы пихты, которая в природе встречается лишь в единственном месте: в долине реки Семячик на Камчатке. Бамбук на участке флоры Дальнего Востока напоминает о его непролазных зарослях на Курилах.

Маньчжурский клен и амурский бархат служат здесь, как и на родине, опорой для лиан — кирказона, актинидий, лимонника. Любителей свежей зелени наводят на размышления, съедобны или несъедобны ягоды незнакомых кустарников. Один из видов жимолости съедобен, хотя с некоторых кустов плоды горьковаты. А вот яркие, алые плоды боярышниколистной малины глаз радуют, а на вкус никуда не годятся!“

В ботаническом саду ведется большая научная работа. Разрабатывается методика стимуляции плодоношения растений и проверяется качество собранных семян с помощью рентгенографии. Исследуются биогенные стимуляторы для предпосевной обработки семян (так, благодаря обработке янтарной кислотой хлопчатник и кукуруза увеличивают урожай и быстрее развиваются). Ведется большая работа в области гибридизации, некоторые из полученных растений широко применяются в народном хозяйстве (например, зернокормовые пшеницы с высоким содержанием белка, высокоурожайные и зимостойкие).

УКРАИНА

Никитский ботанический сад

В Крыму на берегу Черного моря, у деревни Никита, основанной много веков назад греческими колонистами, в семи километрах от Ялты в 1812 году был создан Никитский ботанический сад. Он занимает площадь 1000 га, протянулся вдоль берега моря на километр и поднимается вверх по склону на высоту 200 м.

Климат здесь средиземноморский. Среднегодовая температура воздуха 12,4 °C. Лето теплое, вегетационный период длится почти семь месяцев, поэтому многие субтропические растения чувствуют себя здесь великолепно.

По поручению наместника Новороссийского края устройство сада, названного „казенным“, а затем „экономо-ботаническим“, было поручено доктору медицины Христиану Христиановичу Стевену (1781 — 1863), ученику и сотруднику известного ученого-натуралиста М. Биберштейна. До этого он работал в этих местах, хорошо знал растительность Крыма и собрал обширный гербарий.

Правительственный указ об учреждении ботанического сада был подписан 10 июня 1811 года. Саду была „отведена территория в 375 десятин, простиравшаяся на версту вдоль берега моря и около пятисот саженей в ширину, по крутому склону гор, на высоте 700–800 футов“. Однако только четверть площади годилась для выращивания растений, остальную часть составляли скалы, каменистые осыпи, балки и овраги.

Взявшись за строительство сада, Стевенчетко сформулировал главные задачи. Во-первых, полное собрание всех без изъятия растений, могущих расти в здешнем климате. Во-вторых, сбор семян и разведение растений, которые могут произрастать в России. В-третьих, разведение плантаций растений, которые свойственны теплой климатической зоне, и получение от них доходов.

На отведенной территории не было ни построек, ни дорог. На помощь первому директору сада друзья прислали солдат и матросов. В сентябре 1812 года посадили первые растения. Стевен писал: „Посажены на места груши, яблони и другие фруктовые деревья, достигшие нужного для того роста, каждого сорта по одному или по два, а изредка и по три дерева, чем основано помологическое собрание, какового еще в России не было, от которого со временем посредством посылок можно распространить лучшие сорта в те российские губернии, куда по отдаленности дерев возить нельзя“. По плану сад включал плодовый сад, парк, „экономический сад“, цветник и ботанический сад.

Ученый собрал более 4500 видов растений, создал самую большую в мире помологическую коллекцию из 550 сортов груш, 330 сортов яблонь, 80 сортов слив, 110 разновидностей персиков и других плодовых деревьев. Общее число деревьев и кустарников достигало 21 142 экземпляров, в том числе 14 332 видов было высажено в открытый грунт. Была построена оранжерея, в которой насчитывалось около 1500 субтропических и тропических растений. Кроме того, Стевен собрал обширный гербарий и библиотеку.

X. Стевен работал в Никитском ботаническом саду 15 лет. П. Лапин пишет: „Вызывают удивление трудолюбие и трудоспособность Х. Х. Стевена. Он педантично вел научные дневники. В них тщательно и точно отражены данные по интродукции растений и наблюдения за развитием. Ученый поддерживал обширную переписку с русскими и зарубежными ботаниками, выписывал для испытания новые семена и растения, лично составлял научные и финансовые отчеты. У него не было заместителей и секретарей, не было машинисток. Но дела всегда были в блестящем порядке. При нем были установлены научные связи и обмен семенами и растениями с различными учреждениями и владельцами питомников Европы. В благодарность за заслуги Х. Х. Стевена в Верхнем парке Никитского сада в 1977 г. был установлен мраморный бюст его основателя и первого директора“.

В 1824–1860 годах садом руководил Н. Гартвис, он сосредоточил внимание на расширении фонда плодовых, а также на виноградарстве, виноделии и декоративном садоводстве. В своем отчете Гартвис писал: „Нынешняя помологическая коллекция Никитского сада может считаться одной из самых полных в Европе, она состоит из 550 сортов груш, 330 яблонь, 98 черешен и вишен, 80 слив и 20 абрикосов, из 110 разновидностей персиков и 20 фиг“. Большое внимание Гартвис уделил декоративному садоводству сбору коллекций вечнозеленых и хвойных деревьев (коллекции древесных растений возросли более чем в два раза) Из питомников Никитского сада в парки Крыма переселялись магнолии, секвойи, кедры ливанские, гималайские, сосна Монтесумы, кипарисы, душистый османтус, питтоспорумы, пальмы, юкки. В это время было создано винодельческое учреждение, где была собрана большая коллекция винограда. Позже эта часть сада вошла в самостоятельный Научно-исследовательский институт виноделия и виноградарства.

При последующих директорах — Цабеле, Базарове, Анциферове — научная и интродукционная работа сада перестала быть основной. На территории сада появилась школа садоводства и виноделия, и сад стал своеобразным торговым предприятием по продаже посадочного и посевного материала. Лишь в 1907 году при директоре М. Щербакове работа оживилась: была создана физиологическая лаборатория и положено начало опытной работе. В 1915 году при другом директоре сада — Н. Кузнецове — возобновилась научная деятельность, был создан участок с фитоценологической коллекцией растений.

После установления советской власти в Крыму директор сада Ф. Калайда восстановил международные связи. Тогда же было начато издание „Флоры Крыма“, значительно расширена научно-исследовательская работа в области южного плодоводства, декоративного садоводства и технических растений. После войны сад был полностью восстановлен, и с 1946 года возобновилась деятельность отделов.

Сейчас сад представляет собой четыре относительно самостоятельные части. Первая часть — Верхний парк, построенный в 80-е годы XIX века.

Здесь можно видеть парадный партер с голубым бассейном. Большое разнообразие и сортов роз. До войны в розариуме было 1000 сортов, но фашисты вывезли лучшие сорта и похитили ценный гербарий. Однако уже в 1980-е годы коллекция роз Никитского ботанического сала насчитывала около двух тысяч сортов. Славится сад и коллекциями клематисов, хризантем, канн.

Здесь представлены многочисленные группы экзотических деревьев, возраст которых далеко за 100 лет. Например, веерообразная пальма, которая выдерживает морозы до 14 °C. Итальянская сосна с кроной в форме раскрытого зонтика. Кедры ливанские с сизой хвоей на горизонтальных ветвях. Дуб каменный с крепкой древесиной. Бамбуки, вырастающие за месяц до 6 м. Тис с плоскими темно-зелеными хвоинками, которому уже более 500 лет, но он может жить и 3000 лет. Секвойя тисовидная, высотой 20 м.

Н. Верзилин пишет: „Красива длинная аллея с высокими пирамидальными кипарисами. И эта аллея напоминает кипарисы виллы д'Эсте. В конце аллеи зеленая остроконечная пирамида секвойи гигантской, или мамонтова дерева. Ее посадили в Никитском саду в 1885 году, и теперь это дерево высотою 26 метров, а толщиною больше метра“.

Здесь представлена коллекция кедров. Кедр гималайский и кедр атласский, плакучий. Ливанские кедры, одному из которых более ста лет. Под кедром такая тень, что не растет никакая трава. Много сосен. Например, мексиканская сосна Монтесумы, названная так в память Монтесумы, последнего правителя государства ацтеков. Она имеет длинную, до 35 см хвою.

Нижний парк расположен террасами по крутому склону в старой части сада. У входа в него можно видеть зеленую стену постриженного каменного дуба с широкими и куполообразными колоннами из того же дуба. Над входом в парк склонила длинные ветви до самой земли вавилонская ива. В этом парке, на террасах, можно видеть южные плодовые растения маслину, инжир, хурму, эриоботрию японскую. А также юкку с линейными, торчащими во все стороны листьями. Здесь же растет земляничное дерево с красным стволом, темными листьями и белыми цветками, после цветения которых появляются ярко-красные съедобные ягоды.

Здесь же произрастают сосна Жерарда, дающая семена, напоминающие кедровые орешки, железное дерево, пробковый дуб, древнее дерево гинкго японский, с двулопастными, как веерки, листьями (оно сохранилось на земле с мезозойской эры).

Участок Приморского парка был заложен перед Первой мировой войной — в честь столетнего юбилея сада. Его основу составили растения, подаренные ботаническими садами страны.

Уже после Великой Отечественной войны был создан парк Монтедор, названный так по имени обрывистого мыса, на котором он расположен. Здесь высажены экзотические растения, которые прекрасно смотрятся на фоне зарослей дуба пушистого и можжевельника.

Сейчас в саду насчитывается более 28 тысяч видов, сортов и гибридов растений. В саду существуют отделы флоры и растительности, охраны природы, дендрологии и декоративного цветоводства, плодовых культур, субтропических и орехоплодных культур, физиологии растений и др. Особое внимание уделяется цитрусовым культурам, эвкалиптовым деревьям и другим субтропическим растениям. Коллекция древесных растений сада превышает 1,5 тысячи видов и сортов. В дендрарии представлены деревья и кустарники всех субтропических районов земного шара.

В саду собраны растения Крыма, Кавказа, Средней Азии, Дальнего Востока, Сибири и зарубежных зон Средней Европы, Китая, Японии, Северной и Южной Америки, Средиземноморья, Австралии, Новой Зеландии, Южной Африки и др.

На скалистой горке, вокруг мраморной скульптуры мальчика, вытаскивающего из пятки колючку, растут лепешковидные опунции. На этих кактусах распускаются крупные красные, желтые, розовые, оранжевые цветки, из цветков образуются фиолетовые и красные съедобные плоды, похожие на инжир.

Есть и тюльпанное дерево с желтовато-зеленоватыми цветками с оранжевыми пятнами и листьями, напоминающими лиру (в Северной Америке оно достигает высоты 40 м).

Растут вечнозеленые магнолии с кожистыми, блестящими, темно-зелеными листьями и крупными белыми цветками с сильным ароматом.

Здесь можно видеть целую рощу олив, или маслин, среди них сохранилось дерево 500-летнего возраста.

В Никитском ботаническом саду всесторонне изучены многие дикорастущие полезные растения, освоены эфиромасличные, лекарственные, алкалоидные, каучуконосные, дубильные, текстильные, декоративно-цветочные растения.

Теперь на Южном побережье Крыма широко распространены пальмы, лиственные и хвойные деревья, кустарники, лианы.

Более половины выращиваемых в Крыму сортов персиков, абрикосов, сливы, алычи, черешни, айвы, миндаля, инжира, граната, маслины, фейхоа и других культур были предложены учеными ботанического сада..

В результате селекции здесь выведены и новые сорта гвоздик, роз, других цветочных растений, сорта косточковых и субтропических плодовых. Были внедрены новые технические растения: эфиромасличная роза, лаванда, розмарин, базилик, кориандр, ирисы, гераклеум, шалфей мускатный, полынь лимонная, тысячелистник и др. Работники сада внедрили в производство также растения для получения хны и басмы.

Биохимики предложили безвредные растительные консерванты для увеличения сроков хранения безалкогольных напитков и молочных продуктов.

Ботанический сад Украинской академии наук

Ботанический сад Украинской академии наук — крупнейший ботанический сад в Европе. Он был основан под руководством академика А. И. Фомина в 1935 году при Институте ботаники Академии наук Украины на правом берегу реки Днепра, в Киеве, в самом центре города, на высоких холмах. Саду была отведена территория 115 га, на которой было начато освоение площади в 40 га, позже территория сада была увеличена. Склоны холмов, на которых расположился сад, пологие и изрезанные долинами, балками. Благодаря хорошо выраженному рельефу местности удалось разместить ботанические экспозиции с учетом требований садово-паркового ландшафта. Новое исследовательское учреждение начало работать на хорошей научной основе по интродукции растений. При этом создавалась база для научных исследований, накапливались коллекции, строились теплицы. До начала войны сотрудники сада собрали коллекции древесных и кустарниковых пород (до 1500 видов) и оранжерейных растений (до 1000 видов).

Во время немецкой оккупации почти все коллекции погибли, но после изгнания немцев сад восстановили. Уже с марта 1944 года сад стал работать на правах самостоятельного научно-исследовательского учреждения Академии наук Украины. Перед садом были поставлены следующие задачи: разработка вопросов теории и практики интродукции и акклиматизации новых растений; изучение вопросов эволюции растительного мира; разработка вопросов садово-парковой архитектуры; коллекционирование видов и сортов хозяйственно полезных растений; распространение среди населения знаний.

В 1967 году саду был присвоен статус Центрального республиканского Ботанического сада Академии наук Украины.

Созданию великолепного ботанического сада способствовал не только рельеф, но и почвенно-климатические условия. Климат в Киеве умеренно-континентальный, мягкий. Средняя температура самого холодного месяца -5,6°, самого теплого +19,9°. Почвы в саду легкие, плодородные.

К середине 1980-х годов коллекция, собранная в саду со всех континентов, включала около 9000 таксонов.

В состав сада входят такие отделы, как природной флоры, дендрологии и паркостроения, интродукции культурных растений, цветочных растений, тропических растений, экологии и физиологии, семеноведения, защиты интродуцированных растений и др.

В основу планировки сада положен географический принцип, поэтому уже сразу после войны были разбиты участки с учетом географических признаков: Украина, Европейская часть России, Кавказ, Крым, Сибирь, Дальний Восток, Средняя и Центральная Азия, Восточная Азия (Китай, Япония, Корея), Западная Европа, Северная Америка.

В саду можно познакомиться с экспозициями растений трех типов — по систематическому, ботанико-географическому принципу или по признаку использования в народном хозяйстве.

П. Лапин пишет: „По систематическому принципу размещены, например, коллекции древесных растений. Здесь по соседству растут все виды сосны, клена, ели, липы, березы и т. д. Особое внимание посетителей привлекает коллекция магнолий (шесть видов и две формы). Интродукция этих красиво цветущих деревьев — большая заслуга ученых сада. Ботанико-географические экспозиции моделируют различные типы растительности, свойственные отдельным природным регионам нашей обширной страны. Здесь можно увидеть, как сочетаются в природе растения разных видов в Карпатах, в лесах равнинных районов и степях Украины, в Средней Азии, на Алтае, в Сибири и на Дальнем Востоке.

В экспозициях, построенных по принципу использования растений, можно увидеть весь набор основных видов, дающих пищевое сырье, корма для животных, сырье лекарственное, техническое, сырье для парфюмерной и пряно-ароматической промышленности и, конечно, декоративные растения, приносящие людям радость“.

В саду есть участки с посадками, подобранными и по другим принципам. Например, здесь много вьющихся растений, незаменимых для украшения балконов, беседок, стен домов. Это клематисы, актинидии, жимолости, глицинии, гортензии, лимонники, амурский виноград и др.

Для редких и исчезающих растений отведен отдельный участок. Экзотов флоры более двухсот видов. Так, здесь можно видеть тис ягодный — реликт третичной флоры Украины. Или ель горную, произрастающую только в горных лесах Карпат. А также сирень восточнокарпатскую, которая растет лишь в Карпатах.

Плодовый формовый сад традиционно пользуется особым вниманием посетителей. Здесь представлена богатая коллекция лучших сортов яблонь и груш, которые привиты на карликовые подвои. Ветви саженцев образуют плотные стенки, а также формы пирамид, ваз, спиралей, арок, решеток. Некоторые из растений стелются по почве. Представьте себе, как необычно выглядят эти природные экземпляры весной, когда покрываются белыми, молочно-розовыми или красными цветками, и какими бывают во второй половине лета, увешанные крупными ароматными плодами. Вокруг этого сада высажены коллекционные экземпляры яблонь, груш, персиков, абрикосов, грецкого ореха.

Есть в ботаническом саду и сиреневый сад площадью около двух гектаров. Здесь произрастает более тысячи крупных кустов сирени с огромными кистями белых, розовых, лиловых цветов.

Участок цветочных растений, на котором представлено более 3,5 тысячи видов и сортов, от ранней весны и до глубокой осени в цвету. Начинают цвести крокусы. Потом они передают эстафету тюльпанам, нарциссам. За ними набирают цвет лилии, пионы, ирисы. Включаются в цветущий „хоровод“ хризантемы, гладиолусы, георгины, флоксы. Розы (а их здесь примерно 500 сортов) высажены на отдельном участке.

Сотрудники сада ведут большую научную работу. Значительное внимание уделяют интродукции древесно-кустарниковых пород, новых декоративных растений, плодовых и технических культур, селекции цветов. В результате их работы были выделены и внедрены в культуру сорта винограда, абрикосов, персиков. Проводятся также исследования по охране флоры, увеличению стойкости и продуктивности растений, изучению химического взаимодействия растений, озеленению, защите насаждений от болезней и вредителей.

Киевские ученые первыми разработали способ определения степени утомления почвы при выращивании монокультур. Предлагают они и новые принципы фитодизайна.

Здесь внедрялись ценные виды и сорта кормовых растений — рапса, сурепки, которые позволяют существенно повысить выход зеленой массы и увеличить содержание протеина.

Было изучено множество интродуцированных видов пряно-ароматических растений, в результате чего уже к середине 1980-х годов было отобрано и рекомендовано в производство 12 наиболее ценных видов.

ШВЕЦИЯ

Ботанический сад Линнея

В Упсале рядом с домом-музеем Карла Линнея есть сад. Его можно видеть из любого окна дома. В этом замечательном саду цветы показывают время, поворачивая венчики вслед за солнцем, таким образом, они заменяют стрелку на циферблате в виде клумбы. Правда, работают эти часы лишь в солнечную погоду.

А первым в жизни садом для Линнея был сад отца, сельского пастора, в нем отец Карла проводил все свое свободное время. Здесь произрастали деревья и травы, как экзотические, так и местные, декоративные и самые обычные. Этот садик считался одним из лучших в провинции.

Маленький Карл с первых дней жизни рос в саду, среди растений. Биографы Линнея утверждают, что достаточно было дать мальчику в руки яркий цветок, чтобы успокоить и занять его. Когда ребенок подрос, отец выделил в своем саду несколько грядок для мальчика, где тот высаживал растения, которые привлекли его внимание в лесу или в поле.

Вторым наиболее значимым садом в жизни Линнея был сад в Гартекампе, около Харлема (Голландия). Его создал Георг Клиф-форт, директор Ост-Индской компании и бургомистр Амстердама. Там было собрано множество растений в открытом грунте и в нескольких оранжереях. В саду содержались экзотические животные Линней писал, что он был изумлен множеством растений, наполнявших оранжереи. В одной из оранжерей находились растения стран южной Европы — Испании, Италии, Греции и островов Средиземного моря. Другая оранжерея была занята азиатскими растениями. Третья — растениями из Африки. В четвертой были сосредоточены орхидеи и американские растения. В этом саду находился музей с коллекцией засушенных растений, располагалась научная библиотека. Линней писал, что он никогда не видел прежде ничего подобного.

Однажды по поручению Клиффорта Линней отправился в Лондон за растениями для сада в Гартекампе. Молодой ученый наведался к Гансу Слоану, знаменитому натуралисту и коллекционеру. Он встретил Линнея сухо, однако предоставил ему все же возможность ознакомиться со своими коллекциями, о которых Линней писал потом, что они были в полном беспорядке. Филипп Миллер, управляющий Аптекарского сада в Челси, автор знаменитого „Словаря садовников“, выдержавшего 19 изданий, отнесся к будущему светилу науки с безразличием. Тем не менее и он дал ему необходимые растения.

Вернувшись в Гартекамп, Линней продолжал заниматься систематизацией и описанием растений сада и гербария Клиффорта. И в 1737 году он издал в Амстердаме труд „Клиффортовский сад“, содержащий 502 страницы текста. Позже исследователи отмечали, что ни один сад не был описан полнее и ни один сад не был богаче видами, чем тот, который показал Линней в этой работе.

И вот когда Линней стал профессором Упсальского университета, он приступил к восстановлению университетского сада, который был не в лучшем состоянии в его студенческие годы и так и оказался не восстановленным после пожара 1702 года. Однако Линней поставил перед собой задачу не только восстановить сад, но в первую очередь расширить коллекции экзотических растений. Через шесть лет работы в саду Линнея было собрано 500 растений отечественной и 1100 экзотической флоры. В каталоге растений Медицинского сада, составленном Сигезбеком, было перечислено 1275 растений. По тому времени эта коллекция считалась довольно богатой (надо учесть, что сад находился на широте Санкт-Петербурга).

В своем саду Линней подвергал испытаниям растения многих стран. Выводил гибриды, породнил многие далекие, несходные виды.

Голландские, французские ботаники присылали Линнею в Упсалу семена из своих садов. Однажды из Голландии ему послали живой банан, отчего ученый был „вне себя от радости“.

Шли посылки с растениями из Петербурга, которые ранее были открыты в Сибири (ученые того времени отмечали в саду Линнея более ста видов сибирских растений). Так, Линней получил из России сибирские коллекции Стеллера, пересланные ему Демидовым. Кстати, у Линнея учились два брата Демидовы, сыновья известного уральского заводчика. Потом один из братьев развел под Соликамском ботанический сад, вот он и посылал растения в Упсалу. Потом Линней написал Демидову, что растения прижились и чувствуют себя еще лучше в более мягком климате средней Швеции. Профессор Иван Фальк, заведовавший в Петербурге Медицинским садом, бывший когда-то его учеником в Упсале, тоже прислал Линнею растения.

Были в его саду и растения из Северной Америки (их собрали ученик Линнея Кальм и его товарищ по учебе в Голландии Гроновиус). Доктора Тунберг и Спарман, ученики Линнея, посылали ему коллекции с мыса Доброй Надежды. Линней пользовался невероятно широкой известностью. Его удостаивали вниманием высочайшие особы. Например, король Франции очень интересовался ученым и его садом, он собственноручно собрал семена 130 видов растений, чтобы послать ученому.

Король Англии также ознакомился с работой Линнея и счел необходимым расположить в своем саду в Кью растения „по методе Линнея“, так же как это сделал ранее король Франции у себя в Трианоне.

Большим успехом у студентов пользовались и лекции Линнея в Ботанический сад к нему приходили до 250 человек (о чем писал сам ученый в автобиографии).

В 1759 году Линней обратился к администрации университета с предложением учредить в Ботаническом саду должность демонстратора, который вел бы переписку с иностранными учеными, следил за порядком в естественно-историческом музее, занимался со студентами. На эту должность ученый рекомендовал своего восемнадцатилетнего сына. Причем, он предлагал отложить оплату его работы до того времени, когда будут изысканы нужные средства (и только спустя четыре года после назначения молодого Линнея на должность ему стали платить скромное университетское жалованье).

Дом, в котором жил Линней с семьей, сделан без всяких излишеств — двухэтажный, гладкостенный, деревянный. Внутри такая же простая мебель, сколоченная деревенским столяром. Одна комната оклеена страницами ботанического атласа. Но дом Линнея всегда был полон животными. В комнатах жили сверчки, обезьяны, попугаи, стояли аквариумы с рыбками. Во дворе содержались собаки, енот и т. д. А некоторых животных ученый держал в Ботаническом саду.

Значение трудов Линнея трудно переоценить. Ему первому удалось разделить земную флору на виды. А ведь до Линнея люди терялись в изобилии растительного мира, не знали, по каким законам он устроен. „Система — это ариаднина нить ботаники, без нее гербарное дело превращается в хаос“, — утверждал Линней. Его гениальная книга „Виды растений“ вышла в 1753 году, и многое в ней не устарело и по сей день.

В 1772 году профессор Муррей навестил своего старого учителя, он писал об этой встрече: „В этом великом человеке я нашел ту же самую сердечность, ту же живость духа, такое же стремление собирать редкости по натуральной истории, которым я удивлялся в нем, когда он был значительно моложе и когда я слушал его лекции“.

ЗООПАРКИ

Московский зоопарк

В 1857 году профессор МГУ А. П. Богданов, возвратившись из заграничной командировки, представил отчетный доклад, в котором сказал: „Самое большое внимание обращено было мною на вопрос столько же важный в ученом, сколько и в практическом отношении, на вопрос, близкий сердцу каждого зоолога, — на устройство зоологических садов. В продолжение лета осмотрены были мною: Лондонский, Парижский, Амстердамский, Антверпенский, Гентский и Гарлемский зоологические сады. Из них Парижский и Брюссельский, благодаря обязательности директоров этих заведений, я мог изучить не только в ученом, но и в хозяйственном отношениях. Скоро зоологические сады составят необходимое условие высшего преподавания, сделаются не ученою роскошью, как теперь, но насущною потребностью, подобно зоологическим музеям и кабинетам естественной истории. Желательно, чтобы в России первый пример осуществления этой потребности науки вышел оттуда, откуда уже вышло так много благих начинаний: желательно, чтобы в Москве нашему Университету и нашему Обществу выпало и это новое право на благодарность науки. И это будет так, потому что это дело великое, а когда же недоставало у нас в Москве энергии на что-нибудь великое и благородное? Не тотчас привьется эта мысль, не скоро осуществится она; но за нашим Комитетом осталась бы честь постановки вопроса, подготовления его к осуществлению“.

Идея организации первого отечественного зоологического сада была поддержана многими учеными, натуралистами, меценатами. Для реализации идеи была создана комиссия, в которую вошел и профессор А. П. Богданов. Под зоосад была отведена территория так называемых Пресненских прудов, которые в середине XVIII века считались самыми лучшими в Москве (их вода отличалась чистотой и прозрачностью, а местность вокруг была очень живописная).

Кстати, в районе, где сейчас располагается Московский зоопарк, — в дворцовом селе Воскресенском — был небольшой царский зверинец, который прекратил свое существование за 100 лет до открытия зоопарка.

В конце 1863 года Обществу акклиматизации животных и растений была предоставлена местность Пресненских прудов и отпущены из казны 10 200 рублей на организацию зоосада. Этого было явно недостаточно, поэтому инициаторам создания зоосада пришлось просить помощи у состоятельных людей. Кроме того, профессора МГУ передавали зоопарку свои доходы от чтения лекций. Студенты университета по подписным листам собирали деньги среди учащихся и преподавателей. Постепенно подбиралась и коллекция животных (в основном за счет подарков от частных лиц и учреждений).

В 1864 году первый русский зоологический сад был торжественно открыт. В нем содержались: 12 медведей, 5 волков, по два тигра, льва, дикобраза, кенгуру, носухи, по одному носорогу и аллигатору, 8 орлов, 23 попугая, 2 казуара, другие дикие и домашние животные.

Зоосад стал очень популярным учреждением, его кассы ежедневно осаждали москвичи и многочисленные приезжие. Быстро пополнялась и коллекция животных, в основном за счет подарков. Если в день открытия в саду было 140 птиц, то уже к сентябрю этого года их насчитывалось 630. В зоосад поступили зубры, ладожские нерпы, косули, зебу и даже слон.

Но дела в зоосаде осложнялись из-за трудного финансового положения. Поэтому в 1874 году сад был сдан в аренду частному предпринимателю, который мало обращал внимания на благоустройство сада, коллекция животных не пополнялась. Через четыре года Общество акклиматизации животных и растений вновь приняло зоосад под свою опеку. Однако в 1900 году, когда долги зоосада превысили 60 000 рублей, его снова пришлось сдать в аренду частникам.

Не везло саду и позже. Во время Декабрьского восстания 1905 года территория зоосада подвергалась обстрелу, сильно пострадало здание аквариума и ихтиологической лаборатории, была сожжена библиотека зоосада, сгорело несколько деревянных построек, погибла часть животных. А в 1913 году всю территорию зоосада залило водой при весеннем паводке. Потом началась Первая мировая война, властям было не до зоопарка. Многие животные тогда погибли или заболели, сооружения пришли в ветхость, никаких капиталовложений в хозяйство зоосада не делалось.

В 1919 году, когда зоосад был объявлен достоянием Советского государства, началось его восстановление; и уже в 1921 году в нем появились новорожденные оленята, дикие козлята, выводились лебеди и эму. Приобретались белые и бурые медведи, антилопы гну и канны, рыси, винторогие козлы, сибирские горные козлы и др.

В 1924 году к старой территории добавилась площадь около 7 га. Здесь появились сооружения нового типа, в которых стало возможно обеспечить полувольное содержание животных. Зоосад был переименован в зоологический парк. Для его посетителей стали проводиться экскурсии, организовываться выставки, детские праздники.

Перед Второй мировой войной зоопарк посещали ежегодно около 2 миллионов человек. Но даже в годы войны зоопарк пользовался большой популярностью у населения.

После войны коллекция зоопарка пополнялась все новыми животными. Так, в 1951 году здесь обитало 350 видов позвоночных животных, в 1956 году — 430 видов, в 1961 году — 550 видов. Появились экземпляры редчайших видов зверей и птиц, земноводных и пресмыкающихся — большие панды, красные волки, исполинские саламандры, гарпии, амурские и южнокитайские тигры, очковые медведи, дымчатые леопарды, казуары, орангутаны, лошади Пржевальского, куланы и др.

В последующие годы на территории зоопарка были построены новые здания для содержания крупных хищников: львов, леопардов, тигров, пум, гепардов, тропических медведей и других, а также для содержания обезьян, в том числе крупных человекообразных (шимпанзе, орангутанов и горилл). Впервые в истории зоопарка были приобретены две горные гориллы, три пары орангутанов и три пары шимпанзе. Построены были также домики для крупных копытных: зубров, бизонов; большие средства были затрачены на пополнение коллекции животных, которая на 1 января 1980 года насчитывала 620 видов и подвидов позвоночных животных общим количеством около 3000 экземпляров.

Научная работа в зоологическом саду развернулась после превращения сада в зоологический парк в 1926 году.

Старый зоопарк в Москве расположен на небольшой территории — 16,5 га. Она делится на два участка городской улицей. В 1978 году в нем насчитывалось более 2600 диких животных со всех частей света.

В центре территории в 1924–1926 годах было построено здание, напоминающее вершину скалистой горы. Оно называется „Остров зверей“ (авторы проекта — архитектор К. Гипиус и естествоиспытатель М. Завадский). Здесь в заниженных вольерах, окруженных глубокими рвами, содержатся тигры, черные и бурые медведи, австралийские динго, гиеновые собаки и некоторые другие животные. Посетители сверху наблюдают за повадками зверей. Второй и третий этажи „острова“ отведены под террариум.

Авторы проекта реконструкции предложили оригинальное решение, чтобы оградить обитателей зоопарка от транспортного потока ближайших улиц, — устроить на месте существующей ограды земляной вал с пешеходной аллеей.

В 2001 году Дитер Лаппен, директор фирмы „Лаппен“, подарил Московскому зоопарку 12 деревьев ценных пород — липу мелколистную, клен остролистный и полевой, лещину древовидную. (Кстати, клен полевой и лещина древовидная появились в Москве впервые.)

Зоопарк Гагенбека

В XX веке широкую популярность приобрел зоопарк Карла Гагенбека (в Штеллингене, недалеко от Гамбурга), основателя крупнейшей фирмы по торговле дикими животными.

В его зоопарке впервые была внедрена система содержания зверей в обширных вольерах. Причем в вольерах воссоздавался ландшафт, привычный для разных групп животных. Поэтому у питомцев зоопарка возникало ощущение полной свободы.

Для того чтобы реализовать новый проект, понадобилось предварительно акклиматизировать животных, и Гагенбеку удалось это сделать одним из первых. (Фальц-Фейна, создателя заповедника Аскания-Нова, тоже считают пионером акклиматизационного дела.)

Гагенбек позволял экзотическим зверям и птицам самим делать выбор в холодное время года между улицей и теплым зимним помещением. Кроме того, он был инициатором гуманной системы дрессировки, основанной на настойчивости, терпении и поощрении питомцев.

7 мая 1907 года Гагенбек открыл частный зоопарк, который позже стал законодателем моды в мировой архитектуре зоопарков (стиль Гагенбека можно увидеть не только в Московском, но и во всех крупнейших и старейших зоопарках мира).

Попадая в царство зверей, надо пройти через белые ворота, украшенные позеленевшими бронзовыми скульптурами эфиопа, индейца, полярных медведей, львов и слоновьих голов с фонарями на вытянутых хоботах.

После открытия своего зоопарка Карл Гагенбек прожил всего шесть лет. Но он остался в нем навсегда. Рядом с центральным входом посетителей встречает Гагенбек, отлитый из бронзы, — высокий человек с бородкой. Его левая рука оказалась в густой гриве застывшего рядом льва.

Вольеры, в которых содержатся животные, стилизованы под архитектуру тех стран, где обитают звери на воле. Так, возле североамериканских бизонов и оленей-вапити можно видеть торчащие ярко раскрашенные индейские тотемные столбы. А в „азиатской“ части зоопарка расположен уголок в японском стиле с красными воротами, мостом, садиком…

В зоопарке почти нет решеток: 80 процентов здешних обитателей содержатся без них. Однако металлическую сетку можно видеть на клетках с парой гривастых волков, с розовыми какаду.

В зоопарке представлены животные из разных уголков мира. Например, есть мары — крупные грызуны из Патагонии (нечто среднее между газелью и зайцем). Есть гигантские выдры из Южной Америки, достигающие в длину более двух метров, веса — до 25 кг. Хвост у них плоский, как у бобра. Считаются одними из самых прожорливых хищников на свете. На родине они питаются в основном пираньями. Наученные горьким опытом в процессе охоты за этой рыбкой, выдры не теряют бдительности и в зоопарке. Так, у предложенной им макрели грызун сначала откусывает голову, кладет ее рядом с собой, а потом уже с аппетитом съедает рыбу до хвостового плавника.

Моржи в Гамбургском зоопарке с клыками! И это живое опровержение расхожему мнению, что в неволе у моржа не бывает клыков, тем более длинных (по мнению специалистов, зверь стачивает их о дно бассейна).

В естественной природе клыки нужны моржу для выкапывания моллюсков с морского дна, а также для того, чтобы цепляться за льдину. У самцов клыки служат орудием защиты и нападения. Здесь, в зоопарке, нет необходимости пользоваться клыками, тем не менее у весящей больше тонны гамбургской миролюбивой моржихи они есть. Просторный бассейн она спокойно делит с тюленями и морскими котиками Пищу и добывать не надо: служители зоопарка кладут любимую салаку прямо в рот моржихи. В благодарность за кормежку она еще музицирует на губной гармошке.

Азиатские слоны проживают в парке от самого его основания. Здесь их полтора десятка. Обычно в неволе слоны размножаются крайне редко, но в Гамбургском зоопарке ежегодно 1–2 слонихи дают Потомство. Кстати, слона здесь можно не только погладить, но даже и прокатится на нем.

В зоопарке есть и другие не менее любопытные достопримечательности. Например, выставка динозавров из бетонных моделей диплодока, игуанодона и других их сородичей в натуральную величину. Их установил в 1908–1909 годах в парке скульптор Иозеф Палленберг.

И все же главный аттракцион зоопарка — Африканская панорама. На переднем плане панорамы можно видеть широкий пруд с розовыми фламинго, ибисами и утками. За прудом, на лужайке разгуливают страусы и зебры Чапмана. А за ними с совершенно безразличным видом лежат львы. Идиллия, какой в природе почти не встретишь (конечно, это стало возможным лишь благодаря рвам и дорожкам, отделяющим один загон от другого). Но это еще не все. На самом дальнем плане высится огромная скала (автор — швейцарский скульптор Урс Эггеншвилер), там обитают бараны с Атласских гор.

Здесь есть и Полярная панорама. На верхнем ярусе расхаживают белые медведи, а чуть ниже спокойно плещутся морские львы, котики и тюлени.

В Гагенбек-парке такой таблички, как „Животных не кормить!“, не встретишь. Здесь учли психологию посетителей, поэтому позволяют кормить некоторых животных (медведей, яков, бизонов, оленей, антилоп, макак, слонов) без ограничений. Однако только специальным кормом, который здесь и продают.

В Германии вообще особое отношение к зоопаркам, здесь по телевидению идет даже специальная передача о них. Тем более что рассказать есть о чем. Зоопарков много, и самых интересных.

Одним из первых стационарных зверинцев в Германии был Дрезденский. Его основал в 1554 году А. Шепф по решению курфюрста Августа I на окраине парка Гросер Гартен, в резиденции саксонских князей. В Дрезденском зверинце содержались львы, тигры, леопарды, медведи, обезьяны, фазаны и другие звери и птицы.

Однако считается, что термин „зоопарк“ использовался в Германии еще ранее — в 1451 году, для названия парка в Штутгарте (там обитали дикие животные и много ловчих птиц, используемых для охоты).

Сейчас в Дрезденском зоопарке содержится около 2 тысяч животных 500 различных видов.

По стародавней традиции здесь показывают и разводят человекообразных обезьян, например орангутанов. Кроме того, здесь есть такие редкие животные, как дымчатые леопарды, белые африканские носороги, олени Давида, индийские тапиры, гривастые волки. И почти все они дают потомство.

Берлинский зоопарк занимает территорию 130 га. Здесь собрано 900 видов животных.

В этом зоопарке есть знаменитое сооружение — Дом Брэма, построенный из натуральных каменных глыб, дерева, стекла и металла Вход в Дом Брэма „охраняют“ огромные бронзовые скульптуры львов, в два раза превышающие естественную величину этих хищников.

Этот дом — своего рода комплекс зимних и летних помещений, смежных между собой. В центре зимнего строения расположен под стеклянным куполом зимний сад, в котором растут пальмы, бананы, панданусы, филодендроны, монстеры. В его бассейнах можно видеть викторию-круциану, лотос, циперус и др. Среди этой пышной зелени летают тропические птицы. Из тропического леса можно сразу отправиться на свидание ко львам: они живут большой семейкой в огромной нише, выложенной камнем. В других помещениях обитают дикие кошки — тигры, леопарды, ягуары, оцелоты. Здесь же проживают мелкие виды обезьян, попугаи и другие тропические пернатые. Их соседями оказались удавы и питоны. К зданию примыкает огромный вольер, населенный крупными пернатыми хищниками (орлами, кондорами, грифами, стервятниками и т. д.).

Зоопарк славится и своими водоемами: гусиными прудами; бассейнами на участках для слонов, гиппопотамов, крупных хищников; водопадом, низвергающимся с 13-метровой высоты в вольере белых медведей. А также фонтанами (например, с забавными скульптурами на детской площадке).

Джерсийский зоопарк

Джерсийский зоопарк был создан в 1958 году на острове Джерси, в северо-восточной части острова, что находится в проливе Ла-Манш. Он занимает площадь около 15 га. Ежегодно его посещают свыше 200 тысяч туристов. В коллекции содержится около 850 экземпляров животных, относящихся к 135 видам. Зоопарк этот небольшой, но его сотрудники выполняют благородную миссию: спасают от полного уничтожения редкие и редчайшие виды животных. Ныне Джерсийский зоопарк известен всему миру.

Этот зоопарк основал Джералд Даррелл, он, использовав весь свой организаторский талант, знания, средства, получаемые от издания книг, посвятил свою жизнь спасению диких животных, разработке эффективных способов их содержания в неволе.

По его собственному признанию, он с двух до шести лет усердно готовился к тому дню, когда станет обладателем зверинца. Все детство он собирал всевозможную живность, изучал разных животных. Когда Даррелл повзрослел, он поступил на работу в зоопарк Уипснейд в Бедфордшире, загородную базу Лондонского зоологического общества. После Уипснейда он десять лет занимался отловом зверей, финансировал и возглавлял десять серьезных экспедиций в разные концы света, добывая животных для зоопарков. Тогда-то Даррелл и пришел к мысли, что зоопарки должны не только коллекционировать животных, но и вести исследовательскую, охранную и просветительную работу. И вот тогда у него появилась идея создать свой необычный зоопарк.

„Я задумал не простой зоопарк с традиционным набором животных… мне хотелось, чтобы мой зоологический сад способствовал охране фауны, — позже писал Даррелл. — Распространение цивилизации по континентам привело к полному или почти полному истреблению многих видов. О крупных животных еще пекутся: они важны для туризма или для коммерции. Но в разных концах света есть немало интересных мелких млекопитающих, птиц и рептилий, которых почти не охраняют, так как от них ни мяса, ни меха. И туристам они не нужны, тем подавай львов да носорогов. Большинство мелких видов — представители островной фауны, ареал у них совсем маленький. Малейшее покушение на этот ареал — и они могут исчезнуть навсегда. Достаточно завезти на остров, скажем, несколько крыс или свиней, и через год какого-то вида уже не будет…

На первый взгляд задача кажется простой: стоит только наладить надежную охрану диких животных, и они уцелеют. Но это подчас легче сказать, чем сделать. А пока идет борьба за такую охрану, надо принять другие меры предосторожности — создать в заповедниках и зоопарках достаточный резерв исчезающих животных; тогда, если случится худшее и эти виды перестанут существовать на воле, они все же не будут безвозвратно потеряны. Более того, резерв позволит в будущем отобрать и вновь расселить вид на его родине. Это всегда казалось мне главной задачей каждого зоопарка, но большинство зоологических садов лишь недавно осознало серьезность положения и приняло какие-то меры. Я хотел сделать спасение исчезающих видов главной задачей своего зоопарка“.

Размножение в неволе позволило сохранить таких животных, как олень Давида, зубр, бонтбок, гавайская казарка, причем кое-кого из них спасло от полного вымирания. Между тем перечень животных, которые нуждались в защите, рос с угрожающей быстротой.

Идея была прекрасная, но найти деньги на ее осуществление было непросто. И тут Даррелл решил получить ссуду под еще не созданные шедевры — свои книги. Издатель, совершенно замороченный Дарреллом, пообещал ему выступить гарантом на сумму 25 тысяч фунтов — при условии, что он застрахует свою жизнь на такую же сумму (вдруг его проглотит лев до того, как он сможет вернуть ссуду).

Нелегче оказалось найти и площадь для своего зоопарка. Из-за упрямства местных властей Дарреллу пришлось оставить идею учредить специализированный зоопарк на южном побережье Англии. Поэтому он нашел небольшой административный округ со своими порядками. Это был Джерси — главный из Нормандских островов.

Ему посчастливилось взять там в аренду поместье Огр с правом выкупить его позднее. Это поместье было идеальным местом для зоопарка. Оно было построено из местного гранита цвета осенних листьев, при нем был огромный сад, обнесенный каменной стеной. Во внутренний двор можно было попасть через великолепные арки XVI века. А вокруг простиралось полтора десятка гектаров возделанных земель.

Первоначальная коллекция зоопарка представляла собой обычный смешанный набор исчезающих животных. Позже видов стало меньше, а особей больше. Сотрудники зоопарка добились и похвальных результатов в размножении животных; некоторые виды впервые дали потомство в неволе. Был получен приплод от многих редких и исчезающих видов.

Чтобы привлечь внимание общественности к охране исчезающих видов животных, Даррелл основал Джерсийский трест охраны диких животных, избрав для него символом маврикийского дронта — крупного нелетающего голубя, истребленного европейцами и домашними животными-переселенцами.

После того как был учрежден Международный трест охраны диких животных, появилась возможность расширить сферу деятельности зоопарка. Сотрудники этого зоопарка стали предоставлять финансовую помощь и консультации для разведения, например, обнаруженного вновь карликового кабана и исчезающего малого антильского попугая; были проведены „спасательные“ экспедиции в Сьерра-Леоне и в Мексику для отлова вымирающих животных. И сейчас небольшая группа исследователей-энтузиастов зоопарка борется за жизнь своих подопечных, редчайших зверей и птиц: белого ушастого фазана, леопардов, тапиров и многих других.

Начав с дальних путешествий в поисках редких животных, Даррелл возглавил потом экспедиции для съемки фильмов о природе и животных. Из-под его пера вышли в свет такие книги, как „Ковчег на острове“, „Перегруженный ковчег“, „Под пологом пьяного леса“, „Земля шорохов“, „Три билета до Эдвенчур“. Впечатления об экспедиции в Австралию, Новую Зеландию и Малайзию легли в основу книги „Путь кенгуренка“. Воспоминания детства и пребывание на острове — в основу трилогии „Моя семья и другие звери“, „Звери, птицы и родственники“ и „Сад богов“. Книга „Золотые крыланы и розовые голуби“ была написана об экспедиции на остров Маврикий.

В Джерсийском зоопарке были созданы целые программы по изучению биологии разных животных. Например, белых ушастых фазанов, краснощеких ибисов, ямайских хутий, шести видов мармозеток, двух видов гверец, четырех видов лемуров, орангутанов, горилл и многих других животных.

Большое внимание Джерсийский зоопарк уделяет международному сотрудничеству, передавая в другие зоопарки мира полученный молодняк. Например, в Московский зоопарк безвозмездно был передан на длительный срок для размножения годовалый самец очкового медведя — редкого и малоизученного зверя Южной Америки, включенного в Красную книгу.

ПАРКИ АТТРАКЦИОНОВ

Диснейленд

Самый первый, подлинный Диснейленд (Disneyland) был открыт в 1955 году в Анахейме (штат Калифорния), на юге от Лос-Анджелеса. Это был ни на что не похожий парк. Организаторам парка хотелось восстановить волшебное царство мультфильмов Уолта Диснея. Кроме того, добавить к этому разнообразные и новые технические трюки, которые создавали бы у посетителей впечатление, что они плывут через джунгли, видят перед собой призраков, сидят в подводной лодке на дне моря и т. д. Организаторы планировали предложить посетителям своего парка увлекательные прогулки по окрестностям по тематическим планам. Этот увеселительный парк должен был стать местом отдыха для всей семьи, в котором она чувствовала бы себя в полной безопасности и весьма комфортно. „Забавляя — просвещать, играя — воспитывать, будить воображение“ — таков девиз Диснейленда. Этот парк аттракционов, задуманный как царство детей, привлекает и взрослых. Здесь можно побывать в джунглях, плавать вдоль берегов, любуясь речными обитателями и фотографируя их.

Создателем Диснейленда является Уолт Дисней (1901 — 1966), известный как американский кинорежиссер и мультипликатор, пионер индустрии семейного отдыха. В 1923 году он открыл в Голливуде свою студию. Его первые мультипликационные фильмы — немой „Безумный аэроплан“ и озвученный „Пароход Вилли“, главным героем которых был Микки Маус, — появились в 1928 году. Позже студия стала выпускать не только короткие, но и полнометражные мультфильмы („Белоснежка и семь гномов“, 1938 год, „Пиноккио“, 1940 год, „Дамбо“, 1941 год). Мультперсонажи Диснея, например Дональд Дак, попали также в комиксы.

Используя возможности звукового кино, Дисней создал так называемую дурацкую симфонию — тип мультипликации, базирующей на ассоциациях зрительных и музыкальных образов.

О создании страны фантазии Дисней начал думать еще в 1930-е годы. Тогда он стал делать зарисовки на бумаге некоего царства киногероев, предназначенного исключительно для детей. Однако планы Диснея не встретили поддержки у финансистов, они очень сомневались в том, что проект смог бы окупиться. Не дождавшись положительного ответа государственных деятелей, Дисней приступил к строительству парка на свои деньги на месте апельсиновой плантации.

Создавая парк, Дисней использовал опыт своей работы в Голливуде. Он сам руководил строительством парка аттракционов. Посылал в африканские джунгли снимать характерные сцены из жизни животных. Экзотические растения привозили сюда из лесов Амазонки, Индонезии, Новой Зеландии. Возводились объекты, копирующие настоящие. Но при этом выдерживался один принцип: все сооружения делались в 1/8 натуральной величины, чтобы сэкономить место и придать реальным объектам сказочную условность. За очень короткий срок 2,5 тысячи рабочих возвели государство в государстве. Особенно преуспели аниматоры, сделав из пластика и резины (с применением электроники и механики) растения, птиц, зверей и людей. Наиболее примечательными их работами считаются: фигура президента Линкольна и пластиковый баобаб с 300 тысячами виниловых листьев. Для того чтобы парк работал в заданном режиме, пришлось задействовать 5 тысяч служащих (артистов в роли диснеевских персонажей, техников, ботаников, электриков, администраторов и т. д.).

В 1955 году Диснейленд открылся. Для привлечения посетителей в парк аттракционов реклама не понадобилась, Америка признала эту „страну“ задолго до того, как она появилась в действительности. Сейчас Диснейленд — самая большая в мире ярмарка развлечений.

Затраты на организацию парка составили 17 миллионов долларов. Но уже при жизни Диснея парк аттракционов стал приносить доходы. Прибыль от туристов, приезжающих в эту сказочную страну, так велика, что, если бы Диснейленд решили продать, то уже в начале 1970-х годов покупателю пришлось бы выложить 100 миллионов долларов.

У входа в Диснейленд посетителей встречает самый известный из его персонажей — Микки Маус („Я люблю Микки Мауса больше, чем любую из женщин, которую я когда-либо знал“, — говорил Уолт Дисней).

Открытие страны сказок начинается с городской улицы, на которой построены двухэтажные кирпичные домики, стоят газовые фонари. Тут же можно видеть конку, порыжевшие от времени вывески, а в витринах, вместо электрических ламп, свечи. А вот и обитатели улицы: шериф, бородатый полицейский, цирюльник, охотник, кузнец, ковбой, лоцман.

И конечно, благородные леди. Все эти персонажи, кажется, живут здесь, а посетители парка случайно сюда попали.

С этой главной улицы можно попасть по желанию в одну из стран: приключений, экзотики, фантазии, пограничья, завтрашнего дня. Эти страны уже манят путников. Уже виднеются шпили замка, мачты парусника, проносится поезд, пыхтит паровоз, слышатся голоса зверей. Идет оркестр гусаров. За ним следуют: кот в сапогах, семь гномов и Белоснежка, волк, пингвин, Дюймовочка, одноглазый пират в косынке… Для того чтобы попасть в Страну приключений, надо сесть на маленький пароход. Сказочная история начинается тут же. Путники пробираются через самые настоящие джунгли (пальмы, лотос, бамбук, бананы, перевитые лианами). В этом лесу обитают и звери — тукан с красным клювом, огромный удав. На водопой идут слоны, резвятся обезьяны, в нависшей над рекой пещере расположилось семейство львов, кричат разноголосые яркие птицы. А вот и крокодил! Лишь вероятность встречи с крокодилом миновала, путешественники видят на берегу разъяренного носорога.

„Опасность“ подстерегает путников на каждом шагу. На их глазах из воды выбираются, широко раскрывая огромные пасти, бегемоты. Но капитан всегда начеку: стреляет — и животные одно за другим исчезают в воде. Здесь разыгрываются нешуточные морские сражения; шипят, падая в реку, раскаленные пушечные ядра. Веселятся пьяные пираты, бесчинствуют в захваченной крепости. Все кажется настолько натуральным и естественным, что не верится, будто звери и даже охотники с пиратами сделаны из резины и пластика. Между прочим, и настоящие птицы принимают розыгрыш за чистую монету: были случаи, когда коршун охотился за поющим чучелом.

„Описать все, что видит человек за день в этой потешной стране, невозможно, — рассказывают В. Песков и Б. Стрельников. — За день он, впрочем, и не может увидеть всего, что тут накручено и намешано с непостижимой выдумкой и размахом. Тростниковые хижины африканцев. Пестрый восточный базар. Альпийская деревня. Средневековый замок (подъемный мост на цепях, рвы, башни). Пиратский корабль (с „живыми“ пластиковыми пиратами, пьющими ром на пороховых бочках). Тут есть динозавры, пещеры, наполненные сокровищами, кладбище с привидениями, домик трех поросят, аукцион, где разбойники продают юных пленниц. И рядом — полусказочный новый мир. Садишься в автомобиль и становишься участником жутких гонок. Хочешь испытать ощущение альпинистов — есть крутая гора (в сто раз уменьшенная копия какой-то знаменитой скалы). По веревочной лестнице можно забраться на верхушку огромного баобаба и побывать в гостях у жителей первобытного племени. А можно на лодке спуститься по очень порожистой речке“.

Впрочем, на старом поезде можно объехать страну Диснея за двадцать минут и увидеть поселок золотоискателей, пустыню с бородатым отшельником, прерии со стадом бизонов и даже индейцев. Но при желании можно выбрать и другое средство передвижения, например мула или конку, двухэтажный омнибус или канатную дорогу. По воде можно совершать путешествие как на индейском каноэ или плоту, так и на старинном паруснике или белом пароходе. Можно путешествовать даже под водой — на подводной лодке, где совсем близко можно будет увидеть в иллюминатор китов, акул, осьминогов, затонувшие корабли. А можно подняться с Карлсоном над крышами города, заглянуть в дом ужасов, полетать на космическом корабле…

Транспорт в этом сказочном государстве является одновременно и аттракционом, и средством передвижения. Предусмотрены маршруты, по которым можно ездить на любых видах транспорта. Применяются и новые виды передвижения — высокоскоростные подвесные, на магнитной подушке, работающие на двигателях, не загрязняющих воздух, и др.

В другой стране Диснейледа, названной „Пограничье“, можно видеть хижины первых охотников, ферму, жилище в прериях, кузницу, мельницу, лавку, где принимают пушнину в обмен на ружья, лагерь индейцев… Пограничье в американском смысле — это черта, которой достигали люди, продвигаясь на Запад.

Есть в Диснейленде и остров Тома Сойера. Там есть настоящая пещера, в которой блуждали Бекки и Том; плот, на котором знаменитые искатели приключений плыли до Миссисипи. И даже пароход, который отплывает под удары колокола от пристани, очень характерной для того времени (заваленной хлопком, канатами, бочками с рыбой).

В стране „Завтрашний день“ демонстрируются чудеса техники. Например, можно слетать на Луну. „Космонавты“ садятся в кабину корабля. Идет отсчет времени, слышится гул. Космодром удаляется, а потом виднеется Земля все дальше и дальше. Вот уже в иллюминаторе появилась Луна с лунными кратерами.

Ученые пытаются объяснить феномен успеха сказочной страны, даже появилось такое понятие, как эффект Диснея. Архитекторы объясняют его планировкой. У художников свои аргументы — выдумка и фантазия. Социологи и психологи говорят о Диснейленде как о ярмарке веселья. За короткое время парк аттракционов стал национальным достоянием Америки. За тридцать лет (с 1955 по 1985 год) первый Диснейленд в Калифорнии посетили 250 миллионов человек, в среднем 8,3 миллиона человек в год, или около 23 тысяч человек в день. В 1989 году Диснейленд в Калифорнии приветствовал своего трехсотмиллионного гостя.

Успех Диснейленда хотелось повторить другим. Поэтому 1 октября 1971 года был открыт Диснейленд (Walt Disney World) в штате Флорида, в 24 км к юго-востоку от Орландо. До него можно добраться по железной дороге: от станции Киссими до Майами и Нью-Йорка (со всеми большими городами имеется также автобусное сообщение). В Орландо есть и международный аэропорт.

Новый Диснейленд занимает 11 300 га и считается самым большим увеселительным парком мира. Его строительство обошлось в 400 миллионов долларов. В нем многие достопримечательности повторяются, но появились и новые аттракционы.

Парк во Флориде так же, как и в Калифорнии, разделен на участки.

Дикий Запад — это страна с замком, где водятся призраки. Путешествуя на колесном пароходе, можно проплыть мимо первооткрывателей новых земель. С плота можно увидеть остров Тома Сойера и форт с фигурами людей, в которых можно выстрелить из „ружья“. Здесь же можно стать и участником представления варьете. Даже пройти в Президентский зал, где великие люди прошлых эпох обращаются к зрителям.

В парке „Мир Уолта Диснея“ представлены две тематические зоны — „Современный мир“ и „Мир будущего“. Здесь сделана попытка оживить далекое прошлое и представить, каким будет будущее. В павильонах парка, на аттракционах нашли отражение такие темы, как космос, использование солнечной энергии, город будущего, вычислительная техника, сельское хозяйство и др.

На „Острове открытий“ есть реальная возможность встретиться с гигантскими черепахами-галапагос.

„Страна рек“ действительно представляет собой водное царство. На территории парка созданы каналы общей протяженностью 58 км, озера, лагуна. В путешествие можно отправиться по туристическому маршруту, разработанному для натуралистов. Во время однодневного путешествия по лагуне можно увидеть архитектурные сооружения разных времен и народов. Природная среда парка „Мир Уолта Диснея“ органично связана со сценариями, по которым разыгрываются каждый день представления для посетителей.

В самом центре парка стоит романтический замок Золушки, напоминающий замок мечты Людвига IV Баварского. Этот замок украшен зубцами и башнями, а глубоко под землей прорыты подземные ходы, которыми пользуются Микки Маус, Дональд Дак и их друзья, чтобы неожиданно появиться где-нибудь, в самой толпе. Они гуляют по улицам парка вместе с другими героями мультфильмов в сопровождении оркестра.

Аттракционы постоянно модернизируются, появляются совсем новые. Чтобы посетить все аттракционы, требуется четыре-пять дней, а желательно посвятить парку целую неделю.

„Мир Уолта Диснея“ во Флориде за первые пятнадцать лет (с 1971 по 1986 год) посетили 230 миллионов человек, или в среднем 15,3 миллиона человек в год, 42 тысяч человек в день.

Кроме Диснейленда в Орландо появилось много других развлечений для туристов. Например, аквариум „Морской мир“ — самый большой в мире. Здесь можно увидеть кита-убийцу весом 2000 кг и его первенца, родившегося в неволе. На аттракционе „Встреча с акулой“ — попасть в тоннель, идущий через огромный аквариум, где плавают акулы огромных размеров. Аттракцион „Встреча с пингвином“ представляет собой искусственно созданный полярный ландшафт, где содержатся 200 пингвинов и морские птицы. А в Центральном зоопарке Флориды и в зоопарке Гэйтер-ленд разводят аллигаторов.

Токийский Диснейленд

В 1983 году в городе Ураясу, в префектуре Тиба, недалеко от Токио американцы при участии японских фирм построили огромный детский комплекс аттракционов Диснейленд, или Парк чудес.

Успех первого Диснейленда в Америке был настолько грандиозен, что идея „страны чудес“ распространилась далеко за пределы Америки. Первыми ее подхватили японцы.

В парках „Мир Уолта Диснея“ в США и Диснейленда в Токио использована одна и та же планировка: от главной улицы посетители двигаются к центру — площади с замком Золушки. От нее радиусами расходятся пути к тематическим зонам: Всемирный базар, Страна приключений, страна „Вестерн“, страна „Фантазия“, страна „Завтра“.

Традиционный Микки Маус встречает гостей у ворот Токийского Диснейленда. Тут же, рядом с ним Дональд, Белоснежка и семь гномов.

На Всемирном базаре аттракционов без перерыва демонстрируются мультфильмы Диснея. В крытых павильонах можно поиграть в игры „старых добрых времен“ — от серсо до „однорукого бандита“. Потом посетители парка рассаживаются по омнибусам, „самодвижущимся коляскам“ и паровым автомобилям начала века. Путешествие начинается!

В Стране приключений, продвигаясь по железной дороге, можно проникнуть в глубь джунглей, увидеть настоящую Полинезию и пиратов Карибского моря.

Вот совсем рядом стоит „живой“ слон, обливающий себя водой из хобота. Недалеко пасутся зебра, жираф. Отдыхает от утомительной охоты лев. Можно представить, что ожидает путников, отправившихся в джунгли. Например, какая-нибудь громадная горилла с легкостью перевернет джип, разгромит лагерь, а потом еще и с любопытством будет подсматривать, как отреагируют люди на ее проделки (эту сцену можно увидеть, совершая путешествие на поезде по Диснейленду). А вот поезд ныряет в тоннель, вырубленный в скале, и оказывается в затерянном мире с динозаврами, издающими зловещие звуки…

А можно отправиться в путешествие на лодке. Ее рулевой — славный малый: успевает и за пассажирами следить, и лихо отстреливаться от бегемотов и крокодилов.

Катание на лодке по подземной речке не менее душещипательное зрелище. На берегах реки бесчинствуют пираты: пьют, стреляют, делят сокровища, штурмуют крепость.

А навстречу моторке неторопливо „шлепает“ по водной глади пароходик, точно такой же (только поменьше), на каком служил молодой лоцман Сэм Клеменс — будущий писатель Марк Твен.

В страну „Вестерн“, на остров Тома Сойера посетителей парка перевезет сколоченный из бревен плот („Том“, „Гек“ или „Бекки“). Остров омывает канал, который изображает Миссисипи (если вы гостите у Марка Твена) и лесную речку (если вы катаетесь на каноэ, описанном Фенимором Купером). На острове Тома Сойера можно зайти в пещеру индейца Джо, посмотреть на старинную водяную мельницу, погулять по тихим рощам. Особое впечатление производит на публику форт с бравыми „воинами“, готовыми за себя постоять.

В стране „Фантазия“ больше всего аттракционов. Каждый выбирает себе развлечение по душе. Может быть, прокатиться на летающих слонах? Попробовать, каким окажется „Чай Алисы“ (покататься на карусели)? Стать участником приключений с Пиноккио? А может быть, познакомиться ближе с Белоснежкой и ее друзьями? Или попробовать свои силы в борьбе со злыми волшебниками в Замке Золушки?

Давайте отправимся в Замок с привидениями, выполненный в готическом стиле Полутемная гостиная увешана портретами XVI–XVII веков. Говорят, что во время посещения Замка здесь можно увидеть 999 духов, привидений и призраков. Их не надо специально искать, вам не надо никуда идти. Вы усаживаетесь в глубокие черные кресла, и они сами начинают двигаться, то поднимаясь вверх, то резко падая вниз. И за вашими передвижениями следят призраки. Они даже устраиваются вместе с вами в уютном кресле — вы обнаруживаете это, бросив взгляд на зеркальную стену.

После такого путешествия самое время отправиться в Маленький мир, который излучает тепло и нежность. Сооружения окрашены в пастельные тона, кусты и деревья подстрижены в виде слонов, жирафов, других животных. Катаясь на лодке, посетители парка видят на берегах кукол, одетых в национальные костюмы и танцующих в такт звучащей песенки „Этот маленький мир“.

В страну „Завтра“ можно попасть по канатной дороге. Посетителей ждут карусели в виде космических кораблей, залы игральных автоматов, кинозалы с движущимися креслами. Здесь можно увидеть вполне серьезные документальные фильмы об Америке, Японии и тайнах космоса, но дополненные голографией и лазерной подсветкой.

На центральную площадь Диснейленда лучше всего приходить в 3 часа дня. Тогда здесь начинается „Парад снов, ставших реальностью“. В этом грандиозном шоу участвуют около 100 исполнителей.

Ежедневная работа огромного парка аттракционов великолепно организована. Всего в Парке чудес работают 300 служащих, которые придерживаются четырех основных заповедей — безопасность, вежливость, шоу, эффективность.

У служащих каждого аттракциона своя униформа. Так, посетителей встречают паж из замка Золушки, Сверчок из „Приключений Пиноккио“, отважный Исследователь джунглей и т. д.

Тем, кто хочет более подробно познакомиться с Диснейлендом, помогут экскурсоводы. Для маленьких детей предоставляются прогулочные коляски, есть „Беби-центр“. Здесь могут присмотреть и за ребенком, который потерял во время прогулки своих родителей.

Посетителям немного приходится передвигаться самостоятельно: непрерывной цепочкой идут по определенному маршруту лодки, паровозы, омнибусы. Они доставляют посетителей к самой выигрышной точке наблюдения.

Домашние животные, за исключением собак — поводырей слепых, на территорию Диснейленда не допускаются (их приходится оставлять в специальном помещении).

Аттракционы Диснейленда в зависимости от цены билета разделены на группы с литерой от „А“ до „Е“, эти же литеры ставятся на билетах.

Начиная с 1985 года в Диснейленде ежегодно открывается по 2–3 новых: аттракциона. Руководство парка ежегодно ассигнует на новые аттракционы 5 миллиардов иен.

Вложение средств в развитие индустрии досуга оказывается крайне выгодным делом. На протяжении многих лет Токийский Диснейленд пользуется большой популярностью у населения. Уже в первый год функционирования его посетили 10,2 миллиона человек, или в среднем 28 тысяч человек в день. Однако вскоре посещаемость увеличилась, составив в 1985–1986 годах по 14 миллионов человек в год, или 40 тысяч человек в день. Больше всего посетителей из прилегающих к Токио центральных районов Японии Канто и Тюбу — 70 процентов, около 10 процентов посетителей — иностранцы. Хотя число детей и подростков, посещающих Диснейленд, растет, 70 процентов посетителей составляют люди старше 18 лет; причем женщин значительно больше, чем мужчин. По подсчетам администрации, более 30 процентов посетителей — люди, которые не первый раз приезжают в Диснейленд.

Токийский Диснейленд далеко не единственный парк развлечений в Японии. В Токио и его окрестностях есть такие большие парки развлечений, как „Коракуэн“, „Фудзикю Хайпенд“, „Иомиуриленд“ и др.

Небывалый коммерческий успех Диснейленда заставил администрацию этих парков принять действенные меры для привлечения посетителей. Так, в парке „Сэйбу эн“ была построена самая большая на востоке карусель, способная принять одновременно 108 человек, были сооружены плавательные бассейны-аттракционы. Новые аттракционы, как правило, самые большие или первые в Японии, были созданы и в других парках развлечений.

Евро-Диснейленд

Евро-Диснейленд, или Фантазийленд — парк аттракционов, первый Евро-Диснейленд, открытый 12 апреля 1992 года во Франции — в Мари-ля-Вале, недалеко от Парижа, в долине реки Марна. Парк расположился на площади около 2 тысяч га.

Когда решался вопрос о размещении первого европейского Диснейленда, между Францией и Испанией шла жесткая конкурентная борьба за право стать страной-хозяйкой этого парка аттракционов. Победительницей в этой борьбе стала Франция. В течение почти двух лет французский премьер-министр Л. Фабиус и президент компании „Уолт Дисней продакшн“ М. Эйднер вели переговоры и в конце концов подписали в Лондоне соглашение о строительстве во Франции первого в Европе Диснейленда.

Многие сомневались в правильности решения правительства. Они считали, что можно было бы использовать эту огромную территорию для других целей. Другие никак не могли примириться с тем, чтобы страна Виктора Гюго превратилась в площадку для заокеанских аттракционов.

Но несмотря на многочисленные сомнения и неприятие идеи создания американского парка аттракционов в декабре 1986 года было начато строительство Евро-Диснейленда там, где располагались свекловичные поля и не было ничего, кроме обыкновенной водонапорной башни (кстати, именно она и навела создателей парка на мысль построить здесь замок Спящей Красавицы). Началось создание парка в чисто французском духе.

Из европейских стран, Соединенных Штатов и Канады были привезены деревья (нужно было очень постараться, чтобы все экзоты прижились в климате Франции). Всего было посажено 300 000 деревьев.

А замок Спящей Красавицы был выбран в качестве композиционного центра потому, что эта сказка Шарля Перро одна из самых популярных во Франции. В замке Спящей Красавицы гармонично соединены два архитектурных стиля. Источником для вдохновения архитекторов послужили современные фильмы. Кроме того, Пен, архитектор, создавший Луврскую пирамиду, предложил организаторам парка аттракционов внимательнее изучить миниатюры манускрипта XV века „Времена благоденствия герцога де Берри“. Что они и сделали.

Когда были созданы первые аттракционы, в течение нескольких месяцев сотрудники работали с экспериментальными посетителями, прежде чем принимать всех желающих. В первый же год в Евро-Диснейленде побывали 11 миллионов посетителей.

По мнению министра Жана Мишеля Байле, это строительство стало наиболее важным событием для французского туризма вообще. Ведь 50 процентов посетителей парка и 80 процентов гостей, живущих в отелях, — иностранцы. Поэтому значение Парижа как туристического центра существенно возрастает.

Сейчас, попадая в Фантазийленд, можно пройтись по настоящей улочке Мейн-стрит, по которой степенно гарцуют лошади, тарахтят первые трамваи. Иными словами — погрузиться в атмосферу времен Золотой лихорадки. Здесь берет начало лабиринт „Алиса в стране чудес“ и идет шоу Бафало Билла, которое переносит посетителей во времена первых переселенцев Америки. Персонажи этого шоу — реальные люди — знаменитый охотник на бизонов Бафало Билл и его друг Ситтинг Булл. А также кавалеристы, индейцы, атакующие дилижанс или охотящиеся на бизонов.

Но многие приходят в Фантазийленд и для того, чтобы просто выпить чашечку шоколада в одном из кафе, которые оборудованы каминами. Президент Фантазийленда Роберт Фитцпатрик рассказывал, как появилась идея устройства этих каминов: „В марте 1988 года мы прогуливались по улицам Парижа с Мишелем Эйснэ, генеральным директором Уолт Дисней Компании. Застигнутые врасплох грозой, мы вынуждены были зайти в гостиницу „Тремуай“. И сразу же у порога нас окутал восхитительный аромат горящих поленьев Мишель сказал: „Боб, во всех ресторанах и гостиницах Евро-Диснейленда должны быть камины“. Это было настоящей находкой. Ведь дрова, потрескивающие в камине, и неяркий мерцающий огонь — именно это и создаст ту уютную, домашнюю обстановку, которая противостоит непогоде“.

Похоже, что с парком аттракционов смирились даже те, кто был категорически против его создания. Организаторы Фантазийленда считают, что благодаря фильмам, которые здесь показываются, удается установить связь между разными поколениями. Потому что источником вдохновения самого Уолта Диснея и его последователей были и остаются сказки, написанные европейцами — Шарлем Перро, братьями Гримм, Хансом Кристианом Андерсеном.

Предполагается, что французский Фантазийленд ежегодно будут посещать около 10 миллионов человек, из них 4 миллиона — иностранные туристы, а прибыль превысит 1 миллиард франков.

Постепенно Диснейленды завоевывают весь мир. Самый большой парк аттракционов — „Мир Уолта Диснея“, расположенный под Орландо (штат Флорида, США), занимает площадь 11 322 га. Парижский Фантазийленд раскинулся на площади около 2 тысяч га. Под Токийский Диснейленд, находящийся в 15 км к юго-востоку от Токио, отведено 820 га.

Открыв первый Диснейленд в 1955 году, Уолт Дисней доказал, что тематический парк — доходное коммерческое предприятие, потому что в центре сценария, разыгрываемого в парке, — зритель.

Благодаря Уолту Диснею была создана принципиально новая концепция парка. По мнению короля мультипликации, существующие до этого парки имели ряд недостатков загрязненность территории, неприветливость обслуживающего персонала и недостаточную организацию, тесно расположенные аттракционы и др. Кроме того, ему очень не нравилось, что взрослым отведена лишь роль сопровождающих своих чад. Поэтому Дисней решил создать „новый мир“ — тематический парк отдыха и развлечений Диснейленд.

Согласно его концепции, в новом типе парка следовало избегать всего, что было чуждо интересам семьи или воспринималось как аморальное. Строго запрещалось употреблять алкогольные напитки, курить. Не допускалась широкоформатная реклама, не планировалось создавать места для проведения пикников. Служащие должны ежедневно до восьми раз менять одежду, чтобы иметь аккуратный вид. Этих принципов Диснейленды мира придерживаются до сих пор.

Однако главным в идее Диснея было не только внешнее оформление парка, а сама суть организации развлечений. Дисней создал большое количество тематических разделов, каждый из которых представляет собой единое целое.

Леголенд

Парк Леголенд находится в городе Биллунд, 260 км от Копенгагена 45 миллионов кубиков Лего были использованы при постройке в нем „городов“ и „пейзажей“ различных уголков земного шара Леголенд — это и парк развлечений, и музей кукол, и очаровательный сад из тысяч миниатюрных деревьев и цветов. В распоряжении посетителей огромное разнообразие конструкторов Лего. Страна Лего всемирно известна также из-за своих высоких требований к безопасности.

В июне 1968 года парк Леголенд впервые открылся на площади 38 кв. м. Все здания, пейзажи, транспорт в парке были построены из стандартных кирпичиков Лего, и успех этой страны игрушек превзошел все ожидания — только за первый год его посетили 625 тысяч людей.

В настоящее время Леголенд представляет собой всемирно известный центр аттракционов на площади 100 000 кв. м. Сюда приходят около 14 миллионов посетителей ежегодно. Примерно половина из них приезжают из-за границы — Германии, Швеции, Норвегии и других стран мира.

Парк разделен на 6 областей: Мини-страна, страна DUPLO, город LEGOREDO, Страна пиратов, Страна замков, Земля приключений.

В Мини-стране можно полюбоваться на макеты зданий, самолетов и пароходов в масштабе 1:20. Можно посмотреть на эту страну с 30-метровой обзорной башни (при этом создается впечатление, что посетители парят в воздухе на высоте 600 м). В Мини-стране можно испытать педальные или монорельсовые машины на надземной трассе и даже получить права на вождение машин класса Лего (возраст будущих водителей от 8 до 13 лет). Здесь расположена целая поляна — со строениями, автобусами, грузовиками, палатками, механиками. Есть где путешествовать и поставить свою машину на стоянку. Эти типы машин представлены в серии наборов Лего „Гоночные постройки“.

Страна DUPLO — для самых маленьких посетителей парка (до 7 лет). Здесь они могут полетать на самолете, навестить фермера и его животных и заглянуть на большую игровую площадку.

В городе LEGOREDO ждут юных поклонников вестернов и фильмов про индейцев. Правда, здесь грозный Шериф может посадить в „тюрьму“ за плохое поведение и преступление против других законов Леголенда. Многим хочется стать шерифом. Поэтому некоторые юные ковбои покупают звезду шерифа и получают эту почетную должность на весь день. При этом „дежурный“ Шериф заключает контракт с главным Шерифом. В городе LEGOREDO можно насладиться девственными лесами Дикого Запада, катаясь на каноэ по бурной реке. Однако здесь не избежать встречи с дикими зверями (Лего-животными — медведями, пумами и др.).

Рядом с городом LEGOREDO расположена вотчина капитана Роджера — Страна пиратов. Здесь можно попытаться пробраться в пиратскую пещеру, увидеть, как на ваших глазах флибустьеры будут захватывать корабль, а потом будут делить свою добычу. С 1 июня по 29 августа в Стране пиратов проходит шоу Бонбона и Тины.

Страна замков — средневековая страна. В замок рыцарей посетителей доставляет на своей спине дракон. В этой стране устраивается шоу, в котором участвуют отважные рыцари, злодеи и беззащитная принцесса. Согласно сценарию, принцессу похитила злая волшебница, и храбрые войны спасают ее из заточения.

Земля приключений — это прежде всего высокие горы, непроходимые леса и аттракцион „Гонки в джунглях“ (экстремальные гонки). Для того чтобы участвовать в гонках, нужно прыгнуть в машину и мчаться в ней на предельной скорости. Вверх, вниз, через темный туннель.

По всему парку расположены павильоны, в которых можно конструировать все, что хочется. Тут же можно создать техническую модель, которая будет двигаться. Или поиграть на компьютерах. В магазинах Леголенда можно приобрести новейшие модели конструкторов Лего. Можно попробовать себя и в искусстве строительства, и в программировании, и в проверке своих собственных моделей.

Посетители парка после многочисленных приключений на аттракционах могут перекусить: отведать барбекю или булочки, которые можно самим поджарить на костре. Или же попробовать изысканные блюда различных кухонь. Причем в ресторанах и кафе посетителей обслуживают весьма любопытные персонажи (ковбой, рыцарь).

Желающие могут остановиться в трехзвездной гостинице „Legoland“. Кстати, ключи от номера в этой гостинице выдают только детям и регистрируют номер в гостинице исключительно на имя ребенка.

Созданием этого удивительного городка Леголенда мы обязаны группе компаний Lego — семейному предприятию с годовым оборотом чуть выше 1 миллиарда долларов.

Основатель Lego Оле Кирк Христиансен начинал карьеру с профессии плотника. Наблюдая за собственным двенадцатилетним сыном Годфредом, Кирк понял, что он мог бы предложить широкой публике игрушки. Сначала плотник сам изготовлял их для сына из деревянных обрезков. Потом Оле собрал нескольких своих подмастерьев и объявил, что они начинают выпускать новую продукцию. Когда недорогие игрушки местного производства поступили в торговую сеть, они произвели настоящий фурор, одаривание ими детей быстро превратилось в моду.

Игрушечный бизнес стал приносить доходы. В 1934 году Оле Кирк Христиансен зарегистрировал компанию Lego (от Leg Godt — здорово играть, на латыни lego означает „собираю“ и „читаю“).

Когда в середине 1940-х годов ассортимент Lego насчитывал полторы сотни моделей, появился в мире новый материал — пластик. Оле Кирк Христиансен оперативно отреагировал на новинку и в 1947 году закупил первую штамповочную машину для пластмассовых игрушек. В то же время компания начала выпускать кубики (первый прообраз нынешних фирменных „кирпичиков“ Лего с шипами).

В 1954 году сын Оле — младший Христиансен запустил в производство проект „Игровая система Лего“. Он придумал наборы из различных деталей, которые могли скрепляться между собой разными способами и складываться в различные комбинации. Эти наборы были дополнены человечками, деревьями, автомобилями. Правда, собранные конструкции разваливались от одного неосторожного дуновения. Потребовались годы работы над усовершенствованием конструкции, прежде чем в 1958 году Lego получила международный патент на новый способ сцепления „кубиков“ (он до сих пор применяется во всех конструкциях Lego). Компания последовательно продолжала создавать все новые забавы для детей: электропоезда, другой наземный транспорт, кукольные домики, катера, вертолеты, старинные машины, средневековые замки. В этом городке жили десятки человечков — рабочих, циркачей, полицейских, пиратов.

В 1968 году в родном городе Биллунде Христиансен открыл Леголенд. Вскоре этот детский парк стал одним самых любимых. Кстати, Леголенд еще и способствовал тому, что оборот фирмы Lego увеличился в несколько раз.

Сейчас семейное дело Lego в руках у Келля Кирка Христиансена, представителем уже третьего поколения династии.

А Леголендов теперь уже три — кроме первого парка в Биллунде Lego открыла такие парки аттракционов в Виндзоре (под Лондоном) и в калифорнийском городе Карлсбад.

Парк в Биллунде работает с конца марта и до конца октября. До него можно добраться от Копенгагена на поезде (поезда ходят каждый час, время в пути 2 часа 20 минут), а потом на автобусе (в пути 40 минут). До Леголенда можно добраться самолетом или машиной.

Лучше растянуть путешествие по Леголенду на два-три дня, чтобы хватило времени осмотреть все его достопримечательности. В этом случае и билет стоит дешевле.

Попутно можно совершить и экскурсию в Копенгаген. Стоит, например, побывать в парке Тиволи, основанном еще в 1843 году. Тиволи славится своими цветами, ресторанами, фестивалями и аттракционами. Здесь расположен и музей мадам Тюссо. Парк открыт с 1 мая по 15 сентября с 11 до 24 часов. Один из самых популярных аттракционов — Золотая башня (ее посетители на огромной скорости поднимаются на 63-метровую высоту, а потом фактически падают вниз).

Экспресс — другой аттракцион — назван так в честь одноименного локомотива, построенного в 1847 году. Маленький поезд развивает скорость 60 км/ч. Roller Coaster — один из старейших аттракционов, был построен в 1914 году. Протяженность трассы, по которой двигаются посетители, около 720 м, а максимальная скорость — около 50 км/ч.

Flying Trunk — аттракцион для детей, которые желают отправиться в путешествие по сказкам Андерсена. Здесь представлены сюжеты более чем из 32 сказок.

В Копенгагене находится и один из лучших в Европе планетариев с экраном 1000 кв. м. В планетарии проводятся лазерные и звездные шоу. А Копенгагенский зоосад считается одним из самых крупных в Европе.

Астерикс

В северной части Франции, в 38 км от центра Парижа, находится развлекательный парк Астерикс с историческим колоритом. Парк передает обстановку древней деревни галльского мира. Под этот парк отведено 120 га, и, чтобы осмотреть все его комплексы, понадобится целый день.

Один из инициаторов его создания — А. Удердзо, автор популярных комиксов, рассказывающих о подвигах галла Астерикса, усатого воина, успешно сражающегося с легионами Цезаря. В Астериксе можно совершить увлекательное путешествие по шести периодам истории — от Древней Галлии до наших дней. При этом еще покататься на фантастических аттракционах, принять участие в эффектных представлениях, восхититься волшебно-безумным кинотеатром.

По Древней Галлии вы будете совершать прогулку вместе с главными героями парка — Астериксом и Обеликсом. Ваш путь будет проходить по знаменитой деревне Астерикс с крытыми соломой хижинами галлов, где больше всего ценится веселье и смех.

Античная Греция представлена многообразными захватывающими дух аттракционами. Например, здесь есть Гром Зевса — гигантские русские горки, на которых можно развить скорость до 80 км/ч. В театре „Посейдон“ для посетителей парка разыгрывается изумительное шоу дельфинов и морских котиков. На аттракционе „Полет Икара“ дети и взрослые возносятся чуть ли не к самому солнцу.

От Римской империи можно получить не менее захватывающие впечатления. Смельчаки проявляют свою ловкость и смекалку на аттракционе „Баталия Алессии“. Тот, кто любит более спокойный темп, выбирает Карусель Цезаря. А в таверне „Фаст де Ром“ всех ждут обедать. Почувствовать истинный дух времен Римской империи можно, прогуливаясь по „античной“ улице с древнеримскими лавками, храмом. Также здесь есть амфитеатр и арена для выступлений гладиаторов.

Для того чтобы попасть в Средние века, достаточно пройти до площади Старого Парижа, которая тоже находится в парке Астерикс. Здесь расположены старинные дома и романские церкви. По улицам „средневекового города“ ходят трубадуры, факиры, жонглеры, скульпторы, стеклодувы, гончары, кузнецы и резчики по дереву.

Тут же можно попасть в XVII век, а именно — встретиться с отважным д'Артаньяном и его друзьями-мушкетерами.

А потом посетители парка попадают в нашу эпоху — на улицы Парижа XIX века. Погружаются в мир Дега, Оффенбаха, Мопассана. Веселятся на празднике по случаю Дня взятия Бастилии.

Но главными действующими лицами парка являются герои французских комиксов Астерикс и Обеликс (Микки Мауса там нет), которым в свое время удалось изрядно насолить римским легионерам. Поэтому их приключениям во времена великого Юлия Цезаря уделено особое внимание. Однако парк рассчитан не только на детей, интересующихся историей. Посетители парка запросто могут повторить их подвиги на водных аттракционах Астерикса.

В парке множество водных аттракционов. Здесь есть самая „настоящая“ горная река с водопадами и гейзерами. Спокойно сплавляясь по ней на лодке, вы вдруг ни с того, ни с сего падаете с огромной высоты. Есть и захватывающий дух спуск по желобу, и довольно впечатляющие американские горки.

К своему десятилетию Астерикс преподнес себе и посетителям парка подарок — новый впечатляющий аттракцион Oxygenarium. Посетители садятся по шесть человек на борт надувной лодки, затем их поднимают к верхушке деревьев на огромном эскалаторе, а потом начинается головокружительный крутящийся спуск с водной горки высотой 400 м.

Еще в Астериксе есть два театра, стереокинотеатр, цирк и даже самый крупный в Европе дельфинарий. И конечно, самые разнообразные гастрономические заведения — от закусочных самообслуживания до фешенебельных ресторанов, один из которых расположился в выброшенном на берег „пиратском судне“.

Накануне открытия парка было продано двести миллионов экземпляров комиксов, переведенных на сорок языков. Они стали своего рода рекламой новому парку. Еще до открытия парка Астерикс к нему уже проявляли огромный интерес различные туристические фирмы, и было выпущено пятьсот тысяч входных билетов.

В Астерикс надо ехать на весь день. Так же как и в Евро-Диснейленд, удобнее добираться электричкой (30 минут в пути, остановка рядом с входом в парк). Добраться до парка можно на поезде (станция Аэропорт Шарль де Голль), а дальше на специальном автобусе или машине (такси).

Осенью, зимой и весной Астерикс открыт с 10 до 18 часов (в будние дни) и с 9 до 20 часов — в выходные и праздничные дни. В июле и августе парк работает с 9 до 21 часа каждый день.

Вообще в последние годы Франция переживает парковый бум: строятся новые парки, активно реставрируются и реконструируются старые — исторические.

Так, по проекту швейцарского архитектора Бернарда Чуми, был построен парк Вилетт, представляющий собой своеобразное продолжение городской среды — с театрами, кинозалами, магазинами, кафе. Здесь царствует электроника, доминирует красный цвет, здесь нет привычных живописных групп деревьев. Архитектор тяготеет к приемам кинематографа, для которого характерна частая сменяемость эпизодов. При этом у посетителей создается ощущение напряжения, а не расслабленности.

Есть мини-парк в городе Ницца, ставший частью старого парка Прекрасная эпоха. Прогуливаясь по территории всего 3 га, можно совершить удивительное путешествие по истории города с древних времен до наших дней. Здесь представлены сотни миниатюрных экспонатов — копии (в масштабе 1:25) основных памятников Ниццы. Причем модели, снабженные электроникой, постоянно находятся в движении. Посетители могут наблюдать за бытовыми сценками разных эпох, рассматривать „людей“ в характерных одеждах, провожать взглядом уходящие вдаль корабли, передвигающиеся с места на место конные экипажи, отправлять в „путь“ поезда, самолеты. Привносят ощущение правдоподобности происходящего и многочисленные фонтаны, водопады, бассейн…

На территории, отведенной под другой парк — Берси, сохранилось множество старинных кривых улочек с причудливыми строениями, средневековых винных погребов, столетних деревьев. Поэтому было решено оставить все как есть. Лишь дополнить уголок старины современными посадками. Поэтому рядом с древними строениями в парке появились розарии, палисадники, аллеи.

В Амьене, где долго жил Жюль Берн, создали парк аттракционов по мотивам произведений писателя. Посетители парка могут попасть на „таинственный остров“ с почти настоящим вулканом, экзотическими гротами и пятью „континентами“. Отсюда же на лодках можно отправиться на поиски сокровищ.

По мнению С. Петояна, „развитие паркостроения во Франции несколько отличается от тех процессов, что идут сейчас, скажем, на Североамериканском континенте, да и в ряде стран Европы. В сравнении с ними Франция отстает в области оснащения своих аттракционных комплексов. Зато по паркам экологического профиля она сегодня диктует моду“. Правда, это было сказано в 1989 году, когда во Франции еще не было Евро-Диснейленда, первого Диснейленда в Европе.

Порт Авентура

Порт Авентура — парк аттракционов — расположен в окружении солнечных и теплых пляжей Средиземного моря, на побережье Коста Дора-да в Испании.

Парк аттракционов раскинулся на территории более чем миллион квадратных метров. На площади парка посетители могут видеть 30 тысяч видов растений и деревьев, характерных для каждого из представленных пяти миров — Полинезии, Мексики, Китая, Дикого Запада, Средиземного моря.

Посетители здесь открывают для себя очарование средиземноморского местечка прошлого века. Наслаждаются ароматами и цветами колониальной Мексики и руин майя. Видят во всей красе экзотику Полинезии, последнего райского уголка мира. Совершают путешествие по колоритному имперскому Китаю. И лицезреют почти в подлиннике картины Дикого Запада. На китайской джонке, полинезийском катамаране или типичной средиземноморской лодке можно поплавать по большому озеру, омывающему берега пяти миров. Или же объехать весь парк на двух паровозах, пересекающих Порт Авентура с одного конца до другого на протяжении 10 км.

В течение всего дня на улицах и в девяти театрах Порт Авентура работают лучшие артисты, прибывшие из Полинезии, Китая, Мексики и США. Они ежедневно показывают более девяноста спектаклей.

Конечно, незабываемые впечатления доставляют аттракционы — их более 30. Самые молодые повторят снова и снова путешествие на Томагавке. Те, кому стало жарко, смогут охладиться в Тутуки Сплаш. Самые отчаянные бросят вызов Дракону Хану…

В Порт Авентура представлены самые разнообразные блюда из пяти миров в 23 ресторанах с официантами или с самообслуживанием. Здесь можно отведать блюда, начиная с мексиканского чили с мясом и кончая самой изысканной рыбой Средиземного моря, тропические фрукты, мороженое, соки и закуски.

В магазинах Порт Авентура можно приобрести сувениры Дикого Запада, Китая, Полинезии, Мексики и с берегов Средиземного моря.

Посетителей парка обслуживают 3000 человек. Это садовники — специалисты по экзотическим растениям, инженеры, осуществляющие техническое обслуживание, шеф-повара, артисты и др.

Medittrrania — Средиземноморье — открывает свои двери в Порт Авентура. Здесь можно прогуляться среди рыбацких домиков. Начать путешествие на Дикий Запад на одном из двух паровозов. Прокатиться на полинезийском катамаране или на рыбацкой лодке и направиться в имперский Китай. А можно просто насладиться весельем театральных представлений и уличных зрелищ. Здесь же работают рестораны „Эль Рако дель Map“, „JIa Флека“. и „Эль Позит дель Моль“.

Polynesia. Барабанная дробь с островов Самоа, Фиджи и Кука приветствуют посетителей, прибывших в этот рай. На пляже у хижин выступают танцоры. А в это же самое время в Макаману Берд Шоу десятки экзотических птиц демонстрируют не только свою красоту, но и ум.

Жаждущие более острых ощущений могут броситься в огромное озеро Тутуки Сплаш с вершины вулкана или отдаться на волю тропической бури в Тифоне.

China. Густые бамбуковые заросли окружают вход в имперский Китай. Здесь можно проверить свою ловкость в играх монгольских воинов, восхититься магией великих артистов имперского театра. Стоит прогуляться между зубчатыми башнями Великой Китайской стены. Здесь же самые отважные бросают вызов Дракону — самым высоким в Европе американским горкам.

Mexico. Мексика полна ритма и цвета. Поэтому неслучайно здесь появление скоростного пернатого Змея Кетцаля. Обязательно надо зайти в Великий театр майя, чтобы насладиться мексиканскими танцами и фольклором.

Far west. Войдя в Пенитенс, вы почувствуете атмосферу подлинного Дикого Запада. Со стороны Мейн-стрит можно наблюдать за Вестерн Сант Шоу, настоящим американским спектаклем с ковбоями, лошадьми, дилижансами. На улице Сильвер Ривер Флюм можно спуститься на стволе дерева по бурному потоку с кристально чистой водой. Или зайти в школу, в которой когда-то занимались дети первых переселенцев Америки.

Здесь же можно зайти в Салун, один из самых роскошных залов на севере Колорадо (танцовщицы Салуна пользуются славой на всем западном побережье). А вдоль всей улицы расположены барбекю и рестораны типичной американской кухни. Все американское „поселение“ окружают девять самых забавных аттракционов. Можно совершить головокружительный спуск по Большому каньону Рапиде. Или проехать несколько кругов под музыку на романтической трехъярусной карусели. Или промчаться на веселых вагонетках Стампида.

Добраться до Порт Авентура можно из Барселоны, Валенсии и основных соседних городов и муниципальных округов на автобусе. В Порт Авентура есть собственная железнодорожная станция, идущая по маршруту Барселона — Валенсия.

На расстоянии двух часов езды на машине от парка аттракционов находятся четыре аэропорта: Реус, Барселона, Валенсия и Жирона.

До Порт Авенутра можно дойти из центра Салоу с площади Европа пешком, совершив приятную 10-минутную прогулку.

Оушн-парк

Гонконгский океанический парк-океанариум Оушн-парк — самый крупный в мире. Он был открыт в 1977 году и возводился в течение трех лет на площади 170 акров. Его строительство финансировала английская компания, а территория для парка была выделена правительством Гонконга.

К началу 1990-х годов парк посетили более 18,5 миллиона человек и еще миллион человек побывали в четырех цирках, находящихся в парке. Из общего числа посетителей около 4,5 миллиона составляют туристы, остальные — местные жители.

С 1982 по 1984 год спонсор парка Джокки Клаб финансировал вторую очередь строительства в парке, включая новый вход, механические аттракционы и водные аттракционы парка Уотер Уорлд. С июля 1987 года эта компания прекратила субсидировать Оушн-парк, и он стал независимым предприятием с новым правлением, назначенным губернатором. Тем не менее Джокки Клаб передал 200 миллионов долларов новому парку для того, чтобы обеспечить в дальнейшем его финансовую стабильность и продолжить строительство новых аттракционов. Пример Оушн-парка свидетельствует, что с появлением новых аттракционов значительно увеличивается посещаемость, что приносит прибыль, которая позволяет администрации парка вкладывать деньги в создание новых аттракционов.

В парке много развлечений для взрослых и детей разного возраста. Так, на возвышении, на площади 10 000 кв. м, расположено Срединное Королевство. Здесь можно видеть выполненные в натуральную величину несколько точных копий храмов, гробниц, площадей, беседок, улочек, пагод и дворцов. Эти строения воссоздают облик и атмосферу эпохи китайских династий. Чтобы осуществить этот проект, понадобилось потратить стоило 70 миллионов долларов.

В 1987 году в парке Оушн был открыт новый вольер для более чем 2000 птиц 150 видов. Но этот вольер не совсем обычный, так как на его территории находятся сад попугаев, птичий театр, бассейн с фламинго и озеро.

Экспозиция на берегу моря не менее интересная. После реконструкции туда были завезены 30 морских котиков и морских львов, пингвины. Тот, кто сюда приходит, слушает морской прибой. У посетителей есть возможность побродить по настоящим джунглям, понаблюдать за жизнью морских млекопитающих, которые обитают в просторных аквариумах. Здесь же можно поиграть на игровых автоматах и компьютерах.

Оушн-театр — один из главных аттракционов парка. Центральное место в этой зоне отведено под настоящий китайский театр, где дают представления ловцы жемчуга. Для того чтобы полностью преобразовать холмистую местность этой зоны в тропики, понадобилось израсходовать 6 миллионов долларов.

На территории парка можно видеть и оранжереи. Они представляют собой три сооружения пирамидальной формы общей площадью более чем 2000 кв. м. В начале 1990-х годов, через три года после того, как оранжереи были открыты, здесь было представлено более 1500 тропических растений, 800 орхидей 150 видов, 1000 кактусов. Для того чтобы растения себя великолепно чувствовали, оранжереи оборудованы специальными устройствами управления микроклиматом. Строительство комплекса оранжерей обошлись в 4 миллиона долларов.

Уотер Уорлд — водная зона парка, одна из самых посещаемых (была открыта в 1984 году, на ее строительство было израсходовано 15 миллионов долларов).

Среди купальщиков большой популярностью пользуются два аттракциона — Супер Слайдз и Лэйзи Ривер. Супер Слайдз представляет собой горку, раскрашенную пятью цветами, с пятью путями. Купальщики стартуют с высоты 18 м и преодолевают путь вниз по волнистой горке длиной 54 м. В среднем они проделывают это путешествие за 6 секунд, развивая при этом довольно высокую скорость — выше 45 км/ч. С желоба горки купальщики попадают на выбрасывающий скат, а затем — в бассейн.

Аттракцион Лэйзи Ривер — это „речка“ длиной 153 м со средней скоростью течения Пловцы садятся в резиновые кольца и плывут по этой импровизированной реке, двигаясь мимо тропических зарослей, древних руин, водопадов, горных вершин.

Океанический Оушн парк обладает обслуживающими системами, аналогичными небольшому городу. Здесь создан сложный комплекс для образования искусственных штормов, удаления наносов.

В последнее время морские парки аттракционов стали очень популярными. Они обычно ассоциируются с понятием прибрежного парка, „в котором отдыхающие совершают легкую прогулку по морю, по набережным, вдоль которых размещены в развлекательных центрах игровые автоматы, — пишут авторы книги „Парки мира“. — Здесь можно посмотреть театрализованные представления с участием „морских героев“, посетить многочисленные аттракционы, в том числе и „водные“, и „подводные“, увидеть великолепное зрелище — дрессированных дельфинов и многое другое. В последние годы широкое распространение получили водный туризм, морские прогулки под парусами, круизы вдоль берега, различные виды морского и водно-моторного спорта“.

У парков на воде большое будущее. Сейчас, например, строятся парки развлечений, представляющие собой крытые мини-гидропарки. В этом отношении характерен комплекс Саммерленд (Летняя страна) недалеко от Токио. Этот парк, покрытый прозрачной крышей, дает возможность в любое время года побывать в субтропиках, насладиться свойственным им климатом и ландшафтом. В центре этого сада под крышей расположен большой бассейн с морской водой, пляжами и пальмовыми рощами. Среди тропической растительности проложены каналы, по ним посетители парка могут совершать прогулки в стилизованных лодках (при этом они могут почувствовать на себе даже порывы ветра, услышать пение птиц в зарослях). Здесь же в горах течет ручей, проложены извилистые дорожки.

Уставшие путники могут отдохнуть в комнате для чайных церемоний, поиграть на игровых автоматах, принять душ, посидеть в ресторане. Саммерленд пользуется большой популярностью, его посещают до 13 тысяч человек ежедневно.

ЛИТЕРАТУРА

1. Антипова А. Национальные парки Канады. В сб. „Земля и люди“. — М, 1970.

2. Атлас чудес света. — М., 1998.

3. Ащепков Е. Архитектура Китая. — М., 1959.

4. Банников А. Г. По заповедникам Советского Союза. — М., 1974.

5. Бартенев И. А. Париж. — Л., 1962.

6. Безрукова М. Густав Вигеланн. — Юный художник, 2/1993.

7. Бобров В. Империя красного дерева. — Вокруг света, 4/2001.

8. Бобров В. Австралийские диковины. Сказочный мишка из детства. — В мире животных, 8/2001.

9. Бобров Е. Г. Карл Линней. — Л., 1970.

10. Болотников И. М., Игнатьев М. Б., Клауз Л. П. Тематические парки США. — Совершенствование механизма управления КПУ. Л., 1989.

11. Болотова Г. Г. Летний сад. — Л., 1988.

12. Ботанические сады СССР. — М, 1949.

13. Бродский Б. И. Романические ведуты. — М., 1966.

14. Брыкин О. Джакарта. В кн. „Путеводитель КГБ по городам мира“. — М., 1997.

15. Былов В. Н. Основан в сорок пятом. — Цветоводство, 2/1985.

16. Верзилин Н. М. По следам Робинзона. Сады и парки мира. — Л., 1964.

17. Вестицкий М. Увековеченный смерч. В сб. „Земля и люди“. — М., 1971.

18. Воздвиженский Д. Таинственный остров. — Вокруг света, 6/2001.

19. Волков О. В. Чур, заповедано! — М, 1976.

20. Воронихина Л. Н. Лондон. — Л., 1968.

21. Воскресенский И. Н., Куренной Г. М. Знакомьтесь — парк! — М., 1986.

22. Всеобщая история искусств. — М., 1963.

23. Вторкевич А. Памятник Фредерику Шопену. — Юный художник, 10/1989.

24. Вьен Жор, Вьен Ги Болота Кагеры. — Вокруг света, 6/1987.

25. Гавриленко Г. М., Игнатенко М. М. Благоустройство лесопарков. — М., 1987.

26. Ганзелка И., Зикмунд М. Там за рекою Аргентина. — Прага, 1958.

27. Герасимов И. П. Рассказы географа о зарубежных странах. — М., 1968.

28. Говорова О. Страна капитана Кука. — Иммигранты, 9/ 1997.

29. Голант В. В стране тысячи львов. В сб. „Глобус“. — Л., 1971.

30. Гребенщиков Б. Н. Астраханский государственный заповедник имени Ленина. — Волгоград, 1971.

31. Гржимек Б. и М. Серенгети не должен умереть. — М., 1976.

32. Гржимек Б. Животные — жизнь моя. — М., 1993.

33. Гриси Л. Чапультепек — оазис в центре огромного города. — Museum, 2–3/1991.

34. Громов А. Гладиолусы: из России в Англию. — Цветоводство, 5/1992.

35. Даррелл Д. Ковчег на острове. — М., 1980.

36. Даррелл Д. Три билета до Эдвенчер. Путь кенгуренка. — М., 1980.

37. Дахнович А. Ораниенбаум. — М.-Л., 1932.

38. Дежкин В. В. В мире заповедной природы — М., 1989.

39. Дормидонтова В. В. Садовый спектакль эпохи просвещения. — Ландшафтный дизайн, 1/2001.

40. Дроздов Н. Коралловое ожерелье Австралии. В сб. „Земля и люди“. — М., 1978

41. Дружинин В. В гостях у шведов. В сб. „Глобус“. — Л., 1971.

42. Дубяго Т. Б. Русские регулярные сады и парки. — Л., 1963.

43. Дункан П., Сутиф М. Почему они полосатые? — ГЕО, 3/1999.

44. Ефимов О. В кратере Нгоронгоро. — Азия и Африка сегодня, 7/1991.

45. Железнова И. Л., Лебедев И. А. Киви. — М., 1966.

46. Забелина Н. М. Национальные парки. — М., 1987.

47. Зайцев В. Столбы Енисея. — Путешествие вокруг света, 2/2000.

48. Заповедники и национальные парки мира. — М., 1969.

49. Заповедники Советского Союза. — М., 1969.

50. Заповедными тропами. — М., 1988.

51. Заповедными тропами зарубежных стран. — М., 1976.

52. Игнатов М. Эти загадочные и прекрасные мхи. — Ландшафтный дизайн, 3/2001.

53. Кантор Е., Шарль Лебрен В кн.: „100 памятных дат“, худ. календарь. — М., 1989.

54. Капица Л. Древний город Пекин. — М., 1962.

55. Капралов Н. Микки Маус из префектуры Тиба. — Культурно-просветительная работа, 4/1989.

56. Каптерева Т. П. Искусство Испании. — М., 1989.

57. Каптерева Т., Быков В. Искусство Франции XVII века. — М., 1969.

58. Кисель В. П. Памятники всемирного наследия. — Мн., 1998.

59. Климов В. Отшельник из джунглей. — Вокруг света, 6/2001.

60. Константинов И. Заповедник-первенец. В сб. „Земля и люди“. — М., 1968.

61. Константиновский И. Города и судьбы. — М., 1979.

62. Костеневич А. Г. Французское искусство XIX — начала XX века. — Л., 1984.

63. Кравченко А. Парк Горького. — Московские новости, 55/1995.

64. Кривцов Н. Вотчина богини Луны. — Путешествие вокруг света, 4/2000.

65. Кузнецов А. Три Измайлова. — Вокруг света, 4/1982. - 410

66. Кулик С. Ф. Сафари. — М., 1971.

67. Куускемаа Ю. Кадриорг. — Таллинн, 1985.

68. Лапин П. И. Ботанические сады СССР. — М., 1984.

69. Лебедев В. Затеряться в Париже. — Вокруг света, 1/1997.

70. Лившиц Н., Зернов Б., Воронихина Л. Искусство XVIII века. — М, 1966.

71. Лившиц Н., Каган Э. Л., Прийменко Н. Искусство XVII века. — М., 1964.

72. Лисенков Е. Искусство Англии XVIII века. — Л., 1964.

73. Лихачев Д. С. Поэзия садов. — М., 1998.

74. Лыпа А., Степунин Г. Дендропарк Тростянец. — Киев, 1951.

75. Маквелов В. Тигр нужен живым. — Вокруг света, 5/1981.

76. Матвеева Г. В заповедниках Восточной Африки. В сб. „Глобус“. — Л., 1973.

77. Мозес К. Природный спектакль в Патагонии. — За рубежом, 25/1999.

78. Молева Н. М. Варшава. — М., 1973.

79. Молчанов В. Африка туристская. В сб. „Земля и люди“. — М., 1978.

80. Музеи и парки Пушкина. — Л., 1976.

81. Муранов А. Живописный уголок земного шара. В сб. „Глобус“. — Л., 1977.

82. Найденко В. Нескучный сад. В сб. „Земля и люди“. — М., 1978.

83. Непомнящий Н. Жить в гармонии с планетой. — Вокруг света, 8/1984.

84. Непомнящий Н. Как искал кваггу в парке Крюгера. — Вокруг света, 11/1997.

85. Нечаев А. Спрятавшаяся долина. — Вокруг света, 4/2001.

86. Никинин Д. Не трогай тигра: засудят! — Вокруг света, 8/1998.

87. Никитюк О. Д. Кордова, Гранада, Севилья. — М., 1972.

88. Николаева Н. Сад скульптуры в Стокгольме. — Панорама искусств, М., 1989.

89. Николаева Н. С. Японские сады. — Юный художник, 7/1983.

90. Николаева Н. С. Японские сады. — М., 1975.

91. Николаевский А. Т. Национальные парки. — М., 1985.

92. Нонель Б. Антонио Гауди. — М., 1986.

93. Ожегов С. Во-ле-Виконт. — Юный художник, 1/1995.

94. Ожегов С. Альгамбра. — Юный художник, 10/1995.

95. Островский А. Жизнь и смерть кораллового рифа. — В мире животных, 10/2000.

96. Павленко С. Как спасти коралловые леса. — Вокруг света, 1/2000.

97. Павловск. — Л., 1971.

98. Париж. — М., 1976.

99. Песков В. М., Стрельников Б. Г. Земля за океаном. — М., 1977.

100. Петоян С. Прогулка по французским паркам. — Культурно-просветительная работа, 12/1989.

101. Пирютко Ю. М. Гатчина. — Л., 1975.

102. Рандхава М. Сады через века. — М., 1981.

103. Раскин А. Г., Федорова Н. Н., Чеканова О. А. Парки Петродворца. — Л., 1957.

104. Рекорды земли. — Смоленск, 1999.

105. Рик Моррис. Тайны живой природы. — М., 1997.

106. Рябчиков A. M. Природа Индии. — М., 1950.

107. Сабуро И. История японской культуры. — М., 1972.

108. Семенникова Н. В. Летний сад. — Л., 1970.

109. Семенов Д. Австралия глазами любителя кактусов. — Цветоводство, 5/1994.

110. Семенов Д., Туниев Б. Ботанический сад в Аделаиде. — Цветоводство, 1/1996.

111. Сененко М. С. Вена. — М., 1970.

112. Силкин Б. Оазис надежды. — Природа и человек, 3/1987.

113. Сладков Н. Звериный рай. В сб. „Глобус“. — Л., 1977.

114. Смирнов М. Невидимая миру бойня. — ГЕО, 6/1998.

115. Соколова М. Английский пейзажный парк. — Юный художник, 1/2000.

116. Сосновский И. П. Живые музеи. — М., 1981.

117. Суханова Н. Эден. Осуществленная мечта о рае на земле. — Ландшафтный дизайн, 5/2001.

118. Тарасенко Т. Хэмптон-Корт: романическая история и вечное празднество садов. — Ландшафтный дизайн, 3/2001.

119. Тематические парки и аттракционы за рубежом. — М., 1990.

120. Теодоронский В. Парк Гуэль: фантазия гения. — Ландшафтный дизайн, 6/2001.

121. Тер-Аванесян Д. В. Такой я видел Японию. — М., 1968.

122. Тимашев А. К. Варшава. — М., 1967.

123. Турчин B. C. Города и замки Луары. — М., 1986.

124. Удалова Р. А. Из истории ботанических садов. — Цветоводство, 1/1991.

125. Федоренко Н. Т. Краски времени. — М., 1972.

126. Федоренко Н. Т. Земля и легенда Китая. — М., 1961.

127. Федорова Н. Н., Раскин А. Г. Петродворец. — Л., М., 1955.

128. Ференци Б. Вена. — Л., 1935.

129. Холодковский В. В. Московские парки культуры и отдыха — М., 1955.

130. Хьюз К. Драма у водопоя. — ГЕО, 7/1999.

131. Хэмилтон А. Не попадайтесь на обед ужасным „крокам“. — Иммигранты, 18/1997.

132. Шишкина Г. Японский сад в конце XX века. — Ландшафтный дизайн, 1/2001.

133. Штейман Г. Дендропарк Софиевка. В сб. „Земля и люди“. — М., 1970.

134. Штильмарк Ф. Р. Заповедники и заказники. — М., 1984.

135. Чекулаева Е. В коралловых джунглях. — Путешествие вокруг света, 4/ 2000.

136. Чекулаева Е. Сан-Суси — значит без забот. — Вокруг света, 10/1997.

137. Черняк В. З. О Диснейлендах. — Жилищное строительство, 7/1994.

138. Чешкова Л. Николи не было, николи не будет. — Вокруг света, 1/1999.

139. Энциклопедия для детей. Биология. — М., 1998.

140. Я познаю мир. Энциклопедия (удивительные животные). — М., 2000.

141. Яковлев М., Яковлева Т. С берегов Невы — в тропики. — Л., 1968.

142. Ярошенко В. Дворцы и парки Версаля. — Вокруг света, 12/1997.

СОДЕРЖАНИЕ

Content

Юдина Наталья Алексеевна 100 великих заповедников и парков

САДЫ И РОЩИ ВОКРУГ НАС…

ДВОРЦОВО-ПАРКОВЫЕ АНСАМБЛИ, ГОРОДСКИЕ ПАРКИ

АВСТРИЯ

Шёнбрунн

Бельведер

ВЕЛИКОБРИТАНИЯ

Хэмптон-корк

Твикенхэм

Стоу

Гайд-парк

ГЕРМАНИЯ

Сан-Суси

ИРАК

Висячие сады Семирамиды

ИСПАНИЯ

Альгамбра

Гуэль

ИТАЛИЯ

Вилла д'Эсте

КИТАЙ

Ихэюань

Бэйхай

Парк имени Сунь Ятсена

МЕКСИКА

Чапультепек

НОРВЕГИЯ

Фрогнерпарк

ПОЛЬША

Вилянув

Лазенки

РОССИЯ

Измайлово

Летний сад

Петродворец

Ораниенбаум

Екатерининский сад

Гатчина

Павловский парк

Кусково

Архангельское

Сокольники

Центральный парк культуры и отдыха имени Горького

УКРАИНА

Софиевка

Тростянец

Алупкинский парк

ФРАНЦИЯ

Люксембургский сад

Тюильри

Во-ле-Виконт

Версаль

Вилландри

Булонский лес

ШВЕЦИЯ

Сад Миллеса

ЭСТОНИЯ

Кадриорг

ЯПОНИЯ

Сайходзи

Тэнрюдзи

Кинкакудзи и Гинкакудзи

Реандзи

Кацура

Никко

НАЦИОНАЛЬНЫЕ ПАРКИ, ЗАПОВЕДНИКИ

АВСТРАЛИЯ

Ройял

Какаду

Большой Барьерный риф

АРГЕНТИНА

Науэль-Уапи

Игуасу

БЕЛОРУССИЯ

Беловежская пуща

ИНДИЯ

Сундарбан

Казиранга

КАНАДА

Банф и Джаспер

Вуд-Баффало

КЕНИЯ

Цаво

НЕПАЛ

Читауан

НОВАЯ ЗЕЛАНДИЯ

Тонгариро

Фьордленд

Маунт-Кук

РОССИЯ

Аскания-Нова

Баргузинский заповедник

Астраханский заповедник

Столбы

Кроноцкий заповедник

Сихотэ-Алинь

РУАНДА

Кагера

США

Йеллоустон

Секвойя

Йосемит

Гранд-Каньон

Шенандоа

ТАНЗАНИЯ

Серенгети

Нгороргоро

Маньяра

ФРАНЦИЯ

Камарг

Вануаз

ЮАР

Крюгер

БОТАНИЧЕСКИЕ САДЫ

АВСТРАЛИЯ

Ботанический сад Аделаиды

ВЕЛИКОБРИТАНИЯ

Ботанический сад Кью

Сад Эден

ГРУЗИЯ

Батумский субтропический ботанический сад

ИНДОНЕЗИЯ

Багорский ботанический сад

РОССИЯ

Ботанический сад БИНа

Полярно-альпийский ботанический сад

Главный ботанический сад Академии наук

УКРАИНА

Никитский ботанический сад

Ботанический сад Украинской академии наук

ШВЕЦИЯ

Ботанический сад Линнея

ЗООПАРКИ

Московский зоопарк

Зоопарк Гагенбека

Джерсийский зоопарк

ПАРКИ АТТРАКЦИОНОВ

Диснейленд

Токийский Диснейленд

Евро-Диснейленд

Леголенд

Астерикс

Порт Авентура

Оушн-парк

ЛИТЕРАТУРА

СОДЕРЖАНИЕ