Джулия Гарвуд

Девушка по имени Саммер

Перевод осуществлен на сайте http://lady.webnice.ru

Принять участие в работе Лиги переводчиков http://lady.webnice.ru/forum/viewtopic.php?t=5151

Перевод – Nikitina.

Бета-ридинг – Euphony.

Маленькая ложь может причинить ей уйму неприятностей.

Маленькая ложь никогда никому не повредит. Так решила Саммер Мэттьюз, когда встретила Дэвида Маршала и влюбилась. Саммер готова была на все ради Дэвида, даже позволить ему поверить о ней в то, что не было правдой. Когда Саммер узнает, что Дэвид восхищается девушками-спортсменками, она решает участвовать в шестимильном забеге, чтобы произвести на него впечатление, хотя раньше никогда этим не занималась. За спиной Дэвида она начинает строгий график тренировок, и спустя два месяца ее план, похоже, начинает работать. Она готова к большому забегу.

Но именно тогда Дэвид рассказывает Саммер, что единственное, чего он не выносит, это ложь. Что произойдет, если он узнает о лжи Саммер? Неужели все ее усилия ни к чему не приведут?

Глава 1

– Мама, Майкл должен все время носить это полотенце? – пробормотала Саммер [1] Мэттьюз. Она стояла на колени перед своим трехлетним братом и смотрела ему прямо в глаза, пока отстегивала большую английскую булавку, прицепленную чуть ниже его подбородка.

– Я не могу быть Суперменом без плаща, – ответил Майкл. Он так нахмурился, что брызги веснушек, пересекающие его переносицу, стали одной коричневой полосой. – Каждый знает, что те надо носить плащ, если хочешь быть Суперменом, – продолжил он таким тоном, будто его старшая сестра совершенно ничего не понимает.

– Конечно, это так, милый, но надо говорить – «тебе надо», а не «те надо», – ответила мама.

Саммер посмотрела вверх и увидела, как мама роется в гигантской сумке. Она опять потеряла свои ключи, раздраженно подумала Саммер.

– Мама, ну хотя бы заставь его снять эти смешные ботинки, пока он дома, – попросила она. Затем повернулась к брату и обмотала его узкие плечи ярко-красным полотенцем. – Майкл, зимние ботинки хороши, если ты хочешь играть на снегу, но на дворе июнь.

При виде воинственного выражения лица Майкла, Саммер пришла к выводу, что ее невозмутимая логика не дала результатов, поэтому попробовала другой подход:

– Твои ноги полностью высохнут и отвалятся, если ты не дашь им дышать воздухом, – предупредила она зловещим голосом.

Угроза его не волновала. Ее младшего брата было не так-то легко запугать.

– Супермен всегда должен носить красные ботинки, – объявил он и закатил вверх глаза, как часто делал дед, когда сердился, и воинственно скрестил руки на груди. Очевидно, он настроен решительно, наконец-то поняла Саммер и вздохнула, признав поражение.

– Саммер, не дразни брата, – предупредила мама, продолжая вытаскивать из сумки различные вещи.

– Я сдаюсь, – сказала Саммер. – Твои ключи на обеденном столе, – запоздало добавила она. – Я только что вспомнила, что видела их там.

– Ну конечно, они там! – воскликнула с усмешкой ее мать. – Майкл, будь хорошим мальчиком и слушайся свою сестру, пока она приглядывает за тобой. Саммер, не забудь дать дедушке лекарства в три часа. Они на холодильнике.

– Скажи ей, что я могу ходить в ботинках, – потребовал Майкл.

– Конечно, ты можешь в них ходить, – согласилась мама. – Но пожалуйста, сними их, когда ляжешь поспать.

– Ты выиграл, мелкий, – сказала Саммер.

После быстрых объятий, поцелуя для Майкла и легкого поцелуя в щечку для Саммер, мама схватила со стола ключи и поспешила к двери. Как только они остались одни, Саммер, обратилась к брату:

– Пойдем, я сделаю тебе поесть.

– Нет, – прозвучал автоматический ответ, слово, которое Майкл в последнее время очень полюбил, но Саммер, не обращая внимания, пошла на кухню. Майкл последовал за ней и застыл в дверях, пока наблюдал, как она делает ему сэндвич.

– Я не хочу есть, – упрямо возразил он, когда она положила сэндвич на стол.

– Хочешь, – ответила Саммер. Она подняла его и усадила на стул прежде, чем он смог продолжить свое сопротивление, затем села напротив него.

– Я не буду есть.

Саммер сделала вид, что скучающе зевает, и пожала плечами. Она давно научилась действовать решительно, когда ей по-настоящему было что-то нужно от Майкла – надо было просто притвориться безразличной. Нужно быть психологом-любителем, если имеешь дело с трехлетними.

– Прекрати превращать сэндвич в кашу, – поругала она его.

Майкл посмотрел на Саммер.

– Почему ты такая злая? – спросил он.

– Злая? Я не злая, Майкл. Почему я должна быть злой? Все мои летние каникулы полностью загублены, но это меня не должно злить, или должно?

На нее уставились большие синие глаза; точная копия ее собственных. Хотя они были очень похожи друг на друга, волосы Майкла были цвета морковного ломтика, которым он тыкал в свой сэндвич, а Саммер была золотистой блондинкой.

– Перестань смотреть на меня и ешь. – Саммер была в отвратительном настроении. – Жизнь – отстой, Майкл. Реджина наконец-то уговорила своего папу позволить нам поработать в его пиццерии «Пицца Паддл», а теперь мне придется сидеть дома с тобой и дедом!

– Почему я сижу тут и пытаюсь обсудить свои проблемы с трехлетним? – вдруг спросила себя Саммер. Черт возьми, она становится такой же странной, как и вся ее семья! А они были странными. Она пришла к этому выводу еще год назад, еще до того, как к ним переехал дед. Она их всех нежно любила, но иногда их поведение ее смущало.

Отец проводил долгие часы в своем цветочном магазине и действительно, казалось, наслаждался своей работой, но честно говоря, иногда их дом выглядел как городские ботанические сады. Он говорил ей, что приносит домой только те растения, которые нуждаются "в особом уходе", и она могла это понять, но зачем ему надо было с ними разговаривать? Каждый день, когда он их поливал и удобрял, он переходил от одного к другому, расхваливал и подбадривал их. Если бы за этим ритуалом наблюдали посторонние люди, Саммер была уверена, они решили бы, что он сошел с ума.

Зато ее мать была так занята, пытаясь поддерживать семью, дом и магазин, что иногда была немного рассеянна. Однажды она поздно закончила работу и заскочила в супермаркет, чтобы купить кое-что на ужин. Когда она приехала домой и повернулась, чтобы забрать сумки с заднего сиденья машины, то обнаружила, что их там нет. Позже она призналась, что у нее была так забита голова, что она забыла продукты и оставила их лежать в тележке на стоянке супермаркета.

Затем был дедушка Саммер. Он проводил почти каждый свой бодрствующий час в подвале, работая над своим изобретением. Он очень долго не жил с ними, но ничем не отличается от ее эксцентричной семейки. Они так привыкли к громкому шуму снизу, что уже даже не обращали на него внимания.

– Есть кто дома? – Оклик со стороны парадной двери прервал мысли Саммер, а оживленный голос Реджины Морган, ее лучшей подруги, вызвал улыбку на лице.

– Входи! – крикнула Саммер. – Мы на кухне.

Реджина вошла в комнату, но не остановилась, пока не достигла холодильника.

– Голодная? – поддразнила Саммер. Конечно, это была шутка. Реджина всегда была голодная.

Реджина в ответ пожала плечами. Она перешла к кухонному столу с яблоком в одной руке и банкой виноградной газировки в другой и плюхнулась со всей грацией тощего жирафа на стул.

– Привет, Майк. Саммер, я только что вернулась с обследования у врача, и я выросла еще на дюйм, – пробормотала Реджина, снова и снова кусая яблоко. – Я стану дылдой, я это точно знаю.

– Нет, не станешь, – сказала Саммер с искренней симпатией. Она знала, как неловко себя чувствовала Реджина, когда речь заходила о ее росте, и хотела помочь ей почувствовать себя лучше. В конце концов, они лучшие подруги. – Когда мальчики догонят тебя…

– Саммер, мой рост – пять футов, восемь с половиной дюймов [2]. – Признавшись, она заметно вздрогнула. – Может, мне нужно попробовать себя в мальчиковой баскетбольной команде.

– Не глупи. Ты убьешь себя. В твоем теле нет слаженных костей, – абсолютно честно ответила Саммер. Она знала, что не задела самолюбия Реджины. Они были слишком близки. Кроме того, это была правда. – Так или иначе, ты будешь моделью, помнишь? И для моделей нормально быть высокой, худой и…

– …с плоской грудью, – добавила Реджина, – чего у меня определенно не отнимешь. Давай сменим тему. Эта наводит тоску. Где все? А то так тихо.

– Мама работает в цветочном магазине с папой, а дед…

– … в подвале, – добавила Реджина. У нее была привычка заканчивать предложения Саммер за нее и иногда эта привычка бесила Саммер, но не сегодня. – Он закончил свой пылесос на дистанционном управлении?

Реджина все знала о дедушке. И никогда не смеялась. Это одна из причин, почему она была ее лучшей подругой, признавала Саммер. Она действительно все понимала.

– Кажется, да, но он еще не испытывал его наверху. Сегодня он работает с машинными цепями.

Реджина кивнула, и они обе улыбнулись. Да, Реджина безусловно понимала семью Саммер.

– Можно я пойду к соседям и поиграю с Энди? – прервал их Майкл громкой, самодовольной отрыжкой.

Обычно Майкл после обеда шел вниз вздремнуть, но Саммер хотелось увидеться с Реджиной еще до того, как ей на шею повесили брата.

– Ненадолго и если ты съешь свой сэндвич, – начала она отвечать, но он уже выскочил через заднюю дверь.

Саммер обратилась к подруге:

– Не просто тебе это сказать, Реджина, – сказала Саммер. – Маме придется работать с папой все лето. У миссис Нельсон скоро появится ребенок, и она взяла отпуск на все три месяца.

– Ты шутишь! А как же работа в «Пицца Паддл»?

– Я не могу, – пробормотала Саммер.

– Саммер, ты понимаешь, сколько времени и усилий ушло на моего ворчливого отца, пока он не согласился дать нам там поработать?

Саммер сидела в грустной тишине, рассматривая свое безрадостное будущее, и поняла, что надежды нет.

Какая другая пятнадцатилетняя девочка остается дома на все лето? Вероятно, таких нет. И именно в то лето, когда она и Реджина поклялись, что обзаведутся новыми друзьями и познакомятся с симпатичными взрослыми парнями. Они обе решили начать с чистого листа и, в первую очередь, с их внешнего вида. Первым делом Саммер решила, что весь ее гардероб – совершенно детский. Деньги она планировала заработать в пиццерии «Пицца Паддл», что позволило бы ей купить кое-что из взрослой одежды. Что ж, теперь этому определенно не бывать. Родители не могут позволить себе платить ей больше, чем несколько долларов в неделю за услуги няни. Бoльшая часть лета ушла бы только на то, чтобы заработать на покупку новых джинсов!

– Ты застрянешь здесь на все лето?

У Реджины это звучало так, будто Саммер приговорили к Сибири. Конечно, забота о Майкле и дедушке мало от этого отличается, подумала Саммер и сразу почувствовала себя виноватой.

– А как же наши планы? – заявила о себе упрямая жилка Реджины. Она была так же разочарована, как и Саммер, и это заставило Саммер почувствовать себя несколько лучше. – Ты никогда ни с кем не познакомишься, если не будешь выходить из дома и не будешь общаться с людьми. Поэтому нет ничего лучше работы в «Пицца Паддл». Туда все ходят вечером по пятницам. И ты это знаешь!

– Знаю, знаю, – сказала Саммер. – Но я ничего не могу поделать. Я пыталась поговорить с папой, но когда он начал свою лекцию на тему «Семья – это команда», я поняла, что это безнадежное дело.

– У Энн Логан на следующей неделе вечеринка у бассейна, – сказала Реджина, сменив тему.

– О, просто роскошно. – Голос Саммер сильно отдавал сарказмом. Роскошно – это одно из любимых слов Энн, а Энн была одной из наименее любимых Саммер людей.

– Показываешь коготки, – хихикая, сказала Реджина. – Только потому, что она украла у тебя Эрика.

– Не начинай, – потребовала Саммер. – И она не крала его у меня. Во-первых, у меня никогда его не было, помнишь? Ты это все придумала.

Энн Логан определенно была занозой в заднице. Как только Энн узнала, что Саммер заинтересовалась Эриком, она начала действовать. Эрик был беспомощен перед опытной атакой Энн. У него не было ни малейшего шанса.

– Думаешь, она что-то делает со своими волосами? Я заметила, что они становятся все более и более мелированными.

– Какая разница? Она все еще похожа на куклу Барби со своей пластмассовой улыбкой. А как она моргает своими ресницами! Можно подумать, у нее нервный тик или типа того.

– Ну, она обычно довольно мила со мной, – сказала Реджина. – Она все еще не бросила Грега.

– Как твой брат может ее выносить? Честное слово, даже у Майкла словарный запас лучше, чем у нее, и она действует так фальшиво. Не похоже, что она может думать о чем-то серьезном дольше десяти секунд. – Отвращение в голосе Саммер было очевидным.

– О, всем мальчишкам нравится, когда девчонки с ними заигрывают. В этом наша проблема, Саммер. Мы просто недостаточно заигрываем. Так или иначе, меня наверняка пригласят на вечеринку из-за Грега. Мы обе знаем, что на самом деле я ей не нравлюсь. Но, раз уж на то пошло, ей не нравятся все девушки. Если тебя не пригласят, я, может, и не пойду.

– Ты должна пойти. Для тебя это прекрасная возможность познакомиться с каким-нибудь новым мальчиком. Судя по репутации Энн, уверена, что там будет множество…

– …великолепных парней, вьющихся вокруг нее, – сказала Реджина. – А мы нужны для общего числа, – добавила она. – Думаю, я могу пригласить Карла Бенсона. Он достаточно высокий. Если только он не шепелявит.

– Он не шепелявит, – возразила Саммер. – А если и да, то только из-за своих скоб. Кроме того, как только вы туда доберетесь, ты можешь…

– …пообщаться с кем-нибудь еще, – закончила за нее Реджина. – Ты права. Я попрошу Карла. Мне все равно жалко, что ты не пойдешь. Я… Подожди! Поняла! Ты можешь пойти с Грегом.

– О, я не знаю…

– Он согласится, – прервала Реджина, ее карие глаза ярко заблестели. – Он должен мне, Саммер. Я скажу ему сегодня вечером.

– Дай мне сначала все обдумать, – остановила ее Саммер.

– Послушай, мы договорились использовать в своих интересах любую возможность, если собираемся сменить имидж. Отшельники не встречают много новых людей. Подумай об этом.

– Ладно, ладно.

– Я должна идти. Я позвоню тебе позже.

– Отлично, – ответила Саммер. Она проводила Реджину до входной двери, избегая по пути игрушечных машинок и грузовиков. Ей потребуется полдня, чтобы убрать беспорядок после Майкла. И меньше, чем через десять минут, он опять все разбросает.

– Хочешь что-нибудь поделать сегодня вечером? – спросила Реджина.

– Не могу. Сегодня вечер бинго [3].

– Бедная Саммер… Может, твой дедушка не захочет сегодня идти.

Ага, когда снег в июле выпадет, подумала Саммер.

– Ни за что. И не говори «Бедная Саммер», – потребовала она. – Мне и так плохо.

Глава 2

– Саммер, дорогая, я с тобой разговариваю, – сказал в тот же вечер ее отец, сидя за обеденным столом.

– Прости, пап. Кажется, я размечталась, – соврала Саммер.

– Наверное, это были не самые приятные мечты, солнце. Ты хмурилась, и у тебя уже появились ранние морщинки, – проорал через весь стол дед. Поскольку у него были проблемы со слухом, он считал, что и у всех остальных они тоже имеются.

– Я записал Майкла на уроки плавания, – сообщил отец. – Он начинает завтра. И в десять часов он должен быть в парке, дорогая.

– Хорошо, папа. Сколько длятся уроки? – спросила Саммер, пытаясь вложить в голос хоть немного энтузиазма.

– Полчаса каждое утро в течение двух недель, кроме субботы и воскресенья, конечно.

– А дедушка?

– Я сам могу о себе позаботиться, солнце, – ответил дед. – А сейчас поспеши и заканчивай свой ужин. Я не собираюсь опаздывать на лотерею!

Это был ритуал. Каждый вечер понедельника, независимо от погоды, Саммер покорно шла с дедом в церковь, находящуюся в двух кварталах от них. Пока он играл в бинго, Саммер помогала в закусочной мистеру Клэнси.

Честно говоря, Саммер действительно с нетерпением ждала вечера лотереи, хотя скорее бы умерла, чем кому-нибудь в этом призналась бы, даже Реджине. Причиной этого был ее дед. В понедельник вечером он словно оживал, а его веселье много значило для Саммер.

Саммер отсалютовала, затем подошла к входной двери и добрые десять минут терпеливо стояла там, пока дедушка собирал свои рабочие инструменты: зеленый фломастер, скотч и, конечно же, дополнительную пару очков на всякий случай. Для деда бинго было делом серьезным.

Наконец он собрался. Саммер взяла его под руку, и они медленно пошли. Стояла прекрасная погода, теплый и свежий воздух был наполнен ароматом распустившихся цветов.

– Дедушка, тебе нравится жить с нами? – спросила Саммер.

– Ни минуты спокойной жизни, – усмехнувшись, ответил дед. – Больше похоже на жизнь в зоопарке со всей этой кутерьмой. Однако намного лучше, чем в том доме престарелых, от которого меня спас твой папа.

– Но ты сам захотел туда поехать, – запротестовала Саммер. – Папа говорил, что ты решил отправиться туда после смерти бабушки. Я рада, что тебе там не нравилось, – призналась она, – и что ты переехал к нам. Твое место здесь.

Дед улыбнулся ей. Между ними была особая связь. Саммер могла рассказывать ему что угодно, и он никогда не торопил ее, учитывая, что иногда засыпал посередине предложения. Но это было не от скуки, всегда заверял он Саммер. Ему просто нужен отдых.

– Ты все еще расстроена, что не получилось поехать с той твоей богатой подружкой? – напрямую спросил ее дед.

– Дедушка, я не… Ну, да, я была расстроена, но уже нет, – признала она, скромно улыбнувшись. – И Мэри Лу не богатая подружка. Ты перепутал ее с Реджиной.

– Реджина – это та здоровенная девица с бассейном на заднем дворе? – уточнил дед. Саммер кивнула и он продолжил: – Она хорошая девочка, хотя и не ирландка.

Саммер рассмеялась и покачала головой. Дед придавал огромное значение этому факту своего наследия.

– Было бы неплохо быть и ирландкой, и богатой, согласен? – спросила она.

– У тебя полно богатства, солнце. Ты здорова и живешь в заботливой семье. Чего еще можно желать? – У Саммер не было времени, чтобы ответить. Они уже подошли к входу в церковь. Потянув за железную ручку тяжелых деревянных дверей, дед, расправив плечи и выпрямив спину, вошел в холл и гордым шагом направился к лотерейным карточкам. После того как он выбрал те, какие хотел, Саммер помогла ему сесть на его место рядом с Джоном Абрамсом.

Перед закусочной уже выстроилась толпа, и Саммер поспешила на помощь мистеру Клэнси. Только когда она повернула за угол, чтобы войти через боковую дверь и занять место за прилавком, она поняла, что мистер Клэнси не один. Рядом с ним стоял самый красивый парень, которого Саммер когда-либо видела.

Она моргнула. Он все еще был там. Он поднял большую кофеварку, которую только что наполнил водой, и не видел, как она застыла в дверях. Он был высокий и стройный, но атлетического сложения. Саммер не могла не заметить его широких плеч, когда он поднял тяжелый чайник. Темные вьющиеся волосы слегка касались воротника, а его четкие скулы, прямой нос и челюсть напомнили ей об одной из классических греческих статуй, которые она видела в музее.

Уже больше года она была единственным человеком моложе пятидесяти на лотерейных вечерах и имела полное право удивляться. Кто он такой? – задумалась она. И почему она не надела свои классные брюки цвета хаки вместо этих потрепанных обрезанных джинсов? А ее волосы! Сделала конский хвост, а не распустила их. Она выглядела как уродина!

Осознав, что застыла, словно глыба льда, еще и разинув рот, Саммер, наконец-то вошла внутрь, силясь взять себя в руки. Легче сказать, чем сделать.

– Я опоздала, мистер Клэнси? – Ее голос был похож на скрип старого стула.

– Не волнуйся, дорогая, – сказал, сияя, мистер Клэнси. – Саммер, познакомься с внуком Фрэнка Маршала, Дэвидом. Дэвид, это Саммер Мэттьюз.

– Приятно познакомиться, – ответила Саммер со всем достоинством, на которое была способна в тот момент. Это было тяжело; когда Дэвид поднял глаза и улыбнулся ей, говорить стало просто невозможно, и у него были самые потрясающие зеленые глаза. Он красивый, подумала она, а я выгляжу как пугало.

– Привет, – сказал Дэвид.

– Вы двое позаботьтесь о клиентах, а я пока сделаю побольше кофе, – сказал мистер Клэнси.

Следующие пятнадцать минут прошли в работе. Все спешили перекусить, а когда начался первый раунд лотереи, Саммер вздохнула с облегчением. Она чувствовала себя так, словно язык проглотила, и, в добавок, ею овладела паника. О чем ей с ним говорить? В ее голове крутилось множество вопросов, которые она могла бы ему задать, но все они звучали так, будто она собиралась взять интервью для школьной газеты, а не просто поболтать с ним.

Неужели другие девчонки чувствуют себя так же неловко рядом с парнями? – задумалась Саммер. Энн Логан знала бы, что сказать, и при этом быть милой и застенчивой.

– В какой школе ты учишься? – решил проблему Дэвид.

Саммер прекратила вытирать тряпкой столешницу и повернулась к нему.

– Реджис, – выпалила она, понизила голос, чтобы не мешать выкрикам лотереи, и продолжила: – А ты в какой?

– Чалмерс, – ответил Дэвид. Саммер поразилась. Чалмерс была частной школой для мальчиков [4]. Неудивительно, что она никогда его раньше не видела. – Осенью я уже буду выпускником. А ты в каком классе?

– Я скромная десятиклассница, – проговорила Саммер, усмехнувшись и надеясь, что ее ямочки было видно, когда она улыбнулась. Реджина часто говорила, что эта ее черта одна из лучших. – Мы можем посидеть там и подождать перерыва, – добавила она и указала на маленький карточный стол, расположенный у задней стенки.

Никто из них не сказал ни слова, пока они смотрели друг на друга через стол. Саммер все еще нервничала; ее ладони вспотели, и она усердно молилась, чтобы Дэвид этого не заметил. Она поняла, что все еще держит тряпку, и положила ее на стол.

Я просто дура, решила Саммер. Он не может заинтересоваться мной. Мальчик из Чалмерс, такой красивый, как Дэвид, да еще и выпускник. Нет, Саммер была уверена, что как минимум дюжина девчонок увивается за ним. Пока они работали вместе, он был милым и вежливым, вот и все. Почему-то Саммер расслабилась. Раз уж у нее нет ни единого шанса, зачем пытаться? Ей нужно просто наслаждаться этим вечером и быть самой собой. Кроме того, она действительно не умеет заигрывать, это не в ее стиле.

Напряженность испарилась. И Саммер свободно заговорила, рассказывая Дэвиду о школе для мальчиков и девочек, в которой училась. Они обсуждали достоинства и недостатки обеих школ. Дэвид выглядел расслабленным и, похоже, ее рассказ его действительно заинтересовал.

– Почему ты сегодня здесь? – вдруг спросила Саммер. Она решила, что это прозвучало слишком грубо, и поторопилась добавить: – В смысле, я прихожу сюда каждый вечер по понедельникам, и мне просто интересно, почему я не видела тебя здесь раньше.

– Я тут в первый раз, – ответил Дэвид. – У моего деда пошаливает сердце, и он больше не может водить машину, поэтому я вызвался довезти его. Он любит играть в лотерею.

– И мой дед любит бинго. Он играет, по меньшей мере, с двадцатью карточками за раз, – преувеличила она.

– Как и мой дед, – сказал Дэвид и рассмеялся. – Твой дед когда-нибудь выигрывал джек-пот?

– Нет, но он уверяет, что всегда близок к победе. Слишком близок, чтобы сдаться, – ответила Саммер. – Я хожу с ним в церковь каждый понедельник в любую погоду. Он ни за что не пропустит лотерею, – призналась она.

– А в следующий понедельник ты снова будешь здесь помогать? – поинтересовался Дэвид.

– Конечно, – ответила Саммер. – А ты? Ты вернешься? – спросила она так небрежно, как только могла.

– Если ты будешь здесь, я приеду.

Дэвид, казалось, смутился от своих слов: его щеки порозовели, а желудок Саммер сделал двойное сальто.

– Да, я буду здесь, – быстро ответила она. Внутри у нее все вопило от радости.

Остаток вечера прошел как в тумане, и вскоре пришло время забирать дедушку и идти домой. Дэвид предложил подвезти их, но прежде чем Саммер смогла согласиться, ее дед заявил, что прогулка – это его единственная разминка. Саммер скрыла свое разочарование. Она была на седьмом небе от счастья… Дэвид попросил у нее номер телефона!

Глава 3

На следующее утро Саммер опаздывала и спешила отвести Майкла на урок плавания. Он шел рядом и выглядел ужасно глупо в лимонно-желтом купальнике и красных зимних ботинках, но у Саммер не было времени с ним спорить. По крайней мере, он обещал снять ботинки и красное полотенце, когда залезет в бассейн. Саммер только и успела надеть темные мамины очки и надеялась, что никто ее не узнает.

Они уже стояли на углу Хай Драйв и бульвара Мейер, когда Саммер услышала, как ее окликнули. Она сразу же узнала этот распевный голосок. Энн Логан. Вот тебе и маскировка, вздохнув, подумала Саммер. Она сняла темные очки и искоса взглянула на Энн.

– Я так рада, что встретила тебя, – сказала Энн, выглядывая из окна спортивной машины. – Хочу тебя пригласить на свою маленькую вечеринку у бассейна, в следующую среду. Я надеюсь, что ты сможешь прийти. – Она захихикала. – Естественно, ты должна привести пару, – добавила она, усмехаясь, – но если ты никого не найдешь, позвони мне, я посмотрю, что смогу сделать.

– Уверена, что найду с кем прийти, Энн. Спасибо за приглашение, – сладко ответила она. Саммер хотелось добавить, "Почему ты меня пригласила?", но решила, что знает ответ. Энн нравилось, когда публика наблюдает, как она вертит парнями, будто мисс Популярность.

Сменился красный свет светофора, и Энн театрально помахала на прощание, перед тем как втопила педаль газа. Саммер и Майкл наблюдали за ее отъездом. Энн Логан была одной из немногих десятиклассниц, которым уже исполнилось шестнадцать и у них были водительские права. Спортивная машина была подарком от родителей, на «сладкие» шестнадцать [5]. Какая ирония, решила Саммер, потому что ничего сладкого в самой Энн Логан не было.

– Пошли, Майкл! – резко сказала она. Саммер взяла брата за липкую от конфеты, которую он только что съел, руку и повела через улицу. Энн Логан умела испортить Саммер настроение.

– Я не хочу бежать, – запротестовал Майкл.

– Прости, – ответила она, когда поняла, что брат слишком маленький, чтобы идти с ней в ногу. Она резко сменила темп, приноравливаясь к его короткому шагу. Они вошли в парк и, увернувшись от парочки бегунов, пробрались к бассейну.

Она понимала, что вода будет прохладной, но все равно, под джинсы и футболку надела купальник. Хорошее плавание должно взбодрить, а после столкновения с Энн Логан вода поможет Саммер избавить от огромного напряженного узла, появившегося у основания шеи. Саммер раздражало, что Энн пригласила ее лишь по одной причине: она была уверена, что Саммер не найдет себе пару. Это раздражало и обижало ее.

– Привет. – Саммер поразил низкий голос, от которого у нее подкосились ноги. Это был Дэвид.

– Привет! – сказала она. – Что ты здесь делаешь? – Говоря это, она проверила свой внешний вид и надеялась, что у нее не отвисла челюсть. Он был одет в темно-синие, очень официальные на вид, плавки. – Ты инструктор по плаванию, да?

– Как ты догадалась?

– Мой брат должен брать у тебя уроки, – Саммер едва не заикалась.

Это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Она будет встречаться с Дэвидом каждый день в течение следующих двух недель.

Пока она говорила, из-за ее ног выглянул Майкл и с очевидной подозрительностью уставился вверх на Дэвида. Саммер взглянула на брата и тут же повторила выражение его лица. Майкл явно что-то задумал.

Она хотела вытащить его из-за спины и поставить перед собой, но Дэвид присел на корточки, его лицо было в нескольких сантиметрах от лица ее младшего брата.

– Привет, – сказал он. – Ты готов научиться плавать, приятель?

– Нет. – Послышалось единственное слово откуда-то из-за коленей Саммер.

– Ну, тогда пошли, сядешь рядом со мной на краю бассейна. Не против, промочить ноги, а?

– А я должен буду мочить лицо? – поморщившись, спросил Майкл.

– Нет, если не хочешь, – пообещал Дэвид.

Майкл поверил ему. Дэвид посмотрел на Саммер и подмигнул:

– Почему бы тебе не вернуться через полчаса? – предложил он и прежде, чем она или Майкл смогли ответить, взял Майкла за руку и пошел к бассейну.

– Он совсем не умеет плавать! – крикнула она и почувствовала, что краснеет. Ведет себя, как наседка! Он кивнул, давая знать, что услышал ее. Она махнула и поспешила уйти до того, как Майкл решит устроить сцену.

Следующие полчаса она бродила по парку. Казалось, прошла вечность. Она хотела сбегать домой и переодеться во что-нибудь более изящное. Или, может, распустить неаккуратный узел, который она поспешно свернула на голове, но отказалась от этой идеи. Если бы она это сделала, Дэвид бы понял, что она хочет произвести на него хорошее впечатление, но даже ей было известно, что лучше не переборщить, если дело касается парней. Реджина говорила, что с ними надо быть жестче. Когда она вернулась, бассейн был полон мамаш и детей. Дэвид так усиленно хвалил перед ней Майкла, что младший брат просто сиял от радости. Его волосы были прилизаны назад, означая, что он намочил не только ноги.

– Хорошо, что Майк рано учится плавать. Его возрастной группе легче. Старшие более неуверенные.

– Ты даешь и групповые уроки? – спросила она. – Или для каждого отдельно, как для Майкла?

– Он мой единственный одиночка, – ответил Дэвид. – У меня еще четыре группы. – Он вел себя очень уверенно, и в его голосе чувствовалась гордость. – А иногда по вечерам я работаю спасателем.

– Это твой первый год работы? – спросила она.

– А ты как думаешь?

Она улыбнулась и покачала головой.

– Ты отлично ладишь с маленькими детьми. – Прежде, чем он успел ответить, она сказала Майклу, чтобы тот поблагодарил его, и они направились к выходу. Вдруг позади себя Саммер услышала шепот Дэвида:

– Я позвоню тебе позже, хорошо?

– Да, конечно, – тихо пробормотала она. Саммер старалась сохранить спокойствие и, оглянувшись на него, как могла, сдерживала улыбку. Дэвид не должен знать, что ее переполняет счастье.

Саммер ходила туда-сюда перед телефоном, ожидая, когда он зазвонит. День, казалось, длился вечность, но Дэвид позвонил ровно в пять минут пятого.

По телефону, его голос звучал очень официально.

– Привет, Саммер. Это Дэвид Маршал, я звоню узнать, не хотела бы ты, завтра вечером, сходить со мной в кино. Если ты занята, мы можем сходить в другой раз. – Странно, но казалось, будто он задыхается.

– Отличная идея, – ответила она, когда он сделал паузу. Саммер решила, что глупо играть в «труднодоступность». Она описала ему, где живет, и согласилась, чтобы он заехал за ней в семь часов.

– Спроси, есть ли у него какой-нибудь высокий приятель, – настаивала Реджина, когда Саммер рассказала ей новости. Она была так же взволнованна, как и Саммер, но не могла больше говорить по телефону, так как он нужен был брату.

– Приезжай и помоги мне выбрать, что одеть, – попросила Саммер и Реджина, как лучшая подруга, коей она и являлась, не подвела ее.

– Выезжаю прямо сейчас.

Она всегда могла рассчитывать на Реджину! Когда та приехала, у Саммер на кровати уже лежали три варианта наряда.

– Определенно, голубое платье! – объявила Реджина. – Только оно соответствует цвету твоих глаз. Ты будешь выглядеть просто супер.

– Я все еще не могу поверить…

– … что он пригласил тебя, да? – закончила за нее Реджина.

– Подожди, пока не познакомишься с ним. Он… такой классный.

– Ты собираешься пригласить его на вечеринку Энн?

– Думаю, да, – ответила Саммер. – Почему ты нахмурилась? Думаешь, это плохая мысль?

– Ну, часть меня хочет, чтобы ты его пригласила. Я хочу увидеть лицо Энн, когда ты появишься с парнем из Чалмерс. Она позеленеет от зависти. Но другая моя часть говорит, что твоего Дэвида надо держать подальше от Энн Логан, насколько это возможно. Не искушай судьбу.

– Хорошо, я приглашу его, – решила Саммер. – Не все же парни в нее влюбляются. Дэвид уже взрослый. – Ее голос звучал очень уверенно, но в затылке уже сверлило беспокойство. Она проигнорировала свои опасения и расправила плечи. – Я должна хоть немного нравиться Дэвиду, иначе он не пригласил бы меня. Правильно?

– Правильно! – Восторженный ответ Реджины не увязывался с ее хмурым видом.

– Пришло время держать удар, – сказала Саммер с ложной уверенностью.

– Ты права на сто процентов! – заявила Реджина. – Я сильно беспокоюсь, потому что видела Энн в действии чаще, чем ты.

– Мысли позитивно, – пропела Саммер. – Я говорю, прямо как папа. – Обе девушки рассмеялись. – А знаешь, он прав, – продолжила она. – Пришло время немного осадить Энн.

– Правильно!

– Мы, как на собрании для поднятия духа, – сказала она. – И я выспрошу у Дэвида всё о его друзьях, включая рост.

– Я пригласила Карла на вечеринку Энн, но он не сможет пойти, – сказал Реджина, пожав плечами. – Он уезжает из города.

– Но ты должна пойти на вечеринку.

– Я пойду, – ответила она. – Я заставлю Грега взять меня с собой. Так я действительно смогу общаться со всеми. И, кроме того, не пропущу…

– …лицо Энн, когда появимся я и Дэвид?

– Точно! – воскликнула Реджина.

Глава 4

Саммер казалось, что прошла целая жизнь, пока наступил вечер среды. Она уже была одета и готова к своему смертному часу, ожидая Дэвида. Последний взгляд в зеркало, стоящее в холле? убедил ее, что больше ничего сделать нельзя. Она выглядела почти так же, как и хотела, что, впрочем, было совсем не плохо, решила она с почти ненормальной отчужденностью. На этот раз волосы выглядели так, как нужно, мягко спадая на ее узкие плечи.

Саммер, как могла, подготовила семью. Удача была на ее стороне. Дед решил вернуться в подвал сразу же после обеда и, хотя Саммер чувствовала себя немного виноватой, она вздохнула с облегчением. Трудно сказать, что выкинул бы дед перед Дэвидом. А если он еще и в веселом настроении… Она вздрогнула, представив эту картину.

– Мама, я подожду здесь. Запомни, ты впускаешь Дэвида и сразу зовешь меня, хорошо? И не забудь сказать папе, чтобы не болтал с растениями.

– Да, дорогая, я напомню ему. Милая, какая же ты красавица, – похвалила мама. – И не волнуйся. Мы все будем хорошо себя вести. – Она собралась уходить, но вдруг остановилась. – Да, кстати, дорогая, несколько минут назад я собиралась испечь пирог, но зазвонил телефон. И теперь я не могу найти свои мерные ложки. Скажи мне, если увидишь их, хорошо?

– Конечно, мам, – заверила ее Саммер, кивая головой.

Чуть позже прозвенел дверной звонок. Саммер поднялась на вершину лестницы, осторожно спряталась за одним из разросшихся растений отца и стала ждать. Она не хотела выглядеть чересчур нетерпеливой. Она хотела подождать, когда ее позовет мама, затем посчитать до десяти и медленно спуститься вниз, высоко подняв голову, а глаза…

– Майкл, расскажи этому молодому человеку, кем бы ты был, если бы не был ирландцем.

– Ааааа… опозоренным! – завизжал ее младший брат.

В голове Саммер громко и ясно раздался тревожный звонок. Дед развлекает Дэвида!

Она отреагировала автоматически. Едва не спотыкаясь о собственные ноги, она заспешила вниз по голым ступенькам, издавая при этом такие звуки, какие мог бы издавать слон с подковами, и Дэвид, к сожалению, все это видел и слышал.

– Привет, Дэвид, – бросила она. – Смотрю, ты познакомился с моей семьей. Ну, теперь можно и ехать?

– Саммер, где твои манеры? – раздался сзади голос отца. – Предложи молодому человеку посидеть и поговорить хоть несколько минут.

Этого было не избежать. Она подвела Дэвида к дивану и села рядом с ним. Дедушка взгромоздился на подлокотник кресла, на котором сидела мама, а папа послал ей ободряющую улыбку и сел в свое потертое кожаное кресло. Он, казалось, не замечал, что держит на коленях горшок с цветком, но Саммер была уверена, что Дэвид нашел это довольно странным.

– Майкл рассказал нам, что ты отличный инструктор по плаванию, – начал папа.

– Я не говорил, – прервал его Майкл, но быстро затих, уловив сердитый взгляд Саммер.

– Конечно, говорил, сынок, – спокойно продолжил отец. – Тебе нравится учить, Дэвид?

– О, да, сэр, – ответил Дэвид. – И Майк будет отличным пловцом, ведь так?

– Да, – ответил Майкл.

– Ну, теперь, познакомившись с твоим молодым человеком, я могу вернуться в подвал! – заорал дед. – Я уже заканчиваю свое последнее изобретение, – поведал он Дэвиду заговорщицким и очень громким шепотом.

Не спрашивай, пожалуйста, не спрашивай, взмолилась Саммер.

– Над чем вы работаете, сэр? – поинтересовался Дэвид.

– Дистанционное управление для автомоечной системы. Когда найду все ошибки работы двигателя, подключу его в гараже.

Дэвид, спасибо ему, даже не моргнул.

– Кажется, это полезное устройство, – вот и все, что он сказал.

– Во сколько ты планируешь привезти домой мою маленькую девочку? – спросил отец. Саммер терпеть не могла, когда он называл ее «его маленькой девочкой» и чуть не закричала от отчаяния. Она немного отодвинулась и случайно на что-то села. Скорее всего, это игрушка или мамины ключи… или, наверное, без вести пропавшие мерные ложки. Саммер не хотела этого знать. Медленно скользнув рукой под юбку, она, задержав дыхание, задвинула предмет между диванных подушек и только тогда свободно выдохнула.

– Фильм заканчивается в десять, я хотел, чтобы мы с Саммер потом перекусили. Думаю, в полдвенадцатого, будет нормально? – Голос Дэвида был очень спокойным и убедительным.

Она быстро взглянула на него, прежде чем повернуться обратно к отцу. Он нахмурился, полностью сосредоточившись, будто Дэвид только что попросил его разъяснить, откуда взялся национальный долг.

– Обычно наша Саммер возвращается к одиннадцати, – заявил он, – но на этот раз я сделаю исключение. Думаю, вы успеете перекусить до одиннадцати тридцати, ты согласен?

– Да, сэр, спасибо, – ответил Дэвид. Он повернулся к Саммер и усмехнулся. – Нам лучше выходить прямо сейсчас, иначе опоздаем.

– У тебя нет жвачки? – внезапно спросил Майкл. Он схватил Дэвида за колени, не давая тому встать.

– Майкл, нельзя попрошайничать, – чуть не заикаясь, сказала Саммер. – И отстань от Дэвида. Ты весь грязный.

Она бросила на маму умаляющий взгляд.

– Конечно, есть, Майк, – ответил Дэвид. Он оторвал от себя Майкла и встал. Из кармана брюк достал пакетик "Juicy Fruit" [6] и предложил одну пластину ее младшему брату.

Майкл был впечатлен. "Juicy Fruit" была одной из любимых его жвачек.

– Скажи спасибо Дэвиду, – улыбаясь, напомнила ему мама, когда Дэвид и Саммер направились к двери.

По дороге к кинотеатру никто не проронил ни слова.

– У тебя милая семья, – бросил он.

Ты имеешь в виду сумасшедшая, да? – хотела спросить Саммер, но сдержалась.

– Спасибо, – сказала она вместо этого. – А у тебя есть братья или сестры?

– Нет, – ответил Дэвид. – Я единственный ребенок. Иногда я жалею, что у меня нет брата или сестры. Изредка не мешало бы делится с кем-нибудь.

– Майкл пока еще ничем не делится.

– Он похож на ребенка, которому все интересно, – сказал он усмехаясь. – Знаешь, мне потребовалось десять минут, чтобы сегодня в бассейне уговорить его снять ботинки.

– Да, ну… он отчасти считает себя Суперменом, – объяснила она. – Мама говорит, что это возрастное и скоро пройдет.

– Рождение Майка было неожиданным для твоих родителей?

Саммер задумалась, пытаясь сообразить, что ответить, когда Дэвид добавил:

– Послушай, я не должен был задавать такой личный вопрос. Просто они кажутся немного…

– Староватыми? – предположила Саммер.

– Да, немного старше, чем большинство родителей с маленькими детьми. Я знаю, что это не мое дело, но я действительно считаю, что он чудо. У Майка есть характер.

– Все нормально, это не личный вопрос. Просто немного странный, вот и все. Родители поженились за пять лет до моего рождения, и маме потом сказали, что она больше не сможет иметь детей. Я была единственным ребенком двенадцать лет, а потом родился Майкл. Для всех это действительно был сюрприз. Даже большая радость.

– Наверное, было странно так внезапно обзавестись ребенком, – сказал он.

– Родители были взволнованы, но я… – Она внезапно смутилась, вспомнив, как была расстроена все время, пока мама носила Майкла. Она спросила себя, зачем рассказывает все это Дэвиду. Его вряд ли интересовала ее семья.

– Тебе, наверное, было тяжело справиться со сменой обстановки, – сказал он. Затем расхохотался, увидел ее озадаченное лицо и быстро добавил: – Ну, понимаешь, «сменой»? Подгузников, – продолжил он, смеясь, очень довольный своим маленьким каламбуром.

– Не смешно, Дэвид, – ответила она, качая головой.

– Извини, – произнес он, но кривая усмешка на губах противоречила его словам.

– Понимаешь, если честно, я не могу сейчас представить жизни без Майкла или деда. Он переехал к нам в прошлом году, когда умерла бабушка.

– Он действительно милый, – сказал Дэвид.

– Расскажи мне о своей семье, – предложила Саммер.

– Особо нечего рассказывать, – ответил он. – Папа – бухгалтер, а мама – волонтер.

– А ты? Ты уже знаешь, кем хочешь быть, когда закончишь школу?

– Нет. Иногда мне кажется, что хочу быть врачом, но для этого нужно быть отличником в точных науках, а мои успехи в них иначе, как средними, не назовешь.

Он нашел место для парковки в квартале от кинотеатра. Когда Саммер вышла из машины, Дэвид взял ее за руку и держал так, пока они не вошли. Они молчали, но это тишина не была неловкой. Саммер пыталась запомнить все, что он говорил, чтобы потом рассказать Реджине, и в то же самое время хотела сама блистать остроумием и быть интересной. Это была трудная задача! Она опять почувствовала напряжение и глубоко вздохнула.

– Ты занимаешься каким-нибудь спортом? – услышала она свой вопрос.

– Конечно, – ответил он. – Основательно футболом и немного бейсболом. А ты?

– Я была в команде по софтболу, – сказала она, и это было правдой. Просто не упомянула, что ей тогда было восемь, и что она взялась играть только для того, чтобы нацепить зеленовато-голубую униформу, которую выдавали участницам.

– А как насчет тенниса? – спросил он. – Я только что купил новую ракетку, но играл немного.

– Я играла только пару раз, – бросила она. – Я даже не знаю всех правил.

– Не хочешь поиграть завтра днем, около четырех? Будет уже не очень жарко.

– Извини, но я не могу, – сказала она, скрестив пальцы. – Я должна присматривать за Майклом. Мама до пяти не вернется домой из цветочного магазина. – Она была рада, что он опять хочет с ней встретиться, но чувствовала, что выставит себя полной дурой, если согласится сыграть в теннис. У нее действительно была теннисная ракетка, но только потому, что ей ее подарила Реджина два года назад, когда влюбилась без памяти в тренера по теннису. Они никогда не играли, только кружили по теннисному корту дважды в день в своих белых шортах, надеясь привлечь внимание тренера.

– Приводи его с собой, – сказал он. – Он может покататься на качелях. Что скажешь?

Он казался нетерпеливым и полным энтузиазма. Саммер решила согласиться. Если она этого не сделает, то Дэвид подумает, что она не хочет с ним встречаться.

– Хорошо, но должна предупредить тебя. С Майклом мы не сможем хорошо поиграть в теннис.

– Нет проблем, – согласился Дэвид. – Ладно, пойдем, возьмем немного поп-корна.

Только когда они сели в середине переполненного кинозала, и погасли огни, Саммер решила, наконец, спросить, что за фильм они будут смотреть.

– Это комедия, – пояснил он. – Мой друг Чарли сказал, что она реально смешная.

– А он высокий? – спросила она прежде, чем прикусить язык.

– Прости, что? – Он повернулся к ней и наклонился, пока его лоб не оказался в нескольких дюймах от ее лица. Он пах чистым, свежим и пряным ароматом лосьона после бритья, и Саммер надеялась, что и он почувствовал запах ее духов.

– О, ничего, – пробормотала она. Она потом поищет парня для Реджины.

Она наслаждалась фильмом, да и Дэвиду он очень понравился! Его смех, довольный и совершенно раскованный, сменялся время от времени громким гоготом, притягивающим взгляды окружающих людей, но она совершенно не возражала. Ей нравилось, что он так спокойно себя чувствовал и явно наслаждался происходящим. Когда он закончил свою гигантскую бочку поп-корна, то обнял ее за плечи, будто так и надо было. От удовольствия Саммер хотелось замурлыкать.

Фильм закончился намного быстрее, чем ей бы хотелось. Дэвид предложил пойти за гамбургерами, и она охотно согласилась. Саммер была рада, что он не предложил сходить в «Пицца Падл», потому что не хотела делить его ни с кем из друзей. А это случится довольно скоро, на вечеринке Энн Логан… если она наберется смелости и пригласит его.

– Я никогда не слышал имени Саммер, – сказал Дэвид по дороге домой. – Это ваше семейное имя?

– Нет, просто оно понравилось маме. Папа хотел назвать меня в честь цветка, но мама победила. – Саммер не упомянула, что отец все еще иногда называет ее Роузбад [7], когда хочет поддразнить. Но эта информация проходила под заголовком "скучные семейные пустячки".

– Мне нравится твое имя. Оно тебе подходит.

Саммер не поняла, что он имел в виду, но догадалась, что он сделал ей комплимент. Ей нравилось ее имя.

Только когда они прощались, стоя на крыльце, она набралась храбрости пригласить его на вечеринку Энн Логан.

– Я прекрасно провела время, Дэвид. Спасибо, что пригласил меня, – прошептала она. Через сетчатую дверь ревел телевизор, но Саммер не хотелось, чтобы родители знали, что она уже дома.

– Я заберу тебя завтра в четыре, хорошо? – спросил он так же тихо.

– Отлично, – кивнула она. Сейчас или никогда. – У моей подруги, ну, в общем, она мне не подруга, а одноклассница, так вот, у нее в следующую среду вечеринка у бассейна. Мы должны прийти с парой, и я хотела спросить тебя, не хочешь ли ты пойти со мной. – Все, главное было сказано, но ей уже было все равно. Дэвид улыбнулся и кивнул. Казалось, он действительно рад, что она его пригласила.

– Конечно, – ответил он. – Мы завтра сможем все обговорить, ладно?

– Ладно.

Он положил руки ей на плечи и наклонился.

– Саммер, это ты? – Голос отца так ее напугал, что она подскочила. Дэвид отпустил ее плечи и сделал шаг назад. Они оба начали смеяться, что сгладило неловкую ситуацию.

– Да, пап! – крикнула она. – Я сейчас зайду.

Перед тем как войти в дом, она смотрела, как Дэвид спускается по ступенькам.

– До завтра! – крикнул Дэвид через плечо.

– Ты хорошо провела время, солнышко? – спросил отец.

– Очень хорошо, папа, – ответила Саммер. – Очень хорошо.

Глава 5

Когда Саммер вернулась из парка, таща на буксире мокрого Майкла, Реджина уже сидела на крыльце.

– Как продвигаются твои уроки плавания, Майк? – cпросила Реджина.

– Я намочил лицо! – прокричал Майкл, бросившись к ней на колени. Он смеялся и был счастлив ее видеть.

Саммер села рядом на пару ступенек выше и во всех деталях расписала Реджине свое свидание с Дэвидом.

– Он так хорош, прямо не верится, – вздохнула Реджина. – А как насчет его друзей? Среди них есть высокие?

– Он упоминал парня по имени Чарли. Я его хорошенько сегодня расспрошу, когда мы будем играть в теннис.

– Только не перестарайся, когда будешь рассказывать ему обо мне. И не говори, что я замечательнейшая личность, – предупредила Реджина. – А то он решит, что я страшилище. И заведи разговор как бы между прочим. Если не появится возможность, подожди, когда речь зайдет о вечеринке Энн, и тогда спроси его.

– Ладно, ладно, – успокоила ее Саммер. – Реджина, я умею быть тактичной.

Саммер была так взволнована мыслями о Дэвиде, что хотела прыгать или танцевать джигу, прямо как Майкл, когда ему говорят, что дадут что-то вкусненькое.

– О, Реджина, Дэвид почти идеален. Но у него все равно есть один крошечный недостаток, – начала Саммер.

– Какой? – поинтересовалась Реджина.

– Ты решишь, что я идиотка… Ну, он так ужасно шутит. Я имею в виду, вообще не смешно, но он так не думает. После того, как он закончит шутку, он ржет так, что плечи трясутся, и кажется, даже не замечает, что я не смеюсь. Честно, Реджина, всю дорогу домой, он рассказывал свои глупые шутки одну за другой. Мне кажется, у него есть скрытое желание, стать комиком в комедийном баре, – заключила Саммер.

– Ну, это не такой уж и страшный недостаток, – сказала Реджина. – Я уже решила, что ты расскажешь мне что-то существенное. Типа, пускает слюни, дергается, все время выдает отрыжки. Вот это – натуральные недостатки.

– Будь серьезна, – потребовала Саммер.

– Хорошо, – согласилась Реджина. – Если плохие шутки – это единственный недостаток Дэвида, тогда я повторюсь – он прекрасен. По крайней мере, у него есть чувство юмора.

– Ты права. Он совершенство, – согласилась Саммер. – Теперь давай приступим к делу, Реджина. Как мне научиться играть в теннис до четырех часов?

Дэвид приехал вовремя. Он постучал в дверь ровно в четыре часа. И оказался весьма внимательным – привез целую упаковку жвачки «Juicy Fruit» и вручил ее Майклу, который сразу же выхватил ее, визжа от восторга.

– Хочешь пойти в парк? – спросил Дэвид.

– Конечно, – согласилась Саммер.

– Эй, Майк, на тебе новое полотенце? – Дэвид выглядел так, будто сейчас рассмеется, но Майклу, казалось, было все равно, или он просто не заметил, как Дэвид его поддразнивает. Он был слишком занят, засовывая в рот пластинки жвачки.

– Это мой плащ, – объяснил Майкл, жуя жвачку.

– Давай, Майкл, пора ехать! – прикрикнула на него Саммер.

– Мне нужны очки, которые мне подарил дедушка! – завопил Майкл. Минуту спустя он вернулся, нацепив на нос детские белые солнцезащитные очки.

– Хочешь прокатиться до парка на моих плечах, Супермен? – спросил Дэвид.

Когда Майкл кивнул, Дэвид поднял его над головой и посадил себе на плечи. Майкл сцепил под подбородком Дэвида свои ботинки.

– Дэвид, ты действительно умеешь ладить с детьми, – сказала Саммер. Втайне она была рада, что Дэвида не смущает одежда Майкла. – Без каких-либо усилий.

– Спасибо. Я люблю детей; они такие непринужденные и честные, всегда знаешь, чего от них ждать.

– Это особенно относится к Майклу, – сказала Саммер. Дэвид рассмеялся.

– Рядом с теннисными кортами есть качели. Мы сможем следить за Суперменом, пока будем играть.

Саммер опять занервничала.

– Предупреждаю, я не много знаю об этой игре, – выпалила она. – О… может, когда мы туда приедем, то сможем найти кого-нибудь, кто бы с тобой поиграл, а я и Майкл просто понаблюдаем за вами. Я имею в виду, ну… Я не хочу тебя тормозить.

– Из твоих слов я понял, что ты раньше играла, – сказал Дэвид, усаживая Майкла поудобнее на плечах.

Да я бы что угодно сказала, лишь бы побыть с тобой, призналась себе Саммер. Но после его слов о том, что ему нравится Майкл, так как он такой открытый и честный, она инстинктивно почувствовала, что сказать ему сейчас правду не лучшая идея.

– Играла, – откровенно соврала она, – но это было очень давно. Я немного теряюсь, когда дело касается тенниса. Может, ты дашь мне несколько уроков.

Дэвид внимательно на нее посмотрел, а Саммер начала хлопать ресницами, как ее учила Реджина, пытаясь выглядеть сразу и невинно, и мило.

– Ты носишь очки? Мы можем вернуться и забрать их, – предложил Дэвид, наклоняясь к ней поближе.

Саммер сразу же перестала моргать и покачала головой. Просто отлично!

– Нет, я не ношу очки.

– Не волнуйся насчет тенниса, – посоветовал Дэвид, меняя тему разговора. – Я с радостью научу тебя. Хотя тоже не очень хорошо играю. Просто будем играть медленно и не напрягаясь.

Через час Саммер убедилась, что на одном оптимизме далеко не уедешь. Все начиналось довольно легко. Майкл качался на качелях с двумя старшими мальчиками. Саммер была уверена, что представляет собой замечательное зрелище, бегая по всему корту, как изящная балерина. Она даже сделала пару изящных бросков и одно захватывающее вращение. Она, естественно, ни разу не попала по мячу, но была близка к этому. Действовать так, будто знаешь, что делаешь, было трудным, изнуряющим делом. Изнуряющим, но стоящим усилий. Дэвид наверняка впечатлен! Саммер так точно была под впечатлением.

– Ладно, Саммер! – крикнул Дэвид. – Для разогрева достаточно. Давай теперь играть.

Саммер почувствовала, как отвисла челюсть, и подкосились ноги. А чем мы занимались все это время? Хотелось спросить, но она еле дышала.

– Ты первая подаешь, – проинструктировал Дэвид. Он подбросил ракеткой в воздух теннисный мяч, как блин на сковороде, и выглядел при этом совершенно расслабленным.

Саммер стиснула зубы, улыбнулась и кивнула.

Она оглянулась на Майкла, надеясь использовать его как оправдание, но ее младший брат спокойно сидел на качелях, ожидая, когда один из его новых друзей подтолкнет его.

Судьба была против нее! Но сдаваться Саммер не собиралась. Глубоко вздохнув, она взяла яркий желтый теннисный мяч, хорошенько его разглядела, а затем сымитировала то, что сочла очень «хорошей» подачей. Мяч застрял в теннисной сетке и Дэвид сразу закричал:

– Ошибка!

– Не надо так критиковать, – пробормотала себе под нос Саммер. Она улыбнулась Дэвиду и взяла другой мяч, вытерла рукой пот со лба и снова подала.

– Двойная ошибка! – крикнул Дэвид.

Саммер чувствовала себя, как тухлая рыба трехдневной давности. Ее веселый "конский хвостик" растрепался; синяя рубашка прилипла к лопаткам, а теннисные гольфы сползли вниз. Короче говоря, видок у нее был тот еще.

И становилось все хуже и хуже. Дэвид был терпелив и выкрикивал слова поддержки и различные советы. Он старался сохранить невозмутимый вид, когда Саммер споткнулась о теннисную ракетку и приземлилась на задницу, он даже перепрыгнул через сетку, чтобы помочь ей встать на ноги. Но через несколько минут, когда она врезалась в сетку, ему пришлось отвернуться, чтобы она не увидела его лица, но Саммер услышала его смех. Она уставилась в его спину, пока он не перестал смеяться, но все равно услышала с его стороны еще несколько смешков.

Затем она встала и расправила плечи, белело все тело. А когда Дэвид обернулся и посмотрел на нее, она закричала:

– И что тут смешного? – Он не ответил, и она уже поняла, что он больше никогда никуда ее не пригласит, затем сердито продолжила: – Послушай, Дэвид, я говорила тебе, что не очень хорошо играю! – Она скрестила руки и ударила по локтю ракеткой.

Дэвид опять перепрыгнул через сетку и подбежал к ней. Саммер заметила, что на нем не было и унции жира. На его красивой голове каждые волосок был на своем месте. Он улыбался, как сумасшедший, и она почувствовала, как улетучивается ее раздражение.

– Я играю так, как могу, – объяснила она. – Больше мне нечего тебе сказать, – добавила Саммер, протягивая руки.

Дэвид в последний момент отпрыгнул от ее ракетки, затем выхватил ее у Саммер.

– Никогда не думал, что теннисная ракетка может быть смертельным оружием, – сказал он, смеясь, – до этого случая.

– Очень смешно, – ответила Саммер. Она посмотрела вниз на свои гольфы, которые уже прочно обосновались вокруг лодыжек. Дэвид, продолжая посмеиваться, обнял ее за плечи.

– Не думаю, что когда-нибудь так классно проводил время, играя в теннис. Ты – это нечто…

– Я стараюсь, – ответила она. – По крайней мере, я не ору на весь мир каждый раз, когда у тебя что-то не получается, – добавила она.

– Что? – Дэвид казался сбитым с толку.

– Ты слышал, чтобы я кричала тебе «ошибка», а? – пробормотала она. – Не очень вежливо указывать другому на ошибки, понимаешь.

– Я не критиковал тебя, – пробормотал он. Дэвид опять начал смеяться, и Саммер раздраженно покачала головой.

Он подождал, пока не взял себя в руки, и затем продолжил:

– В теннисе, говорить «ошибка» – не значит критиковать. Это просто способ набрать очки. Ты всему этому научишься, когда мы продолжим играть.

– Ты имеешь в виду, что хочешь сыграть еще? – спросила она.

– Ты шутишь? Мы обязательно сыграем еще. Я прекрасно провел время, – сказал он. – И у тебя есть потенциал. Честно, – добавил он, когда она покачала головой.

Саммер не смогла сдержать свое изумление. Он выглядел так, будто верит в то, что говорит.

– Ты действительно хочешь когда-нибудь попробовать сыграть еще?

– Конечно, – с энтузиазмом ответил он. – Пока мы не станем партнерами и не сможем участвовать в турнирах.

– И не надейся. Ты видишь то, что есть.

– Мне нравится то, что я вижу, – сказал он, сжимая ее плечи.

Прежде чем она смогла ответить, к ним подбежал Майкл.

– Саммер, я устал, – пожаловался он. – Я хочу домой, прямо сейчас!

– Полагаю, мне тоже пора собираться, – сказал Дэвид.

– Я прекрасно провела время, – сказала Саммер. Она помогла Дэвиду собрать спортивную сумку и ракетки и совершенно не возражала, когда он взял ее за руку.

– Я тоже, – тихо сказал он. – Мы не сможем снова увидеться до вечеринки у бассейна.

Саммер решила, что выглядела разочарованной, так как он поспешил добавить:

– Я же увижу тебя на уроках Майка по плаванию, да?

– Конечно, – ответила Саммер с улыбкой.

– Я позвоню тебе, хорошо?

– Хорошо.

Он сжал ее руку, и Саммер почувствовала, как ее сердце пропустило удар. Она была так счастлива, будто побывала в раю!

Глава 6

Время то тянулось невыносимо медленно, то летело с головокружительной скоростью. Вот кажется, что до вечеринки у Энн Логан еще целая вечность, а в следующую минуту Саммер уже была готова выходить. Дэвид должен был забрать ее в шесть, но готова она была уже к пяти. Так было задумано. Ей нужен был дополнительный час, чтобы подготовить семью. Пока она смотрела на маму, в желудке росло тошнотворное предчувствие. Саммер не знала, почему нервничает: из-за вечеринки или из-за своей семьи. Наверное, по обеим причинам сразу, заключила она.

– Ой, милая, ну разве ты не очаровательна! Пока ты не уехала, почему бы тебе не помочь мне накрыть на стол?

– Мама, планируй ужин ровно к шести, хорошо? – Саммер надеялась, что их рты будут заняты содержимым кастрюль и, когда приедет Дэвид, они смогут только махать руками.

– Наверное, подожду Дэвида на крыльце, – предложила Саммер, как только закончила накрывать на стол.

– Не глупи, – посоветовал отец, выглядывая из-за вечерней газеты.

– А тебе не кажется, что так ты будешь выглядеть чересчур нетерпеливо? – крикнула из кухни мама.

Да, это правда, решила Саммер.

– Хорошо, папа, только не заставляй нас опять задерживаться и сидеть, ладно? – Пожалуйста, папа, взмолилась она про себя, попытайся понять, как я волнуюсь.

– Хорошо, Роузбад. Не волнуйся ты так. Все будет прекрасно. Сама увидишь. Мы будем вести себя хорошо. – Лицо отца все еще было скрыто за газетой, но Саммер знала, что он улыбается. Она слышала в его голосе дразнящие нотки.

– И еще, папа, пожалуйста, не называй меня Роузбад перед Дэвидом, – попросила Саммер. – Только в кругу семьи, – добавила она на случай, если обидела его.

Когда Саммер открыла перед Дэвидом дверь, все, кроме деда, уже сидели за столом. Все они были спокойными и определенно нормальными, когда здоровались с ним. Все было слишком хорошо, чтобы быть похожим на правду. Даже дед, оставаясь в подвале, посодействовал, хотя и не знал об этом.

Саммер только подошла к входной двери, когда все и произошло. Внезапный, резкий взрыв, буквально встряхнул весь дом. Менее знающий человек, возможно, решил бы, что в гостиной только что приземлился самолет, но не Саммер. Она знала, что к чему.

Дэвид подскочил, схватил за плечи Саммер и прижал к себе, будто желая ее защитить. Саммер удивленно вздохнула. Она смутно осознавала, как на столе грохотали стаканы с холодным чаем, как радостно визжал Майкл, и какое испуганное выражение было на лице Дэвида. Она заметила, как отец с выражением смирения на лице, спокойно сложил салфетку, но прежде, чем она смогла развернуть Дэвида к входной двери, мимо них пронесся пылесос, врезался в буфет, развернулся и опять пронесся мимо. Казалось, будто смотришь теннисный турнир; все застыли на месте и только головы двигались туда-сюда, наблюдая за перемещениями пылесоса. Его скорость бросала вызов всем законам природы, в том числе и закону гравитации, так как он вдруг наполовину влез на стену гостиной, и, если бы Саммер моргнула, она пропустила бы все зрелище. Раздался оглушительный грохот и все закончилось. Пылесос свалился кучей на пол, и все уставились на него. Царила тишина.

– Просто нужно несколько незначительных поправок! – раздался крик из-за двери в подвал, и все машинально повернулись в ту сторону и воззрились на деда. Он стоял с глуповатой улыбкой, держа в руке пульт.

Можно ли умереть от стыда? Саммер была уверена, что если еще никто и не умирал, то она будет первой. Она не могла посмотреть на Дэвида, который все еще держал ее в своих объятиях, будто был слишком потрясен, чтобы отодвинуться. Низкий гул в его груди, предупредил ее, что он еще жив. Он старался не расхохотаться.

– Вам двоим лучше идти. Повеселитесь там, – сказал отец. Он вернулся за стол, спокойно выложил тунца из кастрюли на тарелку, будто не произошло ничего необычного.

Саммер повела Дэвида к машине.

– Все нормально – можешь смеяться. – Саммер положила полотенце и купальник на переднее сиденье, между ними, сложила руки на колени и уставилась прямо перед собой.

Дэвид не заставил себя ждать. Он хохотал так, что по щекам текли слезы. Вскоре это стало заразительным. Она начала смеяться вместе с ним. Это было пьянящее облегчение после нервного напряжения. Он, наверное, меня больше никуда и не пригласит, но, по крайней мере, все еще едет со мной на вечеринку, подумала она. Далеко не многие парни обладают такой стойкостью или храбростью, чтобы назначить свидание кому-то, у кого имеется полоумная семейка.

– Это было что-то… – проговорил Дэвид, когда успокоился. – Как думаешь, твой дед когда-нибудь разрешит мне помочь ему с работой? Я не помешаю и буду делать все, что он скажет. Я разбираюсь в электронике. Можешь спросить у его, пожалуйста?

Она была слишком потрясена, чтобы ответить. Он серьезно! Он не смеялся над дедом и действительно хочет ему помочь?

– Конечно, – запнулась она. – Думаю, он будет не против.

Когда Саммер и Дэвид приехали, вечеринка была уже в самом разгаре. Едва Энн Логан взглянула на Дэвида, она тут же принялась яростно хлопать ресницами.

Дэвид не знал тут ни души, но уже через пятнадцать минут охотно обсуждал ближайший футбольный сезон с братом Реджины.

А где же была Реджина? Добрые пять минут Саммер искала ее в доме, потом вернулась к бассейну, где, в конце концов, и нашла ее. Подруга стояла у купальной кабинки, и это было очень и очень странно. Крепко сжатые кулаки и разъяренное выражение лица Реджины потрясли Саммер. Она узнала этот взгляд. Реджина собиралась устроить сцену. Распознав признаки, Саммер немедленно начала действовать. Она схватила Реджину за руку железной хваткой и буквально потащила ее с площадки перед бассейном, переполненной людьми, не обращая внимания на взгляды окружающих. Она не остановилась, пока не увела ее на изолированную террасу из красного дерева, с другой стороны дома.

– Что с тобой? – отчаянно зашептала Саммер. Один взгляд на обычно светящееся лицо подруги, теперь ставшее на три тона светлее, убедил Саммер в серьезности ситуации. – Ты выглядишь так, будто на тебя напал вампир.

– Он здесь. – Слова были сказаны обрывистым шепотом, но Саммер все равно их разобрала. Бормотание Реджины она понимала всегда.

– Кто?

– Карл, вот кто.

– Карл? Здесь? – Из-за недоверия голос Саммер прозвучал на октаву выше. – Это невозможно.

– Говорю тебе, он здесь. Я только что видел его с Мэрилин Нордстром, – решительно настаивала она. – А он сказал мне, что уезжает из города!

– Ерунда, – пробормотала Саммер. – Ты обозналась. Он за городом, как и сказал тебе. -Реджина бросила на Саммер холодный взгляд, что заставило ее пересмотреть свою логику. Она повернулась и выглянула из-за угла дома. Быстро оглядев местность, она нашла объект истерии подруги стоящим на трамплине для прыжков.

– Вот гад.

Реджина была слишком расклеена, чтобы ответить, ее трясло, как кубик желе. Саммер была расстроена. Ее высокая, гибкая подруга, сжималась прямо на глазах. Необходимо срочно, что-то придумать, чтобы она снова расправила плечи.

– Хорошо, какой у нас план? Что мы будем делать?

Саммер ждала ответа, но через несколько минут сдалась. Темно-карие глаза Реджины, казалось, смотрели сквозь нее – так она была подавлена.

– Итак, мой дорогой Ватсон, – продолжила Саммер, подражая голосу Шерлока Холмса, – это элементарно. Мы будем его игнорировать. Правильно?

– Неправильно! – прошептала Реджина. Ее боль почти можно было увидеть, она словно волна клубилась между ними. – Я еду домой.

Саммер думала быстро. Все, что нужно Реджине, это обратная психология [8].

– Ты права. Ты должна просто улизнуть через боковую дверь и свалить домой. Нужно быть чересчур храброй, чтобы остаться и игнорировать Карла, и притворяться к тому же, что тебе на все наплевать. Даже если никто не знает, что ты его пригласила. Тем не менее… Я не виню тебя…

– Ни за что. Я никуда не поеду. Я остаюсь! – заявила Реджина.

Стальные звуки в голосе подруги заставили Саммер улыбнуться.

– Вот это сила! Ты будешь держаться с Дэвидом и со мной, и мы будем общаться со всеми. Даже не смотри на Карла. Притворись, что его не существует. И ты была права, – запоздало добавила она. – Он действительно шепелявит. Пошли. Я хочу познакомить тебя с Дэвидом. А потом покажем всем мастер-класс и сделаем пару кругов в бассейне.

Обе девушки пошли к бассейну бок о бок. Внезапно Саммер остановилась.

– Я должна была это знать, – сказала она.

– Что? – заинтересовалась Реджина.

– Найди Энн Логан и увидишь мою пару. Она прилепилась к нему как банный лист.

Реджина нашла Энн и окинула пару пристальным взглядом. Затем повернулась к Саммер и сказала:

– Дэвид великолепен.

– Естественно, Энн тоже так думает. Привести сюда Дэвида было плохой идеей. Я не должна была позволить тебе уговорить меня, – обреченно пробормотала Саммер.

– Это я тебя уговорила? Это была полностью твоя идея, помнишь? Теперь соберись. Ты так говоришь, будто проиграла войну, а первое сражение даже не началось.

Она права, подумала Саммер.

– Пошли, Реджина. Я познакомлю тебя с Дэвидом.

Казалось, Дэвид был счастлив видеть Саммер. Энн явно не разделяла его чувств, и Саммер это очень понравилось. Она быстро представила Реджину Дэвиду и, пока они говорили, придумывала одну идею за другой, как бы отцепить руку Энн от руки Дэвида.

– Дэвид, не хочешь немного поплавать со мной? – вдруг спросила Саммер.

– Господи, Саммер, ты умеешь плавать? – застенчиво спросила Энн.

– Конечно, умеет, – подхватила Реджина. – Саммер настоящая спортсменка. В следующем году, она даже может попасть в команду по плаванию, если это не совпадет… с ее тренировками по бегу.

Что еще за тренировки? Реджина, кажется, перегнула палку.

– Ты бегаешь? – Казалось, Дэвид был впечатлен.

Прежде, чем Саммер смогла открыть рот, Реджина ответила за нее:

– Да, она бегает! По меньшей мере, десять миль каждое утро. Ты должен на нее посмотреть, Дэвид. Она похожа на… газель.

Саммер не слишком нежно толкнула Реджину локтем, чтобы та перестала ее восхвалять.

– Я тоже бегаю. Ты участвовала в каких-нибудь забегах? – Дэвид оторвался от Энн и встал в нескольких дюймах от Саммер. Он выглядел взволнованным. – Я рад, что ты не просто бегаешь трусцой, – добавил он с явным отвращения. Очевидно, между этими двумя видами существовало какое-то различие, но Саммер понятия не имела, в чем оно состоит.

– Нет, я никогда не участвовала ни в каких забегах. – И это настоящая правда, признала Саммер. Просто она не стала добавлять, что за всю жизнь, не бегала дальше почтового ящика, находящегося перед домом, уже не говоря о возмутительных десяти милях, которыми хвасталась за нее Реджина. В конце концов, небольшая "выдумка" сыграла свою роль. Теперь Саммер, а не Энн Логан, завладела полным вниманием Дэвида.

– Давай как-нибудь побегаем вместе, – с большим удовольствием предложил Дэвид.

– О, я так не думаю, Дэвид, – ответила Саммер, сладко улыбаясь. – Я обычно бегаю рано утром, еще до того, как родители уезжают в цветочный магазин, и я использую это время чтобы… поразмышлять. Ну, понимаешь, все обдумать. Я буду плохой компанией.

Саммер заметила, что Энн уставилась на нее со странным выражением лица. Дэвид выглядел так, будто собирался поспорить, поэтому Саммер быстро сменила тему:

– Давай немного плаваем, идет?

Дэвид согласился и ушел переодеваться в плавки. Саммер подождала, пока уйдет Энн, а затем повернулась к Реджине, у которой был весьма виноватый вид. Саммер закатила глаза и застонала.

– Газель? – прошептала она. – Я бегаю, как газель?

– Я могла бы сказать, как борзая, – начала оправдываться Реджина. – Но не думаю, что ты бы хотела, чтобы я сравнила тебя с собакой.

– Ты должна была сказать, как улитка. Это было бы правильно, Реджина. Не думаю, что Энн поверила тебе и твоему длинному языку.

– Ну, это сработало, ведь правда? Кому интересно, поверила Энн или нет? Я отцепила ее от Дэвида, разве нет?

С Реджиной было бесполезно спорить.

– Ладно, пошли переоденемся.

– Не расстраивайся ты так, Саммер. Я просто немного приврала. Подумаешь, большое дело?

– Хорошо, – успокоилась Саммер. – Ты абсолютно права. Никто не пострадал. Что может случиться?

– Приготовься, – последовало яростное предупреждение Реджины, которая ждала появления Саммер, у дверей ванны. Реджина напоминала сильно сжатую пружину, готовую вот-вот разорваться. Саммер едва не уронила мокрый купальник и раздраженно нахмурилась.

– Что случилось?

– Тебе это не понравится… – Реджина замолчала.

– Скажи мне, Реджина. Просто, скажи, – попросила Саммер.

– Я скажу, Саммер.

Саммер и Реджина повернулись к стоящей перед ними Энн Логан. Позади старой доброй Энн стоял сияющий Дэвид.

– У меня только что возникла самая фантастическая идея, и Дэвиду она действительно понравилась.

– Что же это может быть? – спросила с ложным весельем Саммер. Ей просто до смерти хотелось услышать, что за идея посетила Энн.

– Ну, конечно же – благотворительный забег школы Реджис! Знаешь, в этом году за это событие отвечает папа, – сообщила Энн.

Нет, Саммер не знала, и ей было плевать. Все принимало дурной оборот, и ей не нравилось, к чему это вело.

– Я записал нас, Саммер. Ты не против? – нетерпеливо поинтересовался Дэвид. Его распирало от гордости. У Саммер возникло почти неконтролируемое желание закатить истерику, а затем, одну за другой, выщипать все ресницы Энн.

Она открыла рот, чтобы что-нибудь сказать, но не смогла выдавить ни слова. Реджина подтолкнула ее локтем в ребро и начала болтать. Болтовня без остановки была одним из самых больших плюсов Реджины.

– Всего шесть миль, Саммер, и только через два месяца. – Глаза Реджины прямо кричали о том, что у них еще много времени, чтобы что-нибудь придумать.

Саммер не нравилось то, что происходит. Она чувствовала себя марионеткой, управляемой Реджиной, Дэвидом и Энн.

– Шесть миль? – Голос Саммер звучал так, будто у нее тяжелый случай ларингита. Энн Логан скрестила руки и улыбнулась довольной, всезнающей улыбкой. Это и стало последней каплей. Саммер захотелось стереть с лица Энн эту улыбочку Чеширского котяры. Все остальное померкло перед этим желанием.

– Всего шесть миль? – повторила она. – Замечательно! – В ее голосе проскользнул оттенок разочарования, и Саммер испытала удивительную радость, увидев нерешительность, промелькнувшую на долю секунды в больших голубых глазах Энн Логан. Это почти стоило того.

– Я уже оплатил наш взнос, – объяснил Дэвид. – Мистер Логан сказал, что мы первые в списке.

– Потрясающе, – ответила Саммер, уставившись на Реджину.

– Это на благотворительность, но за первое место положен денежный приз, отдельно для парней и девушек. Мы не будем соревноваться друг с другом, Саммер. – Дэвид подчеркнул последнее предложение.

– Сколько? – настойчиво поинтересовалась Реджина.

– Пятьсот долларов, – ответил Дэвид.

– Ого, – присвистнула Реджина.

– Звонок к ужину, – объявила всем Энн и повернулась к Саммер, с ненавистью в глазах. – Саммер, почему ты не рассказывала мне, что ты такая… спортсменка?

Глава 7

Лучше всего было бы сказать Дэвиду правду. Саммер была убеждена, он поймет, что она просто немного увлеклась под влиянием момента. Это был бы настоящий поступок. Но оставалась изводящая неуверенность. Объясняя свое опрометчивое поведение, она покажет свою ненадежность, а это будет на руку Энн Логан. Разве парни могут это понять? Саммер в этом сомневалось.

Как только Энн оставила их в покое, Саммер и Дэвид действительно хорошо провели время на вечеринке. Саммер знала, что ей завидовали все девочки, и смаковала каждую минуту. В конце концов, Дэвид был ее парой, и ему, казалось, было по-настоящему весело. Если бы он еще столько не болтал об этом идиотском забеге.

Когда они поели, Дэвид взял ее за руку и потянул к креслу для отдыха. Они сидели бок о бок совершенно одни. Он продолжал держать ее за руку, потирая ее ладонь своим пальцем, глядя на толпу.

– Тебе нравятся мои друзья? – спросила она.

– Все, кроме этого парня, Терри. Он придурок, – сказал Дэвид.

– Почему ты так думаешь?

– Он рассказывал группе девочек обо всех трофеях, которые выиграл в футбол, – поделился он. – Кажется, он очень преувеличивает.

– Ну, – начала Саммер, – он, наверное, немного преувеличил, чтобы привлечь внимание девочек.

– Все равно, врать нельзя, – ответил он. Его заявление было очень решительным. В желудке Саммер образовался узел, и она начала жалеть, ее желудок не был пустым. Было бы до жути отвратительно, если бы ее вырвало на третьем и, вероятно, последнем свидание с парнем ее мечты.

– Для тебя так важна честность, да? – спросила она, уже зная ответ.

– Да, – ответил Дэвид. – Ты не хочешь еще поплавать?

Я хочу утопиться, чуть не сказала она.

– Нет, я уже накупалась.

– Тогда давай заберем наши вещи и немного покатаемся, пока тебе не пора будет ехать домой, хорошо? Только вдвоем, – прошептал он.

– Хорошо, – улыбаясь, ответила Саммер. А почему бы и нет? – спросила она себя. Она вполне может провести один прекрасный, романтичный вечер с Дэвидом, прежде чем он ее бросит. Когда он узнает, что она его обманула, он больше никогда с ней снова не заговорит!

Она разочарованно вздыхала, пока собирала полотенце и купальник. Дэвид пошел поблагодарить Энн за приглашение, Саммер последовала за ним, остановившись, чтобы попрощаться с Реджиной и Грегом. Когда она нагнала Дэвида, рядом с ним стояла согнувшаяся от смеха Энн. Дэвид был похож на кота, который съел канарейку.

– Над чем так смеешься, Энн? – спросила Саммер, стараясь, чтобы в голосе не проскользнуло раздражение.

– Над Дэвидом! – ответила Энн, вытирая слезы с глаз кусочком кружевной ткани. Она была единственной из знакомых Саммер девушек, кто носил носовой платок. Все остальные использовали бумажные салфетки, но не Энн. Наверное, он пропитан духами, решила Саммер, увидев как Энн пару раз махнула платком перед носом Дэвида. – Он только что рассказал мне самую смешную шутку.

Так вот почему Дэвид выглядит таким счастливым, подумала Саммер. Энн смеялась над его шутками. Один-ноль в пользу Энн, подытожила Саммер, еще раз вздохнув. Естественно, ведь Энн знает, как привлечь парня, а Саммер полный ноль в этом деле. Она не смеялась ни над одной из его шуток, совершенно не считала их смешными и сквозь зубы врала о беге. И к тому же, он фанатик правды! Я вляпалась в неприятности, подумала она. Просто в ужасные неприятности!

– Почему ты хмуришься? – спросил Дэвид по пути к машине.

Скажи ему сейчас, требовал внутренний голос. Просто объясни, что это всего лишь глупая ошибка. Может, он простит тебя.

– Да так, ничего, – прошептала она. – Просто расслабилась.

Дэвид взял ее руку и нежно сжал.

Они ездили по парку в комфортной тишине, затем остановились у «Dairy Delight» [9].

Саммер пила шоколадный шейк и наблюдала, как Дэвид поглощает две порции обалденного на вид сливочного мороженого с фруктами, политого шоколадной помадкой.

По дороге домой они говорили о своих семьях и очень скоро уже стояли перед домом Саммер. Пришло время покончить с враньем, решила она. Она хотела сказать ему правду, зайти в дом и перед сном вдоволь наплакаться.

– Дэвид, что касается забега…

Она завладела всем его вниманием, а от его улыбки у нее замерло сердце. Она тут же забыла, о чем думала, впервые заметив в его глазах крошечные, серебряные пятнышки. А его зубы – они были такие белые, прямо мечта дантиста, пронеслось в ее голове.

– Я очень этому рад, – сказал он. – Ты уверена, что не хочешь бегать со мной каждый день? Мы можем приноровиться к темпу друг друга и…

– Нет, – прервала она, про себя поморщившись от прозвучавшей в голосе паники. Трусиха, ругала она себя. – Я бегаю лучше, когда одна, – соврала она. Как отвратительно, подумала Саммер. Я отвратительная лгунья… – Мне пора идти, – добавила она. – Уже поздно, а мне вставать и… эээ… тренироваться, прямо с утра.

– Я хорошо провел сегодня время. Рад, что ты меня пригласила. – Он донес ее полотенце до входной двери и вручил ей. – Я позвоню тебе завтра после работы.

– Отлично, – прошептала Саммер. Она знала, что он хочет поцеловать ее и запрокинула голову. Он не разочаровал ее. После первого прикосновения его губ у нее задрожали ноги. Это был прекрасный поцелуй, а не неловкий или неуклюжий.

После того, как Дэвид уехал, Саммер направилась в спальню. Она так и не поняла, шла она вверх по лестнице или плыла. Она любила! Впервые в жизни, она знала, что значит, любить кого-то. Это как попасть в рай и терпеть пытки одновременно. Забег! Она лгала Дэвиду. Он сразу же все поймет, когда она ударит в грязь лицом после первых же двадцати шагов, и что он о ней подумает? Как он может влюбиться в лгунью, никчемную врунишку? Было бы легко обвинить во всем Реджину, но Саммер была честна с собой и признавала, что сама во всем виновата.

Проблему всегда можно решить. Разве не это постоянно повторял дед? Утро вечера мудренее. Утром ответ появится вместе с солнечными лучами. На этой положительной ноте Саммер легла спать, крепко обняв подушку, представляя, что это Дэвид.

– Вот тебе и позитивное мышление, – пробормотала Саммер на следующее утро. Прошло уже много времени, а она еще ничего не придумала, не помог даже звонок Реджине. Та просто предложила Саммер начать закупать одежду для глупого забега!

В отчаянии Саммер решила довериться деду. Она знала, что он никогда не предаст ее доверия. Кроме того, он, наверное, еще до окончания дня забудет все, что она ему скажет. И что самое важно, она действительно ценила его мнение. Он был мудрым человеком. Он придумает, как ей спасти репутацию и не участвовать в забеге. Она была в этом уверена.

Глава 8

– Что ты имеешь в виду, говоря, что мне надо «войти в форму»? – пробормотала Саммер. Она прислонилась к верстаку и решила попробовать еще раз: – Дед, ты не понимаешь; я хочу, чтобы ты помог мне придумать, как не участвовать в забеге. А не готовиться к нему!

Дед наконец-то уделил ей все свое внимание. Он положил на стол молоток и сел на край старого дубового стула, который собирался снова когда-нибудь отполировать. – Что ты хочешь мне сказать, солнце? То, что ты сдаешься, даже не попробовав?

– У меня нет на это времени, – спорила Саммер. – И я для этого не в форме, ни морально, ни физически. Я… хилая.

– Ерунда, дитя. У тебя длинные ноги, ты худенькая… Да ведь ты точная копия того, каким и должен быть бегун.

– Но… но…

– Никаких но. Ты спросила моего совета, Саммер. Теперь слушай меня. Тебе это по плечу. Не качай головой. Ты можешь это сделать. Но ты должна очень сильно этого захотеть. Тебе просто нужно взяться за дело. Самое важное – ты должна захотеть этого ради себя, а не ради Дэвида и меня. Ради себя и точка. Я никогда раньше не думал, что ты лодырь, Саммер. Ирландцы таких не выносят.

– Но я никогда раньше этим не занималась, – пробурчала Саммер. – Меня не волнует, выиграю я или нет, я просто не хочу выставить себя полной дурой. – Ну вот, правда озвучена. И, высказавшись, Саммер почувствовала себя лучше. Ее всегда волновало то, что подумают другие. Неужели это так плохо? – Дедушка, я бы хотела…

– Я жду, – терпеливо прервал ее дед.

– Может, я и попытаюсь.

– А я помогу тебе, – ответил он. – Вот это моя девочка. Я знал, что тебе от бабушки досталось мужество. Просто оно было скрыто глубоко внутри.

– Думаю, надо начинать готовиться. Но я не знаю, с чего начать. И мне нужны новые кроссовки.

– Тебе нужна подготовительная программа и тренер. И тебе повезло, маленькое солнышко. У тебя есть кое-что получше. Я! – Скромность, никогда не была одной из сильных сторон деда.

Саммер не смогла сдержать улыбку.

– И ты мне честно поможешь?

– Ты не должна об этом спрашивать. Конечно, помогу. Начнем завтра. – Дед потер руки и продолжил: – Сегодня днем мы купим тебе обувь. Мне самому кое-что нужно. Сходим в магазин спорттоваров в торговом центре. Иди и собери брата. Я буду через несколько минут.

Саммер пришлось признать, что ей давно уже не доводилось видеть деда таким взволнованным. Он воодушевленно улыбался. Он уже вживался в роль тренера, подумалось ей.

Как только они вернулись домой после похода за покупками, зазвонил телефон. Это был Дэвид.

– Звоню узнать, чем ты занимаешься, – поведал он своим хриплым голосом, от которого желудок Саммер сделал сальто.

– Помогаю с ужином, – ответила Саммер. – А ты что делаешь?

– Ничего, – сказал Дэвид. – Я только что вернулся домой, а здесь никого. Оставили записку, что меня ждет холодный цыпленок.

– А у нас мясной рулет. Готовила не я. Мама. – Саммер засмеялась. – Мой последний мясной рулет разгромил мусоропровод.

– Уверен, что это лучше, чем холодный цыпленок. Я ненавижу холодных цыплят. – Она поняла намек и попросила Дэвида минутку подождать. Саммер побежала на кухню к маме и спросила у нее, может ли Дэвид присоединиться к ним за ужином.

– Дэвид, ты хочешь пообедать с нами? – спросила Саммер, затаив дыхание, когда вернулась к телефону.

– А это удобно?

– Конечно. Мы будем очень рады.

– Отлично, – ответил Дэвид.

– Тогда увидимся приблизительно через час.

Она не стала ждать его ответа. Время имело решающее значение. На подготовку у нее осталось меньше шестидесяти минут.

Любимые дедом лепреконы [10] явно были на стороне Саммер. Обед прошел спокойно и мирно. Короче говоря, все вели себя хорошо. Дэвид помог убрать со стола, затем принял предложение деда заглянуть с ним в подвал.

Саммер поразило, что ее ничуть не взволновало то, что Дэвид ушел с дедом, хотя и понятно, ведь он был свидетелем побега коварного пылесоса. Инстинкт подсказывал ей, что Дэвид понимал и действительно заботился о пожилом джентльмене. Было приятно не нервничать каждую секунду.

Закончив мыть посуду, Саммер присоединилась к Майклу на нижней ступеньке подвала и стала наблюдать, как дед показывал Дэвиду несколько своих изобретений. Дэвид, казалось, был очарован пылесосом, и через пару минут эти двое были уже заняты тем, что разбирали его на запчасти. Дэвид погрузился с головой в дедушкин мир, и вскоре Саммер поняла, что он забыл о ее присутствии. Ревность сразу же подняла свою уродливую голову, но Саммер напомнила себе, что он у нее в подвале и, похоже, хорошо проводит время.

Она потянула сонного Майкла в спальню, в рекордные сроки его умыла и пообещала, что немного почитает ему «Руководство по бегу трусцой», которое сегодня купил дед. Это будет его сказка на ночь.

Уже через пять минут Майкл спал как убитый. Первая глава книги, казалось, может усыпить любого, решила Саммер. Она вернулась в подвал с книгой в руке и опять начала читать. Пятая глава привлекла ее внимание, и читать она начала уже сосредоточеннее. Глава была посвящена марафонцу, и в ней имелось упоминание о стене, с которой в определенный момент сталкивается каждый бегун. Это была абстрактная стена, а описание реакции организма было ярким и угнетающим. Тем не менее, каждый цитируемый бегун обещал, что, как только вы преодолеете эту стену, внутри организма загадочным образом появится свежий прилив энергии. Для Саммер все это было китайской грамотой, и ей стало интересно, сталкивался ли с этим когда-нибудь Дэвид.

Дэвид с дедом закончили работу приблизительно в девять тридцать, и Саммер предложила Дэвиду посидеть немного на веранде. Она налила себе и ему по стакану лимонада, и они сидели рядышком друг с другом на ярко зеленых качелях на веранде, потягивая напиток. Он притянул ее ближе и взял за руку.

– О чем ты думаешь?

– О стене, – ответила она. – Стене бегуна. Ты когда-нибудь слышал об этом?

– Конечно, – сказал он. – Это бывает после первых десяти-пятнадцати миль. Ты чувствуешь, будто врезался прямо в цементную стену.

– И у тебя это было? Я имею в виду, с тобой тоже это случалось? И ты смог добежать?

– Я никогда не бегаю больше восьми миль в день, и никогда не испытывал «стену». Если честно, она меня немного пугает.

– Я тоже никогда раньше не испытывала ее, – сказала она и чуть не рассмеялась во весь голос от своего высказывания. Это было преуменьшение года.

– Где ты бегаешь? Я никогда не видел тебя в парке.

– О, только в этом районе, – сказала она. Ей становилось все труднее и труднее врать и при этом смотреть ему в глаза. Было такое чувство, будто у нее вырастает очень длинный нос, прямо как в сказке.

– Ты должна попробовать бегать в парке. Там ровно две мили до ворот и обратно, и беговая дорожка очень легкая на подъем.

– А когда ты бегаешь? – спросила она.

– После утренних занятий. Хотя мне больше нравится бегать по вечерам. До того как поужинаю, конечно же. Красивый закат и все такое. – Он, казалось, был немного смущен своим наблюдением.

– В тебе есть что-то от художника, – поддразнила его Саммер.

– Похоже на то, – усмехнулся он. – Если ты не против, я приеду завтра после ужина, чтобы помочь твоему деду. Мы, кажется, выяснили, что не так с пылесосом.

– Приезжай на ужин, – предложила Саммер. Она знала, что мама не будет возражать. Родители могли и не разделять ее желания поработать в «Пицца-Падл» с Реджиной, но с пониманием относились к приглашениям на ужин. Ее друзьям всегда были рады.

– Ну, если ты уверена, что это удобно, – проговорил Дэвид, и Саммер кивнула.

– Мне пора ехать. – Он быстро поцеловал Саммер и встал. Поставив их стаканы на поднос, он повернулся к Саммер и притянул ее в свои объятия. – Спасибо за сегодняшний вечер, – сказал он, обнимая ее. – Мне тут нравится.

Она почувствовала, что покраснела, и улыбнулась. Кажется, она даже не могла придумать подходящий ответ.

– Как насчет того, чтобы в понедельник вместе поехать на бинго? Думаешь, твой дед поедет со мной вместо того, чтобы идти пешком?

– Конечно, поедет, – ответила она.

– Я завтра позвоню тебе. – Он наклонился и опять ее поцеловал, Саммер радостно обняла его за талию.

Он с намеком подмигнул ей и стал спускаться по ступенькам.

– Спокойно ночи… Роузбад. – И хихикал всю дорогу до машины.

Прежде чем встретиться с семьей, Саммер подождала отъезда Дэвида.

– Ну, – резко начала она, как сержант-инструктор по строевой подготовке, когда нашла деда и родителей на кухне, – кто посвятил Дэвида в то, что мое прозвище – Роузбад?

Глава 9

– Кажется, я влюбилась, Реджина. По-настоящему, действительно влюбилась. – Саммер говорила, сидя на краю кровати и зашнуровывая новые кроссовки. Ее подруга растянулась поперек кровати и ловила каждое слово Саммер, поедая шоколадное печенье.

– Откуда ты знаешь? Какие признаки? – спросила она. – Не думаю, что я когда-нибудь влюблялась.

– Когда Дэвид и я вместе, это как… – Она подбирала слова, стараясь описать свои чувства.

– Что?

– Не могу объяснить. Вчера вечером Дэвид с нами ужинал, и я съела огромную порцию вареной свеклы и только потом вспомнила, что ненавижу ее. Это пугает, Реджина. Все, о чем я думаю – это Дэвид, что он делает, о чем он думает. И когда я с ним, я чувствую себя… целостной. Я несу полную околесицу, да?

– Нет, – успокоила она. – Хотя, думаю, бредовые речи – неотъемлемый признак состояния влюбленности. Как ты думаешь, я когда-нибудь полюблю?

– Конечно. – Саммер встала и посмотрелась в зеркало. Она была одета в потрепанные джинсовые шорты и майку. – Я не похожа на бегунью, да?

– Нет, но мне кажется, я знаю, чего не хватает, – ответила Реджина. – Тебе нужна бейсболка.

Саммер засмеялась и тут же открыла верхний ящик своего стола. Уложив волосы назад, она осторожно нацепила бейсболку.

– Дед все продумал, – усмехаясь, сказала Саммер. – У меня их пять штук, и все разных цветов.

– Теперь ты похожа на бегунью. Давай, пора идти, – подстегнула Реджина. – Я буду ехать рядом с тобой на велосипеде, буду подбадривать тебя.

Все казалось таким забавным и простым. Пробежав полкруга по парку, Саммер поняла, кто такие эти бегуны. Все они сумасшедшие!

– Мой бок, – задыхалась она. – Реджина, мой левый бок уже отвалился?

– Нет. Ты все делаешь прекрасно. Игнорируй боль.

– Тебе легко говорить, сидя верхом на своем десятискоростном. Я умираю, а ты предлагаешь мне игнорировать боль. Садистка.

Саммер пробежала в общей сложности полторы мили, когда ее ноги стали будто резиновые, и она рухнула на землю. Реджина, спасибо ей огромное, не засмеялась. Она помогла Саммер добраться до дома, но не смогла затащить ее дальше качелей на веранде.

– Теперь ты настоящая бегунья, Саммер. Ты вся потная.

– Если это комплимент, то забудь.

– Как все прошло, девочки? – Из-за двери, выглянуло улыбающееся лицо деда. Услышав стон Саммер, он рассмеялся. Он подошел, сел рядом с ней и ласково похлопал по руке. – Никто не говорил, что это легко, милая. Сколько ты пробежала? До поворота?

– Полторы мили, – сказала Реджина. – Я засекала ее время. Она очень медленно бегает, и темп у нее переменный, но все равно это хорошее начало, как вы считаете?

– Полторы мили, говоришь? – Дед поскреб подбородок. – Да ведь это очень хорошее начало. Теперь ты должна прибавлять по четверти мили каждый день, как мне кажется. – Он рассеянно барабанил кончиками пальцев по перилам, затем добавил: – Точно. Четверть мили каждый день, и не заметишь, как восемь миль станут плевым делом.

Пришлось бы приложить слишком много усилий, чтобы завопить или закричать. Эти двое обсуждали ее так, будто она претендует на участие в Кентуккийских скачках [11].

– Ни за что, – пробормотала Саммер. – Через минуту я умру, так что не стройте слишком много планов насчет меня. Здоровый дух сейчас явно не в здоровом теле.

– Будет еще хуже, пока не полегчает, – самодовольно предсказал дед. – Подожди до утра и будешь такая же «гибкая», как гладильная доска твоей мамы. Я купил тебе кое-какую мазь и, чем скорее ты успокоишь боль в мышцах, тем лучше.

– Я прямо как лошадь, – сказала Саммер. – Только, я сейчас не чувствую себя дорогой породистой лошадкой. Скорее горбатой старой клячей.

– Иди и поваляйся в ванне, – предложила Реджина, – пока твой дед и я обсудим график твоих тренировок.

Горячая ванна успокоила натянутые мышцы Саммер, но ничто не могло успокоить ее разбившиеся мечты. Все безнадежно. Ощущение провала окутывало ее так же, как и пузырьки в ванной, а по щекам катились соленые слезы.

Она потеряет Дэвида. Саммер была в этом уверена, и не потому, что не была бегуньей, а потому что врала ему. На какие отношения, которые могут хоть что-то значить, она может надеяться, если они основаны на лжи? Уже слишком поздно объяснять ему всю ситуацию. Она слишком много врала. Я хорошо усвоила этот урок, – подумала она. Никогда, никогда она не будет пытаться строить из себя ту, кем не является. Несмотря ни на что. Прими меня такой, какая я есть, Дэвид Маршал, или уходи. Уходи! Именно это и случится, как только он узнает правду. Саммер представила выражение его лица, когда он узнает, что она обманула его. Затем она представила, как Энн Логан разговаривает с ним, и приняла решение.

– Ни за что, – проговорила она. – Дед прав. Я смогу это сделать! Нет, – поправила она себя, – я должна это сделать. – Она скривилась от боли, осторожно поднимая из воды ногу. – Ноги, вы выиграете это сражение, а я выиграю войну. – Эту клятву она повторяла снова и снова.

Утро принесло новый приступ боли. Дед нарисовался у дверей ее спальни с первыми лучами солнца и объявил, что пора вставать.

– Сейчас всего шесть часов! – завизжала Саммер, когда смогла сфокусировать взгляд на электронных часах.

– Самое лучшее время суток, – настаивал дед. – Теперь одевайся и жди меня в подвале. У меня для тебя маленький сюрприз.

Спорить было бесполезно. Ей хотелось, чтобы все это оказалось лишь плохим сном, но дед был серьезен. Серый спортивный костюм на нем это полностью доказывал.

К тому времени, как Саммер оделась и спустилась в подвал, она уже пребывала в ужасном настроении.

Сюрпризом оказался новый гимнастический мат, расположенный в центре комнаты.

– Тут ты будешь разминаться перед бегом. Иначе ты себе что-нибудь повредишь, если немного не растянешь мышцы. Нельзя же начинать бегать с бухты-барахты.

И он говорит мне об этом сейчас? - ужаснулась Саммер.

– Посмотри на картинки в этом учебнике. Видишь? Я хочу, чтобы ты сделала все эти пять упражнений.

Саммер знала, что лучше не спорить. Ее дед был намного упрямее ее, к тому же рано утром его настроение вполне могло соперничать с землетрясением в восемь баллов по шкале Рихтера. Она решила сдаться сейчас – все равно в итоге он добьется своего.

Лучше покончить с этим. Саммер сдержала тошноту, когда открыла баночку с мазью, которую ей вручил дед, и одного аромата которой было достаточно, чтобы сбить с ног. Она щедро намазала ею ноги перед тем, как начать упражнения. Дедушка сел на стул, держа в руке секундомер, а на шее у него болтался шнурок со свистком.

С каждым поднятием ноги Саммер мысленно кричала «Ненавижу это!». Может, это и было ребячеством, но отвлекало от боли в мышцах.

Двадцать минут спустя, она признала, что действительно чувствует себя более гибкой. Выставив ее за дверь, дед прокричал слова поддержки:

– Помни, сегодня как минимум одна миля или полторы, ну и капельку еще, если осилишь!

Она не испытала «стену», о которой прочитала, но к тому времени, как доползла до дома, ей казалось, будто ее переехал огромный грузовик.

Если бы только она могла прекратить или сломать ногу, ну, хоть что-нибудь, чтобы закончить с этим бредом! Она ни на минуту не поверила обещанию деда, что станет легче. Это, должно быть, миф. Всякий, кто любит бегать, не дружил с головой. Кроме Дэвида, конечно. Он исключение. Кроме того, всем разрешается иметь хотя бы по два недостатка, и Дэвид не так уж и плох. Так что с того, если ему нравится бегать и рассказывать плохие шутки? Это было его право.

Глава 10

Прошло две недели. Каждое утро, независимо от того, во сколько Саммер ложилась спать, дед будил ее ровно в шесть. Она испытала все виды реакций на ритуальное начало утра: от прямой ненависти до легкого принятия. Одним утром она поняла, что дед тоже приносит жертву, вставая так рано. И он всегда подбадривал ее, как бы сварлива она не была.

– Твой стакан всегда наполовину пуст, Саммер. А ты должна думать, что он наполовину полон.

Она долго и серьезно обдумывала это старое высказывание во время бега. Она бегала уже по три с половиной мили. Саммер заметила, что ужасная боль в боку наконец-то исчезла, а ее темп, казалось, выровнялся.

Миссис Хобард, активная шестидесятипятилетняя бегунья, все еще обгоняла ее, но разрыв уже сокращался. Пожилая леди призналась ей, что, хотя у нее больше опыта, и она бегает уже десять лет, у Саммер есть преимущество – на ее стороне молодость. Она тоже обещала, что бегать станет легче.

Прошла еще неделя, и случилось нечто удивительное. Хотя Саммер и умерла бы прежде, чем призналась бы в этом своей семье, ей начало нравиться бегать. В ней росло ощущение благополучия и уверенности, как будто она пребывала в гармонии со своим телом, подталкивая его к здоровому образу жизни.

В самом деле, ее точка зрения начала полностью меняться. Время, потраченное на бег, стало ее особым временем. Она больше не думала о дискомфорте, а концентрировалась на беспокоящих ее проблемах. Также начали меняться и ее взгляды. Она стала смотреть на свою семью не как на зоопарк, а как на любимых людей. Она поняла, что является частью особой семьи. Они все еще смущали ее время от времени, но теперь это не вызывало дрожь, как раньше.

Однажды утром рядом с Саммер бежал парень по имени Люк, они немного поболтали. Она видела его раньше пару раз, но решила, что он взрослый… слишком взрослый для Реджины. Но когда он упомянул, что он студент по обмены и в следующем году переходит в выпускной класс ее школы, радар Саммер встал на уши. Мало того, что Люк привлекательный парень, он к тому же соответствует самому важному требованию. Он высокий. Она окажет добрую услугу своей подруге и представит ее Люку, а сама будет по-дружески наслаждаться небольшой местью Карлу Бенсону. Это было бы замечательно, думала Саммер, мчась домой.

– Ты имеешь в виду, что я должна начать бегать? Ты заболела? – По телефону был слышен громкий и ясный визг Реджины.

Саммер старалась не рассмеяться, позволив Реджине рвать и метать добрые пять минут до того, как прервала ее жизненно важной информацией:

– Мы говорим о светлых волосах, мечтательных ореховых глазах с небольшими золотыми крапинками, глубоком сексуальном голосе, приятной личности и последнее, но не по значимости – исключительно высоком росте. Я сделала свое дело.

– Ты пойдешь со мной по магазинам?

– Зачем?

– За новой одеждой для бега, ясное дело.

– Естественно, – засмеялась Саммер. – Реджина, как твоя лучшая подруга я даже одолжу тебе свою специальную мазь.

Было решено, что Реджина останется ночевать у Саммер, чтобы та смогла утром ее разбудить. Она поставила будильник на пять тридцать, справедливо полагая, что Реджине понадобятся как минимум полчаса, чтобы проснуться и собраться.

На следующее утро Саммер уже закончила разминку, когда на кухне появилась Реджина.

– Предупреждаю тебя, Саммер, лучше уж этому парню стоить того. Это должно быть нечто среднее между Леонардо ДиКаприо и Крисом О'Доннеллом.

– Да, да, он такой, – заверила ее Саммер. – Ты выглядишь просто прекрасно, Реджина, даже несмотря на то, что твои глаза едва открыты.

– Давай поедим и продумаем наши действия.

– Нет, – ответила Саммер, – ты не можешь бежать на полный желудок. Все, пошли уже. Нам нельзя упустить Люка.

– Хорошо, встретимся в гараже, – поворачиваясь, сказала Реджина.

– Почему в гараже?

– Чтобы взять велосипеды, дурочка.

– Реджина! Парк всего в двух кварталах. Мы побежим туда. Поняла?

– Что? И вспотею, даже не встретившись с ним?

– Если ты не вспотеешь, он поймет, что ты не серьезно относишься к бегу. А все бегуны относятся к нему серьезно. Верь мне. Пот – это явный показатель.

– Ты смеешься надо мной? – строго обвинила ее Реджина.

– Конечно, нет, – запротестовала Саммер. – Теперь пошли.

По пути к парку Реджина завела разговор о Дэвиде.

– Он все еще приезжает к тебе каждый вечер? – В ее вопросе сквозила зависть.

– Сегодня он приедет днем.

– Как думаешь, твои родители разрешат тебе пойти со мной и Грегом в «Пицца Паддл» сегодня вечером?

– Не получится. Сегодня вечером у деда покер, а родители едут в Сканлон.

– Понятно.

Саммер услышала в голосе Реджины обиду и сразу же почувствовала себя немного виноватой.

– Но завтра днем я смогу с тобой пойти.

– Хорошо, – сказала Реджина. – Тогда я просто перенесу все на завтра. Если этот Люк так хорош, как ты говоришь, и он потеряет от меня голову, мы сможем устроить двойное свидание, идет?

Саммер улыбнулась и кивнула. Реджине всегда нравилось все планировать заранее.

Они подошли ко входу в парк, и Реджина прошептала ей:

– Осмотрись и подтолкни меня, когда увидишь Люка.

– Реджина, ты его ни за что не пропустишь. Он единственный гигант в парке.

Некоторое время спустя появился Люк. Саммер и Реджина только что начали бегать, поэтому Реджина смотрелась неплохо. Она смотрелась почти как профи. Почти.

Саммер представила их друг другу, и Люк, казалось, действительно заинтересовался Реджиной. По крайней мере, именно так решили Саммер и Реджина после того, как он на прощание помахал им и крикнул:

– Увидимся завтра!

– Это значит, что мне придется продолжать бегать, правильно? – застонала Реджина.

– А разве он этого не стоит?

– О, Саммер, чего только не сделаешь ради любви. Конечно, он этого стоит.

– А можно я скажу: ну я же говорила тебе? – самодовольно высказалсь Саммер.

– Только если хочешь, чтобы я тебя стукнула, – поддразнила Реджина.

– Теперь, когда Люк ушел, угомонись и не побегай по парку в медленном темпе, пока я пробегу свои четыре мили.

– Хорошо. Беги.

Пробег был отличный. Когда она закончила, то очень собой гордилась. Она осилила сегодня пять миль вместо четырех и чувствовала приятную усталость.

В тот же день она встретилась с Дэвидом.

Он знал, что Майкл приглашен на день рождения, а Саммер останется одна на пару часов. Он огорошил ее приглашением на пикник. Саммер была в восторге.

У Саммер не было времени подготовиться к пикнику или носиться по дому в агонии, не зная, что надеть. Она открыла дверь в том, в чем была – в обрезанных джинсах и майке, но Дэвид не обратил на это внимания.

– Дай мне пару минут, чтобы переодеться, – предложила она.

– Ты выглядишь великолепно, – ответил Дэвид. – Только захвати ботинки и пойдем. Во сколько ты должна вернуться?

– Майкл будет дома в два, – бросила Саммер.

– У нас есть чуть больше двух часов, – объявил Дэвид, мельком взглянув на часы. – Твой дед хочет пойти с нами?

Саммер улыбнулась. Дэвид был такой заботливый.

– Он пошел в гости к мистеру Клэнси, – объяснила она. – Мы должны вернуться прежде, чем он вернется домой, но я оставлю на всякий случай записку.

Пять минут спустя они уже сидели в его машине. Они решили провести пикник в парке и нашли хорошее, уединенное место, находящееся достаточно далеко от бассейна и толпы. Дэвид взял все заботы на себя и сам приготовил поесть. Так или иначе, бутерброды с арахисовым маслом и виноградным желе были просто прекрасны на вкус, наверное, потому, что он сам их сделал.

– Арахисовое масло на любителя, но в нем много белка, – советовал он ей, кусая бутерброд.

– Я люблю арахисовое масло, – призналась она. Саммер разделалась со вторым бутербродом и растянулась на одеяле. Опираясь на локти, она лениво скрестила ноги и улыбнулась. – Это весело. Очень неожиданно!

– Тебе нравится неожиданности? – спросил он с таинственным огоньком в глазах. Когда она кивнула, он наклонился и поцеловал ее. На вкус он был как арахисовое масло и пах специями.

– Думаю, я люблю неожиданности, – робко прошептала она.

Он ласково и нежно улыбнулся ей. Затем Дэвид сел прямо и скрестил ноги по-турецки.

– Я хочу тебе кое-что показать. – Он принялся копаться в большой сумке из-под продуктов, и Саммер заметила, что на шее у него появился небольшой румянец. Ее одолело любопытство.

Он достал со дна сумки маленький альбом и посмотрел на нее.

– Обещай, что не будешь смеяться? – немного неуверенно попросил он. Прежде, чем она смогла ответить, он покачал головой. – Это был глупый вопрос. Я знаю, что ты не будешь смеяться.

Дэвид открыл альбом, снова закрыл его и вручил ей. Она села, взяла альбом, но продолжала наблюдать за ним. Он, стараясь себя чем-то занять, начал укладывать салфетки и бутерброды в сумку. Он так нервничал, что Саммер захотелось обнять его. Очень медленно она открыла альбом и улыбнулась, когда увидела красивый рисунок единорога: он был сделан карандашом и был очень и очень хорош.

– Это прекрасно, – сказала Саммер, чуть ли не с трепетом в голосе. Она не смотрела на Дэвида. Очень осторожно, она вытерла руки о шорты и перевернула страницу. На всю страницу была нарисована львица в окружении трех детёнышей. Рисунок был так же хорош, как и единорог, решила она, если не лучше. Не говоря ни слова, она продолжала просматривать альбом, удивленная и завороженная рисунками.

– Ты хоть понимаешь, какой ты талантливый? – спросила она, закрыв альбом.

– Ты действительно так думаешь? – Он выглядел немного смущенным и уязвимым.

– Они прекрасны! – заявила она, делая на этом акцентом. – Ты должен это понимать. Ты их кому-нибудь показывал?

– Только тебе, – признался Дэвид. – Я рад, что тебе понравилось.

Он улыбнулся, и его улыбка напомнила ей радугу после весеннего дождя.

– Понравилось? Да это просто восхитительно! – воскликнула Саммер. Она снова открыла альбом. – Думаю, что рисунок с единорогом теперь мой любимый. Они все хороши, – поспешила добавить она, – но единороги немного… мистические и романтичные.

– Я тоже так думаю, – проговорил он

– Когда ты научился так рисовать? – поинтересовалась Саммер.

Он пожал плечами и сказал:

– Я не очень хорошо в этом разбираюсь.

– Разве ты не посещал никаких художественных занятий?

– Нет, но собираюсь в следующем семестре, – объяснил он. – Тебе они правда понравились?

Он улыбнулся во весь рот, и Саммер улыбнулась в ответ.

– Ты знаешь, что да, – заверила она его. – Почему ты мне раньше их не показывал?

– Думал, что буду выглядеть смешным. То есть боялся, что они тебе не понравятся, или…

Она быстро покачала головой.

– Они мне очень нравятся, Дэвид. У тебя талант.

– Спасибо, я рад, что ты так думаешь, – сказал он.

– А почему нет рисунков людей? – спросила Саммер. – Я имею в виду, животные, конечно, прекрасны, но мне кажется, ты должен попробовать и другое.

– До этого я никогда не хотел рисовать людей, – пробормотал Дэвид. – Как насчет того, чтобы нарисовать тебя?

– Правда? – Она откинула волосы за спину и выпрямилась. – Сейчас?

– Нет, – засмеялся он. – Я не прихватил карандаши, – объяснил Дэвид. – Я очень рад, что тебе понравились рисунки. Мой отец ничего не говорит, но я-то знаю, что он бы предпочел, чтобы я целыми днями играл в футбол. Мне кажется, у него пунктик по поводу мужественности.

– У родителей бывают странные идеи, – мягко сказала она. – Держу пари, когда-нибудь ты будешь богатым и знаменитым.

– Я хочу иметь свой собственный комикс, – выпалил он. – Я делал бы только свои собственные рисунки и все.

Саммер засмеялась.

– Так вот почему ты любишь рассказывать анекдоты? – догадалась она. – Для практики?

– Да, наверное, – согласился Дэвид.

– Должна сказать тебе правду, – улыбнулась Саммер. – Твои шутки не самые искрометные, но твои рисунки – настоящая бомба.

– Ты просто не слышала мои действительно хорошие шутки, – возразил он и тут же рассказал ей, по крайней мере, пять ужасных анекдотов и, казалось, даже не заметил, что ей, в отличие от него, было не смешно.

– Как я и говорила, Дэвид, у тебя великолепные рисунки, но шутки…

– Вот почему ты мне так нравишься, Саммер. Ты всегда честна со мной. Я могу на тебя рассчитывать. Из-за последней девушки, с которой я встречался, я разочаровался во всех девушках вообще, – серьезно поведал он.

– Почему? – нахмурилась Саммер.

– Она сказала мне, что хочет встречаться только со мной и не хочет, чтобы я встречался с кем-то еще. Я был рад… Я имею в виду, она мне действительно нравилась, и я сразу согласился. Потом я узнал, что то же самое она сказала еще двум парням. У нее был свой маленький клуб свиданий.

– Я бы никогда так не соврала, – сказала Саммер. – Иногда я немного преувеличиваю, но все так делают. – Она пожала плечами, но не смогла взглянуть на Дэвида, думая о своей лжи по поводу бега. Впрочем, это уже не совсем ложь, подумала она.

Дэвид посмотрел на часы и нахмурился.

– Очень жаль, но мне пора везти тебя домой. У Супермена скоро закончится вечеринка.

Она помогла ему свернуть одеяло. По дороге к машине они держались за руки, пару раз останавливались, чтобы поцеловаться, и долго улыбались.

Глава 11

На следующий день Саммер встретилась с Реджиной и Грегом в «Пицца-Паддл». Она всем сердцем желала, чтобы полил дождь, Дэвид оставил работу и смог присоединиться к ним.

«Пицца-Паддл» была переполнена, а аромат пепперони [12] и острых итальянских сосисок напомнил Саммер о том, как она голодна. Она села между Грегом и Реджиной, и они втроем съели огромную пиццу за рекордное время. Она уже заканчивала свою кока-колу, когда Реджина разъяренным голосом прошипела:

– Не смотри!

Соблазн был слишком велик. Взглянув на лицо Реджины, Саммер поняла, что случилось что-то ужасное и, проигнорировав ее совет, быстро повернулась в сторону двери. Краска схлынула с ее лица. В дверях стоял Дэвид.

И он был не один. Рядом с ним стояла Энн Логан. Ее руки с ярко отполированными ногтями вцепились в руку Дэвида, как щупальца.

– Что будешь делать? – Вопрос Реджины заставил Саммер посмотреть на нее смущенным взглядом. Саммер попыталась улыбнуться.

– Не знаю. Думаю, буду вести себя естественно. Есть идеи получше?

– Что происходит? – пробормотал Грег с набитым пиццей ртом.

– Только что пришел парень Саммер, вместе с Энн Логан. Не смотри, – потребовала Реджина. Обращаясь к Саммер, она добавила: – Он еще не заметил тебя. Хочешь выйти через черный вход?

– Однозначно нет. Если Дэвид предпочитает компанию Энн, ради бога. Хотя это ерунда какая-то. Он сказал, что должен работать! Я думала, что я его девушка. Кажется, я ошибалась. То есть он никогда не говорил, что мы не можем встречаться с другими, но я думала… после того как он показал мне свои рисунки…

– Саммер, ты бессвязно бормочешь, – прервала ее Реджина.

– Мне все равно, – прошептала она и небрежно пожала плечами. Ей казалось, будто все внутри умирает. Она помолилась о том, чтобы не разрыдаться, и глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки.

– Придумала, – объявила Реджина. – Грег, положи руку на спинку стула Саммер.

– Зачем? – поинтересовался Грег.

– Просто сделай это, – приказала Реджина. – Если у Энн свидание с Дэвидом, то у тебя свидание с Саммер, понял?

– Что? – Теперь уже сама Саммер хотела понять, что происходит.

– Если Дэвид с Энн, то ты с Грегом. Грег, изобрази, что тебе очень нравится Саммер. И не спорь. Ты все еще должен мне двадцать долларов, помнишь?

– Это отменит долг?

– Да. Давай, действуй. Саммер, подвинься поближе.

– Послушай, надо сначала узнать, свидание ли у Дэвида с Энн, прежде чем…

– Разуй глаза, Саммер. Это совершенно очевидно, – проговорила Реджина. – Все парни – слизняки.

– Они нас заметили, – известил Грег. – Дай руку, Саммер.

– Что? – Она была так несчастна, что ей хотелось провалиться сквозь землю.

– Привет, Саммер! – Голос Дэвида звучал так весело, что она окончательно запуталась.

– Привет всем! – До ушей Саммер донесся пронзительный восторженный голос, звучащий так, будто по доске провели ногтем.

– Привет, Дэвид. Привет, Энн. – Ее голос был ровным и совершенно лишенным каких-либо эмоций, но это лучшее, на что она была способна.

Дэвид не смотрел прямо на нее. Он не спускал глаз с руки Грега, обнимающей Саммер за плечи. Внезапно он совсем растерялся. Его лицо покраснело и покрылось пятнами.

Почему, ну почему это должна быть Энн Логан? – вопила про себя Саммер. Оказывается, Дэвид не лучше всех остальных идиотов мужиков в городе. Он тоже попал под чары Энн. Всё в Саммер хотело выть и кричать от несправедливости или хотя бы немножко порычать, но она решила изобразить картину спокойного достоинства.

Когда всех представили друг другу, Грег предложил Дэвиду и Энн присоединиться к ним. Дэвид, казалось, не горел желанием, но, в конце концов, взял два стула и сел прямо напротив Саммер и Грега. Реджина играла хозяйку во главе стола.

– Дэвид по дороге сюда рассказывал мне очень забавные шутки, – хихикала Энн.

– Давайте закажем еще одну пиццу, – предложил Грег. – Я еще не наелся.

– Может, закажем огромную пиццу и разделим ее? – предложил Дэвид. – Как вы относитесь к анчоусам?

– Я их ненавижу. Меня от них блевать тянет, – сказала Саммер прежде, чем смогла себя остановить.

– О, я их просто обожаю, – перебила ее Энн.

Дэвид наклонился к Саммер.

– Я звонил тебе, и твоя мама сказала, что ты здесь, поэтому я… Она не сказала мне, что у тебя свидание, – нерешительно добавил он.

В этот момент Грег взял Саммер за руку, но она попыталась вырваться. Грегу это не понравилось. Все это выглядело как перетягивание каната, и Саммер оставила попытки. В надежде на помощь она посмотрела на Реджину, но та, не замечая ее, говорила с Энн.

Саммер, продолжая вытягивать руку, огрызнулась на Дэвида:

– Но у тебя тоже свидание, так какая разница? – Дэвид выглядел таким убитым, что Саммер захотелось разреветься, пока Энн опять не повернулась к своему спутнику. В этот момент Саммер разозлилась и почувствовала себя просто замечательно. Почему она должна чувствовать себя виноватой, если именно у него тут настоящее свидание?

– Я не знала, что у тебя свидание с Энн, – сказала Саммер, как только Реджина потащила Энн к старому музыкальному автомату.

– Вроде того, – уклончиво ответил Дэвид, уставившись на руки Грега, мертвой хваткой держащие руки Саммер. – Отцу Энн нужна помощь с забегом. Он попросил, чтобы я возглавил рекламную часть. Это важная работа, и я уже все придумал. Энн и я думаем, что нам надо сделать как минимум тридцать плакатов и распространить их по всему городу. Мистер Логан показал мне футболки, которые они собираются продавать, и, думаю, они просто супер. Поскольку все деньги пойдут на благотворительность, может быть, банки выручат нас и возьмут часть на продажу. Энн думает, что было бы неплохо продавать их и в продуктовых магазинах. Ну, знаешь, снаружи поставить стол с большим знаком и… – Он замолчал и пожал плечами.

– Хочешь, чтобы я помогла? – Она не смогла сдержать рвение в голосе.

– Если ты не сильно занята, – ответил он. – Думал, мы могли бы использовать твой обеденный стол… Он довольно большой, и мы могли бы делать на нем плакаты. – Дэвид продолжал объяснять свой план, и Саммер почувствовала себя немного лучше. Когда Грег наконец-то отпустил ее руки, она смогла наклониться вперед и подпереть подбородок рукой, внимательно слушая Дэвида.

Однако чувство, что все не так плохо, долго не продлилось. К столу вернулась Энн, придвинула стул поближе к Дэвиду и начала с ним о чем-то шептаться.

Саммер в полном отчаянии подтолкнула Грега.

– Поговори о чем-нибудь с Дэвидом, – потребовала она шепотом.

Грег все еще обнимал одной рукой спинку стула Саммер.

– Если кто-нибудь увидит меня с тобой, я уеду из города, – прошептал он ей в ухо.

– Спасибо, Грег. Я тоже от тебя без ума, – сказала она в ответ. Она не могла взглянуть на него. Она не сводила глаз с Дэвида, наблюдая, как он улыбается Энн. Саммер не помнила, чтобы он также улыбался ей! Энн взяла Дэвида за руку, и Саммер заметила, что Дэвид, казалось, не возражал.

Принесли пиццу, но она не съела ни кусочка. Ее желудок сжался в комок. Она не решалась вступить в беседу и испытала облегчение, когда Грег спросил:

– Может, уйдем сейчас? А то вдруг придет кто-нибудь из моих друзей.

– Ты знаешь, как польстить девушке, – пробормотала она и добавила громче: – Дэвид, приноси плакаты завтра днем, и мы начнем.

Реджина осталась в «Пицца-Паддл» помогать отцу, а Грег и Саммер ушли вдвоем. Грег был достаточно сообразительным, чтобы держать рот на замке по пути к ней домой, и Саммер успела войти в свою комнату, прежде чем разрыдалась.

Дэвид не позвонил на следующее утро, но появился у ее двери со стендом для плакатов и фломастерами в руках. Майкл был занят, играя у соседей, а дед ушел в торговый центр. Дэвид и Саммер остались в доме совершенно одни. Это было отличное время, чтобы прояснить все недоразумения. Проблема была в том, что он был очень прохладен и отчужден.

– Дэвид, когда мы закончим с плакатами, я хотела бы поговорить с тобой кое о чем, – сказала наконец-то Саммер.

Дэвид нахмурился, а затем кивнул.

– О Греге?

– И Энн, – добавила Саммер. – Хорошо?

– Хорошо, – ответил Дэвид. Он в первый раз улыбнулся, и Саммер просияла в ответ.

Открылась входная дверь, и вошел дед, загруженный пакетами, которые сразу же понес в свою комнату. Саммер была разочарована. Она не хотела разговаривать с Дэвидом в присутствии деда, поэтому решила поторопиться и решить проблему немедленно.

– Что ты имел в виду под свиданием? – спросила она, притворяясь, что сильно занята плакатом.

Телефон зазвонил раньше, чем Дэвид смог ответить. Он взял трубку и позвал деда. Поняв, что ей придется подождать с разговором до конца обеда, она встала, потянулась и пошла на кухню готовить обед. Когда дед поест, он, скорее всего, пойдет вздремнуть, значит, чем скорее еда будет готова, тем лучше. Дэвид вошел в гостиную, сел на диван и принялся листать «ТВ-Гид» [13].

Минуту спустя Саммер открыла дверь, соединяющую столовую с кухней, и попросила Дэвида убрать со стола.

Войдя в комнату в следующий раз, она подслушала разговор деда. Он, судя по всему, не понимал, как громко говорит. Он нахваливал ее по телефону, делая возмутительные утверждения о том, какой скоростной бегуньей она была, и Саммер не могла не улыбнуться. Дед любил похвастать. Дэвид взглянул на Саммер, подмигнул ей, и она поняла, что он тоже слышит дедушкин разговор.

Саммер вышла всего на пять минут, но когда вернулась в столовую, заметила, что Дэвид хмуро взирает на нее. Кажется, он чем-то озадачен, решила Саммер. Озадачен и раздражен.

Она вернулась на кухню за кувшином лимонада, но и там смогла услышать, о чем болтал дед. Она остановилась и почувствовала, как кровь отлила от лица, когда она услышала, как ее дед объясняет, что бегать она начала совсем недавно.

Через черный ход проскользнул Майкл и сразу принялся трещать:

– Саммер, у меня есть камушек.

– Не сейчас, Майкл, – сказала она. Ее мысли занимал поиск оправдания на случай, если Дэвид поймет, что она лгала ему, но все усилия были потрачены впустую. Дэвид распахнул дверь и посмотрел прямо на нее.

– Привет, Дэвид, – сказал Майкл. – У меня есть камушек.

– Привет, Майк. Саммер, я только услышал, как твой дед сказал, что ты бегаешь всего лишь около месяца. – Он казался удивленным.

– О, понимаешь, деду нравится преувеличивать, – ответила она, пытаясь вести себя как ни в чем не бывало. – Дэвид, не мог бы ты отнести этот кувшин в столовую? Я возьму чипсы.

– Он сказал, что ты начала бегать после вечеринки у Энн Логан, и что тебя на это подбила Реджина.

– Майкл, пойди и вымой руки, – запинаясь, проговорила Саммер. – Дэвид, разве это так важно, когда я начала бегать?

– Так важно? Если это так, то ты врала мне, – заявил Дэвид.

Она пыталась выглядеть раздраженной и прошла мимо Дэвида. Саммер поставила кувшин на стол и обернулась, зная, что он стоит прямо за ней. Она застыла, пытаясь придумать логическое объяснение, которое успокоит его и при этом не выставит деда выдумщиком.

– Саммер, пойми, для меня очень важно, чтобы мы никогда не лгали друг другу. Как мы можем построить крепкие отношения, если не сможем доверять друг другу?

Казалось, ему было больно.

– Ты расстраиваешься на пустом месте, – начала успокаивать она.

– Просто ответь на один вопрос, – потребовал он. – Ты врала мне или нет?

– Не совсем так, – уклонилась она.

– Что значит «не совсем так»? – с сарказмом спросил он.

И что ему сказать? – спросила она саму себя. Она должна сказать правду.

– О, ладно! Да, я действительно солгала. Но это была не громадная ложь, а маленькое преувеличение, – объяснила она.

– Значит, это правда? Ты начала бегать после вечеринки Энн?

Он, казалось, не мог поверить. Чего он хочет, крови? Честно говоря, он так убежден в своей правоте! Неужели он сам никогда не врал?

– Послушай, Саммер, просто скажи мне зачем? Я хочу понять, – сказал он. Его голос немного смягчился.

Как ему объяснить? Она скорее умрет, чем признается, что все дело в Энн Логан. Он ведь встречается с ней, разве нет? Как он сможет понять? Она покачала головой. Нет, она ему не скажет. Он никогда ее не поймет. Парни не так ревнивы, как девушки, или нет?

– Так о чем еще ты мне врала?

Спокойно заданный вопрос привел ее в бешенство. Она повернулась к нему с горящими глазами:

– Ни в чем! Теперь тебе решать, верить мне или нет.

– Ха! – фыркнул он.

Это фырканье вывело ее из себя. Саммер не выдержала и взорвалась.

– И что это значит? – закричала она. – Послушай, я могла солгать и сказать тебе, что мне нравятся твои шутки, но я этого не сделала. И насчет анчоусов, – вдруг вспомнила она. – Я могла сказать, что люблю их! – Она выбежала из кухни в столовую.

Дэвид пошел следом.

– Да неужели? Ну, некоторым людям нравятся мои шутки. Энн Логан, например, – громко добавил он.

Саммер показалось, что ее ударили.

– И ты ей поверил?

– Естественно, – сказал Дэвид. – Она честный человек.

– Любой, кто смеется над твоими глупыми шутками, притворяется, – возразила Саммер.

– Итак, почему ты не сказала мне, что у тебя свидание с Грегом? – спросил он, внезапно меняя тему.

Саммер ответила вопросом на вопрос:

– А почему ты не сказал мне, что у тебя свидание с Энн?

– Мы с тобой ни о чем не договаривались, – пробормотал он. – Я имею в виду, если ты хочешь встречаться с другими парнями, я не против.

– У меня не было свидания с Грегом, – сказала Саммер. И это была правда.

Дэвид не поверил ей.

– Ха, Энн сказала мне, что ты встречаешься с Грегом. Я не верил ей до вчерашнего дня. Не думал, что ты будешь мне врать в таких вещах, как…

– Если ты еще раз скажешь «ха», я закричу, – прервала она его.

– У вас двоих какие-то разногласия? – В их жаркий спор вторгся голос деда, Саммер и Дэвид покраснели.

– А когда я предложил тебе бегать со мной, – продолжал Дэвид, – ты, насколько я помню, сказала, что тебе нравится бегать одной рано утром, чтобы поразмышлять.

– Ты кто, ходячий архив? – выплюнула Саммер, скрестила руки и уставилась на него.

Он был уже почти за дверью, когда она крикнула:

– Полагаю, ты направился к Энн!

– Может быть! – крикнул он в ответ.

– Идеальная парочка, – пробормотала она себе под нос.

Она не могла смотреть на деда, так как была все еще слишком зла на него за то, что он случайно проговорился Дэвиду о ее вранье. Вместо этого она подняла Майкла и усадила на стул.

– Ешь! – сказала она, сунув ему бутерброд.

Даже после двухчасового телефонного разговора с Реджиной Саммер не почувствовала себя лучше. Когда она рассказала подруге о споре Дэвидом, Реджина изрекла:

– Разве ты не могла соврать ему и как-нибудь выкрутиться?

Саммер была слишком несчастна, чтобы спорить или защищаться.

Она была сыта ложью по горло. И чувствовала себя ужасно от еле сдерживаемых слез. Она пошла в свою комнату сразу после обеда и плакала до тех пор, пока не осталось слез. Но это не принесло облегчения, и она принялась бить кулаком по подушке, срывая на ней гнев и разочарование. Гнев медленно отступал, но вместо него пустоту заполняли одиночество, боль и опустошение.

Закутавшись в одеяло, она уснула с мыслью о том, что теперь завтра утром не нужно вставать в шесть. Кому теперь захочется участвовать в этом идиотском забеге?

Глава 12

У деда было другое мнение!

– Что ты имеешь в виду, говоря, что не собираешься сегодня бегать? – Его возмущенный рев угрожал разбудить весь дом.

– Я решила, что не хочу быть бегуньей, – пробормотала в подушку Саммер. Она уставилась на тонкий розовый цветочный узор на наволочке, лишь бы не смотреть на деда. Она боялась, что увидит его разочарование и не сможет этого выдержать рано утром. Она просто хотела побыть в одиночестве, чтобы погрузиться в свои страдания.

– Ты вложила в это слишком много труда, чтобы сейчас бросить. Не позволю! Ты слышишь меня? Вытащи голову из-под одеяла, девочка, и слушай меня. Я не знаю, кто взъерошил твои перышки, но ты можешь рассказать мне все, пока делаешь зарядку. Я даю тебе десять минут, чтобы спуститься в подвал.

Она ничего ему не расскажет! Он все равно не поймет. Никто не поймет. Даже Реджина. Разве Реджина не призналась, что никогда по-настоящему не любила? Ей повезло, решила Саммер, неохотно отбрасывая одело и начиная одеваться. Любить кого-то – настоящая мука.

Она приплелась вниз в подвал несколько минут спустя.

– Что с тобой? – спросил дед. – Опять судороги в ногах?

Он выглядел очень обеспокоенным, и Саммер чуть не завизжала от расстройства, увидев, что он протягивает ей бутылочку с мазью.

– Со мной все в порядке, – резко сказала она. – Просто не хочу сегодня бегать.

– Нельзя пропускать ни дня. У тебя график, помнишь?

– Дедушка, я хочу бросить бег. Разве ты не можешь понять?

– Я этого не слышал. Сегодня ты просто не в духе. Теперь расскажи мне, почему. – Это была не просьба, а приказ, и его крупное тело блокировало единственный путь к спасению – лестницу. Ей не вырваться отсюда, пока она не поговорит с ним.

– Я видела Дэвида с Энн вчера днем. Теперь они встречаются. Это все, что я знаю! И все из-за тебя, дед! – Она делала тридцать приседаний и выдыхала после каждого слова. – Если бы это был кто-нибудь другой, меня бы это не сильно волновало. Но Энн Логан…

– Почему все из-за меня?

– Дэвид услышал твой разговор по телефону и понял, что я врала ему. Если бы ты ничего не сказал…

– Если бы ты не врала ему, – перебил дед. – В этом вся суть, разве не так?

– Ладно, ладно, да, я лгала. Я терпеть не могу Энн Логан. Она всегда врет, и ей все сходит с рук. И она всегда отбивает моих парней, – соврала Саммер.

– Ревность, – ответил дед тоном, в котором сквозило больше, чем просто отвращение. – Ты еще слишком молода, чтобы так серьезно относиться к мальчику, юная леди. Тебе до этого еще очень далеко.

Она знала, что он не поймет, и раздраженно закатила глаза.

– Хорошо, он мне не принадлежит, это точно. Но я думала, что ему нравится быть со мной. Оказалось, я ошиблась. Я просто врунья, скучный человек, – добавила она. Жалость к себе целиком заполнила мысли Саммер.

– Ерунда! Конечно, Дэвиду нравится быть с тобой. Просто ты его разочаровала. Он вернется, – настаивал дед. Казалось, его раздражал этот разговор.

– Нет, не нравится. Если бы ему нравилось, он бы не рассердился из-за такой глупой мелочи. Он не понял меня, и сейчас, когда я думаю об этом…

Внезапно Саммер захотелось бежать, выжать из себя все. Заставить себя мучиться снаружи, так же как она мучилась внутри. Возможно, это поможет ей выпустить сидящую глубоко внутри боль. Конечно, стоит попробовать.

По крайней мере, она сбежит от деда и его лекции.

– Я все-таки побегу.

– Ни секунды в этом не сомневался, – усмехнулся дед. – Перестань жалеть себя. Ревность – разрушительное чувство, Саммер. Избавься от нее.

Эти слова крутились у нее в голове все время, пока она мчалась по кольцевой вокруг парка. Она превысила свой обычный показатель и буквально перегнала бегущего Люка. Саммер стала одержимо двигаться все быстрее и быстрее. Появилась острая боль в боку, но затем спала. Саммер ее игнорировала, концентрируя всю свою энергию на своих коллегах бегунах и красивом пейзаже, и поняла, что больше не чувствует боли.

– Ты принимаешь какие-то новые витамины, Саммер? – поинтересовался Люк, когда догнал ее. Они бежали рядом, Саммер довольно легко, а Люк – напряженно и задыхаясь.

– Нет, – ответила она. – Просто пытаюсь избавиться от злости.

– Ты спешишь. Надоело бегать по времени? – спросил он, когда они остановились передохнуть.

– Не совсем, – ответила Саммер. – Мой дед назначил мне время, когда я только начала, но тогда я бегала медленнее.

– Сейчас ты определенно быстрее. Сколько ты уже бегаешь? – Его голос был полон восхищения, и Саммер почувствовала гордость.

– Только с начала каникул, – призналась она.

– Ты шутишь! – Он покачал головой и засмеялся. – Ты будешь сумасшедшей, если не выйдешь на трек в следующем году. Думаю, ты сможешь установить новый рекорд.

Саммер это не интересовало.

– Ты участвуешь в забеге Реджис, Люк?

– Да, а ты?

– По идее, да, но не знаю, буду ли.

– Ты просто сошла с ума, если не собираешься участвовать, Саммер. Я еще ни разу не видел девушки, которая бы так быстро бегала, – похвалил он. – Ты должна участвовать. Ты можешь победить. Честно.

– Какой оптимизм! – засмеялась она. – Ты говоришь прямо как мой дед. Я раньше никогда не участвовала в забегах и не знаю, как быстро бегают остальные. Они могут обставить меня еще на старте. Я просто не…

Она почувствовала, что покраснела и закрыла глаза. Противоречивые эмоции сбивали ее с толку.

– Ты не что? – спросил он.

– Я не хочу выставить себя дурой и прибежать последней.

– Последней? Ни за что. Мне кажется, ты даже не представляешь, как хороша, но поверь мне на слово, подруга, ты многих удивишь.

Саммер поняла, что он не шутит. Теперь ей уже стало интересно.

– Что ты имеешь в виду?

– Всегда есть группа, которая участвует во всех забегах и берет главные призы. Я называю их "профи". Но ты как темная лошадка. Никто никогда о тебе не слышал. Ты их ошеломишь.

– Ты и правда так думаешь, Люк? Может, ты просто хочешь меня подбодрить? – Даже не услышав его ответ, Саммер мысленно увидела картину удивления на лицах Дэвида и Энн, если она войдет в десятку лучших. Ее захлестнуло волнение. Может, она просто приняла желаемое за действительное, или действительно есть шанс?

– Это правда, Саммер. Слушай, я завтра принесу секундомер, и мы засечем твое время. Тогда ты мне поверишь.

– Звучит отлично, – улыбнулась она. – Эй, я проголодалась. Пошли, купим по пончику и продумаем твой план.

Слова Люка были как исцеляющий бальзам для ее оскорбленной гордости. Между ними не было никакого физического притяжения, но с ним было очень легко говорить. Конечно, она не могла рассказать ему о Дэвиде. Но, тем не менее, было приятно находиться рядом с тем, кому с ней интересно. Боль от потери Дэвида была все еще свежей, словно открытая рана. Она проанализировала ситуацию по дороге домой. Она уже никогда не будет прежней, поняла Саммер, немного жалея себя, но она это переживет. Но что если не переживет? Вдруг с ней произойдет какой-нибудь трагический случай прежде, чем Дэвид сможет загладить свою вину? В мыслях появилась мрачная картина: Дэвид стоит на коленях перед ее гробом, плачет и просит прощения, а она давно мертва, и уже слишком поздно. Он бы сожалел, ведь правда?

– Я думала, ты была моей лучшей подругой! – раздалось громкое обвинение. Реджина стояла на крыльце Саммер, уперев руки в бока и излучая гнев.

Саммер была не в настроении играть в угадайку. Она понятия не имела, из-за чего бушует Реджина. У нее пульсировала голова от постоянной болтовни Майкла и от болезненных мыслей о том, что Дэвид и Энн вместе.

– Пошли на кухню, – предложила она. – Я должна помыть посуду.

– Я помогу тебе, предательница, – проворчала Реджина, следуя за ней.

– О чем ты говоришь?

– О Люке, – объявила Реджина. – Вот о ком.

– А что с ним? – спросила Саммер. – И почему я предательница?

– У вас было милое свиданьице за завтраком? – поинтересовалась она с сарказмом.

– Дай мне передохнуть. Я сегодня не в духе. Просто скажи, что ты имеешь в виду.

– Ты виделась с Люком этим утром или нет? – Теперь в словах Реджины чувствовалась боль, и Саммер уделила ей все свое внимание.

– Кто тебе сказал, что у меня было свидание с Люком? – Ей хотелось рассмеяться или хотя бы фыркнуть, но по выражению лица подруги Саммер поняла, что лучше этого не делать.

– Грег вас видел, – сказала Реджина. – И когда он описал парня, с которым ты была, я поняла, что это Люк. У Дэвида не светлые волосы.

– О, ради бога. Люк и я просто зашли в магазин за пончиками после сегодняшней пробежки. И, – продолжила Саммер, – говорили мы в основном о тебе. А ты где была? Ты должна была сегодня бегать, помнишь?

– Знаю, но я забыла завести будильник, – сказала она. – Вы правда говорили обо мне?

У нее было такое затравленное выражение лица, что Саммер улыбнулась.

– Что он говорил? Расскажи мне все. Не пропускай ничего.

– Он считает, что ты симпатичная, – сказала Саммер, – и мне кажется, он готов тебя куда-нибудь пригласить. Он хотел знать, встречаешься ли ты с кем-нибудь.

Реджине пришлось очень постараться, чтобы сдержать свой энтузиазм.

– Тогда у вас и вправду не было свидания. Я знала, что ты так не поступишь, – продолжила она. – Я Грегу вообще не поверила.

– Я ненавижу всех парней, – заявила Саммер. – Они приносят только боль и разочарование.

– Не думаю, что это вина парней, – сказала Реджина. – Они беспомощны перед такими девушками, как Энн Логан. Если Люк действительно меня пригласит, я буду держать его подальше от лап Энн. Но как ты сама? Ты придумала, как вернуть Дэвида?

– Я не хочу его возвращать, – солгала Саммер. – И больше не хочу о нем говорить. Это слишком тяжело. Давай убежим и станем отшельниками.

– Не будь дурочкой, – упрекнула ее Реджина. – Тебе не идет уныние. Если Люк в скором времени меня не пригласит, я засуну свои кроссовки куда подальше. Завтра у него будет последний шанс.

– Хочешь остаться у нас на ночь, чтобы я тебя утром разбудила? И кстати, думаю, что как моя лучшая подруга ты должна узнать первая: я решила, что выиграю забег!

Разбудить Реджину оказалось все равно, что поучаствовать в настоящем сражении. Саммер пришлось быть весьма безжалостной, и в какой-то момент она почувствовала себя сержантом в армии.

– Давай, пора вставать, – повторила она уже в десятый раз. – Тебя ждет Люк, – добавила она нараспев.

Трюк удался. Реджина, пошатываясь, сползла с кровати и, моргая спросонок, добралась до центра спальни. Саммер было ее ужасно жаль, но она оставалась твердой. В конце концов, все это было ради того, чтобы Реджина обрела любовь. Она схватила подругу за плечи, повела ее в ванную и оставила висеть над раковиной, пробормотав:

– Встретимся в подвале через пять минут, не позже.

К тому моменту, как Саммер тащила Реджину в парк с черепашьей скоростью, она уже испытывала жуткое отвращение. Она сожалела, что позвала Реджину побегать с ней, и ей было немного стыдно за это. Реджина – ее лучшая подруга, напомнила она себе, и сердиться на нее – это своего рода предательство, разве нет?

Кроме того, Реджина не спала полночи, слушая, как Саммер убивается по Дэвиду.

Саммер отбросила свое разочарование и чувство вины, оставила Реджину у бассейна и помчалась быстрее ветра. Вся правда в том, что Реджина просто не понимала, что случилось с Саммер. Да она и не могла понять. Саммер сама себя не понимала. Она просто знала, что бег – это больше не прихоть. Нет, он был навязчивой идеей. Каждодневный бег стал крайне необходим, как вторая чашка кофе для отца, и так же вызывал привыкание. Саммер было сложно это объяснить; она просто знала, что чувствует себя лучше и живее, когда бежит. А учитывая все бедствия, происходящие сейчас в ее жизни, она решила, что нуждается в любой помощи, которую может получить.

Она пробежала мимо Реджины и была рада увидеть, что рядом с ней стоит Люк. Он прокричал приветствие и поднял секундомер, показывая, что начал отсчитывать ее время. Когда она закончила, он взволнованно объявил ее показатели. Она не знала, что означают эти цифры, но предположила, что проделала хорошую работу. Люк предложил Саммер и Реджине пойти за пончиками, но Саммер отказалась, зная, что Реджина хочет побыть с ним наедине.

Глава 13

Прошло целых две недели, а от Дэвида ни слуху, ни духу. Саммер заставляла себя упорно трудиться, бегая иногда по два раза в день, чтобы заполнить время и чувство пустоты внутри себя. Она металась между страданиями и гневом. Каждый раз, когда она думала о Дэвиде с Энн, она чувствовала себя несчастной; каждый раз, думая о том, каким он оказался, упрямым и суровым, она сердилась.

Однажды после обеда, когда Саммер возвращалась из бассейна в доме Реджины, на крыльце ее встретила мама. Только взглянув на ее мрачное выражение лица, Саммер поняла, что что-то случилось.

– Что натворил Майкл?

– Я потеряла твоего деда.

Услышав эту новость, кто-нибудь другой удивился бы, но не Саммер. Это и раньше случалось и, по всей вероятности, случится снова.

– Когда ты видела его в последний раз? – спросила Саммер. Она уже шла к гаражу, чтобы взять велосипед.

– Это все из-за нового лекарства, которое он начал принимать на прошлой неделе, – сказала мама. – Оно его немного сбивает с толку.

– Мам, дед не бывает сбит с толку. Мне кажется, он просто ушел по делу или что-то вроде того. Не волнуйся.

Саммер обыскала окрестности, останавливаясь, чтобы поспрашивать детей и взрослых, не видели ли они проходящего мимо дедушку. Все его знали, но никто его сегодня не видел. Час спустя она переговорила почти со всеми, кто мог его видеть, и уже собралась повернуть велосипед в сторону дома, как один из дежурных бензоколонки сказал, что видел деда несколько минут назад. Саммер поспешила в том направлении, которое он указал. Выехав на остановку напротив кафе-мороженого, она увидела деда через тонированное стекло и чуть не упала с велосипеда, когда заметила, кто сидит рядом с ним. Дэвид! Дэвид и Энн Логан.

– Что за черт! – пробормотала она. Саммер рассердилась на себя, почувствовав, что у нее задрожали руки.

Нацепив на лицо улыбку, она вошла в кафе и направилась прямиком к деду.

– Тебя ищет мама, – заявила Саммер относительно бодро.

Она смотрела только на деда, сосредоточившись на его лице, стараясь полностью игнорировать Дэвида и Энн. Это было грубо, но ей было все равно.

Часть ее мозга отметила тот факт, что дед, казалось, отлично понимал, где он находится и что делает. По его лицу было ясно, что он ни капельки не сбит с толку.

– Зачем твоя мать меня ищет? – Ему, похоже, не нужен был ответ, поскольку он полез в карман за мелочью. – Дэвид, был рад видеть тебя снова. Приезжай как-нибудь к нам домой, я покажу тебе свое последнее изобретение. Я скучаю по твоим визитам.

И я, хотелось добавить Саммер. Но она, разумеется, этого не сделала, да и не могла, особенно тогда, когда на нем повисла Энн. На устах Энн была довольная улыбка, улыбка победительницы. Она знает, как я несчастна, и наслаждается этим, подумала Саммер.

– Дэвид, Энн, была рада снова повидаться, – все же сказала Саммер, довольная, что голос был твердым, а не угрюмым. Здороваясь, она все еще не могла посмотреть Дэвиду в глаза и уставилась на воротник его рубашки.

Дед был готов идти, и Саммер, не оборачиваясь, последовала за ним к двери.

– Мама не знала, где ты. Она волновалась, – сказала Саммер. Она шла рядом с дедом, таща разделявший их велосипед.

– Была парочка дел. Я оставил ей записку, – ответил дед. – Не было никаких причин для беспокойства.

– Ты же знаешь маму, – ответила она. – Ей нравится волноваться. Это держит ее в хорошей физической форме.

Дедушка засмеялся над точным комментарием Саммер.

– Ты подсел к Дэвиду и Энн? Или они вошли и подсели к тебе? – По каким-то причинам ей было очень важно услышать ответ деда.

– Нет, это они ко мне подсели, – ответил он. – А какое это имеет значение?

– Мне просто интересно. Я не хочу, чтобы Дэвид чувствовал себя не в своей тарелке… ведь мы больше не встречаемся.

– У этой девочки Энн какая-то болезнь глаз?

Саммер хмуро уставилась на деда. Увидев, что она смотрит на него, он часто-часто захлопал ресницами, и Саммер взорвалась смехом. Его пародия на Энн была бесподобна.

– Кажется, всем парням нравится, как флиртует Энн, – сказала она. – А по мне, она выглядит так, будто у нее что-то не в порядке.

– Показываешь свои коготки, котенок, – предупредил ее дед. – Ты очень симпатичная, такая же хорошенькая, как и Энн, и к тому же ты ирландка. Дэвид вернется. Попомни мои слова.

Принимает желаемое за действительное, заключила Саммер.

– Надеюсь, ты скоро обретешь хоть немного уверенности в себе, девочка. После того, как выиграешь забег, мы сосредоточим на этом все свое внимание.

– Значит, я выиграю в забеге, да? – поддразнила она.

– Конечно, – незамедлительно ответил дед. – Мы с Клэнси поставим на тебя по пятерке. Выигрыш обеспечен. Вообще-то я должен был уговорить его поставить против тебя, чтобы нажиться на нем. В любом случае, он ставит на тебя.

– Думаю, у меня есть не плохие шансы, – согласилась она, – но я не видела своих конкурентов. Может быть, они там все "профи".

– Нет. У "профи", как ты их называешь, нет против тебя ни единого шанса. У меня есть несколько предложений, как немного увеличить твою скорость…

– Саммер! Подожди минутку! – позвал Дэвид.

Саммер и дед повернулись и увидели, что к ним бежит Дэвид. Краем глаза Саммер заметила самодовольное выражение лица деда.

– Привет, Дэвид, – тихо произнесла она, затаив дыхание. Похоже, у Дэвида были некоторые проблемы с тем, чтобы смотреть ей в глаза. Он зачарованно уставился прямо на ее волосы. Она с невозмутимым видом откинула волосы назад.

– Послушай, ты говорила, что можешь помочь с проектом. Я сделал тридцать плакатов, которые надо распространить. Энн возьмет десять, я тоже возьму десять, и…

– Буду рада взять десять оставшихся, – прервала его Саммер. – Что-нибудь еще?

– Ну, футболки лежат в коробках у Энн. Она должна была их вчера продать в магазине, но не смогла. Знаешь, Энн очень занята, – добавил он.

Конечно, занята, подумала Саммер. Она всегда занята, когда речь идет о реальной работе.

– Послушай, Дэвид, может, мы с Реджиной сможем продать их в субботу. – Мысли Саммер посетило внезапное вдохновение. – Мм, понимаешь, у Реджины будет вечеринка, и если я возьму футболки, возможно, смогу уговорить кого-то из ребят купить их. Реджина даже может устроить вечеринку в футболках или типа того.

От такого предложения Дэвид оживился.

– Когда вечеринка?

– В следующую пятницу, нет, я имею в виду, в следующую субботу, кажется. Я должна буду согласовать все с Реджиной и потому сообщу тебе.

– Видимо, мне придется прийти на вечеринку Реджины, – сказал Дэвид. – Поскольку я отвечаю за футболки, так, скорее всего, будет лучше. – Теперь он обращался к ее ногам, очевидно, потеряв интерес к волосам.

– О, я не против, – сказала она с бoльшим энтузиазмом, чем хотела.

– Я приеду завтра с твоими плакатами, и ты расскажешь мне, когда будет вечеринка.

– Прекрасно.

– Можешь вместе со мной развозить их.

Саммер кивнула, и Дэвид ушел.

Дед захохотал. Он ничего не сказал об их разговоре, просто подмигнул ей, дав понять, что очень доволен.

По пути домой они обсуждали стратегию по увеличению скорости ее бега. Она только слушала, планируя свою собственную стратегию, касающуюся некоего Дэвида Маршала.

Когда они вошли в дом, мама Саммер испытала такое облегчение от того, что дед вел себя разумно, что обняла и расцеловала его в румяные щеки.

– Читай мои записки, прежде чем начинать себя накручивать, – упрекнул ее дед. Строгое выражение его лица было смягчено нежностью в голосе, означающей, что ему нравится тот факт, что она за него беспокоится.

Внезапно Саммер почувствовала сильную привязанность к семье. Они все такие заботливые, и даже если большую часть времени бывают немного странными, они принадлежат ей; и никто, даже Энн Логан, не сможет их отобрать.

– Саммер, пожалуйста, помоги мне накрыть на стол, – попросила мама.

– Сначала ей нужно позвонить Реджине, – широко улыбаясь, вставил дед.

– Зачем? – в унисон спросили Саммер и мама.

– Разве ты не должна предупредить ее, что у нее вечеринка?

Глава 14

Перегруженный плакатами, Дэвид надавил на дверной звонок Саммер локтем.

– У тебя есть время поехать сейчас со мной и развезти часть плакатов? – спросил он.

– Конечно, – сказала она, стараясь выглядеть равнодушной.

Они сделали две остановки, у банка и в химчистке, прежде чем он сказал хоть слово.

– Что за книга у тебя с собой?

– Это сборник анекдотов, – объяснила она. – Тут есть несколько действительно классных шуток, – солгала она. Впрочем, это не было настоящей ложью. Она не успела пролистать книгу, но была уверена, что внутри есть замечательные шутки.

– Хочешь, прочту тебе некоторые? – предложила Саммер. Дэвид тут же согласился, и она начала читать. После третьего анекдота Саммер заметила, что Дэвид расслабился и даже получал удовольствие от шуток. Она все гадала, как бы сменить тему на их ссору, и пыталась придумать, как ей извиниться за то, что накричала на него и врала ему, при этом не унижаясь, но тут Дэвид принялся рассказывать какую-то свою очень длинную шутку.

Саммер решила, что несмотря ни на что, шутка ей понравится. Как только Дэвид сделал паузу, Саммер засмеялась. Она даже слегка потерла глаза, как Энн, когда та смеялась.

– Нужно дождаться концовки, прежде чем смеяться, – сказал он и так смотрел на нее, будто у нее не одна голова, а сразу несколько. Саммер захотелось провалиться на месте.

Больше они не обменялись ни словом, пока не развезли все плакаты и не вернулись к дому Саммер.

– Вечеринка в субботу вечером, – пробормотала она, открывая дверь машины. – Не забудь принести футболки.

– Хорошо, – сказал Дэвид.

Он улыбнулся, и она решила рискнуть:

– Дэвид, если хочешь, можешь пойти на вечеринку со мной. Я помогу тебе донести коробки с футболками и… другими вещами.

Он смутился, и Саммер захотелось хорошенько пнуть себя.

– Энн уже предложила, чтобы мы пошли вместе. Я рассказал ей о вечеринке, – нерешительно объяснил он.

– Ясно. – Она не смогла больше ничего добавить, поэтому кивнула на прощание и побежала домой.

– Саммер? Мы можем заехать и забрать тебя! – крикнул Дэвид.

– Все нормально, – сказала Саммер. – Эээ… Грег просил, чтобы я была его парой, но я решила помочь тебе с футболками и всем остальным. Я просто перезвоню ему и скажу, что согласна. Ничего страшного, Дэвид. Увидимся.

До спальни она не дотерпела – расплакалась прямо у входной двери.

– Саммер, тебе нужно приехать сюда и посмотреть на меня. Я выгляжу великолепно, – прорезался хвастливый голос через трубку на следующий день.

– Да, да… Ты всегда выглядишь великолепно.

– Нет, я серьезно, – заявила Реджина. – Я постриглась, и прическа выглядит невероятно.

– Потрясающе, – произнесла Саммер. – Послушай, Реджина, у меня ужасное настроение. Вся семья от меня спряталась. Если я приеду, нашей дружбе конец.

– Не спорь. Приезжай и расскажи мне, что случилось.

Саммер так и сделала, после чего скрепя сердце должна была признать, что действительно почувствовала себя немного лучше.

– Ты хочешь вернуть Дэвида или нет? – настаивала Реджина.

– Хочу, – призналась Саммер. – Но не знаю почему. Он упрямый и…

– Хватит об этом. Будем планировать нашу стратегию. Он приедет на вечеринку, так?

– С Энн, – напомнила она подруге.

– Хорошо, – ответила Реджина. – Я, кажется, помню, как ты говорила, что хочешь начать флиртовать и свергнуть Энн с пьедестала. Вечеринка как нельзя кстати. Я попрошу Люка быть моей парой, – добавила она.

– Ты будешь настоящей красавицей с этой новой стрижкой, – сказала Саммер. Реджина действительно выглядела отлично. Длинные, мягкие пряди сменялись коротко обрезанными слоями, которые заканчивались чуть ниже ее изящных ушек.

Энтузиазм Реджины был заразителен.

– Поиграем в уверенность, – решила Саммер. – Это то, что есть у Энн, и то, что я собираюсь заполучить.

– Как?

– Это сложно, Реджина. Пока не знаю…

– Я всегда чувствую себя увереннее, если надеваю что-то новенькое. Давай купим новую одежду для вечеринки.

– Договорились, – согласилась Саммер. – Завтра пойдем по магазинам.

– Помни, в субботу мы атакуем, – объявила Реджина тоном бывалого генерала.

Глава 15

– Мам, можешь одолжить мне денег? – Саммер подождала, пока мама вытрет полотенцем руки, перед тем как начать свою подготовленную речь. Если внимание мамы полностью не будет направлено на нее, ее слова не будут звучать и вполовину так убедительно, как она планировала. – У Реджины вечеринка, а мне нечего одеть, – начала она. – Я очень скоро все тебе верну.

– Ты не должна мне возвращать, Саммер. Ты мне очень помогала. Это будет моим подарком.

– Правда? – Саммер едва верила своим ушам. – Я думала, у нас сейчас напряженка, – сказала она.

– Мы не бедные, милая, – ответила мама. – Мы планируем наши расходы так же, как и все. Завтра я дам тебе немного денег.

– Я заберу вас обеих ровно через два часа. Будет очень жаль, если не успеете за это время найти ничего подходящего, – обратилась к девочкам мама Реджины.

– Мама, перестань относиться ко мне как к ребенку. Мне пятнадцать лет, – сказала Реджина.

– Ведите себя хорошо.

– Да, мэм, – заверила ее Саммер. Она ответила так же, как отвечала своей маме, потому что давным-давно поняла, что все матери, в основном, одинаковые. Они все любили волноваться и отдавать приказы, и все они говорили одно и то же.

– Твоя мама – точная копия моей, – сказала Саммер, когда они с Реджиной вошли в торговый центр. – Тебе не кажется, что все они читают какое-то специальное руководство, прежде чем завести детей, и поэтому говорят одно и то же?

Реджина засмеялась и кивнула.

– У всех матерей одинаковые черты, и все они помешаны на гигиене. Замечала это когда-нибудь?

– Имеешь в виду «почисти зубы», «расчеши волосы»?

– Точно, – отозвалась Реджина. – И все они сходят с ума, если найдут где-нибудь дырки, особенно в нижним белье.

– Реджина, это противно. Хоть и правда, но противно.

– Не дай бог, если со мной произойдет несчастный случай, а где-нибудь будут дырки. Что бы сказали врачи?

– Рвань, лоскуты, дыры – прямые показатели некомпетентного материнства, – подытожила Саммер.

Первым делом они решили посетить Боргенс – модный универмаг, и обе затихли, спеша к своей цели. Реджина нашла простой комплект – шорты, которые подчеркивали ее длинные стройные ноги и облегающую футболку.

– Классно выглядишь, – констатировала Саммер, именно это и имея в виду. Реджина действительно выглядела впечатляюще.

Потребовался еще час поисков и копаний, прежде чем Саммер нашла то, о чем мечтала. Это был белый сарафан, подчеркивающий ее загар. Она чувствовала себя просто искусительницей, стоя перед зеркалом в примерочной, придерживая одной рукой на голове густую массу волос.

– Что думаешь? – спросила она подругу. – Мне идет?

– Мы всех сразим наповал.

Вернувшись домой, Саммер переоделась в новое платье и предстала перед восхищенными родителями и дедом в образе «Новой Саммер».

– Я закончила свое превращение, – сообщила она семье за обеденным столом. – Старой Саммер больше нет.

– К чему все эти перемены? – спросил дед.

– Я решила, что ты был прав, дедушка. Мне не хватало уверенности, поэтому я решила измениться.

– Ты все не так поняла, – сказал дед, качая головой.

– Мы поговорим об этом по пути на бинго. Пошли уже.

Дед выказал свое недовольство по дороге в церковь:

– Ты совершенно проглядела суть проблемы. Или просто не поняла, что я пытался тебе сказать, дитя. Я хочу, чтобы ты нравилась сама себе, а не металась в попытках изменить то то, то это. Ты особенная сама по себе, и пока ты в это не поверишь, ты будешь чувствовать себя несчастной, какие бы изменения ты с собой не сотворила. Радуйся тому, кто ты есть. Тебе нужно осознать, что существует лишь одна Саммер Меттьюз. Только тогда и другие смогут понять, насколько ты особенная.

Саммер обмозговала слова деда.

– Это трудно, – прошептала она.

– Хочешь сказать, гораздо легче завидовать кому-то?

– Наверное.

– С другой стороны забора трава не всегда зеленее.

– То есть?

– Ну, по поводу Энн. Ты уверенна, что хочешь быть такой, как она?

– Отчасти, – уклонилась от прямого ответа Саммер.

– Ты когда-нибудь думала, что, возможно, она не совсем счастлива? Никогда не желай поменяться с кем-либо местами. У них проблем не меньше, может, это не те проблемы, какие есть у тебя, но все равно это проблемы. Сколько раз я говорил, что ты должна быть благодарна за то, что имеешь?

– Целую тысячу, – ответила Саммер.

Пока она слушала тихие слова поддержки дедушки, часть ее была занята мыслью о том, что Дэвид, возможно, снова будет помогать мистеру Клэнси. Она скрестила пальцы на удачу, когда вместе с дедом вошла в церковь. Его там не было, и Саммер с трудом подавила разочарование. К тому времени, как начался перерыв, она смирилась с фактом, что Дэвид не придет.

Она чуть не подскочила, когда повернулась, чтобы снова наполнить кофеварку, и увидела Дэвида, прислонившегося к дверному косяку и наблюдающего за ней. Она не могла сдержать приветственную улыбку, но та быстро исчезла, когда Саммер увидела в его глазах нерешительность.

– Привет, Саммер. Извини, что опоздал.

– Не волнуйся. Многие не приезжают до второй половины. Именно тогда разыгрывают джек-пот. А твой дедушка?

– Он сегодня не пришел. – Дэвид казался смущенным своим признанием. – Но я решил зайти и посмотреть, не нужна ли тебе какая-нибудь помощь.

– Ты действительно хочешь помочь? – Внутри у нее все пело. Она знала, что ее слова прозвучали скептически, но ничего не могла поделать.

– Конечно, – ответил он. – Я сам это сделаю, – добавил он, забрав у нее кофеварку. – Где мистер Клэнси?

– Он ушел за бумажными стаканчиками. Сегодня аншлаг. В последнем розыгрыше на кону приз в пять тысяч долларов, если кто-то выиграет раньше, чем будут названы семьдесят чисел. Конечно, по всей вероятности это невозможно, но все клюнули на приманку.

– Энн предложила, чтобы вы с Грегом, если захотите, пошли с нами на двойное свидание в субботу. Что скажешь?

Саммер не знала, что сказать, но, к счастью, в этот момент появился мистер Клэнси.

– Дэвид, как я рад тебя видеть! – поприветствовал он с энтузиазмом. – Ты как раз вовремя. Поможешь мне разнести кофе перед началом розыгрыша джек-пота.

Следующие двадцать минут прошли в работе. Когда Саммер уже наполовину заполнила автомат для попкорна, Дэвид остановил ее, похлопав по плечу.

– Так как насчет двойного свидания?

– Я не могу, – ответила она. – Я обещала помочь Реджине, поэтому Грег рано меня заберет, – соврала она и спросила у себя, неужели он действительно такой глупый? Разве он не знает, как тяжело ей будет, наблюдая за ним и Энн? Уж лучше она останется дома, чем станет свидетельницей этой сцены! Все надежды на то, что Дэвид испытывает к ней интерес, испарились. Он явно был очарован Энн. Это безнадежно.

– Оставишь для меня танец в субботу? – спросил он.

– Конечно, – ответила она. – Уверена, Грег не будет возражать.

Так, и зачем она это добавила? Неуверенность в глазах Дэвида удивила ее.

– Прекрасно, – это все, что он сказал, но одно это слово ужасно угнетало.

Начался розыгрыш джек-пота, и царствовала тишина, за исключением голоса, называющего числа. Это была последняя игра, и как только семьдесят чисел будут названы, она найдет своего деда и отправится домой.

Скрестив руки и прислонившись к оконному стеклу, Саммер ждала ритуальных слов прощания миссис Уилкинс: «Дамы и господа, увидимся на следующей неделе». Но вместо этого услышала ликующий рев своего деда:

– Бинго!

Саммер потребовалась целая минута, чтобы до нее дошло, что ее дед только что выиграл огромную сумму денег, после чего она запрыгать на месте, хлопая в ладоши. Все были возбуждены. Дэвид обнял ее, и мистер Клэнси последовал его примеру.

– Этот ирландский мошенник заслужил свой выигрыш! – заявил мистер Клэнси.

Добравшись, наконец, до сияющего деда, Саммер обняла его и радостно засмеялась.

– Что ты сделаешь со всеми этими деньгами, дед? – поинтересовалась она, когда миссис Уилкинс вручила ему чек.

Он не отвечал ей, пока они не отправились домой.

– У меня большие планы, солнышко, большие планы. Я отдам часть денег твоему отцу, просто ради удовольствия. И поеду отдыхать в Ирландию.

– В Ирландию?

– Это еще не точно. Твои родители могли бы мне помешать, но я так давно не видел зелени Дублина, Саммер! Эх, дитя, трава в Ирландии не похожа ни на какую другую. Уверен, к этой земле лепреконы приложили руку.

– Надеюсь, папа с мамой еще не спят. Они будут очень рады за тебя, но держу пари, что папа не возьмет ни цента из твоих денег.

Во всем доме горел свет, из-за чего дед и Саммер устремились к двери. Рыдания Майкла можно было услышать на крыльце.

– Майка, должно быть, за что-то наказали, – сказал дед, нахмурившись.

Отец Саммер был занят тем, что качал расстроенного Майкла на скрипучем кресле-качалке, но когда они вошли в гостиную, перестал раскачиваться.

– Хорошо провел время, пап? – спросил отец деда.

– Можно сказать и так, мой мальчик, – ответил дед с блеском в глазах. – Теперь, дай мне моего внука, и я расскажу вам, что сегодня произошло.

Майкл сразу же соскользнул с колен отца и потянул ручки к деду. Он очень любил прижиматься к деду и слушать истории, которые тот умел рассказывать по-особому.

Лицо Майкла горело.

– Ты ужасно выглядишь, – сказала Саммер братишке, и только потом поняла, что трехлетнему лучше было не говорить такого.

Майкл тут же снова начал реветь.

– У него немного повышенная температура, вот и все, – с порога заявила мама. – Наверное, простой грипп, – добавила она.

Дедушка погладил Майкла по голове и начал укачивать.

– Я выиграл джек-пот, дети.

Реакция была мгновенной. Все начали говорить одновременно. Когда прекратились поздравления и дед рассказал о своем намерении отдать часть денег родителям Саммер, ее отец вежливо отказался.

– Но если мне когда-нибудь потребуются деньги, я, не колеблясь, попрошу у тебя в долг, – сказал отец.

– Хорошо, я не буду на тебя давить, – ответил дед. – Но если они тебе понадобятся, ты знаешь, куда обратиться. Кстати, – добавил он, подмигивая Саммер, – на оставшиеся деньги, я собираюсь совершить небольшое путешествие.

– О? – Отец и мать Саммер, казалось, были удивленными этим известием, и она заметила, как они странно переглянулись. Саммер не понимала, почему бы им не радоваться. В конце концов, это был выигрыш деда, а он был взрослым. И конечно, ему не нужно их разрешение на поездку.

– В Ирландию, – сказал дед.

– Но, папа!

– Да, сынок? – Голос деда был очень спокойным.

– Ирландия так далеко, – ответил он, – и мне не нравится мысль, что ты один проедешь полмира. И если что-то случится, ты будешь совершенно один.

Теперь Саммер начала понимать. Ее родители были обеспокоены, что дед опять войдет в одно из своих странных состояний. Она об этом и не подумала!

– Мистер Клэнси! – воскликнула Саммер напряженной атмосфере комнаты, а затем засмеялась, увидев удивление и восхищение, с которыми на нее смотрел дед.

– Да уж, почему я не подумал об этом? – спросил он, хихикая. – Джон родом из Ирландии, и я знаю, что он как и я, долго там не был. Но я думал взять тебя, Саммер. В конце концов, ты член семьи.

Саммер знала, что предпочти дед компанию мистера Клэнси, он не постеснялся бы об этом сказать.

– Я могу увидеть Ирландию позже, дед. Мистер Клэнси твой хороший друг. То есть, я хотела бы поехать, но у него в запасе не так уж много времени.

О, подумала Саммер, я все не так сказала! Она посмотрела на маму в поисках поддержки, перед тем как добавить:

– И я не смогу посетить все те пабы, о которых ты мне рассказываешь. Ты бы беспокоился, что мне скучно, я бы беспокоилась, что ты не делаешь того, что хочешь.

– Ты особенный ребенок, – сказал дед. Его голос был полон похвалы и любви, и Саммер почувствовала, что сияет от гордости за свое бескорыстие. Но потом честность вернула ее с небес на землю. Она действительно совсем не хотела ехать в Ирландию. Сейчас происходило слишком много важных вещей, и ей не хотелось упускать ни одну из них.

– Теперь вы не будете беспокоиться? – спросил дед отца Саммер.

– Папа, я, в общем-то, не беспокоился, просто немного волновался. Если Джон Клэнси поедет с тобой, думаю, я буду чувствовать себя намного лучше.

– На том и порешим. Теперь давайте уложим этого маленького чертенка спать.

– Дед, – шепотом спросила Саммер, – ты же не уедешь в Ирландию, пока не состоится мой забег?

– Наш забег, Саммер, – поправил ее дед. – И я даже не думал уезжать до него.

– Хорошо, – вздохнула она. Было очень важно, чтобы дед там присутствовал, действительно важно.

– Еще девять дней, милая, и победа будет твоей.

– Ты так уверен, что я выиграю? – поддразнила она.

– Просто бегая, ты уже победила. Вот это мы и отпразднуем. Если ты победишь… ну тогда, это просто будет глазурью на пироге.

– Я не понимаю, – сказала она.

– Да я знаю, что не понимаешь, но когда-нибудь поймешь.

Она больше часа обдумывала слова деда, но не могла смириться с тем, что ему неважна победа. Разве слова "Победа – это не все, но это единственное, что имеет значение" [14] неправильны?

Плач, раздавшийся в комнате родителей, прервал самоанализ Саммер. Майкл не давал родителям спать, так как по его настоянию ему разрешили спать с ними. На самом деле его настойчивость была полномасштабной истерикой.

Саммер вытащила себя из постели и пошла в комнату родителей.

– Майк, пошли, ляжешь со мной, – предложила она, сжалившись над своими обессиленными родителями. – Я почешу тебе спинку.

Пять минут спустя Майкл уже прижимался к Саммер, а из-за жара от его лихорадки Саммер казалось, будто она была завернута в электрическое обогревающее одеяло. Саммер чесала ему спину, пока он не впал в беспокойный сон.

Когда она на следующее утро открыла глаза, Майкл был всего в дюйме от ее лица и пристально всматривался в ее глаза.

– Мне уже лучше, – объявил он, усмехаясь, но как только Саммер смогла сосредоточиться, не согласилась с этим.

– Майкл, ты покрыт пятнами! Иди и посмотри в зеркало! – Удивление в ее голосе встревожило Майкла. Саммер быстро исправилась и через силу улыбнулась. – Да ты везунчик! Теперь, когда мама тебя увидит, тебя надарят подарков и будут возиться с тобой как с писаной торбой.

Если и можно было что-то сказать о Майкле, так это то, что он определенно был корыстным. Улыбка вернулась, он вскочил с кровати и побежал искать маму. Чем скорее она увидит пятна, тем лучше.

– Ветрянка, – объявила мама за завтраком.

– Он такой смешной, – проговорила Саммер, когда Майкл вышел из комнаты.

– Саммер, милая, – начала мама, – не знаю, как бы тебе это сказать, но у тебя тоже никогда не было ветрянки.

– Что? – Одно это слово было криком бедствия, но мама отреагировала сочувственно, она обогнула стол и похлопала Саммер по руке.

– А как же забег?!

– Давай-ка посмотрим: забег будет через восемь дней, и у нас есть семь-десять дней до того, как проявиться болезнь… конечно, если ты заразилась.

– Мама, это ужасно.

– Так, Саммер, давай не будем заранее себя накручивать. Как ты себя чувствуешь?

– Прекрасно, – ответила она.

– Может, ты и не заболеешь. О, дорогая, я не знаю.

– Мама, если период ожидания семь дней, то я могу заболеть прямо перед забегом. – Когда она это сказала, полное осознание того, что вся ее усердная работа может пойти насмарку, ударила ее как пощечина.

– Бесполезно волноваться. Мы ничего не можем с этим поделать. Просто молись и скрести пальцы. Это всегда срабатывает.

– С моей-то удачей – никогда, – пробормотала она. – Вот увидите, я заболею в утро забега. Я не смогу бежать с температурой и пятнами, – простонала она.

– Не все болеют так, как Майкл. У тебя может быть только небольшая сыпь, и никакого жара вообще. Конечно, ты все равно не сможешь бежать.

Парадокс, решила Саммер. Когда она только начала бегать, она была бы рада ветрянке или даже чуме, если на то пошло, лишь бы не участвовать в забеге. Но ситуация изменилась! Теперь она сделает все, чтобы бежать.

Реджина превратилась в само сочувствие, когда Саммер рассказала ей новости о Майкле.

– Просто радуйся, что на тебе нет сейчас пятен. Ты пропустила бы мою вечеринку, – объяснила она. Саммер не сказала Реджине, что она лучше бы пропустила вечеринку, чем забег, так как знала, что Реджина никогда ее не поймет.

Глава 16

Только утром, в день вечеринки Реджины, Саммер вспомнила, что сказала Дэвиду. Неожиданный выигрыш деда, должно быть, заставил ее забыть об этом. Теперь она вспомнила, как сказала ему, что Грег сегодня будет ее парой.

Переживая из-за того, что она не сможет уговорить на это Грега или у него уже будет пара, заставила ее трясущимися пальцами набрать номер телефона. После двух попыток Реджина наконец-то сняла трубку.

– Я сказала Дэвиду, что у меня свидание с Грегом. Как нам уговорить на это Грега?

– Классная задумка, – ответила Реджина, – заставить Дэвида думать, что ты и Грег идете вместе. Кажется, он собирался пойти в кино с Эми МакГуайр, но я не уверена.

– Что нам делать?

– Не расстраивайся. Мы имеем дело с Грегом, помнишь?

– И? – спросила Саммер с надеждой в голосе.

– Мы можем заставить его сделать все, что хотим. Доверься мне.

– Как? – потребовала ответа Саммер.

– С помощью денег, конечно же. Грег всегда без гроша.

– Но если у него свидание…

– Саммер, – раздраженно простонала Реджина, – мы говорим о Греге. Он отменит свидание с мисс Америка, если хорошенько заплатить.

Полчаса спустя позвонил очень раздраженный Грег.

– Тридцать долларов! Грег, это слишком много, – закричала Саммер.

– Как хочешь, – возразил он. – Моей машине нужен новый глушитель, и я еще должен умаслить Эми. Это реальная сделка.

– Я не могу заплатить тебе сегодня больше десяти долларов, но скоро у меня будет еще. Я обещаю.

Мысли Саммер быстро работали, решая дилемму, где же ей откопать еще двадцать долларов, и она уже была на грани полного отчаяния, когда сзади услышала голос деда.

Дед был в щедром настроении. Вместо того чтобы дать ей десять долларов, которые она попросила, он дал ей все двадцать, когда она объяснила причину такой срочности. Но его явное недовольство всей ситуацией было очевидным.

– Ты действительно собираешься заплатить мальчику, чтобы он взял тебя на вечеринку?

– Это не мальчик, это – Грег, – рассудила Саммер. – И все совсем не так.

– Времена, конечно, изменились, с тех пор как я был молодым. Но я даже представить не могу, чтобы твоя бабушка, благослови боже ее душу, когда-нибудь платила за эскорт.

– Это исключительная ситуация. Я просто вляпалась в историю и пытаюсь спасти репутацию.

– Во что ты вляпалась? Расскажешь мне?

– Дед, ты говоришь так, будто я делаю что-то незаконное. Ничего серьезного. Ты просто не понимаешь. И я сама себе создала проблемы.

– Точно. Ты не сделала ничего противозаконного, но естественно, ты не говоришь всей правды, да?

– Нет. – Она бросила попытки заставить его понять. И все же в чем-то он был прав.

Она долго отмокала в душистой пенистой ванне, перед тем как нарядиться на вечеринку Реджины. Она вынуждена была перестать мысленно оправдывать себя. Дед был прав. Начиная со встречи с Дэвидом, Саммер все время врала. И первая маленькая полуправда, ложь, как крошечный снежок, спускаясь вниз по крутой горе, набрала силы и превратилась в снежный ком ужасающих размеров, пока не стала угрожать нанести сильнейший ущерб. Саммер встревала в один обман за другим, и каждая небольшая безобидная ложь становилась такой же огромной и угрожающей, как невинный снежок превращался в лавину. Пришло время остановиться. Лгать стало слишком легко, а мысль, что она когда-нибудь не сможет отличить правду от лжи, пугала ее. Кроме того, чтобы попытаться вспомнить историю, которую она нагородила, требовалась стойкость. Хотя ей и удавалось справляться с каждой последующей ситуацией, она не чувствовала себя особенно счастливой.

Если бы не договор с Грегом, решила Саммер, она просто пошла бы на вечеринку Реджины одна. Вот бы Энн злорадствовала! Энн есть Энн, и чем скорее Саммер признает это, тем лучше. Но Грег уже отменил свое свидание с Эми, чтобы пойти с ней, поэтому Саммер придется пойти на последний обман. Сегодня вечером – последний раз, когда она втравливает себя в неприятности. Больше никакой лжи!

Закончив мыться, Саммер почувствовала себя такой же чистой внутри, как и снаружи, поскольку решила быть самой собой. Вся эта глупая ложь – это просто стены, которые она построила, чтобы люди не смогли узнать ее настоящую. Если она вела себя, как другие, или рассказала о себе неправду, то всегда может извиниться.

– Кажется, на старость лет я становлюсь умнее, – сказала она Майклу. Он сидел на ее кровати и почесывался, пока Саммер сушила волосы.

– Ты классно выглядишь, – похвалил ее Майкл.

– Спасибо, Майкл, – ответила Саммер, повертелась перед зеркалом и улыбнулась.

Глава 17

Саммер в очередной раз расчесывала волосы, когда раздался голос деда.

– Саммер! Пожаловал твой эскорт.

Грег выглядел немного смущенным. Он даже не нарядился. Просто надел чистые джинсы и свитер с надписью «Университет Огайо», но зато причесался. Это должно что-то значить, заключила Саммер.

– Не хотелось бы спрашивать, – сразу начал Грег, – но у тебя есть десять долларов?

– Еще лучше, – ответила Саммер. – У меня есть вся сумма.

– Супер, – обрадовался Грег. – И это дает тебе право на весь спектр услуг.

– Что это значит?

– Я не оставлю тебя. Обещаю. Послушай Саммер, я немного… Ну, мне немного неудобно брать у тебя деньги.

– В таком случае… – Она потянулась, чтобы забрать деньги, но Грег быстро убрал руку.

– Не настолько неудобно, – уточнил он. – Но не волнуйся. Вся сумма будет отработана, малышка.

Единственным ярким пятном этим в этот ужасный вечер была Реджина. Это был, без сомнения, ее звездный час! Она была просто великолепна. Парни разделились на два лагеря. Одни окружили Энн, другие – Реджину. Но самым замечательным было то, что некоторые из вечно бегающих за Энн парней бросили ее ради улыбки Реджины.

Саммер гордилась собой. Она совершенно не завидовала. Ее дружба взяла верх: как сказал бы дед, Реджина заслуживала права быть королевой бала. Она действительно выглядела красавицей. И, что самое удивительное, высокая подруга Саммер держалась прямо. Казалось, ее сутулость ушла в прошлое.

Саммер старалась держаться от Дэвида и Энн как можно дальше. Будет трудно скрыть от посторонних боль из-за того, что Дэвид ее бросил. Один раз Энн уже направилась было прямиком к Саммер, но Реджина "случайно" толкнула Карла Бенсона в бассейн. Момент был выбран очень удачно, и Энн забыла о Саммер.

Для Реджины это была маленькая месть. Саммер не сомневалась, что тот толчок был ее способом отомстить Карлу за прошлый обман.

– Как тебе не стыдно, Реджина! – пожурила Саммер с блеском в глазах. – Это было не очень хорошо.

– Это была случайность, – ответила Реджина. – Великолепная случайность.

Обе девочки истерично захихикали.

– Вспомни, с кем ты говоришь, Реджина. У меня новое правило, которое ты должна принять. Больше никакой лжи. Неважно, насколько она ничтожна.

– Ты шутишь? – Реджина выглядела удивленной.

– Нет, я серьезно. Отныне я говорю правду и только правду.

– Разве это не скучно?

– Скучно? Говорить правду будет приятно. Ложь слишком запутывает.

– Спорим, у тебя ничегошеньки не получится, – бросила вызов Реджина.

– Спорим, не получится у тебя, – ответила Саммер.

– Ах так? У меня получится все, что может получиться у тебя.

– Когда начнем?

– Прямо сейчас. Кстати, – добавила Реджина, – несколько минут назад тебя искал Дэвид. Кажется, его совсем не интересует Энн.

– Не понимаю, как ты можешь так говорить. Она все время на нем висит.

– Вот именно. Ты хоть раз видела, чтобы Дэвид висел на ней?

– Это всего лишь техническая деталь, Реджина. Ему это нравится, иначе он бы ей этого не позволял.

– Может, она осыпает его вопросами. Никогда не думала об этом?

– Вряд ли. Ты хватаешься за соломинку, – пессимистично заявила Саммер.

– Сюда идет Люк. Разве он не фантастический? – вздохнула Реджина.

– Да, ты права, – ответила Саммер. – Я затеряюсь в толпе, чтобы ты смогла несколько минут побыть с ним наедине.

– Дэвид действительно спрашивал меня о тебе, – тихо напомнила Реджина. – Пойди и узнай, что ему нужно.

Слова Реджины о том, что Дэвид хочет ее видеть, были хорошим поводом поговорить с ним, рассудила Саммер. Ей показалось, что Энн вошла в дом одна, поэтому она поспешила найти Дэвида. Она поболтала бы с ним о забеге, а потом о последнем проекте деда и о том, что тот собирался сделать с деньгами, выигранными в бинго. Она чувствовала себя очень уверенно.

Когда она увидела Дэвида, уверенность лопнула, как воздушный шарик. Он был не один. С ним была Энн, ее руки обнимали его за шею, и они целовались!

Саммер развернулась и направилась к толпе. Но не смогла удержаться, посмотрела на них еще раз, и ее взгляд встретился с взглядом Дэвида. Неужели время остановилось? Они смотрели друг на друга всего лишь одну секунду, а показалось, вечность. Видел ли он боль в ее глазах? Саммер надеялась, что нет.

Шагая обратно к толпе людей, она пробормотала себе под нос: "Дело проиграно".

Ее услышал промокший насквозь Карл Бенсон.

– Ты что-то потеряла? – спросил он.

– Нет. – Около секунды она думала, толкнуть ли Карла обратно в бассейн, но быстро подавила эту жестокую мысль. – Хочешь потанцевать? – спросила она, испытывая жалость к стоящей перед ней капающей массе.

– Конечно, если ты не против немного промокнуть, – ответил Карл. Они танцевали под медленную песню, одну из любимых песен Саммер, но мелодия была испорчена постоянным хлюпаньем мокрых ботинок Карла.

– Можно вас прервать? – послышался сзади голос, и Саммер повернулась.

Дэвид не дождался ответа Карла. Он просто схватил Саммер за руку и привлек ее к себе.

Музыка стала ощущаться совершенно по-другому. Она старалась держаться уверенно и официально в руках Дэвида, но ей хотелось просто расслабиться и положить голову ему на плечо. К счастью, картина поцелуя Дэвида и Энн не давала выставить себя дурой.

– Где Энн? Заново красит губы? – спросила Саммер.

– Это был всего лишь маленький поцелуй…

– Мог бы и обмануть меня. Я подумала, что она упала в обморок, а ты делал ей искусственное дыхание рот в рот.

– Все совсем не так, – сказал он. – Она поцеловала меня, а я просто… не сопротивлялся.

– Если это называется «не сопротивлялся», то, наверное, ты смахиваешь на свихнувшегося маньяка, когда целуешь кого-то сам.

– Ну, я целовал тебя. Разве я был маньяком?

– Нет, – пробормотала она. – Но ты не должен об этом говорить. Все в прошлом.

– Нет, не в прошлом, если у тебя с Грегом несерьезно.

Музыка закончилась до того, как Саммер смогла ему ответить. К ним присоединился Карл.

– Ну что, ребятки, готовы к следующей субботе?

– К следующей субботе? – с недоумением спросила она.

– Забег, Саммер, – объяснил Дэвид.

– Ах, да, забег, – пробормотала она. – Я еще не знаю, буду ли участвовать.

– Будешь, – сказал подошедший и вставший рядом с ней Люк. – Дэвид, ты когда-нибудь бегал с Саммер?

– Нет.

– Ну, она нечто. Думаю, у нее есть все шансы победить.

– Я не знаю. Дэвид, я никогда раньше не участвовала в забегах и не знаю, чего ожидать. Я немного нервничаю, – сказала она с полной, очень освежающей честностью.

– Почему тебя так заботит забег? – прошептал Дэвид, пока Люк разговаривал с Карлом.

– Я просто не знаю, как быстро бегают все остальные. Я могу отстать еще на старте. Было бы очень стыдно.

– Побегай со мной! Думаю, я довольно неплохой судья, к тому же я участвовал в нескольких забегах.

– Согласна, – ответила она.

– Как насчет завтра? – спросил Дэвид. – Я могу забрать тебя или встретить в парке.

Он будто стеснялся. Неужели он неуверен в ее ответе? Не может быть, сказала она себе.

– Почему бы тебе не забрать меня около восьми? Хорошо?

– Замечательно, – сказал Дэвид.

Саммер надеялась, что "замечательно" означало, что он хочет побыть с ней, но мечты развеяла его следующая фраза:

– Как насчет того, чтобы пригласить с нами твоего деда? У меня есть секундомер, и если он будет не против, он мог бы задать нам темп.

– Задать нам темп?

– Ну, понимаешь, посидит на скамейке на старте и засечет время, что поможет нам увеличить скорость.

– Я все еще не понимаю, – проговорила Саммер. – Как он может помочь нам с нашим темпом?

– Выяснит, когда нам нужно поднажать и сделать рывок, – терпеливо объяснил он.

– Не думаю, что могу сделать какой-то рывок. Я просто бегу.

– Ты не меняешь темп? – Он был искренне удивлен. – Все знают, как увеличить темп, когда надо поднажать.

– А я не знаю, – сказала она, улыбаясь. – Дэвид, я пообещала сама себе, что никогда больше не буду врать, несмотря ни на что.

– Почему ты солгала мне насчет бега? – спросил он.

Она глубоко вдохнула и выпалила:

– Я ревновала к Энн. Она висела на тебе, а я хотела произвести на тебя впечатление.

Дэвид выглядел шокированным, но и счастливым, услышав ее признание. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но затем передумал. А говорить правду оказалось вовсе не так уж плохо.

– Самое смешное, что сначала я не хотела бегать, а теперь я, кажется, не могу провести ни дня, чтобы не пробежать шесть-восемь миль, – рассказала она ему.

– Бег впитывается в кровь. – Дэвид понял, потому что тоже был бегуном.

– А вот и ты, Дэвид! – Энн подбежала и встала рядом с ним.

Саммер вздохнула.

– Тебе что-то нужно, Энн? – спросил Дэвид.

– Ты обещал мне этот танец, – сказала Энн, притворно надув губы.

Она, наверное, практиковалась перед зеркалом, подумала Саммер. Энн посмотрела на нее, и Саммер заинтересовалась, могла ли Энн прочесть ее мысли. Гора Олимп скоро дрогнет, и когда это случится, Энн будет незамедлительно свергнута со своего пьедестала. Реджина уже развернула масштабные подрывные действия, показывая, что может конкурировать с Энн, и Саммер сделает то же самое.

– Обещание есть обещание, – сказала Саммер Дэвиду. – Спасибо за танец, – добавила она, перед тем как не спеша уйти.

Грег нашел Саммер и сказал ей, что они должны потанцевать.

– Приказ босса.

– Реджины? – спросила Саммер.

– Кого же еще? Она сказала мне, что я должен поцеловать тебя, когда Дэвид будет смотреть, но это будет стоить тебе еще десятки.

– В любом случае, спасибо, – сказала она. – Но слюни на меня пускать больше не надо. Один танец, и можешь уходить.

– Как ты вернешься домой? – Грег выглядел как человек, только что получивший отсрочку.

– Может быть, Люк или Карл отвезут меня.

– Нет, лучше я отвезу тебя домой. Иначе ты захочешь забрать часть своих денег.

– Всегда такой джентльмен! – поддразнила она. – Я не хочу танцевать. Пошли, – сказала она, взяв его под руку по-сестрински, – давай зайдем внутрь. Я подожду, пока ты поешь.

Саммер была свидетельницей тому, как Грег поглотил три огромных куска пиццы прежде, чем закончилась вечеринка. Она помогла Реджине убраться, слушая, как подруга рассказывала ей о Люке. Когда Реджина наконец закончила, Саммер рассказала ей о своем разговоре с Дэвидом.

– Значит, у вас завтра свидание? – спросила Реджина.

– Не свидание, Реджина, – поправила Саммер. – К тому же с нами пойдет дед. Кроме того, Энн сказала Карлу, что она и Дэвид уходят вместе.

– Я в это не верю, – фыркнула Реджина. – Это лишь в ее воображении. Она чувствует угрозу… точно так же, как мы раньше чувствовали это из-за нее.

– Я не думаю, что она это выдумала. Я видела, как Дэвид ее целовал. Реджина, я просто должна смириться с тем, что не интересую Дэвида больше, чем как друг. Именно поэтому он хочет завтра со мной побегать. Он просто милый парень.

– Думаю, ты неправа. О, Дэвид очень милый., но я считаю, что он действительно к тебе не равнодушен.

– Ты говоришь так только потому, что должна. Потому, что ты моя подруга.

– Если ты думаешь, что это гиблое дело, тогда почему участвуешь в забеге?

– По двум причинам, – объяснила Саммер. – Во-первых, потому что хочу выиграть. Я люблю выигрывать. Я знаю, что ты этого не можешь понять, но мне очень нравится вызов.

– А во-вторых?

– Из-за Энн. Она все еще думает, что я отступлю перед забегом. Думает, я хочу повыпендриваться перед ней.

– Люк рассказал тебе, что она сказала?

– Нет, а что?

– Он говорит, Энн сказала Карлу и другим ребятам, что ты вообще не занимаешься бегом, и она уверена, что ты найдешь предлог не прийти на забег.

– Люк сказал ей, что он видел, как я бегаю почти каждый день?

– Нет, он был очень удивлен ее словами. А потом сказал, что решил дать ей самой увидеть, как ты хороша. Это его точные слова.

Реджина вся светилась, ее безумное увлечение Люком было очевидно.

– Ничто не помешает мне прийти на забег.

– Вот она – сила духа.

– Разве что…

– Не говори этого. Даже не думай об этом…

– О чем? – спросил стоящий в дверях Грег.

– О ветрянке, – одновременно ответили девушки.

Глава 18

На следующее утро Саммер разбудил не будильник, а взволнованность. Скоро она увидит Дэвида, и, несмотря на то, что с его стороны это только дружба, она все равно была на взводе.

Майкл закатил истерику, когда ему сообщили, что он не сможет пойти в парк, но мама настояла на своем.

Саммер надела белые шорты и новую темно-голубую майку. У нее не было подходящей бейсболки, поэтому она остановила свой выбор на ярко-красной.

– Я похожа на флаг, – заявила она маме.

Дэвид тоже выглядел великолепно. На нем были серые спортивные шорты и черная майка. Эти цвета отлично подчеркивали его загар, и если бы Саммер хватило смелости, она похвалила бы его красивые ноги.

Дед вертел в руках секундомер, потому что Дэвид настоял, чтобы он практиковался, пока не почувствует себя уверенно с этим прибором.

Саммер влезла на заднее сидение машины Дэвида, чтобы дед мог сесть впереди и выслушать объяснения Дэвида о регулировании темпа.

Когда дед сел на скамейку рядом с входом в парк, а Дэвид и Саммер были готовы начать, она повернулась к Дэвиду и расправила плечи.

– Я больше не вру, – сказала она, – так что давай проясним все сейчас. Я приложу все усилия, чтобы обставить тебя. Я не собираюсь поддаваться только потому, что я девушка, а ты парень. Если у тебя с этим проблемы, скажи сейчас.

Все это она говорила, уперев руки в бока, и теперь с нетерпением ждала его ответа.

Дэвид рассмеялся.

– Я как раз собирался сказать тебе, что бегал намного дольше тебя, и предупредить, чтобы ты не сильно расстраивалась, когда я обгоню тебя. А ты, видимо, думаешь, что настолько хороша, да?

– Да, – ответила Саммер.

– Да?

– Да! Победитель бросает проигравшего в бассейн?

– Что ж, готовься, – усмехнулся Дэвид. – И проигравшая может снять кроссовки до того, как промокнет до нитки, идет?

– Посмотрим, – сказала она, поворачиваясь к деду. – Мы готовы к твоему сигналу, дедушка.

Дед проорал: "Марш!", и Дэвид с Саммер понеслись со всех ног. Она оставалась справа от него, пока они не пробежали четыре мили. Затем скорость Дэвида начала замедляться, и она, озарив его улыбкой, продвинулась вперед. Она слышала его сзади, пока не пошла последняя миля, и затем внезапно, краем глаза увидела, что он нагнал ее. Она тоже ускорилась, оставаясь наравне с ним, пока не показался силуэт деда. Тогда Дэвид сделал настоящий рывок, и она поняла, что все дело именно в этом. Она напряглась и использовала всю возможную дополнительную энергию из своих скрытых резервов, опередив в итоге Дэвида на несколько ярдов.

– Ты поддался, или я выиграла честно и справедливо? – спросила она Дэвида, когда смогла перевести дыхание.

– Нет, ты действительно меня обставила, – ответил он. – Я пытался сохранить хоть немного сил на последнюю милю, но, очевидно, ты сохранила немного больше. Наперегонки к бассейну?

– Ваш выход! – ответила она, устремляясь вперед.

Когда он догнал ее на краю бассейна, он уже хватал ртом воздух. Его руки упирались в бедра, а тело было покрыто слоем пота, доказывая, что он бежал так быстро и так усердно, как только мог.

Она смотрела, как он сбросил обувь, прошел к самому глубокому месту бассейна и встал на край лицом к ней. Руки он скрестил на груди, а на лице нарисовалось забавное выражение.

Саммер сняла свою обувь, собираясь намочить только ноги в мелководной части бассейна, затем с невозмутимым видом прошлась и встала перед Дэвидом.

– Ах, бедный Дэвид! – поддразнила она. – Муки поражения, – сказала она, ткнув указательным пальцем ему в грудь. Саммер наслаждалась своей победой и злорадствовала одновременно. Тем не менее, она заметила в его глазах злой блеск, но прежде, чем смогла выяснить, что он задумал, Дэвид схватил ее за плечи и прижал к себе.

Она завизжала, когда он потерял равновесие, и едва успела закрыть рот и сделать глубокий вдох, прежде чем они оба упали в воду. Она вынырнула и принялась отплевываться. Вот что значит не уметь проигрывать! Она все ему выскажет, когда он прекратит смеяться.

– Ты с ума сошел, Дэвид! – сказала Саммер, вылезая из воды. Она откинулась и попыталась вылезти с безопасной стороны бассейна, но он схватил ее сзади и окунул с головой – это было началом войны. В отместку она прыгнула на него, пытаясь макнуть его в воду по самую макушку, но он был слишком быстр.

Через несколько минут усталость заставила ее бросить игру.

– Дэвид, дай мне вылезти. Я сейчас утону.

– Не волнуйся. Я сделаю тебе искусственное дыхание. Я знаю как. Я ведь инструктор по плаванию, помнишь?

Она хорошо это помнила. А еще она помнила, как он целовал Энн.

– Так же как делал искусственное дыхание Энн вчера вечером? – пробормотала она достаточно тихо, чтобы быть уверенной в том, что Дэвид ее не услышал.

– Почему ты хмуришься? – спросил он, вытаскивая ее из бассейна.

– Думала о том, что мы испортим твою машину мокрой одеждой. Может, сначала обсохнем?

– Нет времени, – ответил он. – У меня встреча с…

– Ничего, – перебила она, догадываясь, с кем у него встреча. – Пошли, заберем дедушку, чтобы ты не опоздал на свое свидание.

Он не стал отрицать, что у него свидание, и она убедилась, что была права! Саммер пыталась действовать очень спокойно и собранно, отвернувшись от Дэвида, пока выжимала низ своей майки.

Они молча шли к машине, оба босиком, и он удивил ее, взяв за руку, когда прямо рядом с ними шагал дед. Она не забрала руку. Саммер была очень озадачена, но ей было так хорошо! Дэвид вел себя так, будто она ему нравится, и все же продолжал встречаться с Энн. Все это казалось полной бессмыслицей.

Глава 19

Накануне забега дед Саммер вел себя очень загадочно, и только когда она пожелала спокойной ночи и пошла в спальню, отозвал ее в сторону и вручил пакет.

Она села на диван и разрешила Майклу помочь ей развернуть бумагу. Все засмеялись, когда Майкл приклеил бант на лоб, а Саммер схватила коробку и открыла ее.

– О! – воскликнула она, посылая деду довольную улыбку.

– Дай посмотреть, – настояла мама. Саммер была рада угодить. Она вытащила из коробки яркую изумрудно-зеленую майку и шорты и подняла вверх, чтобы все увидели. Затем она встала и приложила майку к себе.

– Такая красивая, – проговорила она. – И шорты тоже, дедушка.

– Посмотри, что там написано, – предложил отец.

Увидев озадаченное выражение лица Саммер, мама добавила:

– Надпись на майке, милая.

Саммер подняла майку вверх и сразу же увидела маленький рисунок на белом фоне. Казалось, озорной леприкон, нарисованный на майке, подмигивал ей, и она засмеялась в ответ.

– Он восхитительный, – сказала она деду.

– Теперь посмотри с другой стороны, – проинструктировал отец.

Она быстро перевернула майку и чуть не задохнулась от удовольствия, когда прочитала слова, написанные маленькими изящными буквами: "Саммер принимает вызов". Она была слишком потрясена, чтобы говорить. Глаза наполнились слезами, и она смогла только улыбнуться и кивнуть в знак одобрения.

– Что ты думаешь о цвете? – спросила мама.

– Красивый и очень оптимистичный, – ответила Саммер. – Мне нравится.

– Цвет дублинской травы, – объяснил дед и, повернувшись к Саммер, добавил: – Теперь, запомни: неважно, победишь ты или проиграешь. Самое важное – это вызов. Ты не отступила, девочка. Ты борешься.

– Борется? – повторила мама.

– Саммер, – попросил дед, – объясни своим родителям, о чем мы говорим.

– Хорошо. Мама, папа, – сказала она, внезапно сильно смутившись, – я борюсь… за совершенство. Совершенство в себе. Это и есть вызов… а не забег.

Казалось, родители поняли, и Саммер заметила, как они обменялись особыми взглядами. Она опять улыбнулась и подошла к деду.

– Спасибо, дедушка, – сказала она, обняла его и прошептала на ухо: – За все, но главное за то, что помог мне быть самой собой.

На глазах деда выступили слезы, и он дважды высморкался перед тем, как смог ответить ей:

– Пожалуйста, девочка. Пожалуйста.

– Прекрасный день, Саммер! Пора вставать, – услышала Саммер голос деда, полный радости. Она ощущала легкую тошноту, но списала все на волнение, затем спрыгнула с кровати и быстро выглянула в окно. Все было так, как предсказывали метеорологи и дед – солнечно и ясно, ни одного хмурого облачка в поле зрения. Отлично, подумала она, прекрасный день для забега! А может, и для победы.

– Не думаю, что смогу что-то съесть, – призналась она маме за завтраком.

– Это все нервы, дорогая. Но до забега еще три часа, и ты должна поесть. Попробуй тост.

Не став спорить, она послушалась, через силу кусая хлеб, по вкусу напоминавший картон. Это действительно помогло успокоить желудок, но болтовня Майкла стала причиной жестокой головной боли. Она решила молчать об этом, поскольку знала, что если будет слишком много жаловаться, мама может подумать, что она не готова к забегу. Она ходила в халате, пока, наконец, не пришло время готовиться. Позвонила ищущая помощи Реджина, и Саммер со всевозможным терпением слушала, как ее подруга описывала два наряда.

– Надень желтое, – высказалась Саммер, когда смогла вставить слово. – Сейчас, когда у тебя такой загар, ты прекрасно смотришься в желтом.

Она повесила трубку и пошла наверх. Вымыла и уложила волосы, затем оделась к забегу. Кружение перед зеркалом притупило головную боль, а две таблетки аспирина уничтожили ее полностью.

– Пойди и позанимайся, чтобы разогреться, – посоветовал дед, после того как сказал, что она отлично выглядит.

Мама и папа, Майкл и дед – все ждали ее у лестницы в подвал. Саммер рассмеялась, заметив их выжидательный вид, и почувствовала, что ей очень льстит присутствие такой восторженной аудитории во время разминки.

Разминка под чутким руководством дедушки закончилась, и все залезли в автомобиль-универсал [15] отца Саммер.

К тому времени, как они доехали до парка, Саммер сильно нервничала. Она поспешила к столу, где записывали участников, и получила свой номер. Реджина и Люк там ее и нашли, и Реджина приклеила этикетку с номером на майку Саммер.

– Ничего себе толпа! Мистер Логан сказал, что в женскую и мужскую группы записались больше ста человек. Тебе лучше бежать с краю и оставаться там. Иначе тебя могут растоптать.

Саммер огляделась вокруг и должна была согласиться с Реджиной. Это было настоящее столпотворение. И все выглядели такими опытными!

– Кстати, ты выглядишь потрясающе, – сказала Реджина.

– Дед подарил мне одежду, – ответила Саммер. Она увидела, как ей машут родители, и быстро помахала им в ответ. Ее уверенность убывала, и она не знала, как избавиться от страха, который резко сказался на ее дрожащих ногах.

– Я просто хочу, чтобы все уже началось. О, Реджина, а что, если я выставлю себя дурой? – прошептала она, чтобы Люк не услышал. Он был занят растяжкой, поэтому Саммер была уверена, что он не обращает внимания на их разговор. Но она ошиблась: он услышал ее и встал, качая головой.

– Не нервничай. Ты молодец, Саммер. Просто выложись на всю катушку на старте. И приглядись к той девушке, блондинке. Она будет твоей единственной реальной конкуренткой. Я видел ее в действии на других забегах.

Саммер посмотрела туда, куда указал Люк, и с интересом уставилась на высокую девушку. Та не вызывала особых опасений, но Саммер знала, что внешность может быть обманчивой.

– Почему ты это сказал? – спросила она Люка. – Я хочу сказать, она не выглядит… сильнее меня.

– И все же это так. Она заняла первое место по бегу в прошлом году.

– Ты победишь, – уверенно сказала Реджина.

К ним присоединился Грег и протянул Саммер руку:

– Удачи, малышка. – Прежде чем Саммер смогла остановить его, он надвинул бейсболку ей на глаза.

– Ой, – произнесла Саммер и вернула козырек на место. Ее это абсолютно не обидело, поскольку она знала, что таким образом Грег просто проявлял заботу.

– Кто-нибудь видел Дэвида? – Саммер снова огляделась вокруг, пытаясь отыскать его, щурясь от яркого солнца.

– Он там, под деревом, – показала Реджина. – Не смотри, он уставился прямо на тебя.

Разумеется, Саммер тут же посмотрела и увидела, что Дэвид был один. Сейчас или никогда. Не давая себе времени передумать, она подошла к нему.

– Удачи, Дэвид, – сказала она, протягивая ему руку для рукопожатия.

– Тебе тоже удачи, – ответил он. Он пожал ей руку, но не отпустил. – Вижу, Грег пришел тебя поддержать, – продолжил он. – Энн сказала, что вы ходите вдвоем повсюду и что у вас серьезные отношения. Это правда?

– О боже, нет, – чуть не подавилась Саммер. – Зачем она это сказала? – Саммер знала ответ. Энн просто устраняла конкуренцию. Судя по всему, она чувствует больше, чем небольшую угрозу. Может быть, она считает Саммер реальной угрозой! Какая прекрасная мысль! – злорадно подумала Саммер.

– Грег не больше, чем друг. Когда у меня нет пары, Реджина заставляет его брать меня с собой.

– Серьезно?

– Да. А как насчет Энн? Что-то ее здесь не видно. Вы с ней встречаетесь?

– Нет. – Он растерялся, и следующая его фраза сказала ей почему: – Энн где-то здесь, но я не приглашал ее болеть за меня. Я не приглашаю ее на свидания, Саммер. Она звонит мне, а я не знаю, как отказать, когда она просит, чтобы я пригласил ее куда-нибудь. – Его щеки порозовели, и Саммер стало его жалко.

– Кажется, я понимаю. Энн не знает слова «нет».

– Она хорошая девушка, но она не интересует меня, как…

– Как кто, Дэвид? – Она затаила дыхание и ждала.

– Я скажу тебе после забега. У тебя нет пары на пикник, я прав?

– Прав, я здесь с семьей. – Он будто испытал облегчение.

– Хорошо, – ответил Дэвид. – Я буду ждать тебя здесь после забега.

Когда она кивнула в знак согласия, он схватил ее за плечи и быстро поцеловал, у всех на глазах.

– Это на удачу? – с трудом выдавила она.

– Нет, – ответил он. – Это за то, что ты есть.

Будто в тумане Саммер развернулась и поплыла к старту. Ее мысли были заполнены его объяснениями и его поцелуем, когда она встала с другими бегунами на старт.

Все мысли, кроме бега были отложены со звуком выстрела стартового пистолета. Первые несколько миль все бежали наравне, затем один за другим люди стали отставать от Саммер. Девушка, которую Люк указал как на самую сильную конкурентку, еще несколько миль бежала рядом с Саммер бок о бок. Затем, услышав тяжелое дыхание конкурентки, Саммер поняла, что пора вырваться вперед. Она увеличила темп и обогнала конкурентку. Она чувствовала свободу, чувствовала себя практически сверхчеловеком, когда увидела, что победа близка. Лента, натянутая между двумя скамейками, отмечающая финиш, стала ее единственной целью. Саммер сделала заключительный рывок, и решимость не исчезла с ее лица, даже когда она пересекла финишную черту.

Победа! Она опередила конкурентку на несколько ярдов. Родители и дед обнимали ее все сразу, задавая вопросы и поздравляя, но Саммер все еще пыталась замедлить пульс и хоть немного отдышаться, и ей ничего не оставалось, кроме как кивать головой и плакать.

Как только Саммер получила пятьсот долларов и сфотографировалась, она отдала чек отцу.

– Позаботься об этом, папа, – попросила она. – Я хочу найти Дэвида.

Прежде чем отец смог ответить, она повернулась и побежала к тому месту, где договорилась встретиться с Дэвидом. Он ждал Саммер, прислонясь к дереву, и выглядел по-настоящему счастливым.

– Мне жаль, что ты не победил, – сказала она, – но дед передал тебе, что «пятое место – это тебе не цацки-пецки». Это его точные слова.

Дэвид засмеялся и обнял ее.

– Я так рад, что ты победила, Саммер. Я отыграюсь в следующем году.

– Спасибо, – сказала она, изо всех сил стараясь казаться скромной.

– Мне пришло в голову, что я – причина твоего участия в этом забеге, – сказал он. – Вся эта работа должна была произвести на меня впечатление, да?

Саммер была слишком смущена, чтобы ответить. Поэтому она лишь пожала плечами.

– Я вел себя как придурок, – сказал он. – Раздул проблему из твоей лжи, а потом притворился, что мне нравится Энн. Разве это не та же ложь?

– Хочешь сказать, что сожалеешь? – спросила она.

– Тебе действительно нравятся мои рисунки, или тогда ты тоже врала?

– Они мне нравятся.

– Вот. – Он всучил Саммер папку. Она тут же открыла ее и увидела красивое изображение бегуньи.

– Великолепно, – сказала она, изучив картинку. – Это, должно быть, я?

– Это не очень-то тактично, Саммер, – сказал он со смешком. – Думаю, нужно еще немного поработать. Ты – первое «неживотное», которое я нарисовал.

– Я всегда буду хранить ее, – прошептала она. – Спасибо, Дэвид.

– Ты все еще красная, – сказал он. – Наверное, выжала из себя по полной. Говорят, ты опередила всех на целую милю.

– Не совсем. – Она импульсивно схватила его руку и сжала ее. – Спасибо за помощь с темпом и всем остальным. – Она совсем не это хотела сказать. Она имела в виду «Я люблю тебя, Дэвид Маршал».

– Я хочу спросить у тебя кое-что, – сказал Дэвид, серьезно глядя на нее.

– Да?

– Мне интересно… м-мм, не хотела бы ты встречаться со мной? Ну, понимаешь, быть моей девушкой, – быстро проговорил он. Дэвид смотрел прямо ей в глаза, и Саммер казалось, будто она вот-вот упадет в обморок.

– Хотела бы.

Очевидно, ее ответ очень ему понравился: Дэвид схватил ее за талию и поднял высоко в воздух. Она обняла его за шею, и они оба засмеялись от восторга. Естественно, это был самый замечательный день в ее жизни. Она зажмурила глаза и смаковала этот момент, мечтая о том, чтобы он длился всю жизнь. Потом она медленно открыла глаза и посмотрела на свои руки. У Саммер едва не отвалилась челюсть. Пятна – бледные, розовые пятна!

– Быть с тобой так приятно, – прошептал Дэвид.

Саммер засмеялась, и Дэвид медленно опустил ее на землю.

– Что смешного?

– Дэвид, – вздохнула она, – у тебя когда-нибудь была ветрянка?

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

[1] Англ. Summer – лето.

[2] Около 174 см.

[3] Лотерея в США.

[4] Здесь речь идет о специализированной школе, которая готовит учеников к поступлению в определенный колледж.

[5] «Сладкие» шестнадцать – празднование 16-го дня рождения, когда человек получает множество привилегий в связи с возрастом (например: водительские права).

[6] Juicy Fruit – фруктовая жевательная резинка компании Wrigley’s.

[7] Rosebud – англ. бутон розы.

[8] Техника убеждения, при которой объекту предлагают совершить действие, несовместимое с его принципами, взглядами, или невозможное по иным причинам; при этом объект действует с точностью до наоброт.

[9] Сеть кафе, где подают всякие молочные продукты.

[10] Лепреко?н (ирл. leprechaun) – персонаж ирландского фольклора, традиционно изображаемый в виде небольшого коренастого человечка, одетого в зелёный костюм и шляпу. Считается, лепреконы приносят удачу.

[11] Соревнования трехлетних чистопородных скаковых лошадей, которые с 1875 ежегодно проводятся в первую субботу мая в г. Луисвилль, шт. Кентукки, на ипподроме Черчилл-Даунс [Churchill Downs].

[12] Пепперони (pepperoni) – острая разновидность салями итало-американского происхождения. Обычно делается из свинины, хотя встречаются американские разновидности, приготовленные из смеси говядины, курицы и свинины. Происходит от острой салями, изготовляемой в южной Италии, такой как salsiccia Napoletana piccante, острой копченой колбасы из Неаполя или Сопрессата из Калабрии. Пепперони – это популярный ингредиент пиццы в пиццериях американского стиля. Иногда также используется при изготовлении сандвичей.

[13] Еженедельный журнал, публикующий программы телепередач, обзорные статьи по вопросам телевидения и культуры в целом, иногда внутренней и международной жизни, новости мира ТВ, письма читателей, рекламу и пр. Представляет собой брошюру объемом 100-150 страниц с программами передач на неделю по всем каналам.

[14] Winning isn’t everything; it’s the only thing – это известный спортивный девиз в США.

[15] Легковой автомобиль, имеющий в задней части единого объема дополнительный ряд сидений, что делает его семиместным. При сложенных задних сиденьях освободившееся пространство может использоваться для груза или багажа. К концу 80-х гг. XX в. минивэны [minivan] практически заменили на рынке универсал как семейный автомобиль.

Content

Джулия Гарвуд
Девушка по имени Саммер

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19