Елена Гайворонская

Служебный роман зимнего периода

У Сони Романовой случился роман. Самый настоящий служебный. В самое неромантичное время – зимой, в страшный холод и гололёд, когда все свободные мысли текут в направлении крепкого кофе и тёплого одеяла, объятия которого тёмным утром было покидать сложнее, чем объятия самого желанного мужчины. Роман случился не с красавчиком Валерой из отдела продаж, а с самым неподходящим кандидатом – заботаненным очкариком-компьюторщиком Стасом, которого прежде Соня замечала только тогда, когда её комп начинал вытворять невероятные вещи:

– Стас, посмотри, пожалуйста, что там… – просила она.

– Угу, щас. – Обычно это были единственные слова, произнесённые им в течение дня.

Соня вовсе не была легкомысленной особой, напротив, она имела репутацию серьёзной деловой девушки, и старательно следовала правилу «не спи там, где работаешь.

Но обстоятельства, или, как любят говорить романтичные барышни, Судьба, распорядились иначе.

Вначале эти обстоятельства сложились очень нехорошо.

Утром в трескучий мороз Соня, вышла из дома и, ёжась от холода, попыталась завести свою маленькую красную „Микру“. Но не тут-то было. Обыкновенно безотказная „японка“ закапризничала и заводиться наотрез отказалась. Соня живо вообразила лицо суровой шефини, для которой автомобильные капризы – не повод для опоздания, Соня со всей мочи ринулась за автобусом, но поскользнулась на высоких тонких каблучках и упала, неловко подвернув правую руку.

На работе, куда она добралась-таки в компании весёлого черноусого „бомбилы“, настойчиво выспрашивавшего телефон „та-акой красавиц“, рука распухла от кисти, и каждое шевеление пальцем отдаёт ноющей болью. Шефиня покачала головой и отправила Соню к врачу. Рентген показал перелом. Соне дали таблетку „Нурофена“, руку перебинтовали и подвесили к шее как сумку почтальона.

Работа стала походить на изощрённую пытку. Соня неуклюже тыкала пальцами левой руки по клавиатуре, одновременно пытаясь перебирать бумаги и общаться по телефону, прислонив трубку плечом к уху. Коллеги громко ей сочувствовали, но помогать не спешили: справлялись с собственным авралом. Одно неверное движение – и документы разлетелись по полу. Не выпуская трубки, Соня полезла поднимать и столкнулась лбом со Стасом: Стас решил ей помочь. Они смущённо улыбнулись друг другу, Стас быстро собрал бумаги, сложил аккуратной стопочкой перед Соней и ретировался в компьютерные дебри. Соня едва успела пролепетать „спасибо“.

В растрёпанных чувствах она даже не стала отчитывать по телефону нерадивых дилеров, хотя утром собиралась им вставить. Но сейчас её боевой настрой выдохся, и Соня ограничилась лишь парой корректных замечаний, после чего повесила трубку и горестно вздохнула.

За обедом в столовой Соня взяла поднос, поставила на него тарелку и стакан сока и, подражая искусным официанткам, постаралась удержать всё на левой ладони. Вдруг кто-то нечаянно задел её локтем, поднос накренился, и неминуемо оказался бы на полу, если б в последний момент его не подхватили чьи-то ловкие руки.

– Спасибо, – благодарно выдохнула Соня, вскинула голову на спасителя и захлопала глазами от удивления, потому что галантным рыцарем оказался компьютерщик.

Тот поставил поднос на столик и уже хотел молча удалиться, как Соня, сама этого не ожидавшая, предложила:

– Может быть, пообедаем вместе?

Обычно она предпочитала компанию девчонок из рекламного отдела, которые уже заняли свои места и наблюдали за происходящим с полуоткрытыми от предвкушения интриги ротиками.

Стас посмотрел на Соню, словно увидел её впервые – внимательно и оценивающе, и та вдруг почувствовала, что кровь приливает к щекам, и даже успела немного рассердиться за это на себя и нетипично галантного Стаса. Она уже приготовилась к вежливому отказу, но тот кивнул и опустился на стул напротив.

Соня не знала, о чём говорить. Она никогда не интересовалась компьютерными наворотами, а Стаса, похоже, не забавляло ничего другое. Но и молчать было как-то невежливо, поэтому Соня кратко поведала обстоятельства происшедшего. Стас слушал, сочувственно кивая, и Соня неожиданно почувствовала, что это молчание сейчас ей больше по душе, чем перемусоливание темы: „Все мужики гады, и что им ещё надо?!“. Прежде она считала Стаса самцом бледной моли в очках, а теперь с удивлением находила, что он очень даже ничего. И светлые брови его не портили, даже придавали некий шарм, и оправа была к лицу. Выслушав Соню, Стас сказал, что однажды, когда он учился в школе, тоже сломал руку и помнит, как было больно и тяжело. И пожелал скорейшего выздоровления.

На выходе подоспели девочки и затараторили, что хотели помочь Соне, но не успели. Соня подумала, что задницы за стол они прислонить успели, но вслух, естественно, ничего не произнесла, чтобы не портить отношения.

Девочки из рекламного сказали, что Стас вообще-то парень неплохой, но зануда, как все гении, особенно компьютерные, и что виртуальная реальность занимает его больше, чем обыкновенная, что и секс, судя по всему, он предпочиает в вирте. Соня не возражала, поскольку до сих пор была того же мнения и не была готова поменять своё мнение за полдня. Она лишь заметила, что для мужчины иногда лучше молчать, чем говорить.

Вторая половина дня прошла в тех же муках, с той разницей, что Соня немного научилась управляться одной рукой и несколько раз невольно поглядывала в сторону Макса. Голова её помимо воли сама к нему поворачивалась. Но он, казалось, этого не замечал.

В конце рабочего дня Стас оказался рядом с Соней в гардеробе, помог надеть дублёнку, застегнул поверх забинтованной руки и предложил подвезти. От такой нежданной заботы Соня потеряла дар речи и глупо закивала головой.

Как у настоящего компьютерного гения „Примера“ Стаса по наворотам могла поспорить если не с космическим кораблём, то с небольшим самолётом. Всё мигало, пиликало и светилось разными цветами. Откинувшись в мягком кресле, Соня отрешённо смотрела то на установленный экран, то за окно, вполуха слушала джаз и ловила себя на том, что давно не испытывала такого наслаждения от поездки. Обыкновенно дорога после работы с вечными пробками и такими же усталыми измотанными водителями, норовящими то проскочить, то подрезать, – изматывала не меньше трудового дня. А тут ни нервов, ни раздражения – сиди, расслабляйся.

– Может, сходим куда-нибудь в выходные? – Спросил Стас. – В кино, например.

– Хорошо. – Радостно согласилась Соня. И даже немного подосадовала на себя за это быстрое радостное согласие. Подумаешь, сослуживец в кино пригласил. Ещё вчера она бы вряд ли приняла это приглашение. Но то было вчера…

Стас притормозил около подъезда, вышел, помог Соне открыть дверь в подъезд, осведомился, справится ли она дальше.

– Может, заехать за тобой утром? Мне практически по пути.

– Не надо. – Неуверенно сказала Соня. – Я поймаю машину.

– Так недолго разориться. – Улыбнулся Стас. – Я заеду.

Соне не хотелось показаться невежливой. Она предложила зайти на чашку кофе, но Стас поблагодарил и отказался, причём весьма тактично, так что у Сони не осталось неприятного осадка, будто ею пренебрегли.

Остаток вечера она думала о Стасе: как она прежде могла не замечать его? Рядом с нею, рука об руку, работал такой замечательный парень! Она едва не разревелась от переизбытка эмоций. Ночью ей снились удивительно радостные летящие сны.

Утром Стас, как обещал, ждал у подъезда. По дороге они обсудили кое-что по работе, затем разговор перекинулся на иное. Оказалось, что Стас совсем не зациклен на компьютерах, что он ироничен, остроумен, любит джаз, ходит в „Марк Аврелий“, а отпуск проводит в южных морях: там хороший дайвинг. Соня прикусила губку: она давно собиралась в тренажёрку, но всё как-то ленилась.

На работе они погрузились каждый в свои проблемы. Но иногда переглядывались и невольно улыбались друг другу, чем вызвали живейший интерес местных кумушек. А Валера из отдела продаж, проходя мимо, отпустил пару язвительных замечаний.

В субботу они пошли на модный „Дневной дозор“. Потом посидели в кафе. Соня не удержалась и спросила Стаса, как получилось, что тот не интересовался ни одной из девушек их конторы, хотя выбор был на любой вкус. Стас поднял брови и скептически усмехнулся.

– Дорогая Сонечка, – он накрыл её ладонь своей, – наши эмансипированные девушки настолько увлеклись стремлением доказать всему миру свою крутость, силу и независимость от мужчин, что отбивают в этих самых мужчинах всякое желание за ними поухаживать.

– Тебе не нравятся деловые самодостаточные женщины? – Вскинулась Соня.

– Мне нравятся женственные женщины. – Сказал Макс. – Я с удовольствием открою перед девушкой дверь, пропуская её вперёд, но не люблю, когда она работает локтями, чтобы проскочить первой. Ну, а что до моей бывшей подруги, если ты это хотела узнать… Была, не сложилось, разбежались. Тихо, мирно, без драк и битья посуды. Всё.

„Точно как у меня. – Подумала Соня, – тихо-мирно разбежались… Не так уж у нас мало общего.“

Она вначале хотела поспорить на тему женской самостоятельности, но не стала. В конце концов, они взрослые люди, у каждого своё мнение, свои взгляды на жизнь и её смысл, свои цели и способы их достижения. Зачем портить чудесный день и предстоящий вечер банальным, ни к чему не ведущим спором?

В тот вечер Стас зашёл на чашку кофе и остался до утра. Оказалось, он знал толк не только в компьютерах, секс с ним был вполне реальным, а не виртуальным, и Соне давно не было так хорошо.

Сотрудники быстро привыкли к их отношениям и перестали шушукаться, а суровая шефиня тепло улыбалась, глядя, как Стас застёгивает Сонину дублёнку и перехватывает её кейс. А Соня, которой медведь на ухо наступил, стала немного разбираться в джазе. Так продолжалось месяц. Наконец, Соне сняли гипс.

Морозы закончились, закапало с крыш и карнизов. Соня раскопала и отогрела провинившуюся машинку и вырулила со двора. Сперва было немного непривычно сидеть за рулём, но уже через пять минут Соня лихо подрезала сонного „чайника“, проскочила на жёлтый под носом огромного джипа, продемонстрировала оттопыренный средний палец нахальному водителю маршрутки. Около офиса с парковкой, как всегда, были проблемы. Недолго думая, Соня въехала на тротуар, отмахнулась от возмутившейся этим фактом старушенции, интенсивно работая локтями, проскочила через вертушку ровно за минуту до девяти и облегчённо вздохнула.

На столе, высилась кипа документов. Коллеги, узнав о Сонином выздоровлении, обрадовано загрузили по полной. У неё выдалась только минутка для того, чтобы кивнуть Максу. До обеда Соня, прислонив трубку к плечу, самозабвенно ругалась с обнаглевшими дилерами, перебирала документы, делала пометки яростно постукивая по столу карандашом.

На обед она опоздала. Когда пришла, Макса уже не было. Соня наспех перекусывала с девчонками из рекламного отдела, слушала новости из серии „Все мужчины гады“ и ловила многозначительные взгляды Валеры из отдела продаж.

После обеда в её комп влетела какая-то гадость и на Сониных глазах принялась уничтожать куски делового письма.

– Ма-акс! – Завопила на весь офис Соня. – Посмотри! Да где ты, блин!

– Не ори. – Сказал Макс, и Соня услышала в его голосе плохо скрываемое раздражение.

Потом Макса вызвали к руководству, потом ещё куда-то. Столкнулись они уже на выходе.

– Ты сегодня за рулём? – Сдержанно спросил Макс.

Соня кивнула. Она ждала, что Стас хотя бы чмокнет её на прощанье в щёчку, как делал последние пару недель, но он только обронил:

– Ну, ладно, пока.

Несколько последующих дней прошли в ураганном вихре аврала. Соня постоянно что-то выясняла, с кем-то спорила, на кого-то давила. С Максом они больше не переглядывались и практически не общались. В четверг Соня спросила о планах на выходные и услышала, что Стас уезжает за город праздновать день рожденья друга. Соня ждала, что он предложит поехать вместе, но Стас не предложил. Сказал, что у них собирается чисто мужская компания. На следующий день Соня была подчёркнуто мила с Валерой из отдела продаж, смеялась анекдотам, которые он рассказывал, и пару раз выскочила на перекур, чем заслужила резкое неодобрение шефини.

В дверях столкнулась со Стасом. Сказала подчёркнуто небрежно:

– Кажется, между нами всё?

– Кажется, ты снова становишься стервой. – Сказал в ответ Стас.

– А ты занудой. – Вспыхнула Соня.

В выходные она встретилась с Валерой из отдела продаж. Он повёл Соню в кафе, сильно напоминавшее закусочную советских времён. К вечеру Соню тошнило от нерафинированного масла, коим щедро сдабривали салаты, и пошловатых анекдотов. Потом Валера настойчиво пытался зайти к Соне на чашку кофе, но Соня отказала. Валера сильно обиделся и предположил, что Стасу она, наверно, не отказывала. Соня ушла, не попрощавшись. Дома ей стало ужасно грустно – ну почему всё так нехорошо, ведь не крокодил же она, а очень даже милая, симпатичная девушка, и личико и фигурка – всё в порядке… Остаток вечера Соня ревела в подушку, в тысячный раз повторяя себе, что все мужики гады, и что им ещё надо… Звонил телефон, но Соня не брала трубку.

В понедельник Стас на работу не пришёл. Соня была рассеянна, на звонки отвечала невпопад, с дилерами не ругалась, а вместо этого даже посочувствовала их проблемам, и допустила глупую ошибку в составлении документа. В столовой Соня вяло ковыряла салат и вполуха слушала очередную историю неудачного романа. Девчонки из рекламы предположили, что у Сони начинается грипп. После обеда кто-то сказал, что Макс, катаясь в выходной на лыжах, сломал ногу и теперь валяется дома в гипсе. До конца рабочего дня Соня сидела как на иголках и ушла ровно в шесть, хотя имела обыкновение задерживаться на час-другой.

Соня зашла в супермаркет, набрала два пакета продуктов и поехала к Стасу. По дороге думала, что, наверное, стоит сперва позвонить, вдруг Стас не один. У светофора взялась за телефон, но свет переключился очень быстро, и Соня отбросила трубку на соседнее сиденье.

Выйдя из лифта, она вдруг ощутила лёгкую дрожь в коленях – как перед вступительным экзаменом. Стас открыл не сразу. Из-за двери было слышно, как гулко постукивают костыли. Увидев Соню, он неожиданно рассмеялся, кивнув на загипсованную ногу:

– Твоя болезнь оказалась заразной!

– Как тебя угораздило? – Спросила Соня, выкладывая апельсины на кухонный стол.

– По глупости, – досадливо сморщился Макс. – Мой друг развёлся с женой, вот и собрал мальчишник. У него дом недалеко от горнолыжного спуска в Сорочанах. Ну, приняли, как водится, на подвиги потянуло. Решили на лыжах покататься. Покатались…

– Ничего, до свадьбы заживёт. – Улыбнулась Соня и погладила Стаса по щеке.

– Я тебе вчера весь вечер звонил. – Стас поймал её руку. – Но тебя не было.

– Если бы я знал, что это ты, взяла бы трубку. – Призналась Соня.

– А ты думала – водопроводчик? – поинтересовался Стас.

– Точно. – Улыбнулась Соня, и ей стало легко и радостно. – Нужна сиделка? Правда, немного стервозная, зато умеет варить бульон.

– Если выдержит занудство пациента, – улыбнулся Стас. – Кстати, какие у тебя планы на летний отпуск?

Февраль 2006.

Content

Елена Гайворонская
Служебный роман зимнего периода