Алия ЯКУБОВА

МИССИЯ ОБОРОТНЯ

(Истории оборотня — 1)

Посвящается моей лучшей подруге.

Спасибо, что ты есть…

Глава 1

Часы показывали пять часов дня. Пора было собираться на работу. Почему так поздно? Так работаю я в ночном клубе под названием «Серебряная Маска». Только не стоит думать ничего такого! Я там пою, не более того.

Обычно, сборы на работу не занимают у меня немного времени. Покидав все нужное в сумку, я начала одеваться. Порывшись в шкафу, я остановила свой выбор на узких черных джинсах, белой рубашке и кожаном жакете. Удобно, и для выступления сойдет. Благо погода еще позволяла ходить без пальто. Начало осени выдалось теплым. Даже в юбке не замерзнешь. Хотя лично я их терпеть не могу. Нет, где-то в глубине шкафа она у меня была, честно!

Закончив с одеждой, я причесалась. Для моих коротких светлых волос было достаточно лишь пару раз махнуть расческой и можно бежать дальше. Все это дополнил едва заметный макияж, и я была готова.

Кстати, наверное, мне следует представиться. Меня зовут Лео. Вообще-то, мое полное имя Элеонора, но мне больше нравится так. И я терпеть не могу, когда меня называют Норой. Мой бывший парень называл меня так. Наш разрыв долго не давал мне покоя. Черт возьми, к чему лгать, и сейчас воспоминания об этом причиняют боль.

Мне двадцать четыре года. Сюда я приехала четыре года назад, и практически тогда же я начала работать в клубе. Конечно, я могла бы найти себе место в каком-нибудь офисе, как-никак человек с высшим образованием, но вряд ли я там получала бы столько же, сколько в клубе. Мой босс — Марк платил мне весьма прилично, хотя мы оба знали, что эта сумма на порядок ниже той, что обычно требовали музыканты моего профиля. Но меня это устраивало, и он это ценил, так как деньги он ценил еще больше. Он был истинный коммерсант, хотя внешне был больше похож на библиотекаря — худой, лысоватый и в очках.

В этом же клубе я почти сразу подружилась с Денизой, которая работала там танцовщицей. Теперь мы с Дени, как она предпочитает, чтобы ее называли, лучшие подруги. Как-то так получилось, что мы даже ни разу не ссорились.

Вот, пожалуй, и практически все, что я могу о себе рассказать.

Сейчас я спешу на работу, делая вот уже третий круг по квартире с мыслью: не забыла ли я чего? Как всегда. Правда квартира у меня была не из больших: скромная гостиная, спальня, кухня и ванная комната. Обычная квартира на четвертом этаже. Но я живу одна, и большего мне не нужно.

Убрав волосы со лба, я подхватила сумку, ключи от машины и, наконец, выскочила за дверь. Заперев квартиру, я вызвала лифт. Из его кабины я вышла прямо на автостоянку под домом — очень удобно, надо отметить. Не будь лифта, пришлось бы сначала выходить через парадный вход, потом обходить дом и спускаться на стоянку. Так что лифт экономит мне каждый раз минут десять.

Моя машина стояла во втором ряду. Темно-синяя Вольво, конечно, не последней модели. Она верой и правдой служила мне уже третий год, и я не хотела ее менять.

Дорога от дома до клуба занимала у меня в среднем полчаса, ну минут сорок максимум. А сегодня я вообще доехала быстро. В двадцать минут седьмого я поставила машину в нескольких метрах от служебного входа. Я там всегда ее ставлю. Это было мое законное место, и другие старались его не занимать.

Машина Дени — серебристый Фиат, стояла здесь же. Значит, сама она уже была в клубе. Я тоже поспешила внутрь.

Первым, кого я встретила, был Ник. Один из наших охранников. Они и выглядел как охранник: высокий, косая сажень в плечах, и лицо соответствующее. Тяжелый подбородок, короткая стрижка. Лишь в глазах постоянная ирония.

С Ником у нас особые отношения. Это теперь он относится ко мне весьма уважительно, а раньше то и дело подкалывал меня (правда и сейчас он любит отпустить шутку, но это уже чисто по-приятельски). Это продолжалось до того, пока в один день мое терпение не лопнуло, и я не предложила раз и навсегда выяснить кто из нас сильнее. Потасовка получилась знатная. И его удивлению не было предела, когда я его победила. Конечно, учитывая его комплекцию и подготовку, мне пришлось не легко. Даже занятия дзюдо в юности мне вряд ли помогли, если бы не еще одна моя особенность.

Об этом не знает ни один человек, но я оборотень. Мой зверь — пантера.

Все это началось четыре года назад. Тогда у меня был не самый лучший период в жизни. И, как это ни странно, все это не слишком меня испугало. Хотя причины всего этого для меня до сих пор загадка. Звери, и уж тем более пантеры, меня не кусали (уж я бы запомнила!). Просто однажды я перекинулась, и это было так… волнующе я бы сказала. Где-то в то время у меня на лопатке и появилась татуировка в виде пантеры — еще одна загадка.

Что ни говори, но мне относительно повезло. Я без особых усилий научилась контролировать своего зверя, не стала слишком кровожадна, да и луна не особо влияла на меня. Все это было странно, но мне не хотелось разбираться.

Я решила принять все как есть. У моего нового состояния были свои плюсы и минусы. Конечно, мне приходилось быть осторожнее, контролировать себя и свои чувства, время от времени приходилось выезжать куда-нибудь в глушь, чтобы перекинуться. Но были и много плюсов: моя физическая сила невероятно возросла, иммунитет стал практически непробиваемым. Я забыла, что такое простуда. Любая, даже самая страшная рана, заживала на глазах, да и чувства обострились. Так что одно уравновешивало другое.

Хотя сначала каждый день для меня был открытием. Это приехав сюда, я многое узнала, встретившись с другими оборотнями (глупо было думать, что я единственная). В таком крупном городе, где живет несколько миллионов, таких как мы было сотни три, а то и больше. Правда, это в основном были волки. Но все это я приняла как данность, не более. Я продолжала жить своей обычной жизнью. Разборки в иерархии других оборотней меня не интересовали, хотя они, по-моему, не могли этого понять.

Так вот, эти-то силы во многом и помогли мне тогда победить Ника. И с тех пор у него ко мне проснулось сильное уважение, и мы даже стали приятелями.

— Привет, Лео! — лицо Ника расплылось в улыбке.

— Привет.

— Как жизнь молодая? Как дела на личном фронте?

— Так я тебе и сказала! — усмехнулась я и гордо прошествовала мимо него в сторону гримерной, но все же слышала, как он вздохнул вслед:

— Вот так всегда!

Гримерка у нас была небольшая: пять зеркал со столиками, пять кресел возле них и два шкафа с костюмами, но уютная. И во многом благодаря именно Дени. Это она заставила нашего босса поставить здесь диванчик, столик для чая и кофе, и саму кофеварку. А уж все сообща мы выбили крохотную ванную комнату, пристроенную прямо к гримерке.

Всего в нашем клубе работало шесть танцовщиц, но все сразу они никогда не выступали, так что в гримерке обычно одновременно было три-четыре девушки.

Сейчас там было всего двое: Дени и Шейла. Шейла — статная мулатка двадцати шести лет с длинными пышными волосами, вьющимися тысячью мелких колечек. А Дени… Говоря о ней можно лишь сказать, что внешне она моя полная противоположность. В отличие от меня, у нее длинные темно-каштановые волосы, которые спускаются на плечи крупными локонами. Она ниже меня всего на ладонь, и у нее бездонные ореховые глаза. Ее облик — истинная женственность. О себе я этого сказать не могу. Но, не смотря на всю эту внешнюю непохожесть, у нас оказалось много общего, и мы стали близкими подругами.

— О, Лео! — воскликнула Дени, едва я переступила порог гримерной. — Рада тебя видеть! — она отсалютовала мне кружкой с кофе.

— Я тоже! — ответила я, бросив сумку на диван и снимая жакет. Если я буду выступать в нем, то просто спекусь. — Привет, Шейла.

— Привет.

— Кофе будешь? Или чай? — любезно предложила Дени.

— Нет, спасибо. Может, позже. Пойду, посмотрю, как там парни.

Сказав это, я вышла в коридор, который вел в главный зал, где сейчас мои, так называемые коллеги и настраивали свои музыкальные инструменты.

Пройдя в зал, я кивнула двум официанткам и бармену, готовящим зал к открытию, и прошла прямиком к небольшой сцене, за которой была нарисована некая картина в стиле модерн — идея Марка. Вообще вся обстановка нашего клуба в подобном стиле: смесь серебристого металла и пластика. В общем, не плохо, надо отдать должное нашему боссу.

Я поприветствовала наших музыкантов, моих партнеров: длинноволосого ударника Мэла, гитаристов Брэда и Вика, и клавишника Матиаса с вечно всклокоченными волосами — и как это ему удается? Ведь они у него еще короче моих. Надо сказать, что Матиас самый младший из нас. Ему всего лишь двадцать. Возможно, его даже не пустили бы сюда как посетителя. И где его Марк нашел? Но играет он отлично, и неплохо поет, так что иногда подменяет меня. Взамен я иногда подменяю его. Вот так и живем.

— Ну, что сегодня петь будем? — спросил у меня Мэл, как всегда немыслимо жонглируя своими палочками.

— Да как всегда, наверное. Пройдемся по обычной программе, если от босса других предложений не поступит.

— Это вряд ли, — усмехнулся Брэд, плавно касаясь струн своей гитары. — Он пришел и сразу заперся в своем кабинете. Уплата налогов на носу.

— Да, — тут же поддержал его Вик. — Ему придется расставаться с любовью всей его жизни — деньгами.

На это нельзя было не рассмеяться, и на некоторое время все заглушил дружный смех. Матиас первым закончил веселиться и сказал:

— Может быть, все же закончим подготовку? Скоро открытие…

— Господи, и откуда такое ученическое рвение? — обреченно покачал головой Брэд.

— Не гони коней, успеем, — поддержал его Мэл. — Все равно нам выступать часа через пол после открытия, никак не раньше. Не в первый раз же!

— Да, ладно! Набросились на парня! — вступилась я. — И правда нужно закончить подготовку.

Все было как обычно. У меня уже вошло в привычку вступаться за Матиаса. Он пришел в нашу группу после меня, раньше большая часть подколок доставалась мне, а теперь вот ему. Я хорошо помнила, каково это, правда ушло не так уж много времени, пока все поняли, что мне палец в рот не клади. Теперь я здесь была своим парнем. А все эти шутки — да с ними как-то веселее работать. Да и Матиас тоже веселый парень, только к работе относится слишком уж серьезно, но это со временем пройдет.

Настроив инструменты и звук, мы для разогрева исполнили пару песен. Помню раньше, когда я только начинала, к концу рабочего дня я еле языком ворочала, а сейчас ничего — намастилась.

Едва смолк последний аккорд, и мы уже решили разойтись на перекур до главного выступления, как к нам подошел Дейв — менеджер и доверенное лицо Марка, трепетно выполняющий все его требования. У него узкое лицо и вечно грустные глаза, будто у него только что отняли любимого мишку. Но в делах он очень упертый, и все у него работает отлажено, как часы.

Несколько секунд Дейв смотрел на нас, будто размышлял говорить — не говорить, и наконец, сказал:

— Я вижу, вы готовы.

— Ну дык, — хмыкнул Брэд. — Как всегда.

А Мэл вместо слов выбил какую-то замысловатую дробь.

— Отлично, — кивнул Дейв, затем вздохнул и добавил. — Сегодня вам, ребята, придется поработать на пару часов дольше. Ванда, танцовщица, позвонила и сказала, что не придет. Она заболела. Так что придется выкручиваться.

— Ну ё-мое! — с чувством разочаровано протянул Мэл.

— Шо? Опять? — воскликнул Брэд. — Вот так всегда!

Я тоже не выдержала. Терпеть не могу, когда так происходит! Поэтому не упустила возможности упрекнуть Дейва:

— Ты что, специально ждал до последнего? Еще пару часов выждал бы!

— Хоть сверхурочные заплатит? — спросил Вик, хотя это в данный момент интересовало всех.

— Да-да, конечно, — тут же закивал Дейв, словно китайский болванчик. — Только вы не подведите.

— Ладно-ладно, иди уж, — проворчал Мэл.

— Когда это, интересно, мы подводили Марка или тебя? — спросил Вик, но Дейв его уже не слышал. Как всегда спешил по очередным делам, которых здесь всегда была уйма, особенно перед открытием.

За время этого разговора лишь Матиас не проронил ни слова. Да и сейчас сидел с полным разочарованием. Лицо у него было такое, что Брэд сказал:

— Эй, Матиас, что с тобой? Или ты решил передразнить Дейва?

— И правда, что с тобой? — я подсела поближе к нему. — Ну подумаешь, поработаем чуть дольше. Делов-то!

— Просто, мне нужно уйти сегодня вовремя, — сказал он, опустив голову.

— А парень-то растет на глазах! — хмыкнул Брэд. — Подружку завел?

Его догадка попала в точку, так как Матиас тут же покраснел, чем вызвал дружный гогот остальных. Я же положила руку ему на плечо и сказала:

— Ох, мой альтруизм меня погубит! Ладно, уйдешь ты вовремя. Я доработаю за нас двоих.

— Правда? — с надеждой спросил Матиас. — Спасибо, Лео! Я… я…

— Да ладно. Только, чур, полсмены за тобой!

— Нет вопросов! — он просиял. — Подменю, когда скажешь!

— Ой, избалуешь ты его! — усмехнулся Мэл.

— Ну-ну, можно подумать никому из вас никогда не нужно было уйти по личным делам. Или память кому-то освежить?

— Да все мы люди, у всех у нас есть личная жизнь, — примирительно согласился Вик.

— Только некоторые все почему-то тянут, или скрывают что, — загадочно протянул Брэд.

Реплика явно была в мой адрес, но я пропустила ее мимо ушей и сказала:

— Ладно, если что, я в гримерке.

В нашем тесном коллективе естественно, что мы многое знаем друг о друге. Конечно, они в курсе, что я живу одна. Знают, что нет у меня ни жениха, ни друга. Поначалу даже пытались меня сватать, но их попытки не увенчались успехом. Да что говорить, Мэл тоже пытался флиртовать, но вскоре понял тщетность своих усилий. Мне сейчас было не до большого и светлого. Так что теперь все это сводиться к редким шпилькам в мой адрес. А так группа у нас дружная. Если что серьезное, всегда поможем друг другу.

Помню, года полтора назад был случай: мы спокойно себе выступали, когда из зала вылез пьяный мужик с внешностью водителя грузовика. Он попытался стащить меня со сцены, так парни меня обступили и отбили. Брэд даже об него гитару сломал тогда, но все обошлось, правда, Нику от Марка влетело за недосмотр. Теперь-то или он, или его напарник всегда возле сцены крутятся. Мало ли что?

В гримерке Шейла и Дени только начинали готовиться к своему выходу. Клуб только что открыли. Мне до выступления оставалось минут двадцать, а им еще больше, поэтому в данный момент они сидели и пили кофе, от чашечки которого не отказалась и я.

— Я уже слышала, что вас припрягли работать сверхурочно, — посочувствовала Дени.

— Да уж.

— Нам тоже придется выйти лишний раз, — фыркнула Шейла.

— Кстати, завтра мы с тобой идем в бассейн, не забыла?

— Помню-помню. Мне за тобой заехать?

— Нет, Лучше я.

— Хорошо.

— Тогда жди меня завтра часов в одиннадцать.

Тут как раз в гримерку, постучавшись, вошел Матиас, мне было пора на выход. Шутки кончились, пришло время работать.

Вместе мы снова вышли в зал. Теперь там уже было довольно много посетителей. А через пару часов их станет еще больше. Сегодня пятница, так что к ночи здесь будет не протолкнуться от жаждущих хлеба и зрелищ после окончания трудовой недели. Все они были для меня подобно единому океану с тысячью лиц. Я заняла свое обычное место на сцене у микрофона, прочистила горло. Ребята заиграли, я запела. Мы исполнили пять песен: рок и не только. Вообще-то в нашем репертуаре более сотни песен на все случаи жизни. Больше половины — знакомые всем мелодии.

Мы закончили пятую песню и нас сменили Шейла и Дени, закружившись в бешеном ритме танца, который был призван возбуждать желание. До сих пор удивляюсь гибкости и изящности движений Дени. Танцует она великолепно! Да, при сильном желании, я могла бы повторить все это, но только за счет того, что я оборотень, и кошачья суть во мне смешена с человеческой. Она же просто человек, но то, что она вытворяет — уму не постижимо!

И все же нет, это не для меня. Я пою и не более. Однажды Марк пытался меня уговорить подменить одну из танцовщиц. Я тогда сказала все, что об этом думаю, не особо стесняясь в выражениях. Больше он об этом не заикался.

Я не считаю это чем-то постыдным, просто не представляю себя в подобной роли. Это, как бы так выразиться, противоречит моей сути.

Когда девчонки закончили, снова настала наша очередь. Обычно за вечер мы менялись раз пять, сегодня получилось семь. Последний выход мы работали вчетвером. Матиас убежал на свое свидание века, и я теперь сидела вместо него за клавишными. Все мы уже изрядно устали, но работа есть работа, и мы честно старались делать ее хорошо. Во всяком случае, никто еще не жаловался на качество нашего исполнения. Наоборот, все были довольны. В зале, как всегда, царили полумрак и запах самых разных сигарет, причудливо переплетенный с ароматами сотен одеколонов и духов. Так что, чтобы разглядеть кого или что-либо в зале, нужно было приложить определенные усилия.

Но все же одно лицо сразу же бросилось мне в глаза, так как не очень вписывалось в общую массу посетителей. Это была импозантная женщина с длинными иссиня-черными волосами, белой холеной кожей и холодными серыми глазами. Она была в брючном костюме, стоимость которого явно превышала тысячу долларов. Рядом с ней сидел молодой мужчина с красивым лицом и идеальным телосложением. Одежда его была несколько проще.

Эту женщину я знала. Ее звали Иветта. Она была сильной женщиной и сильным оборотнем, вервольфом, да к тому же вожаком стаи этого города, главой над остальными. Ее спутник тоже был оборотнем. Хотя я никогда не встречалась с ним раньше, но без труда разглядела его истинную сущность, скрытую от обычных людей. Новый протеже Иветты, не иначе.

Интересно, что нужно было здесь этой паре? Вероятность того, что они зашли приятно провести время, была очень мала. На самом деле Иветта давно хотела видеть меня в своей стае. Когда мы впервые встретились, она еще не была вожаком. Это место она отвоевала два года назад, убив в схватке прежнего вожака. С тех пор она и пытается сманить меня к себе. Оборотень-пантера, который может перекидываться без последующего беспомощного состояния сколь угодно раз, это необычный и сильный союзник. Вот она и старается…

Но все это напрасно. Я не приму ее предложение, каким бы соблазнительным оно ни было. Служить кому-то — это не по мне. Для этого у меня слишком вспыльчивый характер. Однажды я уже отвоевала себе право называться оборотнем-одиночкой, неподвластной никому. И, если надо будет, я готова была повторить это. К тому же, я уже говорила, что мне нет дела до их общества. Мне своих проблем хватает.

Но, видно, Иветта не собиралась отступать. Не иначе опять пришла уговаривать. Не очень-то мне хотелось с ней беседовать. Может, еще удастся проскочить через служебный вход? Как говорится, надежда умирает последней…

Мы наконец-то закончили выступление, и я снова направилась в гримерную — забрать сумку, потом домой… Я ощущала усталость. Все-таки сверхурочные меня вымотали. Сейчас мне ничего не было нужно, кроме горячего душа и мягкой постели.

Но на полпути меня что-то остановило, вернее кто-то. Молодой мужчина. Что-то в нем меня сразу насторожило. Я тотчас поняла, что он не человек. Теперь я это просекаю мгновенно. Став оборотнем, я стала чувствовать и видеть все сверхъестественное, что доступно лишь узкому кругу обычных людей. Теперь я знаю, что многие сказки не такой уж вымысел. Существуют и колдуны, и призраки, и оборотни, безусловно. И Бог знает, кто еще. Так что лучше особо не удивляться.

Этот мужчина явно не был человеком. И еще одно обстоятельство меня смутило — я не смогла разглядеть его лица, хотя тот краткий миг, что я смотрела на него, он тоже смотрел на меня. Подобное бывает во снах, но сейчас-то был не сон!

Я уже покинула гримерную, а этот парень все не выходил у меня из головы. Странно все это…

За всем этим я совсем забыла о Иветте. Но она, к сожалению, не забыла обо мне. Едва я вышла из служебного входа, как буквально столкнулась с ее провожатым, чуть не сбив его с ног. Сама Иветта стояла чуть поодаль. Она улыбнулась мне своей лучезарной улыбкой, словно старому другу, и сказала:

— Здравствуй, Лео. Как прошел рабочий день?

— Иветта, ты меня, конечно, извини, но я очень устала. Больше всего мне сейчас хочется вернуться домой и лечь спать. Так что говори сразу, что ты хочешь.

— И охота тебе так надрываться? — она выглядела по-настоящему удивленной. — Если бы ты приняла мое предложение, я бы нашла тебе место получше, и где тебе бы больше платили.

— Мы об этом уже не раз говорили, — устало ответила я, — а мой ответ по-прежнему нет.

— Вынуждена признать, ты очень упряма, — вздохнула Иветта, подойдя ко мне почти вплотную. Мы были примерно одного роста.

— На том и стоим, — хмыкнула я, поправляя ремень сумки.

— Но ты бы получила столько преимуществ! — сказала она и провела языком по губам. Господи! Она разговаривала со мной так, будто пыталась соблазнить. Но сегодня я слишком устала для этих игр, поэтому ответила довольно резко:

— Слушай, отстань, а?

По-моему, ее слегка задел мой тон, так как она медленно проговорила:

— Не забывай, я все-таки глава оборотней этого города. Я вожак стаи!

Одновременно с этими словами ее спутник как-то напрягся. Неужели он и вправду любил ее? Или был очень ответственным телохранителем? Но это меня мало волновало, я уже начала злиться:

— Ты тоже не забывай, кто я! Однажды я уже отвоевала право быть одиночкой! Мы когда-то была подругами, поэтому мне не хотелось бы биться с тобой. Но если ты вынудишь меня, мы обе знаем, чем это может кончиться.

После этой моей тирады ее протеже не выдержал первым. Он сказал:

— Иветта, да зачем она нам? Что ты ее уговариваешь?

— Ты ничего не понимаешь, Эндрю! — осадила она его, а затем, снова улыбнувшись мне, продолжила, — Лео не просто оборотень! Ее зверь — пантера, к тому же у нее масса скрытых достоинств: она может перекидываться сколько угодно раз, ее звериный укус не заразен, она неподвластна жору, у нее иммунитет к серебру и лунному свету. Смотри, сегодня канун полнолуния, а в ней нет никакой напряженности! Подобного оборотня я в жизни не видела.

Значит завтра полнолуние, — подумала я. — То-то я стала раздражительнее! Завтра на меня можно будет вешать табличку «Не влезай — убьет!»

— И из-за этого ее надо так уговаривать? Тоже мне! — совершенно по-волчьи фыркнул Эндрю.

— Слушай, Иветта, прибрала бы ты своего щенка! — не сдержалась я.

— А то что? — Эндрю явно вошел в раж. — Ты на меня зашипишь?

Так, он сам напросился! Резким движением я схватила его за горло и с рычанием прижала к стене. Ногти на руках у меня сменились когтями, я чувствовала, как увеличиваются клыки. Он действительно вывел меня из себя, но перекидываться я не собиралась. Такого удовольствия я им не доставлю, дудки!

Возбуждение и близость полнолуния сказались и на Эндрю. Мускулы и кости под кожей рук, которыми он удерживал мою руку, ходили ходуном. То и дело пробегали волны и под кожей лица. Он явно был на грани.

Близость коллапса придала ему силы, и он сумел-таки оторвать мою руку от своего горла. У него вырвался звериный рык. Налитые кровью глаза смотрели на меня, и в этом взгляде не было ничего человеческого. Сквозь них на меня смотрел его зверь. Издав еще один рык, он бросился на меня. Но ему не удалось застать меня врасплох. Я отразила его атаку, оставив на его груди пять широких полос от своих когтей. Я надеялась, что боль хоть немного отрезвит его. Но нет, он снова готовился к нападению.

Он меня разозлил, но я вовсе не хотела убивать его, поэтому крикнула Иветте:

— Ты — его вожак. Осади своего щенка, если не хочешь, чтобы я убила его!

— Хорошо, — неожиданно быстро согласилась она, а затем властно сказала Эндрю, — Оставь ее!

Он остановился, но по-прежнему продолжал злобно смотреть на меня.

— Эндрю, я приказываю — оставь ее! — в голосе Иветты появились рычащие нотки и скрежет металла.

На этот раз Эндрю вздрогнул, как от удара, затем заскулил и, покорно опустив голову, встал за Иветтой.

— Иди к машине и жди меня там, — приказала она ему, и он безропотно удалился. Иветта снова повернулась ко мне и сказала, — Ему придется сегодня перекинуться, зверь и так почти взял над ним верх.

— Он не достаточно хорошо умеет его контролировать, — ответила я, пожав плечами.

— А ты? — спросила она. — Сейчас твой зверь тоже выглядывает из твоих глаз.

Иветта была права, эта схватка немного вывела меня из себя, а при приближающемся полнолунии и этого оказалось достаточно. Но я знала, что сейчас смогу справиться с собой. Я задрала голову вверх и издала громогласное рычание, какое издают пантеры или львы. Когда на безлюдной улице смолкли его последние отзвуки, я уже была в порядке.

— Удивительно! — сказала наблюдавшая за всем этим Иветта. — Даже я завидую твоей воле и способности владеть собой!

— И чтобы полюбоваться на это, ты устроила весь этот спектакль? — я устала и хотела спать, поэтому в моем голосе были лишь злость и раздражение.

— Вовсе нет, — она отрицательно покачала головой. — Все, что произошло здесь, чистая случайность. Просто Эндрю слишком вспыльчив. Но ты преподала ему хороший урок. Жаль, что ты растрачиваешь себя впустую. Подумай. Ты могла бы быть моей правой рукой в стае!

— Нет, и закрыли эту тему. Все, хватит с меня на сегодня. Я еду домой!

С этими словами я развернулась и направилась к своей машине. Иветта что-то сказала мне вслед, но я даже не обернулась. Все это достало меня до предела! Достав ключи от машины, я кинула сумку на переднее сиденье, завела мотор и поспешила уехать подальше отсюда.

Глава 2

Когда я, наконец, открыла дверь своей квартиры, была уже глубокая ночь, или скорее даже раннее утро.

Я сразу прошла в спальню, бросила жакет на кресло и включила свет. Ура, я дома! Есть мне не хотелось, так что на кухню я даже не зашла (к чему пугать пирующих тараканов — шутка). Я поспешно сбросила с себя рубашку и брюки, у меня даже хватило совести повесить их в шкаф, и поспешила в ванную. Тугие горячие струи разбивались о мое тело и уносили прочь всю усталость. Кайф! Я стояла под душем до тех пор, пока не скукожилась кожа на кончиках пальцев. Потом я тщательно вытерлась своим любимым большим махровым полотенцем с изображением касатки.

Я снова прошла в спальню. Моя любимая широкая кровать уже была расстелена и манила меня своими мягкими подушками. Я уже хотела надеть пижаму и лечь-таки спать. Но тут по всему моему телу пробежала волна дрожи. Это чувство мне было слишком хорошо знакомо. Меня просто физически тянуло перекинуться. Мой зверь не рвался наружу, но соблазнял меня своей силой. Да, я могла бы сдержаться, подавить это чувство, но решила этого не делать. Ладно, пусть эту ночь я проведу зверем. Утром все равно приму человеческий облик. Не в первый раз.

Я дала волю своим инстинктам. Тут же кости и мускулы под кожей заходили ходуном, как это недавно было у Эндрю. Задвигались кости лица, наружу брызнула черная шерсть, ногти сменились когтями, клыки увеличились. Все перевоплощение занимало у меня около минуты, а при необходимости я могла ускорить этот процесс.

И вот из зеркальной створки шкафа на меня смотрела крупная черная пантера. Лишь ото лба и вдоль хребта тянулась полоса золотистого меха. Цвет глаз у меня остался прежний: зеленые с медовыми крапинками, только стали чуть больше.

Не знаю, как чувствовала себя Иветта при перевоплощении, но мне всегда пару минут как-то неуютно, будто кокон, отгораживающий меня от всего мира, распался. Чувства становятся ярче, и ты не знаешь: радоваться или бежать прочь. Но это проходит, сменяется чувством эйфории. И не смотря на это, я всегда знаю, что я больше человек, чем зверь.

Я потянулась, негромко рыкнула, а затем забралась на постель и преспокойно уснула. Да, если кто-то вознамерится вломиться в мою квартиру — его ждет страшный сюрприз.

На следующий день меня разбудил чей-то методичный звонок в дверь. Пока я открыла глаза, позвонили уже раза три, не меньше.

Я глянула на часы — было две минуты двенадцатого. Черт! Я проспала! А Дени уже приехала за мной! Я рванула к входной двери, но хорошо, что краем глаза увидела свое отражение в зеркале! Я была совершенно обнажена, на мне не было ни единой нитки. Хороша бы я была, открыв дверь! Пришлось в спешном порядке, прыгая по коридору на одной ноге, натягивать на себя пижаму — первое, что попалось мне под руку. А в дверь продолжали звонить. В настойчивости Дени не откажешь. Наконец я доскакала до двери, и даже в относительно благопристойно виде, и открыла ее. Конечно, на пороге стояла Дени в полной боевой готовности, свежа как майская роза. Пару секунд она удивленно таращилась на меня (видно вид у меня все-таки был еще тот), и, наконец, сказала, просто констатируя факт:

— Ты проспала.

— Ага, — как можно виноватее ответила я.

— Ладно уж, — отмахнулась она. — Если честно, я чего-то подобного и ожидала.

— Извини, просто я вчера сильно устала.

— Мне можешь не рассказывать. Я все отлично понимаю. Поэтому дай мне пройти и закрой дверь, а то весь дом будет знать, какого цвета у тебя пижама.

— Да пусть ослепнут! — фыркнула я, но дверь закрыла.

Пока я плескалась в душе, умывалась, одевалась — в общем, приводила себя в божеский вид, Дени вовсю хозяйничала на моей кухне. Эх, хорошо иметь друзей! Особенно хозяйственных. За каких-то десять минут она успела вскипятить чайник и даже приготовить нехитрый завтрак, состоящий из йогурта, яичницы и идеально нарезанных ломтиков ветчины. Едва я заглянула на кухню, как Дени сказала:

— Садись, ешь, — она подвинула мне йогурт (что-что, а это у меня в холодильнике не переводится).

— Спасибо, мамочка!

— Да ладно, — Дени лишь махнула рукой, а секундой позже спросила, — Ты что будешь: чай или кофе?

— Чай, — кофе я пью только когда нет альтернативы.

Она заварила мне чай из пакетика, а себе налила кофе, потом села напротив меня. Как и я, она была одета в джинсы — в конце концов, мы собирались не на бал. Сверху у нее была надета спортивная кофта с длинными рукавами и капюшоном. Я же предпочла свой любимый синий свитер.

Поглощая столь умело приготовленный завтрак (я-то обычно просто достаю из холодильника йогурт и заливаю кипятком пакетик с чаем), я не сдержалась и сказала:

— Слушай, становись мне родной матерью! Можешь даже жить у меня.

— Ага, сейчас! — рассмеялась Дени. — Вот только домой съезжу и вещи привезу. Лучше ешь, а то питаешься, небось, одними йогуртами!

— Нет, ну не только, — поспешила возразить я. — Просто я не слишком-то люблю готовить.

— Парень тебе нужен.

— Думаешь, тогда я стану хорошим поваром? — усмехнулась я.

— Нет, — с притворной обреченностью вздохнула Дени. — Даже самому распрекрасному принцу тебя на это не подвигнуть.

— Вот о том и речь, — подтвердила я.

— Но все-таки, — голос Дени стал серьезен, — почему бы тебе не завести кого-нибудь? Я знаю тебя четыре года, и все это время ты одна. Так нельзя.

Да уж, усмехнулась я про себя, сама она за это время сменила уже как минимум пятерых ухажеров. В слух же я сказала:

— Почему? Мне просто никто не нужен, моя теперешняя жизнь меня полностью устраивает.

— Но неужели тебе не хочется, чтобы кто-то тебя любил, заботился и все такое…

Я хотела было ответить нет, но подумав, сказала:

— Возможно, ты и права. Бывают минуты, когда мне действительно хочется этого, но тогда мне придется многим поступиться, многим пожертвовать, а к этому я не готова.

— А если найдется тот, кто полюбит тебя такой, какая ты есть, примет все грани твоей личности? — спросила Дени, делая глоток кофе.

— Вряд ли, — покачала я головой, и сразу подумала, что как ни крути, а я все же оборотень, и мало кто от этого будет в восторге. Зоофилы не в счет.

— Что-то больно мрачно. Это неспроста.

Как часто бывало, она просто констатировала факт. Мне вовсе не требовалось отвечать. Она никогда не расспрашивала меня о моем прошлом, также как и я не лезла в ее. Но сегодня меня словно прорвало. Я сказала:

— Да, наверное. Подожди минуту, я сейчас тебе кое-что покажу.

С этими словами я вернулась в спальню, где достала из дебрей шкафа один давно забытый снимок. Положив его туда четыре года назад, я еще ни разу не доставала его. А сегодня вот что-то подвигло. Вернувшись на кухню, я вручила его Дени со словами:

— Вот такой я была четыре с половиной года назад.

На снимке у меня были длинные распущенные волосы, я смеялась и обнимала улыбающегося парня с короткими и прямыми каштановыми волосами.

Дени рассматривала фотографию и пару раз украдкой бросала на меня взгляд. Я ее понимала, уж слишком оригинал отличался от снимка… Наконец она, с не свойственной ей робостью, спросила:

— Это твой парень?

— Был, — сухо подтвердила я. — Как раз тогда, когда был сделан этот снимок, мы собирались пожениться. Но, как видишь, ничего не вышло.

— С ним что-то случилось?

— О, нет! — я горько усмехнулась. — Он жив и здоров. Это вовсе не история о Ромео и Джульетте, а вполне банальное пришествие. За две недели до свадьбы я увидела его прогуливающегося с другой. На все мои упреки и вопросы он сказал, что не может жениться на мне. Я, видите ли, слишком независима для него, и не так женственна, как та, другая. Мне было очень больно тогда, ведь мы были так долго вместе и, черт возьми, я любила его! Из-за этого меня так расстроили его слова.

— Понимаю, — с искренним участием сказала Дени.

— Мне было двадцать, но казалось, что мир рухнул. Два месяца я провела в жуткой депрессии, пока однажды не поняла, что все не так уж ужасно, — конечно я не рассказала Дени, что к этому решению меня подтолкнуло мое первое перевоплощение в зверя. — Видно правы были те, что говорили: «То, что не убивает, делает нас сильнее». Во всяком случае, со мной было именно так. И если раньше, упиваясь своим горем, я думала, что никому не нужна, то теперь поняла, что это мне никто не нужен. И с осознанием этого в мою душу пришел покой. Конечно, боль осталась, но я уже могла с ней справиться.

Тогда-то я и решила коренным образом изменить свою жизнь. Обрезала волосы, переехала сюда, устроилась в клуб. Я полюбила эту жизнь и относительно счастлива. Теперь меня не задевает, если кто скажет, что некоторыми чертами я больше похожа на мужчину. Скажу по секрету, мне даже нравится иногда прикинуться парнем.

— Это я заметила, — усмехнулась Дени.

— Ну и вот. Сейчас я действительно чувствую себя живой, понимаешь? Может кто-то и мечтает о замужестве, но не я. Мне не нужен парень для того, чтобы чувствовать себя самодостаточной. А один секс того не стоит.

— Тяжелый случай, — покачала головой Дени, а затем убежденно добавила, — рано или поздно найдется тот, кто сможет тебя переубедить.

— Ну-ну, — я лишь усмехнулась. Чтобы закрыть эту тему я добавила. — Ладно, давай собираться. Или ты уже передумала идти в бассейн? Не свой сеанс мы уже опоздали, но хоть на двухчасовой успеем.

— Ой, и правда, — спохватилась она.

Мы в четыре руки вымыли посуду, я быстро покидала в спортивную сумку все необходимое, и через полчаса мы в машине Дени уже ехали к спортивному комплексу.

Все-таки мы успели на двухчасовой сеанс, даже приехали немного раньше. Не спеша переоделись, ополоснулись и, наконец, погрузились в голубые воды бассейна.

Надо сказать, что вода всегда притягивала меня, я обожаю плавать, хоть никогда и не занималась этим профессионально, да и по гороскопу моей стихией является воздух. Но разве это так уж важно? Я плыла, и мне нравилось, как вода обволакивает мое тело. Абсолютно ни о чем не хочется думать.

Рядом плыла Дени. Свои роскошные длинные волосы она ловко спрятала под купальную шапочку. Каждый раз удивляюсь, как ей это удается!

Так мы проплавали почти час. Этого было достаточно, чтобы поддержать мышцы в тонусе. Хотя я делаю это в большей степени из-за того, что мне это нравится. Никогда не стану себя изводить только для того, чтобы иметь хорошую фигуру. Правда, в принципе, жаловаться мне не на что.

После бассейна мы заехали в одно уютное кафе перекусить, потом на пару минут ко мне домой. Там я взяла свою машину, и мы поехали на работу, так как сегодня была суббота, и мы открывались немного раньше. Конечно, можно было сразу поехать туда на машине Дени, но, как правило, мы заканчиваем работу в разное время, так уж получается.

Нас ожидал обычный рабочий день, который кончился глубокой ночью. Я опять вышла из служебного входа, направляясь к своей машине, когда меня окликнул приятный женский голос. Черт, уже второй раз я не могу спокойно сесть в машину и уехать домой! Если так пойдет и дальше, то я переставлю машину и буду выходить исключительно через главный вход.

Нехотя, с нескрываемым раздражением, я обернулась на голос. Его обладательницей оказалась миловидная девушка с ангельским личиком. Вряд ли она была старше меня, хотя обладающие такой внешностью и в сорок лет выглядят на двадцать. И вообще, она меньше всего походила на тех, кого можно встретить в это время суток. На ней было длинное, несколько старомодное платье, которое делало ее еще более невинной. Этот образ дополняли длинные светлые, с легким рыжеватым оттенком волосы, которые вились тысячью мелких кудряшек, и чистые голубые глаза. Все это делало ее какой-то нереальной, словно она не принадлежала этому миру. К тому же было в ней что-то сверхъестественное.

— Извините, вы Лео? — спросила она, кротко взглянув на меня.

— Ну, допустим, — довольно резко ответила я. В конце концов, я имела на это право. Я устала и хотела домой. — Но кто вы, и что вам от меня нужно?

— Простите, я не представилась. Меня зовут Селеста. Прошу, выслушайте меня! — ее глаза умоляюще смотрели на меня, и я не удержалась.

— Хорошо, говорите, что там у вас, — я выжидательно облокотилась спиной о свою машину.

Селеста вздохнула так, словно я сняла с ее плеч огромный груз, и снова заговорила:

— Простите, мы бы никогда не побеспокоили вас, если бы на то не было серьезных причин.

«Мы» — подметила я, значит, скорее всего, она действовала от чьего-то лица. Вопрос, от чьего? Несмотря на невинный облик девушки, в мою душу начали закрадываться подозрения. Поэтому, перебив ее, я спросила:

— Кто вас послал?

— Я… я не могу вам этого сказать, — тут же смутилась она. — Но вы все узнаете в свое время, обещаю!

— Так в чем, собственно, дело? Зачем я вам понадобилась?

— О, возможно, вы единственная, кто может нам помочь! Это вопрос жизни и смерти многих и многих!

— Но почему именно я? Что, в телефонном справочнике напротив моей фамилии стоит метка «исполняющая обязанности супермена»? — спросила я, не сдержав сарказма, а про себя подумала, что если это очередные проделки Иветты, то я нарушу свои принципы невмешательства и задам ей хорошую трепку! Что за дела, в самом деле?! Ни одно, так другое!

— Поверьте, на то были очень веские причины! — тихо ответила Селеста. — Вам все объяснят, если вы согласитесь прийти на встречу.

— Мне еще куда-то идти?

— Не сегодня. Я понимаю, вы устали и хотите побыстрее попасть домой.

— Очень точно подмечено.

— В таком случае завтра в двенадцать вам подойдет? Клянусь, вам ничто не угрожает. И еще раз повторяю, это вопрос жизни и смерти.

— Ладно, — ответила я, во многом только из-за того, чтобы отвязаться от нее, и еще мне хотелось узнать имя того, на кого я уже злилась. — Где?

— Я буду ждать вас в конце двадцать восьмой улицы, возле старой церкви.

— Хорошо, я знаю это место.

— В таком случае, до завтра. Не смею вас больше задерживать, — с этими словами девушка быстро удалилась, оставив меня на улице в гордом одиночестве.

Некоторое время я тупо смотрела ей вслед, пытаясь осознать, что произошло. День еще не кончился, а я уже подписалась на встречу неизвестно с кем, неизвестно зачем. Да, дела…

Смачно выругавшись, я села в машину, завела мотор и поехала домой. А что мне еще оставалось? Грядущий день обещал быть веселым.

* * *

Без пяти минут двенадцать я уже подъезжала к месту встречи. Оно находилось в старой и запущенной части города. Дома здесь были древние и невысокие. Практически все они пустовали, в них никто не жил уже не один год, ну разве что редкие нищие и бродяги. Вообще этот квартал обирались снести, но то руки у муниципалитета не доходили, то денег не хватало.

А церковь здесь была всего одна. Вернее даже не церковь, а небольшая часовня. Она находилась между красным жилым домом и крохотным магазинчиком с разбитой витриной. Как и все здесь, она была ужасно запущена и заброшена. Службы здесь не вились уже давно. Стены кое-где потрескались, их густо обвивал плющ, и от входной двери осталась лишь одна створка.

Селесту я увидела сразу. Она стояла как раз возле входа в церковь. На ней было то же платье, и ветер трепал ее волосы. Сама невинность и кротость.

Припарковавшись, я вышла и направилась к ней. Она сразу заметила меня, да это и не мудрено. Моя машина была на этой улице единственной, а кроме нас двоих здесь и людей-то вроде не было, или они просто старались не показываться.

Оружие на эту весьма сомнительную встречу я не взяла. Огнестрельное я не люблю, а холодное… Мои когти и зубы оборотня в этом смысле гораздо надежнее.

Селеста лучезарно улыбнулась и сказала:

— Спасибо, что пришли.

— Я же обещала. А свое слово я, обычно, держу.

— Конечно, — тут же согласилась она.

— Ну и где ваш шеф или кто он там? — не сдержалась я. — Не хотите же вы сказать, что мы будем разговаривать здесь?

— Не совсем, — Селеста снова улыбнулась. — Но нам нужно пройти внутрь.

Ну, внутрь, так внутрь. Правда, там не оказалось ничего особенного. Только пыль и запустение. Да и места здесь было немного, где-то восемьдесят квадратных метров. И никого не было, лишь где-то под потолком гулили голуби, да в нишах стояли полуразрушенные статуи святых.

— У вас что здесь? Подземный ход, ведущий в секретный офис? — усмехнулась я, уж больно все это походило на фарс.

— Что-то вроде того, — Селеста излучала просто ангельское спокойствие. — А теперь дайте мне вашу руку.

— Зачем? — тут же спросила я, продумав про себя: «Что еще за дурацкие шутки?»

— Поверьте, так надо, — сказала она, будто уговаривала капризного ребенка. — Клянусь, вам ничего не угрожает!

Все еще сомневаясь, я протянула ей руку. Селеста тут же взяла ее в свою. Она оказалась прохладной, а кожа невероятно нежной. Едва я успела подумать об этом, как вокруг нас вспыхнул золотой свет. Он был непереносимо ярок и в то же время так ласков, что хотелось купаться в нем вечно, но длилось это лишь пару секунд. Я успела лишь моргнуть.

Когда я открыла глаза, то мы уже были не в старой церкви, а в просторном сумрачном зале с высокими сводами.

— Что за черт?! — выругалась я, вырвав свою руку. Магию я чую за версту, и это была она. Я уверена, что мы переместились в какой-то другой мир. Но, черт возьми, как все быстро произошло!

— Прошу, не волнуйтесь, — попросила Селеста. — Это было необходимо.

— Что необходимо? — в моем голосе слышались рычащие нотки. Я уже всерьез начала думать о том, что назад мне придется прорываться с боем. Хотя, куда назад? Если мы в другом мире, то сама возвратиться я не смогу. Чтобы открыть портал, нужен маг, а я всего лишь оборотень. Да, меня практически загнали в угол.

Так, ничего, главное успокоиться, взять себя в руки и не подавать виду. Они, кто бы то ни был, еще узнают с кем связались!

— Возможно, лучше было бы вас предупредить, — начала Селеста. — Как вы уже догадались, мы действительно совершили переход между мирами. Это было необходимо. Только здесь мы можем поговорить спокойно и без лишних свидетелей.

— Но где мы? — потребовала я ответа. Все вокруг было несколько мрачноватым и в то же время неестественно прекрасным, и это явно было творением не человеческих рук. Во всем: от отполированных до блеска стен до ваз на постаментах чувствовалась какая-то полная законченность. Не думаю, что человеческий разум способен создать нечто подобное.

— Мы в моем мире, — со свойственной ей кротостью ответила Селеста, но мне это ни о чем не говорило. — Прошу, проходите сюда.

Она открыла передо мной высокие резные двери, приглашая меня войти. Так как терять мне было нечего, я вошла, и у меня прям дух захватило от увиденного. Такой красоты я никогда не видела! Мы оказались в зале гораздо меньшем, чем предыдущий, и абсолютно на него не похожим. Пол был устлан мягчайшим ковром, скорее походившим на голубой мех. Здесь стояли изящные кресла, диван и резной столик, на стенах висели гобелены, расшитые синими звездами на серебреном фоне. И все это освещалось десятками изящных ламп, дающих мягкий серебристый свет. Они были здесь повсюду. Из окон виднелся лишь кусок чужого звездного неба.

Этот зал был по-домашнему уютен, но также пуст, как и первый. Я уже хотела спросить у Селесты, что все это значит, как в зале появилась еще одна фигура. Я не заметила, но не удивлюсь, если она просто материализовалась из ниоткуда. Фигура, несомненно, была мужской. Она была закутана в длинный черный плащ с капюшоном, закрывавшим пол-лица. Когда он обернулся к нам, то я увидела, что его лицо еще и маска закрывает в виде черепа. То, что он не был человеком, не вызывало никаких сомнений. У меня просто волосы дыбом встали от ощущения исходившей от него сверхъестественной силы.

Он подошел ко мне почти вплотную, и приятным голосом, немного приглушенным маской, спросил:

— Так это она и есть?

— Да, — подтвердила Селеста.

— А теперь объясните мне кто вы, и что все это значит! — потребовала я.

— Ты была права, у нее огнеопасный характер, — мне показалось, что серые глаза под маской улыбнулись. Смотря прямо на меня, он спросил, — неужели вы еще не догадались?

Я отрицательно покачала головой, еще и для того, чтобы избавиться от затягивающей силы этих глаз.

— Что ж, возможно это вам подскажет.

С этими словами он дотронулся до моей руки, от чего я чуть не подпрыгнула. Чувство было такое, будто я с разбега ухнула в ледяную воду, а потом пришло ощущение некоторой рассеянности и неловкости. Будто он коснулся не моей руки, а чего-то самого сокровенного, души. И только благодаря своему зверю, который чуть не вырвался из меня, я смогла отстраниться.

— О, Господи! — только и смогла выдохнуть я. Теперь я догадалась! Только одному была подвластна такая сила. Но само осознание этого казалось невероятным. Немного придя в себя, я все же спросила, — Вы — Смерть?

— Да, — просто ответил он, будто это ничего не значило.

— Значит я…

— Именно, ты на так называемом «том свете», как вы, люди, предпочитаете это называть. Но, спешу заверить, что вы не умерли.

— Та-а-ак, — протянула я, а сама подумала: «все страннее и страннее».

— Прошу, садитесь, — любезно предложил он, — разговор обещает быть долгим.

Мы с Селестой сели на диван. Сам он предпочел кресло, но сперва плавным движением снял маску и плащ, бросив все это на соседнее кресло.

А Смерть оказалась вовсе не такой, какой ее было принято описывать. Идеально сложенный, но, в общем-то, обычный парень в простом темном костюме лет двадцати пяти с открытым, даже красивым лицом, обрамленным длинными золотыми локонами. Лишь глаза были холодны, в них затаилась глубина бездн.

Перехватив мой удивленный взгляд, он сказал:

— Да, это и есть практически мое настоящее лицо. Как видите, я вполне материален: создание из плоти и крови, хоть и бессмертен. Извините за каламбур.

— Тогда зачем весь этот маскарад? — я кивнула в сторону маски и плаща.

— Так я выгляжу, лишь, когда выполняю свои прямые обязанности на Земле, да и видят меня лишь умирающие. Хотя часто этим занимается Селеста. Здесь тоже очень много работы.

Только тут я поняла, что они с Селестой очень похожи. Черты лица, и вообще… Словно прочтя мои мысли, Селеста улыбнулась и сказала:

— Он мой брат, старший.

— Вот уж не думала, что у Смерти есть родственники, — искренне удивилась я.

— И, тем не менее, это так, — подтвердил он. — Селеста моя сестра. По вашему счету времени она младше меня где-то на двадцать тысяч лет.

Ничего себе! — подумала я. Меня так и подмывало спросить, кто была их мать, но они снова опередили меня.

— У нас нет ни матери, ни отца в обычном понимании, — сказала Селеста, и мне показалось, что на секунду в ее глазах промелькнула печаль.

— Мы были рождены Вселенной, — продолжил ее брат. — Как и ваша планета, как и эти мириады звезд, как и первая жизнь. Поверьте, Вселенная — это не просто тьма космоса, это великий разум, Бог, если хотите, способная, при желании, принимать любую форму. Во всех мирах нет более великой силы. И часть ее есть в каждом из нас, и в вас, и во всех остальных.

Скажу честно, я не помню, сколько мне лет. Счет давно перешел на миллионы. И столько же я живу здесь, — он широким жестом обвел зал. — Этот мир был создан мной и для меня, а также для Селесты.

— Она тоже Смерть? — спросила я.

— Нет, смерть может быть только одна, — ответила Селеста. — Только мой брат обладает истинной силой. Конечно, я тоже обладаю некоторыми способностями, но я могу быть лишь проводником: провожаю души, когда пришел их срок.

— Ну, это не такие уж мелочи, — улыбнулся он.

— Кстати, как мне вас называть? — обратилась я к нему. — Просто Смерть?

— За всю историю своего существования человечество придумало мне тысячи имен: Осирис, Танат и так далее, и тому подобное. Можешь звать меня как хочешь, суть дела от этого не изменится.

— Тогда я буду звать вас Танатом, — согласилась я. — Ведь это, вроде, древнегреческое имя смерти? Равно как и Селеста.

— Именно так, — он улыбнулся.

— А теперь мне хотелось бы знать зачем, собственно, я здесь, — решила перейти я к делу.

Танат тут же сделался серьезным, даже глаза изменились, посерьезнела и Селеста.

— Дело, по которому мы вас пригласили, очень важное. Оно касается судеб очень многих.

— Это я уже слышала.

— Хорошо. Скажите, при слове смерть вы, как и многие другие, рисуете в воображении некую фигуру в плаще с капюшоном и с косой?

— Ну да… — я не понимала, к чему он клонит.

— Так вот, Коса Смерти действительно существует. Это грозное оружие огромной мощи. В моих руках она может очень многое, хотя я без нее прекрасно могу обойтись.

— И зачем вы мне это рассказываете?

— Затем, что недавно она была похищена.

— Но зачем? Ведь вы говорили, что она действует только в ваших руках.

— Не совсем так. Полная сила — да, верно и то, что никто другой не может прикоснуться к ней, иначе умрет. Но даже со всеми этими ограничениями Коса Смерти — сильнейший магический артефакт, способный многократно увеличить силу любого мага.

— Но как можно украсть то, к чему нельзя прикоснуться?

— Как оказалось, можно. И я знаю кто. Это дело рук Триады — союза трех сильнейших магов Земли. Коса Смерти и сейчас у них. Она на Земле — и это ужасно!

— Почему? — спросила я.

За Таната ответила Селеста:

— Коса Смерти — сама по себе сосредоточение огромной силы, которая может быть губительна для всего живого. Здесь, в нашем мире, это никому не угрожало, но на Земле… Если лезвие Косы коснется поверхности планеты, она погибнет. Погибнет со всем живым на ней.

— Круто, — только и смогла сказать я.

— Да уж, — согласился Танат.

— Но я-то тут причем?

— Мы хотим, чтобы ты нашла и вернула Косу Смерти, — ответил Танат, и выражение его лица не позволяло даже мысли допустить о том, что он шутит.

— И за что, интересно знать, мне такая честь?

— Ты не похожа на остальных людей, — задумчиво сказал Танат. — Ведь ты оборотень.

— Ну и что? Согласна, оборотень — явление не такое частое, но даже в нашем городе нас сотни две уж точно.

— Но все они простые оборотни. Ты не похожа на них так же, как и на обычных людей. У тебя душа воина и несгибаемая воля.

— И откуда такая осведомленность? — съязвила я.

На это он мягко улыбнулся, в его глазах промелькнула грусть, и сказал:

— Я же все-таки Смерть. Любую душу я вижу насквозь.

— Значит, у меня душа воина? — недоверчиво усмехнулась я.

— Да. И ты, несомненно, была им в прошлой жизни.

— Даже если так, что из этого? Сейчас я веду обычную жизнь, моя работа — петь в клубе. Не думаю, что смогу хоть чем-то помочь вам.

— Неправда, — вступилась Селеста. — Если кто и сможет, то именно ты. Мы бы сделали все сами, но не имеем права открыто вмешиваться в ход земной жизни. Да и не можем мы надолго покидать наш мир. Следить за ходом жизни и смерит нужно непрерывно, иначе это чревато необратимыми и страшными последствиями.

Я лишь отрицательно покачала головой. Они должны понять, что я обычный человек. Это лишь в фильмах кто-либо, получивший необыкновенные способности, непременно становится супергероем.

— Да, с вами не легко, — вздохнул Танат.

— Ну, я не напрашивалсь.

— Неужели ваше прошлое не говорит в тебе?

— Какое прошлое? — не понимая о чем, собственно речь, спросила я.

— Ведь ты последняя из рода, — обронил Танат, будто это должно было что-то объяснить.

— Да какого, к черту, рода? До недавнего времени я была обычным человеком, мои родители тоже простые люди. Ну, стала я оборотнем, и что теперь? — я уже начала злиться.

— Вот так сразу даже я не смогу сказать наверняка, но то, что вы оборотень — дело древней и очень сильной магии. Она насчитывает ни одно тысячелетие.

— Как так?

— Если хочешь, я могу показать тебе историю твоего рода, как все началось.

— Ага, а я должна буду за это принять ваше предложение. Дудки! — я даже встала от нервного напряжения.

Танат сокрушенно покачал головой и сказал:

— Нет. Сначала вы все узнаете, потом поговорим.

Я все еще сомневалась. Не скрою, в глубине души мне всегда хотелось узнать, почему я стала оборотнем, и почему я не похожа на остальных. Но будет ли мне лучше от этого знания? И какую цену мне придется заплатить, не придется ли мне идти на то, что противоречит моей природе? Я решительно не знала, что мне делать.

Видно мои мысли выдали меня, или же все сомнения ясно читались на моем лице. Но Танат встал рядом со мной, положил руку мне на плечо, словно успокаивая, и сказал:

— Я же сказал, что не попрошу ничего взамен. Примите это как дар, как компенсация за то, что мы потревожили вас. Потом вы сами решите, но это будет потом.

Странно, в этот раз в его прикосновении я не почувствовала ничего сверхъестественного. Будто меня коснулся обычный человек.

То ли его успокаивающий голос сыграл решающую роль, толи мое любопытство взяло верх, а может и то, и другое, но я согласилась и решительно спросила:

— И что мне нужно делать?

— Практически ничего, — Танат вновь мягко улыбнулся одними губами. — Прошу, пойдемте со мной.

Он повел меня в другой зал (интересно, сколько же их здесь всего?), дверь в который была как раз напротив той, через которую мы вошли. Селеста же осталась в гостиной.

Не могу сказать точно, каких размеров был этот зал, так как весь он утопал во мраке. Здесь было единственное пятно света, не знаю уж откуда. Ни окон, ни светильников здесь не было. И мы стояли как раз в пятне этого света. Дверь, приведшая нас сюда, бесследно растворилась во мраке.

— Здесь вы сможете вернуться в прошлое своего рода. Узнать, почему в нем появились такие необычные оборотни, как бы давно это не произошло, — объяснил Танат.

— Что я должна для этого сделать? — я уже была готова практически ко всему.

— Мне нужна лишь ваша кровь.

— Кровь?

— Да, совсем немного. Именно в ней скрывается прошлое. Она будет той ниточкой, что проведет вас сквозь тысячелетия.

С этими словами он взял мою руку. В его руках откуда-то появился нож. Острое лезвие всего на миг прикоснулось к моей коже, как на ней тут же выступили алые капли. Как ни странно, но боли я не почувствовала. Возможно, это была какая-то магия, но я не могу сказать точно. Вообще все это было как во сне.

Нож исчез таким же таинственным образом, как и появился. Танат все еще продолжал держать одной рукой мою руку, а другой осторожно прикоснулся к сделанной им ране. Он обмакнул кончики пальцев в мою кровь, а потом нарисовал ею вертикальную полосу на моем лбу с двумя точками по бокам. Все это время я стояла еле дыша.

Закончив, он вновь обмакнул пальцы в мою кровь и, брызнув ею в сторону, сказал:

— Смотрите!

Тут же все вокруг на миг осветилось ярким светом, я чувствовала, что земля уходит у меня из-под ног, и в то же время ощущала поддержку Таната.

Глава 3

Когда свет рассеялся, я увидела джунгли, посреди которых был город с несколькими пирамидальными сооружениями. Ощущение сна усилилось, я смотрела на все это как бы со стороны, и это почему-то казалось мне совершенно нормальным.

— Что это? — все же спросила я у Таната.

— Это город Охаш-Ица, который теперь нельзя найти ни на одной карте мира. Джунгли навсегда поглотили его остатки. Здесь живет племя Ольмеков — одно из ветвей цивилизации ацтеков. Именно тут все и началось.

Мы поразительно быстро приблизились к городу. Вот мы были уже в нем. Вокруг ходили люди: мужчины, женщины, дети в украшениях с ног до головы, многие из которых были из золота. Все они выглядели дикарями, но внезапно я ощутила родство с ними.

— Но как все это произошло?

— Смотрите, — снова сказал Танат.

В мгновение ока день сменился ночью. В небе светила огромная полная луна, дававшая не меньше света, чем солнце, но он был более призрачным. Мы уже стояли на вершине центральной пирамиды. Здесь в центре стоял алтарь, покрытый причудливыми знаками. На ней была растянута шкура огромной пантеры. Она была свежая и все еще сочилась кровью. А вокруг алтаря стояли семь мужчин. Всем им было не больше тридцати пяти, и они были похожи, словно братья: могучие тела, смуглая кожа, длинные, одинаково остриженные черные волосы, рубленые черты лица.

У одного из них на руках был ребенок, еще совсем крошечный. Но уже было видно, что он не похож на других членов племени — его кожа и волосы были гораздо светлее. Это был мальчик. Бог знает, как он появился в этом племени.

— Кто эти люди? — не удержалась я от вопроса.

— Жрецы-воины. Лучшие из лучших, как я полагаю.

Державший ребенка, положил его на алтарь, прямо на окровавленную шкуру пантеры. От созерцания этого, а больше от мыслей о том, что ждет это невинное существо, у меня комок подступил к горлу, но я, словно завороженная, продолжала следить за развивающимся действием.

Ребенок захныкал, но, казалось, это никого не беспокоило. Каждый из семи достал из-за пояса острый обсидиановый нож и взрезал себе левую руку от запястья до локтя. Кровь брызнула на алтарь, но ни один мускул не дрогнул на их суровых лицах. Положив ножи на алтарь, они скрестили окровавленные руки над ребенком и монотонно, в нарастающем темпе, начали читать какое-то заклинание.

Смешавшись, их кровь капала на ребенка, который уже ревел во всю глотку. И вот луна достигла своего зенита. В тот же миг всех семерых мужчин охватил голубой свет, пронизывающий их тела сотнями молний, который постепенно стал концентрироваться в их руках, а потом ударил прямо в ребенка. Произошла вспышка. Магия, родившаяся здесь, была так сильна, что на секунду у меня захватило дыхание.

Когда свет рассеялся, ребенок, к моему удивлению, был жив и даже перестал плакать, а вот семеро мужчин лежали вокруг алтаря бездыханные. Но это был еще не конец. На миг, всего лишь на краткий миг ребенок обратился детенышем пантеры, черным как ночь со светлой полоской вдоль хребта.

— Что здесь произошло? — ошарашено спросила я.

— Древняя магия. Видно, эти люди долго к этому готовились. Возможно, десятилетия. Эти семеро были очень сильными магами. Объединив всю свою мощь, свои души, они вложили все это в дитя. Это племя малочисленно, оно на грани вымирания, и они отдали свои жизни за то, чтобы создать величайшего воина, который поможет им выжить. И, надо отметить, это у них получилось.

— Значит, они мертвы? — спросила я, указывая рукой на семерых мужчин.

— Да, мертвее не бывает, уж поверьте мне.

— Неужели они сознательно пошли на это, зная, чем все кончится?

— Именно. Они добровольно отдали свои жизни, чтобы дать шанс на выживание своему племени. Это дитя — оборотень, будущий воин, к тому же обладающий магическим потенциалом. Этого ребенка нельзя убить с помощью магии.

— Но каким бы замечательным не был этот ребенок, он все же один. Как он может помочь целому племени? — не понимала я.

— Увидите, — просто ответил Танат.

Тотчас же время вокруг нас завертелось в десятки раз быстрее. Мальчик стал юношей, а юноша — мужчиной, могучим воином с копной светлых волос и взглядом хищника. О, этот взгляд мне был хорошо знаком. Такой же был и у меня, когда сквозь глаза начинал проглядывать зверь.

Я видела битвы с другими племенами, в которых он вел свой народ. Видела его в пылу сражений, на грани коллапса. Он был уже полузверь, и это делало его практически непобедимым и неуязвимым. Его рычание приводило врагов в ужас.

— А что же было потом? — спросила я.

Время снова убыстрилось, и Танат ответил:

— Ваша кровь многое мне рассказала, помогла понять то, что было для меня загадкой.

Этот мужчина сполна выполнил свою миссию. Под его железной рукой племя окрепло и разрослось. Но жизнь человеческая коротка. Когда пришло его время, он умер. Но к тому времени у него уже был сын, который и унаследовал все способности отца. Так начался золотой век ольмеков. Один воин-оборотень сменялся другим, лишь укрепляя положение племени. И каждый оставлял после себя наследника, чтобы у племени всегда был защитник.

— Но что-то, в конце концов, помешало этому? — догадалась я.

— Да. Пришли испанцы, обуреваемые жаждой золота. Против их ружей даже все объединенные силы ольмеков были бессильны.

Сразу же я увидела древний город, объятый пламенем пожарищ. Всюду кипело сражение. Окровавленные тела, плачущие матери и их дети, сражающиеся воины. Но бились, защищали город не только они. Бок о бок с грозными воинами сражались юнцы и старики. Даже женщины брали оружие у своих мертвых мужей и вступали в битву. Решимости этому народу было не занимать, но это не могло им помочь. Перевес явно был не на стороне ольмеков.

Здесь же, в самом пылу битвы, был и оборотень. Он сражался неистово, это был уже не человек, а зверь, с трудом сохраняющий обличье человека. Вокруг него не было пустого места — одни бездыханные тела врагов.

Но вот его что-то отвлекло. В десяти метрах от него испанец занес саблю над молодой женщиной. По тому, как исказилось лицо оборотня. Я поняла, что это, наверное, его жена. Желая спасти ее, он прыгнул. В этом прыжке он полностью стал зверем, приняв обличье пантеры. Но это его не спасло. Раздался выстрел, который, казалось, перекрыл даже шум битвы. Крупное кошачье тело как-то неестественно вздернулось, а потом рухнуло наземь, так и не достигнув цели. Но оборотень, вновь ставший человеком, был еще жив, уж я-то знала. Жизнь едва-едва, но теплилась в нем. Но это продолжилось не долго. Испанец, занесший саблю над его женщиной, опустил ее на его голову, отрубив ее напрочь. Тут уж любая магия окажется бессильна. Теперь он был мертв окончательно. И это поставило меня в тупик.

— Ужасно, — прошептала я. — Но если все это так и было, то я не могу быть его потомком.

— Отнюдь, — возразил Танат, — Вы заметили ту женщину, ради которой он погиб?

— Да.

— Так вот, она еще не знает, но в ее чреве уже растет его ребенок. Она поймет это потом, когда будет плыть в Европу вместе с другими женщинами своего племени, которых вместе с золотом захватили испанцы и продадут в рабство. И ее ждет еще один удар. В положенное время у нее вместо ожидаемого сына родится дочь. Тогда она решит, что боги окончательно отвернулись от ее народа.

— У нее родился обычный ребенок?

— Не совсем. Сила была в ней, но она спала. За всю ее жизнь она так и не проявилась, как не проявилась в ее потомках. Но она проснулась в вас.

— Но почему именно во мне? — не сдержалась я.

— На этот вопрос, боюсь, я не смогу ответить. Подозреваю, что эта сила не только часть вас, но и вы часть ее. По какой-то причине она выбрала вас, последнюю из рода, и пробудилась.

— Странно все это, — задумчиво пробормотала я.

— Согласен, — кивнул Танат. — Но нам пора возвращаться. Мне бы не хотелось, чтобы прошлое затянуло вас.

С этими словами он щелкнул пальцами. Тут все вокруг завертелось в бешеном темпе, будто запустили гигантский волчок, и я была в его центре. Я почувствовала легкое головокружение и закрыла глаза.

Когда я их открыла, то оказалась лежащей на диване в той самой гостиной. Танат с Селестой стояли рядом и с беспокойством смотрели на меня.

— Что произошло? — спросила я, резко садясь, и тут же снова почувствовала головокружение.

— Как вы себя чувствуете? — участливо спросила Селеста.

— Ничего, только голова немного кружится, а что?

— Вы были без сознания минут двадцать, — ответил Танат. — Возвращение из путешествия по прошлому всегда сопряжено с трудностями. Мне-то все равно, я бессмертен, а вы все же человек. Поэтому некоторое время вам будет немного не по себе.

— Понятно, — если честно, то я сейчас плохо соображала. То, что я увидела, заставило меня о многом задуматься. Я еще не разобралась, как ко всему этому относится.

Видно, Танат вновь уловил мои мысли, так как сказал:

— Думаю, продолжать разговор сейчас бессмысленно. Вам нужно о многом подумать.

— Да, вы правы, — сразу же согласилась я.

— Что ж, хорошо. Селеста проводит вас. А завтра вечером мы встретимся вновь, если вам это удобно.

— Ладно уж, — пробурчала я, понимая, что так просто мне не отвязаться. — Только после работы.

— Вот и договорились, — кивнул Танат.

Так и закончилась наша странная встреча. Следуя за Селестой, я покинула гостиную. Мы вернулись в мой мир также быстро, как и попали в этот. Чисто автоматически я посмотрела на часы. Было ровно половина первого. В том мире я провела минимум три часа, а возможно гораздо дольше. Здесь же прошло лишь тридцать минут. Не плохо. У меня была еще куча времени.

Мы вышли из полуразрушенной церкви, и я сразу же увидела свою машину. Не смотря на всю сомнительность этого квартала, с ней, вроде бы, ничего не случилось. Это утешало.

— Спасибо, что пришли, — поблагодарила Селеста.

— Да не за что, — мне оставалось лишь пожать плечами.

— Еще увидимся. Завтра, после вашей работы.

— Где?

— Мы сами найдем вас. Ни мне, ни брату это не трудно, — обезоруживающе улыбнулась Селеста, а затем повернулась и просто растворилась в дверях церквушки.

Я снова осталась одна на безлюдной улице. Но сейчас меня это мало волновало. Я села в машину и поехала домой. Мне действительно нужно было о многом подумать. Хорошо, что у меня сегодня выходной. После всего, что произошло, я, вряд ли смогла бы хорошо спать.

Дома я первым делом залезла в душ. Мне просто необходимо было освежиться перед тем, как начать приводить мысли в порядок.

Вынуждена признаться, что все это несколько выбило меня из колеи. Да оно и неудивительно, не каждый день доводиться говорить с самой Смертью. И еще история моего рода…

Это заставило меня по-новому отнестись к своей звериной сущности. Надо отметить, что моя самооценка оборотня изрядно повысилась. Иветта все-таки оказалась права, я действительно особенная. Но с другой стороны, почему это как-то должно менять мое "я"? Да, у меня душа воина, и что с того? Что, из-за этого я должна бросать все и бежать спасать мир? Может, это и цинично прозвучит с моей стороны, но какое мне дело до безликих миллионов? Правда в том, что мне было все равно. Я всегда считала, что невозможно помочь всем. Я не супергерой и не собираюсь им быть. Конечно, если что случиться с теми, кто мне дорог: родителями или Дени, то ради них я пойду на все, пожертвую всем, но не ради чужих. Вот такие у меня убеждения, и других нет. Да, именно это я и собиралась сказать Танату при следующей встрече.

Она состоялась, как и было обещано. Правда, без сюрпризов не обошлось. Я как раз закончила выступление, время было что-то около трех часов ночи. Был тот редкий день, когда мы с Дени закончили в одно время. Мы вместе вышли из клуба и направились на стоянку, где были наши машины, когда столкнулись с Танатом. Он был без маски и плаща, поэтому я сразу его узнала (с другой стороны, будь он во всем этом, я бы тоже его узнала). К тому же от него по-прежнему исходила аура силы.

Танат несколько старомодно поклонился мне и сказал:

— Вот мы и снова встретились, Лео.

— Ну, — только и ответила я.

Практически в то же время Дени заговорщически толкнула меня в бок, а вслух сказала:

— Ладно, я побежала. Встретимся завтра, на работе.

Я лишь согласно кивнула, но этого она уже не видела, так как садилась в свою машину.

— Ваша подруга? — спросил он, и в его голосе промелькнули печальные нотки.

— Да, — довольно сухо ответила я. — Так и будем стоять здесь?

— Нам снова придется переместиться, — он, будто извинялся. — Место не играет особой роли. Но лучше, конечно, чтобы было менее безлюдно.

Я вынуждена была согласиться. Мне вовсе не хотелось, чтобы на моей работе узнали о некоторых особенностях моей личности. Поэтому я предложила:

— В паре кварталов отсюда есть довольно пустынная улочка. Если вы не прочь немного прокатиться…

— Идет.

Мы направились к моей Вольво. Я села за руль, он рядом. Пока я заводила мотор и выезжала со стоянки, он внимательно осматривал салон. Видно, для него такой способ передвижения был в новинку.

Выезжая, я бросила взгляд в зеркало заднего вида и увидела темную фигуру. Казалось, она наблюдала за нами. А может я просто слишком часто сталкивалась со сверхъестественным в последнее время.

Мы ехали по ночному городу, и Танат подозрительно следил за тем, как я веду машину. Наконец, он сказал:

— Жуткая машина.

— Ну извините, — я пожала плечами. — Люди не могут перемещаться в пространстве щелкнув пальцами.

— Верно, — согласился Танат. — И все же вам нельзя отказать в изобретательности. Хотя многие ваши изобретения направлены на ваше же уничтожение.

На это я не нашлась, что ответить, но, видимо, Танат и не нуждался в ответе. Повисла неловкая пауза. Тут мы как раз достигли места назначения. Улочка была безлюдна. Если люди и были, то они никому ничего не скажут, это не в их правилах. Единственным источником света был одинокий фонарь, возле которого я и остановилась. Видно, сегодня мне опять придется оставить машину черт знает на сколько в сомнительном районе. Конечно, риск — благородное дело, но не каждый же день!

С этими невеселыми мыслями я вынула ключ зажигания и сказала Танату:

— Ну, приехали. Думаю, здесь подходящее место.

Мы вышли из машины. Он оглянулся, а затем удовлетворенно сказал:

— Да, подойдет. Здесь относительно тихо и спокойно.

— В таких районах тишина может оказаться обманчивой, — хмыкнула я.

— Не важно, — Танат пожал плечами, а затем добавил, — Разрешите вашу руку, мадемуазель.

Его слова сопровождались изящным жестом галантного придворного времен Людовика XIV. И как ему удается совмещать все эти человеческие черты разных эпох? Воистину, Смерть весьма талантлива. Кто-то сказал, что Бог изощрен, но не злонамерен. Интересно, можно это отнести и к нему?

Со всеми этими мыслями я вложила свою руку в его. Тут же мы совершили пространственный переход. И снова я и моргнуть не успела, как оказалась в другом мире. В этот раз мы сразу появились в гостиной. Селеста уже была там. Она лучезарно улыбнулась мне, как старому другу и предложила сесть. Я не заставила просить себя дважды. В конце концов, я после работы и была здесь отнюдь не из-за своих интересов. Я бы с большим желанием поехала домой.

Как и в первый раз, Танат сел напротив меня, а может это было просто его любимое кресло. Вся его поза выражала ожидание. Неужели они думают, что я с небывалым энтузиазмом окунусь в эту авантюру? В таком случае их ожидает разочарование.

Поняв, что молчание несколько затянулось, Танат спросил:

— Так вы обдумали наше предложение?

— Да, — кивнула я.

— И каково же ваше решение?

— Конечно, в нем есть что-то заманчивое, но я его отклоняю, — я пыталась придать своему голосу максимальную твердость. — Я уже говорила, что не подхожу для роли всеобщего спасителя. Это не мое. Почему я должна спасать миллионы людей, которых даже не знаю? Может, я и была воином, но теперь я обычный человек, ну хорошо, оборотень.

— С вами не легко, — вздохнул Танат. Селеста же лишь опустила глаза.

— Вы это уже говорили. Вы нашли меня, не я вас.

— Но мы могли бы заплатить… — начала было Селеста.

— Нет, деньги меня не интересуют. Оно этого не стоит.

— А жизнь? — вдруг спросил Танат.

— Какая жизнь? — не поняла я.

— Человеческая, разумеется. Пойдемте, я покажу вам кое-что.

Мы снова вышли из гостиной. Он вел меня по длинному коридору, потом по еще одному, который привел нас к огромным дверям, на створках которой были вырезаны двенадцать знаков зодиака. Они закрывались подобием печати, в центре которой был отпечаток руки. Танат приложил к нему свою руку, и двери тотчас же бесшумно растворились, чего никак нельзя было ожидать, принимая во внимание их размеры. Видно, не обошлось без магии. Хотя, чего удивляться? Здесь все было пропитано сверхъестественным, даже воздух.

Едва мы переступили порог, как двери тут же закрылись за нами. Мы оказались в громадном зале, в котором, наверное, можно было разместить небольшую деревню, а потолок был где-то совсем высоко. И весь этот зал был занят горящими свечами, которых здесь были миллионы. Они стояли в несколько ярусов и имели основание в виде цветка лотоса. У меня даже дух захватило от этой красоты.

— Прошу. Это — святая святых моего мира. Сюда никогда еще не заходил ни один смертный, — торжественно сказал Танат, обводя рукой зал.

— Что это? — заворожено спросила я.

— Зал душ, — ответил Танат не без доли торжественности. — Каждая свеча — это человеческая жизнь. Человек живет, пока горит его свеча. Когда она сгорает, его душа возвращается сюда, а уж потом в рай или ад.

Слова Таната заставили меня пристальнее присмотреться к свечам. Каждая из них горела по-своему. Некоторые горели ярко, другие еле теплились. Огонь одних был ровный, а у других трепетал, и они сгорали буквально за пару секунд.

Одна из свечей догорела таким образом и погасла. Ее основание в виде цветка лотоса собралось в бутон, а когда раскрылось, то из него вылетел сияющий кристалл, похожий на звезду с множеством лучей, и устремилась прямо к потолку.

— Это кристалл чистого сердца человека, сосредоточение его души, — раздался за моей спиной мягкий голос Селесты.

— Значит, он умер? — зачем-то спросила я, хотя ответ был очевиден.

— Да, — ответил Танат. — Попробуйте, прикоснитесь к одной из них.

Я хотела было отказаться, но любопытство взяло верх, и я наугад дотронулась до теплого воска одной из свечей. Тут же меня словно током долбануло. Я увидела жизнь человека, которого никогда не знала до этого момента. Зато теперь я могла бы рассказать о нем все. Я поспешно отдернула руку, и даже потерла ее о брюки, словно на ней могли остаться следы. Теперь слова Таната не вызывали сомнений. От осознания всего этого мне стало как-то не по себе. Я лишь спросила:

— Зачем вы мне все это показываете?

— Затем, что я хочу заключить с вами сделку, а для этого вы должны сами все увидеть, чтобы поверить, — серьезно ответил Танат.

— Какую сделку?

— Я уже тысячу лет не делал ничего подобного. Но обстоятельства заставляют меня принять это решение, — вздохнул Танат. — Подойдите сюда.

Он увел меня в глубь зала и указал на одну из свечей. Она была такая же, как и остальные. Горела ярко и ее пламя беспрестанно трепетало.

— Это свеча жизни вашей подруги, Денизы, — сказал Танат.

— Дени? — я во все глаза уставилась на свечу. Вдруг она показалась мне очень короткой, вдвое меньше остальных.

— Да. Хотите к ней прикоснуться?

Я отрицательно покачала головой. Одно дело узнать судьбу совершенно незнакомого человека, и совсем другое — того, кого хорошо знаешь, и кто тебе очень дорог.

— Я понимаю вас, — кивнул Танат. — Тяжело знать чью-либо судьбу до конца.

— И зачем вы мне ее показываете? — я терялась в догадках, хотя чувствовала что-то нехорошее.

— Как видите, свеча горит неровно и быстро. У вашей подруги осталось не так уж много времени. Пройдет три недели, и ее свеча погаснет.

От этих слов у меня все похолодело внутри, к горлу подкатил комок… Я лишь тихо спросила:

— Как это произойдет?

— Не знаю. Судьба — это тысячи переплетающихся нитей. Но все они ведут к смерти. Ее время кончится через три недели.

Кровь застучала у меня в висках. Дени, моей единственной подруге, самому родному мне человеку осталось жить меньше месяца! Нет, можно же что-то сделать! Ведь Танат неспроста рассказывает мне все это! Я с надеждой посмотрела на него.

— Да, — он словно ответил на мои мысли. — Я действительно могу продлить ее время. Это в моей власти.

— Как? — я хотела знать все.

— Жизнь многих обрывается раньше, чем кончится их время. — ответил Танат, смотря куда-то вдаль. — Самоубийцы, например. Я могу отдать время одного из них Дени, хоть это и нарушает правила. Она будет жить еще долгие годы.

— Что я должна сделать взамен? — спросила я, уже зная ответ.

— Найти и вернуть Косу Смерти.

— Хорошо, — глухим голосом ответила я. — Я сделаю это, но пообещайте, что Дени будет жить!

— Даю слово.

— Значит, вы все-таки добились своего, — сказала я, стараясь не смотреть ни на одного из них.

— Поверьте, все это мне тоже не доставляет особого удовольствия.

— Что сделано, то сделано, — отрезала я. — Если уж мне придется заниматься этим делом, я бы хотела еще раз обсудить все детали.

— Хорошо. В таком случае, думаю, нам лучше вернуться в гостиную.

Я согласилась. Мне не терпелось уйти из этого зала, подальше от всех этих свечей. Находиться здесь, рядом с жизнью Дени, которая казалась такой хрупкой, было невыносимо.

Сев на уже ставший привычным диван, я немного успокоилась и обрела возможность здраво рассуждать. Только холодный расчет и четкие действия помогут мне вернуть эту чертову Косу.

Танат смотрел на меня, но разговор не начинал. Видно, решил дать мне время прийти в себя. Любезно с его стороны. А Селеста куда-то пропала. Я даже не заметила, когда это произошло. Ну, да это сейчас не важно.

— Это точно, что Триада сейчас находится на Земле? — я решила перейти к делу.

— Да, абсолютно. Они знают, что там смогут скрыться.

— А чуть конкретнее? И вообще, что из себя представляет эта Триада? Мне бы хотелось узнать, с кем предстоит иметь дело.

— Боюсь, обо всем это я не слишком осведомлен. Но у меня есть человек, который сможет вам помочь.

— И кто же это?

— Думаю, я, — раздался приятный мужской голос.

Я обернулась и увидела его обладателя, который стоял рядом с Селестой. Видно она привела его сюда так же, как и меня. Это был симпатичный мужчина тостом чуть выше меня. На вид лет ему было двадцать семь — тридцать, не больше. Открытое лицо, синие глаза. Ни усов, ни бороды, что было несомненным плюсом в моих глазах. Прямые светлые, практически белые, волосы. Таких я еще в жизни не видела. Одет он был в дорогущий светло-серый костюм, чем почему-то напомнил мне Иветту. В общем, он производил хорошее впечатление, даже понравился бы мне, если бы не одно но. В его глазах было что-то пугающее и одновременно чарующее, от чего у меня волосы вставали дыбом.

— Здравствуй, Андрэ, — поприветствовал его Танат.

Названный Андрэ, почтительно поклонился ему и мне, а затем сел в свободное кресло.

— И как же он может мне помочь? — не без доли иронии спросила я.

На это Андрэ чарующе улыбнулся, а Танат сказал:

— Андрэ — очень сильный колдун, его помощь может тебе весьма пригодиться. К тому же раньше он входил в Триаду, поэтому знает о ней, как никто другой.

— Был членом Триады? — я вся переполнилась подозрениями. — В таком случае, я не могу ему доверять.

— О, поверьте мне, прекрасная леди, это давняя история, — мне показалось, что этот Андрэ пытался меня очаровать. — Теперь у меня с Триадой нет ничего общего, и я лично заинтересован в том, чтобы лишить их власти. Можете смело на меня положиться.

На это я лишь хмыкнула и перевела взгляд на Таната.

— Даю слово, что он не подведет вас и будет всячески помогать.

— Ладно, будем считать, что так, — согласилась я. — так что из себя представляет Триада?

— Союз трех сильнейших магов, — ответил Андрэ.

— Это я уже слышала.

— Их имена: Фарух, Мин-Ши и Лакоста, но это мало чем нам поможет, так как у них сотни других имен. Это маги высочайшего уровня. Думаю, не будет преувеличением, если скажу, что равных им нет на всей Земле. К тому же каждый из них обладает некоторыми способностями помимо магии.

— Какими?

— Фарух наполовину вампир, стал бы целиком, да опыт не удался. Мин-Ши — из древнего китайского рода, может обращаться в дракона, хотя он человек в большей степени, чем остальные. А Лакоста — она эльфийка, которых уже почти не осталось на Земле.

— Не слабая компания, — вырвалось у меня.

— Точно подмечено.

— Осталось дело за малым: узнать, где они живут и хранят Косу.

— Этого я не знаю, — пожал плечами Андрэ. — После того, как я покинул их общество. Они сменили все адреса. Но я постараюсь что-либо узнать по своим старым связям. Думаю, через день-два какие-либо детали уже будут известны.

— Хорошо, если так, — ответила я, но если честно, мне почему-то мало в это верилось.

— В таком случае, как только я что-либо узнаю, тут же вам сообщу, — мое недоверие его ничуть не тронуло.

— Тогда нам нужно обсудить место встречи.

— Не стоит. Я знаю, где вы работаете и ваш домашний адрес. Я без труда найду вас.

Так, отлично. Уже совершенно незнакомые мне люди знают, где я живу. Чувствую, такими темпами покоя мне не видать. И за что мне все это? Но отступать было некуда. От этого зависела жизнь Дени. Если единственное, что мне придется сделать ради ее спасения — это пообщаться с Андрэ, то это будет весьма удачная сделка. Хотя сомнительно.

— Что ж, — ответила я, — в таком случае встретимся, когда вы что-нибудь узнаете.

— Хорошо, — неожиданно быстро согласился Андрэ.

— Тогда я пошла домой, — сказала я, вставая и направляясь к выходу.

— Я провожу вас, — отозвался Танат.

Когда мы вдвоем оказались в коридоре, он вручил мне небольшой медальной не цепочке, по-моему, золотой. На нем мелкими бриллиантами была изображена многоконечная звезда, в центре которой был череп.

— Зачем мне это? — спросила я, рассматривая искусно сделанное украшение.

— Этот медальон поможет вам попасть в мой мир и обратно, когда захотите и без посторонней помощи. Лишь сожмите его в руке и пожелайте этого мысленно.

— Спасибо, — ответила я, надевая медальон.

— Да ладно. И еще, лучше носите его под одеждой, подальше от чужих глаз. Если его увидят кто-либо из Триады или их людей, то сразу поймут какова ваша миссия. А мне бы не хотелось подвергать вас излишней опасности.

— Правда? — в моем голосе снова слышалось недоверие, но я ничего не могла с собой поделать. Слишком уж невероятно звучали эти слова из уст Смерти.

— Почему вам это кажется таким невероятным? — видно он снова подслушал мои мысли. — Я не такой уж монстр. К тому же я, как никто, понимаю ценность человеческой жизни. Иначе я бы не стал затевать все это.

Эти слова заставили меня улыбнуться. Я сказала:

— Ладно, закрыли эту тему. Мне пора домой, иначе я засну прямо здесь.

На этот раз улыбнулся он.

— Можешь уже воспользоваться своим медальоном.

— А я точно попаду туда, куда надо? — мне бы вовсе не хотелось оказаться где-нибудь на Северном Полюсе.

— Не беспокойся. Медальон сам совместить две точки этого и твоего мира по обратной траектории.

Эта фраза мало, что мне объяснила, но я решила попробовать. Я сжала рукой медальон и постаралась представить ту улочку, где оставила машину.

Когда я открыла глаза, то действительно оказалась там. Переход был настолько быстрым и неожиданным, что я даже споткнулась и чуть не упала задницей на асфальт. Но все обошлось. Я села в машину и направилась домой, а что мне еще оставалось?

Дома я еле дотащилась до душа, а потом сразу легла спать. Несмотря на все потрясения сегодняшнего дня, я заснула практически мгновенно. Но сюрпризы не кончились. Ночью мне приснился весьма странный сон. Будто по какой-то дороге идут двое, двое животных. Черная пантера, которой, несомненно, была я, а рядом, бок о бок со мной, великолепный единорог, белоснежный, как снег на вершинах гор. Это было самое красивое существо, виденное мной. Он то и дело склонял ко мне свою морду, у него были красивые глаза, которые почему-то казались мне знакомыми. И все же это соседство было весьма странным, возможно поэтому сон так и запал мне в душу.

Глава 4

Разбудил же меня телефонный звонок Дени. Было почти двенадцать дня. Сначала я не хотела отвечать, но на седьмом звонке сдалась и подняла трубку.

— Привет, Лео, — голос Дени был невероятно жизнерадостным. — Я уж думала, что тебя дома нет.

— Да дома я, дома, — пробурчала я, ложась поудобнее и пододвигая поближе телефон, — просто спала. Вчера легла поздно.

— Правда? Уж не тот ли симпатичный мужчина, с которым я тебя вчера видела, в этом виноват? — ехидно спросила Дени.

— Какой мужчина? — я даже не сразу поняла о чем это она, а когда до меня дошло, то чуть не рассмеялась прямо в трубку. В принципе, он действительно виноват, но совсем не в том смысле, хотя Дени вовсе не обязательно об этом знать. Поэтому я поспешала сказать. — А-а, он здесь вовсе не при чем. Нам нужно было обсудить одно дело.

— Ну-ну, — она явно мне не верила.

— Я серьезно!

— Ладно, твое дело, — смилостивилась Дени. — Но если захочешь рассказать, я вся во внимании.

— Хорошо. Так ты поэтому звонила?

— И поэтому тоже, а что?

— Да просто… У тебя все в порядке?

— Все пучком.

— Как самочувствие?

— Хорошо, — недоуменно ответила Дени. — А почему ты спрашиваешь?

— Что ж, я уже не могу поинтересоваться здоровьем любимой подруги? — я изо всех сил старалась придать своему голосу беззаботность. Ну как я могла ей сказать о том, что ей осталось жить три недели? О том, что узнала прошлой ночью? Нет, я не собираюсь омрачать ей жизнь. Наоборот, сделаю даже невозможное, чтобы спасти ее.

— Не сердись, — раздалось в трубке, видно задумавшись, я молчала слишком долго. — Просто это не слишком похоже на тебя.

— А я и не сержусь.

— Вот и хорошо. Ну ладно, давай вставай. Встретимся на работе, там и поговорим.

— Договорились. Пока.

Я повесила трубку, нашарила пульт и включила телевизор. И правда, нужно было вставать. Не глядя сунув ноги в тапки я поплюхала на кухню. Поставила чайник. Пока он закипал, я успела умыться и более-менее одеться. Потом я сидела с чашкой чая в руках, тупо смотря в телевизор, и пытаясь выработать план дальнейших действий. Совершенно очевидно, что с начала нужно выяснить хоть приблизительно, где сейчас находится эта проклятая Триада. Конечно, Андрэ обещал разузнать, но я слишком мало знала его, чтобы доверять. Ладно, если у него ничего не выйдет, что-нибудь придумаем. Если придется, я небо и землю переверну, но найду их! Только вот как, интересно?

Так ничего толком и не придумав, я отправилась на работу. В клубе все было как всегда, жизнь шла своим чередом. В главном зале царила привычная суета перед открытием, налаживались музыкальные инструменты, а танцовщицы готовились к выходу в гримерной. Все как всегда…

Дени тоже уже была здесь, и, как и две другие, готовилась к выходу. Когда я вошла, она как раз наводила последние штрихи к своему костюму экзотической птицы. Она в нем смотрелась просто потрясающе.

— Ну как? — сразу же спросила она у меня.

— Отлично, — одобрила я. — Можно было и не спрашивать.

— Ой, вот всегда ты, — она тряхнула своими волосами и упорхнула на сцену.

Мой выход был еще не скоро, поэтому я получила возможность посмотреть ее выступление от начала и до конца. Талант! Этого у нее не отнимешь. Она вышла первая, и сумела одна завести зал, а это не просто. В гримерку она вернулась вспотевшая, и сразу рухнула на свое кресло. Ей предстояло еще как минимум два выхода. И все же она не была похожа на умирающую.

Я подала ей полотенце со словами:

— Держи. Устала?

— Есть немного.

— Иной раз удивляюсь, что ты здесь делаешь? С твоим талантом ты могла бы собственную танцевальную группу создать!

— Ты тоже могла бы серьезно заняться своим голосом, — парировала она. Это был наш старый спор.

— Да ладно, это баловство одно!

— Вот только мне можешь не рассказывать! У тебя хороший голос. Может и не оперный, но очень красивый.

Мне приятно было это слышать, но я сказала:

— Мне это не интересно. Меня вполне устраивает выступать здесь. Нагрузка не так, чтобы очень, платят хорошо, а большего мне и не нужно.

— Неужели? — хитро улыбнулась Дени. — Помнится, у нас с тобой была одна и та же давняя мечта…

— Ну да, мне до сих пор хочется открыть собственный клуб, — призналась я.

— Может, когда-нибудь мы сможем сделать это. Возьмешь меня компаньоном?

— Непременно, а пока нужно работать, — ответила я, глянув на часы. — Ну, я пошла, сейчас мой выход.

— Иди-иди. Удачи.

— Спасибо.

По дороге я несколько раз откашлялась, прочищая горло. Когда я ступила на сцену, то была спокойна и полностью готова к работе. Хорошее правило — оставлять все проблемы за сценой. Сейчас для меня существовали лишь микрофон и музыка.

Я начала петь. Мы уже исполнили песен пять, когда в перерыве между ними, воспользовавшись паузой, Мэл сказал мне:

— Сдается мне, у тебя поклонник завелся.

— С чего ты взял? — не поняла я.

— А вот, в дальнем углу светловолосый мужчина. Он весь вечер глаз с тебя не сводит.

— Я тоже заметил, — вмешался Брэд, — Какой там глаз не сводит! Он смотрит так, будто съесть готов, или еще что…

Последние два слова он произнес, заговорщически подмигнув мне. Но я не обратила внимания, так как смотрела на того, на кого они мне указали. Я сразу же узнала его. Это был Андрэ. Он сидел, как ни в чем ни бывало, и действительно смотрел на меня так, что будь мне лет на пять меньше, я бы покраснела. Из задумчивости меня вывел голос Вика:

— Ой, парни, по-моему, мы ее теряем!

— Нашу амазонку очаровал заезжий принц, — Брэд старался изобразить крайнее горе, от чего тут же раздался дружный гогот.

Чтобы прекратить это, я сказала:

— Хватит ржать! Работать нужно! А то посетители уже заскучали!

Мы снова приступили к делу, но до конца вечера я слышала за спиной их смешки. А Андрэ до конца, до последней песни моего последнего выхода сидел в зале и смотрел на меня. Несколько раз мы даже сталкивались с ним взглядами. Было бы неправдой утверждать, что такое внимание к моей персоне с его стороны было мне неприятно. Скорее наоборот. Но сейчас было не время и не место заниматься флиртом. Мне и так стоило немалых усилий не рассмеяться прямо в микрофон от тех шуточек, которые парни то и дело отпускали за моей спиной.

Закончив выступление, я вернулась в гримерную. Я обычно всегда отдыхала там пару минут, прежде чем отправиться домой, а то и выпивала чашечку чая или кофе вместе с Дени, когда наши смены совпадали.

Вот и сегодня мы сидели: Дени с чашкой кофе, а я чая, когда дверь гримерной приоткрылась, в ней просунулась голова Ника. Он сказал:

— Лео, к тебе тут один мужчина рвется, светловолосый такой. Пущать?

Я сразу поняла, о ком это он, поэтому сказала:

— Да-да, конечно.

— Хорошо, — протянул Ник и исчез. Теперь меня минимум неделю будут доставать разными шуточками. Просто класс!

И, словно в подтверждение моих мыслей, Дени сказала:

— Я вижу, ты времени даром не теряешь.

Ладно, от нее я могла это стерпеть. К тому же, я просто не успела ничего сказать, так как вошел Андрэ. Вернее, сначала появился огромный букет роз, прям целая клумба, а только потом он. И весь этот розарий он вручил мне, будто я знала, что с ним делать, говоря при этом:

— Элеонора, я недооценивал ваши таланты. Примите этот скромный дар.

— Спасибо конечно. И зови меня лучше Лео, — ответила я, принимая букет и кладя его на столик. Вообще-то я не люблю розы.

Дени же внимательно разглядывала Андрэ, а когда я клала букет, то шепнула мне:

— И где ты находишь таких красавцев?

Я нахожу? — хотела было спросить я, но промолчала.

— Милое заведение, — продолжал Андрэ. — Но довольно странно видеть вас здесь. Человек с вашими возможностями…

Черт, он чуть не проболтался! Хорошо, что я стояла совсем рядом. Чтобы прекратить его излияния, пока он не брякнул чего-нибудь лишнего, я весьма ощутимо наступила ему на ногу. Видимо, я слегка переборщила, так как он охнул и чуть не подпрыгнул. Но это меня ничуть не тронуло. Я постаралась изобразить самую милую улыбку, на которую была способна, и сказала:

— Ой, прости! Я такая неловкая.

— Ничего-ничего, — поспешно ответил он.

Чтобы он опять что-нибудь не выдал, я поспешила сказать:

— Ну ладно, Дени. Мы пошли. Звони, если что.

Сказав это, я подхватила сумку, цветы, вытолкала Андрэ и поспешно вышла сама, не давая никому опомниться. Лишь бросила своему невольному спутнику:

— Ты приехал на своей машине?

— Нет.

— Хорошо, тогда идем к моей, там поговорим.

Слава Богу, больше мы никого не встретили. Но все же, лишь когда я села за руль, я смогла облегченно вздохнуть.

Букет роз, эта маленькая клумба, были довольно небрежно брошены мной на заднее сиденье. Андрэ сидел рядом со мной, но только из-за того, что сиди он сзади, мне бы было неудобно с ним разговаривать и одновременно вести машину.

Лишь когда мы выехали на дорогу, я наконец-то решила высказаться:

— Ты что, с ума сошел?! — гневно начала я, отбросив все условности. — Уж не думаешь ли ты, что весь город в курсе, что я оборотень?

— Прости, с моей стороны это действительно было весьма недальновидно.

— Вот именно.

— Но ты очень ощутимо дала мне это понять. Не хотел бы я стоять на твоем пути, когда ты действительно разозлишься.

Последнюю фразу я пропустила мимо ушей, и спросила:

— Так зачем ты вообще появился в клубе? Что-нибудь узнал о Триаде?

— Да. Но, думаю, для дальнейшего разговора нам лучше подыскать более подходящее место.

Он, несомненно, был прав, но мне почему-то не хотелось везти его к себе. Да, он сам сказал, что знает, где я живу, и все же… Поэтому я спросила:

— Ну и куда мы поедем?

— Можем ко мне, там нам никто не помешает, — последние слова в его устах прозвучали как-то подозрительно, так что я сказала:

— А не лучше ли нам поговорить в каком-нибудь кафе?

— Там слишком много народу, — поморщился Андрэ.

— Но большинство людей, чтобы не быть замеченными, предпочитают скрыться именно в толпе.

— Люди — возможно. Но я маг, и мне не скрыться от другого мага даже в многотысячной толпе. Ведь ты, наверняка, почувствуешь оборотня или магию?

— Да.

— Вот. Поэтому, чем безлюднее место, тем быстрее я смогу засечь любого, кто вознамерится за нами следить.

— Логично, — вздохнула я.

Это заставило Андрэ улыбнуться. Он сказал:

— Ну неужели я кажусь тебе настолько страшным? Или ты все еще не доверяешь мне?

— Показывай, куда ехать, — буркнула я.

В принципе, терять мне было особенно нечего. Ну действительно, что он мог мне такого сделать? Хотя, конечно, по его случайным взглядам я догадывалась, что… Но это уж дудки. Он, может быть и маг, но и я не домашний котенок. Могу и перекинуться, если что. Мало не покажется!

Так мы подъехали к его дому. Когда я увидела жилище Андрэ, то обалдела. Это был настоящий трехэтажный особняк! Даже в темноте ночи он производил грандиозное впечатление.

— Добро пожаловать, — сказал Андрэ, открывая передо мной дверь.

Обстановка дома соответствовала первому впечатлению. Мебель, картины, да и вообще вся обстановка… Все было сделано со вкусом и выдержано в одном стиле. Я не сдержалась и сказала:

— Вижу, занятия магией приносят не плохой доход.

— Вообще-то, не многие знают об этой стороне моей жизни.

— И чем же ты занимаешься в свободное от колдовства время?

— Древней историей. Я профессор, специализируюсь на культуре кельтов, о чем уже выпустил пару книг.

Что-что, а подобного ответа я никак не ожидала. Представить Андрэ вещающего с кафедры, нет, на это моя фантазия была не способна. Видно, удивление мое было слишком явным, так как он спросил:

— Что, не похож?

— Ага.

— Сам знаю. Но мне это нравится, хотя и нет такой остроты ощущений, как при занятии магией.

Мы вошли в гостиную, она была выдержана в том же классическом стиле, что и весь дом. Лишь на одной из стен весели несколько деревянных масок устрашающего вида, которые не очень вписывались в обстановку.

Я села на диван, он рядом. Как радушный хозяин, Андрэ предложил:

— Чай? Кофе? Может, хочешь отужинать?

— Нет. Лучше перейдем прямо к делу.

— Как пожелаешь, — Андрэ казался несколько разочарованным.

— Так что ты узнал о Триаде?

— Не так много, как хотелось бы. Я уже говорил, что они поменяли все адреса. Но мне удалось узнать, что они сейчас где-то в этом городе или его окрестностях. Точнее сказать не могу.

— Что ж, это уже значительно сужает круг наших поисков. В конце концов в городе не так уж много нечисти.

— И каков будет план наших дальнейших действий?

— Те, у которых ты узнавал о Триаде, не могут нам дать больше никакой информации?

— Возможно могут. Но если я и дальше буду продолжать расспросы, то они могут заподозрить неладное, и это станет известно самой Триаде.

— Понятно. Тогда придется воспользоваться своими связями, — вздохнула я.

— О чем это ты?

— Придется поговорить с Иветтой, у нее весьма обширные связи в городе.

— А, это главная волчица города! — воскликнул Андрэ.

— Ты знаешь ее? — удивилась я. Хотя чего тут удивляться? Мы, нечисть, как нас называют, обычно держимся вместе. Это скорее принцип выживания, чем какие-то дружеские чувство, хоть и они имеют место быть.

— Приходилось несколько раз встречаться. Весьма импозантная женщина.

В этом я была полностью с ним согласна. Я знала Иветту не один год, нас даже можно было назвать подругами, но есть в ней что-то, что всегда настораживало меня. Бывало, я просто не знала, что от нее ожидать. И это тоже сыграло роль в том, что я отказывалась и отказываюсь принять ее предложение. Но сейчас я вынуждена была обратиться к ней за помощью, что бы из этого не вышло. Слишком высоки были ставки.

Оставалось выяснить у Андрэ еще некоторые детали.

— А как же выглядят эти маги Триады? Ведь, не зная их лиц, я могу встретить кого-нибудь из них на улице и пройти мимо.

— Ты права. Где-то у меня было одно фото. Правда, сделанное довольно давно. При любви нашего брата оставлять о себе улики, странно, что оно вообще появилось. Нам никогда не нужна было особая реклама.

С этими словами он удалился в соседнюю комнату, которая оказалась кабинетом. Через пару минут он вернулся и протянул мне уже изрядно потрепанный снимок.

На нем были изображены женщина и трое мужчин. В одном из них я без труда узнала Андрэ. Остальных же видела впервые.

— Это Фарух, — он указал на мужчину, стоящего справа от него. Фарух оказался среднего роста, худощавый. Длинные вьющиеся черные волосы, светлые, насколько позволяла судить фотография, глаза, высокие скулы. Лишь кожа казалась бледноватой, но он же был наполовину вампиром. Безусловно, его можно было назвать красивым, даже притягательным. Хотя такой тип был не в моем вкусе.

— А почему он не стал вампиром полностью? — спросила я.

— Точно не знаю, это было очень давно. Вроде он с помощью магии хотел стать сильнейшим вампиром, но что-то пошло не так, и он стал им лишь частично. Он не стал бессмертным, хоть и стареет за десять лет лишь на год. Но приобрел жажду крови и некоторые другие способности вампира.

— Понятно. А это — Мин-Ши?

Я указала на мужчину, стоявшего слева от него. Восточный тип лица сразу бросался в глаза. На вид ему было лет сорок. Прямые черные волосы, усы. В принципе, довольно обычный человек.

— Он самый.

— Ты говорил, он тоже оборотень?

— Да. Может обращаться драконом, но не любит этого делать. Я лично видел его в таком образе лишь однажды. Он говорил, что перевоплощение обратно в человека отнимает слишком много сил.

— Значит и у них есть слабые места. Что ж, нам это только на руку.

— Пожалуй, ты права.

На фото остался лишь один человек. Женщина. Указав на нее, Андрэ сказал:

— А это — Лакоста.

— Это я уже поняла.

Женщина и вправду заслуживала внимания, уж очень необычная у нее была внешность. Длинные золотистые волосы, даже кожа имела золотистый оттенок. Глаза были небесно-голубые, как два озера, и в них не было ничего человеческого. Она казалась совершенной скульптурой, озаренной внутренним светом, но этот свет был холоден.

— Она и вправду эльфийка?

— Да, возможно, одна из последних. Ей сейчас уже более трехсот лет.

С фотографии на меня смотрела женщина, которой не было и тридцати. Никогда бы не подумала.

— У нее есть какие-нибудь слабости, которые могут сыграть в нашу пользу?

— Не знаю. Могу лишь сказать, что она весьма властна, хотя и умеет отлично это скрывать. Думаю, ее нам следует опасаться больше остальных. В отличие от них, она никогда не была человеком.

— Понятно, — ответила я, разглядывая снимок. — Я могу взять его с собой?

— Да, конечно, — кивнул Андрэ.

Я положила фотографию в карман жакета, и уже хотела было сказать, что мне пора уходить, время и вправду было весьма позднее, но тут я натолкнулась на его взгляд. Он был таким бархатным, обволакивающе мягким. Всепонимающим и одновременно доверчивым. Мне вспомнилось детство, когда я с родителями ездила в лес. Там я встретила оленя, который смотрел на меня точно также. Но в этом взгляде присутствовало еще кое-что — желание. Меня просто заворожил этот взгляд, я совершенно забыла где нахожусь.

Вдруг в воздухе раздался хлопок, будто лопнул воздушный шар. Меня как ледяной водой окатило. Магия. У меня волосы встали дыбом, я чувствовала, как увеличиваются клыки. Издав гортанный рык, я словно очнулась ото сна.

Первое, что я увидела, было лицо Андрэ всего в нескольких сантиметрах от моего лица. Его намерения были очевидны, но сейчас он казался весьма удивленным.

Резко вскочив, я гневно спросила:

— Ты… ты пытался меня заколдовать?! — мои зубы все еще сохраняли свой устрашающий вид, а в голосе были звериные нотки. — Отвечай!

Андрэ примирительно поднял руки со словами:

— Прости! Каюсь, пытался!

— Зачем? — я не собиралась отступать.

— Соблазн был очень уж велик, — сокрушенно вздохнул он. — К тому же я хотел проверить одну вещь.

— Какую?

— Танат говорил, что колдовство против тебя бессильно. Тебя нельзя убить с его помощью, и тем более зачаровать. Во всяком случае обычной магией. Теперь я в этом убедился. Я пытался применить кое-какие способности, но вместо ожидаемого результата меня словно током долбануло.

— Вот и замечательно. И впредь, если надумаешь выкинуть что-либо подобное, советую предупредить, иначе я тоже могу не сдержаться, — с этими словами я продемонстрировала свои клыки.

— Понял, — рассмеялся он. — Значит, мы помирились?

— Не знаю, — я все еще была зла на него, хоть уже и не так сильно. — Обещай больше никогда ничего подобного не делать!

— А если это будет необходимо, чтобы спасти твою жизнь?

— Тогда лучше предупредить меня.

— Договорились, — в его глазах продолжали плясать искорки смеха.

— Тогда я пошла. Мне домой пора. Еще нужно договориться с Иветтой о встрече.

— Мне пойти туда с тобой?

На этот вопрос я не нашла, что ответить. Конечно, присутствие Андрэ было бы не лишним. От Иветты никогда не знаешь, чего ожидать. Но с другой стороны, только со мной наедине она может быть откровенной, Андрэ может выдать нас. Видя мои сомнения, он сказал, протянув мне карточку:

— Держи. Здесь мой домашний телефон и номер мобильного. Можешь звонить в любое время.

— Спасибо. Тебе мой телефон дать?

— Зачем? Я его и так знаю.

— Ах, да! Я совсем забыла, что ты у нас маг и волшебник, — вздохнула я.

Ничего и говорить, что домой я приехала глубокой ночью, даже скорее утром. Иветте я звонить не стала. Во-первых, нужно было искать ее телефон, во-вторых, было поздно, и, наконец, я просто слишком устала. Позвоню завтра, ничего, пообещала я себе.

Обещание я сдержала. Часы показывали половину первого, когда я набрала ее номер. Трубку сняли на гудке седьмом, не раньше. Я уже вся извелась у телефона. Что там, все вымерли что ли? Иветта сразу узнала меня:

— О, Лео, дорогая! Рада слышать тебя! Как поживаешь?

— Хорошо. Мне нужно с тобой встретиться и поговорить.

— Неужели тебе понадобилась моя помощь? — Иветта казалась искренне удивленной, хотя вряд ли это было так.

— Так мы можем встретиться?

— Конечно. Сегодня в половине одиннадцатого тебе подойдет?

— Да. Где?

— В клубе «Лунная Соната», — она продиктовала адрес.

— Хорош.

Повесив трубку, я еще раз просмотрела адрес. Клуб «Лунная Соната». Я знала его. Довольно снобистское заведение, совсем не похожее на то, в котором работала я. И еще он раньше принадлежал прежнему вожаку города. Теперь, видимо, он отошел к Иветте. Хотя, при ее достатке, уверена, она могла просто купить его.

Значит сегодня в половине одиннадцатого. А у меня работа до двенадцати. Ладно, попрошу Матиаса меня подменить. Тем более он у меня в долгу.

* * *

В двадцать семь минут одиннадцатого я уже подходила к Лунной Сонате. Правда, не знаю, как я вообще успела. О замене я договорилась без особых проблем, но мне еле удалось вырваться от Дени, которая пыталась выпытать из меня все подробности относительно Андрэ и наших с ним отношений.

Кстати, ему я все-таки решила не звонить. Думаю, так будет лучше.

Переступив порог клуба, я поняла, что мои джинсы и кожаный жакет не слишком вписываются в его обстановку. Но мне, в общем-то, было все равно. В клубе играла тихая приятная музыка, стояли изящные столики с мягкими диванчиками, в общем, сплошной стиль и изящество классики.

Прямо у входа меня встретил улыбчивый менеджер в строгом костюме. Оборотень — сразу почувствовала я.

— Здравствуйте. У вас столик заказан?

— Нет. У меня назначена встреча с Иветтой.

— Да-да. Меня предупредили, — его тон сразу же изменился, и это мне не понравилось. — Идемте за мной. Вам нужно пройти за второй зал.

За второй, так за второй. Я пошла вслед за ним. Этот загадочный зал оказался вдвое меньше первого и, насколько я поняла, все здесь были оборотнями. Они провожали меня любопытными взглядами, и я просто кожей чувствовала, как они стараются оценить мою силу. Я уже не раз замечала, что оборотням далеко не всегда сразу удается распознать мою сущность, и это ставит их в тупик.

Пройдя и этот зал, мы остановились у двери. Открыв ее передо мной, сам менеджер остался стоять на пороге. Но это продолжалось лишь пару секунд, так как в открывшемся коридоре возникла миловидная девушка с вьющимися каштановыми волосами до плеч и карими миндалевидными глазами.

— Глория, это к Иветте, — почтительно сказал менеджер.

— Кто вы? — девушка смерила меня подозрительным взглядом. Похвально, она сразу заподозрила, что я не совсем человек, но все же она не смогла разглядеть во мне оборотня. Видно, это озадачило ее и не понравилось. — Кто вы? — повторила она.

— Я Лео. У меня с Иветтой личная встреча.

— Что ж, идите за мной, — процедила Глория. Что, интересно, ее так задело?

И снова коридор. Мне уже начало казаться, что ему конца-края не будет, когда мы, наконец, остановились у одной из дверей. Глория открыла ее и, прям с порога, сказала:

— Иветта, тут к тебе какая-то девушка, Лео. Ты о ней говорила?

— Да-да, пусть войдет, — раздался голос главной волчицы города.

Я думала, что за дверью находится кабинет, во всяком случае, так здесь было раньше, но это оказалась маленькая гостиная, в которой царил восточный стиль. Мягчайший узорчатый ковер, широкая софа, усыпанная ворохом подушек, столик, вазы и изящное витое кресло, в котором и сидела Иветта в своем очередном сногсшибательном костюме. Я подумала, что за все то время, что знаю эту женщину, я еще ни разу не видела ее в джинсах или чем-то подобном. Она всегда выглядела истинной леди, хотя не всегда была ею в своих поступках.

— Ну, как тебе это скромное убранство? — она обвела рукой комнату.

— Ощущается твое влияние, — ответила я, садясь на софу.

— Спасибо. Глория, принеси гостье чаю.

— Иветта, но…

— Иди.

Девушка послушно вышла, но перед этим я заметила, с каким обожанием она смотрела на Иветту и с каким подозрением на меня. Не удивлюсь, если между ними имеет место быть нечто большее, чем обычные отношения внутри стаи. Я и раньше замечала за Иветтой подобные вещи, хотя каждый волен выбирать сам, не мне судить. Мне лишь на короткий миг стало жаль Эндрю, видно он получил отставку. И все же я не сдержалась от замечания:

— Видно, чай не входит в ее обязанности.

— Ничего, не переломится. Некоторая покорность пойдет ей на пользу.

— Эта Глория что, из новеньких? Что-то раньше я ее не видела.

— Ты еще многих не видела, ведь ты предпочитаешь держаться в стороне от дел стаи, — Иветта не упустила случая напомнить мне об этом. — Но ты частично права. Она приехала лишь год назад, хотя оборотень она несколько дольше.

— Знаю.

— Я и забыла, что ты отличаешься от всех нас. У тебя есть дар определять не только нашу сущность, но и ее возраст. Очень не многие из нас способны на такое.

— Ну, ты это умеешь, — заметила я. Разговор тек не в том русле, в каком мне хотелось бы, но сейчас был не тот случай, когда следовало вести разведку боем. Я понимала, что Иветта опять будет склонять меня стать членом ее стаи, и не спешила выкладывать свои карты.

— И все же есть вещи, которые можешь только ты, — заметила Иветта. — Твоя способность перекидываться сколь угодно, иммунитет к луне…

— Неужели ты мне завидуешь? — это казалось мне смешным. Ведь Иветта была очень сильна, иначе не смогла бы занять место вожака.

— Немного, — ответила Иветта. — Меня восхищает твоя сила. Помнишь, как мы охотились вместе? — она села рядом со мной.

— Да, — согласилась я. К чему было отрицать очевидное?

— Мы были подругами. Надеюсь, остались ими и сейчас.

Я согласно кивнула.

— Но мне кажется, ты избегаешь меня.

— Я не избегаю. Просто каждый раз происходит одно и то же: ты пытаешься уговорить меня снова войти в стаю.

— И каждый раз не понимаю, почему ты отказываешься. Пойми, ты будешь не столько членом стаи, сколько моим компаньоном. Весь город будет принадлежать нам! У тебя будет все, что пожелаешь. Можешь забыть о том клубе, в котором тебе приходится работать, — говоря это, она накрыла мою руку своей. Я сделала вид, что не заметила.

— Нет, — я старалась говорить как можно мягче. — Есть вещи, которые я ценю более всего.

— Свободу?

— Скорее независимость. Уж такой у меня характер. Я не смогу исполнять чьи бы то ни было приказания, а у стаи не может быть две главы. Прими я твое предложение, и что дальше? Сколько будет длиться наше партнерство? Неделю? Месяц? Пока мы не вцепимся друг другу в глотку. У нас были разногласия, но все же мне бы этого не хотелось.

— Возможно, ты и права, — вздохнула Иветта. — И все же я хотела бы видеть тебя в своей стае.

Как говорится, приехали. Пришли к тому же, с чего начали. Теперь настала моя очередь вздыхать. Что я и сделала со словами:

— Сейчас шерстью покроюсь! — так сказать, персональная шутка оборотня.

— Ну-ну. Я с удовольствием на это посмотрю, — Иветта улыбнулась одной из самых соблазнительных улыбок.

— Нашла зрелище! Любой обычный человек от такого шоу в ужас придет!

— Ну, мы с тобой далеко не обычные люди, — ответила она, и как бы в подтверждение своих слов приблизила ко мне лицо и, улыбнувшись, продемонстрировала зубы, которые на глазах стали звериными клыками.

Я хотела сказать, что этим меня не удивишь, но тут раздался какой-то шум. Мы обернулись практически одновременно.

В дверях стояла Глория с перекошенным от злости и разочарования лицом, а у ее ног валялся поднос, чашки и перевернутый чайник, содержимое которого растеклось по ковру.

— Что с тобой? — голос Иветты вновь принял тон вожака стаи.

— Я… я надоела тебе? — в ее голосе звенели обида и злость. — Что в ней есть такого, чего нет во мне?

— Ты забываешься! — осадила ее Иветта.

Но девушка никак не прореагировала на ее слова. В ее глазах плясало пламя, зрачки расширились. В ней проснулся зверь.

— Я не позволю ей занять мое место! — Глория кинулась ко мне, но не успела сделать и пары шагов, как я уже стояла на ногах.

Удар, который она метила мне в лицо, прошелся вскользь по груди, не оставив на моем теле ни царапины. А вот рубашка пострадала. На ней красовались пять полос от ее когтей.

— Иветта, уйми ее! — потребовала я. — Она же твоя волчица!

— Глория! — позвала ее Иветта.

Девушка обернулась к ней, но вместо слов из ее горла вырвалось рычание, кости лица пришли в движением.

— Зверь берет над ней верх. Сделай что-нибудь, иначе она перекинется прямо здесь! — посоветовала я.

— Вижу, — Иветта тоже казалась обеспокоенной.

Глория встала не четвереньки и стала опять приближаться ко мне. Даже сейчас она была решительно настроена отвоевать то, что она считала своим. Тут Иветта заговорила с ней, стараясь успокоить зверя. Девушка остановилась в нерешительности, слушая голос, но ни на секунду не сводила с меня глаз. Человек боролся со зверем. Вдруг она взвизгнула и всем телом приникла к полу. На руках проступила шерсть, а лицо стало удлиняться.

— Теперь остановить ее может лишь кровь, — сказала Иветта, хотя я это видела уже и без нее. Эта девушка слишком мало прожила оборотнем, чтобы победить своего зверя так близко к коллапсу.

Процесс перевоплощения начался, скоро она станет волком. И угадайте, чьей крови ей захочется? Наблюдая за тем, как тело Глории корчится на полу, меняя форму, я понимала, что схватки мне не избежать, разве что Иветта будет держать свою волчицу за хвост. Но она, скорее всего, предпочтет роль зрителя. А я в человеческом облике могу с ней и не справиться!

— Черт! — добавив еще пару крепких слов, я стала срывать с себя одежду. У меня еще было время, так как обычный оборотень перекидывается не так уж быстро.

Расправившись с жакетом, ботинками и джинсами, и оставшись в рубашке, которую уже можно было выкидывать, и белье. Так как время поджимало, я приступила к делу. Весь процесс занял несколько секунд. И вот я стояла в облике пантеры среди клочков одежды.

Глория тоже приобрела свой звериный облик. На меня смотрела крупная белая как снег волчица. Теперь понятно, почему она так приглянулась Иветте. В этом облике она была просто великолепна. Но сейчас было не время рассуждать о красоте, так как назревала серьезная потасовка. Глория была словно сжатая пружина: клыки оскалены, шерсть на загривке дыбом. Я же сохраняла спокойствие, хотя внутренне была готова ко всему. Эта девчонка бросила мне вызов, что ж, я приняла его. Это уже был вопрос о положении в стае.

Она с рычанием прыгнула на меня. Но я уклонилась. В следующем прыжке ей повезло больше, она смогла сшибить меня с ног. И все же Глория не учла одного: пантера массивнее волка. В следующую секунду я подмяла ее под себя. Мои клыки клацали в считанных сантиметрах от ее горла. В ее глазах появился страх, но досада все еще была сильнее. Глория стала вырываться, и через некоторое время ей это удалось. Я думала, она одумается, но не тут-то было. Волчица снова перешла к нападению. Ей даже удалось оставить весьма ощутимую царапину на моем плече. Это вконец меня разозлило, и я решила перестать жалеть эту дурочку. Она хочет драки? Она ее получит! Одним ударом я отбросила ее к стене, оставив на ее правом боку кровавые полосы от когтей. Глория взвыла, а я уже была рядом. Глядя ей прямо в глаза, я издала одно из самых грозных своих рычаний. Этого оказалось достаточно. Она поджала хвост и прижалась к стене жалобно скуля. Нет, я не собиралась ее убивать. Проучить — возможно, но не убивать. В конце концов, она не совершила ничего такого уж страшного.

Для приличия я немного погоняла ее по комнате, пока она не встала передо мной, изображая полную покорность. Это означало, что она полностью признавала мое превосходство в стае.

Заручившись моим согласием, она вновь стала человеком. Раны на ее боку же затягивались. Но она слишком мало времени провела в облике зверя, поэтому сразу же уснула глубоким сном, от которого ее не разбудил бы и ружейный залп. На меня же это правило не распространялось. Я могла перекидываться сколько угодно, это не забирало у меня так много сил.

Вот и сейчас, став человеком, я чувствовала лишь легкую усталость. Первым делом я отыскала глазами Иветту. Как я и ожидала, она все это время смотрела на нашу потасовку, не собираясь вмешиваться. Пожав плечами, я стала искать остатки своей одежды, так как на мне из оной был лишь медальон Таната, он был на мне и в моем зверином облике.

Пока я одевалась, Иветта накрыла Глорию невесть откуда взявшимся пледом. Как ни крути, а она, видно, все-таки заботилась о ней. Значит, претензии девушки были не беспочвенны. Но во мне все еще была злость за все происшедшее. Застегивая жакет, я не удержалась от замечания:

— В следующий раз нам лучше встречаться подальше от твоих оборотней. Мне уже надоели стычки с ними.

— Извини. Я действительно не знала, что так все получиться. Глория еще не слишком хорошо умеет держать себя в руках, но ты была великолепна! Клянусь, подобного не повториться! — слова Иветты казались искренними.

— Хотелось бы верить.

— Разве я когда-нибудь обманывала тебя?

Что верно — то верно. Было всякое, но не обман. С этим я вынуждена была согласиться.

— Но мы отвлеклись, — Иветта вновь села рядом со мной. — Ведь у тебя, кажется, было ко мне какое-то дело? Я внимательно тебя слушаю.

— Да, я действительно пришла по делу, — подтвердила я. — У тебя обширные связи в этом городе, особенно с потусторонней его частью. Возможно, ты сможешь разузнать для меня кое-какую информацию.

— Какую? — Иветта была явно заинтригована. Это было хорошим признаком.

— Ты никогда не слышала ничего о магах Фарухе, Мин-Ши или Лакосте?

Иветта ненадолго задумалась, затем сказала:

— Что-то знакомое, но не могу вспомнить. Зачем они тебе?

— Прости, это не моя тайна. Я дала клятву. Могу лишь сказать, что это вопрос жизни и смерти одного очень близкого мне человека. Мне просто необходимо знать, где их можно найти.

— Что ж, охотно верю. Это вполне в твоем духе.

— Так ты поможешь мне?

Иветта, казалось, впала в задумчивость. Наконец, она сказала:

— Хорошо, я помогу тебе. Постараюсь разузнать все, что можно об этой троице.

Столь быстрое согласие было весьма необычно для Иветты. Она привыкла из всего извлекать выгоду, а сейчас был очень удобный случай. Поэтому я сразу спросила:

— Что ты потребуешь от меня взамен? — информация, которую она сможет раздобыть, была очень важна для меня. Ради нее я готова была практически на все, но Иветте было вовсе не обязательно об этом знать.

— Требовать? От тебя? — Иветта казалась удивленной.

— Со мной можешь не играть в эти игры, — усмехнулась я. Что ты хочешь? Но предупреждаю, вопрос о моем вступлении в стаю не обсуждается!

— Это я уже поняла. Ладно, если я узнаю что-нибудь об этих магах, то взамен ты должна будешь мне услугу.

— Какую?

— Я не потребую от тебя невозможного или того, что шло бы вразрез с твоими принципами, которые я успела хорошо изучить.

— Но чем я могу помочь главной волчице города?

— Понимаешь, — голос Иветты стал очень серьезен, что было ей не свойственно. — Я стала вожаком стаи не так уж давно, и все было не так просто…

— Есть те, кому это не нравится? — догадалась я. Это было довольно-таки обычным делом в стае.

— Да. Нет, конечно, никто не высказывается открыто, но и я не слепая.

— Тебе хотят бросить вызов?

— Пока вряд ли, но всякое может быть. Так вот, я хочу, чтобы в случае подобного ты бы была на моей стороне. У нас были разногласия, и все же ты, наверное, единственная, кому я доверяю.

— Хорошо. Я принимаю твое условие. Если ты узнаешь то, что мне нужно, то, когда тебе понадобиться моя помощь, я приду, — пообещала я.

— Твоему слову я верю, Лео. Что ж, как только что-нибудь выясню, сразу же сообщу.

— Буду ждать.

На этом мы и расстались. Я уходила с уверенностью в том, что если нужная мне информация известна хоть одному человеку или нелюдю, то Иветта ее узнает. У нее была потрясающая сила убеждения.

Глава 5

Когда я выходила из клуба, в нем практически не осталось посетителей. Время было позднее. Посмотрев на часы, я поняла, что опять лягу спать лишь под утро. Скоро уже совсем перейду на ночной образ жизни.

Выйдя на улицу, я поняла, что кожаный жакет на голое тело — это очень неудобно. Похолодало, к тому же поднялся ветер, все это создавало весьма неприятные ощущения. Стараясь поглубже запахнуться и ежась от холода, я побрела к своей машине.

Еще издалека я заметила, что возле нее кто-то стоит. Неужели приключения на сегодня еще не кончились? Выругавшись, я подумала, что если это грабитель, то ему не поздоровиться. Но все оказалось проще. Подойдя ближе, я узнала в ожидавшем Андрэ. Он приветливо улыбнулся мне и сказал:

— Что-то ты долго. Я уже начал волноваться.

— А как ты узнал, что я буду здесь?

— Обижаешь!

И правда, о чем я спрашиваю одного из сильнейших магов? Так что дальнейшие вопросы отпали сами собой, за исключением одного:

— И зачем, собственно, ты меня ждал?

— Как зачем? Того, что я знаю об Иветте достаточно, чтобы весьма подозрительно относиться к ней.

— Ты что, беспокоился за меня? — перебила я его излияния.

— Ну, вообще-то да, — признался Андрэ. Неужели он смутился?

— Напрасно. Не думаю, что Иветта будет всерьез угрожать моей жизни. Ведь мы были подругами, и даже охотились вместе, — и зачем я это брякнула?

— Ты? Была подругой Иветты? — вытаращился Андрэ.

— Ну да. Ладно, ты на машине?

Он отрицательно покачал головой.

— Тогда или ты едешь со мной, или остаешься здесь. Я больше тут на ветру стоять не собираюсь.

— Хорошо, едем.

Когда мы уже сели в машину, Андрэ как-то странно посмотрел на меня. В очередной раз перехватив его взгляд, я сказала:

— Давай, говори, что хотел. Я же вижу, что тебе неймется!

— Какой-то у тебя странный наряд, не очень подходящий по погоде. Это что, мода такая?

— Какая, на фиг, мода! — буркнула я, выезжая на дорогу. — Просто визит к Иветте, а вернее встреча с одной из ее волчиц, внес некоторые коррективы в мой костюм.

— В смысле? — на лице Андрэ отразилось недоумение.

— В смысле мне пришлось перекинуться.

— Ты сегодня с кем-то дралась?

— Пришлось, мне бросили вызов, — мне не хотелось рассказывать обо всем, что произошло, поэтому я сделала вид, что сосредоточена на вождении машины.

— Но я думал, ты не принадлежишь стае, — гнул свое Андрэ.

— Так и есть. Я оборотень-одиночка. Еще три года назад я отвоевала это право. Но некоторые не хотят это понять.

— Мне нужно было пойти с тобой. Тебе угрожала опасность.

— Что произошло, то произошло. Опасность была не так уж велика. И не нужно меня опекать. Я способна сама о себе позаботиться.

После этих моих слов в машине повисло молчание. Возможно, я и перегнула палку, но следовало раз и навсегда расставить все на свои места. Меня не нужно оберегать, я этого терпеть не могу. Нам нужно работать вместе и на равных, только так мы сможем найти эту Косу, и я спасу Дени.

— Так ты узнала что-нибудь у Иветты? — первым не выдержал Андрэ. Я-то могла молчать хоть целый день.

— Нет, хоть наши маги кажутся ей знакомыми. Но она обещала помочь. Как только узнает что-нибудь, сразу сообщит.

— Что-то не похоже на нее, — сказал он, нахмурившись.

— У нее в этом свой интерес, — нехотя ответила я.

— Что она потребовала взамен? — сразу же насторожился Андрэ.

— Это уже наши личные дела, — уклончиво ответила я. Не объяснять же ему всю сложность наших с ней отношений!

— Как знаешь, — пожал плечами Андрэ.

— Так куда мы едем?

— Вообще-то ты за рулем.

— Ну, я-то еду домой, а ты — не знаю.

— Если ты настаиваешь…

Я сначала не поняла, о чем это он, но одного взгляда на его лицо было достаточно, чтобы до меня дошел смысл его слов.

— И не мечтай! — возмущенно отрезала я. Вот умеют же некоторые испортить настроение!

— Не понимаю, почему ты так сторонишься меня? — Андрэ казался уязвленным.

— А как, по-твоему, я должна себя вести?

— Неужели я нисколько тебе не нравлюсь?

Что тут скажешь? Если быть откровенной с собой, то он действительно мне нравился, даже нравился как мужчина, но большим и светлым чувством здесь и не пахло. К тому же сейчас голова у меня болела совсем о другом. Поэтому я сказала, глядя на дорогу:

— Да, в какой-то мере ты мне нравишься, доволен?

— Да.

— Но у нас ничего не может быть. Советую это осознать, законспектировать и больше не поднимать этого вопроса.

— Почему? Я знаю, ты одна… У тебя какое-то предубеждение к магам?

— Это здесь вовсе не при чем. Я сама оборотень. Став им, я стала гораздо проще относиться к таким вещам.

— Тогда в чем дело?

— Мне сейчас не до этого. Нам нужно найти Косу Смерти, или ты забыл?

— Нет, не забыл, но, по-моему, дело не только в этом, — ответил Андрэ, причем таким тоном, что переубеждать его было бессмысленно, а я и не собиралась этим заниматься.

Я даже не заметила, как подъехала к своему дому. Как говорится, ехали, ехали и вот приехали. Поставив машину на ее законное место на стоянке, я бросила Андрэ:

— Ладно, идем ко мне. Так и быть, напою тебя чаем.

— Весьма великодушно с твоей стороны. Не откажусь.

На это мне уже нечего было сказать. В квартиру мы поднимались молча. Если честно, мне не хотелось ни о чем говорить. Я бы вообще предпочла сейчас завалиться спать. Ладно, об этом пока лучше забыть, и все-таки постараться быть радушной хозяйкой. Ведь как-никак Андрэ действительно беспокоился обо мне — очко в его пользу, поэтому чашку чая, думаю, он заслужил.

Именно так убеждая себя, я открыла перед ним дверь моего дома. Но он все же пропустил меня вперед. Галантность — его несомненное достоинство.

Моя квартира его явно заинтересовала. Он устроил себе полную экскурсию, пока я хлопотала на кухне. Даже оттуда своим острым слухом оборотня я слышала его шаги. Когда я, наконец, выглянула, он, как ни в чем не бывало, сидел на диване, просматривая книгу, которая до этого лежала на журнальном столике. Она называлась «Те, кто охотится в ночи». Про вампиров. Закидайте меня камнями, но мне нравятся такие романы. Ну люблю я фантастику ужасов!

— Тебе чай с сахаром или без? — спросила я.

— С сахаром. Может, лучше кофе?

— Кофе не держу, только чай, — последние остатки моего кофе достались Дени.

— Чай, так чай.

Я снова вернулась на кухню, но все же слышала, как он сказал:

— Первый раз встречаю человека, который не пьет кофе!

Это заставило меня улыбнуться. Если его удивляет во мне это, то его ждет еще много сюрпризов.

Наконец, чай был готов. Мы сидели на кухне, и все это казалось мне уж больно домашним. Прям семейная идиллия! Подумав об этом, я чуть не прыснула со смеху. Семья? У меня? Может у меня скудная фантазия, но я не представляла себя любящей женой, и уж тем более матерью. Я не стремлюсь к этому.

— А как ты стала оборотнем? — вдруг спросил Андрэ.

Этот вопрос застал меня врасплох, поэтому я на некоторое время задумалась, обхватив руками чашку с чаем. Я и вправду не знала, что ответить, поэтому так и сказала:

— Не знаю.

— Как так?

— Просто однажды я перекинулась неожиданно даже для себя самой.

— Ну, первый раз это всегда неожиданно. Просто обычно этому предшествует заражение, если можно так выразиться, конечно, если это не врожденное.

— У меня этого не было, — покачала я головой. — Ты же знаешь, я не похожа на остальных оборотней.

— Знаю, имел честь убедиться в этом самолично, — с улыбкой подтвердил Андрэ.

— Так вот. Танат сказал, что эта сила сама выбрала меня.

— Да-а, чем больше тебя узнаю, тем больше нахожу в тебе загадок, — протянул Андрэ. —Ты действительно единственная в своем роде.

— Не буду спорить.

Слова Андрэ впервые заставили меня задуматься над тем, что я действительно еще многого не знаю о себе. Я оборотень, но почему эта сила, дремавшая сотни лет, пробудилась именно во мне? За последние четыре года я сильно изменилась, теперь я могу признать это, хотя тому было много причин. Но что будет дальше? Что приготовила мне судьба? На эти вопросы я не могла ответить. Я поймала себя на мысли, что никогда всерьез не задумывалась об этом. А теперь и вовсе было не время, уж слишком многое привязывало меня к настоящему, чтобы задумываться еще и о будущем.

Размышляя обо всем об этом, я и не заметила, что Андрэ все это время что-то говорил мне. Когда же я это поняла, то вынуждена была переспросить:

— Что, прости?

— Я тут уже минут пятнадцать говорю о том, что у тебя огромный потенциал, и захоти ты, могла бы добиться очень многого, но ты, похоже, меня не слушаешь.

— Извини, но сейчас я могу думать лишь о том, как нам найти Косу Смерти, только так я смогу спасти Дени. Это для меня сейчас самое важное, — ответила я, хоть это была лишь полуправда.

— Какая же ты упертая! — сказал Андрэ, словно поставил диагноз. Мне оставалось только улыбнуться. Я прекрасно понимала, что он пытается завоевать мое расположение, и не собиралась поддаваться. Нужно было как-то выставить его из моей квартиры, а то все эти разговоры уже начинают мне не нравиться.

Я начала делать не двусмысленные намеки, то и дело поглядывая на часы, но то ли он их не понимал, то ли не хотел замечать. Наконец, мне все это надоело, и я сказала уже открытым текстом:

— Кстати, тебе не пора домой? Время уже весьма позднее.

— Мой способ передвижения никоем образом не зависит от времени, вся дорога займет у меня лишь пару минут, — невозмутимо пожал плечами Андрэ. — К тому же я надеялся, что ты не захочешь, чтобы я уходил.

Его голос вновь стал обволакивающе-мягким, но на этот раз без всякого колдовства, я бы почувствовала. Он взял мою руку в свою и поцеловал кончики моих пальцев. Не скрою, мне это было приятно, и он чувствовал это. Вот блин! Прежде чем он успел повторить поцелуй, я вырвала свою руку и поспешно встала из-за стола. Отвернувшись к окну, я зло сказала:

— Никогда больше так не делай.

— Но почему? — непонимающе спросил Андрэ.

Он подошел ко мне сзади и попытался обнять, но я отстранилась. Да, давненько со мной такого не было.

— Почему? — вновь спросил он. — Я вижу, тебя тоже тянет ко мне.

— Это не имеет значения, — мой голос был тверд. Слава Богу, в нем не отразилась та буря чувств, что бушевала во мне. — Тебе лучше уйти.

Но он, казалось, не слышал моих слов. Андрэ опять попытался поцеловать меня. Я же силой оттолкнула его, издав грозное рычание. Его поступок вызвал во мне бурю эмоций, поставив тем самым на грань перевоплощения. Снова стали расти клыки, сузились зрачки, мускулы под кожей заходили ходуном. Нет, я не могла позволить себе перекинуться. Не сейчас! Я обхватила себя руками, впившись ногтями в предплечья до крови. Это причиняло мне боль, но она помогла мне справиться с моим зверем. Более-менее придя в себя, я процедила сквозь зубы:

— Уходи!

— Ладно, — примирительно сказал Андрэ. — Вижу, сейчас не время. Я ухожу.

Но прежде чем за ним захлопнулась дверь, он сказал:

— И все-таки рано или поздно я смогу тебя переубедить.

Едва он ушел, у меня вырвался вздох облегчения. Но все же, в глубине души осталось и чувство сожаления, неудовлетворенного желания, я бы сказала. Какой-то частью своего существа я действительно хотела, чтобы он остался, и в то же время противилась этому, будто тогда я предам себя.

Нет, все, хватит! Хватит об этом думать! Спать! Спать!

Я с наслаждением сорвала с себя одежду и переоделась в пижаму. Погасив свет, я забралась в постель и закуталась в одеяло, натянув его по самые уши. Но сон почему-то не шел ко мне. Я несколько часов ворочалась с боку на бок, пока, наконец, не задремала.

Мой сон был тревожен, я не знаю сколько он длился, как вдруг увидела глаза. Они смотрели на меня, и в них не было ничего кроме злобы и тьмы. Я не знала, сниться это мне или происходит наяву, но от этого взгляда мне становилось не по себе. Я просто физически ощущала, как он проникает в мою душу, в мои мысли. Перед этим взглядом я была будто голая, и ничего не могла утаить от него. Меня охватил чисто животный страх, но я не могла отвести взгляд. Это могло продолжаться бесконечно, как вдруг меня будто что-то вытолкнуло.

Я очнулась, жадно хватая ртом воздух, будто вынырнув из воды. Все мое тело покрывал холодный пот. Словно стараясь унять бешено бьющееся сердце, я приложила руку к груди, и только тут заметила, что мой медальон, который я так и не сняла, светится, и свет с каждой секундой становится тускнее.

Значит, это был не сон. Кто-то, не лишенный магических способностей, действительно пытался прочитать мои мысли, но медальон защитил меня. В мою голову закралось страшное подозрение. Неужели это проделки Андрэ? А кто же еще? У него был мотив… К тому же он опытный маг. Вот мерзавец! Ну, ничего! Я ему задам! Я выскажу ему в лицо все, что о нем думаю!

Добавив несколько ругательств, я посмотрела на часы. Было почти половина десятого! Проклятье! Дальше спать было уже бессмысленно. Надо было вставать.

К Андрэ я ехала злая и невыспавшаяся, что ж, тем хуже для него. К тому же дорога меня нисколько не успокоила, даже наоборот.

Доехала я быстро. Не прошло и двадцати минут, как я уже требовательно звонила в его дверь. Наконец, она отворилась. На пороге стоял Андрэ, одетый в простую рубашку и джинсы, но даже они сидели на нем словно вечерний костюм, заметила я, не смотря на злость.

— Это ты? — он явно не ожидал увидеть меня.

— Да я.

— Прошу, входи, — я вошла. Он закрыл за мной дверь и добавил, — Рад тебя видеть.

Этого я стерпеть уже не смогла. Вся злоба, накопившаяся во мне, прорвалась наружу:

— У тебя еще хватает наглости издеваться надо мной?! Ты грязный сукин сын! А я ведь почти поверила тебе! — я еле сдерживалась, чтобы не съездить ему по роже.

— О чем ты? — непонимающе спросил Андрэ, когда у меня кончились ругательства.

— Не делай вид, будто ничего не понимаешь! — я снова начала злиться.

— Но я действительно не знаю, что произошло. Объясни, пожалуйста, — он был прямо само спокойствие.

— Этой ночью ты опять пытался применить свои чары! Хотел прочесть мои мысли! — выпалила я.

При этих словах лицо Андрэ вмиг посерьезнело. Он сказал:

— О чем ты говоришь? У меня и в мыслях такого не было!

— Лжешь!

— Понимаю, ты сейчас взвинчена. Но прошу, верь мне! Клянусь, я не делал этого!

Если честно, я уже была склонна верить ему, уж не знаю почему. И все же я спросила:

— Если не ты, кто тогда?

При этом вопросе что-то изменилось в лице Андрэ. Не знаю, как это объяснить, но из него будто на некоторое время ушла вся жизнь. Ничего не выражающим голосом он сказал:

— А ты как думаешь? Кому еще может быть так интересна твоя персона?

Внезапная догадка пронзила меня, и от нее у меня все похолодело внутри.

— Неужели это кто-то из триады?

— Именно! — тут Андрэ словно прорвало, он стал нервно ходить по комнате. — Проклятье! Я должен был это предвидеть! Должен был хоть как-то подготовить тебя! Ведь ты для них с их силой ничто!

Наконец, он прекратил свои излияния, остановился и потребовал:

— Расскажи подробно, как все было.

Я села на диван и начала свой рассказ, стараясь не упустить ни одной детали. Когда я закончила, лицо Андрэ стало еще более серьезным.

— Проклятье! — вновь повторил он.

— Думаешь, они раскрыли меня?

— Вполне возможно. Они пытались узнать тебя, выяснить насколько ты можешь быть опасна для них, но, похоже, их попытка не удалась.

— Это хорошо, — вздохнула я, инстинктивно сжав медальон, который так помог мне.

— Но они, скорее всего, повторят попытку, и будут действовать настойчивее, поэтому ты должна научиться нескольким трюкам.

— Каким трюкам? — не поняла я.

— Я уже говорил, что у тебя очень большой магический потенциал, я сразу это почувствовал. И все-таки этого не достаточно. Ты должна научиться скрывать свои мысли ото всех, становиться непроницаемой. Так они не смогут отыскать тебя.

— Но на это уйдет много времени, которого у нас нет.

— Отнюдь. На самом деле это не так уж сложно, как принято полагать. Если мы начнем сейчас же, то к вечеру ты уже научишься.

Я глянула на часы, времени еще было навалом, поэтому я сказала:

— Хорошо, тогда давай начнем прямо сейчас.

— Согласен, но лучше заниматься этим в гостиной, где нам будет удобнее.

— Ладно, — мне-то было, в общем-то, все равно. Но ему видней, ведь из нас двоих маг — он, а я всего лишь оборотень.

Оказавшись в гостиной, я спросила:

— Ну, что мне нужно делать?

— Ты нетерпелива, как всегда, — мягко улыбнулся Андрэ.

— А чего зря время терять?

— Хорошо, начнем. Садись. Для того, что мы собираемся проделать, нужна полная концентрация воли. Ты должна сделаться пустой.

— Как? Объясни.

— Сейчас твои мысли не скрыты ничем, они ясно читаются в твоих глазах. А теперь представь, что ты отгораживаешься от всего окружающего мира глухой стеной, закрой свой разом. Так… хорошо… Нет, уловил.

Конечно, в первый раз у меня ничего не получилось, не получилось и в двадцать первый. Процесс шел очень медленно. Еще бы, ведь до сих пор я никогда ни с чем подобным не сталкивалась. Но где-то сотая попытка увенчалась, наконец, успехом, а потом еще одна и еще одна. И вот это у меня стало получаться практически без усилий. Андрэ удовлетворенно хмыкнул и сказал:

— Отлично. Ты быстро все схватываешь.

— Быстро? Как же!

— Поверь, у других, чтобы овладеть этим, уходит гораздо больше времени.

Это меня не особо убедило, и еще я задала вопрос, который интересовал меня с самого начала наших занятий:

— А как мне не давать проникнуть в мой мозг во сне? Ведь они пытались проникнуть в мои мысли именно когда я спала, а тогда я беззащитна.

— Не совсем. То, чему я тебя научил, будет с тобой и во сне.

— Хорошо, если так.

— А теперь ты должна научиться не только закрывать свой разум, но и отражать атаки на него. Ты сможешь.

— Что мне делать? — я была полна решимости, ведь, в конце концов, от этого могла зависеть моя жизнь.

— Представь опять ту же стену. Мои атаки будут пытаться разрушить ее. Для начала усилием воли попытайся просто удержать ее, не дать рухнуть.

— Хорошо.

На самом деле это оказалось очень сложно, у меня даже на лбу выступили капельки пота, но я не собиралась отступать. Я собрала всю волю в кулак, стараясь не дать Андрэ разрушить стену своего разума.

Вдруг у меня будто открылось второе дыхание. Я поняла, что знаю как отразить эти удары. Это было какое-то глубинное знание, память прошлого. Сила, подчиняемая моей воле, поднялась во мне, она была сродни той, что делало меня оборотнем. И сейчас она волной отбросила Андрэ.

— Ничего себе! — ошарашено сказал он, встряхнув головой. — Я недооценивал тебя!

— Что это было? — происшедшее было для меня так же удивительно, как и для него.

— Ты не просто выдержала мою телепатическую атаку, но и отбила ее, направив против меня самого.

— Но я не знаю, как это у меня вышло!

— Ничего страшного. То, что вышло случайно, можно сделать и намеренно.

В логике ему не откажешь. И все же я сомневалась, смогу ли я повторить все это. Но Андрэ не стал ничего слушать, только сказал:

— Приготовься, начинаем все снова.

Он оказался прав. Мне вновь удалось отразить его атаку. На этот раз это вышло даже практически сознательно. Мы пытались еще, еще и еще, пока я не стала знать точно, что от меня требуется, чтобы отразить атаку на мой разум, и делать это быстро, не раздумывая.

Между нами стали разворачиваться настоящие телепатические войны. Наконец, Андрэ сказал:

— Все, на сегодня хватит. Теперь я за тебя спокоен.

— Думаешь, я смогу защитить свои мысли?

— Уверен. Если они попытаются проникнуть в них, им придется весьма сильно попотеть. Ты очень способная ученица, — увидев недоверие на моем лице, он продолжил, — Я серьезно! Еще несколько уроков, и ты сама сможешь читать мысли других людей.

На это я лишь пожала плечами и спросила:

— Зачем мне это?

— Ну, многие готовы были бы продать душу за такой дар.

— Только не я.

— Ты не перестаешь удивлять меня, — сказал Андрэ, и по его голосу невозможно было понять: радует это его или огорчает. Да у меня и не было времени разбираться, о чем я и сказала:

— Ну, я пошла. Мне на работу пора.

— На работу? — Андрэ будто не понял меня.

— Да, такая вещь, которая дает средства к существованию, — не сдержалась я от сарказма. — Как ни крути, а для жизни нужны деньги.

От моих слов его губы сами собой разъехались в улыбке, и лицо приняло такое выражение, что у меня просто руки зачесались запустить в него чем-нибудь, но я сдержалась и лишь сказала:

— Я ухожу.

Я направилась к входной двери. Но, взявшись за ручку, остановилась и обернулась. Андрэ стоял в дверях гостиной и смотрел на меня. Черт, я просто залюбовалась им. Поспешно отдернув себя, я зачем-то —сказала:

— Прости, что, не разобравшись, так напала на тебя.

— Да ничего, — отмахнулся он. — Я понимаю.

— Пока, — просто попрощалась я и поспешила выйти из дома.

Всю дорогу до клуба мне было как-то не по себе. Все эти уроки телепатии, и та сила, что открылась во мне… Я действительно не хотела уметь читать чужие мысли, и просто не представляла, что со мной будет, если во мне откроется это дар. Нет, лучше не надо! Я мирилась с тем, что я оборотень, но жить с таким даром! Это пугало меня даже больше, чем еще одна возможная попытка атаки на мой разум со стороны Триады. Нет, надо с этим что-то делать, пока я не стала параноиком. Оборотень — параноик! Это показалось мне таким смешным, что я чуть не врезалась в бордюр, пока парковалась.

Клуб, как всегда, жил своей немного суматошной жизнью. Со стороны могло показаться, что каждый день здесь приносит кучу впечатлений, но на самом деле все достаточно рутинно. Бывает, конечно, случаются примечательные события, но редко. И я была частью всего этого, бывало даже мне не хватало здешнего шума и деловитой суматохи. Мне действительно нравилась моя работа, а сейчас она еще и помогала мне хоть ненадолго отрешиться от проблем: нужно было найти и, что самое главное, вернуть эту Косу, а времени у Дени оставалось все меньше. Не представляю, как мне и дальше общаться с ней, как ни в чем не бывало.

Да, подобные проблемы у кого угодно выбьют почву из-под ног. Но ничего, я выдержу! Я должна! Глубоко вздохнув, я нашла в себе силы с улыбкой войти в гримерную. Но этого можно было и не делать. Дени там не было. Я и забыла, что у нее сегодня поздний выход. Там были лишь Шейла и еще одна танцовщица — Елена. С ними у меня лишь приятельские отношения, не более. Я не особо жаждала сближения, они, видимо, тоже. Так что пока я была в гримерке, готовясь к своему выходу, разговор шел вяло. Так, о погоде и природе.

Зато парней сегодня охватила говорливость больше обычного. И все сводилось к обсуждению того, кто это тот мужчина, что подарил мне цветы, и какие у нас с ним отношения (не иначе Ник разболтал. Чтоб ему!). Всех четверых любопытство просто распирало.

— Нет, ну кто это был? — уже, наверное, в сотый раз спросил Брэд.

— Лучше скажи, от ведь сейчас лопнет от неудовлетворенного любопытства! — поддержал Вик.

— С Андрэ у нас деловые отношения, — буркнула я, хотя знала, что он предпочел бы, чтобы они были совсем иными.

— Так его зовут Андрэ, — протянул Вик, тут же заставив меня пожалеть о своих словах.

— Деловые отношения? — Брэд чуть гитару не выронил. — После того, как я видел, какими глазами он на нее смотрел, ни за что в это не поверю! Поэтому, пацаны, предлагаю скинуться на свадебный подарок! Давайте, кто сколько может.

— Не дождетесь! — фыркнула я, но моя фраза потонула во всеобщем хохоте.

От дальнейших прений по этому поводу меня спасло то, что нам уже пора было выступать.

С Дени же за весь вечер я перекинулась лишь парой слов. Так вышло, что когда у меня был перерыв, она должна была выступать, и наоборот. Может, это было и к лучшему, но я еле справлялась с желанием не отходить от нее ни на шаг.

Вот очередной рабочий день подошел к концу. Домой я возвращалась не спеша. Как ни странно, но сегодня никто не поджидал меня, не встречал, и я была этому рада. Хороший, спокойный вечер.

Глава 6

Доехав до дома, я аккуратно поставила машину на безлюдную стоянку. Еще бы! Все нормальные люди уже давно дома, мирно спять в своих кроватях. Это я возвращаюсь под утро.

Подхватив сумку, я направилась к выходу, когда услышала какой-то шум. Неужели, здесь еще кто-то есть? Я резко обернулась. В самом дальнем конце стоянки среди машин я увидела (благо освещение было хорошим) какого-то мужчину, и сразу кожей почувствовала исходящую от него силу. Мне без особого труда удалось распознать его сущность. Я была готово руку отдать на отсечение за то, что он был вампиром, хотя до этого я видела представителей их народа лишь однажды. И еще, к его силе примешивалась какая-то магия.

Все это весьма меня насторожило, если не сказать хуже, так как этот вампир смотрел прямо на меня. На миг наши глаза встретились, и я тот час же почувствовала, что они затягивают меня. И все же им не удалось полностью подчинить мою волю. Оказывается, сила оборотня дает мне иммунитет и к этому. Она просто отбросила чары вампира. Но тут оказалось, что он уже не где-то вдалеке, а прямо передо мной. И лицо его не предвещало ничего хорошего. Было маловероятно, что он скажет лишь «добрый вечер» и удалиться. Назревала битва, а вампир — очень серьезный противник, обладающий невероятной силой и скоростью. В считанные секунды я собралась, стараясь подготовить себя ко всему.

Он напал первым. Его рука метнулась к моему горлу, но я ожидала чего-то подобного, поэтому смогла уклониться. А вот следующий удар застал меня врасплох. Со всей силой он впечатал меня в какую-то машину, раздался звон бьющегося стекла. По ребрам, куда пришелся удар, разлилась жгучая боль, будто в меня врезался молот. И это было не все. Одной рукой он уже сжимал мое горло, а прямо перед моими глазами сверкнули клыки. Еще секунда, и они вопьются в мою плоть. Мне этого хотелось меньше всего. Но сейчас, сохраняя человеческий облик, я мало что могла. Из этого положения было только два выхода: либо я ничего не делаю, и тогда меня ждет неминуемая гибель с полным обескровлением, либо я перекидываюсь и принимаю бой.

Конечно, я выбрала последнее. Вампир продолжал держать меня крепко, словно тисками, но мне неизвестна сила, которая могла бы удержать оборотня во время коллапса. Не удалось это и ему. Несколько секунд, и я была свободна, приняв свой звериный облик.

На этот раз я не стала ждать, когда он нападет, и сама атаковала его. Прыгнув ему на грудь, я своей массой повалила его наземь и стала когтями раздирать его плоть. Но это лишь замедлило движения вампира, а убить не могло.

Беззвучно, будто он был нем, но неистово он стал отбиваться от меня. Я почувствовала, что он ногтями вспорол мне бок, но даже боль не заставила меня отступить, ибо это означало бы смерть. Мои клыки искали его горло и, наконец, смокнулись на нем. Кровь, кровь вампира брызнула фонтаном, заливая мне морду, но я не останавливалась. Как бы дико это не звучало, но я отгрызла ему голову. Как только она отделилась от тела, обе эти части обратились в пепел. Но перед этим я видела, как на его лбу вспыхнул и погас какой-то знак в виде слившихся воедино альфы, гаммы и омеги.

Я победила, и мой зверь торжествовал. Почуяв вкус крови, он неистовствовал. Из моего горла вырвался рык. Но взгляд, упавший на помятую машину, в которую меня впечатало, отрезвил меня. Спустя минуту я вновь стала человеком. Но тут возникла еще одна проблема — я была совершенно обнажена. Во время перевоплощения вся моя одежда превратилась в клочья. Черт! — подумала я, пялясь на кучку тряпья, которая еще недавно была моей одеждой, — Если так пойдет и дальше, то мой гардероб полностью опустеет.

Но надо было что-то делать, и быстро! Так как я услышала шаги охранника. Видно, его привлек подозрительный шум. Я запихнула остатки одежды в мусорный бак, чтобы они не вызвали ненужных подозрений, подхватила сумку — мою единственную уцелевшую вещь, и ринулась к лифту.

Нажав на кнопку своего этажа, я возблагодарила Бога за то, что в моем доме подземный гараж, из которого можно подняться на лифте прямо на свой этаж, минуя консьержку. Да, хороша бы я была сейчас, проходя мимо нее — старушки, божий одуванчик.

Слава Богу, до самой двери я никого не встретила. Меня спасло то, что время было весьма позднее. И все же, когда я закрыла за собой дверь, у меня из груди вырвался вздох огромного облегчения.

Переведя дыхание, я сразу направилась в душ. У меня до сих пор все лицо и грудь были в крови вампира. Когда я увидела себя в зеркале, то ужаснулась. Да, если меня кто-нибудь увидел бы, то шухер был бы страшный. Прям нудист маньяк-убийца.

Вампир изрядно меня потрепал, но раны на боку и на бедре от его ногтей уже не кровоточили и начали затягиваться, через день-два и следа не останется. А вот ребра болели довольно сильно, но, несмотря на боль, я тщательно их ощупала. Перелома, вроде, не было. Это утешало. Значит, скоро пройдет. Еще одно преимущество оборотня — все, даже самые страшные раны, которые могут оказаться смертельными для обычного человека, на таких как мы заживают очень быстро. Наверное, это компенсация за то, что мы не можем с ними обратиться к врачу. Даже страшно представить его реакцию при виде наших регенеративных способностей, и то, что за этим последует. Никому из нас не хотелось закончить жизнь в качестве подопытного кролика. Правда, я слышала, что в стае Иветты есть врач-оборотень, но сталкиваться с ним (или с ней?) как-то не было повода. Надеюсь, и не будет. Хотя, в свете нынешних обстоятельств…

Закончив осматривать свои боевые раны и придя к выводу, что жить буду, я залезла в душ, чтобы смыть, наконец, эту кровь, которая засохла на мне мерзкой коркой. Там я некоторое время просто стояла, уткнувшись лбом в кафель и слушая, как строи воды разбиваются о мое тело. Адреналин схлынул, и на меня навалилась жуткая усталость. К тому же свою лепту внесло и то, что мой организм работал в ускоренном режиме, залечивая раны, а это требовало много энергии.

Выйдя из душа, я тщательно почистила зубы, и только после третьего раза во рту, наконец, исчез привкус крови. Ощущение не то, чтобы отвратительное, а скорее пугающее. Ведь я действительно хотела его крови, рвала его практически с наслаждением, ощущая себя истинным хищником.

Закончив с личной гигиеной, я высушила волосы феном, закуталась в махровый халат — первое, что попалось мне под руку, и пошла на кухню ставить чай. И тут как раз позвонили в дверь. Интересно, кто бы это мог быть?

Поплотнее запахнувшись, я пошла открывать. За дверью стоял полицейский.

— Мисс Элеонора Вестер? — спросил он.

— Да, а в чем дело?

— Когда вы сегодня вернулись домой?

Я удивленно подняла брови.

— Простите, если мой вопрос прозвучал бестактно, просто сегодня на вашей стоянке побывали какие-то хулиганы. Одна машина разбита. Охранник сказал, что вы обычно возвращаетесь позже всех остальных жильцов. Возможно, вы видели что-нибудь подозрительное.

— Нет. Простите, но я ничего не видела.

— В таком случае, простите за беспокойство.

Полицейский ушел, а я с облегчением захлопнула дверь и прижалась к ней спиной, не чуя под собой ног от перепуга. Слава Богу, что не осталось никаких более явных следов моей битвы с вампиром и на нашей стоянке все никак не соберутся установить видеокамеры, поэтому полиция и приняла все это за проделки хулиганов. Так и хотелось махнуть рукой со словами: Уф, пронесло! Но я сдержалась.

Я забралась в постель и подумала, что надо бы позвонить Андрэ и рассказать о том, что произошло, но это так и осталось благими намерениями. Я даже сама не заметила, как меня сморил сон.

Сон мой был крепок, в эту ночь меня, наверное, не смог бы разбудить даже пушечный залп. Проснулась я, когда было далеко за полдень. Так бывает с оборотнями, когда они слишком быстро перекидываемся обратно или когда сильно изранены, тогда такой сон может длиться даже сутками. Ну, первый случай мне не грозил, а вот второй — как раз.

За ночь раны практически затянулись, еще день — и следа не останется, да и ребра уже болели лишь самую малость. В общем, не плохо.

После завтрака, за который я практически опустошила холодильник — организм требовал, я все-таки решила позвонить Андрэ. Как ни крути, а мы работаем сообща, и он должен знать об этом.

Трубку он поднял почти сразу же, и тотчас узнав меня, сказал:

— Лео, рад слышать тебя! Звонишь, чтобы пожелать мне доброго дня?

— Оставь свои шуточки. Я звоню по делу.

— Я весь во внимании.

Я начала рассказывать о своем столкновении с вампиром этой ночью, от чего все шутки с его стороны тотчас прекратились. Он слушал меня очень внимательно, а когда я закончила, то возмущенно сказал:

— Почему ты не позвонила мне раньше?

— А что бы это изменило? Он мертв, это главное.

— Ты убила вампира голыми руками? — в голосе Андрэ слышалось недоверие.

— Да. Мне пришлось перекинуться. Я отгрызла ему голову, если тебя интересуют подробности, — мне не очень приятно было вспоминать об этом. — Наверно, это был не слишком сильный вампир.

— Скорее всего. Вампира, прожившего ни одну сотню лет, подчинить чарам практически невозможно. Это не под силу даже сильнейшим магам. Но с тобой-то все в порядке?

— Да. Он не слишком сильно потрепал меня. Через день-два от ран и следа не останется.

— Ты не говорила, что была ранена, — мне показалось, или его голос действительно был обеспокоенным?

— Не думаю, что кому-либо удалось бы выйти из подобной стычки без единой царапины. Мы же боролись врукопашную. Или ты думаешь, что я просто до смерти закидала его помидорами?

— Нет, не думаю, — он явно оценил мой юмор.

— Пока я его грызла, он распорол мне бок и бедро. Но это пустяки. Не забывай, я — оборотень. Раны на мне заживают очень быстро.

— Ничего себе пустяки! — тихо пробурчал он.

— Лучше скажи, что думаешь обо всем этом. Это дело рук Триады?

— Наверняка. Какой, ты говоришь, был знак у него на лбу?

— Наподобие слитых воедино альфы, гаммы и омеги.

— Похоже на знак Триады.

— Они хотят меня убить?

— Вряд ли. Скорее испытать, узнать какова твоя сила.

— Значит, они могут повторить попытку, — задумчиво пробормотала я.

— Вполне вероятно, — согласился Андрэ, а затем предложил, — Может, ты посидишь дома несколько дней?

— С чего бы это? Или ты думаешь, что Коса Смерти сама прилетит к нам в руки?

— Нет, конечно, но…

— К тому же, ты сам говорил, что Триада обладает огромной силой и сможет найти меня где угодно. В таком случае, не все ли равно, где я буду? — если честно, моя судьба волновала меня гораздо меньше, чем судьба Дени. В конце концов, я знала, на что шла.

— Я вижу, тебя не переубедить, — сокрушенно вздохнул Андрэ в трубке. — Тогда я все же встречу тебя сегодня после твоей работы.

— Ты думаешь, я совсем беспомощная, да? — такая опека начала уже меня раздражать.

— О, нет! Я так вовсе не думаю! Если бы это было так, то я бы сейчас с тобой не разговаривал.

— Вот именно. Не забывай, я — оборотень, причем одна из сильнейших. А ты всего лишь человек, пусть даже и очень хороший маг.

— Пусть так. И все же, я встречу тебя сегодня. Считай, что мне просто не терпелось тебя увидеть.

— А, черт с тобой! — вздохнула я. И как так ему удается добиваться своего? — Я заканчиваю в час.

— Отлично.

На этом наш разговор и закончился.

Значит, Андрэ сегодня опять явиться в клуб. Блин! То-то парни порадуются! Убеди их теперь, что между нами ничего нет! А, плевать!

Не успела я отойти от телефона и на пару шагов, как он зазвонил. Это была Дени.

— С кем это ты так долго болтала? — сразу же спросила она задорным голосом.

— А что?

— Просто, я уже минут двадцать пытаюсь к тебе прозвониться. Надеюсь, это был тот светловолосый красавец?

— Ну, можно сказать, ты угадала, — в интуиции Дени не откажешь.

— И как он тебе?

— Что как? — не поняла я.

— Ну-у… — в трубке повисло заговорщическое молчание, которое было красноречивее всяких слов.

— Пошлячка! — усмехнулась я. — Между нами ничего нет.

— И почему ты медлишь? По-моему, вы отличная пара.

— Я так не думаю, — я покачала головой, будто она могла меня видеть.

— Нет, ты действительно слишком долго была одна. Совсем зашорилась! Да пошли ты все к чертям, и развлекись, наконец! Никто же не заставляет тебя выходить за него замуж. Ну, конечно, если ты сама…

— Перестань! Хорошо, я подумаю, — ответила я, скорее для того, чтобы закрыть эту тему. Хотя меня глубоко тронула ее забота.

— Вот и отлично! — голос Дени разве что не звенел от счастья. Что-то здесь было не так, поэтому я сказала:

— А ну признавайся, что у тебя произошло! Почему у тебя такое отвратительно хорошее настроение?

— И я еще пошлячка! Сама-то! — в притворном возмущении фыркнула Дени, а затем выпалила, — Вчера я встретила просто потрясающего парня! И сегодня у меня с ним свидание.

— Ну-ка, ну-ка, с этого момента поподробнее! — потребовала я. — Чем он тебя так очаровал?

— Я встретила его возле нашего клуба, я чуть не сшибла его с ног. Он такой галантный! Совсем не похож на нашу обычную публику.

Она еще минут пятнадцать расхваливала своего кавалера. Когда она закончила, я сказала:

— По-моему, ты влюбилась.

— Все может быть, — вздохнула она. — Но почему в твоих устах это звучит как диагноз?

— Беру пример с тебя!

— Да ладно!

— А-то. В общем, желаю тебе удачи на этом нелегком поприще.

— И тебе того же. Воспользуйся выпавшим случаем!

Она положила трубку, я тоже. И только тут до меня дошло, что она так и не сказала имени своего нового кавалера. Надо будет узнать.

И тут телефон снова зазвонил. Прям трезвонный день какой-то! Интересно, это-то кто?

Звонила Иветта. После обычного приветствия, она сказала:

— Лео, ну ты и задала мне задачку! Эта торица — крепкий орешек!

— Значит, тебе не удалось ничего узнать? — вздохнула я.

— Нет, ну почему? Вижу, ты меня недооцениваешь, — с некоторой обидой в голосе ответила Иветта.

— Прости, я не хотела тебя обидеть, — поспешила я извиниться, зная ее обидчивый нрав, и с замирением сердца спросила, — Так ты все-таки что-то узнала?

— Да, даже более того. Я нашла тебе информатора, который сможет ответить на все твои вопросы лучше, чем кто бы то ни было.

— Кто же это?

— Этот информатор пока не захотел раскрывать своего имени. Но ты сама все узнаешь при встрече, — мне показалось, или голос Иветты был несколько напряжен?

Ну да не важно. Я спросила:

— И где же, и когда я смогу с ним встретиться?

— Сегодня, в двенадцать, в моем клубе. Ты должна быть одна.

— Хорошо, я буду.

— Тогда до вечера. Я предупрежу всех в клубе, чтобы тебя сразу проводили ко мне.

— Спасибо.

Я повесила трубку. Значит сегодня в двенадцать… Черт! Опять придется отпрашиваться с работы! Ладно, прорвусь как-нибудь. От этой встречи зависит очень многое, если не сказать все. Я приду на нее, даже если мне придется зубами прогрызать себе дорогу!

Но следовало предупредить Андрэ. Не откладывая дело в долгий ящик, я тотчас позвонила ему и рассказала все, что мне поведала Иветта.

Внимательно выслушав, он спросил:

— И ты действительно пойдешь туда одна?

— Именно.

— А если это ловушка?

Он мог быть и прав. Такую вероятность нельзя было исключать, но, с другой стороны, это все равно ничего не меняло. Поэтому я ответила:

— У нас нет выбора. Придется рискнуть. Ведь, возможно, это наш единственный шанс узнать, где сейчас находится Триада. Поэтому я пойду на эту встречу, и пойду одна.

— Может, я все-таки пойду с тобой? — неужели он беспокоиться обо мне?

— Плохая идея. Как ни крути, а ты слишком хорошо известен в этих кругах. Информатор Иветты может узнать тебя, а это не сулит ничего хорошего.

— Будто иначе хорошее тебя так и ждет, — пробурчал Андрэ. — Ладно, когда встретимся, еще поговорим.

— Но ты со мной не едешь! — возразила я.

— Уговор был, что ты придешь на встречу одна, а насчет того, как и с кем ты будешь добираться до клуба никаких оговорок не было. Можешь оставить меня в машине, где я смиренно буду ждать твоего возвращения, — он был непреклонен.

— А если этот информатор маг? Ты сам говорил, что маги могут чувствовать друг друга на довольно большом расстоянии, — бросила я свой последний козырь.

— Это так, но сильные маги могут нагнать так называемый морок, и их тогда никто не сможет заметить. Я проделаю это, так что кем бы ни был этот информатор, он меня не заметит, как и никто вокруг.

— Ладно, уговорил, — сдалась я.

— Вот и отлично, — он был явно доволен собой. Но прежде чем повесить трубку, Андрэ добавил. — И еще, ты можешь доверять мне. Я — на твой стороне.

И он повесил трубку.

«Можешь мне доверять», «можешь мне доверять», повторяя, я словно пыталась ощутить вкус этой фразы. Нет, в том-то и дело, что не могу. Доверять — значить быть готовой положиться во всем, даже в отношении жизни. О себе я не могла такого сказать. Может, я его плохо знаю, но я не готова доверить ему свою жизнь. Тем более жизни Дени.

* * *

День тянулся ужасающе медленно. Я чуть ли не секунды отсчитывала до конца рабочего дня. Казалось, он никогда не кончится. К тому же Дени сегодня не было, небось сейчас вовсю готовилась к своему свиданию века. Хотя, может это и к лучшему.

Но вот я покинула клуб. Андрэ уже ждал меня у моей же машины. В клуб он больше не заходил. Видно, еще помнит, как я практически вытолкала его оттуда. Что ж, мне же лучше.

Уже когда мы отъехали, он спросил:

— Ты не передумала?

— Нет, — я была непреклонна.

— У тебя хоть оружие есть?

— Нет. Это бессмысленно. Разве что у тебя найдется ручной гранатомет, а то у меня нет, — съязвила я.

— Причем здесь гранатомет?

— А притом, что и оборотню, и большинству прочей нечисти огнестрельное ранение нипочем, разве что пули серебренные, но и то, это действует не на всех. К тому же с оборотнем я смогу справиться и без оружия.

— А если их будет много?

— Если-если! — раздраженно передразнила я. — Нельзя всего предугадать. И я не думаю, что все зайдет так далеко, — что-что, а схватка с оборотнями стаи была сегодня маловероятно. Я не думала, что Иветта способна так подставить меня, прежде всего из-за того, что у нее был в этом свой интерес.

— И все же, будь осторожна.

— Ладно, — я сама уже была вся на нервах.

Дальше мы ехали молча, пока я не заметила, что с Андрэ что-то происходит. Он сидел неподвижно, от него не исходило ни движения, ни звука. Мне даже показалось, что он не дышит. Так и тянуло проверить у него пульс, но я сдержалась и лишь спросила:

— Что с тобой?

— Морок, — коротко ответил он каким-то пустым голосом. — Теперь меня не сможет ни увидеть, ни ощутить мое присутствие ни один маг или другая нечисть.

— Понятно, — кивнула я, хотя на самом деле ни хрена мне понято не было. Я лишь едва-едва ощущала магию, и то, лишь потому, что знала, что она должна быть.

И вот мы доехали. Машину я оставила подальше от Лунной Сонаты. Так, на всякий случай. Когда я выходила, Андрэ тихо пожелал мне удачи. На это я лишь кивнула.

Как ни странно, но, подходя к клубу, я была совершенно спокойна. Холодный разум сейчас был важнее всего, поэтому я приложила максимум усилий, чтобы выкинуть из головы все страхи и сомнения.

Я подошла к главному входу. Клуб уже закрывался, в нем были лишь двое или трое последних посетителей. Но внутрь меня пропустили без звука. Тут же подскочил оборотень лет тридцати пяти и, поклонившись, сказал:

— Я провожу вас, — видно, о моем приходе всех тут действительно предупредили.

Мы вместе дошли до конца второго зала, в котором, кстати, тоже практически никого не было, и остановились у той самой двери. Хотя, мне показалось, она открылась даже раньше, чем мы к ней подошли. На пороге стояла Глория. Проклятье! Этого мне только сегодня не хватало! Но, к моему удивлению, она смиренно посмотрела на меня снизу вверх и сказала:

— Иветта велела мне проводить тебя к ней.

«Велела» — усмехнулась я про себя. Видимо, она решила таким образом наказать свою непокорную волчицу. В том, что Глория понесла наказание за свою тогдашнюю выходку, меня убедил еще и небольшой шрам на ее скуле. Нетрудно было вообразить масштабы раны, если следы остались до сих пор. Работа коготков Иветты, наверняка.

На миг мне даже стало жаль ее, но с другой стороны, она знала, на что шла.

— Куда мы идем? — спросила я, когда мы миновали уже второй коридор.

— Иветта ждет тебя в нижних покоях, — послушно ответила Глория.

Это было уже подозрительно. Нижние покои — это обширное подземелье, прекрасно обустроенное и со стопроцентной звукоизоляцией, насколько я помню. При прежнем вожаке здесь проходили крупные собрания и решались все дела стаи. Именно там я отвоевала право одиночки. Но что там сейчас, я понятия не имела. Да, видно этот информатор всерьез обеспокоен о своей конфиденциальности.

Мы шли и шли по полутемным коридорам. Скудная освещенность не мешала мне, так как я обладала прекрасным ночным зрением. Темнота была мне не врагом, а вторым домом. Не была она помехой и Глории. Я то и дело ловила на себе ее взгляд. Интересно, что она задумала на этот раз?

Едва я успела подумать об этом, как девушка резко остановилась, так что я чуть не налетела на нее.

— Что произошло? — довольно резко спросила я, думая, не подстроила ли она мне какую-нибудь пакость.

Глория повернулась ко мне и, к своему изумлению, я заметила в ее глазах слезы. Слезы в глазах волка. Я была готова к чему угодно, но не к этому.

— Лео, пожалуйста, не отбирай у меня Иветту, — ее голос дрожал. Сейчас она была похожа на брошенного щенка. Это было невыносимо. Уж лучше бы она снова бросилась на меня. Эта щенячья преданность убивала меня.

— С чего ты взяла, что я собираюсь это сделать?

— Я не слепая! Вы давно знакомы, и у вас очень близкие отношения, я сама видела! Я видела, как горели глаза Иветты, когда она наблюдала за тобой во время нашей схватки!

Господи! Что вообразила себе эта маленькая глупышка? Она ведь тоже знает Иветту не первый день, и должна бы понять, что она у нас женщина без комплексов, а схватка ее особо возбуждает. Неужели Глория никогда с ней не охотилась? Или Иветта бережет ее юную психику? Хотя не похоже.

— По закону стаи теперь я должна подчиняться тебе также, как Иветте, — продолжала Глория упавшим голосом. — И еще Иветта сказала, что ты можешь делать со мной все, что захочешь, пока не посчитаешь, что я достаточно расплатилась за тот случай.

Черт! Этого мне только не хватало! Неужели она думает, что я действительно воспользуюсь этим. Судя по выражению ее лица, так оно и было.

— Я не собираюсь ничего с тобой делать. Наш инцидент был исчерпан тогда, когда я победила тебя в честной схватке, и закончим на этом.

После этих слов Глория уставилась на меня так, будто я сказала что-то совершенно невероятное, и удивленно спросила:

— Ты действительно не собираешься воспользоваться своим правом победителя?

— Именно.

— Почему? — Глория оказалась искренне озадаченной.

Ну как ей объяснить то, что мне это не нужно. Я не знала. Но все же попытаюсь. Чтобы хоть как-то начать, я спросила:

— Сколько лет ты в стае? — я могла сказать с точностью до года, сколько времени она оборотень, но вот сколько она в стае, я понятия не имела.

— Уже три. Мне была пятнадцать, когда я стала оборотнем, и я практически сразу вступила в стаю, а что?

Пятнадцать лет! Практически ребенок! Неудивительно, что законы стаи кажутся ей само собой разумеющимися. Мне так никогда не казалось, поэтому я сказала:

— Не стоит все мерить по законам стаи. Конечно, они во многом полезны, но также содержат довольно устаревшие моменты.

— Поэтому ты и не хочешь быть в стае?

— И поэтому тоже. Я отвоевала себе право оборотня-одиночки, и еще ни секунды не пожалела об этом. Так что можешь не волноваться, я не стану предъявлять на тебя свои права. Мне это не нужно. И насчет Иветты тоже можешь не беспокоиться.

— Спасибо.

— Не за что меня благодарить. Зная Иветту, я могу тебе лишь посочувствовать.

— Ты не права! — в глазах Глории загорелся лихорадочный блеск. — Она… она очень хорошая!

— Не хочу с тобой спорить, — ответила я. И чем Иветта ее так приворожила? Один шрам на лице девушке уже говорил мне о многом. Но ей самой это казалось вполне нормальным. Что ж, это ее жизнь. — Кстати, нам лучше поторопиться, не стоит заставлять ее ждать.

— Да-да, — тут же засуетилась Глория, и быстрым шагом пошла по коридору.

Я шла за ней след в след. Разум мой был закрыть, как учил меня Андрэ. Я не знала, может ли информатор читать мысли, но рисковать не собиралась. Моя голова — не проходной двор для всяких там телепатов.

Мы шли еще минут десять: спустились по лестнице, снова шли по коридору, опять по лестнице. Потом миновали большой пустой зал. Все указывало на то, что собрания здесь проводились и по сей день.

В конце этого зала, за портьерой, была дверь. Я это точно знала. Она вела в средних размеров комнату. Так сказать потайной зал.

Едва мы приблизились к портьере, загораживающей дверь, как из-за нее вынырнула Иветта. Выражение ее лица было на редкость серьезным.

— Здравствуй Лео, — поприветствовала она меня. Затем перевела взгляд на Глорию, и холодно спросила, — Что произошло? Что вас так задержало в пути? Мне сообщили о прибытии Лео полчаса назад. Надеюсь, ты опять чего-нибудь не выкинула?

— Нет-нет, я лишь следовала твоим указаниям, Иветта! — поспешно ответила Глория, украдкой посмотрев в мою сторону.

Иветта тоже посмотрела на меня, будто желая узнать мое мнение. От нее не ускользнула напряженность Глории.

— Твоя волчица любезно проводила меня, — не моргнув глазом ответила я. И что я ее защищаю?

— Правда? — Иветта была не очень-то в этом уверена.

— Да.

— Тогда, Глория, можешь идти.

— Хорошо Иветта, — девушка поспешно удалилась.

Глядя ей вслед, Иветта сказала мне:

— Кстати, по закону она теперь и твоя волчица.

— Нет, это невозможно, — покачала я головой. — И ты это знаешь. Может быть, по закону стаи это и так, но я никогда не предъявлю это свое право.

— Весьма благородно с твоей стороны. Чего-то подобного я и ожидала. Но это будет хорошим уроком Глории.

— Возможно, она и вспыльчива, но искренне предана тебе, если не сказать больше.

— Я знаю, — ответила Иветта, и ее голос прозвучал как-то странно, но в следующую секунду он стал обычным, и она сказала, — Ладно, идем. Тебя же ждут.

И мы практически одновременно вошли в комнату. Первой моей мыслю было то, что видно к обстановке и этой комнаты Иветта приложила руку, а в следующую секунду я увидела ее!

Глава 7

В кресле, в небрежной позе сидела прекрасная женщина, по-другому и не скажешь. Идеальные формы, длинные золотые локоны волос, золотистая кожа и небесно-голубые глаза, холодный взгляд которых был прикован ко мне.

«Твою мать!» — чуть не вырвалось у меня, ведь я сразу узнала ее. Это была Лакоста. Да, такого я не ожидала. Передо мной сидела одна из магов Триады, и я совершенно не знала, что мне делать.

Иветта, как ни в чем не бывало, села в одно из двух пустующих кресел, а я так и осталась стоять, как вкопанная.

— Так это она и есть? — спросила Лакоста у Иветты голосом, подобным перезвону сотни колокольчиков, а сама в это время продолжала разглядывать меня.

Я, наконец, нашла в себе силы сесть.

— Да, миледи.

То, как она это сказала, мне не понравилось. Такая не свойственная Иветте покорность! А ведь я помню, что она сохраняла свою дерзость даже когда разговаривала с прежним вожаком стаи. Дурной признак. И это обращение — «миледи». Бр-р-р.

— Так зачем такой девушке, как ты, понадобилась Триада? Как ты вообще узнала о ней? — ее голос был чарующе сладок, и в то же время я чувствовала затаенную опасность.

Я посмотрела ей в глаза, чтобы ответить, и это было моей ошибкой. Ее взгляд захватил меня. Я просто чувствовала, как она пытается проникнуть в мой мозг, и из последних сил попыталась применить уроки Андрэ.

— Смотри-ка! Тебя научили защищаться! — Лакоста казалась удивленной.

Это помогло мне отвести глаза в сторону, я посмотрела на Иветту. Она сидела в той же позе и, казалось, ничего не замечала вокруг. Ее будто заморозили.

— Эта волчица ничего не заметит, как ни старайся, — раздался голос Лакосты. — Я нейтрализовала ее на некоторое время. Нам ведь не нужны лишние свидетели, Лео?

Она знала мое имя, а я не представлялась. Да, дело пахнет керосином, если не сказать хуже.

— Так откуда ты узнала о Триаде? — сладкий голос Лакосты будто дотронулся до моей души. Все мое существо звало посмотреть ей в глаза, и я еле сдерживалась. — Расскажи мне, раскрой мне свой разум.

Я действительно хотела этого. Да, я чувствовала магию, мой зверь внутри бесновался, но она была сильнее. Лакоста казалась мне божеством, которому нельзя не подчиниться. Мне хотелось пасть перед ней ниц, исполнить любое ее желание.

И вот я уже стояла перед ней. Прикажи она мне сейчас спрыгнуть с крыши, и я сделала бы это с радостью.

— Ну же, расскажи мне все, дитя мое, — она улыбалась, и это было мне лучшей наградой. Я открывала ей свой разум, была готова поделиться каждой мыслей.

Я чувствовала, как она проникает в мой мозг, чувствовала ее ликование. Лакоста провела рукой по моей щеке, плечу… И тут произошло непредвиденное! Она вскрикнула, ее воля хлестнула по моему разуму раскаленным бичом, и магия исчезла.

Я будто очнулась ото сна или, скорее, от кошмара. Я не понимала, что произошло, мое сердце бешено колотилось. Но когда я опустила взгляд вниз, до меня дошло, в чем дело. Медальон Таната уже во второй раз спас меня. Сейчас он не просто светился, а просто полыхал огнем, который даже прожег одежду, но на моем теле не оставил и следа. Зато обжег Лакосту.

— Теперь мне все ясно! — ее голос утратил медоточивость и стал злым. — Значит, наши догадки оказались верны. Ты и есть тот посланник. Воин Смерти!

Я ничего не ответила, но ей, по-моему, это было и не нужно.

— Глупая, на что ты надеешься? Будь ты хоть трижды оборотнем, тебе не справиться с тремя сильнейшими магами этого мира! Отступись — и этим сохранишь себе жизнь! Ты ничто против нас!

— Видно, Смерть так не думает, раз выбрал меня, — это была чистейшей воды бравада, но что еще мне оставалось?

— Его выбор странен, не более того, — Лакоста небрежно пожала плечами, но было заметно, что она не очень-то уверена в своих словах. Очко в мою пользу.

— И, значит, ты должна вернуть его драгоценную Косу? — небрежно, как бы невзначай, спросила Лакоста.

Я не собиралась отвечать на этот вопрос, но она и не ждала ответа, а через пару секунд заговорила снова:

— И чему ты его так прельстила? Ведь ты всего лишь оборотень. К тому же даже сама еще не знающая предел своей силы.

Интересно, о чем это она?

— Проникнув в твой мозг, мне удалось многое узнать о тебе, — блин, она даже не скрывала того, что рылась в моих мыслях! — Ты интересный человек и действительно сильный оборотень, но не более. Да, ты могла бы стать сильным магом, если бы у тебя были хорошие учителя, даже могла бы, возможно, сравняться с нами, но сейчас ты против нас бессильна. Сейчас нас не сможет победить даже сама Смерть!

— Самоуверенность уже означает уязвимость! — огрызнулась я.

Лицо Лакосты на миг стало таким, что у меня все похолодело внутри. Казалось, из него ушла вся жизнь. Осталась лишь темная злоба. И это было самым ярким свидетельством того, что передо мной не человек. Даже самый последний подонок не может выразить такую злость.

Словно спохватившись, Лакоста премило улыбнулась и сказала:

— Не стоит дерзить, детка. Или ты забыла, что пару минут назад ты была в моих руках?

Да, при воспоминании об этом меня бросало в дрожь, но сейчас я была зла, и здравый смысл отдыхал. Поэтому я сказала:

— Я вам не детка! И если я была в вашей власти, то откуда у вас ожег на руке?

Лакоста инстинктивно сжала руку, на которой остался выжженный отпечаток моего медальона, и зло прошипела:

— Не стоило тебе напоминать мне об этом! Не становись у нас на пути, иначе умрешь!

Я ожидала от нее дальнейшей вспышки гнева, но все произошло совсем наоборот. Она вдруг стала мягче, прям сама кротость и доброта. Мадонна, которой до полноты картины не хватало лишь младенца. Но теперь меня было не обмануть, я видела ее другую, истинную суть.

— Но все еще можно изменить, — голос Лакосты вновь стал подобен перезвону колокольчиков. — Сделав правильный выбор, ты можешь даже выиграть.

— В смысле? — переспросила я. Столь разительная перемена заставила меня насторожиться, хотя я и так уже была напряжена, словно сжатая пружина.

— Что тебе предложила Смерть в обмен на твои услуги? Как я успела понять, альтруизм тебе мало свойственен. Так чем же он тебя взял? Что он тебе предложил? Деньги? Власть? Силу?

— Не ваше дело! — отрезала я. Значит, она не успела прочесть в моем мозгу все о нашей сделке с Танатом. Отлично!

— Может и не мое, — казалось, ее мои слова даже не задели. — Но мы могли бы прийти к некоторому… соглашению. Ты даже представить себе не можешь, сколь могущественна Триада. Какие горизонты она может открыть тебе, если…

— Если я расторгну договор со Смертью и встану на вашу сторону, — закончила я за нее мысль.

— Ты весьма догадлива. Ни я, ни другие члены Триады не будем требовать от тебя служения, ведь ты превыше всего ценишь свободу. Будучи нашим союзником, ты будешь пользоваться нашим покровительством. Ты, кажется, мечтаешь открыть свой собственный клуб? Считай, что он у тебя уже есть. Можешь стать владелицей лучшего клуба в этом городе. И деньги — это лишь малая часть наших возможностей. Наше могущество таково, что мы можем предложить даже такой величайший дар, как бессмертие!

— Не слишком ли высокая цена за предательство? — спросила я, уж очень щедры были ее предложения.

— Маги тоже могут быть щедры, — мягко улыбнулась Лакоста. — Так что последнее слово за тобой.

— Конечно, ваше предложение весьма привлекательно, — согласилась я. — Но я не могу его принять.

Брови эльфийки удивленно поползли вверх, но вслух она сказала:

— Советую еще раз обдумать его. Взвесить все те выгоды, что оно тебе сулит, и все те последствия, которые, несомненно, будут иметь место в случае, если ты пойдешь против нас. Так что вот тебе телефон, по которому ты можешь связаться со мной, если решишься принять это предложение.

Я хотела было сказать, что мое решение твердое, и я его не изменю, но вовремя спохватилась. Ведь телефон — это уже кое-что, с его помощью можно многое выяснить, поэтому я послушно приняла протянутую мне карточку со словами:

— Ладно.

— Тогда прощай. Надеюсь, ты все же сделаешь правильный выбор.

Она одним плавным движением встала с кресла и направилась к выходу. Мне показалось, или ее ноги практически не касались пола?

В дверях Лакоста внезапно остановилась и, как бы невзначай, спросила:

— Так кто же все-таки рассказал тебе о нас так много? Ведь даже Смерть не знает наших лиц, а ты, несомненно, узнала меня.

— Никто, — соврала я.

Секундой раньше она снова попыталась прочесть мои мысли. Но, как говориться, факир был пьян, фокус не удался. На этот раз мне удалось отбить ее атаку, так как я чего-то подобного и ожидала.

На это Лакоста лишь ядовито улыбнулась и сказала:

— Ну-ну.

В следующий миг она исчезла, просто растворилась в дверном проеме, будто ее там и не было. Демонстрация силы, так сказать. И, надо заметить, это подействовало.

— Ведьма! — вырвалось у меня, и вдруг мне показалось, что я слышу ее смех. Нет, это уж точно глюки!

Только сейчас я заметила, что у меня немного дрожат руки. Да, давненько я не испытывала такого страха! Хоть я и не пью, но сейчас мне бы не повредила рюмка коньяка, или еще чего сильно-градусного, а-то ум за разум заходит.

Вдруг рядом послышался какой-то вздох, и я чуть не подпрыгнула. Я и забыла, что Иветта все еще находится здесь. Заклятье Лакосты спало, и она пришла в себя. Удивленно посмотрев в мою сторону, она спросила:

— Что произошло? И где эта женщина?

— Она ушла, — просто ответила я.

— Но почему я ничего такого не помню? — Иветта была сбита с толку.

— Ты была под действием ее чар.

— Каких, к черту, чар? Ведь я не чувствовала в ней никакой магии!

Это озадачило меня. Я же хотела обрушить на нее весь накопившийся гнев за то, что та так подставила меня, но только теперь до меня дошло, что Иветта могла и не знать, с кем на самом деле устроила встречу. Я решила это выяснить:

— Ты хоть знаешь, кем она является?

— Она назвалась Лайзой Моран. Мне не так-то легко было на нее выйти, эта женщина чуть ли не единственная в городе, кто хоть что-то существенное знает о твоей Триаде.

— Еще бы она не знала о ней! — зло буркнула я. — Ведь она одна из них!

— В смысле?

— Никакая она не Лайза, а Лакоста — одна из трех магов Триады.

— Ты шутишь!

— И не думаю! Поэтому ей ничего не стоило скрыть свою магическую силу от тебя. А она, поверь мне, просто огромна, — при воспоминании о том, с какой легкостью Лакоста подчинила меня своей воле, у меня снова все похолодело внутри.

— Подумать только! А я ведь было решила, что она обычный человек, так мало в ней было сверхъестественного!

— О, она мастер иллюзий! Но, поверь мне, человеческого в ней нет ни на грош. Прими мой совет, старайся больше никогда не встречаться с ней. Более страшного врага трудно себе представить. Она может с легкостью проникнуть в твои самые потаенные мысли, и ты ничего не сможешь поделать с этим, даже будешь счастлива.

— Твою мать! — никогда еще не слышала, чтобы Иветта так ругалась. — Надеюсь, она не причинила тебе никакого вреда?

— Пыталась, но у нее, слава Богу, ничего не вышло.

Мои слова сделали лицо Иветты еще более серьезным. Вдруг отвернувшись, она обхватила себя руками — неожиданный жест уязвимости, и сказала:

— Прости меня. Выходит, я так сильно подставила тебя. Поэтому, я не имею права требовать от тебя исполнения твоего обещания.

Иветта? Извиняется? Передо мной? Я не верила своим ушам. Это было как-то совершенно нереально и абсолютно неожиданно для меня. Но одного взгляда на главную волчицу города было достаточно, чтобы убедиться в ее искренности.

Движимая внезапным душевным порывом, я положила руку ей на плечо и сказала:

— Ты же действительно не знала кто она, а, следовательно, честно выполнила часть своей сделки. Поэтому я не отказываюсь от своей. Наш уговор остается в силе. Когда тебе понадобиться моя помощь, я приду. — если останусь жива, добавила я уже про себя.

— В который раз ты заставляешь меня убедиться в твоей непохожести на остальных, — передо мной снова была прежняя Иветта.

— Только не начинай снова о вступлении в твою стаю! — взмолилась я.

— Ладно, не буду, — усмехнулась она, а потом предложила, — Не хочешь выпить, а-то вид у тебя какой-то бледноватый.

Я хотела было отказаться, но потом махнула рукой и сказала:

— Разливай! — мне действительно нужна была разрядка.

Мягко улыбнувшись, Иветта подошла к стене, в нише которой оказался хитро спрятанный бар. Достав два бокала, она налила в них янтарную жидкость со словами:

— Думаю, коньяк сейчас будет самое то. Чисто в медицинских целях.

Я приняла бокал и, чокнувшись с Иветтой, залпом осушила его. Я не люблю спиртное, всегда считала, что это не способ решить проблему, но из всякого правила бывают исключения. И сегодня был как раз тот случай.

Как ни странно, но я действительно почувствовала себя лучше, исчез тот холод, что все еще сковывал меня изнутри, но не более. Воспоминания этим не убьешь, это я знала слишком хорошо.

— Еще по одной? — спросила Иветта.

Я хотела было согласиться, но тут вспомнила, что в машине меня ведь ждет Андрэ. И, наверняка, беспокоиться. А что, если Лакоста обнаружила его, когда уходила? От этой мысли мне сразу стало нехорошо. Поставив бокал, я сказала Иветте:

— Прости, но мне пора. Мне еще нужно сделать одно важное дело, а я совсем забыла о нем.

— Какое дело в столь позднее время? Я думала, у тебя сегодня свободный вечер.

— Очень важное! Мне нужно бежать! Спасибо за все. Звони, — я уже была у двери.

— Да постой ты! — попыталась было остановить меня Иветта. — Позволь хоть проводить тебя!

— Не стоит, я отлично сама найду выход. Пока, — с этими словами я выскочила за дверь.

Я торопилась, поэтому дорога назад заняла у меня гораздо меньше времени. Не прошло и десяти минут, как я уже была на улице. К своей машине я подходила с замиранием сердца. Больше всего я боялась подойти к ней и увидеть там лишь бездыханный труп Андрэ.

Но вот я подошла ближе и заметила в боковом окне его профиль. У меня прям от сердца отлегло. Неужели я беспокоюсь о нем?

Андрэ даже не пошевелился, когда я открыла дверь и села за руль. Он лишь едва заметно дышал. По-моему, за все то время, что меня не было, он даже не шелохнулся. Глаза его были закрыты. Но вот они открылись. Я прям кожей почувствовала, как рассеивается его морок. Будто возвратившись к жизни, Андрэ спросил немного хриплым голосом:

— Ну, как все прошло?

— Как видишь, жива. Значит, нормально, — коротко ответила я, выезжая на дорогу.

— Ничего себе нормально! — пробурчал Андрэ. — Тогда по чьей вине у тебя такая дыра на одежде?

Я глянула на себя в зеркало заднего вида и выругалась. Я и забыла, как мне удалось заставить Лакосту отступить. На моей груди красовалась прожженная дыра величиной с кулак. Проклятье! Моя последняя рубашка! Все, завтра иду в магазин! Иначе мне придется ходить голой!

— Так откуда у тебя это? — продолжал настаивать Андрэ.

— Прожег мой медальон. Я тебе уже говорила, что он сильно реагирует на магию, направленную против меня.

— И чем же вызвана его столь бурная реакция?

— Лакоста пыталась подчинить меня своей воле, — тихо ответила я, чувствуя, как у меня снова начинают дрожать руки, мне не хотелось говорить об этом и даже думать.

— Лакоста?! — если бы позволял автомобильный салон, Андрэ вскочил бы на ноги.

— Да, — нехотя подтвердила я. — Она и оказалась тем самым информатором. Мне была устроена ловушка, и я попала в нее, — как ни тяжело было это признавать, но так оно и было, к чему отпираться.

— Я же говорил, что нельзя доверять Иветте! — фыркнул Андрэ.

— Она здесь ни причем. Иветта не знала, кто такая Лакоста на самом деле.

— Мне надо было пойти с тобой. Ты хоть представляешь, какая опасность тебе угрожала?!

— В том-то и дело, что представляю. Если бы ты был со мной, то ни одни из нас не ушел бы живым. Я на своей собственной шкуре ощутила силу Лакосты. Она могла бы абсолютно подчинить меня себе, сделать со мной все, что пожелает, и мой медальон был бы лишь досадной помехой на ее пути. Ты ничего не смог бы сделать.

— Не забывай, я тоже маг не из последних, — уязвлено возразил Андрэ.

— Я знаю. И все же в тебе нет такой силы. Танат был прав. Его Коса — мощный артефакт, даже без права прикосновения она может многократно увеличить силу любого мага.

Предательские руки никак не хотели перестать дрожать, и еще, отвлекшись разговором, я чуть не врезалась в стоящую на обочине машину. Проклятье, нервы ни к черту! А я ведь еще и выпила… Видно, мое состояние как-то отразилось на моем лице, так как Андрэ сказал:

— Останови машину.

Я чисто механически съехала на обочину, и только затем спросила:

— Зачем?

— Я поведу, а ты садись рядом и спокойно мне обо всем расскажи, иначе это добром не кончится. На тебе лица нет.

— Вот лица попрошу не касаться! — огрызнулась я, но дальнейшую полемику разводить не стала. Сил не было, к тому же он был прав. Поэтому я все же остановила машину со словами, — Ладно, веди. Права у тебя хоть есть?

— Конечно, можно было и не спрашивать.

— Ну не знаю, — протянула я, пересаживаясь. — На метла-то права не нужны, — не упустила я случая подтрунить над ним.

Андрэ состроил обиженное лицо, а потом не выдержал и расхохотался.

— Вижу, с твоей иронией ничто не справится! Так куда прикажите ехать, мэм?

— А ты как думаешь? Домой, разумеется! И предупреждаю сразу — сейчас у меня нервы на пределе. Так что я не потерплю никаких поползновений. Если произойдет хоть что-нибудь из серии «как в прошлый раз», то я перекинусь и тебя съем!

Андрэ было усмехнулся, но, увидев, что я не шучу, вмиг посерьезнел и сказал:

— Ладно, ты лучше подробно расскажи, как все произошло на встрече с Лакостой.

Устроившись на сиденье поудобнее, я начала свой рассказ, стараясь припомнить все, не упустить ни одной детали, хоть это и давалась мне не легко.

Закончила я уже у себя дома. Мы снова сидели на кухне, только теперь Андрэ за мной ухаживал. Я честно пыталась сделать все сама, но вдребезги разбила одну чашку, и этой участи еле избежал чайник. Его поймал Андрэ, а затем усадил меня на стул со словами, что лучше он сделает все сам — так разрушений будет меньше.

Внимательно выслушав меня, Андрэ сказал:

— Все-таки даже из этой встречи ты вынесла много полезного. Например, телефон…

Я не склонна была разделять его мнение, поэтому сказала:

— Телефон, наверняка, подставной. Да, с его помощью можно узнать адрес, но уверена, что по нему ни один из Триады не живет и никогда не жил. Меня вообще смущает, зачем Лакоста дала мне его. Зачем ей меня подкупать? Ведь она могла бы просто убить меня без особых усилий.

— Вот именно «просто». О, я прекрасно понимаю, что они хотят! Сам когда-то был таким. Получив Косу Смерти, они возомнили себя всемогущими. Теперь они посчитают недостойным просто убить тебя. Триада постарается во что бы то ни стало перетянуть тебя на свою сторону или придумает еще что-нибудь в этом роде. Так они докажут свое превосходство над самой Смертью!

— Черт!

— Вот именно.

— Ладно, в конце концов, я всегда могу позвонить и сказать, что хочу перейти на их сторону, возможно, тогда я даже увижу Косу, — предположила я.

— Не обольщайся. Это избитый прием. К тому же сумеешь ли ты все время скрывать свои мысли, не выдать себя в присутствии всех трех магов Триады?

Он был прав. Я еле отбилась от одной-то Лакосты, а если они будут все трое! Меня аж всю передернуло от этой мысли. Но я все же сказала:

— Ладно, а что ты можешь предложить? У моего генератора мысли батарейки сели.

— У моего, похоже, тоже, — протянул Андрэ. — Но мы обязательно что-нибудь придумаем!

— Хотелось бы верить, — после сегодняшних событий оптимизма у меня заметно поубавилось.

— Может, тебе пока лучше пожить у меня? — вдруг предложил Андрэ.

— Это с какой такой стати? — я подняла на него глаза, отодвигая от себя чашку.

— Триада уже дважды вторгалась к тебе здесь. В моем доме тебе будет безопаснее.

Вполне благообразный повод, но его глаза говорили совсем о другом. Да, согласна, какой-то частью души он действительно беспокоился обо мне, но другая его часть хотела совсем другого. Поэтому я сказала:

— Они нашли меня здесь, найдут и там. Но тогда они узнают и о тебе. Странно, как они вообще еще не узнали!

— Неужели, ты заботишься обо мне? Ты же считаешь меня чернокнижником, — усмехнулся Андрэ.

— Я считаю тебя магом, а не чернокнижником. В тебе хоть больше человеческого.

— Благодарю.

— Не за что.

— Нет, ну почему ты так холодна ко мне?

На это я лишь одарила его уничтожающим взглядом, но он, по-моему, лишь сильнее развеселил Андрэ.

— Все, понял! Мне пора домой! Я полетел, конечно, не в прямом смысле, — добавил он, видя, как мои губы растягиваются в улыбке.

Уже когда он был в дверях, я, сама не знаю почему, спросила:

— А почему ты все-таки оставил Триаду? Что заставило тебя измениться?

— Когда-нибудь, когда все это закончится, я тебе расскажу…

Бросив эту загадочную фразу, он ушел.

Я вернулась на кухню, вымыла и убрала посуду, приняла душ и, наконец, добралась до кровати. Только рухнув в нее я поняла, насколько же я устала! День был просто бесконечным! К тому же богат на события. Только сейчас я в полной мере осознала то, какая опасность мне угрожала. Меня действительно могли убить. А с моей смертью и у Дени исчезнет шанс на спасение, а у нее и так осталось недели две. Нет, этого я не могла допустить!

Решение пришло совсем неожиданно. Да, так я и поступлю! Сердце мое переполнилось решимостью. Завтра же утром я сделаю это!

С этой мыслью я и уснула, хотя сон мой был очень чуток. Мне все казалось, что Лакоста или кто-нибудь другой опять решат вторгнуться в мой разум. Черт, так и до паранойи недалеко! Но ничего подобного не произошло. Единственным странным событием было то, что мне приснился мой бывший парень. С чего бы это? Ведь я практически изгнала его образ из своей памяти.

Проснувшись, я быстро умылась и оделась в то, что еще оставалось целым в моем гардеробе, а выбор был весьма не велик. Мне пришлось остановиться на узких джинсах, кроссовках и серой джинсовой же рубашке, которую я уже давно не надевала, теперь же она у меня была единственной. Надо сходить в магазин! Но не сейчас! Сейчас у меня было более важное дело.

Встав в центре комнаты, я сжала рукой медальон.

Глава 8

В следующий миг я уже была в мире Таната, в том самом «звездном» зале, как я прозвала его про себя. Он был пуст, но не успела я сделать и пары шагов по направлению к двери, как прямо из воздуха появилась Селеста. Приветливо улыбнувшись мне, она сказала:

— Это вы, Лео! Рада вас видеть!

— А я уж боялась, что не застану никого из вас! — облегченно вздохнула я.

— Это исключено. Когда вы пользуетесь пространственным переходом, это все равно, что вы звоните нам в дверь.

— Понятно.

— Простите, но вы ведь, наверное, пришли сюда по делу?

— Да, — кивнула я. — Мне нужно поговорить с Танатом.

— Боюсь, тогда вам придется подождать. Брат будет с минуты на минуту.

— Хорошо, я подожду, — я с невозмутимым видом уселась на диван.

— Вам предложить что-нибудь? Чай, кофе? — Селеста изо всех сил старалась быть радушной хозяйкой.

— Нет, спасибо.

Едва смолк звук моих слов, как в зале таким же необычным способом, как и его сестра, появился Танат. Он был в плаще и маске, но еще до того, как увидел меня, с нескрываемым наслаждением сбросил их. Затем он подошел ко мне.

— Здравствуйте, Лео, — подчеркнуто вежливо поздоровался он. — Чем обязан вашему визиту?

— Мне нужно поговорить с вами.

— Я внимательно слушаю вас, — Танат грациозно сел в кресло. Селесты в зале уже не было. Она со свойственной ей деликатностью оставила нас, не желая вмешиваться в разговор. — Надеюсь, наш договор остается в силе?

— Да-да, конечно. Я дала слово и сдержу его. Но у меня к вам есть одна просьба.

— Чем могу быть вам полезен?

— Вы говорили, что жизнь некоторых людей обрывается до срока, — вопреки себе я решила начать издалека.

— Да, это так.

— И если я погибну, выполняя наш договор, то это будет как раз такой случай?

— Да, но к чему вы клоните?

— Можете пообещать, что если мне не удастся вернуть Косу, и я погибну, то вы отдадите мое оставшееся время Дени?

Некоторое время Танат изучающе смотрел на меня, словно прикидывая, насколько серьезны мои слова и, наконец, спросил:

— Вы действительно хотите этого, Лео?

Я утвердительно кивнула. Да, я хотела этого, во мне не осталось ни грамма сомнений.

— Не скрою, ваше желание несколько удивило меня. Но я также прекрасно осознаю, какому риску вы подвергаетесь, исполняя свою часть нашей сделки. Поэтому я исполню вашу просьбу.

— Спасибо.

В ответ Танат лишь слегка склонил голову, давая понять, что услышал меня. Им овладела какая-то странная задумчивость. Не желая его более беспокоить, я сказала:

— В таком случае, я возвращаюсь, еще раз спасибо, что согласились исполнить мою просьбу.

— Не стоит, — отозвался Танат, а когда моя рука уже сжимала медальон, добавил. — Будьте осторожны.

В следующий миг я уже была в своей квартире. Нет, не привыкнуть мне к этим пространственным переходам! Но и зацикливаться на этом не стоит. На сегодня у меня еще было запланировано не одно дело.

Первым делом я позвонила Андрэ, убедила его, что со мной все в порядке, никакие буки и бяки на меня сегодня еще не нападали и, надеюсь, не нападут. Закончив с этим, я позвонила Дени с предложением составить мне компанию в походе по магазинам. Мне срочно нужно было пополнить свой гардероб (в последнее время одежда на мне просто горела). Она с радостью согласилась. Насколько я поняла, ей не терпелось о чем-то мне рассказать. В принципе, я догадывалась о чем — наверняка о ее новом кавалере. Что ж, совместим приятное с полезным.

Мы договорились, что я через час заеду за ней. Меня это вполне устраивало.

Ровно в назначенное время моя машина остановилась у ее дома, а минутой позже из подъезда выпорхнула и сама Дени. Вся такая радостная, и все же на секунду мне показалось, что она немного бледна, но, может, в этом была виновата лишь игра света.

— Я вижу, у тебя сегодня отличное настроение. Ты светишься, прям как лампочка, — бросила я, когда она села в мою машину.

— Ты права, — кивнула Дени. — Я просто счастлива!

— И вовсе не благодаря мне, — со смехом заметила я. — Всему виной тот самый парень, ведь так?

— Да, — мне показалось, или ее щеки залил румянец? Нет, так оно и есть! И эта та самая Дени, которая могла в два счета отшить любого назойливого посетителя клуба! Глазам своим не верю!

— Имя-то хоть у твоего «прынца» есть?

— Конечно, Кирим.

— Кирим? Это что-то восточное… — задумчиво проговорила я.

— Да нет в нем ничего такого восточного! — запротестовала Дени. — И все же он такой милый!

— Чем же он тебя так пленил?

— Честно? Я и сама не знаю. Просто, он какой-то особенный, не похожий ни на одного моего прежнего парня.

— Разве это возможно?

— Да иди ты! — фыркнула Дени. — Вот не буду тебе ничего рассказывать!

— Не сдержишься, — усмехнулась я.

— Ты слишком хорошо меня знаешь, — сокрушенно вздохнула она. — Ну так вот, Кирим хочет, чтобы мы были вместе.

— А разве сейчас вы не вместе?

— В более глубоком смысле!

— Да уж куда глубже! Постой, вы что, хотите пожениться?

— Ну, до этого пока не дошло, хотя очень возможно… Пока же мы собираемся жить вместе.

Я даже присвистнула от таких известий.

— Да, похоже, ему таки удалось завоевать твое сердце. Что ж, рада за тебя.

— Правда? Мне бы хотелось, чтобы вы познакомились. Уверена, он тебе тоже понравится!

— Мне-то зачем? Я за него замуж не собираюсь!

— А за кого собираешься?

— Ни за кого!

— А как же этот парень, Андрэ кажется? — ехидно спросила Дени.

— Что Андрэ?

— По-моему, вы стали очень близки.

— Ничуть не бывало.

— Я бы так не сказала. То КАК он на тебя смотрит, говорит очень о многом, и только не надо мне рассказывать, что ты ничего такого не замечала!

— Он для меня ничего не значит, — отрезала я. Да, я лгала, ну… самую малость.

— Как знаешь, как знаешь, — покачала головой Дени.

Тут мы как раз подъехали к торговому центру, а спустя еще пару минут вместе с толпой других покупателей погрузились в бесконечный лабиринт красочных витрин торговых рядов вперемежку с залами игровых автоматов, десятками крохотных кафетериев и кафешек.

Народу оказалось меньше, чем я полагала. Это оказалось приятным сюрпризом. Не люблю толкотню. Вообще я старюсь бывать в таких местах как можно реже, когда уж совсем подопрет, как сейчас, или поддавшись на уговоры Дени. А так толпы мне с лихвой хватает и в клубе. Можете называть меня нелюдимой, мне все равно.

По торговым рядам мы ходили бесконечно долго. Даже пришлось сделать небольшую передышку в одном из кафе. Но зато, в конце концов мы купили все, что нужно. К машине мы возвращались с целой горой пакетов и свертков, чудо, что все это вообще влезло в багажник.

Всю обратную дорогу мы с Дени болтали обо всем и ни о чем. Время шло к вечеру, у нас оставалось еще часа три до начала рабочего дня.

Я завезла Дени домой. Когда моя машина остановилась возле ее подъезда, я первая заметила черноволосого, худощавого мужчину среднего роста. Дени увидела его секундой позже и тут же воскликнула:

— Это Кирим!

— Правда? — я пристально вгляделась в него, но он стоял к нам спиной.

— Пойдем, я вас познакомлю!

— Нет, лучше как-нибудь в другой раз.

— Как знаешь. Ну, я побежала. Пока.

— Пока.

Дени вышла из машины. Я слышала, как она окликнула его. Мужчина молниеносно обернулся, и я получила возможность увидеть его лицо. От этого меня словно парализовало. Я сразу узнала его. Это был Фарух. Ошибки быть не могло. Проклятье!

Мне ничего не оставалось, как сидеть и смотреть, как эта парочка скрывается в доме. В отчаянье я со всей силы саданула по рулю, от чего он чуть не разлетелся, жалобно скрипнув, надо все-таки учитывать силу оборотня. Но легче мне от этого не стало. Я готова была зарычать от бессильной ярости! Мой зверь бесновался во мне. Ну почему, почему именно Дени? И почему именно сейчас?

Хотя, не стоило быть гением, чтобы свести концы с концами в этом деле. Случайности здесь быть не могло. Не может быть столько совпадений сразу. Триада выбрала своим оружием Дени, попав тем самым в мое самое слабое место. И это злило меня еще больше! И еще я холодела при одной мысли о том, что Фарух может сделать с Дени. Ведь она всего лишь обычный человек, у нее нет ни иммунитета к магии, ни выносливости оборотня.

Нет, я не могла этого так оставить! Но как мне быть? Ведь следовало еще учесть и тот факт, что она успела по уши влюбиться в Фаруха, которого она считает Киримом. Уж не знаю, его ли это чары, или ее искренние чувство. Черт! Она ведь была так счастлива! И как мне ей сказать, какой опасности она подвергает себя с этим человеком (да и человеком ли)? Прости, Дени, но твой Кирим вовсе не Кирим, а Фарух — черный маг и наполовину вампир. И вообще, все это из-за меня, чтобы разрушить мою сделку со Смертью! Да после такого объяснения она примет меня за сумасшедшую, и будет совершенно права. Ведь она не знает о мире нечисти всего того, что знаю я… И я еще надеялась, что смогу провернуть это дело, чтобы она так и оставалась в неведении. Теперь эта надежда таяла прямо на глазах.

И все же я должна что-то придумать, чтобы оттолкнуть ее от Фаруха, и как можно скорее. Да я была готова запереть ее в своей квартире, несмотря на все ее протесты, если бы это гарантировало ее спасение!

Со всеми этими мыслями я уж и не помню, как до дома доехала. Очнулась я уже в квартире. Причем оказалось, что я даже покупки успела притащить. Но вопрос оставался открытым. Что же мне делать? Рассказать все Андрэ? И чем он может мне помочь? В том-то и дело, что ничем. Нет, я поговорю с ней начистоту. Будь, что будет.

— Боже мой! — я в отчаянье уткнулась лбом в ладонь. — Когда же это кончится?!

Мой взгляд скользнул по часам. Было почти шесть. Пора на работу. Возможно впервые мне не хотелось туда идти. Мне предстоял трудный разговор с Дени, который разобьет ее мечты.

Но, к добру или худу, я так и не успела с ней поговорить. Она ушла раньше, чем у меня закончилось выступление. А весь вечер, когда я пыталась ей дозвониться, мне отвечал автоответчик. К гадалке не ходи, она была с ним.

* * *

Дени перезвонила мне лишь утром, даже ближе к полудню.

— Лео, что-то случилось? — сразу же спросила она. — Ты оставила на моем автоответчике около десятка сообщений. Что произошло?

— Пока ничего, но все может быть, — ответила я как можно спокойнее. — Мне нужно срочно с тобой поговорить.

— Мне приехать к тебе?

— Нет, лучше я к тебе заеду. Ты сейчас одна?

— Да.

— Тем лучше. Жди меня, я уже еду.

У Дени я была уже через полчаса. Она открыла мне дверь, и вид у нее был обеспокоенный.

— Лео, так что же все-таки произошло? — с порога спросила она.

— Мне просто нужно с тобой поговорить.

— Это-то меня и пугает. Слишком не похоже на тебя.

— Я знаю, — ответила я, невольно улыбнувшись. — Кстати, где твой парень?

— Он обещал приехать где-то через час, — при упоминании о нем ее глаза просто засияли. Черт!

Что ж, значит на все, про все у меня час. Могло быть и хуже. Я глубоко вздохнула и сказала:

— Я пришла поговорить с тобой именно о нем. Заранее прошу прощения, если мои слова чем-то обидят тебя.

— Не понимаю, о чем ты?

— Ты познакомилась с Киримом всего несколько дней назад, и между вами уже завязались такие отношения…

— Ну и что?

— Ты никогда не замечала за ним никаких странностей?

— Нет. К чему ты клонишь?

— Мне кажется, тебе не стоит верить этому человеку. Я боюсь, что он может причинить тебе боль.

Дени нахмурилась, а потом обняла меня и, беззаботно улыбнувшись, сказала:

— Мне очень приятно, что ты заботишься обо мне. Но, поверь, я уже большая девочка и вполне могу сама о себе позаботиться.

— Нет, ты не понимаешь, — воскликнула я, отстранившись. — Все это очень серьезно! Скажи, я когда-нибудь обманывала тебя?

— Нет, никогда.

— Тогда прошу, всем сердцем умоляю поверить мне сейчас! — говоря это, я сжала ее руки в своих.

— Я верю тебе.

— Прошу, выслушай меня! Этот Кирим совсем не тот, за кого себя выдает. Он может казаться тебе самым прекрасным и замечательным, но это не так. Он очень опасный человек, да и человеческого в нем очень мало. Даже стоя рядом с ним ты подвергаешь себя огромной опасности!

— Что за чушь ты несешь? — воскликнула Дени, похоже, она меня совсем не слушала.

— Это правда, ты должна верить мне.

— Да все это похоже на сказки, которыми бабушки пугают своих внучат. Откуда ты взяла все это?

— Один мой знакомый хорошо знал того, кого ты называешь Киримом. Я узнала его по фотографии, что была у него.

— Все равно это ничего не доказывает! — Дени упорно стояла на своем. — Кирим совсем другой!

— Не верь ему! Пойми, он может заставить поверить тебя чему угодно! Его душа черна, как ночь!

— Откуда ты можешь об этом судить? Ведь ты не знаешь его лично!

— В этом ты права, — тихо ответила я. — И я предпочла бы никогда не встречать его на своем жизненном пути. Поверь, он мог бы совратить даже Непорочную Деву, такова его сила!

На все это Дени лишь качала головой. Меня пронзила мысль, уж не находится ли она уже под чарами Фаруха? Это заставило меня решиться рассказать все до конца:

— Дени, ты очень дорога мне, иначе бы я сюда не пришла. Мои слова могут показаться тебе странными, но на самом деле твоего избранника зовут Фарух, он входит в одну очень могущественную группировку. Он черный маг.

— Да, не ожидала я услышать такое от тебя, — протянула Дени. — Не понимаю, почему ты так сильно настроена против него?

Я тяжело вздохнула. Она так ничего и не поняла, или не хотела понимать.

— Спроси его сама, я не лгу тебе!

Едва я успела это сказать, как почувствовала ауру силы, древней темной энергии, и она приближалась. Спустя пару секунд в дверь позвонили, и я уже знала, кто стоит за ней.

Дени поспешила открывать. В гостиную, где мы разговаривали, она вернулась уже с Фарухом. Он действительно был сильным магом, как и Лакоста, и ему ничего не стоило выглядеть как человек. Естественно Дени ничего не чувствовала, в отличие от меня.

По тому, как он посмотрел в мою сторону, я поняла, что он тоже узнал меня, но мы оба старались не подавать виду.

— Кирим, это Лео, — представила нас Дени.

— Очень приятно, — губы Фаруха растянулись в усмешке.

Я промолчала.

— Возможно, ты встречал ее раньше, — предположила Дени. Видно, все мои усилия все-таки не пропали даром и заронили в ее душу зерно сомнения.

— Нет, дорогая. Откуда?

— Она поет в том же клубе, где я выступаю.

— Правда?

— И еще она сказала, что тебя зовут Фарух.

— Ну, что ты теперь скажешь? — не сдержалась я, не в силах более молчать.

— Какая поразительная осведомленность! Что ж, вынужден признать, Фарух — мое второе имя, но Кирим мне нравится больше, — последнюю фразу он сказал, глядя прямо в глаза Дени, и взяв ее за руку.

Я чуть не сплюнула от этой деланной идиллии. Магия так и витала вокруг, но направлена она была не на меня! Отведя влюбленный взгляд от Фаруха, Дени посмотрела не меня и сказала:

— Я же тебе говорила, что все совсем не так, как ты думаешь. Он обычный человек.

— Ну да, а я Папа Римский! — презрительно хмыкнула я. — Он просто хитрый сукин сын!

— Знаешь, что, — голос Дени вдруг стал жестким и злым. — По-моему, ты просто завидуешь мне! Да, как я сразу не поняла! Ты завидуешь, что я, наконец, нашла свое счастье, а ты по-прежнему одна и живешь лишь воспоминаниями о прошлом. Поэтому ты и наговорила мне все это. Ты пыталась отвратить меня от него. Но у тебя ничего не вышло! Как же это низко с твоей стороны! А я еще считала тебя своей лучшей подругой!

Дени словно прорвало, она говорила и говорила, и с такой злобой! Она сыпала в мой адрес сотни всевозможных обвинений. Я понимала, что все это говорит не та Дени, которую я знаю, что она под влиянием магии Фаруха, который с улыбкой наблюдал за всем этим, но все равно мое сердце разрывалось от боли.

— Уходи, не хочу тебя больше видеть! — в исступлении закончила Дени.

— Что ж, я уйду, — печально ответила я, и тихо добавила, — И все равно я найду способ помочь тебе. Пусть ты даже возненавидишь меня за это.

И я ушла. А что мне еще оставалось? Переубедить Дени было уже невозможно, сегодня я это поняла. Поздно. Фаруху удалось подчинить ее своим чарам. Будь он проклят!

Выходя на улицу, я провела рукой по щеке и почувствовала влагу. Слезы. А я и не заметила. Сжав кулаки, я сказала сама себе: Все, шутки в сторону! Теперь начнется война! Я буду сражаться за тех, кто мне дорог, и не погнушаюсь никакими средствами, пойду на что угодно! Пусть человек во мне отступить в сторону и уступит место зверю! Да будет так!

Я села в машину решительная, как никогда. Сегодня вряд ли получится, мне не хотелось бы мериться силами с Фарухом — это было бы глупо и бессмысленно, но завтра после работы я приведу Дени к себе, чего бы мне это не стоило! Пусть мне даже придется скрутить ее по рукам и ногам! Побудет у меня, пока я не разберусь со всем этим.

И все же на сердце у меня было тяжело, просто препогано. Мне на секунду даже захотелось, чтобы Триада опять подослала кого-нибудь, тогда бы я смогла отвести на нем душу!

Но все оказалось хуже. У порога моей квартиры меня поджидал Андрэ. Вот его-то я сейчас хотела видеть меньше всего!

— Что тебе здесь нужно? — сухо спросила я, доставая ключи.

— Я много раз звонил тебе, но никто не отвечал. Я подумал, что с тобой могло что-то случиться.

— Со мной все в порядке. Убедился? — спросила я, пинком открывая дверь, которая в ответ жалобно скрипнула. — Теперь можешь уходить.

Я хотела закрыть перед ним дверь, но ничего не вышло. Андрэ оказался в моей квартире раньше. Получилось так, что я закрыла дверь не перед ним, а за ним.

— Что случилось? — спросил Андрэ, глядя мне прямо в глаза, и в его взгляде действительно было искреннее участие. Но сейчас я все равно хотела отделаться от него.

— Это мои проблемы. Поверь, тебе лучше уйти.

— Не могу же я оставить тебя в таком состоянии! Мы ведь партнеры!

Он провел рукой по моей щеке, и я чисто инстинктивно, поддавшись своей кошачьей природе, потерлась об нее. Нет, это уже слишком! Отшатнувшись и обхватив себя руками, я повторила:

— Уходи!

— Но почему?

— Неужели ты не видишь? Я на грани! А ты еще выводишь меня из себя окончательно своими расспросами!

С этими словами я посмотрела прямо на него, показывая, как мои зрачки становятся узкими, как у кошки, а мышцы лица ходят ходуном. Но Андрэ даже не моргнул — очко в его пользу. Хотя, он ведь был колдуном и, наверное, всякого навидался. Вдруг он снова подошел ко мне и, положив руки мне на плечи, сказал:

— Да, я вижу, что тебе не легко. Но ты можешь довериться мне, и я, возможно, смогу помочь тебе. Почему ты все еще не доверяешь мне? Разве я хоть раз давал тебе повод усомниться во мне?

Я не знала, что сказать в ответ. К тому же сейчас я была слишком занята собственными чувствами. А он так и продолжал стоять, положив руки мне на плечи. И тут между нами что-то произошло, что-то необъяснимое. Я внезапно почувствовала теплую ауру силы. Она исходила от Андрэ, и раньше я ничего подобного не чувствовала. Словно в ответ на нее, в глубине меня тоже зашевелилась сила, та самая, которая делала из меня оборотня. Она будто подалась навстречу той, другой силе. Я чувствовала, что пол уходит у меня из-под ног, это было пугающе, и в то же время захватывающе. Ощущение могущества. У меня закружилась голова, я инстинктивно отступила. Руки Андрэ соскользнули с моих плеч, и в тот же миг все кончилось. Осталось лишь легкое покалывание кожи.

— Что, черт возьми, это было?! — выдохнула я. — Опять твои магические штучки?

— Нет, магия здесь ни при чем, — покачал головой Андрэ. Он выглядел не менее ошарашенным. — Сама посуди, если бы это была она, то твой иммунитет или медальон среагировали бы.

— Тогда что же тут произошло? Откуда взялась эта… сила?

— Похоже, что от нас…

— От нас?

— Видно, у нас гораздо больше общего, — задумчиво добавил Андрэ.

— В смысле? — как ни странно, но я почти успокоилась, и зверь во мне больше не рвался наружу.

— Я не знаю, как это объяснить. Мне еще не доводилось сталкиваться с подобным.

— Дело ясное, что дело темное, — вздохнула я.

— Теперь-то, может быть, расскажешь, что так вывело тебя из себя сегодня?

— Я вижу, от тебя так просто не отвяжешься, — снова вздохнула я, забираясь с ногами в кресло.

— Точно. Так что давай, рассказывай.

— Фарух охмурил Дени. Теперь она думает, что влюблена в него. Поэтому мы и поссорились, — выпалила я. Да, вслух это прозвучало еще ужаснее.

— Что? — я наблюдала за тем, как брови Андрэ медленно ползут вверх. — Ты виделась с Фарухом?!

— Пришлось. Я столкнулась с ним нос к носу у Дени. Подозреваю, что и поссорились-то мы не без его участия.

— Та-а-ак. Расскажи-ка мне все с самого начала и поподробнее.

Я рассказала, изо всех сил стараясь не сорваться, сдержать обуревающие меня чувства.

— Ты права, Триада что-то замышляет, — подытожил Андрэ. — Все это не может быть совпадением. В конце концов, зная тебя, вычислить Дени было не сложно.

— Они будут использовать ее против меня, — мрачно констатировала я.

— Скорее всего. Они уже начала это делать. Не посулами, так этим они хотят перетянуть тебя на свою сторону. Поэтому сейчас тебе нужно быть еще осторожнее.

— Осторожнее? Нет. Это уже не поможет. Я больше не позволю им играть собой, как не позволю и навредить Дени, — жестко ответила я.

— Что ты задумала?

— Еще не знаю. Но могу точно сказать, что больше не буду отступать!

— Боюсь, ты все еще не понимаешь до конца, с кем имеешь дело. Пойми, у магов Триады нет ничего человеческого. Мораль, совесть, принципы — для них они ничего не значат. Нет такого рубежа, который сдержал бы их.

Андрэ говорил это, и на миг я заметила в его глазах страх. Он, столь сильный маг, что дух захватывало, боялся Триады. Если честно, я его понимала. Вслух же сказала:

— Все это я знаю. Лакоста довольно доходчиво объяснила, даже не говоря ни слова. Но я больше не могу отступать и выжидать, как если бы за моей спиной была стена. Все, хватит!

— Неужели в тебе нет ни капли страха?

— Кончено есть. При воспоминании о том, как легко Лакоста проникла в мой мозг, как заставила обожать себя, у меня все холодеет внутри. Но Дени угрожает еще большая опасность, и это пугает меня сильнее. Я должна действовать! Должна закончить, наконец, все это… безумие!

— Ты очень смелая, — уважительно прошептал Андрэ.

— Мне говорили, что у меня душа воина.

— И это действительно так.

Мы еще немного поговорили о том, как же нам действовать дальше, но ни к чему определенному не пришли. А потом он ушел, сказав на прощанье:

— Прошу, будь осмотрительна.

— Постараюсь.

Я так и не сказала ему, что собираюсь забрать Дени к себе домой. Вернее, запереть ее у себя. То, что она согласится жить у меня добровольно — было маловероятным.

А на следующий день Дени не пришла на работу. Никого не предупредила, не позвонила, как делала обычно. Просто не пришла. Когда я узнала об этом, у меня сердце сжалось от дурного предчувствия, а в голову стали лезть разные страшные мысли. Весь вечер я была как на иголках, каждую свободную минуту бегая к телефону. Но телефон в квартире Дени не отвечал, и автоответчик был выключен. Дурной знак.

Глава 9

Не помню, как отработала свое выступление, наверняка неважно. Все это время меня занимали мысли о судьбе Дени. Прежде чем уйти домой, я еще раз позвонила ей, но телефон по-прежнему предательски молчал.

А вот у машины меня ждал сюрприз. К лобовому стеклу был прикреплен белоснежный конверт. Взяв его, я села в машину и только там вскрыла. Внутри был сложенный пополам листок бумаги, испещренный твердым, но скорее женским почерком. В письме говорилось:

"Элеонора, Вы, несомненно, догадались, что Ваша встреча с Фарухом не была случайной. Мы знаем, что эта девушка, Дениза, ваша подруга. Теперь она у нас, она стала одной из наших вассалов, готовых преданно служить нам. И ее дальнейшая судьба отныне полностью зависит от Вас. Наше предложение по-прежнему в силе. Приняв его, вы не только вернете свою подругу, но и сами получите немало выгод. Подумайте об этом. Иначе… Напоминаем, Ваша подруга у нас, и участь ее может быть весьма незавидной. Вы уже имели возможность убедиться в наших силах. Подумайте…

Вы знаете, как с нами связаться."

Вместо подписи в конце письма был лишь тот знак, который загорелся тогда на лбу вампира: слитые воедино альфа, гамма и омега.

Письмо привело меня в бешенство! Я еле сдержалась, чтобы не разорвать его на мелкие клочки. Но потом сложила его и убрала во внутренний карман жакета.

Уже который раз за эту неделю я возвращалась домой в гневе. Но сегодня это был не просто гнев, а жгучая ярость. Я еще раз получила возможность убедиться в несовершенстве и несправедливости этого мира.

Размышляя об этом, меня вдруг поразила еще одна догадка. А что, если тот факт, что время Дени заканчивается, что его так мало, связан именно с этими событиями? Что если ее жизни суждено оборваться именно из-за Триады? Ведь Танат сказал, что не знает, что именно приведет Дени к смерти. А если все произойдет именно так? Черт! Какой-то заколдованный круг получается! И именно я должна его разорвать. Но как?

Тут на меня словно снизошло озарение. Я вытащила из кармана карточку, которую дала мне Лакоста. Что ж, как говориться, кто не рискует, тот не выигрывает. Возможно, это и не самый лучший выход. Слишком банально и предсказуемо. Но другого нет.

Приехав домой, я сразу позвонила по тому номеру, что был на карточке. Кроме него на ней ничего больше и не было. Да и что там могло быть? Надпись «тайное общество магов»?

Трубку взяли почти сразу же. Я лишь успела сказать:

— Это Лео.

В ответ тут же раздался мелодичный голос Лакосты, как в прошлый раз наполненный неземной сладостью:

— Лео, мы знали, что ты рано или поздно позвонишь нам.

— Будто вы оставили мне выбор! Надеюсь, с Дени все в порядке?

— Более чем. Она же пришла к нам добровольно.

— Ха! Пришла бы она к вам, если бы не магия Фаруха!

— У каждого свои методы работы. Так ты согласна принять наше предложение?

— Оно, безусловно, заинтересовало меня, особенно в свете теперешних событий. Но вы обещаете, что в случае моего согласия Дени не пострадает, и вы навсегда оставите ее в покое?

— Безусловно. Также остаются в силе и все наши предложения, сделанные тебе. Так ты согласна?

— Думаю, нам следует обсудить все более детально. К тому же я хочу лично убедиться, что с Дени действительно все в порядке.

— Разумно. В таком случае мы можем встретиться и обо всем поговорить. Скажем, часа через два…

— Хорошо. Где?

— В доме номер 37 по Грин-роуд. Надеюсь, ты поведешь себя благоразумно.

— А разве я могу обратиться в полицию или еще куда-то? Мне там просто никто не поверит, — возразила я.

— Логично. Приятно иметь дело с разумным человеком, — рассмеялась Лакоста. — Что ж, с нетерпением жду нашей встречи.

Она повесила трубку, я тоже. Значит, два часа. До Грин-роуд ехать всего ничего, максимум полчаса. Ну, еще полчаса на сборы. Итого у меня остается еще один час, чтобы сделать одно дело.

Я быстро переоделась в более удобные брюки, рубашку, жакет надела тот же, проверила на месте ли медальон и выбежала из дома. Оружие брать было бесполезно. Против этой торицы это не поможет.

Итак, я снова была за рулем, но ехала вовсе не к Грин-роуд, а в другую сторону. К дому Андрэ. Хотя сама еще до конца не понимала зачем. С собой я его брать не собиралась, и даже рассказывать о предстоящей встрече не хотела.

Вот я звоню ему в дверь, а в голове вертится: «Зачем я это делаю? Почему я вообще приехала сюда?»

Когда Андрэ открыл дверь и увидел меня, то сразу же обеспокоенно спросил:

— Лео? Что-то случилось?

— Нет, все нормально, — соврала я, не моргнув глазом. Ни по моему лицу, ни по моему взгляду он не мог догадаться об этом, ведь сам научил меня скрывать свои чувства и мысли. — Просто… я возвращалась с работы и решила заехать. Ты не против?

— Нет, конечно! Проходи, проходи в дом.

В доме Андрэ было тепло, в гостиной на столике были разложены книги, стоял включенный лэптоп. Увидев все это, я сказала:

— Прости, я тебя отвлекла.

— Да нет, что ты. Садись.

Я села на диван. Андрэ сгреб книги в кучу и сел рядом. От одного его присутствия мне почему-то сразу становилось спокойнее. Теперь я была окончательно готова идти на эту встречу, даже знача, что это наверняка может быть ловушка.

— Я обдумывала все то, что произошло за последнее время, — начала я. — Особенно то, что случилось с Дени…

— Понимаю, тебе сейчас не легко. Она твоя подруга.

— Даже больше, чем подруга. Она мне как сестра. И я не позволю причинить ей вред даже ценой своей жизни.

Говоря эти слова, я инстинктивно сжала руки в кулаки. Андрэ заметил это и, накрыв мои руки своими, сказал:

— Успокойся. Уверен, мы найдем способ вызволить ее и вернуть Косу. Я понимаю, какая ответственность возложена на тебя, как она давит. Но все будет хорошо.

— Да, все будет хорошо, — машинально повторила я. — Так или иначе.

Но на самом деле я не была в этом уверена, да и Андрэ, наверняка, тоже. Это были просто слова. Сейчас я твердо знала лишь одно: я иду на эту встречу и, если умру, то, надеюсь, моя смерть все же не будет напрасной. Уверена, Танат сдержит свое слово.

Андрэ продолжал говорить, но я слушала его, не вникая в смысл слов. Мне нравился звук его голоса. Он действовал на меня успокаивающе, а сейчас мне это было необходимо. И пусть он был магом, когда-то был одним из Триады. Сейчас, возможно впервые за все время нашего знакомства, это перестало иметь для меня значение. Но время поджимало.

Часы показывали второй час ночи. До встречи оставалось меньше часа. Нужно было прощаться. Сказав, что мне уже пора, и проигнорировав предложение Андрэ остаться, я покинула его дом. Я так ничего ему и не рассказала.

У дома номер 37 я оказалась даже на десять минут раньше. Не знаю, жили ли маги Триады в нем или просто снимали, но он был огромен, словно черная гора. К тому же окружен темной аурой. Наверняка даже обычные люди чувствовали ее, и это заставляло их не останавливаться, а скорее проходить мимо. Этот дом, безусловно, был зловещим, подобно старинным замкам с приведениями.

На двери был специальный молоток, и я постучала. Эхо стука гулко разнеслось по всему дому. Вот дверь отворилась, и на пороге возникли две демоницы, точнее не скажешь. Внешним обликом, манерами они были неотличимы от обычных людей, но я ясно видела их подлинную сущность. Хотя, как мне показалось, они и не особо скрывали кем являются. Если приглядеться, то их фигуры и черты лица были слишком идеальными, ни одного изъяна — как искусно выточенные статуи.

Увидев меня, они усмехнулись, явно демонстрируя свое превосходство, и одна из них, жгучая брюнетка, спросила:

— Ты, должно быть, Лео?

— Да.

— В таком случае, можешь войти, — они впустили меня с таким видом, будто этот дом в самом деле принадлежал им, хотя это явно было не так. Я не сдержалась и спросила:

— А где же ваши хозяева? Я пришла сюда говорить с Триадой, а не с вами.

От этих слов демоницы вздрогнули, как от удара, их глаза полыхнули голубым огнем. Одна из них, блондинка, грозно сказала:

— Триада не хозяева нам, мы служим им добровольно. А вот ты…

Но закончить она не успела, так как именно в этот момент одна из многочисленных дверей отворилась, и на пороге появился китаец в синем шелковом костюме, расшитым золотыми и серебреными нитями. Его черные как ночь волосы были собраны в хвост, а лицо имело абсолютно бесстрастное выражение. Он бросил на демоницу лишь взгляд, и она сразу заткнулась. Это был Мин-Ши.

— Добро пожаловать, Лео. Я провожу вас к остальным, — церемонно поклонился он мне, будто я была желанным гостем на званом приеме. — А вы можете быть свободны, и не забывайте свое место, — сказал он демоницам совсем другим тоном.

Они тотчас же поспешно исчезли, растворились в воздухе. Проводив их взглядом, Мин-Ши пренебрежительно фыркнул:

— Демоницы! — затем, как ни в чем не бывало, обратился ко мне, — Прошу, следуйте за мной.

Мы прошли по коридорам, раз пять свернули и вроде, наконец-то, пришли. Это была просторная гостиная, в которую вели еще несколько дверей, обставленная дорогой мебелью. Всюду чувствовалась тяга к роскоши и еще магия. Она-то была здесь везде.

В гостиной сейчас была лишь Лакоста. Она улыбнулась мне, словно старой знакомой, и сказала:

— Мы знали, что ты придешь. Надеюсь, ты не передумала?

— Пока нет, — как можно более спокойно ответила я.

— Хорошо. Сейчас подойдет Фарух, и мы сможем обсудить все детали нашей сделки.

Словно в подтверждение ее словам одна из трех дверей, ведущих в эту комнату, отворилась, и вошел Фарух. Выражение лица у него было как у кота, объевшегося сметаны.

Когда он вошел, по комнате пронеслась какая-то новая сила. Будто в головоломку, наконец, вставили недостающую деталь. Эти трое действительно составляли единое целое. И все же картина оставалась не до конца завершенной, чего-то не хватало. Но мне не дали углубиться в эти мысли, так как Лакоста сказала:

— Мы знали, что наше предложение заинтересует тебя. Но все же, почему ты передумала?

— Зачем задавать вопросы, на которые заранее знаешь ответ? — пожала я плечами.

Этот мой ответ вызвал довольно странную реакцию. Лица Лакосты и Фаруха приняли какое-то странное выражение, будто из них выжили все человеческое. Только лицо Мин-Ши оставалось непроницаемым. И еще неизвестно, что было хуже. Через пару секунд Эльфийка продолжила:

— Неужели ее жизнь так важна для тебя, что заставила изменить твое мнение?

— Да.

— Странная ты. Я ведь знаю, что ты не так уж ценишь человеческую жизнь. Я прочла в твоих мыслях, что когда ты впервые встретила Смерть, то отказалась от сделки с ним, даже не смотря на его слова, что иначе могут погибнуть миллионы людей. А тут такое трепетное отношение к одной единственной жизни… К тому же, ведь эта девушка так обидела тебя при последней встрече…

— Боюсь, вам этого не понять. Тот, кто утратил человечность, не поймет человеческую привязанность.

Мои слова, похоже, задели их, особенно Мин-Ши и Фаруха, но никто из них ничего не сказал вслух, вообще эти двое предпочитали молчать. Говорила Лакоста, которой, по-моему, вопросы человечности были глубоко безразличны. Вот и сейчас она сказала:

— Возможно, ты и права. Мы давно избавились от такого недостатка, как человечность. Иначе мы не могли бы быть великими магами Триады! А теперь скажи мне, что же такое предложила тебе Смерть? Что заставило тебя принять его предложение?

— Разве это так важно теперь? Ведь я пришла к вам, готова пойти на сделку с вами.

— Может быть и так, — задумчиво протянула Лакоста.

— Так каковы условия вашей сделки? — я старалась изобразить подлинную заинтересованность.

— Деловой подход. Мне это нравится.

— Ты должна будешь отказаться от того договора, что заключила со Смертью, — это сказал Мин-Ши. — Прекратить все попытки отыскать то, что он тебя просил. Никогда больше не вставать у нас на пути.

— Не слишком ли много?

— Но мы не требуем от тебя служения. Ты сохранишь столь возлилеенные тобой свободу и независимость, — возразила Лакоста. — Конечно, если ты сама захочешь быть с нами, разделить нашу силу и поделиться своей…

— Нет, — поспешно ответила я.

— Что ж, это не столь важно, — столь же быстро согласилась она, но глаза эльфийки выражали другое, я пока не знала что. — Свою часть договора мы выполним. Мы отпустим Денизу и больше никогда не потревожим ее. Да и ты сама получишь то, о чем и мечтать не могла.

На эту последнюю фразу я не особо обратила внимание, так как спросила:

— А где сейчас Дени? Я хочу ее видеть, убедиться, что с ней все в порядке.

— Хорошо. Это твое право. Ведь мы идем на честную сделку, — сказала Лакоста, но голос ее был слишком сладок, чтобы безоговорочно поверить в это. И еще одна странность — за все это время никто из них не попытался проникнуть в мой мозг. Не похоже на них.

Мои мысли оборвал легкий скрип открывшейся двери. Обернувшись на этот звук, я увидела Дени. Но как она была непохожа на ту веселую девушку, что я знала. В каком-то фантастическом платье, бледная, какая-то отрешенная, глаза подернуты дымкой. Ее будто накачали наркотиками. Когда она шла, то казалось, что она слепая. Причем вышла она именно из той двери, из которой раньше появился Фарух.

— Что вы с ней сделали? — гневно спросила я.

— Ничего страшного. Небольшое заклинание. Ведь ты же не хочешь, чтобы она знала о нашем разговоре? Через пару часов чары исчезнут. Она ничего не будет помнить о нас. Простая мера предосторожности. Иначе нам пришлось бы ее убить.

Дени встала рядом со мной. Я окликнула ее по имени. Она обернулась, но по ее глазам я поняла, что она не узнала меня. Почему-то этот пустой, совершенно чужой взгляд испугал меня гораздо сильнее, чем все происшедшее со мной за последнее время. Все это казалось какой-то жуткой иллюзией. Чтобы как-то разрушить ее, я даже взяла ее за руку, но с таким же успехом я могла бы взять за руку куклу.

— Заклинание не причинит ей вреда. Через некоторое время она станет такой же, какой ты ее знала, — сказала Лакоста в ответ на этот мой жест. — Лучше давай поговорим о тебе.

— А что обо мне? — непонимающе переспросила я.

— Что хочешь получить ты? — эта реплика принадлежала Фаруху, который ни на минуту не утратил своего самодовольства.

— Именно, — согласилась с ним эльфийка. — Так что ты хочешь получить от Триады взамен на…

— Мое предательство? — закончила я за нее.

— Ну, я бы не стала назвать это грубо. Так что ты хочешь? Каково твое самое заветное желание? Покажи мне свои мечты.

Голос Лакосты опять зачаровывал меня. Так не хотелось сопротивляться ему, наоборот, я желала поддаться, раскрыть свою душу и ничего не могла с этим поделать. Но вдруг она внезапно отступила. Что-то заставило ее убраться из моей головы. Секундой позже я поняла, что. Сквозь мою рубашку проступал мягкий свет моего медальона. Это он заставил ее отступить. Знакомая с его действием, Лакоста больше не хотела рисковать. Уставившись на него, она раздраженно сказала:

— Может быть, снимешь эту штуковину?

— Нет, спасибо. Пускай лучше он останется на своем месте. Я еще не настолько доверяю вам.

— Как хочешь, — с притворным безразличием отозвалась она. И вдруг предложила, — Не желаешь взглянуть на предмет своих поисков?

От этих слов у меня аж дыханье перехватило. Но я сумела совладать с собой и небрежно сказала:

— Разве это так необходимо теперь?

— Нет, конечно. Считай это нашим своеобразным бонусом. В твоих мыслях я увидела твою мечту. И ты можешь ее осуществить. После того, как ты увидишь Косу. Ведь любопытство уже снедает тебя, разве не так?

К чему увертки? Это действительно было так. Но что она имела в виду, говоря о моей мечте?

— Так ты идешь? — спросила в нетерпении Лакоста, видя мое замешательство.

— Иду, — отозвалась я. Упускать такой шанс было бы полной глупостью. Хотя иди у них на поводу тоже не очень разумно… А, была не была!

— Тогда следуй за мной, — Лакоста лучезарно улыбнулась и направилась к единственной двери в гостиной, до сих пор остававшейся закрытой.

Я пошла за ней. Фарух и Мин-Ши тоже направились за нами, равно как и Дени. Хотя ей, по-моему, было все равно куда идти и что делать.

Пройдя сквозь двери, я сразу почувствовала, что магия усилилась. Будто воздух стал гуще. Исчезло чувство реальности. Нечто похожее я испытывала при перемещении в мир Таната. Но сейчас-то пространственного перехода не было. Вроде как…

— Эта магия защищает Косу, — ответил на мой не выказанный вопрос Мин-Ши.

— Или ты думала, что мы храним ее на каминной полке? — усмехнулась эльфийка. — Нам пришлось создать да нее нечто вроде пространственного коридора. Да ты сама все увидишь.

И я увидела. Мы были в темном зале, стены и потолок которого терялись во мраке, что напомнило мне зал свечей в мире Таната. Насколько я могла судить, он был пуст. А в центре, в ровном треугольнике призрачного голубого огня находилось то, что я так искала. Коса Смерти. Она отдаленно походила на косу, под которым понимается садовый инструмент. Нет, это, безусловно, было оружие: прямое древко, украшенное серебреными иероглифами, переходило в мерцающее, острейшее лезвие, загнутое не в бок, а вверх. Коса была погружена во что-то, напоминавшее кокон света, сплетение тысяч паутинок-лучей. Отчего казалось, что она висит в воздухе. Этот кокон поддерживала большая, но изящная золотая тренога, стоявшая прямо посреди пламени. Фантастическое зрелище. Я еле удержалась, чтобы не подойти и не дотронуться до нее. Но я хорошо помнила слова Таната, что ни один смертный или бессмертный не может прикоснуться к Косе и остаться при этом в живых.

— Разве это не прекрасное зрелище? — спросила Лакоста.

— О, да!

— И этот удивительный артефакт поможет тебе осуществить твою мечту.

Только тут я заметила, что Фарух, Мин-Ши и Лакоста встали четко в вершинах огненного треугольника. Они начали что-то бормотать, в зале будто поднялся ветер.

— Что, черт возьми, вы задумали? — воскликнула я.

Они не успели дать ответа. Именно в этот момент в зал ворвался Андрэ. Он был просто вне себя, влетел, словно белый смерч. Прямо с порога он крикнул:

— Лео, немедленно уходи отсюда! Быстрее!

Я хотела было ответить ему и не смогла. Мне стало трудно дышать. Я словно попала внутрь какой-то сферы, которая с каждой секундой сжималась, становилась все меньше. У меня подкосились ноги, в ушах звенело, стало темнеть в глазах. Я тщетно билась руками и ногами о стенки этой сферы, стараясь выбраться, до тех пор, пока не почувствовала, что теряю сознание. А потом все поглотила липкая, затягивающая тьма. Последней моей мыслью было: «Как Андрэ оказался здесь? Почему так кричал?» И все…

Глава 10

В себя я приходила тяжело. Казалось, стоит мне открыть глаза, и все опять завертится и канет во тьму. Но пару секунд спустя я все же их открыла. Как ни странно, но ничего страшного не произошло. Только голова была словно ватой набита.

Оказалось, что я лежу на большой двуспальной кровати, в спальне. Я повернула голову и увидела дверь, ведущую в ванную. Приподнявшись на подушках, я снова обвела глазами комнату. Все вокруг: мебель, шторы, закрывающие широкие окна, ковровое покрытие походило на обстановку гостиницы, причем очень хорошей. Странно…

Я села на кровати и встряхнула головой, старясь поставить мысли на место, но от этого она лишь сильнее разболелась. Пряди длинных волос упали мне на лицо, и я машинально убрала их назад. А потом так и застыла с поднятой вверх рукой. Так, стоп! Какие, на фиг, волосы? Я снова провела рукой по голове. Так и есть! Моя рука нащупала длинные локоны. Я как сумасшедшая вскочила с постели и подбежала к трюмо. Увиденное чуть не заставило меня закричать. Каким-то фантастическим образом мои волосы действительно отрасли и теперь спускались ниже лопаток. Я даже ущипнула себя, чтобы проверить, не сон ли это. Но ничего не изменилось. Я ровным счетом ничего не понимала.

К тому же куда-то подевалась моя одежда. Сейчас на мне не было ничего, кроме короткой кружевной ночной рубашки. Такие надевают чтобы кого-то соблазнить, а не чтобы спать. В голову стали лезть мысли одна невероятнее другой. Но то, что произошло секундой позже, было еще удивительнее.

— Любимая, ты уже проснулась? — раздалось за моей спиной.

Этот голос, знакомый до боли, поразил меня как удар молнии. Я не верила своим ушам! Очень медленно, словно боясь спугнуть видение, я обернулась.

Он стоял, небрежно прислонившись к дверному косяку, в своей любимой позе, точно такой же, каким я его и запомнила. Немного растрепанные каштановые волосы, насмешливые карие глаза. И это было не видение! Ах, сколько раз я мечтала об этом, и боялась этого! Теперь он здесь, такой реальный. Но этого ведь не может быть!

— Рональд? — нерешительно позвала я его.

— А ты ожидала кого-то другого? — усмехнулся он. — И почему Рональд? Ты что, на что-то обиделась?

Правильно, я всегда звала его просто Ронни, а полным именем только когда злилась, как при нашей последней встрече, когда он сказал, что бросает меня…

— Нет-нет, Ронни, — поспешно ответила я, совершенно не понимая, что происходит.

— Так лучше. Но ты какая-то бледная. Ты себя хорошо чувствуешь? — говоря это, он подошел ко мне и заботливо пощупал рукой лоб.

— Со мной все в порядке. Просто голова немного болит, — ответила я, невольно отстраняясь.

— Это не удивительно, после всего, что произошло вчера.

— А что произошло?

— Вообще-то была наша свадьба, банкет по этому случаю, и все, что положено, включая, как видишь, и свадебное путешествие.

Я, по-моему, даже рот открыла от удивления. НАША свадьба? МЫ поженились? Сумасшедший дом! А как же его слова насчет меня? Наш разрыв и все эти четыре года? От всего этого у меня голова пошла кругом.

— Ты что, уже жалеешь, что вышла за меня? — по-своему истолковал мое молчание Ронни.

— Дело не в этом. Я… просто я… наверное, еще не до конца осознала все это, — отчасти так оно и было.

— В таком случае, думаю, я смогу тебе помочь.

Он снова попытался меня поцеловать, но я снова отстранилась, сказав:

— Не сейчас, мне… нужно принять душ.

— Так я готов составить тебе компанию.

— Нет, лучше я одна, — я поспешно скрылась за дверью в ванную комнату, уже из-за нее услышав, как он сказал:

— Как знаешь.

Я включила воду и, сорвав с себя ночную рубашку, встала под тугие струи. Пытаясь привести мысли в порядок, я прислонилась лбом к кафелю. Так, спокойствие, только спокойствие! Нужно во всем разобраться! Но все происходящее было выше моего понимания.

Только когда я у зеркала расчесывала свои вновь приобретенные длинные волосы, заметила еще одну вещь — у меня на груди больше не висел медальон. Ладно, в конце концов, Ронни мог его снять. Зато на пальце у меня красовалось обручальное кольцо. Неужели его слова были правдой? Но и на этом сюрпризы не кончились. Повернувшись к зеркалу спиной, я увидела, что моя татуировка таинственным образом исчезла. Бред какой-то! — подумала я, и в то же время в мою душу стали закрадываться подозрения. Я решила попробовать проделать одну штуку.

Пристально всматриваясь в свое отражение, я попыталась выпустить на волю силу оборотня. Любой оборотень может, сохраняя человеческий облик, отрастить клыки, выпустить когти. Это я и хотела проделать. Но, как я ни старалась, у меня ничего не выходило. И тут я осознала то, что смутно беспокоило меня с самого моего пробуждения. Силы, той силы, что делала меня оборотнем, больше не было со мной. Она ушла. Я стала обычным человеком.

Я посмотрела на свои руки, словно это могло дать мне ответы на мои вопросы. И тут меня пронзила мысль: а что, если ничего этого не было? Я никогда не была оборотнем, никогда не переезжала в другой город и не пела в ночном клубе? Что если этих четырех лет вообще не было? Все это было лишь сном, наваждением, от которого я, наконец, очнулась?

Эта мысль казалась такой простой и все объясняющей. И мой разум ухватился за нее, как утопающий хватается за соломинку. Я действительно хотела, чтобы так оно и было. Разве не об этом я раньше мечтала? Да, я собиралась принять все, как есть и посмотреть, что будет дальше.

Снова натянув ночную рубашку, я глубоко вздохнула и вышла из ванной. Ронни по-прежнему был в спальне, не испарился, словно призрак, порожденный моей фантазией. Он раскинулся на кровати, рубашка небрежно расстегнута, на губах играет столь знакомая мне улыбка. Притягательная и будоражащая воображение картина. Ронни смотрел на меня, и его взгляд говорил о более чем реальности всего происходящего.

Во мне проснулось чувства, которые я считала забытыми. Мое тело тянулось к нему. Я не могла и не хотела сопротивляться этому. Я еще подумала, что если все это действительно так, как есть, то я не хочу ничего менять. Пусть моя прошлая жизнь и вправду окажется сном.

Видя мои колебания, Ронни поднялся и потянул меня на кровать, я поддалась. А то, что произошло потом, развеяло мои последние сомнения. Я практически забыла то время, когда жила без него. Как ни странно, мне это далось очень легко. Все будто подталкивало меня к этому. Сейчас, лежа в его объятьях, я чувствовала себя абсолютно счастливой.

А дальше… дальше было как в настоящем медовом месяце. С каждым часом, с каждой минутой я все меньше вспоминала о тех странных обстоятельствах, что предшествовали моему пробуждению здесь. Они казались мне сном, смутным воспоминанием.

Я даже не заметила, как прошел день. Надо сказать, засыпать, зная, что Ронни здесь, рядом, стоит только протянуть руку, и что он любит меня, принадлежит только мне, было невероятно приятно.

А потом пришли сны, какие-то темные видения, вселявшие в меня страх. Никаких четких картин, все смазанное, и голос. Не мужской и не женский. Он-то и был самым страшным. Голос говорил:

— Кровь… кровь породит силу! На Косу прольется кровь невинных… невинных…

Я проснулась, жадно хватая ртом воздух. Слова этого голоса огнем горели в моем мозгу. Ронни мирно спал рядом. Не желая его будить, я потихоньку выбралась из-под одеяла и пошла в ванную. Я надеялась, что хоть холодная вода поможет мне избавиться от этого липкого страха, оставшегося после сна. Но стоило мне взглянуть в зеркало, как его поверхность дрогнула, будто тоже была из воды, и я ясно услышала голос, тот же, что звучал во сне:

— Мы видим то, во что верим!

И все. Тишина, нарушаемая лишь шумом воды, капающей из крана. Будто и не было ничего. Но я-то знала, что было! Мне не показалось! Другое дело, ЧТО это было.

Я умылась холодной, просто ледяной водой, но это не помогло. Потом до самого утра я так и не смогла уснуть, лишь пару раз погружалась в легкую полудрему. Во мне росло какое-то гнетущее чувство.

И еще один момент, на который я обратила внимание далеко не сразу: я действительно стала забывать свою прошлую жизнь. Я с трудом воскрешала в памяти имена тех, кого знала: Дени, Андрэ, парней из группы в клубе, уже практически не помнила их лиц.

Сегодня утром я попыталась вспомнить, почему я так волновалась за Дени и… не смогла, а потом и вовсе оставила эти попытки. Но все же я прекрасно помнила слова, услышанные мной ночью. Они просто не выходили у меня из головы.

И все же я была счастлива с большой буквы "Щ". Мы с Ронни прекрасно проводили время: пляж, море, солнце и любовь. Чего еще желать? Он был невероятно обходителен со мной, старался исполнить любое, даже малейшее мое желание. Уж и не помню, был ли он раньше таким.

Вот и этим вечером Ронни устроил мне ужин при свечах в нашем номере. Романтика, ё-мое! Я сидела и смотрела, как он зажигает три свечи в изящном канделябре. Их трепещущие огоньки зачаровывали меня. Вглядываясь в них, я внезапно увидела совсем другую свечу, которая стояла в подсвечнике в виде цветка и горела очень ярко и быстро. Видно, я даже вздрогнула от этого видения, так как Ронни спросил:

— Что-то не так?

— Нет-нет, — ответила я. Но это была не правда.

Именно в этот момент я вспомнила то, что считала забытым. Дени! Ее жизнь на исходе! Время практически кончилось! Только я могу ей помочь! И я вспомнила, что я должна для этого сделать.

Я пробормотала:

— Я должна вернуться! Должна найти Дени!

— Что такое, Нора? — вкрадчиво спросил Ронни. — Разве тебе плохо со мной?

— Дело не в этом, я должна!

— Разве ты не счастлива? — он будто не слышал меня.

— Пойми, я должна, должна спасти Дени!

— Но если ты уйдешь, то разобьешь свою мечту, ты больше не будешь счастлива.

Что он имеет в виду? — подумала я. Какие-то странные речи он говорит. И как похолодели его глаза!

— Неужели ты предпочтешь меня Дени? — продолжал вопрошать он.

— Ей угрожает опасность!

— И все же? Неужели ты хочешь разрушить этот мир? НАШ мир? Хочешь вернуться к своему безрадостному прошлому?

Говоря это, он встал из-за стола и подошел ко мне. Я посмотрела в его глаза, но их взгляд был каким-то чужим. И снова у меня в голове прозвучал тот голос: «Мы видим то, во что верим». И эти слова подтолкнули меня сказать:

— Я не верю тебе!

Услышав это, Ронни пораженно замер. А меня словно прорвало. Все те подозрения, что накопились во мне за все это время, требовали выхода. И я заговорила:

— Да, я не верю тебе! Не верю, что стала твоей женой! Не верю, что могла ТАК измениться!

— Я не понимаю, о чем ты. Разве ты не была счастлива?

— О, да! Была, — горько усмехнулась я. — Но это счастье какое-то не настоящее, слишком уж идеальное, как и ты. Так не бывает. Нельзя вычеркнуть из своей жизни целых четыре года. Я так не могу!

— Но почему? Останься со мной, и вскоре ты навсегда забудешь о них. Наше счастье будет длиться вечно! — Ронни протянул мне руку, словно предлагал перейти на его сторону.

— Нет, — я прижала руки к груди. — Я не верю! И все вокруг — это ложь!

Моя последняя фраза эхом пронеслась по комнате. От этого все вокруг дрогнуло, будто подернулось пеленой. А Ронни завопил не своим голосом, будто эти слова причинили ему настоящую физическую боль:

— Перестань! Не делай этого!

— Почему? Я вижу то, во что верю, а этому я не верю! Не верю!

Я повторяла эти слова снова и снова, словно заклинание. И, похоже, они возымели действие. Передо мной появился шар света, который вскоре превратился в медальон. Тот самый, что дал мне Танат. Я протянула руку и сжала его в кулаке. Это вызвало новый вопль Рональда. Он рухнул на колени и, протягивая ко мне руки, взмолился:

— Не надо! Это уничтожит меня! Неужели ты хочешь моей смерти?

Я снова посмотрела ему в глаза. Теперь я была твердо уверена, что это не тот Рональд, которого я знала. Передо мной был фантом, двойник, иллюзия, но не он. Поэтому я крепко сжала медальон и сказала:

— Хочу, чтобы все встало на свои места! Пусть я стану той, кем в действительности являюсь!

От крика Рональда у меня заложило уши, потом показалось, что мир треснул. Когда я снова обрела возможность видеть и ощущать, то поняла, что больше не в номере отеля. То, где я теперь находилась, я даже не знала, как толком назвать. Первое, что мне приходило на ум — это мыльный пузырь, внутри которого я, собственно, и была. Но прозрачные и гладкие стенки его были из чего-то твердого, может из стекла. И все же самым главным было то, что я была прежней: мои волосы снова стали короткими, насчет татуировки не знаю, но я вновь ощущала в себе силу оборотня.

Оглянувшись кругом, я обнаружила, что нахожусь в том самом зале, где Триада хранит Косу Смерти, только в одном из дальних углов, практически полностью скрытым сумраком. Маги были здесь, все трое. Стояли возле Косы. Но не они приковали мое внимание, а Дени. Она была связана, вернее привязана к единственной освещенной стене и со страхом смотрела на двоих демониц, стоявших рядом. Она больше не была под чарами, хотя, возможно, лучше было бы, чтобы заклинание продолжало действовать.

Я отлично слышала, как Лакоста говорила Дени:

— Еще немного, и ты отлично подойдешь для нашей цели. Нет ничего лучше энергии полностью сдавшегося человека. Эта энергия ничем не запятнана, даже жизнью. А пока она не дойдет до кондиции, приведите наше недостающее звено, и не стоит недооценивать его силу, — это эльфийка уже сказала Мин-Ши и Фаруху, которые поспешно удалились.

— Ну-с, милочка, приступим, — Лакоста снова обратила свое внимание на Дени. — Можешь радоваться, твоя жизнь не пройдет впустую. Твоя энергия послужит катализатором для великой магии. Породит силу, которой еще свет не видывал.

До меня дошло, что они замышляют. Я вспомнила слова: «Кровь породит силу! Кровь невинных».

А эта ведьма с усмешкой продолжала:

— Девочки, займитесь ею. Но не переусердствуйте. Она должна полностью сдаться, повиснуть на том самом легендарном волоске, но жить. Она должна быть живой, когда мы заберем ее энергию.

Демоницы понимающе усмехнулись, в руках одной из них появилась плеть с семью огненными хвостами, а другая поигрывала шаром электрических разрядов. Я видела, как Дени от этого зрелища в ужасе вжалась в стену, зажмурив глаза. Я поняла, что нужно действовать, пока не случилось что-нибудь непоправимое.

Собравшись, я изо всех сил ударила кулаками по прозрачным стенам. То ли их магия ослабела, то ли мои силы возросли, но от моего удара сфера разлетелась на тысячу мелких осколков, и я рухнула прямо на эту груду битого стекла, чудом не поранившись. Но у меня не было времени задумываться об этом. Вскочив на ноги, я побежала к Дени.

Я успела встать между ней и демоницами как раз в тот момент, когда одна из них метнула свой энергетический шар. Конечно, он попал в меня. Было такое ощущение, будто меня использовали вместо электрической розетки. Встряска была не слабой. И все же я выдержала, даже продолжала загораживать собой Дени, которая решилась открыть глаза и, увидев меня, сказала с нескрываемой радостью:

— Лео! Ты пришла…

— Лео? — это уже воскликнула Лакоста. — Этого не может быть! Ты не могла выбраться из Иллюзии!

— Как видишь, мне это удалось.

— Еще бы час, и ты навсегда растворилась бы в ней, — досадливо фыркнула эльфийка. — Ну что ж, тебе же хуже!

— Вы же обещали отпустить Дени, — напомнила я, мало надеясь на то, что в ней пробудиться совесть.

— Планы изменились. Она нам нужна. К тому же ты тоже не сдержала слова. А теперь ты умрешь. Ты и твоя подруга будете страдать, и, видя твою боль, она быстрее сдастся. Девочки, позаботьтесь о них обоих.

Демоницы приблизились к нам. Одна из них уже размахнулась огненной плетью, чтобы ударить Дени. Я еще не до конца осознала, что делаю, когда опять загородила ее собой, приняв удар на себя. Ведь я знала, что ей не вынести того, что вытерплю я. Секундой позже я всей спиной ощутила огненные хвосты плети и, последующую вслед за ними жгучую боль. Но я продолжала стоять, уперевшись руками в стену. Мое лицо было как раз напротив лица Дени, и я видела ее расширенные от ужаса глаза.

Потом последовал еще один удар, электрический разряд, удар. У меня уже все плыло перед глазами от боли, и сквозь эту пелену я видела слезы Дени. Она дрожащим голосом говорила:

— Лео, не надо! Отойди!

— Ничего, — сквозь зубы отвечала я. — Я крепкая. Я и не то могу выдержать!

Тут я краем глаза увидела, как Мин-Ши и Фарух ввели в зал Андрэ. Он был изрядно потрепан. Маги контролировали каждый его шаг, каждое движение. Увидев его, Лакоста воскликнула:

— А вот и наш блудный маг! Вон, можешь посмотреть, что ждет тех, кто смеет идти против нас. Если бы твоя необычная сила не была нам нужна, ты немедленно разделил бы их участь. Зря ты ушел от нас пять лет назад.

— Все равно вам не удастся осуществить задуманного, — Андрэ удавалось сохранить просто ледяное спокойствие, хотя он то и дело бросал взгляд в мою сторону.

— Удастся, еще как удастся, — усмехнулась эльфийка. — Нет такой силы, что сейчас могла бы нам помешать. Скоро вся сила Косы Смерти перейдет к нам.

Она, казалось, просто наслаждалась моментом. Но я ее не слушала, так как именно в этот момент услышала в своей голове голос Андрэ:

— Не дрейфь! Как-нибудь выберемся!

Я его уверенности не разделала и, видно, как-то дала ему об этом знать, так как следующей его репликой было:

— Не стоит отчаиваться! Главное, хоть ненадолго посеять смятение в их рядах. Иначе я не смогу вырваться из-под их контроля.

Это я могу, подумала я. Хотя способ, которым я собиралась это сделать, мне не нравился. Но выбор сейчас у нас был небольшой: либо это, либо неминуемая гибель. Нужно было действовать.

Сделав вид, что силы мои на исходе, я сильнее вжалась в стену и быстро зашептала Дени прямо на ухо:

— Ничего не бойся. Я не позволю никому причинить тебе вред. Я не хотела, чтобы ты узнала об этом, во всяком случае не так, но придется, другого выхода нет. Сейчас кое-что произойдет. Главное помни, чтобы не произошло, в каком бы виде я не была, я никогда не обижу тебя.

— О чем ты?

Но на этот вопрос я уже не могла ответить. Я начала перекидываться. Я видела, как Дени с ужасом наблюдает за тем, как трещит на мне одежда, как у меня сквозь кожу проступает шерсть, как движутся под ней мышцы, меняется лицо. Не прошло и пары минут, как я предстала в своем зверином обличье. А в следующий миг я кинулась на ближайшую ко мне демоницу, сбив ее с ног своим весом и тотчас подмяв под себя. Впав в неистовство, я рвала ее клыками и когтями. Она пыталась меня скинуть, брыкалась, даже оцарапала мне бок. Но это ее не спасло. Вскоре она затихла. Раны, которые я ей нанесла, как говорят врачи, были несовместимы с жизнью. Даже жизнью демона. Умерев, она просто обратилась в пепел, а я уже кинулась на ее подругу.

С ней расправиться было сложнее, так как она успела подготовиться. Схватка была жаркой и оставила на моем теле еще несколько ран. Неизвестно чем бы это кончилось, как вдруг прямо надо мной просвистел огненный шар. Он ударил прямо в грудь демонице и тотчас спалил ее дотла.

Обернувшись, я увидела, что это дело рук Андрэ. Таким я его еще не видела. Его глаза просто полыхали огнем, волосы развевались. От его облика так и веяло силой, а на лбу то появлялась, то исчезала пентаграмма в виде многоконечной звезды. Я аж на минуту замерла от такого зрелища. Правда, у самой у меня вид был тоже еще тот. Особенно если учесть, что вся морда у меня была в крови демоницы, которая, к тому же, имела приотвратный привкус.

Расправившись с демоницами, я метнулась к Дени и клыками разорвала ее путы — благо эти маги не догадались приковать ее. От меня не утаилось, что она теперь смотрит на меня со страхом. Ладно, потом разберемся. Главное выбраться отсюда.

Передышка, вызванная гибелью демониц, была не долгой. Первой, как и следовало ожидать, опомнилось Лакоста. Она крикнула остальным:

— Им нельзя позволить уйти! Нужно остановить их, уничтожить!

— Давай я, — отозвался Фарух.

— Нет. Лучше Мин-Ши. Используй свою силу!

— Ты уверена? — с некоторым сомнением спросил Мин-Ши.

— Да!

— Что ж, ладно.

То, что произошло секундой позже, я даже не знаю, как и описать. Я много в своей жизни видела перевоплощений оборотней, да я и сама была им, но такое! Зрелище, как тело человека покрывается чешуей, вытягивается и изменяется было весьма впечатляющим. Причем все это проистекало очень быстро, даже быстрее, чем у меня. И вскоре где-то треть зала заполнил собой настоящий дракон с длинным змеиным телом, короткими лапами и острыми полуметровыми клыками. И это чудовище собиралось напасть на нас.

Словно змея, дракон совершил бросок головой вперед, но и я, и Андрэ успели увернуться. А он уже изготовился к новому прыжку. Удивительно, как легко и молниеносно он двигался, несмотря на свои размеры. Так некоторое время он нападал, а мы изо всех сил старались увернуться. Мы носились по всему залу. Чудо, как этот живой танк не смел Косу с ее подставки. Хотя, он, по-моему, старательно избегал окружающего ее огня. Но нам от этого было не легче.

Получив легкую передышку между его прыжками, я выразительно посмотрела на Андрэ, как бы спрашивая у него, как нам одолеть эту махину? Он понял меня, так как я тут же услышала в своей голове его голос:

— В этом облике он невероятно живуч, как и любой оборотень. Но у него есть и несколько слабых мест: его живот и загривок — там чешуя наиболее тонкая. Хотя не знаю, поможет ли нам это.

Я чуть было не ответила: «А есть ли у нас выбор?» Но у меня вырвалось лишь рычание — разница голосового аппарата человека и пантеры была очевидна. А дракон вновь готовился к броску. Но на этот раз я не стала отступать, а наоборот, сама изготовилась к атаке.

Дракон прыгнул, и я тоже. Миг, и я оказалась на его спине. Не раздумывая, я вцепилась всеми клыками и когтями ему в загривок. Это заставило его издать громогласный рев и резко вздыбиться. От этого я чуть кубарем не слетела с него, удержавшись лишь чудом. Видимо, мои действия ему очень и очень не нравились. Он начал метаться по залу, кататься, биться о стены, пытаясь сбросить меня. А я лишь глубже впивалась в его плоть, разрывала ее когтями, стараясь не замечать боль, которая разливалась по всему телу, когда он прикладывал меня к стеле, придавливал к полу или задевал своими когтистыми крокодильими лапами.

Но положение было не равным. Да, оборотнем я в десятки раз сильнее человека. Но и эти силы были уже на исходе. Если мы так будем кувыркаться еще минут десять, то ему-таки удастся скинуть меня. А потом… потом для меня просто не будет.

А Андрэ все это время стоял и смотрел на нашу схватку, ну ладно, он еще следил, чтобы ошарашенная Дени не попалась нам под руку (или под лапу?), перетаскивая ее подальше от нашего смертельного клубка. Конечно, я знала, что он не применяет магию против Мин-Ши, чтобы не задеть меня. Но уж лучше бы он чем-нибудь жахнул по нему!

Андрэ видел, что мои силы на исходе и, видно, это заставило его решиться. У меня все вертелось перед глазами, и я толком не поняла, что произошло. Но я видела, как он засветился белым светом, на лбу снова появилась пентаграмма, и из нее стало что-то расти. Я видела, как разрывается его одежда, не выдержав изменений его тела. Потом меня здорово тряхнула, а когда я опять посмотрела на то место, где был Андрэ, то там вместо него уже стоял белоснежный единорог.

Я даже сначала подумала, что у меня от всех этих ударов и ран уже глюки начались. Но нет. Он был реален. Встав на дыбы, он заржал и посмотрел на меня. Этот взгляд… Это были его глаза. А ведь я уже видела его в таком облике! Да, в своем сне! Так вот та неуловимая тайна, которую я всегда чувствовала в нем! И еще одна удивительная вещь: когда Андрэ сменил облик, выпустив свою силу, магия, присутствовавшая в зале, словно пришла в движение. Картина стала полностью завершенной. И я поняла, что имела в виду Лакоста, говоря о недостающем звене.

Все это было так неожиданно, что я на краткий миг ослабила свою хватку. Этого оказалось достаточно, чтобы Мин-Ши удалось скинуть меня. Я пролетела половину зала, опять больно ударившись о стену.

Я попыталась вскочить, но тут же это сделать не получилось. И дракон, несомненно, убил бы меня своим очередным ударом, если бы в схватку не вступил Андрэ. Он стал грозно наступать на Мин-Ши. От чего тот стал извиваться всем телом и… пятиться назад, с опаской поглядывая на острый витой рог единорога. Видно, в нем было что-то, что пугало даже его. И все же дракон не собирался сдаваться просто так. Отступая, он, тем не менее, старался сбить Андрэ с ног своим могучим хвостом, устрашающе клацал своими зубами. Я понимала, что Мин-Ши не хочет рисковать и выжидает, когда его противник совершит ошибку.

И вот Андрэ споткнулся-таки о его хвост, передние ноги подогнулись. В тот же миг дракон совершил бросок. Я тоже приготовилась к прыжку, собираясь хоть как-то помочь ему. Но это оказалось излишним.

Когда Мин-Ши прыгнул, Андрэ тотчас поднырнул под него, а затем резко встал на дыбы. Его рог вонзился в брюхо дракона до самого конца. Из глотки Мин-Ши вырвался громогласный рык боли, от которого закладывало уши и, казалось, вот-вот лопнут барабанные перепонки. Я аж приникла к земле от неожиданности.

Последнее эхо крика растворилось в зале, а тело дракона стало уменьшаться, будто сдуваться. Пара минут, и на рог единорога был насажен уже не зверь, а человек. Андрэ мягко отступил назад, вытаскивая рог из уже бездыханного тела. Как оказалось, он вошел магу прямо в сердце. Потом единорог подошел ко мне. И я услышала в своей голове его голос:

— Вот, теперь ты знаешь обо мне все.

— Значит, ты тоже оборотень, — я поняла, что теперь могу сама разговаривать с ним тем же образом.

— Как видишь.

Вдруг я почувствовала, что магический ветер многократно усилился. Обернувшись, я увидела, что Лакоста и Фарух стоят внутри горящей пентаграммы. Пока мы сражались с Мин-Ши, они творили свою магию. И теперь, похоже, она была близка к завершению. Лакоста рассмеялась мне в лицо со словами:

— Теперь ты видишь, что из себя представляет твой дружок? О, он не просто оборотень. Его форма наиредчайшая из всех. Он единорог и раны, нанесенные его рогом, смертельны для любого оборотня, да и для многих других представителей нечисти. Возможно, он последний из своего народа. Поэтому он и стал одним из нас. Нам была нужна его сила. Но он оказался слишком предан своей человеческой природе. Ведь так, Андрэ? Твоему звериному облику должны быть чужды человеческие чувства, но это не так, и в этом твоя слабость. Даже сейчас я чувствую, что твое сердце трепещет.

А впрочем, это не важно. Ведь именно ты, с подачи этого кошачьего оборотня, дал нам силу, необходимую для нашего опыта.

Лакоста простерла руку, и я увидела, как тело Мин-Ши поднялось над полом, охваченное светом, исходящим от эльфийки. Потом этот свет был направлен ею прямо на кокон, в котором находилась Коса Смерти. От этого он начал растворятся, а пламя, окружавшее подставку, утихать. И вот в воздухе висела лишь Коса, направляемая действиями Лакосты и Фаруха.

Но, судя по всему, ритуал был не закончен. Чего-то не хватало. И, следя за взглядом эльфийки, я поняла чего. Она смотрела на сжавшуюся в углу Дени. И острие Косы было направлено прямо на нее.

Пытаясь помешать, я прыгнула на Лакосту, но пентаграмма вспыхнула и поразила меня сотней электрических разрядов, отбросив в сторону. Магический круг был замкнут и ни один маг не смог бы разрушить сейчас эту преграду. Оставалось одно.

Коса летела прямо в Дени, которая даже не пыталась уклониться, и я побежала вслед за ней, на ходу превращаясь обратно в человека. Это было не так-то легко, так как раны, полученные мной в схватке с Мин-Ши, сильнее дали о себе знать, когда я сменила облик. То, что скрывала шерсть, теперь было на виду. Оказалось, что на мне живого места не осталось от синяков, кровоподтеков и ран. Но я продолжала бежать, и мой взгляд неотрывно следил за Косой.

Видно, Андрэ понял, что я собираюсь сделать, так как крикнул (причем он, оказывается, тоже уже успел принять человеческий облик):

— Не надо! Не прикасайся к ней! Ты же погибнешь, глупая!

Но было уже поздно. Именно в этот момент я подпрыгнула и обеими руками схватилась за древко Косы, останавливая ее полет. И тут же я почувствовала сильный жар, будто упала прямо в костер. Но дело было в том, что этот костер разгорался внутри меня. Заполнял каждую клеточку, причиняя невыносимую боль. И в тоже время я чувствовала и переполняющую меня невероятную силу. Я способна была мир перевернуть, если раньше не сгорю заживо. Но прежде чем это произойдет, я должна была сделать еще кое-что.

Я развернулась и направилась прямо к Лакосте и Фаруху, которые так и продолжали стоять внутри пентаграммы. По их лицам было заметно, что они сами не понимают, что произошло, почему я все еще жива. Правду сказать, для меня самой это тоже было загадкой.

Когда я была уже шагах в десяти от пентаграммы, они решили действовать. Фарух скрестил руки на груди и, быстро произнеся какое-то заклинание, выбросил их вперед. Из его раскрытых ладоней в мою сторону вырвался целый рой красных светящихся шаров. Я чисто инстинктивно выставила перед собой Косу. Ее лезвие замерцало, и все шары просто растворились в воздухе.

То, что произошло потом, трудно описать. Я так до конца и не поняла, кто кем управлял: я Косой или она мной. Но это было не так уж и важно. Магия оставшихся членов Триады была против меня бессильна. Шаг, другой и вот я вошла в пентаграмму, почувствовав при этом лишь легкое сопротивление. Оказавшись внутри, я направила Косу в сторону Фаруха. Из нее вырвался тонкий белый луч и ударил прямо в него. Маг вскрикнул и просто обратился в прах.

Но на этом я не остановилась. Сила Косы разожгла во мне чисто животную кровожадность. Теперь настала очередь Лакосты. Ей были понятны мои намерения. Она вскричала:

— Нет, тебе так легко со мной не справится! Я величайший маг Триады!

Эльфийка зашептала заклинание, и вокруг нее поднялся золотой смерч, который стал расширяться. Она втягивала и меня внутрь него. Я видела ликование в ее глазах. Она со смехом сказала:

— Может, я и умру, но и ты погибнешь вместе со мной! А Коса упадет на пол и погубит весь этот мир!

Но она ошиблась. Да, я была в этом вихре, и в то же время вне его. Он будто обтекал меня. А я… я вытянула руку вперед. Острие Косы лишь слегка коснулось Лакосты, и этого оказалось достаточно. Раздался хлопок. Ее просто выбросило из пентаграммы, а то, что упало на пол, было уже бездыханным телом, которое через минуту обратилось в золотую пыль. Это все, что осталось от эльфийки.

Все было кончено. Я вышла из пентаграммы, которая уже утратила всякую магическую силу, и посмотрела на Дени с Андрэ. Вдруг у меня все поплыло перед глазами. Боль, которая сопровождала меня все это время и с которой я уже успела свыкнуться, многократно усилилась, будто в костер подкинули дров. Не сдержав стона, я рухнула на колени. Пришло время расплаты за мой поступок. Это был конец, я знала это и, как ни странно, была спокойна. Возможно, у меня просто уже не хватало моральных сил переживать по этому поводу. Я видела, как Андрэ бросился ко мне, но он не в силах был мне помочь. Я умирала. У меня еле хватило сил поднять руку и сжать медальон. Потом все провалилось во тьму…

Глава 11

Я испытывала такое чувство, будто меня затягивало в гигантскую воронку. Но, как ни странно, это было невероятно приятно. Я хотела было полностью отдаться этому чувству, как вдруг услышала знакомый голос:

— Остановись!

Я и вправду остановилось, хотя это вряд ли зависело от моей собственной воли.

— Можешь открыть глаза. Здесь нет ничего такого уж страшного, — раздался ласковый женский голос.

Я послушалась, и осторожно открыла глаза: сначала один, потом второй, и сразу увидела перед собой Селесту и Таната. Причем, в руках у последнего была та самая Коса. Она словно чувствовала своего хозяина и мерцала мягким светом. Перехватив мой взгляд, Танат сказал:

— Да, вы справились со своей миссией. Вы вернули Косу на ее законное место.

— Правда, мы не ожидали, что ты появишься таким образом, — добавила Селеста.

— Что вы имеете в виду? — переспросила я.

И тут же обратила внимание на свое тело. То, что на мне не было одежды, было понятно, ведь я не так давно обратилась обратно в человека, и у меня не было времени позаботиться о своем гардеробе. А вот все остальное… Во-первых, все раны и синяки исчезли, а даже с моим иммунитетом излечение заняло бы дня два, не меньше. Во-вторых, все тело будто светилось изнутри, словно меня намазали фосфором. И, наконец, в-третьих, у меня на уровне груди находилась кристальная звезда с сотнями лучей, причем я знала, что она часть меня.

— Что со мной? — пораженно воскликнула я и, пораженная внезапной догадкой, добавила, — Я умерла?

— Нет, хоть и были невероятно близки к этому, что объясняет тот факт, что в наш мир попала лишь ваша душа, — ответил Танат. — Вы прикоснулись к Косе.

— Да, — кивнула я. — У меня не было выбора.

— Я знаю. Меня очень удивило, что вы появились в нашем мире, держа Косу в руках. Но еще больше меня удивил тот факт, что, не смотря на это, вы живы. Коса не захотела забирать вашу жизнь.

— Как это? — не поняла я. — Это что… живое существо?

— Не совсем. Это сложно вот так объяснить, но у нее есть некоторые элементы сознания и воли. Она признала вас и позволила управлять собой, во всяком случае, некоторое время.

— Но почему?

— Не знаю, — пожал плечами Танат. — Такого еще никогда не было. Хотя, у меня есть некоторые предположения, что это как-то связано с вашей силой оборотня.

— То есть?

— Ваша сила связана со смертью, это одна из ее составляющих. Вспомните, чтобы создать первого из вашего рода семеро мужчин добровольно отдали свои жизни. Их смерть соединилась с жизнью ребенка. Возможно, именно это спасло вас сегодня.

— Понятно, — задумчиво протянула я, хотя на самом деле это вряд ли соответствовало действительности. Но сейчас мне волновали другие вопросы. Я сказала, — Так или иначе, но я выполнила свою часть сделки, ведь так?

— Да, безусловно.

— В таком случае…

— Конечно, теперь я выполню свою часть. Вы будете иметь возможность лично убедиться в этом.

Он взмахнул рукой, и мы оказались в том зале с миллионами свечей. Перемещение застало меня врасплох. Заметив это, Танат сказал извиняющимся тоном:

— Пока вы не обременены физическим телом, так перемещаться гораздо быстрее и удобнее. Так, а вот и свеча вашей подруги.

Я посмотрела на нее, и чуть не охнула! Она была такой маленькой, чуть выше сантиметра! Страшно представить, как мало времени осталось у Дени.

— Теперь нужно найти подходящую свечу, — обыденным тоном продолжал Танат. — Ага, вот.

Свеча, выбранная им, была практически целой, но уже затухала. Она бы погасла совсем, если бы не Танат. Перенося свечу, она заставлял ее едва-едва тлеть, а я старалась не думать о том, что это чья-то жизнь. А потом… потом две свечи срослись в одну, свечу Дени, которая теперь была высокой и горела ровно и ярко.

— Дело сделано, — улыбнулся Танат, и только тут я поняла, что все это время боялась даже вздохнуть. — Теперь ваша подруга доживет до глубокой старости.

— Отлично. Теперь наш договор полностью исполнен.

— Да. И вы можете возвращаться к своим друзьям, которые уже, наверняка, беспокоятся. Еще раз повторю, вы прекрасно справились со своей миссией. И, так или иначе, вы спасли человечество.

— А, бросьте, — отмахнулась я. — Я лишь заботилась о тех, кто мне дорог, вы-то уж как никто знаете об этом. Но с вами приятно было работать.

На это Танат загадочно улыбнулся и сказал:

— Взаимно. Селеста, проводи, пожалуйста, Лео. Мне бы не хотелось, чтобы ее душа заблудилась в потоках пространства и времени.

— Конечно, я провожу ее.

Мы уже были в дверях, когда я вспомнила об одной вещи. Вернувшись, я сняла с шеи медальон и протянула его Танату:

— Вот, я должна вернуть вам его. Наша сделка закончена, и мне больше не зачем возвращаться в ваш мир.

— Нет, — покачал головой Танат. — Оставьте его себе. Он ваш по праву. Пусть он будет вашим охранным талисманом и напоминает об этом приключении. К тому же, вдруг оборотню понадобиться помощь Смерти, так же как однажды Смерти понадобилась помощь оборотня.

Обронив эту загадочную фразу, он просто исчез, не дав мне времени ничего возразить. А я снова почувствовала, что меня втягивает в гигантскую воронку, но на этот раз я ощущала так же и чье-то незримое присутствие рядом. Наверняка это была Селеста.

Я даже не поняла, когда именно оказалась в своем теле. Первое, что я услышала, был плачь Дени. Сквозь слезы она говорила что-то о том, что я должна жить, что иначе она никогда не простит себе моей смерти. Еще я слышала слова Андрэ о том, что мое сердце не бьется слишком долго.

Убедившись, что я в своем теле, обрела плоть и кровь (а в этом я была уверена, так как тотчас все мои раны дали о себе знать весьма ощутимой болью), я решила все это прекратить. Решительно открыв глаза, я сказала:

— Дени, не стоит так убиваться! Я жива. Но все же не стоит в отчаянье так колотить меня в грудь. У меня, по-моему, несколько ребер сломано, и подобные действия отнюдь не способствуют их заживлению…

Но договорить она мне не дала, так как с радостным визгом бросилась мне на шею:

— Ты жива! А я уж было подумала…

— Да жива я, жива. Только все тело болит.

— Ой, прости! А я так на тебя налетела! На тебе же живого места нет! Тебе срочно нужно в больницу! Ты же кровью истечешь! И неизвестно, что еще у тебя сломано! — запричитала она.

— Успокойся, все не так уж плохо. Ты еще не до конца поняла, но я оборотень и мои раны заживают очень быстро.

Слова уже давались мне с трудом. Я чувствовала невероятную тяжесть во всем теле. Скоро природа возьмет свое, и я просто отрублюсь. Поэтому я сказала Андрэ (который, кстати сказать, уже где-то успел раздобыть себе одежду):

— Помоги нам выбраться отсюда. Боюсь, я вряд ли смогу ходить. Мною уже овладевает оцепенение.

— Конечно-конечно.

— И еще. Прошу, позаботься, чтобы она не упекла меня в больницу. Сам знаешь, что тогда будет.

— Хорошо, — понимающе усмехнулся Андрэ. Это было последнее, что я слышала. Меня сковал сон, глубокий сон, от которого меня не разбудило бы и стадо топочащих слонов.

* * *

Три дня я не вставала с постели. Ровно столько понадобилось, чтобы мой организм более-менее сумел залечить все раны, полученные мной в ту роковую ночь. И все это время Дени самоотверженно ухаживала за мной. Теперь она знала обо мне все, и это вроде не разрушило нашу дружбу. Хотя пару раз я ловила ее странный взгляд, но пока у меня еще не было сил серьезно поговорить с ней обо всем том, что произошло в ту ночь.

И все же на третий день я поняла, что поговорить уже просто необходимо. Эта неопределенность изводила меня больше, чем слабость собственного выздоравливающего тела.

— Почему ты осталась ухаживать за мной? — наконец решилась спросить я.

— Ты же моя подруга. Разве для меня ты не сделала бы тоже самое? — уклончиво ответила Дени.

— И все же? — продолжала настаивать я. — Неужели тебя нисколько не удивило то, что ты узнала?

— В ту ночь… произошло так много всего, — начала Дени, садясь на край кровати. — Иногда мне даже казалось, что все это было лишь сном, кошмарным сном. К тому же у меня до сих пор сохранились некоторые провалы в памяти. Ведь я абсолютно не помню, как оказалась в том доме. И этот Фарух-Кирим. Я никогда не прощу себе, что из-за него наговорила тебе столько гадостей! И как ему это удалось?

— Это всего лишь магия. И я не держу на тебя зла. Для меня было очевидно, что это он заставлял тебя говорить.

— Правда? Я помню, что делала и говорила, но это была будто не я. А когда я очнулась, та женщина с золотыми волосами сказала, что ты навсегда растворилась в… как же она сказала… в мире иллюзий, и все это благодаря мне. А потом ты вернулась и спасла меня, при этом сама чуть не погибнув.

— И тебя не удивило то, как я это сделала? — осторожно спросила я.

— Если честно, тогда столько всего произошло, что у меня не было времени удивляться. А потом я думала, действительно ли я видела то, что видела.

— Но теперь-то ты знаешь, что это действительно так. Я — оборотень. И, если тебе неприятно это осознавать или тебя это пугает, я пойму…

— Вовсе нет. Просто это несколько… неожиданно, я бы сказала. Конечно, я давно подозревала, что у тебя есть какая-то тайна, но такое! Теперь мне многое стало понятно. Но, надеюсь, ты в следующий раз предупредишь меня заранее, прежде чем снова изменяться!

— Хорошо, — рассмеялась я.

— Значит, теперь мне нужно держаться от тебя подальше в полнолуние?

— Вовсе нет. Во-первых, не стоит всерьез воспринимать то, что пишут в книгах и показывают в фильмах. А во-вторых, будь я зверем или человеком я никогда не причиню тебе вреда. И я не хочу, чтобы между нами было недопонимание.

— А как ты стала… такой?

Я рассказала ей все, что сама знала: о себе, о других оборотнях, даже кое-что об истоках моей силы. Только о Смерти я не сказала ни слова. Зачем? К тому же, думаю, для нее это было бы уже слишком.

Она слушала меня внимательно, не перебивая. Когда же я закончила, она спросила:

— Скажи, а тебя саму это никогда не пугало? Ты никогда не хотела… — Дени на секунду замолчала, подбирая слова, — избавиться от этого?

— Ну, в начале мне, конечно, было не по себе. Как, неверное, и всем, а потом… это захватывает. Что же касается второго вопроса… До всего того, что случилось, я бы сказала, что да, я хотела бы стать обычным человеком. Во всяком случае, я искренне полагала, что это что-то изменит. А теперь… Я поняла, что к прошлому обратной дороги нет. Я не хочу ничего менять. Сила оборотня — это неотъемлемая часть меня, моего "Я". Как говорят оборотни, я приняла своего зверя, — мои слова были для меня же сомой откровением. Я действительно изменила свое отношение к прошлому. Сейчас ко мне пришло осознание этого. Я рассталась с теми иллюзиями, что не давали мне покоя все эти четыре года. — Я приняла то, что я есть. Вопрос, примешь ли ты это, — я снова, вопреки своему желанию, подняла эту тему.

Дени пару секунд смотрела на меня, потом накрыла мою руку своей со словами:

— Тебе так легко от меня не отделаться, подруга!

Эти слова вызвали у меня улыбку, и все же шутливым тоном я спросила:

— Правда?

— Да. После всего того, что произошло, уж с этим-то я как-нибудь смирюсь. В конце-концов, мало кто может похвастаться тем, что имеет в друзьях настоящего оборотня!

— Ладно тебе! — я уже не могла удержаться от смеха, и, шутя, запустила в Дени подушкой.

Она ловко увернулась и с притворным возмущением сказала:

— И она еще косит под больную! Вы только посмотрите!

Ситуация грозила перерасти в настоящий подушечный бой, но тут раздался звонок в дверь. Пришлось идти открывать. Вернее пошла Дени. Я на правах больной осталась в постели. Косить — так до последнего!

Конечно, это был Андрэ. За все эти три дня он не раз навещал меня. По началу он предлагал излечить меня с помощью магии, но я упорно отказывалась. В конце-концов я же не умирала, чтобы применять такие радикальные меры, да и не по душе мне это было. В общем, я предпочла положиться на природу. И он вынужден был с этим смирится. Но Андрэ горел желанием помочь, и Дени беззастенчиво воспользовалась этим.

Сама она въехала ко мне сразу же, со словами, что не уйдет, пока не поставит меня на ноги, и все это время не отходила от меня ни на шаг. Так что Андрэ выпала участь снабжать нас тем, что Дени считала необходимым. А списки покупок, надо сказать, она давала не маленькие: от бинтов и йода до продуктов питания. Когда же я начала протестовать, то она безапелляционно заявляла, что ей плевать, оборотень я или нет, она не позволит мне питаться кое-как и наплевательски относится к своему здоровью.

Вот и сегодня Андрэ притащил с собой огромные пакеты со всякой всячиной (уж не знаю, что там еще поназаказала ему Дени). В комнату он ворвался с улыбкой до ушей и со словами:

— Так, как себя чувствует наша раненая и ушибленная?

— Нормально. Еще раз такое спросишь, получишь подушкой в лоб!

— У-у, как все запущено! — его улыбка не уменьшилась ни на миллиметр.

— Не приставай к ней! — раздался с кухни голос Дени, которая отчаянно боролась с холодильником, пытаясь запихнуть в него все то, что принес Андрэ.

— Я?! Пристаю?? К ней??? — его возмущению не было предела.

— Да ладно, — отмахнулась я, вскакивая с кровати и потягиваясь.

— А вот кому-то лучше оставаться в постели, — напомнил мне Андрэ.

— Отстань! — я чувствовала себя полностью здоровой. Синяки сошли, а раны от драконьих когтей превратились в тонкие белые полоски. Скоро и эти следы исчезнут.

— Кстати, я тут навестил тот дом, — голос Андрэ стал серьезен. К тому же впервые за все это время он коснулся в разговоре событий той ночи.

— Зачем это?

— Ну… ты уничтожила Триаду, и я теперь сильнейший маг. И мой долг позаботиться… обо всем.

— И что?

— Там не осталось никаких физических следов, если ты об этом. А я уничтожил всю магию. Теперь это обычный дом. Кстати, Триада обладала огромными финансовыми ресурсами, конечно, большая часть на различных банковских счетах, которые теперь потеряны, но и сам дом представляет немало ценного.

— К чему ты клонишь?

— Я думаю, что этот дом, и все, что в нем теперь твои.

— Ты с ума сошел! — воскликнула я. — Да я ни за что больше не переступлю его порога!

— Я догадывался об этом. Поэтому уже продал его, а деньги положил на твой счет в банке.

Я так и осталась стоять с открытым ртом. Я хотела было разозлиться за все это его самоуправство, а потом подумала: — разве я не заслужила компенсации за все то, что Триада сделала мне? Ответ был очевиден, но я все же возмущенно фыркнула. Не люблю, когда все решают за меня.

— Рад, что ты не сердишься, — губы Андрэ опять разъезжались в улыбке.

— С чего ты так решил? — я не хотела просто так сдаваться.

— Тогда бы у тебя был очень громкий голос.

Я коротко рыкнула на него, но на этом остановилась. Раз уж он заговорил о том, что произошло в ту ночь, я спросила:

— Скажи, а зачем ты вообще вступил в Триаду? Ты не знал, что они из себя представляют?

— В том-то и дело, что знал, а о чем не знал, о том догадывался, — с некоторой грустью ответил Андрэ. — Но я тогда был еще совсем юнцом, перспективным магом, да к тому же еще и оборотнем. Они сами пригласили меня, и одной из причин моего согласия, безусловно, было тщеславие. Другой же стало то, что я оборотень. Ты знаешь, как сложно таким как мы сохранить независимость, особенно если сам еще не до конца разобрался в своей силе.

— Это да.

— Я пытался скрывать, кто я есть, но тогда у меня не всегда хватало на это сил. Оборотней-единорогов во всем мире остались лишь единицы, а все из-за того, что своим рогом мы можем убивать практически любую нечисть. Кто не захочет иметь при себе такое грозное оружие? Меня бы заставили служить кому-либо, и у меня не хватило бы сил противиться. А Триада предложила мне выход. Я сохранял независимость, во всяком случае, думал, что так. Лишь спустя годы я понял, как жестоко ошибся. Мне до сих пор кажется, что за то время, когда я был в Триаде, во мне умерло что-то важное.

— Но ты все же покинул Триаду.

— И да, и нет. Я думал, что освободился от них еще пять лет назад, но по-настоящему это произошло лишь с их гибелью, — все это Андрэ говорил, глядя куда-то мимо меня.

Я понимала его. Ведь мне и самой до сих пор приходилось отбиваться от предложений Иветты. И в то же время в нем оставалось что-то такое, что пугало меня и одновременно притягивало. Бред какой-то! Ладно, поживем — увидим.

ЭПИЛОГ

К концу недели я вернулась в клуб. Но не чтобы по-прежнему продолжать работать там. Вместе с Дени я на деньги Триады выкупила права на него у Марка. Он сначала отказывался, но, узнав о той сумме, которую мы готовы были заплатить, согласился (причем мало скрывал свою радость по этому поводу). Теперь мы с Дени являемся совладелицами клуба «Серебреная Маска».

Дела по благоустройству нашего заведения полностью захватили нас. Нет, мы не стали никого увольнять — зачем? Коллектив был проверенный и устоявшийся. Но дел все равно было невпроворот. Нужно было вникать в массу тонкостей, хотя это нас не пугает.

Иветта по своим каналам узнала об исчезновении Триады и о моей не последней роли в этом деле, и лично поздравила меня с успехом. О вступлении в стаю она больше не говорила, не напоминала и о моем долге, но я сама прекрасно помнила о нем.

Что же касается Андрэ, то он по-прежнему старается завоевать меня. Он говорит, что любит меня. Возможно, это действительно так. А я… я, безусловно, что-то чувствую к нему, но сомневаюсь, что это любовь. Хотя, может я просто гоню от себя эту мысль. Ведь совсем недавно я избавилась от старых чувств, моя душа только что обрела покой и мне безумно нравиться это чувство.

И еще я продолжаю носить медальон Таната, который теперь стал моим. Может, по привычке, а может действительно считая его своим талисманом… Талисман для оборотня. Интересно…

К О Н Е Ц

Content

Алия ЯКУБОВА
МИССИЯ ОБОРОТНЯ
(Истории оборотня — 1)

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

ЭПИЛОГ