Ольга Игоревна Тонина, Александр Владимирович Афанасьев

Война в Арктике. 1942 год. Операция "Вундерланд"

Толерантный реферат для студентов ВУЗ

Описание рейда германского тяжелого крейсера "Адмирал Шеер" в Карское море в августе 1942 г. и его отражение всегда занимало у советских историков особое, почетное место. По их мнению, героический бой ледокольного парохода "Александр Сибиряков" и оборону Диксона можно без преувеличения назвать подвигами, которые навсегда останутся событиями, о которых говорят "потомству - в пример!". Однако многие детали произошедшего, особенно взгляд противной стороны, остались "за кадром". Нынешние российские историки грешат другой крайностью - в своем стремлении заработать зеленые бумажки с портретами мертвых американских президентов они через слово готовы кричать "Хайль Гитлер!", и сплошь и рядом пишут про громкие победы белокурых рыцарей Третьего Рейха. Безусловно, такое положение вещей мешает правильно понять, что же на самом деле произошло в суровых северных водах. Тем более, что истина в данном вопросе находится отнюдь не по середине.

Описание рейда германского тяжелого крейсера "Адмирал Шеер" в Карское море в августе 1942 г. и его отражение всегда занимало у советских историков особое, почетное место. По их мнению, героический бой ледокольного парохода "Александр Сибиряков" и оборону Диксона можно без преувеличения назвать подвигами, которые навсегда останутся событиями, о которых говорят "потомству - в пример!". Однако многие детали произошедшего, особенно взгляд противной стороны, остались "за кадром". Нынешние российские историки грешат другой крайностью - в своем стремлении заработать зеленые бумажки с портретами мертвых американских президентов они через слово готовы кричать "Хайль Гитлер!", и сплошь и рядом пишут про громкие победы белокурых рыцарей Третьего Рейха. Безусловно, такое положение вещей мешает правильно понять, что же на самом деле произошло в суровых северных водах. Тем более, что истина в данном вопросе находится отнюдь не по середине.

* * *

Рузвельт ненавидел Сталина и СССР не меньше чем Гитлера. Но еще больше чем вышеперечисленных он ненавидел тех, кто обманывает и унижает США. Разгром конвоя PQ-17 организованный "бывшим военным моряком" Уинстоном Черчиллем именно этим и являлся. Это был циничный плевок в сторону американской нации. Причем речь шла не о людских и материальных потерях - на войне это неизбежно. Речь шла о политических потерях. Конвой PQ-17, выражаясь словами большевистского Сталина, "проср…ла" Англия, своим страхом перед "Тирпицем", но тень от этого поступка падала не только на Англию, но и на США. Вместе с Англией, слабыми оказались и США, и нейтральные страны, которые были готовы открыть рынок для американских товаров, или были готовы вступить в войну и воевать американским оружием, теперь колебались - а это потеря возможной прибыли, возможных рабочих мест, потенциальных рынков сбыта товаров. Причем речь шла о таких объемах и суммах, что потопление десятка конвоев PQ-17 в сравнении с этим мелочь. Подлый Черчилль, с началом Второй мировой войны, выступив в роли униженного просителя у Америки, видимо забыл, кому он обязан тем, что его туманный Альбион не вымер с голода, и начал вести свою любимую политику - отодвигать всех союзников на вторые роли и приписывая все заслуги себе, а поражения переписывая или деля с союзниками. Такого Англии простить было нельзя. Конечно, сейчас война и США с Англией - союзники, но… Есть другие методы. Пора ставить Британию на место. Англичане должны понять, что время их владычества уже закончилось. Да, американцы не имеют боевого опыта, но ведь сами англичане не дают его приобрести! Кто отправил в мусорную корзину десятки планов десантных операций и открытия Второго фронта в Европе в 1942 году? "Бывший военный моряк" - Уинстон Черчилль. У США нет военного опыта, десантная операция не возможно, Мальта сейчас важнее…Хватит! Пора приобрести свой опыт! Без этих странных учителей.

* * *

Сталин ненавидел Гитлера и фашистскую Германию больше чем детей Арбата и кухонного оппортуниста Солженицына.

Сталин ненавидел Рузвельта и США за то, что они привели к власти Гитлера и вооружили Германию. (Большинство двигателей на немецких самолетах, танках - американской разработки, искусственное топливо, искусственный каучук - тоже американские технологии. Автомобильные заводы Форда - есть и в Германии.)

Сталин ненавидел Черчилля и Англию за то, что Англия сначала сдала Гитлеру всю Европу, а затем натравила Германию на СССР. К сожалению, он узнал о существовании секретного приложения к Мюнхенскому договору 1938 году слишком поздно. По этому протоколу Англия и Германия делили между собой всю Европу, включая территорию СССР. Информация об этом документе поступила от агентов Молотова, который сменил на посту Меера Валлаха Литвинова (похоже, что покойный Меер Валлах был завербован британцами еще в 20-е годы). А затем перелет Гесса в Англию, в мае 1941 года, с неизвестным пассажиром для утверждения плана "Барбаросса". Эх, если бы Вячеслав занял этот пост раньше! Тогда вполне возможно, что помимо факта подписания Гитлером и Черчиллем плана "Барбаросса" удалось узнать и направления немецких ударов! Кто ж знал, что немцы не испугаются болот Полесья, и главный удар будет в центре, а не на юге, как его уверял покойный Павлов. Но сейчас и Рузвельт и Черчилль были его союзниками. Фиговыми, но союзниками, и выбирать не приходилось. А СССР нужны были боеприпасы и военная техника, и Сталин бомбардировал телеграммами Рузвельта и Черчилля. Последний отвечал стандартно - Англия не может - Мальта в опасности, Египет в опасности, бессмертный "Тирпиц", люфтваффе, великий, ужасный и непобедимый Роммель.

Что касается Рузвельта, то просьба Сталина пришла к нему очень и очень своевременно. Ему нужен был повод, чтобы щелкнуть по носу англичан, и большевистский вождь Сталин, ему этот повод предоставил. После разгрома конвоя PQ-17 британское Адмиралтейство категорически отказалось вести конвои в Северную Россию. Правительство Его Величества сообщило русским, что все последующие поставки будут направляться через Персидский залив. Сталин резко критиковал это решение и потребовал от Вашингтона срочно доставить авиационные боеприпасы, которых уже не хватало, и электронику. Рузвельт, получив телеграмму от Сталина, произнес: "Вот ты и спекся "бывший военный моряк"!". Хотя и Рузвельт и американские военные публично бравировали своей храбростью, но в душе они сильно нервничали - отпиаренный лично Черчиллем непобедимый "Тирпиц" их сильно пугал. Но нация торгашей и банкиров, решившая поиграть в моряков, по старой привычке решила все подсчитать и просчитать. Спешно собранные аналитики выдали результат - шансы встретить "Тирпиц" за время перехода будут гораздо ниже шансов забеременеть в нью-йоркской подземке. И Рузвельт дал добро на проведение операции "Неторопливый бег" Правительство приказало флоту доставить эти грузы в Россию.

Так началась операция "Неторопливый бег". Для нее было сформировано специальное оперативное соединение из тяжелого крейсера "Тускалуза" (капитан 1 ранга Н.Ч. Джиллет) и эсминцев "Эммонс" (капитан-лейтенант Т.Ч. Раган) и "Родмен" (капитан-лейтенант У.Г. Мишле). Они должны были доставить требуемые грузы в Россию, и попутно доказать, что Черчилль лжет насчет вездесущих и смертоносных "тирпица", люфтваффе и "волчьих стай".

12 августа 1942 года груз был получен в Гриноке. "Тускалуза" приняла на борт около 300 тонн. Эсминцы приняли каждый по 39 тонн авиационных материалов. В качестве пассажиров соединение забрало 4 офицеров КВВС, 7 офицеров Королевского Флота и 167 рядовых. Эскадра вышла в море 13 августа. Пожалуй, стоит немного поговорить о кораблях этого оперативного соединения и их командирах.

Тяжелый крейсер "Тускалуза" (СА-37), был четвертым кораблем типа "Новый Орлеан". К началу работ над проектом крейсеров типа "Новый Орлеан", которые должны были последовать за типом "Портланд" программы 1929 г. (N37 -- 41), среди руководства американского флота все больше распространялось мнение о недостаточной защите своих первых тяжелых крейсеров. После продолжительных дискуссий в Генеральном совете высказались в пользу корабля с усиленным бронированием.

Состав энергетической установки (ЭУ) новых крейсеров остался без изменений, а вот корпус был спроектирован заново и получился заметно короче и уже по сравнению с предшественниками. Сокращение длины было достигнуто за счет отказа от эшелонного расположения ЭУ в пользу линейного. Кроме того, уменьшили длину каждого машинного отделения МО. Это позволило сократить длину поясной брони и довести ее толщину до 127 мм (по нижней кромке она утоньшалась до 76 мм). Погреба имели толщину стенок до 120 мм. Броневая палуба на протяжении погребов и ЭУ достигала толщины 57 мм, утоньшаясь в оконечностях до 30 мм. В отличие от предшественников, башни ГК получили защиту от огня 203-мм орудий. Вес брони составлял 15% стандартного водоизмещения. В результате зона свободного маневрирования под огнем 203-мм орудий при курсовом угле 60 градусов лежала в диапазоне 60 -- 120 кабельтовых.

На "Тускалузе" толщина барбетов была доведена до 165 мм, установлены новые более легкие 203-мм орудия в более компактных башнях. После начала войны корабль прошел модернизацию, связанную с усилением зенитного вооружения. К апрелю 1942 г. на нем были установлены 4x4 28-мм автомата, а также срезана фок-мачта. Позднее были добавлены шесть 20-мм "эрликонов". Вооружение крейсера было следующим: девять - 203-мморудий с длиной ствола в 55 калибров в трех трехорудийных башнях, восемь одноорудийных универсальных 127-мм орудия с длиной ствола 25 калибров, 4x4 28-мм автомата, шесть 20-мм "эрликонов", восемь 12,7-мм пулеметов, 2 катапульты, 4 гидросамолета. Торпедных аппаратов не было. Максимальная скорость хода - 32,75 узла.

Командир крейсера капитан 1 ранга Н.Ч.Джеллит был типичным янки, мечтающем о домике со скульптурками фламинго на газоне, и спокойной старости. Потомок ирландской эмигрантки и еврейского бандита - от бабушки ему достался импульсивный характер, а от дедушки он унаследовал аналитический ум. Он не был героем, не любил рисковать. Война для Джеллита была своего рода смесью шоу и бизнеса - прибыль превыше всего. Он очень обожал кофе, и очень редко употреблял спиртное.

Не менее типичным американцем был и белокурый капитан-лейтенант Т.Ч.Раган. Его отцом был владелец брокерской конторы, покончивший с собой во времена Великой Депрессии. От отца Раган унаследовал страсть к спиртному, а от матери - любовь к яблочному пирогу и ненависть к индейцам. Эсминец "Эммонс" (DD-457), которым он командовал, был однотипен с "Родманом" (DD-456), и представлял по своей сути облегченный и упрощенный вариант эсминцев типа "Флетчер" - это сокращало время и стоимость строительства кораблей данного класса. Скорость эсминцев, так называемой "атлантической серии" составляла 35 узлов, 453 тонны нефти обеспечивали дальность плавания почти 4000 миль при 20-узловом ходе. Вооружение эсминцев предназначавшихся для действий в Атлантике было меньше, чем у "Флетчера" - четыре 127 мм орудия, два двухствольных 40-мм "бофорса", пять 20-мм "эрликонов" , один пятитрубный 533-мм торпедный аппарат, два бомбосбрасывателя с 32 глубинными бомбами и шесть бомбометов с 30 глубинными бомбами. Все это обеспечивал экипаж в 208 человек.

Командир "Родмана" был потомком эльзасцев перебравшихся в Америку перед Первой Мировой войной. От отца он унаследовал черные, как деготь волосы, смуглую кожу, а от матери страсть к комфорту, трудолюбие и педантизм. Если бы не испорченный сифилисом нос (грехи молодости!), то он вполне мог бы сойти за тех, кого сейчас величают мачо. Впрочем, в какой-то мере этот недостаток внешности добавлял ему определенный шарм, и делал его любимчиком всех женщин.

19 августа "Тускалуза" и эсминцы прибыли в Сейдис-фиорд (Исландия). И тут выяснилось, что кто-то в окружении Рузвельта, является гнилым стукачем Черчилля. В Исландии их уже ждал британский эсминец "Онслоу", на борт которого был загружен английский стационарный госпиталь - "подарок" Сталину. Вечером соединение кораблей снова вышло в море, и направилось в Кольский залив.

* * *

Переход через Баренцево море прошел спокойно. Туманная погода укрывала корабли, одновременно вынудив самолеты Люфтваффе сидеть на земле. Никаких подводных лодок. Никаких "тирпицев". 22 августа соединение прибыло в Кольский залив. Там его встретили британские эсминцы "Мартин", "Марн" и русский эсминец "Гремящий", который провел корабли в бухту Ваенга. Но так считали только американцы и англичане, но не немецкая разведка, которая сумела обнаружить факт перехода этих кораблей. И об этом факте, было тут же доложено наверх по инстанциям.

Все было бы в этом вопросе хорошо, если бы не одно большое "НО". Это только в песне - разведка докладывает четко. В жизни - сплошной бардак. Особенно если в этом участвует люфтваффе. Конечно же, винить разведку люфтваффе - бестолковое занятие. Они не тупые - они - такие как все. А всем свойственно ошибаться. Это только в мемуарах Рудель, никогда не видевший живых "спитфайров" сходу и моментально определяет их модификацию, или всякие Хартманы полчаса провожают взглядом падения самолета до земли во время скоротечного воздушного боя. По жизни - фиг что там видно! В лучшем случае можно доложить об относительных размерах кораблей и их количестве - например: "один большой и три поменьше". Дальше начинается полет фантазии. Особенно у тех, кто выдает желаемое за действительное. Проще тем, кто наивен и доверчив, кто ходит как святой - такие обычно бьют по хвостам и пытаются проявить героизм, проспав то, что можно было вычислить заранее. Тем же, кто на основании кусочка информации начинает строить Вавилонскую башню…. Ну и что с того, что разведка засекла мелькнувший в тумане крейсер с эсминцами? Могли ошибиться в идентификации! Могло вообще померещиться! Но об этом также сообщили и две немецкие подводные лодки.

Посылать крейсера с эсминцами для переброски боеприпасов через всю Атлантику и часть Северного Ледовитого океана - идиотизм. Точнее сказать - ИДИОТИЗМ. Таких морских перевозок не выдержит ни одна экономика в мире, по причине абсолютной нерентабельности. А американцы из тех, кто деньги считать умеют - потомки жидокомиссаров, выходцев из Англии. Значит что? Значит, Геринг - козел! А его "эксперты" из его люфтваффе опять все проспали! Под носом его "Кондоров" прошмыгнул целый конвой, а ни одного доклада об обнаружении оного так и не последовало! А вот подводники Деница - это орлы и гордость Третьего Рейха! И не беда, что они не сумели найти конвой, тот наверняка прошел севернее в других районах. Главное, что подводники произвели два доклада, об обнаруженных кораблях, а люфтваффе всего один!

Точнее не два, а четыре. Две лодки, подобравшиеся к Исландии, видели странную картину - линкор "Вашингтон" в сопровождении крейсеров следовал на Запад, а конвой из Рейкявика ушел в восточном направлении. К сожалению, из-за преследования эсминцами эскорта, лодка потеряла след, но и ежу стало понятно, что если бы белокурые "эксперты" люфтваффе поменьше нюхали кокаин, по примеру своего рейхсмаршала, и почаще летали над океаном, то был бы известен и полный состав конвоя, и состав эскорта.

Именно это и высказал Гитлер "отцу германской авиации" во время совещания в Вольфшанце. Тот молча проглотил обиду и упреки, а гросс-адмирал Редер, как по волшебству извлек из ниоткуда аналитический доклад и план предстоящей операции против союзных арктических конвоев.

Как известно, в июле-августе 1942 года, после разгрома PQ-17, осуществленного при помощи Уинстона Черчилля, движение союзных конвоев в СССР, временно прервалось. Этот перерыв не мог быть долгим, так как советская армия несла потери, и ей требовалась военная помощь со стороны союзников.

По мнению Редера, союзники возобновили движение конвоев, но отказались от применявшейся ранее схемы, и вернулись к прежней - крейсер и пять-семь эсминцев в охранении конвоя с базированием соединения прикрытия в Мурманске. Проводят караван до острова Медвежий и возвращаются. Может быть и по другой схеме - часть эскорта идет вместе с конвоем в Рейкявик, а часть возвращается в Мурманск. То, что суда конвоя не были обнаружены, еще ни о чем не говорило - возможно, крейсер и эсминцы шли немного в стороне от охраняемых судов. Наличие малого эскорта, точнее отсутствие в его составе линкоров и авианосцев, позволяло произвести давно планируемую операцию с участием тяжелых надводных кораблей - "Тирпица", "Шеера", "Хиппера". Был у Редера и план с красивым названием "Вундерланд" - "Страна чудес". Но Гитлер, в последний момент, как всегда начал колебаться, вспомнив судьбу "Бисмарка". Уверения Редера о том, что люфтваффе защитит корабли от противника, впечатления на Гитлера не произвело - ибо полчаса назад, он, самолично драл отца оного люфтваффе за бездарность германских ВВС. Но еще немного подумав, Гитлер согласился на операцию, но при условии, что у противника не будет линкоров и авианосцев в эскадре прикрытия. Не забыл фюрер упомянуть и о необходимости смычки между люфтваффе и кригсмарине в данном вопросе.

Впрочем, за ужином, в своих обычных речах, которые он произносил для потомков, и которые конспектировал племянник Черчилля, английский журналист Майк Спик, Адольф Алоизович высказал очень много негативных слов о стаде идиотов и карьеристов, которые его окружают. По его мнению, своим победам Германия была обязана исключительно немецкой пехоте, а все эти железные рыбы и стальные птицы - сплошная профанация - война идет на земле и за землю. Между тем, пока вождь Третьего Рейха метал цитатами, перед прессой, его сподвижники стали напрягать все силы, чтобы заработать дополнительные бонусы перед отцом германской нации. И Редер, и Геринг прекрасно понимали, что для усиления влияния и упрочения своих позиций им нужна "маленькая победоносная война" (С), ну не война, а хотя бы операция. Редеру требовалось реабилитировать бездействие и локальные неудачи пожирателей мазута - крупных надводных кораблей в Норвегии, Геринг мечтал об уничтожении не просто конвоя, а об уничтожении крупных надводных кораблей союзников - после полного провала операции "Айсштосс" в Ленинграде, когда за два месяца его самолеты так и не смогли разбомбить неподвижно стоящие на замерзшей Неве корабли Балтийского флота, акции Геринга очень сильно упали, Гитлер в очередной раз вспомнил Герману и Дюнкерк, и гибель "Бисмарка" и ушмыгнувший из Таллинна русский флот, и затянувшийся штурм Севастополя, и неразбомбленную Москву, где его белокурые эксперты форменным образом наложили в штаны, разбомбив вместо города болота Подмосковья.

Нынешние российские историки, конечно же выставляют действия люфтваффе против Москвы, как победу люфтваффе, но когда дело доходит до подсчета сброшенных на территорию Москвы бомб, то получается, что девяносто процентов немецких самолетов вообще никогда над Москвой не были, куда они сбрасывали свои бомбы никто не знает, но ордена за эти полеты получали исправно. Понятное дело, что Гитлера все это вранье достало чисто по-человечески, и он взял командование сухопутной армией на себя, и начал внимательно приглядываться к ВВС и ВМС Германии. Понятно, что Герман Геринг почувствовал, что его могут "уйти" не взирая на заслуги прошлого, аналогично считал и Редер относительно своей персоны. Требовалась победа. Но для того, чтобы ее одержать, требовалось разрешение на проведение операции. Если Гитлер получит сведения из достоверных источников, то такое разрешение будет получено.

Были спешно задействованы агенты в Мурманской и Архангельских областях, а также в Англии и США. Причем задействованы с риском для их дальнейшей работы. И агенты свое отработали!

Стали поступать разведдонесения в РВМ, многие из которых были занесены в КТВ группы "Норд":

"…Агент "Поной-17" из Архангельска сообщает о концентрации судов и отправке каравана. Дата отправки каравана - 27 августа. В Архангельске ожидают прибытия нового конвоя со дня на день…."

"…Агент "Блиц-14" из Мурманска сообщает, что крейсер "Тускалуза" и шесть эсминцев убывают в море 24 августа 1942 года. В Мурманске ожидают прибытия союзного конвоя со дня на день…"

"…Установлено местонахождение всех авианосцев в Атлантике. Ни один из них в момент выхода конвоя из Мурманска не способен достичь места предстоящего проведения операции и использовать свою авиацию…"

А как же НКВД спросит читатель? Или оно только и способно, что глумиться над Пастернаком и Булгаковым? НКВД работало. Вот что пишет о тех днях сотрудник Мурманского НКВД майор Александр Авраменко в своих мемуарах "Схватка с Абвером в Заполярье":

"… Во время визита американцев, мы сбились с ног! Неприятности и неудачи сыпались как из рога изобилия. Вскрылись факты утери важных документов в штабе Северного флота. Пропал без вести один из офицеров оперативного отдела штаба СФ. Но хуже всего было с вражеской резидентурой. Накануне во время налета немецкой авиации, был выведен из строя один из радиопеленгаторов. А много ли навоюешь с одним аппаратом? Раньше как было - пеленги на передатчик взял, крестик на карте отметил - и оцепляй квартал. А тут один пеленгатор и делай с этим пеленгом что хочешь! Тянется он через весь Мурманск и дальше! То ли он в городе засел, то ли вообще в Кандалакше! Конечно, заявку на новое оборудование мы сделали, но обещали его не раньше чем через две недели, а ловить шпионов требовалось сейчас. А эти самые шпионы как с цепи сорвались - 47 выдохов в эфир за три дня! И все в пустую!

Потом конечно, многих из них выловили, по это было потом, а тогда мы все как по лезвию ножа ходили, ведь кто знает, что эти фашистские сволочи своим передавали? Случись что - ведь с нас первыми спросят, и оправданий, что пеленгатор разбомблен слушать не будут! Носились мы по городу как проклятые…."

Как мы видим из приведенного отрывка, НКВД Мурманской области в тот период, зафиксировал возрастание активность агентов Абвера, но противопоставить ничего не смог. Что касается Архангельской области, то там ситуация усугублялась наличием огромного количества иностранных моряков, перемещения которых местные чекисты были не в состоянии полностью контролировать. Конечно же комендантский час и ужесточение пропускного режима создали определенные трудности для работы шпионов, но полностью остановить ее не могли. Хотя, как уже читатель успел заметить, информация, поступающая в штаб группы "Норд", была хоть и достоверной, но слишком фрагментарной. Да, в Архангельске ожидали прибытия конвоя, но речь шла о конвое из Мурманска, Аналогично, и конвой, отправляющийся из Архангельска, должен был проследовать по Северному Морскому пути.

Но КТВ "Норд" полученную от агентов информацию, стало подгонять под требуемый им результат, под ту ошибочную теорию, которую приняли изначально. Не нужно думать, что немцы были круглыми идиотами. В их ошибке была логика и 100% здравомыслие - если Англия и США хотят, чтобы СССР вел войну против Германии, то они должны регулярно помогать Сталину оружием. Поверить в то, что Черчилль, ради интересов Англии, пожертвовал одним конвоем, в штабе РВМ не могли - они считали разгром PQ-17 победой германского оружия. И это было вполне логично. И поскольку установилась определенная цикличность полярных конвоев, то все фрагменты информации сложились в общую очень логичную, но в корне неверную картину - все указывало на то, что в Мурманск и Архангельск идет очередной союзный конвой.

И на основании собранных донесений, Редер и Геринг произвели очередной доклад Гитлеру. И тот одобрил проведение операции "Вундерланд", с условием того, что будет осуществлена тесная смычка между люфтваффе и кригсмарине. Что же представлял из себя план операции "Вундерланд"?

* * *

Немцы достаточно давно заинтересовались Северным морским путем. Еще в Первую Мировую войну их подводные лодки действовали в Северном Ледовитом океане. По некоторым источникам, сооружение оперативных баз для действий подводных лодок началось еще во времена русско-японской войны, и осуществлялась различными немецкими фирмами, зарегистрированными как норвежские и шведские рыболовные предприятия. После Первой Мировой базы были временно законсервированы, затем, в 20-30-е годы немецкие разведчики и ученые активно участвовали во многих международных арктических экспедициях. 30 декабря 1939 г. и 26 января 1940 г. главком ВМФ Германии Э. Редер докладывал Гитлеру о возможности установления регулярного морского сообщения на Севере между Рейхом и Японией. Немало новой информации было получено при плавании вспомогательного крейсера "Комет" в 1940 году по Северному морскому пути. Были получены достоверные и достаточно точные данные о состоянии Северного морского пути и объектах его инфраструктуры, на основании этих данных германское командование допускало наличие там очень оживленного судоходства и даже допускало вероятность существования пункта разгрузки союзных караванов в Амдерме.

Всю весну и начало лета 1942 г. "карманные линкоры" на Севере явно маялись бездельем и руководству Кригсмарине неоднократно приходилось отклонять различные прожекты командиров крейсеров. Предлагалось направить их корабли в атлантические порты Франции, откуда можно было бы возобновить рейды на союзные океанские коммуникации и т.д. В принципе, штаб РВМ не возражал против рейда в Южную Атлантику, однако прорыв туда с точки зрения оптимальных погодных условий и продолжительности светового дня не мог быть предпринят ранее середины ноября. Кроме того, атака К-21, совершенная Луниным в июле 1943 года, во время проводки конвоя PQ-17, всерьез и надолго подрезала крылья "Лютцову" - из-за попадания советской торпеды "Лютцову" требовалась замена как минимум половины из восьми главных дизель-генераторов, что не представлялось возможным ранее марта 1943 года. "Шееру" подобные работы слава богу не требовались - только шестинедельное техобслуживание, но в ожидании окончания ремонта торпедированного "Лютцова", его можно было приобщить к участию в какой-нибудь непродолжительной акции в северных водах.

План операции начали разрабатываться еще в феврале 1942 года. Командование группы ВМС "Норд" взялось за него с оптимизмом, однако непосредственно руководивший действиями флота в Заполярье "Адмирал Арктики" адмирал Губерт Шмундт сразу высказал большие сомнения в жизнеспособности плана из-за отсутствия данных разведки коммуникаций, а главное, информации о погодных и ледовых условиях. Для обеспечения сбора информации, была организована целая сеть автоматических метеостанций, а также регулярная воздушная и подводная разведка региона. На начальном этапе планировалось создать из "Лютцова" и "Шеера" тактическую группу, которая могла бы при наличии подходящих условий атаковать караван выходящий из Архангельска, а затем присоединиться к группе "Тирпиц"-"Хиппер" и атаковать конвой идущий в Россию. Но атака Лунина, временно вывела "Лютцов" из строя, и командованию группы "Норд" пришлось вносить корректуру в первоначальные разработки. Окончательный план операции был представлен командующим группой ВМС "Норд" адмиралом Рольфом Карльсом в штаб РВМ 1 июля.

В ходе разработки немцы пришли к выводу, что основные затруднения возникнут не в результате противодействия советского флота, а из-за погодных условий. Вкупе с ними у противника появлялся шанс проскочить мимо немецких надводных кораблей, и который при определенных условиях мог бы привести даже к уничтожению немецких подводных лодок, которыми в условиях нелетной погоды могли спокойно заняться корабли эскорта. Таким образом, основами успеха должны были стать точная и всесторонняя разведка, а также максимальная скрытность и скоординированность всех участников операции. Выход из строя "Лютцова" решили компенсировать постановкой минного заграждения, перегораживающего выход из Белого моря. Снаружи этого заграждения, должны были дежурить немецкие ПЛ. Их задача была простой - спровоцировать эскорт конвоя на активные действия, и заманить тем самым на минное поле. Согласно расчетов адмирала Карльса - половина эсминцев эскорта выйдет из строя сразу, а другая половина будет легко расстреляна "Адмиралом Шеером", так как будет лишена возможности активно маневрировать на минном поле. После этого, "Шеер" и немецкие ПЛ проходят через фарватеры в минном заграждении и расправляются и с судами конвоя, и остатками эскорта. Далее ПЛ становятся в засаду в ожидании конвоя идущего в Архангельск, а "Шеер" начинает рейд по Северному морскому пути и уничтожает всю советскую инфраструктуру от Диксона до Чукотки.

Одновременно с действиями "Шеера", в море выходит группа из "Тирпица", "Хиппера" и эсминцев. Их задача - обнаружить идущий в СССР конвой и отсечь этому конвою пути отступления на запад. Далее один из тяжелых кораблей вместе с эсминцами оттягивает на себя силы эскорта, а второй - разбирается с торговыми судами. Если на пути группы встречается крейсерское прикрытие конвоя, то группа сообща разбирается с ней, продолжая двигаться в сторону конвоя. Выбора у нее не будет, так как крейсерам придется защищать подопечные транспорты любой ценой. В сочетании с ударами люфтваффе и подводных лодок у эскорта не остается никаких шансов на выживание. Те, кто попытаются проскочить в Мурманск, будут атакованы Ю-87, те, кто проследует в Архангельск - пикировщиками Ю-88, торпедоносцами Хе-111, и … наткнуться на минное поле, возле которого будут дежурить германские ПЛ.

Помимо прочего, командиру "Шеера", капитану 1 ранга Вильгельму Меендсен-Болькену предписывалось разрушать сооружения полярных портов по всему пути проведения операции. По расчетам немецких штабистов это могло парализовать движение по СМП на несколько навигаций. Уверенность КТВ группы "Норд" подкреплялась полученным в начале месяца из Токио сообщением, что 1-го числа Берингов пролив в западном направлении прошел конвой в составе 4 ледоколов и 19 торговых судов. По германским оценкам караван должен был подойти к проливу Вилькицкого (соединяет Карское море и море Лаптевых) 22 августа. Однако гладко только на бумаге - реально конвой достиг этой точки лишь 22 сентября. Если бы срок прибытия был более менее выдержан, то у немецкой стороны появлялись шансы на серьезный успех - в состав каравана, носившего название "ЭОН-18" (Экспедиция особого назначения) кроме 2 ледоколов и 6 транспортов входили переводившиеся на Север из состава Тихоокеанского флота лидер "Баку", эсминцы "Разумный" и "Разъяренный". В силу ряда особенностей мероприятий, которые осуществлялись на кораблях при подготовке к плаванию во льдах, а также неизбежных ледовых повреждений, боеспособность эскадренных миноносцев значительно снижалась, и они вполне могли стать легкой добычей артиллерии "карманного" линкора.

Внимательный читатель, прочитав план операции "Вундерланд", наверняка тут же задаст справедливый вопрос - море - это ведь не пешеходный переход через дорогу - на основании каких данных или расчетов немцы решили выставить минное заграждение на пути конвоев? Ведь большое минное заграждение, перегораживающее большой участок моря, скрытно не выставишь! Скрытно можно выставить мины только на небольшом участке. Да и плотность минного заграждения - ведь для того, чтобы оно стало непроходимым, мины нужно ставить достаточно плотно, и в несколько рядов. И желательно сразу, в один заход, иначе теряется элемент внезапности! Совершенно справедливый вопрос! Действительно, для того, чтобы ставить мины на пути конвоя, нужно заранее знать путь этого конвоя. Факт того, что немцы отправили минный заградитель для выполнения данной задачи, говорит о том, что у них имелась подобная информация. Откуда? От кого? Попробуем рассмотреть все версии, исходя из того, что немцы не были идиотами, и сведения которые они получили были из серьезного источника.

Начнем с рассмотрения классического вопроса - "кому выгодно?" Кто мог спровоцировать немцев на активные действия? Сталин? Отпадает - ибо Сталин был заинтересован в том, чтобы визит американцев прошел без происшествий - это дало бы возможность возобновить полярные конвои в СССР. Рузвельт? Тоже отпадает - ибо Рузвельту требовалось расширить участие США в вопросах европейской политики, американцы планировали отодвинуть англичан, и безопасный поход "Тускалузы" в СССР и обратно, был бы доказательством неправоты Англии в вопросе полярных конвоев. Кто остается? Остается только Черчилль. И ему действительно абсолютно невыгодно успешное завершение американской миссии. Черчилль не возражает против поставок вооружения в Россию через Персию, но против их поставок через северные порты. Странно? Только на первый взгляд! И дело не в том, что у англичан не хватает кораблей для охраны конвоев в Россию - американцы вполне готовы выделить свои корабли для обеспечения эскорта. Черчилля пугает вопрос того, что наладив трассу Рейкявик-Архангельск, президент США "забьет болт" на Англию как на союзника. Не до конца, но забьет! Ведь на систему конвоев через Атлантику можно посмотреть и с другой стороны! Да, сейчас много спорят о ленд-лизе и его роли в победе СССР в Великой Отечественной войне. Но все спорщики забывают о том, что полсотни полярных конвоев - капля в море по сравнению с числом конвоев в Англию. Представьте себе остров с населением в полсотни миллионов человек, который полностью зависит от поставок извне. Этакий Мега-Ленинград в морской блокаде. Нет, не подумайте, население в Англии не голодало, подобно жителям Ленинграда, такого даже и близко не было, но было другое. Нормы потребления продуктов были жестко ограничены (по английским меркам). Представьте себе, что они из-за срыва морских перевозок начинают уменьшаться. Что начнет происходить? Рост недовольства населения, в первую очередь правительством, затем войной, затем политическим строем. До пролетарской революции конечно далеко, но даже серьезный политический кризис и отставка правительства отразиться на странах, входящих в состав Британской империи. Многие из них начнут искать нового вождя, и такой вождь рядом - это США, которые готовы всем помочь, не смотря на потерю флота в Перл-Харборе.

Естественно, что при таком раскладе, Черчилль панически боялся расширения взаимоотношений между СССР и США без его посредничества. Поэтому и очень настаивал на том, чтобы военные поставки осуществлялись через Иран. И в этом был еще один скрытый резон. Ситуацию тогда, можно было сравнить с ситуацией сегодня в экспорте российского газа в Европу, точнее сказать с позицией Украины в данном вопросе. Украина сидит на трубе, и может шантажировать Россию тем, что эту трубу перекроет. Англия сидела на "трубе" поставок вооружения в СССР и могла шантажировать и СССР и США тем, что эта труба может быть перекрыта. Но в версии с Черчиллем есть один очень сложный момент. При всем уважении к британской разведке, такую операцию организовать очень сложно - ведь речь идет об оперативной, даже экстренной утечке "информации", которая должна подтолкнуть Германию к определенным действиям. Возможно, здесь была задействована и знаменитая "Ультра", а возможно, здесь был использован находящийся в Англии Гесс. Но материалы по Гессу засекречены еще на 50 лет, а материалы по подобной операции, если таковая проводилась Британией, тоже вряд ли в ближайшие 50 лет будут преданы огласке. Но игра на высшем уровне слишком сложна и требует большого времени, поэтому хотя версию причастности Черчилля и нельзя окончательно сбрасывать со счетов, все же она не настолько реалистична, как вторая версия.

Второй версией является вариант банальной ошибки спецслужб Англии или СССР. Причем речь идет о провале операции "районного масштаба". Примерный сценарий таков - предположим, что Управление НКВД города Архангельска (или английское подразделение контрразведки города Ливерпуля) проводит рядовую операцию по ловле рядового резидента. В качестве приманки используется капитан одного из торговых судов конвоя. Стандартная схема - пьяный капитан в ресторане, у которого из каждого кармана торчат карты минных полей, маршрутов конвоев и так далее и так далее. Вокруг капитана судна толкутся агенты-наблюдатели. Но шпиен на капитана не клюет. Точнее сказать клюет, но находит способ переснять всю информацию так, что никто из сотрудников контрразведки этого не замечает. Или завладевает документами, но отрывается от погони. Отрывается благодаря прохлопу агентов, которые его пасут. Банальная ситуация. Типичная ситуация. Шпион не пойман, и докладывать наверх нечего, выражаясь казенным языком: "Профилактическое плановое мероприятие результатов не дало." Что делают с материалами по операции? Либо зашьют в дело, либо вообще уничтожат за ненадобностью. Естественно, что после окончания войны об этом эпизоде никто и не вспомнит. Все будут писать про ночные погони на крышах зданий, про яд в ампулах, про стрельбу, плащи и кинжалы. Но материалы то попали к противнику! И не просто попали, - агент слил информацию в центр! А в центре знают, что источник достоверный, и другие источники косвенно подтверждают полученную информацию. И начинают в центре подгонять сведения под результат, который спустили сверху. Нужен конвой? Вот вам конвой! И даже ордер нарисован! И маршрут с координатами точек поворота! Вполне вероятно и то, что карты могли быть подлинными - например, с разгромленного конвоя PQ-17 и попали к кому-то из агентов случайно, и этот агент в силу своей некомпетентности до конца не разобрался, что передает в центр "схему Куликовской битвы". Так или иначе, но германское командование получило сведения из какого-то источника и приняло их на веру. А, приняв на веру, сделало выводы и приняло решение начать операцию "Вундерланд" и выставить минное заграждение. Немецкие корабли, сосредоточенные во фьордах Норвегии, стали поднимать якоря и выходить в море. Подводные лодки, находящиеся в море, стали перемещаться в заданные районы.

Операция "Вундерланд" началась!

* * *

24 августа в 07.00 все грузы, доставленные американским соединением, оказались на берегу. На борт крейсера поднялись около 240 британских и американских военных и гражданских моряков. Эсминцы "Эммонс", "Родмен" и 3 британских эсминца забрали еще около 300 пассажиров. На эсминцах также разместились 4 русских дипломата. В 07.49 в то же утро американские корабли в сопровождении трех русских эсминцев, двинулись к выходу из Кольского залива.

Командира "Тускалузы" - Джиллета ничуть не огорчило, что русские отказались от госпиталя, который англичане доставили в Мурманск. Сам Рузвельт, говорил ему, что такое может произойти. И дело не в личных амбициях русских, а в большой политике. Ведь что такое госпиталь? Госпиталь - это тыловое учреждение, вдали от линии фронта. Что такое госпиталь плюс военная миссия? Это, по своей сути - военная база. Военная база иностранного государства. Какие государства разрешают размещать на своей территории иностранные базы? Те, которых не спрашивают - колонизированные или оккупированные. Чем колонизированное государство отличается от оккупированного? Только сроками - колонизация - это та же оккупация, только прошедшая давно, хотя бы несколько лет назад. Отказавшись от английского госпиталя - Сталин показал Рузвельту и Черчиллю, что СССР - независимое государство. И это был очень хороший щелчок по носу Черчиллю, о котором Ник Джиллет лично собирался доложить президенту по возвращении.

Очень Джиллета обрадовало то, что русские разрешили его кораблям принять участие в поддержке русского десанта, перед самым уходом соединения.

Конечно, это далеко не второй фронт, но… Одно дело сражаться с люфтваффе и субмаринами Рейха, а другое дело - пострелять по немецкой пехоте! Совершенно неважно, сколько егерей Дитля убьют снаряды его "Тускалузы"! Важен сам факт! Политическая веха! Американские снаряды крушат немецкие окопы! Пусть Черчилль утрется! Пара сотен снарядов вызовет огромный резонанс в американской прессе - сразу возрастет популярность американских военных займов, увеличится приток добровольцев в армию и на флот, колеблющиеся нейтральные государства вступят в антигитлеровскую коалицию - ведь если американские снаряды рвутся в немецких окопах - значит, Америка вступила в войну в Европе! К удивлению Джиллета, хаотичность и кажущая безсистемность и безалаберность поведения русских, которую он заметил на берегу, напрочь отсутствовала на инструктаже командиров кораблей, участвующих в высадке и поддержке десанта. Все были собраны и сосредоточены. Десантную партию возглавлял один из русских младших офицеров по фамилии Леонов ( Джиллет заблуждается - дважды Герой Советского Союза Виктор Николаевич Леонов звание младшего лейтенанта получил только в декабре 1942 года. - прим. авт.). По мнению лично самого Джиллета, основанного на изучении английского опыта - тактический десант - занятие для самоубийц. Из тактических десантов, практически никто не возвращается. Ник мысленно пожелал русскому офицеру Леонову удачи, и понял, что от его артиллеристов потребуется исключительная меткость, ибо в Америке не поймут, если узнают, что снаряды американского крейсера вместо немецких окопов мешали действию русского десанта. Нужно заметить, что участие в данной операции, оставило очень яркие воспоминания у командира "Тускалузы", и он отразил его в своих мемуарах "Арктический вояж":

"…Несколько огорчила плохая видимость - снимки ведущей огонь "Тускалузы" вышли недостаточно художественными, но худа без добра не бывает - люфтваффе либо спало, либо пило свой шнапс по причине нелетной погоды. А я знал, что уже сегодняшние американские газеты уже будут пестреть заголовками: "Огонь американских орудий по Германии!" , "Вначале снаряды, а скоро и пехота!". Неплохо получилось! Осталось благополучно вернуться домой, а Черчилль будет унижен окончательно со своими детскими страшилками про "люфтваффе" и "тирпиц". Мы стреляли по немецким окопам! И где это люфтваффе? Где этот "тирпиц"? Нет никого!

Мимо нас прошли русские сторожевики и катера с десантом. Я был несколько удивлен тем, что русские применяют обычные корабли вместо специализированных, но присутствовавший на борту "Тускалузы" капитан 1 ранга Свиридов, объяснил мне, что тактика и методы высадки десанта неоднократно опробованы и отработаны на практике. И я стал наблюдать.

Вначале один из русских катеров поставил дымовую завесы вдоль берега, а затем туда устремились русские корабли, палубы которых чернели от десантников. Я считал это форменным самоубийством, но русский офицер уверил меня, что у многих из тех, кто участвовал в операции, это уже не первый десант, многие участвовали в трех-пяти. Немецкий огонь по десантным кораблям был очень слабым - и в этом была заслуга и американских кораблей. Все подробности увиденного в Мурманске я затем изложил в отчете для президента и сената США. Забегая вперед, скажу, что моя встреча с этим русским десантником Леоновым не была последней, нам довелось встретиться вновь, но уже в 1945 году, и не на севере, а на Тихом океане, на территории Кореи, в одном из захватываемых портов.

К сожалению, нам пора было возвращаться домой, хотя если честно , то у меня было очень сильное желание поучаствовать еще в одной поддержке десанта или какой-нибудь операции в арктических водах. Но на мне лежала ответственность - благополучно завершить начатую миссию - доказать лукавство английских политиков в вопросе полярных конвоев в Россию…"

* * *

Несколько ранее, перед выходом в море, состоялась следующая сцена, которую очень ярко описал командир эсминца "Урицкий" капитан 3 ранга Кручинин В.В. в своих мемуарах "На страже Арктики":

"…Я не любил особый отдел, и предстоящий вызов меня не обрадовал, то, что вместе со мной вызвали и командиров "Гремящего" и "Сокрушительного" - несколько успокаивало - значит, какой-то инструктаж перед выходом в море, а не разборка очередного доноса, напечатанного какой-нибудь тыловой крысой.

Но особый отдел умел выбивать почву из-под ног! Главкома Кузнецова, командир я узнал сразу, узнал сразу и второго человека в очках. Ох! За их спиной, словно бы открылся киноэкран, через который замаячил Магадан. Хотя какой Магадан? Не слишком ли много чести, для трех командиров эсминцев? Чтобы сам Лаврентий Павлович…

- Товарищем Сталиным на ВАС возложена особая миссия, - начал с ходу, человек в очках, чья известность превосходила иногда известность товарища Сталина, - ВЫ должны обеспечить безопасность американских кораблей любой ценой. История "Эдинбурга" не должна повториться!

- Задача ясна? - продублировал слова Лаврентия Павловича, Кузнецов, - Ответственность ясна?

- Так точно!- ответили мы хором.

- Свободны!

Прохладный, промозглый северный воздух пьянил…

- Как будто под атакой "Юнкерсов" побывал… - закуривая папиросу, устало вымолвил командир "Сокрушительного" кап три Мишка Курилех.

- Что "юнкерсов"? "Кондоров"!- усмехнулся командир "Гремящего" Антон Гурин.

Только как эту безопасность обеспечить? Закрыть "Тускалузу" от немецкой торпеды? И что вообще взбредет в голову этому эксцентричному американцу? И почему такая суета вокруг этих американцев? Неужели на крейсере тайно прибыл сам Рузвельт? Тогда я еще не знал, как оно все обернется в этом походе. И именно после этого похода, я поверил во всесильность марксистско-ленинского учения. Ну откуда товарищ Сталин, сидя там, в Москве, мог знать, что все так обернется? И не просто знать, а прислать самого Лаврентия Павловича, чтобы тот предостерег нас от халатности? …"

* * *

Итак, "Тускалуза" и семь эсминцев - два американских, три русских и два английских, начала движение на север. Факт этот был естественно зафиксирован немецкой разведкой и доложен командованию группы "Норд", которое восприняло эту информацию с чувством глубокого облегчения - раз вышли в море корабли прикрытия, значит, появятся и транспорты с эскортом. Разведэскадрильи люфтваффе начали прочесывать океан, пытаясь высмотреть среди полос тумана кильватерные следы кораблей и судов конвоя.

Между тем, никто на кораблях соединения под временным командованием капитана 1 ранга Джеллита, даже не догадывался, какая большая игра была начата противником, и какие большие силы были в этой игре задействованы. Тяжелый крейсер "Тускалуза", окруженный семью эсминцами трех государств, участников антигитлеровской коалиции, несся двадцатиузловым ходом в направлении острова Медвежий. Там, согласно договоренности, три русских эсминца покинут их дружную компанию, и вернутся в свою базу. В своих мемуарах, книге "Арктический вояж", Джеллит вспоминает:

"В нашем походе было что-то величественное. Можно было на время забыть о политике и большой грязи, которая эту политику окружает. Рядом со мной шли просто моряки, моряки военного флота. Семь эсминцев трех великих держав окружало "Тускалузу", семь эсминцев во главе с крейсером под американским флагом! Должен признаться, что я нервничал во время этого похода. Больше всего меня беспокоила безопасность русских эсминцев, которым потом придется возвращаться и проходить через сферу действия люфтваффе. Мой президент мне дал четкие инструкции - не ставить русских под удар для обеспечения нашей безопасности, о чем я прямо и заявил их адмиралу Головко. Но тот был непреклонен, заявив, что его президент - Сталин, тоже дал ему, как командующему флотом, четкие инструкции - обеспечить безопасность американских кораблей в советской зоне ответственности. И что он, намерен выполнять эти инструкции. Мне было понятно, что русский адмирал, был поставлен в такие же условия что и я, и что он человек подневольный. Но все же! Если с русскими кораблями… Хотя… хотя это еще один щелчок Черчилля по носу! Головко имел инструкции обеспечить безопасность именно американской миссии! Англичане в этом вопросе никак не рассматривались, словно бы их и не было. Понятное дело, что Сталин, вряд ли под этим подразумевал экипажи тех английских эсминцев, что шли рядом с "Тускалузой", речь шла о его неприязни к британскому руководству. Но получалось так, что тень от всех этих политических игр, падала и на граждан соответствующих государств.

Впрочем, а только ли тень? У меня начала складываться мнение, что нации и народы являются копиями своих вождей. И это мнение подтверждалась фактами. Наци - копировали во всем своего нацистского вождя - Гитлера. Русские, так же как и их вождь Сталин, фанатично верили в свое марксистское учение. Англичане… Англичане во всем стали подражать своему Черчиллю, нарушив сложившуюся идиллию. И не какие-то абстрактные англичане, а конкретные - через несколько часов следования на север, с английского эсминца "Онслоу" замигал ратьер. Флагман 17-го дивизиона британских эсминцев извещал меня, что у него имеется срочное приказание от командования, и он и его эсминцы вынуждены покинуть мое соединение, для выполнения особо важной миссии. Вот так номер! А в русском порту этого нельзя было сообщить? Что за тайны мадридского двора? Ну и зонтик от смога вам в руки, господа английские лорды! Много чести! Да, мы для вас, нации мореплавателей, нация банкиров, но ведь учиться чему-то новому никогда не поздно, и никогда не стыдно! Тем более, что от русских за эти пару суток я почерпнул не меньше, чем от англичан за полгода сотрудничества. Попутного ветра! Спешите на свою тайную миссию!

Конечно, вслух я ничего такого не произнес, да и задачи меня волновали поважнее - уход трех английских эсминцев, требовал срочного изменения походного ордера. Немного подумав, я рассудил, что будет правильнее, если "Эммонс" и "Родман" будут следовать впереди - на левом и правом крамболах, русский "Сокрушительный" и русский "Гремящий" - на левом и правом траверзах, и русский "Урицкий" на кормовых углах с левого борта (именно с левого борта могли по моему мнению появится самолеты люфтваффе, если туман, через который мы шли, рассеется). При таком построении, в точке возвращения русских кораблей не нужно будит производить сложных перестроений - русские просто развернуться на 180 градусов и проследуют обратно в свою базу. Совершив перестроение, я стал думать, над загадочным и спешным уходом английских эсминцев. Туман на море чередовался полосами из-за перемешивания теплого воздуха с Атлантики и холодного с Арктики. Временами встречались разрывы в облачности. Я знал, что севернее острова Медвежий облачности и тумана почти нет, по крайне мере не было по последней метеосводке. По предварительному замыслу, я надеялся достичь этой границы между хорошей погодой и плохой и двигаться по ее краю.

Должен также заметить, что в то время, у наших военных не было точных сведений об уровне развития немецкой радиотехники, и мы считали, что она примерно соответствует нашей. Именно исходя из этих соображений, я принял решение не пользоваться радарами во время перехода, так как их излучение можно запеленговать и установить местонахождение кораблей под моим командованием, а установив - подготовить совместный удар авиации подводных лодок. Кто-то спросит, а как же туман? Ведь существует опасность столкновения в тумане! Да, существует, но ее вероятность обратно пропорциональна подготовке моряков. В профессионализме моряков "Родмана" и "Эммонса" я убедился еще во время перехода в Россию, что же касается русских - то по моему мнению, они ни в чем не уступали нашим морякам - все мои команды выполнялись очень четко и быстро, также четко выдерживалось место в походном ордере. А раз моряки подготовлены, то зачем радар? Беду накликать? Пусть англичане гоняются за своими тайнами! Да, мысль о странной миссии англичан, хотя я и пытался выбросить ее из головы, не покидала меня почти до самой точки, где советский эскорт должен был нас покинуть. Забегая вперед, должен сказать, что тайны англичан - это тайны англичан, и раскрывают они их неохотно. Некоторые детали я узнал уже в Нью-Йорке, но только некоторые - все подробности этой странной миссии, или почти все, я узнал только через сорок лет после окончания событий!

Итак, чем же занимались, моряки с эсминцев туманного Альбиона, пока мы и русские отрабатывали слаженность маневров при следовании назначенным ордером?

Будет наверное правильным, если я изложу эту историю полностью, а не фрагментами. Впервые, в открытой литературе завесу тайны в этой миссии 17-го дивизиона эсминцев ЕВ в 1977 году приоткрыл бывший британский разведчик Патрик Бизли. В своей работе "Разведка особого назначения" он прямо напишет: "В августе 1942 года, когда из Мурманска возвращались несколько наших эсминцев, …из дешифровок стало известно, что вблизи острова Медвежий находится немецкий минный заградитель "Ульм"… Адмиралтейство приказало эсминцам, изменив курс на 225, прочесать указанный район, следуя строем фронта с дистанцией в 10 миль между кораблями. Приказ был отдан без пояснений, но командирам сообщили, что никаких союзных судов в данном районе не будет… Экипажи не поверили глазам, когда через 5 часов после получения радиограммы Адмиралтейства внезапно увидели в арктических водах одинокий "Ульм" и потопили его".

Историки долгое время не имели доступа к архивам британских спецслужб. По действующим в Англии законам, архивы оставались закрытыми в течение тридцати лет, те кто думают, что британцы раскрыли все тайны - заблуждаются. Раскрыто далеко не все. Понятно, что вероятнее всего в перехвате "Ульма" роковую роль сыграла британская служба радиоразведки, хотя не исключена и возможность предательства, или игры обычных спецслужб. Я буду исходить из версии радиоразведки, хотя и она многие моменты не объясняет. Совершенно непонятно, на каком именно этапе передачи приказаний от разработчиков к исполнителям операции "Царь" произошла утечка информации, приведшая в конечном итоге к перехвату "Ульма"? Для того, чтобы хоть как-то попытаться ответить на него, необходимо рассмотреть структуру командных инстанций Кригсмарине на северном ТВД, их функции, порядок взаимодействия, а также используемые ими системы и каналы связи. Организация командования германскими военно-морскими силами в целом, и на северном морском театре в частности, в течение войны не только оставалась весьма громоздкой и малопонятной, но и довольно часто претерпевала изменения. Никто из американских специалистов в этой структуре так и не смог разобраться. Лично я считаю, что структура этого командования гораздо запутанней структуры каких-нибудь аферистов, отмывающих деньги от продажи наркотиков, и прячущих их от уплаты налогов. Что мы имеем? Оперативное командование надводными кораблями и подводными лодками на Севере было возложено на штаб военно-морской группы "Норд" (командующий - генерал-адмирал Рольф Карлс), располагавшийся в Киле, что довольно-таки далеко от места событий. Непосредственное руководство операциями в полярных водах было поручено так называемому "Адмиралу Арктики" (адмирал Губерт Шмундт, с августа 1942 года - вице-адмирал Август Тиле). Его штаб размещался в Нарвике на борту штабного корабля "Танга". Кроме того, в Норвегии находился командующий надводным флотом (генерал-адмирал Отто Шнивинд), который летом 1942 года размещался на борту линкора "Тирпиц". Он осуществлял тактическое командование крупными надводными кораблями и в оперативном отношении подчинялся командованию группы "Норд". Возникает вопрос, а что делал тогда "Адмирал Арктики"? Или о его функциях говорят не все? Еще тридцать лет ожидания до открытия новой тайны? Но, продолжим! В Нарвике так же располагался командующий крейсерским соединением вице-адмирал Оскар Кумметц. Имелись в Норвегии и другие командные инстанции, иногда с весьма экзотическими названиями, в переплетении которых порой нелегко разобраться - "Адмиралы побережий", командиры и капитаны портов, командиры различных флотилий и подразделений береговой обороны, а также частей морской авиации.

Связь между различными морскими штабами была организована с помощью телетайпных и телефонных линий, проложенных в тундре на сотни километров, к которым, как немцы наивно надеялись, противник не имел доступа. Однако, поскольку охранять проложенные в тундре линии связи по всей протяженности они физически не были способны (такое могли осуществить только русские - лично видел в Полярном и Североморске - решение очень простое и оригинальное! ( признаюсь честно, эту идею я беззастенчиво украл и запатентовал в США после войны.)), шведские разведслужбы нашли возможность подключиться к ним и черпать оттуда важнейшую информацию о намерениях Вермахта, ВВС и ВМС. Эта информация, получаемая англичанами через атташе Денхема, оценивалась как "исключительно важная". Тут у меня возникает еще один вопрос, как у представителя "нации банкиров". Половина железной руды, потреблявшейся нацистами в годы Второй мировой войны - шведская. Соответственно есть сомнения и в честности англичан, и в честности шведов, и в честности немцев. Больше смахивает на какой-то заговор сталелитейных предприятий Европы с целью получения сверхприбыли на мировой войне. И нити заговора тянутся к королевским семьям Англии, Швеции и Норвегии. Конечно, и Америка сотрудничала с определенными нацистскими кругами в годы войны, но… Ирландская кровь во мне говорит - не верь англичанам! А еврейская кровь говорит - там, где большие деньги, там и зло! В США, еще в 1942 году разрабатывались планы десанта в Норвегию, с последующей оккупацией Швеции. Эти планы похоронил Черчилль. Черчилль не хотел победы над нацизмом? Ведь можно было победить Германию еще в 1942-1943 году, лишив ее шведской руды для производства субмарин, танков, пушек и снарядов! Но вернемся к странным немцам. Все нюансы разработки планов операций в недрах Кригсмарине проследить невозможно. По английским данным при согласовании плана операции "Россельшпрунг" адмирал Карлс лично излагал своим подчиненным Шнивинду и Шмундту подробности разработки плана его штабом, а уже потом штаб РВМ одобрил рекомендации группы "Норд" и детализированные предложения командующего флотом. Шнивинд и Карльс обсуждали подробности операции по "Бодо", подобным же образом общались Нарвик и Киль.

В то же время со штабом РВМ Карльс связывался по телефону - на территории Рейха не приходилось опасаться подключения противника к каналам связи. Главнокомандующий ВМС гросс-адмирал Эрих Редер вел переговоры с Килем по радио, не пренебрегая в ряде случаев и телефоном. По радио же были переданы и зашифрованные сведения об издании приказов для германских линкоров, а потом уже и сами приказы из Киля! Ну и, конечно, для быстроты передачи оперативной информации об обстановке штабам Шмундта, Шнивинда, Куммеца, Руководству войной на море (РВМ - кстати, еще одна странная организация!) и штабу 5-го воздушного флота Карлс также использовал радио. Не говоря уже о посылке радиограммы Шнивинду с приказом о выходе и маршрутом следования. Таким образом, немцы использовали эфир довольно активно, забывая об осторожности, хотя при этом находила свое применение и телефонная, и телетайпная связь. Как человек военный, скажу, что так не бывает! Слишком все запутанно и нежизнеспособно! Где военное единообразие? Где пресловутый немецкий педантизм? Мне кажется, что все эти структуры, какая-то странная ширма для чего-то другого. Бизли уверяет, что подобные увязки и согласования требовали усиленной эксплуатации различных каналов связи, давая англичанам возможность проникнуть в замыслы немецкого руководства. Правда, Бизли как-то не акцентирует внимания на дешифровке радиограмм при переговорах высших германских морских инстанций, фиксируя лишь факты перехвата этих переговоров. Столь же легко англичане перехватывали и радиопереговоры между германскими кораблями, находящимися в Вест- и Альтен-фьордах. Разумеется, перед выходом в море сами корабли соблюдали радиомолчание, но зато им потоком шли инструкции и информация от береговых органов командования.

Без особых усилий англичане перехватывали, к примеру, сообщения с германских эсминцев, сопровождавших линкор "Тирпиц" в сентябре 42-го или "Шарнхорст" в декабре 43-го. Сообщения от соединений, находившихся в море, расшифровывались на удивление быстро: в Нарвик - за 1 час, в штаб группы "Норд" - за 2 часа, в штаб РВМ - за 3-4 часа (правда, это уже в сентябре 1943 года). Радиограммы командования германскими подводными силами на Севере разгадывались всего через 3 часа после перехвата, а радиограммы немецких самолетов - немедленно! Перехватывались и дешифровывались даже такие "мелочи", как приказ моторному тральщику "R121" о следовании к "Шарнхорсту" для доставки контр-адмирала Бея или сторожевому кораблю "V5903" о выходе в море. Сразу же возникает вопрос - если англичане такие всемогущие, то почему был распущен конвой PQ-17? Ведь получается, что им было известно, что на момент когда отдавался приказ о роспуске конвоя, никакой немецкой эскадры в море не было! "Тирпиц" вышел в море только через сутки после того, как дальнее и ближнее прикрытие конвоя повернуло обратно в Исландию! Остается только удивляться, прозорливости нашего президента Рузвельта, который сразу же понял, что "бывший военный моряк" ведет нечестную игру, и пытается обмануть Америку. Бизли пишет, что зачастую радиоперехваты из Северной Норвегии были очень ненадежными, но для нас важно отметить, что англичане всю войну продолжали читать шифр "Гидра" - то есть знали о действиях немецкого флота абсолютно все, хотя иногда возникали некоторые перерывы из-за сложности разгадывания новых шифртаблиц. Тот же Бизли особо подчеркивает тот факт, что этим шифром пользовались в прибрежных водах патрульные корабли и тральщики, сопровождавшие подводные лодки при выходе в море и межбазовых переходах, то есть и их сообщения читались регулярно - в Лондоне знали даже такие мелочи, как у кого из матросов Кригсмарине дизентерия, а у кого родила невеста. Из передач, ведущихся при помощи "Гидры" малыми боевыми единицами, англичане черпали информацию о планах по использованию крупных надводных кораблей.

Из вышесказанного можно сделать некоторые выводы о причинах провала операции "Царь". Есть основания считать, что все подробности плана операции, вероятно, были стать известны англичанам или от шведов или из переговоров между Килем и Нарвиком, осуществлявшихся по кабельным линиям связи. Косвенное подтверждение такой версии имеется в работе М. Йокипии "Финляндия на пути к войне". Финский автор сообщает, что шведская разведка раскрыла германские шифры, и "дипломатические и военные сведения читались подобно открытой книге". Но тут же возникает вопрос - а откуда об раскрытии шифров шведами узнали финны? Или заявления некоторых историков о том, что с 1938 года существовала ось Лондон-Париж-Хельсинки - является верным?

В итоге, можно прийти к выводу, что британская радиоразведка могла получить сведения о начале операции из различных многочисленных источников. Во-первых, в процессе разработки самой операции многочисленными инстанциями, во-вторых, заградитель при выходе в море сопровождали эсминцы; в-третьих, перед выходом тральщики протраливали фарватеры; в-четвертых, подводным лодкам передавался приказ о ретрансляции сообщений "Ульма". Все перехваченные переговоры уверенно расшифровывались в Блечли-Парке и передавались в ОРЦ ВМФ.

Конечно, нельзя недооценивать значение других видов разведки, особенно агентурной. И естественно, что сведения о возможностях британской агентуры в Норвегии абсолютно разноречивы (многие из агентов продолжали использоваться уже после войны и о них нигде и никогда англичане не упоминали). Бизли в своем труде отмечает слабость норвежской агентуры в начале 1942 года, ее нечеткую организацию и недостаток технических средств, что, вроде бы, компенсировалось докладами с британских субмарин, действовавших у норвежского побережья. Правда, он же признает, что позднее "норвежская агентура скажет свое слово" (Англичане лукавят. Норвежское подполье обладало достаточно большими возможностями. Другой вопрос, что не все его участники хотели сотрудничать с англичанами, и предпочитали советскую разведку. Так именно норвежские подпольщики, имеющие контакты с советской разведкой, узнают по личному заданию Л.П.Берии, что баржу с полярниками 17 августа 1942 потопила подводная лодка U-209, под командованием капитан-летенанта Брода, что в дальнейшем напрямую отразиться на судьбе экипажа лодки - ее внесут в "черный список", и после потопления лодки у берегов Канады, никто не будет заниматься спасением фашистских палачей. - прим. авт. Подробнее об этом эпизоде будет рассказано ниже.) . потопившую баржу с полярниками. Д. Ирвинг отмечает, что в районе Альтен-фьорда союзники располагали "очень надежным источником". Самое странное в этом вопросе то, что немецкий адмирал Шмундт также утверждал, что "на основании предшествующего опыта, необходимо предположить, что о передвижении наших военных кораблей постоянно доносили радиофицированные агенты противника". Почему странно?

Потому, что Бизли, рассказав о всемогуществе британской разведки, знавшей каждый чих каждого нацистского матроса, тут же пишет ересь о том, что "несмотря на хорошую информированность британских спецслужб о намерениях противника, перехват "Ульма" по большому счету можно считать действительно случайным. Не окажись в это время в Мурманске группы союзных кораблей, немецкий минзаг вышел бы "сухим из воды", а британские эсминцы лишились бы сомнительной чести расстрелять практически безоружное судно." Во-первых весьма странной выглядит формулировка фразы о сомнительной чести расстреле почти безоружного корабля. На кого работает Бизли? Если он англичанин, то почему он обливает грязью родной флот? "Ульм" имел вооружение. Да, оно было недостаточным для его размеров, но это был боевой корабль! Бизли сочувствует наци? К сожалению мне не удалось найти информацию о его истинных политических взглядах, но его критика моряков британского флота кажется мне весьма дурнопахнущей. Особенно с учетом еще одной странности. Бизли утверждает, что приказ о перехвате выдало Адмиралтейство, но не уточняет, кто и на каком уровне принял это решение. Ясно одно: это было сделано без участия командующего Флотом метрополии адмирала Джона Тови, который постоянно конфликтовал с Адмиралтейством, протестуя против вмешательства последнего в оперативное руководство. Перехват произошел всего через пять часов после получения радиограммы Адмиралтейства. Предельная оперативность! Или? Ведь есть одна странность в этих хвастливых заявлениях английского разведчика! И эта странность мне, как непосредственному участнику тех событий, очень неприятна! Да, я ненавижу коммунизм. Но в тот период мы боролись вместе с русскими против общего врага. Я не знаю, что за человек был Сталин - но русские были хорошими парнями! Странность, о которой я говорю, связана именно с внезапным уходом из нашего ордера британских эсминцев. Подозреваю, что моряки с эсминцев в этом вопросе абсолютно не причем, и речь идет об очередных кознях Уинстона Черчилля, но мое подозрение еще больше запутывает мое мировоззрение, и если развивать это подозрение дальше, то получится, что мировую войну начали не немцы, а англичане! Почему я так считаю?

Потому что англичан не остановила даже возможность радиоперехвата немцами столь немотивированного и безапелляционного приказа с явным намеком на источник информации, так как времени для маскировки мотивов этого приказа просто не оставалось, хотя обычно при использовании материалов "Ультры" исходные данные вуалировались ссылками на другие источники информации. Это было необходимой мерой, ибо, по словам Ирвинга, "немецкая дешифровальная служба достигла к тому времени (июль 1942 г.) вершины своей эффективности, и, как теперь известно из немецких архивов, радиограммы Адмиралтейства регулярно перехватывались и дешифровывались". На Севере этим занималась рота радиоперехвата 5-го полка связи ВВС, дислоцированная в Киркенесе. Ради чего англичане решили так рисковать? У них был там свой человек, который перехватывал выборочно?

Я лично думаю, что Уинстон Черчилль понял ход Рузвельта, и понял, что ставки в начавшейся игре настолько высоки, что можно пожертвовать и знанием немецких шифров. Я еще раз повторю - я не имею претензий к английским морякам на эсминцах - они выполняли приказ сверху, не зная его сути и не зная всей картины. А картина была такова - отправив эсминцы на перехват "Ульма" Черчилль выводил британские корабли из-под предстоящего удара. Он все знал! Все! Знал благодаря "Ультре"! Он знал не только про "Ульм" и операцию "Царь", но знал также все и про операцию "Вундерланд". Знал и промолчал. Но об этом позже. А пока я вернусь к истории с "Ульмом".

Должен заметить, что мой рассказ основан на беседах с командирами тех британских эсминцев, и на беседе с офицерами, русской дипломатической миссии, которые находились на борту английских кораблей и принимали непосредственное участие в допросе пленных.

Так вот, никакого боя или "расстрела безоружного судна", как пишет Бизли, не было. Наци, настигнутые англичанами, после первого же предупредительного выстрела, спустили флаг, открыли кингстоны и начали спускать шлюпки. Оно и не мудрено - на борту нацистского минзага находилось почти 500 мин - это почти 500 тонн тринитротолуола! Один шальной снаряд (про торпеды я вообще молчу!) и этот "Ульм" распался бы на молекулы, как распадались многие суда наших конвоев, из числа тех, что перевозили взрывчатку. Причем от взрыва могли бы пострадать и сами англичане, если бы подошли близко. Конечно, это не умаляет заслуг моряков, выполнявших полученный приказ - ведь они выполнили поставленную задачу. Но то, что Черчилль изначально все знал, и собирался подставить американские и русские корабли под удар нацистов, с некоторых пор вызывает у меня неприязнь ко всем англичанам. Внутренне я сознаю и знаю, что большинство из них неплохие парни, но…."

* * *

Авторы хотят в очередной раз заметить, что один и тот же эпизод в рассказах воюющих сторон выглядит совершенно по-разному. В изложении немецкой стороны, эпизод с минным заградителем "Ульм" выглядит совершенно иначе, так например, главстаршина Бон, в своей книге "Призрак Арктической смерти", вспоминает: "Нашему минзагу отводилась ключевая роль в операции "Вундерланд", и действия нашего корабля в штабе оформили как отдельную операцию под названием "Царь", хотя мне доводилось слышать в штабе и другое название "Сумасшедший шляпник". Что за корабль был старина "Ульм"? Его построили в Данциге в 1937 году, как рефрижератор, и тогда еще никто не думал о том, что за судьба его ждет. Внешне это был типичный "банановоз" - двухпалубный теплоход с протяженным полубаком, надстройкой в средней части и одной трубой. В 1938 году судно было передано компании "Норддойче Ллойд" и приписано к порту Бремен.

Получив новое имя "Ульм", до начала войны транспорт успел несколько раз сходить в Южную Америку, а 18 марта 1940 года был реквизирован военно-морским командованием, переименован в "Шифф 11" и поставлен на переоборудование во вспомогательный минзаг. В этой роли он совершил один поход к побережью Британии 31 июля 1940 года, но дальше начались какие-то странности. Вместо возвращения в родную базу, нас направили на север в Кольский залив. Там нас снова переименовали в "Ульм". Что тут странного спросит читатель? А странное здесь то, что с 31 июля наш "Шифф 11" числился затонувшим. Якобы уже в августе корабль подняли и поставили в ремонт, который длился якобы до 25 ноября 1941 года. Но никакого потопления не было. До середины июня 1941 года, мы совершали рейсы в арктические воды СССР - в район земли Франца-Иосифа, островов Новой Земли, иногда еще восточнее. Командование Кригсмарине, готовясь к войне с СССР, стало расконсервировать старые базы на арктических островах, которые были созданы еще во времена Первой мировой войны, а также создавало новые. Оборудовались аэродромы для полярной авиации, топливные склады, устанавливались автономные метеостанции, строились скальные укрытия и пирсы для подводных лодок. Вообщем, без дела мы не сидели.

Когда началась война с СССР, мы вновь стали обычным минным заградителем.

Основным вооружением "Ульма" являлись мины, причем бывший сухогруз отличался внушительной грузоподъемностью. При нормальной загрузке он брал на борт до 482 мин, дополнительно они могли приниматься в трюмы, правда, при этом отсутствовала возможность их постановки. К сожалению, артиллерийское вооружения корабля было слабым. На носу стояло 105 мм орудие, на корме - 37 мм автомат, еще четыре 20 мм автомата располагались на крыльях мостика и позади дымовой трубы.

В конце июля 1942 г. наш "Ульм" занимался транспортировкой мин из Германии в Финляндию. После получения распоряжений от группы "Норд", наш командир корветтен-капитан Е.Бит срочно привел заградитель в Свинемюнде, где мы приняли на борт 450 мин (100 EMС, 200 EMF, 120 TMB и 30 TMC) и 15-22 августа совершили переход в Нарвик. Там 23 августа нас посетил вице-адмирал А. Тиле, недавно занявший должность "Адмирала Арктики". Он передал командиру нашего корабля план операции "Царь"

Цель операции состояла в постановке минного заграждения на пути конвоя идущего в Архангельск. Маршрут перехода в район постановки разбивался на три прямых участка с изменением курса в контрольных точках. Эсминцам 5-й флотилии предписывалось сопровождать наш заградитель на начальном участке пути, после чего убыть на соединение с другими кораблями. Далее до района минной постановки мы должны были следовать в одиночку.

Ввиду слабого вооружения нашего "Ульма" и самого характера операции, скрытности придавалось наиважнейшее значение. Переход к месту постановки предписывалось совершать под торговым флагом нейтральной страны, поддерживая маскировку, затруднявшую опознание судна авиационной разведкой. Применять оружие следовало только в том случае, когда уклониться от боя было невозможно, а зенитный огонь разрешалось открывать только в случае нападения вражеских самолетов. Приходилось считаться с возможностью встречи с одиночными торговыми судами и советскими полярными конвоями, курсирующими между Архангельском, Мурманском и Диксоном.

Особое беспокойство "Адмирала Арктики" вызывала недостаточная мощность радиостанции "Ульма", выявленная во время его предшествующего пребывания на севере в начале года. Тиле указывал на это командованию группы "Норд", но высшие инстанции проявили свойственную немцам традицонную безалаберность. В течение нескольких недель, пока корабль находился в германских водах и не участвовал в активных действиях, столь необходимая замена радиостанции проведена так и не была. А потом нас срочно погнали в море. В качестве вынужденной меры находившимся в районе Новой Земли подводным лодкам U255 и U456 было приказано ретранслировать все поступающие от нас сообщения.

Операция "Царь" началась 24 августа 1942 года, когда наш заградитель вышел из Нарвика и направился шхерным фарватером в сторону Тромсё. В 23:47 к нему присоединились эскадренные миноносцы "Эрих Штайнбринк", "Фридрих Ин" и "Рихард Байтцен", сопровождавшие его до 14:10 следующих суток. В 70 милях юго-восточнее острова Медвежий, как и было предусмотрено планом, эсминцы отделились и пошли на соединение с "Тирпицем". После отхода эсминцев сопровождения, "Ульм" 16-узловым ходом направился к следующей точке поворота. Стояла ясная безоблачная погода: ветер NEE силой 4 балла, волнение 3 балла, видимость около 30 миль. В 23 часа (время берлинское), когда корабль находился в контрольной точке и стал готовиться к постановке минного заграждения, наши сигнальщики обнаружили три эсминца по левому борту. Немедленно объявили боевую тревогу. Для маскировки был поднят панамский флаг.

Эскадренные миноносцы приблизились, и с дистанции 6200 метров, без обычного запроса, головной открыл огонь. Первый залп лег недолетом. Наш командир приказал спустить флаг Панамы, поднять германский военный и лишь после этого отдал команду открыть ответный огонь. Единственное 105 мм орудие успело сделать примерно 30 выстрелов, после чего умолкло, разбитое прямым попаданием. Но я ясно видел, как наши снаряды вызвали сильный пожар на одном из эсминцев. (За это время немецкие артиллеристы по данным англичан добились только одного прямого попадания в эсминец "Мартин"). Англичане сблизились до 4600 метров и с трех сторон расстреливали наш беззащитный заградитель из 120 мм орудий.

В носовой части старины "Ульма" разгорелся сильный пожар. По приказу командира я отправил открытым текстом радиограмму: "Перехвачен неприятельскими эсминцами в квадрате 1949 АС", но она осталась без подтверждения. Положение стало безнадежным, поэтому наш корветтен-капитан Бит приказал готовиться к оставлению корабля. На борту не было замечено ни малейших признаков паники, все приказания выполнялись быстро и четко. Секретные документы и шифровальная машинка с кодами были выброшены за борт. В трюме установили подрывные патроны. После команды "Приготовить спасательные средства" последовал приказ "Всем покинуть корабль!"

Пока наши офицеры и матросы грузились в спасательные шлюпки и плотики, британские эсминцы подошли еще ближе и били в упор. Один снаряд разорвался на корме, чудом не вызвав детонацию мин, второй угодил в левый борт, разбив одну из шлюпок и вызвав большое число жертв. Вторая шлюпка, полностью забитая людьми, отвалила от правого борта, оставшись незамеченной в сильном дыму. Тем временем один из эсминцев (эсминец "Онслоу" - флагман 17-го дивизиона британских эсминцев) развернулся и выпустил четыре торпеды. Одна из них взорвалась в носовой части. Старина "Ульм" сразу осел и накренился, и тут его настигла вторая торпеда. Через мгновение все было кончено. Я лично уничтожил секретные документы и по канату спустился за борт. "Лайми" в это время еще вели огонь из всех видов оружия. Проплыв немного в ледяной воде, я достиг уцелевшей шлюпки и, поскольку оказался старшим по званию среди находившихся в ней, принял командование. По моему приказу шлюпка направилась в стелящуюся по воде полосу дыма от горящего "Ульма". Примерно через полчаса, в 23:45, на поверхности моря от заградителя не осталось ничего.

"Лайми" прекратили огонь и начали поднимать немецких моряков из воды. Всего ими было спасено 59 человек, 96 членов экипажа погибли в бою, еще 24 достигли норвежских берегов, но лишь троим из них, включая меня, посчастливилось остаться в живых. Спасательный плотик, в который в последнюю минуту корветтен-капитан Бит втащил тяжелораненого радиста, не успел отойти от борта заградителя. Тонущий корабль увлек его за собой в пучину, однако затем море смилостивилось и словно бы выплюнуло свою жертву на поверхность. Через полтора часа их подобрал британский эсминец.

Вскоре после этого поблизости от шлюпки прошел один из британских эсминцев, осуществлявший противолодочное охранение, в то время как два других вели спасательные работы. В клочьях дыма англичане не заметили шлюпку, а мы намеренно не подавал им никаких знаков. Перспективе оказаться в плену мы предпочли попытку добраться до норвежского побережья. Шлюпку постоянно заливало водой, теплой одежды у многих не было. Аварийные запасы воды и пищи, как выяснилось, были разворованы тыловыми службами еще в Германии. На пятый день нашего драматического путешествия впереди показались скалистые очертания полуострова Тана, однако мы обессилели настолько, что с трудом справлялись с ветром и течением, относившим нас на восток в сторону русских. Мы тщетно запускали сигнальные ракеты и фальшфейеры - с пустынного и безлюдного берега их никто не увидел (это странно, так как рядом находилась база гидросамолетов люфтваффе. Хотя Гитлер видимо оказался прав, говоря о необходимости смычки между люфтваффе и кригсмарине - она так и не появилась за все годы войны). Лишь на девятый день с наблюдательного поста Вардё нашу шлюпку заметили, но приняли за норвежский рыболовный баркас, к тому же мешавший учебным стрельбам, поэтому ограничились предупредительным сигналом. Ночью нашу неуправляемую посудину выбросило на берег. После 300-мильного перехода в суровом арктическом море, в живых нас осталось только четверо: я - главный старшина Бон, старшина-машинист Паллас, старший матрос Шмиц и старший матрос-машинист Хофман. Кроме нас в лодке находилось 20 окоченевших трупов, да и весельчак Хофман спустя несколько часов умер от переохлаждения. Через два месяца, проведенные в госпитале, я был вызван в Берлин, где фюрер лично наградил меня Железным Крестом, сказав "За мужество настоящего германского солдата!".

Читатель наверное уже убедился, что один и тот же эпизод войны в рассказах противоборствующих сторон выглядит по-разному. Но главное в этом эпизоде то, что случай с "Ульмом" очередной раз дезинформировал немецкое командование. Момент сближения английских эсминцев с "Ульмом" идущим под панамским флагом, был зафиксирован одним из разведывательных самолетов люфтваффе, занимающихся поиском каравана. Кроме того, за несколько часов до этого, еще один самолет обнаружил, две группы кораблей противника, шедших на запад. Одна из них состояла из крейсера и пяти эсминцев и двигалась в сторону острова Медвежий, вторая - из трех эсминцев и двигалась в восточном направлении. К этому следует добавить донесение подводной лодки U-589, видевшей вначале "Ульм", а затем три британских эсминца. Последним довеском стало обнаружение и неудачная атака одиночного транспорта, восточнее острова Медвежий, звеном торпедоносцев Не-115 - транспорт, огрызаясь зенитным огнем, увернулся от всех шести выпущенных торпед, и сумел укрыться от погони в полосе тумана. Вероятнее всего обнаруженным транспортом оказался советский транспорт "Дзержинск", с 15 августа совершавший пробный одиночный рейс из Рейкьявика в Диксон. Хотя примерно в это же время в Диксон шел и другой транспорт канадский "Sages at Вasin". Разночтения заключаются в том, что судя по донесениям пилотов торпедоносцев, по ним вели огонь и танки перевозимые на верхней палубе транспорта - а танки перевозил именно "Sages at Вasin". С другой стороны - скорость транспорта и наличие двух дымовых труб, говорит о том, что это "Дзержинск". Но к единому мнению по данному вопросу до сих пор не пришли. Единственное, что ясно достаточно точно - этот одиночник был принят за отставшее от конвоя судно, и исходя именно из его координат - было очерчено предполагаемое место нахождение конвоя, на перехват которого устремились немецкие корабли, захлопывая ловушку. Но прежде чем, прейти к основным событиям, рассмотрим эпизоды, происходившие на периферии от основной зоны боевых действий.

* * *

Как уже говорилось выше, особое внимание уделялось метеорологическому обеспечению операции "Вундерланд". Как гласит КТВ группы "Норд", в начале августа U-435 высадила на Шпицбергене партию метеорологов, а расположившаяся возле Новой Земли U-255 стала "дойной коровой" для разведчика погоды - летающей лодки BV 138. Самолет сделал всего один вылет после дозаправки с лодки, вернулся к ней, заправился вновь и взлетел и уже собирался вернуться в Тромсё, как на нем вышли из строя оба мотора. Пытаясь сохранить ценную единицу лодка пыталась отбуксировать "Блом унд Фосс", к аэродрому "Норденфлюгплац N18" на Новой Земле но появившаяся течь свела эту попытку на нет. Однако, стоит сделать один шаг в сторону от КТВ группы "Норд", и начинают выясняться странные вещи. В официальной истории KuGr 406 записано, что данный самолет BV 138 C-1 ( Werk.No 0310117 бортовой K6+HL) принадлежащий Kustenstaffel 3./KuGr 406 и пилотируемый лейтенантом Эрихом Кугельмейером в этот самый день одержал три воздушных победы на советскими МБР-2. В официальной истории СФ никаких самолетов МБР-2 в этот день авиация Северного флота по боевым причинам не теряла, но в официальной истории 118-го авиаполка есть упоминание, что во время патрулирования в районе Новой Земли потерпел катастрофу по техническим причинам самолет МБР-2 старшего лейтенанта Санториной М.А., при этом погибли младший лейтенант Колесников Н.К., и младший лейтенант Корцун А.С. Конечно же сопоставив все эти факты воедино, вдумчивый читатель тут же подведет итог - завалила немецкая летающая лодка нашу в воздушном бою. Немцы как водится один сбитый сразу за три посчитали, а советские историки пошли по юридическому пути - раз один член экипажа уцелел - значит, самолет не сбит, а совершил аварийную посадку, пытаясь дотянуть до своих. Вроде бы можно поставить точку в рассмотрении столь малозначительного эпизода, если бы не одно "НО".

Никакого активного участия в операции "Вундерланд" подводная лодка U-255 (за исключением операции "Либидошлаг", о чем пойдет речь ниже - прим. авт.) больше не принимала, а сразу по возвращении была поставлена на ремонт. В КТВ U-255 записано, что лодка подверглась бомбардировке с воздуха, в результате чего были повреждены ЦГБ N3, 4, 5 правого борта, поврежден 20-мм зенитный автомат, перископ, верхний рубочный люк, ранены унтер-офицер Шранцер Дрейер и два матроса - Шаншель, и Буш (не президент США, а племянник генерала Буша, участвовавшего в блокаде Ленинграда и сидении в Демянском котле). В этом же КТВ сказано, что атаковавший самолет был сбит в воздушном бою летающей лодкой BV 138 C-1 ( Werk.No 0310117 бортовой K6+HL) принадлежащей Kustenstaffel 3./KuGr 406 и пилотируемой обер-лейтенантом Эрихом Диершке. Однако, на самолете были повреждены два мотора, и лодка, потерявшая способность к погружению, пыталась его отбуксировать… - дальше все совпадает с КТВ группы "Норд" (то есть те, кто писал (печатал на машинке) КТВ группы "Норд" убрали негативные моменты и причесали правду в нужную им сторону, убрав и повреждения лодки и повреждения самолета. Так же в итоге поступили и советские историки, убрав потерю МБР-2 по боевым причинам.

Ха! Скажет недоверчивый читатель. Если официальные документы воюющих сторон врут, и количество вранья начинает возрастать по мере приближения к Кремлю или ставке Гитлера "Вольфшанце", то не лучше ли обратиться к воспоминаниям непосредственных участников событий? Там ведь наверняка больше правды, чем в этом причесанном официозе? Именно так. Обратимся к воспоминаниям Марины Александровны Санториной, к ее книге "В небе над Арктикой" (издательство "Посев", Нью-Йорк, 1973 год):

"Утром того злополучного дня мы перебазировались на Новую Землю. Нашей эскадрилье были нарезаны квадраты для патрулирования. Задача была стандартной - поиск вражеских кораблей и подлодок. Но инструктаж … Заинструктировали товарищи особисты нас в усмерть! Вопрос государственного престижа! Если с пришедшими в Мурманск американскими кораблями что-то произойдет… Например атакует подводная лодка, которую мы прозеваем, или немецкие эсминцы… Штрафбат как минимум. Смешно и грустно было то, что одного из нквдешников, проводивших инструктаж, можно было смело отдать второму, как врага народа и немецкого шпиона. Их было двое - почти как у Чехова - толстый и тонкий. Тонкий очевидно питался святым духом и уже полгода не спал - глядя на него можно было понять, что этот действительно кого-то ищет и не зря ест свой хлеб. Точнее, забывает его есть из-за работы. Второй был полной противоположностью - у него шея была шире плеч, китель с трудом выполнял функцию корсета, уменьшавшего размер брюха до полного животика, и длинный холенный ноготь на левом мизинце. Одним словом - крыса тыловая, если не хуже. Именно он и орал больше всех, изначально записав весь состав эскадрильи в сволочей и изменников. Тот, который тонкий - тот просто внимательно всех нас рассматривал, и подал голос лишь тогда, когда его жирного напарника совсем занесло. Бывает такое в жизни очень часто - людей несет, похлеще чем Остапа Бендера. Жирный договорился в своей речи до того, что заявил, что для успешного выполнения задания, половина эскадрильи останется на земле в качестве заложников, которые будут расстреляны, если первая половина эскадрильи провалит поставленную задачу. Тут и подал голос тонкий:

- Исаич! Санек, тебе, что совсем нахрен башню снесло? Какие заложники? Ты эти свои лагерные штучки брось! Слушай, а давай я тебя с одним из экипажей направлю на патрулирование? В качестве представителя так сказать компетентных органов.

Но Санек видимо не желал становиться летающим органом, и как-то весь позеленел, забубнив, что ему нельзя - у него изжога и плоскостопие. (Марина Александровна злобно клевещет или повторяет советские пропагандистские мифы - не было у А.И. Солженицина изжоги и плоскостопия, ибо он не смог бы тогда стать офицером НКВД - прим. авт.) Но вернемся к тому злополучному дню. Как эти подлодки искать? Погода - дрянь - все затянуто либо облаками с дождем, либо полосами тумана. Но задачу выполнять нужно. Взлетели. Пыталась вначале идти на малой высоте, но потом бросила это гиблое дело - ничегошеньки не видать. Поднялась на триста метров - между одним слоем облачности и другим - хоть видно куда лететь. Переговорив с Колей Колесниковым, решила идти на этой высоте и искать разрывы в верхнем или нижнем слое облачности. Нашла примерно через часа полтора. На свою голову, и на головы ребят. Вынырнули мы в таком окне, а внизу… Эх! Сразу все инструкции забыла!

А что гласят инструкции у военных? Вначале доклад, а потом действия! А я? Пожадничала и ребят по глупости сгубила! Внизу в этом злополучном разрыве в солнечных лучах плескалась подводная лодка. В надводном положении и без хода. Я должна была доложить о ее обнаружении, а уже потом атаковать, но вышло все наоборот - уж больно цель была заманчивая - думала, накроем с ходу, а потом Лешка Корцун отправит сообщение. Легли на боевой. Удивило, что на лодке никто и не пошевелился на мостике. В последний момент даже сомнение взяло, а вдруг наша? Но инструкции гласили, что в этом районе наших лодок быть не может. Значит вражеская! А почему тогда стоящие на мостике подводники нам радостно машут руками, и не бегут к своему "эрликону"? Однако, сброс!

Бомбы легли кучно. И как успел сообщить сидевший сзади Лешка, было одно или два прямых попадания - на корпусе лодки взметнулось красное пламя, и повалил дым. Я стала разворачивать наш "амбарчик", чтобы взглянуть самой и дать возможность сидящему впереди Кольке, оприходовать фрицев из носового пулемета, когда наш самолет затрясло, а внутри что-то затрещало и захрустело. Мне показалось, что я услышала вскрик или всхлип Лешки, а потом мимо нас промелькнул немецкий трехмоторный гидросамолет. Я стала разворачивать наш амбарчик носом к противнику, чтобы дать возможность Николаю вести огонь из носового ШКАСа. Немцы оказались очень прыткими и оба стрелка на вступивших в бой самолетах ударили одновременно.

Колька так и не научился правильно брать упреждение. Его очередь ударила не по кабине пилота, а скользнула по движкам немецкого самолета и по его фюзеляжу. Немцы стреляли точнее, их снаряды легли аккурат в район носовой турели, я не успела даже ахнуть, как носовая часть самолета вместе с мертвым Колей и турелью отлетела куда-то в сторону. МБР-2 бросило в сторону вниз, и я с трудом удержала самолет от падения в воду, но это же изменение курса и высоты позволило избежать еще одной атаки немецкой лодки. Боковым зрением я успела заметить, что очередь младшего лейтенанта Николая Колесникова достигла цели - один из трех двигателей немецкой летающей лодки очень сильно дымил.

Но мне было не до этих подробностей - самолет, хоть пока и слушался и мог продолжать полет, но с оторванной носовой частью далеко улететь не мог. Случись такое зимой - я бы замерзла насмерть минут за десять-пятнадцать - ведь через образовавшуюся в носовой части дыру меня обдувало потоком обжигающе-свежего воздуха. Связи с Алексеем Корцуном тоже не было - наверное его срезали очередью во время первой атаки. Хвостовая часть самолета несильно горела, и пламя потихоньку разгоралось все сильнее. Двигатель вроде бы в порядке, но… Пока он работал. Шла я на высоте метров 50, и шла вдоль берега, до которого, километров пять- десять. Я решила, что пока движок пашет, нужно попытаться улететь подальше от места боя, а уже потом сворачивать к берегу и пытаться сесть. Вы скажете, что нужно сразу было к берегу? Чтобы немцы увидели, где я совершу посадку? В плен, мне честно говоря не хотелось. Хотя бы потому, что с женщинами в плену обращаются более жестоко, чем с мужчинами. Для тех, кто не понял, поясню - свою девственность Зоя Космодемьянская, потеряла, попав в немецкий плен, непосредственно перед казнью, и ее желания при этом никто не спрашивал. Меня иногда спрашивают - совершила ли она подвиг или нет? Чтобы ответить на этот вопрос, нужно задаться другим вопросом - почему одни люди рвались на фронт любыми путями, а другие пытались не попасть на фронт любыми способами? Действия британских коммандос, не смотря на то, что большая часть их операций заканчивалась неудачей, никто не критикует - ни сами англичане, ни их противники. Действия советских диверсионных групп, включая ту, в которой действовала Зоя, никто из немцев не критикует, только среди нас самих русских, находятся те, кто над этим смеется и глумится. Почему? Наверное, потому, что национальность - это профессия, а не подсчет процентов крови разных наций в генеалогическом древе. Есть гражданин своего государства, а есть предатель своего государства - оба числятся русскими, но русским является только первый, кем является второй? Второй - в лучшем случае - чмо. В худшем - тут уж решит сам читатель.

Но я отвлеклась. Немцы меня не преследовали - возможно из-за повреждений, а возможно потеряли из-за того, что я при падении самолета пробила нижний слой облачности. Пока движок самолета работал, я пыталась решить вопрос - где именно я сейчас лечу. Может, я удаляюсь от ближайшего жилья все дальше и дальше, и мне необходимо попытаться развернуться и направиться в обратную сторону? Ответа не было. Только гипотезы - за время патрулирования мы несколько раз меняли курс, ветер я учитывала на глаз, ориентиров для привязки не встречалось, ярко-выраженных береговых ориентиров не было. А не ярко выраженные? Для этого лучше начать приближаться к береговой черте.

Вовремя. Израненный "амбарчик" словно бы ждал изменения курса. Почувствовав приближение к берегу, самолет начал хвастаться приобретенными болячками - звук работы двигателя поменялся, стала расти температура масла. Причем, чем больше я приближалась к берегу, тем больше "заболевал" самолет. Я сразу поняла, что никаких маневров мне больше не совершить, и в лучшем случае я смогу более менее удачно сесть, в худшем - расшибусь о скалы. Именно скалы меня все больше волновали - высота их была метров двести-триста, верхняя их часть была затянута хмарой пеленой. Склоны почти отвесные, то есть прибрежной полосы, куда можно выскочить - нет. Плюхаться на воду придется заранее, а потом добираться вплавь - вряд ли надувная лодка уцелела.

Но повезло. Двигатель сдох в от момент, когда я прикидывала расстояние до берега, на котором нужно будет плюхаться на воду. Какое-то время самолет планировал, а я пыталась задрать его нос как можно выше, чтобы при приводнении не превратиться сразу в подводную лодку. А потом был удар от которого хрустнули сосновые шпангоуты и ясеневые стрингеры - в месте приводнения оказалась подводная скала, о которую израненный "амбарчик" и ударился при просадке, какое-то время он скользил по этой скале, покрытой полуметровым слоем воды, а затем начал постепенно погружаться. Так я проехала примерно метров двести, когда то, что осталось от самолета остановилось, фюзеляж был затоплен наполовину, а до берега оставалось метров сто. Хвостовая часть самолета скорость вероятнее всего отвалилась при ударе, ибо она осталась на удалении. Собственно говоря, от морского разведчика осталась покореженная средняя часть фюзеляжа с крыльями и движком. Я выбралась из пилотской кабины наверх, и осмотрелась - Алексей Корзун был мертв его тело с ярко-оранжевым спасательным жилетом не подававшее никаких признаков жизни относило ветром или течением в в сторону моря.

Если он просто был без сознания, то помочь я ему все равно ничем бы не смогла. Хотя вряд ли. Холодная вода приводит в чувства, а он не двигался. Потерял сознание при посадке? Я вытащила из полузатопленной кабины бинокль и осмотрела хвостовую часть более внимательно. Фонарь пулеметной турели был разбит, и на остатках стекла виднелось что-то красное. Тело Алексея плыло лицом вниз - то есть он уже был мертв, и когда он умер - вопрос для особистов, которые будут меня расспрашивать при возвращении. Если я сумею вернуться. А для этого, нужно в первую очередь добраться до берега. В кожаном летном комбинезоне на меху, такое расстояние не проплыть, но без комбинезона будет слишком холодно на берегу. Хотя почему плыть? Дно видно слишком хорошо - похоже, что здесь глубина не больше метра- полутора. Максимум двух. То есть можно добрести до берега, держа одежду над головой, а потом одеться. Еще нужно забрать с собой все необходимое - планшет с картой, сигнальный пистолет с ракетами, парашют. Пистолет "ТТ" и нож всегда были при мне. Да, и еще самолет поджечь. Или не стоит? Утопить радиостанцию, разбитую снарядом немецкой авиапушки, и хватит. Сейчас судя по цвету низа береговых скал отлив - значит, при приливе самолет должно разбить волнами.

Вобщем, я решила нарушить инструкцию, и не поджигать "амбарчик". Я боялась, что этот пожар может привлечь немецкую подлодку. Ну и рассчитывала на то, что отдельные разбитые части самолета прибьет к берегу, и если я тут надолго задержусь, смогу использовать их вместо дров.

Для чего я прихватила с собой парашют? Но это же очевидно! В условиях Заполярья - каждый предмет на вес золота. Точнее - дороже золота! Парашют можно было использовать как импровизированный тент, использовать его стропы для силков, использовать его ткань в качестве белья или перевязочного материала. Выбросить - легче всего, но где потом, в тундре, среди голого гранита найти что-то полезное и необходимое? Говорят, что летчик Мересьев, выбираясь из плена, ел кору с деревьев. А если нет этих самых деревьев?

Глубина, по пути к берегу оказалось не более полутора метров, а там, на берегу, я побила рекорд авиаполка по одеванию обмундирования. Не то, чтобы я стеснительная по природе, или стесняюсь своей фигуры - просто водичка оказалось слишком свежей. Чтобы окончательно согреться, я тут же решила по трещинам в склоне подняться наверх, и лицезреть окрестности. Возможно, что сверху, мне удастся увидеть что-то, что позволит сопоставить это с картой. Тогда я буду знать, куда маршировать и сколько. Ну и определиться с пищевым рационом.

Кушать, то ведь что-то нужно! Причем регулярно. А бортпайки для МБР-2 не предусмотрены. Впрочем, не только для МБР-2. Тут я полностью согласна с теми летчиками-истребителями, которые говорят, что две пачки галет, и две банки тушенки в кабине истребителя, спасли бы гораздо больше жизней, чем увеличенная на миллиметр толщина бронеспинки сиденья. Опыт войны показал, что при аварийной посадке в тылу противника на первое место выходил вопрос продовольствия. Нечего есть - теряешь силы и бдительность, и либо погибаешь от голода по дороге лесами, либо попадаешь в плен, потеряв от голода способность контролировать окружающую обстановку. Один из предвоенных наркомов ВВС РККА Рычагов, как-то заявил Сталину: "Вы заставляете нас летать на гробах!". Дурак был этот Рычагов! Дурак, а не нарком! Если ты нарком - возьми и сделай, чтобы гробы перестали быть гробами - это ведь твоя задача как наркома! Не выдавать замечания первому лицу государства, а сделать самому - от кого-то потребовать, кого-то напугать, кого-то арестовать - все в твоей власти! А выдавать замечания любой дурак сумеет. Итогом критиканства Рычагова стало то, что раций на самолетах не было, бортпайков тоже, да и кроме как побелкой газонов, подстрижкой бордюров и строевой подготовкой летчики не занимались. Эх, как предчувствие голода все обостряет! Сейчас еще метров пятьдесят вверх поднимусь, и приду к выводу, что во всем виновато детство Рычагова, точнее его сосед, у которого был велосипед, и которому этот самый Рычагов завидовал.

Но не успела я пройтись фрейдизмом по детству Рычагова. Прям какая-то невезуха сегодня! Только я взобралась на эту клятую сопку, как где-то в небе начали гудеть авиамоторы. Похоже, что какой-то самолет шел со снижением к тому месту где я находилась. Та чертова лодка? Отследили, куда я плюхнулась и решили взять в плен? Но как? Ведь облака висят низко! Или они шли за мной следом? Но что тогда мешало им приводниться и взять меня в плен в тот момент, когда я форсировала водную преграду в неглиже?

Многомоторный самолет скрытый пеленой облаков сделал круг. Он явно снижался - звук его двигателей стал более громким. Что ищет он в краю далеком? Явно не меня - слишком много чести, да и времени с момента атаки ПЛ прошло слишком мало. По звуку - явно не "Каталина" - или та же немецкая летающая лодка или другой самолет. Но куда он собирается садиться? Я стала осматривать окрестные сопки. То, что я увидела меня удивило. Вершина сопки, на которой я находилась, имела плоскую поверхность. Ну или почти плоскую. Кое-где ее видимо подравнивали искусственно, скорее всего, взрывным методом, ибо я не представляла, как можно было поднять технику на такую высоту. Или там дальше есть какая-то горная дорога? К самому берегу? Причал? Куда меня занесло?

Я присела на один из валунов, достала карту из планшета, и повернулась лицом к морю. Береговая черта, увы, не выдавала никаких ориентиров. Глубины? Не пойдет - сверху я увидела, что та каменная мель, на которую плюхнулся мой МБР-2 не очень больших размеров. Никаких навигационных знаков. То есть моя судьба зависит от того в какую сторону вдоль берега я пойду - вправо или влево. Конечно, рано или поздно я выйду на какую-нибудь зимовку или метеостанцию, но хорошо, если рано, а если поздно? Жить то чертовски хочется! Пофилософствовать на тему "почему мне так хочется жить" и связать все это с теорией архетипов Юнга, я не успела - летающий в облаках самолет пошел на посадку. И именно на это плато, на краю которого я находилась!

Это был "Кондор". По крайне мере тогда я не знала о существовании других немецких четырехмоторных самолетов, да и в таблицах с силуэтами и внешним видом, которые раздавали в каждое авиаподразделение, четырехмоторными значились только "Кондоры". Я лежала на холодных камнях и пыталась успокоиться, наблюдая за действиями самолета, сел он рядом с тем местом, где я залегла, метрах в пятидесяти впереди, потом покатился по гранитной поверхности сопки, затем развернулся, и стал подруливать обратно - к точке приземления. Внутри меня все сжалось от ужаса. Заметили сверху! И сейчас…. Хотя кто я такая? И что можно разглядеть при такой сложной посадке? Точно! Они просто развернулись против ветра, наверное для того, чтобы облегчить предстоящий взлет. А для чего тогда приземлились? А зачем мне это, если я даже не знаю, где нахожусь! Однако я действительно дура! У пилотов наверняка есть карты, где этот аэродром обозначен. Ага! Только смогу ли я пробраться в кабину незамеченной? Даже если предположить, что фашисты приземлились для того, чтобы один или двое из них сходили по нужде на природу, часть из них останется в самолете.

Не угадала. "Кондор" заглушил двигатели. Надолго? Но для чего? Видимо я не все разглядела из своего укрытия, и где-то неподалеку находилась цель их путешествия. Какой-то замаскированный объект. Гарнизон? Но где тогда встречающие?

Открылась бортовая дверь, расположенная за крылом, и кто-то из экипажа выдвинул складной трап. Десант? Но такое возможно, только если наши находятся неподалеку. А если они неподалеку, то наверняка бы обнаружили и эту площадку, да и звук моторов самолета засекли бы. Нет, не десант. Что-то выгружают на землю. Ветерок доносит запах какого-то одеколона. Какие-то очень тяжелые контейнеры кубической формы. Еще какая-то тележка. Даже две тележки. Взрывчатка? Но что здесь можно взорвать? Нет. Работает девять человек. Опять тяжелые контейнеры. Какие-то трубы, тросы. Что это может быть? Ого! Немцы погрузили контейнеры на тележки и начали катить в сторону линии посадки и предполагаемого взлета самолета. Радиостанция! Точно, они решили организовать здесь свой пост наблюдения! Но что здесь можно наблюдать? Насколько я знаю, наши суда появляются здесь от силы раз в месяц. Наводить подводные лодки и самолеты?

И тут я мысленно подпрыгнула. Сколько человек составляют экипаж этого "Кондора"? Девять человек волокут что-то тяжелое вглубь суши. Сколько осталось внутри? И остались ли? Если самолет сел надолго, и заглушил движки - любой нормальный пилот выйдет, чтобы размяться на свежем воздухе. Никто не вышел. Или вышел и помогает товарищам катить оборудование для радиостанции? Тогда чего же я сижу? Я проверила на месте ли нож, расстегнула кобуру и приняв весьма соблазнительную для мужчин позу "на карачках" метнулась вперед, посматривая на тех с тележками, и косясь краем глаза на фюзеляж самолета. Никакого движения внутри самолета не было. Эти девять удалялись все дальше. Отлично! Я метнулась еще на несколько метров вперед, больно ударившись по дороге обо что-то коленкой. Тишина. Не буду наглеть! Еще вперед, еще. Минуты через две я оказалась у трапа самолета. Если кто-то остался внутри и подготовился к встрече… да еще в этом комбинезоне - конечно он теплый, но явно не для рукопашного боя в замкнутом пространстве. Пистолет здесь не использовать - могут услышать те с "улицы". Только нож. Если успею. Вопрос в том, где он спрятался - справа или слева от двери? Или они? Грациозно метнуться во внутрь самолета и исполосовать пять-шесть кубометров окружающего воздуха колюще-режущими ударами у меня не получилось. Жизнь - это не кино про ниндзя. Но так и не было никого!

Я прекрасно понимала, что счастье увидеть карту не может длиться вечно, и метнулась в кабину пилотов. Где? Ну где? Господи, если он забрал ее с собой… Повезло. В смысле, что успела увидеть карту. С тем что я увидела - не повезло - километров сто-сто двадцать до ближайшего зимовья - какой-то метеостанции. По прямой. В реальности - добавим вниз-вверх по сопкам и прочее - ручьи, ущелья, незапланированные маневры вправо-влево. Черт! Однако пора выбираться, пока хозяева не вернулись! Прихватить бы чего-то съедобного по-тихому, я аккуратно выглянула из пилотской кабины - тележки все еще катили. С учетом времени выгрузки - обратно пойдут быстрее, но минут пять у меня в запасе есть, или даже больше, если они займутся монтажом привезенного, а только после этого вернуться за второй партией груза, оставшегося внутри самолета. Значит я успею обыскать самолет в поисках того, что можно украсть незаметно. Или у немцев в их люфтваффе тоже нет бортпайков? Нашла! Сколько взять, чтобы не вызвать подозрений? И что тут еще можно украсть? Я выглянула за дверь пилотской кабины… Дура! Точно дура! Я ведь могу забрать себе все!

Я могу забрать себе абсолютно все, для этого нужно только медленно и плавно развернуть башню с пулеметом на 90 градусов, и дождаться, когда эти фашисты пойдут за второй партией груза. Подпустить поближе и … А если пойдут не все, а только половина? Тогда положу половину, и подниму трап и стану дожидаться оставшихся. Близко к самолету они подойти не смогут, а из оружия у них только пистолеты. Из снаряжения - мой парашют, и то, что они выгрузили. Впрочем, до парашюта еще будет нужно добраться. Главное, чтоб не запаниковали раньше времени, и не заметили того, что башня повернулась стволом пулемета в их сторону.

Не заметили. Видимо не одна я такая самоуверенная дура! Стреляла я лучше покойного Коли Колесникова. Да и шли они кучно. Очередь из крупнокалиберного пулемета расшвыряла их по новоземельскому граниту, как тряпичных кукол. Лежали они на ровной поверхности и на всякий случай, я исполосовала каждое из упавших тел в отдельности - вдруг кто-то прикинулся мертвым. Через пять минут повторила процесс. Вроде чисто - никто не шевелится. Выждать еще? Смотрела на лежащие тела минут пятнадцать в бинокль. Наверное, все же наповал! Решила выйти проверить и добить тех, кто еще жив. Жестоко? Плевать! Я очень хотела жить, и очень хотела вернуться к своим. Но добивать никого не пришлось - после крупнокалиберного пулемета раненных практически не бывает.

Я вернулась за своим парашютом, опять забралась внутрь самолета и подняла трап. Теперь можно не торопиться. Тщательно обыскать самолет, взять с собой весь провиант, прихватить с собой карты и документы. Потом перекусить и выбрать правильный маршрут. Хотя с последним тезисом проблематично - рельеф на севере такой, что от карт толку нету. Только если обозначена дорога - тогда есть польза, да и то не всегда. Горячий кофе и плитка шоколада пошли на пользу. Мозг заработал и выдал безумную идею - зачем идти пешком, когда есть стальные руки-крылья и аж четыре пламенных мотора! Конечно, такие самолеты я никогда не пилотировала, но ведь есть основные принципы взлета-посадки! Шасси кстати можно и не убирать, ибо потом неизвестно как их выпускать. Главное запустить движки и взлететь. Если долечу до Кольского полуострова - можно будет выпрыгнуть с парашютом.

Взлетела! Худо бедно, но, посидев пару часов и разобравшись в надписях на циферблатах, рычажках и тумблерах, определила основное, и отбросила ненужное. По мере того, как я приближалась к Кольскому полуострову, стали закрадываться страхи. Топливо. Сколько у меня этого топлива? Вдруг не хватит? Конечно, это абсурд - немцам лететь домой еще дальше, чем мне, и топлива должно мне хватить. Но если страх поселился внутри - его ведь так просто не выгонишь! Прогнала. Появился следующий - как не проскочить линию фронта? Потом еще один - где выпрыгивать, или лучше попытаться сесть? А свои же зенитки и истребители? Ведь нашпигуют свинцом, и кыш сказать не успею!

И накликала! Два "Харрикейна" свалились откуда-то сверху. Успела провалиться в облачность, но они рванули следом. Обрадовало, что если "Харрикейны" над морем - значит до берега уже недалеко. И точно пробив слой облаков, чуть не врезалась в родные сопки Заполярья. По правому крылу забарабанил стальной дождь - наглеют краснофлотцы! Решили, что ли на мне навыки стрельбы отработать? И что делать? Включила огни и стала уменьшать скорость. Догадаются, что что-то не так, или вначале исполосуют очередями, а потом…. Догадались! Один из "Харрикейнов" пристроился сзади-сбоку-сверху, а второй демонстративно сблизился, и его пилот стал жестами объяснять - мол, будем тебя сажать и брать в плен и попробуй только рыпнуться! Ну и ладушки! Есть хоть какая-то уверенность, что свои же зенитчицы не разнесут на куски при попытке посадки.

Посадку я произвела удачно - ничто не сломалось и не отвалилось - оно и не удивительно - новичкам везет. А дальше была "торжественная встреча" - к приземлившемуся самолету стал сбегаться народ "с вилами и косами". Во главе "встречающих" был худой особист - майор Авраменко. Настроен он весьма воинственно, словно бы собирался арестовать самого Гитлера, с ручным Дегтярем наперевес, расстегнутые кобуры, рукоятка ножа из-за голенища, взгляд, как будто на амбразуру дота собрался - нынешний киношный Рэмбо отдыхает, хотя бы по причине того, что перекачан стероидами и является пухлой мишенью. Но обломала я майору Александру Авраменко всю торжественность момента, ибо перед выходом из "Кондора" сняла летный шлем, и повынимала шпильки из волос. Нужно было видеть его лицо при этом!

- Рыжая! Ты что ли? Ты ж на Новой Земле патрулируешь! - только и вымолвил он.

Если кто-то думает, что меня тут же осыпали пряниками, медалями и орденами, то он заблуждается. Несколько дней меня мурыжили и мариновали в особом отделе, где дотошно разбирались с обстоятельствами потери самолета, и нарушением инструкций. Затем по сто раз расспрашивали про обстоятельства захвата "Кондора". Вышло все как обычно - одно компенсировало другое - то есть за свои подвиги была поощрена одним ненаказанием - и то хорошо. Поднимала ли я вопрос о наградах после окончания войны? А зачем? Я что крыса тыловая что ли? Когда встречаются фронтовики - награды не котируются - все про всех знают, и каждый знает, что допустим, Иванов, имеет одну медаль "За отвагу", но он прошел войну от Бреста до Берлина, и полсотни раз в рукопашной дрался - он герой, настоящий герой. А вот, допустим, Сидоров, - у того пять орденов и медалей всяких, но он писарем в штабе армии прослужил всю войну, и ближе чем за тридцать километров к передовой не приближался - поэтому одна медаль Иванова больше весит, чем все ордена и медали Сидорова. И то хорошо, что за потерю самолета от полетов не отстранили, хотя толстый Исаич сильно старался это устроить.

Впоследствии, я краем уха слышала, что эти контейнеры внутри "Кондора", которые не успели выгрузить в первом заходе - немецкая автоматическая метеостанция, и что на обнаруженной мной площадке, сотрудники "Смерша" попытались организовать засаду, но очередной фашистский самолет успел от них улизнуть - им не хватило буквально двадцати минут ходьбы по сопкам, чтобы обстрелять улетающий самолет из пулеметов. Поговаривали еще, что через месяц, там все таки кого-то сумели поймать, но сами знаете - о таких вещах во время войны не принято расспрашивать. Что касается угнанного мной "кондора", то его вскоре перегнали на большую землю для изучения…". (Речь идет о самолете Focke-Wulf Fw 200 C-3 /U4 из Kampfstaffel 2./I./KG 40 (WNr. 0000 090). Поскольку в установленные сроки самолет на связь не вышел, то была организована экспедиция спасения на Fw 200 из KG 40. Однако приземлиться на "Норденфлюгплац N18" самолет сумел только с третьей попытки - 29 августа 1942 года. Высадившаяся смотровая партия нашла останки экипажа пропавшего "кондора" гаптмана Теодора Йохимсена (Theodor Jochimsen), погрузила их на борт и доставила на аэродром Ваернес, разминувшись буквально на полчаса с советской группой захвата из сотрудников НКВД Архангельской области. Поскольку обстоятельства гибели экипажа гауптмана Теодора Йохимсена ясно указывали на то, что были нарушены все мыслимые нормы безопасности - отсутствовало боевое охранение площадки и самолета, командование KG 40 решило оформить гибель экипажа, как аварию и гибель самолета при посадке 29 августа 1942 года при возвращении с боевого задания. Делалось это из чисто человеческих побуждений - подробное расследование истинных обстоятельств гибели самолета, могло лишить семьи погибших возможности получать пенсии из-за того, что члены экипажа были бы заочно и посмертно обвинены в нарушении уставов и инструкций. А так - и семьи получили пенсии, и сор из избы не был вынесен. Нормальный человеческий подход. Нужно заметить, что такой подход характерен для всех участников боевых действий. И советская сторона, и англичане, и американцы, и японцы, и немцы очень часто искажали обстоятельства и даты потерь личного состава. И очень часто это происходило именно из-за стремления помочь семьям погибших материально, хотя довольно часто обстоятельства и размер потерь скрывались из-за боязни гнева вышестоящего начальства. - Прим. авт.)

Теперь рассмотрим вопрос об операции "Либидошлаг". Это еще одна темная и донельзя мутная история, финалом операции является бой с невезучей метеостанцией на мысе Желания. Почему невезучей? Потому, что согласно мнению компетентных российских историков, этот бой является блестящей победой германского оружия. Придирчивый и въедливый читатель, конечно же скажет, что цыгане и наперсточники на порядок честнее историков и будет прав. Что же было на самом деле?

Согласно записи в КТВ U-255, ей было поручено артиллерийским огнем уничтожить метеопост на мысе Желания. Однако, благодаря дословным переводам некоторых зарубежных изданий достоверно известно, что КТВ - это такой документ, который составляется после проведения операции, где все описываемые события подгоняются под результат. Заявляется вначале очень много - "и рыбку съесть и на что-то сесть", но по мере неудачных действий, начинается затушевывание неудач - типа "мы этого и не хотели и не собирались сделать". Поэтому гораздо интереснее обратиться к мемуарам рядовых участников событий, ибо участники событий этот самый КТВ не читали. Что пишет по этому поводу обер-лейтенант Эрих Диершке, командир той самой лодки BV 138 C-1 ( Werk.No 0310117 бортовой K6+HL) принадлежащей Kustenstaffel 3./KuGr 406, которая сбила гидросамолет МБР-2, в своей книге "В небе над тундрой Арктики":

"…Поскольку в силу полученных повреждений, подводная лодка не могла находиться в подводном положении, экипажу U-255 было поручено, по пути на базу захватить метеопост, радиостанцию и русские шифровальные книги, а также взять пленных. Капитан-Лейтенант Рехе, планировал осуществить это следующим способом - подойти к берегу, как можно ближе и под прикрытием огня 88-мм орудия, 20-мм автомата и пулемета MG направить к острову штурмовую десантную партию из 18 человек, которая и произведет захват и станции и пленных. Незадолго до атаки, матросам удалось починить поврежденный взрывом русских бомб зенитный 20-мм автомат, и Рехе, планировал подавить возможное сопротивление русских массированным артиллерийско-пулеметным огнем. Но с самого начала все не заладилось.

Во-первых русские тут же оповестили по радиосвязи свое командование о нападении на станцию. Не смотря на наш бешенный огонь из всех стволов, они передали в эфир четыре радиограммы, и как я лично понял, экипажу U-255 так и не удалось выявить в каком из строений на берегу размещалась радиостанция. Было обстреляно четыре строения, но все без толку - ни в одном из них передатчика не было. Если бы вопрос стоял только в этом, то наверняка бы подводникам удалось высадиться на берег, но ирония заключается в том, что русские нас ждали. Ждали и встретили таким огнем, что если бы не дымзавеса, то я мы бы вряд ли вернулись в Норвегию. Кто, и как информировал флотскую разведку, я не знаю, но вместо мирных метеорологов нас встретила тщательно подготовленная засада из русского НКВД, численностью примерно до роты, при поддержке пяти или шести пулеметов, и батареи автоматических пушек. Я молю Бога за то, что отказался от приглашения Рехе, поприсутствовать на мостике и посмотреть на то, как его матросы "будут резать русских свиней". Корпус лодки звенел от ливня русских пуль, и только неважная подготовка русских артиллеристов спасла нас от моментального потопления. Они долго не могли пристреляться, но затем корпус субмарины содрогнулся от двух попаданий, и капитан-лейтенант Рехе скомандовал "полный вперед!", и под прикрытием дымзавесы вышел из боя. Четверо из матросов были ранены, один скончался до нашего возвращения на базу…"

А теперь посмотрим, что пишет об этом бое Александр Неклюдов, один из метеорологов этой станции в своей книге "Метеорологи Арктики в годы войны":

" … Накануне, мы праздновали день рождения Сержки Курина. Праздновали жестко - по-полярному. Естественно, что начав с вечера, мы продолжали всю ночь, время от времени выбираясь на свежий воздух, покурить, освежиться, насладиться полярной тишиной. И вот представьте себе - вы выходите на улицу, и слышите методичный стук. Стук несется со стороны моря, закрытого дымкой тумана. Кто стучит? Только враг! По графику, в ближайшую неделю никаких визитов наших судов к станции запланировано не было. Все естественно разбежались за биноклями, чтобы выявить местонахождения источника шума. Первым увидел фашистскую лодку Пахомыч - до нее было километра два-три. Конечно же объявили тревогу и все разбежались по огневым позициям. Сидим, ждем. А там на столах закуска остывает, рюмки налиты. Такая обида - мы тут мерзнем, ждем пока эти фашисты поближе подойдут, а они там в тепле, пьют наверное шнапс, и думают, что крадутся незаметно. Как же! Грохот от их дизелей такой, что уже чайки в воздух от испуга поднялись. А еще обида, что к одной из пушек нет снарядов! Пушек у нас было две - одна 37-мм, и одна 76 мм. Вот к 76 мм и нет снарядов! Эх, какая невезуха! Лучше бы к 37-мм бы не было! 76-мм - это вещь! И дальность, и снаряд в несколько раз больше. Таким попадешь - мало не покажется! Когда еще эти фашисты в наши края забредут? Обидно! Но, наконец начали! Все загрохотало, зазвенело! Стреляли фрицы яростно! Но все без толку - разве что жилье нам попортили гады, а так , за час боя - ни одного раненного с нашей стороны. Оно и не мудрено! Пахомыч лично оборудовал и пулеметные гнезда и позиции для орудий. Все по чести - бруствер, орудийные дворики, маскировка со стороны моря. Да и не прошибить их пушке гранитные валуны! Но прыткие гады оказались! Палили, палили из 37-миллиметровки все без толку! Цель то маленькая и верткая! Туда-сюда шмыгает. Но дошмыгалась! Сережка Курин все-таки сумел пристреляться! И БАМ! Вспышка на рубке лодки и какие-то ошметки за борт полетели. БАМ! Еще раз БАМ! Лодка объята пламенем и дымом. Фашисты не выдержали и начали драпать! Но далеко не ушли - потонули. Через полчаса когда дым рассеялся - никакой лодки уже не было. Жалко в штабе нам не поверили, что мы этих гадов потопили. Доказательств стали требовать. А где взять эти доказательства, если лодка взорвалась и утонула? Только повреждение лодки засчитали. Обломилась нам в итоге премия, хотя медалями наградили…"

Как видно, обе стороны значительно приукрасили свои военные достижения. Немцы выдали обстрел четырех деревянных домов за ликвидацию метеостанции, а советская сторона пыталась заявить о потоплении лодки. Что было на самом деле - читатель может сам увидеть из вышеприведенных отрывков.

* * *

А теперь авторы затронут еще один вопрос, вопрос о том, почему самолеты МБР-2 были спешно переброшены в район Новой Земли. Речь пойдет о так называемой "Полярной Хатыни" - именно так ее во времена СССР называли некоторые из советских историков. Нынешние российские историки эту тему затрагивать не любят.

Обратимся к воспоминаниям Германа Шульца, который в описываемый период занимал на U-209 должность 1-го вахтенного офицера, к его книге "Борьба с большевизмом в Арктике":

" … Мои подозрения по поводу странности нашего командира подтвердились во время очередного похода, в который мы отправились из Бергена 17 июля 1942 года. Нашей задачей было уничтожение судоходства большевиков. Перед выходом в море, Генрих как всегда нажрался до свинячьего состояния и громогласно орал, что перетопим всех большевиков. Лодку в море пришлось выводить мне, ибо пьяная тушка Генриха отсыпалась за ширмой в командирской каюте. Отоспалась. И в первый же день началось - Генрих, начал спор с нашим механиком, стариной Эрлихом Шурцером о том, что у нас не в порядке дизеля. Как-то не так стучат! Неправильно! Нужно возвращаться в базу и становиться на ремонт и искать саботажников! Но со стариной Шурцером этот номер не прошел - у него матчасть всегда была в полном порядке. Дальше - больше. Чем ближе мы подходили к советским водам, тем больше кошмаров мерещилось Генриху. В каждой волне он видел перископ большевистской субмарины, а каждый дымок на горизонте представлялся ему эскадрой русских эсминцев. Восемь раз мы выпускали торпеды по чьим-то "перископам" и раз тридцать уклонялись от самолетов - и все это в норвежских водах! Но неумолимо, хотя и медленно мы приближались к Киркенесу, где могли действовать русские корабли. Снова Генриху начало казаться, что наши дизеля неправильно работают, потом он стал жаловаться на якобы запотевший перископ, через который ничего не видно. Но все было тщетно! Тщетно и забавно! Забавно наблюдать за тем, как взрослый мужчина недавно отпраздновавший 39-летие, ыискивает причины, чтобы вернуться на базу. Почему его не уволили с флота за трусость? Честно говоря не знаю. Доносы в гестапо на него писали неоднократно. Но все как-то оставалось на своих местах. Поговаривали, что у него есть свой покровитель где-то там наверху, чуть ли не в самом руководстве партии. Причем не просто покровитель, а близкий и интимный друг. Не знаю, может это и байки насчет того, что он был педерастом, но достоверно знаю, что с женщинами у него не получалось абсолютно ничего. Конечно же, девочки со "Стелы Поларис" были обязаны обслуживать любого клиента, но по их болтовне я понял, что кроме миньета его лежачего члена они ничем больше с Генрихом не занимались. Предполагаю, что он просто отбывал положенный ценз и поэтому ничего серьезного нам изначально не поручали.

Вы спросите, а как же задача по уничтожению большевистского судоходства? Так ведь нам не ставили задачу заходить в Кольский залив, да мы к нему так и не приблизились - помог случай. Генриху разумеется. 28 июля 1942 года, мы наконец таки достигли долготы Киркенеса, и наш "бравый" командир судорожно заметался по рубке, пытаясь выискать причину, по которой мы срочно вернемся на базу. И эта причина нашлась! В поднятый перископ мы заметили спасательную шлюпку, которая борясь со встречным ветром и течением, усиленно пыталась двигаться в сторону полуострова Рыбачий. Судя по надписи на планшире - "Хоному", шлюпка принадлежала одному из потопленных конвоем PQ-17 судов. Наверное, будь видимость похуже, измученные моряки сумели бы преодолеть десяток миль до русского берега, но на свою беду они встретили Генриха. Бродда приказал срочно всплыть в надводное положение и захватить моряков в плен, так как они, по его мнению, могли обладать важными документами о характере грузов давно разгромленного конвоя. Почему срочно - выяснилось когда мы всплыли в надводное положение. Со стороны Киркенеса к шлюпке спешили тральщик и сторожевик. Если бы они успели первыми - нам бы пришлось продолжать свой поход. Чего мы не заметили сразу - так это того, что со стороны Рыбачьего в нашу сторону устремились русские торпедные катера. Генрих тут же приказал дать полный ход и двигаться на юго-запад, чтобы заслониться от русских упомянутыми тральщиком и сторожевиком. В довершение всех напастей свалилась еще одна - по нам стала стрелять русская батарея. Она взяла нас в вилку, и вопрос нашего утопления был делом нескольких минут. К счастью, для экипажа, за время последнего похода мы успели потренироваться в бесконечных уклонениях от мерещившихся Генриху самолетов. Успели. Чем закончился бой наших кораблей с катерами не знаю - мы полдня пролежали на грунте, а вечером доставили "важных" пленных в Киркенес, завершив поход.

За время двухнедельной стоянки в Киркенесе мы заключали пари о том, что Генриха все же снимут с должности, но 5 августа 1942 года наша старуха U-209 вышла из Киркенеса, под командованием все того же капитан-лейтенанта Генриха Бродды. Видимо был у Генриха могущественный покровитель наверху. Тем более, что наше второе патрулирование в апреле 1942 года, было внезапно прервано. И рано утром 20 апреля мы уже стояли в Бергене, а Генрих на самолете убыл в Берлин - праздновать день рождения фюрера. Вернулся он оттуда только 15 мая, отпраздновав в Берлине и свой день рождения.

В соответствии с заданием, наша лодка заняла позицию у северо-восточной части полуострова Канин. 14 августа Бродда получил по радио указание адмирала Шмундта сместиться к востоку и обследовать Карские ворота. С моей точки зрения - нас убирали в тот район, где у русских не было никаких серьезных противолодочных сил - то есть снова отправляли на прогулку. Ночью 16 августа 1942 года наша U-209 легла на грунт в проливе Карские ворота на глубине 58 метров. В 06.55 мы всплыли в надводное положение. Стоял полный штиль и висела дымка, затрудняющая сигнальщикам наблюдение за горизонтом. Впереди по курсу было огромное ледовое поле простирающееся с северо-запада на юго-восток. Мы начали движение вдоль кромки льда. К моему удивлению Генрих все эти дни вел себя спокойно, и я уж начал было верить в то, что он, наконец, излечился от трусости. Но не тут то было!

В 09.50 Бродда получил донесение, что 15 августа воздушная разведка люфтваффе обнаружила караван из 5 судов, следующих к проливу Югорский Шар, который свободен ото льда. Мы изменили курс и проследовали в предполагаемую точку встречи с караваном. По мере движения, к Бродду снова стала возвращаться старая болезнь, именуемая трусостью. Примерно в полдень наша лодка прибыла в пролив. В 13.30 с правого борта сигнальщики обнаружили вначале дым, а затем силуэты пяти кораблей. И тут Генриха прорвало! Ну, как наверное уже понял читатель, погрузились мы очень быстро - натренировались! Подняв в 13.39 перископ Генрих стал самолично наблюдать за конвоем, а мы, те, кто находился в центральном посту перешептываться и делать пари, по поводу того, что он нам скажет. А сказал он про два русских эсминца, два парохода и один охотник за подводными лодками, и добавил совершенную ахинею про то, что гладкое как зеркало море создавало сильную рефракцию, мешая ему, Броде, наблюдать за целью. (Это были пароходы "Кара", "Куйбышев", ведущий на буксире буксир "Медвежонок", и два тральщика - ТЩ-54 (бывший РТ-9 "Ролик") и ТЩ-62 (бывший РТ-41 "М.Горький"). 11 августа конвой вышел из Архангельска в Хабарово и приближался к конечной точке маршрута. - прим авт.) Естественно, что любому из нас было понятно, что наш командир просто боится того, что бурун от поднятого перископа в штилевую погоду будет виден издалека. В 15.40, когда шумы винтов кораблей и судов конвоя стали стихать, Генрих отдал приказ всплыть в надводное положение. К моменту всплытия в надводное положение, конвой начал втягиваться в пролив и атаковать его стало невозможно. Поднявшись на мостик, я разглядел в бинокль, что упомянутые Броддой русские эсминцы - на самом деле рыболовные траулеры, и наверняка почти безоружные. Поскольку свое замечание я высказал достаточно громко, и его слышали многие, то наш трусливый командир, начал хорохориться и строить из себя героя, вызвав на палубу расчет 88-мм пушки, чтобы расстрелять концевой транспорт, но открыть огонь лодка не успела, так как уже в момент всплытия в надводное положение транспорт находился вне досягаемости наших пушек. В 16.20 корабли окончательно скрылись в Югорском Шаре, похоронив наши надежды на открытие боевого счета, а старуха U-209 изменила курс, чтобы избежать попадания в сектора обстрела береговых батарей противника. Как я понял, после предыдущего похода, у Генриха появилась новая отговорка - русские береговые батареи.

Мы отошли мористее и провели остаток дня в надводном положении возле острова Матвеев. 17 августа в 03.15 впереди по курсу была обнаружена полоса дыма. Лодка тут же погрузилась и застопорила ход, чтобы не выдавать себя буруном от перископа. Несчастный Генрих заметался по центральному посту, проклиная свое недавнее публичное геройство. Пока он суетился, и закусив губу пытался выдумать очередную причину для отказа от атаки, я успел разглядеть приближающиеся в нашу сторону суда - это был небольшой сторожевик, два маленьких парохода, один из которых волокли на буксире, и две баржи, одна из которых была набита людьми. Поскольку мой доклад о характере целей, был тут же записан в вахтенный журнал, то Генрих взглянув на меня со злостью, понял, что отвертеться от атаки не удастся. Тем более, что при повторном рассмотрении, выяснилось, что пароход, принятый за сторожевик, таковым не являлся, а на барже помимо мужчин в телогрейках было полно женщин и детей. Лично мне стало также ясно, что это мой последний поход на борту U-209, и Генрих постарается, чтобы меня перевели на другую лодку.

Наконец-то наша первая настоящая атака! Хотя из надводного положения. Но Генрих, узнав, что противник безоружен, сам громогласно заявил, что нечего тратить торпеды на этих русских свиней - расстреляем из орудия! Герой однако! Впрочем, оружие у русских было - на барже присутствовало пятеро в военной форме, в фуражках с синим околышем - русская полиция. У четверых были винтовки, а у старшего, как выяснилось позже, был револьвер. В 05.26 наша лодка всплыла в надводное положение, а на палубу был вызван орудийный расчет. Суда были разделены на две группы и следовали строем кильватера на расстоянии трех миль друг от друга.

В качестве первой цели была выбрана баржа с женщинами и детьми (баржа П-4 - прим. авт.). К 6.00 она была объята пламенем, но продолжала держаться на плаву. Находящиеся на ней люди, спасаясь от огня, прыгали за борт. В общей сложности на ней находилось около 300 человек, многие из которых были одеты в телогрейки. Брода потом утверждал, что из-за этого он решил, что речь идет о солдатах. Пока шел расстрел баржи, Буксир (буксир "Комсомолец", капитан П.К.Михеев - прим. авт.) обрубив буксирный канат, попытался скрыться. Этот маневр был замечен, и мы тут же перенесли огонь на буксир. После нескольких попаданий, из нашей 88-мм пушки, он загорелся, и как нам показалось затонул.

Разделавшись с буксиром, наш доблестный командир решил добить баржу (баржу П-4 - прим. авт.). Вокруг нее плавало множество людей, некоторые из них попали под винты нашей субмарины, другие пытались уцепиться за шпигаты на легком корпусе лодки и взобраться на палубу. Генрих начал яростно расстреливать их из личного "парабеллума" и приказал поднять наверх пулемет, и вызвать всех свободных от вахты с пистолетами-пулеметами наверх. Одной женщин каким-то чудом плавающей на поверхности моря с маленьким ребенком в руке, удалось зацепиться правой рукой за шпигат в районе боевой рубки. Было явно видно, что сил, на то, чтобы взобраться наверх у нее уже не хватит. Генрих, с каким-то жутким выражением лица, разрядил ей в голову целую обойму из пистолета, превратив все в кровавое месиво, но та так и не разжала руки - наверное, из-за того, что пальцы руки свело предсмертной судорогой. И за нашей лодкой стало волочиться ее безголовое тело, с орущим младенцем в согнутой левой руке. На то, чтобы прикончить кричащего младенца Генрих истратил еще одну обойму. В 07.10 мы подошли к барже на дистанцию 600 метров, и по ней была выпущена торпеда, но она из-за технической неисправности в цель не попала. Таким же безуспешным оказался и наш второй выстрел. Проверка торпедных аппаратов ничего не дала. Торпеды должны были угодить в среднюю часть баржи, но этого не произошло. А дальше, наш герой-командир заработал нашивку за ранение. Я уже упоминал выше, что на барже было пятеро военных, из них четверо с винтовками - и кто-то из них открыл огонь по нашей лодке. Стрелял он достаточно метко - в течении минуты в лодку с расстояния около 300 метров попало три винтовочные пули. Две ударили в ограждение рубки, а одна сбила командирскую фуражку с головы Генриха, слегка оцарапав ему скальп. И мы драпанули наутек от безвестного русского, засевшего с винтовкой на горящей барже. Сам Бродда объяснял это тем, что оставшиеся русские корабли могли от нас удрать. Куда удрать? Даже без бинокля было видно, что один из русских пароходов уже удрал, скрывшись за островом (буксир "Норд" - прим авт.) и держа курс на Югорский Шар. Второй пароход, и баржа ("Комилес" и лихтер Ш - прим. авт.) стояли на якоре возле острова Макеев и никуда удрать не могли, по причине того, что не могли двигаться самостоятельно.

В 8.00 наша ПЛ подошла к неподвижно стоящим судам и потопила пароход ("Комилес" - прим. авт.) артиллерийским огнем. Его экипаж бросился в воду и стал добираться до берега вплавь, а мы стали расстреливать русских из зенитной 20-мм пушки и пулемета. Затем наступила очередь баржи с углем (лихтер Ш - прим. авт.). Но русская баржа отказывалась тонуть. В 8.05 по нему была выпущена торпеда с расстояния в 300 метров, но в цель она не попала. Не слышали мы и взрыва торпеды от попадания в береговую скалу. Генрих начал что-то кричать про саботажников и партизан Норвегии, и про то, что он лично пожалуется фюреру на то, что нас снабжают негодным оружием. Пришлось в 08.10 снова открывать артиллерийский огонь. Били мы прямой наводкой с расстояния в 100 метров, но уголь по всей видимости поглощал энергию взрывов наших снарядов и мы истратили весь оставшийся боезапас к 88-мм орудию, наконец лихтер, объятый пламенем затонул.

В 08.15 мы стали возвращаться к горящей барже. Баржа нас встретила винтовочным огнем одинокого, но очень меткого стрелка. Вот кого можно сразу назначать командиром лодки! После того, как третья пуля с визгом отскочила от ограждения рубки, наш командир не выдержал и приказал играть срочное погружение. Сблизившись с баржей на расстояние 320 метров, он выпустил торпеду из аппарата N4. Торпеда к нашему разочарованию и удивлению (нас занимал вопрос, что будет делать наш командир, если закончатся торпеды - пойдет на абордаж против фанатика-русского, или начнет вызывать подкрепление в виде торпедоносцев люфтваффе) сработала нормально и баржа затонула. Еще примерно полчаса Генрих забавлялся с русской женщиной уцепившейся за перископ. Его интересовало, на сколько у русской хватит дыхания. Бродде опускал перископ под воду примерно на метр в глубину, но русская не разжимала рук. С каждым разом он увеличивал время погружения перископа, начав с пяти секунд выдержки, а мы организовали пари, которое выиграл старина Шурцер. Русская не выдержала на минуте и пяти секундах - либо захлебнулась, либо просто утонула. (данную сцену, в несколько измененном варианте (по требованию советского цензора - прим. авт.), Валентин Пикуль вставит в роман "Реквием каравану PQ-17" - прим. авт.)

В 09.15 мы всплыли в надводное положение и вооружившись автоматами, стали прочесывать место гибели баржи, добивая ненужных свидетелей нашей атаки. Погода стала меняться - волнение моря увеличилось, пошел дождь, задул ветер. Опасаясь появления советских сторожевиков, наш командир приказал взять курс на южное побережье Новой Земли. В 13.40 он сообщил радиограммой о потоплении артиллерийским огнем двух буксирных караванов в квадрате АТ-8762. В ней же сообщалось, что на барже находилось 300 солдат…"

Это взгляд немецкой стороны на происходившие события. А что по поводу происшедшего говорят советские источники?

Из материалов отчета работы межведомственной комиссии НКВД, СМП и ВМФ по факту гибели сотрудников "Норильстроя", судов "Комсомолец", "Комилес", лихтера Ш и баржи П-4:

" 16 августа 1942 года около полуночи из поселка Хабарово в Нарьян-Мар, без согласования с командиром Северного Отряда БВФ капитаном 1 ранга Н.П.Анниным, вышла группа кораблей, принадлежащая НКВД. В состав группы входили: буксирные пароходы "Комсомолец", "Норд" и "Комилес". "Норд" буксировал неисправный "Комилес" и лихтер Ш, а "Комсомолец" баржу П-4. На последней находилось 267 300 человек из числа семей полярников, строителей "Норильстроя" на работы на объекте НКВД N300, а также рыбаков. Суда направились в Нарьян-Мар несмотря на наличие информации о действии немецких подводных лодок, отказавшись от эскорта находящихся в Хабарово ТЩ-54 и ТЩ-62. Старший каравана … (фамилия неразборчиво - прим.авт.) движимый личными мотивами (торопился на день рождения к жене) нарушил действующие инструкции об обеспечении безопасности мореплавания. Проведенная проверка вскрыла целый ряд случаев, когда подобные переходы совершались в нарушение инструкций без охранения как НКВД, так и Северным морским пароходством (см. приложение N2), из-за чего постоянно возникали конфликты с командованием Беломорской военной флотилией.

До утра 17 августа с.г. плавание проходило без происшествий. Караван двигался со скоростью 6 узлов. Головным шел буксир "Комсомолец" с баржей П-4 на буксире. 17 августа около 7.00 когда караван проходил в 2 милях от северного побережья острова Матвеев, вблизи него всплыла немецкая подводная лодка, которая открыла огонь по буксиру и барже П-4. Неожиданно на расстоянии около полукилометра от пароходов показался перископ подводной лодки. Спустя несколько минут подводная лодка выпустила торпеды. Буксиры пошли ко дну. На баржах, не смотря на усилия старшего патруля НКВД, поднялась паника. Крики детей и женщин разносились далеко по морю. Несколько человек из команды, оставшихся в живых, тщетно пытались направить баржи к берегу.

И тогда совсем неподалеку от беспомощных барж, которые несло по воле течения, всплыла подводная лодка. Из люка на палубу поднялись офицер и матросы. Гитлеровский офицер (особые приметы смотри в приложении N1) несколько минут разглядывал в бинокль баржи, хотя и невооруженным глазом было видно, что на баржах находятся женщины и дети, затем отдал приказание. Фашистские матросы открыли огонь из пулеметов. На баржи обрушился поток огня. Уцелевшие пассажиры бросились в воду, пытаясь вплавь добраться до берега. Фашистские бандиты открыли огонь по людям, которые в холодной морской воде искали спасения от смерти. Через несколько минут все было кончено. Баржи затонули. Лишь несколько человек, израненных, полуживых, добрались до берега, и от них мы узнали об очередном зверстве фашистов.

Информация о нападении подводной лодки была получена в Хабарово в 09.20. тральщики ТЩ-54 и ТЩ-62 под командованием капитана 3 ранга Королева снялись с якоря и двинулись к острову Матвеев. В 11.00 ими был встречен буксир "Норд", капитан которого обрисовал происшедшее. Вместе с буксиром тральщики направились к острову Матвеев. Головным шел ТЩ-62. В 14.40 при подходе к острову была обнаружена шлюпка с людьми. В 15.00 двое человек, находившихся в шлюпке были подняты на борт. Один из них был тяжело ранен. Одновременно были обнаружены плавающие мертвые тела с надетыми на них пробковыми поясами. Спасенные сообщили, что они единственные, кто уцелел с баржи П-4. Немецкие подводники, расстреляв баржу из орудий, добивали плавающих в воде огнем из пулемета и ручного оружия. В 15.40 тральщики прибыли в район гибели лихтера Ш и буксира "Комилес". Буксир "Норд" пришвартовался к мачтам затонувшего "Комилеса" и спустил шлюпки, чтобы забрать с острова оставшихся в живых. Затем был найден буксир "Комосомолец" выбросившийся на берег у северной оконечности острова. Всего, было спасено 23 человека из 328, находившихся на судах уничтоженного каравана. В 19.50 тральщики и "Норд" отправились обратно в Хабаров, куда прибыли в 02.40 18 августа….

… в целях предотвращения случаев гибели советских людей по причинам служебной халатности и недисциплинированности должностных лиц, РЕШИЛИ:…"

Читателей, наверное уже не удивляет, что изложение версий немецкой и советской стороной по одному и тому же факту, имеют существенные расхождения, поэтому мы не будем заострять на этом внимание, и впаривать читателю, какую-нибудь заумную философскую мысль, а перейдем к изложению последующих событий, связанных с деятельностью подводной лодки U-209. Ее акция, помимо появления в северных широтах противолодочной авиации СФ, вызвала и более сильную волну в советском руководстве. Читатель наверное уже знает, из документальных источников, что Сталин очень ценил Головко, как командующего Северным флотом, уважал Сталин и Папанина, руководившего Северным морским пароходством. Что касается Берии - то последний был правой рукой Сталина. Именно ему Сталин и поручил разобраться с этим преступлением против советских людей, а Головко и Папанина он попросил оказать содействие в данном вопросе. Какая из советских подводных лодок высаживала ту группу норвежских подпольщиков, современным историкам установить так и не удалось. Но группа начала действовать и собирать информацию. Помогали ей в этом и жители Норвегии и проститутки со "Стеллы Поларис" - бывшего норвежского лайнера, превращенного фашистами в бордель (официально называлось - дом отдыха - прим. авт.) для подводников.

Есть все основания считать, что номер лодки-убийцы и фамилия палача-командира, уже в октябре 1942 года стали известны советскому командованию, и оно в соответствии со статьей 18 приложения 2 к Атлантической хартии подписанной США, Англией и СССР, внесло и лодку и ее командира в список военных преступников, подлежащих уничтожению без суда и следствия. Основанием для этого является авария происшедшая на лодке U-209 во время ее попытки выйти в декабре 1942 года на боевое патрулирование. Субмарина с трудом вернулась на базу, а затем была отправлена в Киль на ремонт, который продлился почти полгода. Следует также заметить, что несмотря на то, что лодка затем начала действовать на другом ТВД, это не избавило ее от пристального внимания противолодочных сил противника, и она в конце концов была уничтожена, о чем будет рассказано ниже. А пока мы снова вернемся к мемуарам Германа Шульца "Борьба с большевизмом в Арктике":

" …Должен заметить, что наше бегство было вполне оправданно и разумно. Наверняка на уничтоженной барже, были жены и дети тех, кто служил на русских сторожевиках стоявших в Хабарово. Чтобы с нами сделали их экипажи если бы обнаружили - объяснять не нужно. Удовлетворение от удачно проведенной торпедной атаки по неподвижной барже с 300 метров, благоприятно повлияло на капитан-лейтенанта Генриха Бродду. Он сидел в центральном пьяный, с видом эксперта торпедных атак и отсвечивал белоснежным бинтом, который от всей души намотали ему на поцарапанную пулей голову. Получалось что-то вроде индусской чалмы. Я не знаю, какими словами материл нас командир U-456, но догадываюсь, что приказ командования ему явно не понравился. Капитан-лейтенанту Максу-Мартину Тейхерту, предписывалось прибыть в район острова Междушарский в квадрат АТ-7125 и передать нам 80 88-мм снарядов, а также необходимое количество снарядов к 20-мм зенитке. У меня же начало складываться впечатление, что нашего Генриха, кто-то наверху явно пытается вытянуть на отважного героя-подводника, заслуживающего Железного Креста и повышения по службе. С U-456 мы встретились 19 августа в 09.05, но из-за сильного волнения (4 балла) снабдить нас боезапасом не удалось. Генрих и Макс-Мартин, посовещавшись приняли решение зайти в пролив Костин Шар. Там то, и произошло то, что очередной раз довело нашего Генриха до истерической паничности или панической истерии.

Было примерно 13.10, когда возле наших лодок взметнулись вверх водяные столбы. Вскоре, сигнальщики обнаружили четыре русских корабля (СКР-19, ТЩ-39, ТЩ-58, мотобот "Полярник" - прим. авт.), на расстоянии примерно 7000 метров от нас. Естественно, что мы от них драпанули, и бежали впереди U-456, поскольку у нас не было снарядов. Огонь U-456 был хуже огня русских, впрочем, и последним не удалось достичь успехов. Нас спасло то, что наша скорость в надводном положении была на 10 узлов выше, чем у русских сторожевых вооруженных пароходов. Оторвались мы от них примерно через полчаса. В 18.30, возле острова Гусиная земля, нам удалось найти подходящее место, и на нашу лодку перегрузили 80 снарядов к 88-миллиметровке. Примерно до 24 августа, мы болтались в этой арктической глухомани, пока вдруг про нас не вспомнили, и к величайшему огорчению нашего командира, заставили вернуться в пролив Югорский Шар.

Мы прибыли на место утром 26 августа, и тут же Генрих, видимо опасаясь мести русских сторожевиков за потопленную баржу с местными жителями, ухитрился погнуть перископ о какую-то льдину. Но тут ему крупно обломилось - разрешения на возвращение домой он не получил. Нам было приказано контролировать судоходство через пролив. Должен сказать, что ум у труса работает очень быстро. Пометавшись в панике по центральному посту, Генрих с многозначительным видом заявил, что прекратит советское судоходство полностью, и тогда не нужно будет его контролировать. "Гениальный" план нашего командира, заключался в уничтожении маяка на полуострове Медынский Заворот, который располагался, юго-западнее Югорского Шара. Мы подошли туда рано утром 27 августа, и в течении всего дня, Бродда внимательно рассматривал маяк и его окрестности. Сопровождая рекогносцировку местности, непрерывными сентенциями про русские береговые батареи и торпедные катера в укрытии.

Мне удалось глянуть в перископ, и ничего интересного я не обнаружил - маяк, четыре мачты, и большой дом - наверное радиостанция. Несколько домов поменьше - очевидно для персонала маяка. В 00.07 28 августа мы подобрались вплотную к маяку и легли на грунт, дожидаясь, когда начнет светать. В 04.03 продув ЦГБ всплыли в надводное положение, отдраили верхний рубочный люк, и начали действия по уничтожению маяка. Беглым огнем из 88-мм орудия мы подожгли три здания, включая самое большое, и перенесли огонь на маяк, когда ситуация на берегу изменилась - сигнальщик заметил колонну грузовых автомобилей, двигавшихся вдоль берега к маяку. По команде расхрабрившегося Генриха, расчет 20-мм зенитного орудия начал обстреливать новую цель. Естественно, что русские поставили дымзавес, развернулись и драпанули в обратном направлении вглубь территории, на материк. Решение Бродды было в корне неверным - нужно было не долбить здание маяка 88-мм болванками, а ударить из 88 по концевой машине колонны, а затем уже расстреливать всю колонну русских. Впрочем, мое мнение основано на том, что колонна состояла из гражданских машин, и везла гражданские грузы. Если там были русские солдаты - то вряд ли бы нам удалась эта затея. А они там были - либо на этих грузовиках, либо где-то в замаскированных окопах. Наш веселый блицкриг длился ровно семнадцать минут. Ровно в 04.20, наш бравый капитан-лейтенант Генрих Бродда заработал себе вторую нашивку за ранение.

Причиной этого ранения был еще один русский меткий стрелок. Точнее сказать минометчик. Конечно же это можно считать дьявольской случайностью, но первая же русская мина калибром 82 мм, выпущенная им с берега влетела прямиком в рубочный люк. От потерь нас спасло то, что все мы находились наверху. Ранение осколками получил только наш командир, чей командирский зад в момент взрыва мины в центральном посту оказался на пути вылетающих осколков. Один из них пропорол его правую ягодицу, а второй рикошетом от шахты рубочного люка, чуть не отсек бедняге Генриху мошонку. К нашему глубокому несчастью, Генрих тут же упал в шахту рубочного люка, но головой вверх, и мы лишились шанса получить нового командира. Не помогло в этом деле и то, что все кто экстренно спрыгивал вниз приземлялся на его бесчувственное тело. А спрыгивали вниз мы по причине ураганного стрелкового огня русских внезапно обрушившегося на нашу лодку. Три или четыре пулемета, несколько десяток винтовок и тот самый миномет. ( это была 17-я отдельная рота 34-го ОВРа, под командованием капитана А.В. Чекмарева, о чем он подробно рассказывает в свое книге "Анабазис на фоне полярной тундры" - прим. авт. ) Двое из расчета 88-мм пушки получили легкие ранения. Пули русских металлическим дождем барабанили по корпусу лодки, пока мы гремя дизелями драпали в открытое море. И все таки, проклятый русский минометчик, стрелявший с закрытой позиции, ухитрился еще дважды попасть в нашу лодку.

Полученных повреждений лодки и ранений личного состава по мнению Генриха, пришедшего в сознание примерно через два часа после нашего бегства и погружения, было вполне достаточно, чтобы возвратиться в базу с чувством выполненного долга. Но неприятности нас не оставили - ночью 29 августа, когда мы шли в надводном положении около острова Колгуев, из тумана выскочили настоящие британские эсминцы (не эсминцы, а корветы "Поппи" и "Лотус" - прим. авт.), и мы еле успели погрузиться. Нас спасла от обнаружения плохая гидрология моря в этом районе. 1 сентября мы прибыли в Нарвик. А оттуда нас срочно погнали на ремонт в Берген. По прибытии в Берген, меня ждала радостная новость - я назначен командиром учебной подлодки U-150! Как здорово! Я был счастлив убраться из этого дурдома! Весь экипаж, кроме Генриха, смотрел на меня с завистью. Ах, да совершенно забыл еще одну маленькую деталь. У нас существовала в то время традиция - составлять для каждой подводной лодки герб. Герб обычно связывался с каким-то значимым событием в жизни корабля. Например на одной из лодок, которая выжила после тарана русского сторожевика, кажется на U-578, под командованием Ревинкеля, на гербе был изображен нос русского сторожевика, таранящего подводную лодку, а внизу было написано: "Святой Нос, 1941". Так вот, чокнутый Бродда, для того, чтобы увековечить расстрел баржи с женщинами и детьми, официально утвердил герб, на котором была изображена лодка, таранящая своим форштевнем льва! Это вроде как, мы не детей винтами рубили, а дрались с превосходящим нас противником! Совершенно неудивительно, что кроме этих барж и буксиров, у экипаж Генриха Бродды, до самой своей гибели, больше не было никаких побед …"

Взгляд советской стороны на бой у маяка, традиционно отличается от немецкой версии. Вот что пишет в своей автобиографичной книге "Анабазис на фоне полярной тундры" А.В. Чекмарев:

"… Что общего у всех штабов любых армий любых государств? Неумение различать понос и золотуху, и это, что характерно, всегда порождает бардак на войне. Бардак, который приходиться расхлебывать простым майорам и капитанам. Это уже потом, после войны, будут пачками рекрутироваться "Дюма", которые будут облекать всю неразбериху, грязь, кровь и пот в блестящие стратегические прорывы, гениальное планирование, и прочие придуманные качества "великих" полководцев, забывая при этом, что слово "полководец", что характерно, образовано от слова "полк". Не дивизия, не армия, а именно полк. Не дивизеводец и не армеводец (поводырь армян?), а именно полководец. Лучше всего устроились в этом плане моряки - у них есть термин флотоводец. Однако вернусь к теме.

В этот день нашу роту подняли по тревоге. Немцы высадили десант в Хабарово! Связь с Хабарово, что характерно, тут же прервалась, и проверить достоверность информации мы естественно не смогли. Что делать? Идиотский вопрос - запрыгнули в полуторки и помчались в Хабарово. Ехать до него - мама не горюй! Почти полдня. Почему не разместили гарнизон в самом Хабарово? Это не ко мне - это к дивизеводцам. У меня всего лишь рота. И больше мне вряд ли дадут из-за моего белогвардейско-дворянско-немецкого происхождения (по крайней мере я тогда так считал). Как я выжил в 1937 году? Чисто случайно!

В день, когда за мной пришли, точнее в ночь, ибо, что характерно, приходили они всегда ночью, точнее приезжали на черных "эмках" именуемых "воронками", и всегда, что характерно в начищенных до блеска сапогах (Видимо из-за этого и приезжали ночью - днем занимались сапогами), так вот, в ту ночь, я стоял дежурным по части. Они приехали, а меня дома нет - дежурю! Позвонила перепуганная жена и плачет в трубку:

- Милый! За тобой приезжали!

У меня внутри все похолодело. Но я человек военный! Почему жена говорит "приезжали" вместо "приехали"?

- И где они сейчас? - спрашиваю супругу.

- Я сказала, что ты на дежурстве. Они покрутились полчаса и уехали.

- Все будет хорошо. Не плачь! - ответил я и положил трубку. А у самого мысли заметались по прокуренной рубке дежурного по части. Что делать? Бежать? Куда? Это только в романах российских фантастов сбегают от НКВД и ведут сними уличные бои в центре Москвы. Бежать некуда. Стреляться? Глупо! К тому же, я наполовину немец и люблю порядок! Ну застрелюсь я или сбегу, и что? Кому дежурство по части передать? Печати, ключи от пирамид с оружием? Придется ждать утра, когда придет наше командование. Доложу ему как положено - пусть принимает решение. А если "эти" сюда припрутся? Ну и что с того? Стоп! Я хлопнул себя по лбу и потер виски. Фигня какая-то получается! Особист наш Мойша Сломонович Шмундельсон ( Еще из тех, в "пыльных шлемах", причем первого разлива! Бывший бандит из Нью-Йорка, прибыл в 1917 году из Америки вместе с Троцким на пароходе), так вот, особист наш, что характерно уходил из части последним, и приходил самым первым. И уходя всегда инструктировал стоящего дежурного. В данном случае меня! И чего Мойша ко мне домой поперся, если прекрасно знает, что я дежурным стою? Какая-то фигня! Придется ждать утра. Искурил я тогда три пачки "Беломора". И вот оно утро. И вот он Мойша - вначале появлется крючковатый нос через дверь и нюхает воздух - типа не пил ли ночью дежурный? Затем появляется сам. В начищенных до блеска сапогах.

- Таки что у нас за ночь случилось?

Ну я ему стандартный доклад - за ночь происшествий нет, за исключением… Его крючкообразный нос взметнулся вверх от удивления, лицо его побелело кА фата у невесты и он рванул в свой кабинет бормоча на ходу:

- Надо пойти проверить, неужто напутал с планами… Мне же тогда… Меня же…

Отсутствовал он там минут пятнадцать. Вернулся спокойный, счастливый и разя свежее-коньячным перегаром швырнул мне на стол папку:

- Читай белогвардеско-дворянско-немецкая сволочь и провокатор!

И я прочитал. Это была выписка из годового плана НКВД штаба нашего округа. Первый квартал - борьба с троцкистами, второй квартал - борьба с религиозным мракобесием, третий квартал - борьба с румынскими шпионами, четвертый квартал - борьба с белогвардейским отродьем. Ну и указана разнарядка с количеством шпионов и мракобесов и белогвардейцев.

- Таки прочитал? - задал мне вопрос Мойша.

Я в ответ кивнул.

- Таки какой сейчас месяц и квартал?

- Февраль. Первый квартал.

- Таки что ты мне тогда голову морочишь? Борьбы с провокаторами в плане вообще нет. С тобой, как с белогвардейским отродьем бороться буду только в октябре месяце. Так что приходи ко мне через семь месяцев, а пока - спи спокойно дорогой товарищ!

Если честно, то я тогда просто ох…л, и попытался спросить о ночных визитерах:

- А…

- Меня ваши склоки на коммунальной кухне не интересуют!

И ушел. С дежурства сменился я по инструкции - вечером. Дома жена в слезах с невыспавшимися глазами. Успокоить не смог. Спал с пистолетом под подушкой. Пытался спать. Но не пришли они. Выкурил еще три пачки "Беломора" и пришел к выводу, слишком жирно будет, если я сам к вам еще и приду! Вам нужно вы меня и арестовывайте! Прождал неделю. Никого и ничего. Тайну сего странного происшествия открыл мне Мойша через месяц. Оказывается донос на меня настрочил режиссер местного театра, который пытался ухлестывать за моей супругой и банально получил от меня по морде. Будучи человеком гражданским - он отнес его в местное городское управление НКВД. Те прислали наряд - а я на службе. Вернулись к себе и собирались приехать следующей ночью. Но не успели. Сами попали под чистку областного НКВД, которое в первом квартале текущего года работало над чистотой своих рядов.

Ну и старшего группы взяли вместе с ордером на мой арест. Естественно, что ему тут же пришили попытку развала РККА и работу на пару тройку разведок! Шутка ли - гражданский чекист, решил пересажать офицеров Красной Армии и ослабить обороноспособность государства. Десять лет без права переписки. И этот режиссеришка тоже. Правда ему повезло - то ли Мейерхольд заступился, то ли еще какой-то московский клоун. Кстати, небезызвестный Солженицин пострадал из-за доноса, который он написал на Пастернака - донос попал в руки какого-то любителя стихов с Лубянки - и тот такого вероломства по отношений к пролетарской поэзии от какого-то там якобы писателя не потерпел! (А.В. Чекмарев злобно клевещет - Солженицина арестовали из-за клеветы на Иосифа Бродского - прим. авт.)

Второй раз, меня чуть не загребли в 1939 году в финскую. Мехлис проверял нашу дивизию перед наступлением, и мое явно непролетарское лицо ему не понравилось. Он дал команду дивизионным особистам меня проверить. А те что? Как всегда - начальство убыло, а они за рюмку. Нажрались от радости, что их проверка не задела, а меня на следующий день решили оставить. Рано напились! Мехлис, как потом выяснилось, никуда из дивизии не убывал. Человек он был конечно еще тот! Но чего-чего а в смелости ему не откажешь! Из штаба дивизии он действительно убыл. Но на передовую. Наблюдать за процессом из первых рядов. А наше то командование - дивизиеводцы - у них дивизия заканчивается сразу же за границей охраны штаба дивизии. Тоже напились. А мы в наступление пошли. Ну поначалу все нормально - смяли финнов, бодрячком вперед, следом за нами - штабные машины, везущие пьяные бесчувственные тушки наших штабных дивизиеводцев. Заночевали. Мехлис всю ночь доносы строчил о том что увидел. При всей неприязни к нему, должен заметить, что доносы толковые - никакой фигни про религиозное мракобесие и троцкистов! Все по существу - этот погнал свою роту на пулеметы, вместо того, чтобы короткими перебежками и под прикрытием огня танков. Этот - танки прямиком на мины загнал, поленившись вызвать саперов. Этот бойцов не накормил. Этот разведчиков - в цепь поставил.

Утром, что характерно, выяснилось, что финны нас окружили - от соседей мы оторвались, а дорогу по которой наступали, перерезал батальон финских лыжников. Тут и дивизиеводцы проснулись, и начали трезветь. Но медленно! Мехлис прыгает вокруг них, орет - доложите обстановку! А те - ни ухом, ни рылом! В тылу паника - финские лыжники. Да еще соседние дивизии - их командиры обломались наступать. Пришлось Льву Захаровичу брать командование в свои руки и лично организовывать прорыв из окружения. И, что характерно, он решил вести всех за собой, сев за рычаги танка, того самого, который поддерживал мою роту. Влип! Ан нет! Пока живу - Мехлис никогда и ничего не забывал, но в тот момент я был слишком мелкой сошкой для его гнева. Тем более, что именно моей роте нужно было возглавить выход из окружения, по его личным инструкциям. Инструктирует он меня со всей своей пролетарской решимостью. Чередует лозунги всякие с советами как правильно наступать, а тут наши особисты проснулись, и пришли меня арестовывать. Выяснилось, что Лев Захарович не любит, когда его перебивают. Приказал мне поставить особистов в стрелковую цепь, а одному вручить полковое знамя. А я набрался наглости, и воспользовавшись паузой (пока особисты трезвели от внезапно-негаднного ужаса) указал командиру танка возможные позиции финских пулеметов. И видимо Лев Захарович запомнил мои слова и советы танкистам.

Прорыв прошел удачно. Там действительно были финские пулеметы, но танкисты их вовремя уничтожили. Пока мы прорывались, особисты впарили полковое знамя какому-то пехотинцу узбеку и смылись в тыл. Думали Мехлис о них не вспомнит! Дураки! Он ведь и меня не забыл. Правда, вместо расстрела - получил я орден Боевого Красного Знамени - лично из его рук. Орден этот должен был получить один из наших дивизиеводцев. Эти штабные орлы, вместо подготовки дивизии к наступлению все время потратили на составление наградных листов за будущую победу. Орденов этих было почти полсотни. Наградили и узбека, который шел в атаку со знаменем. О дальнейшей судьбе наших дивизиеводцев я узнал только после войны. Какой-то "дюмишка" настрочил книжку про злобного Сталина, который типа обезглавил все руководство Красной Армии перед войной. Талантливые полководцы были зверски замучены и в подвалах, и что характерно в ГУЛАГах, и прочих там всяких местах Сибири. Фигня это все! Раньше нужно было обезглавливать, и побольше - тогда бы и не отступали к Москве в 1941.

Как я оказался на Крайнем Севере? Из-за идиота Павлова, командовавшего Западным военным округом! Лучше бы он только актрис театральных в кабинете у себя драл! Так нет же, пытался еще и командовать! Любой военный человек с мозгами скажет - командовать - это значит не мешать! Не мешать подчиненным выполнять свою задачу! А этот идиот, не смотря на директиву из Москвы аж от 18 июня 1941 года, об опасности войны, собрал все зенитки и загнал в Полесские болота на учения. Чем закончилось? Известно чем - вначале немцы авиацией выбили все штабы и разрушили связь, затем парализовали авиацией переброску подразделений к линии фронта. Танковый корпус, в котором я служил с 1940 года, первые пару дней давал немцам копоти, чуть было Гота от своих не отрезали. Не хватило самой малости - бензина и солярки! Все бензовозы были уничтожены их авиацией. В итоге сами попали в окружение. При выходе из котла получил ранение. Признали ограниченно годным. Так и отправили на Север. Однако вернемся к тому бою.

До Хабарово было еще полдня езды, когда мы услышали гул артиллерийской канонады, доносившейся со стороны маяка на полуострове Медынский Заворот. Вскоре заметили дым и пламя пожара. Еще один фашистский десант? Или только пока артподготовка? Десанты лучше всего уничтожать на самой начальной фазе. Если потянуть время - противник успеет окопаться, подтянуть подкрепления, подвезти боезапас - тогда его фиг выкуришь! Поэтому я скомандовал колонне гнать к этому маяку, высаживать личный состав, чтобы тут же с колес внезапной атакой попытаться сбросить противника в море. Стрельба велась из орудий калибром свыше трех дюймов. При подъезде к маяку по нам стали палить из зенитного "эрликона". Быстро спешились, и я отправил грузовики обратно с полуострова - нам ведь потом еще и Хабарово добираться! От огня противника нас заслонил насыпной лом, на котором стоял маяк. Взобрался на вершину, чтобы рассмотреть противника. Десанта пока не было. Огонь вела подводная лодка. Несколько домов у самой воды горело. Из одного доносилось конское ржание.

- Начальника дай бинокля! - раздался над ухом голос командира минометного расчета, Таймура Байрузовича Углубекова, узбека по национальности. Личность нужно сказать колоритная - в 20-е годы был басмачом. Получил восемь лет лагерей. Попал в Сибирь на лесоповал. Там ему так понравилось, что его чуть было не освободили досрочно через два года за ударный коммунистический труд и досрочное поведение. Точнее освободили, но с ним случилась жуткая истерика - он не хотел возвращаться домой! Он не хотел всю жизнь носить один халат на голое немытое тело и питаться черт знает чем! И не удивительно - басмачем он стал от жуткой бедности. А в Сибири, в лагере, ему выдали кучу одежды, регулярно кормили - естественно, что он не захотел ехать домой. Пристроило его в итоге лагерное начальство в подсобное хозяйство. Стал помогать местному егерю. А что получается если скрестить басмача с сибирским охотником? Конный ужас, на скаку навскидку стреляющий белок в глаз! Воевал в финнскую минометчиком. Тоже ранение. Тоже ограничено годен. На ротных учениях он показывал чудеса меткости в обращении с минометом. Но то учения!

Однако, дал я ему бинокль, а пока он что-то там смотрел, я осмотрелся по сторонам - рота рассыпалась по гребню холма, и начала потихоньку рыть окопы для стрельбы лежа, и выбирать оптимальные сектора стрельбы.

- Начальника, возьми бинокль! - вернул мне трофейный "Цейс" минометчик Углубеков, пригнулся и побежал вниз к своему миномету, начав что-то на нем подкручивать. Что он там крутит? Лодка то ведь движется! Я тоже поначалу думал - раз два и готово. А хрен там! Ориентиры на воде отсутствуют, меняется и расстояние и угловой цели - фиг попадешь! Только если совсем в упор! Зря я так думал! Тройных интегралов Углубеков конечно же в уме решать не мог, да и обычных тоже, но интуитивно на уровне каких-то подсознательных инстинктов он сумел решить задачу определения местоположения движущейся цели. Я повернулся лицом к лодке, когда за спиной раздался характерный хлопок выстрела 82-мм миномета. Можно конечно же было высказать Таймуру, за огонь без команды, да и нужно, но… Восток, как заметил классик, что характерно, дело действительно тонкое! Как хлопковая нить! У моряков я слышал, это явление носит название "золотой выстрел", а у нас на Крайнем Севере, где другие ценности и где теплый мех, спасает от холода гораздо лучше какого-то там золота, это явление называется "полный песец".

Сын солнечных хлопковых полей одержал победу над стальной рыбой истинных нордических арийцев, с истинно, что характерно, нордическим характером! Тушите свет! Конечно же, узбек-минометчик не мог потопить немецкую подлодку одной минометной миной - слишком эти стальные акулы живучие, но он попал! И попал, как я понял прямо в открытый рубочный люк, из которого взметнулись веселые клубы дыма, заразив стоящих наверху подводников эпидемией паники. Железо нужно ковать, что характерно, пока оно…

- Беглый огонь! - заорал я истошно, понимая, что никакого боя по правилам уже не получится. И мои орлы вдарили! Самой лодке, винтовочные выстрелы, никакого ущерба не причинили, но полсотни винтовок, и три пулемета весьма и весьма подбодрили немецких моряков и те поспешили убраться с палубы внутрь. Упавших за борт я не видел, но пяток раненных мы им сделали это точно! Понятно, что, убравшись внутрь прочного корпуса, немцы прекратили обстрел маяка. Ситуацию можно было бы считать ничейной, если бы не мой узбекский минометчик - Углубеков, напевая какую-то песенку, посылал вслед немцам мину за миной, периодически подкручивая минометный прицел. Три мины он залепил точно в лодку, а еще штук двенадцать разорвались рядом. Ущерб лодке они вряд ли нанесли, но немцы драпанули. И очень быстро! И, что очень радовало - далеко, скрывшись с горизонта!

А нас ждало Хабарово. На всякий случай я оставил взвод под командованием "Каппеля" у маяка, а с оставшимися двумя взводами продолжил движение в Хабарово. "Каппелем" у нас в роте звали Порфирия Александровича Гейнторп-Оболенского - из "бывших", из "белых", да еще немецких кровей. Бывший чекист. Пострадал из-за того, что не сумел обеспечить своевременную поимку маршала Блюхера, который пытался спровоцировать войну с Японией возле озера Хасан. Разминулся с этим гением-маршалом буквально на полчаса - тот, узнав, что из Москвы едет комиссия разбираться с бардаком на Дальнем Востоке дал деру в отдаленные гарнизоны, и скрывался та, пока комиссия не уехала. Получил Порфирий за этот прошлеп - четыре года лагерей, как пособник врага народа. Освободили по амнистии. Восстановиться в должности не успел - грянула война. Так и застрял на Севере. Прозвище он свое получил из-за того, что умел носить военную форму. Причем носил ее так, что казалось, что перед тобой не офицер РККА, а "каппелевец" из фильма Чапаев.

Что характерно, в Хабарово нас никто не ждал. О немецком десанте там тоже ничего не слышали. Начальник тамошней базы смотрел на меня ошарашенными глазами. А вот когда я упомянул про отражение атаки на маяк, он впал в панику, и не успокоился, пока с этого маяка по радиосвязи ему не доложили обстановку. Счатью его не было предела! Он потребовал, чтобы я тут же написал рапорт о поощрении десяти самых отличившихся, включил в него себя самого, и обещал, что всех отличившихся представят к орденам. В чудеса я не верил, но рапорт написал. Зря не верил! Через месяц нас всех действительно наградили! Разгадку сего феномена я узнал после войны. Начальник тамошней базы был коммунист и почти двоеженец. Развестись и бросить первую жену с детьми ему совесть и партия не позволяли, а порвать отношения с любовницей - чувства. Любовницу он поселил именно на этом маяке. Работала она там радисткой. Погибла в 1943 году на транспорте "Марина Раскова", потопленного немецкими подлодками. После ее смерти он месяц пил, добился освобождения от должности, а затем ушел матросом на один из новых тральщиков, кажется на ТЩ-116, участвовал в потоплении трех немецких подлодок, а после войны стал одним из разработчиков целой серии противолодочного вооружения. Умер в годы перестройки.

Вот такая вот странная история вышла с этим маяком."

Чтобы поставить точку в истории подводной лодки U-209 и ее командира, мы приведем еще один мемуарный отрывок о гибели данной субмарины. Речь идет о книге "В борьбе с нацистскими субмаринами" воспоминаний канадского летчика Иеремии Соломона Радетцки летавшего в качестве стрелка на летающей лодке "Canso" (типа "Каталина") из Sqdn. 5/W.

"…Это случилось 4 мая 1943 года. Наша "Canso" выполняла очередное рутинное патрулирование в районе к востоку от острова Ньюфауленд. Мерно гудели все четыре мотора "Каталины" - два авиационных, и два электрических в системе управления. Тоска и скука. Погода дрянь. Да и кто здесь может появиться? Никакие немецкие самолеты в такую даль не залетают. От скуки во время полетов, я занимался любимым делом, листал газеты с биржевыми сводками, чтобы по возвращении сыграть на продаже-покупке акций и увеличить свой капитал. Еще можно поразгадывать кроссворды. Именно этим я и собирался заняться, когда в наушниках раздался торжествующий вопль нашего радиста - рыжеволосого шотландского парня Исайи Мак Дизраэли, любящего после полета пооприходывать своим обрезанным членом всех девушек-католичек из вспомогательной службы, работающих на нашей авиабазе.

- Парни!!!- заорал он, - Нам прислали срочную работенку! Код "три креста"!

Мне было слышно, как кто-то присвистнул. Наверное, стоит пояснить читателю, что по предложению большевистского лидера Сталина, руководившего СССР в то время (кстати, до 1942 года СССР был единственной страной в мире, где существовала уголовная ответственность за антисемитизм) в приложение N2 к Атлантической Хартии была добавлена статья 18, в соответствии с которой США, Англия и СССР, регулярно обменивались списками военных преступников, подлежащих уничтожению без суда и следствия. Код "три креста" - как раз и существовал для обозначения таких преступников в шифрограммах и радиограммах.

Примерно через полчаса поисков, на экране радара, за котором сидел темноволосый крепыш из Квебека Саймон Мак Дуглас появилась отметка.

- Вижу свинячью лодку! - заорал Саймон, с заметным парижским акцентом, который он приобрел после того, как ему выбили два передних зуба на одной веселой рождественской драчке с морскими пехотинцами в баре "Ньюфаулендский тюлень", - Пеленг сорок три градуса, дистанция восемь миль!

Наша милая "Canso", качнув серебряным крылом, накренилась влево и легла на новый курс. Между нами и свинячей лодкой нацистов висела облачность, но от этого хуже было только наци - мы их видели на радаре, а они нас нет. Они так и не научились засекать работу нашего радара. Уже после войны я прочитал в одной книжке, что вместо разработки нового радара они занялись разработкой способа приготовления мыла из евреев, и потратили на это все деньги и все время.

- Легли на боевой курс! - прошла по трансляции команда лейтенанта Джимми Мак Сибира. Да, должен заметить, что командир наш, Джимми, человек неплохой, хотя юмор его, честно говоря плосковат и туповат. Мы летаем вместе уже тринадцать месяцев, и все эти тринадцать месяцев, он изводит меня одной и той же идиотской шуткой:

- Ерема, мать их итию! Что у вас у евреев, все не как у людей? Мало того, что пишете и читаете задом наперед, так еще так же и летаете?

Это типа он так намекает, что во время полета, я - стрелок - сижу спиной вперед, прикрывая хвост самолета. Достал уже честное слово! На себя бы посмотрел! Если он думает, что косоворотка, подпоясанная кушаком, чем-то похожа на шотландский килт, и делает его шотландцем, то он глубоко заблуждается! Хотя, как я уже сказал, парень он неплохой, простоватый сибирский богатырь, с кулаками, каждый размером с мою голову. Этими-то кулаками он и разгонял морпехов, когда узнал, что те выбили Саймону два зуба, приговаривая: "И сторицею воздастся!". Ну не сторицею, но полсотни зубов эти вояки на поле схватки оставили. Ого! Шум работы движков нашей красавицы "Canso" изменился и она пошла со снижением, пробивая слой облачности.

- Сброс!

Самолет дернулся и вниз полетели бомбы. Я прильнул к стеклу пулеметной турели, и увидел внизу свинячую лодку, около которой на воде расходилось несколько кругов от падения бомб. И тут…

- Есть! Есть! - заорал я. Я-то думал, что бомбы не взорвались, а они просто были поставлены с небольшим замедлением. Вверх взметнулось четыре водяных столба и нацистская лодка завалилась на борт. Завалилась и не выпрямилась!

- Внимание! Ложимся на боевой курс! - вновь прогремел голос нашего командира по трансляции. Правильно! Этих нацистских свиней нужно добить, чтоб не выжили!

- Сброс!

Вниз снова полетели бомбы. Снова возле лодки появились всплески, а затем вверх взметнулись водяные столбы. Свинячая лодка дернулась, и внезапно поднялоась вертикально, задрав вверх свой нос. Несколько секунд постояла в раздумье и внутри нее что-то взорвалось. Мне было видно, как разлетаются ее обломки. Наша "Canso" сделала круг. Я заметил растекающееся масляное пятно, по краям и внутри которого, виднелись человечески фигурки в оранжевых спасательных жилетах. Мы пошли на посадку к краю этого пятна - Джимми решил видимо уточнить кого мы потопили.

Волнение на море было небольшим, но я позеленел - меня быстро укачивало из-за проблем с вестибулярным аппаратом.

- Какая лодка? Кто командир? - прокричал вопрос Саймон, через приоткрый бортовой люк, одному из плававших в море наци.

- U-209, капитан-лейтенант Генрих Брода, - ответил один из нацистов.

- Извините парни, но мы торопимся. Берег в том направлении. Счастливо оставаться! С прошедшим Рождеством Вас!

Взревев моторами наша "Каталина" запрыгала по волнам и весело взмыла вверх

- Исайя! - раздался рык Джимми, - Радируй на базу - Урсула двести девять. Аллюр. Три креста. Урсула двести девять. Аллюр. Три креста. Урсула двести девять. Аллюр. Три креста. Добейся от них подтверждения и правильности приема радиограммы.

Урсула двести девять - это U-209. Словом "Аллюр" - обозначалось достоверное потопление лодки. Вероятное потопление обозначалось словом "Галоп", а вероятное повреждение - словом "Рысь".

Я был очень удивлен, когда примерно через две недели нас вызвали в штаб базы и там, представители русской дипломатической миссии вручили нам награды - русские ордена "Красного Флага" (имеется ввиду орден Боевого Красного Знамени - прим. авт.) и поздравительные посылки от жителей СССР.

В посылке были шерстяные рукавицы и носки ручной вязки, а также мешочек с русским табаком, на котором была вышита надпись: "Канадскому борцу с гитлеровским фашизмом". Джимми объяснил мне, что этот мешочек называется кисет, и что русский табак называется - махорка. Для того чтобы попробовать эту махорку, я приобрел курительную трубку, и с той поры курю только ее, отказавшись от сигарет. Рукавицы и носки носить я не стал, решив, что это будет мой летный талисман. Я, как и все евреи не был суеверным человеком, просто у нас была такая традиция в эскадрильи - иметь свои талисманы. Но после войны, я случайно обнаружил, что талисман приносит удачу при биржевых сделках. И неплохую прибыль. Мистика? Не знаю! Но одно могу сказать точно - вот уже шестьдесят лет наш экипаж регулярно встречается на Рождество в Монреале, почти у всех правнуки и у всех внуки.

Испытываю ли я угрызения совести по поводу того, что мы не стали спасать моряков с той свинячей нацистской лодки? Вы еврея об этом спрашиваете?"

Как уже догадался читатель, немецкого описания очевидцев гибели U-209, в природе не существует, ибо из ее экипажа не спасся никто.

Некоторые, дочитав многа-многа букв в этом тексте, спросят - а как же бой "Сибирякова" и "Шеера"? Что нам все про какие-то подлодки, тральщики и гидросамолеты рассказывают? Ведь "Вундерланд" - это "Сибиряков" и его подвиг! В какой-то мере можно согласиться. Экипаж "Сибирякова" действительно совершил подвиг, но не только он! А артиллеристы Диксона? А СКР "Дежнев"? И не только они! Но читатели правы - пора начинать рассказ о "Сибирякове".

* * *

Кто-то из непризнанных классиков, а может быть даже мы - сами авторы где-то и когда-то заметили, что судьбы мира решают органы. Но не те самые компетентные, а другие - кадровые, ибо таковые и определяют структуру всех органов власти, и не только органов но и эшелонов власти (у немцев эшелоны власти именуются kampfshtaffel - прим. авт.). Именно политика кадровых органов кгригсмарине и внесла решающий вклад в судьбу одного из важных этапов операции "Вундерланд" - рейд карманного линкора "Адмирал Шеер". Его командир сорокапятилетний Вильгельм Меендсен-Болькен считал, что он несправедливо задерживается в продвижении по службе.

Его предшественник - Кранке, получил звание контр-адмирала, а он, заслуженный офицер кригсмарине, награжденный Рыцарским Крестом, вот уже пятнадцатый месяц все еще капитан цур зее. По мнению Вильгельма в третьем рейхе быстро продвигались только выскочки без роду, без племени, а они, носители звучных фамилий, вписанных в родословные книги империи, всегда вызывали какое-то подозрение в высших кругах.

Мнение Вильгельма было верным, но и только. Прежде чем заявлять о звучности своей фамилии, нужно было бы разобраться в своей родословной. И те, кто пытаются разобраться в генеалогических джунглях германских дворян, отмечают целый мешок странностей. Начнем с того, что почти все германские дворяне исчисляют свой род чуть ли не от Гомера. Бегство троянцев в Италию, основание Рима, Священная Римская империя - на территории Германии!!!! Другой странностью является количество королевских фамилий. Если в Польше, каждый поляк у сохи, считал себя шляхтичем, то в Германии, каждый владелец фольварка или трактира считал себя королем! Ну не может быть такого числа королей и королевств! Не бывает королевств размером с табакерку! Тогда откуда в Германии столько королевских фамилий? Если рассудить здраво, то складывается впечатление, что королевские патенты печатались в типографии, и их можно было купить, так же как дипломы в московском метрополитене. Кто покупает дипломы? Тот у кого есть деньги! А у кого есть деньги? Молчим! Молчим! Молчим! Но ведь это всем известно! Все знают, что деньги стекались к евреям! А еще такая странная напасть - язык истинных белокурых арийцев, практически ничем не отличается от языка еврейских бандитов - идиша. Да и портреты! Если читатель начнет листать всякого рода буквари и фолианты посвященные истории Германии до 1933 года, он будет сильно поражен тотальному засилью курчавых крючконосых брюнетов, и полному геноциду белокурых и голубоглазых. Возникает вопрос, а так ли уж заблуждается Н.Ч. Джеллит, заявляя о том, что корень всего зла, как-то связан со Швецией? Ведь белокурых и голубоглазых в процентном отношении там гораздо больше, чем прочих! А еще эта неприязнь Гитлера к знатным фамилиям! Фюрер относился к знати почти так же как к евреям! Или как к полукровкам! Мы не станем выяснять, сколько процентов еврейской крови, текло в жилах последнего германского императора. Мы просто констатируем факт того, что отношение Гитлера к дворянским родам Германии, ничем не отличается от отношения к тем, у кого нет требуемой чистоты арийской крови.

Конечно, гросс-адмирал Редер умел отстаивать на флоте сохранившиеся с кайзеровских времен порядки, но кресло под ним уже шаталось - слишком много было желающих его подвинуть, и не только Дениц, но и то самое РВМ, в котором адмиралов было как грязи.

Свое новое задание Меендсен-Болькен воспринял без энтузиазма. С чисто военной точки зрения оно не вызывало никаких сомнений - все должно получиться, и по возвращению лента с мечами к Рыцарскому Кресту будет обеспечена. Отлично известно, что у русских на Севере нет такой силы, которая могла бы противостоять 280-мм орудиям его корабля. Или есть? Червячки сомнения - вещь опасная! Не понимал Вильгельм одной очень простой и элементарной вещи - тут не думу надо думать, а сразу дело делать! Думать - занятие бестолковое и опасное, по причине высокой вероятности превращения в думающего интеллигента. Ладно, если силы воли все же хватит, как у того же Раскольникова - порешил он таки старушку, а если нет? Если нет - невыполнение поставленной боевой задачи. Либо отставка, либо трибунал. Пожалуй стоит обратиться к воспоминаниям самого Меендсена-Болькена, к его книге "Схватка среди суровых льдов":

"…В роду Меендсенов-Болькенов не любили холод, и не любили лед. Я же его просто ненавидел! Ненависть ко льду у меня появилась в раннем детстве, когда я очень сильно порезал руку об оконное стекло. А стекло, как вы знаете очень напоминает тонкий лед. Увы, но тот ранний детский ужас и мысли о том, что я умру, истекая кровью, навечно отпечатались у меня в памяти. Сказалось ли это на моих действиях в "Вундерланде"? Кто знает, я думаю, что да. Но я ничего не мог с собой поделать. Первоначальная задача - захватить Диксон, и разгромить конвой, загнанный на минное поле, которое поставит "Ульм" - казалось достаточно легкой. Но вот дальше! Переход по Северному морскому пути вызывал у меня ужас. Корабль во льдах лишается свободы маневра. Нельзя поразить противника торпедой - она не достигнет цели, ударившись о льдину. Сражаться в отрытом море - это дело, достойное моряка кригсмарине. Но отыскивать проходы среди не отличимых друг от друга холодных льдин, белых, как расстеленные простыни, сверкающих на изломе, подобно СТЕКЛУ(!!!!), бороться с непреодолимыми ледяными полями, сдавливающими корпус крейсера со всех сторон, - разве это подходящее дело для моряка Флота Открытого Моря?

Я внимательно изучал переданные мне материалы аэрофотосъемки, полученные при полете над Карским морем дирижабля "Граф Цеппелин", сведения, полученные при проходе Северным морским путем крейсера "Комет". На первый взгляд все просто. Но…Но ведь все эти данные относятся к конкретному времени, а в Арктике, год на год не приходится. Наша разведка так и не сумела добыть ключ к шифру, которым передают свои сообщения советские метеостанции на островах и побережье Карского моря. ( Весь идиотизм ситуации заключается в том, что для шифрования сообщений, использовалась книга "Краткий курс истории ВКП(б)"! В зависимости от порядкового дня в году и часа суток, когда передавалось сообщение, использовались соответствующие страницы, и абзацы на этих страницах. Поскольку большинство радистов было либо комсомольцами, либо коммунистами, то никаких шифровальных книг не было. Многие из радистов знали "Историю ВКП(б)" наизусть, и им не требовалась даже сама книга! - прим. авт.) Выход, конечно, есть рассуждал я - надо захватить какой-нибудь русский пароход и взять на нем шифры, ледовые карты… Или Диксон? Если быстро подавить сопротивление русских - то десант успеет захватить и шифры и карты! А в порту Диксона, наверняка будут и корабли! Точно! Именно с захвата Диксона и следует начинать! А что это означает? Что в РВМ сидят не дураки - идея захвата Диксона предложена РВМ и Редером. Конечно же, очень важно поддерживать четкое взаимодействие с приданными подводными лодками. Но эти выкормыши Деница, капитан-лейтенант Петер Оттмар Грау, командир "U-601", и капитан-лейтенант Хейнрих Тимм, командир "U-251", - заносчивые нацистские сопливые ублюдки! В наше время таким даже шлюпкой не доверяли командовать! А этим корабли доверили! То ли дело старина Генрих Бродда! Вот кто настоящий и правильный офицер! Конечно подзадержался он в должности - и опять же из-за этих - сопливых и наглых молодых. Лодки должны обследовать район моих боевых действий - если не забьют на это болт и не начнут гоняться за русскими сухогрузами. А еще - проливы, в первую очередь, пролив Вилькицкого. Есть определенная надежда на "Арадо AR-196", но… Орлы Геринга слишком много треплют языком и слишком мало делают! Они ежемесячно кричат, что уничтожили всю сталинскую авиацию, а та ежемесячно бомбит их аэродромы и гоняется за лодками Деница. Отсылать "Арадо" без прикрытия? А если у русских там истребители?

Задачка!

Но ее придется решать. А пока, мы довольно успешно и скрытно пробирались вглубь Арктики. Цель - Диксон. Увы, но наша разведка так и не смогла добыть какие-нибудь внятные сведения о его обороне. Собранное, больше напоминало байки барона Мюнхгаузена - от крепости размером с Севастополь, до деревушки на берегу моря - полсотни вариантов. Выбирай, какой хочешь! Конечно, были и данные аэрофотосъемки, и фотосъемки с подводных лодок, но всем известно, что русские - великие мастера маскировки. И опыт войны это достаточно наглядно доказал. Вот уже год мы искали на Рыбачьем, треклятую батарею, обстреливающую Киркенес, но так и не могли найти. А ведь Киркенес под боком!

Что представлял из себя "Адмирал Шеер"? Поскольку мою книгу будут читать и сухопутные читатели, будет правильным пояснить. "Адмирал Шеер" - это один из трех кораблей, построенных в 30-е годы и получивших неофициальное название "карманных линкоров". Их проектирование началось еще в 1928 году, до прихода бесноватого Гитлера к власти (Вильгельм лукавит, так как он был одним из первых, кто вступил в нацистскую партию! Рассчитывал видимо на карьеру, а как обломали - так Гитлер у него тут же стал "бесноватым" - прим. авт.). Кроме "Адмирала Шеера", в серию входили еще "Адмирал граф Шпее" и "Лютцов", первоначально называвшийся "Дойчланд" - германия. Свои названия корабли получили по именам кайзеровских флотоводцев, отличившихся в первой мировой войне.

По Версальскому договору, зафиксировавшему поражение Германии в первой мировой войне, нам, немцам запрещалось иметь в составе военно-морского флота корабли водоизмещением более десяти тысяч тонн и с орудиями калибром более 280 миллиметров. Державы-победительницы считали, что при этих условиях невозможно создать боевые единицы, удовлетворяющие требованиям формулы "скорость - броня - вооружение - автономность плавания". Однако наши немецкие конструкторы исхитрились спроектировать корабли, которые более или менее вписывались в назначенные ограничения, но имели вооружение больше, чем крейсера, и скорость, как у линкоров. "карманные линкоры" отличались мощным артиллерийским вооружением. В носовой и кормовой башнях было по три 280-миллиметровых орудия, которые вели стрельбу 300-килограммовыми снарядами на дистанцию до 225 кабельтовых (более 41 километра). Артиллерию главного калибра дополняли восемь 150-миллиметровых орудий с дальностью стрельбы до 24 километров и шесть 105-миллиметровых. Кроме того, в состав вооружения входили восемь 37-миллиметровых автоматов, 20-миллиметровые зенитные автоматы и два четырехтрубных торпедных аппарата. Считалось, что корабли имели эффективную систему бронирования; толщина плит броневого пояса составляла 60-80 миллиметров, а на боковых стенках главной рубки достигала 150 миллиметров отменной крупповской стали. Хотя по сути - обычное бронирование тяжелого крейсера, да и крупповская сталь, оказалась в реальности далеко не самой лучшей. Экономичные дизели позволяли "карманному линкору" без пополнения запасов топлива совершать плавание до 10-18 тысяч миль. Корабль нес на борту гидросамолет; за дымовой трубой располагалась катапульта для него.

Однако все восторги в Германии и паника во Франции утихли после того, как в ходе эксплуатации выявились и недостатки "карманных линкоров". Дизеля непропорционально большой для кораблей этого водоизмещения мощности в 54 тысячи лошадиных сил создавали слишком высокий уровень шума, сильную вибрацию, даже препятствовавшую прицельной стрельбе, и вызывавшую у моряков раннюю импотенцию. На флоте даже шутили, что "карманники" - это фабрики по разбиванию яиц. Вначале корабли именовались броненосцами; позже - тяжелыми крейсерами. Экипаж составлял более 900 человек. Основным назначением "карманных линкоров" было рейдерство - действия на морских коммуникациях противника с целью уничтожения его транспортных судов. Мой "Адмирал Шеер" был самым удачливым рейдером Третьего Рейха. Без малого полгода - с октября 1940 по март 1941 года - он провел в дальнем одиночном плавании. В северной и южной Атлантике, в Индийском океане он потопил или захватил 16 судов под флагами Великобритании и ее союзников. В одном только налете на английский конвой 5 ноября 1940 года "Шеер" уничтожил вспомогательный крейсер и пять торговых судов.

Избегая встречи с теми, кто мог дать ему отпор, Кранке всегда вел его туда, где он мог встретиться только со слабо вооруженными или вовсе безоружными судами - за мыс Доброй Надежды, к Мадагаскару - а как иначе - крейсер - это истребитель торговли, его задача топить торговые суда и срывать перевозки. Победа давалась достаточно легко: нужно было пошевелить стволами башенных орудий, и трусливые английские капитаны, (Вильгельм беззастенчиво лжет, говоря о трусости капитанов, достаточно вспомнить пароход "Earlston" и другие суда конвоя PQ-17, которые оставшись в одиночестве, после рассредоточения конвоя, отгоняли немецкие подлодки огнем единственного орудия. Вероятнее всего, командир "Шеера" пытается оправдаться за провал миссии - типа англичане еще трусливее меня, и я на их фоне - герой! - прим. авт.) спускали флаг, а команды их судов сами отправлялись на шлюпках сдаваться в плен. Все кинотеатры мира обошли кадры немецкой кинохроники, где по прибытии в германский порт, пленных английских моряков, сводили с завязанными глазами по трапу на причал под радостное возгласы толпы и фоторепортеров, с удовольствием щелкавшими затворами "леек", запечатлевая зрелище унижения поверженного противника. И такой отличный рейдер, почему-то загоняют на Север, и пытаются превратить в ледокол. Для чего? Охранять от десанта? Что охранять? Эти мрачные гранитные сопки? Разве случая с "Лютцовым", поврежденным русской подводной лодкой, мало? Ведь и дураку понятно, что "карманники" - корабли Открытого моря!

Кое-кто на Востоке после войны, обвинял меня в том, что я расстрелял русский пароход "Сибиряков". Мне кажется, что в этом вопросе есть какая-то двуличность, ведь сами русские, считают, что их пароход вел бой! То есть не было никакого расстрела! В конце концов, это была война, а пароход был вооружен, и не подчинялся моим требованиям. Он был замечен в 11.47 25 декабря, сигнальщиком Вальтером Шмидтом из 4 дивизиона. Должен сразу сказать, что радар мы не применяли, дабы не выдать его излучением, свое местоположение. Наблюдение за горизонтом осуществлялось именно сигнальщиками, и встреча с обнаруженным пароходом была для нас крайне нежелательна - мы шли к Диксону. К сожалению, разминуться с этим пароходом не удалось - из-за некачественного угля оно сильно дымило, и это затруднило определение истинного курса этого парохода, в результате чего, не смотря на предпринятый мной маневр уклонения, оно сумело приблизиться нам навстречу. Оставалась надежда, что нас примут за одно из русских судов, но в 12.18 служба радиоперехвата запеленговала работу радиостанции этого парохода. Нас засекли! Несомненно, этот пароход мог догадаться о наших намерениях, и предупредить Диксон, если уже не предупредил! В любом случае, было ясно, что если его не потопить, то он попытается следовать за нами, и предупреждать русских о наших действиях. В 12.24 я отдал приказ идти на сближение.

Наша задача облегчалась тем, что скорость дозорного парохода русских не превышала восьми узлов, и мы стали его очень быстро настигать. Чтобы потянуть время, я приказал поднять американский флаг, но эта уловка почему-то не сработала. Русский дозорный пароход вел усиленный радиообмен с берегом, и, не смотря на усилия службы радиоперехвата, полностью заглушить его передачу не удавалось. В 12.42 я потребовал от русского застопорить ход и прекратить радиопередачу, но он не выполнил мои требования. Тогда в 12.45 с расстояния 6300 метров орудия "Шеера" открыли огонь на поражение. Русские вели ответный огонь из пулеметов и трех орудий - одного в кормовой части и двух в носовой, но эти орудия удалось подавить уже в самом начале боя. Выставленная ими дымзавеса никакой пользы им не принесла. В 13.10 пароход уже пылал от носа до кормы, а затем на его палубе стали происходить взрывы. В 13.17 я отдал команду на прекращение огня и спуск катера - мне были нужны пленные, которые могли иметь сведения о Диксоне.

Русский пароход затонул в 14.21 с сильным дифферентом на нос. В 14.31 катер доставил пленных на борт. Всего было взято в плен 22 человека, но трое из них оказали вооруженное сопротивление, и были застрелены на месте. Расход боезапаса на ведение боя составил 27 280-мм снарядов. Было отмечено четыре прямых попадания, не считая близких разрывов снарядов. К сожалению, от взятых в плен моряков было мало пользы. Большими знаниями они не обладали, и к тому же оказались неразговорчивы. Только угроза выкинуть за борт раненных, заставила некоторых из них развязать языки. Впрочем, от их информации было мало толку - они не смогли даже показать на карте расположение береговых батарей - если принять все их слова за истину, то батарей на Диксоне получалось не менее двух дюжин и очень крупного калибра. Пришлось запускать поворачивать обратно и запускать в воздух "Арадо", чтобы тот встретился севернее с одним из гидросамолетов BV-138, который в свою очередь, сместившись еще дальше на север, не произвел запрос у штаба группы "Норд" последних сведений по Диксону. Информация была получена - береговых батарей на Диксоне нет - демонтированы ( шпион, сливший немцам сведения о демонтаже батарей Диксона, был пойман только в осенью 1943 года в результате операции "северный линкор" проведенной органами НКВД Мурманской области - прим. авт.). Из-за всего этого было потеряно почти 12 часов времени. И как впоследствии выяснилось, информация полученная из штаба группы "Норд" все равно не соответствовала действительности…."

А что пишут по поводу боя "Сибирякова", советские источники?

Из интервью взятого 08.05.1995 г. у Павловского А.Т. на телешоу С.Шустера "Цена победы", опубликованного в газете "Полярник Тикси" в NN 14-22 за 1995 год:

" …Сейчас некоторые уверяют, что никакого подвига не было. Что мы сами виноваты. Виноваты, потому что были отсталыми людьми, недостойными какой-то там общечеловеческой культуры. Даже слово специальное для нас придумали - "совки". Меня это не удивляет. Раньше нас эти называли другим словом - "унтерменши" или "недочеловеки". Очень жаль, что этих в свое время, до конца так и не дали уничтожить. Некоторые еще винят во всем Сталина. Это совсем смешно! Забился у деятеля культуры унитаз дерьмом, по причине того, что этот деятель использовал унитаз, как мусоропровод, выплеснулось это дерьмо, затопило всю квартиру, и этот умник орет: "Сталин виноват! Плохие унитазы изобрел!". Фамилии этих убогих называть не буду - сами по телевизору их ежедневно видите. Вернемся к вопросу - был ли подвиг или мы сами виноваты?

Задам встречный вопрос - а как бы поступили вы в данной ситуации? Только умоляю, не нужно мне рассказывать о том, как бы вы все здорово и правильно организовали, если бы были командующим Северного Флота в то время - задним числом все умны! Я вас спрашиваю не про ваши действия, как комфлота, а про ваши действия, как капитана парохода! Молчите? И куда же ваша умность исчезла? Может быть, тогда вы меня выслушаете, а потом попробуете ответить на мой вопрос?

В конце 1941 года наш ледокольный пароход "А. Сибиряков" был включен в состав ледокольного отряда Беломорской военной флотилии под названием "Лед-6". На нем был поднят военно-морской флаг, установлены два 76-мм орудия на корме и две 45-мм пушки в носовой части судна, а также несколько зенитных пулеметов. Для их обслуживания на судно была назначена военная команда из 32 краснофлотцев, возглавляемая младшим лейтенантом. Много это или мало? Смотря для чего! Только умоляю, не нужно меня заваливать цифрами с толщиной брони "Шеера", с характеристиками его пушек и прочей ерундой. Я ведь вам общий вопрос задал! Если не понятна его суть, то попробую пояснить. С помощью еще одного вопроса - сколько немецких кораблей способны добраться до Карского моря и вернуться обратно без дозаправки топливом в море? В лучшем случае только немецкие линкоры и крейсера. Второй вопрос - а для чего? Потопить еще одну баржу с женщинами и детьми? Нарушить наше судоходство? Да, бывают летом несколько караванов идущих по Северному морскому пути, но не более того. Все остальное - каботаж. Вы можете представить себе "Тирпиц" гоняющийся за мотоботами и рыбацкими шхунами вокруг Новой Земли? Я лично не могу. В теории конечно возможно появление крупного немецкого корабля в Карском море, но оно маловероятно по причине экономической нецелесообразности - затраты будут выше, чем достигнутый результат. Вы скажете, что я забыл про подводные лодки? Да, забыл. Но подводные лодки - вещь двухсторонняя. С одной стороны от торпеды в борт никто не застрахован, но торпеды выпускают из подводного положения, в котором лодка долго находиться не может. В надводном положении - баржу с детьми потопить или метеостанцию обстрелять - это они могут, но как только в их сторону прозвучит хотя бы один орудийный выстрел - бегут без оглядки! Сейчас много пишут про их 88-мм пушку - послушать - прямо таки чудо-оружие! Только вот носители этого чуда оружия боялись даже наших сорокопяток.

А у нас на борту 4 пушки! По меркам Арктики - мы почти крейсер! Конечно же, от переименования судна члены экипажа не стали военными моряками; все мы так и остались гражданскими людьми. Но мы были моряками, привыкшими трудиться не на страх, а на совесть. Командир наш, Анатолий Алексеевич Качарава, которого по мы привычке еще называли капитаном, был человеком южным, горячим и вспыльчивым. В пароходстве его за глаза именовали "черкес". Но вспыльчивость бывает разная - одни - срывают зло на подчиненных и тех, кто слабее их, другие, такие как наш капитан, направляют энергию на решение возникших проблем, не боятся спорить с начальством, отстаивая интересы экипажа. Очень обижало Анатолия "понижение" в звании - с началом войны, все капитаны торгового флота стали старлеями и вместо четырех золотых шевронов на рукаве стали носить два. Командир наш считал, что это не справедливо. Качарава был назначен капитаном ледокольного парохода "А. Сибиряков" поздней осенью 1941 года. До своего назначения капитаном "Сибирякова" осенью 1941, Качарава исполнял на нем же обязанности старшего помощника капитана. Несмотря на молодость - 31 год - он был уже опытным судоводителем. Закончил он Владивостокский рыбопромышленный техникум, переименованный в дальнейшем в Дальневосточное мореходное училище, которое в середине 50-х перевели из Владивостока в Находку. Уже в 1933 году или даже раньше он стал старшим помощником капитана на пароходе "Орочон" Акционерного камчатского общества. Кстати, немногие знают, что Анна Ивановна Щетинина, первая в мире женщина-капитан дальнего плавания, именно у А.А. Качаравы принимала дела и обязанности и именно на "Орочоне". Качараве было тогда 23 или 24 года. Анна Ивановна Щетинина на четыре года старше. Подозревая, что вы даже и не слышали о том, что у нас были женщины, капитаны судов дальнего плавания, летчицы, танкистки. Это вам не задницей перед телекамерой на всю страну трясти! Но тема женщин это отдельная и очень большая тема!

Анатолий Алексеевич обладал огромным опытом плавания в арктических водах. Он читал морские льды, как читают открытую книгу. Знаете ли вы что такое "сало", "шуга", "склянка", "нилас", "молодик"? Лед - он ведь очень разный! Готов спорить что вы знаете только четыре его разновидности - лед на катке, лед в холодильнике, гололед и сосульки. Для большинства людей всякий лед является белым, а для нас моряков - "белый лед" всего лишь одна из многочисленных разновидностей льда. Знаете ли вы, что приближение к скоплениям льда можно заметить по белесоватым отблескам на низких облаках, по уменьшению зыби при свежем продолжительном ветре или по появлению толчеи, которая образуется с наветренной кромки ледяных полей? Ага! Это для вас китайская грамота! Вы наверное и деятельность ледокола представляете, как таранные удары по айсбергам с разбега? Между тем, лед может быть не только врагом, но и спасителем: при ураганном ветре и сильном обледенении судна лучше всего укрыться, спрятавшись за подветренной кромкой ледяного поля или даже войдя в лед. К чему я это все рассказываю? У адмирала С.О.Макарова, тоже кстати полярного исследователя, организовавшего строительство первого настоящего ледокола "Ермак", была поговорка - "В море - значит дома!", так вот Арктика - для Анатолия Алексеевича тоже была родным домом. И он в какой-то мере считал себя ее хозяином. Не властелином, а именно хозяином - человеком, который несет ответственность, за все, что в ней происходит. Человеком, который отвечает за порядок на вверенной ему территории. И что сделает нормальный хозяин, обнаружив непорядок в своих владениях? Правильно - попытается разобраться в ситуации и устранить этот самый непорядок. Вот и в тот день, когда сигнальщик доложил о появлении неизвестного корабля на горизонте, наш капитан решил разобраться в ситуации. Почему? Потому что Арктика - это не вам не автотрасса Москва-Ленинград, по которой несутся сотни и тысячи машин. Арктика это пустыня, почти пустыня. Это место, где очень мало людей и все друг друга знают. Это место, где суда ходят очень редко и по расписанию. И если на горизонте появилось судно вне расписания - значит, что-то где-то произошло и в этом нужно срочно разобраться. Вы не знаете что такое Ленинград? Господи, ну откуда такие берутся?

18 августа 1942 года мы прибыли на Диксон и получили задание - принять на борт груз строительных материалов для доставки на мыс Молотова на острове Комсомолец (Северная Земля). Там планировалось построить новую полярную станцию. Мы должны были сначала подойти к самой северной точке Северной Земли, доставить туда четырех зимовщиков и все оборудование для строительства новой полярной станции - срубы двух домов, топливо и продовольствие. Если льды не позволят пробиться к намеченному месту, был второй вариант - высадить зимовщиков на остров Визе, что в северной части Карского моря. Для сборки домов "Сибиряков" мы везли бригаду сезонных рабочих-строителей - 12 человек. Затем маршрут лежал к острову Домашнему - небольшому низменному островку вблизи западных берегов Северной Земли, и произвести там смену зимовщиков полярной станции. Для этого на борту судна находилось четыре человека нового состава станции. Последним пунктом захода был назначен мыс Оловянный, где нужно было высадить четырех зимовщиков.

Погрузочные работы мы завершили к утру 24 августа и в 8.00 вышли в море. На борту находилось 110 человек. Море встретило нас сильным туманом и волнением моря в 3-4 балла. Рейс протекал без происшествий, полудня следующих суток. Примерно в 12.45 мы подошли на расстояние около 12 миль к острову Белуха. Скорость была 8 узлов. На вахте в тот момент находился старпом - Гриша Сулаков (старпомы с началом войны тоже стали старлеями) и второй помощник Бурых. Анатолий Алексеевич как раз побежал к себе в каюту наскоро пообедать. Но пообедать ему не дали. В 12.50 сигнальщик левого борта произвел доклад: "Неизвестный корабль! Лево шестьдесят!". Естественно, что капитан услышав доклад, накинул штормовку и выбежал на мостик. Ну не должно было быть в этом месте в это время никаких кораблей! Его бы тогда предупредили в Диксоне, что может произойти встреча в таком-то районе с таким-то пароходом. Вот тут мы и подходим к заданному вопросу в самом начале - как бы вы, будучи капитаном "Сибирякова" поступили в данной ситуации? У вас пароход 1909 года постройки, длиной семьдесят семь метров, скорость маленькая. Стали бы драпать и вопить "СОС"??? А от кого простите? А если это советский или союзный пароход сбившийся с курса, или получивший повреждения? Нужно ведь вначале разобраться! Что? Вам погибать не хочется? Так никому не хочется! Но ведь кто-то же должен первым подняться в атаку? Ах, да, должен вас огорчить - удрать в той ситуации, вам вряд ли бы удалось. Уголь, если вы не в курсе, бывает разного качества. Один сгорает полностью, не оставляя даже золы, а другой - дает дыма больше чем миллион курильщиков собранных в одном месте. Именно такой уголь и был на нашем "Сибирякове". Как говориться - чем богаты! Кажется он был из тех довоенных запасов, который привезли со Шпицбергена, хотя может быть я и заблуждаюсь и он был с Воркуты. Но в итоге за нами тянулся и высоко поднимался над морем огромный шлейф грязно-серого дыма. Поэтому немцы нас тоже легко обнаружили, хотя наш пароход был гораздо меньше их по размерам. Должен указать на еще один момент - начав идти навстречу неизвестному кораблю, мы продолжали приближаться к острову Белуха, если же мы ударились в драп - бой происходил бы далеко от берега, и кочегару Вавилову вряд ли бы удалось спастись.

- Никаких боевых кораблей в этом районе быть не должно! - именно это сказал наш капитан, когда уменьшившееся расстояние позволило разглядеть незнакомца. Тут же на Диксон была отправлена радиограмма "Вижу неизвестный вспомогательный крейсер. Идет на меня. Следи за мной". Радиообмен с берегом вел Шаршавин, начальник полярной станции. Почему неизвестный? Ах, да, вы же молодые, мните себя знатоками военной истории и военной техники! Спорите о том, сколько иллюминаторов было в командирской каюте "Тирпица" - два или четыре! Так я вот, что вам скажу - ерунда это все! Очень легко, сидя в теплой квартире, в мягком и уютном кресле, попивая чай с пирожными, сидеть и листать книжки про военные корабли, рассматривать их фотографии. Годик полистаете, рассмотрите полтысячи фотографий - и уже можете навскидку отличить "Бисмарк" от "Тирпица". А вы попробуйте определить тип корабля, имея на руках справочник "Джейна", где есть фотография корабля сбоку и маленькие чертежики - вид сбоку и сверху, а также справочник Шведе, где указан силуэт корабля сбоку. При условии, что корабль этот имеет камуфляжную раскраску, и корабль этот идет прямо на вас, то есть вы видите его только спереди. Сколько времени вам для этого потребуется? Готов спорить, что вы продолжали бы угадывать еще пару часов спустя после нашего потопления! Наш капитан поступил правильно - он увидел, что на корабле есть вооружение, и что он больших размеров. Увидел и тут же произвел доклад! Что обязан сделать часовой при нападении на пост - прежде всего доложить в караул, а уже потом отражать нападение! Почему? Потому, что часового все равно убьют, и продолжать бой на посту все равно придется его товарищам, но если доклада нет - погибнут и его товарищи, и задачи по охране объектов не выполнят! Если на корабле пожар - вначале производят доклад, а уже потом тушат - потому, что как правило в одиночку пожар потушить невозможно, нужна помощь! Нет доклада - нет помощи!

Только после того, как мы определили, что неизвестный корабль вооружен - мы повернули в сторону берега к мелководью, где можно было попытаться оторваться, воспользовавшись разницей в осадке. И произошло это в 13.17. Была еще надежда, что это какой-то корабль союзников, но радист сообщил, что неизвестный корабль стал ставить помехи, препятствуя радиопередаче, и одновременно пошел на сближение. В 13.27 он запросил клотиком состояние льда в проливе Вилькицкого. Стало ясно, что перед нами противник! Меня иногда спрашивают, а что было бы, если бы наш "Сибиряков" повстречал не "карманника", а корабль поменьше? Об этом мы думали и тогда - вдруг наш противник не так уж и силен? Качарава приказал запросить принадлежность незнакомца и название. Тот увеличил скорость до 25-30 узлов и поднял американский флаг. И заморгал клотиком. Потом, после гибели нашего "Сибирякова" родилась легенда про "Сисиаму", но легенду эту сочинили те, кто никогда не служил на море, и в азбуке Морзе знает только две буквы S и O с помощью которых передается сигнал SOS. На самом деле, в ответ на запрос с "Сибирякова" фашистский крейсер, начал тянуть время - ему требовалось сократить дистанцию, для нашего быстрого и гарантированного уничтожения. Он ответил нам сигналом: " ····· ····· ·-- ·-- ·-- ·--" серия точек означает :"Вас не понял", серия чередующихся сдвоенных точек и тире означает "вызов". Все вместе звучит так : "Вас не понял. Прием." На наш повторный запрос они ответили так же. Но нам требовалось продолжать игру, потому что обмен сообщениями приближал нас к берегу, и мы запросили Диксон, об американских кораблях в Карском море, нам ответили что американских кораблей в Карском море нет. Мы продвинулись к острову Белуха, но немецкий крейсер приблизился к нам тоже. Откуда родился миф о "сисиаме" ? Вот так выглядит по азбуке Морзе слово "сисияма": "·· ··· ·· ·--·-- ----··· ·--" определенное сходство с тем, что передавал "Шеер", как видите имеется, хотя и незначительное, но вы забываете о том, что читать азбуку Морзе на севере умели практически все, начиная с раннего детства. Другой вопрос, что многие не знали, что существуют так называемые служебные сигналы из комбинаций точек и тире, поэтому я подозреваю, что кто-то из уцелевших "сибиряковцев", кто наблюдал за переговорами, но не разбирался в тонкостях радиосвязи - просто прочитал комбинацию сигналов "Вас не понял. Прием", как "сисиама", а потом как мог, так и рассказал, о том что видел. А вот так выглядит слово "Тускалуза": "-- ··-- ··· --·-- ·-- ·--·· ··-- ----·· ·--" - ничего общего и похожего. Именно "Тускалузой" немцы назвались в ответ на наш третий запрос. Но уже тогда дело приблизилось к развязке - к расстрелу нашего "Сибирякова". Да и глупо это было с их стороны - дистанция была такая, что мы их хорошо рассмотрели - две трехорудийные башни - ничего общего с "Тускалузой", у которой таких башен три, две из которых стоят в носу одна над другой. Сейчас жемногие пытаются уверить, что мы "совки" не сумели разобрать немецкий сигнал! Уверяют, что не знали советские моряки азбуки Морзе!

Но все шло к развязке. Если бы у нас было еще полчаса - дотянули бы до Белухи, выбросились вы на мель. Но не успевали. Было видно, что капитан наш очень зол. Зол на некачественный уголь, из-за которого мы не могли выбрать полную мощность машин и добавить пару узлов скорости. А еще - мы вышли в море в понедельник! А что делать с пассажирами на борту? А в 13.42 с фашиста передали требование прекратить радиопереговоры и остановиться. Как бы вы поступили? Только умоляю, не рассказывайте мне эти розовые сопли про воспитанных немцев! Ну остановились бы мы. И что? Зачем немцам сто десять ртов? Что они с нами со всеми будут делать? Ну капитан и его помощники - для них источник информации, ну еще молодая врачиха Валентины, буфетчицы Наташа, уборщицы Анна и Варвара - тут и объяснять не нужно, что с девчонками бы эти цивилизованные сделали! А остальные им для чего? Вы серьезно верите в пятиразовое питание в германских концлагерях? А отпусков на родину там не давали?

Все началось в 13.45. Стреляли они примерно с 50-60 кабельтовых. Наш капитан, произнес что-то очень смачное и нецензурное, пока летел их первый снаряд, лег он примерно в кабельтове от носа "Сибирякова". А дальше стало не до ругани - Анатолий Алексеевич приказал открыть огонь из имеемых орудий, а так же приказал механику Николаю Григорьевичу Бочурко в случае своей гибели или тяжелого ранения - открыть кингстоны и затопить пароход. Пушки нашего "Сибирякова" под руководством начальника военной команды Сергея Никифоренко ответили в 13.47. В 13.48 Шаршавин отстучал "СОС", и практически сразу после этого один из снарядов снес антенну за борт. Наши снаряды легли с недолетом. Вторым залпом "карманника" у нас вывело из строя всю кормовую артиллерию, а третьим залпом - носовые орудия. По приказанию капитана мы поставили дымзавесу, при этом был убит старпом Гриша Сулаков, но слишком далеко был берег и слишком мала наша скорость. Мы продержались примерно двадцать минут, когда осколками очередного снаряда, Качараву ранило в руку и живот. Немного ранее загорелись, стоящие в носовой части парохода 30 бочек с бензином. Машинное отделение заливалось водой. Фашист же, сократив дистанцию, стал бить шрапнелью. Радист Шаршавин пытался вести передачу до 13.55, не зная о том, что антенна сбита и его никто не слышит. "Сибиряков" медленно погружался. Сейчас многие спорят - выполнил ли Бочурко приказ капитана? Я лично считаю, что да - наверх из машинного отделения стармех не поднялся. Как погиб Абель Вайнер? Вы про заместителя комиссара ледокольного отряда (в звании старшего батальонного комиссара - прим. авт.) ? Последний раз его видели, когда он пытался пробиться в пылающую кают-кампанию, где был развернут перевязочный пункт, на котором по расписанию находились все наши девчонки. Как вел себя наш комиссар? Вы про Зелика? Про Зелика Абрамовича Элимелаха? Нормально вел! Как и положено вести себя комиссару в бою! А что вы все про комиссаров и про евреев спрашиваете? Книжек дезертира Солженицина начитались? А вы что же не знали, что он дезертир? Вся страна воевала с фашистами, а эта гнида в тыл просилась! Думаете ему просто так срок дали? Не то сказал? Как бы не так! Он не захотел будучи офицером идти на передовую! Его счастье, что там Жукова поблизости не было, или Мехлиса - те бы быстро эту проблему решили! Я лучше расскажу про Семена Никифоренко! Ему удалось ввести в строй поврежденную кормовую пушку и та вновь стала вести огонь, пока немцы не подошли на расстояние 22 кабельтовых. Попали ли мы хоть раз? Не знаю. Попали ли мы хоть раз в "Шеера"? Не знаю. Очень хотелось бы верить, что хоть раз но попали, но при такой разнице в "весовых категориях", сами понимаете - ему наши снаряды, что слону дробина. Важнее другое - мы вели огонь до конца, хотя пароход уже тонул и горел с носа до кормы. У всех людей и нелюдей, такое поведение противника в бою вызывает уважение. А в глубине души, начинает давать корни страх - если маленький пароход так себя ведет, то что будет, если повстречается равный по силе противник?

Команду оставить судно отдал Зелик. Нужно сказать, что строители, оставшиеся в живых, на отрезанной пожаром корме тогда запаниковали - боялись прыгать в воду. Зелик прыгнул первым. Утонул ли он от переохлаждения или от немецкого осколка я не знаю, но некоторые из строителей спаслись именно благодаря Зелику. Мы спустили одну шлюпку и перенесли на нее раненного капитана. Сами понимаете, что уйти фашисты нам не дали. Кто-то из кочегаров, кажется Колька Матвеев стал даже с фрицами на кулаках драться. В плен к немцам попало двадцать два человека, из тех, кто находился на борту. Все остальные, кроме кочегара Вавилова, который спасся на полузатопленной шлюпке, погибли. Кто выдал нашего командира немцам? Мы тогда договорились не открывать фашистам должность нашего капитана. Уверяли их, что капитан погиб, а этот раненый грузин - метеоролог с полярной станции. На борту фашистского корабля нам это удалось, какое-то время удавалось и в концлагере. Под видом метеоролога он находился в лагере для военнопленных, пока его подлинную должность не выдал радист. Не наш радист. Кто-то с другого парохода из числа попавших в плен. Это я точно перед тем, как его забрали он сказал: "Меня выдал радист.". Говорите, что Сузюмов пишет о том, что Анатолия Алексеевича выдал второй механик танкера "Донбасс" Вайбель? Слушайте, что вас все на еврейские фамилии тянет? Кто такой Сузюмов? Он что в этот момент был рядом? Радист его выдал! И давайте оставим эти разговоры о евреях! Почему? Да потому, что те евреи, которых вы перечисляете, считали себя русскими, и вели как русские люди! Да есть и другие. Но не о них речь! Вы по-прежнему считаете, что наш экипаж не совершал подвиг, а совершил глупость? Ваше право. А что же вы второй вопрос не задаете - про Диксон? Про Диксон позже? Ну хорошо. Что было бы, если бы "Шеер" встретился с линейным ледоколом НКВД N17? Да разнесли бы наши чекисты этого карманника за пятнадцать минут в клочья, никакая броня бы не спасла! Вы пушки этого ледокола видели? А я видел! Там такой калибр, что пары снарядов хватит! Рассказать подробнее? А вас что же в город Мурманск-173 не пускают? Ну раз не пускают - то извините, расскажу когда у вас допуск появится…."

Довольно любопытное интервью. Похоже, что С.Шустер, считавшийся на телевидении мастером переворачивать все с ног на голову, так и не сумел "расколоть" Павловского - "нашла коса на камень". Но более интересной является информация о ледоколе НКВД N17. Как следует из слов боцмана "Сибирякова", данное судно было вооружено крупнокалиберными орудиями, и на настоящий момент времени до сих пор в строю с базированием в городе Мурманск-173. Если исходить из того, что Павловский отказался подробно разговаривать на эту тему, то становится очевидным, что данный ледокол связан с каким-то из действующих военных атомных объектов. Ну а мы двинемся в рассмотрении вопроса операции "Вундерланд" дальше. К Диксону и событиям 26 августа 1942 года.

* * *

Снова обратимся к воспоминаниям Меендсена-Болькена, к его книге "Схватка среди суровых льдов":

"…Ледяной холод не отпускал меня. Я вспоминал Берлин, Урсулу, мой визит к ней. Именно смерть стала причиной нашего знакомства. Ее муж корветтен-капитан Эрих Шпайзекель лежал в гробу, в огромном черном автобусе. Вместе со мной прибыло и четверо морских пехотинцев. Так она узнала, что ее муж, и мой друг погиб. Погиб, сраженный осколком британской бомбы, стоя на мостике эсминца. На похоронах она сидела рядом со мной, и я наблюдал, как ее пальцы вцепились в аккуратно сложенный флаг на коленях, как судорожно теребили рисунок свастики. У нее не осталось ни родителей, ни родственников, никого из семьи. Я не мог поступить иначе! Прости Гертруда! Сейчас в этом уже можно признаться! Столько лет прошло… Тот взгляд. Она смотрела на гроб с Эрихом, прижимая к груди флаг…Я подошел к ней и обнял, чтобы избавить от этой страшной и смертной тоски. Она дрожала. Дрожала всю дорогу, пока я провожал ее домой. Она захотела, чтобы я сделал это. Сделал на потертом кожаном диване. Сделал грубо, расшвыряв ее платье и чулки в разные стороны по комнате. Именно воспоминания об Урсуле, захлестнули меня, пока мой корабль шел к Диксону. Я чувствовал, что что-то упустил. Этот лед. Слишком много льда и слишком много холода. Я ненавижу Арктику!

Потом, кто-то будет говорить, что я струсил! Но я выполнял инструкции. Они гласили, что рисковать нельзя. Героическая смерть - глупость. Море - это не то место, где нужно стоять до конца. Бессмысленная смерть ради гордыни подвига - преступление! Чего добился Льютенс? Я считаю, что у него был прекрасный шанс вернуться, если бы он не геройствовал. Можно смеяться над макаронниками - но их линкоры всегда возвращаются. Возвращаются и остаются грозной силой, которую должны учитывать англичане. "Бисмарк" - не вернулся. Мы потеряли силу, англичане обрели победу. И силу. Они могут позволить себе разменивать корабли один к одному, а мы нет.

Свой план я основывал на данных штаба группы "Норд", которые, как потом выяснилось, оказались неверными. Радиомачты передающего центра Диксона были замечены по пеленгу 342 градуса в 23.34. В 23.44 стали видны и береговые постройки на острове. По данным штаба - на острове имелся гарнизон численностью 62 человека, с одним ручным пулеметом. Я решил обогнуть остров с запада и заблокировать южный выход из гавани. Приблизительно в 00.30 сигнальщики с дистанции 4000 метров обнаружили в порту 3 корабля. Один из них был по всей видимости ледоколом типа "Таймыр", а другой танкером. Я решил, что в первую очередь следует потопить русские пароходы. В 00.37 заговорили орудия "Адмирала Шеера". Первыми залпами нам удалось повредить русский ледокол, но тот ответил из своих орудий и стал ставить дымзавесу, тогда я приказал перенести огонь на другие суда, решив, что с русским вооруженным пароходом разберемся чуть позже. Мы добились нескольких попаданий в танкер и второй пароход, и даже сквозь поставленную дымзавесу было видно, как русские суда охватило пламя. Все это время, русский пароход мог безнаказанно вести по нам огонь. Русским удалось добиться четырех попаданий снарядами малого калибра, но два из них пришлись в броневой пояс, а два других незначительно повредили надстройку. К сожалению, мне не удалось завершить начатое, так как в 00.43 открыла огонь молчавшая до того береговая батарея русских. Судя по всплескам, огонь вели орудия калибром свыше 138 мм, число орудий в батарее определить не удалось, так как орудия по всей видимости стреляли поочередно. Первый выстрел русских лег с перелетом в 500 метров , затем был недолет метров 200, в 00.44 в "Адмирал Шеер" попало 2 снаряда, один из которых повредил 150-мм орудие левого борта, я принял решение временно выйти из боя, и 00.45 мы легли на обратный курс. За время огневого контакта было израсходовано 25 280-мм, 21 150-мм и 32 105-мм снарядов.

Наличие береговой батареи у русских, напрочь перечеркивало первоначальные планы. Местоположение батареи было неизвестно, точное ее вооружение и сектора обстрела тоже. Я решил, что будет правильным, вскрыть всю огневую систему русских, для чего приказал обойти весь остров кругом, обстреливая все замеченные береговые сооружения, с целью вызвать огонь на себя. Орудия корабля открыли огонь в 01.17. За десять минут мы уничтожили сигнальный пост русских на Медвежьих островах израсходовав 226 105-мм снарядов и 76 150-мм. В 01.30 мы полностью разрушили русский радиоцентр, уничтожив и здания и 4 радиомачты из 6. В 01.47 справа по борту было обнаружено здание напоминающее военную казарму и открыли по нему огонь. Примерно через минуту или две мы попали под огонь двух русских береговых батарей - одной калибра приблизительно 75 мм, а другой калибра 150 мм. Из-за пожаров в порту и на берегу, засечь вспышки русских орудий не удалось. После того, как в 01.57 русский снаряд попал в ангар с гидросамолетом и вызвал там пожар, я приказал выходить из боя. Расход боеприпасов при стрельбе по радиоцентру и борьбе с батареями русских составил 52 280-мм и 24 150-мм снарядов. Мы отошли 20 узловым ходом в море, и экипаж стал устранять повреждения, а я анализировать добытые таким нелегким трудом сведения.

Наличие у русских трех береговых батарей, означало наличие как минимум трех пехотных рот, которые защищают их от вражеского десанта. То есть мне на берегу противостоял как минимум батальон пехоты. Можно, конечно же было вернуться, и с дальней дистанции добить поврежденные русские суда, но я рисковал нарваться на огонь других батарей или снаряды от уже обнаруженных. Нельзя было сбрасывать со счетов и вероятность наличия у русских авиации. Больше всего меня огорчало не то, что я потратил шестую часть боезапаса на разведку боем, а то, что я лишился самолета. Из-за этого связь со штабом через гидросамолет BV-138 была невозможна. Вариант связи через выкормышей Деница меня не устраивал - тем по большому счету было наплевать на меня и мой корабль, так же, как в свое время наплевать на "Бисмарк". Я не верю, что у тех ПЛ, которые находились с ним в то время разом отказали торпедные аппараты и они не смогли выйти в торпедную атаку. Вероятнее всего они просто наблюдали за смертью "Большого Брата".

Перед моим кораблем стояла теперь следующая задача - достичь края заграждения, которое должен был выставить минный заградитель "Ульм" и разгромить конвой идущий из Архангельска в Исландию. В успехе этой части своей миссии я не сомневался. Радовало и то, что радиопередающий центр Диксона молчал и не выходил на связь. Значит, есть шанс нанести русским повторный визит после разгрома конвоя. Хотя именно третья часть миссии меня по-прежнему угнетала. Лед! ЛЕД! Будь он проклят! Острый, холодный и безжалостный. Лед, который парализует свободу крейсера. Лед, который превращает крейсер в подобие тепловоза движущегося по рельсам - ни шага вправо, ни шага влево - только вперед. …"

* * *

Мы не будем иронизировать над командиром "Адмирала Шеера". Опыт двух мировых войн убедительно доказал, что борьба кораблей с береговыми батареями занятие либо бестолковое, либо опасное для самих кораблей. Объясняется это простым фактом - батарея - цель точечная - либо орудийный дворик размером пять на пять метров, либо амбразура в чем-то бетонном или чем-то броневом. Уничтожить такую цель можно только прямым попаданием. И это при условии, что местоположение батареи определено. Если же ее позиции неизвестны - корабль может выпустить по ней весь боезапас, так и не добившись положительного результата. Зато артиллеристы батареи, имеют перед собой цель гораздо более крупных размеров. Длина цели 180 метров, высота 7-12 метров, ширина 20 метров. Да, цель способна двигаться, но ведь маневрируя, она тоже сбивает себе прицел. Да и корабль в отличие от наземной батареи имеет неприятную тенденцию тонуть в случае попаданий. А что говорят советские источники о данном бое?

Из интервью взятого 08.05.1995 г. у Павловского А.Т. на телешоу С.Шустера "Цена победы", опубликованного в газете "Полярник Тикси" в NN 14-22 за 1995 год:

"… Ну что? Будете про Диксон спрашивать? Да, мы ничего не видели, так как сидели запертые внутри. Ну и что с того? То есть мы по-вашему не можем являться свидетелями боя? Скажите болезный, а вы интересовались когда-нибудь у танкистов, что они испытывают, когда в танк попадает снаряд, не пробивающий его брони? Да корабль больше танка. Ну и что? Немцы вели стрельбу залпами, а когда в "Шеер" попадали снаряды с Диксона, то он вздрагивал, как дом при землетрясении. Что значит не попадали? Кто говорит? Немцы говорят? Ну, так приведите сюда хотя бы одного, чтобы он нам в глаза посмотрел! А я спрошу у него, сколько народу у них тогда угорело, когда они тушили тот пожар в корме! Сгорел их самолет тогда! Тю-тю! В самом конце боя! Дыму было столько, что мы сами чуть не задохнулись. Как этот значит дым вентиляторы внутрь корабля погнали, так "Шеер" и прекратил стрельбу. А потом часа три ихний немецкий мат был слышен, топот и громыхание - тушили видимо. Ну, так где ваши немцы? Ах, не немцы, а их документы говорят! Ну, так я вам скажу, что на заборе тоже много чего написано! Официальные документы? У вас наверное и фотографии есть? Ах нет? Тогда о каких документах вы говорите?…."

Да, похоже, что не срослось что-то у Савика Шустера - боцман "Сибирякова" его начал строить рядами и колоннами. Но неплохо бы послушать и тех, кто находился под немецкими снарядами на берегу Диксона. Вот что пишет об этом начальник штаба западного сектора морских операций ГУСМП А.И. Минеев в своей книге "Заполярные широты": "К сожалению, как это часто бывает во время отсутствия достаточного количества данных, руководство СФ пришло к ошибочному мнению, о том, что в районе Новой Земли действует два немецких рейдера. Телеграмма об обстреле немецкой подлодкой U-255, была по всей видимости искажена при передаче "наверх", плюс радиограммы "Сибирякова". В 14.00 мы связались с Диксоном, и уже в 14.07 его радиостанция приказала всем, находящимся в море судам прекратить работу на передачу. На поиски ледокольного парохода была отправлена летающая лодка ГСТ, которая к сожалению вернулась ни с чем. В 15.45 мы отправили радиограмму, в которой всем судам сообщалось о наличии неприятельского вспомогательного крейсера в Карском море. К сожалению, мы не располагали тогда достаточными силами, для организации активного поиска и уничтожения немецких кораблей в регионе. Плюс - визит американских кораблей, обеспечение безопасности которых сковало значительные силы Северного Флота. Наше мнение о том, что вражеских крейсеров действует два, основывался на расчете скорости и расстояния между мысом Желания и выходом в эфир "Сибирякова". В 01.40 радиостанция на мысе Челюскин сообщила о третьем корабле противника, прошедшем мимо с большой скоростью на восток, внеся очередную неразбериху в попытку выработать меры противодействия противнику. Для ведения воздушной разведки в Карском море, площадью 883 тысяч кв. км у нас было всего два самолета ГУСМП. Командование СФ готовилось выслать три ПЛ на позиции к северу от мыса Желания, к проливу Карские Ворота и в Карское море, к востоку от 80-го меридиана - что естественно было мало. Кроме того мы могли перенацелить прибывшую ранее группу гидросамолетов-бомбардировщиков МБР-2, занимавшихся поиском ПЛ уничтоживших баржу с полярниками. И все. Особую обеспокоенность вызывал факт того, что к Диксону приближался "третий арктический конвой" в составе 2 ледоколов, трех танкеров и 8 транспортов. Впрочем, временный выход с обеспечением безопасности конвоя мы нашли. К новою присоединились 3 самолета МБР-2, которые осуществляли дальнюю разведку по его маршруту следования. В их задачу входило обнаружение немецких крейсеров и немедленное извещение по радио судов конвоя, чтобы те могли изменить курс. Было ясно, что самолеты по всей видимости рано или поздно будут потеряны из-за сложностей посадки на воду возле судов конвоя. Но это был оправданный риск - конвою оставалось около суток хода до зоны льдов, где он мог укрыться от противника, а повернув его обратно мы давали противнику возможность его обнаружить и разгромить. Переброска бомбардировочной авиации затруднялась нелетной погодой. Адмирал Степанов отдал приказ о восстановлении демонтированных береговых батарей на Диксоне. К сожалению, этот приказ успели выполнить лишь частично. Хотя и частичное его выполнение позволило спасти Диксон…."

Конечно, действия советского командования заслуживают критики, но что делать, если нечем делать? Отряд может не заметить потери бойца, если отряд многочисленный, а если бойцов раз два и обчелся? В таких ситуациях приходится расставлять приоритеты. И приоритетом - главным направлением, было выбрано обеспечение безопасности визита американских кораблей. Направление Карского моря и Диксона было признано на текущий момент времени второстепенным, и его защитникам пришлось самим решать возникшую проблему. И они ее решили, благо, Север - это не златоглавая, населенная изнеженными паникерами. Это в столице, в 1941, представители тогдашней элиты штурмовали поезда, пытаясь удрать на восток, и обивали порог кабинета Сталина, чтобы уговорить последнего, перенести столицу в Куйбышев. Чем сие действо закончилось - известно - из визитеров была сформирована дивизия народного ополчения, которую тут же бросили на защиту Москвы. Кстати, именно там и были те самые пресловутые заградотряды из чекистов и отличившихся бойцов РККА, которые не давали элите драпануть в тыл. Выжившие в тех боях, растиражировали в последствии миф о заградотрядах на всю историю Великой Отечественной войны. Но вернемся к теме Севера. Вот что говорится в воспоминаниях военкома Северного отряда СБВ полкового комиссара В.В. Бабинцева - книге "Диксон сражается": " Еще в конце лета 1941 года в соответствии с планом развертывания на Диксоне вошли в строй две двухорудийные морские береговые батареи: 130-мм N226 и 45-мм универсальная N246. Позднее к ним была добавлена батарея N569. Она имела на вооружении полученные со складов Архангельского военного округа две 152-мм полевые гаубицы образца 1910/1930 гг. Именно она и сыграла роль главной силы сломавшей хребет бронированному фашистскому зверю. Конечно же имелись орудия и на кораблях. В то утро 26-го августа в Диксон прибыл сторожевик "СКР-19" (бывший ледокольный пароход "Дежнев"), именно он и должен был перевезти матчасть батарей на Новую Землю, где планировалось созбать военную базу. Вооружение СКР-19 состояло из четырех 76-мм, четырех 45-мм орудий и четырех пулеметов. На пришедшем в порт вечером 25-го августа пароходе ГУСМП "Революционер" (3292 брт) было по одному 75- и 45-мм орудию и четыре 20-мм "эрликона". Транспорт "Кара" (3235 брт) стоявший у причала был невооружен, более того - в его трюмах лежало несколько сот тонн взрывчатки - аммонала.

Сообщение о возможном нападении противника застало нас почти врасплох - еще несколько часов и "Дежнев" покинул бы Диксон с орудиями на борту. Готовиться к бою мы начали поздно вечером. Орудия батареи N569 были выгружены на причал, 130-мм орудия батареи N226 были перегружены на баржу. Я вместе с командиром СКР-19, старшим лейтенантом А.С. Гидуляновым вышел в море на катере на рекогносцировку для поиска удобного места для установки 130-мм орудий. Именно там нас и застало нападение "Шеера". Встретили его орудия СКР-19 и орудия батареи N569 лейтенанта Н.М.Корнякова. К сожалению, на последней был некомплект личного состава, да и боезапас был выгружен лишь частично.

"Шеер" был замечен в 01.05, часовым, стоявшим на бывшей огневой позиции батареи N226. Немедленно в эфир открытым текстом ушла радиограмма о нападении, а в порту объявлена боевая тревога. "СКР-19" под командованием старшего помощника старшего лейтенанта С.А. Кротов быстро отдал швартовы, но отойти от причала до начала боя не успел - с юга появился "карманник" и с 30-35 кабельтовых открыл огонь. Пушки "СКР-19" ответили практически сразу, одновременно Кротов приказал ставить дымзавесу и и постепенно увеличивая ход, двинулся поперек курса крейсера в бухту Самолетная, где можно было бы выйти из-под огня тяжелых немецких орудий.

Первые залпы фашисты направили именно против "СКР-19". Уже третьим были достигнуты прямые попадания. Их тяжелые снаряды прошивали корпус парохода насквозь и взрывались уже под ним. В течение первых 8 минут боя "Дежнев" получил, как минимум, четыре тяжелых снаряда, два из которых сделали большие пробоины. Был выведен из строя дальномер и два 45-мм орудия. Доблестный экипаж потерял 6 человек убитыми. 21 человек был ранен. В 01.46 Кротову удалось вывести корабль из под обстрела и посадить его на мель. За время боя его артиллеристы выпустили по врагу 35 76-мм и 68 45-мм снарядов, и добились пяти попаданий. Сразу после "Дежнева", фашист перенес огонь на "Революционер", укрытый дымовой завесой и добился трех попаданий. На пароходе были разрушены каюты, штурманская и рулевые рубки. Оказался поврежденным и паропровод, подающий пар на брашпиль, из-за чего судно не смогло сняться с якоря и укрыться в Самолетной бухте, верхней палубе вспыхнул пожар. К счастью, только этим все и ограничилось - после прекращения обстрела аварийные партии устранили часть повреждений, и пароход вышел из порта через пролив Вега на юг. За ним последовал и транспорт "Кара", так и незамеченный немцами. Ситуация могла бы быть гораздо хуже, не вмешайся в бой 152-мм батарея лейтенанта Корнякова. Именно он показал фашистским корсарам, что значит бог войны в умелых руках …"

О том, что бог войны был действительно в надежных руках, свидетельствует рассказ самого Корнякова в его книге "В прицеле "Адмирал Шеер":

"…Это была не самая лучшая ситуация в моей жизни, хотя я и внутренне готовился к ней, понимая, что все мои рапорта с просьбой отправить на фронт никакого результата не возымеют. Но то, к чему я готовился, застало меня в не самый подходящий момент.

Накануне мои орудия с боезапасом погрузили на "СКР-19" для переброски на Новую Землю. Загрузились на борт парохода и мы. Проводы к новому месту службы начали отмечать еще на берегу, и продолжили на борту "Дежнева". Можно конечно осуждать, но таковы традиции. Но все в жизни переменчиво, как погода на Крайнем Севере. Мы очередной раз разливали спирт по кружкам под селедку-пятиминутку, когда в каюту без стука влетел подсменный вахтенный центрального поста. Кстати, кто не знает, что такое селедка-пятиминутка, я поясню - берется свежевыловленная сельдь, потрошится, посыпается солью, выдерживается пауза в пять минут и все - закуска готова к употреблению. Но очередной раз стукнуть кружками, выпить и закусить нам не удалось. Дали любимую команду: "Все в зад! Дым в трубу, дрова в исходное, пельмени раскатать!" То есть выгружать орудия батареи на пирс вместе с боезапасом. Причина - угроза нападения с моря вражеского крейсера. Утеряна связь с "Сибиряковым" - тем самым пароходом, который в начале тридцатых, самым первым прошел по Северному Морскому пути.

Ну, выгружать, так выгружать. Выгрузили. Что дальше? А дальше, командование Диксона начало рассуждать очень здраво, хотя и не очень своевременно. Пару раз над Диксоном пролетали немецкие гидросамолеты. Наверняка все сфотографировали и у врага есть фотографии с нашими старыми позициями - значит туда ставить орудия нельзя и нужно искать новые. Чем командование собственно говоря и занялось. Ну а мы вместе с орудиями остались на пирсе. Курим и ждем, когда оно вернется с рекогносцировки и даст команду - куда именно ставить орудия. Тут я должен пояснить кое-что. Наши кинорежиссеры конечно же очень талантливые люди, но они в своих фильмах искажают истину ради зрелищности. При слове орудия, у большинства людей возникает в голове сценка - немецкие танки, по которым чуть ли не в упор, метров с пятидесяти, стреляют наши орудия. Полфильма стреляют и остаются живыми. На самом деле все не так - пятьдесят метров - это уже покойники. От километра до 300 метров. Если ближе, то немецкая пехота, которая сопровождает танки - выбивает все артиллерийские расчеты. Конечно, можно пальнуть и с пятидесяти - но тут шансов уцелеть мало - танк исполосует расчет из пулеметов и все. В реальности нужно рыть орудийные дворики, пристреливать позиции, определять ориентиры, тянуть связь, маскировать орудия… Да и орудия нужно грамотно установить - развести и закрепить в грунте станины например. То есть на благоустройство батареи нужно несколько часов. Мы же сидим и курим. Сидим на орудиях, орудия на причалах. Расчеты неполные, правда есть добровольцы из местных жителей. Пригнали трактор, чтобы сразу же отбуксировать орудия на выбранную позицию.

А тут этот гад! О том, что он появился, мы узнали только после того, как южный вход в бухту озарился вспышками его залпа. Что делать? Орудия к бою! А как? Если не закрепить станины в грунте, то после каждого выстрела орудие будет откатываться на десяток метров! А мы на причале стоим! Огляделся по сторонам - ага, узкоколейка. Вот в нее станины и уперли. Прильнул к панораме. Вот она цель! Здоровенный то какой! И как определить до него расстояние, не зная его размеров? Он ведь еще гад и движется! Придется старым дедовским способом - "Недолет-перелет". Решил не дожидаться подготовки второго орудия и приказал трактористам пока подтаскивать его к той же узкоколейке. Зарядили. Ввел поправки. Выстрел! Что-то бьет в голову и очень больно бьет. Ослепительная вспышка перед глазами. Лечу назад, мелькнула еще мысль - отвоевался! Упал. Больно упал. Но живой стал открывать глаза, а лицо чем-то залито. Кровь? Протер лицо рукавом - она самая! Но руки-ноги целы. Что с расчетом? Вскакиваю на ноги. Все тело болит. Расчет на месте. Орудие цело. Цело???? Ах, вот оно что! Гадский черт! После выстрела станины орудия проскользнули под рельсами и орудие откатилось назад, звезданув меня панорамой по лицу. Что делать? Смотрю на рейд - "Дежнев" полыхает, и кажется ставит дымзавесу. Ну быстрее думай! Выдергивать орудие из-под рельсов времени нет - нужно стрелять из второго. Но во что его упереть? Ага - куча угля. Давай разворачивай! Готово. Прильнул к панораме. Нет, думаю, лучше лицо убрать! Выстрел! И точно - не удержал гадский уголь нашу пушку - отъехала назад зараза.

И тут такая злость меня взяла. Тоже мне, отличник БП и ПП! Стрельбу батареи организовать не могу, а еще на фронт рвался! Мои однокашники немецкие танки жгут, а я тут в цель, размером с холм попасть не могу! Ору трактористам - цепляйте и тащите пушку на исходное! А потом задумался - а зачем тащить? Трактор гусеничный - на куче угля стоит - сцепление гусениц с углем хорошее. Станины в него упираются. Конечно, есть риск откатом этот трактор разрушить, но и что с того? Если мы не откроем огонь, то фрицы и этот трактор и нас вместе с ним заодно… Так и решил. И опять к панораме. Ну гадский гад, держись! Тоже мне танк с двумя башнями! Выстрел! Заряжай! Ага, есть! В бинокль разглядел, огненно-красный бутон среди надстроек фашистского крейсера. Выстрел! Мимо. Выстрел! Мимо. Вношу поправки уже автоматически, ну держись гад, первый шок прошел - сейчас пристреляюсь! Выстрел! Есть! Отмечено еще одно попадание в крейсер - в районе фок-мачты. Пошла масть! Ты только сучонок ближе подойди! Чтоб я тебя гада прямой наводкой! Мы тебе столько дырок понаделаем! Чего это он? Моему удивлению не было предела - фашист резво развернулся и драпанул в обратном направлении. Так быстро? Что-то странно! В "Дежнева" снарядов пять попало - так продолжает стрелять, а в этого - наших два, да "дежневцы" пяток зарядили - маловато для цели таких больших размеров.

Ах вот оно что! Этот гад стал обходить остров вокруг, обстреливая берег снарядами. С чего бы только? Если это он по нам лупит, так мы на причале стоим - прямо на виду. Или это какой-то отвлекающий маневр? Мы прождали примерно минут тридцать-сорок. Точно - облака разрывов немецких снарядов стали видны на севере острова. Значит вкругаля поперся. Ну-ну! А вот и мачты этого гада. Видно правда плохо - остров заслоняет, но можно и попробовать. Я дал команду, и трактор развернул орудие на 180 градусов. Грянули пушки на горящем, но не побежденном "Дежневе". Пора и нам! Выстрел! Мимо! Спокойно! Введем поправку! Ближе подойди! Выстрел! Мимо, но уже лучше. Ну наконец-то! Силуэт крейсера выполз из-за острова Диксон. Главное не нервничать! Выстрел! Есть! Яркая вспышка сверкнула на юте вражеского крейсера. И там поднимается дым, кажется, что-то горит. И хорошо горит! Там еще и пламя появилось! Ну куда же ты? Вот же гад - опять уходит!

Как выяснилось через три часа непрерывного курения на пирсе, этот фашист ушел всерьез и надолго. Странно, однако. Какой-то он хлипкий оказался! Размером с линкор, а снарядов боится. Ну да и пес с ним с этим гадом! Нам без него все-таки спокойнее. Тут и начальство вернулось с неудачной прогулки по морю. По крайней мере оно внесло определенность - новые позиции для батарей были выбраны. Эх, жалко мы не успели еще и 130-ки развернуть! Ох, тогда бы мы наколотили этому рейдеру! Обидно! Но из 43 снарядов, мы сделали три попадания - для первого боя неплохо! …."

Конечно же, командир батареи очень эмоционален, но это был первый его бой. Бой из невыгодной, неподготовленной позиции. Возможно тут сработало и правило, что новичкам всегда везет, а возможно человек просто не растерялся и проявил свои навыки. Вне зависимости от причин успеха, важен результат - Диксон отстояли. Причем с минимальными потерями и ущербом. "Провожал" немецкий рейдер, летчик А.Стрельцов на летающей лодке ГСТ (лицензионная "Каталина" - прим. авт.) - именно он, сообщил, что следует за немецким рейдером на запад в сторону Архангельска, и что тот идет навстречу "третьему арктическому конвою" в составе 8 сухогрузов и 3 танкеров, ледоколов "Красин" и "Ленин", который направлялись в порты Дальнего Востока и Америки. Конвой этот как известно вышел 18 августа из Архангельска. Стрельцов своевременно вышел в эфир и стал передавать курс немецкого рейдера - благодаря этому командир конвоя изменил маршрут, и конвой разошелся с карманником на параллельных курсах за переделами видимости. Однако, через несколько часов, к концу патрулирования Стрельцова, рейдер вновь изменил курс и двинулся вдогонку за конвоем. Поскольку конвой и сопровождавшие его МБР-2 соблюдали радиомолчание, и поскольку никаких других работающих радиопередатчиков в том районе зафиксировано не было, то в штабе Северного флота пришли к выводу, что командир рейдера получил запоздалую информацию о конвое из штаба группы "Норд" и теперь пытается его перехватить.

Так как все имеемые в наличие авиационные силы были задействованы в районе острова Медвежий и в районе аэродрома Банак, то противодействовать действиям немецкого крейсера было пока нечем. Произведенные расчеты показали, что конвой, успеет углубиться в ледовые поля, если он будет следовать той же скоростью, а рейдер свою скорость не изменит. Но именно, что "если". На море, как известно случается всякое. Между тем, запутанные события в районе острова Медвежий, происшедшие во время полета лодки ГСТ А. Стрельцова в направлении на запад, сопровождаемые ворохом противоречивой информации, и целая серия поспешно принятых, в связи с этими событиями решений, не позволила командованию Северного Флота, более четко, объективно и взвешенно оценить ситуацию с рейдером в Карском море, и найти грамотный путь разрешения потенциально опасной ситуации. Об этих событиях и пойдет речь ниже, но после того, как мы расскажем о реальных успехах и недостатках действий остальных немецких подводных лодок в районе Карского моря.

* * *

Предоставим слово одному из участников событий, оберлейтенанту Бруно Ридерману, проходившему службу на подводной лодке U-456, и написавшему книгу "Арктические волки северных широт":

"… Мы находились примерно в 11 милях северо-западнее губы Безымянной острова Новая Земля. Дул пронзительный северо-восточный ветер силой около 6 баллов, и несение вахты было сущей каторгой - все, что могло промокнуть, уже давно промокло. И не от волн, а то ветра. Волнение моря в принципе было терпимым около 3 баллов, хотя я готов был держать пари, что старина Бруно Юргенецки опять облюет всю палубу в отсеке. Было около пяти утра, когда на севере были замечены два сторожевых корабля, спешащие на юг. Макс Мартин тут же отдал приказ на погружение, а у меня в душе закралось подозрение, что наш командир собирается нарушить инструкции, запрещающие нам атаковать суда и корабли до особого распоряжения. Так оно и оказалось, и я подумал, что будет правильным настрочить на Макс-Мартина по возвращении, анонимный донос в гестапо.

Конечно, я болел всей душой за нашу U-456, и наш экипаж, и молчаливое соревнование во флотилии за то, чей боевой счет будет выше, я тоже… О Майн Готт! Ну и вонь! Опять этот Эрих-Анна Гумбольт продул гальюн на себя! Понаберут дураков в подводный флот на вокзале, а потом мучайся с ними… Неплохо было бы избавиться от этого недотепы по возвращении. Да! Наш командир приказал готовить торпедные аппараты номер один-четыре и кормовой номер пять к стрельбе. Один из сторожевиков, имел камуфляжную раскраску, острый клиперский нос и напоминал старинный ледокол. Наверное так и есть - русские старательно вооружают все суда, которые у них остались. Некоторые бывают довольно опасны - те, которыми командуют так называемые "Стахановцы" - действуют нагло, дерзко и решительно и этим компенсируют недостаток боевой подготовки. Хотя много и таких, которые ведут себя как слепые котята - ничего не видят и не слышат.

На наших лодках применяли торпеды двух типов - G7a и G7e. Первые "угри" - парогазовые, вторые - электрические. И каждая имела и достоинства и недостатки. Парогазовые G7a имели большую скорость в 44 узла и дальность действия шесть километров при максимальной скорости и 12 километров при скорости в 30 узлов, но они обладали и существенными недостатком - оставляли за собой след из пузырьков воздуха и будучи достаточно шумными. Ими мы предпочитали стрелять лишь в ночные часы, или с близкого расстояния по одиночному транспорту. Электрические - были бесследными, но и более тихоходными - 30 узлов и всего пять километров дальности. Естественно, что Мак-Мартин зарядил аппараты электрическими "угрями". 280 килограмм тротила в боеголовке могут запросто потопить любой из этих сторожевиков.

М-да! Что-то не везет нашему командиру сегодня! Все четыре торпеды прошли мимо - две взорвались на берегу. Счастье, что на этих калошах нет сонаров - тогда бы они нас быстро засекли - с 11 кабельтовых. А командир то занервничал! Однако то, что он сейчас делает глупость - если не попал четырьмя торпедами, то разве есть шанс попасть одной? Впрочем ему виднее - он командир лодки - ему за торпеды потом и отчитываться. И эта прошла мимо! Пять рыбок и все в пустую! Радует одно, что после того, как мы перезарядим аппараты - мы продолжим преследование русских, но уже в надводном положении. Провентилируем ту вонь, которую напустил этот придурок Эрих-Анна Гумбольт.

А погоня к счастью подзатянулась. Можно было перевести дух, подышать свежим воздухом. В принципе наша U-456 неплохая лодка. Тесновато конечно, но в остальном. Самое смешное, что ее разработали на чужие деньги. Мы ведь после проигрыша в Мировой, были ограничены этим Версальским договором - строить что-то военное крупнее шлюпок было нельзя. Но всегда найдутся те, для кого жажда наживы, важнее последствий. Крышу нам дали голландцы, те, которые привыкли жить за счет тюльпанов и ювелиров. Фирму наши конструкторы зарегистрировали в Гааге. Самое смешное, что все знали, что в ней работают немцы. И англичане, и французы, и американцы. Знали и молчали. И не потому, что формально не придерешься, а потому, что по их мнению, мы продавали лодки их будущим союзникам. И где те союзники? Турция - нейтральна. Испания - нейтрально, но на Восточном фронте воюют ее добровольцы. Финляндия - на нашей стороне. Швеция - нейтральна, но гонит нам по дешевке железную руду и пушки в обмен на зерно. Ну разве что русские - так те практически все лодки уже потеряли. Конечно, чтобы продавать создаваемые лодки, пришлось торговать себе в убыток, сбивая французам и итальянцам цены. Но зато каждая построенная и проданная лодка выходила все лучше и лучше - можно было учитывать недостатки в работе за чужой счет. Самыми последними покупателями кстати были финны - и их лодки наиболее близки по характеристикам к нашей "семерке". Так или иначе, но когда мы плюнули на Версаль. У нас уже имелся отработанный проект, проверенный на практике в железе. А что получила Голландия в качестве платы за приют и кров? Впрочем, там ведь не только одни евреи живут - в вермахте и СС полно добровольцев из Голландии.

Однако я увлекся рассказом. Догнали мы этих русских, догнали через пять часов, сделали крюк и погрузились, а неугомонный Макс-Мартин снова стал готовиться к торпедной атаки из аппаратов NN один, два и четыре. Теперь нам удалось получше рассмотреть русских - самый крупный был действительно их вооруженным ледоколом. Разглядели мы и множество орудий и сигнальщиков с биноклями. Однако что-то у нас опять не получилось. Мало того, что мы снова нарушили инструкцию, так еще в момент пуска торпед, русский ледокол резко изменил курс, а второй русский вооруженный траулер около 1000 тонн водоизмещением повернул в нашу сторону! Мы снова не попали! Акустик правда услышал взрывы, но было неясно - от наших торпед или от русских глубинных бомб. Закралось подозрение, что русские начали ставить сонары на свои устаревшие корабли - ничем другим маневр русских объяснить было невозможно. Правда сонары плохого качества - нас засекли только на 800 метрах - дистанции последнего торпедного залпа. Через час, за время которого перезаряжались торпедные аппараты, мы снова всплыли в надводное положение.

Насладиться свежим воздухом не удалось - влетели в жуткий дождевой шквал. Я вновь вымок, и решил, что с меня хватит - нужно высушить одежду, пока имеется такая возможность. Сушить промокшую одежду лучше всего на работающих дизелях. На немецких дизелях. На нашей старухе таких было два - шестицилиндровые, четырехтактные F46 фирмы "Германия-Верфт" по 1400 лошадиных сил каждый. Грохот конечно же стоял в отсеке неимоверный, но и ходить в сырой одежде мне не хотелось. К чему я рассказываю про сушку одежды? А к тому, что двое последующих суток прошли скучно и уныло. И я регулярно был вынужден после каждой вахты этим заниматься. И 22 августа за очердной сушкой одежды я пропустил самое интересное.

Возле острова Митьюшефф, сигнальщик заметил стоящее на якоре небольшое судно. У нас еще оставалось четыре "угря" но Макс-Мартин не решился их тратить на такую мелочь. Мы обстреляли это судно из 88-мм пушки и зенитного автомата - нам никто не ответил. Тогда наш командир приказал взять это русское корыто на абордаж. Ничего более опрометчивого в своей жизни я не видел! Впрочем, хорошо, что это случилось не на моей вахте. Как и следовало ожидать, на этой посудине оказались русские. Двое из них видимо были убиты во время обстрела, а двое затаились. Прежде чем их успели расстрелять из пулемета, один успел два раза выстрелить из винтовки, а второй бросить гранату. Первый убил одного моряка из расчета "эрликона", а от гранаты второго мы потеряли вахтенного офицера и троих сигнальщиков - она залетела как раз за ограждение рубки. Макс-Мартину повезло - его только контузило, а осколки предназначавшиеся ему, были поглощены телом одного из сигнальщиков. Никаких документов у убитых мы не обнаружили, кроме имеемой у одного затертой справки "об освобождении из АрхЛага N14". Наши трофеи были следующие: четыре винтовки калибра 7,62 мм, патроны калибра 7,62 мм - 198 штук, Бинокль морской -изготовитель "ЛОМО" - 01 штука, фляжка емкостью один литр со спиртом, ракеты сигнальные - 05 штук. Все это в обмен на пятерых покойников. Русское корыто называлось "Чайка". Радиостанции, морских карт и прочего на ней не было. Командир приказал подорвать посудину тротиловыми шашками, и двинуть в сторону пролива Маточкин Шар. Пожалуй, придется написать на Тейхерта не один рапорт! Правда я не уверен, что они принесут какую-то пользу - на Бродду с U-209 рапорта пачками пишут и хоть бы что! …"

Несомненно, воспоминания немецкого подводника, искажают истину, по причине личной неприязни последнего к своему командиру. Оно кстати и неудивительно, статистический анализ, проведенный одной из шведских правозащитных организаций показал, что по числу доносов на душу населения, в 1930-1945 Германия годах занимала первое место в мире - в среднем 54 доноса в год, на одного человека старше 18-летнего возраста. На втором месте была Англия - 47 доносов, на третьем США - 35 доносов, на четвертом Франция - 28, на пятом Испания - 27. СССР в данном перечне занимал 14 место - 1 донос в год, уступив Эстонии, Латвии, Литве, Польше, Люксембургу, Норвегии, Японии и Швеции. Поэтому мы рассмотрим тот же эпизод глазами очевидцев советской стороны, и попробуем проанализировать действия командира немецкой ПЛ. Воспользуемся мемуарами Г.А. Николаева "Ледорез "Литке" на страже Отчизны":

" Мы вышли из становища Лагерное в губу Белушья. 20 августа дело было. Почему я запомнил эту дату? Так ведь если бы не Тирпиц, лежали бы мы на дне морском, причем дважды! Я бы этой псине, честное слово памятник поставил. Подобрали мы его в Архангельске - тощий как скелет, облезлый, никого к себе не подпускал. Говорят, что он принадлежал одному из капитанов потопленного судна из конвоя PQ-17. Якобы капитана при авианалете бомбой убило, а его пес остался, а матросы значит, покидая судно забрали его с собой. Может это и байки, теперь уже не проверить. Но прицепился он к нашему капитану, точнее уже командиру. Ни на шаг от него не отходил. Отъелся, шерсть залоснилась. И все время вместе с капитаном на мостике. Только если совсем погода дрянь - прячется в штурманскую рубку. Почему мы его прозвали Тирпиц? Известно почему - выглядел он на момент знакомства, как "Тирпиц" после атаки Лунина. Сейчас много пишут про то, что Лунин не попал. Историки всякие со степенями пишут, прохфессора значит. Но я вот, что скажу писать конечно можно много, особенно если в одиночку арбуз съел, но только никому еще не удавалось без ущерба для самолюбия и собственной одежды, проделать этот процесс против сильного ветра. А что ж он этот "Тирпиц" так быстро в базу убрался? Совсем, как Гитлер, который не сумев взять Москву, сказал, что немцы и не хотели брать Москву, и Ленинград не хотели брать, и Сталинград, и под Курском они просто гуляли, и Берлин не хотели они оборонять. Оно и понятно - как вломили гадам люлей от всей души, так один срочно в базу возвращается, а другие до Берлина отступают. Но вернемся к тому походу.

Шли мы тогда вдвоем. Мы, это значит СКР-18 "Литке" под командованием старшего лейтенанта С.В. Гудина и тральщик ТЩ-57 (бывший РТ-89 "Беломорец"). Корабли следовали строем кильватера, имея БГN2. На переходе внимательно наблюдали за морем, так как предполагалось наличие немецких подлодок. Но что значит внимательно наблюдать? Час-два и глаза замыливаются, либо не видишь то, что есть, либо мерещиться то, чего нет. Так было и в этот раз - смотрели-смотрели наши бойцы в дальномер - и ничего не увидели, так бы и поперли дальше, если бы не Тирпиц. Тот возле дальномера на мостике находился. Шутили мы еще тогда - тоже дескать сигнальщик. Вот и дошутились - он вдруг встал шерсть дыбом - и давай лаять прямо вперед по курсу. Ну наши на дальномере переполошились и решили проверить - может действительно что-то пес увидел. И проверили - в 07.55 краснофлотцы Иванов и Жилов произвели срочный доклад командиру, что на курсовом лево два градуса обнаружен в дальномер силуэт подводной лодки на дистанции была примерно 100-120 кабельтовых.

Что тут началось! Сонливости и тишины как не бывало! Сыграли боевую тревогу, передали на ТЩ-57 о противнике и устремились навстречу немецкой лодке. Естественно не успели - нашим то ходом! И немцы не дураки - решили не соваться под наши пушки. В 06.28 эта немецкая лодка погрузилась, оставив на поверхности сероватый дымок от работавших перед погружением дизелей. Достигли мы точки ее погружения и передали на тральщик сигнал "Не мешать моим действиям". В 07.03 сбросили бомбу БМ-1, взорвалась она через 17 секунд. Больше бомб наш командир решил пока не тратить - без гидролокатора шансов поймать фашистов - практически никаких. Разве что если случайно первой бомбой накроем. Но сами понимаете - такое конечно может случиться, но шансы примерно такие же, как встретить писателя Солженицина на передовой. Однако попытка не пытка - хотели понаблюдать - вдруг повезло и задели фашиста хоть краешком. Куда там! Тирпиц как зайдется бешенным лаем на правый борт, лает аж слюна брызжет - наш командир - хвать бинокль, а там - светлые тени к ТЩ-57 несутся - он оттолкнул сигнальщика и лично ратьером "Руль право на борт! Полный вперед!". А там не будь дураками и тут же отработали. Причем, как потом Степан Вешнев рассказывал - подумали на тральщики, что мы их таранить лодку направили. А потом в 07.10 на курсовом 135 градусов правого борта слева от идущего позади и изменившего курс ТЩ-57 взметнулись два всплеска и мы услышали два подводных взрыва.

Командир наш решил пожертвовать еще одной бомбой, чтобы фашиста пугануть, сбросили ее примерно в 07.25. Она взорвалась через 17 секунд на установленной глубине в 50 метров. И тут снова Тирпиц зашелся бешенным лаем - смотрит куда-то за корму нашего "Литке" и заливается. Смотрели-смотрели ничего не увидели, точнее увидели, что кажись что-то там под водой несется, но в том то и дело, что кажись. Кажись, несется, а кажись померещилось. Только бабахнуло через пять минут не кажись - аж все забурлило, и пена как от шампуня была. Благо далеко - 3 мили не меньше! Ну, наш командир Сергей Гудин предположил, что лодка немецкая отстреляв торпеды, наверняка перезаряжается, и вряд ли высунется на поверхность. Но понаблюдали еще полчасика. Тирпиц молчал все это время, да и сигнальщики ничего не заметили. В восемь часов дали отбой БГ-1 и перешли на БГ-2.

Ну тут же каждый, кто не на вахте - рвется на мостик Тирпица за ухом почесать, да на обеде что-то для пса повкуснее оставить. Конечно, и скептики нашлись - мол случайность все это! Не может собака подлодку и вражьи торпеды чуять! Даже кто-то поспорил себе на голову. Все шло без происшествий примерно до полвторого. Мы уже пообедали, и проходили мимо мыса Северный Гусиный Нос. Шли мы узлов семь-восемь. ТЩ шел за нами уступом слева примерно на трех кабельтовых. В 13.30 СКР-18 и ТЩ-57 , следую скоростью 7 узлов, миновали. ТЩ шел уступом слева от нас на дистанции 3 кабельтовых. До берега было примерно кабельтовых семьдесят максимум восемьдесят. Видимость переменная, северо-восточный ветер в 5-6 балов - для наблюдения за поверхностью моря условия отвратительные - из-за барашков везде мерещится перископ лодки. Сытый и обласканный всеми Тирпиц, сразу после обеда, вновь поднялся на мостик, и внимательно обозревал горизонт. Шуток по поводу нештатного сигнальщика уже никто не отпускал. Время было уже где-то после двух часов. Ах, да, с нами тогда в поход пошел капитан-лейтенант Павлов - начштаба Северного отряда. Так вот он и наш командир стоят на мостике, курят. А Павлов этот - он из тех, кто не поверил в способности Тирпица. Спорил или нет я не знаю, но что-то там про суеверия начал говорить. Суеверия суевериями, но Тирпиц, вдруг как вскочит и на правый борт к парусиновому обвесу мостика - просунул под низ голову и давай опять с ума сходить. Ну наш командир не долго думая - руль право на борт и полный вперед скомандовал, и за бинокль тут же. А там… И Гудин и Павлов аж побледнели - там три торпеды шуровали! Одна или две из них под конец даже из воды стали выпрыгивать из-за сильной волны. Опоздай мы с поворотом на полминуты - от нас бы и щепок не осталось! Нашему старичку то и одной достаточно. По докладу краснфлотца Голенкова, несшего вахту у кормового 76 мм орудия, три торпеды прошли за кормой на расстоянии 60 - 200 эпизодически выскакивая из воды, а затем через пару минут почти одновременно рванули. Тряхнуло нас так, что от сотрясения получили повреждения котлы котлы N3 и N5. Про всякую мелочь типа посуды - я уже и не говорю.

Снова мы час высматривали и кружили в месте атаки - но ничего. Может эта зараза и была там, но сигнальщики ничего не разглядели, да и Тирпиц - теперь ему верил даже Павлов - Тирпиц молчал. Посовещавшись, начальники дали отбой тревоги и объявили "бэгэ-два". В 21.30 мы прибыли в Белушью уже без каких-либо происшествий."

Можно, конечно же поерничать над действиями командира U-456, капитан-лейтенанта Тейхерта, типа стрелял и ни разу не попал, но все познается в сравнении. Тейхерт был достаточно агрессивным подводником, и на его боевом счету к тому времени был потопленный британский тральщик, потопленный транспорт "Хоному" и поврежденный крейсер "Эдинбург". Да, он часто мазал, из-за не умения определять параметры цели, да он расходовал много торпед, но он был агрессивен, и эта агрессивность позволит ему, потопить в 1943 году еще четыре транспорта, заработав посмертно Рыцарский Крест Железного Креста. Погибнет он на пять дней позже Генриха Бродды,12 мая 1943 года. Но с Броддой, его сравнивать бесполезно. Командир U-209, кроме жесткого расстрела баржи с женщинами и детьми, больше ничем в своей жизни не прославился. Это подтверждает общеизвестную истину - все мы люди, все мы человеки. Одни порядочные, другие сволочи - мы разные. И немецкие подводники были разные, и летчики и пехотинцы. Те, кто считают, что немцы одинаковые - заблуждаются. Если бы они были одинаковыми, то стали ли с ними церемониться в 1945 году?

Но мы вернемся к теме повествования. Широко известно, что между кригсмарине и люфтваффе существовали неприязнь и дух соперничества. Менее известно, что неприязнь и дух соперничества существовали и между надводными и подводными кораблями в германском флоте. Германских подводников очень возмутил запрет на проведение атак против обнаруженных целей во время проведения операции. Отдавать лавры побед "карманнику" они явно не хотели, поэтому все командиры лодок 11-й флотилии достаточно халатно относились к обязанностям, возложенным на них командованием группы "Норд" и при первой же возможности стремились пополнить боевой счет. К числу таких командиров относился и командир U-601. К сожалению свидетелей ее атаки с советской стороны не осталось, поэтому вначале мы рассмотрим то, о чем говорится в парадно причесанном документе КТВ U-601, а затем укажем на некоторые странности данного эпизода:

"…24 августа лодка U-601 находилась к северо-востоку от пролива Вилькицкого. В 10.40 ее сигнальщики обнаружили силуэт транспорта. Это был "Куйбышев" тащивший за собой буксир "Медвежонок". Подводная лодка начала сближение с целью и в 13.08 погрузилась, а в 14.09 выпустила две торпеды, одна из которых попала в пароход. Корпус корабля окутался дымом, когда он рассеялся, то корабля на поверхности уже не было, и лодка всплыла. В 14.12 был обнаружен стоящий без хода буксир "Медвежонок". Волнение моря было небольшим - 2 балла. Лодка всплыла, и вызванный наверх артиллерийский расчет выпустил в буксир 20 снарядов калибра 88-мм, после чего тот затонул. Сигналы бедствия русские подать не успели."

Что же тут странного спросит читатель? Начнем с отсутствия информации о поведении экипажа буксира "Медвежонок". На его борту должна была нестись вахта, наблюдающая за его состоянием в процессе буксировки. Никаких упоминаний о наличии на борту "Медвежонка" экипажа в КТВ лодки U-601 нет. А не заметить экипаж и его действия немецкие подводники не могли, так как расстреливали буксир из 88-мм орудия - то есть с достаточно близкого расстояния. Между тем, Приказ N255 от 30.12.1942 года по Архангельскому Морскому Арктическому пароходству ГУСПМ "Об исключении из списков пароходства членов экипажа ледокольных пароходов "А.Сибиряков", "Сталинград", и буксира "Медвежонок" как пропавших без вести" указывает на наличие 16 человек в экипаже буксира:

Б уксирный пароход " Медвежонок " :

Гагарина Андрея Васильевича--капитана

Фадеева Петра Михайловича--II пом. капитана

Метелкина Ивана Георгиевича--ст. пом. капитана

Пенькова Василия Васильевича--ст. механика

Комракова Николая Александровича--II механика

Нечаева Ивана Александровича--III механика

Макарова Александра--кочегара I кл.

Шалаганова Семена Васильевича--боцмана

Тарантакова Якова Ефимовича--матроса I кл.

Любаева Петра Ефимовича--матроса II кл.

Чистова Петра Ефимовича--матроса I кл.

Савочкина Андрея Петровича--кочегара I кл.

Краснобаева Ивана Лаврентьевича--кочегара I кл.

Пронкина Федора Петровича--кочегара I кл.

Романовскую Юлию Андреевну--повар-уборщицу

Герасимова Василия Николаевича--матроса II кл.

И кого-то из этих 16 человек немецкие подводники должны были заметить. Еще один момент - 16 человек - это буксир достаточно больших размеров, чтобы на него как минимум установили один-два пулемета типа ДШК. Еще один странный момент - лодка стреляет торпедами в 14.09, и всплывает в 14.12 - через три минуты. Довольно странная ретивость и прыткость для весьма осторожного Грау, который в предыдущем боевом патрулировании очень тщательно и долго наблюдал за целью, прежде чем решился атаковать. Странно и то, что на лодке не заметили сразу "Медвежонка" которого "Куйбышев" тащил на буксире.

Теперь об имеемых советских данных. Последний раз капитан "Куйбышева" Токовенко, выходил на связь в 15.00 24 августа, сообщив, что прибудет ориентировочно в полночь. Когда он не прибыл в порт назначения, то начальник порта Диксона, предположил, что "Куйбышев" зашел на реку Енисей за водой. Ответ из Ошмарино пришел только 29 августа и был отрицательным. 30 августа на поиск "Куйбышева" вылетел ГСТ, пилотируемый И.И.Черевичным. При полете была обнаружена шлюпка с двумя людьми, однако из-за плохой погоды, ее потеряли, и при повторном заходе уже не обнаружили. Странным было то, что шлюпка была не морской, а речной.

Первые достоверные следы были обнаружены Черевичным только 3 сентября у острова Сибирякова - шлюпки, бочки, баллоны. 7 сентября в этот район прибыло гидрографическое судно "Якутия". Моряки гидрографа детально осмотрели побережье острова и на северной отмели обнаружили ряд предметов судового инвентаря, в том числе судовые шлюпки. Но надпись "Куйбышев" была на них почему-то закрашена! Вся западная часть отмели острова была покрыта слоем нефти. С учетом того, что "Куйбышев" использовал уголь, и перевозил железную руду - это была еще одна странность. При обследовании северо-западной части острова был обнаружен труп человека со спасательным поясом с надписью "Куйбышев".

28 сентября 1942 года на мысе Моржево был найден спасательный пояс с надписью пропавшего судна, и бочки из под дизельного топлива с маркировкой 1440-270 - из той же серии, что обнаружила команда "Якутии".

8 октября 1942 года, экипаж парохода "Алдан" при подходе к порту Диксон, в точке 73,52 N и 77,40 E заметил торчащие из воды мачты затонувшего судна с красными лампочками на клотиках. Расстояние между мачтами составляло 45-50 метров. Однако попытка водолазной партии со шхуны "Мурманец" провести обследование данного затонувшего судна была отложена из-за непогоды.

Итак, по советским данным, мачты судна торчали из воды, и представляли из себя довольно прекрасный ориентир, не заметить который капитан-лейтенант Грау просто не мог. Это кстати говорит о том, что пароход затонул на ровном киле, и с относительно целым корпусом. Не мог он также не заметить плававшую шлюпку. Соответственно на поверхности должны были плавать и те, кто в момент взрыва нес вахту на мостике - в КТВ немецкой ПЛ об этом не упоминается. Странным является и описание самой торпедной атаки - обычно немецкие подводники указывают и тип торпед, и номера торпедных аппаратов, и дистанцию стрельбы, и время хода торпед - ничего этого нет! Есть время залпа - 14.09, и время всплытия - 14.12. То есть не успел прогреметь взрыв от торпед, а лодка уже летела наверх!

Почему так много странностей? Если отбросить всякие оккультные тайны и подойти к данному вопросу цинично, то можно сделать следующее заключение - "Куйбышев" и "Медвежонок" были потоплены не Грау, а кем-то другим. Именно поэтому Командир U-601 дает такое невнятное описание атаки. Вполне вероятно, что он действительно выстрелил торпеды, но кто-то его опередил. Либо… Либо Грау попал не туда, куда нужно. Например, в того, кто в этот момент топил "Куйбышев". Именно этим можно и объяснить большое количество нефти, найденное на берегу. Правда есть одна загвоздка - нефть используется как топливо на надводных кораблях. Опять же, советская сторона дает невнятное описание торчащих из воды мачт корабля. Для чего упоминать красные лампочки на клотиках, если они присутствуют на любых мачтах? Это имеет смысл только в том случае, если они не стандартные - не соответствуют применяемым на советском флоте. Странным является и то, что на немецкой лодке не зафиксировали радиообмен между "Куйбышевым" и Диксоном - по немецкому времени он происходил в 14.00. Почему нет упоминания о том, что тело в спасательном жилете опознано? Очень просто - потому, что его не опознали. Чужой. Именно поэтому и закрашены надписи на шлюпке - судно либо переименовано, либо захвачено, либо шлюпка используется уже на другом судне. Вопрос - каком? С нефтяным отоплением котлов.

Тут нужно напомнить, что не только Редер и Дениц обладали боевыми кораблями. Имелись они и в люфтваффе и в СС. В люфтваффе они использовались большой частью по делу, а в СС в зависимости от того, чем занимается то или иное структурное подразделение. Кто-то высаживал диверсантов на вражеский берег, кто-то устраивал вооруженные провокации и государственные перевороты под чужим флагом и именем, кто-то втихаря торговал с нейтралами или Англией и США, а кто-то искал чашу Грааля, Ковчег Заветы и прочую оккультную лабуду.

Поэтому, если сопоставить вместе все факты, то получается следующая картина - "Куйбышев" был потоплен или захвачен (менее вероятно) каким-либо из кораблей люфтваффе или СС, выполнявших какое-то задание в данном районе (вполне возможно, что Геринг, решил утереть нос кригсмарине, и доказать, что люфтваффе может не только летать, но и воевать на море). Шлюпки с потопленного "Куйбышева" вероятно подняли на борт, и собирались использовать для продолжения миссии. Буксир "Медвежонок" топить не стали и тянули на буксире. Команду "Куйбышева" и "Медвежонка" подвергли пыткам (для СС и люфтваффе - это раз плюнуть) и заставили участвовать в радиообмене с Диксоном. Но тут появляется Грау, который выпускает торпеды в цель. Сильный взрыв судна и скорое его гибель указывают на то, что в трюме была взрывчатка или мины заграждения. Всплыв, Грау направляется к "Медвежонку" и слышит немецкую ругань тех, кто уцелел после атаки и плавает в воде. Он вылавливает незадачливых конкурентов из воды, и расстреливает "Медвежонок".

Скорее всего, речь шла об альтернативной попытке захватить Диксон, "конкурирующей фирмой". Причем данный план, при всей его кажущейся авантюрности имел гораздо больше шансов на успех, чем миссия "Адмирала Шеера". Начнем с того, что у немцев был достаточно большой опыт в области создания вспомогательных крейсеров, замаскированных под торговые суда. Крейсера эти обладали достаточно мощным артиллерийским и торпедным вооружением (шесть-восемь 150 мм орудий, два-четыре торпедных аппарата, и огромный запас снарядов и торпед в погребах). "Оборотень" мог замаскироваться под один из потопленных транспортов конвоя PQ-17, который союзники числили пропавшим без вести. Его встреча с "Куйбышевым" оказалась случайной, а поскольку выглядел он как обычный транспорт (немцы вполне могли пойти на обман, изобразив что транспорт по каким-то причинам брошен экипажем - например, спустив или спрятав шлюпки) - капитан "Куйбышева" рискнул подойти слишком близко и получил торпеду в борт.

Далее - сроки. "Оборотень" должен был подойти к Диксону в ночь с 24 на 25 августа - за 12 часов до того, как "Шеер" сцепился в бою с "Сибиряковым", выдав свое присутствие. И если "Шеера" встретили выгруженные с "Дежнева" 152 мм орудия, то "оборотня" никто бы не встречал - пушки лежали в трюмах "Дежнева", опасности никто не ждал, да и появление транспорта не вызвало бы особых подозрений у постов ВНОС. Зайти на рейд Диксона маскируясь под торговца и разнести в упор торпедами и снарядами находящиеся там суда - дело нескольких минут. А далее десант. Против гарнизона в 60 человек, который не ждет нападения. Десант укомплектованный солдатами какого-то спецподразделения - у диксонцев нет никаких шансов.

Риск? Большой, но только на первый взгляд … Кораблей для перехвата у СФ в данном районе нет. Авиации тоже. Выбить окопавшихся в Диксоне немцев тоже не так просто - те, кого будут пытаться доставить с моря, попадут под огонь "оборотня" и захваченных трофейных орудий. Те, кто с суши - тоже самое. Причем для сбора пехоты потребуется время. Время потребуется и для доставки к Диксону. Наверняка первую волну бросят без качественной разведки, нахрапом и она понесет большие потери. Для подготовки повторной атаки потребуется еще время и люди. За это время немцы вполне могут погрузиться на борт "оборотня" и отступить. Обращает на себя внимание и факт того, что U-601 патрулировала в Карском море и после того, как завершилась операция "Вундерланд" - в базу она вернулась только 20 сентября!

"А что это дает?" - спросит читатель. Многое! Факт захвата Диксона немцами по разрушительному эффекту превосходит атомные бомбы, сброшенные на Хиросиму и Нагасаки, и может оказать на ход войны гораздо большее влияние, чем потеря Крыма или Харьковский котел 1942 года. Немецкие газеты тотчас разразятся заголовками: "Немецкая армия захватила столицу русского Севера - город Диксон!", "Победа вермахта в Сибири!", "Захвачен русский город за Уралом!". Эту же тему подхватят и немецкие радиостанции. Как прореагируют немцы и их союзники? Воодушевятся и поднажмут. Почему? Потому, что бои вермахта за Уралом, означают, что Москва уже в немецком тылу! Бои в Сибири, означают, что скоро вермахт выйдет к границам Японии. Ведь Дальний Восток - это тоже Сибирь - а Дальний Восток - это Япония. А раз так, то победа близка, нужно лишь поднажать, и добить противника! И тогда возможно, что Сталинград уже не удержат, а Роммель дойдет до Каира и будет мыть сапоги в Суэцком канале. Как прореагируют американцы и англичане? Прежде всего Рузвельт и Черчилль запросят у Сталина о достоверности данной информации. И ответа сразу не получат, ибо на выяснение ситуации в Диксоне потребуется время. Черчилль получит в руки очередной козырь и станет убеждать США в том, что военные поставки в СССР нужно снижать, ибо СССР уже практически проиграл войну, и у Америки есть только один союзник - Англия. Как прореагируют простые англичане и американцы, с полным незнанием географии? Подумают, что скоро немцы и японцы соединятся в Индии, и война в Европе уже проиграна. Упадок морального духа у личного состава сидящего в африканских окопах будет Роммелю только на руку.

Как прореагируют в СССР? Сталин потребует немедленный доклад. Его нет. Он потребует немедленно разобраться. Кого-то естественно тут же снимут. Под эту же дудку начнется новая волна подковерной борьбы - и начнется очередная волна репрессий, где прикрываясь именем Сталина, отдельные обличенные властью люди начнут решать свои сугубо личные проблемы. Вполне возможно, что на фоне этого может созреть идея и для смены верховной власти в СССР. Хотя может и не возникнуть. Но в любом случае возникает дезорганизация командования - это тянет за собой серьезные проблемы на фронте из-за частичной потери управления войсками, которые в свою очередь тоже получат сильный моральный удар и упадут духом. Военный поставки союзников могут временно прерваться. В совокупности - возможно и падение Сталинграда, и захват немцами Кавказа…Конечно, с течением времени разберутся в обстановке и выбьют немцев с Диксона или они сами уйдут, но…

И тут, пред голубоглазыми очами фюрера, появляется автор данной спецоперации, весь в белом и верхом на белом коне. Вот он я! Я герой! Русские разгромлены! Суэц захвачен! "Благодаря моему чуткому руководству! В недрах моей системы!" (С) Естественно, что этого героя фюрер осыпает всяческими благами, как материальными и моральными, так и командно-политическими! Число бонусов, полученных героем, неисчислимо. Он становится правой рукой фюрера, и воспользовавшись момент славы, безжалостно топчет своих конкурентов, обливая их грязью. А возможно, еще и начинает готовить операцию, по становлению фюрером N2. А теперь циничный вопрос читателю - стоит ли такой итоговый результат, риска потерять пятьсот-шестьсот человек и вооруженный транспорт? Если тот же Сталинград за сутки и без всякого успеха съедает гораздо больше немецких жизней? Конечно стоит! Ведь даже если операция удастся частично, то все равно - плюсов от нее будет на два порядка больше чем минусов.

Но как и где искать следы этого "оборотня" и того, кто за ним стоит? Искать следы нужно в архивах люфтваффе, документах СС и Абвера. Сложность заключается в том, что никто до сих пор не может установить точное количество кораблей и судов, которые подчинялись ведомству Геринга, по причине того, что являлись "транспортным средством". Добавим к этому прецедент с "Ульмом", который якобы тонул. Фиктивные утопления пароходов и их многократные переименования сильно усложняют поиск "оборотня". Это могло быть, как германское судно, так и трофейное, или достроенное трофейное. Определенную помощь в этом может оказать дата возвращения U-601 - она должна была прикрывать "оборотня" (которого ошибочно потопила), и которая была возвращена на базу, после того, как контрольные сроки выхода на связь последнего вышли. Данное плавсредство должно быть списано каким-то образом после указанной даты, хотя и не исключена вероятность того, что списание может быть оформлено задним числом.

Авторам по данному вопросу удалось разыскать следующую информацию. В октябре 1942 года был расформирован 117-й строительный авиаполевой батальон люфтваффе, расквартированный в районе Банака. Правда в Банак согласно документов этот батальон попал только в ноябре 1942 - спустя месяц после своего расформирования. Причем в Банак он прибыл из Таллинна, где как известно располагался 14-й центр подготовки парашютных частей вермахта, который подчинялся непосредственно люфтваффе. Что касается "оборотня", то это вероятнее всего бывший французский вспомогательный крейсер: Х-23 "Amiral Theodore Tissier". 5085 брт, 116x16 м, 21 уз., 7x1 -- 150-мм/40, 2x1 -- 75-мм, 2x1 -- 37-мм. С этим крейсером довольно странная история. Он был захвачен в Дюнкерке в 1940 году, откуда не мог уйти ввиду неисправности турбин. Однако французы исключили его из списков только 15.10.1940. По немецким документам, этот крейсер, получивший наименование "Принц Адальберт", тонет на шведском минном заграждении летом 1941 года. Затем его почему-то переименовывают в "Кайзер" (утонувшего!). Позднее он ("Принц Адальберт") оказывается уже у итальянцев под именем "Giuseppe Baiometta". Правда при этом он усыхает в размерах - 3082 брт, 17,5 узл., 2x1 -- 90-мм/45. Потоплен авиацией 2.4.1943 г. В то же время в составе люфтваффе появляется плавказарма "Нордбург-18", которая возникает из ниоткуда прямо вКиркенесе, и обслуживает эскадрилью гидросамолетов. Однако достоверно известно, что экипажи гидросамолетов жили на берегу. Вот эта самая плавказарма и гибнет в результате артобстрела советской батареи с полуострова Рыбачий 23 сентября 1942 года. Погибших нет. Но… батареи Рыбачьего вели огонь только 20 сентября и 25 сентября, причем огонь велся по БДБ, осуществляющим, снабжение сухопутных войск. Возможно "Нордбург-18" и не является разыскиваемым "оборотнем" от люфтваффе, который пытался осуществить захват Диксона, но его странное появление и исчезновение указывает на то, что данное судно попадает под категорию тех, которые могли осуществить рейд к Диксону. Впрочем, очень много неясного и с огромным норвежским торговым флотом. Примерно одна треть норвежских торговых судов - около 600 судов суммарным тоннажем свыше 1,5 миллиона тонн, куда-то исчезает сразу после оккупации Норвегии Германией. Нет этих судов и среди норвежских, германских потерь, нет их и среди потерь союзников, нет их и среди уцелевших к концу войны судов. Объяснение сему феномену таинственного исчезновения существовало у советских историков - все эти суда были потоплены советской авиацией и советским ВМФ в годы Великой Отечественной войны. Однако современные российские историки такую версию напрочь отрицают, ибо она противоречит требованиям взаимной общеевропейской цивилизации, и по их мнению является прямым геноцидом арийской культуры Третьего Рейха. Не будем влезать в дебри идеологического спора с современным сторонниками гитлеровского фашизма, но примем во внимание факт того, что "оборотень" мог оказаться одним из "неучтенных" норвежских судов. Нет полной ясности и с другими трофейными судами.

Вот теперь мы перейдем к рассказу о событиях у острова Медвежий, и с той чехардой, которую историки устроили вокруг того, что там произошло.

* * *

В своих мемуарах, книге "Арктический вояж", Джеллит вспоминает:

"… Итак, мы шли в соответствии с ордером - "Тускалуза" в центре, "Эммонс" и "Родман" впереди - на левом и правом крамболах, русский "Сокрушительный" и русский "Гремящий" - на левом и правом траверзах, и русский "Урицкий" на кормовых углах с левого борта (именно с левого борта могли, по моему мнению появится самолеты люфтваффе, если туман, через который мы шли, рассеется). Полосы густого как молоко тумана чередовались с полосами хорошей видимости. Мы приближались к точке, где пути моих кораблей и кораблей русских должны были разойтись. Нос "Тускалузы" разрезал белое молоко висящее над морем, и с мостика мне открылась длинная и широкая полоса открытого и чистого океана. Шли мы по самому ее краю - русский "Сокрушительный" "терся" о висящую по левому борту высокую густую стену белой "ваты". Правая стена "ваты"была милях в десяти. Отлично! Именно здесь мы и расстанемся с русскими. Я приготовился отдать команду сигнальщикам: "Благодарю за совместное плавание! Счастливого возвращения домой!", но как это часто бывает в нашей жизни, не успел.

Вероятность того, что произошло в тот момент была на три порядка ниже вероятности обнаружить нецензурную надпись на русском языке на лунном модуле космического корабля "Апполон" (кстати, именно поэтому высадку на Луну пришлось снимать повторно в Голливуде - кто ж знал, что русские встретят наш спускаемый аппарат, на своих танках Т-34, модернизированных для передвижения по лунной поверхности!). Однако океан это такое место, где теория вероятности ничего не значит. Наоборот - чем меньше вероятность события, тем больше шансов, что оно произойдет.

Все произошло мгновенно! Из белой стены "ваты" стремительно вынырнул нос огромного корабля и его форштевень, как раскаленный нож разрезал корпус русского эсминца "Сокрушительный", завалив при этом русский корабль на правый борт. На флагштоке пришельца трепетал флаг со свастикой. Корпус русского корабля лишь на мгновенье затормозил бег нацистского крейсера - словно не заметив столкновения германский крейсер мчался дальше, целя носом в середину моей "Тускалузы".

- Руль лево на борт! Боевая тревога! - закричал я, лихорадочно соображая, как поступить в данной ситуации - дистанция для правильного артиллерийского боя слишком мала, и будет непрерывно уменьшаться - то есть система управления артиллерийским огнем будет не в состоянии вовремя отслеживать положение корабля противника, и все время будет запаздывать - мои залпы будут ложиться у него за кормой. Дать команду на открытие беглого огня по данным местных постов? Или… Отчаянно воя турбинами "Тускалуза" поворачивала налево, начали поступать доклады о готовности боевых постов, а я терял драгоценные секунды на то, чтобы принять правильное решение. Если быть честным, то гибель русского эсминца, произвела на меня кошмарное впечатление - я подумал в тот момент, что порученная мне миссия провалена, и моя карьера на флоте будет не долгой - до прибытия в ближайшую американскую базу.

Попросту говоря, я растерялся и пустил ситуацию на самотек. Такое не часто бывало в моей жизни, и всякий раз заканчивалось для меня плачевно. Измена Нэнси Хайлет - моей первой любви в колледже привела к впадению в ступор на неделю - как итог я завалил половину экзаменов, затем поражение нашей бейсбольной команды, я… Но здесь все решилось без меня - русский "Урицкий" и мой "Эммонс" почему-то продублировали мой маневр - "руль лево на борт" (Или выполнили его раньше?) и поначалу мне показалось, что они собираются таранить нацистский "Адмирал Хиппер", но потом - потом они, осыпаемые огнем "Хиппера" пройдя вдоль его борта нырнули в спасительную "вату" тумана, из которой немецкий крейсер появился минуту назад. А потом произошло сразу несколько событий. Одна из носовых башен немецкого крейсера выплюнула залп в сторону моей "Тускалузы". Один из снарядов прошел мимо, а второй - второй буквально снес за борт кормовую трехорудийную башню 203-мм орудий. Сила удара была такова, что крейсер накренился, а я от неожиданности упал на палубу. Еще я успел испугаться, и задуматься - за что мне эта кара господня - за то, что я еврей, или за то, что на день Благодарения, будучи скаутом линчевал ниггеров? А что еще случиться с моим кораблем и со мной, когда в него попадет еще один нацистский снаряд? Я успел еще отдать команду:

- Радируйте - "Атакован немецкой эскадрой. Веду бой в квадрате…"

Но обошлось! Наверное господь счел мои грехи меньшими, чем грехи наци, и вместо моей "Тускалузы" обрушил гнев на "Адмирал Хиппер". Или он (Господь) ошибся с идентификацией? То, что я с перепугу принял за попытку эсминцев, таранить немецкий крейсер, на самом деле оказалось классическим выходом в торпедную атаку. Почему я этого не понял? Наверное потому, что такие маневры умерли с началом Второй Мировой войны. Случаи классической торпедной атаки против крупного вражеского корабля можно перечесть по пальцем, и большинство из них, проведенные в первые годы войны закончились плачевно. Как следствие - эсминцы стали утрачивать функции торпедных кораблей и стали по большей части заниматься противолодочной обороной. Но это была классическая торпедная атака! С двух бортов! С близкой дистанции!

Девять торпед "Урицкого" и пять с "Эммонса" устремились к цели почти одновременно. В воздух у борта нацистского корабля взметнулись громадные водяные столбы, а затем все исчезло в ослепительной вспышке, сменившейся через полсекунды облаком черно-багрового дыма, которое на кривой изогнутой дымной ножке стало стремительно подниматься вверх, прямо как красный мухомор, увиденный мной на сопках Ваенги после дождя. Сила взрыва была такова, что на "Урицком" сорвало брезент с ограждения мостика, пролетевшим обломком снесло за борт 37-мм автомат вместе с расчетом, и двоих сигнальщиков, а на "Эммонсе" вывело из строя радар, сорвало за борт спасательные плотики, повредило надстройки, а внутренние механизмы получили "контузию".

Потом "дядюшка Джо" и мой президент будут долго и часто спорить сколько и чьих торпед попало в цель. Это станет их излюбленной темой спора в присутствии Уинстона Черчилля - и во время встречи в Тегеране, и в Ялте, да и потом - преемник Рузвельта Гарри Труммен будет не раз обыгрывать эту карту. Но это будет потом, а пока мы все пребывали в легком ступоре, от скоротечной и жестокой схватки. Единственным объектом, уцелевшим на поверхности воды, после того, как ветер отнес в сторону дым, оказалась легшая на борт носовая часть "Сокрушительного", на которой копошились фигурки уцелевших русских моряков.

Первые минуты я был обеспокоен судьбой "Эммонса" и "Урицкого" исчезнувших в густом молоке тумана, и вздохнул с большим облечением, когда они вынырнули из этой "ваты". Я приказал радировать:

- Потоплен крейсер "Адмирал Хиппер". Потери - эсминец "Сокрушительный".

Одновременно дал команду снизить ход - "Урицкий" собирался заняться спасением уцелевших с "Сокрушительного", "Эммонс" сообщил, что ищет двух сигнальщиков, сметенных взрывом за борт . Значит "Родмэн" и "Гремящий" займутся поиском ПЛ, а я … А я ужаснулся докладу о последствиях попадания германского снаряда в кормовую башню "Тускалузы" - такое впечатление, что башня была сделана из картона, а не из брони, если ее практически полностью разрушило одним 203-мм снарядом. За что мы платили деньги судостроительным фирмам? А если в крейсер попадет снаряд покрупнее?

Неприятность не приходит одна - включенный по тревоге радар прогрелся, и выдал кошмарную картину - шесть целей двигалось в нашу сторону. Одна огромная, и пять по меньше! У меня было несколько минут, пока они находились за "ватой" тумана с правого борта. Несколько минут, чтобы морально успокоиться, и вспомнить, что я командир соединения, и мне поручена ответственная миссия, самим Президентом США, и эту миссию я уже наполовину загубил - один из русских эсминцев, эскортировавших мой крейсер уже погиб! Черчилль будет этому весьма рад! Но что я могу? Противник наверняка тоже включил радары, и от него уже не скрыться, тем более, что гибель "Хиппера" сопровождалась фантастическим фейерверком, заметным издалека! Если я отправлю обратно русский "Гремящий" - то тот не уйдет - у русских свои инструкции, да и даже если я уговорю, командира "Гремящего" - тот все равно останется прикрывать "Урицкого", который занят спасательной операцией и к тому же поврежден. Значит "Гремящий" и "Родман" нужно использовать для схватки с врагом. Большая цель наверняка сам "Тирпиц", или "Адмирал Шеер", что для моего поврежденного крейсера никакой роли практически не играет. Или играет? "Шеер" более тихоходный, значит если я свяжу его и нацистские эсминцы боем, то "Урицкий" и "Эммонс" могут попытаться прорваться обратно в Североморск. А если "Тирпиц"? Выбора нет! Я приказал передать ратьером на "Родман" и "Гремящий" : "Прикрываем отход "Урицкого" и "Эммонса" в Кольский залив".

Приняв решение, пускай даже и неправильное, я испытал моральное облегчение и взял себя в руки. Теперь все очень просто и легко. Двигаемся навстречу противнику. Дальше бой. Наша задача - продержаться как можно дольше, пока поврежденные эсминцы отступают в русскую базу. Наверняка мы все умрем. Перед моими глазами промелькнула моя бурная молодость - линчевание негров, изнасилование малолетних девчонок из соседнего квартала, драки бейсбольными битами с пуэрто-риканскими бандами, афера с фальшивыми долларами… Страшно умирать! Но решение принято. Ведь по сути, ситуация ничем не отличается от той, когда банда ниггеров из Гарлема, зажала нас возле китайской закусочной, собираясь отомстить за смерть одноглазого Джимми и пришлось драться насмерть. Смелее Джиллет! Это будет очень быстро! Чего стоит американская броня ты уже успел убедиться!

И вот он замаячил на горизонте. Он. ОН! "Тирпиц". Тот самый характерный силуэт! Похоже, Джиллет, что твоя блестящая, антианглийская миссия блестяще провалилась. Или еще нет? Как-то не торопиться командир "Тирпица" идти на сближение. Ждет когда ловушка захлопнется? Кто там еще - "Шеер"? Хочет зажать между молотом и наковальней? На экране радара новых целей пока нет. Куда менять курс? Логичнее вернуться в Мурманск - полоса туманов закроет его соединение от люфтваффе, а догнать его немецкий линкор вряд ли сможет. Но обратный курс выведет на поврежденные "Родмэн" и "Урицкий" - хватит ли у них скорости для отступления? Вряд ли! И если Рузвельт, может простить ему "Родмэна", то "Урицкого" ему не простят - большая политика! Значит нужно поворачивать вправо или влево и увлечь "Тирпиц" за собой. Тогда у эсминцев появится шанс отойти в сторону Мурманска, а он, Джеллит, попытается проскочить в сторону Исландии.

- Радиорубка! Срочная телеграмма! Атакован линкором "Тирпиц" и пятью эсминцами.

Ну что Джеллит? Похоже, что домика с фламинго ты можешь и не увидеть на старости лет! Не нервничай! На тебя смотрит команда! Расслабься. Скажи, чтобы стюард принес тебе кофе. Вот так. Сделай паузу. Не торопись. Пускай твоя уверенность и спокойствие передастся подчиненным. Тем более, что "Тирпиц" идет параллельным курсом, и пока не предпринимает никаких активных действий, за исключением, активного радиообмена. Значит скоро на радаре появится и "Шеер". Чем дальше ты отойдешь от "Родмэна" и "Урицкого" - тем больше шансов на спасение у парней. А там может и успеют дойти до зоны патрулирования подлодок, или русские поднимут в воздух свою авиацию и прикроют корабли. Все в порядке. Две эскадры идут параллельными курсами. Скоро их будет три - тогда и пора будет начинать драп - "Шеер" хоть и силен, но тихоходен. Пей свой кофе Джеллит! Интересно, что туда намешал Мак Мартин? Похоже на корицу с изюмом. Если повезет, то узнаешь у него рецепт…

* * *

Вспоминает командир "Урицкого" В.В.Кручинин, книга "На страже Арктики":

"… Скажи мне кто в 1933, что я буду в этом участвовать, и все это так обернется - не поверил бы! Тогда в 1933, когда я шел практикантом на "Урицком" все было гораздо сложнее и опаснее! И тот бой в Белом море был гораздо труднее. Сейчас все произошло мгновенно, а тогда … Началось это в апреле 1920 года. Пока мы бились с Врангелем на юге, с поляками на западе, со всякими сепаратистами, мусаватистами на Кавказе, "мирное и нейтральное" государство Норвегия решило воспользоваться нашей слабостью. Поговаривают, что в планах норвежцев было создание великой полярной империи, границей которой должен был стать северный полярный круг. И начали они как водится среди подонков, с того, что напали на более слабого соседа. Сотни норвежских промысловых судов вторглись во внутренние воды РСФСР - от Мурманска до Архангельска и начали беспрецедентный, хищнический бой тюленей. Были истреблены десятки тысяч этих животных. Уничтожались даже беременные самки и только что родившиеся детёныши. Нашего Северного Флота тогда еще не существовало, да и пограничных катеров в те годы в этом районе не было - ещё шла Гражданская война, а ноту протеста РСФСР Норвегия просто "не заметила" - ведь мы для них были недочеловеками! Как же они потомки викингов, ихний Рюрик у нас якобы царствовал! Мрази и бандиты они, а не избранная раса! Ворье! Кое-что тогда мы конечно же попытались сделать - весной 1921 года в РСФСР было издано распоряжение о конфискации судов-нарушителей, их снастей и улова и об уголовном преследовании лиц-нарушителей. И когда, с началом промыслового сезона, в Белое море вновь вторглась армада норвежских промысловых судов, катера погранохраны задержали несколько браконьерских шхун. В ответ МИД Норвегии направил хамскую ноту с требованием вообще ликвидировать понятие "советские территориальные воды" для северных широт, сместить госграницы России к кромке побережья в Баренцевом и Белом морях и объявить всё Белое море и районы за полуостровом Канин нос "открытым морем".

В 1922 г. произошло очередное массовое вторжение норвежских браконьеров. В этот раз советские пограничники задержали уже несколько десятков зверобойных шхун. Норвежцев это взбесило - какие-то недочеловеки славяне им перечат! И в 1923 году норвежскую промысловую флотилию сопровождал норвежский броненосец береговой обороны вооруженный орудиями калибра 210-мм и 150-мм, который открыл артиллерийский огонь по нашим пограничным катерам, пытавшимся помешать истреблению тюленей. Противопоставить норвежцам мы тогда ничего не могли - пограничные катера имели по одной 37-мм или 47-мм пушке и по паре пулеметов. Браконьерская акция 23-го года оказалась наиболее варварской. Эти сволочи тогда погуляли от всей души и оторвались по полной! Норвежцами было забито свыше 900 тысяч голов тюленей, что подорвало их естественное воспроизводство, и беломорский тюлень стал исчезать. На ноту протеста нашего правительства, в которой было отмечено, что вход военного судна в территориальные воды без объявления войны является беспрецедентным случаем, норвежский МИД, эти белокурые скоты, нахально ответили, что Норвегия "вела и будет вести лов там, где ей нужно". В 1924 г. под давлением орудий норвежских броненосцев, был подписан договор о норвежской концессии в СССР на ведение зверобойного промысла, правда в договоре оговаривалось, что промысел ведется по государственным квотам СССР. В Белое море допускалось лишь 90 норвежских судов, которые вели лов строго согласно выделенным им квотам. Несколько лет всё было спокойно - по причине того, что добывать норвежцам было нечего, после того дикого истребления, которое они устроили в предыдущие годы. Но весной 1928 г. все началось по новой - сотни норвежских судов вторглись в советские территориальные воды, вплоть до Новой Земли. Промысловые суда целыми флотилиями вторгались в наши территориальные воды, вели варварскую охоту на тюленей, моржей, белых медведей и стали грабить селения русских поморов. И снова несколько наших судов пограничной охраны попытались выдворить браконьеров обратно.

Эти белокурые тут же пригрозили, что следующей весной норвежская флотилия войдёт на промысел в советские воды "в сопровождении боевых кораблей английских флота". Товарищ Сталин, дал распоряжение отправить ответную телеграмму из одного слова: "Ждем!". Норвежцы в Белом море вроде поутихли, но только для того, чтобы протянуть загребущие лапы в другом месте - они решили захватить объявленную советской Землю Франца-Иосифа, поскольку там не было ещё ничьей полярной станции. Но опоздали белокурые сволочи на полторы недели. 29 июля 1929 года советскими полярниками над Землёй Франца-Иосифа был поднят флаг СССР. Кто-то поставит мне в упрек мое отношение к норвежцам, но говоря о норвежцах и Норвегии я подразумеваю не каждого норвежца, а тех, кто поддерживал фашистский режим в Норвегии. На Крайнем Севере СССР проживает много норвежцев - все они нормальные люди, в отличие от многих своих соотечественников живущих в Норвегии. Почему так? Потому что бытие народа определяет его сознание и поведение. А кто определяет бытие? Те, кто руководит этим народом. Если народом начинают править бесноватые - получается фашизм - как в Польше, Германии, Норвегии, Италии, Эстонии, Литве, Латвии, Финляндии. Причем фашизм этот взялся не с Гитлера и не с Муссолини. Фашизм был изобретен лордом Чемберленом, создавшим после Первой Мировой войны "санитарный" кордон из фашистских государств вокруг СССР. Именно за изобретение фашизма ему и была присуждена Нобелевская премия мира. И первыми фашистскими государствами были Норвегия, Польша, Эстония, Латвия, Литва, Румыния, Финляндия.

Именно в этих государствах, вдруг появилась и расцвела идея расового превосходства, культивировались идеи создания великих империй путем расширения жизненного пространства на Востоке. Польша первой напала на молодое советское государство, захватив западную Украину и Белоруссию. Румыния захватила Бессарабию. Прибалтам повезло меньше - слишком маленькими они оказались чтобы что-то проглотить - поэтому, потерпев неудачу в войне с РСФСР они воевали сами с собой. Финляндия захватила часть советской территории на севере Балтики и в Карелии. Норвежцы не рискнули вести войну на суше и начали грабить наши полярные моря. Откуда же появился фашизм в Норвегии?

Появился он благодаря политику, который в 20-30 е годы был очень популярен в Норвегии, и упоминался гораздо чаще в прессе, чем правящая королевская династия. Его звали - Видкун Квислинг. Да, тот самый Квислинг! Это потом, после Второй мировой войны, его имя приказано было вычеркнуть из всей норвежской истории, а в 20-30 - е годы он был очень популярной и известной личностью. Квислинг провел много времени в России - сначала в качестве норвежского военного атташе, то есть занимался военной разведкой, а затем был сотрудником в шпионской организации Нансена работавшей под прикрытием Красного Креста. Возможно именно тогда у него созрел план превращения Норвегии в полярную империю. А возможно он просто озвучивал мнение тех норвежских капиталистов, которые стояли у него за спиной. В 1918 году он был уже известный, хотя и весьма критикуемый политик. По возвращении в Норвегию он присоединился к основанной в 1921 году Крестьянской партии ("Bondepartiet"). Из своей работы в организации Нансена он сделал неправильные выводы - наблюдая разрушенную гражданской войной Россию, он решил, что России больше никогда не подняться, и самое время урвать от умирающего (по его мнению) государства кусок пожирнее. Именно тогда и начались грабительские походы норвежских браконьеров и бандитов в наши северные моря. Кстати, Крестьянскую партию представляли по большей части именно норвежские рыбаки и промысловики, участвовавшие в браконьерстве. Основным внутренним противником имперских амбиций Квислинга была Норвежская рабочая партия. В начале 20-х годов норвежские социалисты были еще весьма радикальны, примкнули к Коммунистическому Интернационалу и выступали за дружбу с СССР. Но в 1927 году лидеры Норвежской рабочей партии, желая обрести респектабельность и вес в обществе (поговаривали, что Квислинг их купил) левое большинство соединилось с меньшинством социалистов, образовавшим еще в 1921 году свою собственную норвежскую социал-демократическую партию. Возникшая таким образом Норвежская социал-демократическая рабочая партия проводила отчетливо выраженную буржуазно-реформистскую политику, между тем как коммунистическая партия осталась слабой и незначительной. Уже в 1928 году Норвежская рабочая партия смогла образовать правительство. И тут же сторонники Квислинга организовали пиратский набег в полярные воды СССР и вбили очередной клин в нормализацию отношений между Норвегией и Советским Союзом. Затем последовало фиаско с землей Франца-Иосифа - вообще-то захват этих советский земель был личной инициативой Квислинга, но провал за свою неудачу он возложил на действующее правительство.

И вот настал роковой 1930-й год. Поначалу все шло своим чередом - пиратские норвежские шхуны готовились к очередному браконьерском рейду в Белое море. Правительству даже сопутствовала удача - еще в 1929 г. Советский Союз по стоимости экспорта в Норвегию находился на 15 месте среди 90 ее торговых партнеров, а уже в 1930 году СССР заключает с Норвегией фрахтов на сумму 30 000 000 крон, что превышает сумму норвежского импорта за тот же год. Большая часть - беломорский фрахт под лесные товары фрахта. Казалось бы можно радоваться, но…Летом 1930 года учебные корабли КБФ "Комсомолец" и крейсер "Аврора" совершают морской поход Кронштадт-Берген_Мурманск-Архангельск и обратно! Браконьерская кампания Норвегии сорвана! Зверопромысловики Норвегии терпят серьезные убытки и выплачивают колоссальные неустойки. По всей стране прокатывается волна недовольства действиями правительства. В северных областях Норвегии, особенно пострадавших от невозможности браконьерствовать в советских водах, особую популярность обретает, созданное Квислингом "Национальное Единство". В сельских регионах Восточной Норвегии становятся популярными лозунги "Кровь и почва", "Дом и семья" (heim og oett). Во всех бедах обвиняются Советский Союз и русские из-за дешевого зерна которых, норвежские крестьяне не могут сбыть свою продукцию. В западных районах становится популярным культ викингов и идея реванша. В Норвегии создается военизированная организация под названием "Отряды" ("Hird") с юношеским подразделением "Молодые отряды" ("Smahird"). В результате развернутой политической кампании действующее правительство Норвегии уходит в отставку, и на новых выборах, Крестьянская партия Квислинга, занимает второе место, в результате чего он получает пост министра обороны.

Тут же на свет выуживаются идеи "крестового похода на Восток", планы оккупации Гренландии. В области внешней политики имперским амбициям Квислинга сопутствует удача - несмотря на то, что Норвегия в 1931 и 1932 годах продолжила браконьерство и бандитизм в советских морях, товарооборот с СССР значительно увеличивается, из чего Квислинг делает вывод, что СССР слаб и пытается откупиться от Норвегии и задобрить своего более "сильного" соседа. И действительно - в 1932 г. СССР занимает уже 7 место по товарообороту среди партнеров Норвегии. Причем по импорту из Норвегии СССР уже 1931 году, сразу после избрания Квислинга занимает 3 место закупив товаров на 34 335 258 крон. Норвежские газеты пестрят заголовками - "Советы - колония Норвегии!" "Российский медведь повержен!". В парламенте раздаются призывы о военной оккупации северных областей СССР. Известно, что общая сумма торговых оборотов этого времени (1931-1932 года) даже превышает стоимостные (в сопоставимых цифрах) и весовые показатели первого десятилетия века, когда Россия держала 3-5 места в норвежской внешней торговле.

Однако во всем этом торжестве норвежских фашистов, была одна маленькая странность, которая не сразу бросалась в глаза. Если при царизме мы покупали в Норвегии товара в 5 раз меньше, чем продавали, то здесь было все наоборот - Советский Союз закупал в Норвегии больше, чем продавал сам. И разница была ощутимая - в 1931 году например - 13 669 000 крон. Эти 13,5 миллионов крон чистого валютного дохода - больше Норвегии прибыли давала только Франция, и ввели норвежцев в заблуждение, насчет того, что они сумели колонизировать первое в мире социалистическое государство. Да в капиталистическом обществе именно колонии покупают больше, чем продают (не по количеству товара, а в денежном экиваленте). Норвегия покупала у СССР дешевое зерно, обеспечивая половину своих потребностей, а также дешевый лес. СССР в 1931-1932 году покупал у Норвегии цветные и легированные металлы - алюминий, никель, цинк и ферросплавы. Только в 1931-1932 годах в Норвегии было приобретено более 1/2 произведенного норвежцами алюминия (21720 т. из 40496 т.). Норвегия отправляла за рубеж почти весь производимый "крылатый металл", занимая в эти годы I-II место в мире по его экспорту. Так же Советский Союз приобретал и свыше 20% производимых Норвегией других металлов, причем обязательным условием, выдвинутым Квислингом было приобретение норвежской рыбы в нагрузку к покупаемому металлу! И Советский Союз проглотил это требование! Он покупал у норвежцев рыбу, которую норвежские браконьеры выловили в советских водах, прикрываясь огнем корабельных орудий норвежского флота!

На фоне таких успехов, Квислинг тут же стал национальным героем Норвегии. "Квислинг - поработитель русских!". Норвегия с диким энтузиазмом стала готовиться к захвату Гренландии. Однако, как заметил служивший НКВД А.С.Авраменко, подготовка Норвегией десантной операции по захвату Гренландии, явно указывала на то, что норвежцев консультируют офицеры с туманного Альбиона. По крайней мере, идея десантно-штурмового транспорта, была впервые реализована англичанами в первую мировую войну. Тогда англичане использовали для этой цели устаревший бронепалубный крейсер, на котором усилили защиту, установили десантные сходни, и многочисленные пулеметы и скорострельные орудия. Крейсер-транспорт "Патфайндер" принял участие в попытке заблокировать брандерами выход в море с одной из баз германских подлодок.

Повторяю опыт англичан, уже в 1931 году, Норвегия приобрела в Германии три необычных транспортных судна - "Фритьоф", "Один" и "Эгир", водоизмещением 3500 тонн. Необычность этих пароходов заключалось в их недавнем прошлом, еще в 1918 году это были броненосцы береговой обороны типа "Зигфрид", по первоначальной классификации -- броненосные корабли 4-го класса. Длина каждого из них была 86 метров, ширина 15 метров, осадка 5,6 метров. 2 паровые машины, 4 паровых котла, скорость хода - 15 узлов. Бронирование - пояс - 240 мм, рубка - 80 мм, палуба - 30 мм. Изначально их вооружение состояло из 3 -- 240 мм/35, 10 -- 88 мм/30, 6 мелкокалиберных скорострельных пушек. После капитуляции Германии в 1918 году, их разоружили, установили дизеля и использовали как торговые суда. Однако большая часть бронирования на них оставалась и висела мертвым грузом.

Полностью восстанавливать броненосцы норвежцы не стали - 240-мм установки заменили 150-мм палубными орудиями, 88-мм орудия заменили на 4-102 мм и 2-76 мм. Оставшееся свободное пространство оборудовали для размещения десанта. Понятно, что вооруженный корабль - это куча железа без наличия подготовленного экипажа, и экипажи новых кораблей было решено подготовить во время браконьерской кампании 1933 года, которую планировалось провести в Белом море. Бандитскую же кампанию 1932 года прикрывал их новейший фрегат "Фритьоф Нансен", построенный специально для "защиты интересов норвежского рыболовства в советских водах", этот корабль прикрывал браконьерские шхуны в Белом море, ведя огонь по нашим пограничникам.

И вот настал 1933 год. Все началось как обычно - очередная кампания по оскорблению СССР в норвежских газетах, вопли норвежских фашистов про превосходство нордической расы, дискуссии о том, что делать с населением Гренландии - переработать эскимосов на мыло или сгноить в концлагерях. Кстати, ненависть норвежских националистов к эскимосам вполне объяснима - в свое время эскимосы под чистую вырезали все норвежские поселения эпохи викингов на территории Канады, Гренландии и Исландии. Вновь, как и много лет назад, норвежские бандиты и браконьреы сбились в огромную флотилию и двинулись в Белое море. На этот раз их сопровождали "Фритьоф Нансен", а также "Фритьоф", "Один" и "Эгир", которым присвоили статус колониальных броненосцев (у итальянцев существовали колониальные шлюпы). Снова началась вакханалия на берегах Белого моря, снова наши пограничники стали пытаться остановить морской разбой, и снова загремели выстрелы норвежских корабельных орудий. Норвежская пресса захлебывалась от восторга, наградив Квислинга титулом -Завоеватель. Аппетит приходит во время еды - в Норвегии началась кампания по дележу полярных земель СССР, самые ушлые уже торговали земельными участками и полярными портами России. На фоне всего этого безумия, осталось только вспомнить крылатую фразу замечательного писателя Чаковского: "Как прибыл Сталин, не знал никто".

И товарищ Сталин действительно прибыл. Тихо и буднично он оказался на берегу Кольского залива и лично выбрал место для будущей главной базы создаваемого Северного флота - Североморска. При Хрущеве стало модно писать, что товарищ Сталин был злой, коварный и мстительный. Не знаю. По свидетельству тех, кто лично с ним работал - ничего такого за ним не замечали. Те же, кто с ним лично никогда не сталкивались - те да, те мастера байки сочинять. Так например один писателишка, кажется Анатолий Селедкин - написал аж целый трехтомник, про то, как товарищ Сталин глумился над детьми Арбата и варил их в кипящем масле ( В.В.Кручинин злобно клевещет на Анатолия Селедкина, он такого произведения не писал, но возможно речь идет об А.Рыбакове и его эмигрантском произведении "Дети Арбата" - прим. авт.). А я так скажу, руководитель государства должен быть злым, коварным и мстительным! Таких уважают, и таких всегда слушают и слушаются! Или Советский Союз должен был простить Норвегии ее бандитизм? Может, по-вашему и перед Гитлером нужно было капитулировать?

Так вот, пока товарищ Сталин осматривал место будущего Североморска, по Беломоро-Балтийскому каналу, который в Западной Европе считали большевистской сказкой, двигались в Белое море наши боевые корабли - эсминцы, сторожевики и подводные лодки. И приказ нам был дан четкий и ясный - не церемониться с норвежскими фашистами и бандитами!

И мы не церемонились! Должен заметить, что служба разведки у норвежцев была поставлена отвратительно - о нашем появлении они узнали только тогда, когда ничего нельзя уже было исправить. Подозреваю, что они тоже не верили в факт существования Беломоро-Балтийского канала.

Операцию по ликвидации норвежских фашистских банд в Белом море мы планировали и разрабатывали совместно с НКВД. Именно пограничные катера сообщили нам о месте нахождения норвежской эскадры. "Фритьоф", "Один" и "Эгир" курсировали строем кильватера, а "Фритьоф Нансен", отгонял наиболее ретивых погранцов от шхун норвежских бандитов. Дальше все пошло как по нотам. Два наших эсминца, включая "Урицкий" на котором находился я, а также два сторожевика, не спеша устремились к норвежцам. Одновременно, один из пограничных катеров, попытался остановить одну из норвежских шхун. Вполне понятно, что эти колониальные броненосцы открыли по нему огонь и заставили отойти в сторону. Но огонь они открыли на наших глазах, и все это было зафиксировано на фото и кинопленку. Факт вооруженной агрессии против Советского Союза в его территориальных водах. Согласно, требований караульного устава - часовой применяет оружие без предупреждения в случае явного нападения на него или охраняемый объект. Выстрелы норвежцев дали нам такое право. На кораблях была объявлена боевая тревога.

Мания величия и вера в собственную силу и неуязвимость сыграли с норвежцами злую шутку. Мы подошли на дистанцию торпедного залпа, а они так и не отреагировали. Точнее отреагировали, но как-то странно - приняли нас за англичан. Разубеждать их в ошибке и вступать с ними в бестолковую буржуазную полемику наши командиры не стали. Если более действенные способы доказать обратное, например, трехторпедный залп в борт. Атаку произвели одновременно. "Фритьофу Нансену" повезло - он находился на удалении от броненосцев - примерно в пяти или семи милях. Все торпеды, выпущенные эсминцами и сторожевиком, попали в цель. Тонули норвежские корабли красиво - быстро и картинно заваливались на борт, держались пару минут в лежачем положении, а затем шли на дно. Сразу после торпедной атаки, наши командиры решили потренировать краснофлотцев в боевой стрельбе корабельным соединением. В качестве мишени был избран "Фритьоф Нансен". Шансов у него не было против нас никаких - мы превосходили его и по вооружению, и по скорости. Наши корабли выстроились в кильватер, и погнали норвежский фрегат к выходу из Белого моря, постепенно сокращая дистанцию.

Пока мы занимались последним из "викингов-оккупантов", приступили к выполнению своих обязанностей катера пограничников и катера рыбоохраны. Работали наши ребята с горячим энтузиазмом и воодушевлением - впервые за 15 лет им предоставлялась возможность, окончательно навести порядок. Теперь им никто не мешал, и никто от них не мог спрятаться за дулами корабельных орудий. Оторвались на норвежских бандитах они тогда по полной программе. Те было сунулись к берегу, рассчитывая укрыться в поморских селениях, закосив под местных, но там их ждал еще один неприятный сюрприз - поморы встретили их появление плотным ружейно-пулеметным огнем. Пулеметы были розданы сотрудниками НКВД в рамках общего плана операции. Правда А.С.Авраменко как-то ехидно заметил в беседе, что пулеметов было замечено в пять раз больше, чем раздавали чекисты, и что наиболее меткими стрелками оказались советские норвежцы-поморы, которые особенно безжалостно расстреливали своих соотечественников из враждебного капиталистического государства. Возможно, конечно, что А.С.Авраменко сильно приукрашивает действительность и подвиги советских норвежцев в борьбе с норвежским фашизмом, ибо сам норвежских кровей, но мне достоверно известно несколько случаев, когда эти же поморы в годы войны с помощью все тех же неучтенных пулеметов сбивали немецкие самолеты и уничтожали немецкие диверсионные группы, высаживаемые с подводных лодок.

Разгром тогда получился полный - пять или шесть сотен бандитских и браконьерских шхун были потоплены или конфискованы. "Фритьоф Нансен" через два часа неторопливой погони спустил флаг, и был приведен в Кольский залив. У нас тогда на "Урицком" выпустили "Боевой листок", где кто-то из офицеров перефразировал известные стихи Киплинга:

"… Но жены буржуев любят мех, есть деньги у них, и вот

Шхуны в морях, запретных для всех, рискуют из года в год.

Японцы, британцы издалека вцепились Медведю в бока,

Много их, но наглей других - воровская норвежца рука…

Горько бросить корабль и груз - пусть их забирает черт!

Но горше плестись на верную смерть в советский Архангельский порт…

…советский закон суров - лучше пуле подставить грудь,

чем заживо кости сгноить в рудниках, где роют свинец и ртуть…

НЕ СМЕЙТЕ КОТИКОВ СТРЕЛЯТЬ У РУССКИХ КОМАНДОР!"

Норвежское правительство разумеется заявило протест "о бесчинствах советских военных в зоне исконно норвежских экономических интересов". И пожаловалось Англии. Англия, атаки флота которой мы ожидали со дня на день, промямлила что-то невнятное - про "мир во всем мире". Как оказалось, ей было не до этого - политический и экономический кризис - и влезать в дела какой-то там Норвегии… Как прореагировало наше правительство в ответ на ноту Норвегии? Естественно, что товарищ Сталин, как подобает Великому Вождю и Учителю проявил подлинное коварство! Ответ СССР был очень прост: "Извините, но норвежский алюминий нам не нужен, и сталь норвежская тоже не нужна - все есть свое, отечественное. Рыба? Да мы вашу рыбу и даром не возьмем - у нас конфискованную девать некуда! А где кстати ваша рыба? В Архангельском порту? На складах НКВД? В Норвегии есть Норвежский комиссариат Внутренних Дел- НКВД? Ах, да зерно - увы нет в СССР такого большого количества такого дешевого зерна на продажу! Вредители! Враги народа воруют по ночам колоски - опустели закорма социалистической Родины. Только если дороже продадим и не так много. Конечно по мировой цене! И с лесом тоже проблема - жуки-короеды - тяжелое наследие царского режима…"

Только после этого заявления товарища Сталина, выяснилось, что Советский Союз не зря два последних года вел такую странную политику - скупал в Норвегии продукцию, подсаживая ее экономику на иглу советских заказов. И "ломка" норвежской экономики была страшной - металлургические предприятия встали и оказались на грани полного банкротства, древообрабатывающая промышленность стала из-за отсутствия сырья, рыбная промышленность - потери товара, прибыли и рыбного флота. Зверопромысловики - большей частью исчезли как "класс" по советским лагерям, отбывать тюремные сроки за бандитизм и браконьерство. Из-за недопоставок зерна замаячила угроза национального голода. Деньги на закупки зерна по мировым ценам конечно же нашли - но за счет урезания других статей бюджета и введения новых налогов. Крах алюминиевой отрасли, потянул за собой и кризис в угледобывающей - ведь для производства алюминия требуется огромное количество электроэнегрии. Уголь сожгли, алюминий выплавили. Покупателя нет - рассчитываться с горной отраслью нечем. Первыми обанкротились шахты на Шпицбергене. На них тут же нашелся и покупатель. Естественно, что Советский Союз. Попытки Квислинга возразить против такого решения к успеху не привели - владельцы шахт, хотели компенсировать свои финансовые потери от его, Квислинга, политики. У Видкуна Квислинга остался последний шанс вернуть себе популярность - "маленькая победоносная война". Не с нами конечно - хотя норвежские ВМС и превосходили наш Северный флот по численности - после бойни в Белом море связываться с нами они не хотели и прятались в базах, ожидая наших набеговых операций. Победоносную войну Квислинг собирался вести против Дании - захватив остров Гренландию.

Но и тут его ждал неожиданный удар под дых. Датчане осознавали, что сил и средств на ведение войны с Норвегией у них нет, поэтому довольно ловко разыграли дипломатическую карту. В газетах Дании, словно по заказу развернулась идиотская полемика на идиотскую тему - часть датских журналистов и историков утверждала, что товарищ Сталин - внебрачный сын Марии Федоровны Романовой, матери последнего русского царя Николая Кровавого, и грузинского князя Багратиона Багрянородного. Другие датские газеты эти утверждения опровергала, правда достаточно вяло. Еще несколько газет печатало статистику - сколько в РККА служит дворян, и на основании взятых с потолка цифр, и заявления о том, что товарищ Сталин - наследник царского престола, громогласно утверждала - разгром Норвегии сделан СССР и товарищем Сталиным в память о своей матери Марии Федоровне - принцессы Дагмары, которая родом откуда? Оттуда! Из Дании! Делайте выводы господа норвежцы!

Ни один здравомыслящий человек в эту ахинею не поверил бы, но… Обжегшись на молоке… Если Норвегия пошлет свои войска и флот в Гренландию, то кто будет защищать ее территорию от вторжения русских варваров?

Завоевание Гренландии, Квислингу пришлось оставить до лучших времен и подать в отставку. Фашистские настроения в Норвегии поугасли, но не исчезли. Квислингу пришлось выжидать, искать новых союзников, и заново завоевывать популярность. Он внимательно следил за внешней политикой СССР и пытался использовать каждый конфликт нашего Советского государства с соседями для организации реванша. Притязания Польши и Румынии, конфликты с японцами - но все было мимо, а главное далеко. Он не исчезал из политики и надеялся взойти на небосклоне вновь. И дождался - в 1939 году началась советско-финская война - буквально через неделю, в Финляндию убыло более 10 тысяч норвежских добровольцев. Но обломилось. Правда ненадолго. Прыткий норвежский фашист был привлечен к сотрудничеству другими фашистами - немецкими. Квислинг содействует быстрому захвату Норвегии, и становится у руля власти. Норвежцы признаны Германией истинными арийцами - и десятки тысяч норвежских добровольцев записываются в войска СС, которые будут воевать под Ленинградом и примут непосредственное и прямое участие в его блокаде. Это после 1945 о Квислинге прикажут забыть, а тогда…

Но я вернусь к 1942 году. Извиняюсь перед читателем за столь длинное историческое отступление - просто наболело. Чем отличалась ситуация 1933 года от 1942? Готовностью противника. У норвежцев тогда был почти целый час на подготовку кораблей к бою, и на организацию ведения артиллерийского огня по нашим атакующим кораблям. Но они этим шансом не воспользовались. Что было в 1942? Немцы, как я понимаю, находились по боевой готовности номер два - одна вахта на боевых постах, остальные две отдыхают или заняты работами. Именно по этому, за ту минуту-две они не успели организовать ведение огня. Еще одним фактором который был против них - малая дистанция обнаружения противника. Если бы тумана не было - вряд ли бы немецкий корабль подпустил нас к себе так близко, впрочем тут верно и обратное - вряд ли мы стали бы пытаться сократить до него дистанцию. Наконец, еще один момент - немцы все-таки успели открыть кое-какой огонь, но против них было несколько моментов - целей было много, цели были очень близко, и перемещались с очень большой угловой скоростью - поэтому система управления артиллерийским огнем банально запаздывала отслеживать перемещение цели. Им (немецким артиллеристам) нужно было вести огонь самостоятельно, без централизованного управления - ведь речь шла о стрельбе прямой наводкой - расстояние до цели было около километра - сухопутчики с такой дистанции танк с первого выстрела поражают, а тут корабли, которые по размерам больше танков!

Но чего не было, того не было! Спаслись мы, благодаря инструктажу, проведенным лично Лаврентием Павловичем Берией, именно его неторопливые и лаконичные слова, и жуткий змеиный взгляд, заставили меня принять решение - нести вахту на "Урицком" по боевой готовности номер один, на все то время, что мы сопровождаем американцев. И именно по этому, и орудия и торпедные аппараты эсминца оказались моментально готовы к бою. Когда это фашистский гад разрезал "Сокрушительного", я понял, что если его не остановить, то он тут же таранит или разрежет "Тускалузу". Решение созрело сразу - торпедная атака и если этого будет недостаточно, то таран. Условия для торпедного залпа оказались идеальными, можно сказать кабинетными - переложить руль "лево на борт", и в момент, когда корпус фашистского корабля окажется параллельным корпусу "Урицкого" произвести залп из всех девяти торпедных аппаратов, после чего нырнуть в полосу тумана, развернуться, и нанести таранный удар в борт противника. Если получиться, то ближе к середине его корпуса, при этом попытаться сбросить глубинные бомбы ему под днище. Но и таран и бомбы оказались лишними - аналогичный маневр - торпедную атаку произвели и американцы с противоположного борта. Наши торпеды ударили практически синхронно, и вызвали на фашистском корабле детонацию погребов боезапаса.

"Урицкий" получил повреждения от разлетающихся обломков фашистского корабля и от взрывной волны, но боеспособности не потерял. Связавшись с "Тускалузой", я получил разрешение заняться спасением оставшихся в живых краснофлотцев с погибшего "Сокрушительного". "Тускалуза", "Гремящий" и "Родман", в это время заметили другие фашистские корабли и устремились им навстречу, прикрывая наши действия. Не смотря на спешку, помимо наших моряков, мы выловили из воды и нескольких уцелевших фашистов. Хотя речь шла о простых матросах - было решено их тут же допросить, и информация, которую они сообщили, была настолько важной, что я принял решение выйти на связь с "Тускалузой" открытым текстом…."

* * *

А вот, что рассказывает Терри Чарли Раган, командовавший эсминцем "Эммонс" в своей книге "В схватке со свинячим нацизмом":

" Кажется у русских это называется "социалистическое соревнование", хотя я могу и путаться в терминах. Не знаю, какую задачу ставило русским их командование, но с момента выхода из Североморска они несли вахту по "боевой тревоге". Естественно, что корабли американского флота не могли ударить в грязь лицом, и нам пришлось также нести вахту по боевой тревоги. Двое суток без сна изрядно утомили мой экипаж, но эти чертовы русские! Или они посадили на эсминцы двойной экипаж и просто нас дурачат? Радовало одно - еще несколько часов и мы расстанемся - тогда будет снижена боевая готовность, и моряки получат возможность отдохнуть. Но раздражения к русским я не испытывал. Конечно в чем-то есть различия, но они неплохие парни, и если сравнивать их зазнайками англичанами, то я предпочел бы общение с русскими. Вторые сутки без сна делали свое дело. Чтобы не заснуть, пришлось подбадривать себя глотками виски.

Этот нацистский крейсер, выскочил как злобный ирокез из леса. Русскому эсминцу "Сокрушительному" не повезло - его располосовали надвое, словно бы разрубили острозаточенным томагавком. Однако шедший следом за ним "Урицкий" не растерялся - заложил руль лево на борт и стал на ходу разворачивать торпедные аппараты для атаки. У нас позиция была чуть похуже, но я отдал аналогичную команду. Стреляли по свинячему нацистскому кораблю в упор, как в детском тире. Если бы я знал, что у наци взорвутся погреба, то пожалуй бы увеличил дистанцию для атаки, а так - меня чуть не сдуло за борт вслед за двумя сигнальщиками. К счастью их мы отыскали очень быстро. Заодно выудили пару нацистских сволочей из воды. Информация, которую они выложили при первом же заданном им вопросе, заставила меня моментально протрезветь, и срочно выйти на связь с нашим флагманом - "Тускалузой"…."

Что же так изумило командиров "Урицкого" и "Эммонса"? Об этом мы расскажем ниже….

* * *

Однако начнем мы с того, что за несколько часов до этого, произошли следующие события, красочно описанные в книге пилота Ю-88 из KG30, капитана Юргена-Анны Когельбаум "Ледяная пустыня":

"…Нервно подпрыгивая на засыпанных щебнем воронках, наш тяжело груженный "Цезарь" увеличивая скорость мчался по взлетно-посадочной полосе. Толчок. Отрыв и тряска прекратилась. В воздухе! Стартуем с интервалом в 42 секунды Задание не из легких. Перед инструктажем, командир эскадры полковник Эрих Бледорн объявил, что оплата за этот вылет будет идти как за дальний ночной - то есть его зачтут за шесть обычных вылетов, а если достигнем успеха в атаке кораблей и судов - премиальные за риск и премиальные за потопленные корабли - так что нам есть хороший повод постараться.

Главная проблема в том, что точное место конвоя до сих пор неизвестно - есть данные о местоположении отставшего судна на прошедший момент времени, и есть данные о мелькнувшем в разрыве облаков и тумане крае конвоя. Конечно, парни из разведэскадрилий ищут, но пока из-за облачности и туманов результат нулевой. Это плохо - так как возможно придется искать самим и тратить на поиски топливо. Плохо и то, что место прохождения конвоя затянуто полосами тумана и облаками. Хотя с какой стороны на это посмотреть - если атаковать из облаков - атака получается более внезапной и успешной, из-за того, что зенитчики не успеют организовать плотный огонь. Есть и еще один плюс - пока конвой не обнаружен, у нас есть все шансы сорвать всю славу и премиальные. Если же конвой обнаружат - к нему начнут стекаться шакалы из банды Деница, и добивать поврежденные нами суда, забирая себе и славу и премиальные деньги. Именно это случилось при разгроме конвоя PQ-17. Почти все победы этих хвастливых подводников - добивание тонущих торговых судов, поврежденных нашей эскадры. Эти суда затонули бы сами, но нет - появились ребята на стальных акулах, и давай стрелять по тонущим пароходам. Самое смешное, что большая часть их торпед прошла мимо! И это по неподвижным целям! А потом эти сопляки заявляют, что это они разгромили конвой!

В итоге вся слава достается Деницу и его выкормышам, а наш босс - Геринг и мы сами остаемся как бы в тени - в числе тех, кого там вроде бы и не было! Обидно! Именно поэтому, Наш рейхсмаршалл и решил рискнуть - послать нас раньше, рассчитывая, что за то время пока мы в полете, конвой будет обнаружен разведкой с воздуха.

Мы должны успеть раньше этих сопляков из кригсмарине!…"

Итак, Герман Геринг, не дожидаясь окончательного обнаружения конвоя, поднял свои самолеты в воздух. Был ли в этом резон? Несомненно. Хотя и существовала вероятность того, что самолеты попросту сожгут авиационный бензин попусту. Но! Сотня самолетов съедает гораздо меньше топлива, чем корабли германского флота, поэтому Геринг мог себе позволить эту трату, даже с учетом того, что часть из взлетевших в воздух самолетов, получит повреждения при посадке на аэродромы. В качестве плюсов у Геринга было право "первой ночи". Чем больше транспортов конвоя затонет только от авиаударов, тем выше будет его репутация у Гитлера. Многие читатели наверное обратили внимание при прочтении книг про "адские волчьи стаи" Деница, что деятельность оных стай на Крайнем Севере всегда дается в сочетании с действиями авиации. Тот же разгром PQ-17 - большая часть судов потоплена либо выведена из строя именно авиацией. Успехи самих подводников достаточно скромны, и говорить о том, что немецкие подлодки разгромили данный конвой - беззастенчивое лукавство. И это понимал и Геринг, и Редер, и Дениц и Гитлер. И поэтому Геринг хотел "чистой" победы. Редер тоже хотел чистой победы, но он был в зависимости от разведывательной авиации. Было в принципе ясно, что даже при самом благоприятном раскладе "Тирпиц" и "Хиппер" в чистом виде много "дичи" не набьют. Но! Выход и успешные действия крупного корабля в море - это уже не тактика, а большая политика! И тут Редер, мог взлететь на уровень Геринга - при благоприятном раскладе конечно.

Нужно затронуть также и то, что происходило в штабе Северного Флота, после получения радиограмм с "Тускалузы". А происходило там то, что всегда отличает реальную жизнь от игры. Это сейчас очень модно стало рассуждать о том, как ошибался Головко, как ошибался Редер, как ошибался Сталин, Гитлер, Черчилль, Рузвельт. Появилось огромное количество "диванных" знатоков, которые называют себя историками и критикуют, критикуют, критикуют. При этом находятся в положении полулежа на мягком диване с чашкой кофе в руках, и целым шкафом книг, который посвящен критикуемому вопросу, и который они изучали от корки до корки не одно десятилетие. Этим людям не нужно никуда спешить, им не нужно принимать решения - они не несут ни за что ответственность. Они обычные "зяблики". Люди же, которых они критикуют - они обладали минимумом информации и минимумом времени для принятия решения. И эти люди несли ответственность за свои решения. Чем располагал Головко? Командующий Северным флотом располагал информацией, что "Сокрушительный" потоплен, что "Тускалуза" и оставшиеся четыре эсминца вступили в бой "Тирпицем" и пятью эсминцами, и что тяжелый крейсер "Адмирал Хиппер" вероятно потоплен. Еще было известно примерное место, где все это произошло. Чем мог помочь Головко ведущим бой кораблям. Если немедленно, то ничем! Если чуть погодя, то нужно немедленно поднимать в воздух немногочисленные бомбардировщики типа ДБ-3, общим числом 9 штук и отправлять к месту боя. Возможно, они успеют к месту боя, до того момента, как немцы разгромят американо-советское соединение, а возможно и нет. Но других вариантов у Головко нет! Поэтому самолеты в воздух! Почему девять? Другие самолеты не достигнут места боя из-за малой дальности. И еще у Головко были сомнения насчет потопления "Адмирала Хиппера" - тяжелые корабли слишком живучи, чтобы их вот так сразу взять и потопить. Вероятнее всего если и потопили кого-то - так это какой-нибудь германский эсминец, а "Хиппер" где-то неподалеку или его спутали с одним из эсминцев. Еще можно направить к месту боя эсминцы, из числа тех, которые в строю, но… В лучшем случае они смогут выловить шлюпки с уцелевшими после боя, в худшем - трупы экипажей в спасательных жилетах - слишком велико расстояние. Но эсминцы отправить нужно.

Что еще? Пожалуй, и все. Возможности Северного флота слишком малы. К сожалению. Правильно ли поступил Головко с точки зрения нынешнего "знатока" истории? А какая нахрен разница? Это разве на что-то влияет?

Ну а мы снова обратимся снова к мемуарам Джеллита, к его книге "Арктический вояж", ибо несмотря на его излишнюю эмоциональность, это воспоминания офицера государства, которое через четыре года стало главным врагом Советского Союза, и поэтому автор книги достаточно жестко и сухо подходит к оценке ВМФ СССР:

"… Все-таки мандраж был чашка кофе в моих руках едва заметно подрагивала, но я старался держать себя в руках - в конце концов это дело принципа! Что я американец, хуже какого-то англичанина? Ну не являемся мы американцы морской нацией, ну и что с того? Хотя с другой стороны, это наверное мне кара божья, за то лето в скаутском лагере Оклахомы, когда мы посадили на кол ту негритяночку по имени Саманта, а затем облили бензином и сожгли, играя в ку-клукс-клан. Но кара или нет, а я командир, и на меня все смотрят! Помолиться что ли? А это поможет? Или отправить телеграмму брату, чтобы скупал акции "Дженерал Моторс" - вроде должны пойти в серьезный рост? Господи! О чем я думаю? А есть выбор? В данной ситуации, думать уже не о чем. Все решено без нас и за нас. И точно, благодаря сигнальщику, я был быстро избавлен от тяжких дум, и введен в полный нокаут:

- Сэр! С "Эммонса" сообщили - потопленный корабль - линкор "Тирпиц"…

От неожиданности и от страшного слова "тирпиц" моя рука дрогнула, и обжигающе-горячий ароматный кофе выплеснулся на ладонь. Чччерт! Жжет то как! "Тирпиц"? "Тирпиц"???? Но ведь этого не может…

- Как ????? - встряхивая ошпаренной рукой, ошарашено переспросил я.

- Сэр, с "Эммонса" сообщили - потопленный торпедами корабль - линкор "Тирпиц".

- О-о-ошибки быть не может? - у меня вспотели от волнения руки, и кое-что в штанах и спереди и сзади (причем если спереди был горячий пот, то сзади холодный).

- Никак нет, сэр! Взяты пленные. С "Урицкого" это тоже подтверждают.

Господи боже! Я прислонился к переборке, ибо у меня от волнения начали подкашиваться ноги - еще не хватало упасть на глазах у всех! Стоп! Значит на горизонте не "Тирпиц", а всего лишь "Адмирал Хиппер"???? Ха! Так твои шансы, Джеллит, растут быстрее чем акции на Нью-Йоркской бирже! Я не читал в то время афоризмов Наполеона, и не знал, что по мнению оного, моральное превосходство дает трехкратное преимущество над противником. Но я был американцем, и я любил шоу. Жизнь - это шоу. Большое шоу, пускай иногда и смертельно опасное. А у меня инструкции от самого Рузвельта, и не только инструкции, но и мои личные амбиции. Да, я корыстен и жаден, но кто не без греха? Путь наверх во многом зависит от удачи и настырности. Случай представился и я должен его реализовать, ведь если дело выгорит - тут не домик с фламинго - пустая забава, тут прямая дорога в сенат и в губернаторское кресло, а того и гляди еще выше…Эх!!!

- Трансляцию по кораблю! Трансляцию на все эсминцы! - заорал я в диком возбуждении.

- Трансляция включена, сэр!

- Дублируйте ратьером! И флагами! Всем чем можно дублируйте! - закричал я, - Всем кораблям! Наши "жестянки" потопили самого "Тирпица"! Неужели мы, такие большие, не надерем задницу какому-то "Хипперу" и нацистским тральщикам? Командир эскадры желает всем приятно провести время! Полный вперед!

- Какие будут приказания сэр? - услышал я сбоку голос старпома.

- Что значит, какие приказания, старпом? Топи их всех!

Зазвенели машинные телеграфы и "Тускалуза", сладко завывая четырьмя турбинами, рванула вперед. Плана боя с "Хиппером" у меня не было. Если честно, то сражений прошедших по плану - за всю историю человечества было всего десяток, не более - все остальное - импровизация, или мешанина поспешных решений и ошибок. Были у нас предварительные договоренности и инструкции - пока идет дуэль с противником - эсминцы пытаются выйти на дистанцию торпедного залпа. Правда с русскими эти варианты мы не разбирали, но буду надеяться, что они догадаются. А нужна ли эта артиллерийская дуэль? Дуэль - это смесь мастерства артиллеристов, эффективности системы управления артиллерийским огнем и случайности. Причем случайности в дуэли больше половины. А вот если сойтись как можно ближе - случайность исчезает - остается только скорострельность, вес бортового залпа и уверенность в себе. Причем уверенность вещь сугубо иррациональная, что-то вроде божественного провидения - она отклоняет вражеские снаряды от корабля и делает меткими свои залпы. При равных по артиллерийской мощи противниках, бой выигрывает тот, кто уверен в победе. А я был в ней уверен - как сказали бы русские - "я сдал сопромат" - "мои" корабли потопили "Тирпиц". Мои корабли. МОИ КОРАБЛИ. И что, я после этого не справлюсь с этим "Хиппером"?…"

Предвидя вопросы читателя о "феноменальной" живучести "Бисмарка", и следовательно, однотипного с ним "Тирпица", мы не стали заморачиваться. Да "Бисмарк" был живучим кораблем - в него попало порядка десяти торпед и сотни тяжелых и средних снарядов, прежде чем он затонул. Но! И снаряды и торпеды попадали в него с определенным интервалом времени. Здесь же - четырнадцать торпед, с минимальным интервалом - банальная детонация погребов боезапаса - количество перешло в качество. Конечно же, если бы не детонация погребов, то "Тирпиц" наверняка успел бы "навалять" прежде чем затонуть - час-полтора времени до затопления после четырнадцати или около того торпедных попаданий у него был бы. Но торпеды ударили практически одновременно и возможный урон от орудий "Тирипица" американо-советскому соединению перешел в разряд альтернативной истории.

А "Адмирал Хиппер" и немецкие эсминцы? Пожалуй самое время накормить читателя некоторой порцией букв и цифр с ТТХ немецких кораблей.

Итак, "Хиппер". Работы над крейсерами с 203-мм артиллерией были начаты в 1933 году. Предполагалось создать корабль, способный действовать как в составе флота, так и в качестве рейдера -- истребителя торговли, и в то же время, не уступающий по вооружению и защите французским тяжелым крейсерам типа "Алжир". Из тактических и эксплуатационных соображений от стоявшей на легких крейсерах комбинированной дизель-паротурбинной силовой установки отказались в пользу чисто турбинной, на паре высоких параметров. Главный калибр размещался по традиционной схеме -- в четырех двухорудийных башнях -- и дополнялся мощным зенитным и торпедным вооружением. 203-мм орудия С/34 могли вести огонь 122-кг снарядами на дальность до 33,5 км. Этот калибр применялся в Германии в первый и последний раз.

"Адмирал Хиппер" ("Admiral Hipper") (при закладке -- "крейсер Н", или "Ersatz Hamburg") был заказаны в конце 1934 года, еще до официальной денонсации Версальского договора, запрещавшего Германии строить крейсера с артиллерией, крупнее 150-мм калибра.

Форма корпуса кораблей напоминала примененную на легком крейсере "Лейпциг" с булями, выраженной бульбовой оконечностью и внутренним поясом, включенным в обеспечение общей прочности. Первоначально крейсера имели почти вертикальный форштевень (наибольшая длина 202,8 м), но после испытаний на "Адмирале Хиппере" его заменили на клиперный, остальные достраивались в измененном виде. Броневой пояс высотой 2,75 м и толщиной 80 мм устанавливался с наклоном 12,5R наружу, прикрывая около 70% длины корабля, и замыкался 80-мм траверсами. В носу пояс имел высоту 3,85 м и толщину 40 мм, утончаясь к форштевню до 20 мм; в корме, соответственно, 2,75 м и 70 мм, замыкаясь 70-мм траверсом. Горизонтальную защиту обеспечивали 30-мм верхняя и 30-мм нижняя палубы. Последняя имела 50-мм скосы, соединявшиеся с нижней кромкой пояса. Барбеты имели 80-мм толщину по всей высоте; башни: 160-мм лоб, 105-мм наклонную лобовую плиту, 80-мм наклонные боковые плиты, 70-мм крышу и стенки.

Силовые установки на паре высоких параметров отличались низкой надежностью и неэкономичностью, что существенно снижало дальность плавания. На "Адмирале Хиппере" стояли паровые котлы системы Ла-Монта (рабочее давление пара 80 атмосфер) и ТЗА "Blohm und Voss".

По артиллерии главного калибра германский тяжелый крейсер соответствовали зарубежным кораблям, но имел мощное зенитное (при этом 105-мм и 37-мм зенитки размещались в стабилизированных установках) и торпедное вооружение. Развитая система управления огнем "линкорного" типа (3 директора главного калибра и 4 директора зенитной артиллерии) в полном объеме никогда не использовалась, однако съедала значительную долю водоизмещения.

"Адмирал Хиппер" был введен в строй 29 апреля 1939 года. Его полное водоизмещение составляло 18210 тонн. Длина - 205 метров, ширина 21,3 метра, осадка 7,7 метров. 3 турбозубчатых агрегата, суммарной мощностью 132 000 лошадиных сил, скорость хода 32 узла, экипаж около 1500 человек, вооружение :4x2 -- 203-мм/60, 6x2 -- 105-мм/65, 6x2 -- 37-мм/83, 10x1 -- 20-мм/65, 4x3 -- 533-мм ТА, 1 катапульта, 3 гидросамолета. В марте 1940 г. были установлены 2x1 20-мм/65 автомата; в 1941 г. -- 1x4 20-мм; в начале 1942 г. 2x1 20-мм заменены на 2x4.

Еще у немцев было пять эсминцев. Но их характеристики мы приводить не будем, ибо современные историки так и не смогли выработать единый перечень эсминцев, которые участвовали в этом походе. Если сопоставить данные Ровера, Майстера, Юргена, то получиться, что в данном походе участвовали: Z- 4, 5, 6, 10, 14, 15, 16, 20, 23, 24, 25, 31, 37, 27, 29, 30 - 16 эсминцев, плюс бывший польский минный заградитель "Грайф", а также 5 или 6 бывших французских эсминцев, доставшихся в качестве трофеев. Между тем, как эсминцев было всего пять. Из-за чего такая чехарда?

Начнем с того, что у немецких эсминцев всегда существовало два "Z", первое Z - номер выбитый на закладной доске, второе Z - тактический или бортовой номер. Если первое Z было постоянным, то второе Z - тактический, или "бортовой" номер, менялась ежеквартально. В разных документах, в зависимости от грифа их секретности, указывался либо тактический "бортовой" номер, либо истинный "закладной" номер. Те, кто оформлял эти документы иногда несознательно ошибались, в определении того, какой номер и в каких документах писать. "Ошибались" и сознательно - скрывая факт повреждения тех или иных кораблей. Соответственно, разные историки, в разное время исследовали разные документы - отсюда и разнобой. Влезать в этот спор мы не будем, ибо он вечен, как египетские пирамиды, поскольку ответа на него не знают даже сами немцы, воевавшие на эсминцах.

Известно, что вооружение немецких эсминцев состояло из 4-5 - 127 мм или 150 мм орудий, 2 четырехтрубных торпедных 533мм аппаратов, водоизмещение около 2500-3500 тонн (то есть ближе к легкому крейсеру или лидеру эсминцев), скорость около 36-38 узлов. На этом мы и ограничимся.

* * *

Что же происходило в этот момент на германских кораблях? Наиболее четкую и ясную картину дают воспоминания командира "Адмирала Хиппера", Эриха-Марка Цурзеемана, его книга "Проклятый "Вундерланд":

"… Я начал испытывать серьезные сомнения. Флагман на связь не выходил. Облако большого взрыва, которое видели с "Эккольдта". Потоплен? Но "вашингтонский крейсер" с парой эсминцев - даже близко подойти к линкору в 53 тысячи тонн не сможет! А уж потопить…. Но нет связи с "Тирпицем"! И еще этот взрыв! Бой с линкорами противника? Или линкором? А есть разница? Но откуда? Какое-то нехорошее чувство гложет меня изнутри, чувствуется какой-то странный непорядок. Или опять, эти гребанные птенцы Геринга все перепутали? Увидели вражеский линкор или линкоры и посчитали, что это "Тирпиц" с "Хиппером" и не сообщили? Похоже, что именно так дело и обстоит. В прошлый раз они русский рыболовный сейнер за авианосец приняли, а тонущий транспорт ими же атакованный за эскадру линкоров. И вся операция наших кораблей из-за этих донесений была свернута прямым указанием из Берлина. А потом эти летуны чуть не перетопили половину "волчьей стаи"! А еще этот странный маневр - командир американского крейсера резко изменил курс и пошел на сближение с "Хиппером" - по кратчайшему пути!

Для такого маневра должны быть серьезные основания. Или глупость. Глупость? Или нет? Но он ослабил свой бортовой залп на треть! Хотя с другой стороны он в десять раз уменьшил свою проекцию, став из большой мишени, маленькой. Но ведь… Да, попасть по такой маленькой цели будет достаточно сложно - командир крейсера знает свое дело. Странным было бы, если бы не знал - такому бы не доверили крейсер. И для такого поведения американца должны быть веские причины! Рисковать своим кораблем имеет смысл, если за спиной маячит поддержка в виде еще одной эскадры. Той, что вероятно и потопила "Тирпиц". А этот американец, представляет из себя видимо авангард, или разведывательный отряд, хотя для этой цели больше бы подошел легкий крейсер. Впрочем, если соединение слишком большое, и там много линкоров - тогда разведку можно и нужно вести тяжелыми крейсерами. Почему молчит штаб? Точнее сказать штабы? "Норд", "Арктика", РВМ, Берлин? Всякий раз, когда не нужно, они влезают со своими инструкциями и портят все дело в самый неподходящий момент. А вот когда нужно срочное решение….

И крейсер ли это? Откуда у меня уверенность, что это американский крейсер, а не линкор? И эти эсминцы… Что-то великоваты они для эсминцев! И где, черт возьми, эта вражеская эскадра? И что это за мачты стали вырастать за горизонтом? Это те самые линкоры англичан и американцев?

- Радируйте в штаб! Вижу вражеские линкоры! - я испытал облегчение от отданной команды. У меня теперь была уверенность, что теперь эти берлинские стратеги, дадут мне быструю и четкую команду - что мне делать - вести бой, или планомерно отходить…."

* * *

Маленькое техническое отступление. В процессе написания данной работы, авторы столкнулись с парадоксальной ситуацией - "знатоки" военно-морской истории, готовые сутки на пролет спорить о том, кто сильнее "Бисмарк" или "Ямато", имеют очень отдаленное представление о том, что представляет из себя паровая турбина, являвшаяся одним из основных корабельных двигателей крупных кораблей времен второй мировой войны. Поэтому мы решили потратить "немного букв" на краткий рассказ о том, что такое турбина. Турбина состоит из кованного стального барабана, насаженного, на один или два диска (патрона, колеса), укрепленных на одном, a чаще на двух отдельных шпинделях. Шейки шпинделей покоятся в подшипниках, которые или составляют одно целое с наружным стальным цилиндром (корпусом) турбины или прикрепляются к нему болтами. Внутренняя поверхность цилиндра и наружная барабана снабжены поперечными канавками, в которых укреплены, помощью расчеканки специальных вставок, лопатки, имеющие в сечении форму, похожую на серп, причем лопатки вставляются в цилиндре и на барабане так, что острая кромка одних обращена к более утолщенной кромке других. Высота лопаток постепенно ступенями увеличивается вследствие увеличения объема пара при расширении его. Один из шпинделей турбины снабжен упорным подшипником, приспособленным для регулировки зазоров между рядами лопаток. Ввиду того, что давлением пара на торцевую площадь ротора представляется возможным уравновешивать упорное давление винта и тем разгружать давление на упорный подшипник и, следовательно, значительно уменьшать размеры последнего, делаются думмисы, т. е. спец. короткие барабаны, укрепленные на роторе и входящие в соответственные цилиндрические части наружного корпуса турбины, причем обе поверхности снабжаются специальными набивочными кольцами для уменьшения побегов пара. Экономичность турбины в большой степени зависит от потери пара через зазоры между кромками лопаток и поверхностями барабана и цилиндра, почему эти зазоры делаются весьма малыми (сотые доли миллиметра ), a роторы проверяются на уравновешенность, как статически, так и динамически. Зазоры эти - больное место турбины; при недостаточности их всегда возможно смятие лопаток вследствие касания ими тела цилиндра или ротора; одно из усовершенствований в этом направлении - заострение верхушек лопаток, благодаря которому даже в случае соприкасания они просто тупятся, не изгибаясь и не вырываясь. Отсутствие ударов при работе турбины и надлежащая смазка обеспечивают весьма незначительное изнашивание ее подшипников. Носовой шпиндель каждого вала снабжается приводом к автоматическому регулятору клапана травления на паропроводе, и при возрастании числа оборотов доступ пара уменьшается. Кроме того, с этим шпинделем связывается указатель числа оборотов. Кормовой шпиндель снабжается ручным приводом для проворачивания турбины на стоянке. Цилиндр турбины снабжается необходимой арматурой: предохранительным клапаном, травления, байпасным, если таковой требуется, манометрами, термометрами, продувочными клапанами кранами и т. п. Характерной особенностью судов. турбин является способ их закрепления на фундаменте. В то время, как паровая машина закрепляется на судовом фундаменте всей своей опорной площадью, паровая турбина имеет закрепленной лишь одну сторону, оставляя другую свободно скользить в направляющих полозьях. Это делается для того, чтобы позволить турбине свободно расширяться от нагревания вдоль оси вала.

Турбины принято делить на активные и реактивные. Сущность и отличие между собой реактивными и активными турбинами заключается в следующем в реактивной турбине пар, пройдя между неподвижными направляющими лопатками на корпусе турбины с некоторым давлением и запасом тепловой энергии, поступает в промежутки между лопатками, насаженными на барабан ротора; расширяясь, пар производит давление на эти подвижные лопатки и заставляет барабан вращаться. В активной же турбине пар сравнительно высокого давления расширяется предварительно в специальных соплах или также направляющих аппаратах, снабженных спец. формы отверстиями, и, выходя из них с большой скоростью, вступает, по возможности без удара, в промежутки между лопатками на вращающемся барабане или диске, которому он и отдает свою кинетическую энергию. Иногда падение давления используется не сразу, a в несколько приемов; в других случаях таким же путем используется скорость пара; поэтому, активные турбины подразделяются на турбины со ступенями давления и турбины со ступенями скорости. Турбина активная, отличается от турбины реактивной устройством ротора, креплением и формой лопаток, разделением внутреннего пространства диафрагмами и построенным соответственно наружным корпусом. Ротор состоит из ряда дисков, насаженных на обточенный уступами общий шпиндель и снабженных на своей окружности лопаточными венцами; форма лопаток соответствует условиям активного действия пара. Каждое колесо отделено от другого диском (диафрагмой), укрепленным на корпусе турбины, для чего последний делается из нескольких частей. К корпусу же прикреплены лопаточные венцы, служащие направляющими для пара и заменяющие собой сопла, которые устанавливаются лишь для впуска пара в первое рабочее колесо. Диафрагмы в месте прохода через них шпинделя имеют специальные сальники для предупреждения побегов пара из одного отделения в другое. В активную турбину пар поступает не по всей окружности первого рабочего колеса, a лишь на некоторой его части; этим легко пользоваться для изменения хода, не понижая существенно его экономичности; напротив, в турбину реактивную пар поступает по всей окружности, и с уменьшением числа оборотов и мощности расход пара возрастает довольно значительно. Помимо активных турбин и реактивных турбин существуют и активно-реактивные.

Но если честно, то все это чушь. Под термином "чушь" авторы подразумевают рассмотрение турбины отдельно от всей энергетической установки. И если честно, то особой разницы от того какого типа турбины стояли на "Тускалузе", а какого на "Адмирале Хиппере" нет. Гораздо большую разницу и влияние имеет тип применяемых паровых котлов. Но загружать читателя избытком информации мы не будем. Начнем с того, что "паспортная скорость" противостоящих крейсеров была одинаковой - 32 узла. Но вот котлы - они сильно различались. На "Хиппере" стояли котлы, работавшие на паре повышенного давления - 80 атмосфер. В теории это повышало коэффициент полезного действия его энергетической установки, и позволяло экономить топливо. Но на практике все было по другому. Установка строилась именно из расчета максимальной скорости хода, и на этой скорости, котлы работали нормально. Но при резком изменении скорости хода, резко менялось количество перерабатываемого пара, и регулировка его количества была очень сложным процессом. Почему сложным? Как раз из-за повышенного давления. Чем больше давление пара, тем больше в нем тепловой энергии. Если эта энергия не используется - например - телеграф переведен с "самого полного вперед" на "стоп", то пар начинает стравливаться в главный конденсатор, где его охлаждают забортной водой. Вроде бы штатный процесс, но! Если пара стравливается слишком много, то конденсатор не успевает его охлаждать, и в нем начинает расти давление, что в итоге может привести к его разрыву или взрыву. Поэтому если пар травят слишком долго, то нужно срочно уменьшать его количество, то есть уменьшать количество воды, подаваемое в паровые котлы. И вот здесь возникают другие проблемы - котлы "Хиппера" более капризны и требуют работы на постоянном режиме, а не на скачущем, они (котлы) очень плохо воспринимают изменение количества подаваемой воды. Да, там установлена система регулировки, но она очень сложная. Если не удаляться в глубокие дебри, то итог будет очень простой - "Хиппер" хороший "бегун" с постоянной скоростью. Но "рваный" бег он переносит плохо. "Тускалуза" - гораздо лучше переносит "рваный" бег с изменением скорости, но режим "бега" на максимальной скорости переносит тяжелее "Хиппера".

Для чего мы это рассказываем? Для того, чтобы прояснить события, которые будут происходить далее. Читатель, наверное уже понял, что командир "Адмирала Хиппера" принял мачты "Урицкого" и "Эммонса" нагонявших "Тускалузу", за второе, более крупное соединение американских кораблей. Что рассказывает об этом В.В.Кручинин в книге "На страже Арктики":

"…Я не сомневался, по поводу пользы моего корабля в предстоящем бою, и у него были четкие инструкции товарища Сталина, переданные самим Лаврентием Павловичем - расшибись в лепешку, но чтобы… Если поразмыслить - то польза от эсминца без торпед была - несколько немецких снарядов или торпеду "Урицкий" еще сумеет поймать, да и торпеды-то их ведь эсминцы будут выпускать - значит еще повоюем, десяток бортовых своими сотками успеем сделать, прежде чем немцы сделают нас. А там в бою, сообща может и мы кого-нибудь с собой прихватим…"

Кто-то из читателей, наверняка упрекнет В.В.Кручинина в сталинизме. Возможно, это действительно так, но темой данного исследования является операция "Вундерланд", а не обсуждение личности И.В.Сталина, и мы снова обратимся к мемуарам Джеллита, к его книге "Арктический вояж":

"… Я начал игру, и должен был сорвать банк. Под моим командованием пять кораблей, экипажи которых были заражены боевым азартом. И этот азарт нужно было поддерживать, поэтому я приказал дать два залпа из носовых орудий главного калибра. К сожалению они оба легли с недолетом, но залпы главного калибра "Тускалузы" воодушевили команды наших кораблей - это простое правило хорошего руководителя - если начата охота, то нужно стрелять из ружья, даже если до дичи слишком далеко - запах пороха возбуждает и мобилизует. К моему изумлению, сразу же после моих залпов, "Хиппер" развернулся, и стал удирать. Следом за ним бросилась и стая сопровождавших его нацистских эсминцев.

Данный маневр меня честно говоря озадачил - закралось подозрение, что нацист пытается заманить меня на другие более крупные немецкие корабли. Что там еще у них? "Карманник" "Адмирал Шеер"? "Лютцов"? Линкор "Гнейзенау"? Если это так, то я только что организовал массовое самоубийство, подчиненных мне экипажей. Но отступать глупо - решение вести бой принято, и его нужно выполнить! …."

Командир "Адмирала Хиппера" , Эрих-Марк Цурзееман, его книга "Проклятый "Вундерланд":

" … Вражеские снаряды легли с большим недолетом, пока с недолетом. Я прикусил губу и вопросительно посмотрел на рубку связи. Где этот Берлин? Наверное будет правильным, если я их потороплю:

- Связь! Радируйте! Атакован англо-американским соединением в составе линкора "Вашингтон" и двух крейсеров! Вижу мачты еще двух линкоров!

Развязка наступила быстрее чем я ожидал - Берлин, наконец-то вспомнил, для чего он нами руководит, и прислал ответ:

"По сообщению американцев и русских, "Тирпиц" потоплен в бою. Связь с линкором отсутствует. Подозревается наличие англо-американской эскадры в составе одного-двух линкоров и четырех-пяти крейсеров. В бой с противником не вступать, и начать маневр отрыва от его соединения. В целях безусловного выполнения операции по возвращению в базу, самолеты эскадр NN 26 и 30 перенацелены вместо удара по конвою, для удара по преследующим вас кораблям противника…."

Я вздохнул с облегчением. Несомненно, что отсутствие связи с "Тирпицем" в Берлине тоже восприняли либо как его уничтожение, либо как выход из строя. И совершенно правильно рассудили, что ввязываться в бой с численно и качественно превосходящим противником чистейшей воды самоубийство.

Но маневр отрыва было не так легко выполнить, как казалось - расстояние между нашими кораблями и кораблями противника никак не увеличивалось, а даже наоборот - постепенно сокращалось. Увеличить его можно было двумя способами - повредив вражеские корабли торпедами с эсминцев, либо использовав момент авиаудара эскадр люфтваффе по кораблям противника. Первое отпадало, так как я не имел права рисковать кораблями, а для второго нужно было чистое небо. Чистое небо, а не эта хмарь, висящая над нами и цепляющаяся за клотики мачт "Хиппера". Нужно было выскочить в район, где полностью отсутствовала облачность, или в ней были большие разрывы. Судя по последней метеосводке, такие районы располагались прямо по курсу нашего движения - чем дальше на север, тем меньше облаков и полос тумана.

Метеосводка в отличие от Геринга и его экспертов не врала. Сигнальщики донесли о том, что впереди по курсу засверкало море, подсвеченное яркими лучами полярного солнца. Это очень меня обрадовало, так как согласно данным кормового дальномера, корабли противника превосходили мой крейсер на один или два узла в скорости и постепенно нагоняли. Пока их редкие залпы ложились с недолетами, но это не могло длиться вечно. Теперь же впереди замаячило спасение в виде чистого моря и чистого неба - идеальные условия для хвастунов из люфтваффе. Вряд ли они сумеют потопить хоть один из кораблей противника, но за то время пока вражеские корабли уклоняются от бомб сброшенных с "юнкерсов" и торпед сброшенных с "хейнкелей", я сумею оторваться, выйти за пределы видимости, и затем резко изменить курс на юг, в сторону базы…"

Внимательный читатель, наверное обратил внимание на то, что командир "Хиппера" равно как и командир "Тускалузы" постоянно ошибались с идентификацией друг друга. Такая ошибка достаточно типична для истории войн, и только в фантастических романах современных писателей, или фантастических произведениях участников войн, выдаваемых за мемуары, корабли, самолеты и танки определяются за доли секунды, при этом даже успевают заметить и модификацию той или иной модели техники, и принадлежность к тому или иному подразделению. Но у нас не фантастический роман. Мы говорим о реальной истории. Командиру "Тускалузы" помогли два факта - знание того, что "Тирпиц" и "Бисмарк" существовали всего в двух экземплярах, причем, "Бисмарк" был потоплен год назад, а также выловленные моряки с потопленного "Тирпица". То есть линкоров с четырьмя башнями у Германии больше не было! Перед Джеллитом был тяжелый крейсер, который он называл "Хиппер", хотя это мог быть и однотипный "Принц Евгений" - для Джеллита разницы не было. Он знал что перед ним не линкор, а тяжелый крейсер, и этого было ему вполне достаточно.

Другой вопрос, откуда у "Тускалузы" появился "избыток" скорости? Вот, что по этому поводу рассказывает сам Джеллит:

"…Я смотрел на убегавших нацистов, и вспоминал свой первый неудачный сексуальный опыт в скаутском лагере. Мы тогда поймали симпатичную негритяночку, сорвали с нее одежду, и растянули на земле в лесу, привязав ее руки и ноги к деревьям. Тогда от перевозбуждения, при виде обнаженного женского тела, я кончил, не успев даже начать. Что-то похожее происходило и сейчас - я видел нацистский крейсер, но главный калибр "не стоял" из-за большой дальности. Требовалось какое-то оригинальное пускай и рискованное решение. Тогда в лагере, я выкрутился, использовав вместо члена пустую бутылку из-под "Кока-Колы". Конечно это не дало мне всех ощущений полового акта, но как она стонала и кричала от этой бутылки! И я принял решение, вызвав на связь старшего механика Смита Мак Колина:

- Делай что хочешь, но мне нужно еще хотя бы два узла скорости!

Да, я толкнул своего подчиненного на нарушение инструкций. Я знал, что он даст команду увеличить предохранительные уставки срабатывания аппаратуры управления энергетической установкой крейсера, и мы пойдем с давлением в котлах выше проектного. Чем это чревато объяснять не нужно - почитайте Марк Твена, который красочно описал нашу американскую забаву - гонки речных пароходов. Очень часто эти гонки заканчивались очень печально - паровые котлы взрывались, разнося в клочья пароходы вместе с пассажирами и экипажами. Существовал риск и сейчас, но… Военная техника делается всегда с определенным запасом прочности. И этот запас можно использовать. Правда зачастую после такого использования, техника требует капитального ремонта, или становиться непригодной к эксплуатации, но на кон было поставлено слишком много. Утереть нос англичанам! Кстати, где они? Ну да ладно!

Какое-то время ничего не происходило, а затем я почувствовал, что вибрация палубы под ногами усилилась. "Тускалуза" набирала ход! Отлично! Если не взлетим на воздух, то через три-четыре часа погони мы сумеем достать этого нациста, а там - там достаточно одного-двух попаданий, чтобы он хоть на время снизил ход, хотя бы на четверть часа. После чего его песня будет спета! Артиллеристы "Тускалузы" превзойдут самих себя, чтобы достать этого ублюдка!

Время от времени, я отдавал приказания дать залп главным калибром, одной из башен. Снаряды ложились с недолетом, но этот недолет становился все меньше. Всех нас охватывал азарт. Да, пока нацистские корабли для нас недосягаемы. Но! Все видят, что погоня идет успешно - механики делают все невозможное, чтобы сократить дистанцию и дать работу комендорам - и скоро черед пушек! У нас все получится! С такими экипажами не может не получится! Недолет уже около двух кабельтовых! Пускай дразнятся эти наци!

А они действительно дразнились - нацистское соединение выбралось из зоны низкой облачности на "чистое" море. И сейчас немецкие корабли посверкивали вдали, как недосягаемые бриллианты в ювелирном магазине за пуленепробиваемой витриной. Пока недосягаемые. Еще час или два погони и мы их сможем зацепить! И видимо нет никакого "Шеера" поблизости!

- Сэр! На экране радара на кормовых углах групповая воздушная цель! Высота четыре тысячи ярдов. Около восьмидесяти-ста самолетов. Дальность около тридцати миль!

Я поперхнулся. Это нечестно! Я почти победил! Еще бы пару часов… Что делать теперь? Повернуть обратно? Ведь я иду к этой зоне с чистым морем и чистым небом - там для этих орлов Геринга будет сущее раздолье, а здесь среди низкой облачности… Но если у немцев имеются радары на самолетах? Тогда я только сам создам себе трудности! Они будут меня видеть, а я их нет! При наличии у немцев опытных пилотов… Пилоты опытные - новичков летать над морем не отправят! Значит решено - идем прежним курсом и пытаемся отразить налет в открытом море с чистым и ясным небом!

- Всем кораблям соединения! Воздушная тревога! Приготовиться к отражению воздушной атаки!

Я почувствовал, что моя мошонка и задница покрываются липким потом. Эти выкормыши Геринга способны значительно уменьшить мощь моего соединения, но выбора нет - если я поверну обратно - нацистский крейсер будет отслеживать мои перемещения и все равно наведет на меня самолеты.

Я стиснул зубы и приготовился к появлению на сцене люфтваффе…."

* * *

Снова обратимся к воспоминаниям командира "Адмирала Хиппера", Эриха-Марка Цурзеемана, его книге "Проклятый "Вундерланд":

"… После войны стало модным искать виновных, или как говорят русские, искать того, кто сломал стрелки от часов. Очень многие военные историки виновником провала операции "Вундерланд" сделали меня. Их обвинения состояли из двух пунктов:

1, По их мнению я должен был послать эсминцы в торпедную атаку.

2. Я должен был воспользоваться преимуществами своей системы управления артиллерийским огнем и большей дальностью орудий главного калибра, чтобы вести огонь при отходе.

Рассмотрим все по порядку.

Начну с эсминцев.

Для эффективной торпедной атаки нужно либо массированное применение торпед с нескольких направлений, либо стрельба с близкой дистанции. И в том и в другом случае эсминцы должны войти как минимум в сферу действия орудий среднего калибра вражеского соединения. Это риск. Причем неоправданный. Эсминец - не крейсер - его живучесть весьма проблематична - достаточно одного попадания снаряда и половина его энергетической установки выйдет из строя. И ради чего? Ради того, чтобы какая-то из торпед выпущенная с предельной дальности возможно попала в цель? Я ведь не смогу вернуться и добить противника - у меня приказ беречь корабли! Если выпускать торпеды с меньшей дистанции - растет риск повреждения эсминцев, которые либо придется бросать (ответственность за это нести мне, а не послевоенным критиканам), либо спасать - вступая в бой с противником. А ведь именно это врагу и нужно - пока я буду пытаться прикрыть поврежденный эсминец, подтянуться другие крейсера и линкоры врага и вместо одного крейсера я получу целое соединение, которое запросто со мной разделается. Так ради чего рисковать? Атака эсминцев имеет смысл после удара, которое нанесет люфтваффе - тогда у противника появятся подранки, у которых упадет скорость, и противнику либо придется разделиться, либо прекращать преследование. Итак, первый пункт обвинений - абсолютная профессиональная некомпетентность критиков, и спорить о нем дальше - глупо.

Пункт второй - стрельба по противнику. Его можно отбросить по той же причине - он вызван абсолютной профессиональной некомпетентностью критиков, что совершенно неудивительно, так как ни один из современных военно-морских историков никогда не служил на флоте, и никогда не командовал кораблем. Такие люди меряют все табличной скорострельностью и табличной толщиной брони. Однако реальность отличается от табличек. Есть такой термин - "контузия" механизмов. Под ним подразумевается повреждения механизмов от близких взрывов - например, взрыв упавшей рядом с кораблем авиабомбы. Корпус корабля встряхивается с той или иной силой, в результате чего некоторые из механизмов могут выйти из строя или перестать нормально работать. Стрельба главным калибром - тоже приводит к встряхиванию корпуса корабля и его содержимого. Конечно, сила встряхивания при этом меньше, чем при близком взрыве бомбы, но она есть! И от этого прежде всего страдает система автоматического управления энергетической установкой корабля. И здесь проявляется главная беда "Хиппера" - котлы с большим рабочим давлением пара. Их беда в том, что они потребляют меньше воды, чем обычные корабельные котлы. Любой залп главного калибра вызывает небольшой сбой в работе насосов, качающих воду и топливо, а также в работе вентиляторов. Кроме того, от встряхивания возникает кратковременное нарушение в системе автоматики. В результате совмещения данных факторов возникает небольшая ошибка в соотношении расхода воды, температуры пара, количества топлива, количества воздуха - система автоматики начинает эту ошибку компенсировать. Компенсация сигнала идет по принципу - ошибка минус - компенсация плюс; ошибка плюс - компенсация минус, и далее вводится компенсация с обратным знаком но меньшей величины и так далее с затуханием и постепенным уменьшением сигнала. В теории все выглядит здорово. Но на практике есть одна особенность. Если мощность установки перед появлением ошибки была 100%, то компенсация идет не в диапазоне плюс-минус пять процентов - 95-105%, а в диапазоне 90-100%, то есть мощность энергоустановки снижается. Почему так? Потому, что превышение температуры или давления пара свыше рабочих величин, считается уже либо предупредительным, либо аварийным сигналом и система настроена на уменьшение этих параметров до уровня ниже критических величин. Почему так сложно? Из-за высокого давления пара - 80 кгс/см2. Металл котла при таком давлении (плюс высокая температура) работает на пределе прочности - если давление или температуру повысить и добавить периодическое встряхивание котлов (стрельба главным калибром) то есть достаточно большая вероятность того, что после очередного залпа, какой-то из котлов выйдет из строя, в лучшем случае запарив все котельное отделение, и обварив личный состав, либо взорвется и разнесет в клочья весь отсек.

А вот если снизить мощность до 90%, то тогда конструкция котла не испытывает таких сильных нагрузок, и можно спокойно применять главный калибр, не боясь за работу корабельной энергетики. Эти 90% мощности дают примерно 30-31 узел скорости. То есть для стрельбы мне придется снизить скорость, и предоставить своему противнику возможность сократить дистанцию. Горькая ирония судьбы заключается в том, что в обычных котлах с давлением 35-40 кгс/см2, можно пойти на определенный риск, и работать с давлением и температурой превышающей рабочие величины. Обусловлено это запасом прочности материала котлов - в них металл испытывает меньшие нагрузки, а в наших котлах на "Хиппере" работает на пределе. Кроме того, котлы с меньшим давлением, менее чувствительны к изменениям расхода воды, изменениям давления или температуры пара.

Кто-то наверное спросит - а для чего на "Хиппер" поставили такие идиотские котлы? Предполагалось, что они позволят сэкономить топливо, и увеличиться дальность плавания корабля. Но … То, что красиво было на бумаге и в виде табличек (уж не те ли меня критикуют, кто эти котлы проталкивал на корабли Третьего Рейха?), в жизни оказалось отвратительно. Сложная и капризная автоматика, постоянная борьба за чистоту котельной воды (вы не представляете сколько это мороки - замерять химический состав воды каждый час), множество ограничений в эксплуатации.

Именно поэтому я не стрелял при отходе. А зачем? Какой смысл рисковать и подставлять свою шею, если две эскадры люфтваффе должны были нанести удар по преследующих нас кораблям? Ради чего? Попасть одни снарядом в противника? Или даже двумя-четырьмя? Так на такой дальности, для этого придется снизить скорость и опустошить все погреба. А снизив скорость, я дам возможность противнику приблизиться и попытаться повредить мой корабль (за который несу ответственность я, а не послевоенные кабинетные историки). Повторить результат стрельбы "Бисмарка"? Господа! Я офицер Кригсмарине, а не американский игрок в рулетку! Чем закончил в итоге "Бисмарк"? Стоит начаться неприятностям, и они превратятся в снежную лавину.

Если уж атаковать, то после удара люфтваффе - полсотни бомбардировщиков и почти полсотни торпедоносцев должны проредить или повредить корабли противника - тогда можно и подумать над перспективой. Но тут есть опасность столкнуться с главными силами противника, которые идут следом за авангардом. Вряд ли в Берлине разрешат провести такую атаку. И это правильно - без точных данных разведки о составе и местонахождении линкоров и крейсеров противника это слишком опасно. Против конвоя без сильного охранения- такой риск вполне допустим. Так оно и предполагалось по плану проводимой операции. Но противник оказался хитрее. Есть предположение, что он остался незамеченным, потому, что двигался вдоль самого берега Норвегии, где его никто не искал. Но это моя гипотеза, что думают на этот счет в Берлине, я узнаю позже.

Итак, мои корабли вышли наконец в район с чистым от облаков небом, и разрезая форштевнем сверкающую гладь полярного океана мчались вперед, выманивая англичан и американцев туда, где они станут отличной мишенью для самолетов люфтваффе. Еще полчаса, и я выманю их на открытое пространство. А там, и настанет пора появится на сцене самолетам…"

А теперь мы снова обратимся к воспоминаниям пилота Ю-88 из KG30, капитана Юргена-Анны Когельбаум, его книге "Ледяная пустыня":

"…Обстановка изменилась. И новая вводная меня и наших парней явно не радует. Получен срочный приказ изменить курс и атаковать вражеские корабли - крейсер, несколько эсминцев и предположительно линкор или два линкора. Это очень огорчает - многие из моих боевых товарищей после этой атаки не вернутся на аэродром. Боевой корабль - это не неповоротливый тихоходный купец, вооруженный парой устаревших зениток и пулеметов. Военный корабль - это скорость и маневренность, позволяющая уклониться от уже сброшенных бомб. Военный корабль - это целые батареи зениток всевозможных калибров. Это еще и броня, защищающая от бомб. Для летчика бомбардировщика, самой кошмарной целью является линкор - там зенитных батарей столько, что шансов уцелеть практически нет.

Командир группы высказал предположение, что наши хвастливые кригсмарине опять вляпались во что-то дурно пахнущее, и этот приказ вызван тем, что нам нужно срочно их спасать из возникшей опасной ситуации. Похоже, что он прав. Иначе к чему такая срочность и спешка? Конвой вот-вот обнаружат. Действуя против конвоя мы принесем гораздо больше практической пользы, чем защищая никчемные корабли. Какая от них польза? Только стоят в гаванях, прикрытые зенитками и истребителями, которых не хватает нам, бомбардировщикам, когда мы летаем бомбить Мурманск, или когда русские бомбят наш аэродром. Конечно, наши зенитчики стараются вовсю, но русских слишком много, и на место каждого сбитого самолета, прилетает целая эскадрилья. Причем в последнее время все чаще стали встречать желтолицые узкоглазые азиаты - китайцы, завербованные еще во времена Троцкого.

Наши самолеты выполняют перестроение - вперед строем фронта звеньев выдвигаются торпедоносцы, мы идем следом. Делаем мы это для того, чтобы атаковать одновременно. Торпедоносцы атакуют противника справа и слева с носовых углов, а мы ударим сверху. Благодаря этому, вражеским зенитчикам придется разделить свои силы и их огонь будет не таким плотным, и позволит нам избежать слишком больших потерь. Но потери будут. Но об этом не хочется думать. По крайней мере есть надежда, что мой экипаж выживет и наш самолет вернется на базу. Подозреваю, что об этом размышляют и мои товарищи. Мы летим над плотным слоем облачности. Как искать противника? Почему молчит наш командир?

Впереди стал виден огромный разрыв в облаках. Я бы сказал, что мы летя над гигантским облаком стали приближаться к его краю. Хорошо бы если противник оказался там, на свободном от облачности месте. Хотя тогда он получит возможность вести по нашим самолетам прицельный огонь. Взамен мы получаем возможность отбомбиться более точно. Точность в обмен на потери. Суровая арифметика войны, показывающая истинное величие арийского духа в борьбе с бесчисленными полчищами азиатов, под руководством жидокомиссаров, сопротивляющихся знакомству с арийской культурой.

Торпедоносцы, разделившись на две группы, резко увеличили скорость и понеслись вперед со снижением высоты. Заметили? Почему молчит командир?

- Атака с горизонтального полета в сомкнутом строю! Высота три тысячи пятьсот! После атаки уходим домой!

В сомкнутом строю? Хотя если рассудить, то это правильное решение! Наш командир решил послать кригсмарине к черту и не рисковать понапрасну. На высоте в три с половиной, для нас будут опасны только тяжелые и средние зенитки, которых на кораблях немного. Естественно, что точность бомбометания значительно упадет, по сравнению с атакой с пикирования, но благодаря сомкнутому строю, наши бомбы накроют большую площадь и при правильном расчете есть шансы, что мы накроем противника.

Внезапно впереди, за оборвавшейся кромкой облаков появилась группа вражеских кораблей на слепяще-сверкающей водной глади. Мы одновременно видим цель и кричим в один голос: "Крейсер!"…. Крейсер и пять вражеских эсминцев, за которыми тянутся белые полоски кильватеров. Краем глаза я замечаю, как наши торпедоносцы, снизившись к поверхности воды, начинают разворачиваться для атаки. Они будут атаковать двумя группами, выстроенными строем фронта. Курсы групп, и курсы сброшенных ими торпед, будут пересекаться под прямым углом - это затруднит "лайми" и "янки" уклонение от торпед. Такой прием с чьей-то легкой подачи прозвали "золотой гребень". В самый начальный момент я действительно принял крупный корабль за крейсер…. Только когда мы приблизились, стало ясно, что это линкор. Какой он огромный! С него и кораблей сопровождения открыли зенитный огонь. Стреляют только по торпедоносцам. Странно. Мы идем к цели. Большой палец левой руки штурмана-бомбардира эрзац-обер-фельдфебеля Сержа-Марии фон Левински лежит на затертой красной кнопке сброса бомб, и он напряженно всматриваюсь в бомбовый прицел, ловит линкор и дает мне команды. Вражеский линкор в наши самолеты почему-то не стреляет, но в последний момент что-то заподозрив, резко меняет курс. Мы должны попасть в него! Сброс! Толчок говорит о том, что бомбы пошли вниз, и я начинаю резко набирать высоту и менять курс. Ожили зенитки линкора. Поздно! Хотя нет! Второй штаффель, летящий следом за нами попадает под огонь тяжелых зениток линкора, и я краем глаза отмечаю, как "Берта" лейтенанта Куровски превращается в огненный цветок от прямого попадания тяжелого снаряда. Через мгновенье я слышу голос бортрадиста: "Попадание в корму корабля между двух башен!" Бортстрелок успевает сфотографировать взрывы и пожары на борту нашей жертвы. Они уверены, что именно наши бомбы нанесли повреждение противнику. Но этот вопрос будет решать командир штаффеля.

Я замечаю, что вражеский линкор получил еще одно попадание в район дымовой трубы, и резко сбросил ход. На его надстройке возник пожар. Еще два наших пикировщика стали жертвами его зениток, но сумели добиться близких попаданий. Кто-то из парней не выдержав убийственного зенитного огня отбомбился по эсминцам сопровождения. Мы сделали свою работу и возвращаемся домой. Теперь эти олухи из кригсмарине должны закончить нашу работу. А работа проделана неплохая - линкор лишен половины артиллерии и тяжело поврежден - его осталось только добить. Число вражеских эсминцев уменьшилось до двух с половиной - один объят пламенем с креном на левый борт, а два исчезли - видимо поработали торпедоносцы.

Однако и нам досталось. Мы поравнялись с торпедоносцем, левый двигатель которого отчаянно дымил. Кабина "хейнкеля" была забрызгана кровью. Отчаянные парни! По ним лупили практически все зенитки и пулеметы! Дотянут или нет? О боже! Израненный "хейнкель" качнулся, свалился на крыло, и как острый нож вошел в водную гладь моря. До встречи на Валгалле! Но мне лично хотелось бы дожить до глубокой старости.

Мы возвращаемся домой. Пока не ясно куда будет совершен наш второй вылет - на добивание этих кораблей, или все-таки на разгром конвоя. Опять же, вылетев с одной задачей, мы можем по ходу вылета получить другое задание. Проклятое кригсмарине! Вечно они путаются под ногами! Ничего сами сделать не могут!

Я прислушался - моторы "Юнкерса" работали ровно и без перебоев. Посмотрел на приборы - все нормально. Взгляд назад - тоже - из самолета ничего не вытекает, ничто в нем не горит. Значит, шансы вернуться домой и сесть на твердую землю достаточно высоки. И вероятность того, что нам удастся потопить кучу купцов, заработав себе премиальные - достаточно велика. А может и к награде какой-нибудь представят. Хотелось бы, чтобы не посмертно…."

Как сказал бы телевизионный ведущий Сванидзе, комментируя данный отрывок мемуаров немецкого летчика: "Вот она суровая сермяжная правда войны, увиденная глазами человека высокой европейской культуры…" . И никого из читателей уже не удивит, что взгляд американцев на данные события будет иметь серьезные отличия от точки зрения немецкого летчика.

Что расскажет о данной атаке командир "Тускалузы"? Обратимся к его мемуарам, к книге "Арктический вояж":

"Похоже, что в штанах у меня было мокро. Я смотрел на картину разгрома, устроенную люфтваффе, и все это напоминало мне, ту латинскую девушку Монику, которую мы поймали ночью в нашем квартале, и беззастенчиво скопом лишили девственности и одежды.

Нужно отдать должное немецким летчикам - действовали они весьма и весьма профессионально, хотя и в строгом соответствии со своими старыми добрыми традициями. Они с ходу атаковали увиденные ими корабли, и атаковали достаточно успешно, не хуже японцев. Можно было подвести итоги их налета - два немецких эсминца потоплено, один тяжело поврежден. Так же тяжело поврежден и их флагман "Адмирал Хипер" - снизил ход, и на корме сильный пожар, который затруднит применение немцам кормовых орудий главного калибра.

Нас спасло то, что в момент появления немецких самолетов, мы не успели выйти из зоны сплошной облачности, и нацистские самолеты атаковали те корабли, которые обнаружили - немецкие. Они сделали за нас больше половины работы - численность немецкого соединения сократилась вдвое без каких-либо потерь с нашей стороны.

- Изменение статуса!

Что еще за изменение? Ах, вот оно что - похоже, что немцы пытаются прикрыть отход своих поврежденных кораблей! Их два уцелевших эсминца, развернулись нам навстречу, и двинулись нам навстречу, но под сильным углом, пересекающимися курсами, ставя при этом дымзавесу - нечто вроде буквы "Х". За этой дымзавесой, вероятно их поврежденные корабли попытаются разойтись в разные стороны, затруднив мне преследование.

Красиво идут! Но нет времени любоваться! Суммарная скорость сближения кораблей составляет сейчас примерно 45 узлов. Необходимо организовать управление боем. Причем быстро! Проще всего предоставить инициативу командирам эсминцев - на подробные инструкции нет времени, да и всего не предусмотришь. Задача у них есть - уничтожить врага - и решать они ее будут самостоятельно. После войны меня критиковали за данное решение. Кто-то считал, что я должен был провести инструктаж, составить подробные планы. Зачем? Жизнь - это шоу, нужно уметь ярко импровизировать! В данном случае лучше было не мешать командирам кораблей, и заняться управлением "Тускалузы". Задачка простая - нас атакуют два эсминца, нужно составить схему ведения огня. Стрелять по обоим сразу, или по очереди? Каждый вариант имеет свои недостатки - стрельба по двум целям сразу, распыляет мощь крейсера, а стрельба по одному из кораблей, дает шанс второму эсминцу подобраться на дистанцию торпедного залпа - при условии, что его не остановит огонь моих эсминцев.

Я решил расправиться с эсминцами противника по очереди, начав с того, который находился на левых носовых курсовых углах. Почему именно так? Интуитивно - по часовой стрелке - вначале эсминец на "одиннадцать часов", затем эсминец на "час". А может быть и не интуитивно - "Урицкий", наиболее слабый из моих кораблей, шел именно с левого борта, в паре с "Родманом". По правому борту "Эммонс" с "Гремящим".

- Бить по левому! - отдал я команду артиллеристам.

Естественно, что не все орудия "Тускалузы" били по левому эсминцу нацистов - пятидюймовки правого борта стреляли по правому эсминцу. Должен заметить, что в морском бою принято применять две схемы ведения огня - по одной из них данные на стрельбу вводятся без погрешностей - то есть стрельба ведется в одну точку, и снаряды ложатся достаточно кучно. По другой схеме - вводятся небольшие поправки - в результате снаряды падают с небольшим рассеиванием. Каждая из схем ведения огня имеет свои достоинства и недостатки, и применяется в определенных ситуациях. Стрельба с рассеиванием, как это не покажется странным, эффективна в тех случаях, когда точное расстояние до цели установить трудно ввиду большой дальности и большой скорости перемещения целей. Стрельба в одну точку применяется при "устоявшейся дистанции и параметрах движения цели" на меньших дистанциях.

Левый эсминец вышел из строя после шестого залпа башен главного калибра - один или два снаряда с "Тускалузы" его видимо достали, он стал резко сбавлять ход и окутываться то ли паром, то ли дымом, то ли и тем и другим.

С правым нацистом пришлось повозиться - прежде чем его накрыли, он успел зацепить русский "Гремящий", попав одним из снарядов в кормовую артиллерийскую установку советского эсминца. Возможно, "Гремящему" пришлось бы несладко, но первый же залп восьмидюймовых орудий "Тускалузы" по правому нацисту, сбил последним прицел, и теперь уже им пришлось несладко, но нужно отдать должное немцам - они успели добиться попадания и в "Эммонс", в результате которого на кормовом мостике эсминца заполыхал пожар. Логика в действиях немцев была ясна - повредить как можно больше моих кораблей, чтобы они не смогли преследовать поврежденные немецкие корабли.

В принципе, они могли бы добиться более серьезного успеха, если бы атаковали нас до удара люфтваффе - тогда нам пришлось бы очень несладко, но… Люфтваффе отбомбилось по своим, и с моей точки зрения, немецкая атака изначально не имела шансов на успех, в виду нашего численного перевеса. Правый нацистский эсминец, тоже попал под раздачу, и сейчас море вокруг него кипело от всплесков сосредоточенного огня трех кораблей.

И на дно пошел он раньше, чем левый - тот пытался огнем орудий повредить "Урицкий" и "Родман" - но не преуспел. Мы были настроены на победу, поэтому наши выстрелы были более меткими, чем немецкие. Да, те конечно же были неплохо подготовлены и стреляли по схеме "передел-недолет-накрытие", но накрытие, еще не означает попадания, и удача отвернулась от них. Оставшиеся два нацистских корабля, были закрыты от нас дымзавесой, но достаточно хорошо просматривались на экранах радаров, и я знал, где "Хиппер" а где эсминец. Они успели разойтись на достаточно приличное расстояние, и я должен был сделать выбор - разделить силы и преследовать оба корабля, или взяться только за один - за "Хиппер". Я предпочел второе - ибо никогда не знаешь, что выскочит из-за горизонта в следующий момент - может немецкий "карманник" а может еще кто-то. Силы лучше держать в одном кулаке. Формально, у оставшегося эсминца получаются неплохие шансы уйти, но и что с того? Если он сумеет дойти до базы, то несколько месяцев ремонта ему обеспечены. Не нужно быть жадным! После победы над "Тирпицем", один нацистский эсминец можно и пожалеть - нужно помнить, что у немцев еще что-то может быть в запасе, например еще группа самолетов из люфтваффе - отражать атаку которых лучше сосредоточенным огнем. Итак, мы шли вперед, вперед сквозь дым, и до начала схватки с "Хиппером" оставалось совсем немного…"

Снова обратимся к воспоминаниям командира "Адмирала Хиппера", Эриха-Марка Цурзеемана, его книге "Проклятый "Вундерланд":

" …Чертово герингово отродье! Если бы я знал заранее, чем закончиться "дружеская" помощь этих летающих ублюдков…. Но всего не предвидишь! Хорошо хоть я разгадал намерения этих идиотов, и открыл по ним огонь - по крайней мере часть бомб упала мимо, и полученные моим кораблем повреждения могли быть в два раза больше. Но тем и плохи идиоты, что их поступки невозможно предвидеть! Их не остановила даже огромная свастика, нарисованная на палубах моих кораблей. Для чего ее тогда рисовали?

Одна из бомб угодила между кормовыми башнями, и в результате ее взрыва возникли пожары в погребах башен, во избежание взрыва, пришлось их затопить. Это лишило меня сразу половины артиллерии главного калибра. Вторая бомба вывела из строя одно котельное отделение - скорость моего корабля естественно упала. И теперь вопрос артиллерийского боя с противником, был лишь вопросом времени. Боя, в котором противник уже обрел преимущество в весе бортового залпа. Моя затея с эсминцами ничего не дала, кроме их потери. Да, у противника теперь возникнет дилемма, кого и какими силами преследовать - поврежденный крейсер или поврежденный эсминец, но… Вполне вероятно, что у противника неплохой радар, и все было совершенно напрасно. Абсолютно напрасно - по крайней мере, на экране своего радара я увидел, что оба эсминца резко снизили ход, а затем пропали их отметки на экране. Что это дало мне? Только отсрочку. За время которой я чуть-чуть продвинулся к югу. Но не успевает мой крейсер дотянуть до зоны, где начинаются туманы. К сожалению не успевает! Меня зажмут раньше. К тому же, если я буду вести огонь в ответ - мне придется тратить время на периодические повороты, во время которых я буду вести огонь из носовых башен главного калибра.

Надеяться больше не на что. Берлин, как водится в таких ситуациях, благоразумно молчит. А что они, собственно говоря, могут предложить? Еще один налет люфтваффе? И эти ястребы Геринга уж точно и наверняка утопят мой крейсер. Подводные лодки? Вряд ли! Было заранее оговорено, чтобы в данном районе их не было, во избежание опасных недоразумений - атак собственных кораблей. То есть все, что остается - бездарно и героически погибнуть в бою с превосходящими силами противника. Угробить корабль и экипаж, ради того, чтобы прикрыть ошибки планирования и бездарность тех, кто сидит в Берлине.

Если бы во главе Германии стояли умные люди, то они создали бы нормальный, многочисленный флот, а не такой, где корабли можно пересчитать по пальцам! Дожили - число немецких крейсеров, меньше числа пальцев на руке! Это что нормально? Кому нужно такое количество подводных лодок? Что за идиоты сидят в Берлине!…"

Мы оставим командира "Хиппера" с его нравственными терзаниями и плачем о несбывшемся возрождении морской мощи Третьего Рейха, и сделаем свои выводы, из сложившейся ситуации. А выводы будут достаточно простые! То, что произошло во время проведения операции "Вундерланд" было изначально предопределено, и не могло быть иначе! Кто-то из знатоков военно-морской истории, наверняка кинется нам возражать и с пеной у рта спорить, потрясая ТТХ различных кораблей, а также военно-морской историей. Вот в эту вот историю мы этого знатока (или знатоков, если их много) и ткнем носом.

Как это не парадоксально прозвучит, но море - это территория, где нарушаются законы теории вероятности. Как говориться рост, пол, вес и возраст значения не имеют! Напомним читателю кое-что. "Бисмарк". А что "Бисмарк"? Ему помогла СЛУЧАЙНОСТЬ. Именно благодаря ей, он вышел победителем из поединка с двумя английскими линейными кораблями. Попади он "Худу" не в погреб, а на 10 метров правее или левее - бой мог закончиться утоплением "Бисмарка" еще в самом начале, ибо англичане имели двухкратный перевес по числу тяжелых орудий. Сражение у атолла Мидуэй -все историки говорят о роковой СЛУЧАЙНОСТИ, благодаря которой несколько американских самолетов, за пятнадцать минут уничтожили две трети японских авианосцев - японцы имели как минимум двухкратный перевес над американцами, и по всем канонам должны были выиграть. Сражение итальянцев и англичан в Средиземном море - всегда итальянцы имели перевес над англичанами, и всегда англичанам помогала случайность, в результате которой итальянские линкоры получали повреждения - то снаряд залетит, то торпеда попадет. Так что тогда удивляет здесь, в данной ситуации? Та же СЛУЧАЙНОСТЬ. Случайность, которая для моря является закономерностью.

Если бы "Тирпиц" шел на милю восточнее, он бы проскочил мимо "Тускалузы" и эсминцев и бой мог бы принять другой расклад, в пользу "Тирпица". Но … Именно случайность перевесила закономерность, и качественное преимущество "Тирпица" роли не сыграло. А ошибка люфтваффе? Это фатальная неизбежность, традиция. Изучение истории Второй мировой войны говорит о том, что атаки собственных кораблей происходят слишком часто, и избежать их не удается никому. В условиях же существования многочисленных дублирующих друг друга штабных структур, и существования конфликта между люфтваффе и кригсмарине - случайность перерастает в закономерность. Никто не посчитал нужным известить немецких летчиков о наличии в указанном квадрате немецких кораблей. Аналогичные ситуации были и при разгроме конвоя PQ-17, когда немецкие самолеты активно атаковали немецкие подводные лодки, и при проведении операций в Северном море, когда одиночный "Хе-111" потопил два немецких эсминца, и на Средиземном море, когда немецкие "штуки" весело гонялись за итальянскими кораблями, засыпая их бомбами.

Но тогда получается, что ничего удивительного в происшедшем нет? Так ведь именно это и пытаются сказать читателю авторы!

Нам остается только снова обратиться к антисоветской книге Джиллета "Арктический вояж":

"… Мне вспомнилось детство. Кварталы Майами, когда мы гнались за одной негритянской девчонкой, она тогда подвернула ногу, и бежала прихрамывая. Как сейчас помню, эту нелепую шерстяную кофточку на ней, залитую кровью. Мы бежали за ней минут пятнадцать, но настигли - хромой от парней не убежать! Не знаю почему, но изначальное желание изнасиловать, в процессе погони у нас куда-то пропало. Мы забили ее бейсбольными битами прямо на асфальте, а потом облили бензином и подожгли. Почему мы изменили свои намерения? Может виной тому вид крови? У нее сильно кровоточило колено, и кровь нас сильно возбудила. По крайней мере я так предполагаю.

Сейчас, поврежденный "хромой" "Хиппер", убегал от нас, как та негритянская девка. Но все было напрасно. Пришло время пушек!

Первый залп "Тускалузы" лег перелетом. Второй лег накрытием. Видимо мы ошиблись, при определении его скорости, и посчитали ее больше, чем она была. А может быть сыграло и то, что все в экипаже "Тускалузы" были настроены на победу. Быструю, злую и решительную. Замечено, что в таком эмоциональном состоянии, нарушаются все закономерности, и люди творят чудеса, делая невозможные в обычной жизни вещи. Можно говорить о божьем проведении, или о какой-то мистике, но факт остается фактом - если человек знает и уверен в том, что он попадет в цель, и очень сильно этого хочет, то он в нее попадает практически сразу. Именно это и произошло. Игры в "перелет-недолет-накрытие" у нас не было, ибо мой экипаж был настроен не на бой с "Хиппером" а сразу на его потопление.

Что хотели - то и получили. Из шести снарядов второго залпа три легли прямыми попаданиями. Как результат - следующий залп вместо накрытия лег перелетом - скорость "Хиппера" резко упала. То есть один, два или три снаряда попали либо в машинное либо в котельное отделение нацистского крейсера. В ответ ударила его вспомогательная артиллерия. Но не вся. Вместо восьми возможных всплесков, впереди по курсу поднялось только шесть водяных столбов - то есть одна из спаренных 105-мм установок вышла из строя. А дальше нам снова не повезло - снова перелет. Причина перелета - внезапный поворот "Хиппера" - по-видимому, его командир собирался ввести в действие носовые восьмидюймовые орудия.

Нужно отдать должное - стреляли немцы хорошо. Правда всего одной носовой башней 203-мм орудий. И один из снарядов попал в "Тускалузу" выведя из строя сразу два 127 мм орудия на левом борту. Правда этим немецкие успехи и ограничились. Наш ответный залп вывел из строя последние немецкие тяжелые орудия и вызвал пожар в носовой надстройке. "Хиппер" еще огрызался 105-мм орудиями, и вновь повернулся к нам кормой. Видимо его командир рассчитывал частично устранить повреждения и вновь повернуться к нам бортом. Мне даже показалось, что скорость немецкого крейсера немного увеличилась.

Но мою атаку прервали на самом интересном месте. Радар обнаружил воздушные цели - девять самолетов, на высоте 4000 метров. Русские? А если нет? И не поступят ли они так, как поступили их предшественники - перепутав объект атаки? Конечно, девять самолетов сумеют причинить по теории вероятности гораздо меньший ущерб, чем пятьдесят, но на море теория вероятности не действует. Но мои опасения были напрасны - русские пилоты нацелились именно на "Хиппер". Впоследствии я узнал, что их тщательно инструктировали, вручили фотографии и схемы наших и немецких кораблей. Кроме того, с "Урицкого" и "Гремящего" в сторону "Хиппера" запустили серию красных и белых ракет. И наконец, свастика! Нацистская свастика, которая намалевана на палубе каждого значимого корабля - от тральщика и крупнее. Ее русские пилоты тоже разглядели.

Бомбили русские также как и немцы с горизонтального полета. Правда при всем желании пикировать русские не могли - как мне объяснили, данный тип самолета является дальним горизонтальным бомбардировщиком и не может пикировать, хотя при его испытаниях в 1936 году, пилот Коккинаки выполнил на нем "мертвую петлю". Вполне естественно, что девятка русских, добилась меньшего результата, чем полсотни нацистских самолетов. "Хиппер" выполнил маневр уклонения, и прямых попаданий не было, хотя некоторые из бомб легли рядом с его корпусом. Эта атака стоила русским двух сбитых самолетов, и одного тяжело поврежденного. Немцам она стоила потери хода. Нацистский крейсер закачался на волнах, причем бортом к моей "Тускалузе". Как впоследствии оказалось, близкие разрывы русских бомб вызвали "контузию" его энергоустановки и временный отказ автоматики. То есть не смотря на отсутствие видимых результатов атаки, с яркими внешними эффектами, русские пилоты свою задачу выполнили - расстрелять неподвижный немецкий крейсер никакого труда не составляло - десяток залпов главного калибра и он отправится на дно.

Именно по этой причине, меня больше занимал поврежденный русский бомбардировщик - до базы с таким пожаром на борту, на одном двигателе он явно не дотянет, и на месте пилота, я попытался бы приводниться рядом с каким-нибудь из кораблей. Однако русский пилот рассуждал почему-то иначе. Почему? У меня есть одно объяснение - судя по повреждениям русского самолета, большинство его членов экипажа видимо были убиты, а возможно и его пилот был ранен. Так или иначе, но я стал свидетелем зрелища, которое через два года станет кошмаром для всего американского флота на Тихом океане. Горящий русский самолет развернулся и вновь направился к стоявшему без хода "Хипперу". Зачем? Ответ я узнал достаточно быстро - русский таранил нацистский крейсер. Бомб у него на борту уже не было, но было горючее. Немецкие же зенитчики сбить его не смогли - вероятно по причине того, что централизованное управление огнем на "Адмирале Хиппере" было нарушено. Самолет врезался в надстройку ангара между дымовой трубой и грот-мачтой. Похоже, что к бензину с русского самолета, добавился и бензин немецких самолетов, находившихся в этом ангаре. Конечно же русский не выжил, и никто из его экипажа не выжил, но то, что он сделал…

Мы находились в зоне огня 105-мм орудий "Хиппера", но они молчали. Молчали и его восьмидюймовки. Возможно, это было безумием, но во мне проснулась еврейская кровь - я решил сэкономить снаряды, и приказал не открывать огня, пока мы не подойдем поближе - на 10-15 кабельтовых. Немецкий крейсер в ответ делал две вещи одновременно - он весело продолжал гореть, и молчал. Прошу прощения, он еще и стоял без хода! Никто не выжил? Сомнительно! Половина экипажа должна находиться под броневой палубой, и видимо эта половина отчаянно пытается починить энергоустановку, а выжившие наверху борются с пожарами.

Это была феерическая и жуткая картина - пылающий нацист, посреди сверкающего моря, и пять кораблей, которые строем фронта идут с ним на сближение! Совсем, как тогда в Сиэтле, где мы подловили в тупике ту симпатичную мулаточку, которую потом… Ей тогда только и оставалось, что вжиматься в стенку, и ждать, когда мы подойдем поближе и удовлетворим свою страсть… Она не носила нижнего белья по причине бедности. Но какая у нее была нежная бархатистая кожа! Какой она оказалась страстной! Как она исцарапала ногтями стену того тупичка! Как она кричала! Мы даже не стали сажать ее на кол, как планировали в начале. Кто-то из наших, кажется Арон Тюменефф даже потом с ней целый год или два продолжал встречаться. Но как все же изгибалось ее юное тело, когда я, раздвинув ей ягодицы….

Из мечтательных воспоминаний счастливого детства, меня вывел голос старпома:

- Сэр! Морская пехота интересуется - готовиться ли ей к абордажу?…"

* * *

Командир "Адмирала Хиппера", Эрих-Марк Цурзееман, его книга "Проклятый "Вундерланд":

"… Помощь не пришла. Чудо не случилось. Артиллеристы моего корабля проявили чудеса меткости, но все оказалось напрасно. Слишком велик численный и качественный перевес у противника. Нам удалось тяжело повредить вражеский крейсер, я думаю, что он впоследствии затонул - мы видели, как он объятый пламенем выходит из боя с сильным креном на левый борт - но все оказалось напрасно! Мужество и стойкость германских моряков не смогли переломить предательства жидов-адмиралов, окопавшихся в Берлине. Если бы я мог лично доложить фюреру, что его держат в неведении и беззастенчиво обманывают!

Кругом одни предатели, ведущие Великую Германию к гибели! Кто говорил, что люфтваффе уничтожило авиацию большевиков? Мой израненный крейсер подвергся атаке почти двух сотен русских самолетов! Благодаря мужеству и меткости зенитчиков девяносто четыре из них были сбиты, но остальные сумели прорваться к цели. Орды большевистских бомбардировщиков пикировали на мой израненный корабль, я отчетливо видел перекошенные лица жидо-азиатов, сидящих за их штурвалами. Многие из них нашли свою могилу в холодных арктических водах. Многие, но не все.

В результате атаки большевистских самолетов мы полностью израсходовали все боеприпасы к орудиям. Энергоустановка окончательно вышла из строя. Мы не могли двигаться, и нам нечем было вести ответный огонь. А затем подошли американские и английские корабли и стали засыпать нас градом тяжелых снарядов. Это измена! Это предательство по отношению к фюреру и Германии! Связь вышла из строя. Как сообщить об измене?

Флагманский английский линкор замигал клотиком. Что они передают? Предлагают американский плен?…."

Книга Джиллета "Арктический вояж":

"…. Идею абордажа я поначалу счел безумием. Но потом…Хороший командир не должен сдерживать наступательный порыв подчиненных! Он должен направлять его в нужное русло.

- Просигнальте нацистам: "Предлагаю сдаться. Американский плен гарантирую. В случае неподчинения ваш корабль будет потоплен", - несколько высокопарно произнес я, скосив глазом на присутствовавшего в рубке капитана 1 ранга Свиридова - не обидится ли моим предложением нацистам об американском плен?

Но русский офицер лишь усмехнулся и сказал:

- Может и сработать - им есть из чего выбирать - плен советский и плен американский. Благодаря доктору Геббельсу, фашисты уверены, что мы, русские пленных всегда расстреливаем….

Я согласно кивнул, и посмотрел на "Хиппер". Эх, если бы они сдались! Тогда… Тогда мне будет открыта прямая дорога к вице0президентскому креслу, а мои дети и их потомки получат наследственное право избираться в сенат, или сразу становиться губернаторами штатов. Ха! Вы читатель, наверное думаете, что у нас демократия и каждый гражданин… Не читайте газет и предвыборных обещаний! Возьмите в библиотеке книгу, в которой перечисляются фамилии сенаторов и губернаторов за всю историю США, и сами все поймете! Постоянный состав - примерно 90% фамилий. Переменный - примерно 10 процентов фамилий - так сказать приток свежей крови и расходный материал. Да, иногда попадают в высшие круги всякие там народные трибуны, но именно на них и вешают всех собак, и все грехи в экономике, бюджете, финансах. А 90% - это незыблемый костяк, что-то вроде английских лордов. Чтобы скрыть их постоянство затеваются выборы - сегодня ты сенатор от одного штата, завтра от другого, послезавтра губернатор или руководитель банковской системы США. Затем снова сенатор. Именно в этот круг и мечтает попасть каждый честолюбивый американец.

Как долго однако тянется время! Совсем как тогда, на ранчо в Техасе, когда мы загнали к ограде одну мексиканскую девку, и молча смотрели на нее, ожидая, что она сама поймет, что ей нужно раздеться, лечь на траву и раздвинуть…

Не может быть! Нет, ну точно! По боевой рубке "Тускалузы" пронесся изумленный вскрик - "Хиппер" спустил нацистский флаг, и поднял огромное белое полотнище! Что я могу сказать по этому поводу? Только одно - никогда не садиться играть с собой в покер! А по существу ситуации? Ну сдались нацисты? Прежде всего это необходимо зафиксировать на фотопленку - "Хиппер" с белым флагом! Затем высадить абордажную партию и поднять американский флаг - и тоже сфотографировать. А дальше? Шифровальную аппаратуру они наверняка уничтожат, хотя кое-что может и забудут. Значит дальше - экстренно перевезти пленных нацистских моряков на борт "Тускалузы" и моих эсминцев. После - пару торпед в один борт, и сфотографировать гибель немецкого крейсера. Решено! Так и поступим! Ах, да! Еще нужны сувениры для президента и сенаторов!…"

Тут необходимо дать определенные пояснения читателям. В истории Первой и Второй мировой войны и корабли и подводные лодки спускали свой флаг перед неприятелем. Как правило, это происходило в тех случаях, когда либо возможности к сопротивлению были исчерпаны, либо командование сдающегося корабля было деморализовано. Естественно, что бывали и исключения из правил - например, половина норвежского флота позволила захватить корабли без всякого сопротивления, даже чисто символического. В случае с "Хиппером" сыграли роль оба фактора - и повреждения и психологический срыв его командира.

В аналогичной ситуации оказалось в 1940 году английская подводная лодка, которую взяли в плен два немецких гидросамолета. В ходе Второй мировой войны частенько сдавались и немецкие подводные лодки, когда после полученных повреждений теряли способность погружаться. Решение о сдаче в плен принимает командир, или лицо, выполняющее его обязанности. В большинстве флотов мира данный процесс не приветствуется, но иногда случается.

Мог ли "Хиппер" продолжить сопротивление? Уцелевшие его орудия находились с противоположного борта и стрелять по американским и советским кораблям не могли. Все, что осталось его экипажу - это открыть кингстоны и затопить корабль. Но этот поступок совершается под своим военно-морским флагом, и теперь командир "Тускалузы" грезивший прописаться на Капитолийском холме в Вашингтоне, стал счастливым обладателем продукта немецкой кораблестроительной промышленности. Естественно, "б/у" - бывшем в употреблении.

Снова вернемся к книге Джиллета "Арктический вояж":

"… Чего я боялся в тот момент больше всего? Того, что снова появится кто-то, и начнет мне мешать - например немецкие субмарины, "карманник" "Адмирал Шеер", люфтваффе, англичане. Но ни тех, ни других, ни остальных не было! Сорвал полный банк? Как бы не зарваться! Ведь еще нужно вернуться домой, а для этого, нужно снова добраться до полосы туманов и облачности, и добраться нужно раньше, чем прилетят злобные нацисты Геринга, и начнут брать реванш за свои ошибки.

Хотя, признаюсь, меня тогда занесло. Очень сильно и опасно. Пожадничал! Потерял способность разумно и рассудительно оценивать ситуацию. И все это благодаря лейтенанту Патрику Смирновски. Патрик был сыном русской эмигрантки революционерки Сары Когельшлюмп и парижского князя Михаила Орлова. Способный офицер, хотя и максималист. Именно его доклад сбил меня с пути истинного и безопасного. Он сообщил, что при наличии у него полсотни человек, "Хиппер" может дать ход одной машиной через полчаса! Поначалу я опешил, и пытался отбросить эту мысль, как безумную, но она…Представьте себе симпатичную мулатку-проститутку предлагающую вам бесплатные услуги в течении года. Откажетесь? Вот и я не смог отказаться от столь заманчивой идеи. И идея эта затопила мой мозг радужными картинами - портретами вице-президента США Джиллета. Почему "вице"? Потому что именно "вице" играют главную роль - они всегда в тени, их практически никто не знает, но власть и влияние их огромны!

Но где мне набрать полсотни человек для обслуживания энергоустановки "Хиппера"? И не только установки - вахта на мостике, вахта у уцелевших зенитных автоматов, сигнальщики хотя бы по минимуму. Ослаблять "Тускалузу"? Рискованно, даже при всей заманчивости предложения. А если… А если привлечь моряков со спасенных торговых судов, которых мы перевозим? Конечно, согласятся не все - у многих после разгрома 17-го конвоя страх и отвращение к профессии. Но те, которые….Должно получиться!

И получилось! За мыслями о возможных наградах и почестях, я упустил один важный психологический момент. Да, моряки боялись. Но - вернуться на захваченном немецком крейсере в Америку! Это ведь как будто они сами его захватили! И наверняка напившись в барах, они будут сочинять на эту тему истории, которые с каждым разом будут обрастать все большими подробностями. Будет там и про абордаж, и про сотни потопленных подлодок…Я был приятно удивлен числом желающих поучаствовать в доставке трофея в США.

Подозреваю, что командиры русских эсминцев сильно нервничали, из-за того, что процесс возвращения в область плохой видимости начинал затягиваться, но не меньше нервничал и я - ведь удача и дикое везение может закончиться внезапно, и тогда… Страшно подумать, что тогда ожидает меня на родине. А еще радиограммы, которые мы посылали в эфир - их дикое содержание, заставляло и наш и русский штабы постоянно переспрашивать, так как на берегу считали, что приняли их с искажениями.

Время, время, время! Как тогда на Бруклинском мосту, когда мы по очереди трахали ту портовую проститутку, на деньги, собранные от несъеденных школьных обедов. Денег этих хватило всего на полчаса, и мы уговорили ее, чтобы она обслужила нас всех, кого успеет. Меня если честно распирало любопытство, осмотреть захваченный трофей, но время! Времени не было! И вот наконец, "Хиппер" с гордо поднятым американским флагом, с еще не до конца потушенными пожарами, двинулся вперед. По оценке Патрика Смирновски, максимум, что он мог выдать - это 15 узлов. Не до конца ясен вопрос, сколько на нем осталось топлива, и какие цистерны не имеют повреждений. Но Патрик, с присущим ему максимализмом обещал разобраться с данным вопросом. На всякий случай, я известил штаб о том, что моим кораблям может не хватить топлива, чтобы дойти до Исландии.

Наконец, настал тот момент, который был прерван непрерывной чередой безумных событий - момент расставания с русскими эсминцами. Несмотря на заверения русских командиров, я был уверен, что наши гонки за нацистами, истощили и у них запасы топлива. Я был готов поделиться частью содержимого цистерн моей "Тускалузы", но русские меня заверили, что проблем с возвращением у них не будет. Врут конечно. Впрочем, и я вру. Оставалось решить один маленький, но важный вопрос (с учетом того, что я намеревался вломиться в историю и прописаться на ее скрижалях и анналах - совсем не маленький!) - какой сигнал поднять при расставании с русскими эсминцами? Он должен быть лаконичным и запоминающимся. Я оказался явно не Нельсоном. Все, что пришло на ум - это "Спасибо за великолепную работу!". Примитивно? Глупо? Но ведь работа и вправду была великолепной! Надрать задницу нацистам, утереть нос зазнавшимся англичанам - это разве не великолепный результат? Да, нам еще нужно было возвратиться домой, и путь был неблизкий и опасный, но ведь то, чего мы смогли достигнуть - разве это не отличный результат?

Русские эсминцы развернулись в противоположную сторону и практически одновременно с нами нырнули в полосу тумана. Теперь весь путь до Исландии я буду нервничать и не находить себе места. Но мы и русские должны, обязаны благополучно вернуться! Мы отмечены чем-то свыше! Печать удачи, если хотите. Бывает печать смерти, а бывает печать удачи. Кто-то обречен на бесславную гибель, а кто-то на великие свершения.

И еще один психологический момент занимал меня - как бы я поступил на месте командира "Адмирала Хиппера"? Но ответа на данный вопрос я так и не нашел - слишком мы разные люди…."

* * *

Итак, мы можем подвести промежуточные итоги. "Тускалуза" с эскортом и неожиданным трофеем в виде "Хиппера", достигла зоны низкой облачности, туманов и начала "неторопливый бег" в солнечную Исландию. "Гремящий" и "Урицкий" также возвращались на базу. Из немецкой группировки вышедшей на перехват конвоя, остался один из эсминцев, получивших тяжелые повреждения от немецкой же авиации.

У разных историков и независимых исследователей разные мнения насчет причин капитуляции "Адмирала Хиппера", так например известный своими профашистскими взглядами, филолог Б.В.Соколов, желая обелить почитаемый им Третий Рейх, считает, что ключевую роль в провале операции "Вундераланд" сыграли трофейные советские галеты, которые имело несчастье использовать германское командование.

Вот, что пишет он на этот счет:

"… Многие годы мне не давали покоя две вещи - ненавистный мне СССР, который дал мне бесплатное образование и бесплатное жилье (ни о чем я этих поганых коммунистов не просил!), а также причины проигрыша Германии во Второй Мировой войне. Я изучал многие фотографии, конспектировал передачи радиостанций "Голос Америки" и "Свободная Европа", но ответ всегда от меня ускользал.

Помогла чистая случайность. Как-то по-пьянке я сильно перебрал, и не заметил, как изнасиловал малолетку. Очнулся только когда приехавшие сволочи-менты выбили мне половину зубов. Влепили срок по-максимуму. Несколько раз я объявлял голодовки и требовал предоставить мне статус политического заключенного и узника совести, но все было тщетно. Пришлось сидеть как уголовнику, что до сих пор я считаю несправедливым - на этой соплячке, которую я трахнул, был пионерский галстук - кусок ненавистного мне со студенчества советского флага.

Но именно в тюрьме я познакомился с кошмаром советского строя - галетами. Что такое галеты? Галеты - квадратные пересушенные сухари, выпекаемые из крутого мучного теста таким образом, чтобы в них оставалось возможно меньше влаги, и допускающие благодаря этому весьма длительное хранение (до 2 лет). Галеты играют роль хлебных консервов, подобно обычным сухарям, от которых отличаются тем, что уже из выпечки выходят с небольшим содержанием влаги; благодаря этому они гораздо менее гигроскопичны и менее ломки, чем сухари. Галеты изготовляются из различных видов муки с небольшим прибавлением соли и сахара.

Галеты пищевые в разных государствах готовятся неодинаково: в Англии их пекут из пресного пшеничного теста, во Франции - из квашеного, в Германии - из смеси пшеничной и конопляной муки, а в большевистском СССР из ржаной муки с добавлением толокна. Именно в этой ржи и таится кошмар, сгубивший белокурых арийских рыцарей. В чем кошмар? Давайте рассмотрим вопрос галет подробнее.

В 30-е годы 20-века во Франции были разработаны для армии коньячные галеты Паскаля, состоящие из смеси пшеничной муки с коньячной пропиткой, получающейся в виде отброса на коньячных заводах при выработке коньяка из сгнившей пшеничной муки. Эти галеты отличаются большим содержанием белковых веществ и очень питательны. Эти галеты любили употреблять в пехоте перед атакой, так как содержащийся в них коньяк придавал храбрости. Однако такой стимулятор требуется не всем - в люфтваффе и кригсмарине идут изначально храбрые люди, которым нужна не храбрость, а дополнительная зоркость и острота мышления, поэтому летчики и моряки Третьего Рейха употребляют специальные галеты - они состоят из 75% овса, 15% гороха и 10% конопли.

Вообще для вермахта изготавливались также галеты 2 сортов:

Сорт l-й

Муки овсяной 20,8 %

Муки пшеничной 40,7 %

Муки гороховой 30,5 %

Муки конопляной. 4,0%

Масла льняного 4,0%

Сорт 2-й

Муки овсяной 23,0 %

Муки пшеничной 34,5 %

Муки гороховой 34,5 %

Муки конопляной. 2,75%

Масла льняного 2,75%

Сорт 1-й предназначался для войск на передовой, сорт второй, с пониженным содержанием конопляной муки - для войск в тылу. Исключение составляли части ПВО - они питались и первым сортом галет и специальными галетами, о которых сказано выше.

Галеты вермахта (сорт 1-й, и 2-й) должны быть квадратные, размером 10х 10 см, или прямоугольные (специальные), 8 х 12 см; колебания допускаются до 5%; толщина должна быть 13 мм, а средний вес одной галеты 70 грамм. В галетах должны быть сквозные отверстия с интервалом в 1,5 сантиметра. Галеты вермахта упаковывают в деревянные ящики или в бумагу. Ящики для укупорки изготовляются из 12-13-см сухих (не более 15% влажности) досок любой древесной породы. Ящики должны иметь внутренние размеры 60x45x44 см, должны быть плотно сбиты и выложены внутри со всех сторон плотной оберточной бумагой. На бумаге должен стоять штамп укладчика, заверенный печатью местного подразделения гестапо, отвечающего за чистоту расы (евреи к укладке и изготовлению галет не допускаются). Галеты должны укладываться фельдрационами. Рацион должен заключать в себе 700 грамм - то есть ровно 10 штук.

Что произошло с налом войны против СССР? В руки доблестного вермахта попали огромные запасы продовольствия СССР, в том числе и советские галеты из ржаной муки. К сожалению, мне не удалось точно выяснить, почему не был проведен анализ состава большевистских галет. Возможно речь идет об акте саботажа, каким-то из приспешников жидо-комиссаров, а возможно о роковой случайности. Так или иначе, но употребление советских галет отрицательно сказалось на боеспособности всех родов войск Третьего Рейха. Меткость и зоркость солдат снизилась по причине полного отсутствия в составе советских галет конопли. Наличие же ржаной муки привело к резкому ослаблению иммунной системы немецких солдат - они стали чаще и дольше болеть, у них нарушился обмен веществ, и появились проблемы с пигментацией - у некоторых стала темнеть кожа, меняться цвет глаз с голубого на карий, темнеть или даже чернеть волосы.

Как понимает читатель, все это отрицательно сказывалось на боеспособности германской армии. Дошло даже до того, что многие из снайперов вермахта по ошибке стали убивать своих же немецких солдат, у которых потемнели волосы, путая их с русскими "Иванами". И главное зло, как выяснили послевоенные зарубежные исследователи, кроется в пресловутых "коэнзимах Q10", которые современная наука сумела выделить из ржаной муки в чистом виде и использовать в косметической промышленности. Именно эти "коэнзимы Q10", попавшие в организм европейцев в чистом виде и нанесли сокрушительный удар по арийскому величию.

Нужно отметить, что немецкие ученые сумели выяснить причину неудач, которые стали преследовать доблестный вермахт, но сделали они это слишком поздно - в 1944 году, когда здоровье нации оказалось бесповоротно подорвано большевистской отравой. В 1944 году вышел запрет на использование трофейных русских галет, и сразу же была одержана сокрушительная победа над англо-американской армией под Арденнами. Но было слишком поздно! Мстительный Сталин, понял, что в Германии раскусили его подлость, и пошел ва-банк - по его приказу сорок три авиационных полка укомплектованных самолетами "Ил-2" нанесли внезапный удар по конопляным, и пшеничным хранилищам Германии, сбросив на них почти 267 тысяч тонн белого и красного фосфора, в результате чего все хлебные запасы Германии оказались уничтожены, и Гитлер скрепя сердцем отдал приказ, разрешающий употреблять в пищу трофейные советские галеты. Он спас германскую нацию от голодной смерти, но не смог одержать победу над ненавистным мне большевистским СССР. Генофонд арийской нации оказался разрушен - в современной Германии практически не осталось белокурых и голубоглазых стройных мускулистых арийских парней и девушек. Нынешние улицы Берлина больше напоминают улицы Тбилиси - сплошь темноволосые, темноглазые и крючконосые. Так, благодаря подлости большевиков погибла великая арийская культура и цивилизация…."

Можно конечно же покрутить пальцем у виска, прочитав то, что написал Соколов, но вот мнение еще одного исследователя, считающегося наиболее компетентным и авторитетным в вопросе истории Второй мировой войны Мрака Солонина -

"… Несомненно очень многие из тех, кто изучал историю Второй Мировой войны задаются вопросом, почему немцы, всегда воевавшие малым числом против многочисленного противника, "слили" в итоге всю войну, выиграв практически все битвы, включая знаменитую Курскую битву? До недавнего времени этот вопрос оставался под запретом. Но после раскрытия архивов Министерства Обороны РФ, появилась возможность детально изучить данный вопрос. Я изучил множество документов, связанных с пребыванием немецких солдат в плену, а также протоколы их допросов. Все они очень хорошо подтверждаются исследованиями известного немецкого историка Jurgen Grover, его книгой - "Klistir und kefir". Оказывается все очень просто - для усвоения продуктов из зерен ржи, организму требуются особые ферменты, которые вырабатываются далеко не у всех народов. Немецкая нация относится именно к числу тех, у которых данные вещества не вырабатываются. В качестве аналогии можно привести чукчей, у которых нет способности нормально переваривать алкоголь, из-за отсутствия необходимых ферментов. Как следствие - употребление ржаных продуктов народностями неспособными их переваривать ведет к печальным последствиям в функционировании пищеварительной системы организма.

Выражаются это в повышенном газообразовании (рожь начинает бродить и превращаться в квас), в запорах (ржаная клейковина буквально закупоривает кишечник, как быстросохнущий цемент или клей), в дерматитах - вещества содержащиеся в ржаной муке вызывают сильную аллергическую реакцию. Как следствие - способность таких людей выполнять какую-либо работу (например, воевать) резко падает. Как итог - проигрыш в войне…."

Впрочем, нужно учитывать, что оба автора относятся к ярым русофобам, и их мнение естественно является предвзятым. В таком вопросе нужно обратиться к самим проигравшим. Конечно же, немцы тоже начнут лукавить и придумывать оправдания, но из различных мнений можно выявить какую-то закономерность.

Вот некоторые выдержки из писем гросс-адмирала Редера Урсуле (копии писем предоставлены Михаилом Дегтевым):

" … Ты спрашиваешь, почему я так ненавижу пьющих? Алкоголизм - это зло, которое погубит Третий Рейх!

Под алкоголизмом я подразумеваю отравление арийского организма алкоголем.

В кригсмарине принято различать два вида отравления:

а) опьянение - состояние лица в данный момент под влиянием введенного в организм алкоголя в количестве, способном вызвать физиологические изменения,

б) пьянство - повторное потребление алкоголя, имеющее только что указанные последствия.

Да, милая Урсула! Алкоголь это яд! Многочисленные научные опыты в Равенсбрюке, Дахау и Освенциме доказали вредное влияние на организм даже самых незначительных доз алкоголя, например, 2 грамм (половины чайной ложки). В настоящее время можно считать установленным в медицине отсутствие полезных и наличность многих вредных, гибельных последствий потребления алкоголя. Вредные действия алкоголя, как они признаны в Третьем Рейхе, сведены доктором Менгеле к следующим: торможение психических функций, ослабление газообменной функции крови, ухудшение работы сердца, охлаждение тела, расстройство питания, понижение сопротивляемости против бактерий и вирусов, понижение умственной и психической работоспособности, склонность к душевным заболеваниям, создание хилого и болезненного потомства, затруднение заживления кожных покровов.

В частности влияние алкоголя на психическую деятельность, по исследованию доктора Дирлевангера, выражается "в затруднении понимания и способности следовать мысленно за окружающей обстановкой, способности самоопределяться; затруднении сосредоточения внимания, замедлении способности ассоциации, в понижении деятельности интеллекта, в неспособность создания или понимания сложных сопоставлений, в отсутствии критической оценки своих и чужих поступков. Вместе с тем облегченная двигательная реакция приводит к повышенному чувству своей силы, к бесцельным и насильственным действиям". Как итог по германскому флоту - примерно четверть наших кораблей гибнет по вине командиров-алкоголиков месяцами не выходящих из запоя. Сюда можно добавить еще и риск венерических заболеваний и, главным образом, французским сифилисом.

Степень алкогольного отравления, а с другой стороны, способность противостоять его вредному влиянию зависят от разнообразных причин. Главнейшие из них чистота арийской крови - чем она чище, тем выше риск стать алкоголиком. Увы уже имеется целый ряд статистических и полученных путем наблюдения данных. В немецкой армии % начавших пить на службе в 8--9 раз превышает % бросивших пить; % пьющих солдат увеличивается пропорционально числу прослуженных ими лет; % офицеров, находившихся на излечении в военно-лечебных заведениях от острого отравления спиртом, в 30 раз превышает % нижних чинов. % личного состава заразившегося в состоянии опьянения, сифилисом достигает 50--65. К приведенным данным нужно присоединить еще указание военно-уголовной статистики, доказывающей, что в числе осужденных за воинские преступления % алкоголиков колеблется от 50 до 95. В армиях других государств, все гораздо лучше - унтерменши не так отравляются алкоголем….

"Трезвый" корпус офицеров создает армию трезвенников. Но пропаганда идеи трезвости и образование соответствующих обществ в армии признания не получила…

… Канарис мне рассказал, что употребление алкоголя с началом войны запрещено в американском, шведском, испанском, египетском и японском флотах, значительно сокращена в итальянском флоте. Но я в этом вопросе одинок. Фюрер не хочет и слова слышать на эту тему. Он говорит, что нельзя ущемлять права арийцев и что-то им запрещать. Производство шнапса продолжается. И это, когда Германии перестало хватать пшеничного хлеба, и мы вынуждены травиться русским черным хлебом из ржи. Хочу тебя предупредить, избегай по возможности употреблять этот продукт в пищу - ничего кроме болезней и отравления он не вызывает…."

Достаточно забавно. По мнению Редера, немцев погубил алкоголь и все тот же ржаной хлеб. А может Редер и есть тот самый автор мифа об опасности ржаного хлеба, а все остальные, включая Соколова и Солонина, просто переписали, эту сказку?

Но все-таки, почему? По личному мнению авторов - все достаточно просто. Не было никакой сверхрасы. Дело в математике. Мировая война - это тотальная война. Она отличается от локальной масштабами и продолжительностью. В локальной войне можно победить за счет качества, в тотальной - за счет ресурсов. Взвод спецназа может вырезать роту пехотинцев, но рота спецназа полк пехотинцев уже не вырежет. В тотальной войне размен идет один к одному. Там есть свои закономерности и законы. Например плотность зенитного огня. Определенное количество зенитных орудий выпускают определенное количество снарядов. Для сбития одного самолета, требуется определенная плотность огня - сколько-то орудий на единицу площади. Иногда эти зенитки не могут сбить самолет, иногда сбивают два. Но если рассмотреть работу зениток за длительный период, закономерность будет выполняться. "Н-ное" число пуль на погонный метр гарантирует уничтожение пехотинца идущего в атаку… К чему мы говорим об этом? К тому, что слишком много необъясненных до сих пор событий, осталось от той войны. "Кондоры" - слишком часто они появлялись и слишком часто их сбивали. Неизвестные атаки подводных лодок. Неизвестные танки. Неизвестные сбитые самолеты. Неизвестно куда исчезающие миллионы тонн стали, произведенные немецкой промышленностью. Если плясать от свидетельств тех, кто воевал с немцами - число этих немцев должно быть в несколько раз больше. Откуда спросит читатель, ведь число немецкой техники известно, и историю каждого танка самолета можно отследить по номерам? Можно, при условии, что перечень номеров полный. А полный ли он? У авторов есть глубокие сомнения. Но развивать эту мысль дальше мы не будем, ибо речь идет об операции "Вундерланд". К ней мы и вернемся.

Были ли шансы у немцев нанести удар возмездия? Чисто технически - да. Немецкая авиация вполне могла успеть достать американские и советские корабли, при условии знания их точного местоположения. Ни одна из немецких подводных лодок перехватить надводные корабли уже не успевала. Значит авиация на взлет? Все было бы просто, если бы не было так легко. В штабе Северного флота рассуждали аналогичным образом. И пришли к выводу, что повторный вылет люфтваффе нужно сорвать ЛЮБОЙ ценой. Именно ЛЮБОЙ. Такая трактовка вопроса весьма характерна для русского человека. "Мы за ценой не постоим". Забросать трупами? А это с какой стороны рассматривать данный вопрос. Многое еще зависит и от интеллекта того, кто рассматривает данную ситуацию. Например, филолог Б.В.Соколов считает, что именно так русские люди всегда и поступают. Аналогичного мнения придерживается модельер Красиков, стилист Бешанов и гражданин США А.Солженицын. Но мы то с вами, читатель не филологи!

Что поставлено на карту в данном вопросе? На карту поставлен вопрос поставок вооружения и стратегических материалов в СССР. Больших поставок! Того, что утонуло, благодаря предательству Черчилля на кораблях конвоя PQ-17, хватило бы на вооружение армии. Армии, которой возможно не хватило, чтобы отразить немецкое наступление на Сталинград. Чем собирается жертвовать Головко, для того, чтобы поставки вооружения в СССР возобновились? У него в наличии полтора десятка тихоходных МБР-2, шесть Пе-2, и три бомбардировщика СБ. Остальные не успевают. Не успевают по разным причинам - задействованы в других мероприятиях, находятся на ремонте и т.д. Истребительного прикрытия не будет - не хватает дальности! Все три типа самолетов обладают разными скоростями, поэтому отправлены разными группами. Распыление сил? Смотря как посмотреть. Истребители, прикрывающие аэродром, не могут висеть в воздухе постоянно - им нужно рано или поздно садиться. Если немцы взлетят на перехват первой группы, то есть вероятность, что вторую перехватывать будет некому - немецкие самолеты будут заправляться. Кроме того, группы будут идти на малой высоте и заходить с разных направлений. Еще зенитки. Потери неизбежны.

Основная задача - вывести из строя взлетно-посадочную полосу аэродрома. Это поможет только на половину, ибо помимо аэродрома в Банаке, есть еще аэродром в Бардуфорсе, достичь которого не хватит дальности. Но "уплотнение" самолетов базирующихся на аэродроме, затруднит их массовое использование. Именно на это сделал ставку Головко - вывести из строя один из аэродромов, чтобы немецкие самолеты вынуждены были ютиться на одном поле. А уничтожение самолетов? Не все так просто! Самолеты, как правило ставятся в капониры, защищающие их от взрывной волны и осколков, и уничтожить их можно только прямым попаданием. Есть еще вариант подловить момент, когда самолеты выруливают из укрытий и кучно выстраиваются на поле для взлета, но для этого нужна как минимум наземная разведгруппа с радиостанцией, наблюдающая за аэродромом. Тогда, есть шанс накрыть ударом незащищенные самолеты. Но не было у Головко разведгруппы, и самолетам поставили задачу вывести из строя взлетно-посадочную полосу.

Из 6 Пе-2 по цели отбомбились только 4, два самолета были сбиты истребителями дежурного звена. Один был сбит зенитками, еще один был перехвачен теми же истребителями после нанесения бомбового удара. Трем бомбардировщикам СБ повезло - только один получил повреждение от зенитного огня. А вот тихоходным "амбарчикам", увы устроили бойню. Помимо истребителей, снова взлетевших в воздух, они были атакованы и Ю-88, возвращавшимися после атаки "англо-американцев". В итоге из 15 МБР-2 на базу вернулось только 5. Немецкие зенитчики записали себе 30 сбитых советских самолетов, летчики люфтваффе - 58 (всего советские ВВС потеряли 14 самолетов). Но дело свое самолеты КСФ сделали - взлетно-посадочная полоса была сильно повреждена, плюс, один из сбитых упал на бензохранилище в результате чего возник пожар, перекинувшийся на склады с боеприпасами. Аэродром оказался не способным принять "юнкерсы" и их перенацелили на Бардуфорс. При этом немцы потеряли четыре Ю-88, совершивших аварийную посадку в районе Банака (лететь дальше им не позволяли повреждения. Головко выиграл время для отхода американского соединения! А это увеличивало шансы возобновления поставок военных грузов для РККА через арктические порты.

Нам, потомкам, легко обладая послезнаниями, критиковать тех, кто жил в ту эпоху за неправильность поступков. С точки зрения нынешних "исследований" - потери были не оправданы, так как повторный вылет немецких самолетов был отменен еще до их возвращения на аэродром. Но откуда Головко мог знать про то, что в Берлине между Герингом и Редером разгорелся скандал по поводу ошибочной атаки немецкими самолетами, немецких кораблей? Он этого не знал, и поступил, исходя из тех сведений, которыми располагал на тот момент. И атакованный аэродром в Банаке заработал снова только через 72 часа - именно трое суток понадобилось немцам на устранение последствий авианалета. Пилотам же севшим в Бардуфорсе, вылет запретили во избежание повторных ошибок - Редер надеялся, что "Тирпиц" все-таки не потоплен, а просто потерялся в тумане, а связи нет по техническим причинам.

Геринг в ответ на обвинения Редера, цинично представил участников вылета к высоким наградам - все погибшие, и наиболее отличившиеся были награждены Рыцарскими Крестами Железного Креста (по нашим меркам - аналог Героя РФ). И это награждение, как ни странно, состоялось. А как же со сдачей "Хиппера"? А как быть человеку загнанному в угол командованию? Либо он исполняет приказы и становится винтиком в механизме, либо он игнорирует приказы сверху и берет инициативу в свои руки. Или так или этак - совместить и то и другое невозможно - это как беременность наполовину. Немецкая эскадра, командиру которой предоставили бы полную самостоятельность добилась бы гораздо больших успехов. Но всему мешает "бы". Это "бы" мешало не только немцам, но и многим другим. Например, командирам РККА. Очень многие из них перекладывали ответственность на Москву, в результате чего мы откатились до Москвы и Сталинграда. Одни думали, инициативно воевали и гибли, другие действовали по принципу - "авось рассосется". И немцы от советских командиров абсолютно ничем не отличались - просто они начали первыми, и у них оказалось преимущество первого хода. Как только у немцев начинало где-то что-то сбоить - все шло наперекосяк. Аналогичным образом вели себя англичане, французы, японцы. Как только где-то на пути отлаженной машины попадался песок попадающий в ее шестеренки, начинались странные вещи и необъяснимые события. Пятеро матросов, оказавшиеся на пути немцев рвущихся к Севастополю, лишили немцев возможности захватить город с ходу - как итог - девятимесячная возня Манштейна и кровавая мясорубка за овладение городом. Зенитчицы 1077-го зенитно-артиллерийского полка задержав на какое-то время немецкие танки, сорвали планы молниеносного захвата Сталинграда. Пушки старого крейсера "Сан Джорджио" (официально потопленного англичанами полгода назад) не давали англичанам целую неделю взять Тобрук. Множество советских наступательных операций 1941-1942 годов, оказывались сорванными благодаря упорству безымянных немецких пехотинцев, сумевших лишний час-два задержать продвижение советских войск. И так далее до бесконечности.

Немцы вполне могли выиграть эту схватку, не понеся практически никаких потерь - при условии, что на советских и американских кораблях неслась вахта по боевой готовности N2 - тогда и "Тускалуза" и большинство эсминцев были бы потоплены "Тирпицем" еще до подхода остальных немецких кораблей. Но засбоило! Инструктаж Берии - и вахта на "Урицком" по БГN1 - все на боевых постах. И тут, уже никакие методы поклонников Резуна и Бешанова, меряющих все линейкой, роли не сыграют! Немецкие "Фердинанды" и советские ИСы иногда подбивали даже из противотанковых ружей, а американский сухогруз "Либерти" атакованный немецким вспомогательным крейсером, сумел утащить на дно и своего обидчика - все возможно, было бы желание!

Поэтому споры о причинах провала "Вундерланда" можно вести до бесконечности, но факт остается фактом - операция сокрушительно провалилась. Вне зависимости от того, что пили и ели в кригсмарине и люфтваффе - ржаной хлеб или конопляные галеты. Но остался еще один пациент "карманник" "Адмирал Шеер". Может быть у него что-то получится? Ведь он идет по пятам практически безоружного конвоя! И остановить его нечем и некем! У командира "Шеера" есть шанс поймать удачу за хвост. Но для этого, он должен помнить, что Арктика изменчива. Он должен не бояться льда. Он должен помнить, что главное это не толщина брони и калибр снарядов, а люди. Именно люди становятся либо тупыми винтиками в отлаженном механизме, либо "песком" который выводит этот механизм из строя, причем "песок" в песок может превратиться как упорный и настойчивый враг, так и сам винтик механизма, изъеденный ржавчиной фрейдистских комплексов собственной неполноценности.

Можно смеяться над Фрейдом и его учением, но… те, кто принимают его учение на веру, становятся заложниками этого учения, и начинают ржаветь, превращаясь в "песок". Ну какая скажите вам разница, больше Ваш член чем у соседа по школьной парте или нет? Если грудь Вашей соседки на размер больше, то о чем это говорит - да ни о чем! Недостаток внешности можно компенсировать душевными качествами, знаниями и практическими навыками. Кстати, объем груди, если мозгов в голове нет, можно увеличить с помощью силикона. Мужчинам в этом отношении сложнее - длину члена с помощью силикона почему-то до сих пор не увеличивают. Ущемление прав!

Но сможет ли командир "Шеера" перебороть себя? Ведь неудача с "Сибиряковым" и Диксоном, оптимизма и уверенности в себе ему не прибавили! А еще бестолковые приказы из Берлина. Или не бестолковые? Это смотря с какой стороны на это посмотреть. Впрочем, в такой ситуации есть испытанное средство - нужна маленькая победа. Тогда есть шанс вернуть себе уверенность, и увеличить тем самым эффективность "Шеера" в три раза за счет морального фактора. Впрочем, в три раза - это по мнению Наполеона. В реальности, уверенность в себе, превращает людей в тот самый песок, об который стирается самая прочная в мире сталь. А вот для обретения такой уверенности, нужно быть уверенным в своей правоте. Тот, кто прав, тот и сильнее. И неважно, что этот человек с точки зрения цивилизованного европейца примитивен и мыслит пещерными категориями каменного века. Помогла ли "белому человеку" Джеймсу Куку его цивилизованность в конфликте с местным населением? А Союз Советских Социалистических Республик, как известно, был братской семьей народов. Разных народов, разной культуры, разного уровня образованности. Но образованность - это абсолютно ничто, по сравнению с уверенностью в своей правоте. И именно с такими людьми предстояло вскоре встретиться "Адмиралу Шееру".

Вспоминает А.В.Чекмарев:

"… "Нас бросала молодость на кронштадтский лед…". Интересно, в чьей голове родилась эта безумная идея? Пока все шло нормально - летим над бездной в брюхе завывающей всеми четырьмя моторами "Каталине". (ее движки были сделаны путем спаривания - поэтому и четыре мотора). Моих орлов, вместе со мной - десять человек - минометный расчет, пулеметный расчет, два комвзвода и я сам. Обещали, что остальных перевезут позже. Поставлена боевая задача - ни много ни мало - остановить немецкий рейдер, и если он застрянет во льдах - взять оный на абордаж. "Нас бросала молодость на кронштадтский лед…".

Что характерно и ежу понятно, что что-то не в порядке у наших отцов-командиров. Опять что-то проспали. Не учли. Опять где-то личного состава не хватило. Из-за чего? Я думаю, что все из-за того же - боятся наши штабисты, штабники и штабирасты воевать по науке. Или не хотят. Тяжелое наследие покойного Тухачевского? Очень может быть! Этот клоун всю войну просидел в немецком плену, и никакого военного опыта так и не приобрел. В итоге армию учили по его, еще дореволюционным знаниям. А те самые знания гласили, что в атаку нужно ходить густыми пехотными цепями. Так и ходят. Прямо под пулеметы, которых у немцев по одной штуке на взвод. А казалось бы чего проще - научить людей передвигаться змейкой, небольшими группами! Ведь это еще в Первую мировую во всех странах стали делать. Ан нет - все по старинке воюем. Столько народу положили и все зря.

И вот теперь мы летим через все Карское море к черту на рога, затыкать очередной прохлоп. Однако страха нет. Чай не дураки. В своих орлах я абсолютно уверен. С точки зрения какого-нибудь "шпака" - мы типичная военщина, абсолютно тупая и абсолютно необразованная. Ну и что с того? Какая к черту разница - "экзистенциалист" или "эгсгибиционист"? Как идиота не назови идиотом и останется! В какой сфере жизни можно применить это знание? Костер от него без спичек сможет разгореться? Или рыба лучше клевать начнет? На кой ляд мне учить фамилии всех этих художников-маляров? Шишкина знаю, Верещагина знаю, Левитана знаю - их картины запоминаются, потому что хорошо нарисованы. А для чего мне Ренуар и Ван Гог? Маляры-недоучки! Интересно, а эти Ван Гоги и другие Гоги и Магоги, могут мину из 82-мм миномета с 1000 метров положить аккурат в дымовую трубу как мой командир минометного расчета, Таймур Байрузович Углубеков, узбек по национальности? А отследить белку в лесу по царапинам на деревьях?

А умеет интеллигенция делать горилку и сало, как это умеет делать мой радист - Абрам Михельсон из славного города Львова? Так он еще и Морзе отстукивает так, что Паганини отдыхает. И от часиков, кошелька и портсигара при удобном случае вас незаметно избавит! А что Ван Гог? Слышал я, что этот маляр наркотой баловался, и под кайфом себе ухо столовым ножом отрезал. А потом и вовсе вроде совершил абсолютно успешную попытку суицида. Это нормально? Это клиника! Его б сюда, к нам на Север - мигом бы научили нашу Советскую Родину любить!

"Каталина" все так же противно выла своими моторами, а я старался решить задачу - как успешно выполнить боевой приказ и народ свой при этом не положить. Поможет при этом знание фамилий импрессионистов? Фрейд и Ницше со своей ерундой отдыхают! Если Абрам стал расспрашивать, носят ли фашистские моряки карманные или наручные часы, носят ли с собой портмоне и кошельки - значит комсомолец Михельсон уверен, что у него все получится. Воровать нехорошо? Так ведь это не кража, а добывание разведданных!

"Каталина" все завывала, но что-то в ее вое поменялось. Идем на снижение! Ну вот, сейчас мы и повеселимся!…."

Итак, на карту была поставлена правильность теории "белого человека", как носителя общечеловеческих ценностей. Справится ли экипаж "Шеера" - тысяча белокурых арийцев, защищенных надежной крупповской броней, с минометчиком-узбеком, не способным понять разницу между художниками-импрессионистами и художниками-импрессионистами, и заочно осуждающему упадничество Пастернака?

Но прежде мы немножко затронем еще одну тему связанную с любой войной. Речь пойдет о так называемых "судах неустановленного типа". Выше мы уже говорили об избыточном числе увиденных и сбитых немецких "кондоров", о странностях с серийными номерами "Пантер", "Фердинандов". Затронем и вопрос о том, почему в Германии считали Землю полой внутри. Поскольку некоторые из читателей не совсем поняли о чем пойдет речь дальше, попытаемся конкретизировать и привести конкретные примеры.

Итак, "судно неустановленного типа".

Что это такое?

28 марта 1942 года, советская подводная лодка К-22 подверглась атаке трех сторожевых катеров, сбросивших на нее 72 глубинные бомбы. Немецкие источники этот факт отрицают.

29 марта 1942 года, советская подводная лодка К-22 подверглась атаке трех сторожевых катеров, сбросивших на нее 193 глубинные бомбы. Немецкие источники этот факт отрицают.

28 марта 1943 года, с немецкого сторожевика V 6109, наблюдали прохождение трех торпед. Советскими данными не подтверждается.

13 апреля 1943 года, советская подводная лодка М-121 атаковала немецкий конвой 2 торпедами, однако на немецких кораблях охранения видели следы трех торпед. (советские подводные лодки типа "М" имели всего два торпедных аппарата)

* * *

Чем можно объяснить появление "судов неустановленного типа"? Часть случаев можно конечно же списать на навигационные ошибки в счислении, полярную рефракцию, нервное напряжение ("померещилось"). Но все равно остается "сухой" и необъяснимый остаток. Авторы предлагают четыре версии.

Версия первая. "Зеленые человечки".

Под "зелеными человечками" авторы подразумевают атлантов, инопланетян, гиперборейцев, антарктов, эльфов, снежного человека, лох-несское чудовище и его родню, вампиров, "квакеров" (морской термин) и прочую аналогичную нечисть.

Предположим, что вся эта братия или часть ее существует. Может ли она проявлять себя и вмешиваться в дела людские? Безусловно, может. Но… Возникает чисто технический вопрос. Если речь идет об иной, высокотехнологичной ( или магической) цивилизации, то зачем атаковать чисто человеческим оружием - торпедами, глубинными бомбами? Где лазеры, мазеры, гразеры? Где файерболы и боевые магические заклинания? Именно поэтому, по мнению авторов, версия с "зелеными человечками" маловероятна.

Версия вторая. "Гости из будущего"

Если человеческая наука шагнет далеко вперед, то вполне вероятно, что наши потомки создадут машину времени. Как ее будут использовать? На первых этапах существования вероятно исключительно для науки, но затем изобретение перейдет в разряд ширпотреба. Вполне вероятно, что появятся фирмы, занимающиеся организацией рискованных путешествий в прошлое - желающих повоевать и пострелять во все времена было огромное количество. Соответственно, существует вероятность того, что часть из "судов неустановленного типа" может относиться к такого рода "гостям" из будущего. Но реальных подтверждений этому пока нет. Или они засекречены.

Версия третья. "Параллельные миры"

Данная версия объединяет и параллельные миры и психофизические аномальные возможности человека. Суть версии такова - время от времени открываются окна в параллельные миры, либо коллектив людей усилием воли материализует что-то из разряда оружия. Однако пока эта версия абсолютно ничем не подтверждена. Известны определенные случаи, якобы связанные с путешествиями людей в параллельный мир, но они документально ничем не подтверждены, и вероятнее всего относятся к прибыльным газетным сказкам и мифам.

Версия Четвертая. "Все врут календари".

В основе версии лежит вопрос "двойной" бухгалтерии. Вроде бы математика простая наука, но в реальной жизни все зависит от системы учета. Если объект (корабль) не учтен в списках флота, то его в составе флота нет, и его боевые действия, повреждения, гибель нигде не отражается. Корабль может принадлежать к какому-то сухопутному ведомству, или к какой-нибудь гражданской организации. Он может переходить из одной организации в другую, зачастую со сменой наименования. Все это создает адские трудности для историков, пытающихся разобраться в образовавшемся болоте, и очень удобную кормушку для пропагандистов и переписчиков истории. Манипулируя списками и цифрами можно создать диаметрально противоположные описания войны - в зависимости от того, какая цель поставлена перед автором. Из наиболее популярных морских тем - это "личная флотилия подводных лодок Гитлера" и "антарктическая флотилия ПЛ Третьего Рейха". Существовали ли они на самом деле? Увы, точного ответа здесь дать невозможно ввиду полного отсутствия документов. В этом кстати и заключается парадокс истории Второй Мировой войны. Все пишут о педантичности немцев, якобы записывающих каждый чих, но когда дело доходит до дела, выясняется, что ничего они не записывали и не учитывали. Либо учитывали где-то в других списках, не связанных с данной темой.

По мнению авторов, большинство "судов неустановленного типа" - это прямое проявление отсутствия нормальной системы учета и контроля при ведении документов. Данные суда существовали, и где-то значились, но информация по ним содержится в архивах других "непрофильных ведомств". Например знаменитый "белый крейсер" - никогда не состоял в списках ВМФ СССР, хотя был вполне материальным объектом.

Впрочем, и все остальные версии, имеют право на существование, хотя и значительно меньшей долей вероятности.

А сейчас мы вернемся к теме повествования и обратимся к воспоминаниям Меендсена-Болькена, к его книге "Схватка среди суровых льдов":

"…Снова нахлынул ледяной холод и снова не отпускал меня. Я искал от него спасения в воспоминаниях - вспоминал Берлин, Урсулу, мой визит к ней. Все ранее задуманные планы были перечеркнуты Берлином. Зачем планировать, если тут же все перечеркивать? Творилось что-то странное в эфире - "Хиппер" не мог связаться с "Тирпицем". Магнитные бури? Серебристые облака? Где конвой? Почему так кардинально перекроили планы? Я должен прорываться Северным морским путем в Тихий океан, уничтожая по пути русское судоходство. Честно говоря, у меня было много сомнений по поводу возможности выполнения задуманного. А если я встречу льды? Надеяться на броневой пояс?

Наибольшие опасения вызывал именно лед. Если корабль попадет в ледовую ловушку - помощи ждать неоткуда. Русские имеют богатый опыт захвата кораблей вмерзших в лед. Два десятка лет назад, их Балтийский флот восстал против комиссаров, но все корабли были в итоге захвачены большевистской пехотой.

Мой корабль шел на северо-восток навстречу неизвестности и безжалостно-равнодушному льду. Зубы отбивали дробь. И от вибрации корпуса и от холода. Связи с подлодками Денница не было. В районе острова Медвежий происходило что-то зловещее. Похоже, что коварные "лайми" одурачили Берлин и организовали ловушку для наших кораблей. Это не оставляло мне никакого выбора. Абсолютно никакого - за мной следил русский гидросамолет, и постоянно радировал какую-то информацию. Есть все основания считать, что англичане, после того как разделаются с нашими кораблями у Медвежьего, примутся за мой крейсер. То есть я должен залезть в лед как можно глубже и дальше. В идеале отгородиться от английской эскадры многокилометровым ледовым полем, сквозь которое они не смогут пробиться. И значит у меня только одна дорога - на восток.

Наверное, я уже наскучил читателю своими рассказами о моих чувствах к Урсуле. Я перейду сразу к встрече со льдом. Льдом и конвоем. Конвоем, который мы искали и пытались встретить у Медвежьего, и который оказался далеко на востоке. И не только от нас, но и от основных русских портов - Мурманска, Архангельска, Диксона. Именно дымы и мачты этого конвоя обнаружились на горизонте, когда "Адмирал Шеер" подошел к кромке льда. Два пробных залпа в сторону конвоя меня разочаровали. Сильно разочаровали - на таком большом расстоянии, точность стрельбы была практически нулевой. У меня был шанс потопить пару судов противника, но ценой расходования всего боезапаса. Это неразумно! Я должен подойти ближе. Для этого нужно найти путь во льдах, и двигаться быстрее судов этого каравана. Хуже всего в том, что уже наступили сумерки, и ночные часы для продвижения вперед я не смогу использовать из-за того, что в темноте не будет видно ледовой обстановки. Да и днем - из-за отсутствия самолета я не смогу грамотно вести ледовую разведку, вся нагрузка ложиться на плечи сигнальщиков.

Но… Почему корабли конвоя идут на восток? Объяснение только одно - русские создали мощный арктический порт, о котором в Берлине ничего неизвестно! Но как конвой сумел проскочить незамеченным? Вокруг Новой Земли? Через пролив Маточкин Шар? Или… Я слышал, что на острове Рюген проводятся эксперименты с целью выяснить - не является ли Земля полой внутри. Не использовали ли союзники какой-то тайный проход, через эту полую землю? Нырнули в проход в районе Исландии или Гренландии, прошли по внутренней "подземной" части Земли, а затем вынырнули в районе русских арктических вод? Видимо так оно и обстоит - не случайно к Арктике проявляют интерес и Люфтваффе и СС и "Аннеребе" и еще множество организаций Третьего Рейха.

Что это дает в перспективе? Возможность скрытой переброски войск? Вряд ли - скорее всего входы в полую Землю находятся в арктических водах среди льдов - тут ничего быстро не перебросишь - нужны транспорты в огромном количестве и ледоколы. Для переброски армии потребуется "непобедимая армада". А вот расширение жизненного пространства это дает. Наверняка внутри полой земли есть и вода и суша - вода это морепродукты и полигоны для кораблей, суша - это полезные ископаемые и сельско-хозяйственные поместья, которые можно заселить рабами-унтерменшами. Это будет Величайшее открытие на благо Германии. Но его придется вырывать с боем. Прежде всего нужно захватить один из пароходов этого конвоя, точнее его штурманские карты и командный состав - капитана, старпома и помощников - тогда станет ясно, где находятся входы в полую Землю. А это означает, что у меня один путь - только на восток! Я должен догнать этот конвой!…"

А мы продолжим повествование воспоминаниями другой воюющей стороны. Вспоминает А.В.Чекмарев:

"… "Глупый пингвин робко прячет, тело жирное в утесах…". "Каталина" доставила нас к каравану. Что характерно, безумная затея отторжения уже не вызывала. А то! Я ведь большевик, хоть и из бывших! А как сказал классик - "Нет таких крепостей, которые не могли бы взять штурмом большевики!". И что характерно, это аксиома! Аксиома, подтверждающая всесильность марксистско-ленинского учения. Единственным условием, для ее (аксиомы) работы, является следующее - личному составу нужно поставить задачу, но не говорить о том, как эту задачу правильно выполнять. Как там у классика? "Через четыре года здесь будет город-сад" - И что характерно построили. Построили по очень простой причине - никто рабочим не объяснял, что с 09 часов 15 минут до 09 часов 18 минут рабочий Иванов везет первую тележку с кирпичами, а с 09 часов 18 минут до 09 часов 21 минуты рабочий Иванов везет вторую тележку с кирпичами - просто поставили задачу - построить город по начерченному плану за указанные сроки. Сроки были абсолютно нереальными, но об этом никто не знал и город построили в срок.

Наша ситуация была схожа - атаковать рейдер, взять на абордаж. Как? А как хочешь, так и бери - главное выполнить приказ. Насчет "как" - есть на верхней оконечности туловища, что характерно, предмет именуемый головой. Так вот этой головой нужно думать, а не есть. Едят, что характерно ротом, а не головой. Некоторые конечно пытаются есть головой, но, что характерно, люди лежат лицом в салате часами, а салат из тарелки не убывает! Нам повезло, что у нас было время до наступления темноты - я мог осмотреть ледовое поле, отгородившее караван от немецкого рейдера и наметить путь выхода своего подразделения на рубежи атаки. Атаковать решили ночью. Основная трудность, что характерно - именно ночное выдвижение на рубеж атаки. Ледовое поле, о котором я сказал, было полем условным - кое-где торосы, кое-где трещины, где-то полыньи. Преодолеть несколько километров в полнейшей темноте - занятие довольно рискованное.

Также было необходимо выбрать позицию для миномета и прочих огневых средств, запасные позиции, пути наступления, отхода. Командир конвоя, что характерно, обещал нам авиаподдержку. Два гидросамолета, размером с У-2 готовили к ночному вылету. Потопить рейдер они, наверное, не смогут, но внимание отвлечь им удастся. Чем хороши лыжи в военном деле? Тем, что пункт инструкции "выполнение команды кругом на лыжах", вызывает гомерический хохот у окружающих, ибо занимает две с половиной страницы машинописного текста.

Ах, да про лыжи….Возможно среди читателей встретятся поклонники литературных талантов Виктора Суворова-Резуна, но мне наплевать на их обиды. Речь пойдет о тех самых сапогах, которые кто-то видел перед самой войной у границы. Именно на основании этих сапог Суворов-Резун сделал идиотский вывод о том, что Сталин готовился к нападению на Германию. Почему идиотский? Потому, что мне как военному человеку сразу становится ясно, что упомянутый Суворов-Резун - гражданский шпак, откосивший от армии и незнакомый с военным делом. Почему я так считаю? Потому, что данную "мелочь" знает даже рядовой срочной службы, уже на первом году этой службы.

О чем речь? Поясню. Мехлис, не смотря на его в определенной степени сволочную натуру, и некомпетентность во многих вопросах, совершенно не зря лично водил солдат в штыковые атаки в финскую войну и совершенно не зря строчил доносы о бестолковых действиях проверяемых командиров. Его "поход в народ" выявил, что между тем, что докладывается наверх, и тем что происходит в реальности есть огромная разница. В частности дело касается командиров подразделений. Этих командиров учил кто? Этих командиров учили те, кто в 1937-1938 году были осуждены за заговор - Тухачевский, Блюхер, Егоров и иже. Обладали ли эти военачальники необходимыми знаниями - нет, не обладали - ни один из них не закончил Академии! Ни один из них не закончил курсов "Выстрел". Скажете - чему их там могли научить? На курсах "Выстрел" читали лекции знаменитые генералы - Брусилов и Слащев. В Академии - большинство преподавателей тоже были из "бывших". А чему могут научить те, кто ничему не научился? Только тому, что знают и умеют сами! Знать они практически ничего не знали, а из умений - гонор, почти мания величия.

Именно от "тухачевцев" и образовалась пропасть (или дистанция) между солдатами и офицерами в РККА. "Баре" и "холопы". Конечно же не все были такие, но… Бацилла "бонапартизма" расползлась по РККА и привела к тому, что командирам стало наплевать на подчиненный личный состав и его проблемы. Кстати, именно из-за этого и сложился миф о том, что Жуков самодур, и "Мясник". А что ему еще оставалось делать? Он отдает приказ о наступлении - его не выполняют, или выполняют тупо - гонят "холопов" на пулеметы. Естественно, что он и бил физиономии подчиненным и отдавал приказы об их немедленном расстреле. Частенько под раздачу попадали и те, кто совершенно не виноват.

Причем здесь сапоги? Финская война была зимней войной. Среди личного состава из-за плохой заботы командиров было много случаев обморожения. Как бороться с обморожением? В первую очередь - теплая одежда и обувь. С одеждой проще всего - можно в крайнем случае что-то одеть сверху, либо носить шинель на пару размеров больше, и под этой шинелью, носить что-то дополнительно. А вот с обувью возникли проблемы - сверху на сапоги ничего не оденешь, а одеть под низ - не лучше, а даже хуже - обувь станет теснее, и шанс получить обморожение увеличится. Какой сделали вывод? Зимняя обувь должна быть просторнее летней. Но тогда получается, что у солдата должно быть два комплекта сапог - зимние и летние? Именно так. Причем зимние сапоги должны иметь широкое голенище, в которое можно заправлять ватные зимние штаны. Но где взять столько кожи? Она ведь не на деревьях растет! Было решено, что зимние сапоги будут кожаными, а летние из кожезаменителя - кирзы. Была еще одна тонкость - расход кожи - расширение голенищ сапог вызвало его увеличение. Вроде на немного, но в масштабах страны…Поэтому голенище зимних сапог укоротили. Что получилось в 1941 году? Выпуск кирзы только начали налаживать, а кожа поступала по графику. Получив кожу, промышленность стала изготавливать зимние сапоги. Нужны ли они летом? Конечно нет, ибо в них очень неудобно - слишком свободные - натирают в кровь ноги личному составу. Оставить на складе? Правильно! Но! Склады РККА создавались из расчета, что у солдат одни сапоги, а не два комплекта - зимние и летние. И постоянных хранилищ для второго комплекта не имеется. Какой выход? Временные хранилища под открытым небом.

Портится обувь? В определенной мере да, но что делать? Что, характерно, это относится и к снарядам. Освобождены от польских захватчиков Западная Белоруссия и Украина. Освобождена Бессарабия от румынских захватчиков. Где хранить боезапас частям РККА на освобожденных территориях? В бывших польских и румынских складах? Так они в районе старой границы СССР! Что делать? Временно, хранить ящики, укрытые брезентом под открытым небом, в ожидании пока построят новые хранилища. А еще нужны хранилища вещевого имущества, казармы, аэродромы. И все это нужно построить, и на все это нужно время и средства. А еще дороги, линии электропередач, телеграф, электростанции. Но Виктор Суворов, никогда не служивший в армии, встретив упоминания о сапогах, решил, что это факт подготовки к нападению на Германию - типа мы их не шапками, а сапогами закидаем. Душевнобольной человек этот Резун, что характерно, ничего другого от человека, видевшего армию только по телевизору и нельзя ожидать.

Но закончим разговор о сапогах. Проблемы с обувью были не только в РККА, но и остальных армиях мира. И не только с обувью, но и с военной формой. Если посмотреть на ассортимент того, что носил вермахт, то непосвященного человека начинает душить жаба - какие они типа эти немцы молодцы - какое у них разнообразие! А откуда это разнообразие? И самое главное для чего? Чем больше моделей обуви, тем труднее ее выпускать, и тем тяжелее планировать ее выпуск. Если бы Германия производила все это разнообразие, то еще в 1938 году ей пришлось бы вводить карточную систему для гражданского населения. Однако этого не произошло. Почему? Потому, что вермахт использовал трофейное военное имущество захваченных стран. А в каждой стране были свои пристрастия и своя мода. У одних ботинки, у других сапоги, у третьих полусапожки и так далее. Такое разнообразие приводило и к довольно печальным последствиям. Широко известен факт, что в строительной организации Тодта носили военную форму одежды. Но мало кто знает, что она была трофейной военной формой, захваченной при аннексии Чехословакии. Что она из себя представляла? По сути - французскую форму конца Первой мировой войны. К чему это привело? К тому, что во время войны с Францией в 1940 году, многие подразделения Тодта, ошибочно принимались за французских солдат и подвергались обстрелу.

Именно поэтому, когда начались военные действия против СССР, захваченную трофейную советскую военную форму, отправляли далеко в тыл. Но не обувь! С обувью всегда были проблемы. А тут - запасы кожаных сапог, которые не успели эвакуировать. И эти сапоги начали широко использовать. Потом их даже ошибочно стали называть "немецкими". Немцы носили их за неимением лучшего - своей кожи на сапоги для офицеров с трудом хватало, а всякие брезентовые ботинки - хороши для Африки, но не для России. А тут кожаные сапоги! Да, неудобные из-за широкого голенища - чтобы не спадали с ног, туда начали магазины от пистолетов-пулеметов засовывать или гранаты.

Вот, собственно говоря и вся история про сапоги и белобилетника Резуна-Суворова. Есть правда еще одна загвоздка. Связана она с лингвистикой. Независимые испанские исследователи проанализировали "Архипелаг ГУЛАГ" Солженицина и произведения Резуна с помощью полутора десятков компьютерных программ - вывод везде был один - все эти произведения написаны одним и тем же человеком, никогда не жившим в России. Более ранние и более поздние произведения Солженицина написаны другим человеком. Что тут можно сказать? Скорее всего, речь идет о каком-нибудь потомке Герцена, который вторую свою половину жизни (ту, за которую его стали считать просветителем, а не бабником и алкоголиком (первая половина)) провел безвылазно в Англии.

Но хватит об этих идиотах. Вернемся к нормальным людям. Узбекам, например. Вы считаете, что узбек не может быть нормальным человеком? Рискну предположить, что Вы потомственный москвич из интеллигентской семьи или эмигрант из Нью-Йорка в шестом поколении, и мерилом нормальности человека для вас является количество театральных актрис, которых вы сумели уложить в постель, а также способность напиваться до полного бесчувствия, и что характерно я окажусь прав. 99,99% жителей России никогда не видели балерин Большого Театра в нижнем белье, и что? Большой театр - это еще не Россия. "Есть женщины в русских селеньях…" И что характерно в таком количестве, что нынешний Запад до сих пор жаба душит. Некоторые из нынешних "зябликов" из-за русских женщин страдают комплексом умственной, психической и физической неполноценности. Один клоун, кажется Сергей Веревкин, хотя точно не уверен, написал, что например Зоя Космодемьянская не совершала подвига и была психически больным человеком. Хотела с помощью ОДНОЙ бутылки с бензином сжечь целую деревню, обрекая ее жителей на смерть от холода.

Что характерно, любой служивший в армии поймет, что у этого Веревкина с головой явно не в порядке, либо он передергивает факты. Откуда в деревне, сразу же, после того, как схватили Зою Космодемьянскую, появились немцы? То вдруг не было, а то вдруг появились? Так ведь именно они и схватили - в деревне размещался немецкий гарнизон, и часть жителей деревни из-за этого выселили на мороз умирать от холода. Что характерно, банальный вопрос о том, что человек, передвигающийся по вражеской территории должен обладать хорошей морально-психологической подготовкой, этот же Веревкин тоже не рассматривает. Почему? А что Вы хотите от человека, знания которого об армии базируются на голливудских кинофильмах?

В этом и беда современных читателей. Раньше существовала цензура, КГБ и карательная психиатрия. С их исчезновением мы получили неконтролируемое по численности скопище маньяков и "зябликов". Что характерно, такая же ситуация в СССР существовала и в 30-е годы. Прожектеров-реформаторов среди "маасковской тилигенции" было больше, чем шведов под Полтавой. Спасибо товарищу Сталину, за уменьшение их поголовья! Если бы не он, то писали бы мы сейчас не кириллицей, а вавилонской клинописью или древнегреческим шрифтом ( дюжину безумцев, собиравшихся заменить русский алфавит, удачно сгноили на лесоповале). Тот же Солженицин - сейчас об этом не пишут - а ведь носился с идеей обязательного ношения бород для мужчин! Дескать, царь Петр Первый - палач трудового народа и западнофил - давайте вернемся к славянским традициям - будем носить бороды! Благо цидуля будущего светоча российской тиллигенции к Лаврентию Павловичу попала - тот наложил резолюцию: "Разрешить гр.Солженицину носить бороду. Ежеквартально проводить с ним тренировки по практическому газоокуриванию!" А были и еще прожекты!

Что характерно, со всеми разбирались. Честно разбирались. Многие ведь предлагали дельные практические вещи. Были и разного рода химеры конечно же, но часть из них писалась честными и порядочными людьми, не обладавшими достаточным запасом знаний. Эх, веселое время было!

Впрочем и сейчас не скучное! Пару раз по пути на боевую позицию, мы чуть не угодили в трещину между льдинами, но дошли без потерь в личном составе и с исправной материальной частью. Позицию для миномета я выбрал среди ледяных торосов примерно в полукилометре от рейдера. Многометровые глыбы льда защитят нас от осколков и мелких снарядов. С тяжелыми снарядами - проблема, но ведь нас еще нужно успеть засечь! А план был таков - быстро опустошаем минометный боезапас - ящик мин расстреляем меньше, чем за минуту - рывок в сторону вдоль торосов. Пока нашу старую позицию, где были замечены минометные вспышки, будут освещать прожекторами и обрабатывать артиллерией - еще чуть в сторону и вперед к рейдеру. Но это при условии, что при авианалете и обстреле выявиться, что борт рейдера соприкасается со льдом. Если же будет замечена полоса чистой воды - смысла близко приближаться к кораблю - нет.

Тогда будем импровизировать. Смастерим из нагана и резинки от трусов чудо-оружие и …Конечно же это будет нарушением Женевской и Гаагской конвенции, но нам то что? Это покойный император Николай Второй ее подписывал. На свою голову. Чем он в результате закончил, что характерно, всем известно. Чем закончат нацисты, что характерно, стало ясно уже в гражданскую войну в Испании. Да, там они победили. Но…

Там их "добровольцы" начали впервые проявлять то, что ведет к гибели любую нацию - издеваться над более слабыми. Это самая страшная вещь в любом обществе. Это всегда нужно пресекать на корню и выжигать каленым железом. Публично вешать и расстреливать! Иначе - нация обречена. Почему? Потому что безнаказанность - страшная и заразная вещь! Она выдвигает на первый план все самое низменное в человеке. Запинать толпой одиночку. Это входит в привычку - человек упивается своей "властью", он считает себя избранным, а всех вокруг - недочеловеками. Что в итоге? А в итоге - исчезновение слабых. Остаются сильные. Сильные, которые начинают мстить за погибших слабых. Именно мстить, а не вести войну. Речь идет об истребительной войне. Войне на уничтожение подонков. Кому скажите мешали 15 или 20 тысяч женщин и детей города Керчь, расстрелянных по приказу Манштейна в 1941 году? Манштейн не знал? Купите селедку на базаре и заставьте ее делать Вам миньет! Кому мешали жители Хатыни? Партизаны? Посмотрите на карту - от Хатыни до ближайшего немецкого военного объекта, как до Парижа раком! Просто белокурым ребятушкам захотелось повеселиться. Так почему я должен проявлять гуманизм к этим сволочам? Цивилизованность? Купите себе, что характерно, вторую селедку!

К сожалению, я не был интеллигентом, и не мог скоротать время нравственными радениями о судьбах России и моем нелегком интеллигентском времени. Именно поэтому, мы сидели среди торосов и пытались рассмотреть в темноте хоть какие-то дополнительные подробности. Время тянулось мучительно медленно. Но тянулось, и что характерно, дотянулось до часа "Ч". Немецкий рейдер, был кораблем достаточно шумным, и приближения самолетов мы не расслышали. Но зато все неплохо и хорошо увидели. На мой взгляд каждый из них нес не больше 300-400 кг авиабомб - больше им с их движками не потянуть. Меня интересовали технические вопросы - какие за боеприпасы применят летчики, и как они решат извечную дилемму "точность-мощность". Суть этой дилеммы в следующем - чем больше заряд ВВ, тем больше безопасная высота сбрасывания, чем больше высота сбрасывания тем ниже точность. У серии бомб малого калибра, сброшенных с малой высоты, больше шансов попасть в цель, чем у крупных бомб, сброшенных с большой высоты, но зато меньше наносимый ущерб.

Я не угадал. Впоследствии мне рассказали, что вместо авиабомб, которых не было, использовали нештатный боеприпас - самодельные емкости с зажигательной смесью - этакие бутылки, точнее стеклянные бутыли с аналогом "коктейля Молотова". Состав рецептуры рассказывать не буду - дабы не вводить всяких современных психов в искушение. Поскольку летчики не использовали фугасные боеприпасы, то атаку они произвели на бреющем. Полыхнуло красиво! Безумно красиво! И тут меня осенило!

- Отставить стрельбу! - отдал я команду Углубекову, - Огонь по команде!

Тот недоуменно на меня уставился, подкручивая при этом рукоять наводки миномета, на уточненную дистанцию (вражеский рейдер теперь был хорошо подсвечен).

- Дождемся, появления на палубе пожарных расчетов и откроем по ним огонь, - пояснил я нетерпеливому узбеку, и на его бесхитростном лице ясно стал отражаться весь ход мыслительного процесса. Лицо Таймура озарилось улыбкой - он все понял.

Я навел бинокль на фашистский крейсер и стал ждать. А вот теперь, кажется пора - на его палубе и надстройках стало ясно видно активное мельтешение и суета матросов.

- Огонь! - крикнул я.

Хлопок. Хлопок. Хлопок. Хлопок….

- Меняем позицию!

К моему удивлению, ответного огня не было. Позднее, когда я рассказал об увиденном морякам, они мне объяснили, что вероятнее всего сигнальщики крейсера были ослеплены пожаром, а разрывы минометных мин приняли за взрывы зенитных боеприпасов. Возможно так оно и было. Но мне требовалось сделать следующий ход - в отсвете пожара я разглядел, что фашистский крейсер плотно увяз во льдах, и у нас есть шанс попытаться повоевать на его борту.

Вы считаете эту затею безумием? Она не такая безумная, как кажется на первый взгляд. С чисто технической точки зрения, группа враждебных лиц, попавших на борт корабля способна частично вывести из строя корабль, даже без применения взрывчатки и огнестрельного оружия. Чем современнее корабль, тем более он уязвим, по причине применения разного рода электроники и автоматики. Электросистема. Вентиляционная система. Найдите приемную решетку вдувной вентиляции и бросьте туда хотя бы горящую сигарету. Что произойдет? Тлеющую сигарету понесет по вентиляционной трубе, и она начнет биться о ее стенки. Возможно она потухнет, а возможно встретит на своем пути скопление пыли и растительных волокон, которые обычно образуются в местах фланцевых соединений труб вентиляции - этот комок вспыхнет и полетит дальше. Куда его занесет? Хорошо (для корабля) если в помещение с негорючими материалами, а если в погреб? Замените сигарету куском промасленной тлеющей ветоши - эффект будет большим.

Электрощит. Рядом с электрощитом часто располагается щит с аварийно-спасательным инструментом - топор, кувалда, зубило, струбцина и т.д. Зубило предназначено для прорубания корпуса электрощита при пожаре, для того, чтобы туда можно было подать пламегасящую смесь. Пробиваем корпус шита и кидаем внутрь что-то железное - гвоздь, гаечный ключ. Задача - закоротить контакты и устроить короткое замыкание. Как итог - выгорание всего щита. Для устранения пожара, и протягивания времянок требуется время, которого может и не быть. Электродвигатель? Они чем - то охлаждаются - жидкостью или воздухом. Если есть открытый доступ к его вращающимся частям - двигатель можно списать. Насос? Движущиеся части, система смазки. Особый смак - помещения, где стоят всякие шкафчики с лампочками - радиостанции и прочее.

Главная проблема - бдительность вахты. Как только присутствие посторонних будет замечено - нужно удирать, и еще не шанс, что это удастся. Но до того момента - можно неплохо повеселиться, поиграть в игру "Юный техник". Вы спрашиваете, как мы собирались подняться на борт корабля? Честно сказать я об этом не задумывался - главное было незаметно подобраться, а там по обстоятельствам. Именно поэтому, мы сделали небольшой крюк и зашли с противоположного от пожара борта. Наивно? Согласен. А есть другой способ? Что характерно, мне еще не доводилось встречать человека, способного справиться с тремя селедками одновременно, а поэтому хватит и тех двух, что я предлагал вам купить. Тем более, что как сказал классик "что-то сгнило в доме Облонских…." - вахта на рейдере неслась из рук вон плохо! Точнее не неслась. Точнее неслась. А….!!!!! Моряки мне потом объяснили, что хотя фашист и стоял во льдах, вахта на нем скорее всего неслась по-походному - никакого вахтенного у трапа они не выставили. Бардак? А мне то что? Это проблемы фашистских адмиралов, а не мои! Или Вы предлагаете мне заняться воспитанием дисциплинированности в кригсмарине?

Несколько смущало то, что мои орлы смотрелись достаточно нелепо в белых маскхалатах на палубе корабля. Что-то б потемнее им! Но нет времени! Вперед! Что тут у нас? Торпедные аппараты, какие-то люки и трап, ведущий к кормовой башне. И какие-то двери. Времени на все - не больше минуты - именно столько времени потребуется нормальному человеку, чтобы сообразить и осмыслить нашу наглость, а затем принять решительные меры. Матьььь!!!! Комсомолец Абрам Михельсон уже что-то начал откручивать! Ну и пес с ним на разбор полетов нет времени. Торпедный аппарат - как вывести из строя? Дверь, что за ней? Марево тепла и блевотины - укачало морячков что-ли? Вот оно - какая-то труба с сеткой - забор воздуха? Рука стремиться прилипнуть. Ножом пробиваю стальную проволоку сетки - Углубеков уже сует мне в руку что-то мягкое. Ветошь? Они что тут и приборочный инвентарь хранят где попало? Нет. Это что-то родное - кажется, узбек вырвал кусок ватника с подкладкой и пропитал чем-то горючим. Когда успел? Наверное когда шли - из-за холодного воздуха обоняние притупилось. Проталкиваю ветошь в труду. Чирк зажигалки - готово! Понеслась родная! Пока я мучался с вентиляцией, Углубеков с напарником пытались оторвать какой-то кабель из пучка проходящего под потолком. Хотя нет - кажется, моряки называют подволоком. Интересно куда понесло комок ветоши? Потом! Потом! Что-тут еще? Еще одна дверь - там вроде голоса - соваться опасно! Эх, и что же с торпедным аппаратом? Молодцы! Оторвал Таймур Углубеков вражий кабель! Знать бы еще от чего он! Пора уходить, пока не замели, если уже не замели! Ты….!!!! Я дернул замешкавшегося узбека за собой, но не успел - он таки кабель этот не выпустил, а ткнул им в какую-то коробку. Му…ак!!!! Полыхнуло так, что перед глазами теперь парад планет и не хрена не видно - потребуется несколько секунд, чтобы глаза привыкли к темноте.

Матььььь! Выскакивая из надстройки на палубу, я больно приложился подъемом стопы о какую-то неприятную железяку. Уходим! Уходим!

- Камраден! Алесс гемахт! - произнес я для своих орлов.

Где этот хренов Михельсон? Вот он! Вот же….! Волочет какую-то фиговину! Ну на фига она ему сдалась? Уходим! Уходим!

Снег предательски оглушительно громко захрустел под ногами. Заметут! Заметут мать его! Одна очередь из спаренных зенитных автоматов и от моего подразделения останется десять окровавленных тушек, не поддающихся опознанию. Быстрее! Быстрее! Да выбрось ты эту х…ню!

Уф! Неужели? Перебежками к позиции где был оставлен миномет. Отдышаться! Вот же черт! Рано ушли! Можно было еще секунд тридцать или минуту побезобразничать. А так - и смех и грех - оборванный электрокабель, короткое замыкание, и возможно локальное задымление от куска тлеющей ветоши, а у остальных? Михельсон что-то украл. Допустим, что он украл САМОЕ ГЛАВНОЕ на фашистском корабле. Что еще? Ага - две бутылки с коктейлем Молотова куда-то приспособили на манер растяжки. А это что? Я повертел в руках увесистую металлическую коробку с обрывками проводов. Вряд ли что-то ценное - скорее всего обычная распредкоробка, и судя по толщине обрывков кабелей - скорее всего сети освещения. Что еще? Подожгли и запихали грязный носовой платок под заборный грибок вентиляции? Эх!!! Нужно было не платок, а несвежие портянки …. Повторить рейд? Или не стоит? Реальная жизнь показывает, что второй раз одна и та же наглость не срабатывает. Будем сидеть здесь и ждать рассвета. И все-таки, что это за железяка у Михельсона? Если честно, то я разочарован. Перестраховался. Я думаю, что стоит нанести второй виз… Ох ни х… себе! Засекли! На голову посыпались куски льда от торосов, за которыми мы прятались. А где звук выстрела? Вспышка была и неслабая, словно кто-то из главного калибра жахнул, а звук то где? Я аккуратно приподнялся и повернулся лицом в сторону фашистского корабля. Из его носовой башни валил густой дым, подсвечиваемый то ли светом, то ли отблесками пламени, пробивавшимися из каких-то отверстий в башне. ????? Час от часу не легче! Там, что - вторая группа работает? Мы же в корме шуровали! Мда…. А наших результатов что-то не видать. Обидно! За родную Красную армию обидно! Фиговый из меня командир! Скажут - струсил!

Ан-нет! Ох…мать!!! Что-то рвануло на корме. Красиво рвануло! Значит, не зря своих орлов тренировал! Знать бы еще что?….."

О том, что же на самом деле произошло на "Адмирале Шеере", можно узнать у Меендсена-Болькена, в его книге "Схватка среди суровых льдов":

"… Ночь оказалась сущим кошмаром и подтвердила важность моего открытия. Полая земля действительно существует! Только проход в нее находится не в районе Новой Земли, а там, на востоке - там, куда двигался этот караван. Потому, что именно оттуда англичане перегнали авианосец, две эскадрильи "Свордфишей" которого нанесли внезапный ночной авиаудар по моему кораблю. По началу я думал, что повреждения не столь опасны, как кажутся - пожар в надстройке и не более того. Палубы целы. Системы и механизмы внутри корпуса не пострадали. Но потом взорвались тяжелые бомбы с часовым механизмом, падение которых экипаж не заметил из -за пожара в центре корабля. Таких бомб было сброшено две - одна в район носовой башни, а вторая в район кормовых торпедных аппаратов.

Благодаря мужеству команды, успевшей затопить носовой снарядный погреб, детонацию боезапаса удалось предотвратить, но половина артиллерии главного калибра моего корабля вышла из строя. Взрыв бомбы в кормовой части корабля был менее разрушительным. Вышли из строя оба торпедных аппарата, но совместной детонации боеголовок торпед не произошло. Насколько я понимаю, наши радары проморгали появление англичан из-за того, что они шли на малой высоте. Самолеты шли двумя волнами - первая была отвлекающей и применила зажигательные бомбы, для подсветки цели, и отвлечения личного состава несущего вахту на верхней палубе для тушения пожара. Вторая волна сбросила бомбы крупного калибра с часовым механизмом. Я знал, что эскадрильи "Свордфишей" по штату состоят из двенадцати машин, а бомб взорвалось всего две. Где остальные десять? Либо на корпусе корабля, либо на льду около него. Рано или поздно они сработают, и тогда…. До наступления утра свободные от вахты офицеры и матросы были привлечены к поиску невзорвавшихся авиабомб на корпусе корабля и в радиусе 100 метров от него. Но все усилия были тщетны. Я стал понимать, что упустил что-то важное. Но что? Новая разновидность оружия? Ледовые мины? Магнитные мины, пробивающие лед и прилипающие к корпусу?

И куда теперь двигаться? На западе эскадра союзников, на востоке английский авианосец, который наверняка не один. Принять последний бой, как "Бисмарк"? Тогда к чему хранить радиомолчание? Если я погибну, то Берлин не узнает о моем открытии! Пора выходить в эфир. Нужно успеть доложить все подробно, пока не рассвело, ибо с восходом мой корабль будут ждать нелегкие испытания, а возможно даже и последний бой…."

У читателя наверняка возникли вопросы по прочтению двух последних отрывков. То, что атаку двух гидросамолетов, командир "Шеера" принял за атаку двух эскадрилий английских самолетов, мы полагаем объяснять читателю не нужно. А вот насчет взрыва носовой башни "карманника" требуется кое-что пояснить. Системы вентиляции бывают отсечные и общекорабельные. Также бывают системы вентиляции объединяющие несколько отсеков. Для чего такое разнообразие? Не для чего, а от чего! Если каждый отсек оснастить своей системой вентиляции со своими вдувными и вытяжными магистралями, вентиляторами и клапанами, то получится трудноуправляемая система, которую очень сложно контролировать и обслуживать. Кроме того, в случае пожара в одном из отсеков и выхода из строя отсечной вентиляции, возникают серьезные проблемы с вентиляцией этого отсека. По этой причине систему вентиляции стараются сделать общей для всего корабля (исключение составляет вентиляция котельных и машинных отделений). В результате - из носа в корму тянутся две трубы - вдувная и вытяжная магистрали. К ним могут примыкать отсечные отростки и отводки. Между отсеками, либо на отростках магистрали ставят захлопки - или клапана, перекрывающие либо конкретный отсек. Делается это для прекращения доступа воздуха в отсек, в случае возникновения там пожара. Но в нормальной ситуации захлопки открыты.

На верхней палубе "Шеера" в его средней части возник пожар. Воздухозаборные грибки вдувной вентиляции в месте возникновения пожара были перекрыты аварийными партиями, чтобы дым и искры от пожара не засасывались внутрь отсеков корабля. Забор свежего воздуха стали производить в кормовой оконечности корабля. Причем не напрямую с верхней палубы, а через "тамбур" - из внутренних помещений кормовой надстройки. Делалось это для того, чтобы проходя через надстройку воздух чуть-чуть нагрелся и не так сильно выстужал помещения корабля в арктических водах. Часть свежего воздуха "с улицы" подсасывалась через приоткрытые грибки вентиляции. В результате всего этого - кусок тлеющей ветоши, протащило из кормы в нос корабля по главной вдувной магистрали. Почему эту тлеющую ветошь не выбросило в ближайший отсек, а протащило через всю почти стометровую трубу? Вполне возможно, что так оно и произошло, но Чекмарев совершенно правильно говорил о том, что в вентиляционных системах с течением времени накапливается всякая пожароопасная ерунда - чей-то волос, кусок нитки от мешка, пыль, пух и прочее. Любая шероховатость на внутренней поверхности трубы может привести к тому, что летящий по ней волос или нитка зацепятся, а далее начнут играть роль мини-фильтра собирая на своей поверхности частички пыли, или другие волосы, нитки, шерстинки. Образуются комки разной величины. Время от времени они срываются. В большинстве случаев ничего не происходит - по мере дальнейшего полета по трубе комки рассыпаются или разрушаются лопастями вдувного вентилятора. Но иногда случаются и нештатные ситуации. Известно достаточно много случаев, когда курение на подводной лодке приводило к фатальным последствиям - искра или окурок попавшие в трассу вдувной вентиляции находили на своем пути горючее вещество, что приводило к пожарам разного масштаба от локальных до фатальных - с выходом из строя материальной части.

Есть все основания считать, что именно это в итоге и произошло на "Шеере" - что-то горящее или тлеющее попало в носовой погреб, где хранились заряды к орудиям главного калибра, и воспламенило их. Что произошло с торпедными аппаратами? Единственное объяснение - детонация одной из боеголовок торпед. Вероятнее всего, вышеупомянутые растяжки с коктейлем Молотова установили в самих торпедных аппаратах, в районе хвостовой части одной из торпед. Резкое возрастание температуры в результате пожара, и давления в результате разгерметизации одного из резервуаров торпед теоретически могли привести к детонации боеголовки. Но возникает множество вопросов - немецкие торпеды оснащены системой, которая в теории предохраняет от подобных случаев. Не совсем понятно, сколько нужно времени на открывание задней крышки торпедного аппарата, и как сработает растяжка, если эту крышку закрыть - ведь проволока попросту будет перекушена. Напрашивается предположение, что что-то было не в порядке в "королевстве Датском" - либо на палубе "Шеера" хранились глубинные бомбы - но такого не может быть по определению. Использование разлетевшегося в результате пожара зенитного боезапаса? Или использовался боезапас из кранцев зенитных автоматов, установленных в кормовой части "Шеера"?

Увы, но Чекмарев, что-то специально недоговаривает, очевидно, не желая раскрывать секреты своей подготовки, а Меендсен-Болькен, наоборот что-то недоговаривает и приукрашивает действительность. Хотя с другой стороны - если взрыв был достаточно сильным, то восстановить все в деталях не представляется возможным. Поэтому авторы, считают правильным, прекратить споры о том, как и от чего получил повреждения "Шеер" до появления новых документов и свидетельств непосредственных участников, и вернуться к основным событиям.

А они, эти основные события, с наступлением рассвета, преподнесли капитану "Шеера", Берлину и "Аннеребе" очередное доказательство того, что наша планета матушка-Земля является полой внутри….

* * *

И снова слово Меендсену-Болькену, и его книге "Схватка среди суровых льдов":

"… Приказ из Берлина был четкий и ясный - прорываться на запад! Авианосец на востоке представляет собой большую угрозу, чем тяжелые корабли на западе. Авианосец слишком далеко "видит". И имеет слишком "длинные руки". При всей неказистости и кажущейся уязвимости полотняных бипланов "Свордфиш", они представляют собой достаточно трудную мишень для зениток корабля. Все дело в их тихоходности! Систему управления зенитным огнем всех немецких кораблей создавались в расчете на более быстроходные самолеты - "Блейнхемы", "Бофорты", "Скуа". И автомат зенитной стрельбы, который должен выдавать необходимую величину упреждения для орудий, соответственно тоже. Поэтому, при его использовании против этих полотняных тихоходов, стрельба ведется со значительным недолетом. Для того, чтобы сбить "Свордфиш" нужно вести стрельбу "на глаз" и здесь очень многое зависит от опытности зенитных расчетов. Но такая стрельба "на глаз" делает невозможным ведение централизованного зенитного огня. Каждый расчет стреляет, как и когда считает нужным, из-за чего одни расчеты затрудняют прицеливание другим. Именно это погубило в итоге "Бисмарк" - если бы его зенитчики отказались от централизованной системы ведения огня и использования автоматов зенитной стрельбы, то вполне возможно, что он не получил бы ту роковую торпеду.

Но тут многое зависело бы от подготовки самих зенитчиков. Хотя мои знакомые из числа экспертов люфтваффе считают, что "Бисмарк" был обречен - отразить такую атаку способны только применяемые большевиками на Восточном фронте женские зенитные расчеты. Скорее всего это миф. Но с другой стороны от этих варваров азиатов можно ожидать чего угодно - в этом я лично убедился на примере Диксона и его береговых батарей.

Поиски невзорвавшихся бомб оказались безрезультатны. Поиски пути назад дали более обнадеживающие результаты - Ледовое поле, в которое мы успели углубиться, было вполне проходимо в обратном направлении, хотя кое-где лед уже успел спаяться намертво. Вырываться из плена предстояло задним ходом, в связи с чем возникали серьезные опасения за гребные винты и рулевое устройство.

Впереди маячил недостижимый конвой. Обманка! Ловушка! Теперь я знал, что если бы я углубился еще дальше, то наверняка бы превратился в беспомощную мишень для отработки авиаударов. Чтобы избежать попаданий льдин на лопасти гребных винтов, я рискнул высадить на лед партию моряков, которые, вооружившись баграми, отталкивали льдины в сторону. Сигнальщики напряженно вглядывались вперед - мне было совершенно непонятно, почему английская авиация не использует такой благоприятный момент для атаки моего корабля, лишенного подвижности. Или они ждут, когда я выйду на открытую воду, чтобы применить авиационные торпеды? Скорее всего.

Если только на выходе меня не ожидает дюжина вражеских подлодок, уютно расположившихся в ожидании стрельбы веером по крупной и малоподвижной цели с близкого расстояния.

Шло время, и мы шаг за шагом вырывались из ледяного плена. Напряжение росло. Где и как противник нанесет свой удар? Уже загружены на борт моряки, находившиеся на ледяном поле, уже корма моего крейсера вышла на чистую ото льда воду. Сейчас? Самый удобный момент! Но противник никак себя не проявлял. Я скомандовал - "самый полный назад"!, и "Шеер" яростно стуча дизелями рванул на свободу. Вышли! Теперь осталось развернуться на сто восемьдесят градусов и начать стремительный бег на запад - к родным берегам!

Именно тогда я допустил оплошность, которая чуть было не лишила жизни кормовые расчеты зенитных установок. Я разрешил дать залп по кораблям конвоя из кормовой башни главного калибра! Так сказать прощальный жест! Я хотел, чтобы последняя точка или запятая в этом вопросе оставалась за германским флотом. В результате залпа кормовой башни на среднем орудии разорвало ствол. Это было довольно странно! Орудия данного типа славились надежностью, и я никогда не слышал о подобных вещах! Сам же залп лег с недолетом. Но он не был запятой в этой истории!

Наблюдатели сообщили о замеченных ярких вспышках на концевом корабле конвоя. Ответный огонь? Три водяных фонтана взметнувшиеся рядом с "Шеером", подтвердили данную гипотезу. Спустя минуту, взметнулись еще три! И я понял, что своей выходкой разворошил осиное гнездо - размер водяных столбов от разрывов вражеских снарядов, ясно указывал на то, что стреляли орудия калибром не меньше 380 мм! Или даже 406 мм! К сожалению, неудачный ракурс, и искажающий камуфляж, не позволили идентифицировать тип корабля, но было ясно и так - орудия калибром 381 или 406 мм применяются исключительно на линейных кораблях. А что это означает? Это означает, что американцы и англичане перебросили сюда не только авианосец, но и линейный корабль или корабли.

Разумеется, с кораблями эскорта. То есть речь идет об эскадре, или даже целом флоте, который… Единственное рациональное объяснение факта нахождения такого крупного соединения вдали от основного театра боевых действий - это защита какого-то важного объекта. Какого? Перехода или прохода внутрь полой Земли!

К счастью, мой израненный корабль никто не преследовал, и мы начали нелегкий путь домой через суровые арктические враждебные воды…."

* * *

Прагматичный читатель наверное уже понял, что командир "Шеера" стал выдавать действительное за желаемое, и "подтверждение" гипотезы полой Земли, на самом деле имеет более прозаическое объяснение. Речь идет о том самом линейном ледоколе НКВД N17. Что скрывается за данным обозначением? В недолгие годы гласности (пока те, кто ее провозгласил не сообразили, что гласность о них самих, и том, что у них рыло в пушке, будет для них очень чревато) в городе Москве издавался малым тиражом журнал - "Кровавые тайны Лубянки. Воспоминания кровавых палачей". В этом журнале печатались откровения бывших сотрудников КГБ о том, что происходило в подвалах Лубянки, ну и о деятельности НКВД в эпоху Сталина. К сожалению, все издаваемые статьи были абсолютно анонимными. Поэтому фрагмент воспоминаний одного из сотрудников НКВД, который удалось разыскать авторам, дает больше новых вопросов, чем ответов:

"…Капитан 1 ранга 17-го управления НКВД Алексей Махров, провел рукой как расческой по густым черным волосам и откинулся в глубокое вертящееся кожаное кресло. На его лице была традиционная для всех сталинских чекистов усталая лукавая улыбка с добрым прищуром. Его добрый взгляд как будто бы говорил: "Ты задушил врага Родины?"

Поймав лукаво-вопросительный взгляд командира, старший помощник командира, капитан 2 ранга НКВД Дмитрий Политов, сидящий в таком же кресле, молча посмотрел на командира боевой части 2 - капитана 2 ранга НКВД Бориса Орлова. Тому смотреть было не на кого - все его подчиненные находились на боевых постах. Борис, протер носовым платком гладко выбритую голову, и щелкнул тумблером ГГС: "Огонь по готовности! Два залпа не больше!" На том конце ГГС буркнули что-то типа "Есть!" и процесс что называется пошел.

Где-то над их головой, стала вращаться башня дальномера и нащупывать расстояние до цели. В носу и корме под броневой палубой, взвыли электродвигатели элеваторов и по бронированным шахтам вверх, стали подниматься тяжелые снаряды и заряды. Да, "Адмирал Шеер" был, что называется на пределе дальности, но прямых попаданий им и не требовалось - достаточно было обозначить фашистам свое присутствие и артиллерийскую мощь. Не стоит рисковать кораблем без необходимости. Конечно, если фрицы окажутся слишком настырными - придется попотеть. Если бы не арктический конвой, то можно было бы вообще особенно не рыпаться. Подождали бы, пока "карманник" залезет поглубже во льды, а там бы и раскатали его как тесто для пельменей. Увы….

- Уходят! - вымолвил капитан 2 ранга НКВД Дмитрий Политов.

Капитан 1 ранга 17-го управления НКВД Алексей Махров, снова провел рукой как расческой по густым черным волосам и глянул на старпома. Теперь его взгляд говорил: "А у них был выбор?". В слух же командир корабля произнес:

- Отправьте ЛВШ для спасения этих отчаянных минометчиков! Не гоже ребятам замерзать во льдах!…"

* * *

Несомненно, речь идет о том самом бое "Шеера" с загадочным "линкором". Но как это водится у профессиональных чекистов, никакой конкретной информации, за исключением фамилий, в отрывке не содержится. Единственная зацепка - фамилии. Но! Ни один из тех, кто писал о преступлениях сталинского режима, никогда не упоминал чекистов, обладавших военно-морскими званиями! Сухопутные - сколько угодно! Но флотских званий среди сотрудников НКВД не встретишь ни в одном даже самом толерантном исследовании! Единственное логичное объяснение (без истерии о залепленных глиной ртах) - это то, что данное подразделение существует и сегодня, и что годы гласности и перестройки миновали данную структуру стороной. Возможно ли такое? По мнению авторов - возможно, и вполне реально объяснимо. Разгадка кроется в крылатой фразе одного из героев известного кинофильма "Будете у нас на Колыме…"(С). Может быть и не Колыма. Но речь идет о каком-то далеком населенном пункте, расположенном на побережье Северного Ледовитого океана. Именно там и располагаются архивы 17-го управления НКВД. Но ехать туда непрестижно - далеко не Москва! Там нет никаих достижений демократии - нет проституции, нет индустрии педофилии - никакой уважающий себя правозащитник и борец со сталинским режимом не поедет в какую-то Тьмутаракань, если там невозможно снять малолетнего мальчика на ночь для интимных развлечений, если там нет индустрии развлечений - казино, игровых автоматов, салонов тайского массажа. Зачем? Можно и в Москве провести исследование преступлений тоталитарного режима - тепло, сухо, комфортно и весело.

Единственный способ организовать исследование архивов 17-го управления НКВД - отправить правозащитников в эту глухомань принудительно, скажем, осудив их за измену Родине и шпионаж. Но на это никто не пойдет, ибо это противоречит общечеловеческим ценностям и курсу современного российского общества на инновационный корпоративный менеджмент в сфере создания толерантной инфраструктуры и общественно-правозащитных институтов. А поэтому, так называемые "тайны" Арктики будут лежать и дальше в пыльных архивах далекого северного городка.

Впрочем, кое-какую информацию можно почерпнуть из мемуаров командира "Шеера" - ледокол вел огонь трехорудийными залпами из тяжелых орудий. Исходя из этого можно предположить два варианта - одноорудийные установки и трехорудийная башня. 406 мм? На ледоколе? Вот и авторы считают, что командир "Шеера" завысил калибр орудий ледокола. Отсутствие какой-либо внятной информации о вооружении, указывает на то, что ледокол, скорее всего строился или вооружался на советских заводах, советскими орудиями. Какие трехорудийные башни существовали в то время?

152 -мм - трехорудийные башни с орудиями данного калибра после войны применялись на крейсерах проекта 68. Для вооружения ледокола могли быть использованы башни с недостроенных крейсеров на Дальнем Востоке.

180-мм - башни с крейсеров типа "Киров". Строительство крейсеров данного проекта, как известно было прекращено. Вполне вероятно, что смежные заводы, выполняя и перевыполняя план, изготовили башен для крейсеров несколько больше, чем их требовалось.

280 -мм - такой калибр применялся в германских ВМС. Известно, что перед началом войны, СССР произвел закупку в Германии различных образцов вооружения, но информация о закупке трехорудийных башен калибра 280-мм отсутствует. Хотя, кое где проскальзывала информация, что в СССР, производились проработки варианта перевооружения крейсера "Петропавловск" с 203 мм орудий на 280-мм, но насколько продвинулись данные исследования, к сожалению неизвестно. Существует вероятность того, что одна или две башни для перевооружения крейсера, все же были закуплены.

305 -мм - классика - башни с линейных кораблей типа "Севастополь". Откуда? Вот тут по мнению авторов и кроется разгадка. Судьба линкора "Фрунзе" пострадавшего в 20-е годы от сильного пожара весьма туманна и загадочна. Вроде и повреждения были не настолько фатальны, вроде и ремонт корабля обошелся бы не очень дорого и занял бы не очень много времени, но линкор почему-то так и не ввели в строй, и он якобы простоял всю войну без дела у стенки завода. А затем куда-то тихо исчез. Его якобы вывели в море и затопили. Зачем? И к чему такая таинственность? По мнению авторов, линейный ледокол НКВД N17 и есть бывший линкор "Фрунзе" с частично снятым вооружением. Освободившееся пространство было использовано для увеличения запасов топлива и продовольствия, плюс какие-то корпусные работы по обеспечению дополнительной прочности корпуса для плавания во льдах. Впрочем, это только гипотеза авторов, вполне возможно, что кто-то из читателей найдет точный ответ на данный вопрос, и сорвет наконец ореол тайны с ледокола НКВД.

* * *

29 августа 1942 года "Тускалуза", "Родмэн", "Эммонс" и захваченный "Адмирал Хиппер" благополучно прибыли в Сейдис-фиорд. Задача, поставленная президентом США перед Джиллетом, была полностью выполнена. США одержали окончательную политическую и экономическую победу над Англией.

* * *

Многие из тех, кто изучал историю военных действий в Арктике, задаются вопросом - "Что такое "белый крейсер?" Ведь ни для кого не является секретом, что у берегов Норвегии, "Адмиралу Шееру" пришлось вступить в бой с таинственным "белым крейсером", и даже (если верить немецким данным и геббельсовской пропаганде) потопить этот таинственный корабль. Вот, что говориться об этом у Меендсена-Болькена, в его книге "Схватка среди суровых льдов":

"… Иногда, опасности, которые поджидают нас у самого порога родного дома, страшнее коварных арктических льдов. Не смотря на преследовавшие нас неудачи, и многочисленных противников, мы выжили. И теперь находились у берегов Норвегии. Еще несколько часов, и израненный, но непобежденный доблестный крейсер укроется за гранитной броней норвежских фьордов и станет абсолютно недоступным, как для атак с моря, так и для атак с воздуха. Скорее всего, нас ждет дорога в Германию - кораблю необходим срочный ремонт.

Он появился прямо по курсу. Огромный нелепо-белый хищный корабль. Между нами и гостеприимными норвежскими фьордами, на встречу с которыми я так надеялся. Сможем ли мы прорваться? Размерами вражеский корабль не уступал "Тирпицу". Значит его орудия крупнее наших. И две одиннадцатидюймовки кормовой башни никакого практического вреда нанести противнику не сумеют. Если мы вообще сумеем подойти на дальность стрельбы своих орудий. Но нам нужно домой!

Я принял решение сымитировать отход, а затем, если удастся оторваться - резко изменить курс, и подобраться к входу во фьорд с другой стороны. Этот маневр позволял ввести в действие главный калибр уцелевших орудий кормовой башни. И мои артиллеристы наконец сумели взять реванш, за те неудачи, которые преследовали нас во время похода. Первый же залп лег прямыми попаданиями - мы наблюдали с мостика, как в средней части белоснежного корабля расцвели огненные цветки от разрывов наших снарядов. К моему глубокому удивлению, ответного огня вражеский корабль не вел! Я заподозрил, что он вооружен устаревшими орудиями времен первой мировой войны, с малым углом возвышения и малой дальностью стрельбы. Если это так, то ему не повезло - я не дам ему сократить дистанцию и ввести в действие свои тяжелые орудия.

Меня и офицеров в боевой рубке ждало еще одно потрясение - расстояние между нами и противником увеличивалось - неизвестный корабль обладал малой скоростью хода! Или это результат наших попаданий в него? Но это значит, что его броня вполне "доступна" для огня наших пушек, и, удерживая дистанцию, мы не спеша сможем отправить противника на дно. Стоило рискнуть.

Мы сделали еще четыре залпа, когда наш противник перевернулся вверх килем, и затем раскололся на две части! Победа! Но что это за корабль? Любопытство было очень сильным, но я не рискнул приближаться к поверженному противнику - его тонущие обломки были в районе минных полей, выставленных вдоль берегов Норвегии. Лезть на мины ради того, чтобы узнать, кого мы только что потопили - глупо! Я приказал обогнуть этот опасный район…."

Англия и США отрицают потерю каких-либо надводных кораблей в том районе в указанный период. Советский Союз? Среди кораблей Северного Флота, корабли таких размеров отсутствуют. А среди кораблей НКВД? Данных о составе флота НКВД нет до сих пор. Но если предположить, что потопленный корабль (факт боя подтверждается береговыми постами наблюдения в Норвегии) принадлежал НКВД, то возникает резонный вопрос - кто и с какой целью, послал его к берегам Норвегии?

Известный своей ненавистью к России филолог Соколов, считает, что речь идет об очередном злодействе злодее Сталина, и что на этом "белом крейсере" - бывшем океанском лайнере, погибли последние представитель творческой интеллигенции России, отказавшиеся валить лес в Сибири. Тут же возникает сугубо прагматичный вопрос - если Сталин решил утопить интеллигентов, то нельзя ли было сделать это более простым способом - без уничтожения пассажирского лайнера, который мог использоваться на войне, как войсковой транспорт.

Впрочем, есть и другая точка зрения. По мнению израильских историков Ицхака Ребе и Элифаса Леве - речь идет о неудачной попытке Норвежского Сопротивления спасти евреев, содержащихся в концлагерях Норвегии. Причем мнения историков расходятся - один считает, что вместе с лайнером погибли и несколько тысяч евреев, а другой считает, что лайнер не успел достичь берегов Норвегии. Но ни тот, ни другой не приводят название лайнера.

Самое странное, что спустя примерно месяц, точно такой же неизвестный белый пароход был потоплен люфтваффе, и вроде бы даже существуют фотоснимки этой атаки. Еще два случая боевого соприкосновения с "белым крейсером" отмечены в ноябре и декабре 1942 года - на этот раз он стал жертвой атак немецких подводников. И опять, знатоки военно-морской истории утверждают, что видели в частных коллекциях фотоснимки этих атак. Увы, но авторам не удалось пока выйти на след информации ведущей к разгадке феномена "белого крейсера". Слишком много свидетелей видели этот корабль (или однотипные корабли?), и отрицать его существование глупо. Но что скрывается за этим романтическим названием? По мнению авторов, разгадка должна лежать где-то на поверхности, и речь идет не о каких-то там тайнах тайных баз или загадочных организаций, а о чем-то обыденном и будничном.

Можно было бы поставить точку в описании боевого похода "Адмирала Шеера" в арктические воды, если бы бой с белым крейсером был точкой, а не запятой. Неудачный поход "карманника" совершенно закономерно завершился неудачным возвращением в родную базу. И произошло это благодаря немецкой подводной лодке о которой не любят рассказывать фанаты "волчьих стай" Денница. Речь идет о незаслуженно забытой подводной лодке U-570.

В ходе войны англичанам и американцам удалось захватить несколько немецких подводных лодок, в том числе и типа VII. 27 августа 1941 года, в 8.30 бомбардировщик "Хадсон" из состава 269-й эскадрильи английских ВВС в 80 милях к югу от Исландии обнаружил немецкую подводную лодку. После первой атаки четырьмя глубинными бомбами лодка получила повреждения, и ее командир подал пилотам сигнал о сдаче, подняв над лодкой белый флаг. Вскоре в данный квадрат прилетела летающая лодка "Каталина" 209-й эскадрильи, а к вечеру подошел и траулер "Нозерн Чиф". Последний немедленно объявил экипажу субмарины: "Если будет сделана попытка потопить лодку, я никого спасать не буду и открою огонь по вашим спасательным плотам". Лодку взяли на буксир и привели в порт. Хотя немцы и успели выбросить за борт все секретные документы и шифровальную машинку, тем не менее, эта "семерка" стала ценным трофеем. Британские специалисты немедленно замерили уровень шума отдельных агрегатов и механизмов, испытали скоростные качества и глубину погружения. Они пришли к выводу, что корпус, выполненный из стали толщиной около 20 см с тщательно проваренными и заклепанными швами, хорошо выдерживает погружение на глубину 150 м. Немедленно последовало указание изменить счетчики глубины на глубинных бомбах, доведя показания на них до 200 м. 19 сентября 1941 года U-570 уже зачислили в состав британского флота под названием "Граф" (Graph).

Но английские моряки, привыкшие к комфорту, эту лодку недолюбливали, считая ее слишком тесной, грязной и неудобной. Дабы трофей не простаивал зря, в январе 1942 года лодку передали новому союзнику - Бразилии, в качестве моральной компенсации за понесенные бразильским торговым флотом потери, с официальной формулировкой - "для усиления противолодочных сил бразильских ВМС". Этот "подарок" англичане сделали, оставив себе два противолодочных корвета американской постройки, которые изначально предназначались Бразилии. Однако в Бразилии не поняли столь изощренной издевки просвещенных мореплавателей, и уже 1 февраля 1942 года, в Англию прибыл бразильский экипаж, для приема подводной лодки. В силу того, что Бразилия, своим основным союзником и партнером считала США, а не Англию, у Черчилля вновь попала вожжа под хвост, и он высокопарно разрешил бразильцам принять участие в боевых действиях у берегов Европы. Естественно, что высокомерные англичане, своих незадачливых и доверчивых южных союзников, жалующихся на холодный английский климат, отправили куда "потеплее" - к берегам Норвегии, объяснив "важность" выполняемой бразильцами миссии.

Но бразильцы, как и всякие новички, отнеслись к порученному заданию со всей серьезностью и ответственностью. Про нелегкие испытания и приключения, которые выпали на долю экипажа "Рио" (бывшего "Графа") в арктических водах, можно написать целый роман, но мы затронем лишь один маленький факт - именно "Рио" оказался на пути у возвращавшегося домой "Адмирала Шеера", и именно он, несмотря на неудобную позицию для атаки и противолодочное охранение, сумел выпустить торпеду из кормового торпедного аппарата, которая попала немецком "карманнику" в корму. После атаки лодка сумела оторваться от преследования и вернуться в Скапа-Флоу.

Получив еще один щелчок по своему престижу от южных парней из Рио, просвещенные английские мореплаватели, внезапно осознали ценность подаренного бразильцам трофея, и тут же уговорили бразильцев обменять подаренную лодку на два противолодочных эсминца. Те с радостью согласились. "Рио" вернули прежнее наименование "Граф" и вновь зачислили в состав английского флота. Позже ПЛ участвовала в боевых действиях и даже сумела выпустить торпеду в свою "сестру" -- U-333, но торпеда прошла мимо. В марте 1944 года трофейная "семерка" выскочила на скалы у острова Айлей на западном побережье Шотландии, получила серьезные повреждения и была исключена из списков английского флота.

Что же до бразильцев, то они, не имея такой богатой истории, решили увековечить тему атаки "Адмирала Шера" и включили ее в ежегодно проводимый карнавал на улицах Рио. Одна из повозок, которую везут во время карнавала, представляет из себя макет "карманника", к форштевню которого приделана голова белокурой Евы Браун в нацистской фуражке. К корме макета приделаны раздвинутые женские ноги, а в самой корме сделано отверстие в которое вставлен огромный макет фаллоса, символизирующий, что бразильцы поимели Германию, как мужчина женщину. На палубе этой повозки группа танцоров и танцовщиц одетых в стилизованную бразильскую военно-морскую форму (танцоры) и традиционное черно-кожаное садо-мазо (танцовщицы), путем коллективного эротического танца дублирует этот эпизод истории - танцоры имитируют сцены полового акта с танцовщицами.

* * *

Но что нам бразильцы? Генералы "песчаных карьеров"! Что в наших Европах? А в Европах происходили чудеса! Бывший моряк Уинни Черчилль до последнего отказывался верить в происшедшее. Только когда секретарь положил ему на стол доставленные самолетом из Нью-Йорка американские газеты, с фотографиями "Адмирала Хиппера" под американским флагом у Статуи Свободы, старого Уинни прорвало. Он начал швырять в стены и окна все, что находилось у него в кабинете. Затем, когда швырять стало нечего, он отправился на поиски спиртного. Спиртное он нашел - армянский коньяк, который Сталин просил передать Рузвельту. Уинни не мог себе отказать в маленькой мести - он выпил все! На несколько дней пока он пьянствовал, Британия была без вождя. Впрочем, ее спасало то, что Гитлера больше занимали дела на Востоке. Вермахт достиг Сталинграда, и началась кровавая мясорубка "по-манштейновски". Повторилась та же картина, что и при штурме Перекопа - преимущество немцев в авиации увеличивало советские потери, но отнюдь не снижало немецких - на передовой шел размен один к одному. И это было фатальным для вермахта. Раньше он выигрывал за счет котлов, обнуляя советские дивизии за счет того, что у попавших в окружение, заканчивались боеприпасы и продовольствие. Теперь же халява закончилась. Началась позиционная бойня с переменным успехом. Мог ли вермахт провести перегруппировку, и совершить какие-то обходные маневры? По всей видимости нет - ввязавшись в уличные бои в большом городе он "пропустил" ход отдал инициативу советским войскам - отвести войска из Сталинграда немцы уже не могли - их непрерывно конратаковали и любое локальное отступление могло привести к обрушению фронта.

Так что Англия могла спать спокойно. Роммель? А что Роммель? Большая часть продукции германской оборонки шла под Сталинград, и на Кавказ, а Роммелю доставались лишь огрызки и объедки. По мнению Гитлера, Африка могла и подождать.

А что Америка? Те, кто смотрел художественный фильм "Пирл-Харбор", наверное помнят тот момент, когда Рузвельт, встает из инвалидного кресла, на глазах у своего правительства. В реальности эта сцена происходила не в 1941 году, а в 1942! Именно для встречи Джиллета, который прибыл в Конгресс, чтобы выступить с докладом о выполнении операции "Неторопливый бег", и поднялся президент Рузвельт из кресла. И не просто поднялся, а еще и сделал десяток шагов навстречу командиру "Тускалузы", пожал Джиллету руку, а затем объявил конгрессу, что Америка выиграла войну у Англии.

- Теперь у англичан нет ничего! - заявил Рузвельт, - Они потеряли последнее, чем можно было торговать с США - они потеряли статус учителей в военном деле! Граждане США доказали на деле, что сыновья банкиров и фермеров являются лучшими моряками, чем "морская" нация! Суша? Какой скажите идиот, будет учиться у англичан воевать на суше? Наши корабли участвовали в поддержке русского десанта!

И русские высаживали его с обычных кораблей! У них нет специальных десантных судов, о необходимости и обязательности наличия которых твердит Черчилль. И что? Разве это помешало русским провести десантную операцию? Все корабли достигли берега и высадили десант! Смогли русские - смогут и американцы! Линкоры и крейсера противника? Не смешите! "Тирпиц" на дне, а "Адмирал Хиппер" в гавани Нью-Йорка под звездно-полосатым флагом! Да и не полезут итальянцы через Гибралтар! Французы? Да, они ненавидят англичан, но американцы не англичане! Так что можно смело сдувать пыль с плана высадки американских войск в Северной Африке. Это вполне реальный проект, и пускай Черчилль кормит байками о невозможности такой высадки Гитлера - нам это будет только на руку. В конце концов нам наплевать на английские интересы - они наши конкуренты. Да и не стоит ждать от англичан серьезной помощи в разгроме Японии. Чем они могут помочь нам на Тихом океане? Одну-две максимум три дивизии, с которыми Черчилль будет носиться как с жупелом? У Сталина их там полсотни, а русские уже полгода как воюют с немцами при примерно равной численности - один к одному. Англичане же воюют с немцами на равных только при пятикратном перевесе. Что это означает? Что три английских дивизии на Дальнем Востоке равны по боевой эффективности одной советской! У Сталина там почти пятьдесят дивизий. Колоний от нас он не просит - только помощи военными поставками. Кто нам более выгоден как партнер?

Все находившиеся в Конгрессе США приветствовали речь Рузвельта стоя.

* * *

Берлин. А что Берлин? В Берлине смешались в кучу кони и люди, мистика и физика. Гестапо и трусость. Герингу и Редеру предстояло отчитаться о ходе выполнения операции "Вундерланд". Точнее сказать о ходе ее планомерного провала. Или нет? Ведь все зависит от того, как преподнести материал! Что-то можно сгладить, что-то наоборот раздуть. Но. Есть одно но. Гестапо и иже. Был ли Гитлер медиумом, подключался ли он к астралу своими чакрами доподлинно неизвестно. Тема конечно же достаточно прибыльная, и книжек про это написано немало, но. В условиях борьбы свиты за своего короля число информаторов (стукачей) превышает разумные пределы. Только успевая разгребать полученный компромат. Каждый стучит на соседа. И это закон власти. Любой власти. Нет никакой роли - диктатура тирана или демократия. При диктатуре информирование называется доносительством, а при демократии доносительство и стукачество называется свободой прессы. Вся разница в названиях - одно отталкивающее, а другое романтическое и чуточку благородное! Это сладкое слово "свобода"! Продажные журналисты-стукачи олицетворяют собой преимущество демократии перед диктатурой и тиранией. Ах, да, есть еще одно отличие - диктатура пытается чистить свои кадры от коррупционеров и предателей - путем так сказать "репрессий", демократия же делает коррупционеров и предателей абсолютно неуязвимыми - потеряв пост в правительстве, они выплывают еще более богатыми и влиятельными в другой сфере, например - экономике. Хотя конечно же и при демократии обнуляют зарвавшихся, но реже.

О том, что произошло в ставке Гитлера можно узнать у Гальдера из его "Писем Урсуле":

"…Гитлер узнал обо всем еще задолго до того, как Геринг и Редер пришли к нему с докладом. Сказать что он был вне себя, значит ничего не сказать!

- Редер! Для чего Германии нужны линкоры? Не знаете? А я знаю! Для того чтобы всякие унтерменши - жиды-банкиры и жиды-комиссары тренировались их топить! Мы их строим, а жиды их топят! Знаете как топят? Не знаете? Топят они их по-стахановски - на раз! Им даже два не требуется! Молчать! Вы все предатели! Посмотрите на Геринга! Тот хоть полный идиот дорвавшийся до кокаина - обычный идиот! А вы? Лучше бы вы тоже дорвались до кокаина! Вы наверное принесли мне план строительства новых линкоров? Хотите тренировать жидов-стахановцев дальше? Вы не знаете кто такой Стаханов? Спросите у доктора Геббельса! Если бы все в Третьем Рейхе выполняли свою работу как Стаханов, мы бы уже 1939 году мыли сапоги в Тихом океане!

- Но мой фюрер!

- Молчать! Да я Ваш фюрер! А что сделали Вы? Вы знаете сколько стали ежедневно нужно для изготовления снарядов, которые съедает восточный фронт? А сколько война с русскими съедает наших танков? Где я вам возьму сталь и рабочих для строительства новых линкоров? Не надо! Я сам знаю, что Норвегии без линкоров не выстоять! Только если я их раздобуду, то Вам я их уже не доверю, ибо вы их тут же потратите на тренировки жидов-стахановцев! Я назначу более ответственного человека, который будет отвечать за линкоры в Норвегии! Я назначу командовать ими настоящего жида! Не напрягайте извилины Редер, ведь у вас тупых военных их все равно нет! Командовать линкорами будет жид, ибо только жид понимает психологию и мотивы жидов-комиссаров и жидов-большевиков, и поэтому он не даст себя обмануть!

У меня есть отличный офицер, оправдавший мое доверие - фельдмаршал Манштейн-Левински. Смеетесь Редер? Думаете сухопутный офицер не сможет командовать морскими железками? Манштейн сумел взять штурмом Севастополь, без какой-либо помощи бесполезного германского флота! И командовать линкорами он будет лучше Вас!

- Но мой фюрер, линкоры еще нужно построить…

- Вы болван Редер! Линкоры есть у дуче. И он мне их предоставит! Но именно мне, а не такой бездарности как вы!

- Мой фюрер! Корабли люфтваффе, готовы взять на себя защиту берегов Норвегии!

- А! Дружище Геринг! Что снова перебрали с кокаином? Откуда у Вас корабли?

- Мой фюрер! Геринг подразумевает десантные паромы.

- Не ябедничайте Редер! Вас это не спасет!

- Почему паромы? - взвился Геринг, - Пока некоторые, - затуманенный взгляд рейхсминистра уперся в сухощавого гросс-адмирала, - Пока некоторые бездарно топят достояние Великой Германии, другие между прочим строят военные корабли!

- Это Вы паромы "Зибель", называете кораблями? - съехидничал Редер.

- Это у Вас, камрад гросс-адмирал, скоро ничего кроме паромов не останется! В люфтваффе же имеются свои настоящие линкоры, крейсера и эсминцы!

- Вы болван Геринг!!!! - заорал фюрер, - Кто Вам разрешил тратить броневую сталь на бесполезные корабли????

- Мой фюрер, - Геринг напустил на себя многозначительный вид, - Люфтваффе не тратит достояние Третьего Рейха, а использует французскую благотворительность.

- Французскую благотворительность?

- Для того, чтобы не умереть с голоду, человеку нужно что-то кушать. Для того, чтобы что-то кушать, нужно работать. Работать на благо Третьего Рейха! Кто не работает на благо Великой Германии - тот не ест! Я ввел продовольственные карточки во Франции - и сразу же нашлись желающие достроить французские линкоры, крейсера и эсминцы, простаивающие без дела на стапелях. И сталь сразу же нашлась! Теперь у люфтваффе есть свой военный флот! И он больше, чем военный флот Германии!

- Учитесь Редер! Учитесь у идиота! От идиотов больше пользы, чем от таких как вы! Начинайте нюхать кокаин!

- Но мой фюрер, как корабли прорвутся через Гибралтар?

- Вы не только болван, вы еще и предатель! Вы так же убеждали меня, что нашим кораблям невозможно вырваться из Бреста - и что? Кто оказался прав - я, никогда не служивший на флоте - или вы, моряк со стажем? Я доверю операцию по прорыву энергичному человеку! У меня полно талантливых командиров танковых дивизий и армейских корпусов! Если нужно - я поверну Роммеля в сторону Гибралтара! Высадим десант на эту скалу! Заменю доблестных егерей Дитля на севере - хватит им мерзнуть! После года войны с русскими на Крайнем Севере - англичане для них не противники, сколько бы их там не было на этой скале! Вы моряки только щеки способны надувать, да требовать у меня топливо для прожорливых кораблей, а у Геринга самолеты! Жалко, что его летчики не перетопили все ваши корабли, а оставили часть на растерзание американцам и русским! У нас есть Гесс в Англии - можем и договориться с Черчиллем в обмен на то, что на пару месяцев прекратим бомбмбардировки Мальты.

- Мой фюрер…

- Да читал я ваш отчет Редер! Только нет у меня лишних танковых дивизий, чтобы воевать с русскими еще и в Антарктиде! Какими дивизиями? Вы идиот! Нет, вы хуже - вы болван! Вы же сами мне написали, что предполагаете наличие симметричных входов и выходов внутрь Земли в южном полушарии. Написали? Написали! А скажите мне герр гросс-адмирал, что такое глобус? Знаете? А где находятся входы и выходы внутрь Земли в северном полушарии? За северным полярным кругом! Значит южные входы-выходы где? Правильно за южным полярным кругом, который что? Ага, дошло наконец! Неужели Вы думаете, что Сталин и Рузвельт оставили их без внимания? Там наверняка уже стоят сибирские дивизии, и ждут, пока любознательные болваны вроде вас заглянут на огонек!

Поставьте задачу Денницу - пусть увеличит число подводных лодок в Арктике в два-три раза и поручит им поиск северных входов и выходов внутрь Земли! И наградите командира "Адмирала Шеера" - единственный толковый офицер на все кригсмарине! В одиночку сразиться с эскадрой американских линкоров и авианосцев! Потопить русский крейсер! Раскрыть стратегические секреты русских и американцев! Вот, кто достоин уважения и поощрения!…"

К сожалению, архивы связанные с миссией Рудольфа Гесса в Англии засекречены еще на 50 лет, поэтому трудно сказать, какую роль сыграло правительство в дальнейших событиях. Событиях, сыгравших достаточно серьезное, хотя и не решающее влияние на ход Второй мировой войны.

* * *

Реакция Сталина на происшедшие события достаточно хорошо и подробно описана в военной советской мемуарной литературе, и авторы не будут на ней останавливаться. Единственное, что хотелось бы отметить авторам, так это то, что псевдоисторическое творчество Радзинского, Солженицина, Бешанова, Соколова, Суворова-Резуна - никакого отношения к военным мемуарам не имеет. Произведения указанных авторов - художественная литература, относящаяся к жанру фантастики. Впрочем, некоторые из современных исследователей считают, что Солженицин не фантаст, а писатель в жанре фэнтази - авторы считают, что такая точка зрения верна лишь отчасти, и не является темой данного исследования.

* * *

Темная южная ночь накрыла своим черным крылом бухты Италии. Радостно загремели цепи выбираемых якорей. Итальянский флот выступал в поход. В суровую, ледяную Арктику. Навстречу своей славе и безвестности. Навстречу с конвоем, который потом прикажут забыть. Навстречу с конвоем PQ-19. Этот конвой вычеркнут из мировой истории. Будут считать, что его никогда не было. Но это - это уже совершенно другая история, не имеющая никакого отношения к операции "Вундерланд". И возможно, что мы когда-нибудь о ней расскажем.

Использованная литература:

1. Bundesarchiv RM 98/448 КТВ U-255 за 04.08.42- 01.09.42

2. А.Гитлер "Моя борьба" (издательство "Нахтигаль", Львов, 2005 год (пер.А.Свирепых))

3. Эрих Диершке "В небе над тундрой Арктики" (Берлин, 1965 год, (пер.А.Здоровых))

4. А.М. Неклюдов "Метеорологи Арктики в годы войны" (издательство "Правозащитник", Лондон, 1984 год)

5. А.С.Авраменко "Схватка с Абвером в Заполярье" (Рига, 2003 год, издательство "Торнадо", серия "Восточный фронт")

6. Н.Ч.Джиллет "Арктический вояж" (Нью-Йорк, 1983 год, (пер. А.Сердитых))

7. В.В.Кручинин "На страже Арктики" (издательство "Эмигрант", Париж, 1976 год)

8. Герман Шульц "Борьба с большевизмом в Арктике" (серия "Преступления сталинизма", издательство "Бандера", Львов, 2007 год, (пер. А. Умных)

9. Bundesarchiv RM 98/413 КТВ U-209 за 26.08-01.09.42

10. Иеремия Соломон Радетцки "В борьбе с нацистскими субмаринами", (издательство "Меркава", Москва, 2006 (пер. А. Сильных))

11. А.Солженицин "В круге втором" (издательство "Посев", Нью-Йорк, 1967 год)

12. М.А. Санторина, "В небе над Арктикой" (издательство "Посев", Нью-Йорк, 1973 год)

13. А.В. Чекмарев "Анабазис на фоне полярной тундры" (издательство "Орион-экспресс", Москва, 2006 год)

14. Вильгельм Меендсен-Болькен "Схватка среди суровых льдов" (серия "Преступления сталинизма", издательство "Бандера-пресс", Львов, 2006 год, (пер. А. Высоких)

15. Газета "Полярник Тикси" в NN 14-22 за 1995 год. Интервью с Павловским А.Т.

16. Bundesarchiv RM 92/5233 КТВ "Admiral Scheer" 20.08.42 - 09.09.42 г.

17. А.А. Сергеев "Германские подводные лодки в Арктике. 1941-1942".

18. "Северные конвои. Исследования, воспоминания, документы." (Архангельск, 1991)

19. "Суда Министерства Морского флота, погибшие в период Великой Отечественной войны 1941-1945 гг." ( М.: ГПИНИИМТ "Союзморниипроект", 1989.)

20. А.И. Минеев "Заполярные широты" (Диксон, ООО "Северпресс", 1974 г.)

21. В.В.Бабинцев "Диксон сражается" ( Диксон, АОЗТ "Диксон-пресс", 2001 год)

22. Бруно Ридерман "Арктические волки северных широт" (серия "Преступления сталинизма", издательство "Бандера", Львов, 2005 год, (пер. А. Желтых)

23. Bundesarchiv RM 98/950 КТВ U-456 за 20.08-05.09.42

24. Н.М. Корняков, "В прицеле "Адмирал Шеер"( издательство "Орион-экспресс", Москва, 1992 год)

25. Г.А. Николаев "Ледорез "Литке" на страже Отчизны" (Рига, 2002 год, издательство "Торнадо", серия "Восточный фронт").

26. А.Солженицин "В круге третьем" (издательство "Посев", Нью-Йорк, 1968 год)

27. U-Bootarchiv КТВ U-601 за 25.07-25.09.42

28. http://militera.lib.ru/memo/russian/kabanov_si2/06.html

29. Терри Чарли Раган, "В схватке со свинячим нацизмом" (серия "Преступления сталинизма", издательство "Бандера", Львов, 1998 год, (пер. А. Португальских)

30. Юрген-Анна Когельбаум "Ледяная пустыня" (серия "Преступления сталинизма", издательство "Бандера", Львов, 1997 год, (пер. А. Ненормальных)

31. Эрих-Марк Цурзееман "Проклятый "Вундерланд" (серия "Преступления сталинизма", издательство "Бандера", Львов, 1998 год, (пер. А. Жалостливых)

32. А.Солженицин "В круге четвертом" (издательство "Посев", Нью-Йорк, 1969 год)

33. Э.Хартманн "Мои письма Урсуле" (серия "Преступления сталинизма", издательство "Бандера-нахтигаль", Львов, 2003 год, (пер. А. Обкуренных)

34. Б.В.Соколов "Тайны Второй мировой", (Демопресс, Москва, 2008)

35. Maurizio A., "Die Nahrungsmittel aus Getroidc", Berlin, 1976

36. Neumann R. О., "Die im Kriege 1939--1945 verwendeten u. zur Verwendung empfohlenen Brote, Brotersatz- und Brotstreckungsmittel", Berlin, 1974

37. Wolf G., "Backerei", 2 Auflagе, Leipzig, 1984

38. Мрак Ааронович Солонин "26 июня 1941 года, или день "Г"", ("Москва, Омлапресс, "ЭССКМО", 2008)

39. М.Дегтев "Свастика в Заполярье. Голубоглазые парни в трико против сталинских поморов" ("Москва, Омлапресс, "ЭССКМО", 2008)

40. Jurgen Grover "Klistir und kefir", Berlin, 2006.

41. Bundesarchiv RM 197/420 КТВ Reder-Ursula за 1941-1943

42. V. E. Stier, "Die akute Trunkenheit und ihre strafrechtliche Begutachtung", Berlin, 1945

43. Ф.Гальдер. "Письма Урсуле" (серия "Преступления сталинизма", издательство "Бандерлог", Львов, 1998 год, (пер. А. Нездоровых))

44. Б.В.Соколов "Моя борьба против СССР" (Вермахт-Олмапресс, Таллинн, 1997 год)

45. Справочник "Джейн" за 1933 год

46. Справочник "Джейн" за 1940 год

Content

Ольга Игоревна Тонина, Александр Владимирович Афанасьев
Война в Арктике. 1942 год. Операция "Вундерланд"

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

Использованная литература: