Попаданец

Попаданец

Пролог

Вот оно, вот оно, вот оно…

Гнилой лес, тучи гнуса и комаров. Свинцовое небо над ветвями деревьев и назойливая изморось, превратившая шерстяной поповский подрясник в пропитанную влагой отвратительную тряпку. А ведь неплохо грела….

Вот оно, вот оно, вот оно…

До заветной поляны совсем немного осталось если судить по показаниям GPS-навигатора… и если меня не накололи с ее координатами. Нет, не должны: пряник в виде штуки баксов и кнут в виде тетешника у виска должны были поспособствовать честности того черного копателя. Не самоубийца же он?

Вот оно, вот оно, вот оно…

Три шага под ху-ху-ху, три шага под хе-хе-хе — мешок за спиной с лямками от рюкзака плотно набит всякой хренью. Тяжелый, собака, под тридцать кило. И бронник на теле… Не часто я под такой нагрузкой передвигаюсь по пересеченной местности, и потому: три шага под ху-ху-ху, три шага под хе-хе-хе.

Вот оно, вот оно, вот оно…

Долго я добирался до той деревеньки на Брянщине и уже три дня топаю от нее строго по азимуту, галсами — ха-ха! Чертов блочник с колчаном стрел портит всю малину — пожадничал, отобрал по случаю у какого-то зеленого роливека-толкиниста (уши у него были не стандартными, как и логика, впрочем) и вот теперь мучаюсь, перекидывая с одного плеча на другое. Обрез таких хлопот не доставляет, очаровашка моя, если ничего не выйдет, его взгляд будет для меня последним.

Вот оно, вот оно, вот оно…

Пришел! Позади Темный Лес и Проклятое Болото. Мною проклятое — лучшую пару гавнодавов в нем оставил, а говорили «обувка ЮСЫ, обувка ЮСЫ…» В тех берцах только по асфальту приятно ходить, а по болоту оказалось нет ничего лучше дубовых кирзачей. Хотя может быть я и наговариваю, может мне фейк попался. Из-за этого, кстати, я и ухожу. Нет не из-за фальшивых ботинок, а из-за задолбавшей наш мир лжи. Не нашел я себе в нем места.

Вот оно, вот оно, вот оно…

До полуночи, когда должны твориться все тайные дела еще далеко — хорошо — вовремя пришел. Потому я сейчас сижу у немилосердно дымящего «огонька», копчу-сушу пропитанную влагой и грязью одежду и заталкиваю в себя очередной кусок фальшивой жратвы. Эх, где она — тушенка? Кончилась вчера.

Вот оно, вот оно, вот оно…

Время. Все лишнее вон. Всю синтетику и современные походные мелочи — в ухо нашептало, что уйти можно только в натуральном шмоте. Оставил только навигатор — будет у кого направление в ад узнать. Х-ха! Готовился я долго, почти год, завязался со многими повернутыми людьми (реконструкторы, челноки, автостопщики, мистики и бродяги… да всех не перечислишь!) и за снарягу спокоен. Год читал буки на тему «наши — там»! И-нет великая вещь в плане изучения ноосферы: если долго лопатить залежи гуано на серваках обязательно выкристаллизуется что-то вроде истины. Заплечный мешок значительно похудел и планово полегчал — почти вся наличная у меня ложь похоронена вместе с моей мобилой и паспортом. Да здравствует переход в лучший мир!

Началось, началось, началось…

Откуда знаю? Так знакомые ощущения! Весь мир за пределами освещенного круга пропал, стал неважен. Нет больше гнуса и комаров, нет запаха тины и звуков ночного болота — только тягучая и пустая тишина. И ощущение присутствия. Может быть все это следствия коктейля в моей крови (отвар из мухоморов с добавлением других грибочков, добрый «план», таблетки тривиальной «валерьянки», инъекция адреналина и анальгетика, герыч, экстези…), но в прошлый раз было так же. И узрел я тогда в лесу под Самарой тварь-кикимору. Шипели мы друг на друга минут десять — стукнутый по голове толканутый и ожившая сказка — душевно так, со смаком, и разошлись в разные стороны вполне довольные друг другом. Она видать моим страхом и оторопью, а я доказательством того что мир вокруг совсем не Матрица и из него реально можно уйти тем или иным способом. Так почему же не отправиться в поход за Силой?

Поехали, поехали, поехали…

Гулкие удары бубна в руках, хриплое дыханье, грохот сердца в груди и в голове грохочет: «Открой, открой, открой!» Сотый или тысячный круг вокруг гаснущего огонька… а небо ясное-ясное, куда только пелену облаков подевало?

Тум-тум-тум. Тум-тум-тум. Что я делаю? Зачем топчусь и прыгаю как клоун? Надо еще закинуться… Вздох. И вздохнул не я! Мир вокруг вздохнул-выдохнул! Тяжело и устало, как трудяга-отец над непутевым сыном, вернувшимся под утро из ментовки. Танец мой тут же стал неуместным, как и необходимость дышать. Бубен отправился под ноги, а я шагнул навстречу человеческому силуэту, за которым разгоралась чистая заря.

Глава 1

Вспышка, гул в голове.

— Здравствуй Путник, называй меня Удильщиком, — не открывая рта произнес некто в просторном балахоне. — Ты уже не на тропе Миров, но еще и не в полноценном Мире. Вокруг тебя арена Госпожи Удачи Гильдии Удильщиков. Я призвал тебя, что бы ты сражался за меня.

— Ясно, уважаемый Удильщик. Два вопроса: «бой до смерти?» и «будет ли награда?»

— Ты на диво рассудителен… хотя похоже это следствие зелий в твоей крови. Хорошо, это законные вопросы и в благодарность за отсутствие истерики и паники я рассажу чуть больше, — фигура в балахоне скользнула ближе, практически вплотную. — Будет три круга, в каждом по одному противнику, призванному моим соперником. Твоя задача убить как можно больше и, если хочешь, выжить. В награду за каждую победу я наделю тебя… Кстати, каким путем ты следуешь?

Я ни секунды не колебался:

— Ищу Силу. В моем мире стало слишком много людей — пришлось выйти за его пределы.

— Ты еще не вышел — стоишь на пороге… Но я понял тебя и говорю: за победу (смерть врага) я вложу в тебя два истинных заклинания и дам толику своих знаний.

— Следует ли мне атаковать кого-либо еще на арене?

Мой собеседник хмыкнул:

— Круг длится тысячу ударов спокойного сердца. Если справишься раньше срока — нанеси удар по фигуре в желтых одеждах. Все, довольно вопросов, бой начинается. Иди, аватар!

Я выполнил поворот кругом и потопал строго вперед. Мыслей не было, как и страха — одно только предвкушение начала настоящей жизни. Мешок и саадак с луком я снимать не стал (только удобно их устроил!), а вдруг пропадут?! В руке застыл самый мой большой ножик — покупной «Викинг», стилизованный по кхукри. Он был блестящим и нелепым, его не жалко будет потерять. И что-то мне подсказывает, что так оно и будет!

Навстречу мне вихляющейся нетвердой походкой скользило неряшливое тело. Другого определения для этого чуда у меня не нашлось. Две кривые ноги. Две ломанные руки. Голова и хвост вроде того, как изображают у чертей — со стрелочкой и кисточкой на конце. Туловище и лицо поросло шерстью и перьями. Когти на пальцах, но абсолютно не функциональные — загибаются в разные стороны… и глаза закрытые плотными кожистыми веками, усиленными чешуйками. Явно не боец ближнего боя, но что-то и дальнобойного ничего не видно. Колдун? Или жертва колдуна — типа зомби?

Мы замерли напротив друг друга в пяти шагах. Вокруг песок, песок… над головою гулко ударил гонг. И мой названный враг начал неспешно поднимать веки, что почему-то привело к онемению моих ног! Мозги сработали как надо: щелк! Так это ж василиск или тварь вроде него!

Я упал под себя и кувыркнулся через левое плечо вперед и в сторону. Еще раз, и еще. В мешке ничего кроме сменной одежды и пары жестких пеналов из дерева и железа с наркотиками и медикаментами, да фляжек со спиртом и водой. А на лук плевать: выживет — хорошо, нет — еще лучше. Легко пришел — легко ушел.

Нарастающее онемение прошло, но ноги все еще слушались не очень хорошо, а тварь уже неторопливо разворачивается ко мне лицом. Х-ха! У него шея неподвижная! Вот урод… Я как собака со сломанным КАМАЗом хребтом, загребая крупный песок руками вплотную подполз к противнику и еще раз с натугой кувыркнулся, очутившись у него за спиной. Секанул тяжелым изогнутым клинком по тому месту, где должны быть сухожилия ног, в ответ гибкий хвост монстра выстрелил по мне сверху вниз и застрял в материале моего бронника. Полезная вещь кевлар, усиленный с изнанки стальными пластинами.

Схватка перешла в портер. Враг заваливался назад, прямо на меня, но я умудрился толкнуть его так, что бы он упал вперед, мордой вниз. Теперь, схватившись за бьющийся придавленным ужом хвост сразу за стрелкой с кисточкой, я подполз-навалился на тварь и несколько раз рубанул по туловищу в районе плеч. Острое лезвие с трудом пробило шкуру твари и обиженно зашипело, дымясь от покрывшей его черной крови. Хрена се! Чужой, блин! Суде по тому, как весело вьется дымок, железка скоро кончится. Значит шустрее режь-коли!

Я с рычанием и дрожью в руках начал разделывать врага как какую-то курицу по суставчикам. Тот после первых ударов трепыхался довольно вяло — не стоек оказался к ранениям, потому работа спорилась: пол минуты и на песке валяется только туловище с головой и хвостом, без рук и ног. Еще живое — хрипит что-то в поверхность арены. Я все за тот же хвост (оказалось, что стрелка это ядовитое жало — бронник шипел не хуже ножа) приволок его к ногам призвавшего меня Удильщика.

— Вот. Добить или его можно как-то использовать?

Балахонщик утробно хмыкнул:

— Это она, самка пещерного василиска, да к тому же на сносях. Знатный трофей… для зеленого адепта и не нюхавшего даже отголоска Силы. Ты удачлив, Госпожа благоволит тебе. Что ж, я дам обещенную награду за победу, а как использовать свой трофей решишь сам.

Удильщик простер (именно простер!) руку надо мной:

— Властью Младшего наделяю тебя Познанием Существа и Поглощением Сути!

Меня придавило к земле, а в голове взорвалась сверхновая. Теперь я ЗНАЛ, что можно сделать с моим трофеем и главное МОГ это осуществить! Здравствуй, Сила заемная…

Мои губы шептали какую-то чушь, а руки с натугой тянули истлевший уже на треть нож сквозь плоть и кости вдоль позвоночника врага. Я не опасался за свои пальцы — сформировал некое подобие гарды-тампона из куска материи, добытой из кармана и натянул зимние перчатки. Тварь под лезвием тонко верещала, забивая себе глотку песком, но жалости у меня не было — ура наркоте!

Минус нож, плюс хребет василиска с ядовитым жалом на одном конце и головой твари на другом. И плюс тошнотворно мутная воронка вокруг меня — вытянутая жизнь и способности трех существ — матери и нерожденных ею змеенышей. Ха-ха! Теперь я некромант! Мерзкий и всеми презираемый. Да?

Счас! Фиг вам, на данный момент я лучник, потому что в руках у меня собранный и натянутый блочник с наложенной стрелой, наконечник которой смочен в крови василиска. Пятьдесят шагов — приличная дистанция для неумехи вроде меня. Три выстрела уже ушли в молоко, то есть в переливающуюся желтым и красным пелену вокруг оппонента «моего» Удильщика, в запасе еще около двадцати и пара минут первого круга. Треньк! Шлеп… Стрела в прорезь, скрип углепластика плеч, шорох блоков, щелчок кликера — натяжение оптимально… для бывшего хозяина лука. Треньк! Шлеп, бьет тетива по рукаву рясы…

Второй призванный противник соткался будто из воздуха прямо перед мишенью, по которой я пускал стрелы. Вот его нет — и вот он есть! Только что выпущенная стрела ткнулась в его грудь… и беспрепятственно полетела дальше — во втором круге моим врагом стал скелет с огромным «пылающим» двуручником. Как там говорили? Оружие полных отморозков в средневековой Европе, так как в плен их не брали и не щадили — гасили наглухо. Я хмыкнул — мой «поход за Силой» все больше напоминает разгонные уровни какой-то РПГехи. Арена, василиски-скелеты, чуваки, в легкую наделяющие спелами… к этому ли я шел? Хотя чего думать, пришел к тому, к чему пришел.

Лук на землю рядом с воткнутыми в песок стрелами и разделанным трупом первого врага, руки в карманы штанов через специально сделанные прорези в подряснике. Пальцы деловито нащупали по кастету в каждом загашнике и скользнули в предназначенные им отверстия. Ничего так экипировочка, да? Но что уж там — обходился тем, что могу сделать сам или отнять-одолжить. И «калаш» с подстволом сюда не влез. К моему обрезу всего пара патронов и работает у него только один ствол — боек второго не достает до капсюля, а ТТ — насмерть расстрелянная китайская подделка, прошедшая через десятки, если не сотни рук. Его я раздобыл у парня из Новосемейкино так же как и герыч с «планом». А понтов-то было! Пушер круче некуда… В общем, свинцовые кастеты с шипами из длинных желтых саморезов на мой взгляд самое то против призванного скелета с двуручником. Ну и плюс безбашенное хладнокровие обдолбанного кренделя — уже не мало.

Сблизились. Я мягко стелюсь по песку, он — переваливается с ноги на ногу, поскрипывая сочлениями и позвякивая кольчужными шортами-поножами с широким ремнем, запутавшимися на костях таза. Проволочное полотно откровенно рыжего цвета со множеством прорех и отсутствующих звений. Спел «познание существа» тихо шепчет прямо в мозг, что костяк дееспособен только пока цел позвоночник — черепушка то пустая совсем! Походу у меня образуется страсть к собирательству хребтов. И звать меня будут не иначе как Черный Собиратель Хребтов… или Сокрушитель… или… Да ну на..! Заклинило!

Размахивал скелетон фламбергом, конечно резво, но массы тела ему явно не доставало — на каждом замахе его либо клонило в сторону замаха, либо проворачивало вокруг оси при ударе. Так себе навык — качать и качать еще… блин, что за муть в башку лезет?! Я подгадал момент и прыгнул вплотную к костяку. Дуп-дуп — боксерская связка в челюсть справа-слева. Половина саморезов нафиг по-обламались, вторая — погнулись. У скелета отлетела нижняя челюсть и череп справа пошел трещинами. Совсем сухой парнишка, не свежак…

Меня толкнуло в плече. Щелк! Фламберг улетает куда-то мне за спину, его рукоять все еще сжимает правая кисть противника. Инвалидность братишка получил, бедняга… это тебе для симметрии! Топчащий правой под колено и у старикашки-Кости осталась только левая рука и левая нога. А спустя секунду и вообще конечностей не осталось — одни обломки. Люблю топтать лежачего!

— Молодец, Путник. Властью Младшего наделяю тебя Познанием Вещи и Наделением Силой.

Опять тяжесть на плечах и вспышки в голове. Я со вздохом наступил на ребра поверженному меченосцу и с хеканьем выдрал его хребет. Череп уничижающее в последний раз сверкнул алым из пустой глазницы: «Зачем ты так, парень?» Водоворот с готовностью вобрал в себя пахнущую тленом Силу. Я несколько раз тряхнул зажатым в руке хребтом (беззубые теперь кастеты успел спрятать в карманы) с улыбкой вслушиваясь в бренчание этой своеобразной погремухи и потопал к свернутому кольцами первому трофею. Присел на корточки возле него, поводил над ним левой рукой, взял примерно за середину, обернув перед этим куском шкуры василиска «мехом» наружу, сосредоточился… и толкнул устье водоворото вниз, одновременно подставляя под него голову твари. Исторгнутая из двух существ Сила с готовностью влилась в предоставленный сосуд. Я отставил руку в сторону и отвернулся — позвоночник бился как смертник на электрическом стуле, от него во все стороны шел эфемерный пар не нужной в перерождении плоти. Продолжалось это недолго и спустя минуту или полторы у меня в руке оказался начисто выскобленный и высушенный посох с ядовитым подтоком и навершием, парализующим «взглядом». «Василиск» сохранил часть своих способностей.

— Ну, здравствуй тотемный посох Яда и Паралича, — сказал я в затылок мертвой иссушенной голове. — Вот, подкрепись!

Я ткнул пастью навершия в хребет скелета. Та зевнула и начала перерабатывать кости поднятого в щепу и труху, одновременно забирая то, что там осталось после меня. Пока мое изделие жрало, я немного поэкспериментировал с ним: под моим взглядом нижний конец со стрелкой жала и скрывающей ее кисточкой послушно обвисал, поднимался кверху или весело вилял из стороны в сторону. Прикольно! Это виляние меня так рассмешило, что я не мог успокоиться минуты две, то подхихикивая, то жалобно поскуливая.

Когда отпустило, пришла свежая мысль, что наркота постепенно «выветривается» и пора бы вновь закинуться, а то не дай бог очнусь посреди болота с корягой в руке или испугаюсь следующего врага. И то и другое одинаково паскудно, так что не будем пренебрегать проверенными рецептами. Мешок с плеч долой, открыть пеналы. Валерьянку заглотить, адриналинчиком ширнуться, обезболивающее подождет, герыч… тоже, ну его нах пока.

Оставшиеся три минуты убил на то что бы подобрать фламберг («познавалка вещи» подсказала что он насквозь железный и без капли магии, зато надежный как лом), вытряхнуть кости из поножей и пояса, и пустить с пяток стрел во второстепенную цель. Хорошо!

Донг!!! Из воздуха соткался третий противник — какой-то мужик в плаще-накидке вроде тех что носили крестоносцы в ливийской пустыне, только вместо креста на грязно-серой ткани контрастно выделялся пентагон черного цвета.

Долго разглядывать я его не стал — начал пускать в него стрелы со всей возможной скоростью и точностью. Из десяти оставшихся на тот момент, попали всего две, и не потому что я такой «меткий»! Семь беспомощно ткнулись в желтую пелену и одна зарылась в песок за спиной «срушника», когда защита пропала и он потопал ко мне. Зато эти целкие две сработали на славу! Одна показала, что под накидкой скрывается скорее всего какая-то разновидность панцыря-кирасы, а вторая с хлюпом прошила левую ногу чуть ниже колена.

Лук долой, в левую посох, в правую ТТшник из кобуры на пузе под рясой.

— Грязный мистик, тебе не помогут твои мерзкие атрибуты! Орден не сдержать! — наручи на его руках стали наливаться грозным светом, пока он балансировал на одной ноге.

Я с растущим беспокойством ткнул в направлении его лица головой василиска и заставил ее поднять веки. Во всем теле мгновенно образовалась страшная слабость — посох вытянул из меня всю наличную Силу, а так как кроме естественной жизненной энергии в моем активе ничего не было (все заемное ушло на создание тотемника), то… Я тяжело вздыхая добрел до замершего с наполовину поднятыми руками челу. Приставил к его лбу ствол, нажал на курок… Хрена! Боек звонко щелкнул, но выстрела не последовало. Я сокрушенно помотал головой, бросил железку на землю и, взявшись за хребет обеими руками, вдавил собственным весом жало хвоста в горло врага. С копыт мы рухнули оба, но он с пузырящейся кровью раной на шее, а я с дрожащими от пикового усилия мышцами рук. Вот это, блин, магия и Сила! Вот это да! Кастанул, называется, «паралайз»!

— Твоя удача принесла мне победу, Путник, — торжественно провозгласил Удильщик. — И я исполню обещанное! Слушай меня внимательно и запоминай, это тебе вряд ли кто-либо еще скажет и растолкует. Ты рожден в Мире без магии и потому похож на пустой сосуд. Подобное тому, что ты сделал с частью тела первого врага, можно сделать и с тобой — даже проще! Не потребуется вытягивать из тебя Суть вместе с жизнью, достаточно просто влить в тебя Силу, и ты будешь полностью покорен чужой воле. Во многих мирах подобные тебе желанная добыча для магов и богов. Помни об этом. Далее, существо определяет совокупность нескольких свойств. Среди них совершенство тела — в твоем случае оно составляет половину от возможного, совершенство разума — тут лучше: три четверти возможного и совершенство веры — по этому свойству ты ниже самого последнего беса! В мирах магии не любят безбожников, помни и об этом. При путешествии по межмировым тропам, следует знать, что не все взятое с собой в дорогу сохранит свои свойства и качества — одежда часто исчезает, оружие рассыпается в песок, а еда становится ядом. С тобой всегда останется лишь то, что несет в себе твою Силу или является совершенно естественным для Миров. Ты почти верно собрал свою поклажу, допустив малое число ошибок, помни об этом. Сейчас же, я разрешаю задать тебе два вопроса, перед тем как наделю тебя наградой за последний бой и отправлю обратно на порог твоего Мира.

За время этого беззучного монолога тело более менее восстановило свой потенциал и я смог снять с последнего противника доспехи и вырвать его позвоночник, активно использую посох с его зубастой пастью в качестве «фомки». В центре более чистого и прозрачного чем прежде водоворота заемной силы (видимо потому что мы были довольно схожи с поверженным противником) стало еще легче, и я смог собраться с мыслями.

— Куда мне лучше всего отправиться за Силой?

— Как можно дальше от твоего Мира. Чем дольше ты будешь идти по дороге, тем больше станет твой сосуд. Однако помни, что межмировые тропы делают тебя уязвимым для призывающих. Будь готов драться за свою жизнь и цель!

— Что такое Гильдия Удильщиков?

— Как я и говорил, ты довольно умен и правильно себя ведешь. Оказавшись на дороге, ты найдешь в своем мешке свиток. Он расскажет тебе о Гильдии, ее членах и их целях. Обдумай прочитанное и ты многое поймешь о своем пути. Теперь же прими награду, путник! Властью Младшего и именем Госпожи я налагаю на тебя Первую Печать! Она сохранит твою свободу в вере и воле. Так же я наделяю тебя Познанием Вещества. Теперь продолжай свой путь, Путник.

Глава 2

Ниче так, ступил шаг за порог! Я почесал затылок — веселуха меня ждет, РПГ мать ее с полным эффектом присутствия и тяжелыми последствиями поисков приключений на свою задницу. Одно хорошо — «вступительный квест» я походу выполнил, отловил свою часть ништяков и узнал о себе неожиданные вещи. В частности:

Ник перса: Павел.

Раса: чел.

Пол: муж…

Сила/Ловкость/Выносливость: 5/10.

Интеллект/Восприятие/Харизма: 7/10.

Вера/Сила воли/Мораль: 1/10.

Учитывая, что Удильщик одобрительно отзывался о моей удаче, то можно принять ее за 9/10 или около того, иначе хрен бы я выжил и взял те бонусы. Кстати, хотите прикол? Только я вывалился на тот самый освещенный пятачок, как на голову мне посыпались мои трофеи, трупы поверженных врагов и на сладкое грянул выстрел. Под самым носом просвистела пуля из ТТшника… вот такие пироги. А в далеке все так же маячит человеческий силуэт. Что ж, ему же хуже. Ницше сказал: «Все что не убивает нас — делает сильнее». В моем же случае девизом похода следует избрать: «Все, кого я убиваю, делают меня сильнее». Только так и никак иначе.

Я вдумчиво и с расстановкой рассортировал свои трофеи, что-то определяя в «инвентарь» заплечного мешка, что-то в «быстрые слоты» на поясе и за спиной. Армор орденца я напялил на себя: кираску прямо поверх бронника, который обзавелся солидной дырой напротив солнечного сплетения и теперь исполняет функции поддоспешника, а наручи прямо на рукава подрясника. «Познавалка» определила их как атрибут, направляющий Силу. Меня они интересовали только в качестве защиты рук, так как были насквозь стальными, а Силы у меня пока кот наплакал. Пояс трофейный взял, со скелета который, мой рыжий офицерский ремень хлипковат, да и штаны должны на чем-то держаться! Чувствую себя как устрица скрещенная с кочаном капусты. Придавленная, в добавок, копытом коровы, но ощущения знакомые — испытывал не раз у реконструкторов — и сердце греют иллюзией защищенности.

Посох с удовольствием схрумкал хребтину последнего моего врага и откликнулся уверенностью, что энергии в нем ровно двадцатая часть от необходимой для парализующего импульса. Я покачал головой, сделал его гибким и два раза обернул вокруг пояса, использовав пасть на манер пряжки. Отравленный же конец оставил свисать вдоль левой ноги почти до уровня колен.

Итак, саадак с блочником за спину — стрел к нему нет, пистолет на пояс, обрез под правую руку. Раньше он был подвешен под рясой — теперь поверх нее покачивается у бедра на увязанном восьмеркой куске волосяной веревки. Так же на пояс пару ножей из мешка с лезвием в ладонь длинной, а пеналы с ширевом в набедренные карманы штанов. Мешок с остальными пожитками и скомканной накидкой орденца за спину, фламберг на левое плечо и тот-топ навстречу судьбе.

— Стой, сын людей. Я страж Мира, ты не пройдешь без разрешения! Кто твой покровитель? — силуэт быстро превратился в мужика среднего роста и тонкой конституции. На нем был просторный балахон с глубоким капюшоном и широкими рукавами. Ничего не напоминает? Ага-ага, видать все модники на тропках меж Миров предпочитают подобную одежку. Я свой подрясник приобрел по большей части для обеспечения спокойного путешествия по просторам Необъятной. Согласитесь, попов редко досматривают и еще реже проверяют документы. Единственный минус — лицемерные старухи в поисках спасения. Нет, нет, я не сатанист! Не извращаю религиозные символы и обряды — просто не люблю, когда мне в лицо врут.

Так вот, к теме Стража и покровителя. Первый спел настойчиво шепчет, что собеседник только косит под мента, а на самом деле что ни наесть гопник! Вампирской народности. Спасибо тебе, Удильщик.

— Не тебе задавать вопросы, паразит. Свали во тьму!

— Ч-ще-ло-век! — зашипело из-под капюшона. — Услышь Зов, иди ко мне…

Мне сдавило виски настойчивым желанием подчиниться. Сдавило… но на до нутра. Будто внутри мягкого резинового шарика оказался стальной — вроде все под контролем у схватившего, но окончательно смять невозможно. Я прикинулся веником и стал мерно перебирать ногами. Десять шагов, восемь… шесть…

— Брось оружие из рук на землю, ч-щеловек! — самозваный «страж» снял капюшон и впился взглядом в мое лицо. Взглядом неприятным, давящим. Резиновая оболочка еще чуть подалась под его хваткой, еще чуть и «вампи» почувствует сталь! Пора!

Я повел плечом вперед, подталкивая увесистый клинок, а левой рукой вниз и назад — лезвие упало-рубануло вперед. Длины его не хватило что бы достать противника, но внимание оно отвлекло — правая извлекла из складок «юбки» подрясника обрез и ткнула неровным срезом стволов точно в клыкастую морду. Бах! Знаете, чем у меня патрон был снаряжен? Рубленными гвоздями и не менее рубленным серебряным полтинником двадцать четвертого года прошлого века. А как же?! Нежить я уже встречал — вот и подготовился, как мог.

Радиус действия и поражения у моего одноглазого друга был совсем небольшим — изначально бумажный патрон шестнадцатого калибра скрывал в себе мелкую дробь на утку или ворону, кому что нравится больше. Так что толкнул самодельный заряд слабо и недалеко — голову вампиру не разворотило, только мягкие ткани лица стесало. Опять море черной крови… Я выпустил из правой руки струганную рукоятку самопала, перехватил двуручник и, разогнав его проворотом вокруг своей оси, подсек тупым и ржавым лезвием ноги врага — не успел тот опомниться, только на два шага отступил. Мой трофейный «лом» вовсе не отрубил конечности, по которым попал — он их надсек-поломал, так как попал не кромкой под углом девяносто, а совершенно криво, как бы и не плашмя. Тренировки, меня ждут тренировки!

Вампир повалился назем что-то воя и хлюпая пастью. Я перевернул его ногой на живот и пришпилил одну из покалеченных ног клинком двуручника к земле. Потом задрал балахон на спине и, вооружившись одним из своих ножей, начал вырезать позвоночник. Собиратель Хребтов, Собиратель Хребтов, ла-ла-ла… Тварь пыталась помешать, шебурша ручонками, но трудно ими сучить, когда половина мышц спины рассечена! Десять минут работы и в мою воронку влился багровый поток Силы вампира. Тот, кстати, еще не подох — это я понял по подрагиванию ушей. Живучая тварь! Но ниче, посох уже принялся за дело, дробя позвонки от «хвоста» к голове, а я тем временем вливал мешанину заемной Силы в меч. Железка пылала багровой аурой, видимой невооруженным взглядом, противно вибрировала и исходила ошметками ржи. Очень удачно я не стал клинок из тела доставать — он еще и все соки из трупа вытянул…

Теперь «Познание вещи» на него… Ай я молодца! Спел подсказывает, что пылающий «лом» теперь добавляет мне силы и ловкости пока в нем есть хотя бы толика энергии и одновременно вытягивает те же параметры из раненых им врагов-противников. Удачно, удачно… Благодарю тебя, Госпожа и тебя, Удильщик, сердечно благодарю!

«Василиск» как раз дожевал черепушку вампира к моменту остывания меча. Я вытряхнул из балахона сухие останки, запихал его в мешок и, вернув оружие на определенные ему места, продолжил свой путь.

Ходу-ходу-ходу…

Вдруг у «стража» напарник или начальник был, догонят еще и спросят… так что: «Ходу-ходу-ходу», хоть и хочется отдохнуть и осмыслить случившееся.

Вокруг меня простиралась равнина что называется «от неба до неба», позади чернел Гнилой Лес, а над головой переливалось нечто вроде северного сияния. И где я нашел зарю? Глюки что ли?

Равнина была покрыта ровным ковром невнятной травы — так себе проресовка текстур, однако. В общем, передвижение не требовало какого-то сосредоточенного внимания и спустя минут десять субъективного времени я достал из заплечного мешка обещанный Удильщиком свиток, развернул его и начал читать. Написано было на чистейшим Великом и Могучем — магий-магий-магия… То, что мне дали не было уставом Гильдии или Страшным Откровением — просто рекламный буклетик, сработанный под старину. Приходите к нам бла-бла-бла, мы самые лучшие бла-бла-бла, открываем возможности… ну и так далее по тексту. Полезной крупицей знания в этой «воде» был тот факт, что удильщики это младшие боги только-только вылезшие из статуса сильных и могучих магов. В Гильдии он проходили обучение под потранажем своих покровителей и потом пополняли собой их пантеоны. Вот такая вот карьера. Ни обратного адреса ни контактного телефона на свитке естественно не было. Я в остановился и засунул его обратно в мешок — авось пригодится, например сало завернуть… И знаете что? Очень удачно я притормозил — буквально в пятидести шагах от меня в равнине зияла огромная дыра, из которой тянуло чем-то багровым и теплым.

Как по заказу только я собрался начать обходить эту местную достопримечательность, как мне под ноги бросилась толпа каких-то недомерков очень похожих по виду на чертей или бесов. Тощие, черные, мохнатые и с хвостами.

— Грешник, грешник! Живое мясо!

Я покачал головой и не вступая в неконструктивный диалог начал разгонять свой двуручник:

— Эх, размахнись рука, развернись плечо, ты пахни в лицо, Ветер-с-полудня…

По ходу шел я именно на полдень, так как ветер действительно дунул мне в лицо и в спину бесам, державшимся до этого на почтительном расстоянии от клинка. А ветер дунул и подтолкнул их прямо под очередной круговой мах! Хруст костей, несвязные вопли, куча-мола из черных мохнатых тел. Во время удара клинок полыхнул багровым и выбил из некоторых попавших под него какой-то красноватый туман-взвесь. Я опять разогнал свой «лом», но уже в вертикальной плоскости: Хрясь-чвак! Пришлось даже присесть, что бы лезвие приласкало своей полутораметровой кромкой как можно больше «народа». Опять вспышка и красноватая дымка.

— Бежим! Это маг! — относительно непострадавшие бросились в разные стороны. На траве остались валяться шесть тел разной степени разобранности, некоторые проявляли признаки жизни. Я с залихвацкой ухмылкой настоящего казака, которому «сам черт не враг!» стащил их в общую кучу и, побросав друг на друга пришпилил к поверхности земли клинком двуручника. Получилась этакая стопка чеков или накладных наоборот. Кто их знает, вдруг отрегенются и разбегутся?

«Познание существа» вызвало легкую тошноту и слабость, а так же уже знакомый шепот в голове на тему»…мелкие слуги темного мира и то, с чем их едят…» Как есть бесы! С помощью ножа я «поглотил суть» из наиболее пострадавшего и уже издыхающего. А проще говоря, выпил оставшуюся в нем манну и жизнь. Вокруг меня замелькал водоворот красновато-черного, пахнущего ладаном и звучащего криками боли. Ням-ням, вкусно. Вторая порция и повторить! Эх, быстро кончились «огурчики»… Силу, стонущую вокруг меня, я решил пока ни во что не вкладывать — надоело виснуть после каждого спела — и пока пасть посоха перерабатывала «вторсырье» оставшееся после моей «трапезы», я в первый раз наложил спел «познание вещества» на бесхребетное тело одного из бесов.»…кровь беса сильный наркотик для нежити и яд для живых…» Ясно. Я б в алхимики пошел, пусть меня научат. Будем изготовлять «наркотик и яд» с помощью фляги банальной спиртяги. Не люблю я ее вообще, только для дезинфекции взял. Для наружного, естественно, применения. Как добыть из мертвого тела кровь? Просто, откачать из сердца и сосудов. И шприц у меня есть, так что за работу! О герыче внутривенно, естественно придется забыть, а то вдруг от бесов СПИДом заражусь. Говорят же, что все от беса, от лукавого…

А спустя пять минут после окончания извлечения и смешивания, когда я продолжил свой путь в обход дыры в равнине, меня опять выдернуло, теперь уже в настоящий мир.

Глава 3

Вспышка, легкий звон в голове…

— Покорись, Демон!

Хорошо, что у меня зрачки сужены — зрение вернулось секунду спустя. Я стоял в центре пентаграммы и звезды со светящимися кристаллами на концах. У злобные демонологи-призывающие! Не дадут спокойно побродить человеку. Во второй освещенной уже свечами шестиконечной звезде стоял с поднятым вверх посохом чел в просторной багровой мантии. Вещал он не на русском, но я его отлично понимал.

— Покорись или испытаешь БОЛЬ!

Я осмотрелся по сторонам: находимся в каменном помещении с высокими потолками и не одни — еще порядка семи-десяти пар вроде нашей в наличии есть, вот только человкого вида я один, остальные призванные как на подбор были мелкими бесенятами. Знакомые тварюшки.

— Так корчись же от БОЛИ, именем господним заклинаю!

Я поудобнее пристроил меч на плече. Неприятных ощущений у меня не было. — Почему… — мужик с посохом был явно растерян, но до конца вопросить он не успел, появилось еще одно действующее лицо: — Адепт Нарен, что вы возитесь? И… кого это вы призвали?! — говоривший был одет в золото и умудрен сединами, да и посох у него был больше, массивней и богаче.

— Й-й-а мелкого прислужника призывал, мастер, а явился вот он и не хочет подчиняться. И имя господне на него не действует…

— Не порите чушь, адепт. По энергетике это явно прислужник, а по виду — человек. Что это значит? Внимательнее на лекциях надо быть! Это значит, что вы призвали путника с дороги меж Миров, обладающего способностью поглощать чужую магию и жизнь. Как надо поступать в таких случаях?

— Влить в призванного силу из накопителей Академии, подавить его волю и передать каптенармусу…

— Хорошо, хоть что-то вы знаете, адепт Нарен. Действуйте.

Я обеспокоенно переступил с ноги на ногу — не нравится мне их разговор.

— Стойте спокойно, молодой человек, — проговорил мне «мастер». — Вы все равно ничего сделать не успеете.

Адепт в своей звезде закончил шептать и ткнул оголовьем своего посоха в меня. Я ощутил как водоворот Силы пополняется и раскручивается с дикой скоростью. Появилось ощущение сдавливания в висках, как при Зове вампира.

— Мас-тер… он как прорва Бездны… уже три обычных объема для среднего мага… в него вкачал…

— Обрывайте канал, адепт, — хмуро протянул мужик в золотом. — Все у вас не Слава Богу… ну а вы, путник, почему не ставили барьеров Силе?

Честное слово, он со мной как с провинившимся учеником говорит!

— Меня предупреждали о возможности подобной ситуации, — пожал я плечами. — Так что прими, что уготовила тебе жизнь с готовностью, и только в случае неприятия противодействуй. Так я думаю.

— Похвально, похвально… кто же Вас наставлял на Дороге?

— Он назвался Удильщиком и Младшим. Остальное — опыт моей жизни.

— Вот как… Что ж… Прямо не знаю, что с Вами делать…

— Предлагаю вернуть меня туда, где взяли, — ухмыльнулся я.

— Пожалуй, да, так и следует поступить — ваше уничтожение обойдется несравнимо дороже уже потраченного и возможной выгоды. Кстати! Нет ли у Вас на продажу каких-нибудь диковин?

— А чем заплатите? — с прищуром спросил я.

— Ну, например артефактами Академии… — прищур у «мастера» был не менее жидовский, чем у меня.

— Поделками адептов, что ли? — забросил я пробную удочку и понял, что попал в десятку.

Нет, не по лицу «мастера», а по мелькнувшей гримасе адепта Нарена.

— Лучше не надо.

— Кхм… Да… Тогда золотом?

— Самородным? — а что может быть «естественнее для Миров»?

Уж точно не химически чистый металл!

— М-да… давайте-ка, молодой человек сперва посмотрим, что у вас есть, а то торгуем не пойми чем!

— Хм-м, — пришла моя очередь думать.

Что у меня есть ненужного, что можно продать?

— Вот, например эти наручи, — я постучал по железке на левой руке. — В паре они направляют Силу и, похоже, что божественную. Светлую, скорее всего. Интересует?

— Сейчас проверим, — «мастер» просунул внутрь пентаграммы навершие своего посоха, отчего кристаллы по углам вспыхнули, и в воздухе засверкала радужными разводами какая-то пленка.

Молодец я, что не стал бросаться на них. Финал был бы непредсказуем.

— Артефакт стабилен и действительно хранит толику божественной мощи. Откуда он у вас?

— После боя на Арене Гильдии Удильщиков снял с поверженного врага, — пожал я плечами с деланным безразличием.

На самом деле закидывал очередную удочку — надо же свиток толкнуть!

— Что за Гильдия? — отрешенно спросил «мастер», все внимание которого было сосредоточенно на изучении наручей.

— Как мне объяснили, там маги перешедшие в ранг младших богов проходят своего рода послушание и обучение, перед тем как влиться в пантеон своего покровителя.

— Боги?! Из магов?! — отрешенность как ветром сдуло. — Вы должны об этом подробнейшим образом рассказать!..

Я помотал головой:

— Лучше сами прочитайте — после победы на Арене мне Удильщик свиток дал, там как раз о Гильдии написано все, что я о ней теперь знаю.

— О-о! Свиток из рук бога… Молодой человек… Академия конечно же купит его у Вас… Вы ведь не откажитесь его продать? — взгляд у моего собеседника стал острым и опасным. «Попробуй только отказаться!» — говорил он. Я не стал ломаться — успею цену набить, если рожу прямо сейчас не набьют.

— Конечно, я его согласен вам уступить… за соответствующую цену, разумеется. — Сами понимаете: свиток из рук Бога, пусть Младшего, но с рассказом о Пути возвышения для магов… Кстати, у вас не так много времени на раздумья — Удильщик сказал мне, что в случае заполнения меня чужой Силой для удержания в Мире куда я попал не по своей воле, эта самая влитая Сила постепенно превратиться в мою собственную и вытолкнет обратно на тропу меж Миров. Я уже чувствую ее преобразование.

— Оставайтесь здесь и никуда не исчезайте!.. А, ну да… Адепт Нарен, влейте в молодого человека еще один резерв среднего мага, а я пока за казначеем и главой Совета вестника отправлю…

Кворум собрался спустя пять минут. Мне было предложено на выбор самородное золото, необработанные камни, книги-учебники магии и несколько артефактов за наручи, свиток и накидку орденца — в ней магов заинтересовал только символ чужого бога. Насколько я понял (по правде больше догадался-предположил) он мог служить своего рода адресом, с помощью которого можно к этому самому богу обратиться. М-да, айтишное прошлое дает о себе знать — какие-то и-нетовские аналогии… Ну так вот, втолкнули они все это внутрь моей пентаграммы на небольшом подносе и я начал последовательно применять на каждый вид товара свои немногие спелы — у мужиков глаза на лоб полезли, честное слово! Глава их Совета начал что-то шептать себе под нос и активно принюхиваться к тому, что я делаю.

— Сразу говорю, — решил я предвосхитить вопросы, — эти заклинания вложил в меня Удильщик и научить им я никого не могу. Найдете дорогу в Гильдию — там и спросите.

— О-о-о… Вот как… Ну выбирайте, молодой человек, выбирайте, — говорил со мной по большей части «мастер».

Глава и казначей говорили только через него.

«Познание вещества» сообщило, что золото что ни наесть самородное, а камни являются природными алмазами и рубинами. «Познание вещей» в свою очередь поделилось наблюдениями, что пара камней (алмаз и рубин) имеют свою душу и из них можно тянуть чуть-чуть маны. Да они и сами с радостью ее отдадут, если «правильно попросить». Самородки вещью в себе не были, книги для меня бесполезны… уже, все, что мог я из них получил (ХАЛЯВА!), а артефакты… откровенно бедовые, со сложной структурой внутри, так и норовящей расползтись-разрушиться.

— Возьму только самородки и камни, — вынес я свой вердикт, — и еще был бы рад нескольким небьющимся сосудам — не зачарованных, с естественными свойствами — и паре тонких трубок из самородного золота длиной в локоть.

— Вы еще и алхимик, молодой человек? Может у Вас и что-то по этой части имеется?

— На продажу только половинный раствор мертвой крови бесов. Для нежити она является сильнейшим наркотиком — вам знакомо это понятие? — а для человека — ядом.

— Раствор именно мертвой крови? Ценный ингредиент, дорогой и редкий, хотя у нас в Академии нет недостатка в Призывающих. Мы возьмем ее у Вас…

— В обмен на три сосуда с затребованными мной свойствами и на треть заполненными вашим лучшим и чистейшим растворителем, — быстро проговорил я.

«Мастер» кивнул. Еще спустя пять минут принесли все мною затребованное в бонусной упаковке из легкого, но прочного дерева, обтянутого черной мягкой кожей. А спустя «тысячу ударов спокойного сердца» или примерно пятнадцать минут, меня вытолкнуло обратно на тропу меж Мирами.

Я постоял немного, избавляясь от пятен в глазах и звона в голове, закинул меч обратно на левое плечо и потопал дальше мимо ямы Ада. Наверно это мое подсознание так интерпретирует проход в этот Мир. Что наводит на вопрос: «А не наркотический ли это бред?» Что в свою очередь влечет за собой вывод: надо еще валерьянкой закинуться. Не место здесь для чувственных метаний!

Охотиться на бесов я естественно не стал — не самоубийца я их по одному вылавливать! Под мерный скрип обувки и шорох подрясника я вспоминал чего мне в голову надуло из тех книжек. Спелов там, кстати, не было. Имеется в виду тех, которые Удильщик называл Истинными. В учебниках их составители больше нацарапали про окружающий мир, верность родной Академии, ереси… в смысле вере в их Бога и только в последнюю очередь привели пару рецептов типа «как убить свое здоровье создавая фаерболл, айсболл, виндболл, камень и т. д. (нужное подчеркнуть)», или «правда и вымысел в лечении насморка». Золотыми крупицами для меня в этих гроссбухах гуано стали три бытовых заклиналы: «Затянуть прореху мантии», «Превратить манну в жизнь» и «Ряса поломника». Первая шепталка, как ясно из названия, штопала предварительно обработанную одежду, вторая не давала сломаться студентам долгими бессонными ночами над тупыми книжками их предшественников, а третья обеспечивала комфортный для тела микроклимат в стылых каменных кельях учебного заведения, если ее конечно правильно наложить на одежку. Естественно как водится все с именем божьим на устах… Эх, прав Удильщик, нет во мне веры.

Мало по малу у меня в голове начала выстраиваться цепочка-задумка по грейду моего шмота, а то проснусь завтра например с голой задницей! Но останвливало меня от немедленных действий только отсутствие постоянного источника подпитки моего запаса манны. Книжки окольными путями и через десятые уста нашептали, что за пополнение «сосуда» отвечает как раз совокупность параметров Сила воли/Вера. Причем их значения отнюдь не складываются! В общем, в моем случае, манну легче было получить из убитых существ, чем разродиться ей самому. Это разум у меня бойкий и подвижный, а вот душа ленивая и тяжелая на подьем… Ну и ладно! Будь доволен тем, что имеешь и не суетись под грузом.

Глава 4

Время на тропе будто остановилось, и его ход я отмечал только потому, что мне регулярно хотелось пить. Промочил губы и вперед делать еще двадцать тысяч шагов. Будь расстояния между Мирами субстанцией материальной, я бы так и помер в пути от истощения. Но слава создателю к физике тропа относилась наплевательски, и мимо Миров я проходил с завидной регулярностью. Не всегда сознание или подсознание, кому что травится, умудрялось заключить сущность очередного Мира в зримый и понятный образ, подчас проходы так и оставались размытыми пятнами тумана, но всегда в окрестностях этих пятен мне попадались характерные для этого Мира существа. Людей я не встретил еще ни разу, зато поимел счастье отметелить замешкавшегося херувима — вроде чел, но какой-то обезъянистый что ли, с аурой огня и колчаном на три стрелы. Последние даже в руку брать не хотелось: «познание вещи» сообщило, что суть их нематериальна и при контакте с человеческой аурой и душой они внедряют туда чужеродную матрицу поведения и инвертируют существующий вектор веры. Ничего так определение, да? Но из положения я все же вышел, сначала поглотив то, что было сутью райского стража, а потом, после нормального усвоения, вытянул божественную Силу из этих трех СМИшниц. И оказались они обычными кусками светлого дерева с серебряными наконечниками и розовым оперением. Лук тоже отправился в переработку, так как был мне совершенно не по руке. Несколько щепок от него, обструганные и примотанные к рукояти фламберга, позволили сформировать из нее овал — теперь вопрос правильного угла удара решался на тактильном уровне.

Потом, спустя три прохода в Миры, выглядевшие как пятна соляной пустыни посреди степи, на меня кинулась свора шакалов-недомерков. Что уж за Мир они представляли, не знаю, но после завершения «ломомашества» мне в первый раз пришлось использовать промедол из шприцтюбика и шелковые медицинские нитки, что бы зашить рваные раны на ногах. Очень мне пригодилась кровь райского стража, которая являлась полным антогонистом крови беса. Наполненная маной и введенная внутримышечно (пришлось распечатать последний стерильный одноразовый шприц) в водном растворе, эта дрянь вызвала сильнейшую эйфорию (забыл, что промедол действует с небольшой отсрочкой) и быстрое прирастание пришитых на место кусков мяса. Не знаю, что бы я делал без химии в своей крови? Кончился бы наверное уже на Арене!

После этого случая я был особенно осмотрителен при подходе к Проходам и начинал общение со «стражами» с трех стрел из своего зачарованного блочника (в саадаке нашел прицел и с точностью дело поправилось, особенно когда вбухал в игрушку две трети того, что имелось после встречи с «собачками»), инъекции адреналина и раскрутки над головой пылающего клинка. Сила на последнее действие «летела» с неимоверной скоростью, зато набежавшие твари неизменно делились пополам. Хотите прикол, кстати? Чем вы думаете, я клинок фламберга заточил? Оселком, припасенным для ножиков? Ненаучная фантастика! По кромке лезвия ширкали в такт шагам пара алмазов с удобной формой. Маги не мелочились — отдали за свиток крупные, с четверть кулака, камни.

Таким макаром я миновал еще пять Миров, восстановив свой энергозапас и обзавелся раствором, восстанавливающим тонус организма. «Познавалка» обозвала эту смесь на трех кровях и спирте Настойкой Восстановления Выносливости. С каждым разом спел давал мне чуть больше инфы — обустраивался в моем разуме, подключал к процессу ассоциативные ципочки и опыт предыдущей жизни. А там полезного кроме РПГех, прочитанной Библии, Корана и Молота Ведьм было очень мало. То-то я чую что мой поход начинает напоминать какую-то бродилку…

Вспышка, гул в голове.

— Здравствуй, Скиталец. Я Вейне-Призывающая спрашиваю тебя: согласен ли ты помочь Ордену в его Битве, — передо мной замерла, вытянувшись в струнку молодящаяся женщина, закутанная во множество кусков ткани формирующих какой-то летящий силуэт. Находились мы в помещении конической формы на пяточке освещенным падающим сверху лучем серебристого света.

— К-ха… Ты просишь меня об этом, призываешь или приказываешь?

— Прошу и призываю. Орден щедро наградит тебя за согласие.

Я не стал спрашивать опасная ли битва им предстоит, с ней и так все понятно, а вот наградой заинтересовался:

— Чего дадите?

— Ты воин… кажешься воином, — поправилась она. — Орден снарядит тебя на битву и наложит благословение Всесветлейшей Богини Селе, Матери Мира и всего сущего в нем.

Я удовлетворенно кивнул:

— Я согласен вступить в битву на вашей стороне. Каково мое задание?

— Ты и еще шесть призванных воинов должны будете устроить вылазку в стан отступников. Мы посылаем именно вас только потому, что вам не потребуется тратить силы на возвращение в крепость — растратив дарованные Богиней силы вы вернетесь во тьму меж Миров.

— Ясно, посылаете призванных за неимением смертников. Веди меня в вашу оружейную Вейне-Призывающая, будем экипироваться.

— Следуй за мной, — женщина развернулась и поплыла над полом, я вслед за ней потопал. Н-да, не гожусь я в местный ансамбль «Березка» со своей поступью боевого мамонта…

— Убей как можно больше призванных отступниками, их солдат и их самих, — вводила меня нанимательница в курс дела по дороге. — Призывать они могут только животных и слабых порождений темных миров, солдаты в их войске по большей части наемники и всякий сброд, но есть и Гвардия отлученного королевства — эти сильны. Отступников ты опознаешь по одеждам цвета стылой воды и посохам в руках. Чем больше на них будут кристаллы, тем больше благодати прольет на тебя Богиня. Мы пришли.

Вейне ввела меня в просторную комнату с пирамидами вдоль стен на которых расположились различные колуще-режуще-дробящие приспособы и маекенами в центре, с висящими на них комплектами лат. Красиво это все конечно, но вот материал явно подкачал — кожа и бронза, чуть-чуть богато инкрустированного сырого железа, много кости и лакированного дерева. В помещении уже топтались пять гуманоидов в сопровождении мужчин и женщин обмотанных тканью на манер моей провожатой. На меня они внимания пока не обращали.

— Воины отступников экипированы так же?

— Что ты имеешь в виду?

— Материал доспехов и оружия. Тоже бронза, кость и сырое железо?

— Это лучшее оружие в нашем Мире, остальные снабжены гораздо хуже! — сколько гордости в голосе! Фига се.

— Угу, хорошо, — я начал разоблачаться, последовательно стаскивая с себя поклажу, саадак с луком и колчаном, кирасу, бронник… Последний оставил на моих руках жирные черные пятна. Я поскреб его ногтем — волокна легко разрушались. М-да. Кончился поддоспешник… а что еще кончилось? Я последовательно применил «познание вещи» на каждый предмет из имеющихся у меня. Порадовало трофейное оружие — свойства его не изменились — и два моих ствола: они в этом мире даже могли стрелять… на треть хуже чем в родном. Огорчил герыч (превратился в яд) и два шприцтюбика промедола — их использовать уже не имело смысла. Ладно хоть остальные медикаменты изготовленные по дубовым советским технологиям не подвели!

— Вейне, дай мне какой-нибудь мешок — мусор собрать.

— Оставь здесь кучей. Послушники Ордена наведут порядок. Поторопись воин, вас уже семеро и многие подобрали себе латы и оружие.

Я понятливо кивнул и пробежался глазами по манекенам в броне. Не то, не то, не то… Мои случайные соратники нацепили на себя богато изукрашенные и инкрустированные камнями и полированной костью доспехи — похоже решили урвать дополнительный кусок вдобавок к обещаной награде. Я же хотел прежде всего выжить и потому остановился на более просто выглядещей, но вместе с тем более толстой кожаной ламилярной броне-комплекте: каркасный шлем из темной бронзы, роговых пластин и кожи (очень удобный и сидит как влитой!), ожерелье с развитыми наплечниками (кожа с нашитой бронзой), бронзовые наручи (не очень толстые, но с несколькими призматическими ребрами жесткости), «бронекуртка», севшая на меня как перчатка и позволившая нацепить обратно кирасу, составленная в единое целое с юбкой-набедренниками, опускающимися до колен и поножи, обшитые роговыми пластинами. Я одевался снизу вверх, как учил реконструктор Дима и последними одел наручи, предварительно уколовшись инъекцией адреналина. Ящик с «алхимическим обеспечением» и ценностями был плотно обложен мною стальными пластинами от бронника, закутан в вампирский балахон и вновь засунут в заплечный мешок. Капроновый саадак блочника к сожалению тоже начал оплывать жирной грязью, как и легкий колчан. Потому пришлось отыскать в оружейке здешнее изделие из плетеной коры, насовать туда легких стрел, похожих на тростниковые со слюдяными наконечниками и подвесить его на ремень с портупеей у левого бедра. Это единственное что я взял из здешнего оружия. Последним номеров в рот отправились три драже валерьянки и я протопал-проскрипел-прозвякал к Вейне:

— Я готов убивать! — вид у меня стал брутальный и представительный до нельзя. Особенно удались бросающиеся теперь в глаза свернутый костяной тотемный посох на поясе и лук с двуручником в руках наперевес. — Веди.

— Хорошо, ты последний… Сейчас мы отправимся в крипту за благословением, а потом тебе передадут вознаграждение. Это будут драгоценные камни.

— Ясно, веди, — повторился я.

Призывающая развернулась и с тихим шелестом ткани поплыла вперед, я опять вслед за ней. Коридоры были сложены из грубо обработанного известняка и освещались редкими жировыми светильниками. Экономят — оружейка сияла роскошными канделябрами и пылающими дорожками-канавками на стенах.

— Сюда. Сохраняй молчание и присутствие духа. Длань Богини не любит ярких чувств.

Я встал в очередь за «бафом» в затылок мужика на полторы головы ниже меня. Он переливался камешками как елка гирляндами и тискал в руках боевой молот с битком из куска чернейшего обседиана. Еще в команде были три мечника, один копейщик и один лучник.

— Положи ладони на кристалл, призванный и открой душу взору Богини, Матери всего сущего, — говорила седая женщина на троне, обращаясь как раз к стоящему впереди меня. Тот подчинился — молочно-белый кристалл полыхнул неяркой вспышкой. Мужик отвалился в сторону нетвердо покачиваясь на ногах, как пьяный.

Я проводил его задумчивым взглядом, но из раздумий меня быстро вывел окрик Длани:

— Исполняй ритуал, призванный, время дорого!

Угу, осаждающие разбегуться раньше времени, не намотав наши кишки на свои клинки… Я хмурясь схватился за теплый граненый камень и «открыл душу» применив к нему «поглощение сути». Вспышка затопила весь зал — хорошо что глаза закрыл! — а меня накрыло пьянещей волной волшебства бархатной лунной ночи. Х-хорошо…

— Всесветлейшая обратила на тебя взор, чужак, — хмурясь проговорила Длань. — Но мне кажется, ты добился ее внимания обманом… хотя не мне судить свершения Матери нашей. Иди, чужак, и будь достоин оказанной чести!

Я действительно урвал больше, чем они хотели дать. Не обманом, естественно, так как никому ничего не обещал, кроме исполнения поставленной задачи. В общем не щелкайте клювами, товарищи, ибо не фиг!

На выходе нам выдали по мешочку, объемом с пару кулаков и весом грамм в триста-пятьсот… ну или меньше — я же не человек-весы!.. Значит снарядили, бафнули-благословили, отбашляли обещанное и вытолкнули через крохотную дверку во вратной башне за стену, где царила ночь. Я сразу же понял, что за «баф» нам достался — ночное зрение. Отлично… О! Начались выяснения отношений! Мужики скучковались и шепотом стали друг на друга шипеть, выясняя кто главный и соответственно пойдет сзади и будет в большей безопасности. С большой натяжкой это можно было назвать выработкой тактики. Я не остался в стороне и влез в общую кучу:

— Чего тормозите? Сейчас нас с башни стрелами приласкают за ради напоминания о долге — не до разговоров будет. По-моему все просто: подходим к лагерю, мы в два лука, — я кивнул на второго лучника, — снимаем стражу, если она есть и начинаем сыпать стрелами по сидящим вокруг костров. Вы же впятером идете вперед к центру.

— Слишком умный?! Сзади хочешь отсидеться стрелы метая?! А может пойдешь вперед — вон у тебя меч какой здоровый! А лук мне отдай…

— Обломись, уродец, — оскалился я и ткнул оголовьем рукояти фламберга ему в зубы. — Я лично прослежу, что бы ты вперед всех бежал, потому что если увижу твои тормоза — схлопочешь стрелу в затылок! Закончили галдеж и вперед!

Смотри-ка, подчинились! Чей-то они? Я топал вслед за пятеркой, а по правую руку ко мне пристроился второй лучник.

— Дальнобойный? — кивнул я на его гнутую в четыре загиба деревяшку.

— Сто шагов.

— У меня слабее, да и стрелы легкие взял. Встанем в пятидесяти шагах, бьем вразнобой и вперед за мужиками. У меня тридцать стрел, и когда пойдем, держись от меня подальше — у меня размах большой.

— Ясно, буду держаться в стороне или позади, добивая раненых — у меня только короткий меч и кулачный щит. И четыре десятка тяжелых стрел…

— Ты вообще откуда?

— Из земель Курангала, с купцом в соседний Мир товар несу, а ты?

— А я с Земли. Курангал это Бог? — кивок — Ясно, у моей земли много богов, но я ушел искать лучшей доли.

— Сам? Ты маг?

— Где-то так, но совсем еще ничего не умею, так что не ожидай от меня огня с небес или лавины камней. Когда разговор доходит до драки, я полагаюсь на свои руки и то, что на тот момент в них есть. Все, место, готовься! — я воткнул фламберг в землю, достал пучок стрелок и стал располагать их в ряд с интервалом в ладонь.

— Может на тот холм поднимимся? — напарник-соратник указал на небольшую возвышенность слева метрах в ста от нас и господствующую над лагерем.

— Там наверняка ночная стража и может быть засада на случай вылазки. Мы и так выше их шатров за счет того, что крепость на холме стоит.

Напарник, наконец занялся делом — распечатал свой колчан и воткнул перед собой три довольно толстые черные стрелы, а четвертую наложил на тетиву. Я с сожалением про себя посетовал о том, что нет просмоленной пакли и зажигалки. Нет, кремень с теркой у меня есть, но это не то… Или то?

— Подожди-ка, — я порылся в набедренном кармане, где лежал набор для экстренной помощи и с довольной ухмылкой вытянул оттуда марлевый бинт, несколько ватных тампонов и полупустой флакон со спиртом.

Все это я поделил попалам и быстренько из своей части и легкой стрелки изготовил ночной боеприпас-трассер. Так называемые «зажигательные» стрелы при ночном обстреле служат не для поджига крыш, а скорее как индикатор правильности выбора возвышения и упреждения. Попробуйте во тьме ночи увидеть летящую тонкую палочку! А с тлеющей и разгорающейся в полете паклей из стрелы получается этакий светлячок.

— Пристрелочный будет, — объяснил я свои манипуляции призванному охраннику купца. — Есть у тебя кресало? За моим долго и далеко лезть.

— И так справлюсь, — мужик быстро приладил распушенные тампоны к наконечнику и несколько раз обернул их бинтом.

Потом по моему примеру окропил оставшимся спиртом и жестом попросив у меня мое изделие закрыл глаза и сосредоточился. Спустя секунду обмотка стрел начала тлеть и вдруг вспыхнула почти невидимым в ночи спиртовым пламенем. Завоняло паленым.

— Держи.

Я принял у него свою стрелку, вложил ее в прорезь и с отшагом правой ногой назад оттянул тетиву блочника. Два штырька на открытом прицеле на расстоянии вытянутой руки были вполне хорошо видны и в обычную лунную ночь, а «баф» вообще превратил окружающую тьму в синеватые сумерки с пульсирующими красными силуэтами живых существ. Так что я с удобством взял возвышение для выстрела на пятьдесят шагов, совместил прицел с одним из красных пятен у границы шатров и толкнул в лук через левую руку Силу. В момент выстрела ведущая рука чуть изменила положение и золотистый росчерк-дуга уперся своем концом точно в цель. Напарник выстрелил через пару мгновений после падения моей стрелы. Опять светлячок метнулся к лагерю, но в этот раз уткнулся в купол крайнего шатра.

— Зачем? — спросил я, накладывая вторую стрелу и возвращая руки в найденное удачное положение. Ноги я вообще не двигал.

— Огонь моей души не потухнет и найдет себе пищу по вкусу. Скоро пускать смертоносных посланцев станет легче.

— Угу, — треньк!..

Я пускал стрелы с исполнением «полного ритуала» (на точность, а не на скорость), то есть, оттягивая тетиву до щелчка кликера (на этих самоделках он на начале обмотки наконечника работал), посылая в лук импульс Силы и доставая следующую «тростинку» из колчана, а не из земли перед собой — их очередь придет если нас обнаружат и атакуют. Целями я избирал относительно небольшие красноватые силуэты, рассудив (и вспомнив «собачек»), что призванная живность может доставить нам больше неприятностей, нежели люди. Последние ночью предпочитают спать и что бы раскачаться им нужно некоторое время.

Пятерка наших соратников тем временем не спеша дотопала до линии крайних шатров и замешкалась — не хотелось им ввязываться в бой.

— Лучше бы им начать действовать, — пробормотал напарник, посылая очередную оперенную смерть. — Клятвопреступников никто не щадит, даже если клятва дана не истиной богине… Пока мы в ее полной власти — в ее мире и под ее благословением. Пора бы им начинать, — повторил он.

Я глубокомысленно промолчал, сосредоточившись на зачистке сектора — при удачном попадании силуэты на мгновение вспыхивали и затем медленно меркли. Иногда от них доносился короткий взрык или тихий скулеж. Тревогу в лагере осаждающих не подняли только потому, что мужик справа от меня снял всех ближайших часовых.

Наконец, кто-то из пятерки бойцов решил стать первым и что-то воодушевляющее проорав, побежал к центру войсковой стоянки. Сначала за ним отправился второй… с отставанием на шаг или два третий…и вот уже порыв захватил самых туго думающих. Как по заказу, одномоментно вспыхнул конус полога шатра, в который попал «светлячок» напарника. Вкупе с действиями пятерки наших соратников это ввергло лагерь во все разрастающуюся суету, если не панику. Кстати осаждающих было совсем немного — всего сотня или две — и большинство из них сейчас были неодоспешены. Народ метался в зареве горящего шатра и занимающихся связок хвороста, сталкивался, тут же вспыхивали драки и поножовщина — крайние шатры занимали самые бедные и от того злые и недисциплинированные воины. Свою долю сумятицы вносили поддавшиеся общему настроению твари всех размеров, мастей и видов. Не знаю уж, что Призывающие за алгоритмы животинам в мозги вставляют, но кусали и драли они всех и каждого вокруг себя.

— Чувствую магию, — хмуро протянул напарник. — Кто-то за нашими спинами раздувает пожар паники и смущения разума. Видимо именно на это был изначальный расчет…

— Надо думать, — пожал я плечами. — Сразу было ясно, что местные жрицы не пальцем деланы и не пошлют семерых на несколько сотен. Сколько у тебя стрел осталось?

— С десяток.

— У меня и того меньше — только вон те пять, что торчат в земле, — я на мгновение сделав паузу, отрезав ремешки, крепящие колчан к поясу — не фиг пустой «таре» в ногах путаться. — Пошли вперед, прицельно остатки добьешь, а я сразу схватку завяжу.

Напарник кивнул и, вернув торчащие в земле стрелы в свой колчан (я свои тоже ему передал), пошел вслед за мной. Топали мы неторопливо: мужик размеренно на каждый пятый или шестой шаг пускал стрелу в суетящуюся толпу — я же тискал рукоять фламберга в руках, вливая в него Силу, и пытался распалить в себе кураж. Блочник, за отсутствием саадака, повесил на заплечный мешок — неудобно, но и выбросить жалко. Авось уцелеет…

— Видишь наших? — спросил я в двадцати шагах от крайнего шатра. Сам я Призванных бойцов потерял.

— Их куда-то в сторону оттеснили, за шатры. Не специально — в общей давке увлекли. Да они не особо-то и старались под конец биться и атаковать — больше оборонялись, сбив строй вокруг копейщика.

— Ясно… Бывай приятель, я по прямой к центру рвану. Чую минут пять мне в этом мире топтать землю осталось.

— Прощай…

Я несколько раз быстро вдохнул-выдохнул, как перед прыжком в ледяную майскую воду и медленно разгоняясь, устремился вперед. За три шага до первого взятого на прицел противника с одним мечом в руках и сером хитоне на теле проорал старый воинский клич:

— Р-ра! Бар-р-ра!!! — и тут же косой удар «ломом» сверху-вниз и справа-налево.

Приятная дрожь-звон стали разрывающей плоть, проворот-обход валящегося тела используя меч, как ось вращения, снова удар — с разворота по восходящей траектории. Никто под него не подставился — успели отпрянуть в стороны, но ничего — вновь спин вокруг набравшего инерцию фламберга, прыжок и опять косой справа на лево и сверху вниз. Достал двоих самым кончиком клинка — все же влитая в предмет Сила превращает его в практически родную и до боли знакомую вещь, от которой не ждешь подлости. Помниться в клубе реконструкторов пробовал помахать полутораметровой деревяшкой с залитой свинцом сердцевиной для обеспечения массы. Из нескольких разученных связок на основе кендо выполнил всего одну с грехом по полам и потянув длинную мышцу спины. А сейчас двуручник, как продолжение тела и дистанция чувствуется идеально. Знаете это чувство, когда кто-то неслышно подходит к вам со спины и ты непонятно как узнаешь человека и даже угадываешь, что вот сейчас он в двух шагах от тебя? Практически то же самое ощущал и я сейчас только с поправкой на ситуацию.

Год, прошедший с того момента как решил уйти, был на порядок интересней и насыщенней на события всей предыдущей жизни. Что в ней было? Школа, улица, институт-работа… Ничего особенного и экстраординарного, все как у всех. А тут появилась цель по душе, цель, сулящая наглядный и ощутимый результат, которого никто из знакомых не добивался. Существование, скатившееся к тому моменту к тупому зарабатованию денег и их последующему растрачиванию, заиграла новыми красками и проблемами. Как готовиться к уходу в «мир иной»? Что с собой брать? Как обеспечить свою безопасность? Не простые вопросы! Необходимо оружие, которое не подведет, здоровье и сила в теле, наконец, навыки совершенно не нужные обычному горожанину! Достаточно сказать, что за год я на медицинские услуги потратил в несколько раз больше, чем за весь уже прожитый отрезок времени. Коррекция зрения, реставрация зубов, полное обследование организма и превентивное восстановление тканей суставов. Набор мышечной массы и тренировки на выносливость, подстегнутые препаратами и под руководством тренеров. Несколько длительных походов в «пересеченку» с полным отрывом, когда рассчитываешь только на то что взял, а не ходишь в соседнюю деревню за тушенкой и сгущенкой… К чему я это все вспомнил? Да вот навеяло ситуацией. Помниться тренер реконструкторов Дима Ланс (и вовсе не из-за рыцарского копья, а потому что на «лансере» катается) наблюдая за моими упражнениями, кипятился и орал: «Это меч с изгибом! Им с оттягом работать надо, а ты как своей бамбуковой палкой машешь!» А я заученной технике не изменял — решил для себя, что меч — не меч, но палку в руку длинной или больше найти везде можно. Лучше я как привык работать буду, все равно переучиваться поздно, можно успеть только приноровиться к увеличившемуся весу. В конце концов, что такое клинок меча? Это все та же палка, только железная и с чуть-чуть другими физико-геометрическими свойствами. В общем, вспомнился мне Дима Ланс и подготовка только из-за того, что я использовал фламберг, которым тоже»… с оттягом работать надо…» как самый настоящий лом… да и с самого начала его только так и воспринимал: полутораметровый плоский лом с крестовиной и рукоятью весом под десяток кэгэ. Л-ломи-круши!

После результативных ударов фламберга над упавшими людьми начинал клубиться алый туман-дымка. Когда я двигался сквозь него, он оседал на лице неприятной маслянисто-липкой пленкой, но вместе с тем странным образом добавлял сил. Меч тоже в захлеб пил умирающих людей, а на пятом или десятом начал пульсировать в такт моему сердцу: «Ко мне, ко мне, ко мне…» Ну прямо-таки Зов того вампира, чья Сила была отдана «лому»! Некоторые из стоящих на моем пути отреагировали на пульсирующий зов шагом вперед и умерли, другие наоборот в панике метнулись в стороны и выжили. Меня устроили оба исхода.

Вот народ передо мной стал более напоминать солдат — держаться тройками или более большими группами, частью одоспешены, однотипно вооружены ростовыми копьями и овальными щитами. Обещанная Гвардия? Я вырвал меч из последнего зарубленного, уперевшись в его грудь ногой и с силой потянув железяку на себя — до самого хребта «ломстер» дошел.

— Р-ра! Барра! — вместе с рыком в клинок устремляется весь собранный в лагере «урожай» Силы. Я физически ощущаю, что стал в разы мощнее и подвижней. — П-по-о-ше-ол!!!

Теперь я не кручусь-вращаюсь вокруг разогнанного фламберга — резко рублю его инерцию, принимая клинок плашмя попеременно то на правое, то на левое плечо. Лезвие ходит из стороны в сторону параллельно земле и защищает меня от атак не только с фронта, но и по бокам. Так как удары идут с проносом, а хват рукояти полужесткий, то иногда все же появляется эффект оттяга, хотя больше я стараюсь попасть самым кончиком клинка. Ламиляры, копья, щиты — все в щепы. Вокруг меня закручивается спираль красноватого тумана, постепенно уплотняясь и застилая взор. Приходится кастовать «поглощение сути» — появляется на краткий миг эйфория… и снова лязг и крики боли вокруг.

А если кто умный и шибко ловкий пробует сунуться в момент остановки меча у левого плеча — например одно чудо в низком и длинном выпаде ткнуло своим копьем мне в живот, прикрываясь своим щитом сверху — то храбреца легко встретить рубящим справа-сверху предварительно перебросив меч через голову и, разворотом вырвав клинок из прорубленного на треть или половину трупа, отогнать широким круговым махом сунувшихся вперед… Этакая дугна со сталью вместо деревянного шеста. Совсем не зрелищно, зато эффективно и относительно безопасно — лишь изредка в кирасу со звоном тыкается короткий дротик или что-то прилетает сзади и вонзается в многострадальный мешок.

На очередном махе справа на лево с шагом вперед, я вдруг неожиданно углядел достаточно широкий разрыв в цепи рассыпавшихся тройками одоспешенных в ламиляры вроде моего бойцов, в котором мелькнула белесая мантия отступника. Не раздумывая ни мгновения, я закинул меч на плечо, высвободив тем самым правую руку, и метнулся вперед — в разрыв. Пять быстрых шагов — миновал цепь гвардейцев. Руку на поясную кобуру, привычным движением рвануть клапан и ухватиться за потертую рукоять. Большим пальцем взвести боек, прицелиться… Выстрел! Два, три, четыре! Несколько шагов вперед, короткий взгляд по сторонам и назад — гвардейцы застыли в ошеломлении. Хорошо! Пять, шесть, осечка… Пять жрецов-отступников оседают на землю — они стояли достаточно плотной группой. Шестой-центральный с ярко сияющим кристаллом посоха невредим — его пулю приняла на себя соткавшаяся из воздуха туша крупного беса. Пока, ТТшка! Рука, выпустившая пистолет (он плюхается на землю и тащится за мной на тонком кожаном плетеном ремешке зацепленным за антабку) коршуном падает к болтающемуся на веревке обрезу. Еще несколько шагов вперед и в сторону, что бы обойти топчущегося на месте темного изверга. Бах! Бросок беса на линию огня. Есть контакт! Балахон-мантию явно рвануло жербием — значит и телу под ней чего-нибудь перепало — темный не успел прикрыть призвавшего его. Вновь в руках фламберг, переброшенный на правое плечо и быстрые скользящие шаги вперед. Обмотки в сапогах все пропитаны потом… не стереть бы ноги…

— Н-на! — «лом» с упоением тянет Силу из оседающего порождения местного Ада. Рывок на себя.

Жрец пристально смотрит мне в глаза, сидя на земле и зажимая рукой левый бок — мантия под ладонью стремительно краснеет.

— Ты же призванный, это не твоя схватка… Оставь мне жизнь…

— Мне заплатили, — я с силой посылаю клинок вперед в колющем ударе прямо в грудь раненого отступника.

Опять коротко оглядываюсь назад и по сторонам — есть зазор. «Поглощение сути» на умирающего жреца. Фламберг пока торчит из его грудины и также что-то вырывает из полуметрвого тела. Ладно, покушай пока. Я за кожаный поводок подтянул к себе пистолет, выщелунул обойму, передернул затвор — несработавший патрон кувыркнулся на землю — снять ствол с полувзвода, обойму на место и в кобуру китайца. Взгляд по сторонам — а они близко! Время, мне нужно время!

Я положил руки на поверхность своего посоха и сосредоточился. Пасть выпустила позвонок, за который держалась, хребет упруго распрямился, прочертив отравленным кончиком полуторный круг вокруг меня, задев при этом блочник все еще висящий на мешке. Жив, чертяка!.. Когда я повернулся лицом к с опаской приближающимся воинам, навершие посоха уже было повернуто от меня и медленно открывало мертвые глаза головы василиска. Вся запасенная Сила в секунду ухнула в никуда… Однако результат! По меньшей мере с десяток одоспешенных солдат замерли неподвижными статуями и еще несколько за их спинами повалились на землю, вяло шевеля руками-ногами. Отлично! Есть время… совсем немного — сейчас меня из этого Мира выкинет.

Посох на место, прыжками сбесившегося кенгуру к телам жрецов — хорошо, что лежат компактной группой! Руки проворно вытащили из-под тел пять посохов с молочно-белыми кристаллами на концах, подобрали шестой около главного жреца, после короткой паузы сорвали с шеи выпитого фламбергом до дна трупа богатый кругляш амулета-талисмана… И только я выдернул из ссохшейся мумии пламенный клинок, зажав под мышкой деревяшки, как перед глазами возникла знакомая вспышка.

Пятна на сетчатке, ощущение полета, твердая поверхность под ногами…

— Приветствую тебя, Призванный!

Когда я проморгался, то вместо ожидаемой травяной равнины увидел вокруг себя луч лунного света, падающий сверху и каменный конус за его пределами. Передо мной на троне в окружении коленопреклоненных девушек восседала зрелая и могущественная дама (ну не поворачивается язык назвать ее просто женщиной!) в темном с блестками платье и диадеме-обруче с белесым камнем на голове.

— Здравствуйте, уважаемая, — я склонил голову перед Силой, которую ощущал в этой красавице. — Могу ли я надеяться, что вы являетесь той, которую именуют Всесветлейшей Богиней Сееле, Матерью Мира и всего сущего в нем?

— Ты не ошибся, Призванный… И твоя бесстрастность весьма похвальна. Ты с честью выполнил взятые на себя обязательства и, как и было обещано моей жрицей, я пролью благодать на тебя. Но прежде… ответь, не хочешь ли ты остаться в Мире моим Слугой?

— Служение тебе, божественная, предполагает веру, истовую и бескомпромиссную… загляни в меня, луноликая. Ты видишь там хоть каплю веры?

— Да… веры в тебе совсем нет, один лишь ее отзвук. Я могла бы обратить твою душу к себе, но такой Слуга был бы уже бесполезен и не нужен… Хорошо, Призванный, да будет так! Ты уйдешь из Мира с моим благословением… и проклятьем. Последнее я налагаю на тебя за неподчинение моей Воле. Да будет так!

Лунная Богиня сошла со своего трона и приблизилась вплотную ко мне. Понятно у кого жрицы переняли манеру передвижения! Ее рука медленно и торжественно опустилась мне на лоб:

— Сим налагаю благодать Ночи, — отрешенно проговорила Сена посверкивая камнем в диадеме. — Пусть она сопутствует тебе в твоем Пути, — потом она прикоснулась своими губами к моим и через мгновение прошептала мне на ухо: — Этот же момент будет твоим проклятием! Помни в любом облике и личине, путник, что в этом Мире тебя ждали слава, почести и достаток на земле и Небе, но ты сам от них отказался… Вижу ты вырвал из нечестивых рук отступником малый алтарь жреца. Властью моей даю тебе право обращаться с его помощью к Силам Ночи и Луны в каком бы ты мире ни оказался. Знаю, ты найдешь способ договориться с духом-хранителем. Прощай, путник!

Вспышка, переливистый стон…

Глава 5

«М-да, ничего так проклятье», — было первой моей мыслью после возвращения на тропу. — «В какой бы канаве ни оказался и с какой бы стервой ни спал, помнить, что мог бы иметь… и грезить о несбывшемся». Сур-рово!

Я тряхнул головой, отгоняя незваные мысли — посмотрим, что будут дальше. Мало ли было таких, как она, стремящихся оставить рану на сердце поглубже? Были, не много — ни мало, и все мои… да что опять за муть!

Чтобы отвлечься я сосредоточился на трофеях и итогах боя. Перво-наперво воткнул фламберг в землю, кинул рядом посохи, сбросил с плеч мешок и лук и стянул сапоги, с удовольствием пошевелив освободившимися пальцами ног. Супер! Только после этого принялся за осмотр активов. Блочник практически не пострадал — я обнаружил на нем всего пару новых царапин. С мешком было хуже… Это был не мешок, а какой-то ежик, ощетинившийся разномастными стрелами, некоторые из которых были обломаны. Я в темпе распутал завязки и вытянул «походный ящик алхимика». Стальные пластины от бронника сделали свое дело — уберегли бокс со всем содержимым. А больше всего досталось солдатской фляжке с водой, сопровождавшей меня с самого начала пути. Ее пробили насквозь аж девять стрел! Какой-то нехороший и меткий человек раз за разом посылал мне гостинцы в район поясницы — страдалица лежала на самом дне мешка, как раз на уровне нижней кромки кирасы. Ух, попадись мне этот лучник под удар!..

Но нет худа без добра — у меня опять имелись боеприпасы к луку. Девять толщиной в палец и с гранеными наконечниками темной бронзы, пять чуть более тонких с зеленоватыми двузубыми шильцами (кто это меня за утку принял?!) и еще с десяток разномастных, среди материала наконечников которых встречался и обсидиан и слюда и кремень и даже мягкая самородная медь. Рано я колчан получается сбросил… Придется обходиться кивером на шесть стрел, который переложил в оружейке из саадака в мешок. Хотя не факт еще, что эти самоделки влезут в его пазы и будут держаться… Я с головой закопался в свой теперь дырявый мешок и стал раскладывать на расстеленном вампирском (тоже дырявом) балахоне прибамбасы для блочника. Так… Вот искомый кивер… нормально, если как следует приложить руки даже самая толстая стрела с бронзовым наконечником влезает и держится. Как бы его поставить? О! Вот и набор ключей «неубиваемый» — металлическая хреновина вроде швейцарского ножика, с которой уже стекли пластиковые щечки. Но нам красота побоку — главное функциональность! Чего это я раньше рогатому внимания не уделял? Зря, зря… Спустя десять минут кивер был установлен в правильном положении, а не как пытался сначала. Так же была подрегулирована полочка (тупо разжал ограничительные проволочные усы), удален кликер ввиду неунифицированности боеприпасов и перетряхнуты остальные принадлежности. Большая их часть не пережила визита в Мир Сены и распалась на составные части. В строю остались только непонятная плетеная кожаная петля, вполне понятные плоскогубцы с изменяемым зазором — для извлечения стрел и нечто вроде спускового механизма для лука — релиз он называется по моему — правда без петли крепления на запястье. Полезные феньки я растолкал по карманам штанов, а мусор стряхнул в сторону. Потом натолкал разномастных стрел в кивер, выбрав наименее пострадавшие от столкновения с пластинами бронника, а с остальных неформатных снял наконечники и оперение. «Бронзовые» я решил поберечь для явно сильного и бронированного противника, а «двузубы» — для возможной охоты. Ведь придуже я когда-нибудь куда-нибудь?!

После оружия настала очередь осмотреть раны на теле. Да! Так и только так, именно в этом порядке, потому что порез на руке слабо влияет на выживание, совсем не так, как нерабочее дальнобойное оружие. Ну, так вот, больше всего досталось предплечьям, защищенным только рукавами подрясника и тонкого шерстяного свитера (подарок бабушки, между прочим) — пять глубоких царапин и одно длинное рассечение кожного покрова. Ноги уберегли краги, кирзачи и набедренники — отделался синяками. А ведь пытались нехорошие люди меня «обезножить» — полы поповского прикида обзавелись нехилым количеством прорех и украшением в виде пары запутавшихся в ткани наконечников с обломками стрел. Я по уже знакомой схеме обработал повреждения, щедро смочив ватные тампоны «кровью херувимов» и приматав их бинтом в районе обеззараженных и быстро (читай неаккуратно) зашитых порезов. Нет у меня сейчас времени ждать пока они зарубцуются естественным способом.

Я позволил себе минуты три просто посидеть на земле со скинутыми сапогами (перемотал, раз уж такой капитальный шмон-проверка идет, портянки) прислушиваясь к кипящему в крови коктейлю. Вот эта ватная отрешенность результат действия валерьянки — спасибо ей за отсутствие мандража и сильных реакций на непривычную обстановку. А эта легкое парящее ощущение реакция на всасывающуюся в кожу вокруг порезов «кровь херувимов» и постэффект от поглощенной Силы не тронутых магией людей. Настойка выносливости, горящим комом прокатившаяся по пищеводу и желудку, глушит накопившуюся усталость. Сейчас бы еще и червячка заморить, но нечем…

Ладно, хватит откладывать! Пора заканчивать и топать вперед. Как там Удильщик сказал? «Чем дальше влез тем больше Силы?» Ну, как-то так. По крайней мере, смысл сохранен. Я с кряхтением сел на корточки и подтянул к себе один из посохов. Энергии в «сосуде» сейчас всего ничего — все василиск, собака, на импульс «паралайза» убил… Итак, «познание вещи».

Результат: малый посох призыва и удержания «солдата». Ресурс: треть от максимума. Состояние: среднее. Состав: костяное дерево и кристалл Сеелы со связанной душой беса внутри. Вырабатывает десятую часть обычного заряда посоха за сутки.

Я тут же долго не думая наложил на кристалл «поглощение Сути» и ошеломлено крякнул: связанная душа беса оказалась на вкус горькой и противной, как несвежее мясо лисы. А я только ману надеялся вытянуть… Хотя «сосуд» оказался, как никогда полон! Воронка Силы вокруг меня стала практически осязаемой и изредка шевелила траву под ногами, пытаясь уложить ее в спираль. Фига се! Я долгим взглядом посмотрел на ставший прозрачным кристалл и на еще пятерых его собратьев. Думаю дерево здесь ни при чем — кристаллы наверший можно спокойно от него отвязать, размотав пропитанные смолой плетеные шнурки, и тогда у меня появится НЗ на черный день. «Познание вещи» еще четыре раза дало тот же результат, а на пятый, при кастовании на посох «центрального» отступника проявилось следующее.

Результат: оскверненный посох настоятеля домашнего храма Сеелы. Ресурс: пятая часть от максимума. Состав: «бронзовое» дерево и «сердце храма» со связанной душой настоятеля. Вырабатывает треть обычного заряда посоха за сутки. Пассивные эффекты: отрицание на носящего (закрывает от взора Слуг богов), наделение Силой (передает излишки заряда носящему). Активные эффекты: призыв и удержание «солдата», призыв и удержание «стража», призыв и удержание «вестника».

Хм-м… А что у нас с «малым алтарем жреца». «Познание вещи». Непривычно долгое кастование и большой расход Силы (примерно половина «сосуда» ухнула в пустоту) и медленно проявляющийся результат:

малый (личный) алтарь жреца. Ресурс: отсутствует. Состав: платина, лунный камень, обсидиан. Хранитель: Слуга Сеелы. Эффекты зависят от расположения Хранителя. Для активации наполнить Силой.

Я понимающе кивнул — ага, вот тебе и спутник-помощник, как водиться своенравный и бестелесный. Посмотрим… Я выполнил «наделение Силой», слив совсем малую часть оставшейся половины «сосуда».

— Кто здесь?! Это ты Радакх, сын гниющего шакала? Хотя нет, это не ты. Радакх никогда бы не решился взывать к Слуге Сеелы, веру в которую предал и отринул. Так кто же ты? — «голос» раздавался непосредственно в моей голове. Эмоций в нем было через край и все незамутненные какие-то.

— Этот вопрос мы еще рассмотрим, — ответил я. — Пока для тебя достаточно того, что Сеела даровала мне право обращаться через этот личный алтарь к «Силам Ночи и Луны» — цитирую дословно. Давай-ка объясняй, что это значит.

— Ты непочтителен к Матери всего сущего…

— Достаточно того, что я выполнил для нее работу и получил за это ее благодать и проклятье из ее уст. Мы сейчас говорим не о ней, а о тебе, точнее твоем вместилище, хранитель. Или лучше называть тебя Слугой?

— Сейчас я хранитель, хотя действительно несу бремя Служения… И я не буду разговаривать с тобой, пока ты не проявишь должного почтения! — оскорбленная невинность замешанная на гордости, спеси и Вере.

— А хо-хо, не хо-хо?! В принципе мне плевать на сумрачные выгоды, которые могут принести мне «силы ночи и луны», потому как с равной вероятностью это может быть не «баф», а проклятье, которое все считают за «баф». Так что если мой вопрос мы не проясним, то я наложу на твое вместилище «поглощение Сути» и просто толкну мертвый кругляш из платины с инкрустацией из дешевых камней первому встречному торговцу.

— Никто у тебя ничего не купит, стоит только любому торговцу внимательно рассмотреть мое вместилище. Алтарями не торгуют! — пробуждается смутное беспокойтво.

— Ну это в твоем родном Мире, а на тропе меж миров возможно все что угодно. А если действительно не выйдет — тупо выброшу — Силу-то я с тебя уже поимею!

— Ты говоришь о том, чего не понимаешь! — ошеломленное неверие и насмешка над нелепыми потугами желторотого юнца.

Смотри-ка, уже возраст мой прокачал!

— Ну, я попытаюсь, — заверил я обитателя кругляша. — С душой беса получилось — может и с тобой прокатит. Если не веришь — попробуй на вкус Силу, пробудившую тебя, если сможешь. Честно говоря, меня так и подмывает смыть это отвратное послевкусие чем-нибудь… все равно чем.

Хранитель молчал с минуту или две. Я в это время разматывал шнурки с наверший посохов. И тесемочки нам сгодятся!

— Хорошо… Твои слова невероятны, но с действительностью не поспоришь…

— Тогда отвечай на вопрос!

— Силы Ночи и Луны даруют тебе способности вестника смерти. Ты будешь незаметен как тень, неуловим как туман и стремителен как падающий свет луны…

— А эти самые «вестники смерти» случайно не жизнь из жертв вынимают… обычно вместе с кровью?

— Это обычный их способ…

— Тогда так и говори — «бафнет» тебя морфом под вампира. А то неулавимая тень, незаметный туман… Пафос сплошной! Второй вопрос: что надо сделать, что бы получить эти уберскилы?

— Передать мне достаточное количество Силы, — похоже хранитель решил высокомерно и снесходительно не обращать внимания на мой сленг и «голимую неуважуху». Мог он себе это позволить, раз тер со мной на чистейшем русском.

— М-да… Получается, что ты для меня бесполезен, приятель. Заемную Силу я и без тебя к чему хорошему приспособлю, а некоторые вампирьи скилы у меня уже есть… Правда не совсем у меня, а у моего меча… но с ним явно заморочек меньше, так как не разговаривает он со мной и мзды в неизвестном, но «достаточном количестве» не просит. Давай поступим как нормальные заинтересованные друг в друге люди: я тебе расскажу чем располагаю, а ты в ответ скажешь, чего из перечисленного тебе надо и чем ты готов отплатить. Сразу предупреждаю, озвученные вампирьи скилы совсем не катят! — и я вкратце поведал собеседнику недолгую историю моего похода за Силой и о том, что он мне уже принес.

Сказать что Слуга впечатлился — ничего не сказать. Он переваривал мою стори минимум минут десять — я как раз успел «переработать» трофеи (кристаллы в инвентарь, дрова на подкормку моего посоха — дерево успело пропитаться находившейся постоянно вокруг него Силой), складировать их в мешок и продолжить путь. Из трофеев неразобранным остался только оскверненный посох, как самый навороченный. Может в сборе от него больше пользы будет? Поэтому он сейчас болтался за спиной под мешком на привязке сделанной из пояса с портупеей.

— Ты многое успел за совсем недолгое время, Путник, — прервал свое молчание хранитель — его вместилище болталось у меня на шее поверх доспех. Это что бы в случее чего быстро сорвать и в сторону откинуть — техника безопасного обращения с артефактами, блин. — Не всякий Слуга может похвалиться благословением старшего бога и многими дарами, принятыми не от своего покровителя…

— Да, я такой, — усмехнулся я. — Походя совершаю незабвенные подвиги (потому что помню о них только я!) и каждые несколько часов разговариваю с богами. Только все эта лесть мимо кассы — говори чего хочешь и чего можешь.

— Наглый ты только, Путник, и непочтительный. Нет у тебя уважения к другим… Ладно, сейчас тебя не исправишь… Мое предложение таково: ты отдаешь мне душу жреца, а я собираю для тебя осколки душ поверженных тобой врагов и передаю тебе их Силу.

— Не пойдет, — мгновенно среагировал я. — Посох полезный — с него даже пассивный «баф» идет, а потом и приток маны начнется, что для меня особенно полезно, так как сама по себе мана у меня не регенится. Если хочешь отправить душу этого служителя своей покровительнице предлагай больше. Например сохрани полезные эффекты, поделись инфой, научи чему-нибудь.

— Зачем тебе невидимость для Слуг богов? Ты же ни с кем не в ссоре, как например Радакх, сын гниющего шакала.

— Еще не вечер, — не согласился я. — А судя по твоей высокомерности у Слуг есть способы воздействия на простых смертных. Так что средство превентивной обороны от вероятного противника мне очень даже полезно будет.

— Хорошо, — «вздохнул» хранитель, — я перенесу отрицание в твою ауру. Ты сможешь по желанию обращаться к нему, но будь осторожен! Сейчас его подпитывает вера связанной души — в пересчете на силу магии это очень много!

— Сколько?

— Какое бы мерило использовать… О! Вот! Каждое мгновение от тебя потребуется примерно сто мер, подобных той толике, что ты влил в алтарь для моего пробуждения.

— Не слабо, — протянул я. — Эдак сейчас меня хватит примерно на час…

— А ты силен, Путник…

— Ну да, ну да… Ладно, с одним разобрались. Теперь что делать с восполнением манны?

— Только сила осколков душ, — категорично заявил хранитель. — Я не намерен быть для тебя кормушкой!

— Угу… И сколько это будет в «активационном эквиваленте»?

— Обычно душа освобождаясь от оков плоти оставляет в мире примерно третью часть себя. Я смогу собрать пятую часть от этого и передать тебе.

— А себе сколько оставишь? — подозрительно спросил я.

Ну не может быть что бы он бесплатно работал!

— Совсем немного — десятую часть от собранного.

— А! Обычный процент посредника! Пойдет. Теперь давай обговорим еще один момент: тебе нужна только душа из «сердца храма» или и другие подойдут? Есть у меня например четыре связанные души бесов.

— Не нужно госпоже темных слуг, — создалось впечатление, что хранитель помотал головой. — Для Миридоса — того самого настоятеля, чья душа сейчас заточена в камне — я исполнял роль проводника к госпоже душ безнадежно больных прихожан и неисправимых преступников. Если ты найдешь таковых — я направлю их души.

— А чего это ты за Сееле решаешь? Может как раз ей не хватает разнообразия? Ну, там гвардию себе наделать для битвы с антиподом или жрецов своих вооружить заклятым на душах оружием? Служат же ей вампиры! А эти, на сколько я могу судить из общественного мнения о них, всегда рады получить в лапы какую-нибудь хреновину посильнее. Давай так: я поставляю тебе души и ты их вне зависимости от характеристик покровительнице своей отправляешь. Чего добру пропадать?

— Я испрошу Волу госпожи своей, — «вздохнул» хранитель, — когда проведу Миридоса к ней. Доволен?

— Ага. Так, теперь осталось решить вопрос с запасенной в посохе манной и можно сказать договорились. Сможешь мне ее перелить?

— Нет, — короткий и лаконичный ответ.

— Тогда может расскажешь как его использовать? А там я сам разбирусь, да и в собирании осколков потренируемся…

— Бессовестный рвач! — вспылил хранитель. — Ничего святого в тебе нет — только жажда Силы!

— Ну, так за Силой я и иду, — согласился я. — А к вопросу о совести и святости, то бишь Вере, можно потом вернуться. Будешь учить или нет?!

— Нет тут ничего сложного и особых секретов, — «сквозь зубы» прошипел Слуга. — Просто мысленно обращаешься к известной тебе способности предмета и приказываешь исполнить твою волю. Если достаточно совершенства разума, то предмет тебе подчиниться, если нет — то нет.

— Ясно. Сейчас проверим. Готовься собирать осколки невинно убиенных темных, — я скинул мешок и вытащил посох из перевязи. Рядом с мешком положил лук, а сам с фламбергом и посохом отошел на пару шагов в сторону. Так, теперь чтобы результат был с гарантией, залью-ка я в кристалл заемную Силу из своего «сосуда». Чуть-чуть пока, что бы проверить получится ли. Наделение Силой… готово. Познание вещи — ресурс: четвертая часть заряда. Ага. «Воронки» хватит на пять полных зарядок. Хорошо, начнем.

Я залил «сердце» под завязку и мысленно потянувшись к его образу приказал вызвать «вестника». Воздух передо мной замерцал, сгустился, и из него соткалась тощая крылатая фигура существа из явно темного мира. Я без промедления нанизал «вестника» на фламберг, а тот вогнал в землю. Существо противно завизжало и попыталось стегнуть меня длинным хвостом. Ну щас! Ногой придавив эту извивающуюся «змею», я кастанул «поглощение Сути». В воронку влилась стремительная темная струя. Визг как отрубило, тварь обмякла и через мгновение исчезла. Теперь снова «познание вещи» на посох. Ресурс: четыре пятых. Гут. Итого имеем двадцать пять призывов «вестника». Его призыв я выбрал так как «солдат» (различных неумных тварей) и «стража» (крупного беса) я уже видел и не смог придумать к чему бы их приспособить. А так же потому, что «вестник» наименее боевой из них. Когда я солью всю исторгнутую из четверти сотни Силу в свободный кристалл Сеелы, я хочу быть уверен, что он не причинит мне вреда или по крайней мере не будет обладать специальными функциями для его причинения. Ладно, поехали — с хранителем можно позже перетереть и узнать его мнение. На край сам заговорит. Итак, призыв!..

Спустя полчаса я полностью избавился от мерзкой на «вкус» силы связанной души беса и обзавелся стремительной воронкой из поглощенной Силы вестников. Коэфициент «преобразования» оказался не слишком высок — порядка 1/0,35, зато намечался интересный опыт. Сейчас-сейчас… Я вернулся к мешку, достал из него пустой кристалл размером с мой кулак («сердце храма» было в пять раз больше) и мысленно пожелав себе удачи (почему-то появилось ощущение, что все получится как задумал!) кастанул «наделение Силой», крепко зажав «приемник» между ладоней. Устье воронки нехотя совместилось с сердцевиной камня и стремительные потоки Силы начали в него вливаться. Кристалл Сеелы стал стремительно разогреваться и мелко вибрировать, испуская на грани слышимости тонкий звон-писк. Через пять минут я уже с трудом терпел его жар… немного осталось… вот, вот, вот сейчас… Все!!! Руки с облегчением разжались и сияющая «стекляшка» мягко шлепнулась в траву. Я же извлек из мешка «бутылку» с кровью херувима и чуть-чуть налил на ладонь. Заткнул горлышко и с облегчением втер раствор в покрасневшую кожу. Испаряющийся спирт быстро ее охладил, а сама кровь убрала неприятные ощущения. Хорошо… Надо бы эту фигню где-нибудь поближе ящика в мешке таскать…

— Ну как «урожай», хранитель? — обратился я к Слуге Сеелы.

— Забирай, — проворчал он и я ощутил стремительно заполняющий «сосуд» поток манны. Есть! Коэффициент преобразования можно поднять до 1/0,66. И вкус у отданной маны отсутствовал напрочь — просто какой-то безвкусный питательный бульончик на дистиллированной воде. Все лучше, чем бороться с тошнотой…

— Отлично! Говори теперь как душу тебе передать.

— Просто приложи меня плоской (обратной) стороной к вершине камня — все остальное я сам сделаю.

— Хорошо, ты только смотри кристалл не убей — у меня на него свои планы! — я сделал как он просил предварительно воткнув посох в землю (дырку провертел фламбергом) и занялся остывшим уже кристаллом. «Познание вещи» на него… расход совсем малой толики Силы.

Результат: кристалл темного астрального вестника. Ресурс: два вестника (без подпитки). Объем сообщения: двадцать слов (язык не важен — сообщение передается ментально). Радиус: в пределах Мира или тропы. Восполнение ресурса: при возврате. Лояльность создателю: 100 %. Лояльность другому пользователю: 5 %. Оборонительный ресурс: пять атак «астральными когтями».

Бу-га-га! Я, мать ее, артефактор! Только вот методы у меня… своеобразные. Надо обдумать на досуге и подвести под все это теорию… Или хранителя напрячь… а пока он душу «посылает», сплету-ка я «кармашки» на пояс из бечовок от посохов для банки с кровью херувима и четырех кристаллов Сеелы. Обзаведусь, так сказать, «горячим заклинанием» призыв «солдата» четыре раза. Чую пригодится…

Глава 6

— И все-таки не могу понять как какой-то проходимец может трактовать Волю и Помыслы Госпожи лучше ее преданного Слуги?! — хранитель находился в ах. е уже часа два. С того самого момента как переслал душу настоятеля храма из кристалла «сердца» и пообщался со своей покровительницей по интересующему меня вопросу.

Я довольно оскалился:

— У безбожников свои пути познания мира… Вот например вопрос с темными душами. Ты видешь в них собственность антипода своей госпожи, я же только ресурс, как наверное и она сама. Можешь считать ересью и богохульством, но боги и безбожники сходны в одном — они имеют свободу воли и чистоту помыслов. В разной степени, конечно, но сходство все равно просматривается. В результате подобному легко понять более совершенного подобного.

Хранитель «насуплено» помолчал, потом спросил:

— И что это за пути познания безбожников? Или ты не ответишь мне, так как это тайна?

— Познай своего врага, да? — рассмеялся я.

— Какой ты мне враг?!

— Какой уж есть просто в силу того, что занимаю противоположную твоей позицию в вопросе Веры. Значит враг — это в самой сути человека… Но на самом деле никакой тайны в моих способах познавать мир нет. Вот в твоем мире сколько всего людей живет?

— Много! — гордость в голосе. — Миллионов двести или чуть больше. Сееле плодовитая мать.

— Ну а в моем мире существует сейчас в тридцать раз больше, — поделился я с ним последними данными по демографии Земли. — Некоторые верят в богов, причем в разных, но большинство можно сказать нет. И некоторая часть этого большинства, помимо того что проживает свою жизнь, занимается еще и познанием и прогнозированием развития мира. В последнее время подобные люди стали общаться между собой много плотнее, чем раньше и, соответственно, их теории стали быстрее сливаться в одну всеобъемлющую модель. Один человек всю ее не охватит, но может уяснить для себя интересующие его частные решения и методы их получения. Так перед своим уходом я изучил мнение большинства о магии, Силе, богах, их интересах… Ну, ты понял. Отсюда и мое понимание Воли твоей госпожи.

— Как кто-то может точно знать о чем-то чего ни разу не наблюдал?! Ведь ты сам сказал, что в твоем мире не знают магии и проявлений божьей воли!

— И на этот счет есть теория. В общем она звучит так: все в мире взаимосвязано. А частностью является следующий вывод: если первична информация (сначала было Слово), а энергия и материя подчинины ей, то верно и обратное. Теперь достаточно включить в цепочку Информация-Энергия-Материя еще и Волю, причем в самое ее начало (если можешь, опровергни), то получаем мы инструмент познания с обратной связью. Материальный человек исследует план энергий (мыслит, мечтает, в общем думает на заданную тему) и приходит к какому-то выводу о его строении, то есть получает информацию. Причем, если изначальный посыл был в размышлении о сущности и целях бога или богов, то соответственно чел получает инфу о Воле. Далее включается принцип суммирования и накопления достоверности информации, то есть чем больше людей получает выводы об одном вопросе, тем полнее и достоверней становится результирующая модель. Это при условии, что эти люди между собой общаются. Ну, а так как инфа становится все более истинной, то она требует от Воли внимания к себе. И имеем мы «глас божий» и появление пророков, несущих «слово о мире». Так Воля, то есть боги реагируют на изменение в плане информации, и имеем мы обратную связь, которая изменяет начальные знания материальных людей. Процесс это долгий, так что к моменту явления воли богов в мир прошлые «думатели» померли и новые начинают все заново. Понял что-нибудь?

— Большего бреда не слышал, — «снисходительно скалясь» ответил хранитель.

— Зато он работает, по крайней мере, в моем случае, — пожал я плечами, не собираясь обижаться на глупый кругляшь и продолжая перебирать ногами. — А раз это бред, то я умолкаю и теперь твоя очередь меня развлекать.

— Нет, ты скажи, как в этот бред встраивается Воля Госпожи по поводу темных душ!

— Ладно, но потом точно твоя очередь. Так вот, люди Земли — моего мира — думают, что боги тоже люди и ничто человеческое им не чуждо. В частности никто не прочь на халяву воспользоваться ресурсами противника, пребывая в полной безопасности и держа до упора противника в неведеньи. Ведь я не Слуга Сееле, соответственно, ее антипод меня не ищет и обо мне не знает. А тому о ком не знает он не может помешать. Получается, что я своего рода внешнее, положительное для Сееле, воздействие на их сбалансированную систему. Снабжаю ее через тебя неучтенными в раскладе душами — все равно какими — и требую за это сущие копейки. Причем чужой сладкий кусок не только у ее противника изо рта вынимаю, но и вообще у сторонних богов. Вот такие пироги… Давай, радио, не молчи, рассказывай интересные вещи, а то замаялся я языком работать.

— Ладно, — «вздохнул» хранитель. — Внимай. Прежде всего сообщаю тебе ИСТИННУЮ Волю Госпожи. За отосланные души я обязан защищать тебя от проявлений гнева других богов в меру своих скромных сил. Так же должен помогать тебе и исполнять желания вроде того наделения «Отрицанием» (это мой новый Истинный спел, если вы еще не поняли). То есть если тебе в руки попадет вещь заклятая именем и волей бога, то я могу по твоему желанию перенести ее свойства на тебя. Успех зависит от силы чужого божества и твоей удачи. Далее, Госпожа намекнула, что если ты в выбранном тобой мире найдешь место в своем доме для ее храма — все для его создания у тебя есть — то она подумает о твоем проклятии.

— Ну что я говорил! Вполне людские условия сделки со стороны сильного к слабому, но полезному. Придем куда-нибудь, обязательно на эту тему подумаю…

— Что тебе еще рассказать?

— Ну, например о том конфликте в котором я недавно поучавствовал.

— Хорошо, слушай. Все началось с того, что первый помощник настоятеля домашнего храма правителя Ириллы отринул веру во Всесветлую Госпожу Сееле и обратился к ее извечному врагу Навуру, богу Иссушающего Света. Навур приказал отступнику привести под его власть всю Ириллу — Радакху, сыну гниющего шакала, это было легко сделать! Он убил настоятеля Миридоса, моего друга, пленил его душу, используя «сердце храма» как вместилище-клетку, тем самым осквернив главный храм страны и обезглавив ее жрецов. За это отступник получил от своего нового покровителя свойство Отрицания и укрылся тем самым от Слуг Всесветлой Госпожи — проводников ее гнева. Дальше последовали несколько кровавых лет, когда сын правителя Ириллы, убив своего отца не захотевшиго отринуть веру в Госпожу, учинил гонения на праведников и жрецов и порушил храмы. Потом еще несколько лет он укреплял власть и найдя ее достаточно крепкой в последний год начал раздвигать границы своей страны, атакуя те страны, где верны Госпоже Сееле. Радакх, сын гниющего шакала, шел со своими лучшими аколитами во главе нашествия, сокрушая нечестивой силой пограничные храмы и давая тем самым преимущество захватчику и его магам. Осквернение ему легко удавалось, так как он знал храмы изнутри и использовал против праведников их же оружие… Однако теперь он мертв и все изменится!

— Угу… Получается я выступил на стороне Добра, которое другая половина считает истинным Злом, что подходит по общему стереотипу: Сееле богиня Ночи, соответственно Тьмы, ее жрецы Призывают на битву тварей и бесов…

— Ночь несет животворную прохладу, тогда как свет Дня иссушает жизнь!

— Да я разве спорю, — успокоил я собеседника. — Это так, мысли вслух на основе того, что ты назвал «бредом». Успокойся, я не собираюсь спорить с тобой о вопросах Веры.

— Хорошо…

— Опа! Смотри-ка, есть все же на тропе люди! — восхитился я, напряженно всматриваясь вдаль. Там в мою сторону двигалась цепочка из десятка человекоподобных существ. — Как думаешь, кто они?

Кругляш все еще висящий поверх доспех, сам собой крутанулся на цепочке, обращая лицевую сторону наружу.

— Торговцы это, — сообщил хранитель через секунду. — Вернее маг-торговец, пять носильщиков — скорее всего его ученики — и четыре охранника.

— Нападут?

— Если покажешься слабым. С сильными торговцы предпочитают торговать.

— Ясно, — я продолжил прерванное движение и по ходу дела строя планы на возможную стычку. — А чем торгуют?

— Редкостями, магией, заклятыми предметами…

— А древко посоха, с которого я «сердце храма» снял, возьмут?

— Ты хочешь его продать?! Оно же несет в себе отблеск животворного света Госпожи!

— Слушай, товарищ… Эта палка конечно часть топового предмета, но мне с ней таскаться дико неудобно и драться она может помешать. А так как чтобы исполнять Волю твоей Госпожи, я должен быть живым, то продать ее единственный приемлимый выход. Или ты предпочтешь чтобы я ее тупо выбросил?

Хранитель тяжело «вздохнул», но больше не протестовал. Я же остановился и снял перевязь с древком из-за спины, повесив его на шею. Теперь эта дубина махать «ломом» мне не помешает — скину в случае надобности в секунду…

Минут через двадцать я остановился и начал готовиться к встрече с торговцем: воткнул фламберг в землю, прислонил к нему посох, скинул рядом мешок и достал из него пару стрел с бронзовыми наконечниками. Сначала те, что в кивере расстреляю, а потом и до «тяжелых» дело дойдет…

Караван остановился шагах в семидести от меня спустя минут пять после моих тормазов. Вперед выдвинулись четверо вооруженных людей — три мечника-щитоносца и один лучник. Намеренья у них явно агрессивные были, так как очень уж характерно они двигались и готовились к схватке. Я внутренне усмехаясь: «Нашли легкую добычу!» поочередно влил до максимума магию в кристаллы с душами бесов и призвал «солдат», затратив по половине ресурса. Тут, как объяснил хранитель, чем больше бухнешь на призыв — тем сильнее тварь придет. Вид и предрасположенность к Свету или Тьме призываемого существа определяется типом Силы и установками заклинания, с помощью которых производится призыв. То есть кристалл с душой «темного» призовет именно тварь из темного мира. А если наполнить его чем-то «светлым», то появится что-то «серенькое» и так далее. В моем случае передо мной нарисовались четыре совершенно одинаковые твари ну просто просящие что бы их назвали темными гончими.

Углядев новых действующих лиц охранники на миг притормозили, посовещались, обменявшись взглядами, и вновь потопали ко мне. Ну, ту-пы-ы-е! Подпустив их шагов на тридцать я через кристаллы приказал «солдатам» двигаться к целее и атаковать ее, а сам наложив на блочник самую легкую стрелку, толкнул в него Силу и, прицелившись, отпустил тетиву. Мечники тут же закрылись щитами, лучник спрятался за ними, но все это было зря — стрелка, как и твари-«солдаты», миновала их «боевое построение» и устремилась к торговцу с учениками-носильщиками. Хорошо я Силы в рогатого влил — тростниковая летунья ткнулась именно туда, куда метил: в ногу одного из людей, сгибающихся под весом ящиков.

Торговец-маг из-за спин охранников что-то возмущенно заорал (гончие от него еще шагах в сорока были) скрестив руки над головой и несколько раз стукнув ими друг о друга. Квартет посмотрел на него, на меня (я наложил новую стрелу — по тяжелее), на тварей (они кружили вокруг каравана не приближаясь ближе двадцати шагов), друг на друга… Лучник решил проявить инициативу и быстро оттянув тетиву своего лука послал в меня оперенный снаряд. Ага, так я и буду стоять и ждать его! Я примерно рассчитал троекторию и сместился левее торчащего из земли фламберга. Стрела свистнула как раз там, где я только что был и разочарованно зарылась в землю. Выстрел не остался без ответа с моей стороны — толчок Силы в блочник, полет-росчерк и попадание под возмущенный рев мага. Досталось опять тому же ученику-носильщику. Только на этот раз последствия были более ощутимыми. Первая просто на излете поцарапала кожу, вторая — вошла в ногу на несколько сантиметров. Система была ясна как день, да и четверо тварей сместились ближе к каравану. Торговец в очередной раз скрестил руки над головой. И на этот раз охранники его послушались — пятясь отступили. Я тоже вернул призванных тварей к себе и стал ждать развития ситуации.

И дождался — ко мне потопали маг и один из мечников. Над обоими развернулся переливающийся радугой купол.

— Зачем в невинных стреляешь?! — парочка остановилась шагах в десяти от меня.

— Чтобы не убежали! — усмехнулся я. — А то такая добыча имеет свойство разбегаться, пока я уродов всяких давлю.

— Кто здесь урод?! — это уже «охранец».

— Конечно не я! А между собой вы сами разбирайтесь…

— Молчи Угул, не видишь, он тебя провоцирует из-под купола выйти? — снова купец. — Почему на дороге стоишь и проходу каравану не даешь?!

— Торговать хочу, — пожал я плечами.

— А почему знак не сделал?!

— Чтобы ускорить процесс и минимизировать потери с обоих сторон, — доверительно сообщил я. — Подошли бы вы всей толпой — обязательно попытались бы напасть и ограбить. А я естественно начал бы защищаться и использовал бы не лук, а свой меч, и не добрых зверушек, — кивок на гончих, — а кого серьезней. В результате бы силу потратил, и у вас кого прикончил. Потом бы мы конечно договорились по-доброму разойтись бортами, так как я один все ж таки и не осилю вас всех, как и вы меня, но потерь бы это не вернуло. Так что давай-ка, уважаемый, показывай товар, раз все вопросы прояснили. И этих четверых держи в стороне — тогда и я гончих отведу.

— Будь по твоему, Путник. Твою Силу и уверенность я чую, как и отсутствие прямой лжи…Угул, стой со своими братьями в стороне и следи за окрестностями. И скажи Унлуку, что бы не смел брать в руки стрел! С этим путником я торгую. Все, иди. А чем платить за товары будешь? — это он уже мне.

— Вон палка стоит — подходи, смотри. Только руками не трогай, — я вернул наложенную на тетиву стрелу обратно в кивер. Одетый в просторный балахон мужик (ну я же говорил последний писк моды!) осторожно приблизился к фламбергу, древку посоха и мешку под ними. Опасливо посмотрел на меня, подумал и свернул купол в сферу над головой. Типа в ждущий режим перевел. Потом прищурился-принюхался… и прыжком отшатнулся от моих вещей.

— Да… Ты прав, таким мечом многих из моих людей ты бы убил, да и я невредимым бы не остался. И часть посоха хороша! — довольное покачивание головой. — А то что в мешке…

— То не про тебя, уважаемый, — остановил я его восхваление моих вещичек. — Отдаю только древко посоха и говорю какому из богов служил он сам. Теперь ты товар показывай!

— Что хочешь?

— Книги, свитки, кристаллы о природе магии и сборники заклинаний, заклятые или зачарованные вещи, самородки драгоценных металлов, природные камни и друзы кристаллов, связанные души, настойки и элексиры, карты межмировых троп…

— Достаточно, достаточно, я понял! Многого из этого у меня нет, то, что есть ты увидишь. О том что заинтересует — поговорим, все что знаю, расскажу.

— Я сам могу тебе рассказать о чем хочешь, — помотал я головой. — И тварь в мешке покупать не буду — только после опознания назовешь свою цену.

— Твое искусство велико… Я согласен на условия! — он вновь заключил себя в купол, развернулся ко мне спиной — лицом к каравану и просемафорил ученикам несколькими связками жестов. От группы отделились двое и побрели к нам. Очень неспешно, побрели. Я покачал головой неодобрительно, но понукать торговца не стал.

— Вот, смотри! — сколько же у его гордости в голосе!

Маг тыкал пальцем в раскрытые ящики. Снимать со спин ученики их не стали — развернулись ко мне спиной и присели на корточки. Нижняя кромка как раз уперлась в землю, а маг самолично распустил пряжки ремней и откинул в стороны створки крышек. Внутри тара для переноски всего и вся была поделена на множество секций, как настоящие шкафы, блин.

— Книг у меня не много, — он осторожно достал пару фолиантов, — и сборников заклинаний среди них нет Это например бистиарий Света, а это — бистиарий Хаоса. Но далеко неполные… Зато есть много свитков с различными руническими заклинаниями. Вот на прочность, вот на усиление… А это кристаллы с одноразовыми заклинаниями — разбил или сломал кристалл и готово. Очень быстро и удобно…

Я следил за его пальцем и вслушивался в интонации. Вроде не врет, и это странно. Как это, торговец и не приукрасит свой товар?!

— Он опасается, что ты распознаешь ложь, — подсказал хранитель. — И потому честен. Не советую, кстати, читать бистиарии — полезного там ничего нет, просто свод заблуждений престарелых людей. Боги к этим книгам не прикладывали и толики своих помыслов. Даже с точки зрения твоего бредового пути познания, количество этих ученых исчезающее мало и друг с другом они почти не общаются.

— На тему книг и всего подобного я понял, уважаемый. А из перечисленного меня заинтересовали только свитки «точек» для брони и кристаллы для быстрого перемещения если таковые есть.

— Как не быть, как не быть, — закудахтал маг. — Вот эти три с порталами в мой родной мир — земли Еначуна, может слышали? — а эти два позволят перенестись куда вам угодно, надо только хорошо представлять себе Врата в этот Мир, так как заклинание действует только на тропах.

— Разрешите? — я протянул руку за одним из описанных последними кристаллом.

— Только умоляю вас, осторожно!

— Мне только коснуться… — я дотронулся пальцем до камня величиной с мандарин и точно такого же цвета, и скастовал «познание Вещи».

Результат: кристалл сердолика с заклинанием портала. Радиус: зависит от вложенной Силы. Дальность: зависит от вложенной Силы и свойств Мира. Вероятность перехода в выбранную точку: 32 %.

— Ай-я-яй, уважаемый, — покачал я головой. — Все вы правильно сказали, вот только забыли упомянуть, что шанс попасть в выбранное место ровно в половину меньше шанса туда не попасть.

Маг нахмурился:

— Но и цену я не сказал…

— То есть эти кристаллы дешевы?

— Нет… То есть не дороги, но и дешевыми их не назовешь! — вывернулся он.

— Ясно. А что у нас с «точками», — я уже не спрашивая его коснулся одного из свитков с руническими заклиналами. «Познание Вещи».

Результат: рунический свиток крепости доспеха. Шанс успешного зачарования: 58 %. Эффект зависит от материала носителя. Способен к недолговременному удержанию Силы.

— Угу, угу… А тут почти с равной вероятностью руны или сработают, или нет… Что из заклятых и зачарованных предметов предложите?

— Ну… — торговец меня уже откровенно опасался, а «длинные» уши учеников прямо-таки торчали из-за створок ящиков на их спинах. — Вашего внимания, путник, достойны только вот эти кольца. Их зачаровывал лучший маг моего города. Не смотрите, что камни в них малы размером — зато они имеют свою душу и соответственно оказывают на носящего постоянное воздействие. Эти, — тычок в четыре серебристых кольца с камнями красного, синего, зеленого и белого цветов, — защищают от проявлений основных стихий. Вот эти, — камни смешенных оттенков в оправе из желтого метала, — пять создают щит от обычных ударов и могут объединять свои силы, так как создавались одним мастером…

Я расстроено вздохнул — что за бред! Судя по объему Силы (понятно из интенсивности свечения) ринги спасут разве что от холодного дождика.

— Может быть есть не зачарованные еще камни?

— Как не быть?! Конечно, есть — вот они. Все природные, не одного алхимического нет, будьте уверены!

— Отлично, вот их и возьму вместе с колечками… А еще эти два кристалла перемещения, — указываю на оранжевые шарики, — и все «точки» для брони… Что, кстати, с картами?

— Таковых нет, все известные мне Миры и тропы к ним я держу в голове — это семейная тайна, что передается от отца к сыну или от учителя к ученику.

— Понятно. Ну, так как на счет сделки?

Дальше потекли минуты активного торга. Торговец пытался набить цену своему товару, я же с ним не соглашался и стоял на своем. А так как древко посоха ему очень хотелось поиметь, то товарищу ничего не оставалось, как только согласиться со мной по всем статьям. И через двадцать минут я стал богаче на еще один мешочек с драгоценными камнями, весом этак с пол кило, десять свитков укрепления доспехов, пару кристаллов с порталами и девять колец. Все, сейчас пойду куять ринг оф Всевластие!

Разошлись мы с караваном очень осторожно и строго блюдя собственную безопасность. Я в окружении четверых гончих, а торговец с учениками отгородился заслоном из охранников. Муторное это дело оказывается — оставлять позади себя живых. Так и подмывает для острастки утыкать их стрелами… Но останавливала добрая воля торгаша, который на последок любовно тиская древко из «бронзового» дерева, доверительно мне сообщил:

— Если вы, уважаемый путник, ищите знаний о тропах меж Миров, то вон в ту сторону, — взмах рукой влево по ходу моего движения, — через два мира найдете Врата в иссушенный и частично уничтоженный план. Там по большей части существуют приспешники Темных и Смерти, но в чем им не откажешь, так это в достоверных знаниях об окружающих их Мирах. Как-никак только за счет набегов на них и живут… тьфу, существуют! Если не опасаетесь за жизнь и душу, то проведите некоторое время у этих Врат — Вас наверняка кто-нибудь из них заметит и призовет.

Я в ответ ему только кивнул. Такое решение надо взвесить, прикинуть свои силы и возможности… посоветоваться с хранителем, наконец. Пусть скроются из вида, там и пойдем на лево… если пойдем. И только минут через двадцать вызвал одного из темных астральных вестников и толкнув в него образ мага-торговца, прошептал: «С именем Всесветлейшей Сееле, Матери всего сущего, создавался этот предмет». Вот такая эсэмэска понеслась над тропою меж миров. Эфимерный крылан вернулся спустя минуту.

— Что думаешь, Слуга Сееле, завалимся к темным? Кстати, готовься, сейчас активно кастовать будем, зачаровывать и заклинать. Но и о моем вопросе не забывай! — я проверил кристаллы на поясе — заряда в них осталась всего треть. Не слабо кушают призванные «собачки»! Бесы расход не успевают восполнять, что в принципе понятно. Ну, да еще немного подождут мои «призывники».

— Что ты собираешься делать?

— Так надо же покупки обработать! Какой мне прок от «точилок» в мешке — лучше я их сразу в дело пущу, — я сбросил все навешенное на себя (типа мешка и т. д.) и вывернулся из кирасы. Она более менее однородная — ее и «заточим» для опыта… А еще шилды из колечек в нее зальем, а то не улыбается мне их на пальцах таскать. Чего доброго за звезду гламура примут!

Я обхватил доспех спереди и сзади и кастанул не него «наделение Силой», влив половину доступного сейчас «сосуда». Так, загрунтовали. Теперь то же самое на комплект из пяти рингов физической защиты… есть! Как засеяли, бублики! И «сосуд» у меня пуст почти. Теперь «поглощение Сути»… вах! Все мое существо наполняет грохотом горного обвала — пять постепенно распадающихся на части маленьких душ камней водят хоровод вокруг меня. Теперь опять «наделение Силой» на кирасу. Жжется, собака, но терпит и передаваемую суть принимает! Прав я значит в своем «заблуждении» относительно появившихся на моем оружии эффектов — свойства передаются от существ, из которых я Суть поглотил. А камни еще и душу отдают, если таковая есть… Готово! Фламберг в руки:

— Иди сюда, красавец, — это я одному из призванных «солдат». Тварь покорно подходит ко мне и я примерившись пришпиливаю ее уземле, проткнув в области шейного отдела позвоночника. — Тяни его душу, хранитель! — я прижимаю кругляш тыльной стороной к голове жертвы, а сам через другую руку накладываю «поглощение Сути». Пошла Сила! Мутная и рычащая… — Ну, как, есть?

— Да.

— Отлично, тогда я сейчас его в «сердце» залью, пока оно свободно. И не волнуйся — скоро выну и без проблем, так как души в камне нет. Готовься мне ману осколков отдать… — я вытащил из мешка «сердце храма» и «слил» туда сущность адской гончей. Скоро-скоро у меня еще один астральный камешек будет! — Давай ману… Гут, принял, — неспешный водоворот вокруг меня. И по испытанному сценарию наделить, поглотить и опять наделить на четыре колечка защиты от стихий и неостывшую с прошлого раза кирасу. Руки, мои руки, все вы у меня теперь красные — опять надо втирать в вас наркоту…

В целом с первой поставленной задачей достаточно быстро справился, зачаровав кирасу щитами от физики, огня, воды, земли, воздуха и переработав еще одну связанную душу беса в кристалл призыва темной астральной гончей.

«Познание вещи» на кирасу. Результат: железная кираса зашиты от стихий и кинетики. Материал: железо прошедшее один цикл закалки и отпуска. Ресурс: зависит от вложенной силы. Шанс успешного блокирования воздействия: 13 %.

«Познание вещи» на кристалл Сеелы. Результат: кристалл темной астральной гончей. Ресурс: три гончих (без подпитки). Радиус действия: пятьдесят шагов. Восполнение ресурса: при возврате или вложении Силы. Лояльность создателю: 100 %. Лояльность другому пользователю: 5 %. Атакующий ресурс: двадцать атак «астральными когтями».

Вот такие будни начинающего артефактора. После завершения мучений с призывами и убийствами гончих-«солдат», я занялся свитками с рунными заклинаниями. А так как новозаклятую броньку было жалко, то решил поробовать сначала на компоненте ламилярного доспеха. Подумав, выбрал шлем — голова-то конечно кость, но почему-то иногда болит, собака! В общем, выбрал свиток поистрепанней, надломил печать и быстро обернул вокруг бронишапки, как торговец объяснял. Пергамент спустя секунду вспыхнул и осыпался пеплом, а на бронзе каркаса шлема образовались вдавленные вереницы буковок, похожих на клинопись. Познавалка сообщила, что для данного вида материала максимум рунной магии достигнут и теперь я счастливый обладатель составного каркасного шлема, крепостью не уступающему поделке из сырого железа. А если так? «Наделение Силой» сначала на шлем, потом на свиток и быстро-быстро сломать печать-обернуть. Всполох белого огня, невесомый пепел, запах паленойкожи и буквицы на темной бронзе налились красноватым сиянием. Познавалка радостно сообщает, что крепость снова достигла предела и равна теперь закаленной стали. Шлем после процедуры в руках держать невозможно, так что я все же отстал от него — расплавится еще или кожа с роговыми вставками рассыпется!.. Вторым номером «заточивались» наручи. И опять выдержали только по два свитка на штуку. Ну и то хлеб. Однако пора попробовать на кираске… Щелчок воска печати, вспышка пламени свернувшаяся клубком и пылающие руны на грудной пластине в верхнем секторе трети круга, как какой-то девиз. Познавалка… Максимам не достигнут. Снова щелчок и вспышка — добавилась еще треть круга. Тут уж никакой подсказки не надо! Третий щелчок и вспышка — полный круг рун. Безопасная заточка на +3, блин! Остался один свиток. Рискнуть или нет? Конечно рискнуть! Сила-то моя в кираске уже есть, осталось только свиток зарядить… а почему бы одновременно с этим и «познавалку» не кастануть? Сказано-сделано! Одновременно с зарядом, сломом печати и раскатыванием пергамента, я наложил на активированную «точку» «познание Вещи»… и не прогадал! Перед глазами мелькнуло что-то вроде окна интерфейса выбора: заточить (повысить шанс блокирования) от воздействий воды, огня, воздуха…конечно от кинетики! Шанс успешной реализации: повышен до 78 %. Вспышка! И в круге рун образуется хитрая загогулина, присыпанная пеплом. Удалось!

— Ну? так что скажешь на тему похода к темным?

Глава 7

— Колись, хранитель, от этого зависит МИССИЯ!

— Это тайна уровня высшего жреческого посвящения! Я не могу открыть ее безбожнику — меня отлучат! А отлученный Слуга Богини…

— Я тебе уже под сорок душ скормил! Отличных темных душ, спешу заметить, а ты не хочешь всего лишь инфой поделиться! — наш спор продолжался примерно час, с того самого момента, как хранитель согласился с моим предложением «зайти к темным». В общем слово за слово и я подвел разговор с сущности благодати Ночи — очень интересно мне было узнать что это такое и с чем его едят. А вот Слуга Сееле уперся как «чайник» в интерфейс «Маткада». — Так как поблизости я заклятых именем бога вещичек не вижу, то…

— Если бы на то была Воля Госпожи, ты бы уже знал о сущности благодати. Раз не знаешь — такова ее воля, — «железный» у него аргумент, не находите? Но и я упертый.

— Ты повторяешься… Но да ладно — потерплю… до следующего сеанса пересылки подарочков. Первая из них так и быть — бесплатно, а вот за каждую следующую отплатишь инфой.

— На все Воля Госпожи…

— Вот-вот, у нее и испросишь ее Волю. Интересно, что она сделает со Слугой, который не в состоянии предугадать ее желание? Может у тебя слишком мало Веры стало после общения со мной…

Это заставило его задуматься. Люблю прибегать в спорах к угрозам недовольства «больших начальников», на начальников более мелких действует безотказно! О! Ага-ага…

— Ладно, я поведаю тебе эту тайну, но только ее…

— …и еще все, что знаешь про Призывы, — подсказал я. — Ведь жрецы Сееле в этом доки, и эти сведенья нам понадобятся чтобы порвать призвавшего меня темного. Потому как не думаю, что он призовет меня, что бы только чаем напоить.

— Не будет этого! — грянул он. — Только жрецы и послушники…

— Да задолбал, дятел! Ответь, кто больше осенен Волей Госпожи, сопливый послушник проходящий обучение или человек, который помнит вкус ЕЕ губ и который ЛИЧНО говорил с НЕЮ?!

Еще десять минут более агрессивного уламывания и Слуга сдался. Фух… Справился!

— Во-первых, ответь мне, — пафосно начал хранитель, — что по твоему есть удача?

— Х-ха! Нашел кого мозгами забрасывать! Удача это мера успешного взаимодействия чела с окружающим Миром. Еще что спросишь? Не стесняйся, наша мистическая справочная открыта с пяти до девяти с часовым перерывом на жертвоприношение свежей девственницы. Вот только текучка среди последних жуткая, так что не щелкай клювом на тему узнать телефончик…

— Ну-у… верно, — смущенно пробормотал Слуга Сееле. — Так вот, благодать Ночи увеличивает эту меру в темные часы и под полной луной. Дела будут спориться сами собой…

— Значит и совершенство Разума благодать тоже поднимает? Я прав? Ты говоришь «дела», а вовсе не «свершения», которые требуют совершенства Тела или Веры, — объяснил я свою догадку.

— Да, — очень лаконичный ответ. Никто не любит, когда за него оканчивают умные фразы.

— Отлично! Ну, а теперь действительно топчи меня как Бог черепаху — рассказывай про Призыв.

И началась лекция, растянувшаяся на добрых четыре часа — хранитель оседлал своего «конька». Я ему не мешал, вычленяя из потока мистики факты и следствия из них.

— …мы призываем существ в конус Благого Света и призванных ограничивает естественная сила Всесеветлейшей — еще никому не удавалось вырваться в Мир из конуса даже в ночь лунного затмения…маги же обычно пользуются графическими печатями с именами демонов или местных богов (Богов Места, если говорить канонически). Эти печати менее надежны. Бывало так, что неумелый демонолог вытаскивал в свой План слишком могущественное существо просто напросто случайно прерывая его скольжение в Пустоте.

— Вот тут подробнее… я имею в виду не про Пустоту, а про графические печати. Каков их ресурс, какой Силой питаются и из какого источника…

— Обычно их накладывают с помощью заемной Силы. Занимают у богов, демонов, через жертвоприношения или ритуальные пытки. Реже заполняют узор своей Силой — это тяжелее и сложнее, но вместе с тем такая печать по надежности не уступает призыву Волей Богини. Только естественно слабее.

— Так как темные до ужаса не любят работать и напрягаться сами, то я скорее ожидаю первого описанного тобой варианта. Остановись на них подробнее…

И вот, наконец, я дотопал до описанного торговцем Прохода. Как он выглядел? Как совершенно мертвая пустыня серого песка, похожего больше на пепел сгоревшего Мира. Вкупе с сиянием «неба» тропы довольно жалкое и мерзкое зрелище. И даже самых завалящих «стражей» тут не было. Полный штиль.

— Стоим — ждем, — сказал я сам себе. Все что хотел подготовить — сделал раньше, так как хрен ее знает, когда меня призыв настигнет. А вот в данный момент я слопал валерьянку (хотя уже порядком надоела вязкая пустота в голове), глотнул крови херувима — мерзкая вещь этот спирт и даже заесть нечем и выполнил собственный приказ. Состояние называется «готовность к проблемам».

Вспышка, пропущенный удар сердца, звук пульса в ушах…

— А-А-А!!! — меня с головой накрыло БОЛЬЮ. Как будто нутро вынимают, медленно и со вкусом. На миг боль даже кажется наслаждением… Стоп-стоп-стоп! Это мы уже проходили и нам жутко не понравилось!

Через завесу комариным писком проник «голос» Слуги Сееле:

— Это не твоя боль, Путник, очнись. Это не твоя боль, Путник, очнись. Это не твоя боль…

— Да все, все, я с нами нечего репитером прикидываться. Что я пропустил? — с каждым словом становилось все легче. Боль уступала место чувству эйфории и огненного клубка в животе.

— Ты стоишь в центре печати нанесенной на алтарь сопричастности. А на второй его половине сейчас медленно теряет разум и жизнь чистая душа.

— Чел невинный, что ли? Так таких не бывает согласно общепринятой доктрине. А если ты считаешь, что без греха, то это есть грех гордыни и гореть тебе на готическом гриле со смоляной подливой… Но это лирика. Действуем по плану? — ну конечно я составил План! Все обкашлял со своим партнером, поспорил с ним немного, поругался, но к консенсусу мы пришли, и он счел, что пришедший мне по ходу лекции в голову бред имеет право на существование (Слуга «хмуро» все что я не говорю на тему мировосприятия и мироощущения называет теперь не иначе как бредом).

— Да, противник сильный, но на твоей стороне благословения богов и даже проклятие Госпожи — оно помогло тебе быстрее найти выход из лабиринта мук и боли. Темный пока не хочет твоей смерти — он желает тебя подчинить, правда ему все равно, сохранишь ли ты ясный разум…

— Ясно, действую, — я цапнул из плетеного кармана на поясе склянку с «эйфорином» собственного изготовления и, выдохнув в сторону от горлышка, начал глотать кровь херувима растворенную в медицинском спирте.

Ровно половину от ее объема — почти классическая стограммовая стопка получилась. Не прибалдеть бы в конец…

Ох, хор-р-рошо! Боль отошла вообще на самые задворки сознания. Теперь сосредоточиться, не обращать внимания на окружающую обстановку, самой заметной деталью которой является здоровенный — в полтора меня! — (а я совсем не мелкий!) очередной балахонщик с витым костяным посохом в руках. До этого момента он был спокоен, но как только я осознанно задвигал руками — напрягся. Но к делу: я присел на корточки, осторожно положил блочник, который держал в правой руке около себя (фламберг пришлось поставить вертикально, уперев острием в пол — печать была слишком мала что бы уложить меч на пол не вынося его за границу), и плотно прижал ладонь освободившейся руки к поверхности камня строго в центре печати. По словам хранителя эти графические построения могут основываться на совершенно различных мистических числовых комбинациях, но в одном между собой схожи — их центр всегда чист от линий. И эта область, а вовсе не внешние углы и границы, является самой уязвимой. Этакий «глаз бури», в котором царит полный штиль течений манны и Силы, где призванный может делать все что угодно без помех и контроля, со стороны призывающего. Другое дело, что у надежных (читай сложных) печатей эта область стремиться к нулю, а в конусе Сееле вообще отсутствует.

Ну, так вот, прижал я правую ладонь к мелко вибрирующей шершавой серой поверхности и кастанул «поглощение Сути». Основное назначение любой печати это отсечения области внутри нее от внешнего мира и создание там на первом этапе «вакуума Силы», что ведет к упрощению затягивания в нее призываемого. На втором этапе печать все так же продолжает отсекает то, что внутри от того, что снаружи, но вместе с тем служит управляемым каналом от призвавшего к призванному, через который в новопоявившееся в мире существо втекает сила. Втекает медленно, что позволяет ориентировать ее и «окрашивать» должным образом. Что это значит? Все просто: если призывают существо ориентированное на Тьму, то силу в него засовывают обязательно светлую и стараются в первый момент давить на голову, ну или на то, чем призванная тварь думает и чувствует. Таким образом у призванного вырывается «добровольная клятва» и потом им можно вертеть как хочешь.

Приминительно к людям и другим им подобным существам, которые в большинстве своем нейтральны к четко «окрашенным» Силам, в действие вступает частное следствие общего правила и челов давят неприятными ощущениями их сородича или на край иллюзией этих ощущений. Но сам канал, через который неторопливо течет Сила никуда не девается. И от скорости течения и плотности потока зависит многое, например контроль призывающего над этим самым потоком. Ну, а я применив истинный спел сработал как принудительный насос.

— А-А-А!!! — боль вернулась. На мгновение всего лишь, но мне хватило. — У, у, у-у-уй… Как же хреново! — воронка вокруг меня стала практически материальной — не слабо крендель манны для меня заготовил! Ее (воронки) внешняя часть теранула границу печати и та засверкала радугой.

— Быстрее, скорее, — скулил Слуга, который по нашей с ним договоренности забрал себе ровно половину воспринятой мною Силы. — Пока он не напоил печать заново…

Я подцепил лук с пола и, опираясь на меч, со скрипом разогнулся. В глазах потемнело, замутило — как же высоко я живу! Бедный мой чердак и мозги в нем — нет у вас парашюта падать отсюда! Дальше началась почти привычная процедура: призыв «солдата», второй, «наделение Силой» на кристалл Сееле, на второй… пауза что бы забраться и встать на спины вызванной последней гончей. Снова призыв, второй и опять два «наделения»… Двадцать секунд на один цикл и потолок все ближе, а в «стакане» уже настоящее месиво из тел, лап, голов и хвостов со мною на вершине. С каждым призывом «солдат» приходится вызывать все более слабых — остающейся в кристаллах манны не хватает на поддержание уже призванных и приходится резервировать ее все больше.

— Еще, еще, сейчас-сейчас… — хранитель постепенно передает мне очищенную Силу и она замещает собою колючую и неприятную для восприятия воронку «боли». Одновременно Слуга собирает из пространства «стакана» печати осколки душ гибнущих «солдат»… А трупы их и не думают исчезать из этого Мира — печать держит крепко! Это уже моя идея. Молодец я! По словам хранителя среди жрецов Госпожи Сееле за все десять тысяч лет не нашлось ни одного настолько безумного, что бы проводить призыв внутри уже действующее печати призыва. Интересный опыт…

— Хлюп-донг! — куча-мола подо мной стала расползаться в стороны — печать таки не выдержала и выпустила нас в Мир. Я оперативно скатился в другую от призывающего балахонщика сторону, а всех выживших солдат послал в атаку на него. Ур-ра! За ро… тьфу, за меня!!! Вперед! А сам воткнул фламберг в ближайший труп темной гончей и перехватил лук левой. Что-то рукоятка скользкая больно и липкая… И тут в мою голову «постучались» мягко говоря НЕПРИЯТНЫЕ ощущения от правой ладошки. Однако не время сейчас… я вытянул из плетеного кармашка полупустую банку, не глядя сковырнул пробку ногтем большого пальца и, уперев отверстие сосуда в ладонь, перевернул его.

— Ох! — стегануло сначала болью-ожогом, потом сладкой эйфорией и облегчением.

Черт! Не время сейчас для кайфа! Бутылку на первую подвернувшиюся горизонтальную поверхность (я все еще продолжал, пятясь отходить от груды трупов), и чуть занемевшими пальцами первую из шести стрел из кивера на полку и к тетиве. Лук поднять, натянуть, через левую ману в рогатого, через правую ману в летунью. Шьвить! Хорошо пошла! Точно в солнечное сплетение вписалась, сверкнув радужной пленкой пузырящейся вокруг балахонщика. Правильное значит решение. Вторая пошла! Третья, не спать! Плохо, что блочник у меня не самый «быстрый». Заточена конструкция под неторопливую стрельбу на точность, а не на скорость. Ну, ниче… Курочка по зернышку… Шьвить!..

Ах, ты тряпковод неумный! Фига на меня своих петов травишь?! — мое возмущение было вполне понятно. Никто не любит, когда его зеркально копируют — балахонщик, отгородившись каким-то щитом от бросающихся на его конечности гончих и прочей мелюзги, толкнул в мою сторону похожих на истлевшие полотна призраков. Штук пять или шесть. Ясно, что эти эфирные твари на призванных животин нападать не будут и сосредоточат внимание исключительно на мне. А у меня всего три, повторяю: ТРИ астральных солдата и пара вестников. Последних вообще на врагов не натравишь — функции у них такой нет… А что если?.. Я вызвал из кристалла тройку своих «солдат»-эфирников и послал их в бой — авось продержатся… и тут же активировал обоих вестников. Выглядят они посолидней (силы в них влито больше, а «шкура» по сравнению с «солдатами» вообще танковая броня — «солдатики»-то умудряются через свою оболочку ману постепенно терять) и если не знать какую функцию исполняют, так вообще при встрече ночью испачкаться можно. Так вот, призвал я эти астральные эсэмэски и в темпе надиктовал совершенно нецензурное послание — все что чувствовал, глядя на врага передо мной. Крыланы понятливо отсигналили «есть» и отправились к адресату.

Ага! Что, суммонер, жим-жим?!

Темный, углядев стремительно приближающихся к нему эфирников, оттянул пару своих «тряпок» на собственную защиту. У моих «солдатиков» дела тут же пошли налад — только ошметки во все стороны полетели! И вестников паре фантомов остановить не удалось — астральные ящерки деранули их по паре раз своими оборонительными «спецсредствами» и вновь навелись на получателя. Балахонщик запаниковал, что вполне понятно и естественно, когда на тебя со всех сторон кто-то скалит зубы или точит когти. Думаю, перерасход маны тоже внес свою лепту… Противник вывесил новый щит, уйдя в глухую оборону, как в плане физических атак, так и в плане атак астральных. Пусть даже последние и не думали на него сыпаться — попытки вестников пробиться к адресату были страшны только с виду и при большом перепуге, хотя впечатляли даже меня своими визуальными эффектами и нудностью. Точно так же осы в стекло долбятся: разгон — переворот — удар спиной, разгон — переворот — удар спиной… и так до бесконечности, пока форточку не найдут.

— Как наши дела? — загнав противника в оборону, я тем самым смог открыть себе возможность маневра и тут же ею воспользовался. Лук с уже наложенной на тетиву последней стрелой из кивера отработал не по исходящей серовытым туманом сфере щита (сомниваюсь я, что даже наполненная манной летунья его прошьет), а по одному из «полотнищ», сцепившихся в клубок с троицей астральных «солдат». Сманеврировал, так сказать, «огнем» и вполне удачно — один из фантомов растаял. Теперь рогатого в сторону — в руки фламберг и…

— Не так хорошо идут, как кажется, — ответил хранитель. — Это существо является Слугой какого-то темного с уклоном в смерть бога. Приглядись внимательно: призванные тобой твари, что бросаются на щит, слабеют с каждым мгновением. Они не сдохли только потому, что тоже из тьмы и подпитываются силами душ из кристаллов.

Последние, кстати, не справлялись, не смотря на убыль призванных «солдат» — зарезервированный объем маны таял с невероятной скоростью для всего трех средненьких тварей на кристалл.

— Ну, это поправимо, — я поочередно скаставал на каждый кристалл «наделение», залив их «под пробку».

— Ненадолго… — возразил Слуга Сееле.

— Как раз хватит этого кренделя обмануть. Я так понимаю, он меня глазами сейчас не наблюдает, так же как и я его, правильно? Знает, где я в силу только способностей Слуги. Ну а на этот хитрый винт у меня есть кое-что с лабиринтом. Сливай в меня всю накопленную ману и прячься, как только можешь.

— А, «Отрицание»… я понял. Держи, — в меня хлынул поток безвкусной силы.

Я повел плечами, закованными в доспехи — сильно зачесалось спина вдоль позвоночника и скастовал спертый с оскверненного посоха Истиный спел.

«Я тучка, тучка, тучка… а вовсе не чувак…», — в тему песенка.

Теперь перекрыть «кислород» «солдатикам» — пусть дохнут как бы от «естественных» причин и бочком-бочком вдоль стеночки к балахонщику за спину.

«Я Чучундра, здоровая мускусная крыса, и меня совсем-совсем не видно…»

Призванные мной твари кончились на десятом шаге. Эфирники добили «тряпки» и вернулись в кристалл на тринадцатом. Вестники все еще продолжали колотиться в сферу щита, уворачиваясь от основательно потрепанных их обороной фантомов. Хаотичная стычка замерла, готовая возобновиться с новой силой.

Десять шагов до… восемь шагов до… переступить через труп гончей, шесть шагов до… перехватить рукоять меча «обратным» хватом — буду не рубить, а колоть… четыре шага до… сфера щита истончается, радиус распространения «тумана» увеличивается… два шага до… и один до границы «туманной ауры», смотрю строго себе под ноги, что бы темный не почуял меня раньше времени. Сейчас… сейчас… Медленный и осторожный замах…

Балахонщик спалил меня в последний момент — аура тумана скачком увеличила свой радиус более чем вдвое, накрыв меня волной слабости, а сам темный начал оборачиваться — не был он уверен, что я действительно у него за спиной, наверно… Однако эти «телодвижения» уже ничего не решали — быстрый (потому что подготовленный) толчок силы в меч, короткий подшаг и точный, я бы даже сказал разящий, удар в область поясницы острием клинка сверху вниз.

«Ломстер» тут же начал пить пораженного им врага. Я, пользуясь им как рычагом, «нагнул» темного до состояния «лежа плашмя» и, превозмогая усиливающуюся слабость в теле, развернул с пояса свой посох. Отравленное жало тычком в область груди слева, само «древко» пропустить под руками, тянущимися к лезвию клинка в пояснице, и стянуть в локтях. Голова темного очень удачно поворачивается набок и горящие красным глаза силяться рассмотреть меня сквозь ткань глубокого капюшона… но находят лишь взгляд мертвых зрачков головы тотемного посоха. Есть! Стан на этого кренделя явно имеет действие!

— Быстрее, пока он не переборол силу посоха!.. — это хранитель нарисовался из своей потайной норки. — Не дай ему воззвать к покровителю!

Ага, сейчас-сейчас… Я сдернул тряпку с вывернутой головы противника — ну и репа у тебя, мужик! — и кастанул «поглощение Сути», прижимая правую ладонь к его виску. Левой тем временем судорожно выпутывал вместилище хранителя из-под ожерелья. В следующий раз надо будет оставить его поверх брони… Рывок — цепочка опять рвется. Будет на ней еще один узелок… Рельефом в ладонь и на второй висок, плотно обхватить голову пальцами… «поглощение»…

Мана на спел против обычного летит только так, вливая взамен в воронку вокруг меня сущие крохи. Значит темный и не думает дохнуть! Силен, чертяка! Ощущение бессилия — будто пытаешься откусить кусочек от целого десятикилограммового арбуза.

— Еще! Еще! У меня получается! — это Слуга орет в моем многострадальном чане. У-у-у… вражина! «Поглощение»… Еще одно… и еще.

— У меня мана кончается — с него мне почти ничего не «падает»!

— Сейчас! Я почти добрался до его души! Делай что хочешь, но кастуй свои спелы!

Я хрипло рыкнул, но возразить было нечего — этот товарищ разбирается в душах и способах их изымания точно лучше. И потому я на мгновение отнял правую руку от виска балахонщика и скастовал «поглощение» на один из кристаллов Сееле со связанной душой беса. «Сосуд» пополнился и снова в бой: «поглощение», еще и еще… Что ж как ладонь-то раздирает?!

— Готово! — вопль хранителя порвал мою голову в мелкие ошметки. А сам кругляк немилосердно жег кожу левой ладони. — Его душа теперь у меня! Можешь отпустить его — он уже не представляет опасности.

Глава 8

Я со стоном облегчения откатился в сторону. Хорошо, что в мешке нечему давиться-ломаться — все хрупкое упаковано в ящик алхимика, а сам ящик примотан к пучку стрел и стальным пластинам вампирской одежкой.

— Твою на лево… как же хреново… с него хоть что-нибудь кроме соула нам упало? Если нет, то я тебя тут оставлю!

— Успокойся! Ты получишь больше, чем рассчитывал! Вспомни! ОН! БЫЛ! СЛУГОЙ БОГА! И ты скрутил его в момент активного применения дара божьего. Выгодней момента для поглощения его души и представить нельзя!

— Ясно… у меня есть время? Когда нас отсюда выкинет?

— Пока в этом существе сохраняется хоть какая-то сила, печать будет тебя здесь держать. А сила будет жить в нем очень долго, так как самой жизни в нем нет давным-давно…

Получив такие обнадеживающие сведенья, я несколько оживился: передышка! Пусть в пещере (а это действительно была естественная — суде по форме — довольно большая карстовая пещера, местами доработанная вручную для удобства проживания в ней) полной трупов… но нет этого режущего глаз сияния над головой и бесконечной равнины под ногами…

Стоило полежать с минуту и слабость в теле начала рассасываться. В руки-ноги вернулась немного усталая легкость движения, и доспех больше не казался неприподъемными оковами. Я перекатился с правого бока на живот и сел на пятки. Мешок со спины долой, горловину ему распахнуть… В неясном свете зеленоватых пятен над головой и по стенам блеснуло "сердце храма".

Сливая ману пока сюда, чую это не последнее поглощение на сегодня, я прижал плоскую сторону кругляка к такому же по форме пяточку на верхней оконечности кристалла. Хранитель спорить не стал и через мгновение яркий серебристый (почти лунный) свет «сердца» осветил унылую серость каменных стен и беспорядочную груду мертвого мяса. А для меня настала пора подбивать плюсы и минусы. В последние сразу можно зачислить предпоследний кристалл Сееле с душой беса внутри. Нет, сам камешек остался невредим, но пуст теперь. Так что призыв «солдат» по большей части теперь не имеет смысла, так как не смотря на броский видок одна гончая в поле действительно не воин. Ну вот… в минус еще и пару стрел — обломились хвостовики с оперением. Как хреново без колчана.

Я размотал сверток с ящиком и открыл его. В руку отправилась фляжка с раствором трех кровей — "банкой выносливости" проще говоря. Опять спиртяга… Ях-х… Но полегчало. Теперь я бодрячком! Итак, что у нас с ладонями? Почему так невыносимо надирает левую я кажется знаю — наверняка кругляш постарался. Почему-то мана любит скатываться до банального разогрева… А вот что с правой непонятно. Ох, и не фига ж себе! Внутреннюю поверхность кисти правой руки всю изрезало просто в фарш! При этом пальцы почему-то нормально работали и даже сжимались в кулак.

— Я чувствую на твоем теле проявление богова дара, — поделился наблюдениями Слуга. — Такое случается…

— Да знаю… — я поднялся на ноги и протопал в сторону тускло поблескивающей печати — где-то там рогатый валяется и заветная банка притаилась. — В моем родном мире у некоторых истовых иногда проявляются аутентичные раны на теле. Их у нас стигматами зовут.

— Вера их велика…

— Ну, или болеют они, — пожал я плечами, — сильно головою, как думает большинство… Вот ты где пузатая! — я углядел "почти стакан", замерший на самом краю плоского выступа стены. — Иди сюда… Э!!! Что за дела?! — против моего ожидания в банке была не красноватая жидкость, а прозрачная как слеза субстанция с характерным запахом. — Точно! Голимый спиртяга!

— Тут все ясно как лунная ночь, — вынес заключение мой «штатный» эксперт. — У тебя на ладоне стигма "поглощения Сути". Первый раз она проявилась после вытягивания тобой Силы из печати призыва и ты вскоре неосознанно использовал ее, поглотив сущность этого элексира…

— Ага… Ясно. Но проблемы это не снимает. Эта хреновина сильно кровоточит… ладно, не впервой, — я обильно ополоснул ладонь спиртом из банки и вытянул из левого набедренного кармана штанов ИПП. Прорезиненый внешний слой упаковки стойко переносил тяготы и невзгоды призывов в чужие Миры и сохранил-таки стерильность перевязочного материала. Я разместил ватно-марлевые тампоны на своей правой ладони и крепко примотал их полоской бинта, закрепив конец вложенной в пакет булавкой. — Готово… ну а теперь с тобой вопрос надо решить: ты на хрена к моей лапе прилип? — кругляк с хранителем внутри все это время был на левой ладони и, что характерно, неудобства не причинял.

— Так получилось… Ты не чувствуешь, но подо мной тоже след Силы. Со временем я удалю его…

— Угу… Надо заканчивать с этим — процент повреждений нарастает с очень нехорошим прогрессом, — пробурчал я себе под нос. — Итак, где обещанные сведенья о Мирах дальних и ближних?

Огляделся вокруг, и глаз моментально зацепился за полутораметровый шкаф довольно знакомой конструкции — такие же были на спинах учеников мага-торговца. Еще из интеремного было несколько довольно корявых полок, заставленных разнокалиберными банками, девственно чистый стол из темного дерева, а так же гвоздь программы: алтарная комната, в центре которой располагался овальный камень радикально черного цвета. На двух противоположных друг другу стенах висели, свесив головы человекоподобные фигуры. Третья стена (напротив входа-пролома) была пуста — ее обычный обитатель (ясно видны крепления для оков и засохшие потеки чего-то бурого) сейчас как раз распластан на камне. Над ним на крюке висел… вроде как паук, но абсолютно точно живой эта тварь никогда не была. Скорее всего какой-то магический прибор-артефакт, причем медицинского или сходного с ним по целям назначения…

— Вот ты мне скажи, — между делом трепался я с хранителем. — Почему жизнь такая сложная штука. То ли дело ролевуха какая: вальнул моба, собрал дроп и лут, ящики пооткрывал и свободен как пингвин а Антарктиде. А тут? Ну, никакого удовольствия от проделанной работы: грязь, вонь, кровь и тупая сортировка чужого барахла. И не ясно ведь сразу что полезное, а что просто фенька…

— Что ты решил делать с Чистыми Душами? — Слуга все никак не мог уняться, уже минут десять капал мне на мозг. И начал, как только я «опознал» обитателей алтарной комнаты.

Результат: существа принадлежат к виду людей, сходство с контрольным образцом (со мной, то бишь) 67 %. Совершенство разума: 1/10. Совершенство тела: 3/10, Совершенство веры: 10/10. Совершенство удачи: 0/10.

Вот такие пироги. Я для себя окрестил этих товарищей корнеплодами-фанатиками. Совершенно точно (ну с большой долей вероятности) можно было сказать, что выведены они искусственно и в "дикой природе" не существуют. Это были такие живые источники маны большой мощности.

Для Слуги Сееле они были очень ценным трофеем с одной стороны, но крайне неудобным (так как были полностью нетранспортабельны) с другой. А оставить, как есть жаба душит… И попросить меня приласкать их по темечку совесть и высокая мораль не позволяет… Вот он и ноет в мозгу: типа прими "добровольное решение", но помни о грехах и возмездии…

— Да успокойся ты! Сейчас отсортирую основной дроп и займусь явно недвижимым имуществом. Ты пока подумай можно ли и с этого камешка чего-нибудь отпилить…

Наконец-то замолк — решает очередную этическую проблему: "можно ли осквернить алтарь темного бога и что за это будет ему от Сееле — вдруг обидится из солидарности?" А я тем временем усиленно и с натугой во всем организме пялился на уложенные рядком книжки и свитки из ящика торговца. Хорошо, что уже больше суток толком не ел — не то непременно неожиданность случилась бы! А так, на голодуху "познание Вещи" с фиксацией через оптическую метку-маркер шло влет. Прикрыл глазки — сосредоточился, открыл — навелся, поднатужился — кастанул. И все так сложно только из-за того, что истинные спелы при частом, либо энергоемком использовании оставляют на теле «стигмы». И, например, при использовании "Познания Вещи" через лапку уже помеченную "Поглощением Сути" возникают непредвиденные явления — успел почувствовать своей ж… сори, печенкой. В частности, попытка опознать для начала вроде бы уже виденный ранее рунный свиток крепости брони, привела к его полному (подчеркиваю: ПОЛНОМУ — даже пепла не осталось!) уничтожению и возникновению «заточки» на моей собственной шкуре. Теперь надо полагать меня сможет укусить комар только с характеристикой жала "+1" или выше… В общем, сложно все с этой магией и дарами богов, читай истинными спелами. Ну и посчитал я, что через нематериальный контакт всякая бяка на меня переползет с большим трудом и меньшей вероятностью.

Результат анализа содержимого "ящика торговца":

Итемов: 84 шт.

Из них полной «ваты»: 47 шт. (не поверите, но это были долбанные любовные романы в виде поэм!)

Книг (сборников заклинал): 7 шт.

Рунных свитков: 5 шт. (три брони и два "пушек")

Благословенных рунных свитков: 23 шт. (так понимаю, сделаны самим убиенным мною магом долгими зимними вечерами) Примечание: ориентированы на Тьму. 11 точек брони, 7 — «пух» и 5 на заточку скилов или вложенных в предметы заклинаний.

Священный текст: 1 шт. (Житие, заповеди и молитвенник младшего паучьего бога)

Атлас межмировых троп: 1 шт. (самиздат убиенного мага с надерганными под общую обложку страницами из других источников: варварский копи-паст!)

"Познание Вещи" на сам ящик: тупо деревянный ящик, клееный. А я губу раскатал на тару с внепространственным карманом или хотя бы с модификацией веса… теперь настало время проверить содержимое банок. Я аккуратно и только левой рукой снял их с полки и расставил на столе по цветовой гамме: красные-оранжевые-желтые… и так далее.

Результат анализа содержимого полок:

Итемов: 38 шт.

Из них «ваты»: 0 шт.

Ядов: 34 шт.

Слабых регенераторов: 4 шт. (с крайне негативными побочными эффектами)

Посох призвавшего меня темного после его смерти потерял всю свою силу и свойства, став просто длиной полой костью с навершием из обсидианового шарика.

"Познание Существа" на тело балахонщика.

Результат: изначально родственное человеку существо, позднее подвергшееся перерождению во Тьме и Смерти. Дары бога: аура подавления Жизни. Интегрированные сущности: даркарахн. Пройденные ритуалы: принятие не-жизни. Совершенство тела: 7/10. Совершенство разума: 2/10. Совершенство веры: 8/10. Совершенство удачи: 3/10. Модификаторы отсутствуют.

Еще раз подробно осмотрев мужичка, я не уставал удивляться: на что только не идут люди из страха смерти! Маг разделил свое тело с одним из Слуг своего бога, прошел через перерождение в Смерти, а результат… Не стоило это того по моему мнению. Судите сами. Темный перестал чувствовать себя человеком, перестал жить как человек, потерял человеческие цели существования (продолжение рода, самосовершенствование, обогащение…) и получил взамен этим потерям одни разрозненные недополовинки. Да, прервать его существование стало сложно — тело стойко переносило повреждения, быстро их устраняло, но вместе с тем стало крайне статично. Никакой динамики и соответственно развития. Все замерло на одном уровне и не двигалось уже очень давно. Несомненно, манна у чудика регенилась с дикой скоростью, но вместе с тем за слепую веру Слуги пришлось расплатиться частью собственного разума и как следствие объем «сосуда» был просто мизерным. Костыли вроде алтаря и заемной силы стали не подспорьем как были раньше, а основным средством существования. В результате всего этого человек превратился в "функцию места", без которого он ничего из себя не представлял. Очень удобно для растерявшего паству бога: практически вечный жрец с жизненной необходимстью поводить раз за разом одни и те же ритуалы.

На мой взгляд нет ничего хуже полумер. Если тебя что-то предлагают, то либо согласись, либо откажись. И стойко принимай последствия своего выбора. Без этого жизнь превратиться в хаос опасливых метаний и под конец даже вспомнить будет нечего.

— Ну-с, начинаем переработку набитого! — я хотел потереть рукой об руку, но был остановлен паническим воплем хранителя:

— Не делай этого! Ты можешь меня уничтожить!

— Сорри, партнер. Не привык еще, что лапа у меня теперь обзавилась повышенной «загребущестью».

Первым делом я настрополил свой посох на хребтину убиенного не-мертвого и его костяную палку. А чтобы «змеючке» не было скучно от однообразной пищи — сдобрил блюдо девятью кольцами с мертвыми камнями.

— Зачем? — хранитель был лаконичен как никогда.

— А… — я махнул рукой на начавшего хрустеть тотемника. — Мистические предположения и чуть-чуть ассоциативной логики. Враг был не-мертвым? Да. Посох у меня не-мертвый? Отчасти. Камни в кольцах были живыми? Определенно, так как я самолично из них души выдернул. Следовательно, их можно назвать мертвыми. Простая низходящая цепочка. Хуже не станет, а че-нить получиться может. Вокруг же МАГИЯ!!! Что с алтарем надумал?

— Единственное что приходит в голову, это использовать его по назначению. То есть обратиться к темному богу с просьбой… Для этого на камне кто-то должен лишиться жизни…

— А! Крендель хитрожопый! — обличил я партнера. — Кроме Чистых тут гасить некого, а раз уж я согласился их прибить и взывать к Темному, то заодно можно и души их забрать — чего добру пропадать зазря? Так ведь рассуждаешь?

— Ну… да, — "смущение и неловкость".

— И правильно рассуждаешь, круглый. У меня тут больше двадцати точек нарисовалось с темным благословением. Глупо было бы ими не воспользоваться. А для этого надо обзавестись Силой с оттенком Тьмы, как у создателя свитков. Потому постановляю! Я сейчас просматриваю их писание на предмет обряда для «мирянина» с каким-нибудь полезным ништяком, а ты тем временим тихо благоговеешь от моей жертвенности во славу Сееле. Начали!

«Писание» как я и подозревал оказалось тем еще набором подвигов молодого садиста: истребление народов, уничтожение миров, битвы с Героями и Богами, лож и предательство, обман и совращение… абсолютно тупой черный пафос. Но кое-что полезное для себя вынести можно. И применительно к ситуации тоже. Если перевернуть с ног на голову изначальные предпосылки, то уничтожением жреца я возвел себя в ранг "мирского послушника" и готов к дальнейшему Пути к Идеалу. По мнению написателя книжки мне в этом поможет один из атрибутов, которые можно вымолить у покровителя: Когти Боли, Венец Подчинения и Шар Пытателя. Я по наитию кастанул сквозь взгляд "познание Вещи" на «паука», висящего над алтарем и довольно хмыкнул: он и есть. Пытатель, атрибут послушника совмещающий в себе камень-трансмутатор (специализированный) и контактный многозадачный инъектор. Используется для поддержания пытаемого на грани жизни и безумия. То есть подавляет тело и разум, задирая веру.

— О-па! Я теперь знаю, как изготовить Чистую Душу, — похвалился я хранителю. — Надо просто долго-долго чела под наркотой держать и причинять ему сильнейшую боль над алтарем темного бога. По ходу тогда душа очищается через страдания и чем дольше они продолжаются — тем больше святости нисходит на чела. А я-то думал он их из ребетенков похищенных у мамаш вывел… ладно, лирику в сторону. Я сейчас квестом на Когти займусь, а ты налаживай канал с Сееле — печенка подсказывает мне, что у тебя будут мгновение, что бы выхватить то, что надо из "алчущей пасти".

В книжке очень иносказательно и на пяти страницах до новообращенного адепта доводилась мысль, что для получения желаемого, надо на алтарь что-нибудь положить. Причем «что-нибудь» должно содержать металл, кожу, изначально быть собственноручно изготовленным (можно из уже готовых компонентов) и нести в себе боевой посыл. Как я в момент допетривания был рад тому, что не сбросил свои свинцовые кастеты… Кто бы знал! А в качестве кожи сошли собственноручно отпиленные кисти рук не-мертвого — ему все равно больше не пригодятся. Возиться с отдлением мяса и костей от кожного покрова я не стал: наличие Когтей для меня не критично. Посмотрим, что получится — формальные условия-то соблюдены.

— Готов? Тогда поехали, — ингридиенты я разместил в изголовии первой жертвы и взял в руку один из своих двух ножей (в правую) и банку с самым сильным ядом из запасов не-мертвого в левую — от греха, так сказать. Ее содержимое отправилось по лезвию в разжатый рот «корнеплода» (чела я не щадил — все равно ему подыхать и переселяться). «Паук» над алтарем недовольно загудел и испустил кольцевое облачко темного пара. Его "ноги"-инъекторы упруго дернулись и начали ритмично сокращаться, проталкивая взад и вперед какие-то вещества. Жертва тут же стала мычать и дергаться — доза яда была слоновьей и трансмутатор не успевал отфильтровать ее всю из проходящих через него телесных жидкостей. Хреново себя чувствуешь, когда твоя печень отказывает и кровь гонит по венам шлак.

— Сейчас, — подсказал хранитель. — Я чувствую, как умирает его тело, а душа превращается в сгусток боли. Ты должен освободить ее от этого… тогда переход станет во много раз вероятнее: все же алтарь темного сильнее и ближе, чем я и моя Госпожа. Чистый привык принимать здесь муки, так же безропотно примет он и смерть.

И почему я не удивлен?! Товарищам Богам в купе со Слугами всегда требуется кто-то, кто непосредственным образом воткнет в жертву железку подлиннее. Ладно, запачкаем ручки… Я, проникшись декорациями и самой ситуацией, начал решительно и уверенными движениями слой за слоем снимать ткани тела напротив сердца жертвы. Кожа… жир… немного вялого мяса атрофированных грудных мышц… кости ребер со странными для человека межреберными спайками (пришлось дробить ударами рукояти, а затем выламывать клинком ножа как рычагом)… опять немного мяса и много крови… Вот он, бешено бьющийся комок плоти! Я влил в рану спирт из фляжки, ввел со спины и с боку одну из золотых игл и через специальную пробку-переходник, попавшую ко мне в комплекте с ящиком от магов Академии, подсоединил к выходному отверстию иглы одну из полулитровых банок.

— Поехали! — правая рука ладонью вниз над сердцем жертвы. "Поглошение Сути". Одновременно подать иглу вверх, что бы она вошла в само сердце. В банку начинает стекать темно-алая кровь, а воронка Силы вокруг меня наполняется святящейся болью и шорохом пепла, которым исходит душа Чистого. Хранитель своим вместилищем жжет левую ладонь, которой он прижат ко лбу жертвенного чела. Еще раз «поглощение», и еще… переданная мне Слугой безвкусная мана постепенно уходит, остается только то, что я забрал сам.

Вспышка света где-то внутри меня, щемящая тоска по чему-то безвозвратно ускользающему, почти физическая боль проснувшийся совести и запоздалое сожаление о содеянном…

— Все — Чистая Душа освободилась от оков темного бога и отправилась к Госпоже… Мне очень жаль…

— Не парься, партнер, — я ногой столкнул с алтаря мертвое тело, от которого уже «отсосался» Шар Пытателя. — Я сейчас впервые за черт знает сколько времени ощутил реальность Мира вокруг и что-то кроме безразличия в глубине души. Знаешь, что я думаю? Что боль и тоска лучше, чем ничего. Так что продолжим. Тебе какой больше нравится: правый или левый?

Я положил правую руку на алтарь, еще хранящий тепло убитого мною человека и скастовал "наделение Силой", ухнув в камень все что было в «сосуде». Черныш довольно щелкнул и стал как будто чуть больше — вроде как жемчужина: нарастил еще один слой.

— Сделай этот выбор сам…

— Да не вопрос. Что правый, что левый… начнем в алфавитном порядке — ты следующий!

Несколько минут на разобраться с хитрыми креплениями оков, крякнуть под тяжестью тучного тела, едва успеть убраться с пути «щупалец» Пытателя… и вновь нож в руке, капли яда на губах жертвы и постепенно оголяется трепещущее сердце. «Поглощение», еще одно… и еще… В изголовье кучка из «ингридиентов» постепенно утопает в камне алтаря. «Поглощение»… режет правую ладонь и печет левую… с-с-собаки! Последний всхлип и тихий выдох, чмокающий звук отходящих к верху инъекторов, гулкий плеск капель во второй полной всклинь банке-фляжке.

— Все, — шепот хранителя. — Удачно…

И все повторяется заново. Как же больно и тоскливо в груди…

Глава 9

Я уходил от серой пустыни Прохода в мертвый мир, сгибаясь под тяжестью деревянного ящика-почти-гроба. Не смог я свою жабу обуздать и набил его всем, чему смог придумать хоть какое-то гипотетически полезное применение. Даже «зелень» тоскливых любовных поэм нашла место в «инвентаре» в категории "товары на обмен"…

Шаг, еще один, и еще… Меч в качестве посоха-опоры в левой руке, правая плотно замотана всеми доступными относительно чистыми тряпками, подток тотемника на каждом левом шаге стремиться запутаться в ногах и проткнуть материал юбки подрясника. Кисточка, скрывающая ядовитое жало, ему в этом активно мешает.

— Три тысячи пять… Три тысячи шесть… Три тысячи семь…

— Не изводи себя. Все можно поправить. Стоит тебе только оказаться в любом из Миров не в качестве Призванного и создать домашний храм, Госпожа снимет с твоей души клеймо убийцы Чистых. Она поклялась!

— Пять тысяч двести семь… Я понял. Пять тысяч двести восемь… Я помню. Пять тысяч двести девять… — по моему мнению, обезопасить себя от нового Призыва в мертвый мир темных можно лишь отойдя от него минимум на десять тысяч шагов. Непростое это занятие со шкафом за плечами, зато позволяет сосредоточиться на своих мыслях и ощущениях. И постараться решить для себя был ли мой поступок… нет не морален-аморален и не этичен-не этичен. Всего лишь нужен был он мне или нет. И каковы его реальные причины. Непросто все…

— Девять тысяч восемьсот двадцать…

— Да остановись же, наконец! Хватит себя истязать!

— … пять… или шесть? Твою налево! На финга ты меня сбил?! Теперь придется лишних двадцать шагов делать. Сволочь.

— В этом нет необходимости. Тебя уже совершенно точно не призовут в тот мир. Если что, я воспрепятствую этому.

— Сказал десять тысяч — значит десять тысяч! И потом, я разобрал один из его последних старых алтарей! Думаешь, он не сделает все возможное, что бы наказать меня? — ага, это так. После третьего жертвоприношения-освобождения (это я себе оправдание подобрал, нравится?), я почуял внутри черной глыбы что-то помимо камня, а так как до «катапультирования» осталось всего ничего, то решил ничего «пауку» не оставлять или на худой конец хорошенько подгадить. Поэтому слив в «сердце» все, что передал мне хранитель с осколков душ Чистых и собрав вещички, я кастанул на алтарь последовательно усиливающиеся спелы «поглощения». У нас с каменюкой образовалась некоторая, почти интимная, связь и такой подляны он от меня не ожидал: я был для него «своим»! На то что бы докопаться, снимая слой за слоем, до его сердцевины потребовалось всего каких-то пять минут непрерывного каста. Но оно того стоило, включая временную неработоспособность правой лапы: основой темному алтарю служили всего две крохотные, с ноготь размером, чешуйки двух драконов. Тьмы и Смерти. В книжке, кстати, упоминалось, что «паук» в период своего максимального расцвета «приговорил» именно этих аватаров первородных сил собственного мира, что и послужило началом его конца. Слуга Сееле на эти артефакты чуть ли на слюной капал, не смотря на свое платиновое вместилище, но я сразу предупредил его, что он со своей Госпожой «обломился». Эт'мой эпик дроп! Найду куда приспособить, учитывая, что "мистическая чуйка" у меня наличествует: тотемник, откушав хребтины не-мертвого, его посоха и колечек с мертвыми гемами стал в два раза длиннее, обзавелся способностью накапливать ману не только через «наделение», но и собирая ее вокруг себя, а так же стал много приятней на ощупь. Надо подумать, может из него хлыст боевой получится изобрести, хотя я отродясь ничего сложнее веревки с узелком на конце в этом плане не держал в руках.

Все, привал. Я присел на корточки, расстегнул поперечный ремень на лямках ранце-шкафа и со вздохом облегчения выпутался из них.

— О-ох! Тяжела ноша мародера и грабителя… Где давешние купцы, когда они так нужны?..

— А вот купцов тебе сейчас точно не надо, — заметил хранитель. — Ты не в их Гильдии, но несешь за плечами имущество одного из них. Вряд ли темный поймал несуна далеко от окрестных Проходов. Ты сейчас с охраной и полноценным настороженным магом не справишься. Даже в ничью схватку не сведешь.

— Слушай, а ты какого пола был, когда не в кругляше обретался? Больно ты обламывать кайф любишь… Ты часом не…

— Я "не", — с усмешкой ответил собеседник.

— Тогда ладно… Ну, что, начнем помолясь?.. Э! Нет! Отставить. Молиться мы не будем, точно. Еще мне кренделя с мукой в глазах не хватало для полного счастья. Хреново все-таки точно знать, что Боги есть.

Я положил ящик плашмя на землю и, распутав завязки, распахнул створки. Вроде ничего не побилось… Итак, номер «раз». "Точки" брони. Нюхом чую шанс безопасной заточки у "не блессов" невелик, так что пустим их на ламилярный сет.

С одной рукой очень неудобно стаскивать медиевист-стайл броньку. Мне бы пару грумов… Спустя десять минут мучений бронекуртка с несъемной бронеюбкой была разложена «лицом» вверх на ящике. Шанс успешного применения: 67 %. То-очка раз. 56 %. То-о-очка два. 48 % — какие-то паленые точки попались даже на +3 безопасно не точат! Потому «наделение» на свиток и ломаем печать. Краешком глаза успеваю заметить "Шанс: 68 %". Точка три… Отлично! Кожанка у меня теперь +3. Ну я и читак!.. Жаль, что не светиться неоновой подсветкой, как пухи в линейке, что бы каждый видел мою нубскую крутость…

Теперь пару на мой «ломстер» повесим, пока не требуется зарядка обоих предметов силой — она у меня сейчас не самая чистая и добрая. Шанс: 78 %. Ну тут вообще без проблем. +1. 65 %. +2. Супер гут. А железяка-то однозначно лучше рунную магию воспринимает. Запомним-запишим…

Следующей в очереди я определил новоявленную игрушку: Когти Свинцовой Боли. В смысле болевой шок от этих двузубых коротких серпов «познавалка» обещала не просто тяжелый — невыносимый! Не зря сразу после отлета третьего Чистого, я слил по четверти «сосуда» через "наделение Силой" в каждого из всплывших серпокогтистых гибрида перчатки, кастета и катара — Сила вокруг меня была просто-таки квинтэссенция болевых ощущений. "Боль к боли" — вот и результат. Заодно и искру силы темного бога из «лап» вытравил — пожалел «паучок» мощи для нового адепта, я и то больше бухнул… И выглядит поделка алтаря довольно брутально: в основе тонкая крепкая кожа черного цвета. Внутренняя поверхность шершавая, внешняя — вся сплошь в защитных накладках из… свинца, на всех ударных поверхностях — пирамиды или призмы из того же металла. А где вы спросите серпы когтей?! Вот в этом и фишка: когти что ни на есть настоящие: костяные, плоские и… выдвижные — прячутся до времени в самых настоящих мускульных сумках под внешним слоем кожи над пястными костями тыльной стороны кисти. В боевом положении в них и упираются (путем ощупывания установлено, что выдвигаются ровно на две трети обшей длины), так что секуще-гребущий удар должен быть достаточно жестким. Эргономика на уровне, как у лучших хатчевских моделей. Другое дело материал…

Приготовились… "Наделение Силой" на блесс-дот оружия — активация, щелчок печати, раскатать и обернуть правый «коготь». Повторить процедуру для левого. "Познание Вещи". Бла-бла-бла… прочность клинков: аналогична бронзе. Мало. Еще один цикл — до чего же жалко рунных свитков… жаба ломает как медведь какой-то! +2. Прочность: сырое железо. Э-эх! +3. Прочность: сталь. Ну, хоть так. Бесполезным грузом не повиснут. Последний свиток для оружия я на блочник пустил. Не хай будет, рогатый.

А теперь, операция "шок и трепет" в исполнении линейщика-эрпэгэшника: заточка основной брони на +15! Слабонервных и измученных спойлом просим удалиться… Не в курсе дела? Ну, в «линейке» грейд оружия (не "китайского") ведется с помощью «точек» и после безопасного +3 уровня шанс на успешный грейд составляет две третьих от предыдущего значения. То есть для +4 это порядка 66 %, для +5 — 44 %, +6 — 29 %… Уловили систему? В результате, шанс заточить броньку на +15 с первого раза и с одним комплектом (15 шт.) «неблесс» точек составляет порядка 0.77 %. Потому "шок и трепет": при неудачной заточке долго добываемый предмет бьется на «кристаллы». Аналогия понятна? Ну вот… Но у меня ситуевина полегче будет: шансом правит не злой корейский рандом, а уровень Силы в предметах и моя собственная удача. Потому я и точу стальную кираску — у меня есть еще ламиляр и с голым задом я точно не останусь. Начали!

+5, +6, +7… Шанс успеха поддерживаю в районе 75 % и это отнимает уйму Силы. На три первые точки ушло примерно две трети от того что у меня осталось и это при том, что с каждым новым свитком приходилось все увеличивать «дозу» маны. Никуда не годиться! Я остановился и с сомнением поколупал теплую и рельефную поверхность железной пластины. Э! Стоп! Я перевернул броньку спиной к себе и матерился минут пять: вторая (задняя) из двух пластин кирасы была девственно чиста. Ну и как это называется, а?! По жизни в лоб ходить будем?! Да если судить по себе, то получается, что у чела в доспехах самой защищенной частью должна быть спина! Подводит меня однако стереотип мышления эрпэгэшника. Реал-то не цельный оказывается, из кусков, собака, состоит! Что бы успокоиться я отложил пока железку в сторону и взялся за уже заточенные и остывшие перчи. Интересно, что «познавалка» собственно познавала? Я осторожно натянул коготь на левую лапку и сжал руку в кулак — два серпа клинков немедленно вылезли, «откусив» от моего «сосуда» чуть-чуть маны. Просто супер: ману не спрося жрем, и руны со свитков только на костяные детали нанесли. Что в принципе верно, точка-то для оружия была. Получается не все у меня так отлично идет: спелами рулю коряво — всей инфы не имею с того момента, как перестал использовать для ее получения тактильный контакт, со свитками тоже как-то криво… Чую, ох, чую, что фигни с моим организмом не случилось только из-за врожденного свойства. Нет, с тропы надо уходить и джониться к людям, знающим в магии хотя бы начальные ходы!

К исходу часа, с перерывами на внимательный осмотр и оценку изменений я заточил обе перчатки на броню +2 (ближайший аналог: кольчужные рукавицы из сырого железа) и спинную пластину кирасы на +3. На ней, кстати, щитов из колечек не оказалось. Ну и по мелочи наложил +1 на кристаллы «вестника», "солдата" и +3 на один из «телепортов». Портал в результате должен был сработать с шансом в три четверти на успешное перемещение в заданную область. Зато грудная пластина брони меня радовала как никогда: шанс отклонить прямой рубящий удар в касательный повысился до 53 %, а прочность материала вплотную приблизилась к характеристикам закаленной стали. Что характерно, кованное железо так им и осталось — хрупкости вместе с твердостью ему не добавилось. Нравится мне магия! Совершенно наплевательское отношение к законам физики и химии!

- Ну а теперь посмотрим и выберем, куда нам отправится на ПМЖ. Хранитель, поучаствуешь в выборе? — я упаковал вещички в ящик и влез в броню. Вокруг меня приятно шелестел свеженький водоворот безвкусной маны — я вытянул из «сердца» все что там было, оставив пока собранное Слугой из осколков Чистых Душ при нем. Много тоже плохо.

— Если разрешишь…

— И каковы пожелания Сееле? — я мигом ухватил суть его заминки.

— Госпожа рекомендует один из старых Миров, переживших уже Время Судей и расположенных в окрестностях перекрестков меж мировых троп.

— Время Судей?

— Наступает момент, когда пантеоны, населяющие Мир сходятся в битве за него. Не многие выживают, часто гибнет сам Мир, но победителей ожидает Эпоха Стабильности. Такие Миры довольно густо и разнообразно населены и вместе с тем в них ощущается нехватка покровителей… Особенно если Время Судей закончилось совсем недавно.

Я покивал этому объяснению. Если вдуматься, то в земных религиях есть похожие намеки на смену Эпох: Апокалипсис, Битва Богов, конец Эпохи зороастрийцев… Эсхатологи на голом месте, точнее только на почве страха смерти, с точки зрения мистики возникнуть не могут. Значит, что-то под этим есть, что-то темное и страшное. А уважаемая Сееле ищет тихий уголок… прям как наши олигархи, боги денег, блин!

— Характеристики ясны, — согласился я с таким начальным посылом поисков. — Думаю, мне в подобном мирке будет уютно и очень по-домашнему: ушедшие боги, старые боги, новые боги, полубоги, герои, разрушенные храмы, таинственные артефакты ушедших Эпох… и обязательно маги всех расцветок и мастей. Да, это по мне.

Руки начали осторожно листать сшитые в тетрадь листы. Частенько это были страницы из писаний, на которых повествовалось об очередном путешествии грешника в Ад или праведника, но уже в рай. Иногда что-то вроде кроки с отмеченными ориентирами тропы. Совсем редко конкретные координаты в самых зубодробительных системах исчисления…

— Вот, этот по-моему многообещающий, — я левой ладонью разгладил свернутое в несколько раз тонкое полотно с картиной самого фентезийного сюжета на нем. Поверженная пирамида (частично разрушена и зарылась в землю), торжественно парящая над нею сфера составленная из самых причудливых существ, по краям композиции девять городских пейзажей, в каждом из которых ведущую роль имеет та или иная стихия, и орнамент в виде спиральной лестницы, так или иначе присутствующий на любом из элементов полотна. Ощущение и впечатление в целом довольно хаотичное, но темного осадка не оставляет. — Чувствуется в нем… что-то цельное. Законченный образ. Да и качество исполнения говорит само за себя — не убогая поделка, работа мастера!

— Ты собираешься выбирать Мир по нарисованным кем-то картинкам?!

— А чем тебя не устраивает графический способ передачи инфы? Что, процарапанным черточкам ты веришь больше? Тут у нас тематическая подборка данных: описание троп к Мирам. Этой картине я бы присвоил максимальный индекс достоверности — фейки не имеет смысла исполнять на столь высоком уровне. И символическая наполненность меня вдохновляет, если честно. Поверженная пирамида — разрушено общество со строгой иерархией, шар существ — общество не сказать, что равноправное или еще какое «равное», но, по крайней мере, у каждого его члена равный шанс дотянуться до центра. Поверженный порядок и торжествующий хаос, чем не сюжет окончания Времени Судей… Мне определенно нравится! Мутная водичка с обилием рыбы внутри… Спиральная лестница. Вообще все на поверхности лежит: если не самосовершенствование, то точно торный путь-на-верх… Разноцветные города — не думаю, что различают их жителей по цвету кожи, явная указка на сообщества выкристаллизовавшиеся вокруг стихий. Ну и крайняя причина: привык я работать с изображениями, хоть как-то представляю с какого конца начинать считывание для адресного поля Портала. А кроки требуют определиться с началом отсчета, "привязкой к местности" и масштабом… Так что мы подумали и я решил.

Я выбрал заточенный камень портала и положил его перед собой ниже развернутой картины. Эх, хорошо бы сейчас кастануть «наделение» и шагнуть в холст… но не чую я такого выхода из ситуации. Так что «наделение» я все же кастанул, но только для того, что бы все вложенное создателем в эту картину заиграло в полную силу. Все мысли, желания, чувства и устремления, а так же отблеск той части целого образа, что мастер держал в голове, создавая свое творение. Теперь «познание» через взгляд только для проверки реальности существования Мира. Шепот в голове и веер смазанных видений. Мир реален. Это не фантазия худохника.

— Как думаешь, хранитель, далеко этот план от нас?

— В хрониках Сееле не упоминается подобный Мир, а Госпожа путешествовала довольно далеко, после своего сошествия…

— И сколько Планов описаны в ваших хрониках?

— Порядка семи десятков.

— Не слабо… Тогда имеет смысл влить Силу по максимуму, вдруг порт на собственном накопителе не дотянется… Лишь бы материал выдержал… — я выполнил «наделение» на холст с полной отдачей, практически опустошив свой «сосуд». Картина засияла гармоничными переливами радуги и начала тлеет по краям. Спешно извлечь правую лапу из тряпок и впечатать раскрытую ладонь точно в центр рисунка. «Поглощение». С холста будто верхний слой сняли и втянули в раструб пылесоса — краски поблекли и выцвели, ткань обветшала, в некоторых местах появились прорехи… Но цель достигнута — водоворот Силы вокруг меня полон образов чужого Мира. Все что видел и счел нужным запечатлеть неизвестный мастер. Я не мешкая доупаковал то, что не было еще приготовлено к транспортировке (тетрадь кроков в ящик, приторочить к нему фламберг и лук — мне нужны свободные руки, заблокировать створки ремнями, лямки на плечи, поперечный ремень застегнуть), аккуратно взял камень Портала одними только кончиками пальцев обеих рук и так, и продолжая сидеть на корточках не отрывая «шкаф» от земли, сконцентрировал на нем все свое внимание. «Наделение». Вспышка желтого света в моих руках, дрожь и пощелкивание кристалла, я буквально всем своим существом ощущаю, как ширется внутри него дефект, по которому предполагается ломать ТП.

— Скрести пальцы на удачу, хранитель! Отправляемся! — я был до звона пуст — все отдал камешку. Совсем незначительное скручивающее разнонаправленное усилие и у меня в руках остается по половинке камня. Радужное сияние между ними… потом мгновенная пульсация света и пропадает всякое ощущение мира. Вокруг только непроглядная тьма и безвременье, никакого сияющего туннеля и даже самого эфимерного ощущения движения. Только гулкий стук собственного сердца в ушах…

Глава 10

И был миг… В спину впился внимательный взгляд, недобрый, вернее оценивающий, взгляд. Оценивающий мою возможную полезность. Ой как я этого не люблю! Захотелось обернуться, оглядеться, найти изучающего меня. Но я себя пересилил и продолжил сосредоточенно разглядывать тьму. Здесь нет внешних проявлений течения времени, это нервирует и давит на мозги. Здесь нет даже ощущений от тела! Однако, и повода паниковать тоже нет: мне пока ни тепло, ни холодно, то есть каких-то негативных ощущений нет, опасности я для себя от окружающей тьмы не ощущаю, значит можно и нужно ждать. Проявлять инициативу буду в более определенных обстоятельствах.

И был свет… Тьма вокруг внезапно распалась на куски и теперь я оказался сидящим на корточках посреди пустого каменного многонефного зала. Ряды колонн убегают в бесконечность, запах запустения свербит в носу… Но ощущения какие-то… надуманные. Эдак и я порой убеждал себя по утрам, что мне совсем не холодно, а вовсе даже комфортно и вообще только слабые волей люди обращают внимание на такие мелочи. Так что положения тела я не изменил и даже рук с зажатыми в пальцах половинками кристалла ТП — удерживать их перед лицом мне было совсем незатруднительно.

И было слово… Вернее не слово прозвучало, а вздох появившегося прямо передо мной молодящегося старика. Блин, чем-то на Сарумана смахивает типажик. Приспешник главного злодея местного разлива? И даже офгенно белый витой посох в наличии! Одно хорошо: куда-то я все-таки попал. Сыграем в «пугливого» или в «наглого»? Да нет, нах оно мне сдалось! Посмотрим, как он из положения выходить будет: иногда что бы вывести человека из равновесия достаточно просто молчать или сложно не идти на контакт. Почему сложно? А вы попробуйте с яким-нибудь начальником, чувствующим свою власть и подпертым организацией со стороны сидалища подобный фокус провернуть! Особенно если у вас положение неопределенное и даже шаткое.

— Не я призвал тебя в этот Мир, — начал «величественный» чел. — Но в моей власти сделать твое прибывание в нем удобным и комфортным… Ведь я один из Творцов этого Мира!

Ну, блин, удивил! Так и я один из его Творцов! Скажу больше, один из Творцов Его Судьбы! Не давит обилие заглавных букв и восклицательных знаков? Х-ха! Меня тоже напрягают чужие амбиции. Особенно если они затрагивают меня самым непосредственным образом.

Я кивнул и вопросительно посмотрел на чела. Тот отечески улыбнулся и одухотворенно продолжил:

— Этот мир будет странен и непонятен для тебя. Ты был вырван из мира-без-магии… и значит, будешь воспринимать новый Мир хуже, чем даже новорожденный, ведь у тебя нет даже крохи Силы и малой толики памяти предков в крови! Тебе будет тяжело, очень тяжело… Ты не веришь мне! Нет, не отрицай очевидного! Но я не в обиде на твое неверие — как можно обидеться на несмышленого ребенка?! Я докажу тебе… явлю чудо! Вот, смотри, — на его ладони появился мой навигатор. Гармин Оригон. Трехсотый. Немножко краденый, немножко хакнутый-перепрошитый, почти лицензионно русифицированный… Очень удобный в общем. Сенсорный дисплей, топокарты, компас с расчетом азимутов и даже 3D-обзоры местности… местами даже совпадающие с реалом. А еще там был забит мой маршрут по Необъятной на случай возвращения… чисто гипотетического. А чел между тем продолжил вещать: — Это твой путевой амулет. Наверно для твоего родного мира он был хорош… однако в моем Мире он бесполезен! — «начальник» придал себе еще более одухотворенный вид, положил «мыльницу» нава на правую ладонь, накрыл левой… Между его граблями начал разгораться свет несколько неонового вида — синий и холодный. Неестественный. — Да будет по Воле моей! — слепящая вспышка и в правой руке старика зажаты две круглые палочки сантиметров тридцати в длину. — Узри же, неверующий! — пафосный товарищ потянул палочки в стороны… и в руках у него оказался квадрат чего-то плоского и блестящего. — Я сохранил суть твоего амулета — он помогает в пути, показывая дорогу и окрестности, но изменил его проявление в Мире. Теперь он не обратится в труху и будет служить тебе… до тех пор пока ты следуешь Воле моей.

А вот это ты зря, дядя. Не терплю, когда распоряжаются моими вещами, пусть и к моей пользе. Особенно не люблю, когда распоряжаются ими без моего разрешения. Кстати, что-то я сомневаюсь в материальности этого превращения — ощущений от тела все еще нет. Чую, чую игры с моим разумом!

— Что бы снова привязать амулет к тебе необходимо твое Имя… можешь не говорить его мне — шепни своему переродившемуся помощнику, — вновь свернувшийся в две палочки квадрат Гармина подплыл ко мне и ткнулся в правую руку. Половинка кристалла этим не преминула воспользоваться — вывернулась из пальцев и прыгнула-приклеилась к своей «сестре». Меня тут же начали наполнять ощущения «проявляющейся» реальности… или материальности. О-па! А ощущения-то чем-то призыв напоминают, но не мгновенный перенос, а постепенный… Достал-таки, урод! Развернул ситуацию к себе!.. Ага, так я и потопал тебе на встречу… Имя тебе мое…

Я не мог четко и с расстановкой озвучить то, что чувствовал. Никаких рациональных предпосылок к недоверию этому челу у меня не было, но… я не мог заставить себя воспринимать его хотя бы нейтралом — для меня он был явным врагом с самых первых мгновений нашей встречи! И потому «загребущая» лапа крепко сжала пару "палочек"-валиков, а я тем временем наскреб сколько осталось после активации Портала Силы и кастанул «поглощение» через многострадальную конечность… Пара валиков из руки будто испарилась! Вокруг меня начал тихо шелестеть вялый водоворот — Силы в том, что передал мне «Творец» было немного.

— Что ты делаешь?! Как ты смел?! — лицо чела буквально почернело от злобы. Пространство меж тем скачком обрело настоящую вещественность. Вернулись усталость, боль в ладонях и душе… а в правой ладони оказался зажат мой навигатор, непонятным образом извлеченный последовательно из чехла, мешка и ящика. Левая не отставала от правой, обзаведясь двумя половинками кристалла ТП.

— Хранитель? — позвал я своего попутчика.

— Я слышу тебя… Ты опять схлестнулся со Слугой Бога?

— Такова видимо моя карма, — усмехнулся я невесело. — Ты вот что… Четверть Силы осколков мне слей — у меня тут полезный ништяк наклевывается. Но действовать надо быстро — пока чел желчью исходит и не противодействует.

— Бери, — в водоворот Силы вокруг меня влилась щедрая струю нейтральной маны. Я не медля скастовал «наделение» на «голыш» навигатора, вливая в «хитрый» гаджет все наличное. Хлоп! И в руке у меня опять пара валиков.

— Спасибо, уважаемый, за преобразование моего амулета, — я вежливо склонил голову, засовывая гармина за пояс. — Но вследствии столь вольным распоряжением чужими вещами с вашей стороны ничего более я вам не должен и считаю инцидент исчерпанным.

— Ты ответишь за свою наглость! Ответишь Болью! Ни один смертный не смеет противиться Моей Воле! — наболдашник его посоха уткнулся почти в самое мое лицо.

— Хранитель, — мои мысли метнулись к Слуге Сееле быстрее… да хрен знает чего! Но очень быстро. — Сливай все оставшееся!

Короткий укол жара от левой руки, стремительный водоворот Силы вокруг меня… и я кастую «отрицание». Навершие посоха чела тут же неуверенно качнулось из стороны в сторону.

— Посмел спрятаться?! Не желаешь покаянно принять кару?! Тогда получишь проклятие без шанса на прощение!

Писец! По ходу «Боль» у него была адресным спелом, а вот дебаф что он творит сейчас в конкретном целеуказании не нуждается. Типа всех, кто здесь есть, кроме меня… Удобно, мать ее так!

— Именем Владыки заклинаю противящегося мне гнетом хаоса оборотничества! Да свершится деяние по Воли моей и Именем Владыки Ханусма! — от набалдашника стала расходиться во все стороны белесая взвесь. Ну точно — бьет по площади!

— Нет ничего хуже неполного проклятия, — это уже обитатель платинового кругляша скорбным «голосом» капает на мозг. — Оно как заноза в подошве… Вроде и болит не сильно, однако ноет исподволь, отвлекает на себя внимание и грозит смертью или потерей ноги от загнивания крови.

— Значит, возьмем полной мерой, — ответил я, сбрасывая «отрицание», и шагнув в длинном скользящем выпаде вперед, сцапал «загребущей» ладошкой маячивший передо мной круглый набалдашник. К тому моменту в водовороте осталось всего три четверти маны от начального количества, и вся она была направлена мною на "поглощение Сути". Ткань повязки, скрывающей след Силы, немедленно расползлась и стекла вниз невесомым тленом. Во все стороны рванул алый туман, который хищно накинулся на белесую взвесь и вобрал ее в себя без остатка. По нервам стегнуло болью и жаром, вокруг меня снова начал раскручиваться водоворот Силы, но уже не из нейтральной маны. Опять нечто колючее, злое и рычащее.

Чел нашел меня взглядом и недобро зыркнул:

— Достаточно с тебя, — попытка вырвать посох из моей руки. Ага, попытка — не пытка. Знаешь сколько я за год ручных эспандеров "сжевал"?! Грабки у меня теперь как клешни у камчатского краба! — Опять противишься?! ЧТО?!! Воруешь мою Силу?! Поганый выродок бездны! — еще рывок, но более сильный, и еще… И никак! А я уже по второму кругу кастую «поглощение», пуская на его подпитку Силу извлеченную из посоха. Тот начал потрескивать и скрипеть. Ну, ничего в руки давать нельзя! Все в клочья! Как в том анекдоте: "…один из шаров он потерял, а второй сломал!"

— Убирайся вон! Сгинь! Вон из моего Дома!!! — меня подхватило неудержимым потоком и повлекло куда-то… во все стороны разом. Несколько мгновений я сопротивлялся, продолжая вытягивать суть проклятия и Силу посоха, но продолжалось это сопротивление недолго — поток был неумолим. В какой-то момент запустение многонефного зала исчезло во вспышке света и шумном хлопке, неприятно стегнувшим по ушам и я опять оказался во тьме. Ненадолго. Удар сердца, вспышка… посвист ветра и скрип деревьев. Крупный песок под щекой, саднящая боль в правой руке. Прибыл…

Глава 11

Аргх! Оу!! Йо!!!

Я попытался приподняться, но руки-ноги внезапно ослабели и подломились, впечатав мой многострадальный фейс обратно в песок. Каждое движение несло вслед за собой волны слабости и тягучей боли. Все тело будто несколькими сыромятными ремнями перетянули и дали последним высохнуть на сонцепеке — и тут давит, и там, и вот здесь… А на плечи какой-то нехороший чел шкаф поставил.

— Не сопротивляйся, путник, дай проклятию достичь своего пика. Скоро боль и слабость пойдут на спад…

— Ты кто?!

— Вспоминая, путник, вспоминай. Обрати взор к своему естеству, почувствуй дыхание проклятий и благодати! Знаю — тебе тяжело, знаю — нет сил даже мыслить… но больше сделать ты ничего не можешь! Вспоминай!

Я раздраженно рыкнул и зашипел — не могу понять откуда раздается этот назойливый голос! Вроде как прямо в черепушке моей… Мысли непроизвольно скользнули по подсказанной Голосом тропке куда-то вглубь меня и раздрожение тут же сменилось тоской: пряный жар на губах, серебристая прохлада перед глазами, слепящий запах ночной степи… Богиня… Сееле… Я помню! Не помню только кто есть я…

— Ты вспомнил! Держись за это, путник… откат уже начался.

По нутру опять разлилась вроде как отступившая слабость и зазмеилась рвущая на части боль. Боль… боль… боль… Уйди… уйди… уйди… Уйди!!! Сознание изменилось рывком. Вот я был одним «я», а вот я уже другой «я», такой, каким помню себя достаточно длительный промежуток времени, а не те жалкие несколько минут.

— Прив, Хран! Как наши дела? Хреново?

— Да. Новый Мир только начал тебя кроить под себя, а тут еще проклятие Слуги одного из здешних Богов…

— Помню — Ханусма его кличут… А Слуга у него тупой и без фантазии! За гармин ему, конечно, огромное спс, но вот проклятие совершенно дилетанское даже с моей точки зрения.

— Ты не понимаешь о чем говоришь! Оборотничество… трудно придумать кару тяжелее! Это, по сути, казнь чужими руками. Богам и их Слугам запрещено напрямую вмешиваться в жизнь свободных смертных, а вот наделять их новыми свойствами можно сколько угодно — таково предназначение Богов и их Слуг! Оборотничество… хуже только канибаллический вампиризм! Любая община людей разорвет тебя в клочья, как только откроется твоя неединая сущность. Ты теперь заклятый оборотень и скоро потеряешь разум и воспоминания. Уже сейчас я смог достучаться до тебя только через благодать и проклятие Госпожи. Видел бы ты себя со стороны на пике превращения! Уродливая тварь, помесь улитки с обезьяной, подпоясанная собственным хвостом и пластинами подкожной брони в самых неожиданных местах… Одно хорошо — все твои раны затянулись.

— Г-ха! — при смешке у меня из горла вывалился кусок какой-то слизи. — Черт… Не пугай — не напугаешь! В моем мире каждый был оборотнем в той или иной мере. Естественно не материя обращалась, а разум и душа, причем бывало по много раз на дню. Утром ты примерный и добрый ребенок, через пол часа наглая сволочь, еще через час сосредоточенно-тупой придаток к учебнику… потом спесивый ублюдок и восторженный любовник, а под конец дня кто угодно от раздавленного червя до властелина мира! И под стать каждой ипостаси меняется социальная роль… а если тебя к тому же угораздило воспитаться без четкой принадлежности к какому-нибудь «лагерю», например «ботанов» или «пацанов», или не дай бог взять по чуть-чуть от каждого из них, то… Тебя будут рвать в куски каждый день по закону то одной стаи, то другой и без надежды на понимание. Так что не разводи панику. У нас стать оборотнем, а лучше вампиром мечтал хорошо если не каждый второй! А моральные терзания на тему чьей-то смерти по твоей вине или причиненной тобою боли… были только на словах и в головах немногочисленных чудиков. Потому я и говорю — тупые «шутки» у того Слуги, тупые. А теперь в темпе, пока я не тупая "помесь улитки с обезьяной", охарактеризуй среднего заклятого оборотня и его более удачливого брата — истинного. Правильно я понимаю?

— Да… — Слуга Сееле явно пребывал в замешательстве. — Ладно… Истинный оборотень… обычно его описывают замкнутым кольцом: превращения в его теле совершаются плавно, неторопливо и контролируемо. Заклятый же похож на отрезок прямой: у него есть два пика, при достижении которых происходит резкий слом формы с обилием боли, паники и страха. Чем больше Силы вложил заклинающий в налагаемое проклятие, тем длиннее «отрезок» заклятого существа и тем больше проходит времени в плавной смене ипостаси между двумя резкими сломами. Ты смог поглотить очень много Силы того проклятия и налагавшего его Слуги. Думаю твой «отрезок» не меньше полудня или даже половины суток…

— Отлично — время есть. Теперь на тему "строительного материала" для приобретенной ипостаси. Мое "второе тело" равно по массе и размеру начальному? Или больше? А может быть меньше?

Хранитель кумекал с минуту и потом вынес вердикт:

— Оно равно по массе изначальному плюс прилегающая к нему материя, пронизанная твоей Силой. Например, твой пояс-посох превратился в хвост оборотня, броня во внутренние…

— Можешь не продолжать, — остановил я собеседника. Я уже все понял, к тому же ничего нового Слуга Сееле мне не сообщил — просто подтвердил одну из гипотез моего Мира. Мне срочно требовалось крепко подумать. — Как-нибудь ускорить или замедлить движение по «отрезку» можно?

— Можно, но негативные последствия будут много тяжелее положительных моментов. Замедлить свое превращение в звериную форму ты можешь, прилагая Силу. Но как только ты обратишься и в права вступит твое звериное «я», оно разозлится и начнет всячески противится своему обратному превращению. Например, зверь может инстинктивно понять, что достаточно появиться у него тяжелому ранению и ты сильно ослабеешь при обратном обороте и не сможешь более противиться превращению. Если подобное повториться хотя бы пару раз — самоистязание зверя превратиться в бездумный ритуал и ты раз от раза будешь все слабее, и, в конце концов, зверь присвоит себе главенствующую роль…

— Ага… Получается сопротивление не выход… А что на счет добровольного слияния?

— Не слышал о подобном — проклятые люди сопротивлялись до последнего. Ведь зверь полностью им противоположен! Если ты слаб телом — зверь силен! Если ты умен — зверь туп, удачлив? Зверь рискует умереть от молнии в сильную грозу, даже если скрылся от нее в пещере.

— Подожди-подожди… противоположность говоришь?.. Так значит все зае… сори, супер! Программа минимум отсюда следующая: не дать новорожденной зверушке подохнуть в первый же день в новом Мире. И ты мне в этом поможешь — это и в твоих интересах! Как максимум, следует стремиться, к тому что бы зверек тоже захотел слиться со мной, а так как я не желаю резко тупеть, да и вообще менять шило на мыло, то он должен быть максимально близок ко мне по параметрам. Думаю обратной связи у нас с ним в плане «противоположностей» быть не может и если он поумнеет, то я вряд ли поглупею. Так? А, ты ж не в курсе… значит, проверим опытным путем. Ну-с, приступим.

— К чему приступим? — хранитель растеряно «посмотрел» на меня.

— Блин! Все разжевывать надо! Следи за логикой: мы со зверем противоположны, так? Вследствие этого скорее всего и не можем быть едины, так как получившееся существо будет в таком случае совершенным. Однако, если наша «противофазность» уменьшится, слияние будет достаточно вероятным. Теперь о способах достижения этой «сходности»: зверь в противоположность мне почти абсолютный фанатик! А ты Слуга Бога! К тому же зверь по началу будет не очень умен и следовать будет несложным естественным инстинктам: вкусно пожрать, безопасно поспать, поиграться — щенок же совсем… Играя на этом ты его влет завербуешь! И он тебя будет слушаться, как шелковый. Далее вторая ваза: у меня есть все инструменты чтобы задрать его слабые параметры. «Поглощение» и «наделение». До сих пор я клепал с их помощью себе снарягу — он будет задирать совершенство разума. Реализуется просто: берется недомертвая тушка, кастуется «поглощение» с одновременным захватом души, потом выбирается часть тела, соответствующая интересующему нас совершенству — голова естественно — отделяется от остального тела и уже на нее кастуется «наделение». Вуаля! Практически кустарный ритуал присвоения силы врага. Самое то для неискушенных мозгов зверя, будет понятно ему на интуитивном уровне, так как происходит он от меня, а мои «предки» в свою очередь частенько этим баловались. Доступно?

— А откуда мы первую тушу возьмем?

— Не тупи. У меня остался еще один кристалл вызова «солдата». Души мы из него уже добывали, теперь будем добывать еще и мясо. Первый раз ритуал оформлю я непосредственно перед оборотом, а дальше уже твое дело. Или ты против? Имей в виду, если я почую за тобой какую-то собственную игру с моим альтерэго… Наше сотрудничество окончится плачевно и без пользы нам обоим — слишком много мы друг о друге узнали.

— Не стоит предупреждать об этом, — с некоторой даже чепорностью ответил Слуга Сееле. — Воля Госпожи была предельно ясна, и я ей буду неукоснительно следовать.

Угу… Я со вздохом покивал — не ответил прямо и четко, товарисч… Что-то начинает мутить… но думаю на «правильную» обработку зверька его "ресурса верности" хватит, а там посмотрим…

— Гут. Кстати, "подавление Жизни" мне скинь, а то опять забуду эту фишку у тебя забрать… Ок, отлично — чувствую спел, — у меня знакомо зачесались мозги, — ну а теперь приступим к правильному размещению "вторичной массы", чтоб зверь был у меня функциональным, а не дикой помесью…

Сила "величественного чела" все еще крутилась вокруг меня, но было ее по моим прикидкам не так уж много. Так что наспинный ящик в теле зверя будет явно лишним, так же как и фламберг с блочником.

— Хран, ты присмотри за пареньком после обращения, что бы он далеко от этого места не отходил, — я обвел взглядом довольно-таки просторную песчаную плешь, окруженную высокими деревьями. — Место чистое, подходы просматриваются со всех сторон — врага не пропустишь! А в лесу, среди этих псевдокедров (деревья были очень на хвойные моего мира похожи, да и подлесок сформирован характерно) черт знает что со спины подкрасться может…

Я последовательно провел наделение всех элементов одежки и брони. Что бы это все провернуть пришлось полностью разоблачиться, но это и хорошо — начесался вдоволь! Эх, ручеек какой найти бы да и постерушки с купанием устроить… Ни на что с этой магией время не хватает, даже на мыльно-рыльный ритуал! Затем последовало вдумчивое облачение, в результате которого тотемник оказался закреплен несколькими шнурками (пригодились-таки!) вдоль моего хребта поверх всей брони (его голова расположилась на макушке шлема, хвост волочился далеко за спиной), а пояс воина-скелета с навешенными на него кармашками, ножами и кобурой все же отправился в ящик к другому «навесному» оружию. Зверю придется рассчитывать только на свои силы, подкрепленные Когтями Боли, тотемным посохом и Слугой Сееле. Надеюсь справится.

— Начинается… — меня скрутила знакомая боль. — Видать игры с Силой подстегнули ход оборота… — я, пока еще был во вменяемом состоянии, призвал гончую и произвел над ней придуманный ритуал. Едва успел! «Наделение» на мозги кастовал уже в полуобморочном состоянии и с судорогами во всем теле. — Принимай кандидата в послушника Хран…

…

Когда я смог встать на лапы и оглядеться, первым что я увидел, была разделанная кем-то свежая туша какого-то зверя. Пасть тут же наполнилась слюной, но первый шаг не задался — опорная лапа подломилась и я больно ткнулся носом в песок. Тело было как чужое — слишком тяжелое для моих скромных силенок.

— Не пробуй идти, пока не наберешься сил, — раздался знакомый голос в голове. — Просто подползи и начни есть. Причем начинай с головы.

— Не хочу. Не вкусно — она воняет противно! — но совету Голоса я все же последовал и пополз на брюхе по песку. Сейчас-сейчас я до жрачки доберусь!

— Знаю что противно, — согласился со мной Голос, — но ее содержимое сейчас самое полезное для тебя и позволит добыть еще еды. Ведь ты же очень голоден?

— Г-рр… Да! Ладно… съем… — наконец-то дополз! Ну и вонь! Ладно, Голос хороший, заботится обо мне… еду вот приготовил… придется есть. Стараясь не дышать или дышать через пасть, я стал заглатывать противно-рыхлую массу из разгрызенного черепа. Хорошо, что ее немного было — на пару кусов. — Все. Теперь буду МЯСО жрать!

Это не так-то просто, оказалось, сделать — оно было жесткое и скрыто довольно крепкой кожей. Однако я приспособился, помогая себе когтями передних лап и рывками выкусывая куски. Для чего пришлось-таки встать на лапы. А когда половина туши была проглочена у меня начали зудеть и чесаться все зубы. Рвать мясо тут же стало еще более приятно — не только брюхо полное становится, но и клыкам приятно!

— Уф! — я отошел на пару шагов от обглоданного костяка и завалился на бок, тяжело дыша раздутым животом. — Хорошо…

— Только ты неправильно лежишь, не удобно — сам должен чуять, — вновь заговорил Голос. — Попробуй небольшую яму сделать и разместить в ней живот, опираясь на лапы.

Я нехотя сделал как он велел и действительно удобнее стало, да и нос больше запахов собирает.

— А ты кто, Голос? — я закрутил головой, пытаясь его разыскать, но на песке, окруженным деревьями никого кроме меня не было. Ну, еще обглоданный костяк и какой-то опасно пахнущей камень. — И где?

— Я Слуга Богини Сееле, а не голос. Можешь называть меня так или Хранителем, или Храном, как иногда зовет твой второй. Помнишь его?

Я задумался до боли меж ушей, но ни о каком втором вспомнить не смог:

— Не помню.

— Попытайся еще, помнишь например свою предыдущую форму?

Я опять сосредоточился — все равно делать нечего, да и не хочется, и спать не охота… А для того что бы вспоминать, шевелиться не надо.

— Помню. Плохо было, неудобно. Даже на лапы было не встать! И больно…

— Вот, — согласился Голос, то есть Слуга-Хран. — А после боли руководить стал твой второй. Это он придумал, что бы у тебя удобное тело было и еду подготовил.

— А я думал ты…

— Я только его спутник и иногда помощник.

— А-арг-х, — зевнул я. Вспоминание оказывается утомляет! — Буду спать.

— А вот этого делать не стоит!

— Нет, буду!

— Опасно тут спать, — не согласился Голос.

— Никого же нет.

— Придут. Мясо же вкусное было? Вот. А кости продолжают кровью пахнуть. Обязательно кто-нибудь придет, а ты спишь. Сам станешь чьим-то мясом.

— Но я хочу спать!

— А ты своего второго вместо себя оставь, а сам спи.

Я задумался. Хм… Но мысли куда-то разбежались. Чуть не заснул их разыскивая! Опаска остановила — а вдруг Голос правду говорит? Не хочу быть чьим-то мясом!

— Как его вместо меня оставить? Я не знаю.

— Ты только мне не сопротивляйся. Я сейчас из тебя Силу тянуть начну, потом будет больно, а потом ты заснешь и придет второй. Но если ты будешь от меня отбиваться, то конечно победишь, но второй не придет. А спать нельзя.

— Я сильный, — довольно согласился я. — Вон у меня какие когти есть! — я поочередно выпустил сначала свои первые когти на пальцах передней лапы, а потом вторые, которые поверх пальцев были и было их всего два. Их я обнаружил, когда шкуру на туше разорвать пытался. Вторые были значительно крепче первых и острее, но пользоваться ими было очень утомительно.

— Замечательные когти, — согласился Голос. И он правду говорил, не насмехался надо мной.

— Ладно, не буду с тобой бороться. Забирай эту самую Силу. А я спать буду…

Глава 12

— Р-р-ш-ш-ш… Черт!.. Что так быстро? — выбрался из неглубокого «окопчика» и со вздохом сел на все так же лежащий на песке переносной шкаф.

— Он спать захотел, — со смешком ответил обитатель кругляша. — Пожрал и тут же на боковую.

— Ясно. И как ты добился оборота?

— Вытянул из зверя Силу. Не в пример тебе у него великая Вера! Мне например он поверил сразу же, правда Госпожой не заинтересовался…

— Вот как? Тогда давай-ка сюда ману, что из парнишки вытянул. И не спорь: я с ним целое, а со мной ты на тему безвозмездного снабжения дармовой Силой не договоришься. Если ты забыл, то я как раз Силу и ищу.

— Да бери, — Хран "пожал плечами". По моему он даже не обиделся. — Я и так предполагал тебе ее вернуть…

Мой «сосуд» пополнился совсем небольшой толикой Силы.

— Это он за то время пока жрал выработал? Неплохо.

— Это размер его "сосуда", — проговорил Слуга Сееле. — А Силы он создал своей Верой в сотни раз больше. Но она вся ушла на поддержание активных Когтей Боли — он ими шкуру на туше рвал.

— А-а… ясно. Все равно неплохо. По крайней мере, со жратвой у него проблем не возникнет — впору кристалл призыва «солдата» в кристалл-самобранец переименовывать. Призвал — сожрал — зарядил — призвал… А вот мне придется охотой озаботиться, потому как брюхо у меня пустое как барабан, не смотря на то, что парнишка под сотню кило мясца умял, — я с тяжелым вздохом встал с ящика и достал из него блочник, вставил в кивер шесть двузубых стрел, нацепил пояс с ножами и кристаллами. На крупную дичь я не рассчитывал — больше меня сейчас какой-нибудь местный петух-фазан-глухарь устроит. Ну, или ворона. — Попрыгали! — я зацепил обглоданный костяк и попер его в сторону стены деревьев.

Погоды вокруг стояли… Благодать! Облачно, но не пасмурно. Привычные комки белой ваты плывут по привычной синеве, раз в двадцать-тридцать минут все вокруг затапливает золотистым сиянием — солнце выглядывает. Не знаю как здесь с наклоном оси и широтой, но по ощущением идет вторая половина осеннего дня. Довольно сухо и нет гнуса — самое то для пикничка.

Пробираясь меж могучими стволами псевдокедров и обходя редкие завалы бурелома я старался подмечать каждую непривычную мелочь, нехарактерную для лесов родного мира. Прежде всего меня удивило полное отсутствие паутины. Знаете, как у нас бывает? Зайдешь поглубже и тут же вся рожа облеплена… Потом неприятно поразила настороженная тишина. Ну, не мертвое безмолвие отравленного городом лесопарка, а именно что разлитая в воздухе опаска. Как будто местные обитатели встречались с чем-то подобным мне.

Нет, следов человских не было — их бы я в миг срисовал, хоть и не чингачкук деревенский — чувствуется нечто невыразимое там, где часто ступает нога человека… Значит, зверушки реагируют не на "самого хищного хищника", а на набор характерных черт. И по ходу главная из них это мое нежданное появление тут. Получается, что попаданцы частые гости в округе? А это в свою очередь наводит на интересные размышления о природе песчаной плеши…

— О! Обед! — восхитился я вполголоса (до этого так же проговаривал свои мысли) углядев на ветке метрах в шести над землей и в двадцати от меня характерные очертания чьей-то мясистой тушки в перьях. Она выделялась на ломано-игольчатом фоне своей округлостью. Против городских стереотипов я не замер на месте, сосредоточенно пялясь на цель — это верный способ ее спугнуть! Я продолжал топать по сухой ломкой подстилке будто произошло что-то интересное, но мимолетное, не стоящее дальнейшего внимания. Один из моих жизненных принципов, кстати. И вытек он из изъезженной фразы: "Сильнее всего удар из пустоты". Ничего так посыл, если в него вчувствоваться. Очень стимулирует взвешенную осторожность, созерцательность и непредвзятость. Тебя оскорбили? Улыбнись в ответ, кивни, оцени противника, распознай его социальную роль и «касту», посмотри, как на него реагируют окружающие, на основе этих наблюдений спрогнозируй последствия для себя, своих родных и близких, и только если все благоприятно втопчи обидчика в прах! Или отложи это действие до более удобного и удачного момента. Но никогда обид не прощай! Очень меня люди за это не любили… И друзей с приятелями у меня почти не было… Зато жизнь текла в полной гармонии с собой.

Так вот, двигаться я продолжил как ни в чем не бывало и даже несколько раз сменил направление, огибая препятствия, но дистанцию с «птичкой» держал неизменной. Щелкают ветки под подошвами кирзачей, сопит нос, течет пот, а руки делают свое «черное» дело — подготавливают рогатого к выстрелу. Во! Самое то! Сейчас я закрыт от птыца стволом дерева и нет у него шанса среагировать на резкую смену гармонии движений… к тому же стоит сделать с пяток шагов и откроется «чистая» линия выстрела, на которой полету пернатой вестницы не помешают ветки. Шаг, еще шаг и еще один… "Гип-гип, ура!" головастым парням, которые «додули» каким макаром можно скрестить лук и арбалет. Очень психологически верное оружие получилось. Его «взведеную» готовность ощущаешь всем существом, и в то же время отсутствует надрывная сосредоточенность, так как после полного натяжения тетивы, нагрузка падает на четверть. Класс!

— Треньк! — хлоп, — взвизгнул витой шнурок и стегнул по наручу. Напоенная Силой стрела как по ниточке скользнула-метнулась к глупому птицу — я не стал рисковать и произвел максимально точный выстрел. Кишка-то своя, не дядина!

— Фштых! — тук, — вокруг птица на миг вспыхнул и зашелестел феолетовый ореол, но моя посланница его преодолела, хотя и ослабла — тушка в перьях оказалась просто сбита-оглушена, а не нанизана на «шампур».

— Фига се! Защитное поле у какого-то пернатого консерва! Ну них… себе! — за восхищением я не забывал перебирать ногами. К огорчению неизвестной науке птички, до нее я добрался раньше, чем она окончательно очухалась.

"Познание Существа" через кончики пальцев левой руки (блочник отложен пока в сторону). Результат: ****, типа глухарь. Съедобен. Врожденная способность накладывать на оперение "Щит Ветра"… Супер! Лесная курица начинает оживать, шея в руке с силой изгибается-выкручивается — птица пытается освободиться. Оперение идет знакомыми фиолетовыми всполохами — в тему! Это мне пригодится! Свернуть «куре» голову (блин! а не так это просто! Сопротивляется…) и скастовать «поглощение», поглаживая «загребущей» ее перышки. Вот мне и рукоделие привалило!

Я подхватил блочник, подобрал стрелу (успел заметить в какую сторону отлетела) и скорым шагом направился к плеши, помахивая свежей тушкой. В верхнем слое водоворота Силы шелестел и кружил невесомый пух, несущий между тем ощущение защищенности. Вроде того теплого пухового одеяла из детства, под которым можно спрятаться от любой напасти и страха.

— Спешу тебя обрадовать, путник, — подал голос Хранитель. — Ты находишься в старом мире…

— А то я сам не чую! — усмехнулся я. — Те образы, взятые с полотна… Они точно обретаются где-то рядом. Я ощущаю их всем существом, да и само окуружающее сущее не кажется чуждым — скорее будет родственные чувства, как при встрече с дальним родичем. Так что портанулись мы именно туда, куда я загадывал. Другое дело, что выбросило нас не перед проходом в Мир, а непосредственно в него.

— Это все из-за того Слуги, — пояснил Хранитель. — Он выдернул тебя с порога в свое обиталище — или скорее в домен своего хозяина — и уже оттуда вытолкнул в Мир.

Пока обменивались фразами, я успел дотопать до плеши. Все без изменений: пусто и гулко, следов на песке не добавилось, да и были там только мои, зверя и борозды от волочения обглоданного последним костяка.

— Слушай, Хран, а эта плешь не место ли Силы? — я остановился под крайними деревьями. — Что-то с трудом я представляю, как мог сформироваться такой микроландшафт.

— Нет, дикой Силы здесь нет, — "мотает головой из стороны в сторону". — Больше похоже на область вокруг разрыва ткани мира. В таких местах частенько происходят стихийные выбросы Силы бездны миров и материя, попавшая под их, рассыпается в прах. В землях Госпожи было насколько таких мест, но к сожалению ни в одном из них я не был, так что сопоставлять могу только с чужих рассказов.

Я хмуро посмотрел на «полянку». Холодок опаски так и повеял с этого открытого пространства, противно холодя спину и заставляя непроизвольно сжимать живот.

— А еще какие признаки у таких мест есть? Не главные, второстепенные.

— Ну… Призывы в них легко проводятся. Отступники и еретики из тех что не дорожат своей шкурой забираются туда что бы обзавестись сильным слугой. Таким, которого в обычном месте Мира они призвать не в состоянии.

— И я можно сказать самопризвался именно сюда… — опасения и намеки стали наливаться уверенностью. — Это не есть хорошо. Нельзя в потенцеально опасном месте оставаться и оставлять в нем моего «щенка» нельзя тем более! А уходить и некуда… даже на дерево лезть смысла нет, так как все ближайшие довольно молоды.

— Зачем лезть на дерево? — не понял мой спутник.

— Чтобы осмотреться.

— А если карту посмотреть? — обитатель кругляка был само ехидство. — Знаешь, то что дарят Слуги Богов обычню…

— Работает и помогает, ты хочешь сказать? Так карту я практически украл и не думаю что она корректно работает… хотя попробовать стоит. Ладно, метаться все равно не имеет смысла, — я со вздохом ступил на плешь. Будем надеяться плохие сценарии не сработают в ближайшие несколько часов.

Перья из бронептица вылезать ну никак не желали, а у меня даже простейшего кипятка нет! Ошпарить бы тебя… После получаса мучений пришлось ограничиться маховыми из крыльев и самыми крупными из хвоста и с тела. Далее тушка была безжалостно вспорота и выпотрошена, естественно ни о какой полезной требухе речи не шло — все отправилось на корм лесной мелочи, если такая есть в наличии в округе. Хорошо бы конечно глухаря в глине было запечь, но ее искать надо и хрен знаешь, найду ли, так что тушка была после потрошения зарыта сантиметров на десять в песок, а поверх нее раложен костер. Еще несколько минут мучений с огнивом (ладно хоть сделано по типу продвинутого туристического — сноп искр дает густой и постоянный) и лесной трухой в качестве материала для розжига: Вуаля! Почти по центру опасной плеши потрескивает сухими сучьями практически бездымное пламя. Я тоже не бездельничаю — вояю из куска тряпки, охваченного от подола подрясника и свеже соспойленых перьев нечто вроде бармицы. Вояние заключается собственно в аккуратном протискивании черенков между нитями максимально равномерно. Даже дополнительно стежками не прихватываю, так как не уверен в полезности получающегося итема, но рукоделие успокаивает и дает пищу креативу — если идеи не реализовывать они имеют свойство заканчиваться.

«Поглощение» на кристалл Сееле, в котором раньше был запечатан призыв и душа беса, а сейчас находится забранная и птица Сила. «Наделение» на тряпку с перьями: легкий флер испаряющейся влаги и проступающие на полотне бледно сини разводы. "Познание Вещи". Результат: полотно Щита Ветра. Ресурс… Ну это уже не интересно — ясно что не великий. Главное результат есть! Я, мать ее, Артефактор! Недоделанный…

Иллюстрации

Content

Попаданец

Попаданец

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Иллюстрации