Громов Александр Николаевич

Гурманы

Александр Громов

Гурманы

Записки собственника

29 ноября

С сегодняшнего дня я – владелец астероида. И даже знаю, что мне с ним делать. Сам факт – вроде бы пустячок, да и астероид пустяковый, из самых ничтожных, а все-таки приятно. Никогда не владел никакой недвижимостью, если не считать фамильного участка на кладбище, а теперь владею. Хотя применительно к астероиду слово «недвижимость» можно употребить только в юридическом смысле. Он ведь движется. Слоняется себе в пространстве, и никто ему не указ. Ну ладно, ладно, не буду занудствовать, недвижимость так недвижимость.

А вышло вот как. На тот аукцион я зашел просто так – поглазеть. Мотался по магазинам, искал для Анны подарок почуднее, чтобы она поняла, что выходит замуж не абы за кого, а ее подруг перекорежило от зависти. При моих доходах – задача не из легких. Приличные драгоценности мне не по карману. Хотел было купить китайскую вазу времен династии Юань, да взглянул на ценник – чуть не умер. Нет, это не для меня. И тут слышу объявление: сейчас-де в малом конференц-зале нашего торгового центра состоится аукцион по продаже небесных тел, спешите приобрести. Ну-ну, думаю. Представляю, сколько это стоит. С тех пор как начались туристские рейсы на Луну, участки там ценятся не меньше, чем берега золотоносных речек во время золотой лихорадки. Модно же. И на Марсе почти вся поверхность уже распродана, даром что туристов туда пока еще не возят. Ну, понятно, у кого своя космическая яхта, тот может заодно прикупить и кусочек Марса, авось пригодится.

Правда, такие сделки не совершаются в торговых центрах. Крупные аукционы внеземной недвижимости – это серьезно, и публика там соответствующая. Сомневаюсь, чтобы меня туда пустили. А здесь – ну что, думаю, может продаваться? Участки на Венере? Спасибо, не нужна мне пароварка на серной кислоте, и Анна такой подарок не оценит. Что еще? Солнечный протуберанец? Такой подарок мне по карману, но это все равно что угостить девушку мороженым. Съела – и нет мороженого. А протуберанец даже не съешь, он сам собой рассеется, вот что обидно.

Звезда какая-нибудь тридцатой звездной величины? Тоже очень мило. Это значит, что придется выкладывать денежки только за то, чтобы посмотреть на нее – оплатить пять минут наблюдательного времени на одном из крупнейших телескопов и молиться, чтобы небо не затянуло облаками. Ха-ха! Уж лучше купить китайскую вазу – поддельную, конечно, настоящую я не осилю – и подарить Анне, чтобы выращивала в ней фикус.

И все же я потопал в малый конференц-зал. Чем черт не шутит, думаю. Конечно, ничего не куплю, зато, может, хоть какие– нибудь идеи рожу насчет подарка. Ведь голова уже вспухла от мыслей – что подарить невесте?

Ладно. Сел с краешку, жду начала. На проекционном экране мелькают фотографии небесных тел, а стареющая фотомодель с подмазанным лицом ходит взад-вперед и вещает через микрофон, какое это выгодное вложение средств – купить кусочек планеты, спутника или хотя бы часть кольца Сатурна. Народу не очень много, и народ какой-то необстоятельный, вроде меня. Те еще аукционисты. Поглазеть пришли. Вышел распорядитель, обвел глазами зал и, ясное дело, не обрадовался. Сел и ждет: может, еще народ подвалит? Ага, как же! Ну ладно, думаю, четверть часа и я подожду, но ни минутой больше. У меня лишнего времени нет.

На четырнадцатой минуте распорядитель откашлялся и стукнул молотком по столу – начали, мол. Лот первый: галактика такая-то, находящаяся в созвездии Тукана, начальная цена две тысячи евразио, кто больше?

Никто не дал больше. И двух-то тысяч никто не дал. Лот с торгов сняли. Исчез с экрана портрет галактики, исчезла всякая цифирь с ее характеристиками. И правильно, по-моему. Туканом надо быть, чтобы отдать за такой товар два килоевразика. Я-то во всей этой астрономической цифири ни бельмеса, но всякому же понятно, что хорошую галактику на такой вот затрапезный аукцион не выставят. Значит, она в такой дали, что люди доберутся до нее в лучшем случае через миллион лет непрерывного технического прогресса, да и доберутся ли вообще? Я слышал, что есть такие галактики, которые удаляются от нас быстрее скорости света, а все равно видны. По-моему, со стороны Вселенной это форменное свинство: ну зачем показывать нам то, к чему мы никогда не притронемся? Специально ради издевательства, да?

Да и черт знает, что там за галактика. На фото она такая, какой была миллиарды лет назад, ну а сейчас-то она какова? Никто не скажет. Может, ее и нет уже. А может, она давно принадлежит какой-нибудь могущественной расе. Нет уж, увольте.

Следующий лот – астероид двухкилометрового поперечника, относящийся к семейству кентавров, что болтаются между Сатурном и Ураном, начальная цена три тысячи евразио. Фото астероида, схема орбиты. Три тысячи – раз, три тысячи – два…

Гляжу – взвилась в зале одна рука. Гляжу – и вторая! Распорядитель оживился, глазами посверкивает, азарт на торгующихся нагоняет. За пять с половиной тысяч астероид ушел.

Интересно, думаю, на что этим двоим астероид, да еще такой далекий? Оба прилично одеты и выглядят солидно, но на владельцев личных космояхт не похожи. Миллиардеры инкогнито? Сразу два? Ой, не смешите мои тапочки. Миллиардер купит сразу Цереру или Весту, на худой конец Фобос. И будет, акула такая, эксплуатировать его ресурсы – туристские или, скажем, горнорудные, акуле виднее. А для этих карасиков личный астероид – лишь вопрос престижа. Я, мол, тоже не лыком шит, а владею космической собственностью! Статус. Иногда он полезен для дела – чаще же им просто любуются или хвастаются.

Вот тут-то и забралась в мою голову мысль: а не купить ли астероид и мне? Ну, конечно, не за пять с половиной тысяч и не за три – это для моего бюджета чересчур, – а подешевле. Чем не подарок невесте? А что бесполезный, так это вы зря. Подруги обзавидуются – вот и польза. А для женщины, если хотите знать, зависть окружающих – это что-то вроде масла для бутерброда. Или для механизма. Без масла и бутерброд не бутерброд, и механизм скрежещет. И дело мужчины ей эту зависть обеспечить.

Распорядитель будто мысли мои прочитал – выставил новый лот. Тоже астероид, но мелкий, всего-навсего двухсот метров в поперечнике. Настолько мелкий, что без названия. Тип Атона, цифро-буквенное обозначение такое-то, орбита находится внутри орбиты Земли, а перигелий аж внутри орбиты Венеры. Начальная цена – всего пятьсот евразио.

Для меня и это дороговато, но ничего не поделаешь. Взял да и поднял руку. Других желающих вступить в торг не нашлось, и со стуком молотка я стал владельцем астероида. Заставили меня расписаться там и сям, после чего вручили пакет документов, удостоверяющих мое полное и суверенное владение указанным космическим телом, поздравили с выгодным вложением средств, попытались уговорить приобрести на аукционе что-нибудь еще, не преуспели и потеряли ко мне интерес. И я пошел домой в сложных чувствах. С одной стороны, приятно обзавестись личным астероидом всего за пятьсот евразиков, а с другой – не купил ли я ненужное? Тут призадумаешься.

Думал, думал, да и пришел к логическому выводу: оно нужное. Ненужное покупают дураки, а разве я дурак? Ну то-то же. Логика – великая вещь.

Сразу стало легче.

30 ноября

Опять мне прислали сонник на редактуру. Работа как работа, бывают и похуже, но в этот раз редакция выкопала какого-то уж совсем бездарного и безграмотного автора. За день разобрался с буквой А. К моему удивлению, нашлось там место и слову «астероид», пусть и написанному с двумя орфографическими ошибками. Это кому же, любопытно знать, снятся «астироиты»? А толкование такое: увидеть во сне астероид – к временным и кажущимся удачам в делах. Я даже поразился тому, что автор знает этимологию слова «астероид» – «звездоподобный» – и сумел связать логическую цепочку от сновиденческого толкования слова «звезда». Видеть во сне звезды – к большой удаче, ну а астероид, соответственно, – к подобию удачи. Этот проблеск мысли выглядит инородной вставкой. Думал, как отредактировать ее, чтобы привести в соответствие с общим убожеством текста и чтобы это при том не выглядело явным издевательством, но ничего не выдумал и плюнул. Мне тоже не больше всех надо.

Анне о подарке пока ни гугу. Преподнесу в день свадьбы, до нее еще почти месяц, а пока изучаю документы. Насчет прав владения, кажется, все в порядке, а вот насчет физических характеристик астероида меня, похоже, слегка надули. Во-первых, размеры. Написано, что они составляют 220х180х170 метров. Разумеется, я не стал возмущаться тем, что астероид не шарообразен, – даже мне известно, что такая космическая мелочь шарообразной не бывает. Я не о форме – я о размерах! Усредним числа 220, 180 и 170 – что получим? 190 метров. Выходит, десяти метров мне недодали. Возмутительно.

Далее – орбита. Вообще-то она не вся внутри орбиты Земли. Иной раз, когда мой астероид находится в афелии, а Земля, наоборот, в перигелии, она подбирается ближе к Солнцу, чем моя покупка. Из этого, между прочим, следует теоретическая возможность их столкновения. Хорошенькое дело!.. Для чего я покупал астероид – чтобы он разбился о планету?!

Но взглянул на наклон орбиты – успокоился. На всякий случай запросил Сеть и получил подтверждение: при существующих орбитах столкновение моего астероида с Землей или Луной невозможно. Вот и ладно.

Но насчет размеров, конечно, типичное свинство.

1 декабря

Получил по электронной почте приглашение стать членом Ассоциации владельцев космической недвижимости. Вступительный взнос – двести евразиков да еще по сотне ежегодно. Однако!.. Следом пришло предложение застраховать мою собственность. От чего? От многого. Например, от испарения моего астероида при превращении Солнца в красный гигант. Или от близкого гамма-всплеска. Полдня штудировал литературу: чем грозят эти напасти? Выяснил, что в обоих случаях платеж по страховке не состоится, поскольку некому будет платить. Куда ни плюнь, везде жулье. Ради хохмы написал им, поинтересовался, страхуют ли они от угона. Оказалось – страхуют, но только в том случае, если страхуемая собственность оснащена радиомаячком с изотопным источником и какими-либо броскими отличительными признаками. Имеет ли мой астероид какие-либо отличительные признаки? А черт его знает. Установлен ли на нем радиомаячок? Нет. Значит, надо установить, вот и весь разговор. Ага! Вот прямо сейчас сяду на динамитную шашку и полечу что-то там устанавливать. Юмористы.

Вежливо отклонил оба предложения. Сразу пришло в голову: а наверное, космическая собственность, как и всякая прочая, тоже облагается налогом? Проверил – так и есть. Подсчитал, сколько мне предстоит платить. Гм, в общем-то немного, но кому нужна лишняя бухгалтерия? Если бы владение приносило пользу, тогда еще туда-сюда, а какая польза от моего астероида? Сделать приятное Анне? Ну, сделаю. А платить налог и заполнять графы все равно придется мне, уж я-то знаю.

Грешным делом допустил крамольную антирыночную мысль: ничего не боится тот, кто ничего не имеет. Не брякнуть бы такое на людях.

2 декабря

Готовимся к свадьбе. Цветы, вина, закуски, список приглашенных. Анна забежала на минуту, чмокнула меня в нос и унеслась к портнихе. Насчет подарка молчу наглухо. Пусть будет сюрприз.

Залез в Сеть узнать: где-то там мой астероид? Оказалось, что он сейчас удаляется от Солнца и через месяц пройдет в пятнадцати миллионах километров от Земли. Интересовался, нельзя ли его будет наблюдать в свадебный вечер, если, к примеру, взять напрокат телескоп. Увы, нельзя. Слишком мелка моя собственность, да еще и черна как негр. Возмутительно! Так я и знал, что мне всучат какую-нибудь заваль. Вот они, плоды поспешных решений!

Сам же и виноват. А ведь с детства знал неоспоримую истину: не торопись, не суетись, не беги! Конечно, кто не бежит, тот редко приходит первым, но ведь чаще всего оказывается, что бежать-то было незачем! Вот, к примеру, нашумевший случай в прошлом году, когда погибла марсианская экспедиция. Последний оставшийся в живых не прошел, а пробежал километров, наверное, триста. Зачем бежал? Да за снегом. Когда в марсианском южном полушарии весна, южная полярная шапка тает, а толщина ее – сантиметры, так что граница снегов отступает к полюсу со скоростью бегущего человека. Хочешь пить – влей в контейнер на брюхе скафандра воды или насыпь пригоршню-другую снега. Хочешь дышать – опять-таки нужен снег, чтобы пить, поскольку кислород для дыхания скафандр добывает, разлагая либо мочу, либо ту же воду из контейнера. Неважно, что марсианский снег перемешан с углекислотой, – скафандр тоже не дурак, разделит воду и не воду. Главное, чтобы было хоть сколько-нибудь воды в каком угодно виде.

Вот и пришлось тому бедолаге бежать к южному полюсу. Наддаст, догонит испаряющуюся границу снежного покрова, набьет брюшной карман, передохнет с полминуты – и снова кросс по пересеченной местности… Вскрытие потом показало, что умер он не от обезвоживания, не от асфиксии и уж подавно не от голода, а просто загнал себя насмерть. Так-то вот.

А по-моему, незачем забираться на Марс, чтобы только доказать, что человек бегает неважно. Вот, скажем, мой дедушка, никогда не отлучаясь с Земли, ежедневно бегал от инфаркта, но инфаркт оказался проворнее. От судьбы не уйдешь.

Ну ладно. Вечером читал о том, что это за тип Атона такой. Выяснил, что Атон – египетское божество, изображаемое в виде солнечного диска. Недурно. Не с шакальей головой, и на том спасибо.

С этой покупкой, пожалуй, образованным человеком станешь.

3 декабря

Пришло письмо от секретаря господина Саймона Оверандера. Кто не знает Оверандера? Ясно, что даже самый младший из его секретарей не станет тратить времени на такую мелочь, как моя собственность, – письмо написано и отослано программой, отследившей мою покупку. Простое и вежливое напоминание: не забывайте платить. За что – и так ясно. За то, что мой астероид подчиняется закону всемирного тяготения, права на который принадлежат господину Оверандеру, самому богатому человеку Солнечной системы. Я еще ребенком был, когда по всему миру шумели те приватизационные аукционы. Распродавались права на физические законы, химические реакции и все такое прочее. Кто-то купил правило буравчика, кто-то приобрел закон Гей-Люссака, а вот, скажем, уравнение Шредингера на торги не выставили – не прошло еще требуемых законом двухсот лет, так что правами на это уравнение по сию пору владеют потомки немецкого физика. Не знаю, много ли им с того пользы.

Оверандер, та еще акула, не стал размениваться на мелочи – купил закон всемирного тяготения, три закона механики, закон Архимеда и еще много чего. Плывет судно? Плати за использование закона Архимеда. Стартует ракета? Плати за третий закона Ньютона, да и за второй тоже. За инерционный полет тоже плати, потому как используешь первый Ньютонов закон. Но как раз на законе всемирного тяготения Оверандер, по-моему, нажил не колоссальные деньги, а просто большие. Вышел не грабеж, а всего-навсего принудительная страховка. Да, каждый человек, включая грудных младенцев, платит ему за то, что ходит по Земле, а не улетает от нее в неизвестное пространство против своей воли, – но ведь и правообладатель вынужден платить пострадавшим от действия приватизированного им закона! Скажем, кто-то ненароком упал с балкона и разбился в блин – безутешные родственники подают в суд и выигрывают дело. А если, например, сам собою развалился дом или рухнул мост, Оверандер платит только часть компенсации, причем меньшую часть, – большую платят правообладатели формул сопромата.

Каждому на этом свете приходится отстегивать денежки владельцам интеллектуальной собственности, и ничего тут не поделаешь. И все ругают ученых, наоткрывавших столько законов, что ни ступить, ни продохнуть – непременно нарушишь чьи-нибудь права. Платят за пищеварение, за большой круг кровообращения и отдельно за малый, за рычажный принцип движения конечностей, за преломление света в хрусталике и еще за тысячу разных разностей, без которых и жить-то невозможно. Плата грошовая, но ведь обидно! Злостных неплательщиков сажают, и в тюрьме им еще набегают счета за механическую прочность стен и модуль упругости оконных решеток.

Выходит, теперь я должен платить не только за то, что твердо стою на Земле, но и за то, что мой астероид подчиняется притяжению Солнца и не имеет намерения улететь от него куда подальше. Очень мило! Ежегодные выплаты, правда, небольшие, потому как на небесные тела у Оверандера льготный тариф, но кому приятно платить, я вас спрашиваю? Нет таких извращенцев, и я тоже не из них, это всякому видно.

Звонил своему адвокату, тот посоветовал смириться. Против всемирного тяготения не попрешь, как и против прав собственности. Зато, сказал он, если на меня будут наезжать всякие там правообладатели законов Кеплера, я могу смело послать их по любому адресу или вовсе игнорировать. Потому как законы Кеплера математически вытекают из закона всемирного тяготения, а значит, являются его следствиями. Правообладатели законов Кеплера могут отдыхать, ничего у них не выйдет.

Ну, хоть какое-то утешение. А за всемирное тяготение мне все-таки придется платить. Не сейчас, конечно. Выплаты полагается производить ежегодно, так что пусть господин Оверандер подождет годик.

4 декабря

Анна ночевала у меня, так что по крайней мере ночь прошла без мыслей о финансовых потерях. Утром – новый сюрприз. С меня требуют арендную плату за использование эйнштейновских поправок к классической теории тяготения, а также за посягательство на эффект Ярковского, закон Стефана-Больцмана, протон-протонную реакцию и цикл Вайцзекера-Бете. Попытался разобраться сам, без адвоката. Выяснил, что релятивистские поправки применительно к моему астероиду совершенно ничтожны, и я вполне могу обойтись без них, равно как и без эффекта Ярковского. Что касается Стефана-Больцмана и Вайцзекера-Бете, то эта интеллектуальная собственность вообще резвится в недрах Солнца, и при чем тут я? Догадался: владельцы имеют в виду тот факт, что мой астероид освещается солнечными лучами, и намерены драть с меня за освещение. Пренебрег. Пусть отключат освещение, если захотят и смогут. Чтобы я стал платить за освещение и обогрев места, где я не живу и помидоры не выращиваю? Нашли дурака! По-моему, это просто наглецы, бомбардирующие извещениями об оплате всех, кого они считают развесистыми лопухами, – авось кто-нибудь да раскошелится сдуру.

На всю эту частнособственническую суету накладываются предсвадебные хлопоты. С ума можно сойти. Одно радует: скоро кончится и то и другое. Одно кончится свадьбой, а что касается второго, то ведь надоедят же когда-нибудь всевозможным правообладателям попытки остричь меня, как овцу! Надо перетерпеть, надо отшивать всех, кого можно отшить, и устроить так, чтобы не платить чересчур много тем, кого отшить нельзя, иначе это будет не свадебный подарок, а издевательство над молодой супругой.

5 декабря

Пришло только одно письмо – от правообладателей закона смещения Вина. Разобрался быстро, это простой закон. Из него следует, что максимум энергии мой астероид получает от Солнца в желтом диапазоне спектра, а сам излучает преимущественно в инфракрасном. Ну и что? Какая мне с того польза? Никакой. Нет услуги – нет оплаты. Глубокоуважаемый Вольфганг Вин может идти туда же, куда уже пошли Стефан с Больцманом и еще эти двое, как их… забыл.

7 декабря

Новых писем нет. Ну то-то же! Зуб даю: прояви я слабину – правообладатели накинулись бы на меня скопом, стаей, сворой и ордой. Эти пираньи все мировые законы навесили бы на мой бедный маленький астероид, да еще таблицу умножения в придачу. Нет уж, дудки. Отстегивать за всемирное тяготение мне придется, это факт, но больше ни гроша никому не дам. И точка.

Впервые со дня аукциона уснул спокойно.

10 декабря

Ужас! Ужас! Полная катастрофа! Сегодня во всех блоках новостей: мой астероид вспыхнул и превратился в комету! Передают, будто бы моя собственность, числившаяся как астероид, на самом деле оказалась ядром давно выгоревшей кометы, то есть ледышкой, покрытой таким толстым слоем окаменевшей грязи, что газы не в состоянии взломать его и вырваться на свободу. И вот пожалуйста – вырвались! Говорят, это оттого, что мою покупку стукнул шальной бродяга-метеорит и пробил корку. Допустим, так оно и есть, но я возмущен. Разве я покупал комету? Я платил за камень, а не за грязный лед.

Связался с адвокатом, тот обещал рассмотреть возможность вчинить иск. Вот-вот, пусть продавец заменит мне негодный товар на полноценный и еще компенсирует моральный ущерб! Совсем распоясались!

11 декабря

Адвокат сказал, что дело дохлое. Классификация небесных тел, как выяснилось, достаточно условна, и по смыслу подписанных мною документов я принял на себя все последствия неточной классификации. Да и судебных прецедентов нет. Черт знает что такое!

13 декабря

Да, это комета. Невооруженным глазом ее не видно, а в бинокль – запросто. Невзрачное туманное пятнышко с крысиным хвостиком. За последние сутки получил 425 сообщений с описаниями, фотоснимками, эфемеридами и просто какой-то глупостью. Среди них два предложения продать, но предлагают чепуху. Подожду еще.

Может, зря я волновался? Кто знает, не улыбнется ли мне нежданная удача?

14 декабря

Ночью встал и разослал повсюду объявление: свободное наблюдение моей кометы категорически воспрещено. Всякий, кто желает наблюдать ее, должен перевести на мой счет (номер прилагается) один евразио, а кто хочет сфотографировать – десять. За день получил полтора евразика. Почему полтора?! Наверное, пол-евразика прислал какой-нибудь одноглазый любитель астрономии. Странные люди! Разве за входной билет на концерт с глухого на одно ухо возьмут половинную плату? Или этот умник имел в виду, что прикладывал к окуляру один глаз, а не два? А мне-то что! Смотри хоть пяткой, а деньги за просмотр плати сполна. Написал олуху сердитое письмо. Никакого ответа. Остаток дня посвятил сочинению заявления в Комиссию по правам собственников.

Надо будет все-таки вступить в Ассоциацию владельцев космической недвижимости. Пусть она блюдет мои интересы.

15 декабря

Принят. Отослал этим хапугам вступительный взнос. Расписался везде, где просили. Днем – новая неприятность. По всем каналам новостей передают одно и то же: вследствие удара моя комета изменила орбиту и теперь должна пройти в непосредственной близости от Земли, если только не столкнется с ней. Пил таблетки от сердца. Это что же получается: в день свадьбы я дарю Анне эту дрянь, а она (т. е. дрянь, а не Анна) возьми да и свались нам на головы?! Ну пусть не нам, пусть кому-то еще, от этого не легче. Чья собственность причинила ущерб? Кому придется возмещать убытки? Владельцу, естественно. Прецедентов сколько угодно. Бог весть, удастся ли доказать форс-мажор.

От лица Международного астрономического союза выступил некий доктор Раймон Апдаун. Сказал, что точное определение элементов новой орбиты моей кометы затруднено, поскольку из ее ядра продолжается истечение газов, создающее реактивный эффект. Сказал также, что, хотя Земля попадает в «коридор риска», вероятность столкновения ее с кометой не превышает одной десятитысячной. Еще сказал, что не надо паниковать. Когда так говорят, всякому ясно: дело дрянь.

Почтовый ящик не вмещает всей корреспонденции. Прочитал выборочно несколько писем. Сплошь угрозы и проклятия в мой адрес. Я у них, видите ли, виноват, потому как владею этой сволочной кометой! А что я могу сделать? Столкнуть ее с новой орбиты? Чем, интересно? Телекинезом? Или сидеть на крыше, махать рукой и кричать: «Кыш! Кыш, проклятая!»?

Кретин на кретине. Пренебрег. Стер все письма оптом. Однако ясно, что дарить такой подарок Анне нельзя. Подумаю насчет вазы. Надо еще обмозговать вопрос личной безопасности. Нанять охранника мне не по карману. Купить, что ли, щенка питбуля? Гм. Пока он вырастет, ситуация уже двадцать раз прояснится так или иначе.

На всякий случай сижу дома, редактирую сонник. Дошел до буквы Х. Интересно, почему в соннике нет слова «хана»? Чувствую, что она мне вскоре и приснится. Незадолго до того, как состоится наяву.

16 декабря

Выступило еще одно научное светило – доктор Даймон Лефтрайт. Мол, в связи с новыми данными о моей комете угроза Земле с ее стороны не только реально существует, но и гораздо выше, чем считалось до сего дня. Вероятность столкновения с Землей теперь оценивается как один к ста. Зато, мол, если комета все-таки пролетит мимо, миллиарды жителей нашей планеты смогут насладиться ее чудесным видом, причем без всякой оптики. Ну-ну. Подсластил пилюлю. Какая мне с того радость, если эти сволочи, любители неба, все равно не платят мне за просмотр?

Отправил письмо в ихний Астрономический союз с напоминанием: пора платить. Наблюдали? Наблюдали. Деньги на бочку. Пока молчат, негодяи. Вывесил в Сети объявление: срочно продается комета, недорого.

Вал писем с угрозами не спадает. Из-за шторы заметил кучку подозрительных типов, угрюмо пялящихся на мои окна. Не выхожу из дома. Вызвал слесаря укрепить входную дверь и поставить дополнительные замки. Вместе со слесарем явился корреспондент и с места в карьер озадачил меня вопросом: как я чувствую себя в роли губителя человечества? Признаюсь, я настолько растерялся, что не выставил его вон, а промямлил что-то насчет того, что против человечества я, собственно, ничего не имею, исключая тех, кто отказывается мне платить и кого еще ожидают вызовы в суд по моим искам. Репортер, крыса такая, продолжает меня интервьюировать: не страдаю ли я, мол, приступами необъяснимой агрессии и не ревновал ли в детстве мать к отцу. Когда до меня дошло, что зря я язык развязал, репортер уже успел многое записать на диктофон со своими комментариями. Хотел спровадить наглеца – не уходит. Тогда пообещал слесарю пятерку сверх оговоренной суммы, если тот избавит меня от прессы. Слесарь раздумчиво сказал, что вообще-то он не вышибала, это не его профиль, но тут же изъявил готовность не просто выставить репортера, а спустить его с лестницы, если я добавлю еще пяток евразиков, или выкинуть его в окно за лишнюю десятку. Поладили на пятерке, и я имел удовольствие слышать, как где-то далеко внизу слесарь догнал-таки акулу пера. И поделом.

Долго говорил по телефону с адвокатом. Он считает, что у меня еще есть крохотный шанс: надо доказать, что мой астероид, оказавшийся кометой, изменил безопасную орбиту на опасную вследствие удара не бесхозного космического тела, а чьей-то собственности. Таковой, например, может оказаться космический аппарат или его обломок. Если доказать это удастся, обвинение в создании угрозы для жителей Земли мне не грозит.

Интересно, как я могу это доказать?

18 декабря

Забыл о работе. Забыл о свадьбе. Вообще обо всем забыл, кроме паскудства с моей недвижимостью. На письма не отвечаю, трубку не беру. Нашел базу данных обо всех (якобы!) космических аппаратах, имеющихся сейчас в космосе, задал поиск. Естественно, оказалось, что ни один из них не мог столкнуться с моим астероидом и вытолкнуть его на новую орбиту. Огорчен, но не удивлен. Любой владелец космического аппарата, опасаясь последствий, первым делом постарается засекретить факт столкновения так, что и концов не найдешь. На его месте я бы сам так поступил. Кому охота попасть под обвинение в создании угрозы для Земли, пусть даже ненамеренном! Между прочим, ненамеренность еще надо доказать. И в первую очередь не присяжным в суде, а тем болванам, из-за которых я уже три дня живу на осадном положении.

В СМИ – вой и угрозы в мой адрес. Я под прессом прессы. Как следствие, сегодняшняя толпа под моими окнами больше вчерашней. Болванов до тысячи, наверное. Скандируют, что я-де убийца, и держат в руках плакаты того же содержания. В ответ на мое объявление о продаже кометы все те же оскорбления и никакого делового интереса. Изменил объявление о продаже на «отдам даром в хорошие руки». Все равно никакого положительного эффекта.

Господи, да я бы еще приплатил тому, кто избавит меня от моей покупки! Но разве можно писать такое в объявлении? Тогда уж точно никто не избавит.

Продукты в холодильнике кончаются. Заказал пиццу. Вместе с рассыльным ко мне попыталась прорваться банда линчевателей. Отбивался ногами и пиццей. Отбился, но подвернул лодыжку, а пицца пришла в полную негодность. Если так пойдет дальше, участь моя печальна: когда комета столкнется с Землей, она поубивает множество глупых людей и одного очень голодного.

19 декабря

Позвонил Анне, намереваясь извиниться за то, что не брал трубку. Надеялся, что она поймет. И она поняла, да еще как! «Между нами все кончено!» В довесок обозвала меня скотиной и предателем. Сказала также, что я еще глупее, чем она думала, если вообразил себе, что она выйдет за кретина, умудрившегося вляпаться в такую историю. Я было заикнулся о том, что, мол, из самых лучших побуждений хотел сделать оригинальный подарок… Куда там! Ответом мне был ядовитый хохот, вслед за чем связь разъединилась. О, эти женщины!..

Нашел в шкафу початую бутылку дрянной водки. Пил без закуски, потому что никакой закуски нет. В восьмом часу вечера хотел выброситься в окно, но там внизу столько митингующих, что асфальта не видно. Свалишься на голову какому-нибудь из этих придурков и будешь увезен вместе с ним на труповозке. Бок о бок. Нет уж, увольте, я брезглив.

20 декабря

Страдаю от похмелья. Утром пил воду из-под крана. Днем пил чай, потому что в доме только он и остался, если не считать пакетика молотого перца и двух кусочков сахара. Попробую растянуть их насколько возможно.

21 декабря

Сахар кончился. Интересно, сколько времени человек может продержаться на одном пустом чае? Двигал мебель в надежде найти закатившийся куда-нибудь в щель бульонный кубик или любой другой провиант. Безрезультатно. Распахнул окно настежь и пытался приманить голубей, но только зря потерял время. Впрочем, не жалко: времени у меня теперь сколько угодно. До самой новогодней ночи, когда, по расчетам астрономов, моя комета то ли врежется в Землю, то ли пройдет впритирку к ней. Это до сих пор не ясно, поскольку, видите ли, из кометного ядра продолжают вырываться газовые струи, толкая ядро то в одну сторону, то в другую. Зато приблизительно известно, куда ядро свалится, если все-таки свалится. На Центральную Европу. Оттуда уже сейчас эвакуируют людей, вывозят ценности и опасные материалы, там останавливают ядерные электростанции и химическое производство. Доктор Лаймон Фарнеар объявил на весь свет: вероятность столкновения оценивается ныне как один к десяти. Согласно проведенным расчетам, мощность взрыва минимум в сто раз превзойдет Тунгусский феномен, так что от такой страны, как, скажем, Австрия, может вообще ничего не остаться, да и соседям не поздоровится.

Комета уже видна невооруженным глазом как тусклое пятнышко левее Луны, правее башни Древоторфопрома. В дверь ко мне ломились, но запоры устояли. Одно оконное стекло разбито, и на потолке след от пули – кто-то стрелял снизу. Плохи мои дела.

22 декабря

Шансы на столкновение поднялись до одного к трем. Звонил адвокату – тот признался, что пока не знает, чем может мне помочь, и посоветовал не терять присутствия духа. Все-таки против меня всего один шанс, в то время как в мою пользу – целых три. Разговор не был долгим, и мне показалось, что адвокат закончил его с облегчением.

Подглядывал в окно из-за шторы. Без изменений. В животе тоскливо бурчит. Нашел в корзине с грязным бельем рубашку, на которую когда-то посадил масляное пятно, и долго жевал. Помогло не очень. Пил чай с ничем.

Передают, будто бы рассматривается вопрос о направлении к ядру моей кометы термоядерного заряда, дабы испарить ядро на дальних подступах к Земле. Не знаю, не знаю. И они там не знают, успеют ли. Если дело пойдет без технических сбоев – тогда да. Но ведь так не бывает.

Неотступные мысли: уже сейчас приладить к крюку для люстры веревочку с петелькой или все-таки подождать, чем все это кончится? Но дождусь ли?

23 декабря

Решил совместить. Петелька готова, но я пока в нее не лезу – мешает резь в желудке. Чай ее не лечит. Ночью плохо сплю: снится то колбаса, то жареная курица с хрустящей корочкой. Не стал смотреть, что это означает по соннику. В квартире холодно – морозный воздух проникает сквозь разбитое окно, хоть я и заткнул его подушкой.

Ночью в дверь чем-то били – по-моему, бревном. Не проснулся только потому, что все равно не спал. Вооружился сковородкой и ждал, но дверь выдержала, а потом соседи вызвали наряд. На соседский вызов блюстители порядка приедут, почему бы им не приехать, ну а я даже не пытаюсь звать кого-то на помощь – знаю, что бессмысленно это. Может, они и органы, может, даже правопорядка, да ведь в них люди служат.

24 декабря

Достиг просветления. Все голодающие уверяют, что боли в животе и адское желание сжевать все, что жуется, проходят дня через четыре. Не врут, как выяснилось. Лежу на диване, гляжу в потолок. До сих пор он казался мне ровным и гладким, но, если хорошенько присмотреться, на нем видны мелкие неровности, трещинки, пятнышки – словом, детали рельефа. Изучаю их с удивлением и умилением. За весь день совершил только одно осмысленное действие: отрегулировал высоту подвеса петельки и хорошенько намылил ее. Когда придет время, надо будет всего-навсего смочить веревку водой, чтобы узел легче скользил, и устройство будет готово к употреблению.

25 декабря

Отставить повешение! Долой петлю и табурет! Новости такие, что ум за разум. Дикторы тараторят и путают слова, а научные эксперты выглядят как пыльным мешком огретые. Все в один голос говорят, что ничего еще толком не известно, и призывают население не делать резких движений прямо сейчас, а подождать немного. Но кое-что все-таки стало достоянием гласности.

Во-первых, прохождение моей кометы мимо Земли состоится в новогоднюю ночь. Во-вторых, теперь уже ясно, что она, то есть комета, все-таки пройдет мимо нашей планеты, а не врежется в нее. Новый газовый выброс из ядра направил комету так, что столкновение исключено. Казалось бы, живи теперь да радуйся – так ведь нет! Есть еще и «в-третьих».

Вот оно: комета подала голос! Точнее, что-то внутри нее подало голос. Какой-то аппарат, запрятанный в кометном ядре неизвестно кем не то в плейстоцене, не то вообще в палеозое, взял да и начал подавать сигналы заведомо искусственного происхождения. Сейчас ученые заняты расшифровкой и, если верить журналистам, уверяют, будто бы уже далеко продвинулись в понимании смысла этих посланий неизвестно от кого неизвестно кому.

Толпа под окнами поредела, но полностью не рассеялась. Стоят, ждут неизвестно чего. Выходить на улицу не посчитал нужным, да и слабый я сейчас. Набрал номер доставки на дом, заказал соков, минералки и что там еще надо после голодания? Бульон, наверное. Стало быть, пусть несут мне курицу. Не успел вновь отключить телефон – сразу звонок с просьбой об интервью. Отверг. Опять-таки не успел отключиться, как позвонил адвокат. Сказал, ликуя, что теперь мое дело заведомо выигрышное и можно подавать иски ко всем, кто глазел на мою собственность и не заплатил. Можно также затеять дело о возмещении нанесенного мне морального ущерба вследствие бездеятельности правоохранительных органов. И жаль, сказал он, что к моей комете так и не был направлен термоядерный фугас – а то я мог бы стрясти с Объединенных Наций хорошую компенсацию.

Аппетит неистовствует. Сварив курицу, принесенную рассыльным из торгового центра (рассыльный попросил у меня автограф), я вылакал всю кастрюлю бульона, но лишь раздразнил желудок. Съел и курицу. Маялся животом. О внешних событиях второй половины дня ничего не знаю, потому что воспринимать окружающее мне было некогда – катался по полу и выл. Думал, помру, но не помер.

27 декабря

Все к лучшему в этом лучшем из миров! Во-первых, мой желудок угомонился, а во-вторых, меня навестила целая группа, состоящая из помощника Президента по национальной безопасности, советника по науке, двух академиков, исполнительного директора Международного аэрокосмического агентства и еще ряда персон калибром помельче. С их слов я понял только одно: мне предлагают продать мою собственность за сто тысяч евразиков, потому как в послании (еще не расшифрованном), которое непрерывно передает моя собственность, может содержаться нечто исключительно ценное для всего человечества. Сказал, что подумаю, а как они ушли – сразу позвонил адвокату. Тот одобрил. Кажется, мне наконец-то свезло. Я почти уверен в том, что послание ими расшифровано, только они не говорят мне, что в нем содержится, и никому не говорят. Но раз с ходу предложили сто тысяч, значит, со временем могут предложить гораздо больше, причем этого не придется долго ждать. И адвокат того же мнения.

Когда сам не звоню, по-прежнему держу телефон отключенным, но кто звонил – интересуюсь. Около сорока проигнорированных звонков от Анны. И дальше буду игнорировать. Ишь, спохватилась! Поздно, милая, и о свадьбе ты мне больше не заикайся.

Есть письмо из редакции. Просят считать предыдущее письмо дезавуированным (держу пари, в нем было уведомление о прекращении сотрудничества) и любезно интересуются, когда будет готова рукопись сонника. Посмотрим. Может быть, и никогда.

28 декабря

Вот оно что! Никогда не думал, что утечка информации – такая ценная вещь. Текст приблизительной расшифровки инопланетного послания передают по всем каналам. Автоматический ждущий буй, вмороженный в космическую ледышку еще в те времена, когда на Земле динозавры решали, кто из них зубастее, все это время ждал, когда же на нашей планете разовьется цивилизация разумных существ, дабы приобщить ее к чему-то, что трудно перевести. Не то к Мировому Разуму, не то к Мировой Гармонии, не то даже к Мировой Гегемонии. И вот теперь, когда, вскрыв ледышку, человечество доказало свои возможности и свою любознательность, ему пора сделать следующий шаг, а именно: послать одну человеческую особь для пробного непосредственного контакта с буем-автоматом.

Тут я вспотел и присел даже, потому что голова закружилась. Так, думаю. Ядро кометы принадлежит мне, даром что в купчей оно названо астероидом. Стало быть, все, что находится на нем или в нем, также принадлежит мне. Ага!

Следовательно, и лететь предстоит тоже мне, если только я не уступлю мою собственность кому-то еще. Пожалуй, я согласен уступить, но не за сто же тысяч! Сто тысяч – ха! За такую смехотворную сумму я теперь соглашусь разве что высморкаться.

29 декабря

Международное аэрокосмическое агентство предложило миллион. В ответ я запросил десять миллионов. Не поладили. Через два часа новое предложение: пять миллионов. Я запросил пятьдесят и сказал, что минут через десять мое предложение может и устареть. Снова не договорились.

Самому лететь – не на чем, да и боязно. Я и врачебные осмотры не очень жалую, а тут меня будет просвечивать, а может, и простукивать какой-то, понимаете ли, инопланетный буй. Чем еще просветит? И по каким местам станет стучать? И какие выводы сделает? А если речь идет о переговорах, то какой же я, с позволения сказать, переговорщик? Дипломатии я не обучен и представлять на переговорах человечество никак не могу. Я человек маленький. Пусть уж вместо меня летит тот, кого назначит ООН, государство или любое начальство, мне наплевать. Но пусть оно раньше даст хорошую цену в качестве отступного!

Сидел и думал: неужто и на моей улице праздник? Вот он, случай, хватай его за волосы, пока не поздно! И нервничал: а ну как никто не повысит цену?

Ошибся, конечно. Все каналы связи у меня выключены, поскольку при включенных жить невозможно, так что те, кому я интересен, должны являться ко мне лично, словно к министру. Вот этот и явился. Личный секретарь и доверенное лицо самого господина Бурдюкова. Кто не знает Бурдюкова? Олигарх в третьем поколении, мультимиллиардер из первой десятки, получивший в наследство финансово-промышленную империю и увеличивший ее мощь раз в десять, и так далее, и тому подобное. Само собой, и его доверенное лицо – тоже деловой человек.

Даже очень деловой. С места в карьер: ваши условия нам известны, вы тот еще жук, но мы готовы заплатить вам пятьдесят миллионов евразио с тем непременным условием, чтобы сделка была совершена немедленно. Согласны?

Вспотев сильнее вчерашнего, я ответил в том смысле, что еще не принял окончательного решения об уступке моей недвижимости. В ответ – буря и натиск. О чем вы себе думаете? О том, что можете выждать и вытрясти с покупателей полмиллиарда? Никогда этого не будет. Раньше с вами несчастный случай произойдет. Вроде и не слишком велики деньги для государства или Межаэрокосмоса, но дело не в них, а во времени. Кто раньше встал, того и тапки. Кто первым вступит в контакт с инопланетным буем, перед тем могут открыться колоссальные перспективы. Не воображаете ли вы, что сами сможете воспользоваться ими? Ах, не воображаете? Приятно побеседовать со здравомыслящим человеком. Следовательно, вопрос только в цене. Пятьдесят миллионов – очень хорошие деньги, соглашайтесь. И не думайте, что господин Бурдюков намеревается вступить с буем в контакт от имени человечества ради того, чтобы причинить человечеству вред. Пусть ваша совесть будет чиста, это не в его интересах. Тут вопрос личных амбиций совершенно посторонних для вас людей. Не все ли вам равно, кто именно станет самым влиятельным на Земле человеком – Бурдюков, или Шмулевич, или Снимифаска, или вообще заморский Ямамуши? Совершенно с вами согласен: вам, человеку рядовому, пусть теперь и богатому, это совершенно безразлично, рядовой человек замены не почувствует. Так почему не Бурдюков? Приличный человек, известный меценат… И вот какое обстоятельство вам надо иметь в виду: тот, кто хочет первым вступить с буем в контакт, должен стартовать как можно раньше. Оптимальный стартовый коридор очень узок, времени нет совсем. Вы уверены, что никто уже сейчас не подбирается к вашей комете пиратским образом? Вы контролируете вашу собственность? Цена на нее не взлетит до небес, уж будьте уверены. Вероятно, уже сегодня она начнет падать, а завтра вы продадите комету Межаэрокосмосу за жалкие пять миллионов. Мы предлагаем вам пятьдесят, но чтобы сделка состоялась прямо сейчас. Все бумаги при мне. Согласитесь, продать за пятьдесят миллионов то, что вы купили за пятьсот евразиков, – это великолепная сделка!

– Сто миллионов, – с трудом высипел я. Голос внезапно сел, и с носа пот – кап! кап!

Он только желваками подвигал, но торговаться не стал – видно, и в самом деле время его поджимало. Вынул бумаги, мне только в нескольких местах закорючки поставить. Я потребовал, чтобы сначала деньги были переведены на мой счет, а потом уж я подпишу. Он усмехнулся: ну-ну, мол, будь по-твоему. Знает, что я отчетливо понимаю: кинуть Бурдюкова лучше и не пытаться. Куда безопаснее плавать среди голодных белых акул.

Как только транш прошел, я и подписал купчую. Будто в воду прыгал с вышки в полной темноте, не зная – есть ли в бассейне вода или слили? Может, и продешевил, но сто миллионов – это все-таки сто миллионов! Тут же доверенное лицо позвонило куда-то и отрапортовало: все, мол, в полном порядке. Напоследок еще раз обозвало меня жуком, поздравило с удачной сделкой, ухмыльнулось – и адью.

Мне бы тихо радоваться, а я вскинулся. Неуместное любопытство одолело. Кричу вдогонку:

– Погодите! Господин Бурдюков, он что, намерен вступить в контакт с буем лично?

Обернулось на ходу доверенное лицо и вторично ухмыльнулось:

– Он уже в пути. Космояхта стартовала два часа назад.

Вот это я понимаю – деловой подход! Мне наука. И науку эту мне придется освоить, потому как свершилось – я богач!

30 декабря

Больше никаких визитов, а в полдень уже все новостные каналы мира сообщили о состоявшейся сделке. Под окном – никого. С меня теперь взятки гладки. Если у тех, кто воображает, будто представляет интересы человечества, есть претензии – милости прошу с этими претензиями к Бурдюкову. А я просто радуюсь. Давно ли голодал в осаде и петельку мылил? Теперь все пойдет иначе.

Приезжала Анна, я ее не впустил. Рыдала, колотилась в дверь, было шумно. Пренебрег. Решил первым делом купить хороший загородный особняк, и чтобы обязательно за крепким забором с охраной. Пусть бывшие невесты в стальные ворота колотятся, если уж им так нравится это занятие.

Вечером смотрел на комету в бинокль, хотя она и без бинокля видна прекрасно. Прощай, моя собственность, здравствуй, счастье!

31 декабря

Предновогодние хлопоты у меня просты. Наряжать елку не стал, а просто заказал на дом хорошей выпивки и всевозможных деликатесов. Теперь я могу себе это позволить. Никого не позвал, сам съем и выпью. Не мешайте наслаждаться!

Погода стоит чудесная, облаков нет, и на вечернем небе комета видна превосходно. Она движется и за последние две недели переместилась почти в зенит. Сегодня и невооруженным глазом заметно, как она движется – как раз проходит мимо Земли. Огромное полупрозрачное облако с хвостом и яркой точкой в голове. Там и сям на улицах и балконах торчат зеваки, задравши головы. Где-то наверху, в черноте, летит наперерез комете личная космояхта г-на Бурдюкова. И пусть летит. Мне только любопытно: какой такой контакт состоится у него с космическим буем? И что чуждый продвинутый интеллект подумает о нем, Бурдюкове? Допустит ли к Мировой Гармонии? А если допустит, то кого: всех нас или одного Бурдюкова? Специалисты признают, что в переданном буем послании много семантических неясностей. Вот будет номер, если допущенным окажется все человечество! Для чего, спрашивается, Бурдюкову выступать в роли всеобщего благодетеля? Чтобы получить индульгенцию? Да его и так вроде не трогают…

Впрочем, что я об этом знаю.

Бурдюков, Курдюков… Да ну его! Теперь мое дело – сторона. Взял да и отдал должное выпивке и закуске. С Новым годом!

2 января

И вчера, как проспался, и сегодня тоже ничего не делал, только смотрел по очереди все новостные каналы. Передают разное, а о Бурдюкове – ничего. Хотя его яхте уже давно пора бы достичь кометы и вступить в контакт. Может, какая авария на борту? Но о ней тоже не сообщалось. Или Бурдюкову комета и буй нужны не для контакта, а для каких-то своих непонятных целей? Неприятная мысль: а не продешевил ли я? Не буду пока ее думать.

3 января

Нет, все-таки правы те, кто уверяет, что тайное обязательно становится явным. Оказывается, позавчера инопланетный буй вновь послал сигнал, который был принят и сразу же засекречен. Нашлись, однако, люди, принявшие этот сигнал самостоятельно и расшифровавшие его. А лучше бы не расшифровывали, потому что правы и те, кто утверждает: меньше знаешь – крепче спишь.

Текст послания ужасен: «Благодарю за содействие. Коэффициент цефализации представленного образца удовлетворительный. Масса головного мозга достаточна. Качество продукта соответствует диетическим нормам. Поздравляем с приобщением к Мировой Гармонии!»

Гармонии? Или гастрономии?.. Захлебывающиеся словами дикторы приводят слова какого-то эксперта-лингвиста, уверяющего, что на языке хозяев буя слова «гармония» и «гастрономия» обозначаются одним и тем же словом. Хуже того, предполагается (тем же экспертом), что слово «ждущий», содержащееся в первом послании, можно перевести и как «жующий». Буй-дегустатор!

Бедный, бедный господин Бурдюков…

Убежден, он лично вступил в контакт с буем, никому не доверил. Иначе вся его затея теряла смысл. Прошел через шлюзовую и покинул яхту, страхуемый встроенными в скафандр микродвигателями и длинным фалом. Что потом команда втянула обратно – безголовое тело? В то время как буй смаковал и причмокивал, радуясь, что на третьей от желтого карлика планете наконец-то появился многочисленный вид живых существ с мозгом крупным и вкусным… После чего, надо полагать, доложил по сверхсветовой связи своим хозяевам: кушать подано. А напоследок поздравил копошащийся на планете пищевой ресурс со столь высокой честью и завидной долей.

Что это – мистификация? Подождали бы первого апреля… Ошибка? Неточность расшифровки? Бред больного на голову «эксперта»? Хотелось бы верить.

А если нет? Вдруг прибудут толпы могущественных инопланетных гурманов и прозвучит команда: «На децефализацию шагом… арш!»? Дико и страшно.

В Сети бродят еще и не такие предположения. Но по всем телевизионным каналам в вечерних выпусках – опровержение. Мол, весь этот шум – не более чем талантливая провокация, призванная обрушить биржевые котировки. Выступают эксперты и мировые светила. Доктора Раймон Апдаун, Даймон Лефтрайт и Лаймон Фарнеар тут как тут: спокойнее, граждане, волноваться нет причин.

Хорошо, если так.

Но что же все-таки произошло с Бурдюковым?..

4 января

Они взорвали комету. Моей бывшей собственности больше не существует. Была яркая и долгая – секунд на двадцать – вспышка в небе и ничего больше. Осталась расширяющаяся и слабеющая туманность, а скоро и ее не станет. Значит, опровержение было ложью. Они уничтожили (уничтожили ли еще?) буй с единственной, да и то слабой, надеждой на то, что он еще не успел передать сообщение своим хозяевам. Но это вряд ли. С чего бы он стал выжидать более двух суток? Готовьтесь, носители больших, полуторакилограммовых, эволюцией взращенных мозгов! Откуда-то извне, то ли с другого края Галактики, то ли из такой дали, что и подумать страшно, то ли вообще из другой вселенной мчатся к нам гурманы с ложками, салфетками и перечницами, настраивают на нужный лад вкусовые пупырышки, причмокивают в предвкушении… Готовьте, люди, свои извилины для столовых приборов!

Метался по дому. Хлопнул водки – не помогло. Прилег вздремнуть – приснилась обезьяна со снятой черепной крышкой. Выпил еще – в память о Бурдюкове. Никто не любит олигархов, но такой смерти я ему не желал.

Ну ладно – Бурдюков… А что с нами-то будет?

5 января

Дождались. В небе – их корабли. Медузоподобные шевелящиеся громадины. Много-много. Их прекрасно видно и днем – кружат где-то в стратосфере, высматривают. Новостные каналы смотреть невозможно. Когда власти то и дело призывают население сохранять спокойствие и ни в коем случае не поддаваться панике – пиши пропало. Население на это чутко реагирует. В окно видел толпы беснующихся людей – громят магазины, поджигают все, что горит, а орут так, что пришельцам в стратосфере, наверное, слышно. Иногда проезжают бронемашины с десантом, но на беснующихся – ноль внимания. Можно догадаться, что все армии мира приведены в боевую готовность номер один, и в первую очередь военно-космические войска и ПВО. Может, где-то уже предпринимаются попытки дать врагу отпор и в небо взлетают гостинцы с мегатонной начинкой, но что об этом может знать гражданское население? Его дело маленькое – прятаться от мозгоедов. Но где подземные убежища? Где гражданская оборона? Я не знаю и не знаком с теми, кто знает.

Вдруг вижу: от очередной толпы отделяется группа человек в тридцать – и прямо к моему подъезду. Я сразу смекнул, кто им интересен. Кто совсем недавно сидел в осаде, тот в таких вещах не ошибается. И реакция моя была молниеносной – прыг в ботинки, куртку на ходу застегиваю – и вон из квартиры. Вниз уже не успеть – значит, вверх.

Обманул я их. Дождался, когда они – кто лифтом, кто галопом вверх по лестнице – достигнут моего этажа и начнут высаживать дверь, вызвал лифт – и вниз, вниз! Выскочил из подъезда – а навстречу мне еще одна толпа валит. Замер я на мгновение и вижу: узнали меня. Да и как не узнать, когда еще недавно моя физиономия мелькала на всех экранах. И в следующее мгновение я уже бежал так, как не бегал никогда в жизни.

Взревела толпа – и за мной. Что они орали мне вслед, о том я распространяться не буду. Скажу только, что как услышал их крики – еще наддал. Ясно и глупому: догонят – разорвут. Им не докажешь, что я ни в чем не виноват. Я для них вроде громоотвода – средство разрядки. У каждого из них одно пламенное желание: пусть я помру, но ты, паскуда, сдохнешь раньше меня!

Ноги уставать начали. И почему я, дурак, не занимался спортом? Только бы выскочить из уличных каньонов! Впереди лесопарк, там меня словить не так-то просто, там я затеряюсь…

Не успел. Впереди из переулка валит новая толпа. Нет дороги. У толпы рефлекс всегда один и срабатывает моментально: гони бегущего, бери в облаву, настигни и бей! Отступил я к серой стене, прижался к бетону, с жизнью прощаюсь. Толпа уже не бежит и не вопит, потому что незачем, а медленно, молча приближается. Что делать мне? На колени пасть, пощады просить – не поможет.

Вдруг завизжала истошно какая-то тетка, рукой вверх показывает – и тотчас наутек. Вовсю локтями работает, и здоровые мужики отлетают от нее, как кегли. Просеку в толпе пробила, а стадо убийц взвыло дурными голосами – и кто куда! Вопят, падают, на карачках бегут, как крабы, верещат кто во что горазд. А я почему-то вижу это уже с высоты птичьего полета и с каждой секундой все быстрее взмываю вверх…

Хотите, верьте, хотите, нет – не испугался я и не удивился, а испытал облегчение. Даже когда посмотрел вверх и понял, что прямо над моей головой завис корабль-медуза и тянет меня к себе, подцепив неведомо чем, – не испугался. Есть, наверное, порог ужаса, за которым – только облегчение, чем бы дело ни кончилось, и я этот порог преодолел. Ну, тянут меня, думаю. Вверх тянут, чтобы на стол подать, словно фрукт заморский. Мозг вынут и сожрут, людоеды, гурманы инопланетные. Что ж, это все-таки лучше, чем быть разорванным толпой на кусочки. Но жаль, жаль… А жальче всего то, что у меня с собой нет гранаты…

Лечу вверх вроде зенитного снаряда, со свистом воздух рассекаю. Потом дышать стало трудно – высота уже большая. Холодный ветер за шиворот задувает. Но я не успел ни замерзнуть в ледышку, ни задохнуться – прибыл.

Сияние переливчатое. Окутало. Сковало по рукам и ногам, шевельнуться не дает. Вращаю глазными яблоками – где тут у них гильотина или хотя бы трепан? Зря вращал – нет ничего. Зато чувствую: что-то невидимое проникает в меня, щекочет изнутри черепную коробку. Ну конечно, у них там технологии шибко продвинутые, им архаичные инструменты ни к чему… Все равно, думаю, кончится тем же самым – отключится мое сознание, и все дела. Тот, кем чавкают, чавканья не услышит.

Рванулся я что было сил, да не тут-то было. Вклеен в студень. Закричать хотел – тоже не вышло. А нечто невидимое в моем черепе шевелится, ворочается, щекочет…

Пощекотало и вдруг ушло. Колыхнулся студень. Заурчало что-то утробно – знаете, как желудок иногда урчит. Студень вокруг меня сотрясся, ходуном заходил. И все кончилось. Тем же манером был я доставлен назад, в ту же точку, откуда меня забрали. Только ветер в ушах свистел. Никакой толпы поблизости от места приземления уже не было, о чем я, признаться, нисколько не пожалел.

Пригнулся я и побежал куда глаза глядят, ничего не соображая…

15 января

Жизнь входит в норму.

Народы, правительства и военные понемногу успокаиваются. От кораблей-медуз, по-прежнему плавающих высоко в небе над нами, нет особого вреда – они лишь захватывают время от времени то одного, то другого человека и, подержав недолго в фиксирующем студне, возвращают его на земную поверхность. Неприятно, но не смертельно. Дышать в том студне нельзя, но мук удушья не бывает, это я вам говорю как очевидец. Уж как инопланетяне это устраивают – не знаю. Не повезло лишь тем, кто с перепугу сразу концы отдал, да случаев таких, надо признать, было немного и только в первые дни. Теперь о таких несчастьях совсем не слышно: не то чужаки усовершенствовали технику похищений, не то основная масса людей уверовала в то, что похищения эти временны и безопасны.

Поначалу людям, пережившим похищение, чрезвычайно докучали репортеры и просто любопытные, не говоря уже о спецслужбах, но прошло не более двух-трех дней, как до большинства дошло: лучше один раз ощутить, чем сто раз услышать. Никаких проблем, достаточно поторчать сколько-то времени на видном месте, чтобы с большой вероятностью подвергнуться похищению с кратковременным заключением в студне и неизменным возвращением.

Бурдюков, оказывается, тоже не погиб, хотя уж ему-то как раз угрожала реальная опасность. Не от инопланетян – от ядерного взрыва, испарившего некогда мое, а теперь его космическое тело. Он дал краткое интервью, где распинался насчет технических неисправностей своей яхты, поврежденной при прохождении сквозь облако частиц, окружавших кометное ядро, из-за каковых неисправностей он не сумел вовремя выйти на связь и успокоить население Земли касательно намерений пришельцев. Насчет юридических последствий он бросил лишь краткое «посмотрим», из чего лично я сделал вывод, что уничтожение своей собственности он так не оставит. Не стал он и комментировать свой контакт с буем, сказав лишь, что кто пробовал, тот знает. Ну и правильно. На его месте я бы тоже не стал об этом распространяться. Я и на своем месте не стал этого делать.

Пока ясно одно: расшифровка того послания буя, где говорилось о Мировой Гастрономии, была выполнена правильно, подвело лишь незнание семантических нюансов. Инопланетяне оказались не цефалофагами, они питаются не мозгами, а их содержимым – мыслями, памятью, эмоциями, причем человек от такого питания умственно не страдает, поскольку информация копируется, а не стирается. Тут тонкий юридический вопрос: можно ли считать содержащуюся в мозгу каждого индивида информацию его интеллектуальной собственностью? Ответа пока нет, а он мне интересен. Заставить бы наших гостей раскошелиться тем или иным способом! Покушали? Вот вам счет, извольте аккуратно оплатить.

Что помимо этого думают о состоявшемся (состоявшемся ли еще?) контакте те, кому об этом думать положено, я не знаю и, признаться, не очень интересуюсь. У меня полно других забот. Разгромленная квартира требует ремонта, а мои сто миллионов – применения. Связанного, естественно, с приумножением, а не наоборот. Хлопот достаточно и у меня, и у моего адвоката, который готовит ряд исков к тем, кто наблюдал мою комету, пока она еще была моей, и подлым образом не заплатил.

Лишь изредка я позволяю себе задуматься о том, что означало короткое судорожное колыхание студня за несколько секунд до того, как я был освобожден кораблем-медузой. Пароксизм удовольствия? Ну, допустим. Но что, если это был смешок? Надо мною, над тем, что у меня в голове, над миллиардами примерно таких же людей, как я, над моим мнением о себе и о них, над всем нашим миром? Быть может, здесь таится еще одно семантическое недоразумение и слова «покушать» и «посмеяться» для наших гостей идентичны?

Тогда у меня портится настроение, и я отвечаю себе: нет– нет, это невозможно. Я решительно протестую! Такое предположение попросту оскорбительно. Этого не может быть, а чего не может быть, того и не бывает.

Похоже на заклинание. А когда оно перестанет действовать, я придумаю новое.

Content

Громов Александр Николаевич Гурманы

Александр Громов Гурманы Записки собственника