Аурелия Хогарт

Войди в мое сердце

1

За последние два безумных года Полли Уотермен привыкла к тому, что ее всюду узнают – на улице, за баранкой автомобиля, в общественных местах, – и ей это нравилось. Но не сегодня. В данном случае она предпочла бы остаться инкогнито.

К сожалению, о подобном везении оставалось лишь мечтать. Разумеется, Полли узнали. Поднимаясь по широким ступеням отеля «Карлтон», она слышала за спиной охи, ахи и шушуканье. То же самое происходило и в роскошном фойе, и даже у длинной изящной конторки, за которой дежурили несколько портье.

Не исключено, что кто-то из них узнал Полли первым. Ведь они то и дело поглядывали на вход, а взгляд у них был наметанный.

Стоило битый час выбирать шляпку и солнцезащитные очки! – промелькнуло в ее мозгу.

Затем она с улыбкой обратилась к ближайшему портье, симпатичному парню несколько моложе ее самой:

– Добрый день. Не могли бы вы мне помочь?

– О, что угодно, мисс Уотермен! – Произнесено это было с такой пылкостью, будто портье бросился бы очертя голову с «Эмпайр стейт билдинг», стоило только Полли изъявить подобное желание.

– Мне нужна всего лишь небольшая информация.

– Да? – Портье демонстрировал безграничное внимание.

– Меня ждет мистер Рон Френдли, а я… – Полли изобразила смешок, будто заранее приглашая собеседника повеселиться над тем, что собиралась произнести, – ха-ха… забыла, в каком номере он остановился! Представляете?

Портье из вежливости хихикнул, затем кашлянул.

– Кхм… да, забавно. Значит, вы знакомы с мистером Френдли? – Он тут же спохватился. – Впрочем, что я говорю! Разумеется, вы знаете многих… и многие знают вас. – Портье бросил взгляд через плечо Полли, в зал, по-видимому остро ощущая направленное на нее всеобщее внимание.

– О да! – согласилась Полли. И даже едва заметно подмигнула портье – мол, мы друг друга понимаем.

Тот даже зарделся от удовольствия и после секундной паузы в свою очередь слегка подмигнул Полли, но, вероятно, тут же задумался над тем, не слишком ли много себе позволяет, и покраснел еще больше, на этот раз от смущения.

– Э-э… хотите, я позвоню мистеру Френдли и сообщу, что вы уже прибыли? – спросил он, подняв на Полли взгляд и сразу переведя его на телефонный аппарат.

– Нет-нет! – поспешно произнесла она. – Незачем беспокоить мистера Френдли по пустякам. Тем более что мы обо всем условились заранее.

– Что ж, тогда вам осталось войти в лифт и… – Портье поднял взор к потолку, словно показывая, в каком направлении Полли должна отправиться.

Однако в таких подсказках она не нуждалась.

– Я непременно так и поступлю, если вы назовете мне… – Полли сделала многозначительную паузу, надеясь, что портье наконец-то сообщит ей желаемое.

Но тот откровенно любовался ею и, похоже, ни о чем другом в данный момент не думал.

– Да? – слетело с его губ, которые он поминутно облизывал.

– …Если вы назовете мне номер апартаментов, в которых остановился мистер Френдли, – произнесла Полли, завершая прерванную фразу.

Портье моргнул раз, другой – словно ему было сложно переключиться на текущий разговор – и наконец виновато улыбнулся.

– Ох, простите… Мистер Френдли проживает у нас… – он перевел взгляд на стоявший перед ним компьютерный монитор и нажал на несколько клавиш, – в двести двадцать девятом номере. – Портье вновь посмотрел на Полли. – Это на шестом этаже, номер люкс.

С губ Полли слетел вздох облегчения.

– Благодарю.

– Лифт находится там, – кивнул портье влево от себя. – Проводить вас?

– Куда, в номер? – Мысли Полли уже приняли другой оборот.

Портье вновь улыбнулся, на этот раз любезно.

– Нет, к лифту.

– Благодарю, не нужно. – Напоследок кивнув, Полли двинулась туда, где между двух пальм в кадках находились двери лифта.

Все время, пока она шла, портье провожал ее взглядом и в глазах его сквозило завистливое выражение. Вероятно, он многое отдал бы, чтобы оказаться сейчас на месте Рона Френдли. И даже не из-за миллионного состояния, которым тот обладал, а потому что тот ожидал такую роскошную гостью.

Подъем на шестой этаж и поиски требуемых апартаментов много времени не заняли. Гораздо дольше Полли стояла перед дверью с сияющим позолотой номером двести двадцать девять, собираясь с духом, прежде чем постучать. Уж ей-то хорошо было известно, что никто ее здесь не ждет. Но медлила Полли не из-за этого. Не так-то просто было решиться сделать шаг, после которого она окажется лицом к лицу с человеком, который по сей день пробуждал в ее душе светлые чувства, несмотря на всю испытываемую к нему ненависть.

Наконец, поймав на себе удивленный взгляд горничной, которая катила мимо тележку с постельным бельем, Полли подняла руку, чтобы постучать… и задержала ее в воздухе. Потом, рассердившись на себя за нерешительность, быстро ударила в дверь несколько раз согнутым пальцем.

Сначала было тихо. Затем послышались шаги, услышав которые Полли испытала большое желание, пока не поздно, броситься к лестнице, но в следующую минуту напомнила себе, зачем пришла, и гордо вскинула голову.

В этот момент дверь отворилась. На пороге возник Рон Френдли.

За те несколько секунд, которые прошли, пока не было произнесено первое слово, Полли испытала состояние, близкое к тому, которое бывает на пороге смерти, когда, как говорят, перед внутренним взором человека проносится вся жизнь. Правда, в данном случае речь шла лишь о промежутке времени, который начался сразу после знакомства с Роном…

Впервые Полли увидела Рона Френдли четыре года назад. Их встречу обусловила сложная ситуация, создавшаяся на расположенном в пригородах Майами заводе минеральных вод и безалкогольных напитков. Если бы не это, Рон Френдли вряд ли появился бы в доме, некогда принадлежавшем покойному Стиву Уотермену, а затем перешедшем к жене того, Мерил.

Встреча также не состоялась бы, если бы к тому времени Полли покинула родительский дом, как давно мечтала и не раз порывалась сделать. Но ее сдерживало данное отцу обещание – оставаться дома до окончания учебы в университете.

Отец, Стив Уотермен, не напрасно добивался от Полли подобного обещания. Ему была прекрасно известна возникшая у той еще в раннем детстве мечта сниматься в кино. Стив Уотермен считал это глупостью и делал все от него зависящее, чтобы для начала Полли получила хорошее образование. Втайне же он надеялся, что рано или поздно кинематографическая блажь улетучиться. Для этого, по его мнению, Полли или нужно было заняться конкретным делом, например влиться в семейный бизнес по производству минеральных вод и безалкогольных напитков, или просто выйти замуж за достойного человека, обзавестись детишками и выбросить из головы неконструктивные – а проще говоря, дурацкие – фантазии.

Полли любила отца, знала, что и он души в ней не чаял, поэтому, когда его не стало, продолжала действовать так, как между ними было условлено. В описываемый период она заканчивала университет и пока ни о чем другом не думала. У нее просто не было на это времени.

В тот момент в их доме и появился Рон Френдли. Мерил, мать Полли, пригласила его по совету своей приятельницы Шейлы, владелицы шикарного, известного гидромассажными и минеральными ваннами спа-салона, который посещало большинство прибывающих в Майами на отдых курортников. Именно Шейла порекомендовала Рона Френдли в качестве независимого специалиста, способного разобраться в проблемах завода и подсказать выход из кризиса.

Рон Френдли был главой солидной холдинговой компании, владел акциями многих предприятий и, несмотря на свои тридцать два года, обладал немалым авторитетом в деловых кругах. Разумеется, он не отправился бы консультировать владелицу какого-то хиреющего завода, если бы его не попросила об этом давняя приятельница – Шейла.

Знакомство они свели давно, еще во времена первого замужества Шейлы. Собственно, тогдашний супруг, банкир Алекс Бронсон, и представил ей Рона Френдли на одном из светских приемов. Позже Шейла выходила замуж еще два раза, но дружеские отношения с Роном оставались неизменными.

Что касается матери Полли, бывшей манекенщицы, красавицы Мерил, то она мало что смыслила в бизнесе. По сути, ее интересы сводились лишь к одному: как подольше сохранить молодость. И, надо сказать, преуспела она в этом настолько, что ее часто принимали за старшую сестру Полли. А той тогда едва исполнился двадцать один год.

Заводом Мерил практически не занималась. Лишь изредка показывалась там, чтобы выслушать отчет менеджеров, вернее одного – Дастина Майнера. Он был моложе остальных управляющих, но настолько сообразительный, симпатичный и обходительный, что Мерил очень скоро начала выделять его среди других своих подчиненных. Видя, что Дастин Майнер изо всех сил бьется над вопросом повышения рентабельности производства, Мерил сделала его генеральным менеджером. Потом ей в голову пришла идея познакомить Дастина с Полли. Мерил полагала, что ее супруг, Стив Уотермен, будь он жив, сделал бы нечто подобное, ведь ему так хотелось, чтобы Полли вышла замуж за достойного – а главное, делового – человека.

Стоит ли удивляться, что между такой красавицей, как Полли, которая унаследовала замечательную внешность от матери, и таким симпатичным молодым человеком, как Дастин, возникла любовь. Спустя некоторое время многие начали смотреть на Дастина едва ли не как на официального жениха Полли, хотя о помолвке они пока не объявляли.

Зато у Мерил, судя по всему, именно к помолвке дело и шло. У нее был бурный роман с неким Реджи Брауном, миллионером из Чикаго, в начале предыдущей весны приехавшим в Майами поправить здоровье. Кроме всего прочего, эта новая влюбленность отвлекала Мерил от мыслей о заводе и всем с ним связанном. Поэтому ей было очень удобно, что делами занимается Дастин Майнер. Не раз и не два она высказывалась в том смысле – мол, что бы я без него делала!

Однако, несмотря на старательность Дастина, дела на заводе все никак не поправлялись, из-за чего Шейла, которой надоело выслушивать жалобы Мерил, и завела разговор о том, что неплохо бы пригласить специалиста, более опытного, чем Дастин. Получив согласие, она позвонила в Вашингтон.

Результатом того звонка и стал приезд Рона Френдли в Майами.

2

Полли всегда была уверена, что влюбилась в Рона с первого мгновения, как только встретились их взгляды.

Бывали моменты, когда она благословляла ту минуту, бывало, что, наоборот, проклинала. Хотя не могла не согласиться с тем, что появление Рона перевернуло все ее существование. То же самое относилось и к представлениям, касающимся сферы интимных отношений мужчины и женщины.

Тот вечер выдался на удивление прохладным, и, пользуясь этим, Полли предпочла не сидеть за конспектами в оснащенной кондиционером гостиной, а выйти в уютный внутренний дворик, достаточно большой, чтобы в нем поместилось несколько установленных по периметру кадок с растениями, две садовые скамейки, пластиковый стол со стульями, а также шезлонги, подковой окружавшие бассейн с фонтаном, в котором плавали декоративные карпы – красные, светлые и пятнистые.

До сумерек было еще далеко, поэтому Полли не стала включать наружное освещение.

Она сидела за столиком, перед ноутбуком, усердно штудируя необходимый для сдачи очередного экзамена материал. Одета она была в простенький ситцевый халатик и удобные кожаные белые босоножки почти совсем без каблука.

Полли была настолько погружена в премудрости философии права, что даже не заметила, как распахнулись застекленные двустворчатые двери гостиной и во внутренний дворик вошла Мерил в сопровождении кого-то еще.

– Полли, у нас гости.

Полли не помнила случая, чтобы мать называла ее как-нибудь ласково – скажем, солнышко, детка, доченька, наконец. Всегда только по имени. Но и Полли платила матери той же монетой: звала ее не иначе как Мерил.

Секрет подобной прохладности в отношениях заключался в следующем: забеременев, Мерил не особенно хотела рожать, но врачи уговорили, сказав, что так будет лучше для ее здоровья. Вообще же Мерил не собиралась обзаводиться детьми. Говорила, что плохо представляет себя в роли матери. И по большому счету была права: мать из нее получилась никудышная. Дочкой больше занимался отец и няньки. Последних за то время, пока Полли пребывала в нежном возрасте, сменилось великое множество. Причина текучести кадров крылась вовсе не в Полли, а в скверном характере Мерил, которой вечно все было не так. Некоторые няни наизнанку выворачивались, пытаясь угодить красавице мамаше, но тщетно, та неизменно находила повод к чему-нибудь придраться, после чего жаловалась Стиву, своему супругу. Тот принимал соответствующее решение, а так как Мерил уволить не мог – во-первых, потому что она жена, а во-вторых, потому что обожаемая, – то вещички собирала няня. И часто случалось, что Стив вздыхал, рассчитывая очередную присматривавшую за Полли девушку или женщину. Как человек неглупый, он понимал, в чем тут дело и кто в действительности мутит воду…

Услышав, что к ней обращаются, Полли подняла голову и увидела… его.

Это было мгновение, когда кончилось ее спокойное существование. Едва взглянув на Рона Френдли, она поняла, что отныне принадлежит этому человеку душой и телом – прямо так, с ходу, ничего не зная о нем, даже не ведая, свободен ли он сам!

Что ж, как известно, любовь порой бывает коварна…

Разумеется, тогда Полли еще не знала имени гостя. Перед ее взором просто предстал молодой мужчина – высокий, стройный, подтянутый. Одет был обычно – в светлый летний костюм, с расстегнутой у ворота белой рубашкой-поло. Но вместе с тем одного взгляда на него оказалось достаточно, чтобы сердце Полли сладко замерло, а ноздри слегка расширились, будто уловив внезапно разлившийся вокруг аромат чувственности.

Кто это? – промчалось в мозгу Полли. Пожалуй, он один заткнет за пояс всех здешних красавцев… Ох, а я-то как выгляжу! Наша горничная и то лучше одета…

Она машинально одернула халатик и выпрямилась.

– Познакомься, пожалуйста, – светским тоном проворковала Мерил. – Рон Френдли, наш спаситель.

Тот с улыбкой повел бровью.

– Ну, это чересчур сильно сказано…

– Э-э… тем не менее я возлагаю на вас большие надежды. До чертиков надоела эта возня с заводом. Как-то все не заладилось, знаете ли… А сама я ничегошеньки не смыслю в бизнесе. Как хорошо было, когда делами занимался мой бедный Стив!

Мерил шмыгнула носом, будто прогоняя слезу, что выглядело довольно неискренне, по мнению Полли, которая знала, что у матери роман с заезжим миллионером Реджи Брауном.

Впрочем, саму ее сейчас волновало совсем другое. Пока шла короткая беседа, она вновь скользнула взглядом по Рону Френдли. На вид тому можно было дать лет тридцать – позже Полли узнала, что точный возраст тридцать два года. Темные волосы Рона были коротко подстрижены, лицо как-то сразу располагало к себе, а губы…

Ох, лучше бы Полли на них не смотрела! Потому что стоило взглянуть, и ее бросило в жар. А в мозгу вспыхнуло: интересно, как он целуется?

В этот момент Мерил произнесла:

– Что же ты, Полли?! Разве так встречают гостей?

Медленно, будто находясь под воздействием гипноза, Полли поднялась из-за стола, шагнула вперед и протянула руку. В этот момент она увидела себя словно со стороны и собственные движения показались ей какими-то деревянными. Да и ощущения были под стать.

– Моя дочь Полли, – произнесла Мерил и в следующую минуту добавила с кокетливым смешком: – Некоторые думают, что мы сестры.

Рон взял протянутую ладошку осторожно, как нечто хрупкое и драгоценное.

– Очень рад.

Сердце Полли бешено застучало.

– Мне тоже… очень приятно, – пролепетала она, не узнавая собственного голоса.

Рон как будто слегка зарделся от волнения… Или это было обманчивое впечатление? Возможно, Полли выдавала желаемое за действительное.

Как бы то ни было, Рон Френдли вполне владел собой, потому что в следующую минуту его лицо озарилось такой ослепительной улыбкой, что у Полли возникло ощущение, будто ее желудок стянуло узлом.

Одновременно она почти физически ощутила, как куда-то в темную бездну валятся образы всех известных ей мужчин, включая без пяти минут жениха Дастина Майнера. Тот, симпатичный, улыбчивый и обходительный, любимец Мерил и, главное – до последнего времени, – самой Полли, в эту минуту словно перестал существовать.

– Рон владеет огромной холдинговой компанией, – щебетала Мерил, совершенно не замечая того, что происходило перед самым ее изящным носом. – Но он бросил все и примчался из Вашингтона сюда, в Майами, чтобы решить мои проблемы. Это ли не благородный поступок?! – Последнюю фразу Мерил произнесла с большим подъемом и воодушевлением.

Тем временем Полли сообразила, что рукопожатие затянулось, и потихоньку высвободила пальцы из крепкой теплой ладони Рона. Тот отпустил ее руку с явной неохотой.

Полли отметила про себя данный – приятный для нее – факт, поневоле задавшись вопросом: неужели знакомство взволновало Рона в той же степени, что и ее саму?

Размышляя над этим, Полли на будто онемевших ногах вернулась за столик и вновь устроилась перед ноутбуком.

– Рон намерен провести здесь столько времени, сколько потребуется для того, чтобы разобраться в наших делах, – добавила Мерил. – Пока не найдет себе подходящего жилья, поживет у нас.

Полли на миг замерла. Этот красавец поселится в их доме? Будет жить под одной крышей с ней?

Новость сильно взволновала Полли, однако, чувствуя на себе взгляд того, о ком шла речь, она постаралась не подать виду.

Тем не менее едва заметный оттенок удивления, возникший во взгляде Рона Френдли, свидетельствовал о том, что ее попытка изобразить безразличие потерпела неудачу. Смутившись из-за осознания того, что ее раскусили, Полли брякнула первое, что попало на язык:

– Как это вы решаетесь надолго покидать свой бизнес?

Она смотрела на Рона, но ответ услышала от Мерил.

– Дела нашего гостя наверняка обстоят иначе, чем у нас, на заводе! – глуповато хихикнула та.

Рон сдержанно улыбнулся.

– Верно, мой бизнес налажен, поэтому я могу позволить себе отлучиться на некоторое время. Хотя… – он взглянул на Полли, – вы правы, надолго оставлять свое детище не стоит.

Тронув Рона за плечо, Мерил промурлыкала тоном великосветской львицы:

– Желаете вернуться в гостиную или останетесь здесь?

Рон бегло оглядел дворик и на миг задержал взгляд на Полли, прежде чем повернуться к Мерил.

– Я бы предпочел побыть на свежем воздухе.

– О, тогда прошу, присаживайтесь. – Элегантным жестом Мерил обвела скамейки, шезлонги и стоявшие вокруг стола стулья. – Куда желаете. Устраивайтесь удобнее, а ты, – повернулась она к Полли, – похозяйничай немного. Предложи гостю выпить, пока я… – Мерил вновь повернулась к Рону, – распоряжусь насчет ужина, выберу для вас комнату и велю отнести туда ваши вещи. Да, и заодно позвоню Шейле, ведь она еще не знает о том, что вы приехали!

Рон кивнул.

– Мне удалось освободиться раньше, чем я рассчитывал, поэтому… – Не договорив, он с обезоруживающей улыбкой развел руками.

– И замечательно! – воскликнула Мерил. – Чем раньше вы возьметесь за наши дела, тем лучше.

– Пожалуй, я расположусь здесь, – сказал Рон, отодвигая стул. – Если только вы не против… – Последняя фраза предназначалась Полли.

– Пожалуйста, присаживайтесь… – ответила та, чувствуя, что ей будет трудно готовиться к экзамену, имея такого визави.

Поблагодарив, Рон опустился на стул.

– Ну, я ненадолго оставлю вас, – прощебетала Мерил, направляясь обратно к двери.

Прежде чем скрыться из виду, она бросила на Полли взгляд, будто говоривший: ну что же ты, принимай гостя!

Полли подавила вздох: видно, на сегодня плакали ее занятия. Затем посмотрела на Рона.

– Что вам принести?

Он скользнул взглядом по ее плечам, обнаженным рукам, обтянутой пестрым ситцем груди и медленно улыбнулся.

– Зависит от того, что у вас есть.

Полли почувствовала, что ее щеки заалели, и рассердилась на себя за подобную реакцию. Спеша исправить ситуацию, она обронила:

– Долго перечислять, лучше я покажу вам…

С этими словами Полли ушла в гостиную, где всегда находилась тележка, нагруженная бутылками со спиртным. Это была прихоть Мерил, считавшей, что напитки для гостей всегда должны находиться под рукой. Правда, здесь же, в гостиной, был бар, но Мерил полагала, что с тележкой обращаться проще. Сейчас, катя ее перед собой во дворик, Полли на собственном опыте убедилась в этом – как ни странно, до сих пор ей не приходилось возиться с тележкой. Вероятно потому, что она мало интересовалась спиртным, а гостей, как правило, угощала Мерил.

Подкатив тележку к столу, Полли вновь заметила, что Рон скользнул взглядом по ее фигуре. Волна трепета, прокатившаяся по телу Полли в ответ, удивила даже ее саму. Она почувствовала себя голой, что смутило бы любого. Еще никогда взгляд мужчины не вызывал у Полли подобной реакции. Или просто представители сильной половины человечества не смотрели так откровенно?

Почему же, смотрели, и не раз, но, наверное, Полли воспринимала это иначе.

– Вот, пожалуйста, – пробормотала она, ставя перед Роном пустой бокал. – Выберите, что вам понравится.

Произнеся это, Полли вернулась на свое место и засела за ноутбук.

Рон лишь мельком посмотрел на бутылки и повернулся к Полли.

– Очевидно, я вам мешаю.

Это был не вопрос, а скорее констатация факта. Кроме того, Полли ощутила в тоне Рона насмешку, пусть и едва различимую, но все-таки. Это явилось для нее еще одним поводом для смущения, потому что Рон, как видно, прекрасно понимал, в каком она находится состоянии и почему.

Прикусив губу, Полли молча смотрела на монитор ноутбука.

Рон выждал немного, потом едва заметно пожал плечами и принялся смешивать себе коктейль: плеснул в бокал немного мартини, добавил содовой, потом немного подумал и подлил еще мартини.

– Хотите, сделаю вам то же самое? – спросил он затем.

Полли оторвала взгляд от монитора, на котором не видела практически ничего – таково было ее волнение, – но сразу же устремила его обратно.

– Благодарю, не нужно.

Повисла пауза. Рон приложился к бокалу, еще раз не без интереса осмотрелся – особое внимание уделив фонтану с фигурой какого-то фантастического животного, из пасти которого струилась вода, – и снова повернулся к Полли.

– Вижу, вы что-то штудируете. Что именно, если не секрет?

Промолчать вторично было бы невежливо, поэтому Полли сделала над собой усилие и взглянула на Рона. Это несложное на первый взгляд действие оказалось для нее не таким уж простым, потому что лицо Рона ослепляло ее, как ослепляет солнце. Разумеется, в действительности никакого сияния не было, просто Полли воспринимала ситуацию именно так.

– Готовлюсь к экзамену.

Несколько мгновений Рон молча рассматривал ее, потом негромко обронил:

– Знаете, вы самая красивая женщина из всех, кого мне доводилось видеть.

Не ожидавшая ничего подобного Полли застыла изваянием, но взгляда не отвела: отчасти потому, что была не в силах это сделать, отчасти же потому, что считала для себя недопустимым пасовать перед мужчиной.

Тем временем Рон продолжил:

– У вас удивительные глаза, в них можно утонуть…

После этих слов Полли все же не выдержала и опустила ресницы.

– Что в них особенного, глаза как глаза…

Рон откинулся на спинку пластикового стула.

– Не скажите. Глаза бывают разные. К примеру, ваши мало того что очень красивы, но вдобавок обладают редкостным оттенком. Я бы назвал его фиалковым… или васильковым. Нет, первое определение подходит больше, потому что вы сами похожи на фиалку, такая же нежная и трогательная. А ваши волосы… – Он на мгновение умолк.

Полли вновь невольно замерла, правда на сей раз из любопытства.

– Насколько я понимаю, это ваш естественный цвет? – продолжил Рон.

– Да, – сдержанно произнесла Полли.

Рон снова, явно любуясь, скользнул взглядом по ее ниспадающим на плечи волосам.

– Никогда не думал, что встречу натуральную платиновую блондинку!

Эта фраза неожиданно рассмешила Полли.

– Натуральную? – усмехнулась она.

– Ну да… Ведь вы сами минуту назад подтвердили, что не красите волосы.

– Верно.

Не сводя с Полли глаз, Рон медленно поднес бокал к губам и отпил глоток коктейля.

– Почему же вы смеетесь?

– Просто вы говорите как о шубе – мол, натуральный мех, ну и все такое…

Рон тоже улыбнулся.

– Ах вот оно что! – Он прищурился и присмотрелся к Полли более внимательно. – Вижу, у вас и с чувством юмора все в порядке.

Она пожала плечами.

– Вас это настораживает?

– Ничуть. Наоборот, нравится. По-моему, способность увидеть в чем-либо смешную сторону свидетельствует об определенном уровне интеллекта. Говоря об уровне, я имею в виду, что он высок, – уточнил Рон.

Полли тонко усмехнулась.

– Я поняла, объяснять нет нужды, иначе у меня возникнет подозрение, что ваши слова об определенном уровне интеллекта не более чем комплимент.

Рон склонил голову.

– Ваша правда, объяснения в данном случае излишни.

3

Расценив это как дополнительный комплимент в адрес ее интеллектуальных способностей, Полли слегка зарделась и, чтобы скрыть смущение, неожиданно для себя самой произнесла:

– А знаете, наверное я все же составлю вам компанию.

– Простите? – Рон устремил на нее непонимающий взгляд.

– Я о коктейле, который вы пьете, – пояснила Полли. – Не смешаете ли и мне такой же? – Но в следующую минуту, словно спохватившись, она начала подниматься из-за стола. – Впрочем, что это я… Ведь вы гость, так что это мне следует за вами ухаживать, а не наоборот!

– Нет-нет, сидите! – поспешно произнес Рон. – Я с удовольствием выполню вашу просьбу.

Полли опустилась на стул.

– Собственно, я бы не утруждала вас, но толком не знаю, как делаются коктейли. Вот Мерил по этой части дока!

– Неужели не знаете? – Было заметно, что Рон искренне удивился. – Что ж, наука несложная, во всяком случае что касается данного коктейля. – Он взял с тележки бокал и бутылку. – Ведь это всего лишь мартини с содовой.

Полли вдруг почувствовала себя такой дремучей, отсталой от жизни, что впору сравниться с пещерным человеком.

– Все равно, – пробормотала она. – Существует пропорция, технология приготовления, что-нибудь еще в этом роде…

Рон на миг задумался.

– Вообще-то вы правы, встречаются сложные коктейли, правильно смешать которые под силу только опытному бармену. Но у нас, к счастью, иной случай. – Он наклонил было бутылку к бокалу, но задержал руку и взглянул на Полли. – Вы как предпочитаете, посуше или…

Она покачала головой.

– Понятия не имею! Более того, вы удивитесь, но я даже не знаю, как это – посуше…

– Очень просто: чем меньше воды, тем суше. Хотите, сделаю вам пополам – одну часть мартини и одну содовой?

– Ох нет! Это слишком сухо.

Рон рассмеялся.

– Быстро вы постигаете науку! Наверное, вам и экзамены даются без особого труда? – Он кивнул на ноутбук.

– Когда как, – улыбнулась Полли. Сейчас, когда завязался разговор, она почувствовала себя увереннее. – Если предмет нравится, я на коне, а если не очень, то и я… – Она поморщилась. – Но в общем и целом не жалуюсь. Тем более что это последние мои экзамены, выпускные.

Слушая Полли, Рон приготовил коктейль. Потом протянул ей.

– Благодарю, – улыбнулась она, принимая бокал. – Очень любезно с вашей стороны.

Рон чуть склонил голову набок.

– Вы умеете держаться.

Что он хочет этим сказать? – с беспокойством подумала Полли. Возможно, заметил, как меня смущает его присутствие и как я пытаюсь не показать этого?

Она гордо подняла подбородок.

– Меня с детства учили вежливости. Что в этом плохого?

Рассмеявшись, Рон поднял ладони.

– Ничего! Уверяю вас, ничего… Мне нравятся ваши манеры, только и всего.

Полли облегченно перевела дух: похоже, волнения напрасны. Но сохранялась необходимость держать марку, а это означало, что следует продолжить разговор, чтобы Рон Френдли не переменил мнения относительно ее манер.

– Вы… сколько времени планируете пробыть у нас, в Майами? – спросила она, отхлебнув глоток коктейля, но из-за волнения даже толком не ощутив его вкуса.

Рон сделал то же самое, но в отличие от Полли наслаждаясь содержимым бокала. Затем спокойно произнес:

– Пока не решил. Неизвестно, как пойдут дела… А почему вы спрашиваете? Не из-за того ли, что я могу помешать вам своим присутствием?

Полли не ожидала подобного поворота беседы, поэтому слегка растерялась.

– Вовсе нет! С чего вы взяли, что способны помешать мне?

– Ну, вам нужно заниматься, а тут в ваш дом вселяется посторонний человек… Конечно, я не собираюсь делать ничего такого, что нарушило бы ход вашей жизни, но тем не менее одно лишь присутствие постороннего человека многих способно выбить из колеи.

Полли качнула головой.

– Ко мне это не относится. Живите здесь, сколько хотите… Все равно я не считаю этот дом своим, – добавила она после паузы.

Бровь Рона удивленно поползла вверх.

– В самом деле? Но, насколько мне известно, это дом ваших родителей?

– Вот именно, родителей. Не мой. О собственном доме я пока могу лишь мечтать. Ну да ничего, вот закончу учебу, только Мерил меня здесь и увидит. Пока был жив отец, я еще могла тут находиться, а сейчас… – Не договорив, Полли махнула рукой.

Повисла пауза. Правда, Полли как-то даже не обратила на это внимания. Попивая коктейль, она думала о чем-то своем и не замечала, что Рон наблюдает за ней. Наконец он осторожно спросил:

– Насколько понимаю, у вас с матерью… э-э… не особенно теплые отношения?

Полли вскинула на него взгляд.

– С Мерил? Нет, не особенно. Она так и не захотела сменить амплуа манекенщицы на роль матери. Вероятно, у нее никогда и не было подобного намерения.

– Вот как? – задумчиво протянул Рон.

Полли вздохнула.

– Увы! Видите ли, в молодости Мерил была очень красива… Впрочем, в этом смысле она до сих пор остается на высоте. Думаю, со мной согласится всякий, кто видел ее. Вы, например. Ведь согласитесь?

– Разумеется. Мерил очень красива. – Рон улыбнулся. – А вы вся в нее.

– Ничего подобного! – живо возразила Полли.

Он едва заметно пожал плечами.

– Но я же вижу. Разница лишь в том, что вы, кажется, еще красивее, чем ваша мать.

Произнося эти слова, Рон машинально покосился на дверь гостиной, словно проверяя, не идет ли та, чьи достоинства и недостатки они с Полли обсуждают.

– Что касается внешности, вы, конечно, правы. Но в остальном я больше похожа на отца.

– Жаль, что я не был с ним знаком, – заметил Рон. – Иначе имел бы возможность сравнивать. Зато могу сказать, на кого вы точно не похожи.

Заинтригованная Полли повернулась к нему.

– На кого?

– На большинство девушек Майами.

Полли заморгала.

– Это вы о чем?

Несколько мгновений Рон откровенно любовался ею, потом произнес:

– Девушки Майами щеголяют в босоножках, состоящих почти из одних ремешков, подметок и высоченных шпилек, и выглядят в этой обувке просто обворожительно. Кроме того, у них браслеты на щиколотках и кольца на пальцах ног. А еще они предпочитают одежду, которая льнет к телу как вторая кожа, но не закрывает живот. – Рон обежал взглядом стройную фигуру Полли. – Вы же предпочитаете совсем другой стиль.

Она задумчиво взглянула на свои удобные, но почти лишенные каблуков босоножки, которые скорее следовало бы назвать сандалиями, и подумала о том, что в отличие от Мерил абсолютно равнодушна к веяниям моды. Затем она представила себя с голым животом и хихикнула.

Глядя на нее, улыбнулся и Рон.

– Что вас так развеселило?

– Просто вдруг увидела себя, как вы описываете – с голым животом, с браслетами и кольцами на ногах и в босоножках, которые неизвестно на чем держатся и в которых ходишь, будто на цыпочках!

Рон на минуту задержал на ней взгляд.

– А что, очень даже неплохо, вам бы подошло. Более того, вы выглядели бы божественно!

Уловив в его голосе хрипловатые, окрашенные чувственностью нотки, Полли вновь смутилась. Не столько от звуков этого волнующего голоса, сколько из-за реакции собственного тела. Ее бросило сначала в жар, потом в холод, а лицо в первую минуту вспыхнуло, но затем стало белее мела.

Впрочем, не исключено, что все это существовало лишь в воображении Полли, потому что Рон смотрел на нее с явным обожанием и в его глазах не читалось ни удивления, ни каких-либо иных подобных эмоций.

И все же он, по-видимому, заметил смущение Полли, потому что поспешил переменить тему:

– Честно говоря, мне немного странно, что с таким отношением к Мерил, своей матери, вы все еще живете с ней под одной крышей.

Полли в этот момент думала совсем о другом – о самом Роне, если точнее, – поэтому даже не сразу проникла в суть того, что он говорит.

– Э-э… под одной крышей с Мерил? Ах вы об этом… Видите ли, мой отец, когда еще был жив, взял с меня слово, что я не покину этот дом до тех пор, пока не окончу университет. Поэтому я и сказала, что, как только сдам экзамены, тут же сниму себе отдельное жилье.

– Неужели ваши отношения с Мерил настолько плохи?

Прежде чем ответить, Полли задумалась.

– Они не то чтобы плохи, а… словом, они никакие. Ни хорошие, ни плохие. И так было всегда.

Среди растений прошелестел ветерок, затем, будто играя, подхватил несколько капель воды, лившейся в фонтан из пасти неведомого зверя, и швырнул на оголенную руку Полли. Та слегка вздрогнула, машинально оглянулась, но сразу поняла, в чем дело, и смахнула влагу.

Рон наблюдал за ее действиями с видом человека, любующегося каким-нибудь красивым, не осознающим собственной грациозности животным. Спустя некоторое время он спросил:

– Как давно умер ваш отец?

Немного помолчав и подавив печальный вздох, Полли произнесла:

– Около двух лет назад.

Рон сочувственно кивнул.

– И вы до сих пор не можете смириться с утратой?

Она снова вздохнула, на этот раз явно.

– Для меня папа был самым близким человеком. Многому меня научил… Мы с ним часто разговаривали… и вообще… – Голос Полли едва заметно дрогнул, она кашлянула, отвернулась и украдкой утерла слезу. Ей не хотелось показывать слабость перед гостем, тем более перед таким!

– Вижу, вы очень любили отца, – тихо обронил он.

– Его невозможно было не любить.

– И вы… как бы это сказать… Впрочем, даже не знаю, стоит ли говорить.

– Уж говорите! – усмехнулась Полли. – Все равно вы меня заинтриговали.

– Ну, мне пришло в голову, что вы не считали Мерил ровней своему отцу, – произнес Рон, пристально глядя на нее. – Простите, если мои слова все-таки задевают вас.

Полли машинально нажала на несколько клавиш ноутбука, закрыв не нужное в данный момент приложение, и посмотрела на Рона.

– Если я правильно понимаю, вы намекаете на то, что с моей стороны имела место банальная ревность?

Тот откинулся на спинку стула.

– Я не совсем это имел в виду, но если угодно – да.

Полли кивнула.

– Благодарю за прямоту.

– Значит, вы признаете, что я прав?

– И да и нет, – уклончиво усмехнулась она.

Теперь уже Рон с любопытством взглянул на нее.

– Не поясните, что под этим скрывается?

– Видите ли, все несколько глубже, чем кажется. Дело не в том – или не только в том, – что я, как капризный ребенок, хотела, чтобы папа любил только меня. Существовало еще кое-что. Когда мой отец женился на Мерил, она была манекенщицей и данный факт его не смущал. А когда я захотела стать…

– Что?! – не удержавшись, воскликнул Рон. – Вы собирались пойти по стопам Мерил?

Она состроила презрительную гримасу.

– Ну уж нет! Чтобы менять шмотки и дефилировать по подиуму, много ума не нужно. У меня была другая мечта.

– Стать кинозвездой?

Рон и сам не знал, почему произнес именно это, однако, судя по тому, как мгновенно напряглась Полли, в его словах содержалось зерно истины.

– Откуда вы знаете? Мерил сказала?

– Нет, – качнул Рон головой. – Она бы и не успела это сделать.

– Значит, Шейла.

– Да нет же! Никто мне ничего не говорил.

Полли смерила его подозрительным взглядом.

– Тем не менее вам известно, о чем я мечтаю!

Рон качнул головой.

– Поверьте, я произнес это по наитию. На самом деле мне ничего не известно. – Чуть помедлив, он добавил: – Но теперь я понемногу начинаю понимать суть ваших отношений с Мерил и отцом.

– Он ничего не имел против ее прогулок по подиуму, а мне лишь после долгих уговоров разрешал выйти на сцену для участия в школьном спектакле! – отведя взгляд в сторону, мрачно пробормотала Полли.

– Но все-таки это их личное дело, – заметил Рон. – Ваших родителей, я имею в виду.

– Готова согласиться… если бы только здесь не просматривалось нечто наподобие двойной морали.

Рон усмехнулся.

– А не слишком ли вы категоричны в выводах?

– Категорична? Допустим. Но почему Мерил можно то, чего нельзя мне?

– У меня есть один подходящий довод.

– Например?

– Мерил взрослый человек, и даже несмотря на то, что являлась женой вашего отца – и вашей матерью, разумеется, – она вольна была поступать, как сочтет нужным. Вы же еще учились в школе, как сами только что сказали.

– Верно, – кивнула Полли. – К счастью, те времена в прошлом. Сейчас я сама взрослый человек, поэтому поступлю так, как сочту нужным. Вот сдам экзамены и…

– И вам не жалко будет оставлять Мерил в одиночестве? – спросил Рон.

Полли рассмеялась.

– Уж кому-кому, а ей одиночество не грозит! У нее и сейчас есть приятель – Реджи Браун.

– Из местных?

– Нет, из Чикаго. Курортник. Приехал сюда поправить здоровье. Они с Мерил познакомились в спа-салоне Шейлы, куда Реджи Браун ходит принимать минеральные ванны.

Рон вновь внимательно посмотрел на Полли.

– Вас раздражает, что у Мерил появился мужчина?

Она пожала плечами.

– По большому счету мне до этого нет никакого дела. Я лишь жду не дождусь, когда кончится это… – она кивнула на ноутбук, – и начнется настоящая жизнь.

– Понятно… – протянул Рон.

4

Глотнув еще коктейля, он с минуту наблюдал за игрой струй фонтана, потом принялся рассматривать то ли дракона, то ли какую-то фантасмагорическую рыбину, неутомимо низвергавшую воду из губастой пасти.

В свою очередь Полли тайком разглядывала его самого – поблескивающие в лучах вечернего солнца темные, стриженные ежиком волосы, карие глаза, четко очерченные губы, твердый подбородок, сильные руки, длинные пальцы, в которых бокал выглядел особенно хрупким.

Наконец Рон пошевелился, изменяя положение, и перевел взгляд на Полли.

– Значит, с местом проживания вы определились…

– Лишь теоретически, квартиру еще предстоит искать.

– Это ясно, – кивнул он. – Я хотел спросить, чем вы намерены заняться по окончании университета.

Полли с едва заметным раздражением дернула плечом.

– Как раз здесь вопросов нет, все давно решено. Для начала я сделаю то, о чем мечтал мой отец: вольюсь в наш семейный бизнес.

Рон слушал с нескрываемым интересом.

– Гм… и что же под этим подразумевается?

– Ну, пойду работать на наш завод минеральных вод, а дальше видно будет.

– В качестве кого, если не секрет?

Зачем-то опустив взгляд на монитор ноутбука, Полли произнесла:

– Мерил держит для меня должность своего заместителя. Спит и видит, как бы свалить на кого-нибудь дела. Впрочем, бизнесом и сейчас занимается не столько она, сколько менеджеры. – Немного помолчав, Полли добавила: – А может, оно и к лучшему, иначе под руководством Мерил завод давно бы развалился.

– Что было бы обидно, – заметил Рон. – Насколько я успел рассмотреть, завод у вас неплохой. А здание офиса, так просто шедевр авангардной архитектуры.

Полли быстро взглянула на него.

– Вы были на нашем заводе?

Он улыбнулся, чуть снисходительно.

– Отправился туда первым делом, как только прилетел в Майами. Мерил находилась там, поэтому мне оставалось лишь представиться.

– Как, разве она… – удивленно начала было Полли, потом ее лицо прояснилось. – Ах да, действительно. Сегодня Мерил ездила на завод. Хм, вам повезло, она не так уж часто там бывает.

Рон пожал плечами.

– Я бы созвонился с ней. Шейла дала мне номер ее телефона.

И правда, подумала Полли, ведь все это завертелось с подачи Шейлы.

Неожиданно она испытала приступ зависти к Шейле. Та знакома с таким красивым, обаятельным и интересным во всех смыслах человеком, как Рон Френдли!

И почему среди моего окружения нет таких мужчин! – промчалось в ее голове. Вот и этот побудет здесь немного, а потом вернется к себе в Вашингтон…

В следующую минуту Полли стало неловко перед самой собой. Ведь она без пяти минут невеста Дастина Майнера, а думает о другом мужчине. Нехорошо это…

Удивленная тем, какие мысли приходят ей в голову, Полли несколько минут пыталась разобраться в себе. Все это время за столом царила тишина. Наконец, сообразив, что молчание затянулось, Полли принялась лихорадочно искать тему для продолжения разговора. В конце концов, не нашла ничего лучшего, как спросить:

– А вы… э-э… родом из Вашингтона?

Откинувшись на спинку стула, Рон повертел в руках бокал.

– Нет, я родился в Лондоне. А уж потом меня перевезли в Вашингтон.

– Ваши родители решили переехать туда?

Прежде чем ответить, Рон вновь немного помедлил.

– Алекс Френдли забрал в Вашингтон мою мать. Ну и меня, разумеется, тоже.

Полли сморщила лоб, пытаясь разобраться в сути сказанного. Слова Рона показались ей странноватыми.

– Алекс Френдли… Это ваш отец?

Рон сначала отрицательно качнул головой, но потом подумал и кивнул.

– Можно сказать, отец. Ведь Алекс Френдли усыновил меня, дал свою фамилию и научил практически всему, что я сейчас умею. Но прежде всего, конечно, его интересовала моя мать.

– А, так вы… – Полли замялась, и, пока подбирала слова, Рон произнес:

– Своего настоящего отца я не знал. Вдобавок моя мать избегала разговоров о нем. Когда мне было четыре года, в нее влюбился Алекс Френдли, крупный бизнесмен из Америки. Мать работала в его лондонском офисе. Она не сразу дала согласие стать женой Алекса, но в конце концов они поженились и уехали в Вашингтон. Вместе со мной. – Он улыбнулся, глядя на Полли. – Вот такая история.

Та сочувственно вздохнула.

– Наверное, это нелегко – расти, осознавая, что тебя воспитывает не родной отец…

– Справедливости ради должен сказать, что Алекс всегда относился ко мне очень хорошо. Наверное, многие дети даже позавидовали бы мне, особенно те, что росли в неблагополучных семьях.

Полли очень хотелось выяснить, женат ли сам Рон, но прямо спросить об этом она не решилась.

– Позже выяснилось, что у Алекса и моей матери не может быть детей, о чем они очень сожалели. И всю любовь они направили на меня.

– То есть вы заменили Алексу ребенка, которого он не мог иметь? – спросила Полли, хотя это было совсем не то, что вертелось у нее на языке.

– Надеюсь, – улыбнулся Рон. – Алекс не из тех, кто балует детей, но я всегда ощущал его доброе отношение. И платил той же монетой. Мы до сих пор часто видимся, хотя Алекс отошел от дел.

– А ваша мама жива?

Рон кивнул.

– Они с Алексом живут на вилле в Нью-Джерси.

– А…

Задать очередной вопрос Полли не успела. Ведущая в гостиную дверь отворилась, и во внутренний дворик шагнули сразу две дамы – Мерил и Шейла. Последнюю Полли не ожидала увидеть. Как всегда, та была весела, элегантна и с замысловатой прической. Едва взглянув на нее, Полли вспомнила слова Рона о том, как выглядят девушки Майами. И хотя Шейла давно вышла из девического возраста – они с Мерил были почти ровесницы, – но выглядела именно так, как описал Рон, за исключением разве что обнаженного живота. По сравнению с ней Полли смотрелась как Золушка после двенадцатого удара часов.

Едва увидев Рона, Шейла направилась к нему.

– О, мой дорогой, ты приехал! – Она сияла как омывающие Майами воды залива Бискейн под утренним солнцем. – Как я рада, что наконец-то вижу тебя!

Рон поднялся и шагнул ей навстречу.

– Шейла, дорогая!

Дальше произошло нечто странное, по крайней мере для Полли: Шейла приблизилась к Рону вплотную, обняла и поцеловала в губы. Затем взяла его за руку и потянула на скамейку. Потом, когда они уселись, защебетала:

– Я так удивилась, когда Мерил позвонила мне в салон и сказала, что ты не только уже в Майами, но в ее доме! Услышав в телефонной трубке ее голос, я в первую минуту подумала, что она звонит по нашим делам. Ведь Мерил поставляет моему салону минеральную воду для ванн, как прежде делал ее покойный супруг, бедняжка Стив.

Шейла скорбно покивала, устремив взгляд на Мерил, которая в эту минуту наливала в бокалы виски, чтобы затем разбавить содовой. И Мерил и Шейла давно знали вкусы друг друга.

– Мне удалось выкроить время раньше, чем я предполагал, – сдержанно пояснил Рон – Поэтому я прилетел сегодня, а не в среду, как мы договаривались.

Шейла похлопала его по руке.

– Замечательно, дорогой. Надеюсь, ты будешь здесь не только работать, но и отдыхать. Обещай, что непременно заглянешь в мой салон. Я велю приготовить тебе такую ванну, после которой ты будто заново родишься! А еще у меня работают прекрасные массажисты и…

– Хорошо, обсудим это позже, – мягко прервал ее Рон. – Вообще-то я настроен плотно поработать с заводской документацией.

– Да-да, понимаю, для того я и просила тебя приехать сюда, – быстро произнесла Шейла. В следующую минуту ее глаза блеснули. – Но все-таки это Майами! Сюда специально едут отдыхать.

Рон улыбнулся.

– Мой случай – исключение.

Уголки подкрашенных вишневой помадой губ Шейлы тоже приподнялись в усмешке.

– О, думаю, ты станешь на многое смотреть иначе, проведя здесь несколько дней. – Затем, очевидно решив сменить тему, она произнесла: – Сколько же мы не виделись? И не вспомнить… Мне не терпится узнать, как ты жил, как…

– Простите, я вас покину. – Полли закрыла ноутбук и встала из-за стола. – Надеюсь, никто не обидится?

Мерил взглянула на нее.

– Минут через двадцать приходи в столовую – Фейт подаст ужин.

– Ох нет, ужинайте без меня.

– Почему, дорогая?

– Я не могу остаться. У меня… э-э… назначена встреча. Вернее, свидание.

– Вот как? – нахмурилась Мерил. Однако в следующее мгновение заулыбалась. – А, понимаю… К Дастину спешишь?

У Полли не было никакого свидания, но она кивнула.

– Да.

Ее почему-то сильно задело то, как с Роном обращалась Шейла. Настолько фамильярное поведение поневоле порождало вопрос, как далеко зашло знакомство этих двоих. Может, они не просто знакомые, а любовники?

Строго говоря, Полли не должны были волновать подобные вопросы… но почему-то волновали. Поэтому она приняла единство верное в данный момент решение – удалиться. Пусть даже для этого пришлось солгать.

– Успехов вам.

Полли вздрогнула, услышав эту фразу, потому что произнес ее Рон.

Их глаза встретились. Он смотрел, чуть прищурившись, и его взгляд будто проникал в самую душу, в ее наиболее отдаленные уголки, туда, где поднялась и зашевелилась черная тень ревности.

Кажется, он понял, что со мной происходит! – промчалась в мозгу Полли паническая мысль.

Опустив взгляд, она взяла ноутбук и поспешила в дом.

Так началась жизнь с Роном Френдли под одной крышей.

Правда, как-то так получалось, что Полли, хоть и думала постоянно о госте, самого его почти не видела. Он просыпался на рассвете и покидал дом, не тратя времени на завтрак. Возможно, просто не привык есть в столь ранний час. Зато позже мог перекусить где угодно – в Майами было столько кафе, ресторанов, бистро и пиццерий, что от одних вывесок рябило в глазах.

Полли тоже по утрам не валялась в постели, тем не менее с Роном не сталкивалась. Возможно, просто не пересекались их пути, ведь дом был большой, к тому же Рон жил в той его части, где был отдельный вход. И, как догадывалась Полли, Мерил дала Рону ключ от той двери.

Разумеется, Полли могла спросить мать прямо, но зачем? Чтобы вызвать шквал встречных вопросов?

Целыми днями Рон пропадал на заводе минеральных вод и безалкогольных напитков – где, по словам Дастина, ему выделили кабинет, – а по вечерам приезжал так поздно, что Полли уже укладывалась спать. Лишь иногда ей удавалось услышать, как хлопала входная дверь, но чаще всего Рон возвращался бесшумно.

Надо сказать, что в каком-то смысле Полли даже радовалась отсутствию встреч с Роном. Она почти не сомневалась в том, что он привык к легкости в отношениях с женщинами, ведь наверняка в его жизни их было немало. И если бы Полли встречалась с ним каждый день, он, будучи человеком проницательным – в чем сомневаться не приходилось, – быстро сообразил бы, что она заинтересовалась им. Что затем последовало бы, догадаться нетрудно. Короткий период ухаживаний, постель, а потом долгий период разочарования и слез – последнее для Полли, потому что Рон вряд ли придаст значение мимолетному флирту, приключившемуся в курортном городе Майами. И забудет Полли, едва вернувшись в Вашингтон, то есть домой, к привычной жизни.

Что ему какая-то заканчивающая учебу студентка?

А вот она, Полли, другое дело! Если отпустить поводья и дать себе расслабиться, можно окончательно потерять голову. И так нет спасения от мыслей, что день и ночь роятся в голове – все вокруг одного предмета, вокруг Рона, – а ведь может быть еще хуже.

Днем-то еще ничего, можно было чем-то отвлечься. Ночью же бесконечные размышления имели свойство превращаться в сны. Засыпая, Полли теряла возможность контролировать себя и ее воображение обретало полную свободу. Случалось, до самого утра оно рисовало такие яркие и сочные картины, что, сама того не осознавая, Полли даже постанывала от удовольствия. Чаще всего виделся ей один и тот же сон, лишь в разных вариациях – будто бы период ухаживаний позади и она находится в постели с Роном. В его объятиях. Изнывая от горячечного шепота, откровенных прикосновений, интимных ласк. Сгорая от желания слиться с Роном воедино.

Случалось, после подобных сновидений Полли вскидывалась в постели, открывала глаза, но видения продолжались в окружающей темноте и не было никакой возможности отделаться от них.

Правда, Полли не очень-то к этому и стремилась, потому что ночные грезы завораживали ее.

С другой стороны, Полли понимала, какую угрозу таит в себе потакание разгулявшейся фантазии.

В итоге она все-таки пришла к выводу, что от наваждения следует избавиться. Это простое на первый взгляд решение потребовало немалых усилий, однако желание вновь почувствовать себя свободной перевесило все остальное.

Однако дни шли, а старания Полли плодов не приносили. Наоборот, она все больше влюблялась в Рона, а о Дастине, которого Мерил прочила ей в женихи, вспоминала все реже.

Несмотря на всю его обходительность, Дастина даже смешно было сравнивать с Роном.

Словом Полли погружалась в необычные для нее чувства все глубже, осознавала опасность подобного эксперимента, но ничего не могла с собой поделать.

Наконец настал день, когда она вспомнила, что так и не выяснила, в каком статусе пребывает Рон Френдли: холостяк он или женатый, обремененный семьей человек? В первом случае у нее был шанс сблизиться с Роном, а во втором… Конечно, сблизиться они могли, но рассчитывать на серьезные отношения Полли не приходилось. Становиться же для Рона развлечением она не хотела – даже несмотря на то, что страстно жаждала его прикосновений, поцелуев, объятий – словом, всего. Какая-то крохотная часть ее сознания сохраняла трезвость вопреки желаниям плоти. На нее не действовала даже непроницаемая пелена чувственности, в последнее время окутывавшая мозг Полли. Желание заняться с Роном любовью сводило ее с ума, однако неизвестность являлась сильным сдерживающим фактором.

Полли не заметила на руке Рона обручального кольца, но это еще ничего означало: многие женатые мужчины просто не носят его, потому что им или не нравятся подобные украшения, или претит идея демонстрации принадлежности какой-то одной женщине. Так что предмет вожделенных грез Полли вполне мог оказаться чьим-нибудь супругом.

Впрочем, если даже Рон холост, это еще не означает, что у него нет женщины, в отношении которой он строит серьезные планы. Данное соображение тоже сильно снижало шансы Полли на успех.

Что же делать?

Этот вопрос не давал Полли покоя ни днем ни ночью, но ответа она не находила.

5

Однажды, сидя за завтраком – который для Полли был скорее ланчем, потому что завтракала она обычно раньше, – Мерил как бы между прочим поинтересовалась:

– У тебя с Дастином все нормально?

Полли на миг замерла, не донеся до рта сандвич с бужениной, салатным перцем и майонезом.

– Да. А почему ты спрашиваешь?

Мерил отпила глоток кофе без кофеина.

– Мне показалось, что он давно у нас не показывался.

Полли сдержанно вздохнула.

– Я нарочно не приглашала его, ведь у меня сейчас напряженный период, окончание университета, так что сама понимаешь…

– Да-да, разумеется, – кивнула Мерил. – Если дело в этом, то…

«Дело», конечно, было в другом: с тех пор как Полли познакомилась с Роном, она сознательно старалась держать Дастина на расстоянии. Но признаться в этом Мерил у нее не хватало духу, ведь та смотрела на Дастина, как на будущего зятя. Более того – как на человека, которому суждено возглавить семейный бизнес.

И тут, словно подслушав мысли Полли, Мерил произнесла:

– По-моему, потом ты должна будешь как-то компенсировать Дастину недостаток внимания. Иначе парень может обидеться, а это нехорошо. Вам предстоит долгая совместная жизнь, поэтому все недоразумения следует улаживать в самом начале.

Полли покосилась на Мерил с удивлением. Откуда вдруг у матери взялась подобная мудрость? Пусть житейская, все равно для Мерил это своего рода вершина. Кроме того, подобные высказывания совершенно не в ее духе.

Неужели она настолько обеспокоена охлаждением моих отношений с Дастином? – промелькнуло в мозгу Полли.

– Ты согласна со мной? – спросила Мерил, испытующе глядя на нее.

Полли изобразила улыбку.

– Конечно. С этим трудно не согласиться. Постараюсь сделать все от меня зависящее, чтобы Дастин не почувствовал себя ущемленным.

– Молодец, – одобрительно обронила Мерил и продолжила завтрак.

Видя, что она как будто успокоилась, Полли выждала некоторое время, потом осторожно спросила:

– А что, наш гость уже уехал?

Мерил подняла на нее недоуменный взгляд.

– Кто, Рон?

Одного упоминания имени человека, вокруг которого в последнее время вертелись все мысли Полли, оказалось достаточно, чтобы она порозовела от смущения. Ей даже пришлось встать – якобы чтобы подлить себе кофе в чашку, на самом же деле она не хотела, чтобы Мерил о чем-то догадалась.

– Ну да… Я его не вижу, поэтому подумала – может, он уже завершил дела и вернулся в Вашингтон?

Мерил махнула рукой, в которой держала печенье.

– Что ты! У Рона дел невпроворот. Ты потому и не видишь его, что он целыми днями пропадает на нашем заводе.

Полли вернулась на место, положила в кофе сахар и принялась размешивать ложечкой.

– Интересно, как воспринимает долгое отсутствие Рона его жена?

Фраза Полли вызвала у Мерил удивление.

– С чего ты взяла, что у Рона есть жена?

Полли показалось, что ее сердце остановилось. Преодолевая сильное волнение, она с максимально непринужденным видом пожала плечами.

– А разве нет?

Мерил на минуту задумалась.

– Нет, насколько мне известно. Иначе Шейла давно бы об этом сказала.

Мерил даже не догадывалась, какое облегчение испытала Полли, услышав эти слова.

А та, хоть и понимала, что радоваться, строго говоря, рано, не могла сдержать ликования. Нетерпеливо пошевелившись на стуле, она продолжила:

– А что Шейла рассказывала о Роне Френдли?

Мерил потянулась за очередным печеньем, но на полпути остановилась и со вздохом положила руку на стол: желая сохранить фигуру, она следила за своим весом, поэтому ей приходилось соблюдать диету.

– Что рассказывала Шейла? Тебя интересует что-то конкретное?

– Нет вообще-то… Известно тебе, что он за человек, какой у него характер и… даже не знаю… Шейла наверняка что-то говорила, верно?

– Э-э… – Мерил сморщила лоб, пытаясь вспомнить. – Говорила, что они давние друзья.

– Ну это я уже слышала. А еще?

– Еще она отрекомендовала Рона как человека большого ума, к тому же обладающего необыкновенной деловой хваткой. Поэтому его холдинговая компания процветает, а сам он пользуется большим уважением у крупных бизнесменов, каковым и сам является. Кроме того, у Рона, насколько я поняла, чутье на проекты, способные приносить…

Мерил еще что-то говорила, но в какой-то момент Полли перестала слушать. Ей в голову пришла мысль, заставившая ее похолодеть. Вернее, не мысль, а воспоминание о том, что сказала Мерил, когда представляла Рона в день приезда: «Пока не найдет себе подходящего жилья, поживет у нас».

Зачем ему отдельное жилье?

– А может, он все-таки женат?

Сбившись, Мерил умолкла посреди фразы.

– Кто? – спросила она недоуменно.

– Да Рон же! – воскликнула Полли. – О ком у нас, по-твоему, речь?

Воцарилось молчание. Несколько мгновений Мерил не спускала с Полли пристального взгляда, затем вздохнула.

– Дорогая, ты напрасно так нервничаешь, ведь тебе осталось сдать последний экзамен и на этом учеба заканчивается. Потерпи еще немного, а потом хорошенько отдохнешь, приведешь нервы в порядок и жизнь наладится. Думай о приятном, о свадьбе например. О том, как вы с Дастином оденетесь в день бракосочетания, где проведете медовый месяц…

На Полли словно вылили ведро холодной воды. Она сообразила, что выдала свое внутреннее состояние, чего, разумеется, делать не следовало. Хорошо еще, что Мерил отнесла ее раздражительность на счет экзаменов. Если бы она узнала правду… Ох, об этом не хотелось даже думать!

Собрав воедино все свое самообладание, Полли улыбнулась.

– Прости. Кажется, я действительно… кхм… Так что ты там говорила о Роне?

– Я? – Мерил заморгала.

– Ну да, о том, что, возможно, он все-таки женат.

– Разве я это сказала?

Полли качнула головой.

– Ладно, не суть важно, я тоже думаю, что Рон может оказаться женатым человеком.

– Почему?

– А помнишь, ты сказала, что он ищет себе отдельное жилье?

– И что?

Прежде чем ответить, Полли отпила глоток кофе. Ей требовалось время, чтобы успокоиться, а кроме того, она хотела развить затронутую тему как можно непринужденнее.

– Вот я и подумала, не для того ли Рону понадобилось отдельное жилье, чтобы к нему могла приехать жена?

Подобная мысль явно не посещала Мерил. Несколько мгновений та размышляла над сказанным, потом качнула головой.

– Не может быть. Шейла давно сообщила бы мне, если бы ожидалось нечто подобное.

Полли слушала, затаив дыхание. В ее душе возродилась надежда, но все же, запретив себе радоваться, она произнесла:

– Кого-то же Рон ждет. Если не жену, то подругу. Словом, какую-то женщину.

Однако Мерил отмахнулась от подобной мысли.

– Брось. Просто Рон не хочет нам мешать.

Полли невольно усмехнулась.

– Его и так не видно и не слышно.

– Ну не знаю… Возможно, он просто не привык жить у кого-то… И потом, если он нам не мешает, это еще не означает, что мы не мешаем ему.

Полли прикусила губу. Действительно… Вполне может быть, что Мерил права…

Сейчас, глядя на стоящего на пороге номера люкс Рона, Полли испытывала примерно такое же чувство неуверенности, как тогда, во время завтрака с Мерил. Если бы не дело, которое привело ее в эту гостиницу, она ни за что не стала бы искать встречи с Роном Френдли.

– Ты? – удивленно произнес тот, окинув ее с головы до ног беглым взглядом.

Полли усмехнулась.

– Не ждал?

Взгляд Рон остался серьезен, хотя в глазах промелькнуло какое-то странное выражение.

– Как тебе сказать… Учитывая известные обстоятельства, я был уверен, что рано или поздно ты появишься. Но именно сегодня не ждал.

– Охотно верю, – сказала Полли.

Он вновь скользнул взглядом по ее фигуре, выгодно подчеркнутой элегантного кроя светло-сиреневым шелковым жакетом. Юбку Полли выбрала белую, длиной до середины колена.

– Могла бы предупредить о своем появлении, – заметил Рон. – Я не встречал бы тебя в халате, а переоделся…

– И улизнул бы еще до моего появления! Нет уж, предпочитаю действовать наверняка.

Рон сузил глаза, но непонятно было, улыбается он или просто щурится.

– Хм… Ну проходи, не вечно же нам здесь стоять. Насколько я понимаю, ты пришла не просто так.

– Правильно. По-моему, настало время серьезно поговорить.

С этими словами Полли переступила порог гостиничного номера…

Разумеется, в те дни, когда ее знакомство с Роном только начиналось, она даже не догадывалась, что в будущем они превратятся едва ли не в заклятых врагов. Тогда Полли мечтала о сближении.

Все произошло внезапно. В тот самый день, когда она расквиталась с учебой, события, тянувшиеся, как запряженная мулом повозка, вдруг рванули вперед со скоростью курьерского поезда.

Сдав последний экзамен и вернувшись домой, Полли поднялась в свою комнату, бросила сумку на кресло и огляделась.

Свободна!

Странно, еще недавно она только и думала о том, как бы поскорее покончить с опостылевшим университетом, а сейчас, когда мечта осуществилась, почему-то не испытывала облегчения.

Полли вышла на балкон и долго стояла, глядя на залив Бискейн, на катера, лодки, чаек, которые время от времени камнем падали на воду, выхватывали рыбешку и летели с ней к берегу.

Как просто и хорошо, думала Полли. Вот, наверное, кто по-настоящему свободен – это чайки. Но главное то, что они знают, что со своей свободой делать. А я понятия не имею…

Однако в глубине души Полли осознавала, что проблема заключается вовсе не в неумении распорядиться долгожданной свободой, а в том, что таковая отсутствует. Полли не ощущала себя свободной. То есть от учебы она избавилась, но взамен приобрела нечто более мощное: чувство, одновременно завораживающее и пугающее. Имя этому чувству – любовь.

Что с этим делать, Полли не знала.

От нелегких размышлений ее отвлекла телефонная трель. Звонил Дастин.

– Поздравляю, дорогая! – произнес он с таким воодушевлением, будто сам окончил университет.

– Спасибо, – сдержанно ответила Полли.

Дастин сразу почувствовал, что настроение у нее не праздничное.

– Что такое, ты не рада?

– Как тебе сказать, – уклончиво ответила она. – Пока еще сама не пойму. Наверное, рада, хотя особого веселья как-то не испытываю… – Разумеется, о причинах своего удрученного настроения она распространяться не стала.

Дастин немного помолчал, по-видимому усиленно размышляя, потом воскликнул:

– Кажется, я понимаю, что с тобой происходит!

Прозвучало это так уверенно, что Полли, хоть и понимала, что вряд ли он разгадал причину ее грусти, непроизвольно напряглась.

– Что?

– Просто ты переутомилась! Понимаешь? Слишком много занималась, нервничала, ну и все такое… Конечно, бесследно это пройти не могло, вот сейчас и наступила реакция.

У Полли отлегло от сердца. Разумеется, Дастину ничего не известно!

Тем не менее она с сомнением обронила:

– Ты так считаешь?

– Уверен! И даже знаю, как можно исправить положение.

– Как? – машинально спросила она.

И тут же пожалела об этом, потому что Дастин выпалил:

– Я заказал столик в «Карвеле» на семь часов, в половине седьмого заеду за тобой, идет?

Полли вздохнула. Ужинать с Дастином, когда мозг гудит от мыслей о Роне? Это было выше ее сил.

– Ох нет, не думаю, что это хорошая идея. Я… У меня… болит горло, и вообще я что-то неважно себя чувствую…

Дастин встревожился.

– Неужели простудилась? Ведь жара стоит…

– Вот именно, жара, – вяло согласилась Полли. – А я вчера ледяного сока напилась. Сразу поняла, что не стоило этого делать, но было поздно…

Ничего ледяного она не пила, и с горлом у нее все было в порядке, просто Дастин с некоторых пор стал третьим лишним.

– Очень жаль, – вздохнул он. – Ну да ничего не поделаешь, придется позвонить в «Карвел» и отменить заказ.

Полли вдруг стало неловко. Еще совсем недавно она считала Дастина близким человеком, в будущем собиралась стать его женой, но появился Рон – и все пошло кувырком. Это притом, что сам Рон даже не догадывался, какой кавардак произвел в жизни Полли…

– Мы сходим в ресторан позже, – произнесла она в телефонную трубку, хотя прекрасно понимала, что не следовало этого говорить.

Не в ресторан ей с Дастином нужно идти, а сказать, что между ними все кончено, чтобы тот не строил напрасных иллюзий. По крайней мере, так будет честнее.

– Да-да, выздоравливай, – подхватил Дастин. – Когда почувствуешь себя лучше, отметим твое окончание учебы.

– Конечно, – едва слышно откликнулась Полли.

Они попрощались, и на этом разговор завершился.

6

Стремясь избавиться от чувства вины, Полли вернулась на балкон. Открывающийся оттуда вид всегда успокаивал ее.

Вот и сейчас она вновь устремила взгляд на залив, с удовольствием позволив влажному солоноватому бризу играть ее кудрями. Там, внизу, на пляже загорали отдыхающие, синюю морскую гладь бороздили парусные лодки и яхты. Кое-где покачивались на волнах катера, с борта которых ловили рыбу. В этом райском уголке с ласковым солнцем и теплым морем не было места тревогам, тоске и прочим безрадостным эмоциям.

Глядя на все это великолепие, Полли начала было успокаиваться, как вдруг услышала стук в дверь.

– Входи, открыто! – крикнула она, думая, что это Мерил пришла расспросить ее о последнем экзамене.

Но когда дверь отворилась, Полли поняла, что ошиблась. Порог ее комнаты переступил… Рон!

– Приятно слышать, что мы перешли на «ты», – заметил он, с усмешкой глядя на медленно двинувшуюся навстречу Полли.

Та смутилась.

– Простите, я решила, что это Мерил, из-за чего и сказала… э-э…

– Не оправдывайся, в этом нет никакой необходимости. Мне нравится, что мы избавляемся от официоза.

– Но это чистая случайность… Я вовсе не имела в виду, что мы… что вы…

Рон поморщился.

– Зачем столько слов?! Ведь я согласен: на «ты» так на «ты». И по имени. Договорились? Тем более что про себя ты, наверное, давно уже меня так называешь.

Полли замерла, пораженная словами Рона до глубины души. Сказать такое мог лишь очень проницательный человек.

Неужели он все понял? – вспыхнуло в ее мозгу.

– Что, скажешь, я не прав? – усмехнулся Рон.

Ответа он не услышал. Полли просто не знала, что тут можно сказать. Кроме того, она до сих пор не пришла в себя после неожиданного появления Рона. Он обладал каким-то необъяснимым очарованием. Это не имело отношения ни к его сильному, красиво сложенному телу, ни к чертам лица, ни даже к голосу, окрашенному теми хрипловатыми нотками, которые многих женщин сводят с ума. Полли в данном случае не являлась исключением. Просто когда Рон входил в помещение, оно словно наполнялось его неповторимой энергией и все присутствующие ощущали это.

Сейчас в комнате, кроме Рона, находилась одна только Полли, поэтому вся сила его обаяния была направлена на нее.

– Ладно, сочтем этот вопрос решенным, – вновь усмехнулся Рон, последние несколько минут внимательно наблюдавший за сменой выражений на лице Полли. – Я, собственно, зашел спросить, как у тебя дела.

– Хо… – В горле Полли что-то пискнуло, поэтому ей пришлось прокашляться. – Кхе-кхе… хорошо.

– С учебой покончено?

Задавая этот вопрос, Рон посмотрел прямо Полли в глаза, и ее сердце забилось как сумасшедшее.

– Э-э… да.

Рон рассмеялся.

– Как-то неуверенно ты говоришь!

Действительно, пора взять себя в руки, промелькнуло в голове Полли. Иначе он невесть что подумает.

– Покончено, сегодня я сдала последний экзамен. Осталось получить диплом – и все.

– Поздравляю. – Рон произнес это без усмешки, серьезно, в его голосе ощущалось тепло.

Полли была тронута.

– Спасибо.

– И кто ты теперь по специальности?

– Магистр делового администрирования.

– Хм, основательное начало для девушки, которая собралась стать кинозвездой!

Ресницы Полли затрепетали.

– В такой день можно было бы и не насмехаться надо мной.

– У меня и в мыслях нет. Наоборот, говорю со всем уважением.

Судя по всему, так и было. Полли поняла это, бросив на Рона быстрый взгляд.

– Удивительно, как это вы запомнили, о чем я мечтаю!

– Ты, – поправил он.

Полли недоуменно сморщила лоб.

– Простите?

– Ведь мы условились, что отказываемся от официальной формы обращения, – напомнил ей Рон. – Говори мне «ты», иначе мне вновь придется называть тебя на «вы». Хочешь этого?

Глядя прямо ему в глаза с замирающим сердцем, Полли медленно покачала головой.

– Нет.

Рон блеснул взглядом.

– Ты даже не представляешь, как мне приятно это слышать. – После короткой паузы, сунув руки в карманы и качнувшись с пятки на носок, он продолжил: – Значит, зубрежке конец и у тебя появилось свободное время.

Против такого очевидного факта нелепо было возражать, поэтому Полли кивнула.

– Да. – Собственные руки вдруг стали мешать ей, она не знала, куда их деть, и, глядя на Рона, машинально попыталась сунуть в карманы джинсов – тщетно, те были слишком узкими. Тогда Полли сложила руки на груди, приобретя таким образом независимый вид.

– И теперь ты вольна делать, что захочешь?

Она пожала плечами.

– В рамках здравого смысла.

– А в эти рамки вписывается ужин в ресторане?

Полли вздрогнула. В первое мгновение ей показалось, что она ослышалась, однако взгляд Рона свидетельствовал об обратном.

– Вы… ты приглашаешь меня в ресторан?

Он улыбнулся.

– Мне пришло в голову, что неплохо бы как-то отметить твое окончание университета.

– Сегодня у всех совпадают мысли, – отведя взгляд, пробормотала Полли.

Рон пристально взглянул на нее.

– У всех – это у Дастина Майнера?

Теперь уже Полли посмотрела на Рона подозрительно.

– Ты подслушивал под дверью?

В его глазах промелькнуло удивление.

– Что за странные идеи? Зачем мне нужно подслушивать, тем более под дверью?

Полли и сама понимала, что человек, подобный Рону Френдли, вряд ли опустится до подслушивания, подглядывания и прочего в этом же роде.

– Тогда откуда ты знаешь, что Дастин тоже зовет меня в ресторан?

Рон вновь качнулся с пятки на носок.

– Догадался, после того как ты упомянула о совпадении мыслей.

– Но почему ты завел разговор именно о Дастине?

– Разве не он считается твоим официальным ухажером? Об этом только и разговоров на вашем заводе минеральных вод.

Ах вот откуда он все узнал – из сплетен!

Полли вздохнула, подумав о том, какой предстоит нелегкий разговор с Дастином. Что таковой состоится, она не сомневалась, так как сейчас уже совершенно не представляла Дастина в роли своего мужа.

– На заводе не могли знать, что Дастин пригласил меня в ресторан, это произошло всего четверть часа назад, – хмуро заметила Полли.

Чуть прищурившись, Рон несколько мгновений любовался ею, потом произнес:

– Вижу, ты все-таки в чем-то подозреваешь меня. А между тем все просто. Дастину не хуже моего известно, что сегодня ты сдаешь последний экзамен, поэтому он решил предложить тебе отпраздновать знаменательное событие. Все это подсказала мне простая логика. – Он улыбнулся. – Скажешь, я не прав?

– Нет, все правильно, просто…

– Просто произнеси «да» – и больше ничего не нужно.

Ох, неужели это правда? – промчалось в мозгу Полли. Рон приглашает меня на ужин!

Ей захотелось ущипнуть себя, чтобы проверить, не сон ли это.

Рон же расценил повисшую паузу по-своему – будто Полли сомневается, стоит ли принимать приглашение.

– Мы отправимся в «Винд роуз», – вкрадчиво произнес он. – Бывала там когда-нибудь?

Полли качнула головой. Речь шла о ресторане, считавшемся едва ли не самым фешенебельным в городе.

– Говорят, в «Винд роузе» столик нужно заказывать как минимум дней за десять, так что сегодня вряд ли получится туда попасть.

Рон снисходительно улыбнулся.

– Получится, столик заказан.

У Полли удивленно округлились глаза.

– Не может быть.

– Почему?

– Как-то с трудом верится, что ты так просто позвонил в «Винд роуз» и заказал столик!

– Тем не менее я это сделал.

Полли вновь недоверчиво покачала головой.

– Сегодня?

– Зачем, как только приехал, в тот же день и заказал. – Рон хитро блеснул взором. – Точнее, как только узнал, что ты вот-вот окончишь университет.

– Что-о?! – изумленно протянула Полли. – Специально ради этого?

– А разве повод того не стоит?

– Да, но… мы ведь практически не знаем друг друга.

– Позволь с тобой не согласиться – за минувшие дни мы настолько сблизились, что перешли на «ты».

Полли разинула рот. Ну и прыть! Что там Мерил говорила о какой-то особенной хватке Рона?

– Верно, перешли. Всего пять минут назад.

Неожиданно Рон нахмурился.

– Ты ищешь повод отказать мне? А может, дала согласие Дастину?

– Нет, – слетело с губ Полли неожиданно для нее самой.

Если бы разговор велся не с Роном, она бы еще подумала, стоит ли давать такой прямой ответ.

– Значит, сегодня вечером у тебя никаких свиданий, ты свободна?

Полли слегка пожала плечами.

– Кажется, понимаю, – медленно произнес Рон. – Ты отказала Дастину, верно?

Она промолчала.

– Значит, так и есть, – констатировал Рон. – Что ты ему сказала, если не секрет?

– Какая разница? Я не собиралась никуда выходить сегодня.

– Только и всего! – хмыкнул Рон. – Я разочарован.

Полли вскинула ресницы. Он поминутно удивлял ее.

– Из-за чего?

– Как тебе сказать… Надеялся, что причиной твоей размолвки с Дастином являюсь я.

Полли почувствовала жар в кончиках ушей.

– Почему именно ты?

Он посмотрел прямо в ее большие и выразительные фиалковые глаза.

– Между нами что-то происходит, Полли. Ты не можешь этого не ощущать. Если возразишь, я тебе не поверю. Когда я впервые увидел тебя там, во дворе, – Рон кивнул куда-то вниз, – и ты подняла на меня взгляд, что-то случилось. У меня возникло чувство, будто нас обоих накрыло каким-то невидимым колпаком. Все вокруг оказалось отрезанным, и мы остались наедине. В ту минуту я видел и слышал только тебя…

Пока Рон говорил, в Полли нарастало напряжение. Борясь с ним, она так крепко стиснула кулаки, что ногти впились в ладони. Ей казалось, что все это происходит во сне. Что она видит одну из своих ночных грез, которые в последнее время стали такими привычными…

– Знаешь, какое у меня было чувство, когда я увидел тебя? – взволнованно продолжал тем временем Рон. – Как будто до сих пор я по-настоящему не видел ни одной женщины. Не знал, что можно испытывать такой восторг, глядя на них. Вернее, не на женщин вообще, а на тебя одну. Понимаешь? За те несколько мгновений, пока мы смотрели друг другу в глаза, в моей душе будто что-то перевернулось. И с этим ощущением я жил все последние дни. – Он на мгновение умолк, словно пытаясь справиться со спазмом в горле, но вскоре произнес: – У меня появилась мечта. Сказать – какая? Что однажды настанет день, когда мы полностью узнаем друг друга. И с того момента ты будешь принадлежать мне, а я тебе. – Он вновь замолчал, в наступившей тишине вглядываясь в лицо Полли. Затем тихо сказал: – Мне кажется, ты разделяешь мои мысли.

У Полли вырвался прерывистый вздох. Ей столько всего хотелось сказать Рону, но она не решалась. Хотя и осознавала не только всю важность момента, но также необходимость ответить искренностью на искренность.

– Полли?

Дальше молчать было нельзя.

– Я… не понимаю… как все это произошло. – Она не узнала собственного голоса. Он никогда не был таким робким, дрожащим, переполненным эмоциями и одновременно хрипловатым, выдающим всплеск чувственности.

– Полли! – выдохнул Рон. – Ты тоже?! Я знал, почти не сомневался… можно сказать, был уверен… но все равно это так неожиданно… Боже правый, какое счастье – ты испытываешь то же, что и я!

Она робко улыбнулась, не поднимая ресниц.

Но Рону было этого мало.

– Посмотри на меня! – хрипло произнес он.

Полли не могла не выполнить просьбы.

7

Когда их взгляды встретились, она подумала, что сейчас Рон поцелует ее. Вся ситуация, напряженность момента располагали к этому. Иного просто не могло быть.

И потом, Полли так этого хотелось!

Рон слегка качнулся вперед. Казалось, сейчас он одним шагом преодолеет разделяющее их пространство, заключит Полли в объятия и прильнет к губам.

О, она с готовностью раскрыла бы их для него!

Но…

Оставшись на месте, Рон продолжал смотреть на Полли с таким выражением в глазах, будто все еще не верил, что это происходит наяву.

Наконец Полли сообразила, что поцелуя не будет, и с ее губ слетел едва слышный вздох разочарования.

Вероятно, какая-нибудь другая девушка на месте Полли сама сделала бы решающий шаг. Да и она наверняка действовала бы смелее, но лишь в одном случае – если на месте Рона был бы другой человек. Однако в подобной ситуации ей не хотелось спешить. Что-то подсказывало Полли, что позже ее выдержка будет вознаграждена.

В следующую минуту стало ясно, что присущая Рону проницательность не подвела его и на этот раз. Не сводя с Полли глаз, он тихо заметил:

– Я еле сдерживаюсь, чтобы не поцеловать тебя. Ты… разрешила бы мне?

Полли не ответила, но едва заметно шевельнулась и вновь вздохнула.

Рон улыбнулся.

– Вижу, что да. Прости, солнышко, но я не сделаю этого.

– Почему? – еле слышно проговорила она.

У него тоже вырвался вздох.

– Видишь ли, стоит мне начать и я уже не остановлюсь.

И не нужно, чуть было не сказала Полли, но слова застыли на ее языке. Для них еще не настало время.

Рон бегло оглядел комнату, потом провел ладонью по лицу.

– Нет, невозможно… Меня пригласила сюда твоя мать, и с моей стороны было бы нечестно использовать ее гостеприимство… таким образом.

Услышав это, Полли почувствовала, что в ее сердце будто разлилось тепло. Оказывается, Рон настроен серьезно! Многие на его месте даже не задумались бы о том, удобно или нет соблазнять дочь хозяйки дома, тем более если бы видели, что та сама к этому стремится. Рон же показал себя человеком, достойным всяческого уважения.

– Я согласна поужинать с тобой сегодня, – произнесла Полли.

Глаза Рона вспыхнули радостью.

– Спасибо. Я вызову такси… Часов на семь тебя устроит?

Она кивнула.

– Вполне.

– Хорошо, значит, в семь жду тебя в холле. А сейчас не буду мешать.

Напоследок улыбнувшись, Рон вышел. В следующую минуту Полли услышала, как он весело сказал что-то кому-то в коридоре. Не успела она задуматься о том, с кем Рон разговаривает, как дверь отворилась и в комнату шагнула Мерил.

– Ты уже вернулась, дорогая? Я и не заметила.

– А ты разве не… то есть мне вчера показалось, что ты собираешься съездить на завод.

Мерил поморщилась.

– Собиралась, но передумала. Мне все это так надоело! Завод, дела, заботы… Честно говоря, я жду не дождусь, когда вы с Дастином поженитесь. Тогда я со спокойной душой передам ему бразды правления и заживу наконец спокойно. Кстати, чуть не забыла, надо бы позаботиться о шампанском. Ведь Дастин придет сюда сегодня, чтобы отметить окончание твоей учебы?

Полли похолодела. Планы Мерил относительно Дастина были более чем очевидны, но не выходить же за него замуж только ради этого!

– Ты уверена, что учеба закончилась? – обронила Полли лишь бы не молчать.

Красивые брови Мерил удивленно взлетели.

– А разве нет?

Изобразив улыбку, Полли заметила:

– Ведь ты даже не спросила, как я сдала последний экзамен.

– Верно… – Мерил слегка нахмурилась. – А что, с этим какие-то проблемы?

Ее трудно было назвать заботливой матерью, Полли в очередной раз убедилась в этом и пожалела о своей попытке пошутить.

– Нет, проблем никаких. Экзамен сдан, учеба окончена.

– Ох как хорошо! – облегченно вздохнула Мерил. – А то я уж было забеспокоилась… Что ж, тем более нужно приготовить на вечер шампанское. А может, и какую-нибудь легкую закуску. Я распоряжусь, чтобы все это было подано в гостиную… к которому часу?

Кажется, пора сообщить ей неприятное известие, промчалось в мозгу Полли. Ну, сейчас начнется…

– Не нужно ничего готовить, – сдержанно произнесла она. – Я приглашена в ресторан.

Мерил заморгала – будто нарочно, чтобы продемонстрировать свои роскошные искусно подкрашенные ресницы. Однако Полли знала, что это естественная реакция. Да и некого было Мерил здесь очаровывать, не собственную же дочь, в конце концов!

– В ресторан? О, как мило. Значит, вы с Дастином отпразднуете такое важное для тебя событие вдвоем! Это так романтично… – После восторженных фраз Мерил озабоченно добавила: – И все-таки насчет шампанского я распоряжусь. Выпьем по бокалу перед вашим уходом. Если приедет мой Реджи, то и он к нам присоединится.

Мерил подразумевала Реджи Брауна, миллионера из Чикаго, своего нового ухажера, с которым Полли не особенно хотелось встречаться. Она сама не знала почему. Возможно, что-то такое было в глазах этого человека, а может, в манерах или звуках голоса… Словом, он не принадлежал к категории тех людей, с которыми Полли хотела бы поддерживать знакомство. В то же время она ничего не имела против общения Мерил с Реджи Брауном. Собственно, Полли вообще не интересовало, с кем та общается.

– Как хочешь, можно и шампанского выпить, только должна предупредить, что в ресторан меня пригласил… э-э… не Дастин.

Ресницы Мерил вновь запорхали.

– Не Дастин? Но… как-то даже трудно представить, что он не позвонил и не поздравил тебя в такой день.

Полли подошла к своему письменному столу и принялась бесцельно перебирать предметы.

– Дастин позвонил, поздравил и даже в ресторан звал, но…

– А, так все-таки ты идешь с Дастином! – воскликнула Мерил. Затем со смешком погрозила Полли пальцем. – Снова меня разыгрываешь!

Полли вздохнула.

– Нет. Я отказала Дастину.

Ахнув, Мерил прикрыла рот пальцами.

– Отказала? Как… почему? – Тут в ее глазах промелькнула какая-то мысль, и она с тревогой спросила: – Вы поссорились?

– Нет.

– Тогда почему ты так обращаешься со своим, можно сказать, женихом?

Встрепенувшись, Полли всем корпусом повернулась к Мерил.

– Вот именно – можно сказать! Потому что на самом деле Дастин мне не жених. Он не просил меня стать его женой, а я не давала согласия. И помолвку мы не объявляли.

С минуту Мерил усиленно размышляла, затем тревожно взглянула на Полли.

– Ты обиделась на Дастина за то, что он тянет с предложением руки и сердца? Если так, то я могу поговорить с ним, все уладить и…

– Ты не понимаешь! – с досадой воскликнула Полли. – Я не хочу от Дастина никаких предложений. И улаживать ничего не нужно, потому что я не собираюсь выходить за Дастина замуж.

– Я… Как не собираешься?

Мерил произнесла это почти жалобно, и Полли могла ее понять. Планы Мерил рушились на глазах. Такая хорошая, уютная идея – выдать дочку за подающего надежды парня, который затем взял бы на себя управление заводом, – вдруг в одночасье лишилась основы. Как, почему – непонятно. Вроде бы не было никаких предпосылок, все развивалось в заданных рамках – и вот пожалуйста!

– Я не могу стать женой Дастина, так как поняла, что не люблю его, – мрачно пояснила Полли.

– Но раньше ты…

– Раньше мне только казалось, но теперь я знаю, что ошибалась.

– Теперь? Что же такое случилось, из-за чего ты вдруг прозрела?

Полли отвела глаза.

– Да уж кое-что случилось.

– Кое-что? – Взгляд Мерил вдруг стал подозрительным. – Ну-ка признавайся, с кем идешь в ресторан!

На секунду воцарилось молчание.

Все равно рано или поздно она узнает, подумала Полли. И сказала:

– С Роном.

В первую минуту Мерил не поняла.

– С кем?

– С Роном Френдли, – повторила Полли, для большей ясности прибавив фамилию. – С тем самым, который гостит у нас. Скорее всего, тебе это не понравится, но так уж получилось. И я ничего не могу с собой поделать.

Мерил нахмурилась.

– Ты что, пытаешься сказать, что влюбилась в Рона Френдли?

– Именно, – кивнула Полли. – И, похоже, наши чувства взаимны… Что такое? Почему ты смеешься?

С губ Мерил действительно слетел смешок, но через минуту она посерьезнела.

– Ох, и что только у тебя в голове! А еще говоришь, что ты вся в отца. Да если бы отец узнал о… – Мерил на мгновение умолкла, словно подбирая слова, – том, что ты мне сказала, он бы запер тебя в этой комнате и шагу не позволил бы сделать за ее пределы.

Полли выслушала все это и подумала, что отец никогда бы не сделал ничего подобного. Возможно, поговорил бы с ней серьезно, но не прибегал бы к каким-то насильственным методам.

– Ты сбрендила, что ли?! – продолжила Мерил. – Ради чего разрушаешь отношения с Дастином?! Ведь для всех вы почти что женаты! – Она сердито засопела. – Кстати, а мне что предлагаешь делать? Спокойно наблюдать за тем, как ты разрушаешь все наши планы?

– Скорее твои, чем наши, – сдержанно возразила Полли. – Ведь ты познакомила меня с Дастином не просто так, а явно преследуя некие отдаленные цели!

Мерил пожала плечами.

– И что тут плохого? Ведь вы с Дастином понравились друг другу, между вами возникло взаимное влечение… Насколько мне известно, Дастин только и ждал, когда ты окончишь университет, чтобы сделать тебе предложение. А ты так нехорошо поступаешь с ним…

– Не могу же я выйти замуж за нелюбимого человека!

– Еще совсем недавно он был любимым, – проворчала Мерил.

– Это от меня не зависит, как ты не поймешь! – крикнула Полли. – Вспомни себя, ведь ты любила папу?!

– Да. Но…

– Так и знала, что будет «но»!

– Боже правый, да опомнись же ты наконец! Что общего может быть у тебя с человеком, подобным Рону Френдли?

Все, подумала Полли. С таким человеком у меня может быть все. Любовь, жизнь, дети, общий счет в банке и еще много чего…

Она с некоторым удивлением взглянула на Мерил.

– Вообще-то мне казалось, что пусть не сразу, но тебе должна понравиться идея моего сближения с Роном Френдли.

– Это еще почему?

– Как же, ведь ты говорила о нем столько хорошего. И потом, Рон смог бы управлять нашим заводом гораздо лучше, чем Дастин. Не зря же ты именно Рона пригласила разобраться в заводских проблемах. Дастин с ними не справляется.

Мерил покачала головой.

– Знаешь пословицу про журавля в небе и синицу в руке? Так вот, Дастин – это синица. А журавль закончит свою миссию – и привет, поминай как звали!

В этих словах заключалась бездна здравого смысла, однако Полли придерживалась собственного мнения.

– По-моему, ты смотришь на вещи слишком мрачно.

– А ты – чересчур оптимистично.

– Почему? – нахмурилась Полли.

– Потому! Или я чего-то не знаю, или ты не такая умная, какой все тебя привыкли считать.

Полли с независимым видом сложила руки на груди.

– А нельзя ли поконкретнее?

– Ох, ну сама подумай, из-за чего весь сыр-бор. Рон ведь не замуж тебя позвал, а всего лишь в ресторан. Верно? Или я ошибаюсь?

– Нет. Но…

– Вот теперь у тебя «но»! Но что? Рон объяснился в любви или что там у вас было?

Полли прикусила губу. Как пересказать Мерил то, о чем больше говорилось намеками и в полутонах?

– Ничего особенного между нами пока не было, если ты понимаешь, что я имею в виду.

– Я-то понимаю, – вздохнула Мерил. – А вот ты… На твоем месте я бы сто раз подумала, прежде чем рвать отношения с Дастином. Рон скоро уедет к себе в Вашингтон, а ты останешься здесь. И потом, Шейла говорила мне, что Рон ведет отнюдь не монашеский образ жизни. Будто бы за все время знакомства она ни разу не видела его с одной и той же женщиной.

Разумеется, Полли не очень-то приятно было услышать все это, тем не менее она произнесла:

– И все-таки не забывай, что я уже взрослая и могу сама выбирать, с кем мне общаться, а с кем нет. Что же касается Дастина, то я никаких обещаний ему не давала, поэтому он не должен на меня обижаться.

– Какая ты упрямая! – с досадой вырвалось у Мерил.

Полли пожала плечами.

– Только в том, что для меня имеет большое значение. В остальном я не так принципиальна.

– Хорошо, но что ты скажешь Дастину?

– Еще не придумала. Скорее всего правду. Хотя сегодня соврала, выдумала себе простуду, из-за которой якобы и не могла встретиться с ним.

– Значит, еще не все потеряно, – многозначительно заметила Мерил. – У тебя хватило ума оставить путь к отступлению. Воспользуйся им – и все будет в порядке.

Полли неопределенно повела бровью.

– Там видно будет.

– Хм, надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – недовольно произнесла Мерил.

– Что ты так волнуешься, ведь сама говорила, что у Рона репутация надежного человека.

– Это относится к сфере бизнеса, а не к личной жизни. И потом, между тобой и Роном существует разница в возрасте.

– Не такая уж большая, по-моему.

– А тебе известно, сколько ему лет? – прищурилась Мерил.

– Ну, это можно определить на глаз.

– Могу сказать точно – тридцать два года.

Полли на миг задумалась, потом широко улыбнулась.

– Всего тридцать два.

– А тебе самой сколько?

– Ты не помнишь возраста собственной дочери? – хихикнула Полли.

Вообще-то она готова была поверить, что Мерил рада бы забыть, сколько лет Полли, так как возраст дочери выдавал ее собственный. Для молодящейся Мерил все это имело большое значение.

– Двадцать два, – многозначительно произнесла Мерил. – Несложно вычислить, что Рон старше тебя на десять лет. Десять! Вдумайся в эту цифру.

Однако Полли была в том состоянии, когда на подобные мелочи даже внимания обращать не хочется.

– Ну и что? Папа тоже был старше тебя. А кроме того, тебе самой сейчас сорок два и что, чувствуешь ты себя старой?

– Не груби! – возмущенно воскликнула Мерил, для которой кощунственна была сама мысль, что применительно к ней употребляют слово «старая».

– Я лишь пытаюсь сказать, что в жизни все относительно, – миролюбиво произнесла Полли, которой меньше всего хотелось затевать выяснение отношений.

Однако Мерил не желала сдавать позиции.

– И все же кое-что имеет значение. По-моему, в данном случае все преимущества на стороне Дастина. Он молод, ты, если будешь умной, сумеешь вылепить из него мужа по своему желанию. А Рон совсем другое дело. Это искушенный человек, у него было столько женщин, что… – Оборвав фразу, Мерил лишь пожала плечами – мол, и говорить нечего. – С Роном справилась бы женщина постарше – скажем, такая, как Шейла, или… – Она вновь умолкла, на этот раз словно не желая что-то говорить.

Полли пристально взглянула на нее.

– Или как ты?

Пожав плечами, Мерил заметила:

– Да, если только ты правильно это поймешь.

– Боже правый! – закатила Полли глаза к потолку. – Ведь у тебя есть этот твой Реджи Браун!

Мерил состроила гримасу.

– Сказала же: если ты правильно поймешь! Я имею в виду только возраст – и больше ничего. Ты слишком молода для Рона. Он тебя в два счета обведет вокруг пальца и к тому же повернет дело так, будто ты сама этого хотела. Мне Шейла много чего рассказала о его похождениях, так что я бы на твоем месте держала с ним ухо востро.

– Что тебе наговорила Шейла? – хмуро спросила Полли.

– Нет уж, уволь, я не собираюсь пересказывать сплетни о человеке, который согласился помочь мне разобраться с проблемами на заводе.

– Вот видишь, значит, Рон все же не так уж плох!

– Да, в том, что касается бизнеса. Но его интрижки с дамами – это совсем другое дело. Впрочем, мы уже об этом говорили… – Немного помолчав, Мерил добавила: – Пойми, я не хочу, чтобы после отъезда Рона ты осталась в одиночестве и с разбитым сердцем.

Все это было так далеко от того, что испытывала в ту минуту Полли!

– Знаешь, – после некоторых раздумий произнесла она, – я благодарна тебе за заботу, но… как бы это сказать… Словом, пойми и ты, я давно уже не маленькая девочка и как всякий взрослый человек имею право на личную жизнь. А если наделаю ошибок… что ж, это будут мои собственные ошибки и винить я смогу лишь себя одну.

Мерил усмехнулась – с иронией, но в то же время и с сожалением.

– Дело твое, только потом не плачь и не жалуйся. Мое дело предупредить, а там уж решай сама. И, кстати, твой папа никогда бы не позволил… – Она остановилась на полуслове и махнула рукой. – Впрочем, зачем я это говорю, ты все равно не послушаешь. В котором часу вы отправляетесь в ресторан?

– Рон вызовет такси на семь. – Произнося эти слова, Полли не смогла удержаться от улыбки.

Мерил посмотрела на нее и сокрушенно вздохнула.

– Ладно, велю подать шампанское к этому времени…

8

Без пяти семь Полли спустилась по лестнице в холл в бордовом платье из шелкового бархата, на фоне которого особенно красиво смотрелись ее светлые, платинового оттенка кудри. Из обуви она выбрала босоножки на шпильке, чтобы Рон не считал ее такой уж неуклюжей деревенщиной. Ведь в его представлении девушки Майами должны ходить исключительно в такой обувке.

Макияж Полли сделала очень легкий, просто подчеркнула глаза и губы, и этого ей показалось достаточно. В этом деле, считала она, лучше минимум, чем избыток.

В общем и целом вид у Полли получился очень романтический, что вряд ли оценил бы, скажем, Дастин, в отличие от Рона обладавший прагматичным характером.

Когда Полли появилась, Рон уже ждал в холле и не сводил с нее восхищенного взгляда все время, пока она спускалась по лестнице.

Он был очень элегантен – в смокинге, белоснежной рубашке, галстуке-бабочке, матово поблескивающих дорогих туфлях. Полли нашла его неотразимым.

Когда она еще не спустилась до конца, он шагнул на ступеньки, взял ее руку, поднял и прильнул губами к пальцам. Затем, помогая спуститься, негромко произнес:

– Ты просто обворожительна! Кажется, мне придется ревновать, потому что все мужчины в ресторане будут смотреть только на тебя.

Полли улыбнулась, но в голове ее промелькнуло: не напрасно Шейла сказала Мерил, что он дока по дамской части, так и есть!

Стараясь не выдать своих мыслей, она произнесла:

– Мерил просила нас перед отбытием зайти в гостиную, выпить шампанского по случаю моего небольшого праздника.

Рон удивленно взглянул на нее.

– Как, разве для самой Мерил это не торжественный день? Все-таки дочь окончила университет, такое бывает раз в жизни…

– Да, но для нее праздник омрачен тем, что я… э-э… отмечаю его с тобой, а не с Дастином.

– Я настолько ей не нравлюсь? – усмехнулся Рон.

– Не в этом дело. Просто она без ума от Дастина.

– Еще бы… – медленно произнес Рон. – Он такой молодой, обходительный, подает надежды… и вообще чертовски симпатичный малый.

Полли хихикнула.

– Очень точно подмечено. Исходя из всего перечисленного, Мерил хочет выдать меня за Дастина замуж.

– А тут появился я и смешал все карты! – Рон поскреб в затылке. – Признаться, мне меньше всего хотелось огорчать Мерил.

Полли отвела взгляд.

– Тогда не нужно было приглашать меня в ресторан.

– Ну нет! К счастью, ты уже достигла возраста, который позволяет человеку делать выбор самостоятельно.

– То же самое я сказала сегодня днем Мерил.

– Представляю, каково ей было это услышать, ведь она, наверное, уже считает Дастина своим зятем?

Полли с некоторым раздражением дернула плечом.

– В последнее время Мерил не скрывала, что смотрит на него как на члена нашей семьи.

Произнеся это, она тут же испытала укол совести: ведь до приезда Рона и у нее самой был точно такой же взгляд на Дастина.

– Так, может, ты все-таки хочешь выйти замуж за Дастина? – негромко спросил Рон.

Полли взглянула на него, но сразу же отвела взгляд.

– До сих пор мы часто встречались, и… он мне нравится. То есть нравился, – быстро поправилась она.

Рон внимательно посмотрел на нее.

– Хм, понятно, почему так волнуется Мерил. Полагаю, не из-за одного только Дастина, из-за тебя тоже?

Чуть смутившись, Полли кивнула.

– Конечно, из-за меня в первую очередь.

– Наверное, она видит во мне этакого коварного и беспринципного совратителя?

Полли повела бровью.

– В общем… да.

Неожиданно Рон взял ее за подбородок, заставив поднять лицо.

– А что думаешь по этому поводу ты сама?

Ей очень хотелось отвести взгляд, но она пересилила себя. И даже улыбнулась.

– Уверена, что все обойдется. К тому же я в состоянии о себе позаботиться.

– И ты сказала об этом Мерил?

Полли чуть отклонилась, высвобождая подбородок из пальцев Рона.

– Не в этих выражениях, но примерно.

– М-да, на месте Мерил встревожилась бы всякая мать…

Полли усмехнулась.

– Тут ты немного ошибаешься. Больше всего Мерил интересовало даже не то, чтобы я вышла за Дастина замуж, а чтобы переложить на его плечи управление нашим заводом.

– Но ведь тот уже сейчас не справляется с ролью главного менеджера!

– Не знаю, – пожала Полли плечами. – Возможно, Мерил думает, что, став моим мужем, Дастин возьмется за дело более рьяно.

– Как? – Рон вдруг рассмеялся. – Рьяно? Это Дастин-то?

Полли нахмурилась.

– Не понимаю, что тебя так рассмешило.

Рон тут же умолк.

– Вообще-то ты права, смешного тут мало. И на месте Мерил я бы тысячу раз подумал, прежде чем потакать твоему общению с Дастином.

– Почему ты так говоришь? – с некоторым беспокойством спросила Полли.

– Имею для этого некоторые основания. К тому же ты, будто нарочно, так красива, что невольно притягиваешь к себе всяких проходимцев.

– Под проходимцем ты подразумеваешь Дастина? – Удивление Полли было абсолютно искренним, она даже оставила без внимания комплимент. – Но он держится вполне корректно.

– О, разумеется! Почти все авантюристы обладают завидной выдержкой. Думаю, Дастин не исключение. Если у него все в порядке с сексуальной сферой, то он завел себе подружку на стороне и неплохо проводит досуг, ожидая, пока ты созреешь для того, чтобы отправиться с ним под венец. А потом завладеет вашим заводом и начнет выкачивать из него прибыль. Только сначала наймет хорошего управляющего…

Полли не поверила собственным ушам. Ее изумление было так велико, что она даже отступила на шаг, во все глаза глядя на Рона.

– Что за чушь! С чего ты взял, что Дастин вынашивает подобные планы?!

Рон сделал движение в ее направлении.

– Послушай, ведь ты умница, подумай сама… Дастин сейчас, что называется, в самом соку, причин для воздержания у него нет, так что если он – прости на слове – не спит с тобой, то делает это с какой-нибудь другой…

– Нет, он спит со мной!

Едва фраза успела слететь с губ Полли, как она осознала всю ее глупость, двусмысленность и просто дурной тон и заалела как маков цвет. Хуже всего для нее в ту минуту было ощущать на себе внимательный взгляд Рона.

После паузы он спросил:

– Ты серьезно, что ли? – В его тоне сквозил явный скепсис.

Глаза Полли забегали, но она сделала над собой усилие и, повинуясь какому-то непонятному, но призывающему настаивать на своем чувству протеста, кивнула.

– Более чем! – Затем гордо вскинула голову и добавила: – Возможно, сейчас, когда ты узнал правду, тебе расхотелось вести меня в ресторан, так ты скажи, не стесняйся, я не обижусь. – На последнем слове ее голос дрогнул.

Рон несколько мгновений задумчиво разглядывал Полли, потом спокойно спросил:

– Почему ты решила, что мне должно расхотеться?

Дьявол, неужели я еще должна что-то объяснять! – промчалось в мозгу Полли.

– Ну, ты узнал, что я сплю с Дастином, и… Словом, теперь другое дело.

– Гм, похоже, ты права… До этой минуты я думал, что твои отношения с Дастином еще, так сказать, вполне невинны, но если ты уже перешагнула известный рубеж, то это действительно меняет дело. И вдобавок открывает заманчивые перспективы.

Рон так многозначительно, с оттенком предвкушения улыбнулся, что Полли бросило в жар. Машинально проведя языком по губам, она опустила ресницы, но в следующую минуту подняла голову и с независимым видом произнесла:

– Если мы собираемся пить шампанское, то пора идти в гостиную. Наверное, Мерил уже ждет нас.

В глазах Рона вспыхнуло какое-то странное выражение. Пригасив его, он обронил:

– Да-да, конечно. Шампанское! По-моему, вечер начинается замечательно… – Затем, галантно взяв Полли под локоть, Рон повел ее в направлении гостиной.

Мерил действительно ждала их, но не одна, а в обществе Реджи Брауна и Шейлы. Последние двое, по-видимому, приехали вместе.

– Наконец-то! – с несколько наигранной радостью произнесла Мерил, направляясь навстречу Полли и Рону. – Какие вы красивые! Ну, поздравляю с окончанием учебы…

Она расцеловалась с Полли как принято в свете – не по-настоящему, а лишь прикасаясь щекой к щеке. Тем временем приблизилась Шейла.

– Поздравляю, дорогая. Теперь у тебя начинается настоящая взрослая жизнь. – Последовали новые поцелуи, такие же формальные, как и предыдущие.

– А мне ручку позволь! – сказал Реджи Браун. Приложившись, он добавил: – Я был в салоне Шейлы, когда Мерил сообщила о важном событии в твоей жизни. Вот мы с Шейлой и поспешили к вам, чтобы отметить это событие.

Полли вежливо улыбнулась.

– Благодарю. Только мы собрались в ресторан. – Она оглянулась на Рона. – Надеюсь, вы нас простите.

Шейла бросила на Рона быстрый взгляд.

– О, вот как?

Уголки губ Рона тоже приподнялись в улыбке.

– Я предложил Полли отпраздновать окончание учебы в ресторане, и она согласилась.

Шейла как-то странно посмотрела на Полли и хотела что-то сказать, но тут Мерил спросила:

– А кто откроет шампанское?

Вызвался Реджи Браун. Со словами «Я большой мастер по этой части» он действительно очень ловко откупорил бутылку и наполнил бокалы шампанским. Первый вручил Полли как виновнице торжества. Затем раздал бокалы остальным, начав с Мерил. Та выдержала небольшую паузу, после чего обвела собравшихся взглядом.

– Хочу, чтобы мы выпили за мою дочь и за окончание ею университета!

Остальные, устремив взгляды на Полли, подняли бокалы. Затем выпили и вновь с улыбками обратились к ней же.

Чувствуя себя в центре всеобщего внимания, Полли слегка смутилась, но, как всегда, ее выручила привычная вежливость.

– Благодарю всех вас, – произнесла она сдержанно, но приветливо, с ответной улыбкой. – За поздравления и за то, что приехали к нам в такой важный для меня день.

После этого повисла пауза, которую всякий назвал бы неловкой. Мерил и Реджи Браун поглядывали друг на друга, Шейла – на Рона, который смотрел в основном на Полли, а та переводила взгляд с Шейлы на Рона и обратно.

Затянувшееся молчание было прервано неожиданным образом: в кармане Рона зазвонил сотовый телефон. Он поспешно достал его, открыл и приложил к уху.

– Да? – Минуту послушав собеседника, он сказал: – Понятно, благодарю. – Затем вернул телефон в карман и взглянул на Полли. – Это диспетчер службы вызова такси, сообщает, что автомобиль прибыл и ждет нас. – Он повернулся к остальным. – Прошу нас простить, мы оставляем вас.

Все сразу оживились.

– Повеселитесь как следует! – сказал Реджи Браун. – А мы отметим событие здесь, правда, дорогая? – Свободной рукой он слегка притянул к себе Мерил, и та подхватила:

– Да-да, сейчас подадут закуску и мы устроимся со всем комфортом. – Она взглянула на Полли. – Все-таки долго не задерживайся, ладно?

Вместо Полли ответил Рон:

– Не беспокойтесь, я доставлю вашу дочь домой в целости и сохранности.

9

Глядя, как Рон в узорчатом красном халате с атласными лацканами уверенно перемещается по шикарному гостиничному номеру, Полли думала о том, что в тот вечер – после сдачи последнего экзамена – действительно осталась целой и невредимой. Рон сдержал слово.

Пока Полли размышляла, Рон взглянул на нее и широким жестом обвел два кресла, обтянутых кожей, и диван.

– Присаживайся. Если собралась говорить со мной, лучше делать это в комфортной обстановке, верно?

Полли пожала плечами.

– Разумеется.

– Так присядешь? – прищурился Рон.

Он словно испытывал Полли, прощупывал, стараясь понять, что она представляет собой сейчас, по прошествии трех лет.

Она прекрасно понимала, что происходит, но не подавала виду. И конечно же не собиралась помогать Рону в его исканиях. Пусть сам все поймет.

Впрочем, не исключено, что он с первой минуты сообразил: Полли уже не та, какой была после знакомства, когда они только узнавали друг друга.

– Присяду, спасибо. – Она с подчеркнутым спокойствием, по крайней мере внешним, направилась к ближайшему креслу и опустилась на него.

– Ты так же красива, как тогда…

Полли не ожидала услышать что-либо подобное, поэтому на миг замерла, но потом подняла взгляд.

– Прости?

Рон усмехнулся и покачал головой.

– Нет, я ошибся: ты стала еще красивее.

Она повела бровью.

– В комплиментах нет необходимости. Я не для того сюда пришла, чтобы их выслушивать.

– Это я понял, – кивнул Рон. – Поэтому и не произношу комплиментов, просто констатирую факт. Увидел, что ты стала красивее, и сказал об этом.

Заметив, что он смотрит на ее колени, Полли натянула на них юбку.

Рон усмехнулся, но не стал заострять внимание на подобном жесте. Взамен спросил:

– Выпьешь чего-нибудь? Есть вино и виски. Впрочем, виски ты не пьешь… Так вина?

Почти как тогда, в ресторане, промелькнуло в мозгу Полли. И даже с теми же интонациями…

Ресторан «Винд роуз» показался Полли даже более роскошным, чем она его себе представляла. Но главным было, конечно, не заведение, а человек, который привел ее сюда, – Рон.

Полли даже не интересовало, что Рон заказывает. Она просто слушала его голос, пока он называл официанту блюда, но в суть не вникала. Поэтому не сразу сообразила, что Рон обращается к ней с вопросом. Лишь заметив его немного удивленный взгляд, слегка нахмурилась.

– Что?

Он улыбнулся.

– Витаешь в облаках? Впрочем, тебе простительно. После стольких экзаменов… Я спросил, выпьешь вина?

– Э-э… не знаю… Ведь мы недавно пили шампанское.

– Но я заказал телятину, к ней обычно подают какое-нибудь красное вино. Может, все-таки выпьем по бокалу?

И правда, кутить так кутить! – подумала Полли. – Разве я не окончила сегодня университет?

И разве тебя не пригласил в ресторан мужчина, о котором ты грезишь во сне и наяву? – прозвучал в ее мозгу чей-то вкрадчивый голос.

– Выпьем! – кивнула она.

Позже принесли заказанные блюда и ужин начался, но Полли не ощущала вкуса еды, хотя и осознавала, что она очень изысканна. Собственно, она могла вообще не есть, ей достаточно было просто сидеть за одним столом с Роном, смотреть на него, слушать его голос и наслаждаться этими чарующими звуками.

Впрочем, Рон тоже не сводил с Полли глаз. Вероятно, окружающим они казались влюбленной парой. И это было правильное впечатление, во всяком случае Полли точно была влюблена в Рона. И временами ей казалось, что не без взаимности.

После ужина они танцевали, потом ели десерт и беседовали. Снова танцевали. Пили кофе. И Рон вновь вел Полли в круг танцующих пар…

Время промчалось совершенно незаметно. Наверное, если бы Полли была с Дастином, то давно уже начала бы зевать. Но с Роном все оказалось иначе. Она удивилась тому, как быстро наступило утро.

В течение всей удивительной ночи Полли не раз ловила себя на мысли, что они с Роном будто созданы друг для друга.

Нам нельзя разлучаться! – вертелось в ее мозгу, пока она покачивалась с Роном в танце. Это судьба…

Покидая об руку с Роном ресторан, Полли чувствовала, что влюбилась окончательно и бесповоротно.

Домой возвращались на такси.

Находясь рядом с Роном на заднем сиденье, Полли все ждала, что он обнимет ее и если не поцелует, то хотя бы притянет к себе. Но… ничего такого не произошло. Вероятно, Рон твердо решил избегать какой бы то ни было близости с Полли до тех пор, пока живет в доме ее матери, Мерил.

Но даже это его решение производило на Полли огромное впечатление. Она видела в поведении Рона доказательство серьезности отношений.

Когда они подъехали к дому и вышли, Рон расплатился с водителем такси и под руку повел Полли к крыльцу.

Ни одно окно не светилось, и из-за этого Полли чувствовала себя очень взрослой – еще никогда она не возвращалась домой так поздно, да еще в обществе мужчины!

Она отперла дверь с помощью своей электронной карточки, они с Роном вошли в холл, и он вновь взял ее под руку. Поддерживал, пока не поднялись по лестнице на второй этаж и не приблизились к комнате Полли.

Здесь остановились. Рон отпустил локоть Полли, и она взволнованно произнесла:

– Благодарю тебя. У меня еще никогда не было такого замечательного вечера. Ее голос слегка дрожал, по жилам разливалось тепло, словно в них текла не кровь, а играющее пузырьками шампанское.

Рон медленно улыбнулся.

– Что ты, это я должен тебя благодарить.

Полли провела языком по губам, которые несколько последних часов казались ей сухими.

– Меня-то за что?

– За чудесный вечер. А теперь я желаю тебе спокойной ночи.

Рон слегка качнулся вперед, и Полли, непроизвольно потянувшись ему навстречу, в предвкушении закрыла глаза.

Вот сейчас он наконец-то поцелует меня! – промчалось в ее мозгу.

Несколько секунд она стояла в ожидании волшебного мгновения… Напрасно. Вместо поцелуя раздался голос Рона:

– Приятных сновидений.

Открыв глаза, Полли увидела его спину. Он удалялся, направляясь в ту часть коридора, где находилась отведенная ему комната.

Через минуту за ним закрылась дверь.

Полли не оставалось ничего иного, как разочарованно вздохнуть и тоже отправиться в свою спальню.

Пока она готовилась в ванной ко сну, в ее мозгу роились воспоминания о событиях нынешнего дня. Кроме всего прочего, он был важен еще и потому, что Полли поняла, в чем заключается отличие настоящей любви от увлеченности, которую она испытывала по отношению к Дастину.

Это даже невозможно было сравнивать!

Уже лежа в постели, Полли со всей отчетливостью поняла, что никогда не станет женой Дастина. Пусть Мерил сколько угодно обижается, но этому не бывать.

Разумеется, Полли не знала, как станут развиваться ее отношения с Роном, но с Дастином у нее все кончилось. Осталось лишь сообщить ему эту новость.

На следующий же день, проспав всего часа три, но испытывая удивительную бодрость и решительность, Полли позвонила Дастину в заводской офис. Тот откликнулся сразу, будто дежурил у телефона.

– Это ты, дорогая? – произнес он, услышав в телефонной трубке голос Полли. – Как твое горло? Уже не болит?

Погруженная в свои мысли, она даже не сразу поняла, о чем идет речь, но, к счастью, быстро вспомнила, что сказалась вчера нездоровой.

– Э-э… да, почти прошло.

– Замечательно! – с воодушевлением воскликнул Дастин. – Представляю, каково это – простудиться в жару, да еще в праздничный день, когда все тебя поздравляют и…

– Да-да, – перебила его Полли. – Но все уже прошло. Собственно, я не об этом хотела поговорить.

– Ну почему же, твое здоровье очень важная для меня тема, так что…

– Дастин! – теряя терпение, воскликнула она. – Дай сказать!

– Пожалуйста, дорогая. Я слушаю.

– Спасибо, – с плохо скрываемым сарказмом обронила Полли. – Нам нужно встретиться.

– С удовольствием! Скажи когда, и я…

– Я предпочла бы прямо сейчас, но ты на работе, поэтому свидание придется отложить. Скажем, до вечера.

– А что такое? – встревожился Дастин. – Что-то случилось?

Для меня много чего, подумала Полли, но сказала другое:

– Не тревожься, все в порядке. Просто нам нужно поговорить.

– Всячески поддерживаю, – другим, более спокойным тоном произнес Дастин. – Мне многое нужно тебе сказать. Я лишь ждал, пока ты окончишь университет.

Вот оно! – вспыхнуло в мозгу Полли. Он собирается предложить мне стать его женой.

В первый момент она смутилась, но потом подумала, что, возможно, так даже лучше. Все решится одним махом.

– После работы приезжай в сквер на набережной, где мы обычно гуляем. Буду ждать тебя на нашей скамейке. – Быстро произнеся это, Полли повесила трубку.

Направляясь на кухню, она надеялась, что Мерил уже уехала куда-нибудь из дому – на завод, по магазинам или к Шейле в спа-салон. Однако ее надежды не оправдались: Мерил при полном макияже, но в халате сидела за столом, пила кофе и смотрела по телевизору передачу. Речь там шла о мире моды, к которому и сама Мерил некогда имела отношение.

Когда Полли переступила порог кухни, Мерил скользнула по ней взглядом.

– Доброе утро, – сказала Полли.

– Скорее день, – прозвучало в ответ. – Привет. Отоспалась после экзаменов и… прочего?

Полли кивнула.

– Когда вы с Роном вернулись? Я не слышала, как вы вошли.

Полли пожала плечами.

– Точно не знаю. Под утро.

Она направилась к шкафчику за чашкой и услышала слетевший с губ Мерил вздох.

– Да, подложила мне Шейла свинью. Напрасно я послушала ее и пригласила к нам Рона. Если бы не он, ты спокойно вышла бы замуж за Дастина и все было бы хорошо.

Полли налила себе кофе.

– Не было бы. Даже если бы не приехал Рон, все равно спустя некоторое время я разочаровалась бы в Дастине и наш брак прекратил бы существование. Если хочешь знать, я рада, что вовремя разобралась в себе и поняла, что не смогу жить с Дастином всю жизнь. Счастье, что это произошло до свадьбы, а не после, в противном случае все было бы еще хуже.

Некоторое время Мерил вертела в руках чашку, разглядывая оставшуюся на дне кофейную гущу. Неизвестно, что ей там привиделось, только она вновь вздохнула и произнесла:

– Ладно, если уж ты так решила, не буду настаивать на твоем замужестве. Эх, а я так мечтала, что Дастин сначала станет твоим супругом, потом исполнительным директором на нашем заводе, а в конце концов полностью возьмет управлением бизнесом на себя…

После этих слов Полли почувствовала себя жуткой эгоисткой.

– Ну… прости, что так получилось. Понимаю, я разрушила твои планы, но не жертвовать же мне жизнью ради того, чтобы Дастин управлял заводом! Поставь себя на мое место, разве ты поступила бы иначе?

На минуту задумавшись, Мерил покачала головой.

– Конечно нет. Поэтому ни на чем и не настаиваю. – Она прямо посмотрела на Полли. – Знаю, ты всегда считала меня… менее умной, чем был твой отец, но все же я не настолько глупа, чтобы не понимать очевидного. И не хочу портить тебе жизнь. Не желаешь выходить замуж за Дастина – не нужно, только он ведь надеется. Думаю, следует как-то решить этот вопрос.

– Не волнуйся, – мягко произнесла Полли, – я об этом уже позаботилась. Мы с Дастином встречаемся сегодня в парке, там я ему все и скажу.

10

Когда Полли приблизилась к скамейке, Дастин уже сидел там. Заметив Полли, он встал и шагнул ей навстречу.

– Привет! – Наклонившись, он привычно чмокнул ее в щеку. – У меня такое чувство, будто мы не виделись целую вечность.

Полли вытерпела поцелуй, решив не заострять внимания на мелочах. Все равно это уже ничего не значило.

– Ты ведь знаешь, я сдавала экзамены.

– Да-да… Ну, куда пойдем?

Бегло оглядевшись и не заметив поблизости людей, Полли сдержанно заметила:

– Я не для этого тебя вызвала. Мне нужно кое-что сказать тебе…

Дастин слегка нахмурился.

– Это имеет отношение к твоему здоровью?

И вновь Полли в первую минуту не поняла его.

– Почему ты так решил?

– Ну, эта твоя внезапная простуда… Я подумал – может, что-то серьезное…

– А, вот ты о чем… Нет, в этом смысле все в порядке. – Чуть помедлив, Полли собралась с духом и выпалила: – У меня появился другой.

В следующую минуту она сообразила, что следовало выразиться конкретнее, потому что Дастин явно не воспринял ее слова, как ей того хотелось.

– Что у тебя появилось? – переспросил он с негромким смешком.

Полли вздохнула. Ей и прежде было известно, что разговор ожидается нелегкий, но сейчас она ощутила это во всей полноте. И, кроме всего прочего, ей было чертовски неловко.

– Другой… э-э… – Полли вдруг поняла, что не знает, как назвать Рона, – парень. Из-за этого я не пошла с тобой в ресторан.

– Постой, что-то я ничего не понимаю, – с беспокойством произнес Дастин. – Ты не пошла со мной в ресторан, потому что тебе помешал какой-то парень?

– В общем, да. То есть… нет. Тогда он еще не знал, что ты меня приглашаешь, поэтому помешать не мог. Да и не мешал он вовсе, я сама решила, что пора нам заканчивать наши отношения.

Дастин мрачнел с каждой минутой.

– Какие отношения? С кем? У тебя все это время был кто-то другой?

– Нет-нет! – поспешно возразила Полли. – Никого не было, только сейчас появился. Поэтому я и отказалась идти с тобой ужинать… а с ним пошла.

Дастин уставился на нее во все глаза.

– Ты солгала мне, что ли? Пока я думал, что у тебя простуда, ты развлекалась с другим?

– Как бы тебе объяснить… – Полли прикусила губу, пытаясь подобрать слова.

– Ты была с другим или нет?

Пора расставлять точки над «i», подумала она.

– Да, была. Но когда мы с тобой вчера беседовали по телефону, я еще не знала, что тот человек тоже пригласит меня в ресторан.

– И все-таки отказала мне! – Дастин мрачно покачал головой. – Наверное, ты все выдумала про больное горло…

На мгновение Полли смущенно отвела взгляд.

– Угадал, выдумала.

Вероятно, Дастин все еще надеялся, что это то ли неудачная шутка, то ли еще что-то в этом роде, потому что, получив от Полли подтверждение своей внезапной догадки, изумленно разинул рот.

Полли было больно на него смотреть. И все же она продолжила:

– Понимаешь, все последние дни я думаю о другом человеке, поэтому мне просто совесть не позволила идти с тобой в ресторан. Сегодня я позвала тебя сюда только для того, чтобы сказать: между нами все кончено. Мне не хотелось говорить это по телефону. И еще я… прошу прощения. Пожалуйста, извини, что так получилось…

Дастин выслушал все это молча, а потом его глаза вдруг побелели и блеснули гневом.

– Извинить? Ты хотя бы понимаешь, что говоришь? Ведь тебе давно известно: я хочу, чтобы мы поженились! И я давно бы сделал тебе предложение, но ждал, пока ты окончишь учебу. Словом, как хочешь, а я даже мысли не допускаю, что ты не будешь принадлежать мне! Выбрось эту дурь из головы!

Полли заморгала, удивленно глядя на него, потом гордо подняла подбородок.

– Как ты со мной разговариваешь?! Выбирай выражения! Кроме того, никакая это не дурь, я люблю… человека, о котором идет речь.

Губы Дастина скривились в ироничной усмешке.

– Еще недавно ты любила меня.

– Я так думала, – вздохнула Полли. – Но сейчас, к счастью, разобралась в своих чувствах. То, что я испытывала к тебе, было простым увлечением, а тут другое дело – настоящая любовь.

– Глупости! – вспылил Дастин. – Романтические бредни. Ты просто начиталась дурацких дамских романов, вот тебе и мерещится какая-то любовь.

Полли вновь покосилась по сторонам.

– Не кричи, на нас смотрят.

Однако Дастин пропустил ее слова мимо ушей.

– Напрасно ты вбила себе в голову эту чушь! Пройдет день-другой – и ты сама поймешь, что твоя так называемая любовь тебе просто показалась.

– Не думаю, – пробормотала Полли.

Дастин выпрямился и взглянул на нее сверху вниз.

– А что он? Тоже любит тебя?

Она потупилась. Этот вопрос мучил ее саму.

– Кажется, да.

– Вот! А я что говорю? Кажется! – В голосе Дастина прозвенели нотки торжества.

Прищурившись, Полли посмотрела на него.

– Пусть так, но это дела не меняет. Твоей женой я не стану в любом случае. Мы не подходим друг другу, и очень хорошо, что это вовремя выяснилось.

– Что за белиберда! Всего несколько дней назад подходили, а сейчас вдруг не подходим. Так не бывает!

– Послушай, – твердо произнесла Полли. – И постарайся понять: без любви я замуж не выйду. Ты не станешь моим мужем – и точка!

По углам рта Дастина заиграли желваки. На мгновение Полли показалось, что с его губ сейчас слетит ругательство, но вместо этого он произнес:

– А он станет?

– Да, – не раздумывая ответила она. И тут же добавила: – Конечно, если сделает мне предложение.

На некоторое время воцарилось молчание, потом в глазах Дастина промелькнула какая-то мысль, и он произнес:

– А что думает по этому поводу Мерил? Насколько мне известно, она тоже строила некоторые связанные с нашим браком планы.

– Верно, – вздохнула Полли, – строила.

– Вот и представь себе, каково ей будет узнать, что ты передумала выходить за меня замуж!

– Мерил уже извещена. Я рассказала ей обо всем еще вчера вечером.

По лицу Дастина скользнула тень.

– Даже так! Каково же ее мнение по поводу внезапной перемены твоих настроений?

– Разумеется, она не обрадовалась. У нее действительно имелись некоторые соображения на твой счет, и она, можно сказать, уже смотрела на тебя как на зятя…

– Вот видишь! – воскликнул Дастин. – Значит, все-таки…

Полли качнула головой.

– Нет. Мерил сказала, что, несмотря на все доброе отношение к тебе, не станет принуждать меня к браку с тобой. Даже если это нарушит ее собственные планы.

После того как были произнесены эти слова, лицо Дастина удрученно вытянулось и он с минуту хмуро смотрел на Полли, прежде чем произнести:

– Выходит, в самом деле все кончено?

Губы Полли дрогнули: все-таки еще несколько дней назад она даже не представляла себе жизни без Дастина.

– Наверное, ты не поверишь, но я сожалею, что ситуация обернулась таким образом, – тихо слетело с ее губ. – Но скоро я начну работать на заводе, мы с тобой будем часто видеться и, надеюсь, останемся друзьями.

Однако Дастин пропустил сказанное мимо ушей. Прищурившись, он хрипловато спросил:

– Кто он, этот твой новый ухажер?

Полли меньше всего хотелось отвечать на подобный вопрос, но отмахнуться от него она не могла.

– Кто он? – повторил Дастин. – Я с ним знаком?

Полли вздохнула.

– Какое это имеет значение?!

– Для меня имеет.

Впрочем, что толку скрывать, все равно рано или поздно все узнают, с кем я встречаюсь, промелькнуло в мозгу Полли.

– Хорошо, скажу, – неохотно произнесла она. – Это Рон Френдли.

– Что?! Рон Френдли? – С губ Дастина сорвался едкий и какой-то даже злорадный смешок. – Поздравляю, золотце, ты угодила в историю!

В этот момент Полли испытала такое чувство, будто ей в сердце вонзилась игла.

– Почему ты так говоришь?

– Потому что нужно быть сумасшедшей, чтобы влюбиться в Рона Френдли! – крикнул Дастин. – Это бабник, каких поискать!

Полли поджала губы. Примерно то же самое сказала Мерил, только в иных выражениях.

Сговорились они, что ли? – проплыло в ее голове. Если Рон настолько увлечен женщинами, то почему все дни напролет проводит на нашем заводе? Ведь на пляжах Майами столько красавиц и еще больше возможностей познакомиться! Но нет, он встает ни свет ни заря и едет на завод, а возвращается порой, когда в доме уже все спят. Не странное ли поведение для бабника?

Полли пристально взглянула на Дастина.

– Интересно, откуда ты черпаешь подобные сведения?

Чуть помедлив, он произнес:

– Однажды я случайно стал свидетелем телефонного разговора Мерил с Шейлой, ее подругой. Разумеется, всего я не слышал, но и фрагментов было достаточно.

– Что же такое ты узнал? – Задавая этот вопрос, Полли не была уверена, что действительно хочет услышать ответ.

Дастин слегка поморщился.

– Только потом не называй меня сплетником… – Когда Полли качнула головой, он продолжил: – Так вот, как я понял, Шейла сказала, что на твоего Рона Френдли женщины вешаются гроздьями. Именно женщины, а не девчонки вроде тебя. По-моему, это кое о чем свидетельствует.

Полли нахмурилась.

– О чем?

– Конечно, ты не воспримешь мои слова всерьез, потому что в данном случае я заинтересованное лицо… но, по-моему, если Рон Френдли обратил внимание не на женщину, а на девушку – что, насколько я могу судить, не в его стиле, – значит, он вынашивает в отношении ее какие-то планы. То есть в отношении тебя.

Выслушав все это, Полли сначала расстроилась, но потом в ее мозгу промелькнуло: а вдруг под этими «планами» подразумевается свадьба? Она сразу повеселела.

Тем временем Дастин продолжал:

– Опять же можешь не прислушиваться к моему совету, однако я на твоем месте не стал бы доверять Рону Френдли. Возможно, ему и лестны твои чувства, но всерьез он тебя не воспринимает.

– Да откуда ты-то знаешь? – не удержалась Полли.

Он бросил на нее мрачный взгляд.

– Интуиция подсказывает. Такие орлы вскружат девушке голову и летят себе дальше. Ведь ты умный человек, сама должна понимать, что никаких серьезных отношений у вас с Роном Френдли быть не может. – После короткой паузы Дастин вкрадчиво добавил: – Он обязательно тебя бросит, вот увидишь.

Не нужно было ему произносить последнюю фразу, она произвела эффект, обратный тому, на который он рассчитывал.

Полли едва заметно улыбнулась.

– Я приму твои советы к сведению. Но, понимаешь, я пока ничего не планирую. Меня устраивает то, что есть. А дальше, как говорится, видно будет. – Затем она посерьезнела. – Послушай, прости меня, а? Ну правда… мне не хотелось обижать тебя…

Дастин промолчал, только как-то странно посмотрел на нее.

Выждав минуту, она сдержанно кивнула, потом повернулась и пошла прочь, оставив Дастина у скамейки, на которой когда-то состоялся их первый поцелуй.

И лишь выйдя на людную набережную, Полли сообразила, чем удивил ее взгляд Дастина – он был скорее злобным, чем печальным. И тут ей вспомнились некоторые фразы, произнесенные Роном в адрес Дастина. Что тот, дескать, только и ждет, когда можно будет отправиться с ней под венец, а потом приберет к рукам принадлежащий в данный момент Мерил завод минеральных вод и начнет обогащаться.

Сейчас слова Рона показались Полли в большей степени наполненными смыслом, чем в тот момент, когда были произнесены. Поводом тому послужило поведение Дастина. Узнав о том, что Полли дает ему отставку, он сразу сосредоточил свое внимание на Роне и принялся пересказывать вертящиеся вокруг того сплетни – вместо того чтобы говорить о своей любви, о тоске, которую он испытывает при одной лишь мысли о разлуке, и прочем в том же духе. В последнюю минуту свидания Дастин выглядел как игрок, который по всем расчетам должен был сорвать банк, но потерпел неудачу, а вовсе не как человек, утративший возлюбленную.

Очень похоже на то, что я ошибалась в Дастине, размышляла Полли, шагая по тротуару. Да и Мерил тоже. Нужно будет сказать ей об этом… А все-таки хорошо, что я поговорила с Дастином. Словно гора с плеч свалилась!

11

– Прошу! – сказал Рон, протягивая Полли бокал, до половины наполненный красным вином, аромат которого разлился в воздухе.

– Спасибо.

Принимая бокал, Полли старалась не смотреть на обнаженное колено Рона, видневшееся между полами халата. За минувшие с начала знакомства четыре года она уверила себя, что у нее появился иммунитет против него – человека, с которым волею судьбы были связаны самые светлые и самые мрачные воспоминания ее жизни. Однако сегодня выяснилось, что это мнение несколько преувеличено. Рон по-прежнему волновал ее.

– Можно тебя спросить? – произнес он, располагаясь с бокалом на диване, находившемся справа от кресла, в котором сидела Полли.

Она пожала плечами.

– Спрашивай.

Однако прежде чем сделать это, Рон в очередной раз скользнул взглядом по ее фигуре.

– Ты специально приехала в Нью-Йорк, чтобы встретиться со мной?

Полли усмехнулась.

– Не льсти себе. У меня были здесь дела, а о твоем присутствии в городе и в этой гостинице я узнала случайно из газеты.

Уголки губ Рона тоже приподнялись в лукавой усмешке.

– Но пришла сюда не случайно, верно?

– Ты на удивление догадлив.

Он кивнул, показывая, что принимает насмешливый комплимент.

– Какие же дела привели тебя в Нью-Йорк, если не секрет?

Полли не спеша отпила глоток вина, на минутку закрыла глаза, чтобы во всей полноте ощутить его вкус и чтобы утихомирить до сих пор ускоренно бьющееся сердце, и лишь потом ответила:

– Билл Донахью собирается снимать фильм со мной в главной роли. Действие происходит в Нью-Йорке, поэтому он приехал сюда, чтобы подобрать подходящие помещения и вообще оглядеться на месте. Кроме того, ему хотелось взглянуть, как я буду смотреться на натуре и в интерьере. Поэтому мне пришлось прилететь сюда из Лос-Анджелеса.

Рон повертел бокал, любуясь переливами красок в глубине заполненного вином пространства.

– Значит, ты находишься здесь, так сказать, с рабочим визитом?

Полли прямо взглянула на него.

– В Нью-Йорке – да, но в твой гостиничный номер меня привел один личный вопрос.

– Не сомневаюсь, что личный, – хмыкнул Рон. – Странно, что только один.

Полли нахмурилась.

– Я имею в виду главный, а вообще вопросов множество.

– Могу себе представить, – усмехнулся Рон. Затем, немного помолчав, спросил: – Как ты меня нашла?

– Говорю же, наткнулась в газете на заметку о торжественном открытии промышленной выставки в Нью-Йорке. Там приводился список фирм-участниц, среди которых было и название твоей холдинговой компании. А ниже сообщалось, что вечером состоится неофициальная встреча генеральных директоров. И было указано твое имя.

Рон прищурился.

– Неужели там же находилось название гостиницы, в которой я поселился?

– Нет, в той газете ничего такого не было. Но я принялась целенаправленно искать и в одном бульварном издании нашла то, о чем ты говоришь. Там не только сообщались имена персон, которых организаторы выставки пригласили на раут, но и описывались условия проживания в комфортабельных гостиничных номерах и даже указывалось, кто с кем приехал.

– Надо же, как тебе повезло, – уклончиво повел бровью Рон.

Полли вполне серьезно кивнула.

– В каком-то смысле. Правда, меня удивило, что в отличие от других приглашенных ты прибыл без спутницы.

– Что же тут удивительного? Прием хоть и не официальный, но все равно деловой. А уж выставка и подавно…

– Тем не менее как-то на тебя не похоже. Ты – и вдруг без дамы…

Рон коротко рассмеялся.

– Откуда тебе знать, а может, дама была!

– Не было.

Полли произнесла это так уверенно, что смех застыл на губах Рона. Он внимательно взглянул на нее.

– Я говорю о приеме.

– Я тоже. – В глазах Полли возникло откровенно снисходительное выражение. – Я там была.

– В самом деле? – Рон даже присвистнул от удивления. – Это что-то новенькое… Как же я тебя не заметил?

– Ты и не должен был, я об этом позаботилась.

Он неожиданно улыбнулся.

– Следила за мной?

– Не все же тебе за мной следить! – фыркнула Полли.

Некоторое время Рон с любопытством разглядывал ее, затем негромко спросил:

– И что, тебе приятно было увидеть, что я явился на прием без женщины?

Она пожала плечами.

– Просто данный факт показался мне странным, только и всего. А вообще мне до этого нет никакого дела.

Произнеся последние слова, Полли, к своему ужасу, почувствовала, что ее щеки заалели. Чтобы скрыть это, она припала губами к бокалу – будто прячась за ним – и отпила добрый глоток вина.

Сегодняшняя встреча пробудила в ней слишком много воспоминаний, которые она считала давно забытыми. В частности, ею овладело почти такое же настроение, как тогда, когда Рон объявил, что переезжает из дома Мерил на другую квартиру. В ту минуту Полли первым делом подумала, что, живя отдельно, Рон запросто может обзавестись подружкой…

Следующую после окончания университета неделю Полли провела почти так же, как и предыдущие, с той лишь разницей, что теперь ей не нужно было ничего зубрить и удавалось чаще видеться с Роном. Он по-прежнему много времени проводил на заводе минеральных вод, но все-таки выкраивал часок-другой для встреч с Полли.

То время Полли всегда вспоминала с ностальгией. Оно было едва ли не лучшим в ее жизни. Даже последующая головокружительная карьера в кино меркла по сравнению с тогдашними нежными прикосновениями и пронзительными взглядами.

Когда они с Роном находились вдвоем, Полли чувствовала себя словно в раю. Для нее не важно было, что они делают, достаточно того, что они вместе. Они беседовали, шутили, дурачились. А иногда, наоборот, молча, держась за руки, брели по аллее парка, по набережной или по пляжу вдоль кромки воды. И с каждым днем сближались все больше.

Раза три Рону удавалось выкроить время для того, чтобы поужинать с Полли в ресторане, и однажды они увидели за соседним столиком Шейлу с каким-то мужчиной. Разумеется, все вежливо раскланялись, но на душе у Полли после этой встречи остался неприятный осадок. Ей показалось, что Шейла смотрела на нее с завистью.

И напрасно, потому что завидовать пока было нечему – если только не принимать во внимание романтическую сторону отношений. Рон все еще не предпринимал в отношении Полли каких-либо решительных действий. Поэтому Шейла наверняка была бы разочарована, узнай она об истинном положении вещей.

Окажись на месте Рона Дастин, он давно бы уже воспользовался ситуацией. Однако выдержке Рона можно было позавидовать. В общении с Полли он не переступал некой грани, хотя она не раз замечала в его глазах лихорадочный чувственный блеск. Для нее подобные вспышки служили дополнительным доказательством того, что она является объектом страстных желаний Рона.

В те дни Полли не раз и не два задавалась вопросом, насколько Рону хватит подобного самоконтроля.

В субботу кое-что произошло. Рон пригласил в ресторан не только Полли, но и Мерил и за ужином сообщил, что арендовал небольшое бунгало в Майами-Бич, почти на самом берегу, в северной части песчаной косы, отделяющей залив Бискейн от океана.

– Благодарю за гостеприимство, – сказал он, подняв наполненный вином бокал. – Хочу выпить за это, но главное – за вас обеих!

– Нам было приятно принимать такого гостя, – улыбнулась в ответ Мерил. – Мы хотели бы, чтобы ты остался у нас и не никуда не переезжал.

Рон склонил голову.

– Благодарю, Мерил, это очень любезное приглашение, но… аренда уже оплачена и завтра утром я переезжаю в бунгало.

Он еще что-то говорил, но Полли почти не слушала. Ее раздирали противоречивые чувства. Больше всего мучил вопрос, как переезд Рона повлияет на их отношения.

В какой-то момент Полли испугалась, что Рон просто придумал предлог, который позволит ему спокойно и без осложнений прекратить общение с ней.

Зачем я ему, если в это свое бунгало он может приглашать женщин хоть каждый день? – мрачно думала она, чувствуя себя одинокой посреди роскошного, наполненного посетителями ресторана.

Эта мысль терзала ее до конца ужина – надо сказать, очень изысканного. Но еда не улучшила настроения Полли. Она даже не чувствовала вкуса того, что лежало перед ней на тарелке. Ей с большим трудом удавалось удерживать улыбку и принимать мало-мальское участие в разговоре.

Она даже не запомнила, как они вернулись домой.

Мерил сразу ушла к себе, а Полли предложила Рону кофе. Он согласился, и они устроились прямо на кухне, за столом для завтраков.

Рон пребывал в замечательном настроении, шутил, рассказывал смешные истории, а потом неожиданно спросил:

– Ты завтра вечером свободна?

– Да, – механически ответила Полли. Затем подняла на него взгляд. – А что?

– Я купил билеты на концерт симфонической музыки. Пойдем?

Полли просияла.

– Конечно!

Если бы кто-то посторонний стал свидетелем подобной реакции, то наверняка счел бы Полли меломанкой. Однако дело было в ином: с Роном она готова была идти не только на симфонический концерт, но и вообще куда угодно.

Заметив в глазах Рона лукавые искорки, она слегка смутилась и подумала, что, наверное, зря так сразу согласилась. Вероятно, нужно было изобразить колебание, помедлить ради приличия, а уж потом сказать «да». Но ей трудно было идти против себя, а кокетничать она не привыкла.

– Сделаем так, – сказал Рон. – Днем я перееду в бунгало, а вечером вернусь за тобой и мы отправимся на концерт.

– Хорошо. В котором часу тебя ждать?

– Думаю, в шесть.

Полли кивнула.

– Буду готова.

– А можно попросить тебя о небольшом одолжении?

– Э-э… да, – осторожно ответила Полли. В мозгу же ее пронеслось: для тебя я готова на все!

Рон сунул руку в карман и вынул маленькую бархатную коробочку, от одного взгляда на которую сердце Полли сладко замерло. В таких футлярах обычно бывают обручальные кольца!

Неужели он делает мне предложение? – вспыхнуло в ее голове.

Тем временем Рон произнес:

– Пожалуйста, надень завтра вот это.

– А что тут? – с едва уловимой дрожью в голосе спросила Полли.

– Небольшой презент.

С этими словами Рон откинул крышечку, и перед глазами Полли блеснули… серьги с сапфирами.

Не кольцо.

Разочарование Полли было так велико, что она не смогла его скрыть.

– Тебе не нравится? – Рон нахмурился, с беспокойством вглядываясь в ее лицо.

Она встрепенулась.

– Что ты, очень! Но…

– Что?

– Видишь ли, я не могу это принять. Подарок слишком дорогой, поэтому… Да и Мерил не одобрит. Ведь мы с тобой пока не в таких отношениях, чтобы… э-э… Словом, не обижайся, но я не приму эти серьги.

– Глупости! – Рон взял руку Полли, повернул и положил коробочку на ладонь. – Ты эти серьги примешь! В случае чего я переговорю с Мерил, но, думаю, все обойдется и так. Пожалуйста, надень их завтра, мне очень хочется проверить, угадал ли я с цветом камней и подойдут ли они к твоим глазам. Очень тебя прошу – ради меня!

Полли помедлила – не из кокетства, просто она в самом деле не знала, как следует поступить в подобной ситуации, – потом с едва слышным вздохом сомкнула вокруг коробочки пальцы.

– Хорошо… но если Мерил станет возражать, я верну серьги обратно.

Рон похлопал ее по руке.

– В этом не будет необходимости.

Утром Рон уехал, и дом осиротел.

Грустная Полли бродила из комнаты в комнату, пытаясь на чем-то сосредоточиться, но напрасно. Ее согревала только одна мысль – что вечером они с Роном увидятся вновь. Но время тянулось так медленно…

Когда стало невмоготу, она поднялась в спальню, которую до недавних пор занимал Рон, и провела там часа два. Воображение рисовало ей картины того, как здесь все было, когда присутствовал Рон, а также, как могло бы быть, если бы они остались в этой комнате вдвоем. От этих видений щеки Полли розовели, а сердце начинало биться учащенно.

В конце концов она ушла в свою комнату и принялась выбирать наряд для вечера. Это потребовало некоторого времени, потому что цвет туалета должен был гармонировать с подаренными вчера Роном сапфирами.

Наконец перед домом остановилось такси, из которого вышел Рон.

Полли не стала ждать, пока он приблизится к крыльцу, открыла наружную дверь и двинулась ему навстречу.

Рон остановился, окинул ее взглядом, на мгновение задержался на вдетых в уши серьгах, и в его глазах вспыхнули искорки.

– Добрый вечер, дорогая! Замечательно выглядишь.

Полли действительно была сегодня необыкновенно хороша – в шелковом платье, пестром, но с преобладанием синего цвета, в босоножках на высоких каблуках такого же светлого оттенка, как и распущенные волосы. На ее щеках алел румянец, глаза поблескивали, чуть тронутые помадой губы были слегка приоткрыты, будто в предвкушении поцелуя.

– Благодарю, – тихо ответила она, словно вбирая взглядом стройную фигуру Рона.

Он и сам был чертовски хорош. Ему очень шли смокинг, белая рубашка и галстук-бабочка. Еще когда Полли только увидела, как он выходит из такси, у нее пересохло во рту.

– Вижу, я не ошибся, сапфиры замечательно сочетаются с твоими фиалковыми глазами, – негромко заметил Рон. – Тебе самой нравится?

– Очень, – шепнула Полли, смущенно опустив ресницы. – Спасибо.

В действительности она была просто в восторге, что Рон сделал ей подарок, да еще такой красивый. Но, кроме того, ее не покидала надежда, что за серьгами все-таки последует обручальное кольцо.

– Знаешь, мы не виделись всего несколько часов, но я уже успел соскучиться, – вдруг произнес Рон.

Полли замерла, не поднимая глаз, испытывая странное чувство, будто звуки этих слов наполнили все ее естество.

– А ты? – добавил он. – Скучала по мне?

Просто места себе не находила! – хотелось сказать ей, но она благоразумно сдержала порыв и, уклончиво улыбнувшись, произнесла совсем другое:

– У меня были кое-какие дела, так что… – Полли сознательно оставила фразу незаконченной – мол, понимай как знаешь, а затем спросила совсем другим тоном: – Может, зайдешь на чашку кофе?

Рон посмотрел на наручные часы.

– В другой раз. Не хотелось бы опоздать на концерт. Согласна?

Она кивнула.

– Конечно. Ведь кроме всего прочего, пробираясь к своим местам, мы помешаем другим зрителям.

– Тогда поспешим, – произнес Рон, беря ее под руку.

12

Пока ехали в такси, Полли спросила:

– Как тебе там, в твоем бунгало?

Рон с улыбкой повернулся к ней.

– Знаешь, даже не верится: такое чувство, будто я когда-то там жил, а сейчас вернулся.

– А есть хоть какая-нибудь мебель?

– О, с этим все в порядке, обстановка ультрасовременная. Бунгало небольшое, но очень удобное. Кухня, подсобное помещение, гостиная и спальня, к которой примыкает ванная.

– Хм, судя по всему, домик действительно небольшой. Гостей не примешь…

Рон слегка прищурился.

– Почему?

– Где же их размещать? Спальня ведь одна. Разве что в гостиной, но это не очень удобно…

Губы Рона тронула улыбка.

– Смотря какие гости. И потом, хотя спальня и одна, но кровать там широкая, для двоих места хватит с лихвой. – Выдержав некоторую паузу и покосившись на водителя, который старательно делал вид, что разговоры пассажиров ему безразличны, он тихо добавил: – Если желаешь, после концерта свожу тебя взглянуть на мои апартаменты. Там есть на что посмотреть, один вид из окон чего стоит…

Не успел Рон договорить, как Полли бросило в дрожь, одновременно нервную и чувственную. Абсолютно ясно было, что речь идет не столько о показе нового жилища Рона, сколько обо всем, что непременно за этим последует. Не напрасно ведь была упомянута широкая кровать. По сути Рон предлагал то, о чем Полли мечтала не далее как несколько часов назад, находясь в спальне, которую он занимал, пока жил в их доме, но…

Где слова любви? В себе-то Полли была уверена, так как давно уже поняла, что влюблена в Рона. А он? Почему молчит о своих чувствах?

– Полли? – тихо слетело с его губ.

Не глядя на него и немного запинаясь, она пробормотала:

– Я… понимаешь… э-э…

Рон взял ее руку и легонько сжал.

– Я не требую ответа сию минуту. За время концерта подумай, потом скажешь мне, какое решение приняла.

Сам того не ведая, Рон испортил Полли впечатление от концерта. Все полтора часа, пока он длился, она сидела как на иголках, глядя на расположившийся на сцене симфонический оркестр, слыша музыку, но пропуская мимо ушей.

А все потому, что ей требовалось принять едва ли не самое важное решение в жизни.

Когда, после концерта, они покинули зал, Рон повел Полли к стоянке такси и помог сесть в одно из них. Сам устроился на соседнем сиденье и, чуть помедлив, назвал водителю адрес Полли.

Она потупилась.

Вот к чему привела твоя нерешительность! – прокатилось в ее мозгу. Рон все понял без слов и поступил очень тактично, избавив тебя от необходимости объясняться.

С губ Полли слетел вздох. Конечно, что еще ему оставалось? Не дождавшись ответа, он принял решение самостоятельно. А она промолчала.

Только правильно ли это?

Не знаю, что испытывает ко мне Рон, но я люблю его! – прикусив губу, подумала Полли. Почему же я должна отказывать себе в том, что… принято считать радостью жизни? Чего мне бояться? Я сгораю от желания испытать с Роном все, что только может быть между мужчиной и женщиной. Так стоит ли медлить? Если он моя судьба – замечательно, если же нам суждено расстаться – что ж, приму и это. Но хотя бы испытаю все до конца…

– Нет, – решительно произнесла она, взглянув на Рона.

Он молча вопросительно посмотрел на нее.

– Я передумала, покажи мне бунгало.

Ей показалось, что карие глаза Рона потемнели.

– Ты точно решила? – спросил он.

Не сводя с него взгляда, Полли кивнула.

Тогда Рон тронул водителя за плечо и назвал другой адрес. После этого они поехали по ночному городу в направлении ближайшего перекинутого через залив моста, соединяющего Майами с песчаной косой, вдоль которой вытянулся Майами-Бич.

В первые минуты этого путешествия Полли упивалась ощущением собственной самостоятельности, однако потом вдруг испытала досадное чувство неловкости.

Причина крылась в том, что Полли совершенно не знала, как следует вести себя с Роном, что в таких случаях принято говорить или делать. На Рона она поглядывала с некоторой даже завистью, потому что он выглядел на удивление спокойным. Уж он-то наверняка не раз оказывался в подобной ситуации, не зря ведь Шейла рассказывает о его победах на любовном фронте.

Когда такси въехало на мост, Рон тихо спросил:

– Ты засомневалась?

Полли качнула головой.

– Нет.

– Но тебя явно что-то тревожит.

Она задумалась, стоит ли быть откровенной в подобную минуту, но так как не привыкла юлить, сказала прямо:

– Я почему-то почувствовала себя такой… неуклюжей, что ли.

– Или неопытной? – улыбнулся Рон.

– Это тоже, – хмуро кивнула она. – Из-за чего я и злюсь.

Тут уж Рон не выдержал и рассмеялся.

– Ох какие глупости ты говоришь!

Полли подозрительно покосилась на него.

– Почему?

– Потому что… – Начав говорить, Рон бросил взгляд на водителя и замолчал. Затем шепнул: – Приедем – объясню.

Через несколько минут – и несколько подсказок Рона – таксист свернул в проулок и остановился перед неосвещенным тупиком.

– Здесь, что ли?

– Да-да, – сказал Рон.

Затем он расплатился, и они с Полли покинули такси.

– Не вижу никакого бунгало, – заметила она, вглядываясь в темноту тупика.

– Тем не менее оно там есть, – заверил ее Рон.

У них за спиной такси развернулось и на большой скорости двинулось в обратный путь.

– Так что ты хотел мне сказать? – напомнила Полли. – Почему это я говорю глупости?

Рон неожиданно обнял ее за плечи и прижал к себе.

– Солнышко, неужели ты сама не понимаешь, что неопытность лучшее достоинство девушки? Тебя она делает такой очаровательной, что я… просто сгораю от любви к тебе!

От любви? Он в самом деле так сказал?

Сердце Полли едва не выпрыгнуло из груди.

– От любви? – онемевшими от волнения губами повторила она.

– Конечно. Разве ты до сих пор не поняла, что я тебя люблю?

– Ох, Рон… – только и сумела выдохнуть Полли.

В следующую минуту к ее горлу подкатил ком, а глаза защипало от слез. Заметив, что те влажно заблестели, Рон вновь стиснул ее плечи.

– Ну что ты, малыш… Не волнуйся, все будет хорошо.

Вот дуреха! – промчалось в мозгу Полли. Недоставало в такой момент разреветься! Чего доброго, все испорчу…

Она шмыгнула носом.

– Да-да… Нет, я ничего…

– Точно? – Сверху вниз он пристально вглядывался в ее лицо.

– Да. Все прошло, я в порядке.

– Тогда идем в дом?

Полли кивнула.

Почти в кромешной тьме Рон повел ее по асфальтированной дорожке к калитке, которую открыл, посветив себе дисплеем сотового телефона. Затем они направились к бунгало. Здесь дорожка была выложена плиткой, и каблуки туфель Полли звонко застучали по ней.

– Всех соседей разбудим, – смущенно обронила она.

Рон машинально оглянулся на оставшийся позади переулок.

– Я еще не со всем разобрался, но впечатление у меня такое, что здесь немноголюдно. Насколько я помню, пока мы шли, ни одно окно там не светилось.

– Ты меня пугаешь, – прошептала Полли.

– Не бойся, я с тобой!

От этой фразы словно повеяло теплом. Счастливо улыбнувшись, Полли сама доверчиво прижалась к Рону.

Однако через несколько шагов ей пришлось отстраниться: они приблизились к крыльцу.

– Подожди минутку, я включу свет.

Сказав это, Рон растаял в темноте, но взамен послышались его шаги по ступенькам. Через минуту раздался щелчок и справа от двери вспыхнул изящный фонарь.

Когда Полли поднялась на крыльцо, Рон неожиданно подхватил ее на руки, толкнул дверь ногой и шагнул в прихожую.

Его действия настолько взволновали Полли, что у нее перехватило дыхание. Ведь обычно так вносят в дом невест! Как-то уж очень все символично…

С другой стороны, никаких предложений руки и сердца Рон не делал. Дальше признаний в любви дело пока не двинулось.

Впрочем, стоит ли торопить события?

Внутренний голос подсказывал Полли, что это опасно, можно навредить себе самой.

– Какой сегодня волшебный вечер… – хрипло прошептал Рон, касаясь губами мочки ее уха.

По телу Полли пробежал трепет. Ощутив его, Рон добавил:

– Просто сказочный… Тебе нравится?

– Да, – едва слышно слетело с ее губ.

– Да, – эхом повторил Рон. Затем наклонился и нежно прильнул к губам Полли.

Она едва не задохнулась от внезапного прилива чувственности.

Это было совсем не то, что с Дастином. Тот целовал Полли часто и пламенно, но никогда еще она не испытывала с ним того, что с Роном, который лишь едва дотронулся до ее губ. Сладостное ощущение этого прикосновения будто проникло в самую душу Полли, заставив ее подумать: а ведь это лишь начало! Что же будет дальше?

Рон внес ее в комнату, поставил на ноги и включил настольную лампу.

– Вот, это моя гостиная.

– Очень мило, – произнесла Полли одеревеневшими губами, едва оглядев залитое мягким светом пространство.

– Я бы здесь кое-что изменил, но пока мне не до того.

– Тем более что это твое временное жилище, – несколько отстраненно произнесла Полли.

Рон посмотрел на нее и едва заметно улыбнулся.

– Хочешь кофе? Или перекусить?

В эту минуту ее мысли меньше всего занимала еда, поэтому она не задумываясь качнула головой.

– Нет, спасибо.

– Тогда, может, бокал вина? У меня найдется шампанское.

С губ Полли слетел прерывистый вздох. У нее и без того кружилась голова от всего происходящего, но она чувствовала, что укрепить собственную решимость не помешает.

– Э-э… пожалуй.

Произнеся это, она увидела, что Рон развязывает галстук-бабочку. Сунув ее в карман, он снял смокинг и положил его на кресло. Затем расстегнул верхние пуговицы рубашки. Увидев обнажившийся участок его груди, Полли отвела взгляд.

К счастью, Рон этого не заметил.

– Подожди минутку, ладно? Шампанское у меня в холодильнике, я сейчас вернусь.

– Конечно.

Когда Рон ушел, Полли вздохнула свободнее. Все-таки она очень нервничала в его присутствии… и в преддверии того, что должно было между ними произойти.

Отсутствовал Рон недолго, через несколько минут вернулся с бутылкой шампанского и двумя бокалами. Наполнив их, один протянул Полли.

– Давай выпьем за сегодняшнюю ночь.

Она посмотрела прямо ему в глаза.

– Давай.

– Только мне хотелось бы сделать это на террасе, не возражаешь?

– Наоборот! Кажется, ты говорил, что оттуда открывается интересный вид?

– Превосходный, – подтвердил Рон, провожая Полли к ведущей на террасу двери.

– Сомневаюсь, что в такой темноте мы увидим хоть что-то, – усмехнулась она, пытаясь за шуткой скрыть свою нервозность.

– Сейчас выясним…

Повернув набалдашник дверной ручки два раза и услышав щелчок замка, Рон распахнул дверь и первым шагнул на террасу. В следующую минуту он повернулся и протянул руку Полли.

– Ну-ка, иди взгляни!

Она вложила пальцы в его ладонь, и он тут же притянул ее к себе, а затем обнял за плечи.

– Смотри, разве не прелесть?

Обложившие небо облака к этому времени стали понемногу рассеиваться и выглянула луна, которая осветила берег и море.

– Действительно… – прошептала Полли.

С террасы арендованного Роном бунгало открывался почти такой же вид, как из окон дома Мерил и Полли, только море было гораздо ближе, почти рядом, достаточно было спуститься со ступеней террасы, пересечь песчаный пляж – и ты у воды.

Рон поднял бокал.

– Итак, за эту ночь? – Его глаза мерцали в лунном сиянии.

Полли слегка коснулась его бокала своим. Они одновременно выпили по глотку шампанского, улыбнулись друг другу и вновь повернулись к морю.

13

Спустя некоторое время Рон плотнее прижал Полли к себе и коснулся губами ее виска.

– Тебе холодно?

Она снизу вверх посмотрела на него.

– Нет…

– А по-моему, ты дрожишь.

Тут он был прав – Полли действительно была охвачена трепетом, но причиной его являлась не ночная свежесть, а нечто совершенно иное. Но не могла же она сказать Рону, что его прикосновения порождают в ней волны чувственности!

Выручил Полли порыв налетевшего с океана бриза. Он подхватил подол ее пестрого шелкового платья и попытался поиграть с ним. Ахнув, она принялась сбивать подол вниз, и таким образом вопрос Рона остался без ответа.

Правда, через минуту он произнес:

– Все-таки меня кое-что беспокоит.

– Не волнуйся, мне не холодно, – заверила его Полли.

Но Рон качнул головой.

– Я о другом. Как обстоят дела с Дастином?

Ресницы Полли удивленно взлетели. Меньше всего она ожидала услышать это имя здесь и сейчас.

– Никак. А почему ты спрашиваешь?

Рон слегка дернул плечом.

– Ведь вы собирались пожениться. Согласись, это имеет некоторое значение.

– Имело, – кивнула она. – До того как я познакомилась с тобой. А сейчас все это отошло в историю.

– Ты его разлюбила?

Прежде чем ответить, Полли отпила еще глоток шампанского.

– Дело в том, что я и не любила его. Мне только казалось, что люблю. Просто раньше я толком не разбиралась в подобных вещах. А сейчас мы с Дастином… даже не знаю… наверное, друзья. Впрочем, трудно сказать, как повернется дело. Знаю лишь, что, когда начну работать на нашем заводе, так или иначе мне придется с Дастином встречаться.

– Значит, между вами все кончено? – со сдерживаемым волнением спросил Рон.

– Да.

– Вы… как-то это обсуждали?

– Разумеется. Я назначила Дастину свидание и сообщила, что это последняя наша встреча.

– И какова же была его реакция?

Полли пожала плечами.

– Конечно, он не обрадовался, но и не опечалился. Скорее разозлился.

– Вот как? – медленно произнес Рон. – Хм, как-то неожиданно для влюбленного.

– Ну, его можно понять. Мерил видела в нем зятя, собиралась вверить ему наш бизнес и таким образом избавиться от забот. Дастин это знал, поэтому легко представить себе степень его разочарования.

– Выходит, он не был похож на убитого горем влюбленного?

Полли улыбнулась.

– Ни капельки. И это принесло мне облегчение, потому что меньше всего я хочу причинять кому-то боль. – Немного помолчав, она спросила: – А почему ты завел об этом разговор?

Рон помедлил, словно подбирая слова, потом пристально взглянул на нее.

– Видишь ли, у меня есть некоторые принципы. Например, я никогда не стал бы заниматься любовью с женщиной, у которой есть другой мужчина. – После небольшой паузы он мягко добавил: – Поэтому мне важно было выяснить, свободна ли ты.

Заниматься любовью…

Казалось бы, простые слова, но их смысл произвел на Полли сильное впечатление. Воображение ее мгновенно разыгралось, кровь быстрее заструилась в жилах, сердце рвануло вскачь как бешеное, а во рту все пересохло и будто онемело.

Заниматься любовью с Роном…

Боже правый, неужели это действительно произойдет?

И очень скоро! – прозвучало в мозгу Полли.

Она постаралась не показать того, как взбудоражило ее сказанное – тем более зная, что Рон внимательно следит за сменой выражений на ее лице, – но из этого мало что получилось. По глазам Рона было видно, что он все понял. Кроме того, его дыхание тоже участилось – Полли отметила это не без удовольствия.

– Так ты точно свободна? – с плохо скрываемым волнением произнес он.

– Да, – выдохнула она.

– Очень хорошо…

Рон умудрился растянуть эти слова едва ли не на полминуты. Затем он разом опрокинул в рот остатки шампанского.

Глядя на него, Полли залпом допила свое.

Затем Рон хрипло спросил:

– Ты уверена, что не хочешь кофе… или еще чего-нибудь?

Она кивнула.

– Уверена… в том, что хочу тебя!

Показалось ей или он вздрогнул, услышав это? Она не смогла бы сказать даже перед дулом пистолета – ее собственное волнение было так велико, что от него звенело в ушах.

– И ты потом ни о чем не пожалеешь? – прерывисто спросил Рон.

Она качнула головой. Потом аккуратно поставила бокал на дощатый настил террасы и, словно бросаясь в омут головой, шагнула к Рону, после чего обвила его шею руками.

– Хочу всего и сейчас.

Рон напряженно замер. Затем тоже на ощупь поставил бокал на деревянные перила и шепнул, не сводя с Полли глаз:

– Сейчас?

– Да.

Свой короткий ответ Полли подкрепила тем, что поднялась на цыпочки и легонько поцеловала Рона в губы.

В ту же минуту он со сдавленным стоном стиснул ее в объятиях. Еще через мгновение поцелуй углубился…

Он продолжался до того момента, пока от недостатка воздуха и обилия ощущений у Полли не закружилась голова. С Роном, скорее всего, происходило то же самое, но Полли отстранилась первой.

– Кажется, пора показать тебе спальню, – сквозь шум крови в ушах проник в ее мозг шепот Рона.

Затем Полли почувствовала, что он обвивает рукой ее талию и увлекает обратно в гостиную, а оттуда в смежную комнату, где было темно, но виднелись очертания широкой – как и было сказано – кровати.

Здесь Рон вновь прильнул к губам Полли и во время поцелуя принялся раздевать. Расстегнул молнию на спинке платья, сдвинул с плеч, потом ниже, на пол, где оно собралось пестрой кучкой вокруг стройных длинных ног Полли.

Тут поцелуй поневоле пришлось прервать. Рон снова взял Полли на руки и бережно уложил на кровать. Выпрямившись, оглянулся, будто в поисках выключателя, но Полли смущенно шепнула:

– Не надо света.

– Хорошо, – сдавленно ответил он.

Потом снял с нее туфли и сел на постель.

Полли лежала, остро осознавая, что из одежды на ней остались лишь трусики и лифчик. И одновременно понимала, что они тоже долго не задержатся на ней.

Так и получилось.

Рон скользнул взглядом по изящному телу Полли, затем вдруг склонился над ней и прижался лицом к груди, двумя упругими выпуклостями вздымавшейся над бюстгальтером.

– Мне так нравится запах твоей кожи… – услышала Полли.

В следующую минуту она почувствовала, как Рон вбирает в рот ее сосок – прямо через кружева лифчика. Это было так неожиданно и породило такие острые ощущения, что Полли едва не вскрикнула. Однако напряжения ей скрыть не удалось.

– Тебе не нравится? – подняв лицо, спросил Рон.

– Наоборот! – сдавленно воскликнула она.

– Тогда, пожалуйста, расстегни эту штуку. Я не пойму, где крючки…

– Их нет, – прошептала Полли и расстегнула пластиковый замочек, который находился спереди.

Тем временем Рон быстро разделся и вернулся в постель. Увидев, как легко и просто Полли справилась с задачей, он тут же сдвинул чашечки бюстгальтера в стороны и подхватил обнажившуюся грудь в ладони.

– Божественно! – слетело с его губ, после чего он принялся покрывать грудь поцелуями.

У Полли перехватило дыхание.

– Этой ночью, – говорил Рон между поцелуями, – я хочу узнать и сделать своим все твое тело.

Ласки продолжались, и в какой-то момент Полли почувствовала, что на ней больше нет трусиков. Когда Рон успел снять их, для нее осталось загадкой.

Впрочем, с его-то опытом, вползла в мозг Полли саркастическая мысль, но она поспешила прогнать ее, чтобы не портить впечатление от этой волшебной ночи.

Правда, оставалось еще кое-что, из-за чего она не могла полностью расслабиться: ложь, в которой вообще-то и не было особой необходимости, но которая была произнесена. И с каждым мгновением приближался момент, когда Рон узнает истину…

Между тем ласки становились все интимнее и острее. Когда Полли приблизилась к некой грани, Рон вдруг властно раздвинул ее бедра и расположился между них. Потом склонился над приоткрытым ртом Полли, и они слились в жарком и жадном поцелуе.

Спустя несколько мгновений Рон хрипло произнес:

– Даже не верится… Я так долго этого ждал! Меня сводила с ума мысль, что ты ложишься в постель с Дастином…

Ох, только не это, промелькнуло в мозгу Полли. И не сейчас…

– Рон!

Она не столько произнесла, сколько выдохнула это, однако Рон откликнулся в тот же миг.

– Да, солнышко, да…

А может, сказать ему? – подумала она, горя, словно в лихорадке. Но вдруг тогда он остановится? Я этого не вынесу…

Сомнения Полли прервал сам Рон. Он проник в нее, тем самым разогнав все посторонние мысли.

Было не так уж больно, а затем быстро пришло наслаждение, которое к тому же нарастало.

Полли не знала, сколько продолжались первые в ее жизни настоящие объятия с мужчиной. В какой-то момент она испытала необыкновенно сладостное чувство, будто внутри нее разлилось тепло. Нега этого ощущения вскоре наполнила ее всю, достигнув мозга и окутав его туманом…

Потом они долго лежали рядом, и голова Полли покоилась на плече Рона. Постепенно их дыхание и сердцебиение успокоилось. Полли была всецело захвачена ощущением чистого блаженства, чувственная дымка в ее мозгу еще не развеялась, поэтому она не сразу постигла суть того, что произнес Рон.

– Почему ты обманула меня?

Полли недоуменно нахмурилась.

– В каком смысле?

– Ты дала понять, что спишь с Дастином.

Вот она, расплата! – подумала Полли, мгновенно сообразив, что к чему. Затем, покосившись на Рона, она обронила:

– А ты и поверил…

– Сначала нет. Я почти не сомневался, что у Дастина есть женщина на стороне, а может, и не одна. Но, проведя маленькое частное расследование, выяснил, что парень встречается только с тобой. Поэтому мне поневоле пришлось поверить тому, что ты сказала. – Немного помолчав, он добавил: – Я должен знать, что тебя вынудило обмануть меня.

Полли на минуту задумалась, потом решила выложить все как есть.

– Видишь ли, во время того разговора твой тон в какой-то момент показался мне снисходительным, ну я и решила немного сбить с тебя спесь. – Она усмехнулась, но в следующее мгновение озабоченно посмотрела на Рона. – Ты обиделся?

Он засопел.

– Больше так не делай. Между нами должно быть полное доверие.

Полли облегченно перевела дух.

– Я рада, что ты не сердишься.

– Вообще-то ты должна была предупредить меня, что это у тебя впервые.

– Зачем? – Полли сама не знала, почему задала этот вопрос, но ответ ее очень интересовал. Так как Рон молчал, она добавила: – Это что-то изменило бы?

– Во всяком случае, я действовал бы осторожнее, – проворчал он.

Некоторое время они лежали в тишине, затем Полли слегка пошевелилась.

– А можно еще спросить?

– Валяй…

– Конечно, у меня пока мало опыта в таких вещах, но… Словом, я не заметила, чтобы ты надел… э-э…

Она замялась, не зная, как сказать, и Рон произнес:

– Презерватив?

– Да, – кивнула Полли, порозовев от смущения и радуясь, что в спальне царит полумрак, благодаря которому ее реакция осталась незамеченной.

Немного помедлив, Рон пояснил:

– Думаю, ты уже поняла, что к тебе у меня особенное отношение. Потому что ты сама особенная, не такая, как остальные женщины.

– Чем же я не такая? – сдерживая волнение, спросила Полли.

Рон взял ее руку, поднес к губам и поцеловал.

– Ты нежная, воздушная, утонченная и при этом умная, а также обладаешь чувством юмора, что я особенно ценю в женщинах.

– И поэтому со мной можно не пользоваться… презервативом? – Все-таки перед последним словом она запнулась.

Рон рассмеялся, затем на мгновение прижал ее к себе, воскликнув:

– Ну, что я говорил?! Чувство юмора налицо…

– Благодарю за комплимент, но все же хотелось бы услышать ответ, – негромко заметила Полли.

– Хорошо, скажу. Я решил не пользоваться презервативом, потому что мои отношения с тобой не такие, как с другими женщинами. С теми я просто развлекаюсь, а на тебе я хотел бы жениться.

Полли показалось, что она ослышалась. Жениться? Неужели он так и сказал?

– Правда, с беременностью, по-моему, спешить до свадьбы не стоит, – добавил Рон с едва уловимыми нотками беспокойства в голосе.

С замирающим от счастья сердцем Полли заверила его, что, по ее подсчетам, сейчас наиболее безопасные для секса дни.

– Надеюсь, все будет в порядке, – добавила она.

Вновь притянув ее к себе, Рон обронил:

– Я тоже на это надеюсь, потому что впереди у нас вся ночь…

14

Воспоминания так растревожили Полли, что у нее ускорилось сердцебиение и окрасились легким румянцем щеки. Однако она не отдавала себе в этом отчета, пока не услышала голос Рона:

– Странно, ты говоришь, что тебе нет никакого дела до того, есть ли у меня женщина, а сама при этом краснеешь как маков цвет.

Полли едва заметно вздрогнула, стремительно вернувшись из воспоминаний к действительности.

– Ничего я не краснею, тебе показалось.

– Ну да! – хмыкнул Рон. Затем, не успела Полли опомниться, как он встал с дивана, шагнул к ней и тыльной стороной прижал к ее щеке ладонь. – Горячо…

Полли отклонилась.

– Это от жары.

– Гм, ладно, пусть будет так. – Он направился в сторону дивана, но не сел, а подошел к окну и спросил, глядя на улицу: – А ты не подумала, идя сюда, что я могу быть не один, а, скажем, с женой?

– Подумала. – За эти несколько мгновений Полли успела справиться с собой, и ее тон стал более уверенным. – Разумеется, ты мог быть не один, но только не с женой.

Рон повернулся к ней.

– Вот это да! Откуда такая уверенность?

– Почему же ты не привел свою жену на неофициальный прием, который был устроен после открытия выставки? – прищурилась Полли.

Рон усмехнулся.

– У нее разболелась голова.

Полли отпила глоток вина и лишь затем уверенно произнесла:

– Врешь.

– Прошу прощения? – Рон вскинул бровь. – Обвинение достаточно серьезное, поэтому я бы желал услышать какие-то обоснования.

Если тем самым он хотел загнать Полли в тупик, то ошибся.

– Сколько угодно, – пожала она плечами. – Не может болеть то, чего не существует.

В глазах Рона заплясали веселые искорки.

– Мне известно твое чувство юмора, дорогая. Если ты намекаешь, что у меня безголовая жена… или, лучше сказать, безмозглая…

– Не старайся, сбить меня с толку тебе все равно не удастся, – усмехнулась Полли.

– Почему?

– Мне известно, что ты не женат.

Повисла пауза. Было заметно, что слова Полли произвели на Рона впечатление.

– Вот, значит, как? – наконец пробормотал он. – Собираешь обо мне сведения?

– А ты как думал? Надеялся, что оставлю все как есть? Нет, дорогой, так не получится! – На слове «дорогой» Полли сделала ударение, словно желая отплатить Рону той же монетой, ведь он минуту назад назвал ее так же. – Это раньше я была несостоятельна, как ты выразился, а сейчас все переменилось. Тебе придется со мной считаться.

– М-да, наслышан о твоих успехах, – медленно произнес Рон.

– Что, тоже следишь за мной?

– Ну, я бы так не сказал… Просто тебя трудно не заметить. Твое лицо изображено на афишах кинотеатров и все такое…

Это была правда – Полли сама то и дело натыкалась взглядом на собственное изображение. И все-таки ей казалось, что в данном случае Рон не совсем искренен.

Оба вновь на какое-то время умолкли. Полли старалась не смотреть на ту часть обнаженных ног Рона, которая не была прикрыта халатом. Он же, наоборот, беззастенчиво разглядывал ее стройные голени, лодыжки и изящные туфли на высоком каблуке.

– Вижу, знакомство со мной все же повлияло на тебя, – произнес он наконец.

С этим тоже трудно было не согласиться. Однако Полли не была уверена, что именно он имеет в виду.

– Прости, какое именно влияние ты подразумеваешь? – спросила она с нескрываемым сарказмом.

– На твои вкусы. Вижу, ты окончательно отказалась от босоножек на плоской подошве, тех, что больше похожи на сандалии.

Полли посмотрела на свои туфли.

– Ах вот ты о чем… Что ж, у меня сейчас такая жизнь… Словом, положение обязывает.

– Незамужнее положение, – многозначительно уточнил Рон.

Полли посмотрела на него, и в ее глазах промелькнуло такое выражение, будто она собирается возразить. Но в следующую минуту ее настроение переменилось.

– Всем известно, что я не замужем.

– Но у тебя нет и приятеля, – негромко обронил Рон. – Во всяком случае, постоянного. Не скажешь почему?

Полли смерила его убийственным взглядом.

– Скажу. Некоторые события моей жизни отбили у меня охоту иметь дело с мужчинами! Конечно, если только речь не идет о профессиональной необходимости.

Рон нахмурился.

– Насколько я понимаю, ты подразумеваешь ту дурацкую историю…

– Именно! – с вызовом произнесла Полли. – Ту дурацкую историю, которая исковеркала мне жизнь.

Через две недели после памятной ночи в бунгало Рон сделал Полли официальное предложение.

В субботу вечером он приехал с букетом роз, но преподнес цветы не Полли, как можно было бы ожидать, а Мерил. Затем в довольно церемонных выражениях попросил у нее руки дочери. Все выглядело старомодно и торжественно.

Слегка прослезившись, Мерил посмотрела на Полли, которая от волнения искусала губы, затем перевела взгляд на Рона и кивнула.

– Не скрою, я думала, что мужем Полли станет совсем другой человек, хорошо тебе известный, но раз уж вы полюбили друг друга, я перечить не стану. Живите дружно и… – она запнулась, явно не зная, что следует говорить в подобных ситуациях, – будьте счастливы. – На миг задумавшись, Мерил взяла Полли за руку и подвела к Рону.

Он склонил голову.

– Благодарю. Обещаю, что вы обе ни на минуту не пожалеете о сделанном только что выборе.

Затем он поцеловал Мерил руку, а Полли обнял за плечи и нежно прикоснулся губами к щеке. Затем в его руке появилась бархатная коробочка – точная копия той, в которой находились подаренные недавно серьги. Когда Рон поднял крышечку, внутри оказалось кольцо с крупным, красиво ограненным сапфиром, вокруг которого поблескивали брильянты.

– Какая прелесть! – воскликнула Мерил с таким видом, что можно было ожидать, будто она сейчас добавит: «Можно примерить?». К счастью, у нее хватило ума воздержаться.

Тем временем Рон надел кольцо на палец Полли. И пока она, затаив дыхание, восхищенно любовалась игрой света на гранях камней, произнес:

– Отныне мы помолвлены, дорогая. Можешь сообщить это своим друзьям и родственникам.

Мерил захлопала в ладоши.

– Замечательно! – Потом добавила, объединив взглядом Полли и Рона: – А знаете, в конце концов хорошо, что все так обернулось. Вы идеально подходите друг другу. Да-да, дорогая, с Роном ты смотришься лучше, чем с… Что, почему ты хмуришься? Ах да, что же это я! Молчу-молчу… – Она действительно умолкла, о чем-то думая. – Гм, ведь я могу сообщить о вашей помолвке моему милому Реджи! – Тут течение ее мыслей внезапно сменило направление, и она печально вздохнула. – Как жаль, дорогая, что твой отец не дожил до этого радостного дня. – Но так же внезапно взор Мерил прояснился. – Ведь нужно отпраздновать вашу помолвку! Устроим прием, соберем гостей и…

– Прием? – Полли меньше всего хотелось суеты. Будь ее воля, она предпочла бы обойтись без шумихи. Наоборот, Полли жаждала покоя, уединенности, чтобы можно было все обдумать, обсудить с Роном будущую совместную жизнь, выяснить, где они поселятся и еще много всего…

Похоже, Рон придерживался того же мнения.

– Гостей? – с сомнением произнес он. – Ну, если уж и приглашать их, то… нельзя ли обойтись минимальным количеством?

Идея неожиданно понравилась Мерил.

– Правильно! – подняла она палец. – Отметим вашу помолвку в узком кругу. Будут только свои – вы и мы с Реджи. А уж на свадьбу созовем всех друзей и знакомых!

– Думаю, следует пригласить и Шейлу, – сказал Рон.

Его замечание заметно смутило Мерил.

– Ох, действительно, как это я забыла о лучшей подруге… Обязательно пригласим, сейчас же и позвоню. – Тут, по всей видимости, ее посетила некая мысль, которой она поспешила поделиться с Полли и Роном: – Кажется, я знаю, как мы отпразднуем вашу помолвку – совершенно нетрадиционным способом!

– Это как? – осторожно спросила Полли.

– Отправимся в «Сишелл», – загадочно произнесла Мерил.

Рон и Полли посмотрели друг на друга.

– Куда-куда?

Мерил удовлетворенно рассмеялась.

– А, не знаете! «Сишелл» – это элитный загородный клуб на берегу залива, как-то раз меня возил туда Реджи. Кухня замечательная, обслуживание на высшем уровне, но в то же время все просто, по-домашнему и пляж рядом. Мы устроим там пикник. Уверена, среди наших знакомых так еще никто не праздновал помолвку!

Рон и Полли вновь переглянулись.

– Что ж, мне идея нравится. А ты, солнышко, как на это смотришь?

Полли с улыбкой кивнула. Ее глаза сияли восторгом, она готова была отправиться с Роном не только в загородный клуб, но хоть на край света.

Если бы не эта поездка, связь Рона и Шейлы, возможно, так никогда и не обнаружилась бы, но пикник по случаю помолвки расставил все по своим местам.

В «Сишелл» отправились на двух автомобилях. В одном, арендуемом Реджи Брауном, находился он сам, Мерил и Шейла. В другом, принадлежавшем Мерил, ехали Рон и Полли. Настроение у всех было приподнятое.

Клуб занимал довольно большую территорию и состоял из нескольких хоть и примыкавших друг к другу, но отдельных помещений, расположенных подковой вокруг скверика с клумбой посередине, из которого можно было выйти прямо на песчаный пляж, к теплым водам залива.

Полли и Рон целый день находились в центре внимания, все наперебой произносили речи в их честь, управляющий клуба прислал в качестве презента бутылку шампанского.

Полли сияла, Рон вел себя сдержаннее, но его глаза тоже искрились.

Мерил радовалась так, будто праздновалась ее собственная помолвка. Время от времени она лукаво поглядывала на Реджи Брауна, и только непроходимый тупица не понял бы сути взгляда, словно говорившего: «А ведь я тоже не только молода и красива, но и свободна!».

Улыбка не сходила и с лица Шейлы. Полли сочла ее несколько загадочной, но подумала, что это игра воображения. К тому же она была слишком наполнена счастьем, чтобы обращать внимание на подобные мелочи…

Вечером во дворе играли музыканты, и многие посетители клуба танцевали на окруженной разноцветными гирляндами площадке перед клумбой. Рон и Полли были в их числе, Мерил с Реджи тоже. Да и Шейлу пригласил на танец какой-то незнакомец.

Так оно и продолжалось некоторое время: Полли то пила шампанское, то танцевала с Роном. И не только – раза два-три с разрешения Рона ее уводили в круг танцующих другие гости клуба «Сишелл».

Время летело незаметно, и в какой-то момент Полли с удивлением обнаружила, что уже ночь. Голова ее кружилась от выпитого за вечер шампанского, перед глазами плыли разноцветные огоньки гирлянд. И точно так же поплыли луна и звезды, когда она подняла взгляд к темному небосклону.

Услышав слетевший с губ Полли вздох, Рон с улыбкой спросил:

– Устала?

Она посмотрела на него, но ей потребовалось некоторое время, чтобы сфокусировать взгляд.

– Немного. И… не стоило мне пить столько шампанского.

– М-да… – протянул Рон, задумчиво глядя на нее. – Оказывается, моя невеста пьянчужка!

Полли хихикнула.

– Зачем же ты весь вечер подливал мне в бокал? А теперь виноватой оказалась я! – Она на миг умолкла и прислушалась к себе. – Прости, я ненадолго оставлю тебя.

– Куда это ты собралась? – спросил Рон.

– Пойду поищу дамскую комнату.

Полли слегка развела руками – мол, ничего не поделаешь, придется отлучиться. При этом она слегка покачнулась, и Рон поддержал ее под локоть.

– Проводить тебя?

Она усмехнулась.

– Спасибо, я пока способна ориентироваться в пространстве. – Затем быстро добавила: – Ой, прости, побегу!

Дамская комната была одна на весь клуб, зато просторная, шикарная и ярко освещенная. Само собой разумеется, в ней были кабинки, но сначала дамы попадали в помещение, где стены состояли сплошь из зеркал. Перед ними находились мягкие пуфики. В центре стоял низкий столик, окруженный удобными бархатными креслами.

Когда Полли вошла, в креслах сидели, пудрясь перед зеркальцами, две женщины бальзаковского возраста. Мимоходом улыбнувшись им, Полли сразу направилась в смежное помещение, где виднелись кабинки.

Спустя некоторое время, сделав свои делишки, она вымыла руки и вернулась в первую комнату. Здесь уже никого не было. Полли подошла к зеркалу, приблизила лицо к самому стеклу и долго вглядывалась в свое отражение.

Ее зрачки были сильно расширены, поэтому глаза казались не фиалково-голубыми, а черными. Губы алели кораллами. На щеках играл румянец, а завитые ради праздника волосы выглядели слегка растрепанными. Но в общем Полли увидела отражение лица счастливого человека.

– Миссис Френдли… – прошептала она. А что, звучит неплохо. Полли улыбнулась своему отражению… и вдруг зевнула. День был хоть и праздничный, но суматошный, и она устала.

Присяду на пять минут в одно из этих кресел, проплыло в ее голове. Ведь Рон знает, где я, поэтому не будет волноваться…

Мягкое кресло с готовностью приняло Полли в красные бархатные объятия.

Какое блаженство! – подумала она, откидываясь на спинку. Как хорошо… Просто замечательно… Посижу, пока кто-нибудь не войдет, а потом…

Полли даже не заметила, как ее отяжелевшие веки сомкнулись и она погрузилась в дрему.

15

Возможно, никто и не входил. Полли этого так никогда и не узнала. Равно как и того, сколько времени проспала в удобном кресле – может, минут пятнадцать, а может, и час.

Пробудившись, она в первый момент не поняла, где находится. Ей потребовалось несколько минут, чтобы понять, почему вокруг столько зеркал и бархата.

Наконец Полли сообразила, что до сих пор пребывает в дамской комнате, хотя давно пора вернуться к Рону.

Рон! – вспыхнуло в ее мозгу. Боже правый, он, наверное, уже не знает, что и думать! Ведь я ушла и исчезла. Странно, что никто до сих пор не начал меня искать.

Она резко поднялась… и едва вновь не плюхнулась в кресло, потому что у нее сильно закружилась голова.

Ухватившись за столик, Полли выждала, пока утихомирится верчение, потом потихоньку двинулась к выходу.

На свежем воздухе она быстро пришла в себя и уже увереннее двинулась в ту сторону, где продолжались танцы. Однако ни Рона, ни Мерил, ни Реджи Брауна, ни Шейлы среди продолжавших веселиться гостей клуба «Сишелл» она не обнаружила.

Наверное, они вернулись за стол, решила Полли, скользя взглядом по улыбчивым лицам, но не видя тех, кто был ей нужен.

Она направилась в зал, где праздновалась помолвка, и действительно обнаружила там своих, но лишь Мерил и Реджи Брауна. Ее же в данный момент интересовал Рон.

Конечно, можно было бы расспросить о нем Мерил и Реджи… если бы те не целовались, сидя на диване и ничего не замечая вокруг. Постояв немного и не решившись их беспокоить, Полли вернулась во двор.

В ее голове вертелась мысль, что, возможно, она просто не заметила Рона в полумраке. Однако поиски так и не принесли результата. И тут Полли вспомнила, что в двух шагах отсюда находится пляж.

Ведь могло так случиться, что Рон попросил Мерил передать ей, Полли, куда следует идти, а сам направился на пляж, чтобы дождаться ее там, вдали от шумной толпы? Разумеется, могло. Просто Мерил сейчас всецело занята своим ненаглядным Реджи, поэтому добиться от нее чего-нибудь невозможно.

Оставалось лишь выяснить все самостоятельно, что Полли и сделала, направившись по аллее в ту сторону, откуда доносился плеск волн и веяло морскими запахами.

Выйдя на залитый лунным светом пляж, Полли сразу почувствовала, как каблуки туфель увязли в песке. Несколько мгновений ей понадобилось, чтобы снять их. При этом наклонялась она очень осторожно, помня, что еще совсем недавно у нее сильно кружилась голова.

Когда Полли выпрямилась, она увидела, что не одна тут: справа, ярдах в тридцати, прямо на песке сидела в обнимку какая-то парочка. Однако Полли не стала сосредоточиваться на влюбленных, это было не то, что она искала. Ей нужен был один человек, а не двое.

Поэтому она побрела влево, где тихонько шелестели нависавшие над водой и тревожимые вялыми порывами бриза пальмы.

Пройдя ярдов пятьдесят, она действительно увидела силуэт на берегу и обрадовалась, решив, что это Рон, но в следующую минуту сообразила: теней двое. Просто мужчина и женщина стояли обнявшись.

Снова не то.

Полли собралась было уйти, но тут ее мозг словно озарился мыслью – что-то в этих силуэтах знакомое!

Она сделала еще несколько шагов вперед, и с ужасом поняла: там, у кромки воды, под пальмами, стояли они. Рон и Шейла.

Как ни странно, первой Полли узнала именно Шейлу, а уж потом Рона.

Они смотрели друг на друга. Рон нежно обнимал Шейлу за плечи, а ее ладони покоились на его груди.

Полли замерла изваянием, остатки хмеля мгновенно выветрились из ее головы.

И это давние приятели? – промчалось в ее мозгу. Скорее любовники! И не зря Шейла уговорила Мерил пригласить к нам именно Рона. А сам он очень ловко ввернул Шейлу в число «своих», тех, кто должен был присутствовать на нашей помолвке. Боже правый, почему же я раньше была так слепа!

Пошатнувшись, но уже не от шампанского, а от горя, Полли повернулась и сначала побрела, а потом побежала прочь, увязая в песке и спотыкаясь, потому что глаза ей застилали слезы.

Перед тем как войти в помещение, где отмечали помолвку, – хотя о какой помолвке могла теперь идти речь! – она утерла слезы и пригладила волосы. Ей не хотелось отвечать на неуместные в данный момент вопросы. Но целующейся парочки – Мерил и Реджи Брауна – на диване не оказалось, они успели куда-то удалиться.

И к лучшему! – мрачно подумала Полли, беря свою сумочку.

Через несколько минут она была уже на парковочной стоянке. Отыскав автомобиль Мерил, которым та разрешала ей пользоваться, села за баранку и укатила в город.

Примчавшись домой, переоделась в джинсы и трикотажный топ, побросала в сумку самые необходимые вещи и схватила сотовый телефон, чтобы позвонить приятельнице, бывшей сокурснице, снимавшей маленькую квартирку на окраине Майами. Та долго не отвечала, и, лишь услышав ее сонное «Да?», Полли спохватилась, вспомнив, что на дворе глубокая ночь.

– Кэтлин, пожалуйста, прости, что разбудила, – зачастила она. – Не позволишь мне приехать сейчас к тебе и… остаться на денек-другой?

Последовала пауза, в ходе которой Кэтлин, по-видимому, пыталась сообразить, о чем идет речь.

– На денек-другой? Почему? Постой, ты что, поссорилась с матерью?

– Потом расскажу. Так можно?

– Ну, приезжай… На диване ляжешь.

– Хоть на полу, – мрачно произнесла Полли. – Минут через двадцать буду.

Самым главным для нее сейчас было не видеться с Роном. Она не хотела ни встреч, ни объяснений – ничего. В одно мгновение Рон словно перестал для нее существовать.

Сорвав с пальца обручальное кольцо, она черкнула короткую записку с просьбой вернуть подарок владельцу и все вместе отнесла на туалетный столик Мерил…

Удрав к Кэтлин, Полли на следующий день вернула автомобиль Мерил. На вопрос той, что стряслось, коротко рассказала о том, как застала Рона обнимающимся с Шейлой.

– Вот говорила же я тебе, что он бабник! – воскликнула Мерил.

– Да, – понуро кивнула Полли, – говорила. А я не поверила. И только сейчас поняла, почему Шейла советовала тебе пригласить сюда именно Рона. Как будто мало других специалистов!

– Что же ты теперь намерена делать? – спросила Мерил, явно смущенная действиями Шейлы.

Полли провела ладонью по осунувшемуся за ночь лицу.

– Никакой свадьбы, разумеется, не будет. Я уезжаю… э-э… в Филадельфию.

Мерил заморгала.

– В самом деле? Почему?

– Не хочу, чтобы Рон меня преследовал.

– Но почему ты думаешь, что он…

Полли не дослушала вопроса.

– Возможно, он и не станет это делать, но наверняка попытается как-то объясниться, вывернуть ситуацию наизнанку, убедить меня в том, что я стала жертвой своеобразного обмана зрения, ну и так далее и тому подобное… Заранее известно, что мужчины говорят в подобных случаях. Я не желаю это выслушивать. Лично для меня история с Роном Френдли закончена. Я начинаю новую жизнь, в которой ему места нет.

Мерил сокрушенно вздохнула.

– Что ж, ты теперь человек взрослый, поступай как знаешь. – Затем в ее взгляде промелькнула какая-то мысль. – Послушай, но, если у тебя все кончено с Роном, может быть, начнешь сначала с Дастином?

– Боже мой! – простонала Полли. – Что за глупости! С Дастином тем более ничего не может быть. – Немного помолчав, она добавила: – Собственно, я хотела лишь попрощаться и предупредить тебя, чтобы ты не волновалась. Позже позвоню. Ну все, до свидания…

– Неужели ты действительно уезжаешь? – растерянно спросила Мерил.

– Да. Не могу здесь оставаться.

– А… как же я?

Полли криво усмехнулась.

– Ведь у тебя есть Реджи. Думаю, он скоро сделает тебе предложение.

С минуту Мерил обдумывала эти слова, затем ее взор прояснился.

– Гм, надеюсь, ты права. Когда же мы с тобой увидимся?

– Не знаю, – пожала Полли плечами.

Это была чистая правда, она пока плохо представляла себе дальнейшую жизнь. Прежде чем что-то планировать, ей требовалось осознать случившееся и привыкнуть к мысли, что у нее никогда не будет ни мужа по имени Рон Френдли, ни собственной семьи, ни детей. Словом, всего того, о чем она мечтала в течение нескольких последних дней.

– Что ж, желаю удачи, – вздохнула Мерил.

Полли кивнула.

– Пока…

Одно неловкое мгновение они стояли друг против друга, не зная, как поступить, потом все-таки неуклюже обнялись, но целоваться не стали, лишь соприкоснулись щеками – не приняты у них были нежности.

Затем Полли повернулась и, не глядя больше на Мерил, ушла.

Даже сейчас, в Нью-Йорке, в гостиничном номере люкс, во время легкой словесной перепалки с Роном, вспомнив события четырехлетней давности, Полли мрачно усмехнулась про себя своей тогдашней наивности.

Осознать случившееся… Привыкнуть к мысли…

Не было у нее для этого времени! События приняли такой неожиданный оборот и продолжили развиваться так стремительно, что только держись…

Полли поняла, что беременна, на третий день пребывания у Кэтлин. Вернее, первые подозрения возникли у нее утром. А еще точнее, именно Кэтлин их и пробудила.

После второго за утро необъяснимого приступа тошноты, пока Полли пыталась отдышаться у распахнутого окна, упершись ладонями в подоконник, Кэтлин с сомнением покачала головой.

– Неспроста это, ох неспроста… Помнишь, Пэм Гриффитс, которая проучилась с нами до второго курса, а потом ушла? У нее точно так все начиналось. Мы тогда жили с ней в кампусе в одной комнате, поэтому все происходило на моих глазах, примерно как сейчас с тобой. Так она и узнала…

– Что? – сдавленно спросила Полли, не сводя глаз с возвышавшейся возле дома пальмы, как будто та способна была помочь ей справиться с дурнотой.

– Что у нее будет ребенок.

Полли резко повернулась к Кэтлин.

– Ты думаешь, что и у меня… – Не договорив, она задумчиво нахмурилась.

– По-моему, гадать не стоит, – сказала Кэтлин. – Достаточно зайти в аптеку, купить эти штуки, с помощью которых производится тест на беременность, и тогда все станет ясно.

Полли так и сделала.

В тот же день, во второй его половине, поблагодарив Кэтлин за гостеприимство, она вызвала такси и отправилась якобы в аэропорт. На самом же деле уехала в Майами-Бич, где накануне сняла себе через газетное объявление небольшую квартиру южнее «Ар-деко-дистрикт», района, известного роскошным парком «Фламинго» и обилием курортных отелей.

Поступила Полли так намеренно. Вообще-то она надеялась, что Рон удовлетворится известием о ее отъезде в Филадельфию и на том все закончится. Но если нет – вряд ли ему придет в голову мысль искать ее там же, где находится арендуемое им бунгало, то есть в Майами-Бич. Так что вряд ли они еще когда-нибудь увидятся.

Полли твердо решила оборвать все связи с Роном, и с этого пути ее не сбила даже положительная реакция, которую дал тест на беременность. Наоборот, новость о том, что она станет матерью, словно придала Полли сил.

Ну и что, стану растить малыша одна, размышляла она. Хоть дела у нашего завода и неважные, кое-какие доходы он все же приносит. И я имею право на часть этих денег. Мерил не станет возражать, узнав, что у нее скоро появится внук… или внучка.

Однако беседа с Мерил явилась для Полли шоком. Она позвонила домой со своего мобильного телефона, чтобы номер квартиры, в которой она поселилась, остался неизвестным. Но, когда начался разговор, Полли поняла, что все ее ухищрения были просто игрой по сравнению с забрезжившими трудностями.

Мерил сказала буквально следующее:

– Знаешь, что сделал этот подлец?! Объявил, что теперь он хозяин нашего завода, так как практически все акции находятся в его руках, и тут же уволил Дастина!

Полли не нужно было объяснять, кто подразумевается под словом «подлец» Рон Френдли, кто же еще!

– Не зря он сутками пропадал в нашем офисе – добыл всю информацию, необходимую для того, чтобы провернуть такое дело!

– Разве у тебя совсем не осталось акций? – дрожавшим от сильнейшего волнения голосом спросила Полли.

Мерил всхлипнула.

– Есть немного, но этот негодяй втолковал мне, что подобного количества недостаточно, чтобы я могла рассчитывать на более-менее значительное право голоса. И на доходы надеяться также не приходится. Так, мелочь какая-то будет перепадать – и все.

– Боже мой… – холодея, прошептала Полли.

Мерил высморкалась в платочек.

– Это еще не все. Дом тоже придется отдать ему…

– Как?! – Полли не поверила собственным ушам. – С какой стати?!

– Я тебе не говорила… Помнишь, в прошлом году Дастин убедил меня приобрести новое оборудование в цех розлива минеральной воды? Так вот, чтобы добыть для этого деньги, мне пришлось заложить дом. Дастин уверял, что с новым оборудованием прибыль увеличится и я смогу быстро отдать долги. Однако надежды не оправдались… Ну а этот проходимец вернул банку залог, уплатил проценты и сейчас является фактическим владельцем нашего дома. – Мерил прерывисто вздохнула. – Хорошо, что ты уехала и не видишь всего ужаса… Кстати, уж прости, но этот мерзавец выведал у меня, что ты в Филадельфии. Такой хитрый, так умеет найти подход, я не успела опомниться, как все выложила…

Мерил еще долго поносила Рона, но Полли слушала вполуха. В ее голове тупо билась мысль, что отныне придется рассчитывать только на себя.

Попрощавшись с Мерил и пообещав поддерживать связь, Полли отключила телефон: за минувшие дни Рон звонил ей сто раз, но она не отвечала ему и не собиралась это делать в дальнейшем. Даже сейчас, когда ситуация так разительно – можно сказать, катастрофически – изменилась.

И этот человек доказывал, что Дастин вынашивает планы жениться на мне, чтобы завладеть принадлежащим нам с Мерил заводом! – кусая губы, думала Полли. А получилось наоборот: Дастин уволен, мы с Мерил лишились завода, то есть единственного источника дохода, и дома, который построил мой отец! Правда, если бы не Рон, дом отошел бы к банку, долги-то возвращать нечем. Но все равно со стороны Рона как-то это… мерзко. Приехал, разведал ситуацию и воспользовался ею. Вдобавок еще жениться на мне хотел!

Полли долго гадала, зачем Рону понадобилось делать ей предложение, если он и без того завладел всем, чем только можно. А в женщинах у него, судя по всему, никогда недостатка не было – Шейла тому пример.

Объяснение намерению вступить с ней в брак Полли видела лишь в желании Рона обзавестись детьми. Ведь он заговорил о ребенке в первую же их совместную ночь. А что касается Шейлы, то она не в том возрасте, чтобы рожать, да и не нужно ей это – у нее бизнес, заботы и все такое.

А тут выяснилось, что он у меня первый мужчина, мрачно усмехалась Полли. Как не воспользоваться ситуацией!

Однако, сколько ни ломай голову над вопросом, почему все было так хорошо и вдруг стало так плохо, делу этим не поможешь. В подобных случаях требуется конструктивный подход.

К счастью, Полли принадлежала к тому типу людей, которых несчастья не ослабляют, а мобилизуют. Как только ее перестала мучить утренняя тошнота, то есть спустя примерно месяц, она принялась искать работу. Кое-какие деньги у нее еще оставались, но долго ли на них можно продержаться, ежемесячно выплачивая арендную плату за жилье и поддерживая собственное существование? А ведь пора было всерьез подумать о предстоящих родах, вещах для младенца и прочем, что непременно понадобится и потребует расходов.

Полли всегда думала, что по окончании университета начнет работать на принадлевшем их семье заводе минеральных вод, подвохов в этом смысле не ожидала, поэтому не позаботилась о каком-либо запасном варианте. Теперь же она столкнулась с тем, что устроиться по специальности оказалось не так-то просто. То есть кое-где намечались вакансии, но ждать нужно было от полугода и дольше. А время, что называется, поджимало.

В конце концов, решив не рисковать, Полли устроилась администратором в гостиницу, находившуюся в десяти минутах ходу от дома, в котором она жила. Таким образом получалась еще и экономия на транспорте.

16

В гостинице Полли проработала почти до самых родов.

За это время у нее было два телефонных разговора с Мерил. В ходе первого мать растерянно сообщила, что, вместо того чтобы предложить руку и сердце, как ожидалось, Реджи Браун внезапно охладел к ней и вскоре покинул Майами.

– Я была уверена, что он меня любит, – обиженно заметила Мерил, – но, видно, все мужчины одинаковы. Стоило мне оказаться на мели, как чувства Реджи куда-то испарились. А следом исчез и он сам.

Когда, спустя примерно месяц, Полли позвонила вновь, Мерил сказала, что больше не может оставаться в доме, теперь уже не принадлежащем ей.

– Поеду в Джексонвилл, к тете Флосси, – со вздохом произнесла она. – Адрес ты знаешь, номер телефона тоже, так что позванивай.

Вот и все, подумала тогда Полли. Остаюсь совсем одна.

Роды у нее прошли на удивление легко. На свет появилась девочка, которой Полли дала имя Бекки.

Первые полгода было очень нелегко – больше всего Полли мечтала выспаться, – но постепенно стало легче. Главное, малышка не болела, росла здоровенькой.

Когда Бекки исполнился год, Полли начала ощущать нехватку денег. Попыталась жить экономнее, но из этого мало что получалось. Вновь встал вопрос о работе. И одновременно о том, как быть с Бекки, ведь оставлять ее одну было нельзя.

Полли даже начала было подумывать, не обратиться ли к Мерил – сообщить, что та стала бабушкой, и попросить вернуться в Майами хотя бы на время, пока не найдется подходящая нянька, чьи услуги к тому же обходились бы не слишком дорого. Однажды она решилась позвонить – впервые за минувший год, – но ее ждало разочарование: оказалось, что Мерил выскочила замуж и укатила сначала в Хьюстон, а потом вроде бы куда-то дальше, тетя Флосси не смогла сообщить на этот счет ничего определенного.

Таким образом все будто нарочно складывалось так, что Полли должна была выкручиваться самостоятельно.

Проблема решилась самым неожиданным образом: Бекки забрал Рон.

Произошло все очень просто, даже в каком-то смысле спокойно. Полли гуляла в парке с Бекки, которая топала еще очень неуверенно, крепко держась за коляску. Вдруг откуда ни возьмись перед Полли появился Рон – будто из-под земли вырос. И пока она остолбенев смотрела на него во все глаза, он аккуратно взял Бекки на руки и с улыбкой произнес:

– Ну, здравствуй, дочурка!

Самым удивительным было то, что Бекки не только не испугалась, но, напротив, на глазах удивленной Полли улыбнулась Рону в ответ, а потом – о чудо! – обвила ручонкой его шею.

– Мой ангелочек! – расчувствовался Рон. Затем протянул ладонь к возникшему за его спиной дюжему парню, тот в свою очередь повернулся к весьма атлетического вида девице – которая неизвестно когда и откуда подошла, – и она подала небольшую пушистую игрушку. Через мгновение мягкий комочек очутился в ладони Рона. – А это тебе. Посмотри, какой зайчонок!

Пролепетав что-то невнятное, Бекки с восторгом впилась пальчиками в розовый мех игрушечного зайца.

– А в автомобиле ты когда-нибудь каталась? – спросил Рон.

Бекки вопроса не поняла, к тому же все ее внимание было поглощено подарком. Зато Полли встрепенулась.

– Это ты о чем? – с тревогой произнесла она, покосившись на стоявшую за спиной Рона пару, в которой без труда угадывались охранники. – В каком автомобиле? И вообще, что происходит?

– Это я у тебя хочу спросить, – негромко, чтобы не спугнуть Бекки, обронил Рон. – Почему ничего не сообщила о том, что у меня есть ребенок? Почему скрывалась? Мне пришлось собирать информацию о тебе по крупицам.

– Ты сам во всем виноват, – сухо заметила Полли. – Не нужно было лгать и…

Рон холодно взглянул на нее.

– Обсудим это позже, ладно? Сейчас я лишь ставлю тебя в известность, что забираю дочь.

Она возмутилась.

– Как это забираешь?! Ты не можешь! У тебя нет никаких прав…

– Я отец ребенка. – Рон улыбнулся и даже подмигнул Бекки, всячески стараясь не встревожить ее. – У меня столько прав, что ты даже не представляешь.

Полли метнула в него гневный взгляд.

– Немедленно отдай мне Бекки!

Она двинулась к Рону, но в ту же минуту была остановлена мускулистой девицей, которая мгновенно очутилась рядом.

– Полегче, – спокойно произнес Рон. – Предупреждаю, у тебя ничего не выйдет. Сейчас я уйду с Бекки и ты не сможешь мне воспрепятствовать.

– Это похищение! – воскликнула Полли, но негромко, потому что тоже не хотела травмировать дочурку.

Рон усмехнулся.

– Ну подай на меня в суд. Только скажу заранее: решение будет не твою пользу. Мое отцовство несложно доказать, да и без экспертизы видно, что Бекки похожа на меня.

– Это еще не означает, что ты можешь забрать ее у меня. Я мать Бекки, а ты даже никогда не был моим мужем.

Усмешка Рона стала шире.

– Ну выходи за меня – и проблема будет решена.

– Никогда! – прошипела Полли.

Рон повел бровью – мол, как хочешь, и перевел взгляд на малышку.

– Бекки, помаши маме ручкой, мы с тобой поедем кататься.

– Нет! – Полли дернулась, но мускулистая девица держала ее мертвой хваткой.

– Солнышко, кроме всего прочего, суд не вынесет решения в твою пользу хотя бы потому, что ты сейчас безработная и не способна достойно содержать ребенка. А я способен.

– Я как раз ищу работу.

– Вот и занимайся этим. А я не могу допустить, чтобы мой ребенок жил впроголодь. Все, разговор окончен. Я уезжаю, но мое предложение остается в силе. Дай знать, что согласна, и мы поженимся хоть в тот же день.

– Даже не мечтай!

Рон слегка пожал плечами и спокойно двинулся прочь, унося Бекки с собой. Та с улыбкой оглядывалась, размахивая игрушечным зайцем.

Полли вновь рванулась вперед, но коллега мускулистой девицы встал на пути скалой. И как назло, больше вокруг не было ни души.

Это бессмысленно, они не пустят меня, промелькнуло в мозгу Полли.

Она застонала от бессильной злобы. Потом подняла голову и крикнула Рону вслед:

– Я встану на ноги и заберу у тебя Бекки!

Он даже не оглянулся.

Двое его людей оставались с Полли четверть часа, не меньше. Потом переглянулись и двинулись в том же направлении, куда ушел Рон.

– Не трепыхайся, – холодно предупредила напоследок девица. – Иначе пожалеешь.

Вскоре Полли осталась одна. У ее ног сиротливо притулилась коляска-трость, из кармана которой выглядывала детская бутылочка с яблочным соком, на которую была надета соска.

– Бекки… – слетело с губ Полли. – Девочка моя!

Ее лицо исказилось судорогой, и она заплакала…

Трудно выразить словами то чувство опустошенности, в котором пребывала Полли в первые дни после похищения Бекки. Она словно лишилась части себя самой, не представляла, как существовать дальше.

Но вскоре жизнь сама напомнила о себе, в первую очередь счетами, которые необходимо было оплачивать.

Разложив бумажки на столе, Полли некоторое время смотрела на них, потом подумала, что, хочется ей того или нет, а жизнь продолжается. И тут ей в голову пришла мысль, имевшая судьбоносное значение. Полли вдруг осознала: пусть вынужденно, но она оказалась свободной. Вступала в действие старая истина – что ни делается, все к лучшему.

Теперь мне нечего терять, размышляла Полли. Я вольна делать что хочу. Самым животрепещущим для меня сейчас является вопрос работы. Так почему бы не поискать ее в Лос-Анджелесе? Ведь именно там находится Голливуд, киношная Мекка. Для начала устроюсь на любую более или менее подходящую работу, а там видно будет. Вдруг повезет?

В тот момент Полли даже не предполагала, насколько ее надежды близки к реальности. В Лос-Анджелесе она устроилась в отель на должность администратора – точь-в-точь как в Майами, только теперь у нее было намного больше опыта. Позже Полли стала принимать участие съемках фильмов – в массовках.

Дальше случилось событие, с одной стороны, банальное, но с другой – изумительное: Полли заметили и выделили из массовки.

Произошло это следующим образом. Актриса Летти Снайпс, исполнявшая главную роль в кинокомедии «Братья Элис», едва начав сниматься, внезапно слегла с высокой температурой. Ее отправили в больницу, где она была в тот же день прооперирована по поводу тяжелого последствия аппендицита – перитонита.

– На какой срок растянется выздоровление? – спросил врачей помощник режиссера Мэтью Дорсетта.

– Смотря по тому, не возникнет ли осложнений, – ответили ему. – Практика показывает, что процесс реконвалесценции в подобных случаях занимает месяц, а то и больше.

– Что-о?! – взвился Мэтью Дорсетт, узнав вердикт медиков. – За это время я сниму полфильма! – На миг задумавшись, он резко произнес: – Все, ничего не хочу знать, чтобы завтра была другая актриса!

– Но…

– Как две капли воды похожая на Летти Снайпс! – добавил Дорсетт.

Такова была предыстория произошедших в жизни Полли перемен. Не завтра, но через день при посредстве все того же помощника она предстала пред светлые очи Мэтью Дорсетта. Едва взглянув на нее, тот велел сделать кинопробы.

Просмотрев отснятый материал, Мэтью Дорсетт хмыкнул и обронил:

– Есть контакт!

Позже Полли узнала, что эта странная в данных обстоятельствах фраза означает согласие с кандидатурой актера или актрисы на ту или иную роль.

В гриме и с другой прической Полли оказалась поразительно похожей на Летти Снайпс. Некоторые, спутав, так и называли ее – Летти.

В роль она вошла относительно легко – сказались навыки, приобретенные еще во время участия в школьных спектаклях. Но большей частью, конечно, ею руководил режиссер. Так, совместными усилиями, они и одолели главную роль.

Выйдя в прокат, кинокомедия «Братья Элис» имела оглушительный успех. Имя исполнительницы главной роли, блиставшей юмором Полли Уотермен, было у всех на устах. О ней заговорили как о восходящей кинозвезде, стали всюду приглашать, что принесло ей дополнительную известность.

И никто не знал, что она тоскует по своей дочурке Бекки, что все это время в ее мозгу зудит мысль о том, как вернуть ребенка. Ко всему прочему, Полли отчаянно пыталась избавиться от любви к Рону, создавшей ей репутацию недотроги среди коллег-актеров. Но безуспешно, чувства не отступали…

После первого фильма почти сразу начались съемки второго, позже – третьего. И каждый раз у Полли происходил новый взлет. Она быстро стала востребованной, накопила на своих счетах внушительную сумму денег и наконец дождалась такого положения вещей, при котором у Рона не оставалось оснований удерживать Бекки у себя.

А потом случай помог ей встретиться с Роном с глазу на глаз в номере люкс фешенебельной нью-йоркской гостиницы.

17

– История, воспоминания о которой ты так трепетно лелеешь, действительно была дурацкая, – произнес Рон. – Но жизнь исковеркала тебе не она, а ты сама.

– О, разумеется! – усмехнулась Полли. – Я же во всем и виновата. Никто не обводил меня вокруг пальца, никто не устраивал свиданий с другой женщиной в день празднования помолвки со мной. А самое главное, никто не похищал у меня дочь!

– Никто, – кивнул Рон. Заметив промелькнувшее в глазах Полли возмущение, он добавил: – Я понимаю ход твоих мыслей, но ты заблуждаешься. Я забрал собственного ребенка, иными словами то, что принадлежит мне по праву.

Ноздри Полли гневно раздулись.

– А мне, выходит, не принадлежит!

Рон спокойно качнул головой.

– В данный момент нет.

– Ну это ты брось! – Поставив недопитый бокал вина на столик, Полли поднялась с кресла. – Бекки моя дочь. Это факт, с которым тебе придется считаться.

Рон направился от окна к столику и тоже поставил свой бокал рядом с тем, из которого пила Полли. Жест был машинален, но тем не менее почти символичен. Жаль только, что ни Полли, ни Рон не обратили на это никакого внимания. Оба были поглощены словесной перепалкой.

– Значит, из-за этого ты пожаловала ко мне? Чтобы уговорить меня отдать тебе Бекки?

Полли гордо подняла подбородок.

– Не уговорить, а потребовать.

– На каком основании? – прищурился Рон.

– Ну, знаешь! Ты что-то совсем чушь понес! Ведь все документы на ребенка у меня, да и вообще…

– Что?! К твоему сведению, Бекки меня обожает – впрочем, как и я ее, – а тебя она даже не помнит.

Прикусив губу, Полли несколько мгновений молчала – потому что осознавала справедливость сказанного, – потом выпалила:

– Ничего, вспомнит!

Рон с усмешкой покачал головой.

– Вижу, ты настроена решительно.

– Ты даже не представляешь как!

– И воинственно, – добавил он.

Полли смерила его взглядом.

– Я пришла, чтобы забрать Бекки, и я это сделаю!

– Интересно будет посмотреть.

– Не веришь, что у меня получится?

Рон чуть склонил голову набок и тоже оглядел Полли с головы до ног. Очень медленно и детально. Затем так же неспешно произнес:

– Очень сомневаюсь. Ведь Бекки здесь нет. Но, даже если бы и была, неужели ты думаешь, что справилась бы со мной и унесла малышку?

– Отчаяние придает силы, – процедила Полли сквозь зубы.

Неожиданно Рон, чуть запрокинув голову, рассмеялся.

– Нет, солнышко, тебе со мной не справиться! Не строй иллюзий на этот счет.

В его словах таился подвох, но Полли не смогла понять, какой именно. Пришлось спросить:

– Почему ты так думаешь?

– Не думаю, а знаю. Ты беззащитна, дорогая моя.

– Много о себе воображаешь! – фыркнула она, чуть успокоившись. Обыкновенное мужское бахвальство, только и всего, промелькнуло в ее мозгу.

Но она ошибалась, и это стало ясно через минуту.

– Думаешь, я имею в виду себя? – вновь усмехнулся Рон. – Нет, все гораздо сложнее… а может, проще, смотря с какой стороны взглянуть.

– Что ты мне голову морочишь?! Я не за тем сюда пришла. Если хочешь что-то сказать, выражайся яснее.

– Гм, желание дамы для меня закон. А сказать я хочу, что ты беззащитна в первую очередь перед самой собой. Чувства, которые я порождаю в тебе, таковы, что ты прекратишь сопротивление через минуту после того, как мы вступим в схватку.

Последнее произнесенное Роном слово неожиданно подстегнуло воображение Полли, и перед ее внутренним взором возникла картина того, какой именно может оказаться «схватка», если они оба действительно в нее вступят. Образ подобного противоборства носил настолько интимный характер, что Полли почувствовала жар в кончиках ушей и опустила ресницы, стремясь скрыть выражение глаз.

Но было поздно – внимательно наблюдавший за ней Рон все заметил. В следующую минуту он шагнул к Полли и взял ее за плечи.

– Что ты делаешь? – выдавила она.

– То, чего мне хотелось с первого мгновения, когда я увидел тебя на пороге своего номера.

С этими словами Рон наклонился и прильнул ко рту Полли. Та успела ахнуть – очень кстати, – ее губы раскрылись, и начался обжигающий поцелуй.

В нем отсутствовала нежность, зато было сколько угодно страсти, гнева… и жадности, которыми Полли была просто потрясена.

Выходит, после всех этих лет Рон все еще желает ее?

Брось, дорогуша, ты сама трепещешь от страсти как былинка на ветру! – прокатился в мозгу Полли чей-то ироничный хохоток.

Убежав тогда с ночного пляжа и отказавшись от Рона, Полли будто заморозила на четыре года свои естественные желания. Ухажеров у нее за это время было предостаточно, но дальше разговоров дело ни разу не продвинулось. А сейчас покрывавший сердце Полли ледок начал подтаивать и в глубине тела просыпалась страсть. Пробудить это полузабытое ощущение был способен только Рон – тот самый человек, которого она все это время пыталась выбросить из головы.

Наконец поцелуй завершился. Рон отпустил плечи Полли, но ее коленки настолько ослабели, что она пошатнулась и чуть не упала. Ей даже пришлось ухватиться за Рона.

– Вот, пожалуйста, прямое свидетельство моей правоты, – хрипловато констатировал он. – Ты беззащитна перед собственными желаниями.

Полли промолчала. Поцелуй не просто смутил ее, он потряс ее до глубины души. Открытие, что Рон до сих пор пылает к ней страстью, изумляло.

Но еще больше Полли была поражена силой своего отклика на действия бывшего возлюбленного, которого она имела все основания ненавидеть.

А может быть, точно так же я среагировала бы на поцелуй любого другого мужчины? – подумала Полли. Сколько я уже живу монашенкой – больше четырех лет!

Она заставила себя посмотреть на Рона.

– Возможно, я и беззащитна перед желаниями, но тебя я презираю!

– Эй, полегче! – воскликнул он. – Иначе снова поцелую.

Полли качнула головой.

– Не старайся, с толку ты меня не собьешь. Я считаю тебя отъявленным мерзавцем и…

– Боже правый, за что же ты меня так?!

– Разве не за что? – прищурилась Полли. – Ты разорил Мерил и, правда косвенно, меня, прибрал к рукам наш бизнес и дом. Вдобавок сначала очернил в моих глазах, а потом уволил честного человека.

– Это ты о ком? – с интересом спросил Рон.

– О Дастине! Ты говорил, что он хочет жениться на мне только для того, чтобы завладеть нашим заводом минеральных вод.

– Могу то же самое повторить и сейчас.

– Да? А сам-то ты что сделал? – Полли смерила Рона взглядом. – Ну, положим, жениться на мне не сумел, я тебя вовремя раскусила, зато завод слопал с потрохами. Чем же ты лучше Дастина? Да он честнее тебя во сто крат!

Рон саркастично усмехнулся.

– Они оба кристально честные люди – Дастин и Реджи Браун.

– Снова какой-то бред… При чем здесь Реджи Браун?

– Он отец Дастина.

– Чушь! Поначалу они даже не знали друг друга, к тому же фамилия Дастина – Майнер. И потом, Дастин начал работать у нас задолго до появления в Майами Реджи Брауна.

Рон пожал плечами.

– Дело твое, можешь не верить. Но я провел небольшое расследование и выяснил, что Реджи и Дастин – два афериста, намеревавшиеся обанкротить ваш завод и завладеть им. Дастин все делал для того, чтобы акции завода упали в цене, и попутно обхаживал тебя. Реджи подстраховывал его, крутя роман с Мерил. Еще немного – и завод оказался бы у этих двоих.

– Но ты их опередил, – мрачно усмехнулась Полли.

– Верно. И тем самым спас вашу собственность. Она осталась бы в семье, если бы мы с тобой поженились. Но тебе в голову взбрела какая-то блажь и ты сбежала, даже не удосужившись сообщить, что у нас будет ребенок!

– У меня, – хмуро поправила его Полли.

– Нет, дорогая моя, у нас. Мы оба являемся родителями Бекки.

– В таком случае почему же ты не позволяешь мне видеться с ней? – Голос Полли дрогнул.

– О, сколько угодно! Но при одном условии.

– Каком?

– Об этом я и собираюсь с тобой поговорить, – медленно произнес он. – Только не здесь.

– Где же?

– Там, где в данный момент находится Бекки. Поедешь туда со мной?

– Да! – не раздумывая кивнула Полли.

Рон испытующе взглянул на нее.

– Что ж, тогда я сейчас переоденусь, сделаю несколько звонков, после чего мы отправимся в гостиницу, где ты остановилась. Заберем твои вещи – и в путь!

– Надеюсь, на этот раз ты меня не обманешь? – сдерживая волнение, произнесла Полли, в свою очередь пристально глядя ему в глаза.

– Я тебя никогда не обманывал, – сухо ответил он.

Оставив Полли в гостиной, Рон удалился в спальню. Спустя некоторое время оттуда донесся его голос – он с кем-то разговаривал по телефону.

Полли не прислушивалась, ее голова и без того гудела от мыслей. Чтобы как-то ослабить напряжение, она взяла со столика свой бокал и допила вино. Ароматная, чуть терпкая влага сразу наполнила желудок теплом, и от этого как будто и на сердце стало легче.

Скоро я увижу Бекки!

Эта мысль яркой шутихой озарила мозг Полли, еще больше улучшив настроение. Правда, оставался вопрос, о каком таком условии ведет речь Рон, но в данный момент это казалось вторичным.

Он вышел в светлом летнем костюме, неся небольшой саквояж.

– Можем ехать, я вызвал такси. Ты как?

– Я готова.

Пока шли по коридору, Полли старалась сохранять между собой и Роном дистанцию, инстинктивно стремясь создать впечатление, – не для себя ли в первую очередь? – будто они абсолютно посторонние люди. Подобная линия поведения явно была следствием недавнего неожиданного, но такого волнующего поцелуя.

Всю дорогу до гостиницы, в которой остановилась Полли, они молчали. Когда поднялись в номер, она позвонила своему нынешнему режиссеру Биллу Донахью, чтобы сообщить об отъезде.

– Если возникнет необходимость, звони мне на мобильный, – сказала Полли в конце короткой беседы.

– А куда ты едешь?

– Я… – Тут она сообразила, что не знает куда. Пришлось обратиться к Рону. – Куда мы едем? – спросила Полли, чуть отстранив телефонную трубку.

– В Майами, – спокойно ответил он.

– В Майами?! – изумленно воскликнула Полли. – То есть ты хочешь сказать, что Бекки находится там?

Рон кивнул.

– Не одна ты такая хитрая, дорогая моя. Я тоже осознавал, что тебе не придет в голову искать дочь в Майами, поэтому с самого начала никуда ее не увозил.

Не сводя с него изумленного взгляда, Полли произнесла в трубку:

– Я еду в Майами, Билл.

Дороги она почти не запомнила, осталось лишь ощущение взлета и посадки в «Боинге-747», на который, как оказалось, Рон забронировал билеты по телефону из своего гостиничного номера.

В Майами Полли ожидал новый сюрприз: Рон назвал таксисту адрес ее родного дома. Того самого, в котором они впервые увидели друг друга.

– Ты живешь в нашем доме? – удивленно спросила Полли.

Она была уверена, что Рон давно продал его.

Он едва заметно усмехнулся.

– Останавливаюсь, когда бываю в Майами.

На языке Полли вертелся вопрос, где содержится Бекки, но она решила повременить с этим.

В дом вошли около пяти часов вечера. Странно было пройтись по знакомым с детства комнатам, в которых сейчас стояла другая мебель: вероятно, прежнюю Мерил перед отъездом продала.

Всюду лежали золотистые солнечные блики, создававшие уютное, но в то же время немного грустное настроение. Или лучше сказать, ностальгическое?

Оглядев гостиную, Полли повернулась к Рону, который молча наблюдал за ней, прислонившись спиной к дверному косяку и сложив руки на груди.

– Когда я увижу Бекки? – Ее голос звенел от волнения.

– Если согласишься с моим условием, то нынешним же вечером. – В отличие от Полли Рон был спокоен, по крайней мере внешне. – Впрочем, что я говорю, конечно согласишься…

Полли взглянула на него с тревогой.

– Почему ты так уверен?

Он слегка пожал плечами.

– Ведь ты приехала сюда.

– Ради Бекки, – напомнила ему Полли.

– Да, разумеется. Поэтому и говорю, что тебе придется пойти на сделку со мной: у тебя нет выбора. К тому же у меня на руках все козыри.

– Не понимаю, о чем ты говоришь… и на чем базируется надежда, что я стану плясать под твою дудку?

– Это не надежда, а хорошо рассчитанный план. Видишь ли, все эти годы я только и ждал, когда ты появишься.

Она заморгала.

– Ждал?

– Трудно поверить, правда? – мрачно усмехнулся Рон. – Тем не менее это так. Я набрался терпения и, хотя всегда знал, где ты находишься, встреч с тобой не искал. В итоге все получилось, как я и предполагал: ты пришла сама.

Полли задумчиво потерла пальцами лоб.

– И чего ты теперь от меня требуешь?

– Для начала скажи: наверное, ты ненавидела меня, если не сообщила о том, что ждешь ребенка?

Этот негромко заданный вопрос взметнул в сердце Полли вихрь эмоций, ее губы дрогнули.

– Я… нет, не ненавидела, – прошептала она. – Но с тех пор, как ты дал повод сомневаться в своей честности, мои чувства к тебе, если можно так выразиться, окрасились в темные тона.

– И ты собиралась растить Бекки в одиночку?

Она кивнула.

– А вот интересно, что бы ты сказала нашей дочурке, если бы та спросила, где ее папа?

– Не знаю. Я не успела об этом подумать – ты похитил Бекки.

Рон вздохнул.

– Ладно, все это в прошлом и скоро не будет иметь никакого значения. Скоро мы поженимся и у нашей малышки будет нормальная семья, с мамой и папой. А также, возможно, с братиками и сестричками.

Пока он говорил, рот Полли сам собой удивленно приоткрылся. Потом она захлопнула его, но лишь для того, чтобы в следующую минуту возмущенно произнести:

– Я не собираюсь становиться твоей женой!

– У тебя нет иного выхода… Впрочем, я уже это говорил. Или ты выходишь за меня замуж, или тебе не видать Бекки как собственных ушей.

– Ты блефуешь! – крикнула Полли. – Тебе не под силу лишить меня собственной дочери!

Рон прищурился.

– Хочешь проверить?

Откровенные угрозы встревожили бы Полли меньше, чем два этих спокойно оброненных слова.

– Рон, ну прошу тебя, отдай мне Бекки! – взмолилась она. – Я не могу жить без нее. Бекки все, что у меня есть. Без нее мне не мила ни карьера, ни деньги, ни слава…

– Тогда советую отнестись к моему предложению серьезно.

Кусая губы, Полли несколько мгновений лихорадочно соображала, потом вновь подняла на Рона взгляд.

– А если мы сделаем так: ты отдашь мне Бекки, но сможешь в любое время видеться с ней?

Тот отрицательно качнул головой.

– Исключено. Говорю же тебе, я ее обожаю. Поэтому мне требуется постоянное общение. Тебе, насколько я понимаю, тоже, так что логичнее всего было бы нам пожениться.

– Но что хорошего может получиться из совместного проживания людей, которые ненавидят друг друга?

– Гм, ты же только что сказала, что не ненавидишь меня.

– А ты меня? По-моему, именно этим чувством ты питался все минувшие годы!

Рон медленно покачал головой.

– Ошибаешься. И потом, ради дочери мы может сделать вид, что любим друг друга. А там, глядишь, и действительно…

Он не договорил, и Полли пристально посмотрела на него. Что кроется под этими словами? Неужели действительно есть какая-то надежда?

Тут Рон заговорил вновь:

– Ясно, ты соскучилась по Бекки, но ведь я предлагаю тебе жить с ней! И со мной. На физическом уровне мы идеально подходим друг другу, с этим ты спорить не сможешь.

К сожалению, так и есть, удрученно подумала Полли. Но произнесла другое:

– Меня интересует лишь то, что имеет отношение к Бекки.

Рон повел бровью.

– Надеюсь, прочее тоже тебя не разочарует. Когда я стану твоим мужем, ты привыкнешь ко мне.

– А ты? – не без интереса спросила Полли. – Что от всего этого получаешь ты?

– Немало, – сказал он. – Красавицу жену, которая к тому же с некоторых пор обрела известность как киноактриса, возможность иметь детей, приятную жизнь, ну и вообще… Вспомни, когда-то нам было хорошо вдвоем…

– Лишь до того момента, пока я не обнаружила… – Полли оборвала фразу. Ей не хотелось вновь поднимать эту тему.

– Нас с Шейлой на пляже? – негромко произнес Рон. – И решила, что между нами что-то есть?

– А разве нет?! – с вызовом произнесла Полли.

– Нет и не было. То есть, если начистоту, Шейла предпринимала некоторые попытки сблизиться со мной, но я всегда тактично отвергал их.

– Путем нежных объятий, поцелуев и…

Рон усмехнулся.

– Ничего этого не было. То есть, я понимаю, со стороны могло показаться, что Шейла обнимает меня. Но на самом деле она просто говорила мне все то, что обычно говорят людям, объявившим о помолвке. С ее стороны это в каком-то смысле было прощанием со мной.

Однако, помня, как застала Рона и Шейлу, Полли со вздохом покачала головой.

– Слабо верится.

– Знаешь что? Тебе тогда следовало бы не удирать от меня, а дать возможность все объяснить. Благодаря этому ты… мы оба… избежали бы множества недоразумений и проблем. – Чуть помедлив, Рон добавил: – Конечно, я никогда не жил монахом, но ты единственная женщина, на которой мне хотелось жениться. И хочется до сих пор, несмотря ни на что.

Ох как Полли хотелось поверить всему этому!

Заметив, что она колеблется, Рон шагнул вперед и взял ее за плечи.

– Хочешь услышать новость? Год назад Шейла вышла замуж, и сейчас они с Фрэнком – так зовут ее благоверного – друг на друга не надышатся.

Полли замерла.

– Это правда?

– Зачем мне врать? Да ты сама все скоро узнаешь… – Рон слегка тряхнул ее. – Ну же! Разве ты не понимаешь, что судьба дает нам еще один шанс? К тому же, став мужем и женой, мы восстановим справедливость.

Все это звучало заманчиво, и Полли готова была согласиться – в первую очередь ради Бекки, – но оставался еще один вопрос.

– Хорошо. Допустим, мы поженимся, но разве ты… то есть ты ведь сам минуту назад сказал, что монахом никогда не был, и…

– Думаешь, я буду изменять тебе? – прищурился Рон.

Полли молча кивнула.

Тогда, глядя прямо ей в глаза, он уверенно произнес:

– Нет, не буду. Мне достаточно тебя одной. Но главное – я люблю тебя.

В его руке вдруг появилась хорошо знакомая Полли бархатная коробочка. У нее самой осталась точно такая же, в которой хранились серьги с сапфирами. Было время, когда Полли хотела отослать их Рону, но все-таки почему-то не сделала этого.

– Кроме того, мне больше нравятся старомодные отношения между супругами, когда те всю жизнь хранят верность друг другу. Так что подумай о моих словах, солнышко – только недолго, – и скажи «да».

Полли замерла, глядя на коробочку. Та будто завораживала ее. И почему обручальное кольцо имеет над женщинами такую власть?

Искушение было велико. Наверное, Полли даже испытала бы облегчение, прекратив сопротивление и согласившись с предложением Рона. Тогда можно было бы жить спокойно, без тревог и волнений, не боясь вновь лишиться Бекки.

– Значит, ты не сомневаешься, что мы способны создать семью? – тихо спросила она.

– Уверен в этом! – горячо ответил Рон.

Помедлив еще немного, Полли вздохнула и произнесла, словно бросаясь с моста в воду:

– Тогда я согласна.

Взгляд Рона будто озарился изнутри пламенем. Вынув из коробочки кольцо с сапфиром, – то же самое! – он надел его на палец Полли.

– Вот так помолвка будто и не прерывалась… хотя продолжалась более четырех лет! – Рон поднес руку Полли к губам и нежно поцеловал. – Впрочем, скоро ей конец. Завтра поженимся – и все.

Полли подняла на него глаза, в которых дрожали слезы.

– Завтра?!

Наклонившись к ее уху, Рон хрипловато прошептал:

– Я не могу больше ждать!

– Ох, а я… – простонала Полли, обвивая его шею руками. – Ты даже не представляешь, как я люблю тебя!

Она приподнялась на цыпочки, собираясь поцеловать Рона, но он вдруг взял ее лицо в ладони.

– Ты никогда прежде не произносила этих слов.

Полли слегка нахмурилась.

– Каких?

– Не говорила, что любишь меня, – улыбнулся Рон.

– Правда? Гм… а мне, наоборот, казалось, что говорила тысячу раз.

– У тебя еще будет для этого время.

Рон наклонился к Полли и только собрался поцеловать, как с улицы донесся звук автомобильного клаксона. На миг застыв, Рон выпрямился.

– Как, уже? – слетело с его губ. Затем он посмотрел на наручные часы. – Да, действительно… Сейчас ты увидишь Бекки, дорогая.

– Правда? – выдохнула она.

Рон чуть склонил голову набок.

– Слышишь в коридоре шажки? Это она.

Через минуту в дверь гостиной коротко постучали, затем она отворилась, впуская… Шейлу!

Увидев ту, Полли в первое мгновение напряглась, но тут порог переступила светловолосая девчушка в синем платьице и белых сандалиях. При виде Рона личико малышки просияло.

– Папа! – радостно взвизгнула она, бросаясь вперед.

В этот момент в дверном проеме показался неизвестный Полли человек – вероятно, это и был Фрэнк, нынешний супруг Шейлы. Но Полли лишь скользнула по нему взглядом. Все ее внимание было приковано к Бекки.

Рон подхватил малышку и закружил. Та неслась в воздухе, заливаясь смехом.

Потом Рон – с Бекки на руках – повернулся к Полли.

– Посмотри, кто приехал! Узнаешь? – Видя, что Бекки лишь смущенно улыбается, он подсказал: – Это же твоя мама!

Немножко подумав, Бекки повторила:

– Мама?

Тут Полли не выдержала и, шагнув вперед, протянула к дочурке руки.

– Бекки, радость моя!

Свободной рукой Рон обнял Полли, и они, все трое, словно стали единым целым.

Глядя на эту сцену, Фрэнк притянул к себе Шейлу, а та, прильнув к нему, умиленно шмыгнула носом.

Content

Аурелия Хогарт
Войди в мое сердце

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17