Эрин Хантер

«Сумерки»

Пролог

— Нет! Это, наверное, какая-то ошибка! — раздался у самого края воды умоляющий голос. Пушистая кошачья шерсть слабо вспыхнула при свете луны. — Мне еще так много нужно сделать!

Красивая голубовато-серая кошка с широкой мордой медленно обошла озеро, ее добрые синие глаза были полны печали.

— Мне так жаль, — проурчала она. — Я думала, пройдет еще много-много лун, прежде чем ты присоединишься к нам.

Хрупкая фигурка застыла на берегу, устремив взгляд на воду, где упавшим листом плавало отражение луны. Бесчисленные ряды котов заполняли берег, и вода серебрилась от звездного сияния их шерсти. На какой-то миг все смолкло, слышен был только шум водопада, низвергавшегося с крутого горного уступа. Воители Звездного племени замерли в скорбном молчании.

— Немногие коты, прожившие долгую жизнь, могут похвастаться тем, что сделали для своего племени столько же, сколько ты, — продолжала голубовато-серая кошка. — Прости нас. Должно быть, тебе кажется несправедливым то, что твой срок настал так рано…

Блестящие кошачьи глаза обратились на звездную воительницу.

— Тебе не за что передо мной извиняться, Синяя Звезда. Я знаю, что в этом нет твоей вины…

Но Синяя Звезда нетерпеливо взмахнула хвостом.

— Позволь мне договорить. Должно быть, ты даже не представляешь, как многим обязано тебе твое племя!

— Все племена, — поправил ее крупный черно-белый кот с длинным хвостом. Он легко поднялся на лапы, обогнул озеро и остановился возле Синей Звезды. — Все племена, включая и Звездное. Без твоей помощи мы бы никогда не добрались до нового дома. — Он почтительно склонил голову, всколыхнув звездный свет, разлитый на поверхности озера.

Смущение заблестело в кошачьих глазах.

— Благодарю тебя, Звездный Луч. Я знаю, у меня было немало ошибок, но вера всегда поддерживала меня.

— Звездное племя не вправе требовать большего от своих воинов. — Поджарый черный кот пробрался между замшелыми обломками скал и сел рядом с Синей Звездой. — Если бы в наших силах было изменить твою судьбу, мы бы ни секунды не раздумывали!

— К сожалению, Ночная Звезда, даже Звездное племя не властно над тропой судьбы, — вздохнула кошка с голубым отливом шерсти.

Фигурка у воды еще сильнее съежилась, горестно качая головой.

— Я все понимаю… И попытаюсь набраться храбрости. Но скажите, хотя бы, когда…

Синяя Звезда покачала головой.

— Нет. Даже звездным воинам не дано так ясно видеть будущее. Ты узнаешь об этом, когда придет срок. И помни, мы будем ждать тебя.

Четвертый Звездный воин, сидевший на склоне горы, поднялся со своего места и направился вниз сквозь мерцающие ряды небесного воинства.

— Твое имя навечно останется в рассказах о Великом Путешествии к новому дому, — пообещал он.

— Спасибо, Метеор.

Четверо сверкающих воинов — четверо бывших предводителей — теперь стояли рядом.

— Знай, что сила Звездного воинства пребудет с тобой до конца, — торжественно произнесла Синяя Звезда. — Мы будем рядом в твой последний миг.

Светлые кошачьи глаза встретились с горящим звездным взглядом.

— Звездное племя никогда не покидало меня.

— И ты говоришь это, зная о своей короткой жизни?

— Конечно, — кошачьи глаза снова блеснули в звездном сиянии. — В моей жизни было много счастья. У меня были друзья во всех четырех племенах. На моих глазах рождались на свет котята и отправлялись в последний путь старейшины. В моей судьбе был долгий путь к новому дому. Я знаю, что не в ваших силах отсрочить мое расставание с родным племенем. Но мне так не хочется уходить!

Воцарилось молчание, на поверхности озера тихо горели звезды. Глаза Синей Звезды горестно сузились.

— Мы все скорбим, когда такие молодые коты вынуждены присоединяться к Звездному воинству. Мне ли не знать, как нужны племени твоя мудрость и твое мужество! — голос ее задрожал и оборвался.

— Не грусти, Синяя Звезда, — теплая лапка коснулась плеча звездной воительницы. — Я знаю, что после моего ухода мое племя не останется без поддержки.

Уважительный шепот облетел долину. Синяя Звезда наклонила голову к хрупкой кошачьей фигурке.

— Мы всегда будем с тобой, — повторила она.

Остальные коты тоже склонили головы. Их голоса слились в низкий горестный плач, который взлетел к самым звездам и постепенно растаял в голосе ветра. Мерцающие силуэты начали таять один за другим, пока долина не опустела.

Лишь звезды лили свой холодный свет на одинокую фигурку, съежившуюся на краю озера.

Глава I

— Пусть все коты, способные охотиться самостоятельно, соберутся под Каменным карнизом на собрание племени!

Зычный голос предводителя эхом облетел каменный овраг, и Белка мгновенно очнулась от сна. Белохвост уже продирался сквозь колючие ветки, загораживавшие вход в палатку воинов. Его верная подруга Яролика, поднявшись с уютной моховой подстилки, последовала за ним.

— Что опять понадобилось Огнезвезду? — проворчал Дым, медленно поднимаясь на лапы и стряхивая со шкуры приставшие клочки мха. Раздраженно дернув ушами, он поплелся к выходу следом за Белохвостом.

Белка широко зевнула и быстренько пригладила растрепавшуюся шерстку. Сварливый Дым сегодня был в особенно плохом настроении: судя по его нетвердой походке, ему причиняла немалую боль рана, полученная в битве с Чернохватом. Многие Грозовые воины до сих пор носили отметины от когтей заговорщиков, у самой Белки тоже саднило разодранный бок, поэтому, умываясь, она несколько раз осторожно провела языком по глубокой царапине.

До того как лесные племена пришли на новые земли, Чернохват был глашатаем племени Ветра. Но перед самой смертью предводитель племени Звездный Луч изменил свою волю и избрал преемником Одноуса. Возмущенный Чернохват поднял мятеж против Одноуса, воспользовавшись тем, что молодой предводитель не успел получить от Звездного племени дар девяти жизней. Коршун из Речного племени тоже участвовал в этом заговоре и помогал предателю. Белка с трудом подавила гнев, вспомнив, что Ежевика даже после этого продолжает слепо доверять своему братцу!

Слава Звездному племени, Грозовые коты вовремя узнали про заговор и помогли племени Ветра победить Чернохвата и его приспешников. Звездное племя ясно дало понять, на чьей оно стороне, когда сраженное молнией дерево рухнуло на Чернохвата и придавило его насмерть.

Белка в последний раз провела языком по своей рыжей грудке, протиснулась сквозь ветки и, вздрагивая от холода, вышла на поляну. Бледное зимнее солнце только-только показалось из-за верхушек деревьев, обступивших каменный овраг, на дне которого Грозовое племя разбило свой новый лагерь. Наверху ветер свирепо трепал голые ветви, но в овраге было тихо и спокойно. Воздух пах морозцем, на траве белел ночной иней. И все-таки в воздухе чувствовался едва уловимый запах новой жизни, подсказывавший, что сезон Юных Листьев уже не за горами.

Белка уперлась когтями в промерзшую землю и как следует потянулась. Ее отец Огнезвезд уже сидел на Каменном карнизе, который нависал над неглубокой пещерой, служившей ему палаткой. Белка бросила оценивающий взгляд на отца и решила, что для плохих известий вид у него, пожалуй, слишком умиротворенный. Значит, ничего страшного им пока не грозит!

Коты уже собрались на поляне под карнизом. Из палатки старейшин выбрались Кисточка и Златошейка: мать Ежевики вела за собой слепого Долгохвоста, положив кончик хвоста ему на плечо.

— Привет! — Листвичка подбежала к сестре и потерлась носом о ее нос. — Как твои царапины? Может быть, дать тебе еще ноготков?

— Нет, спасибо, у меня все и так заживает!

Во время битвы с Чернохватом Листвичка вместе со своей наставницей Пепелицей трудились не покладая лап, раздавая нужные травы и врачуя кошачьи раны.

— У нас полно раненых, которым твоя помощь нужна гораздо больше, чем мне, — честно добавила Белка.

Листвичка тщательно обнюхала ее царапины и удовлетворенно кивнула:

— Ты права. Все отлично заживает.

Из детской послышался восторженный писк, и оттуда облачком бежевой шерстки выкатился Березовик, растянулся на земле, но тут же вскочил и подбежал к своему отцу, Дыму. Мать малыша, Тростинка, села рядом и, наклонив голову, пригладила языком взъерошенную шубку малыша.

Белка посмотрела на счастливую семью и радостно заурчала. Потом взгляд ее скользнул дальше и остановился на узком лазе, протоптанном в колючем утеснике для выхода из лагеря. Внезапно мышцы у нее на спине напряглись. В лагерь возвращался рассветный патруль. Первым из туннеля показался Ежевика, следом за ним шли Песчаная Буря и Сероус.

— В чем дело? — спросила Листвичка.

Белка подавила вздох. Они с Листвичкой всегда были очень близки друг другу, поэтому скрывать свои чувства было бесполезно.

— Это все из-за Ежевики… — нехотя призналась она. — Просто не могу поверить, что он все еще водит дружбу с этим проклятым Коршуном! И это после того, как тот открыто встал на сторону Чернохвата!

— Многие коты выступили на стороне Чернохвата, — заметила Листвичка. — Ты же знаешь, немало воинов сомневалось в том, что Одноус сможет стать настоящим предводителем своего племени. Но после того как рухнуло дерево, Коршун открыто признал свою ошибку и сказал, что Чернохват обманул его доверие. Одноус простил его — как и всех других котов, участвовавших в заговоре.

Белка возмущенно взмахнула хвостом.

— Коршун солгал! Он с самого начала участвовал в заговоре!

Ей показалось, что пристальный взгляд сестры прожжет насквозь ее рыжую шерсть.

— Ты не можешь этого доказать, Белка! Я знаю, что и Коршун тоже не может доказать свою невиновность. Но скажи мне честно — ты уверена, что подозреваешь Коршуна не из-за того, что его отцом был Звездоцап?

Белка открыла пасть, чтобы возразить — и виновато замолчала. Пожалуй, сестра все-таки права…

— Не забывай, что Ежевика тоже сын Звездоцапа, — продолжала Листвичка. — Их отец был убийцей и предателем, но это не означает, что и сыновья должны пойти его дорожкой. Честно говоря, я тоже не доверяю Коршуну, но, может быть, мы обе жестоко ошибаемся. Но даже если наши подозрения подтвердятся, причем тут Ежевика? Разве он обречен быть похожим на своего брата или Звездоцапа? — спросила она и резко добавила: — Ты ведь не думаешь, что Грозовое племя обязано уважать нас с тобой только за то, что мы дочери предводителя?

Белка уныло пошевелила хвостом.

— Наверное, ты права…

И все-таки она чувствовала, что эти три кота связаны друг с другом, словно усики в зарослях ежевики! Что делать, если в глубине души она все равно не верит в то, что дети Звездоцапа не унаследовали кровавого властолюбия своего отца?

— Понимаешь, Ежевика совсем меня не слушает! Коршун значит для него гораздо больше, чем я. Не понимаю, почему слово этого предателя значит для него больше моего!

— Не забывай, что Коршун его брат, — мягко напомнила Листвичка. Ее кроткие желтые глаза были полны сочувствия. — Мне кажется, тебе стоит судить о Ежевике по тому, что он делает сейчас, а не по тому, что когда-то сделал его отец. И уж точно не по тому, что, как тебе кажется, он может совершить в будущем.

— Ты думаешь, что я к нему несправедлива? — спросила Белка. Во время путешествия к Месту-Где-Тонет-Солнце она доверяла Ежевике свою жизнь. Но теперь, видя его все крепнущую дружбу с Коршуном, она чувствовала, что ее доверие тает, словно роса поутру.

— Мне кажется, что ты напрасно расстраиваешься! — ответила Листвичка.

— Вот еще, стану я расстраиваться! — фыркнула Белка. Никому, даже родной сестре, она не могла признаться, какую боль причиняет ей одна только мысль о том, что она потеряла. — Просто я беспокоюсь о нашем племени, вот и все. Если Ежевике охота водиться с Коршуном, мне на это наплевать!

Листвичка нежно дотронулась кончиком хвоста до плеча сестры.

— Не притворяйся, — тихо сказала она. — Тем более, передо мной. — Она улыбнулась, но глаза ее оставались серьезны.

— Привет, Белка. Иди сюда! — позвал Белку Уголек, избавив ее от необходимости отвечать.

Белка пошла к нему. От нее не укрылась радость, вспыхнувшая в синих глазах молодого воина при ее приближении. Листвичка последовала за сестрой и на ходу быстро лизнула ее в ухо.

— Постарайся не волноваться, — шепнула она. — Все будет хорошо.

Она дружелюбно кивнула Угольку и отошла к своей наставнице, сидевшей под Каменным карнизом.

Уголком глаза Белка заметила, что Ежевика тоже сделал несколько шагов в ее сторону. Когда она села возле Уголька, янтарные глаза Ежевики потемнели, и, резко отвернувшись, он опустился на землю рядом с Медуницей и Бурым. У Белки даже шерсть зачесалась — правда, она так и не поняла, от радости или от разочарования. К счастью, в этот момент Огнезвезд начал свою речь, и она уставилась прямо перед собой, чувствуя спиной горящий взгляд Ежевики.

— Коты Грозового племени! Три рассвета миновало со дня битвы с Чернохватом, — говорил предводитель. — Два мертвых воина до сих пор лежат за оградой нашего лагеря. Теперь, когда мы отдохнули и набрались сил, пришло время достойно проводить их в Звездное племя.

Холодок пробежал по рыжей шерсти Белки. Она нашла этот овраг, случайно свалившись в него во время поисков места для лагеря — к счастью, она упала тогда с самого покатого склона, отделавшись всего лишь легкими ушибами. Но во время страшной битвы двое котов из племени Теней сорвались вниз с самой высокой точки и, рухнув на лежащую внизу поляну, сломали себе шеи.

— Думаешь, они нужны племени Теней? — крикнул из толпы Белохвост. — В конце концов, они же воевали на стороне Чернохвата.

— Преданность чужих воинов нас с вами не касается, — нахмурился Огнезвезд. — Кроме того, Чернохват был не вполне обычным предателем. Не забывайте, что очень многие в лесу искренне считали его истинным предводителем племени Ветра.

Белохвост недоверчиво выгнул хвост, зато Ежевика горячо закивал головой, соглашаясь с каждым словом предводителя.

«Наверняка, снова думает о своем Коршуне!» — возмущенно фыркнула Белка.

— Погибшие коты были воинами племени Теней, — продолжал Огнезвезд, — поэтому соплеменники должны проводить их в последний путь в Звездное воинство. Пусть патруль отнесет тела к границе племени Теней.

— Я пойду! — вызвался Терновник.

— Спасибо, — кивнул Огнезвезд. — Бурый, я бы попросил еще тебя и…

Он помедлил, задумчиво обводя глазами своих воинов. Белка догадалась, что это задание было не таким простым, как казалось на первый взгляд. Несмотря на то, что в битве участвовало всего несколько котов из племени Теней, их предводитель Чернозвезд наверняка винит Грозовое племя в гибели своих воинов и может использовать этот случай как повод к нападению.

— Дым и Белохвост, — объявил Огнезвезд. — Отнесите тела к границе возле поваленного дерева, дождитесь патрульных племени Теней и расскажите им о том, что произошло. Но не вздумайте нарываться на неприятности! — Огнезвезд на мгновение задержал взгляд на Белохвосте, словно заранее опасался несдержанности белоснежного воина. — Если племя Теней выкажет враждебность, разворачивайтесь и уходите.

Терновник поднялся с земли, взмахом хвоста подозвал к себе остальных патрульных, и все вместе они направились в сторону лаза. Тела воинов племени Теней лежали возле выхода в редких зарослях ежевики, которые защищали их от лис и других любителей падали.

Огнезвезд выждал, пока стихнет шум ветвей в проходе, и снова заговорил:

— Прошлой ночью Одноус должен был отправиться к Лунному Озеру, чтобы получить имя предводителя и дар девяти жизней. Но его власть не будет прочна до тех пор, пока его не признает собственное племя. На всякий случай я собираюсь повести патруль, чтобы проверить, как обстоят дела в племени Ветра.

— Какое нам до этого дело? — возмутилась Кисточка. — Грозовые воины и так потеряли шерсть в бою, помогая этому Одноусу! Сколько можно нянчиться с племенем Ветра?

Позабыв про боль в расцарапанном боку, Белка возмущенно повернулась к старухе:

— Раз уж мы рисковали жизнями ради Одноуса, надо убедиться, что наши усилия были не напрасны!

Кисточка сердито сверкнула глазами, но Огнезвезд резко взмахнул хвостом, прекращая готовую вспыхнуть перепалку.

Пепелица поднялась с земли.

— Уж не знаю, кто возглавит этот патруль, да только не ты, Огнезвезд, — решительно объявила она. — Ты вывихнул плечо и должен переждать в лагере до тех пор, пока оно не заживет.

Огнезвезд вздыбил было шерсть на загривке, но быстро успокоился и покорно склонил голову.

— Хорошо, Пепелица.

— Я поведу патруль! — вскочил Ежевика.

— Спасибо, Ежевика, — кивнул Огнезвезд. — Будет лучше, если вы не станете заходить на территорию племени Ветра. Надо показать, что мы уважаем границы. Обойдите пограничные метки и посмотрите, нет ли там кого.

— Можешь не беспокоиться, Огнезвезд, — кивнул Ежевика. — Я не позволю ни одному чужому коту запустить коготь за нашу границу!

Сидевший рядом с Угольком и Белкой Долголап возмущенно фыркнул:

— Вот нахальный комок шерсти! Похоже, он вообразил себя нашим глашатаем!

— Ежевика — хороший воин, — возразил Уголек. — Что плохого в том, что он хочет стать глашатаем?

— Вообще-то ничего, если не считать, что у Грозового племени уже есть глашатай, — хмыкнул Долголап.

— Но Крутобока нет с нами, — возразил Уголек. — Рано или поздно Огнезвезду придется назначить кого-то на его место.

Острый шип тоски пронзил сердце Белки. Двуногие схватили глашатая Грозового племени Крутобока как раз перед тем, как племена отправились на поиски нового дома. Белка до сих пор с ужасом вспоминала, как Крутобока затаскивали в брюхо рычащего забрызганного грязью чудовища. Ни один кот не знал, что стало с ним дальше, но Огнезвезд отказывался верить в смерть друга и не назначал нового глашатая.

«Неужели Ежевика в самом деле собирается стать глашатаем? — удивилась Белка. — Совсем как его отец», — невольно подумала она и тут же вспомнила, на какие преступления готов был пойти кровожадный Звездоцап ради утоления своего безмерного властолюбия.

Но тут Огнезвезд громко окликнул ее по имени, и Белка очнулась от задумчивости.

— Белка, пойдешь с Ежевикой на разведку. Уголек и Сероус, отправляйтесь вместе с ними.

Белка радостно подняла ушки, надеясь, что хорошая пробежка по лесу поможет прогнать тревожные мысли. Уголек вскочил с земли, высоко подняв серый хвост.

— Побежали! — крикнула Белка, одним прыжком очутившись возле Ежевики.

— Не торопись, — холодно отрезал Ежевика и посмотрел поверх ее головы на Уголька, как будто впервые видел его. — Я хочу дослушать, чем кончится собрание.

Белка метнула на него возмущенный взгляд и села на свое место.

— Кроме этого, надо отправить в лес отряды охотников, — продолжал Огнезвезд. — Песчаная Буря, ты не могла бы взять это на себя?

— Конечно, — кивнула Песчаная Буря, сидевшая у подножия карниза. — Но прежде чем мы разойдемся, я хотела бы кое-что сказать… — Она смущенно замолчала, но Огнезвезд махнул хвостом, призывая ее говорить. — Сейчас в Грозовом племени осталась всего одна ученица. Ей тяжело выполнять все обязанности, которые обычно несут оруженосцы.

— Лично я сыт по горло приготовлением подстилок для старейшин! Это работа не для воина!

Сумрак очень долго ждал своего посвящения в воители, поэтому полагал, что навсегда покончил с обязанностями оруженосца.

— Это несправедливо, — резко ответил Огнезвезд и сурово посмотрел на молодого воина. — Ты же понимаешь, что одна ученица никак не может справиться со всеми делами.

— Белолапка и так работает не покладая лап, — подтвердила Кисточка. — Ей нужна помощь.

Белолапка, единственная ученица племени, смущенно потупилась. Судя по всему, она меньше всего ожидала поддержки от сварливой бурой старухи, у которой язык был острее когтей.

— Я, я помогу! — восторженно подскочил на месте Березовик. — Я уже большой и могу стать оруженосцем!

— Нет, малыш, тебе еще рано, — ласково возразила ему мать. — Только через еще одну луну.

— Боюсь, твоя мама права, Березовик, — улыбнулся Огнезвезд. — Не огорчайся, время пролетит незаметно. Кроме того, у тебя и сейчас немало разных дел. Песчаная Буря, ты не могла бы как-нибудь распределить обязанности оруженосцев на всех нас, чтобы каждый взял на себя какое-нибудь дело?

Палевая кошка утвердительно кивнула головой.

— Я займусь этим и прослежу, чтобы у Белолапки оставалось достаточно времени на тренировки. И вот еще что, — добавила она. — Поскольку у нас больше нет оруженосцев и некого тренировать, наши воины совсем перестали отрабатывать боевые приемы. Я боюсь, что это сполна скажется в следующей битве.

— Когда она еще будет, эта битва! — отмахнулся Долголап. — Чернохват погиб, значит, и опасаться нечего!

— Вот именно, а у нас и без тренировок забот полна пасть, — поддержал его Сумрак.

— Можно подумать, Чернохват был единственным котом, от которого можно ждать неприятностей! — взорвалась Кисточка, возмущенно поведя усами. — Проживи с мое, тогда поймешь, что в лесу всегда есть чего опасаться.

— Ты совершенно права, Кисточка, — кивнул Огнезвезд. — Четыре лесных племени снова разделились, а значит, недалек тот час, когда нам придется вступить в бой. Нужно, чтобы кто-нибудь из старших воинов позаботился о том, чтобы Грозовые коты не теряли выучки.

Уголек разинул пасть, готовый предложить свои услуги, но Ежевика опередил его.

— Я могу взяться за это дело, Огнезвезд!

Белка насторожила уши. Вообще-то следить за подготовкой воинов входило в обязанности глашатая… Судя по всему, Ежевика и в самом деле мечтает занять место Крутобока!

— Завтра же приступим к занятиям! — деловито объявил полосатый воин. — Я могу каждое утро заниматься с двумя-тремя котами. Уголек, давай начнем с тебя и Долголапа!

Уголек с опаской прищурил глаза и заявил:

— Только чур, драться без когтей!

— Без когтей, так без когтей, но больше никаких поблажек! Это учебный поединок, а не котеночье барахтанье!

— А Уголек и не просил никаких поблажек! — подпрыгнула Белка, вздыбив рыжую шерсть. — Я сама сражусь с тобой, то-то ты побарахтаешься!

Ежевика холодно посмотрел на нее:

— Я полагаю, Уголек как-нибудь справится и без твоей помощи. Может быть, ты позволишь ему открыть пасть?

Уголек предостерегающе коснулся Белкиного плеча кончиком своего хвоста, но она только досадливо отмахнулась. Она так разозлилась, что совсем забыла, где находится.

— Я смотрю, ты очень много о себе возомнил, Ежевика, но…

— Довольно! — хлестнул хвостом Огнезвезд.

Обожженная суровым взглядом его зеленых глаз, Белка пристыжено втянула голову в плечи и уселась на свое место.

— Я же говорил, что этот комок шерсти слишком задирает нос! — шепнул ей на ухо Долголап.

— Спасибо, Ежевика, — кивнул Огнезвезд. — Позаботься о том, чтобы воины как можно скорее приступили к тренировкам, — он медленно обвел взглядом сидящих внизу Грозовых котов, словно хотел запомнить каждую царапину, каждый клок вырванной шерсти и понять, как скоро его воины смогут вернуть себе прежнюю боевую форму.

— Тут неподалеку есть очень укромная полянка, — приподнялась со своего места пестрая Яролика. — Я там вчера охотилась. Земля ровная, мшистая — отличное место для тренировок, очень похоже на наш Песчаный овраг!

— Великолепно! — просиял Огнезвезд. — Покажешь мне это место после собрания. Ежевика, не забудь доложить мне обстановку, когда вернетесь после патрулирования границы.

Полосатый воин коротко кивнул. Потом повернулся к Белке и холодно посмотрел на нее своими круглыми янтарными глазами.

— Ты готова? Тогда мы можем идти.

Глаза Белки превратились в две узкие щелки:

— Не смей меня опекать, слышишь?!

— В таком случае, перестань вести себя, как мышеголовая ученица. Надеюсь, ты не забыла, кого Огнезвезд поставил во главе патруля?

Голос его был таким же ледяным, как и взгляд. Неприязнь холодком пробежала по спине Белки. Перед ней был совсем не тот кот, с которым она прошла весь долгий путь к Месту-Где-Тонет-Солнце, и не тот, кто совсем недавно значил для нее больше, чем все остальные коты на свете. Теперь она почти не узнавала его.

— Огнезвезд мог выбрать любого, ясно? — прошипела она, выплевывая каждое слово, словно кусок падали. — Ты всего-навсего один из наших старших воинов!

— Но ведь ты думаешь совсем о другом, правда? — взорвался Ежевика. Его янтарные глаза полыхнули гневом, уши прижались к затылку. — Ты сомневаешься в моей преданности только потому, что у меня есть брат в соседнем племени. Думаешь, я не видел, что ты следила за мной, когда мы с Коршуном разговаривали возле озера?

— Да, следила, и правильно сделала! — фыркнула Белка. — А иначе как бы я узнала, что Коршун с самого начала был в сговоре с Чернохватом и что тот даже пообещал сделать его своим глашатаем и помочь захватить Речное племя! Я своими ушами слышала, как Чернохват признался в этом.

— Чернохват солгал! — зашипел Ежевика, дыбом поднимая полосатый загривок. — С какой стати мы должны верить словам предателя?!

— А с какой стати мы должны верить Коршуну? — парировала Белка, в ярости полосуя когтями землю.

— А почему нет? — рявкнул Ежевика. — Только потому, что он сын Звездоцапа? Как и я, да?

— Это несправедливо, — вмешался Уголек, вставая рядом с Белкой. — Белка не говорила, что…

— А ты не вмешивайся! — в бешенстве обернулся к нему Ежевика, угрожающе хлеща хвостом. — Тебя это не касается!

Белка выпустила когти. Еще мгновение — и она вцепилась бы Ежевике в морду. К счастью, в последний момент она заметила отца, который выходил из лагеря в сопровождении Яролики, и мысль о том, как огорчила бы предводителя безобразная драка между воинами, остановила ее. Белка впилась когтями в рыхлую торфяную почву и зашипела:

— Мне плевать, кем был его отец, ясно? Я не верю Коршуну потому, что он замышлял убить Одноуса! Потому что он готов на все ради власти! Надо быть слепым ежом, чтобы не видеть этого!

Несколько мгновений Ежевика молча смотрел на нее. Потом медленно проговорил:

— Это всего лишь слова. У тебя нет ни одного доказательства. Коршун — мой брат. Он не сделал ничего дурного, и я не собираюсь отрекаться от него только потому, что тебе этого хочется.

— Вот и прекрасно! — взорвалась Белка. — Да он просто одурманил тебя. Не удивительно, что ты не видишь правды даже тогда, когда она у тебя перед носом! Может быть, тебе вообще лучше перебраться в Речное племя, поближе к своему обожаемому братцу? Тебе же давно плевать и на Грозовое племя, и на меня…

Ежевика хотел было ответить на этот яростный выпад Белки, но тут Березовик, увлеченно гонявшийся за своим хвостом, оступился и кубарем скатился прямо под ноги полосатому воину. Остановившись, он со страхом и изумлением уставился на двух котов, которые с ненавистью смотрели друг на друга, вздыбив загривки и хлеща себя хвостами.

— Ой, простите! — пискнул малыш и что было духу понесся в сторону детской.

Ежевика сделал шаг назад и презрительно скривил губы:

— Пошли, мы напрасно теряем время. Так мы и до ночи не доберемся до границы с племенем Ветра.

И, не дожидаясь, пока остальные патрульные последуют его примеру, развернулся и бросился к выходу, высоко подняв полосатый хвост.

Белка переглянулась с Угольком и увидела сочувствие и нежность в его синих глазах. После враждебной холодности Ежевики его участие показалось ей глотком студеной воды в знойный день.

— Все нормально? — спросил Уголек.

— Все отлично! — с нажимом ответила Белка, бросаясь вдогонку за Ежевикой. Пробегая мимо Сероуса, она заметила, что тот смотрит на нее с таким изумлением, будто у нее отросли кроличьи уши. — Пошевеливайтесь, а то нам его не догнать!

Когда полосатая шкура Ежевики растаяла среди колышущихся ветвей утесника, Белка почувствовала пустоту: ей показалось, будто Ежевика навсегда уходит из ее жизни. Смогут ли они когда-нибудь снова стать друзьями? Честно говоря, после такой страшной ссоры на это было мало надежды.

Приходилось признать, что дружба, которая связала их во время долгого путешествия к Месту-Где-Тонет-Солнце и странствий в поисках нового дома, подошла к концу.

Глава II

Белка не была в лесу со дня битвы с Чернохватом и теперь с наслаждением прислушивалась к шороху листьев под лапами. То тут, то там она подмечала первые приметы приближающегося сезона Юных Листьев: нежные подснежники, белевшие под деревьями, и одинокий цветок мать-и-мачехи, похожий на каплю солнечного света, горящую на фоне поросшего зеленым мхом ствола. «Надо хорошенько запомнить место и рассказать Листвичке! — подумала на бегу Белка. — Мать-и-мачеха хорошо помогает при одышке».

Ежевика остановился только тогда, когда лагерь остался далеко позади.

— Может быть, теперь вы побежите впереди? — кивнул он Угольку и Сероусу. — Заодно проверим, как вы знаете территорию.

— Давай! — с готовностью согласился Сероус и бросился в заросли папоротника.

Уголек, прежде чем двинуться следом за товарищем, кинул мрачный взгляд на Ежевику. Белка сразу поняла, в чем тут дело.

— Зачем ты так сказал? — напустилась она на Ежевику, когда они остались одни. — Ты обращаешься с ними, как с оруженосцами! Кстати, ты не забыл, что Уголек старше тебя?

— Зато я возглавляю патруль, — невозмутимо ответил Ежевика. — Если не хочешь выполнять мои приказы — можешь вернуться в лагерь.

Белка открыла пасть, чтобы огрызнуться, но передумала и смолчала. Она не собиралась затевать очередную ссору. Она молча прошла мимо Ежевики и побежала на запах Уголька и Сероуса.

Должно быть, Уголек услышал, как она продирается сквозь заросли, потому что дождался ее и пошел рядом.

— На деревьях уже набухли почки, — шепнул он, махнув хвостом на ветки большого дуба. — Сезон Юных Листьев не за горами.

— Скорее бы! — мечтательно воскликнула Белка. — Ни снега тебе, ни льда, и дичи полным-полно!

— Да уж, нашему племени дополнительная добыча не помешает, — согласился Уголек. — Кстати о добыче, может быть, поохотимся? Как ты думаешь, Ежевика не станет возражать?

— Да какое мне дело до его возражений! — фыркнула Белка.

Она разинула пасть и втянула воздух. Ей показалось, будто она почуяла запах барсука. Белка всерьез задумалась: сообщить ли об этом Ежевике? Что ни говори, а барсуки представляли огромную опасность для котов, особенно если их лагерь случайно оказался на барсучьей территории. Но Белке не хотелось разговаривать с Ежевикой, кроме того, она подозревала, что тот все равно не станет ее слушать.

Белка снова принюхалась и на этот раз учуяла сильный беличий запах. Скосив глаза, воительница увидела в нескольких лисьих хвостах от себя пышнохвостого зверька, спустившегося на землю за орехом, и все мысли о барсуке мгновенно улетучились у нее из головы.

Белка проверила, откуда дует ветер, и, припав к земле, стала подбираться к своей добыче. Она прыгнула как раз в тот момент, когда белка задумала перебраться на ближайшее дерево, но рыжая воительница оказалась быстрее. Она вонзила когти в беличью спину и мгновенно прикончила ее укусом в шею.

Тут за ее спиной послышался громкий встревоженный мяв и, обернувшись, Белка увидела дрозда, вылетевшего из куста папоротника. Сидевший рядом Уголек уныло проводил глазами упорхнувшую добычу.

— Не повезло! — крикнула ему Белка. — Наверное, это я его спугнула, когда прыгнула за своей белочкой.

— Да нет, — честно признался Уголек, — я сам нечаянно наступил на ветку.

— Ничего страшного, угощайся, — махнула ему хвостом Белка. — Тут на всех хватит.

Внезапно из зарослей травы вынырнул Ежевика.

— Чем это вы тут занимаетесь? — проворчал он. — Если я не ошибаюсь, мы шли проверять границу с племенем Ветра.

Белка невозмутимо проглотила первый кусок добычи.

— Слушай, Ежевика, успокойся ты, ради Звездного племени! Мы же с самого утра ничего не ели! — воскликнула она и, не зная, как он отреагирует на ее дружелюбный жест, неуклюже отодвинулась от добычи. — Если хочешь, можешь взять кусочек.

— Спасибо, я не голоден, — вежливо отказался Ежевика. — Где Сероус?

— Побежал вперед, — махнул хвостом Уголек.

Не говоря ни слова, Ежевика развернулся и, раздвигая заросли травы, потрусил в ту сторону, куда указал серый воин.

Когда он скрылся среди влажных зеленых стеблей, Белка зашипела, не в силах сдержать своего раздражения.

В ответ на это Уголек легонько пощекотал ее хвостом за ухом.

— Ты слишком легко позволяешь ему себя огорчать.

— Нисколечко! — процедила Белка, пытаясь убедить себя в том, что она ни капельки не огорчилась. Но почему тогда она снова и снова вспоминает о том, как близки они были с Ежевикой во время долгих скитаний, как доверяли друг другу? «Как же мы смогли потерять все это?» — с тоской подумала она.

Белка снова увидела сочувствие в глазах Уголька. Она знала, что он хочет стать для нее больше, чем просто другом. Ее так и подмывало ответить ему согласием, но она не была до конца уверена в своих чувствах. Сначала ей нужно прийти в себя после ссоры с Ежевикой. «Кроме того, у нас есть дело, — с внезапной горячностью подумала она. — В конце концов, я воительница, а не полоумная зайчиха!»

В несколько торопливых укусов они с Угольком расправились с остатками белки и снова побежали в сторону границы с племенем Ветра. Вскоре они наткнулись на Сероуса с Ежевикой. Ежевика сбил на землю скворца и жадно рвал его зубами, а Сероус лакомился полевкой. При появлении товарищей он поднял голову от добычи и крикнул:

— А я уж думал, что вы потерялись!

Ежевика проглотил последний кусок скворчатины и, не говоря ни слова, помчался вперед. Белка переглянулась с Угольком и, пренебрежительно дернув плечом, понеслась следом.

Вскоре деревья начали редеть, и впереди послышалось журчание воды. Патрульные взбежали на вершину холма, под которым протекал ручей, служивший границей между племенами. Ветерок доносил резкий запах племени Ветра, но соседских воинов нигде не было видно.

— Наверное, их патруль только что прошел, — негромко заметил Уголек. — Пограничные метки совсем свежие.

«Это хороший признак, — подумала Белка. — Если племя Ветра в состоянии отправлять регулярные патрули, значит, оно уже успело оправиться от предательства Чернохвата».

— Пошли к каменной переправе, — предложил Ежевика. — Может быть, нам еще удастся их догнать.

Он кубарем скатился со склона и побежал вверх по течению ручья. Остальные патрульные последовали его примеру. Через какое-то время деревья уступили место пустоши. В этом месте ручей бежал быстрее, зажатый между заросшими осокой и камышом берегами. Вода пенилась вокруг камней, которые образовывали нечто вроде тропинки, ведущей через ручей к пустоши. Здесь было проще всего переправляться на другой берег: перепрыгивать с камня на камень не представляло особого труда даже во время сезона Юных Листьев, когда ручей был особенно полноводным.

Ветер бил Белке прямо в нос, прилизывал шерсть и выжимал слезы из глаз.

— Просто не представляю, как воины Ветра тут живут! — проворчала она, поворачиваясь к Угольку. — Здесь же даже деревьев нет!

Уголек насмешливо заурчал.

— Наверное, они тоже удивляются — и как это, мол, Грозовые воины умудряются жить под деревьями, когда из-за веток даже неба не видно.

— Пусть спросят об этом во время дождя, — буркнула Белка.

Внезапно в траве мелькнуло что-то светло-бурое. Кролик! Зверек перемахнул через гребень холма и побежал вниз. У Белки даже лапы зачесались от желания погнаться за ним следом, но она знала, что добыча находится на территории племени Ветра. В следующий миг поджарый темно-серый кот выбежал на склон и погнался за кроликом, едва касаясь лапами земли. Белка сморгнула слезы с глаз и узнала Грача, одного из участников похода к Месту-Где-Тонет-Солнце.

Охотник и добычей скрылись в ложбине, и вскоре тонкий, мгновенно оборвавшийся визг сообщил Белке о том, что воин Ветра не промахнулся в прыжке.

— Охотничий патруль, — проговорил Сероус, кивая на вершину холма.

На гребне появились еще двое воинов племени Ветра. Белка узнала Паутинника, а потом разглядела и его оруженосца, маленького Куничку. Третья кошка, Белогрудка, присоединилась к товарищам, когда те остановились, заметив патруль Грозового племени.

— Мы принесли вам послание от Огнезвезда! — прокричал Ежевика.

Паутинник и Белогрудка переглянулись, затем Паутинник молча повел свой отряд вниз по склону, и вскоре воины Ветра уже стояли на другом берегу ручья.

— Что за послание? — рявкнул Паутинник.

Паутинник был одним из ближайших сторонников погибшего Чернохвата и еще совсем недавно яростно сражался за своего вожака: одно ухо у него было надорвано, а на плече не доставало солидного клока шерсти.

«Судя по всему, Одноус по-прежнему доверяет ему, раз поручил возглавить патруль!» — подумала Белка.

Ежевика вежливо склонил голову.

— Огнезвезд послал нас убедиться, что у вас все в порядке, — начал он. — Он хотел узнать, когда Одноус намеревается совершить путешествие к Лунному Озеру.

— Однозвезд, — поправила его Белогрудка.

Белка насторожила уши. Назвать предводителя обычным воинским именем было непростительной ошибкой со стороны Ежевики: соседи могли подумать, будто Грозовые воины сомневаются в том, что Однозвезд признан небесными предками.

— Простите меня, конечно же — Однозвезд! — Ежевика досадливо дернул ухом, но больше ничем не выдал своего смущения. — Это хорошая новость. Поздравьте своего предводителя от нашего имени.

Паутинник злобно сощурил глаза:

— С какой стати Огнезвезд послал вас сюда? Наверное, думал, что Звездное племя не даст Однозвезду дара девяти жизней?

Белка возмущенно вытаращила глаза. Похоже, этот наглец забыл, что без Огнезвезда и его воинов Однозвезд уже давно был бы падалью!

— Он просто хотел убедиться, — растерялся Ежевика.

— Может быть, вашему предводителю стоит больше заботиться о собственном племени, а не лезть в дела соседей? — нагло поинтересовался Паутинник.

— Без нашего племени Однозвезд никогда не стал бы предводителем! — не выдержала Белка. — И ты знаешь это лучше любого другого кота, Паутинник. Вы с Чернохватом… — тут она замолчала, поперхнувшись шерстью, потому что Ежевика сердито зажал ей пасть своим хвостом.

Глаза Паутинника вспыхнули недобрым огнем.

— Я был не единственным котом, который верил в то, что Чернохвату предназначено править племенем Ветра! — прошипел он. — Но после того как Звездное племя обрушило дерево на голову предателя и подарило Однозвезду девять жизней, я понял свою ошибку!

— У Однозвезда пчелиный улей в голове, если он верит этому негодяю, — повернувшись к Угольку, прошипела Белка. — Будь я на его месте, я бы держала ухо востро!

Она с облегчением перевела дух, заметив на гребне холма Грача, тащившего свою добычу. Молодой воин Ветра был колючим и неприступным, как куст остролиста, но, по крайней мере, он не станет подозревать старых друзей в дурных намерениях!

— Привет, Грач! — крикнула Белка. — Добрая охота!

К ее удивлению, темно-серый воин лишь небрежно кивнул и, не говоря ни слова, уставился в сторону. Он даже не выпустил кролика из зубов: так и сидел, мрачно раздувая ноздри.

— Если это все, — фыркнул Паутинник, — можете отправляться домой!

— Поучи нас, что нам делать на собственной территории! — разозлилась Белка.

— Прекрати, — зашипел на нее Ежевика.

Белка притихла, понимая, что он прав — как бы враждебно ни вели себя воины Ветра, сейчас не время затевать новую свару.

Под настороженными взглядами Паутинника и его патрульных Ежевика молча развернулся и повел свой отряд в сторону Грозового лагеря. Спустившись со склона к деревьям, Белка обернулась назад и увидела, что четверо котов по-прежнему не трогаются с места. У нее даже шкура зачесалась от такого бесцеремонного разглядывания. Белка бросилась вперед и не останавливалась до тех пор, пока стена ежевики не отгородила ее от настырных взоров соседей.

— Великое Звездное племя! — Белка резко остановилась и отряхнулась, будто только что выбралась из ледяной воды. — Ума не приложу, что на них нашло!

— Я тоже, — поддержал Сероус.

— А что тут непонятного? — подал голос Ежевика. — Племя Ветра больше не желает быть союзником Грозового племени. Все изменилось, только и всего.

— И это после всего, что мы для них сделали! — ахнула Белка. Разочарование и обида захлестнули ее, тут же сменившись гневом: как смеет Ежевика с таким спокойствием относиться к соседскому вероломству?! — Я едва удержалась, чтобы не вцепиться этому Паутиннику в уши!

— И правильно сделала, — сухо заметил Ежевика. — Кстати, в свое время некоторые Грозовые коты были против того, чтобы Огнезвезд вмешивался в дела соседей.

— Мышиный помет! — завопила Белка. — Что ты хочешь этим сказать? Считаешь, что Огнезвезд должен был сложить лапы и позволить Чернохвату взять верх?!

Не помня себя от бешенства, Белка бросилась на Ежевику, но Уголек встал между ними.

— Не надо ссориться, — вздохнул он. — Я думаю, племя Ветра просто хочет показать, что теперь, когда у них есть законный предводитель, они больше не нуждаются в нашей защите. Надо подождать, скоро они успокоятся.

Белка понимала, что серый воин прав, но она не собиралась спускать Ежевике его неуважительных слов об Огнезвезде! Усилием воли она опустила взъерошенный загривок и, дрожа от ярости, бросилась в сторону лагеря.

— Огнезвезд всегда помогал Однозвезду! — не удержавшись, буркнула она в спину бегущего впереди Ежевики. — Они же старые друзья!

— Возможно, но на этот раз Однозвезд ясно дал понять, что больше не нуждается ни в нашей дружбе, ни в помощи, — не оборачиваясь, ответил Ежевика. — Племена всегда находятся между собой в состоянии вражды, это нормально. Мы правильно сделали, когда пришли на помощь племени Ветра, но мы же не могли вечно опекать их.

— Ты просто дурацкий комок меха, вот ты кто! — проворчала Белка, но так, чтобы Ежевика ее не услышал. Ее выводила из себя та легкость, с которой лесные племена разбрелись по своим новым территориям. Куда же подевалась близость, рожденная во время долгих скитаний, когда все пытались прийти на помощь друг другу, позабыв о племенных различиях? Не слишком ли быстро они отреклись от былого братства и позволили привычной враждебности и недоверию взять верх над дружбой? Выживут ли племена в этом новом, незнакомом лесу, если не смогут положиться друг на друга в час беды?

— А что если Грозовому племени когда-нибудь понадобится помощь племени Ветра? — зловеще прошипел Сероус, словно отвечая на ее мысли. — Кто-нибудь из вас подумал об этом?

Ежевика повел их домой другой дорогой, чтобы поохотиться по пути. Проходя мимо дуба, Белка вдруг замедлила шаг — ей снова почудился запах барсука. На этот раз пахло сильнее, и запах был свежим. Судя по всему, огромный зверь прошел здесь совсем недавно.

— Ежевика, ты чуешь?

Полосатый воин приблизился к ней с зажатой в зубах белкой. Он бросил свою добычу на землю, быстро провел языком по носу и подставил пасть потоку воздуха. В следующий миг в его янтарных глазах промелькнула тревога.

— Барсук! И совсем рядом!

Холодок пробежал по спине Белки. Только барсука на своей территории им недоставало! Коршун уже прогнал одного барсука со своей земли, но Грозовым котам до сих пор посчастливилось не встречаться с этими хищниками.

— Надо что-то делать! — заявила она.

Ежевика кивнул. Всем известно, что барсук не упустит случая полакомиться маленьким котенком. На взрослого кота он вряд ли станет охотиться, но это вовсе не значит, что остальные воины могут чувствовать себя в безопасности при встрече с хищником. Барсуки убивают просто так, из одной злобы, они втаптывают свою жертву в землю или душат в пасти, пока не прикончат.

«Но ведь не все барсуки такие злые!» — вспомнила Белка. Во время своего первого путешествия они познакомились с Полночью, мудрой барсучихой, которая жила возле Места-Где-Тонет-Солнце. Полночь предупредила их, что Двуногие задумали уничтожить весь лес, и сказала, что лесные племена должны покинуть свой старый дом. Но Полночь — она одна такая, а все остальные барсуки в дурном расположении духа ведут себя, как кровожадные чудища!

— Что случилось? — спросил Уголек, подбегая к Белке с Ежевикой; из-за зажатой в пасти мыши вопрос его прозвучал почти неразборчиво.

Ежевика поманил хвостом Сероуса, который только что сбил на землю дрозда. Молодой воин со всех лап бросился к ним, морда его сияла от удовольствия, к носу прилип пух.

— Барсук — а может быть, и не один! — только что был здесь! — сообщил Ежевика. — Мы не можем вернуться в лагерь, пока как следует не проверим все вокруг.

— Ты хочешь сказать… что мы должны пойти по его следу?! — испуганно пролепетал Сероус. — Ты уверен?

— Нужно убедиться, убрался он с нашей территории или нет. Белка, как тебе кажется, куда идет запах?

Белка обнюхала носом траву.

— Туда! — махнула она хвостом.

Ежевика подошел и принюхался.

— Так, а теперь держитесь как можно тише! Не хватало только, чтобы барсуки заметили нас прежде, чем мы узнаем, сколько их и решим, что делать дальше. Хорошо хоть с ветром нам повезло: он не принесет наш запах под нос барсукам.

Коты сложили свою добычу под корнями дуба и быстро закидали землей, чтобы можно было не беспокоиться за ее сохранность. После этого Ежевика повел их по барсучьим следам.

Запах уходил вглубь леса, в сторону границы племени Теней. То тут, то там виднелись разбросанные комья земли: это барсук рылся в поисках личинок. Белка с сочувствием подумала о своей подруге Рыжинке и ее собратьях по племени Теней — если барсуки все-таки покинули территорию Грозового племени, придется послать гонца к соседям, чтобы предупредить Чернозвезда об опасности.

С каждым шагом барсучий дух становился сильнее, и вскоре страшная вонь заглушила все остальные лесные запахи. Белка почувствовала, как шерсть шевелится у нее на спине. Судя по всему, племени Теней ничто не угрожало — барсук был где-то совсем близко.

Внезапно Ежевика резко остановился в тени большого камня и предупреждающе поднял хвост, приказывая следовать его примеру. Потом неслышно вскарабкался вверх по шершавому валуну, осторожно высунул голову и посмотрел вниз.

Вдруг он резко втянул голову в плечи. Белка хотела было спросить, что он там такое увидел, но вовремя вспомнила о приказе хранить молчание. Поэтому она просто тихонько подползла к камню и выглянула сбоку.

За валуном начиналась полоса плоской земли с гладкими серыми камнями. Между двумя такими камнями зияла черная нора, а по обеим сторонам ее возвышались кучи свежевырытой земли. Белка едва не расчихалась от страшного смрада, в котором лисья вонь смешивалась с барсучьей. Судя по всему, барсук облюбовал себе брошенную лисью нору.

Прямо перед отверстием норы возились трое маленьких барсучат. Время от времени они капризно пищали, давая понять, что им вовсе не нравится бодрствовать при свете дня. Несколько мгновений Белка в ужасе смотрела на них, подняв дыбом загривок, а потом юркнула обратно за камень, где ее ждали Сероус с Угольком.

— Там их целая семейка! — прошипела она. — Великое Звездное племя, да через пару сезонов они будут спокойно шастать по всей нашей территории!

Уголек озадаченно разинул пасть:

— Странно… Обычно барсуки не путешествуют вместе с детьми.

— Может быть, что-то заставило их покинуть свой старый дом? — предположил Сероус.

Ежевика соскользнул с валуна и уселся на земле рядом с ними.

— Мы не можем ничего предпринять, пока не узнаем, сколько тут взрослых барсуков, — сказал он. — Нужно остаться и проследить. Ничего не делайте без моего приказа, ладно?

Патрульные, включая и Белку, которую ужасно раздражала манера Ежевики обращаться с ними, как с несмышлеными оруженосцами, согласно кивнули.

— Барсуки обычно выходят по ночам, — продолжал Ежевика. — Если они сейчас в норе, то мы ничего не сможем поделать. Внутрь никто не полезет, — добавил он, выразительно посмотрев на Белку.

— Я не дура какая-нибудь! — выгнула спину она.

— Я этого не говорил, — огрызнулся Ежевика. — Просто порой ты совершаешь дурацкие поступки.

Уголек сделал глубокий вдох, намереваясь броситься на защиту Белки, но она шлепнула его хвостом, заставляя замолчать.

— Не надо, он того не стоит, — шепнула она.

— Если выяснится, что тут всего один взрослый барсук со своим выводком, тогда мы попробуем на него напасть, — невозмутимо рассуждал Ежевика. — Мы не можем делить свою территорию с барсуками! Вчетвером мы справимся с одной тварью. Сумел же Коршун прогнать барсука с территории Речного племени! Кстати, возможно, это был тот же самый зверь.

Белка невольно вздыбила шерсть при упоминании имени Коршуна. Мало того, что Ежевика отказывается верить в предательство своего брата, так он еще смеет ставить им в пример его доблесть и воинскую выучку!

— А что если мы случайно загоним его на территорию племени Теней? — спросила она.

— Тогда это будет проблемой племени Теней, — глаза Ежевики потемнели, но голос прозвучал холодно. — Прежде всего мы должны думать о своем племени.

— А если тут не один барсук, а целая куча? — спросил Уголек.

— Тогда мы все хорошенько разузнаем, а потом доложим Огнезвезду. Вот что, давайте-ка поищем, где спрятаться, чтобы лучше видеть вход в нору.

Белка устроилась в зарослях папоротника. Солнце поднялось выше, и вскоре Белка начала клевать носом. К счастью, голод не дал ей уснуть.

Завтрак был очень давно, да и то пришлось поделить свою добычу с Угольком, поэтому Белка то и дело с тоской вспоминала кучу свежей добычи, которая ждала их под дубом.

Она приоткрыла пасть, чтобы зевнуть, но тут же лязгнула зубами, втянув струю резко усилившегося барсучьего запаха. Трава на дальней стороне лужайки всколыхнулась, потом папоротники раздвинулись в стороны, и Белка увидела огромного зверя с широкими боками и длинной узкой мордой с белыми полосами на щеках. Барсучиха неторопливо выбралась на поляну, и трое малышей со всех лап бросились к матери. Барсучиха выплюнула на землю кучу жуков, которую держала за щеками, и детеныши, визжа от радости, принялись поедать угощение.

В следующий миг Ежевика с воинственным воплем вскочил на вершину камня. Барсучиха резко вскинула голову и яростно зарычала, показав два ряда острых желтых клыков.

Ежевика завопил еще громче:

— Вперед!

Он спрыгнул с валуна и приземлился между двумя перепуганными барсучатами, которые с жалобным писком бросились врассыпную. Сбившись в кучу возле входа в нору, они таращили на кота огромные от ужаса глаза.

Уголек выкатился из своего укрытия, которое находилось чуть в стороне от поляны, Сероус мчался за ним следом. Белка рванулась вперед и очутилась рядом с Ежевикой.

— Убирайтесь! — зашипела она на барсучат, хотя прекрасно знала, что они не понимают ее слов. — Это наша территория, ясно?

Ежевика замахал передними лапами перед мордой барсучихи. Та отпрянула назад и занесла для удара тяжелую когтистую лапу, но Ежевика ловко увернулся.

Белка подлетела к барсучихе и изо всей силы полоснула ее когтями по боку; царапины мгновенно набухли кровью, а сама Белка яростно затрясла лапой, чтобы сбросить приставшую к когтям жесткую черную шерсть. Она увернулась от щелкнувших над головой клыков и отпрыгнула назад — то же самое сделал и Уголек, атаковавший барсучиху с другого бока. Огромное животное растерянно мотало головой из стороны в сторону, словно никак не могло решить, какого из мелких назойливых зверьков стоит раздавить первым.

«Это же совсем просто! — в восторге подумала Белка. — Она такая неуклюжая и неповоротливая!»

В следующий миг она испуганно завизжала, потому что тяжелая черно-белая лапа ударилась о землю всего в нескольких мышиных усиках от ее хвоста. Если бы удар попал в цель, он наверняка переломил бы ей хребет. Дрожа от страха, Белка кубарем покатилась в сторону. Больше всего на свете ей хотелось броситься наутек и не останавливаться до самого лагеря, но она знала, что не сможет бросить друзей. Нельзя допустить, чтобы эта ужасная зверюга осталась жить на их территории, потому что в этом случае ни один Грозовой кот не будет чувствовать себя в безопасности ни днем ни ночью!

Она вскочила на лапы и увидела, как Ежевика вцепился барсучихе в плечо. Высоко подпрыгнув, он попытался схватить ее зубами за горло, но барсучиха стряхнула его с себя, словно муху. Ежевика взлетел в воздух, тяжело рухнул на землю и застыл без движения.

Белка стремглав бросилась к нему. Но не успела она приблизиться, как Ежевика потряс головой, словно только что вынырнул из воды, с трудом поднялся на лапы и хрипло выдохнул:

— Со мной все в порядке.

Белка развернулась и полетела навстречу барсучихе. Присев на задние лапы, она с размаху полоснула ее когтями по носу, а второй лапой ударила прямо в маленькие, горящие злобой глазки. Уголек лупил самку задними лапами, а подоспевший Ежевика кусал за ноги. Сероус впился зубами в барсучье ухо.

Барсучиха потеряла терпение. Стряхнув с себя Ежевику с Сероусом, она поджала хвост и издала яростный рев. Потом решительно направилась к входу в нору, грубо подняла малышей с земли и, подгоняя носом, погнала их перед собой через поляну.

— Убирайся прочь! И не вздумай вернуться! — завизжал ей вслед Уголек.

Слов барсучиха могла не понять, но смысл их был очевиден. Четверо котов стояли плечом к плечу и ждали, пока возмущенный рев барсучихи и тоненький плач ее детей не стихнет за деревьями.

— Вы все отлично сражались, — пропыхтел Ежевика. — Будем надеяться, что она сюда больше не сунется.

— И что у нее здесь не осталось родственников, — добавил Уголек.

Ежевика мрачно кивнул.

— Надо будет забраться в нору и посторожить, чтобы они не вздумали сюда вернуться!

— Прямо сейчас?! — возмутилась Белка. — Я с лап валюсь от усталости и есть хочу!

— Нет, не сейчас. Мы вернемся в лагерь и пошлем сюда кого-нибудь из воинов.

Четверо котов устало побрели в обратную сторону. Белка чувствовала, как начинают щипать новые царапины, появившиеся поверх еще не подживших шрамов, полученных в битве с Чернохватом.

— Если так пойдет и дальше, я скоро совсем облысею, — пробурчала она.

Уголек подошел ближе и ласково провел языком по глубокому шраму на ее плече.

— Ты отлично сражалась, — прошептал он.

— Как и ты! — Белка видела, как нелегко далась Угольку победа — из его задней лапы сочилась кровь. Она нежно ткнулась носом ему в ухо и шепнула: — Зато эта мерзкая барсучиха больше никогда не посмеет приблизиться к нашей территории!

Белка представила себе, как грузная самка идет напролом сквозь кустарник, а неуклюжие маленькие барсучата устало плетутся следом за матерью… На миг ей вдруг стало мучительно жалко этих глупых, насмерть перепуганных малышей. Ей ли не знать, что значит лишиться дома и скитаться по лесу в поисках нового!

«Надеюсь, она сумеет найти безопасное убежище для своих малышей, — подумала Белка. — Только пусть оно будет подальше от Грозового племени!»

Глава III

— Листвичка! Да что с тобой сегодня такое? Я уже третий раз к тебе обращаюсь!

Юная целительница подскочила от неожиданности.

— Прости, Пепелица, я задумалась…

Серая кошка склонила голову и обнюхала семена, которые Листвичка заворачивала в лист.

— Что это у тебя?

— Маковое семя.

— Нет, моя дорогая, это не мак, — вздохнула Пепелица. — Это крапива. Послушай, что с тобой происходит в последнее время?

Листвичка в недоумении уставилась на лист. Она прекрасно помнила, что Пепелица попросила ее отнести Огнезвезду немного мака для облегчения боли в вывихнутом плече. Не может быть, чтобы она ошиблась и вытащила из пещеры Пепелицы совсем другое снадобье! Однако лежащие перед ней на листе зеленые сухие зернышки явно не имели ничего общего с маком. Это были семена крапивы, которые пришлись бы кстати при отравлении, но не при травме!

— Мне так стыдно, Пепелица…

— Я думаю! Сегодня утром ты взялась выводить блох у Кисточки и едва не намазала ей шкуру кашицей из тысячелистника вместо мышиной желчи, — проворчала Пепелица, но потом смягчилась и участливо спросила: — Тебя что-то тревожит, Листвичка? Может быть, ты все-таки поранилась, когда убегала от тех Сумрачных котов?

— Нет-нет… — помотала головой Листвичка, — со мной все в порядке.

Она снова вспомнила о той страшной ночи, когда двое воинов племени Теней загнали ее в кусты на вершине склона, а потом рухнули вниз, разбившись насмерть о камни. Тогда Листвичка чудом не свалилась следом: ее лапы уже соскользнули с края обрыва.

Листвичка до сих пор чувствовала на загривке острые зубы Грача, который оттащил ее от смертельного провала, видела боль в глазах молодого воина Ветра, когда тот признался в том, что любит ее.

«Грач!» При одной мысли о нем каждый волосок на ее шерстке начинал трепетать от волнения.

— Листвичка, да что же это такое?! Ты снова заворачиваешь крапиву!

Листвичка яростно тряхнула головой, чтобы избавиться от ненужных мыслей, и отнесла лист в пещеру Пепелицы. Там она положила крапивные семена в трещину скалы и вытащила несколько маковых зерен.

— Не скрывай от меня, если у тебя что-то болит, Листвичка, — попросила Пепелица, когда ученица снова вышла из пещеры. — После этой ужасной битвы у нас стало больше хлопот, чем в первые дни на новом месте! Мне без тебя не справиться. Ты ведь теперь не просто ученица — ты уже настоящая целительница!

— Я знаю… Но у меня все хорошо, честное слово!

Это была чистая правда. У нее все было хорошо — даже отлично! — ведь Грач любил ее! Листвичка завернула нужные семена в березовый листок, чтобы удобнее было нести. Протискиваясь сквозь густые заросли ежевики, она, как ни в чем не бывало, кивнула своей наставнице. Ее так и подмывало поделиться с ней своей тайной, но она понимала, что никогда не сделает этого. Целителям запрещено любить — таков закон.

К сожалению, проницательная Пепелица уже давно заподозрила, что между Грачом и ее ученицей что-то происходит. Но это было еще до того, как Грач открыто признался в своей любви, и до того, как Листвичка поняла собственное сердце. Теперь ей будет еще труднее скрыть свои чувства от мудрой наставницы…

Листвичка вскарабкалась по нагромождению камней, служивших подобием тропинки, к высокому карнизу над пещерой Огнезвезда. Бросив взгляд вниз, она заметила Дыма, который готовился войти в детскую, чтобы навестить Тростинку с Березовиком. Значит, похоронный патруль уже отнес погибших к границе племени Теней и успел благополучно вернуться назад.

Листвичка бросила свой сверток на каменный выступ перед устьем пещеры.

— Огнезвезд! — позвала она.

— Входи!

Листвичка протиснулась в узкую щель и проползла по такому же тесному туннелю, который через пару кошачьих хвостов вывел ее в сумрачную пещеру, слабо освещенную просачивавшимся сквозь вход светом. Огнезвезд лежал в дальнем углу, на подстилке из мха и папоротника. Рядом с ним сидел Терновник. Предводитель коротко кивнул дочери и снова повернулся к золотисто-бурому воину.

— Значит, племя Теней не искало неприятностей?

Терновник отрицательно помотал головой.

— Нет. Мы повстречали Ржавницу, которая вела пограничный патруль, и она сразу же позвала Чернозвезда. Тот заявил, что впервые слышит о том, что кто-то из его воинов поддерживал Чернохвата.

Огнезвезд неопределенно дернул плечом и тут же поморщился от острой боли.

— Возможно, так оно и есть.

— А потом его воины забрали тела, чтобы похоронить их, — закончил рассказ Терновник. — А мы отправились домой.

— Вы все сделали правильно, Терновник. Меньше всего нам сейчас нужны неприятности с племенем Теней! — Огнезвезд помолчал, а потом негромко прибавил: — Кстати, нужно хорошенько обдумать, как рассказать эту историю на следующем Совете. Думаю, было бы ошибкой открыто обвинять Чернозвезда… Я прошу тебя сообщить об этом всем нашим воинам, ладно?

— Да, Огнезвезд! — вскочил на лапы Терновник и вежливо кивнул головой.

Листвичка подошла к отцу и положила перед ним завернутые в листок маковые зерна.

— Пепелица просила передать тебе это.

Огнезвезд наклонил голову и послушно слизнул семена.

— Спасибо, Листвичка. Пусть это послужит мне уроком — нельзя драться с двумя воинами одновременно!

— Тебе лучше поспать, — посоветовала маленькая целительница.

Но не успела она договорить, как снаружи послышались взволнованные крики, и голос Белки громко позвал:

— Огнезвезд!

Предводитель посмотрел на дочь и лукаво подмигнул ей.

— Вот тебе и сон! Должно быть, Ежевика вернулся со своим патрулем.

Он поднялся с подстилки и прихрамывая побрел к выходу из пещеры. Листвичка послушно последовала за отцом. Радостное волнение, словно бурлящий поток, затопило ее. Она едва сдерживалась, чтобы не выбежать из пещеры и не наброситься с расспросами на Белку. Интересно, видели они Грача или нет? Что он им сказал? Не пострадал ли он в прошлом бою? Вспоминал ли о ней?..

Листвичка резко остановилась у выхода из пещеры. Стоит ей задать хотя бы один такой вопрос, как Белка сразу же насторожит ушки. В самом деле, с чего бы вдруг Листвичке так интересоваться чужим воином? Кроме того, Белке вряд ли придется по душе известие о том, что ее сестра нарушила законы целителей и по уши влюбилась в соседского воителя!

Ежевика и его патрульные молча сидели на поляне, а остальные Грозовые воины сгрудились вокруг них, чтобы не пропустить последние новости. Листвичка спрыгнула с груды камней и замерла, почувствовав тревогу, исходившую от сестры. Судя по всему, сейчас Белка была в еще большем смятении, чем после утренней ссоры с Ежевикой, и Листвичка невольно распушила шерсть, сгорая от смешанного чувства любопытства, жалости и страха.

Протиснувшись между Дымом и Кисточкой, она пробралась к сестре и села рядом.

— Что случилось? — шепнула она на ухо Белке. — Неприятности?

Белка яростно царапнула когтями твердую землю.

— Племя Ветра встретило нас как кровных врагов! — прошипела она.

Листвичка, не веря своим ушам, повернулась к Ежевике, который докладывал Огнезвезду о выполненном задании.

— Паутинник смотрел так, будто хотел спустить с нас шкуру, — мрачно говорил полосатый воин. — Мне показалось, он начисто забыл о том, что всего пару ночей назад мы вместе сражались против банды Чернохвата!

— Вам удалось что-нибудь разузнать про Однозвезда? — спросил Огнезвезд. — Надеюсь, его уже можно так называть?

— Да, он получил дар девяти жизней, но его племя больше не считает нас своими союзниками.

— Да нет же! — вмешался Уголек. — Мне кажется, они просто хотели нам показать, что теперь они сами с усами и могут ни от кого не зависеть!

В ответ на это Ежевика лишь недоверчиво помотал головой:

— Боюсь, все гораздо серьезнее.

— Вот как? Не надо делать вид, будто ты не понимаешь, в чем тут дело! — сварливо прошипел Дым. — Все дело было в тебе, Ежевика. Вряд ли в племени Ветра рады тебя видеть, особенно после того, как Коршун спас тебе жизнь в прошлой битве. Наверное, Однозвезд думает, что вы с братцем с самого начала были заодно!

— Что за мышиный помет! — рявкнул Ежевика. — Во-первых, Однозвезд простил всех котов, которые сражались против него, всех — включая Коршуна! А во-вторых, каждый в лесу знает, что я дрался на стороне племени Ветра. С какой стати Однозвезд должен меня в чем-то подозревать?! Что я ему сделал?

Листвичка покосилась на сестру. Раньше Белка первой бросилась бы на защиту Ежевики, но сейчас она сидела молча, не сводя с полосатого воина недоверчивого взгляда. Листвичка украдкой вздохнула. Что ж, значит, между Белкой и Ежевикой в самом деле все кончено, если сестра всерьез усомнилась в его преданности!

Огнезвезд внимательно посмотрел на Дыма, потом перевел глаза на Ежевику и снова взглянул на возмущенного воина.

— Надеюсь, Уголек прав, — промолвил он наконец. — Думаю, племя Ветра просто пыталось показать свою силу и независимость. Но мы вряд ли можем положиться на слова Паутинника. Пожалуй, мне придется самому наведаться в племя Ветра.

Листвичка с сестрой удивленно переглянулись.

— К чему такая спешка? — еле слышно шепнула юная целительница. — Можно подождать до следующего Совета!

— Вот и посоветуй ему, — прошептала в ответ Белка.

Листвичка прекрасно понимала, что никогда этого не сделает. Огнезвезда связывала с Однозвездом такая давняя и крепкая дружба, что даже ровесники предводителя не решились бы отговаривать его от путешествия в племя Ветра. Словно в подтверждение этой мысли, за спиной Листвички раздался ворчливый шепот Кисточки:

— Нет, вы когда-нибудь слышали что-нибудь глупее? Да новорожденному котенку ясно, что племя Ветра больше не желает с нами знаться!

Огнезвезд хотел было удалиться в свою пещеру, но Ежевика остановил его.

— Подожди, Огнезвезд. Мы еще не доложили тебе о барсучихе.

— Что за барсучиха? — мгновенно обернулся предводитель, встревоженно сузив глаза. — На нашей территории?

— Уже нет, — ответил Ежевика и коротко рассказал о том, куда привел их обнаруженный в лесу барсучий запах.

— Запах доносился из заброшенной лисьей норы, — вставил Сероус. — Там оказалось сразу четверо барсуков. Трое малышей и их мамаша.

— Барсучата были слишком малы, чтобы сражаться. Зато их мамаша доставила нам немало хлопот. — Уголек повернул голову и лизнул кровоточащую рану на задней лапе.

Белка не проронила ни слова, пока Ежевика не закончил свой рассказ. Листвичка невольно поежилась, почувствовав, что ее сестра разрывается между страхом, гневом и жалостью. Листвичка прекрасно ее понимала. Совсем недавно Грозовое племя тоже было изгнано из родных мест.

«Но теперь это наша территория, — напомнила она себе. — Мы не можем делить ее с барсуками, да еще с четырьмя сразу!»

Огнезвезд обвел глазами племя:

— Дым, я поручаю тебе немедленно отправиться к тому месту и выставить постоянный патруль. Хорошенько осмотрите нору. С сегодняшнего дня один воин должен постоянно дежурить возле этого логова, на случай, если барсучиха вздумает вернуться.

Дым подозвал к себе Сероуса, чтобы тот указал дорогу, взял с собой Белохвоста с Яроликой и отправился в лес.

Огнезвезд проводил его взглядом.

— Отныне каждый патруль должен быть начеку, — предупредил он. — Эта семейка может вернуться обратно, или еще какие-нибудь барсуки надумают обосноваться на нашей территории… Где один барсук, там и другие! — мрачно пояснил он и добавил: — Нужно сразу дать им понять, что здесь им не жить!

Лунный свет дрожал на поверхности ручья, теплые запахи пробуждающегося сезона Юных Листьев пропитывали шерсть, а Листвичка все стояла и смотрела в сторону территории племени Ветра. Внезапно какая-то поджарая темная фигура скользнула вниз по берегу ручья. В следующий миг кот с плеском вошел в сверкающую воду, прозрачные лунные капли взлетели из-под его лап в черное небо. Кот зашел по брюхо, а потом одним прыжком выскочил из воды и очутился на берегу возле Листвички. Та с замиранием сердца вдохнула его запах.

— Грач… — еле слышно прошептала она.

— Что такое?

Листвичка испуганно открыла глаза и увидела Пепелицу, высунувшую голову из своей пещерки.

— Ты что-то сказала? — строго поинтересовалась наставница.

Листвичка испуганно вскочила со своей подстилки, быстро стряхнула с шерстки приставшие комочки мха.

— Нет, Пепелица. — Меньше всего на свете ей хотелось сейчас отвечать на вопросы о том, что ей приснилось! — Тебе нужна моя помощь?

— Нет, я просто хотела проверить наши запасы трав, — ответила Пепелица. — Некоторых совсем не осталось, уж и не знаю…

— Тогда я пойду в лес и наберу новых! — тут же вызвалась Листвичка. — Сезон Юных Листьев уже на пороге, сейчас что-нибудь да растет! Кстати, вчера Белка мне говорила, что видела в лесу мать-и-мачеху!

— Очень хорошо, — одобрила Пепелица. — Хорошо бы еще найти ноготков или хвоща… После этой ужасной битвы у нас все запасы подошли к концу. Ты на всякий случай рви все, что только можно, ладно?

— Конечно, Пепелица!

У Листвички просто лапы чесались от желания поскорее выбраться из лагеря и побыть наедине со своими мыслями. Она махнула наставнице хвостом, вихрем пронеслась по поляне и юркнула в туннель.

Солнце еще не выкатилось из-за верхушек деревьев, мокрая, согнувшаяся под тяжестью росы трава щекотала живот, но Листвичка не замечала холода. Лапы у нее чесались от восторга, и она во всю прыть неслась под деревьями. Журчание воды заставило ее остановиться. Только теперь юная целительница поняла, что лапы сами вынесли ее к ручью, служившему границей между Грозовым племенем и племенем Ветра. Листвичка стояла как раз напротив того места, где у соседей густо разрослись деревья. Место казалось до странности знакомым. Еще бы, ведь именно здесь она находилась в своем сне, когда Грач вышел к ней из воды…

Противоположный берег был тих и пустынен, густая тень деревьев падала на воду. Листвичка замерла, не сводя глаз с частого кустарника на соседнем берегу. Страх и надежда боролись в ее сердце. Если патрульные племени Ветра увидят ее здесь, они страшно разозлятся, но если вдруг Грач… Но она не имела права надеяться на встречу с Грачом. Она была целительницей, а целители не имеют права любить!

Она попробовала воздух, нашла свежие пограничные метки своего племени и даже соседские знаки на другой стороне ручья, но ни один из этих запахов не вызвал дрожи в ее теле. Острая боль разочарования обожгла сердце Листвички — в глубине души она все-таки надеялась, что он тоже будет ждать ее здесь…

— Глупый шерстяной клубок, — выругала она себя. — Это был всего лишь сон!

Она напряглась, услышав голоса, доносившиеся чуть ниже по течению. В следующий миг в ноздри ей ударил сильный запах Грозового племени. Листвичке не хотелось, чтобы патруль повстречал ее здесь, на таком отдалении от лагеря. Воины обязательно спросят, что она тут делает, а она, конечно, совсем растеряется от смущения. Листвичка затравленно огляделась. Единственным укрытием мог служить большой куст остролиста, ветки которого склонялись до самой земли. Не успела Листвичка юркнуть под куст, как на берегу показался патруль Грозового племени.

Листвичка осторожно выглянула из ветвей. Патруль вел Бурый. За ним шли Сумрак с Белолапкой. Не доходя до куста Сумрак остановился и строго попросил ученицу перечислить все окрестные запахи. Листвичка замерла от страха.

— Пахнет племенем Ветра, — помолчав, ответила Белолапка. — И Грозовыми котами, разумеется… А еще я чую лисий запах, но старый — кажется, вчерашний. Барсуками не пахнет, это точно.

— Отлично, — похвалил Бурый. — Если так пойдет и дальше, ты скоро станешь воительницей!

Белолапка гордо распушила хвостик и побежала вверх по течению следом за своим наставником и Сероусом. Листвичка расслабилась — слава Звездному племени, маленькая ученица не смогла выделить ее запах из запахов Грозового племени! Дождавшись, когда патруль скроется в траве, Листвичка начала выбираться из-под куста, как вдруг почувствовала новый, очень знакомый аромат.

— Листвичка, что это ты тут делаешь?!

Листвичка обреченно вылезла на траву и, обернувшись, увидела прямо перед собой любопытные глаза Медуницы.

— Ягоды ищу, — промямлила она.

— Ягоды остролиста?! — вытаращила желтые глаза Медуница. — Но они же ядовитые!

— Вообще-то да, но… Я… я искала другие ягоды…

Медуница вопросительно изогнула хвост, но, к счастью, больше не стала ни о чем расспрашивать. Она выглядела усталой, но глаза ее сияли, как звезды.

— Знаешь, у меня есть для тебя новость, — проговорила она.

Листвичка в страхе уставилась на подругу: неужели та догадалась о ее отношениях с Грачом?

— Я… Тут поблизости очень много полезных трав… — залепетала она, стараясь не поддаваться панике. Нужно было во что бы то ни стало убедить Медуницу в том, что она пришла сюда по делу! — Я всегда прихожу сюда для того, чтобы…

— Листвичка, что ты там мяукаешь себе под нос?! Я жду котят!

Гордость и волнение светились в блестящих глазах Медуницы. «Мышеголовая дурочка! — выругала себя Листвичка. — А еще целительница, называется!»

Счастливое урчание поднялось из глубины ее тела, задрожало в горле.

— Надеюсь, они от Бурого? — с улыбкой уточнила целительница. С тех пор, как племена котов перебрались в этот лес, молчаливый каштановый воин и пестрая кошка ни на шаг не отходили друг от друга.

Медуница радостно закивала:

— Ну конечно! Я ему еще не рассказала, хотела сначала точно убедиться. Ах, Листвичка, я не сомневаюсь, что Бурый будет прекрасным отцом!

— Я уверена, — прошептала Листвичка, прижимаясь щекой к щеке подруги. — А ты будешь прекрасной матерью!

— Надеюсь, — смущенно потупилась Медуница. — Я немного побаиваюсь, хотя знаю, что все пройдет прекрасно. Ты же будешь рядом, правда?

— Ну конечно, — пробормотала Листвичка, готовая провалиться сквозь землю от искренней похвалы подруги. Знала бы Медуница, какая она теперь целительница! — Ты только подумай, Медуница, ведь ты будешь первой кошкой, которая родит котят в новом лагере Грозового племени! Ты будешь первой обитательницей новой детской.

Медуница зажмурилась и заурчала от счастья. Обернувшись на звук шагов, Листвичка нос к носу столкнулась с Бурым, который прибежал к ручью на поиски подруги.

— С тобой все в порядке? — спросил он, нежно лизнув Медуницу в ухо.

— Конечно, Бурый, — ответила Медуница. — Просто немножко устала.

— Тут недалеко, — подбодрил ее Бурый, махнув хвостом вверх по течению. — Мы нашли отличный солнечный уголок под деревом. Там ты сможешь отдохнуть, пока Белолапка будет отрабатывать, совершенствовать охотничьи навыки.

Нежная забота, с которой Бурый ворковал над Медуницей, лучше всяких слов убедила Листвичку в том, что он давным-давно догадался о ее тайне.

Медуница ласково ткнулась носом в нос Листвички:

— Ну, я побежала. Желаю тебе собрать побольше ягод.

Листвичка смотрела вслед удаляющимся по берегу котам, пока те не скрылись за деревьями. Белку охватило не испытанное доселе чувство, в котором радость смешивалась с тоской. Она была счастлива за Медуницу и страшно завидовала ей. Им с Бурым принадлежал целый мир, в который целителям путь заказан. Листвичка знала об этом с тех самых пор, когда несмышленым котенком поступила в обучение к Пепелице. Но только теперь она по-настоящему поняла, что это значит. Откуда ей было знать о том, что одного кота может тянуть к другому так, как ее тянет к Грачу? Но Медуница рассчитывает на нее, надеется, что Листвичка будет рядом с ней во время родов… Обязанности целительницы не оставляют свободного времени. Она просто не может позволить себе запретные чувства!

«Ты целительница, — медленно сказала себе Листвичка. — А Грач — воин из чужого племени. Так что прекрати думать о нем. Прекрати мечтать! И никаких больше снов!»

Низко понурив голову, она, не оглядываясь, побрела прочь от границы на поиски мать-и-мачехи.

Глава IV

Яростно работая когтями, Белка содрала мох с корней дуба и свернула его в аккуратный шар, чтобы удобнее было катить в лагерь. Почти четверть луны миновало со дня битвы, и Грозовое племя вполне оправилось от потрясения. Раны затягивались и исчезали вместе с памятью о мятежном Чернохвате.

Ежевика начал занятия по воинской подготовке, а Песчаная Буря строго следила за тем, чтобы каждый воин взял на себя часть обязанностей оруженосцев. Конечно, охотиться или ходить в патрулирование гораздо интереснее, чем собирать мох на подстилки старейшинам, но даже такое скучное занятие может стать веселее, если заниматься им вместе с другом.

Белка украдкой покосилась на Уголька, который старательно обдирал мох с соседнего дерева, подкатила свой шар ближе и ловким ударом швырнула его в друга. Шар шлепнулся Угольку на спину и рассыпался, припорошив серую шерстку воина зеленым пухом.

Уголек подскочил на месте и обернулся к ней.

— Ах вот ты как?

Еле сдерживая смех, он торопливо скатал свой мох и метнул его в Белку. Та прыгнула за дерево — и с размаху врезалась в Ежевику.

— В чем дело? — резко спросил полосатый кот. — Чем это вы тут занимаетесь?

— Собираем мох на подстилки старейшинам, — ответила Белка. Сожаление об утраченной дружбе словно колючкой пронзило ее сердце, почти заглушив чувство досады, вызванное тем, что Ежевика застал их за безобидным дурачеством.

Уголек выскочил из-за дерева с полной пастью мха и резко остановился, увидев Ежевику.

— Значит, собираете мох? — прищурился Ежевика и кончиком хвоста сбросил зеленый комочек со спины Уголька. — Ясно. Ты, наверное, собирался нести его в лагерь на своей шкуре?

Уголек положил свой мох на землю и смущенно ответил:

— Что плохого в том, что мы немного повеселились?

— Повеселились?! — рявкнул Ежевика. — Я называю это пустой тратой времени! Неужели вы забыли о том, сколько у нас сейчас хлопот?

— Ладно, хватит! — взорвалась Белка, воинственно распушив хвост. — С какой стати ты шпыняешь нас, словно ленивых оруженосцев?!

— С такой, что вы ведете себя, как ленивые оруженосцы! — огрызнулся Ежевика, и его янтарные глаза полыхнули настоящим гневом. — Быть воителем означает прежде всего думать о своем племени, а не о собственных развлечениях.

Это было уже слишком. Белка почувствовала, как ярость захлестывает ее, словно волна.

— Без тебя знаем! — заверещала она. — Что ты о себе возомнил?! Может быть, кто-то умер, и тебя назначили глашатаем?!

Последние слова еще не успели сорваться с ее языка, когда она поняла, что сказала то, чего ни в коем случае не должна была говорить. Белка хотела поправиться — но было уже поздно.

Глаза Ежевики сверкнули, но голос прозвучал холодно и бесстрастно.

— Никто не знает, жив Крутобок или умер. Тебе не следует так говорить, Белка. Неужели ты не понимаешь, как Огнезвезд страдает?

— Понимаю, да еще получше тебя! — возмутилась Белка. Ей было ужасно стыдно, но разве она могла признаться в этом перед Ежевикой, да еще после того, что он тут наговорил?! — Огнезвезд мне отец, если ты не забыл. Как ты смеешь думать, что мне безразличны его чувства?!

Уголек подошел ближе и прижался щекой к ее плечу.

— Возьми себя в лапы.

Белка попыталась подавить свой гнев и успокоиться.

— Я бы все отдала за то, чтобы Крутобок вернулся!

— Конечно, мы понимаем, — заверил ее Уголек. — Слушай, Ежевика, — продолжил серый воин, — мы собираем мох, видишь? Ты зря придираешься к Белке.

Ежевика насмешливо повел ушами:

— Очень хорошо, только постарайтесь делать это быстрее. А когда закончите, позаботьтесь о том, чтобы старейшины досыта поели.

С этими словами он развернулся и, не дожидаясь ответа, направился в сторону лагеря.

— Сам накормишь старейшин! — зашипела ему вслед Белка. Ежевика не имел никакого права так вести себя с ними! Никакого… если только он не пытался рассчитаться с ней за то, что она ненавидит его брата.

Если даже Ежевика услышал ее, он не подал вида. Он просто продолжил свой путь, пока зеленые папоротники не сомкнулись за его спиной.

— Успокойся, — мурлыкнул Уголек. — Он просто беспокоится о том, чтобы все было сделано вовремя. Ты же знаешь, сколько у нас хлопот из-за того, что в племени осталась всего одна ученица.

— Пусть сам побольше работает, а не ходит и приказывает остальным! — проворчала Белка. — Если он думает, что я собираю мох для него, он сильно ошибается! И вообще, я иду охотиться! — Она развернулась и опрометью бросилась в лес.

Белка слышала, как Уголек отчаянно зовет ее, но была так зла, что даже не обернулась. Больше всего на свете ей хотелось сейчас догнать Ежевику и когтями соскрести с его морды эту наглую усмешку, но в то же время сердце ее разрывалось от чувства вины за то, что она сказала такие ужасные слова про Крутобока. После каждого разговора с Ежевикой ей казалось, что они все глубже и глубже проваливаются в яму злобы и недоверия. Белка с отчаянием понимала, что на свете остается все меньше слов, которые могли бы исправить случившееся.

Все эти мысли вихрем проносились у нее в голове, а она все бежала и бежала, не разбирая дороги. Белка очнулась, когда прямо перед ней выросла стена густой ежевики. Белка попыталась затормозить, но было слишком поздно, и она с размаху врезалась в колючие заросли.

— Мышиный помет!

Чем больше она дергалась, пытаясь освободиться, тем сильнее впивались в шкуру шипы, но Белка знала, что просто умрет от стыда, если Ежевика или Уголек найдут ее здесь в таком дурацком виде. Впившись когтями в землю, она изо всех сил дернулась и вытащила себя из куста, оставив на ветках пушистые клочья темно-рыжей шерсти.

Оглядевшись, Белка увидела вокруг совсем незнакомые деревья. Огромные серые стволы, густо заросшие мхом и лишайником, стояли гораздо теснее, чем вокруг их лагеря.

— Белка! Берегись! — внезапно раздался за ее спиной испуганный крик Уголька.

Белка резко обернулась — и ее шерсть поднялась дыбом от страха. Прямо за ежевичными зарослями лежала поляна, усыпанная палой листвой. Сердце у Белки бешено заколотилось, когда она увидела острую рыжеватую морду, которая глядела на нее из-за колючего куста на дальнем краю поляны. Оцепенев от ужаса, Белка смотрела, как лиса осторожно вышла из зарослей и, приоткрыв пасть, угрожающе зарычала. Глаза хищницы горели голодным огнем.

— Отступай назад, только медленно, — снова прозвучал за ее спиной тихий голос Уголька.

Белке показалось, будто лапы у нее окаменели. Огромным усилием воли она заставила себя сделать шаг назад. В тот же миг лиса прыгнула. Белка инстинктивно вскинула когти, но какая-то серая тень заслонила от нее хищницу. Это Уголек бросился наперерез лисице и что было силы полоснул ее когтями по морде. При этом он угрожающе зашипел, но лиса даже с места не сдвинулась. Она просто повернула морду к Угольку и разинула пасть.

С оглушающим визгом Белка бросилась на лису и вцепилась ей когтями в морду. Хищница тряхнула головой и, как пушинку, стряхнула с себя кошку. Грозовая кошка с такой силой шлепнулась о землю, что на миг потеряла сознание. Когда она пришла в себя, то увидела, что Уголек лежит на земле и яростно отбивается задними лапами, пытаясь отогнать лисицу, которая держит его зубами за горло.

Белка прыгнула и вонзила когти в рыжий лисий мех. Лиса повернула голову — и этого оказалось достаточно, чтобы Уголек, обливаясь кровью, успел отползти в сторону. Раздраженная новой помехой, лиса ощерила пасть и впилась Белке в плечо. Взвыв от боли, Белка в бешенстве ударила противницу когтями по морде. Откуда-то издалека до нее донесся слабый голос Уголька: «Беги, Белка!». Но лиса не собиралась отпускать свою добычу. Задыхаясь от страха и злости, Белка отчаянно замолотила лапами.

Белка безжизненно болталась в лисьей пасти, с ужасом чувствуя, как тают ее силы. Черная волна начала вздыматься перед ее глазами, грозя накрыть с головой, как вдруг где-то совсем рядом раздался оглушительный кошачий мяв. В следующий миг лисьи зубы разжались, и Белка шлепнулась на землю. Она даже не помнила, сколько пролежала так, среди листвы, смутно вслушиваясь в яростные вопли, раздававшиеся над самой ее головой.

Наконец она сделала глубокий вдох и кое-как поднялась с земли. Лес покачнулся у нее перед глазами, а когда снова вернулся на место, она увидела Ежевику. Шерсть его так распушилась от ярости, что он казался вдвое крупнее и выше ростом. Выпустив когти и оскалив клыки, он наседал на лису, заставляя ее пятиться к кустам. Раненый Уголек размахивал лапами рядом. Белка испустила воинственный клич и заковыляла к товарищам. Завидев третью противницу, лиса быстро попятилась, а потом развернулась и бросилась в кусты. Послышался шорох раздвигаемых веток, а потом все смолкло.

— Спасибо тебе, Ежевика, — прохрипел Уголек. — Но как ты догадался о том, что мы попали в беду?

— Я услышал, — отозвался Ежевика. Голос его дрожал от едва сдерживаемой ярости. — Великое Звездное племя, хотел бы я знать, что вы тут делали?! Вы отлично знаете, что мы еще как следует не исследовали эту часть территории! Я полагал, что стычка с барсуком должна была научить вас осторожности!

Белка просто поперхнулась от злости. Ну почему именно Ежевика должен был явиться, чтобы спасти их от смерти?! И самое ужасное, что он был совершенно прав, а она во всем виновата! Она не должна была поддаваться настроению и мчаться в лес, очертя голову, не разбирая дороги. Но она все равно не позволит Ежевике задирать нос!

— Тебе-то какое дело? — огрызнулась Белка. — Просто не понимаю, что я в тебе раньше находила!

Уголек, прихрамывая, подошел к ней.

— Мы просто хотели поохотиться, — пояснил он, ласково закрывая ей пасть своим хвостом, чтобы она не наговорила глупостей. — Я понимаю, что мы увлеклись и напрасно зашли так далеко.

Ежевика молча посмотрел на него, гневно полыхая круглыми янтарными глазами.

— Даже хорошо, что мы наткнулись на эту лисицу, — вставила Белка. — Теперь все племя будет знать о ней.

— Интересно, как бы мы узнали о лисе, если бы она разорвала вас обоих? — прищурился Ежевика. — Ради Звездного племени, я прошу вас в следующий раз быть благоразумнее.

Он подошел ближе и обнюхал шею Уголька. Белка с облегчением заметила, что кровотечение почти прекратилось; рана выглядела очень глубокой, но не смертельной.

— Тебе лучше вернуться в лагерь и немедленно показаться Пепелице, — посоветовал Ежевика. — И тебе тоже, Белка. У тебя весь бок изодран.

Белка повернула голову, чтобы разглядеть свои плечи и бока. В нескольких местах шерсть была вырвана клочьями, липкие струйки крови текли из глубоких укусов, оставленных лисьими зубами. Раны горели огнем, каждая жилка дрожала от боли. Больше всего на свете Белке хотелось вернуться в лагерь, наесться каких-нибудь успокаивающих трав и свернуться калачиком на мягкой подстилке под кустом боярышника. Но они не имели права покидать эту часть леса, не узнав, где находится лисья нора.

— Может быть, пойдем по запаху и посмотрим, где эта тварь устроила себе логово? — сухо предложила она, стараясь ничем не выдать клокотавшей в груди ярости. — Нельзя возвращаться к Огнезвезду, не разведав все до конца.

— Отличная мысль, — согласился Уголек. — Лиса с виду была тощая и голодная, наверное, более сильные лисы выгнали ее с сытного местечка. Это делает ее опасной для нас. Если она живет здесь, нам придется ее прогнать.

Ежевика поколебался, потом кивнул:

— Ладно, давайте посмотрим.

Он повел их в сторону куста, в котором скрылась лисица. В гуще ветвей стоял сильный лисий запах.

— Ну и вонища! — скривился Уголек.

Ежевика молча шел через траву и кусты вслед за запахом. Вскоре тот вывел их на старую, давно заросшую тропу Двуногих, которая вела в каменный овраг. Запах пересекал тропу и уходил в лес на противоположной стороне. Еще через какое-то время деревья начали редеть, и за ними показалась пустошь. Белка глубоко втянула в себя воздух и почуяла сильный кошачий запах. Прислушавшись, она различила неподалеку журчание ручья.

Шедший впереди Ежевика резко остановился.

— Это граница племени Ветра, — объявил он.

— Если лиса ушла на их территорию, значит, нам не о чем беспокоиться! — заметил Уголек.

— Не спеши радоваться, — пробормотал Ежевика, внимательно оглядываясь по сторонам. — Давайте посмотрим, вдруг тут где-то ее нора.

— Ее нора на территории племени Ветра, мышеголовый, — процедила Белка, однако все-таки отправилась на поиски. Она пробежалась в обе стороны вдоль границы, затем углубилась под деревья.

Через какое-то время все трое встретились у границы и обменялись наблюдениями. Никакой норы нигде не было.

— Похоже, она все-таки ушла через границу, — вздохнула Белка. — Пусть племя Ветра само с ней разбирается.

— Не думаю, что Огнезвезд с тобой согласится, — хмыкнул Ежевика. — Я почти уверен, что он захочет предупредить Однозвезда.

Белка поняла, что он прав. Даже недавняя неприятная встреча с патрулем племени Ветра, похоже, не смогла поколебать веру ее отца в дружбу Однозвезда. А настоящий друг непременно предупредил бы товарища о том, что ему угрожает лиса. Кроме того, если эта лиса бегает туда-сюда через границу, она представляет опасность не только для соседей, но и для Грозовых котов.

— Наверное, — согласилась она. — Давайте вернемся в лагерь и доложим обо всем Огнезвезду.

Белка лежала перед входом в палатку Пепелицы и, стиснув зубы, ждала, когда Листвичка закончит прикладывать к ее царапинам целебную кашицу из разжеванных ноготков. Рядом Пепелица затыкала паутиной кровоточащую рану на шее Уголька. Белка сочувственно подмигнула другу.

— Все будет хорошо, — ласково ворковала целительница. — Но я прошу тебя быть осторожнее еще денек-другой. И каждый день показывай свою шею мне или Листвичке, чтобы избежать нагноения.

— Так вы говорите, что лиса ушла на территорию племени Ветра? — спросила сестру Листвичка.

Молодая целительница выглядела не на шутку перепуганной. Белка просто понять не могла, с какой стати ее сестра так тревожится о племени Ветра. Вот если бы лиса осталась на территории Грозового племени, тогда другое дело!

— Да, — ответила она и тут же скривилась от боли, потому что жгучий сок ноготков капнул прямо в глубокую ранку, оставленную лисьими зубами.

— И вы не повстречали никого из воинов Ветра? — снова спросила Листвичка. Белка насторожила уши. От сестры веяло тревогой и каким-то новым, очень сильным чувством, которое она никак не могла уловить. — Ну, я хотела сказать… Грача, например?

— Нет. Если бы мы повстречали кого-нибудь из воинов Ветра, мы бы предупредили их о лисе, глупышка. Тогда не пришлось бы тащиться к ним второй раз! — Белка знала, что Ежевика сейчас докладывает о происшествии Огнезвезду, и почти не сомневалась в реакции отца. — Кстати, а почему ты спросила о Граче?

Листвичка с какой-то странной старательностью принялась перебирать листья ноготков и долго не поднимала головы.

— Ну… сама не знаю. Просто так, — выдавила она наконец. — Он же ваш друг… вы с ним вместе ходили к Месту-Где-Тонет-Солнце.

— Ну, я бы не называла его другом, — фыркнула Белка. — Мне кажется, Грач вообще не способен ни с кем подружиться… особенно теперь, после смерти Ласточки. Вот ее он по-настоящему любил. Страшно представить, как он тоскует по ней!

— Конечно, — прошептала Листвичка. Голос ее прозвучал как-то сдавленно, и Белка вскинула голову, испугавшись, что сестра подавилась своими ноготками. Но Листвичка продолжала молча пережевывать очередной листок.

Уголек тихонько зашипел от боли, когда Листвичка шлепнула щедрую порцию ноготков на его разодранную в битве с барсуком заднюю лапу. Белка нахмурилась. Странно, обычно Листвичка вела себя гораздо аккуратнее.

От раздумий ее отвлек шорох в ежевичных зарослях, закрывавших вход в пещеру. Ветви раздвинулись, и на поляне появился Огнезвезд в сопровождении Ежевики.

— Ежевика сказал мне, что вы здесь, — заявил он, глядя на Белку с Угольком. — Я решил сходить в племя Ветра и предупредить Однозвезда о лисе, и хочу, чтобы вы сопровождали меня.

Белка даже не удивилась. «А вот племя Теней он даже не подумал предупредить о барсучихе», — подумала она.

Пепелица приподняла голову и посмотрела на предводителя.

— Я не думаю, что…

— Я знаю, что ты хочешь сказать, — перебил ее Огнезвезд. — Но плечо нисколько меня не беспокоит, кроме того, я уже принял решение.

— Я хотела сказать вовсе не это! — сердито сверкнула голубыми глазами Пепелица. — Эти воины пострадали в схватке с лисой и должны отдохнуть!

— Но я хочу, чтобы они сами рассказали Однозвезду о том, что видели! — повысил голос Огнезвезд.

— Пусть они расскажут тебе, а ты передашь Однозвезду, — не собиралась уступать Пепелица.

— Эй, полегче! — медленно поднялась с земли Белка. — Может быть, кто-нибудь догадается спросить нас с Угольком? Я, например, запросто добегу до границы с племенем Ветра! Что скажешь, Уголек?

— Конечно! — серый воин послушно вскочил и подошел к ней.

Огнезвезд молча посмотрел на воинов.

— По-моему, вы оба выглядите прекрасно. А отдохнете, когда вернемся.

— А если им придется принять участие в новой схватке? — очень серьезно спросила Пепелица.

— Этого не будет! — негромко ответил Огнезвезд. — Племя Ветра — наши друзья.

Пепелица резко развернулась и, раздраженно взмахнув хвостом, ушла в свою пещеру.

Огнезвезд проводил ее печальным взглядом и вздохнул:

— С каждым днем она все больше и больше напоминает мне Щербатую!

Солнце уже начало клониться к закату, когда Огнезвезд перевел свой патруль через границу племени Ветра. Кругом было пустынно, даже запах последнего патруля воинов Ветра успел почти выветриться. Пробуя воздух, Белка едва не задохнулась от сильнейшего кроличьего запаха, который доносился со стороны вересковой пустоши, безжалостно напоминая о том, что они с раннего утра ничего не ели. Не успели Грозовые коты пройти и нескольких шагов, как сразу три кролика неторопливо проскакали мимо, пощипывая траву.

— Как будто понимают, что нам нельзя на них охотиться! — вздохнула Белка.

Уголек повел усами и фыркнул:

— Страшно представить, что сделает Однозвезд, если застанет нас за охотой на своей территории!

Вскоре они подошли к ручью, который круто падал вниз, рассыпаясь на несколько крошечных водопадиков. За ручьем виднелись заросли колючих кустов. Вокруг по-прежнему никого не было, и только поднявшись на холм, под которым расположился лагерь племени Ветра, патрульные увидели первого кота.

Зоркая Белка раньше всех разглядела силуэт одинокого воина, глядевшего в сторону горизонта; в следующий миг кот резко развернулся и понесся в лагерь, не дожидаясь, пока Огнезвезд со своими воинами подойдет ближе. Не успел отряд и глазом моргнуть, как из кустов боярышника, растущих по краю оврага, вышел Однозвезд и молча остановился, поджидая гостей. Стоявшие за его спиной Паутинник с Грачом бесстрастно смотрели прямо перед собой.

— Добрый вечер, Огнезвезд, — вежливо склонил голову Однозвезд. — Что привело тебя на территорию племени Ветра?

Голос его звучал вежливо, но он впервые обращался к Огнезвезду, как равный, не опуская взгляда. Это был уже не тот кот, который совсем недавно умолял Огнезвезда помочь ему, когда Звездный Луч неожиданно назначил его своим преемником.

— Мы пришли узнать, как у вас дела, — отвечал Огнезвезд. — Я пришел бы раньше, если бы не вывихнул плечо в прошлой битве.

— В племени Ветра все в полном порядке, — холодно заметил Однозвезд. — Разве мы давали какой-то повод сомневаться в этом?

Белка даже пасть разинула от изумления. Хороший вопрос — особенно, если учесть, что не прошло и месяца после предательства Чернохвата!

Огнезвезд скользнул взглядом за спину Однозвезда и выразительно посмотрел на Паутинника.

Белка поняла, что ее отцу неловко напоминать Однозвезду о том, что в племени Ветра до сих пор немало участников недавнего мятежа — тем более, когда один из ближайших сторонников Чернохвата прекрасно слышит каждое их слово!

Однозвезд понимающе сощурил глаза:

— Каждый кот моего племени знает о том, что я избран звездными предками. Отныне в племени Ветра будет царить порядок и спокойствие. И я больше не нуждаюсь в твоей опеке, Огнезвезд. Я не беспомощный котенок, а предводитель!

— Я не собирался опекать тебя! — удивленно ответил Огнезвезд. — Кроме того, у нас есть для тебя новость. — Он повернул голову и приказал: — Ежевика, расскажи Однозвезду о том, что случилось сегодня в лесу.

Ежевика шагнул вперед и остановился рядом со своим предводителем.

— Вот эти двое, — он махнул хвостом на Уголька с Белкой, — случайно спугнули лисицу…

— Совсем молодую, — вставил Уголек. — Зато на редкость здоровенную.

— Мы втроем бились с ней, — продолжал Ежевика, — и она, убегая, ушла на вашу территорию. Мы думаем, у нее где-то здесь нора и…

— …В скалах, возле подножия холма, — закончил за него Однозвезд и небрежно махнул хвостом. — Мои воины уже обнаружили ее логово. Мы все знаем, можете не беспокоиться.

— Эта лиса очень опасна, — предупредил Ежевика. — Голод делает ее свирепой. Взгляни, какие отметины она оставила на память Белке и Угольку!

— Мог бы и промолчать! — сердито прошипела Белка и тут же поморщилась, неосторожно пошевелив плечами.

— Племя Ветра само разберется с этой лисой, — повысил голос Однозвезд. — Кстати, Огнезвезд, — проговорил он, снова поворачиваясь к предводителю Грозового племени, — ответь мне на один вопрос. Если бы твои воины загнали лису на территорию племени Теней, ты бы отправился предупреждать Чернозвезда?

Белка переглянулась с Угольком. Они прекрасно знали, что Огнезвезд даже не подумал сообщать племени Теней о барсучихе, которая ушла на их территорию!

— Наверное, нет, — признался Огнезвезд и бросил быстрый взгляд на своих воинов, словно просил их не упоминать о барсучихе. — Но…

— Никаких «но»! — прошипел Однозвезд. — Сюда тебе тоже не следовало приходить! Я не нуждаюсь в твоей благотворительности, Огнезвезд. Много лун миновало с тех пор, как племя Теней изгнало нас из родного дома, однако лесные племена до сих пор считают нас слабыми! И это твоя вина, Огнезвезд! Ты ведешь себя так, будто мы не можем сами прокормить свое племя. Запомни раз и навсегда — племя Ветра ничуть не слабее других племен. Нам не нужна ничья помощь!

Огнезвезд опустил голову. В глазах его была такая боль, что Белке захотелось провалиться сквозь землю, только бы не стоять здесь и не слушать, как старый друг отца высокомерно топчет лапами их дружбу.

— Племя Ветра наравне с остальными участвовало в переходе на новые земли, — вызывающе продолжал Однозвезд. — Мы никому ничем не обязаны!

Белка едва сдержалась, чтобы не заявить ему прямо в морду все, что она думала. «Это ложь! — хотелось заорать ей. — Без Грозового племени вы бы все сдохли от голода в старом лесу или погибли бы под лапами огромных, страшных чудищ Двуногих!»

Огнезвезд с достоинством поднял голову.

— Прости, если я оскорбил тебя, — просто сказал он и махнул хвостом Грозовым котам, показывая, что пора уходить. — Прощай, Однозвезд, — кивнул он. — Увидимся на Совете.

— Прикажешь проводить их до границы? — подал голос Паутинник.

— В этом нет необходимости, — покачал головой Однозвезд и, не попрощавшись, скрылся в кустах.

Несколько мгновений Огнезвезд молча смотрел на сомкнувшиеся за ним ветки. Потом, не говоря ни слова, повернулся и побрел вверх по склону. Белка хотела броситься следом за отцом, как вдруг кто-то негромко окликнул ее по имени. Обернувшись, она увидела Грача, который по-прежнему стоял возле куста, нетерпеливо помахивая хвостом.

— Белка, я хотел попросить тебя… — начал он.

Паутинник высунул голову из куста:

— Грач!

— Уже иду! — крикнул ему серый воин. — Послушай, Белка, — снова начал он.

Но Огнезвезд уже добрался до вершины холма и нетерпеливо оглянулся.

— Белка, мы тебя ждем!

— Это не может подождать до Совета? — торопливо спросила Белка. — Я должна бежать.

Грач шагнул назад, уныло повесив хвост.

— Да, наверное… Я подожду.

Тут Паутинник снова окликнул его и, бросив последний смущенный взгляд на Белку, молодой воин направился к кусту.

Белка рысью взлетела на холм и поравнялась со своими товарищами. Как смел этот Однозвезд так разговаривать с ее отцом?! Понятно, что каждый предводитель хочет видеть свое племя сильным и независимым, но разве при этом обязательно нужно быть неблагодарными? Неужели Однозвезд мог так просто забыть все, чем его племя обязано Грозовым котам?

«Ладно, пусть будет так, раз он этого хочет! — думала она, бредя за соплеменницами. — Если быть честными, то нам нет никакой выгоды от союзничества с племенем Ветра! Зато воины Ветра горько пожалеют о своей заносчивости, когда им опять понадобится наша помощь!»

Глава V

Круг белого света дрожал на поверхности озера, а высоко над звездами ночного неба ярко горел Серебряный Пояс. «Кажется, Звездное племя довольно тем, как мы тут устроились», — подумала Белка, семеня следом за сестрой вдоль берега озера. Лапы ее покалывало от волнения при мысли о том, что этой ночью состоится их самый первый Совет на Острове. Скорее бы перебежать по поваленному дереву и отправиться на исследование этой новой земли!

Огнезвезд молча шел впереди в сопровождении Дыма, Песчаной Бури и Белохвоста. Уголек с Белкой бежали следом, за ними тянулись Пепелица, Златошейка и Бурый. Замыкавший шествие Ежевика то и дело оглядывался, словно ожидал какой-нибудь неприятности.

Его непривычная осторожность снова напомнила Белке об испортившихся отношениях с племенем Ветра. Чтобы добраться до поваленного дерева, служившего мостом на Остров, им нужно было пройти через территорию племени Ветра, но Белка отлично помнила, что Огнезвезд не спрашивал у Однозвезда разрешения на пересечение границы.

— Насколько проще было дома, у Четырех Деревьев! — с внезапной тоской пожаловалась она Листвичке. — Там, чтобы прийти на Совет, нам не нужно было заходить на чужую территорию!

— Но никто не смеет драться по дороге на Совет, — резонно напомнила ей Листвичка.

— Что-то я в этом не уверена. Как ты думаешь, где начинается Священное перемирие? На Острове или по дороге к нему?

Листвичка растерянно захлопала глазами и ничего не ответила.

В напряженном молчании Белка и ее товарищи шли по темной траве между сверкающей гладью озера и крутыми склонами поросших вереском холмов. Подойдя к пастбищу, все сразу почувствовали сильный запах племени Ветра. Судя по всему, соседские коты только что прошли этой же тропой.

— Однозвезд со своими воинами идут впереди нас, — подала голос Белка. Остановившись, чтобы как следует принюхаться, она вдруг уловила какой-то новый запах и тут же заметила две светлые фигурки, убегавшие по начинавшемуся за пастбищем полю.

— Ой, да это же домашние кошки, которые живут в амбаре! — воскликнула она. — Помните Дымка с Ромашкой? Мы встретили их, когда шли на прошлый Совет. Интересно, Ромашка уже окотилась?

— Пора бы и нашим королевам поторопиться! — проворчала Пепелица. — В Грозовом племени давным-давно не было котят!

Белка кивнула. Чем больше котят, тем больше оруженосцев, а значит, воинов наконец-то избавят от обязанности собирать мох и искать блох у старейшин.

Грозовые воины миновали топкий участок, который в первые дни служил им временным лагерем. За болотом свежие пограничные метки обозначали начало территории Речного племени. Впереди, возле самой воды, Белка увидела темную вереницу котов — это был Однозвезд со своими воинами.

Коты собрались в кучу возле толстых ветвей дерева; судя по их прижатым ушам и напряженно торчащим вверх хвостам, всем было страшно сделать первый шаг по стволу, перекинутому над черной гладью холодной воды. И тут в наступившей тишине раздался нетерпеливый мяв — это серый Грач одним прыжком взлетел на дерево. Он слегка покачался, нащупывая равновесие, а потом, осторожно переставляя лапы, прошел по стволу и спрыгнул на берег.

Следуя его примеру, все новые и новые воины Ветра проходили по бревну, судорожно цепляясь когтями за ствол.

Вдруг Однозвезд резко развернулся, подошел к Огнезвезду и что-то тихо сказал ему.

Огнезвезд подозвал к себе своих воинов.

— Речное племя и племя Теней уже переправились. Однозвезд передал мне, что предводители решили позволить своим воинам обследовать остров до начала Совета.

— А где потом собираться? — поинтересовался Белохвост.

Огнезвезд только ушами повел:

— Звездное племя укажет нам нужное место. Но не беспокойтесь, заблудиться там невозможно. Остров совсем маленький.

С этими словами он легко вскочил на дерево. Песчаная Буря и Белохвост последовали за ним. Наконец настала и очередь Белки. Она присела, высоко подпрыгнула в воздух — и почувствовала, как поваленный ствол подался вниз под ее тяжестью. Шерсть мгновенно прилипла к телу от страха, и Белка глубоко впилась когтями в дерево, чтобы не упасть. Только теперь она поняла, как узок поваленный ствол и как близка вода, жадно лизавшая полузатопленные ветки.

— Ну, иди же! — поторопил ее сзади Уголек. — Ты заставляешь нас всех ждать.

Белка осторожно сделала первый шаг. Ствол еще сильнее прогнулся под ее лапами, когда сзади на него начали запрыгивать остальные коты; торчащие ветки цеплялись за шерсть, мешая идти. К счастью, Белка быстро приноровилась обходить препятствия, а ствол с каждым шагом стал утолщаться. Белка зашагала уверенней, а когда ветви закончились, она, совсем осмелев, побежала бегом и с торжествующим мявом спрыгнула на землю.

Стоя в тени корней, Белка смотрела, как на остров переправляются Уголек, Листвичка и Ежевика. Как только широкоплечий полосатый великан спрыгнул со ствола на землю, к нему сразу же бросился второй коренастый воин, в сумерках похожий на Ежевику, как отражение в глади озера.

— А вот и Коршун! — прошипела Белка. — Так я и знала!

— Привет, Ежевика, — донесся до нее басовитый голос Речного воина. — Я ждал тебя. Пойдем, я покажу тебе кое-что интересное!

И братья вместе побрели в глубь острова.

Белка повернулась к Листвичке и увидела, что ее сестра рысью несется навстречу Мотылинке, целительнице Речного племени. Красивая золотистая кошка ласково обняла Листвичку хвостом и принялась что-то оживленно ей рассказывать.

Белка почувствовала себя никому ненужной. Какая радость исследовать незнакомую территорию, если не с кем поделиться своими открытиями?! Но тут кто-то окликнул ее по имени и, обернувшись, Белка увидела стоящего неподалеку Уголька.

— Куда пойдем? Может, туда? — предложил он, махнув хвостом на густые заросли деревьев и кустов в центре острова.

— Нет, давай сначала обойдем весь остров кругом. Я хочу осмотреть каждый уголок! — Белка ласково подмигнула Угольку: она чувствовала, что он без всяких слов видит, как она рада его приглашению.

Белка с Угольком обогнули выступ скалы, далеко вдававшийся в воду, и вышли на широкую полосу песка и гальки, в которой поблескивали редкие лужицы темной воды. Белка устроилась возле одной такой лужи и вытянула язычок, собираясь как следует напиться, но вдруг с изумленным криком отпрыгнула назад.

— Ой, тут рыба!

Уголек приблизился к ней и с любопытством заглянул в воду.

— Где? Я ни одной не вижу.

— Крошечные рыбки — да вот же они, гляди! — Белка ткнула лапой в едва заметную тень, метнувшуюся из-под одного камня к другому. — Только мелкие, как комары, — с сожалением добавила она. — Ладно, пошли дальше.

То и дело помогая себе когтями, друзья вскарабкались на вершину гладкого камня, и тут Белка заметила Ежевику и Коршуна. Сблизив головы, братья брели в глубь острова. Они не обращали никакого внимания на снующих вокруг котов и, судя по всему, нисколько не интересовались красотами острова.

— Ты заметил, как быстро мы снова разбились на отдельные племена? — задумчиво спросила Белка. — Как будто и не было ни путешествия из родного леса, ни прежнего братства…

— Зато Ежевика ни на шаг не отходит от Коршуна, — заметил Уголек, показывая головой на двух коренастых воинов, скрывшихся в зарослях папоротника.

— Да уж! — фыркнула Белка.

Голубые глаза Уголька задумчиво блеснули:

— Ты беспокоишься за него, да?

— Я?! Беспокоюсь? За него?! — взорвалась Белка. — Вот еще! С какой стати? — Видя, что Уголек не торопится с ответом, она с нажимом повторила: — Честное слово, мне наплевать на него!

Уголек печально вздохнул и покачал головой.

— Вот и хорошо, — негромко ответил он. — Потому что Ежевика — доблестный и честный воин. Он может дружить с Коршуном, но он никогда не предаст свое племя.

Белка вздрогнула, как будто он ее ударил. Неужели все видят, что она больше не доверяет Ежевике? Но ведь она знает его лучше всех в Грозовом племени! Или былая близость делает ее излишне пристрастной?

Белка тряхнула головой, смущенная нахлынувшими мыслями. Она хотела доверять Ежевике — искренне хотела! Разве она виновата, что он каждым своими поступком и каждым словом делает это невозможным?!

Луна уже высоко стояла в небе, когда Белка с Угольком закончили обход острова.

— Теперь я понимаю, почему Коршун хотел устроить тут лагерь Речного племени, — протянул Уголек. — Здесь есть все, что нужно!

— Все, кроме дичи, — поправила его Белка. — Ты не забыл, что Речные коты питаются не только рыбой? Думаешь, легко каждый день плавать на остров с добычей в пасти?

— Но теперь здесь есть мост, — неуверенно поежился Уголек. — Надеюсь, Речные коты не передумают и не потребуют отдать им остров?

Белка испуганно посмотрела на него.

— Они не посмеют! — воскликнула она. — Звездное племя свалило это дерево для всех нас!

— Ладно, не будем гадать… Если Пятнистая Звезда что-то задумала, мы об этом сейчас узнаем. Совет вот-вот начнется.

Друзья бросились к густым зарослям ежевики и, низко пригнувшись, чтобы не зацепиться шерстью за колючие ветки, выбрались на широкую круглую лужайку, посеребренную лунным светом.

Она была до странности похожа на озеро; трава волнами колыхалась под ветром. В самом центре стоял одинокий дуб. Могучие корни, толще кошачьего туловища, цепко держались за землю, а самые верхние ветви вздымались вверх, бросая трепещущие тени на собравшихся внизу котов.

Белка поискала глазами соплеменников. Златошейка растянулась в высокой траве рядом со старейшинами из соседних племен, Пепелица сидела у самых корней с Листвичкой и Мотылинкой, а Перышко, целитель племени Теней, расхаживал перед ними взад-вперед.

Белохвост с Дымом стояли в тени кустов возле края поляны; потом, быстро переглянувшись между собой, они приблизились к Невидимке и Черному Когтю из Речного племени и склонили головы в любезном приветствии.

Белка приветливо повела ушами, заметив, что ее сестра оставила целителей и направляется к ней.

— Мне здесь так нравится! — глаза у Листвички сияли, и Белка сразу догадалась, что та чувствует присутствие Звездного племени. — Сама поляна меньше, чем возле Четырех Деревьев, но зато здесь так безопасно!

Неожиданно Огнезвезд в несколько прыжков пересек поляну и, крепко вцепившись когтями в кору дерева, влез на нижнюю ветку.

— Чернозвезд! Пятнистая Звезда! Однозвезд! — зычно крикнул он. — Я думаю, здесь нам всем хватит места!

Чернозвезд последовал его призыву и с проворством, удивительным для такого огромного кота, вскарабкался по стволу и встал рядом с Огнезвездом.

— Похоже, Чернозвезд до смерти жалеет о том, что не догадался первым влезть на эту ветку! — прошептал Уголек на ухо Белке.

Пятнистая Звезда устроилась в развилке ветвей, неподалеку от Огнезвезда с Чернозвездом, а Однозвезд залез выше, так что очутился над всеми тремя предводителями.

Невидимка аккуратно уселась на один из толстых скрюченных корней дуба, остальные глашатаи присоединились к ней. Белка поежилась: никогда еще отсутствие глашатая Грозового племени не казалось ей таким заметным.

Огнезвезд громко прокричал:

— Коты всех лесных племен, добро пожаловать на новое место Совета. Звездное племя указало нам путь сюда, и мы благодарны ему за это! — Он помолчал, дожидаясь, пока стихнут все голоса, а потом вежливо кивнул предводителю племени Ветра: — Однозвезд, ты готов открыть Совет?

Предводитель племени Ветра встал, уверенно держась на толстой ветке. Глаза его сверкали в лунном свете, шерсть окрасилась в серебро. Белка вспомнила, как он сбивался и дрожал, когда в первый раз обращался к племенам после смерти Звездного Луча. Теперь от этой неуверенности не осталось и следа. Однозвезд держал себя так, словно с рождения возглавлял свое племя.

— В племени Ветра все отлично, — доложил он. — Я совершил путешествие к Лунному Озеру и получил от звездных предков имя и дар девяти жизней.

Поляна пришла в движение, отовсюду посыпались поздравления, и Белка с удовлетворением отметила, что Однозвезда приветствуют во всех племенах. В этом не было ничего удивительного — Однозвезд пользовался уважением в лесу, кроме того, его право на власть было подтверждено самим Звездным племенем, поразившим дерзкого Чернохвата. Белка поискала глазами Паутинника и остальных верных сторонников Чернохвата. Интересно, они тоже приветствуют предводителя, которого еще недавно собирались убить? Паутинника нигде не было видно, а черная Сумеречница сидела под кустом, не сводя немигающего взгляда с Однозвезда.

Тот важно склонил голову.

— Сегодня утром Хмуролика, Корноух и Грач изгнали с нашей территории лисицу, — продолжал он. — Они славно сражались, и я уверен, что лиса не посмеет вернуться назад.

Толпа внизу взорвалась радостными воплями — в основном кричали воины Ветра, но и остальные тоже не отставали.

Белка и не подумала участвовать в общем хоре.

— Он ни словом не обмолвился о мятеже Чернохвата! — шепнула она Угольку. — А про Грозовое племя вообще ни слова — ни о том, что мы помогли им в битве, ни о том, что предупредили об этой мерзкой лисе!

— А ты считаешь, он должен был об этом упомянуть? — серьезно спросил Уголек.

Тем временем Однозвезд продолжал:

— Мы произвели в воины двоих оруженосцев. И сегодня я с гордостью представляю вам полноправных воинов племени Ветра — Совку и Проныру.

Собравшиеся коты громкими криками приветствовали молодых воителей.

Тут Пятнистая Звезда вскочила и нетерпеливо взмахнула хвостом, призывая котов к тишине.

— Барсук, которого мы прогнали месяц назад, обходит нашу территорию стороной, — гордо заявила она. — Мы думаем, он убрался на поиски более сытных мест.

Белка посмотрела на Коршуна, сидевшего на противоположном краю поляны. Именно он возглавлял тот патруль, который первым вступил в схватку с барсуком и изгнал его со своей территории. Белка презрительно наморщила нос, глядя на откровенно торжествующего Коршуна. «Можно подумать, он единственный воин, который смог вступить в схватку с барсуком!» — обиженно подумала она и, повернув голову, лизнула плечо, отмеченное клыками барсучихи.

— В Речном племени тоже появился новый воитель, — продолжала Пятнистая Звезда. — Сегодня ночью Зубатка будет нести свое первое ночное бдение.

— Ты заметила, с какой радостью Однозвезд с Пятнистой Звездой сообщают нам о пополнении своего воинства? — шепотом спросила Белка сестру. — Просто из шкуры лезут вон, чтобы доказать, как сильны их племена!

— Но это же глупо! — с неожиданной горячностью прошипела Листвичка. — Зачем так настойчиво показывать, что мы теперь не друзья, а соперники? Разве они забыли, сколько всего мы пережили вместе?

Сестра была явно встревожена, и это слегка озадачило Белку. Она знала, что целители держатся в стороне от вечного соперничества племен, и даже война между соседями не в силах нарушить их дружбу. Наверное, Листвичка привыкла считать всех лесных котов одним племенем, и ее расстраивают любые проявления вражды.

— На последнем Совете, — продолжала Пятнистая Звезда, — я согласилась признать нейтральной территорией заболоченную лужайку, где мы разбили лагерь в первую ночь. Тогда мы решили сделать ее временным местом для проведения Советов. Но после того как Звездное племя даровало нам этот остров, я объявляю заболоченный луг частью территории Речного племени!

Несколько котов возмущенно замяукали, а Корявый, целитель племени Ветра, громко охнул:

— Мышиный помет! Где же я теперь буду собирать целебные травы?

— Ты не можешь принимать такое решение в одиночку! — подал голос Чернозвезд и крепко впился когтями в кору дуба. — Другие племена должны дать свое согласие. В старом лесу, возле Четырех Деревьев, у нас тоже была нейтральная территория.

Пятнистая Звезда сердито хлестнула себя хвостом по бокам.

— Мы не в старом лесу, ясно? Здесь все по-другому. По пути на Совет каждому племени, кроме Речного, приходится проходить через чужую территорию. А раз так, то зачем нам нейтральная земля? По ней же все равно некому ходить!

— Пятнистая Звезда права, — заметил Огнезвезд. — Я думаю, у нас нет причин протестовать.

Пятнистая Звезда кивнула, обрадованная его поддержкой.

— А что ты думаешь, Однозвезд?

Однозвезд замешкался с ответом. Наверное, ему очень хотелось оспорить право на владение болотом, где росло столько целебных трав, но он понимал, что у племени Ветра и без того самая большая территория, поэтому было бы несправедливо требовать ее увеличения.

— Ладно, пусть будет так, — проворчал он.

— Раз вы все согласны, — пожал плечами Чернозвезд, — тогда я тоже не против.

Глаза Пятнистой Звезды вспыхнули от радости:

— В таком случае, мы завтра же утром оставим свои метки возле пастбища.

Речные коты довольным урчанием приветствовали слова своей предводительницы, и Огнезвезду пришлось ждать, пока они утихомирятся.

— У меня новостей немного, — признался он. — Как и наши соседи из Речного племени, мы обнаружили на своей территории логово барсучихи, но патруль во главе с Ежевикой прогнал ее прочь. Если не считать этого случая, у нас все спокойно. За все это время мы ни разу не видели ни одного Двуногого, — закончил он и отступил назад, махнув хвостом Чернозвезду.

Белка невольно напряглась, когда огромный белый кот поднялся на лапы. Интересно, скажет он о барсучихе или нет? Знает ли он о том, что Грозовые воины загнали ее на территорию племени Теней? Но Чернозвезд ни словом не обмолвился о самке с детенышами, а лишь сухо доложил о том, как много дичи водится в сосняке.

Белка украдкой переглянулась с Угольком и тихонько опустила вздыбленный загривок. Барсучиха с выводком, наверное, ушла вглубь леса, подальше от территории, занятой котами. Судя по сообщениям предводителей, возле озера жило сразу несколько барсуков. Возможно, им посчастливилось изгнать их всех.

— Надеюсь, эта самка была последней, — вслух пробормотала Белка.

— Если они вернутся, мы снова ее прогоним, — заверил подругу Уголек. — Вообще-то, мне казалось, ты любишь барсуков, — пошутил он. — Как же эта ваша знаменитая Полночь?

— Полночь совсем другая, — заверила Белка. — Что касается других барсуков, то я предпочла бы никогда с ними не встречаться. Барсуки — отдельно, коты — отдельно.

Когда Чернозвезд закончил свою речь, Огнезвезд снова взял слово.

— Предводители и коты всех четырех племен, — начал он. — Прежде чем разойтись, мы должны обсудить еще кое-что. Это место указано нам самим Звездным племенем, однако, как справедливо заметила Пятнистая Звезда, чтобы добраться сюда, нам всем, кроме Речных котов, приходится проходить через соседние территории. Давайте точно определим, в каком месте можно переходить границы и каким путем следовать дальше.

— Я полагаю, Грозовому племени незачем заходить на нашу территорию, чтобы добраться сюда, — мгновенно заявил Чернозвезд. — Вам гораздо быстрее идти через племя Ветра!

Белка заметила, как напрягся Огнезвезд, и поняла, что он едва сдерживается, чтобы не огрызнуться.

— Да, но все-таки мы должны обсудить этот вопрос.

— Я разрешаю всем котам свободно проходить к мосту, — объявила Пятнистая Звезда. — Но мы никому не позволим воровать нашу добычу!

— То же самое могу сказать и я, — подал голос Однозвезд. — Огнезвезд, я разрешаю тебе и твоим котам проходить через нашу территорию, но требую, чтобы вы держались в двух лисьих хвостах от берега озера. Так что пеняйте на себя, если мои воины поймают вас в любом другом месте!

— Это разумное предложение, — очень спокойно ответил Огнезвезд. — Примем его за правило. — Он повысил голос, чтобы все коты могли услышать его слова: — Итак, каждое племя, следуя на Совет, имеет право свободно проходить через чужую территорию, но при этом обязуется следовать без остановок и держаться в двух лисьих хвостах от берега озера.

— И чтобы не охотиться! — вставил Чернозвезд.

Огнезвезд кивнул.

— Все согласны?

Коты одобрительно заурчали — справедливое предложение Огнезвезда всем пришлось по душе.

И тут молчавшая до сих пор Пепелица поднялась со своего места и громко спросила:

— Я хочу знать, будет ли это правило распространяться на котов, которые следуют к Лунному Озеру? Дело в том, что в этом случае им придется отойти от берега озера и пересечь либо нашу территорию, либо земли племени Ветра.

— Племя Ветра и раньше разрешало всем котам проходить через свою территорию по пути к Лунному Камню, — напомнил Однозвезд. Как и все коты в лесу, он с огромным уважением относился к Пепелице.

— Верно, — согласился Огнезвезд. — И я не вижу причины нарушать былой обычай.

— Но разрешение будет действовать только в этих двух случаях! — прошипел Чернозвезд, злобно покосившись на предводителя Грозового племени. — А то недолго и вовсе забыть о границах!

— Нет, подождите, — подняла голову Невидимка. — Разве все коты, которые переступают границы, обязательно должны быть врагами? Всем нам порой приходится заглядывать к соседям. Почему здесь мы должны бояться друг друга больше, чем в старом лесу?

Белка сразу вспомнила, как Невидимка примчалась к ним в лагерь, когда узнала о заговоре Коршуна и Чернохвата. В тот раз она бежала через территорию племени Теней и едва не попалась в лапы патрульным.

— Это разумно, — негромко вздохнула Листвичка. — Мы должны иметь возможность навещать друг друга. — Она не отрываясь смотрела куда-то через поляну, но Белка так и не поняла, что она там высматривает.

— Если ни у кого нет возражений, то Совет окончен, — объявил Огнезвезд.

— Я все сказал, — буркнул Чернозвезд, а Однозвезд с Пятнистой Звездой молча кивнули головами.

— Нужно позаботиться о том, чтобы все коты, которые не присутствовали на сегодняшнем Совете, узнали о принятых решениях, — напомнил Огнезвезд.

Предводитель племени Теней вызывающе лизнул лапу.

— Если я не ошибаюсь, для этого существуют глашатаи, — хмыкнул он.

Белка глубоко впилась когтями в землю. Этот жестокий намек был предназначен именно Огнезвезду. Предводителю Грозового племени нечего было ответить обидчику. Он коротко кивнул и спрыгнул с ветки.

— Чернозвезд никому не даст забыть о том, что Огнезвезд отказывается назначать нового глашатая вместо Крутобока! — пожаловалась Белка Угольку. — Наверное, он думает, что отсутствие глашатая делает нас слабыми!

— Пусть осмелится на нас напасть, и мы быстро устраним это заблуждение, — оскалился Уголек.

Белка одобрительно заурчала. Вставая со своего места, чтобы как следует потянуться, она вдруг заметила Ежевику, сидевшего возле Коршуна. Речной воин что-то шептал ему на ухо, а Ежевика задумчиво кивал в ответ.

«Интересно, что он там ему нашептывает? — мрачно подумала Белка. — Наверняка вздыхает о том, что Огнезвезд отказывается от такого прекрасного глашатая!»

Она смотрела на Ежевику и совсем не узнавала его. Перед ней был не тот кот, с которым они вместе преодолели долгий путь к Месту-Где-Тонет-Солнце в поисках Полночи. Просто не верилось, что когда-то они могли быть так близки!

Страшное подозрение холодком пробежало по спине Белки. Она уже почти не сомневалась в том, что Ежевика мечтает стать глашатаем. Значит, он не согласен с Огнезвездом, который до сих пор отказывается верить в смерть Крутобока? Но и это было еще не самое страшное. Всем известно, что всего один шаг отделяет глашатая от предводителя. Неужели Ежевика ждет не дождется, когда Огнезвезд потеряет свою последнюю жизнь?!

При мысли о смерти отца дрожь пробежала по телу Белки, ледяные когти страха стиснули ее сердце, когда она вспомнила рассказы о злодеяниях Звездоцапа. Отец Ежевики не остановился перед убийством, чтобы стать глашатаем, а затем и предводителем своего племени. Неужели и Ежевика способен пролить кровь соплеменника ради утоления своей жажды власти?

Глава VI

Коты покидали поляну Совета, но Листвичка не трогалась с места. Она украдкой посмотрела туда, где сидел Грач. В тот же миг взгляды их встретились. Листвичка встала и засеменила по краю поляны, стараясь держаться в тени кустов.

— Листвичка!

Молодая целительница застыла на месте, с шумом втянула в себя воздух и обернулась.

— Да, Пепелица?

— Пошли скорее! Почему ты отстаешь?

Листвичка сощурила глаза. Ее соплеменники только-только покинули поляну, они еще не могли добраться до моста, а тем более вернуться назад за своей целительницей. «Неужели Пепелица намеренно не подпускает ее к Грачу?»

— Да, Пепелица, я уже иду.

Взглянув через плечо, она поймала на себе печальный взгляд Грача. Делать было нечего, и Листвичка печально поплелась в кусты следом за наставницей.

«Я — целительница! — твердила она мысленно. — Я не имею права любить Грача, а он не может любить меня!»

Всю дорогу до лагеря Грозового племени она повторяла про себя эти слова, но… думала только о том, каким потерянным взглядом смотрел ей вслед Грач.

Сладкий аромат защекотал ноздри Листвички, и кто-то тихо позвал ее по имени. Сначала она подумала, что ей снова приснилась Пестролистая, бывшая целительница Грозового племени. Но когда она открыла глаза, то увидела перед собой прекрасную серебристо-серую кошку с прозрачными голубыми глазами. Звездный свет сверкал под ее лапами, переливался на кончиках усов.

Листвичка растерянно моргнула:

— Ласточка?

Она поняла, что видит сон, и встала.

— Зачем ты пришла, Ласточка?

Задавая вопрос, она уже знала ответ — Ласточка спустилась с небес, чтобы поговорить с ней о Граче. Острое чувство вины пронзило целительницу. Ласточка с Грачом любили друг друга, но потом прекрасная Речная кошка погибла, спасая друзей от ужасного хищника Острозуба. Наверное, Ласточка очень рассердилась, узнав, что ее любимый думает о другой кошке.

— Я… прости меня, — пролепетала Листвичка.

Серебристая кошка ласково коснулась хвостом ее губ:

— Нам нужно поговорить, только не здесь. Следуй за мной.

Ласточка легкой поступью двинулась в сторону поляны. Сначала Листвичка старалась ступать очень тихо, будто кралась за мышью, но потом сама удивилась своей осторожности. Разве племя может услышать ее, если все происходит во сне?

В полном молчании они отошли на несколько лисьих хвостов от входа в Грозовой лагерь и остановились возле кустика высокой травы.

— Я знаю, о чем ты думаешь, — произнесла Речная кошка. — Ты думаешь, что я сержусь на тебя из-за Грача, да?

Листвичка стыдливо заморгала.

— Разве я могу не желать ему счастья? — очень тихо спросила серебристая гостья. — Я же вижу, что ты делаешь его счастливым!

— Но я целительница! — вскрикнула Листвичка. У нее даже шерсть начала искриться от радости, что Ласточка не сердится на нее из-за Грача. Более того, прекрасная воительница, кажется, искренне хочет, чтобы влюбленные были вместе, но Листвичка знала, что все обстоит гораздо сложнее. — Я бы хотела дать ему счастье, но не могу.

— Сейчас не время говорить об этом, — остановила ее Ласточка. — У меня к тебе важное дело.

Листвичка насторожила уши:

— Какое?

— Оно касается Мотылинки. — Голубые глаза Ласточки потемнели от тревоги. — Я должна передать ей очень важное послание, но она не подпускает меня к себе.

Листвичке показалось, будто ее окатили ледяной водой. Когда целители лесных племен впервые пришли к Лунному Озеру, Речная целительница по секрету призналась подруге, что не верит и никогда не верила в Звездное племя. Сначала Листвичка растерялась. Разве целительница может выполнять свои обязанности без поддержки и помощи звездных предков? Однако обещала сохранить тайну подруги, потому что Мотылинка искренне заботилась о своем племени и знала о целебных травах и болезнях не меньше любого другого целителя.

Тревога охватила Листвичку. Наверное, Звездное племя прогневалось на Мотылинку! Что же теперь будет? Они лишат Мотылинку участи целительницы? А вдруг они сердятся на Листвичку за то, что она хранила тайну подруги? И что будет с ее беззаконной любовью к Грачу?

— Мотылинка… очень хорошо разбирается в целебных травах, — робко пролепетала она. — А когда она была ученицей, то искренне старалась поверить, просто…

— Я знаю, — остановила ее Ласточка. — Мы продолжаем надеяться на то, что со временем она обретет веру. Но пока она не верит, мы не можем передавать ей послания для Речного племени.

— Но… — замялась Листвичка. Это был трудный вопрос, но она знала, что должна его задать. — Но ведь Пачкун очень долго не решался взять Мотылинку в ученицы, все ждал знака от Звездного племени. И когда нашел крылышко мотылька возле входа в свою палатку, он посчитал, что это знак, посланный небесными предками. Неужели он ошибся?

Ласточка склонила голову и пригладила языком грудку.

— Не твое дело толковать знаки, посланные другим котам, — уклончиво ответила она. А потом торопливо добавила: — Слушай, Листвичка, у меня очень важное известие для Мотылинки. Я не могу обратиться к ней, поэтому хочу попросить тебя. Ты передашь ей мои слова?

— Конечно. Что передать?

— Скажи ей, что Речному племени угрожает страшная опасность со стороны Двуногих.

— При чем тут Двуногие? — озадаченно переспросила Листвичка. — Мы до сих пор не видели здесь ни одного Двуногого и не ждем их до начала сезона Зеленых Листьев!

— Больше я ничего не могу тебе сказать. Запомни одно — беда придет только к Речному племени, остальных это не коснется. Поверь мне, так оно и будет. Прошу тебя, предупреди Мотылинку!

— Конечно!

— Спасибо, Листвичка, — лизнула целительницу в голову Звездная кошка. — Наверное, сложись все иначе, мы с тобой могли бы подружиться…

Листвичка вовсе не была в этом уверена. При жизни Ласточки их разделяли племенные границы, а сейчас между ними стоял Грач. Как бы они поделили его любовь?

Бледный рассвет озарял поляну, серое небо было затянуто тучами. Листвичка поднялась со своей подстилки, размышляя, как бы улучить время, чтобы тайком навестить Мотылинку и передать ей послание Звездного племени.

Речные коты расположились на другой стороне озера, так что дорога туда и обратно займет Целый день. Может быть, следует рассказать Пепелице про то, что она видела во сне Ласточку? Но тогда придется нарушить слово и выдать тайну Мотылинки… Нет, этого она делать не станет. Если Пепелица узнает о том, что Мотылинка не верит в Звездное племя, она, чего доброго, вынудит ее отказаться от целительства! Этого Листвичка никак не могла допустить.

Тут она заметила Белку, которая вместе с другими патрульными выбегала из узкого лаза в ежевике.

— Привет! — радостно кинулась Белка к сестре. — Угадай, что мы нашли во время патрулирования?

— Откуда же мне знать? Что?

— Кошачью мяту! — зеленые глаза Белки так и сверкали от радости.

— Не может быть! Кошачья мята растет только в садах у Двуногих, — похолодев от страха, пробормотала Листвичка. — Неужели вы обнаружили гнезда Двуногих на нашей территории?

— Нет, мышеголовая ты дурочка! Помнишь заброшенное гнездо Двуногих, которое нашел Ежевика?

Листвичка молча кивнула.

— Ну вот, там и растет мята! Наверное, когда-то это был сад, но он давно зарос травой и кустами. Зато остались огромные заросли кошачьей мяты… Правда, росточки еще маленькие, но это точно мята.

— Вот это новость! — ахнула Листвичка. Кошачья мята считалась у целителей самым лучшим средством от простуды и Зеленого Кашля, смертельно опасного для котят и стариков. В старом лесу коты пополняли свои запасы в саду Двуногих, но Листвичка уже оставила надежду найти мяту на новом месте.

— Побегу расскажу Пепелице! Спасибо, Белка! — закричала она и понеслась обратно. На полпути к пещере целителей Листвичка уже знала, как ей поступить.

Пепелицу она застала за разбором запасов лекарственных трав.

— Слава Звездному племени, сезон Юных Листьев уже не за горами, — ворчала серая кошка. — Маковые зерна кончились. Я каждый день молю, чтобы у нас никто не заболел до появления первых листьев!

— Ты только послушай, что рассказала мне Белка! — воскликнула Листвичка и радостно сообщила Пепелице о зарослях кошачьей мяты.

Пепелица так и заурчала от удовольствия:

— Вот радость-то! Ты бы сходила, нарвала нам немножко?

— С удовольствием, — откликнулась Листвичка. — Я хочу как следует обнюхать весь этот заброшенный сад, сдается мне, там найдется и еще что-нибудь, кроме мяты!

Молодая целительница вихрем пронеслась через поляну и бросилась к выходу, пока кто-нибудь из воинов не пристал к ней с расспросами. Она никогда не бывала возле покинутого гнезда, но знала, что к нему ведет заросшая каменная тропа, которая начиналась сразу за стенами оврага.

Длинные утренние тени все еще лежали на земле, когда Листвичка добралась до гнезда Двуногих. Оно стояло в стороне от дороги, почти скрытое редкими деревьями и ежевичными кустами. Листвичка невольно поежилась — только теперь она поняла, как прав был Ежевика, назвав это место зловещим.

«Я бы скорее согласилась встретиться с голодной лисой, чем войти внутрь!» — в смятении подумала она. Принюхавшись, Листвичка не почувствовала даже слабого запаха Двуногих, зато отчетливо различила аромат кошачьей мяты и двинулась на запах. Она без труда нашла несколько вполне подросших стебельков. С наступлением сезона Юных Листьев их станет еще больше!

Листвичка отгрызла пару-тройку ростков и поскорее бросилась прочь от гнезда. Но вместо того чтобы вернуться на тропу, ведущую прямо к лагерю, она свернула в лес и побежала к ручью, отделявшему земли Грозового племени от территории племени Ветра.

Она брела по чужому берегу ручья, пока не оказалась в двух лисьих хвостах от озера. Здесь она почувствовала себя более уверенно. В конце концов, она была целительницей и шла с важным поручением в Речное племя, так что воины Ветра не имели права препятствовать ей!

Листвичка во весь дух понеслась вдоль озера. Поначалу она то и дело тревожно оглядывалась по сторонам, опасаясь, что с родного берега ее могут заметить Грозовые коты, вышедшие проверять пограничные метки возле ручья. Только когда территория Грозового племени скрылась за склоном холма, Листвичка перевела дух и неторопливо потрусила по берегу, обдумывая, что скажет Мотылинке.

Внезапно она остановилась. Сможет ли Мотылинка всерьез отнестись к предупреждению, если она не верит в Звездное племя?

«Должна поверить!» — твердо решила Листвичка, снова пускаясь бегом. Ласточка, наверное, сейчас смотрит на нее с небес, значит, она не имеет права нарушить свое обещание.

Сколько Листвичка не вглядывалась в поросшие травой склоны холмов, никого из воинов Ветра она так и не увидела. «Зачем я все время высматриваю Грача? — с тоской подумала она. — Что я скажу ему, даже если встречу?»

Миновав пограничные метки Речного племени, Листвичка заметила патруль, приближавшийся к ней по возвышенности над, болотом. Его возглавляла Невидимка, за ней шла Моховушка и какой-то незнакомый Листвичке оруженосец.

— Привет! — поздоровалась Невидимка, поравнявшись с Листвичкой. — Что-то случилось?

Листвичка выплюнула изо рта стебельки кошачьей мяты.

— Я принесла Мотылинке немного целебных трав, — ответила она.

Невидимка с удовольствием обнюхала кучку.

— Кошачья мята, — радостно закивала она. — Спасибо тебе, Листвичка. Мотылинка, должно быть, в лагере. Пойдем с нами, мы как раз туда возвращаемся.

Невидимка подвела Листвичку к кусту боярышника, раскинувшего ветки над самым ручьем. Берег в этом месте сильно осыпался, и быстробегущая вода промыла под корнями куста небольшое озерцо. Чуть выше образовалась неглубокая песчаная пещерка, заглянув в которую, Листвичка увидела кучи сухих листьев и ягод. Судя по всему, Мотылинка устроила здесь свое хранилище.

Сама целительница, рассевшись на песке, разбирала большую охапку хвоща.

— Мотылинка, к тебе гостья, — сообщила Невидимка.

Золотистая кошка подняла голову — и с радостным урчанием вскочила.

— Листвичка! Что ты здесь делаешь?

— Смотри, что я тебе принесла. — Листвичка спрыгнула вниз и положила перед подругой свою добычу. Покосившись назад, она увидела удаляющуюся Невидимку.

— Кошачья мята! — заахала Мотылинка. — Это просто чудо какое-то… Я уж решила, что нам придется навсегда забыть о ней!

Листвичка опасливо огляделась по сторонам. Вокруг все было спокойно: Невидимка ушла, и никого поблизости не было видно. Самое время передать Мотылинке послание Звездного племени! Но почему-то шерсть у Листвички встала дыбом от непонятного страха, во рту пересохло. Что-то было не так, но вот что?

Она придвинулась поближе к подруге и прошептала:

— Честно говоря, кошачья мята — это только предлог. Я принесла тебе послание от Звездного племени.

Мотылинка изумленно вытаращила глаза, и Листвичка пожалела о том, что пришла. Вдруг Мотылинка обидится, решив, что Листвичка не считает ее настоящей целительницей? Но золотистая кошка не проронила ни слова, она лишь насторожила уши, ожидая объяснений.

— Я видела сон, — выдавила Листвичка. — Во сне ко мне пришла Ласточка.

Она совсем смутилась, заметив печаль в глазах Мотылинки. Ласточка была Речной кошкой, и Мотылинка очень любила ее.

— Она… она сказала мне, что ты ее не слышишь. Она попросила, чтобы я передала тебе ее слова. Речному племени угрожает большая опасность со стороны Двуногих.

Несколько мгновений Речная целительница изумленно молчала, не сводя глаз с подруги.

— Опасность от Двуногих? — проговорила она наконец. — Но тут же нет никаких… — она не договорила и быстро вскочила на лапы. — Вспомнила! Маленькая Гремящая Тропа показалась нам совсем тихой и заброшенной, так что мы давным-давно туда не наведывались. Может быть, беда угрожает нам именно оттуда? Пойдем, посмотрим вместе?

Листвичка заколебалась. Она рассчитывала передать Мотылинке послание и сразу отправиться домой. Если она задержится в Речном племени, ей придется тут заночевать! Но разве она могла отказать подруге, когда та просила ее о помощи? Что если какая-та скрытая опасность уже притаилась на территории Речного племени?

— Да, конечно, я пойду с тобой, — кивнула она, стараясь не думать о том, какую выволочку устроит ей дома Пепелица.

Листвичка растроганно посмотрела на подругу. Если Ласточка смотрит сейчас на них с небес, пусть видит, как самоотверженно заботится Мотылинка о благополучии своего племени!

Мотылинка повела подругу вниз по течению ручья, и вскоре целительницы увидели камень, одиноко торчавший над поверхностью воды. В два сильных прыжка Мотылинка перелетела на него, соскочила на противоположный берег ручья и обернулась к Листвичке.

— Я боялась, что ты не воспримешь мои слова всерьез, — смущенно выпалила Листвичка, приземляясь рядом с ней. Она вскинула голову и с неожиданной надеждой спросила: — Может быть, ты начинаешь верить в Звездное племя?

Но Мотылинка лишь насмешливо повела усами:

— Нет, Листвичка. Я не верю в то, что духи воителей спускаются с небес на землю ради того, чтобы присниться нам в каком-нибудь непонятном сне. Для меня звезды — это всего лишь крошечные крупицы света в ночном небе, а не мертвые коты, глядящие на нас с высоты. Ушедшие друзья живы в нашей памяти, но их уже нет с нами, нет нигде… Вот во что я верю, Листвичка, и тебе придется считаться с моей верой.

— Я уважаю твою веру. Но если ты не веришь в Звездное племя, почему тогда ты приняла всерьез предостережение Ласточки?

Речная кошка остановилась и серьезно посмотрела в глаза Листвичке.

— Потому что я верю тебе, Листвичка.

— Это чепуха какая-то! — возмущенно вскинулась целительница. — Как бы я могла узнать об опасности, если бы Звездное племя не предупредило меня?

— Потому что ты очень хорошая целительница, Листвичка. Ты подмечаешь каждую мелочь вокруг. Что-то, что ты увидела, услышала или почуяла, встревожило тебя, и ты почувствовала опасность, хотя и не поняла, откуда она исходит. Но поскольку ты веришь в Звездное племя, ты увидела во сне Ласточку. Все очень просто.

Для Листвички все было совсем не просто, но она не стала спорить. Спасибо и на том, что Мотылинка ее выслушала и серьезно отнеслась к предостережению!

Возле Гремящей тропы Листвичка остановилась и с любопытством огляделась по сторонам. Она никогда здесь не бывала, хотя отлично помнила это место по рассказу Белки.

Впереди лежал широкий участок, покрытый твердой и гладкой землей, из которой Двуногие обычно делают свои тропы. В одном углу виднелось небольшое деревянное гнездо Двуногих.

Над водой нависал короткий полумостик, сложенный из узких полосок дерева. Вокруг все было спокойно.

Мотылинка остановилась на краю Гремящей тропы и принюхалась.

— Так, чую племя Теней, — сообщила она, и Листвичка вспомнила, что в этом месте проходит граница. — А это что такое?!

Листвичка широко открыла пасть и глубоко втянула воздух. В тот же миг она уловила очень слабый, но резкий запах, который уже успела забыть. Шерсть у нее на загривке сама собой встала дыбом.

— Здесь побывали чудовища! — прошептала она.

Мотылинка повернулась к ней:

— Но это было довольно давно. Двуногими тут тоже пахнет, только запах слабый, вонь котов племени Теней почти заглушает его. Честно говоря, Листвичка, я бы не торопилась говорить о «смертельной опасности»!

— Что же это тогда за беда? — растерялась Листвичка.

Мотылинка задумчиво склонила голову:

— Кто разберет этих Двуногих!

Она повернулась спиной к Гремящей тропе и пошла вдоль берега, пару раз остановившись, чтобы полакать воду.

— Помнишь ту лужу, в которой валялся дохлый кролик? — крикнула она, поворачивая голову. — Ну, когда все наши старейшины отравились? Я больше никогда не совершу той же ошибки! Теперь я всегда пробую воду, но она чистая!

По дороге к ручью Мотылинка прилежно лакала из каждой лужицы и успокоилась только тогда, когда впереди показался лагерь. Подруги снова вернулись в пещеру Мотылинки и как следует напились из маленького озерца. Вода в нем была ледяная и сладковатая на вкус; в ней тоже не было ничего необычного.

Солнце начало клониться к закату, густая тень накрыла озерцо и добралась до пещеры целительницы.

— Оставайся на ночь, — предложила Мотылинка. — Ты все равно не успеешь засветло вернуться в свой лагерь.

— Спасибо, — кивнула Листвичка. Она знала, что Пепелица давным-давно хватилась ее и что завтра по возвращению ее ждет очень неприятный разговор. И все-таки переночевать в Речном племени было гораздо безопаснее.

Листвичка свернулась клубочком на мягкой подстилке из мха и папоротника, прижалась боком к Мотылинке и прошептала:

— Ты ведь не забудешь предостережение Ласточки?

— Что? — сонно пробормотала Речная кошка. — Ах, ты все об этом… Не беспокойся.

Но Листвичка не могла не беспокоиться! Мотылинка не слышала своими ушами страшных слов Ласточки, поэтому легко могла позабыть об угрозе. А Листвичка не сомневалась в том, что беда близко. Возможно, она уже свершилась.

Глава VII

Белка замерла возле зарослей папоротника и с наслаждением втянула носом аромат зеленых листьев. Следующий глоток воздуха принес с собой кошачий запах. Это был не Грозовой кот и не воин племени Теней, хотя Белка стояла в двух шагах от границы. Она застыла и настороженно огляделась по сторонам. Вот стебли папоротников качнулись, и Белка успела заметить незнакомую кошку, которая кралась, прижимаясь животом к самой земле.

Сначала Белка решила, что это какая-то бродяжка случайно забрела на их территорию, но потом вспомнила о домашних котах, с которыми они с Ежевикой вступили в драку во время самой первой разведки окрестностей. Вообще-то гнездо Двуногих находилось на территории племени Теней, но разве домашние любимцы, жрущие падаль с лапы своих хозяев, могут иметь какое-то уважение к племенным границам?!

Белка прижалась к земле и поползла, но не успела преодолеть и двух лисьих хвостов, как услышала за спиной шум приближающихся патрульных. «Вот мышеголовые! — выругалась про себя Белка. — Топают, как кони!» Она взмахнула хвостом, призывая друзей замереть, но было уже поздно: кошка услышала шорох. Белка заметила движение коричневой шерсти в кустах и кинулась в погоню. За ее спиной раздался отчаянный вопль Уголька:

— Белка, Белка, куда ты? Постой!!

Но она даже не обернулась.

Белка летела следом за нарушительницей, предвкушая, как набросится на нее и как следует отдерет когтями за уши. Однако наглая кошка оказалась на удивление проворной. Преступница юркнула в кусты и исчезла из глаз. «Мышиный помет!» — выругалась про себя Белка, развернулась и побрела к остальным.

Уголек, Сумрак и Терновник сбились в кучу и с тревогой смотрели на нее.

— Белка, ты совсем без мозгов, да? — сердито крикнул Сумрак.

Не успела она подбежать к товарищам, как из кустов вышел Ежевика в сопровождении Песчаной Бури.

— Что ты творишь? — сердито рявкнул он.

— Я заметила на нашей территории одну из домашних кошек, что живут на территории в племени Теней, — пробормотала Белка, сбитая с толку его гневным тоном. В чем он обвиняет ее на этот раз?! — Разве изгнание нарушителей границ не входит в обязанности патрульных?

— Входит. Но при этом патрульным строго-настрого запрещено нарушать границу чужого племени. А если бы Сумрачные коты тебя заметили?

— Но разве я… — растерянно пролепетала Белка. Только теперь она заметила сухое дерево, через которое перемахнула в погоне за кошкой. Дерево было пограничной меткой. — Я не заметила, — призналась она и поспешно перешагнула через границу на свою территорию.

— Да и метки тут совсем слабые, — вмешался Уголек, наклоняясь, чтобы обнюхать поваленное дерево. — Не придирайся к ней, Ежевика. Любой из нас мог так ошибиться!

Песчаная Буря сощурила свои зеленые глаза и смерила Уголька недобрым взглядом.

— Белка в состоянии сама отвечать за свои поступки, — с усмешкой заметила она. — Мне всегда казалось, что у моей дочери довольно длинный язык.

— Пограничные метки в самом деле слабые, — заступился за Белку Терновник. — Мне кажется, племя Теней уже несколько дней их не обновляло.

— И что из этого? — вскинула голову Песчаная Буря. — Можно подумать, вы не знаете, что коты племенем Теней всегда первыми поднимают крик из-за нарушения границ!

— Подумаешь! — фыркнула Белка, которая уже успела оправиться после испуга. — Раз они забывают обновлять свои метки, так пусть не жалуются, если кто-нибудь по ошибке зайдет на их территорию!

— Наверное, ты права, — вздохнул Ежевика. — Но ради Звездного племени, в следующий раз будь внимательнее!

— Она будет! — снова бросился вперед Уголек, не обращая внимания на возмущенный взгляд, которым наградила его Белка. Рыжая воительница чуть не лопнула от злости, заметив, с каким изумлением смотрит на нее мать. Теперь Песчаная Буря будет думать, что Белка не может шагу ступить без покровительства Уголька! — И вообще, Ежевика, — продолжал серый кот, — не твое дело указывать Белке, что ей делать, а что нет!

— Это дело каждого Грозового кота, — бросил Ежевика, распушая загривок. — Нам не нужны неприятности с племенем Теней!

— Дело не в этом! — выпустил когти Уголек.

— Хватит! — жалобно вскрикнула Белка. — Я не хочу…

— Довольно! — Песчаная Буря решительно шагнула вперед и встала между двумя возмущенными котами. — Давайте вернемся в лагерь, пока племя Теней не явилось сюда и не увидело, как мы показываем клыки друг другу!

Она развернулась и пошла в сторону лагеря. Сумрак и Терновник последовали за ней, а Ежевика с Угольком не тронулись с места, продолжая злобно смотреть друг на друга.

«Как я устала от них обоих!» — с раздражением подумала Белка.

— Иди вперед! — приказала она Угольку.

Тот растерянно повернулся к ней.

— Я? Но… Хорошо. Увидимся в лагере, — пробормотал он и, уныло взмахнув хвостом, поплелся следом за остальными.

— Зачем же сердиться на того, кто пытается оберегать тебя от неприятностей? — спросил Ежевика. Он словно бы одобрял поведение Уголька, но говорил насмешливо, давая понять, что не забыл долгого путешествия к Месту-Где-Тонет-Солнце, когда Белка яростно противилась любым попыткам опекать ее.

— По крайней мере, он единственный, кому я могу доверить свою жизнь! — прошипела она.

Он поднял на нее недоверчивые круглые глаза.

— Единственный? Ты уверена в этом, Белка?

— Да! — фыркнула она. — По крайней мере, Уголек не якшается с котом из чужого племени, да еще с таким, которому нельзя доверять!

— И это все, что тебе нужно? — негромко спросил Ежевика. — Верный кот, который будет хвостом ходить за тобой и сдувать пылинки с твоей шкуры? Значит, я ошибся в тебе, Белка. Я думал о тебе лучше.

— Думай, что хочешь!

Но прежде чем Ежевика успел что-то сказать, кусты за Белкиной спиной снова зашевелились, и на траву вылез Уголек.

— Чего тебе надо? — заорала на него Белка.

— П-прости меня… Я смотрю, ты не идешь… вот и вернулся посмотреть, все ли в порядке, — растерянно попятился Уголек.

Белка со вздохом опустила взъерошенный загривок. Зачем она на него сердится? Пусть он пока не понимает, что она вполне может за себя постоять, зато он прямой и честный. Он говорит, что думает, и ни один кот никогда не усомнится в его верности Грозовому племени. Если Ежевика был глубоким омутом в лесной чаще, то Уголек был похож на озеро, сверкающее под лучами солнца. Сейчас Белке больше всего хотелось солнца.

— Я в порядке, — улыбнулась она и потерлась щекой о щеку Уголька. — Пошли.

Она опрометью бросилась прочь от границы, а верный Уголек понесся за ней следом.

Вернувшись в лагерь, Белка застала в овраге непривычную суету. Белохвост с Яроликой опрометью выскочили из палатки воинов, а их дочь Белолапка с радостным визгом помчалась за родителями. Старейшины уже заняли свои места у подножия скалы под Каменным карнизом. Огнезвезд неторопливо спускался из своей пещеры.

— Что происходит? — спросила Белка у выбегающих из палатки воинов.

— Огнезвезд объявил собрание, — тихо ответила за ее спиной Листвичка.

Белке показалось, что сестра выглядит грустной. — «Наверное, до сих пор не может прийти в себя после страшной выволочки, которую устроила ей Пепелица за ночевку в Речном племени!»

— Сегодня Березовика посвящают в оруженосцы!

— Ура! — радостно подскочила Белка. Только сейчас она заметила Тростинку, которая сидела у входа в детскую и энергично вылизывала языком подпрыгивавшего от нетерпения Березовика. Стоявший рядом с ними Дым, казалось, вот-вот лопнет от гордости. — Первый оруженосец в нашем новом доме! А кто будет наставником?

— Понятия не имею, — ответила Листвичка и, заметно повеселев, обвела глазами поляну, словно хотела угадать будущего воспитателя.

Белка с Угольком заняли место рядом с другими котами. Белка и сама хотела бы стать наставницей, но понимала, что это пока невозможно. Она совсем недавно стала воительницей, а в племени было полно более опытных котов. Кроме того, Песчаная Буря, которая спускалась по тропинке следом за Огнезвездом, очень сурово посмотрела на дочь, прежде чем сесть рядом с Терновником.

«Наверное, она уже рассказала Огнезвезду о происшествии на границе! — уныло подумала Белка. — Видимо, все-таки придется научиться думать головой, прежде чем бросаться что-нибудь делать, иначе старшие никогда не доверят мне воспитание будущих воинов!»

Когда все коты собрались, Огнезвезд взмахом хвоста подозвал к себе Березовика. Малыш выбежал вперед: он весь дрожал от волнения, но старался высоко держать хвост и голову. Белка залюбовалась малышом. Его старшие брат с сестрой, Хвоинка и Остролисточка, умерли от голода, когда Двуногие взялись за разрушение старого леса. Березовик остался один, но для своего возраста он был на редкость храбрым и умным котенком.

И тут Белка заметила Ежевику, который сидел в двух хвостах от нее и с нескрываемой жадностью смотрел на Березовика. Белка сразу поняла, что он безумно хочет стать наставником малыша, и даже слегка растерялась от такого рвения. С чего бы это Ежевика проявляет такой интерес к оруженосцу? И тут будто острые когти полоснули ее по животу. Она поняла! Ни один воин не может стать глашатаем до тех пор, пока не воспитает оруженосца. Таков закон. Поскольку судьба Крутобока продолжала оставаться неизвестной, Огнезвезду рано или поздно придется назначить кого-то на его место. Но путь в глашатаи лежит через наставничество. А Березовик, как ни крути, был единственным котенком в племени.

Оцепенев от ужаса, Белка смотрела на Ежевику, который чуть не облизывался, пожирая глазами Березовика. Как далеко он готов зайти, чтобы утолить свою жажду власти? Неужели он тоже способен стать убийцей — как и его отец?

Огнезвезд помолчал, дожидаясь полной тишины.

— Сегодня у Грозового племени праздник, — начал он. — Мы посвящаем котенка в оруженосцы, а значит — Грозовое племя продолжает жить и оставаться сильным. Березовик, ты готов стать оруженосцем?

Березовик радостно закивал.

— Уголек, ты давно заслужил право стать наставником, — продолжал Огнезвезд. — Я доверяю тебе воспитание Березовика.

Белка видела, как глаза Ежевики изумленно распахнулись. Мышцы его напряглись, словно он хотел вскочить, но в последний момент заставил себя остаться на месте. Даже самый честолюбивый кот не мог оспорить выбор своего предводителя.

Белка обернулась к Угольку. Сияющими от счастья глазами он смотрел на семенившего к нему Березовика.

— Уголек! — возвысил голос Огнезвезд. — Ты тоже познал горечь потери, но нашел в себе силы преодолеть боль.

Предводитель говорил о Чернобурке, матери Уголька. Звездоцап убил ее и оставил перед входом в Грозовой лагерь в прежнем лесу, как приманку для своры диких псов, которых он натравил на своих бывших соплеменников.

— Я знаю, ты сумеешь передать свою силу Березовику, — сказал Огнезвезд и добавил: — Научи его всему, что сделает его достойным воином Грозового племени!

Зажмурившись от счастья, Березовик потянулся к наставнику, и Уголек ласково коснулся носом его носа.

— Березовик! Березовик! — на разные голоса загудело собрание.

Родители бросились к сыну; Тростинка так размурлыкалась, что не могла говорить, а Дым торопливо лизал малыша по голове.

Церемония подошла к концу, и Березовик растерялся, не зная, что делать дальше. Белолапка вихрем пронеслась по поляне и прижалась щекой к его щеке.

— Пошли скорее! — позвала она. — Я покажу тебе нашу палатку! Надо еще набрать мха тебе на подстилку.

Березовик робко посмотрел на Уголька, не зная, можно ли ему бежать за подругой. Уголек ласково кивнул, и малыш вприпрыжку бросился догонять Белолапку. В следующий миг оба оруженосца скрылись в ежевике.

— Я и не думал, что Огнезвезд выберет меня! — прошептал Уголек, провожая Березовика глазами. — До сих пор не верю!

— Ты заслужил это ничуть не меньше любого другого кота, — ткнулась носом в его серое плечо Белка.

Она украдкой поискала глазами Ежевику. Огромный полосатый кот одиноко стоял на поляне, и глаза его были полны ревности и отчаяния. Озноб пробежал по шкуре Белки. На что он решится теперь, когда место глашатая снова ускользнуло у него из когтей?

— Белка! — окликнула ее Песчаная Буря, сидевшая в двух хвостах от дочери. — Подойди ко мне.

Белка молча приблизилась к матери.

— Мне очень не понравилось то, что произошло сегодня возле границы племени Теней. Уголек и Ежевика едва не вцепились друг в друга. В нашем племени этому не должно быть места.

— При чем тут я?! — мгновенно ощетинилась Белка. — Почему ты говоришь это мне!

Песчаная Буря угрожающе покачала кончиком хвоста:

— Довольно, Белка, ты прекрасно понимаешь, в чем тут дело. У всех котов бывают неприятности, но это не повод забывать о долге перед своим племенем.

Белка с усилием подняла голову и увидела сочувствие в материнских глазах.

— Я понимаю, — пробормотала она. — Я постараюсь. Но иногда они оба ведут себя, как последние шерстяные дураки!

Веселые искорки заплясали в зеленых глазах Песчаной Бури.

— Так уж устроены коты, моя милая!

Она погладила Белку хвостом по спине и отошла к куче со свежей добычей.

Белка вновь посмотрела на Ежевику: тот протискивался между ветками в воинскую палатку: голова его была опущена, хвост волочился по земле. Как поступил бы тот Ежевика, которого когда-то знала Белка? Он смирился бы с поражением, оставил свои честолюбивые замыслы и посвятил себя служению своему племени.

Но того Ежевики больше не было. И снова ужас охватил Белку при мысли о том, на что способен этот могучий воин ради утоления своего властолюбия.

Глава VIII

Листвичка с Пепелицей выбрались из рощицы возле озера и сразу же увидели одинокого кота, бредущего по берегу со стороны племени Теней.

— А вот и Перышко! — взмахнула хвостом Пепелица.

Листвичка еле заметно перевела дух. Солнце уже опустилось за озеро, и половинка луны несмело сияла на быстро темнеющем небе. В Ночь половины луны целители всех племен должны были встретиться у Лунного Озера.

Листвичка очень боялась, что если им с Пепелицей придется идти одним, наставница снова пристанет к ней с расспросами о ночевке в Речном племени. Она до сих пор с ужасом вспоминала о том, какой скандал закатила ей Пепелица наутро после возвращения. Но хуже всего было то, что наставница во что бы то ни стало желала знать, где ее ученица пропадала целую ночь.

— Ты понимаешь, что Огнезвезд отправил патруль, чтобы разыскать тебя? — шипела серая кошка. — Думаешь, нашим воинам больше делать нечего, кроме как бегать за тобой по лесу? Честно говоря, Листвичка, я считала тебя более разумной и ответственной кошкой.

— Прости меня, — бормотала Листвичка, смущенно шевеля лапой сухие листья перед входом в пещеру целительницы. — Я просто решила отнести Мотылинке немного кошачьей мяты. А она за это поделилась со мной хвощом, — похвасталась она, кивая на кучку сочных стеблей, которые принесла с болота.

Пепелица пренебрежительно фыркнула и отвернулась.

— Листвичка, может быть, ты не заметила, что пути наших племен снова разошлись? Я знаю, что вы дружите с Мотылинкой, но это не означает, что ты должна бежать к ней с каждой полезной былинкой! В следующий раз, будь добра, спросить разрешения. Все ясно?

— Да, Пепелица, — кивнула Листвичка, прекрасно понимая, что никакого разрешения она в ближайшее время все равно не получит. Хорошо еще, что Пепелица не знала про истинную причину ее визита в Речное племя!

«И все-таки Мотылинка настоящая целительница! — упрямо подумала про себя Листвичка. — Она знает и умеет ничуть не меньше, чем я или Перышко. И вообще, раз Ласточка решила передать ей сообщение, значит, звездные воины прощают Речной кошке ее неверие».

Но сейчас, когда Листвичка с Пепелицей поджидали Перышко на берегу озера, серая целительница снова недоверчиво покосилась на свою ученицу:

— Скажи мне правду — ты никуда не заходила по пути в Речное племя? Может быть, ты хочешь мне что-то рассказать?

Листвичка с усилием подняла голову и посмотрела в голубые глаза Пепелицы.

— Нет, Пепелица, мне больше не о чем рассказывать.

«Неужели она подозревает, будто я тайком бегала встречаться с Грачом?!» — возмущенно подумала Листвичка. Обиднее всего было то, что она сказала Пепелице чистую правду! И вообще, Пепелица может только догадываться о ее чувствах. Но если она вдруг начнет расспрашивать, дело может кончиться очень плохо…

Из затруднительного положения ее вывело приближение Перышка. Листвичка знала, что в его присутствии Пепелица не посмеет говорить о Граче.

Перышко перешел вброд пограничный ручей, по очереди отряхнул от воды каждую лапу и подбежал к заждавшимся целительницам.

— Пусть Звездное племя сделает легким ваш путь, — поздоровался он. — Надеюсь, в вашем племени все благополучно?

— Спасибо, у нас все отлично, — отозвалась Пепелица. — Как поживает племя Теней?

— О, у нас тоже… все хорошо!

Листвичке показалось, что вид у щуплого целителя непривычно растерянный. Она покосилась на Пепелицу, но даже если та что-то заметила, то решила не подавать виду. Все трое побрели в сторону ручья, что бежал по территории племени Ветра вверх, к Лунному Озеру.

— Ты не видел Мотылинку? — спросила Листвичка.

— Нет, — повел усами Перышко. — Наверное, она пойдет через земли племени Ветра.

Но и на другой стороне никого видно не было. Сгорбившись под грузом тайн, Листвичка устало брела по лесу следом за целителями. Куда запропастилась Мотылинка? Может быть, она решила не тратить времени на утомительную церемонию, в которую все равно не верит? А что если беда, предсказанная Ласточкой, уже разразилась, и Речная целительница просто не может оставить свое племя?

Тревога ее усилилась еще больше, когда на краю рощи перед пустошью они повстречали Корявого, целителя племени Ветра. Он тоже не видел Мотылинку.

— Она еще успеет нас нагнать, — решила Пепелица и захромала по склону холма.

Ступив на территорию племени Ветра, Листвичка торопливо обвела взглядом холмы. Ей почти удалось убедить себя в том, что она высматривает золотистую шерсть Мотылинки, а не поджарую серую фигуру Грача.

— Как дела в племени Ветра? — поинтересовалась у Корявого Пепелица. — На Совете Однозвезд держался очень уверенно.

— Из Однозвезда выйдет толк, — холодно отозвался целитель. — Он будет нам хорошим предводителем.

Если племя Ветра и продолжало испытывать какие-то трудности, то Корявый явно не собирался обсуждать их с посторонними.

— Кстати, знаете, что я нашел на нашей пустоши?

Листвичка отметила про себя, что, сменив тему, Корявый заговорил гораздо более открыто.

— Откуда же нам знать, мышеголовый! — засмеялась Пепелица и весело потрепала его по уху кончиком своего хвоста. — Но я вижу, что тебе не терпится поделиться с нами этой новостью.

— Золотарник! Высокие такие кусты, — довольно заурчал старый кот. — Уж больно он хорош для заживления ран.

— Отличная новость, — подтвердила Пепелица. — Желаю, чтобы он не скоро тебе понадобился.

— Но все равно спокойнее, когда знаешь, где он растет!

Странный озноб пробежал по телу Листвички. Кроме лисы и барсучихи они до сих пор не встретили никаких врагов в этом спокойном и сытом лесу. Запас золотарника может понадобиться им лишь в том случае, если коты начнут истреблять друг друга.

«Но мы же совсем недавно путешествовали вместе! — в отчаянии подумала она. — Разве нам обязательно становиться врагами?»

К тому времени, когда трое целителей добрались до Лунного Озера, спустилась ночь. Прямо перед ними возвышалась глыба черного камня, заросшая папоротником и косматыми гроздьями мха. Вода с шумом падала вниз из темной расщелины в сердце скалы; отражение звезд дрожало на бурлящей поверхности озера.

Выбравшись из кустов, ограждавших священную долину, Листвичка почувствовала себя гораздо спокойнее. Чем бы ни грозило неведомое будущее, лесные коты всегда останутся под покровительством Звездного племени.

Внезапно за спиной у Листвички послышалось чье-то прерывистое дыхание, а потом кусты громко зашелестели, пропуская запоздавшую кошку.

— Мотылинка! — ахнула Листвичка. — А я уж думала, ты не придешь! У вас все в порядке?

— Угу, — выдавила запыхавшаяся целительница. — Просто у меня дел по горло. Простите, что опоздала.

Пепелица сощурила глаза и неодобрительно посмотрела на растрепанную Мотылинку, словно удивляясь тому, какие такие дела могли помешать ей вовремя явиться на церемонию.

— Ничего страшного, — улыбнулась Листвичка, дружелюбно взмахнув хвостом. — Мы еще не начинали.

Когда Пепелица начала спускаться по тропе к озеру, Листвичка задержалась и быстро шепнула Мотылинке:

— Я боялась, что пророчество Ласточки уже сбылось!

— Нет. Я несколько раз прочесала всю нашу территорию, но нигде не нашла ничего подозрительного, — сверкающие голубые глаза Мотылинки встретились с желтым взглядом Листвички. — Но я продолжаю смотреть в оба. Я ничего не забыла, не волнуйся.

Листвичка шла последней, осторожно ступая по отпечаткам кошачьих лап, оставленным на твердой земле тропинки. Никто из лесных котов не был здесь с тех пор, как Пестролистая указала Листвичке путь к озеру, но судя по углублениям от следов, целители живших здесь племен не раз собирались в этом месте. У Листвички даже лапы защекотало при мысли о том, что и она встала в длинную череду целителей, верой и правдой служивших своим племенам под покровительством их звездных предков.

Очутившись на дне ущелья, пятеро котов сели возле края озера и вытянули шеи, чтобы лизнуть дрожащую, полную звезд воду. Листвичка почувствовала ледяной холод на кончике языка, распробовала вкус звезд и ночи, а потом закрыла глаза, чтобы увидеть сон, приготовленный для нее Звездным племенем.

Она ожидала встретить Ласточку и расспросить ее об угрозе, нависшей над Речным племенем, но прекрасная серая кошка так и не появилась. Вместо этого Листвичка очутилась в какой-то продуваемой всеми ветрами темноте, где метались коты, разбегавшиеся прежде, чем она успевала к ним приблизиться. Откуда-то издалека слышался плач: многоголосая кошачья жалоба взлетала к небесам, но Листвичка не могла разобрать ни слов, ни знакомых голосов.

— Кто вы? — испуганно закричала она. — Где вы? Чего вы хотите?

Тоскливый плач был ей ответом. Ужас пронзил Листвичку, запульсировал в жилах в такт сердцебиению. Она едва сдержалась, чтобы не поддаться панике и не начать с визгом метаться в темноте. В последний момент Листвичке все же удалось пересилить себя, и она медленно пошла вперед, вертя головой, чтобы понять, где находится и зачем Звездное племя послало ее сюда.

Она не помнила, сколько прошла, прежде чем заметила далеко впереди небольшое пятнышко чистого белого света, похожее на звезду, зацепившуюся за горизонт. Листвичка со всех лап бросилась вперед. Свет все рос и рос, пока не вытеснил темноту, а потом Листвичка ворвалась в него — и проснулась на берегу Лунного Озера.

Дрожь сотрясала ее тело, каждый волосок на шкуре стоял дыбом. Листвичка попыталась встать, но трясущиеся лапы подогнулись; она снова рухнула на песок и какое-то время лежала, делая глубокие вдохи, чтобы успокоиться. Оглядевшись, Листвичка увидела, что Пепелица, Корявый и Перышко все еще погружены в оцепенение. И только Мотылинка беспечно посапывала, свернувшись калачиком на гладком камне.

— Мотылинка! — шепотом позвала Листвичка и потянулась, чтобы ткнуть подругу лапой. — Мотылинка, проснись!

Речная целительница открыла глаза и растерянно заморгала. Потом встала и грациозно потянулась, выставив передние лапы.

— Зачем ты меня разбудила? — жалобно спросила она. — Я уже не помню, когда в последний раз так сладко спала!

— Извини, но ты бы сама не обрадовалась, если бы остальные разгадали твой секрет.

Мотылинка покосилась на трех целителей, которые только-только начали шевелиться.

— Извини, я не подумала.

Листвичка села и принялась приглаживать свою взъерошенную шерстку. Ей не терпелось узнать, видели остальные тот же странный сон и что они о нем думают, если видели. Сначала все молчали, но вид у целителей был мрачный и озадаченный.

— Что-то на этот раз сон был совсем запутанный, — начал Перышко. — Может быть, попробуем вместе растолковать?

«Правильно! — мысленно одобрила его Листвичка. — Возможно, хоть кто-нибудь из них понял, что все это значило? Потому что у меня просто голова идет кругом».

— Когти, — буркнула Пепелица. — Я видела огромные белые когти, изготовившиеся рвать шерсть и проливать кровь.

— Точно! Когти и оскаленная пасть, — закивал головой Корявый. — Но кому они принадлежали? Неужели это кот?

— А голос-то, голос! — воскликнул Перышко. — Гулкий голос, предсказывающий смерть и беду. Что же все это значило?

Листвичка оцепенела. Это был не ее сон! Почему же Звездное племя не послало ей тех же видений, что и остальным? Может быть, предки прогневались из-за того, что она хранит тайну Мотылинки?

«Но ведь ко мне приходила Ласточка! — в смятении вспомнила Листвичка. — Если Звездное племя сердится на Мотылинку, Ласточка сказала бы! А что если Мотылинка тут вообще ни при чем? Наверное, звездные предки узнали о том, что я люблю Грача! Неужели, полюбив этого серого воина, я перестала быть настоящей целительницей? Но это несправедливо! Я даже ни разу не разговаривала с ним после той ночи, на краю обрыва!»

— А ты что думаешь, Листвичка? — вывел ее из задумчивости вопрос Пепелицы.

— Я… Я не знаю, — пролепетала целительница.

«Наверное, Мотылинка чувствует то же самое, когда ее спрашивают о том, какие сны послало ей Звездное племя, — уныло подумала она. — Неужели мне теперь всегда придется врать и притворяться?»

Словно в ответ на ее сомнения, Мотылинка разинула пасть и широко зевнула.

— Звездное племя предупреждает нас о чем-то, — сказала она.

— Нужно как следует поразмыслить, — кивнула Пепелица. — Если нам угрожает какая-то беда, Звездное племя непременно пошлет новые знамения.

— Давайте хорошенько все обдумаем, а на следующей встрече обсудим, — предложил Перышко. — Может быть, к тому времени что-нибудь прояснится.

— Хорошая мысль, — пробурчал Корявый. — Так и сделаем, потому что на этот раз Звездное племя было не слишком-то разговорчиво.

— Не забывайте, что наши небесные предки еще только обустраиваются на новых небесах, как и мы на земле, — добавила Пепелица. — Возможно, им пока нелегко добираться до нас.

«В самом деле! — воспрянула духом Листвичка. — И все-таки, почему мне приснился не тот же сон, что всем остальным?»

Корявый проскрипел, что встреча закончена, и целители, молча поднявшись по каменной тропе, по очереди нырнули в заросли кустарника. Спустившись с холма, Пепелица, Перышко и Корявый пошли вперед, вполголоса переговариваясь между собой. Судя по всему, отложить обсуждение таинственного сна до следующего раза все-таки не удалось! Мотылинка с Листвичкой чуть поотстали и побрели рядом.

— Ты рассказала Пятнистой Звезде о моем сне? — понизив голос, спросила Листвичка.

Мотылинка с изумлением посмотрела на нее:

— С какой стати? И потом, разве я могу признаться, что Звездное племя послало мне предостережение через чужую целительницу?

— Так скажи, что сон приснился тебе! — ласково потрепала ее хвостом по плечу Листвичка. — Я нисколечко не обижусь. Пятнистая Звезда должна знать об угрозе, тогда она сможет послать дополнительные патрули и вообще будет зорче смотреть по сторонам!

Мотылинка с досадой хлестнула себя хвостом.

— Я не могу, Листвичка! Я никогда раньше не рассказывала Пятнистой Звезде ни о каких снах и теперь не буду. Это был не мой сон. Звездное племя не посылает мне никаких пророчеств. — Она понизила голос и прошептала: — Я должна научиться быть хорошей целительницей сама по себе, без помощи Звездного племени. Ты знаешь, я готова на все ради своего племени, но служить ему я буду по-своему.

Листвичка с сомнением посмотрела на подругу. Серебряный Пояс величественно сверкал в черном небе над их головами. Разве можно смотреть на светящиеся души предков и не верить в их существование?

Листвичка знала, что Мотылинка без устали изучает целительство и всей душой предана своему племени, но знала она и то, что без веры золотистая целительница никогда не сможет припасть к потоку силы и мудрости, даруемой Звездным племенем. Вера наполняла все существо Листвички, и она не представляла, как можно быть целительницей без поддержки небесного воинства.

— Но если ты не веришь… — начала она и запнулась, подыскивая нужные слова. — Мотылинка, ты веришь в то, что я правда видела во сне Ласточку и та предупредила меня об опасности, угрожающей Речному племени?

Мотылинка обернулась к ней, глаза ее тускло поблескивали при свете луны.

— Да. Я верю в то, что ты видела сон.

«Это не ответ!» — уныло подумала Листвичка. Но потом поняла, что Мотылинка не могла ответить честнее и лучше. И вообще, какое право она имеет осуждать подругу, если сама вот-вот потеряет связь со Звездным племенем?

— Все будет хорошо, — заверила ее Мотылинка. — Я каждый день проверяю все источники воды, а когда хожу собирать травы, всегда смотрю, нет ли где следов Двуногих. — Она взмахнула хвостом, давая понять, что разговор о пророчестве окончен. — А как дела у вас, в Грозовом племени? Все в порядке?

— Да, спасибо. У нас появился новый оруженосец, Березовик. Надеюсь, ты увидишь его на следующем Совете.

— Здорово! А кто его наставник?

— Уголек, — ответила Листвичка и испуганно замолчала, услышав громкое шипение из темноты. Шерсть ее мгновенно встала дыбом от страха.

— Что это? — прошептала Мотылинка.

Они стояли на границе племени Ветра.

Шипение повторилось.

— Листвичка!

Вся ее тревога растаяла, словно утренняя роса под солнцем, когда темно-серая фигура выскользнула из-за ближайшей скалы, и знакомый запах защекотал ноздри.

— Грач! — прошептала Листвичка. — Как ты меня напугал! Я чуть не облысела от страха.

— Прости меня, — пробормотал воитель Ветра и неласково уставился на Мотылинку. — Мне нужно сказать Листвичке пару слов наедине. Ты не оставишь нас?

Мотылинка удивленно сощурила глаза и заколебалась, словно хотела что-то сказать. Потом нехотя кивнула и тихонько понимающе заурчала, так что у Листвички шерсть чуть не задымилась от смущения.

— Разумеется, — многозначительно протянула Мотылинка. — Увидимся позже, Листвичка, — бросила она и растаяла в темноте.

Листвичка едва сдержалась, чтобы не позвать ее обратно. Почему-то ей не хотелось оставаться наедине с Грачом на этом темном склоне холма.

— Это неправильно, — пролепетала она, делая шаг назад.

— Я знал, что ты будешь возвращаться этой дорогой, — быстро заговорил Грач. — Я пошел по следу Корявого, а потом спрятался здесь и ждал тебя. Листвичка, мне нужно с тобой поговорить. Я не могу забыть ту ночь возле твоего лагеря…

— Я понимаю… — начала Листвичка, но Грач снова не дал ей договорить.

— Раньше я думал, ты чувствуешь то же, что и я. Но тогда почему ты избегала меня на Совете? Я не знаю, что мне думать, Листвичка, — хрипло выдохнул он, терзая когтями жесткую траву пустоши. — Я не могу забыть тебя! На днях я упустил кролика, который сам прыгнул мне в лапы… Я все путаю, не замечаю ничего вокруг…

— Я тоже! — воскликнула Листвичка. — Недавно я чуть не отнесла Огнезвезду крапивное семя вместо мака, а еще перепутала мазь из хвоща с мышиной желчью. Совсем мышеголовая, представляешь?

Воин Ветра сочувственно пошевелил усами:

— Хмуролика сказала, что я стал неуклюжим, как необученный оруженосец.

— Пепелица тоже сердится на меня.

— Листвичка, я знаю, ты чувствуешь то же самое! — умоляюще прошептал Грач. — Мы должны быть вместе, только я не знаю, как…

Его запах, его близость кружили голову. Листвичке казалось, будто она тает, словно лед по весне.

— Но я же целительница… — пискнула она, из последних сил сдерживаясь, чтобы не зарыться носом в его шерсть. — И мы с тобой из разных племен. У нас нет будущего, Грач.

Серый воин молча закрыл ей пасть кончиком своего хвоста.

— Есть. Будет.

— Но как?

Он обжег ее упрямым взглядом и спросил:

— Ответь, Листвичка, ты хочешь быть со мной так же сильно, как я хочу этого?

Листвичка знала, какой ответ должна дать целительница, но не смогла солгать.

— Да.

— Значит, должна быть какая-то возможность. Ты готова снова встретиться со мной? Нам нужно как следует все обсудить.

Листвичка глубоко впилась когтями в землю. Разве чувства могут обмануть ее? Что дурного в том, что она хочет быть с Грачом, любить его, заботиться о нем? Звездное племя не может запретить ей этого, это было бы слишком жестоко!

— Да, я готова, — еле слышно выдавила она. — Где?

— Я что-нибудь придумаю и пошлю тебе весточку.

И тут снизу, из-под холма, донесся громкий крик Пепелицы:

— Листвичка! Ты где?

— Бегу, Пепелица! — отозвалась Листвичка и нежно прибавила, обращаясь к Грачу: — Я должна идти.

Грач провел языком по ее уху:

— Я дам тебе знать, где и когда мы встретимся. Я не заставлю тебя долго ждать, обещаю!

Листвичка, не отрываясь, долго смотрела на него, пока не почувствовала, что теперь его образ будет сопровождать ее до самого лагеря. Тогда она повернулась и помчалась вниз по склону холма, словно целая свора лисиц гналась за ней по пятам.

Глава IX

Белка уплетала мышку возле кучи с добычей. Холодный ветер неприятно трепал ее шерстку. Вот уже несколько дней погода стояла пасмурная и холодная, а все приметы скорой весны исчезли, словно их и не бывало.

— Хочешь поохотиться? — подбежал к ней Белохвост. — Бурый и Долголап тоже идут.

— Конечно! — обрадовалась Белка.

Бурый о чем-то беседовал с Угольком и оруженосцами у самого выхода из лагеря. Судя по энергичным взмахам хвоста, он давал им указания. После этого Уголек повел обоих учеников к палатке старейшин, а Бурый поспешно присоединился к Белке с Белохвостом.

— Уголек хочет проверить, как Белолапка с Березовиком заботятся о стариках, — пояснил он. — Малыши все делают вместе, просто водой не разольешь.

Что ж, Белка отлично их понимала. После того как Долголапа посвятили в воители, Белолапка очень долго была единственной ученицей в племени, а Березовик ужасно стосковался в одиночестве детской. Когда Белка была ученицей, оруженосцы тренировались все вместе, и как же им было весело! Белка до сих пор часто вспоминала то время. Тогда она дружила с Копушей, который погиб перед тем, как коты покинули старый лес. Когда Белка была маленькой, она мечтала тренироваться вместе с Листвичкой, но ее сестра очень рано выбрала путь, ведущий из детской в пещеру целительницы.

— Куда пойдем? — Она лизнула лапу и тщательно вытерла пасть, чтобы уничтожить запах свежатины.

— Думаю, попытаем счастья у ручья, который рядом с озером, — отозвался Бурый. — Там есть, где спрятаться — и нам, и дичи. А где Долголап?

Прежде чем Белохвост успел ответить, длинноногий черный воин протиснулся между ветвями воинской палатки и засеменил через поляну.

— Кого ждем? — издалека крикнул он.

— Тебя, — фыркнул Белохвост и шутливо шлепнул его хвостом по уху. — Пошли, соня.

Четверо котов побрели к ручью через лес. Ветер свирепо трепал ветви деревьев, пригибал к земле крепкие стебли папоротника. Белка вздрагивала, когда порыв воздуха особо безжалостно ерошил ее шерсть, но в то же время холод веселил ее, обострял чувства и заставлял быстрее переставлять лапы. Она постоянно убыстряла свой шаг, так что вскоре уже неслась по лесу, распушив по ветру длинный рыжий хвост.

— Подожди нас! — крикнул ей вслед Бурый.

Белохвост несся рядом с Белкой, его длинная белая шерсть касалась ее шерсти, а отставший Бурый торопливо догонял их с другой стороны. Долголап с торжествующим воплем обогнал всех троих и помчался вперед, легко перебирая по земле своими длинными черными лапами.

— Давайте помедленнее! — пропыхтел Белохвост. — Так мы всю дичь распугаем.

Белка замедлила шаг: пробежка отлично разогрела мышцы, теперь силы просто переполняли ее. Они нагнали Долголапа у склона, круто обрывавшегося к ручью; черный кот покачал хвостом, призывая друзей к тишине, и, приглядевшись, Белка поняла, что он выслеживает скворца.

Вот Долголап принял охотничью стойку и пополз к птице, далеко отставляя задние лапы. Но стоило ему изготовиться к прыжку, как внезапный порыв ветра раздвинул траву, скрывавшую кота от дичи. Долголап прыгнул, но птица выпорхнула у него из-под самого носа и скрылась в ветвях дерева.

Долголап, повесив хвост, обернулся к друзьям:

— Извините…

— Тебе просто не повезло, кто же мог знать, что ветер вдруг переменится? — улыбнулся молодому воину Бурый.

Белка стояла на берегу, прислушиваясь к сухому шелесту ветвей и журчанию ручья. Чуть ниже по течению, за деревьями, виднелась серая полоса озера. Ей показалось, будто откуда-то донесся странный звук, похожий на жалобный кошачий стон. Белка прислушалась — тихо. Наверное, ей просто показалось.

— Что-нибудь учуяла? — подошел к ней Белохвост.

Белка отрицательно помотала головой.

Белоснежный воин приоткрыл пасть и попробовал воздух. В следующий миг он насторожил уши и крикнул:

— Чужаки!

— Племя Ветра?

Бурый в мгновение ока очутился рядом с ними и уставился на ручей. Даже сейчас, в конце сезона Голых Деревьев, берег густо зеленел травой и папоротниками, в которых так легко скрыться — причем, не только дичи.

— Нет, это не племя Ветра… — Белохвост снова втянул в себя воздух: — Я вообще не понимаю, кто это.

Белка принюхалась. Белохвост был прав. Дух определенно был кошачий — причем, котов было несколько! — но ни одним племенем тут не пахло. Запах показался ей острым, немного травяным, и доносился он откуда-то совсем рядом.

— Думаешь, бродяги? — прошипел Долголап и пополз вдоль берега.

— Стой, где стоишь! — рявкнул на него Белохвост. — Хочешь сунуть нос в осиное гнездо? Сначала нужно узнать, с кем мы имеем дело! — Он шагнул вперед и громко крикнул: — Кто здесь? А ну, выходите!

Белка впилась глазами в берег, спускавшийся к ручью, мышцы ее напряглись в ожидании опасности.

— Если они ищут неприятностей, они их получат! — процедила она.

— Мы знаем, что вы здесь! — снова закричал Белохвост. — Выходите!

Кустик травы на краю ручья раздвинулся, и из него опасливо вышла крупная кошка с длинной палевой шерстью.

— Да это же Ромашка с пастбища! — воскликнула Белка. — Что ты здесь делаешь? Заблудилась? — осторожно спросила она, хотя ни на миг не допускала такую возможность. Эта опытная кошка никак не могла заблудиться возле ручья, от которого хвостом было подать до ее дома.

Кошка остановилась в тени куста, распласталась животом по земле и снизу вверх посмотрела на воителей.

— Умоляю, не обижайте меня, — простонала она.

— Сейчас я ее выгоню! — вызвался Долголап и присел, готовый в любой момент прыгнуть на свою добычу.

Белохвост раздраженно махнул на него хвостом.

— Цыц, мышеголовый, — рыкнул он. — Сначала надо узнать, в чем тут дело.

Он неторопливо спустился по берегу и остановился перед Ромашкой. Белка последовала за ним. Домашняя кошка выглядела ужасно — ее длинная пушистая шерстка свалялась в колтуны и была заляпана грязью, синие глаза поблекли от усталости.

— В чем дело? Какая-то беда на пастбище?

Ромашка моргнула, но не успела ответить, потому что из кустов послышался тоненький жалобный писк.

— Котята! — понимающе протянул Белохвост.

Он отстранил Ромашку и решительно зашагал по траве в ту сторону, откуда доносился писк. Ромашка, причитая, засеменила за ним следом.

— Прошу вас! Не трогайте моих деток!

Белка сунула нос в заросли травы и увидела трех крошечных котят. Тесно прижавшись друг к другу, они плакали от голода, горестно разевая розовые ротики. Один малыш был палевым, как Ромашка, а двое других серые с белым, в своего отца Дымка.

Ромашка прикрыла котят своим телом, обвила хвостом.

— Умоляю, помогите нам, — прохрипела она.

— Не бойся, мы не причиним вам зла, — заверил ее Бурый.

— Но что вы здесь делаете? — спросила Белка. — Тебе не кажется, что твои детки еще маловаты для путешествий?

Ромашка опустила голову и лизнула палевого малыша.

— Когда Флосси принесла котят, Кожаные отняли их у нее!

«Кожаные — это Двуногие», — поняла Белка.

— Но зачем?

— Никто не знает, — покачала головой Ромашка. — Они были совсем маленькие, еще слепые.

Белохвост гневно взмахнул пушистым хвостом:

— Лисий помет! Будь я на месте твоей Флосси, уж я бы пригладил им морды своими когтями!

— Какой в этом прок? — печально спросила Ромашка. — Котят все равно уже нет. Флосси никогда их больше не увидит и не узнает, что с ними сталось. Поэтому, когда я окотилась, — продолжала она, с вызовом подняв голову, — то решила уйти, прежде чем Кожаные доберутся до моих деток. Я видела, как множество котов проходило мимо нашей изгороди в эту сторону, и решила, что среди вас должны найтись добрые сердца, — пролепетала она, поднимая на Белохвоста огромные, полные надежды глаза.

Белоснежный воин опустил голову и по очереди обнюхал все три комочка шерсти. Котята испуганно съежились и задрожали, тоненько пища от страха.

— Вы ведь поможете нам, правда? — заплакала Ромашка. — Вон там… — она махнула хвостом в сторону территории племени Ветра, — какие-то коты прогнали нас.

— Это воины Ветра, — кивнул Бурый. — Не бойся, сейчас ты на территории Грозового племени.

Ромашка кивнула.

— Теперь я понимаю, почему они отстали, как только мы перебежали через ручей. Мои детки не в силах дальше идти, а я не могу отнести их обратно. Я боюсь злых котов и Кожаных, которые отнимут моих котят, если я вернусь.

— Мы тебе поможем, — пообещал Белохвост. — Можешь отнести своих котят в наш лагерь.

— Спасибо! — растроганно моргнула Ромашка. — Вы так добры ко мне.

Бурый, не веря своим ушам, обернулся к Белохвосту.

— Трое котят?! — охнул он. — Что-то скажет Огнезвезд!

— Ничего, он поймет, — заверил белый воин. — Огнезвезд и сам когда-то был домашним, как и я. Надеюсь, тебя это не удручает?

Бурый смущенно пошевелил ушами:

— Нет, конечно. Просто я не уверен, что сейчас лучшее время для того, чтобы брать к себе такую ораву котов. Мы еще даже свою территорию-то как следует не изучили, мало ли что тут…

— Наверное, ты прав, — серьезно ответила Белка. — Но для этих котят вопрос стоит просто: сейчас или никогда. Может, предложишь им отправиться в обход озера в племя Теней? Ну, что ты молчишь?

— Ладно, пошли, — прекратил назревающую ссору Белохвост. — Долголап! — окликнул он молодого воина, который по-прежнему стоял на высоком берегу. — Нам нужна твоя помощь! Вы понесете котят, — приказал он, — а я помогу Ромашке.

Белка подняла за загривок одного из серо-белых котят, который тут же с испуганным писком принялся вырываться на свободу.

— Замолчи, дуралей, я же тебе помогаю! — пробурчала Белка сквозь стиснутые зубы.

Бурый с Долголапом разобрали оставшихся малышей, Белохвост заставил Ромашку опереться на его бок; все вместе они медленно вскарабкались на берег и побрели в сторону лагеря.

Когда Белка вбежала в лагерь, поляна была пуста, но не успела она сделать и нескольких шагов в сторону детской, как навстречу ей выбежал Березовик, кативший перед собой комок мха из подстилок старейшин.

— Что это у тебя? — спросил он, удивленно уставившись на крошечного котенка, болтавшегося в Белкиной пасти. — Ой, мамочка! Белолапка, беги скорее сюда! Ты только посмотри!

Старшая ученица выбралась из палатки старейшин с очередным клубком грязного мха.

— Котята! — завизжала она. — Где вы их нашли?

«Довольно затруднительно отвечать на расспросы, если пасть у тебя занята котенком!» — подумала Белка и прямиком направилась в детскую, сопровождаемая восторженным визгом обоих оруженосцев.

Тростинка первая выскочила из воинской палатки и изумленно округлила глаза, увидев добычу, которую принесли из леса охотники.

— Бедные маленькие пушистики! — запричитала она. — Скорее несите их в детскую. Белолапка, беги за Пепелицей, а ты, Березовик, позови Огнезвезда. Это твои детки? — обернулась она к Ромашке, которая еле переставляла лапы, опираясь на бок Белохвоста. — Не тревожься. Мы позаботимся о вас.

Обогнав Белку, Тростинка первой юркнула в детскую и принялась взбивать мох и папоротники, чтобы устроить теплое уютное гнездышко. Белка бережно опустила своего котенка в середину гнезда; малыш уже давно перестал брыкаться и лежал очень спокойно, едва дыша. Бурый и Долголап уложили своих котят, а Ромашка легла рядом и принялась всполошенно подталкивать их к себе носом.

— Белолапка сказала, что вы принесли котят. Можно мне посмотреть? — просунула голову в детскую Медуница. Увидев Ромашку с котятами, она решительно пролезла внутрь и растянулась рядом. — Ой, какие славные! — заурчала пестрая воительница. — Давай, я тебе помогу! — И не дожидаясь разрешения, она склонилась над ближайшим котенком и принялась энергично вылизывать его против шерсти, чтобы согреть.

Белка сощурила глаза, слегка удивленная таким неожиданным приливом нежности к чужим котятам. Но приглядевшись повнимательнее, она заметила округлившиеся бока Медуницы и почувствовала, как изменился ее запах. «Да она ждет котят от Бурого! — догадалась Белка. — Вот это новость! Грозовому племени, как никогда, нужен молодняк!»

Ромашка, Тростинка и Медуница продолжали энергично вылизывать малышей, так что вскоре котята зашевелились и начали жалобно попискивать.

— Вы спасли им жизнь, — прошептала мать. — Я думала, они все умрут.

Со стороны входа снова послышался шорох, и внутрь вошла Пепелица, а за ней и Листвичка с полной пастью целебных трав. Белка тихонько приблизилась к сестре и шепнула:

— Тебе не кажется, что Медуница ждет котят?

Листвичка положила травы возле Ромашки.

— Разумеется, она ждет котят! — фыркнула она. — Это известно всему племени! Где, интересно знать, были твои глаза?

Белка пристыжено прижала уши. Какая муха укусила всегда кроткую Листвичку? Какое-то сильное переживание волнами исходило от шерсти сестры, но Белка никак не могла понять, в чем тут дело.

Что вы все сюда набились? — рассердилась Пепелица. — Вам здесь не собрание! Быстро выметайтесь вон, а то здесь уже дышать нечем.

Бросив последний взгляд на котят, Белка послушно выбралась из детской вместе с Долголапом и Бурым. Уже очутившись на поляне, она услышала за спиной ласковый голос Пепелицы:

— Ромашка, я принесла укрепляющие травы для тебя и твоих деток. Не тревожься. Теперь все будет хорошо.

На поляне оруженосцы взволнованно обменивались новостями, позабыв про брошенные кучи грязного мха. Белохвост стоял возле детской и докладывал о происшествии Огнезвезду, а остальные коты, сбившись в кучу, ловили каждое его слово. Белке показалось, что Ежевика выглядит недовольным — впрочем, он теперь почти всегда был чем-то недоволен.

Как оказалось, Ежевика не был одинок в своем отношении к непрошеным гостям.

— И сколько ты думаешь держать их у нас? — спросил Дым у Огнезвезда.

— Это зависит от многих причин, — пошевелил кончиком хвоста Огнезвезд. — Я не знаю, как долго они захотят у нас остаться…

— Мне показалось, что Ромашка вообще не хочет возвращаться на свое пастбище, — подал голос Белохвост. — Двуногие забрали котят у Флосси, поэтому Ромашка решила уйти из дома, чтобы оставить деток при себе.

— Разумно, — кивнул Огнезвезд.

— Неужели ты хочешь принять их в наше племя? Навсегда? — с вызовом спросил Ежевика. — Четырех домашних кисок?!

Низкое рычание исторглось из горла Белки: похоже, Ежевика уже забыл, что Огнезвезд когда-то сам был домашним котенком и что в ее жилах тоже течет кровь домашней киски!

— Эта Ромашка за всю жизнь не убила ни одной мыши, — продолжал Ежевика, прежде чем Белка успела осадить его. — Нам придется нянчиться с ней, как со старейшиной!

— Это так, — кивнул Огнезвезд. — Но сейчас нашему племени очень нужны молодые коты. Не забывай, у нас всего двое оруженосцев. Мы все с нетерпением ждем рождения котят Медуницы, но пройдут месяцы, прежде чем они смогут начать тренировки.

— Я говорю об этих домашних котятах, — не унимался Ежевика. — Разве они смогут выучиться…

— Что ты сказал? — Белохвост резко отстранился от Яролики, глаза его сузились от бешенства. — Или ты забыл, что предводитель твоего племени тоже был домашним котенком?! И что я родился в гнезде у Двуногих? Сейчас я тебе покажу, как домашние умеют за себя постоять!

Ежевика отпрянул назад, янтарные глаза его метали молнии. Все остальные коты с изумлением смотрели на Белохвоста, даже его верная подруга Яролика выглядела растерянной. Белка и не знала, что белоснежный воин так болезненно относится к своему происхождению: все Грозовое племя уже успело забыть о том, что Огнезвезд когда-то принес в лагерь крошечного белого котенка из гнезда Двуногих.

— Если Белохвост тебя не проучит, тогда это сделаю я! — зашипела она, бросаясь вперед и гневно глядя на Ежевику.

— Довольно! — рявкнул Огнезвезд, вставая между вздыбившими шерсть котами. — Втяните когти! Я не позволю, чтобы мои воины дрались между собой.

— Спасибо, что заступилась за нас, — раздался тихий голос за спиной Белки. Обернувшись, она увидела Ромашку, сидевшую возле входа в детскую. — Извините, я слышала весь разговор, — повысила она голос. — Покидая дом, я не собиралась присоединяться к лесным котам. Я только хотела спасти своих детей от участи котят Флосси. Но если мы вам в тягость, то я уйду, как только мои котята достаточно окрепнут.

— Даже не думай об этом! — горячо заверил ее Белохвост.

— Можешь оставаться столько, сколько пожелаешь, — прибавил Огнезвезд, подходя к Ромашке. — Но если все-таки надумаешь уйти, сначала хорошенько обдумай свое решение. Жизнь одиночки трудна и полна опасностей. Ты умеешь добывать себе еду?

— Конечно, умеет! — выпалила Белка, не давая Ромашке пасти раскрыть. — Ячмень с Горелым охотились на мышей в своем амбаре, так почему же Ромашка должна быть хуже?

Но Ромашка лишь смущенно покачала головой:

— Нет, я не умею…

— Еще бы! Да разве такая жирная и ленивая кошка может быстро бегать? — насмешливо фыркнул Сумрак, причем так громко, что его все услышали.

Белка едва не заурчала от удовольствия, когда Кисточка шикнула на дерзкого воина и наотмашь хлестнула его лапой по уху. Она сделала бы то же самое, если бы сидела рядом!

— Нас кормили Кожаные, — испуганно моргая, пояснила Ромашка. — Несколько раз мы ловили мышей в амбаре. Правда, там мышей почти нет… И вообще, в лесу охотиться, наверное, намного труднее.

— Ты права, — кивнул Огнезвезд. — Но если ты решишь остаться, мы тебя научим. И вырастим твоих котят настоящими охотниками.

— Тебе не нужно принимать решение прямо сейчас, — успокоил кошку Белохвост. — Возвращайся к своим малышам. Вам всем нужно отдохнуть и успокоиться.

— Обещаю, что мы не будем принимать никаких решений, не посоветовавшись с тобой, — прибавил Огнезвезд и обернулся к оруженосцам, которые сидели на краю поляны, тараща круглые глазенки. — Березовик, принеси Ромашке свежей добычи из кучи.

Маленький оруженосец вприпрыжку бросился исполнять приказ.

— Выше нос, Ромашка, — подбодрил кошку Белохвост. — Жизнь покажется лучше, как только ты насытишься и отдохнешь.

Белка заметила, что Яролика с легким неудовольствием посмотрела на своего друга, когда тот прижался носом к боку палевой кошки. Пестрая бело-рыжая кошка проводила глазами удаляющихся в детскую котов и повернулась к Белолапке:

— Твой отец поступает совершенно правильно. Ромашка до смерти напугана и валится с ног от усталости.

С этими словами она бросилась догонять Белохвоста и Ромашку.

— Помочь тебе ухаживать за котятами?

Ромашка обернулась — и взвизгнула от страха:

— Ой! Что… что у тебя с мордой?

Белка настолько привыкла к шрамам, которые остались у Яролики после нападения собачьей своры, что совсем не замечала их. Но Ромашка, должно быть, до смерти перепугалась, впервые увидев страшные розовые рубцы и пустую глазницу Яролики.

«И все-таки, она могла бы сдержаться! — укоризненно подумала Белка. — Бедная Яролика!»

— На меня напали собаки, — еле слышно ответила Яролика. Понурившись, она отвернула изуродованную щеку от Ромашки и побрела в сторону воинской палатки, оставив Белохвоста наедине с домашней кошкой.

— Хочешь поохотиться? — Белка даже подпрыгнула от неожиданности, услышав за спиной голос Уголька. — Насколько я понял, вы вернулись без добычи.

— Да, — кивнула Белка. — Пошли.

— Теперь нам понадобится намного больше добычи, — заметил Уголек, устремляясь к проходу в ежевике. — Шутка ли, сразу четыре лишних рта!

Он сказал это так добродушно, что Белка сразу повеселела. Уголек оказался гораздо сердечнее Ежевики, который так пренебрежительно отозвался о домашних котах.

«Я тоже наполовину домашняя кошка, — с вызовом подумала про себя Белка. — Может быть, ты и во мне сомневаешься, Ежевика?!»

Она приготовилась пролезть в заросли следом за Угольком, стараясь больше не думать о Ежевике. Какая разница, откуда пришла Ромашка! Грозовому племени, сильно поредевшему за время голода и долгого путешествия к озеру, как никогда нужны молодые и здоровые коты. Так что появление Ромашки можно считать даром Звездного племени.

Глава Х

Листвичка разжала пасть и положила пучок трав рядом с палевой кошкой. — Пепелица сказала, что ты обязательно должна съесть вот это.

— Вы так добры, — прошептала Ромашка и принялась послушно разжевывать травы, слегка морща носик от резкого запаха.

За два дня домашние коты почти полностью восстановили силы. Ромашка до блеска вылизала свою шелковистую шерстку, а трое котят пушистым урчащим клубком лежали возле нее.

Листвичка очень осторожно обнюхала спящих котят.

— Славные малыши, — шепнула она. — Ты уже дала им имена?

— Да. Вот этот, палевый, — Ягодка. Тот серый, что побольше, — Мышонок, а самая маленькая — Орешинка.

— Прекрасные имена! Очень похожи на те, которыми мы называем свой молодняк, — одобрила Листвичка. — Обязательно расскажу Огнезвезду.

Ей показалось, что Ромашка слегка замялась, словно ей не слишком понравилось, что ее детей уже считают частью племени. Но она не успела ничего сказать, потому что в детскую влезла Тростинка с зажатой в зубах мышью.

— Вот, принесла вам поесть, — проворковала она, положив свою ношу возле Ромашки. Потом, громко урча, уселась возле котят. — Они совсем поправились! Я вижу, у тебя вдоволь молока.

Быстро попрощавшись, Листвичка оставила кошек причитать над котятами и выбралась из детской на поляну.

Целых пол-луны миновало с той ночи на склоне холма, а от Грача до сих пор не было известий. Первые дни Листвичка не помнила себя от счастья и только сладко замирала, вспоминая взгляд его глаз и запах шерсти. Зато потом она вся извелась, укоряя себя за то, что согласилась на второе свидание. Будь она настоящей целительницей, разве стала бы она думать о Граче? Листвичка пыталась как можно лучше исполнять свои обязанности, чтобы снова почувствовать себя хорошей и достойной уважения. Ей не хотелось, чтобы Пепелица сердилась на нее или, чего доброго, заподозрила в непозволительных чувствах к чужому воину!

Погруженная в свои мысли, она медленно брела к своей пещере и вдруг резко остановилась, услышав тоскливый мяв, доносившийся откуда-то из-за стен лагеря. В следующий миг пестрая кошка вихрем вылетела из туннеля и в два прыжка очутилась на середине поляны.

Сначала Листвичка приняла ее за Медуницу и обмерла от страха, решив, что с беременной кошкой случилась какая-то беда. Но приглядевшись, она поняла, что видит перед собой Моховушку, королеву из Речного племени.

— Листвичка! — задыхаясь, выкрикнула речная кошка. — Слава Звездному племени, ты здесь!

— Что случилось?

— Меня послала Мотылинка, — грудь Моховушки тяжело вздымалась и опадала. — Какая-то хворь напала на наше племя. Все плохо… очень плохо!

— Мотылинка просит меня прийти?

Моховушка закивала:

— Она говорит, что ты все поймешь.

Листвичка судорожно сглотнула ком в горле.

Она прекрасно все поняла. Пророчество Ласточки все-таки сбылось! Ее сон, ее долгое путешествие к Мотылинке, ее предостережение — все оказалось напрасно.

Все новые и новые коты стали выползать на поляну. На Каменном карнизе показались Огнезвезд с Песчаной Бурей, из воинской палатки высунулась Яролика, а за ней и остальные воины. Ромашка испуганно выглянула из детской, потом выбралась наружу, подбежала к Белохвосту и что-то горячо зашептала ему, взволнованно помахивая хвостом.

Сумрак неприязненно покосился на Моховушку:

— С какой стати мы станем посылать свою целительницу в такую даль ради Речного племени? Попросите помощи где-нибудь еще!

— Какой ты умный! — усмехнулся Терновник. — Наверное, племя Ветра будет радо прийти на помощь соседям? Или, может быть, посоветуешь им обратиться к Сумрачным котам? Уж они-то на весь лес славятся своим великодушием!

Листвичка с облегчением выдохнула, увидев приближающуюся к ним Пепелицу.

— Что тут происходит? Моховушка, какая беда у тебя стряслась?

— Беда не у меня, а у всего нашего племени! — простонала Речная королева. Она повторила то, что уже рассказала Листвичке. — В палатке у Мотылинки уже не хватает места для больных… Пока умерших нет, но они будут, если мы не получим помощь!

— Можно мне пойти? — умоляюще повернулась к наставнице Листвичка. Чувство вины терзало ее. Как она могла спокойно жить, даже не попытавшись выяснить, какая беда угрожает Речному племени? Наверное, она все-таки потеряла связь со Звездным племенем…

Пепелица с Огнезвездом обменялись долгими взглядами. Затем целительница нехотя произнесла:

— Если Огнезвезд разрешит…

Предводитель склонил голову:

— Мы не можем отказать в помощи племени, которое попало в беду. Кроме того, эта хворь может добраться и до нас. Листвичка, попытайся разузнать, в чем причина болезни.

— Я сделаю все, что смогу, — пообещала юная целительница. — Ты сумеешь справиться без меня? — неуверенно спросила она Пепелицу. Из-за хромоты серая кошка не могла долго ходить по лесу, поэтому сбор трав полностью лежал на плечах ученицы.

— Еще бы! — фыркнула Пепелица. — К счастью для Грозового племени, у нас две целительницы! — добавила она, и какая-то тень промелькнула в ее голубых глазах.

— Я буду тебе помогать, Пепелица! — выскочила вперед Яролика. — Я знаю почти все травы… по крайней мере, самые распространенные.

— Спасибо, Яролика, — улыбнулась серая целительница и снова обернулась к Листвичке. — Думаю, я могу тебя отпустить. Но постарайся вернуться как можно быстрее. И да хранит тебя Звездное племя.

Листвичка кивнула и побежала к выходу следом за Моховушкой. Мысленно она уже перебирала травы, которые могут понадобиться в первую очередь: можжевельник, кошачья мята, корень лопуха… Она встряхнула головой. Что за глупость лезет ей в голову! Как можно знать, что ей будет нужно, пока она не осмотрела больных? «Звездное племя, помоги мне! — беззвучно взмолилась целительница. — Укажи мне, что я должна сделать».

Сильный ветер гнал волны по поверхности озера, трепал шерсть двух бегущих кошек. После сумасшедшей гонки через территорию Грозового племени, Моховушка еле-еле семенила трусцой, и Листвичке приходилось подстраиваться под ее шаг. «Это разумно, — решила она. — Если я растрачу все силы на беготню, то вряд ли смогу помочь больным».

Когда они проходили мимо пастбища, Листвичка увидела воинов Ветра, которые бежали вниз по склону им навстречу. Сердце ее подпрыгнуло в груди, когда она заметила среди них серую шерсть Грача.

Они с Моховушкой остановились и стали ждать патрульных. Во главе отряда выступал Карноух, за ним следовали Грач, Дубравник и Паутинник.

— Привет, — кивнул головой Карноух. — Что вы делаете на территории племени Ветра?

Он говорил спокойно, без всякой враждебности, но Листвичка едва поняла его вопрос. Неотступный взгляд Грача прожигал ее насквозь, хотя она не смела ни поднять на него глаза, ни заговорить с ним.

— Мы идем в Речное племя, — отозвалась Моховушка, ни словом не обмолвившись о болезни, поразившей ее племя.

«Что ж, это правильно, — одобрила Листвичка. — Чем позже племя Ветра узнает об ослаблении своих соседей, тем лучше для Речных котов!»

— Мы держимся возле самого озера, — вставила Листвичка, — как было решено на Совете.

— Вижу, — буркнул Карноух. — Ладно, проходите…

— Что ты на нее уставился?! — вдруг прорычал Паутинник. — Разве в племени Ветра мало хорошеньких кошек?

Листвичка похолодела. Паутинник обращался к Грачу! Она посмотрела на серого воина и увидела в его глазах отражение собственного смятения.

— Великое Звездное племя, что ты на него взъелся? — рассердился Карноух. — Не пытайся выглядеть большим дурнем, чем ты есть на самом деле! Она же сестра Белки, мышеголовый! А наш Грач путешествовал вместе с Белкой…

У Листвички отлегло от сердца, и она беззвучно помолилась Звездному племени за Карноуха.

— Ну да, — выдавил Грач. — Ты… передавай Белке привет от меня, ладно?

— Конечно, — кивнула Листвичка. — Можно, мы продолжим путь?

Карноух кивнул и помахал кошкам хвостом.

Не успела Листвичка пройти и нескольких шагов, как услышала тихое шипение. Обернувшись, она встретилась глазами с Грачом.

— Приходи к острову в сумерки, — прошептал серый воин и громко добавил: — Не забудь передать Белке мой привет!

— Ладно! — крикнула в ответ Листвичка. Стыд и безумная радость переполняли ее, так что каждая шерстинка начала потрескивать, как перед грозой. «Это же не может быть плохо, правда? Разве может быть дурным то, что кажется таким хорошим?»

— Грач, ты идешь? — снова завопил Паутинник.

Серый воин бросился назад, даже не посмотрев на Листвичку. Она прибавила шаг, чтобы догнать Моховушку, и ей показалось, будто лапы ее почти не касаются земли.

Листвичка почувствовала запах болезни задолго до того, как Моховушка привела ее в лагерь. Затем над изгибом ручья, ограждавшего лагерь, разнесся мучительный стон. Моховушка кинулась в ручей, разбрызгивая воду. Листвичка бросилась следом, почти не чувствуя ледяной воды.

Пятнистая Звезда выскочила из папоротников и остановилась на берегу, поджидая Моховушку с Листвичкой. Жуткий стон повторился.

— Плющевик умер, — глухо сообщила Пятнистая Звезда. Голос предводительницы был спокоен, но Листвичка видела ужас, притаившийся в глубине ее глаз. — Думаешь, ты сможешь нам помочь?

— Я ничего не могу сказать, пока не поговорю с Мотылинкой, — честно ответила Листвичка. — Я бегу к ней!

— Я пришлю воинов вам в помощь, — крикнула ей вслед Пятнистая Звезда.

Листвичка вихрем пронеслась через лагерь и сбежала вниз по берегу к кусту боярышника, под которым устроила себе палатку Мотылинка. Сейчас она и думать забыла о Граче. Все мысли Листвички были заняты больными котами.

По дороге она наткнулась на Криволапу и Коршуна, которые волокли безжизненное тело маленького бурого котика. Листвичка остановилась и пропустила их, скорбно склонив голову.

— Листвичка! — раздался снизу перепуганный голос Мотылинки. Речная целительница кубарем выкатилась из своей палатки и зарылась носом в шерсть Листвички. — Я знала, что ты придешь!

Листвичка втянула воздух. Шерсть подруги остро пахла страхом — гораздо сильнее, чем болезнью.

— Успокойся, — шепнула она. — Расскажи мне, что случилось.

— Они все умирают! — янтарные глаза Мотылинки заволокло отчаянием. — Я не знаю, что делать!

— Успокойся! — повысила голос Листвичка. — Твое племя потеряет последнюю надежду, если увидит тебя в таком виде! Ты должна быть сильной — ради них.

Мотылинка несколько раз судорожно сглотнула.

— Прости меня, — выдавила она. — Ты права. Я уже взяла себя в лапы.

— Расскажи мне, что случилось, — повторила Листвичка.

— Иди и сама посмотри.

Мотылинка привела Листвичку в свою палатку. Возле входа, прикрытого кривыми ветвями боярышника, на подстилке из мха лежал маленький черный котенок. Глаза его были закрыты, и Листвичке пришлось долго всматриваться, прежде чем она заметила слабенькое колыхание его грудки. Рядом лежали еще двое котят: черный и серый. Второй черный котенок тоже был без сознания, только дышал чуть глубже, а серый метался на подстилке и слабо стонал, разевая пасть.

Чуть дальше, за палаткой, на грубых подстилках из сухого камыша лежало четверо взрослых воителей и маленький котик, по виду, оруженосец. Среди больных была серая королева Первоцветик и щуплый Зубатка, который совсем недавно стал воителем.

Листвичка присела рядом с королевой Первоцветик и осторожно потрогала лапой ее живот. Королева застонала и попыталась отодвинуться. Листвичка ласково лизнула ее и повернулась к Мотылинке.

— Это очень похоже на то, что было у старейшин, когда они выпили отравленной воды, — сказала она. — Вот только запах другой. Интересно…

— И в тот раз я тоже была виновата! — снова взвыла Мотылинка. — Я должна была почувствовать запах дохлого кролика в воде!

— Хватит болтать глупости! — оборвала ее Листвичка. — Ничего ты не могла почуять, потому что у тебя лапы были перемазаны мышиной желчью. А уж сейчас ты совсем ни в чем не виновата.

— Нет, виновата! — крикнула Мотылинка, глубоко вонзая когти в землю. — Будь я настоящей целительницей, я бы знала, как помочь своему племени!

— Чепуха! — оборвала ее Листвичка. — Ты самая настоящая целительница. В распространении болезни нет никакой твоей вины, но мы должны выяснить, в чем тут дело.

— После того как появились первые заболевшие, у меня не было времени тщательно осмотреть нашу территорию, — призналась Мотылинка. — Но я клянусь, что все ручьи безопасны и в озере не было никакой грязи, которая обычно остается после Двуногих. — Она снова полоснула землю когтями. — Я бесполезная дура, а не целительница! Зачем только Пачкун взял меня в ученицы?

— Это полная чушь, и ты прекрасно это знаешь, — мягко проговорила Листвичка, гладя подругу своим хвостом. — А как же мотыльковое крылышко, которое Пачкун нашел перед входом в свою палатку? Само Звездное племя дало понять, что видит в тебе будущую целительницу. — Листвичке показалось, будто Мотылинка хотела что-то возразить, поэтому торопливо прибавила: — А теперь расскажи мне подробно, чем ты лечила больных.

— Сначала давала водяную мяту от боли в животе, а когда это не помогло, попробовала можжевеловые ягоды. Они немного успокоили боль, но никто не поправился.

— Вот как… — пробормотала Листвичка, лихорадочно перебирая в памяти все известные ей лекарственные растения. — Если они съели что-то ядовитое, нужно попытаться вызвать рвоту. У тебя есть тысячелистник?

— Чуть-чуть, — ответила Мотылинка. — Моего запаса не хватит и для одного кота.

— Значит, надо послать кого-нибудь нарвать еще.

Не успела она договорить, как увидела, что к ним направляются Невидимка с каким-то незнакомым молодым воином. Завидев Листвичку, глашатая приветливо замахала серым хвостом.

— Пятнистая Звезда прислала нас на подмогу.

— Очень кстати, — кивнула Листвичка. — Нам срочно нужен тысячелистник.

— Я сбегаю! — с готовностью вызвался молодой воин. Он почтительно поклонился Листвичке и спросил: — Ты меня не помнишь?

Листвичка окинула взглядом его стройную фигуру, задержалась на маленьких аккуратных ушках и поняла, что где-то видела его, только не помнит где.

— Нет, извини.

— Меня зовут Камышинник, — представился черный кот. — Ты спасла меня, когда я едва не утонул в реке. Это было еще в нашем старом лесу.

— Тогда он был просто Камышонком, — улыбнулась Невидимка.

На миг Листвичка оторопела, но потом вспомнила котенка, которого Невидимка вытащила из воды во время разлива. Мотылинка тогда совсем потеряла голову и не смогла заставить малыша дышать, так что Листвичке пришлось самой взяться за дело.

— Я очень рада снова тебя увидеть, — торопливо сказала Листвичка, не желая напоминать Мотылинке о неприятном случае, когда она также оказалась не на высоте. — Нарви столько тысячелистника, сколько сможешь унести, и поскорее! Ты знаешь, где искать?

— Возле ограды пастбища есть несколько хороших кустиков, — ответила за него Мотылинка.

Камышинник уверенно взмахнул хвостом.

— Уже бегу. Я теперь наставник! — с гордостью сказал он. — Мою ученицу зовут Чешуйка. Я возьму ее с собой, вдвоем мы принесем гораздо больше!

— Тогда нарвите и можжевеловых ягод, — крикнула вслед убегающему воину Листвичка. — Я видела несколько кустов на вершине холма, над болотами!

Камышинник махнул хвостом, давая понять, что услышал приказ, и скрылся за гребнем берега.

— Мотылинка, доставай весь тысячелистник, что у тебя есть, — обратилась к целительнице Листвичка.

— Сначала скажите, что мне делать, — подала голос Невидимка. — Вам нужны еще какие-нибудь травы?

— Пока нет, — покачала головой Листвичка. — Но ты могла бы пока обойти территорию и посмотреть, нет ли где чего-нибудь подозрительного.

— Чего, например? — изумленно уставилась на нее серая кошка.

Листвичка покачала головой, тщательно подбирая слова, чтобы случайно не проболтаться о вещем сне, который Звездное племя послало ей вместо Мотылинки.

— Хотела бы я сама это знать! Понимаешь, яд, которым отравились эти коты, находится где-то на вашей территории. Ищи что-нибудь необычное, что неправильно пахнет. Особенно будь внимательна ко всему, что могли сделать или оставить Двуногие.

— Двуногие? Здесь? — озадаченно склонила голову Невидимка. — Ну ладно, тебе виднее. Я сейчас же пошлю на разведку всех свободных котов.

Мотылинка выбралась из своей палатки и положила к лапам Листвички жалкий пучок листьев тысячелистника. Молодая целительница разочарованно вздохнула, но отметила, что листья свежие. Все-таки лучше, чем ничего.

— Ладно, сначала будем спасать котят, — решила она.

Листвичка ткнула носом серого котенка, который со стонами корчился от боли, и похолодела, заметив, что его состояние заметно ухудшилось.

— Помоги-ка мне перенести его, — приказала она Мотылинке. — Нехорошо, если его стошнит прямо на подстилку.

Очень осторожно целительницы оттащили котенка поближе к берегу ручья и уложили на мох. Листвичка разжевала листик тысячелистника, стараясь не выронить ни одного зеленого перышка. Потом положила получившуюся кашицу в широко открытую пасть малыша.

— Проглоти, — приказала она, хотя и не была уверена в том, что котенок ее слышит.

Судорога прошла по горлышку котенка, и он выплюнул горькое лекарство. Но, видимо, какая-то часть все же попала внутрь, поскольку через несколько мгновений малыша обильно вырвало остро пахнущей слизью. Котенок затих, глядя затуманенным взглядом на Листвичку.

— Молодец, — погладила его лапой по голове целительница. — А теперь съешь одну можжевеловую ягодку и можешь поспать.

Мотылинка осторожно раздавила ягоду и подала ее котенку. Потом погладила малыша по горлышку, помогая проглотить. Ее ласковое урчание, так непохожее на недавние панические вопли, успокоило котенка, и он крепко заснул.

— Я думаю, с этим все будет хорошо, — прошептала Листвичка, вознеся беззвучную молитву Звездному племени. — Пойдем к остальным.

Когда целительницы потащили к ручью следующую малышку, она жалобно простонала:

— Живот болит.

— Сейчас тебе станет лучше, — пообещала Листвичка, засовывая ей в рот разжеванный тысячелистник.

Но больная тут же выплюнула все обратно.

— Фу, гадость!

— Делай, как тебе велят, Карпозубка, и проглоти все до крошки! — сурово прикрикнула Мотылинка.

— Не хочу… — захныкала малышка, но новая судорога боли заставила ее замолчать.

Мотылинка воспользовалась этим и снова затолкала ей в пасть лекарство, а Листвичка погладила по горлышку. Карпозубка снова застонала, а потом ее вытошнило точно такой же зловонной слизью, как и первого котенка.

— А теперь проглоти ягодку, — ласково пропела Мотылинка и быстро забросила можжевельник в протестующе разинутую пасть Карпозубки.

— Гадкий можжевельник, — прошептала малышка и снова принялась хныкать, но голос ее постепенно слабел, и вскоре она уже спала.

Листвичка с Мотылинкой отнесли ее обратно в гнездышко и подошли к третьему котенку, который выглядел хуже всех остальных.

— Мне кажется, она умерла, — горестно прошептала Мотылинка.

Листвичка склонилась над малышкой и увидела, что усики ее едва заметно шевелятся от слабого дыхания.

— Нет, она еще жива. — Листвичке очень хотелось обнадежить Мотылинку, но она видела, что больная уже на полпути в Звездное племя. «Но она не уйдет, если я сумею ей помочь!» — подумала про себя Листвичка. — Думаю, нам не стоит ее шевелить, — вслух сказала она. — Принеси лист щавеля, пусть ее стошнит в него.

Листвичка разжевала новую порцию тысячелистника. Все ее усилия приподнять больную оказались тщетными, поэтому Мотылинка просто разжала ей челюсти, а Листвичка как можно глубже просунула целебную кашицу в горлышко.

Больная слабенько срыгнула и выплюнула на лист щавеля немного слизи, перемешанной с кусочками тысячелистника.

— Этого не достаточно! — испуганно прошептала Мотылинка.

— Да, но все же лучше, чем ничего. Дадим ей немного отдохнуть, а потом попробуем еще разок.

Осталось всего два листа тысячелистника.

— Давай начнем с Буколапа, — предложила Мотылинка, указывая хвостом на молодого кота. — Если не считать котят, он самый плохой.

Она подхватила с земли тысячелистник и отошла. Листвичка хотела было последовать за ней, но тут на берегу показалась Невидимка; бока глашатой тяжело раздувались от быстрого бега.

— Листвичка! Я кое-что нашла! Может быть, ты пойдешь и взглянешь?

Листвичка посмотрела на Мотылинку.

— Конечно, беги, Листвичка! — заторопила она подругу. — Я тут отлично справлюсь.

Листвичка в последний раз окинула взглядом спящих котят, а потом взобралась по склону к Невидимке. Сердце ее подпрыгнуло от радости, когда она заметила Камышинника, бежавшего с полной пастью тысячелистника.

— Какой ты молодец! — ахнула Листвичка. — Скорее неси все это Мотылинке!

— Конечно, — не разжимая зубов, промычал Камышинник. — Отнесу и побегу за можжевельником.

Глашатая Речного племени провела Листвичку вдоль берега до того места, где колючая стена кустов преграждала нежданным гостям вход в лагерь. Кошки протиснулись в незаметный лаз, проложенный шустрыми Речными котами, очутились между двух ручьев и торопливо двинулись вверх по течению самого узкого в сторону границы с племенем Теней.

Достигнув вершины утеса, где поток воды вырывался из-под земли и пенился между двумя замшелыми валунами, Листвичка остановилась, чтобы перевести дух и принюхаться. В воздухе чувствовалось дыхание Гремящей тропы, служившей границей между Речным племенем и племенем Теней, но запах чудищ был слабым и старым: судя по всему, они уже давно не бегали этой дорогой. И тут уши у Листвички встали торчком — она почувствовала другой запах — очень похожий на тяжелый дух болезни, которым пропах весь берег вокруг палатки Мотылинки. Она подняла глаза на Невидимку.

— Сюда, — коротко бросила глашатая.

Чем ближе они подходили к границе племени Теней, тем сильнее становился смрад. Листвичка уже начала сомневаться в том, что источник беды находится на территории Речного племени, но тут Невидимка обогнула заросли орешника и снова бросилась в глубь своей территории. Кошки выбежали на маленькую полянку, окруженную стеной ежевики, и Листвичка увидела Коршуна и Черного Когтя. Коршун резко обернулся на шорох шагов и мгновенно вздыбил загривок, но тут же успокоился, завидев Невидимку.

— Докладывать не о чем, — бодро заявил он. — С тех пор, как ты ушла, у нас все было спокойно.

— Никаких следов племени Теней, — добавил Черный Коготь.

«При чем тут племя Теней?» — не поняла Листвичка. Они с Невидимкой ни разу не пересекали границу и сейчас тоже находились на территории Речного племени. Возможно, Коршун считает, что болезнь пришла из-за границы?

— Не вмешивай сюда племя Теней, — резко ответила Невидимка. — Ты оказалась права, Листвичка, это дело лап Двуногих. Иди, сама взгляни, только не подходи слишком близко.

Коршун и Черный Коготь слегка посторонились, и Листвичка увидела на краю поляны какую-то гладкую штуковину размером со взрослого барсука. Твердую и блестящую, как чудища Двуногих. Листвичка осторожно подползла ближе и увидела, что в одном месте гладкая кожа мерзкой штуковины была порвана. Липкая жидкость капала из трещины и стекала по блестящему боку на землю, где уже образовалась маленькая серебристо-зеленоватая лужица. Следы жидкости, видневшиеся на траве чуть поодаль, ясно показывали, что какие-то коты или другие звери случайно наступили в лужицу и разнесли ядовитую гадость на своих лапах.

Листвичка вдохнула едкую вонь и судорожно раскашлялась.

— Это оно! — прохрипела она. — Эта гадость запросто может убить кота, она даже выглядит жутко!

— И воняет мерзко, — проворчал Коршун, брезгливо морща нос.

— Что-то мне не верится, — пробормотал Черный Коготь. — Да ни один кот в здравом уме не станет лизать эту пакость! Надо быть совсем мышеголовым, чтобы…

— Сам ты мышеголовый! — разозлилась Невидимка. — Ты до сих пор не понял, что коты разнесли эту дрянь на своих лапах? Кто-то случайно наступил в лужу, потом стал вылизываться — и все!

— В этой луже могли побывать и другие животные, — заметила Листвичка. — Мыши, например. Если кто-нибудь из Речных котов убил и съел такую мышь, он сразу же отравился этим ядом.

Невидимка с ужасом посмотрела на нее:

— Но это значит, что вся наша территория уже заражена!

— Я так не думаю, — успокоила ее Листвичка. — Просто нужно предупредить всех котов, чтобы держались подальше от этого места. Что касается дичи, то все, кто побывал в этой луже, уже умерли или умрут до того, как успеют разнести заразу. Так что не думаю, чтобы дичь, пойманная в другой части леса, может быть опасна.

— Я сейчас же доложу Пятнистой Звезде, — кивнула Невидимка.

— Надо же, как вовремя, — понизив голос, хмыкнул Коршун, обернувшись к Черному Когтю. — При правильно организованных патрулях мы бы уже давным-давно знали об этой дряни!

Листвичка нахмурилась. Всем известно, что за патрули отвечает глашатай; выходит, Коршун почти открыто обвинял Невидимку в том, что племя умирает от болезни. Коршун занял место глашатая Речного племени, когда Двуногие похитили Невидимку. Понятно, что ему было не слишком приятно снова стать обычным воином, вернув власть возвратившейся Невидимке, но это еще не повод подрывать авторитет глашатаи перед рядовыми воинами! Тем более что упрек Коршуна был несправедливым: в Речном племени просто не хватило бы котов, чтобы за такой короткий срок обшарить каждый уголок такой огромной территории!

Черный Коготь горячо закивал, презрительно покосившись на голубоглазую Невидимку. «Значит, он тоже жалеет о тех временах, когда Коршун был глашатаем? — подумала Листвичка. — Выходит, Коршун уже собирает вокруг себя котов, которые преданы лично ему, а не племени?»

Тем временем Невидимка развернулась и направилась обратно в лагерь. Если она и заметила выпад Коршуна, то предпочла не подавать виду.

— Мы наберем побольше колючек и огородим эту пакость, — громко крикнул ей в спину Коршун. Потом обернулся к Черному Когтю и совсем другим тоном добавил: — Мы ведь не хотим, чтобы кто-нибудь снова сунулся сюда, будь то коты или дичь. В конце концов, кто-то должен позаботиться о племени!

Он подбежал к ближайшему кусту и начал отдирать когтями сухую ветку. Черный Коготь бросился на помощь и поволок оторванную плеть к вонючей лужице, вытекшей из штуковины Двуногих.

— Помойте лапы после того, как закончите, — сухо посоветовала Листвичка, сделав вид, что не расслышала оскорбительного замечания Коршуна. — Вымойте, а не вылизывайте!

— Правильно говоришь, — хмыкнул Коршун и побежал на поиски новой ветки.

Листвичка нагнала Невидимку.

— Я одного никак не пойму, — протянула целительница. — Как могли заболеть котята? Ведь они слишком малы, чтобы вылезать из детской.

Невидимка горестно вздохнула:

— Несколько дней назад они сбежали из лагеря и отправились исследовать территорию. Это все Карпозубка затеяла! Просто наказание какое-то, а не котенок! От нее неприятностей больше, чем звезд в Серебряном Поясе. Я смогу спокойно спать только тогда, когда она окажется в лапах опытного наставника!

— Такие малыши еще не могли сами поймать дичь, значит, они набрели на эту пакость. — Листвичка невольно поежилась, представив, как котята вылизывали лапки, перепачканные в ядовитой зеленой жидкости. — Они никому не рассказывали о том, что нашли?

Невидимка отрицательно помотала головой.

— Значит, остальные коты заразились через отравленную дичь, потому что в противном случае они бы обязательно доложили о странной штуковине Пятнистой Звезде.

— Котята ни словечком не обмолвились, — вздохнула Невидимка. — Я была в ярости, узнав, что они покинули лагерь. Наверное, после такой взбучки они боялись и слово лишнее сказать. — Она внезапно остановилась: — Великое Звездное племя! Первоцветик — их мать! Она вылизала их досуха после того, как они вернулись — и заболела первой из взрослых котов!

— Похоже на то, что так оно и было, — протянула Листвичка. — Придется мне поговорить с этими котятами, когда они проснутся.

— А они проснутся?

— Надеюсь, — вздохнула Листвичка. Ей было ясно, что Мотылинка не могла своими силами спасти слабенькие жизни умирающих котят. — С помощью Звездного племени, — тихо добавила она.

День подошел к концу, когда кошки вернулись в лагерь Речного племени. Большая часть котов разбрелась по своим палаткам, только несколько воинов еще заканчивали свой ужин возле кучи со свежей добычей.

— Кстати, о свежатине, — встрепенулась Листвичка. — Я бы посоветовала перебрать кучу и выбросить все, что подозрительно пахнет.

Невидимка кивнула головой и побежала к палатке Пятнистой Звезды, чтобы предупредить предводительницу.

Листвичка кубарем скатилась вниз по берегу и бросилась к Мотылинке.

— Как дела? — спросила она у целительницы, склонившейся над королевой Первоцветик.

— Никто не умер, зато Криволапа заболела, — махнула хвостом Мотылинка на грузную старейшину, лежавшую на берегу. — Я дала ей тысячелистник, и, похоже, ей сразу стало лучше.

Листвичка вспомнила, что Криволапа вместе с Коршуном выносила тело Плющевика из лагеря. Возможно, она каким-то образом получила яд от умершего. Коршун тоже был там, но он выглядел вполне здоровым, кроме того, сейчас он явно будет держаться подальше от яда.

— Мы выяснили, в чем дело. — И Листвичка коротко рассказала Мотылинке о блестящей штуковине Двуногих и зеленой луже, которая натекла из-под нее.

— Значит, беда все-таки пришла от Двуногих! — устремила взгляд на Листвичку Мотылинка. Потом поежилась и дернула хвостом. — Пойду, осмотрю больных.

Не успела Листвичка склониться над заболевшей королевой, как вдруг сбоку что-то промелькнуло. Маленький котенок стоял в дальнем конце шеренги больных котов, в сумраке Листвичка смогла разглядеть лишь его серо-белую шерстку. Сначала она подумала, что один из Первоцветиковых деток вдруг почувствовал себя лучше и вскочил на лапы, однако приглядевшись, поняла, что этот котенок намного старше, да и выглядит совершенно здоровым.

— Мотылинка, иди сюда! — громко позвал котенок.

— Кто это? — спросила Листвичка, бросаясь вслед за Мотылинкой.

— Ивушка, дочка Моховушки. — Голубые глаза Мотылинки засветились от нежности при взгляде на светло-серого малыша. — Она частенько приходит помогать мне и уже знает почти все травы. Ты просто представить себе не можешь, какая она смышленая! Ивушка, это целительница Листвичка из Грозового племени.

Ивушка почтительно склонила голову.

— Мотылинка, скорее иди сюда, посмотри на Буколапа, — настойчиво попросила она.

Маленький оруженосец лежал на боку, тяжело дыша. Широко распахнутые глаза подернулись мутью.

— Что с ним такое? — спросила Ивушка, испуганно вытаращив глаза. — Никто из остальных так не мучается!

Мотылинка оцепенела, растерянно уставившись на котенка, поэтому Листвичка решила вмешаться.

— Ты давала ему можжевельник?

— Да, от боли в животе, — очнулась Мотылинка. — Нужно облегчить ему дыхание! Ах, если бы у меня была мать-и-мачеха! — простонала она, горестно махнув хвостом. — Цветы уже появились, но нам-то нужны листочки, а их не будет еще месяц!

Листвичка с досадой посмотрела на подругу. Какой смысл убиваться по поводу листьев, сезон которых еще не наступил? Дыхание Буколапа слабело на глазах, он умирал — а она рассуждает о достоинствах лечебных трав! Похоже, мусор Двуногих в этом случае оказался ни при чем… Состояние Буколапа явно вызвано чем-то другим, но времени на поиски отгадки почти не оставалось.

— Может быть, у него что-то в горле застряло? — осенило Листвичку. Трудно поверить, что Буколап просто чем-то подавился, но учитывая, что молодой оруженосец только что перенес тяжелое отравление, можно предположить и самое невозможное. Вдруг у него просто не хватает сил, чтобы откашляться?

Мотылинка разжала котенку пасть, и Листвичка заглянула ему в глотку:

— Там что-то есть, только глубоко…

— Давай я попробую!

Ивушка просунула свою тонкую лапку в глотку Буколапа и вытащила наружу комок полуразжеванных листьев тысячелистника.

— Умница! — перевела дух Листвичка.

Мотылинка отпустила котенка, и тот повалился на землю, дрожа и судорожно глотая воздух.

— Ивушка, принеси водички, — попросила Мотылинка.

Помощница бросилась к берегу ручья, содрала когтями комок свисающего мха и окунула его в воду. Через несколько мгновений она уже стояла над Буколапом и выжимала ему воду в пасть. Тем временем бока котенка перестали угрожающе вздыматься, дрожь утихла, и оруженосец, свернувшись поудобнее, закрыл измученные глаза.

Мотылинка кончиком хвоста дотронулась до плеча Ивушки и тихо прошептала:

— Ты спасла ему жизнь. Я обязательно расскажу ему об этом, когда он проснется.

Глаза Ивушки заблестели от счастья.

— Теперь я понимаю, что чувствуют целители, когда спасают больных, — восторженно прошептала она. — Это самое чудесное, что только есть на свете! Веселее, чем ловить рыбу и прятаться в крапиве!

— Так оно и есть, — мурлыкнула Листвичка. — Я до сих пор помню, как впервые приложила корень лопуха к крысиному укусу. Тогда я просто глазам своим не поверила, когда рана начала затягиваться!

— Помнишь, как ты спасла Камышинника, когда он захлебнулся? — вспомнила Мотылинка. — А ведь тогда ты была всего лишь ученицей!

Листвичка растроганно посмотрела на подругу, которая не постыдилась вспомнить о том давнем случае.

— Нет ничего прекраснее той радости, которую испытываешь, помогая своим соплеменникам, — сказала она Ивушке. — Я не представляю себе иной жизни, честное слово.

— Но не думай, что каждый день будешь спасать жизни, — улыбнулась Мотылинка, ласково глядя на Ивушку. — В нашем деле очень много скучных и трудных обязанностей.

— Но ведь это тоже важно, правда? — спросила Ивушка.

— Разумеется, — заверила Мотылинка. — И сейчас я хочу попросить тебя выполнить важное задание. Подежурь, пожалуйста, возле Буколапа и немедленно позови меня, если заметишь малейшее изменение в его дыхании.

Ивушка уселась возле спящего оруженосца, крепко обернула хвост вокруг лапок и устремила немигающий взгляд на больного.

Мотылинка с Листвичкой отошли к другим котам. По дороге Листвичка думала о том, что Мотылинка, похоже, нашла себе отличную ученицу. Вот только как она будет наставлять Ивушку, если не может передать ей мудрость Звездного племени?

Она отогнала неприятные мысли и приступила к осмотру больных. Все спокойно спали, и Листвичка начала надеяться на то, что самое страшное уже позади. Вот только Первоцветик по-прежнему оставалась очень плоха.

Последними целительницы осмотрели котят, которые лежали во мху в палатке Мотылинки. Маленький серый котенок спал, зато глазенки Карпозубки поблескивали в темноте.

— Есть хочу! — заныла она, едва завидев целительниц.

— Хороший признак, — вполголоса заметила Мотылинке Листвичка. — Значит, мы полностью очистили ее желудок от яда.

— Мама пока не может тебя накормить, — прошептала Мотылинка, покосившись на неподвижное тело королевы. — Если хочешь, можешь попить воды.

Карпозубка собралась было захныкать, но передумала. Она с усилием поднялась на дрожащие лапки, доковыляла до ручья и, усевшись на берегу, принялась лакать. Листвичка не сводила с нее глаз, на случай, если ослабевшая малышка потеряет равновесие и упадет в воду.

— Листвичка, — раздался за ее спиной безжизненный голос Мотылинки.

Листвичка резко обернулась. Мотылинка низко склонилась над самым слабым котенком и обнюхивала его шерсть. Потом подняла голову и с тоской посмотрела на подругу.

— Мы опоздали с тысячелистником. Она умерла.

Тем временем Карпозубка закончила пить и поднялась, чтобы вернуться в палатку.

— Ничего ей не говори, — предупредила подругу Листвичка и поспешно накрыла мхом неподвижный комочек. — Утром котятам станет лучше, а там, глядишь, и Первоцветик сможет их покормить. Карпозубка, — повысила она голос, когда черная непоседа снова улеглась на подстилку из мха. — В тот день, когда вы сбежали из лагеря, вы не находили в лесу ничего необычного? Например, какой-нибудь мусор, оставленный Двуногими?

Глазенки Карпозубки испуганно забегали:

— Откуда ты знаешь?

— Знаю, — кивнула Листвичка. — Я сама видела эту штуковину. Вы дотрагивались до липкой лужи? — Заметив, как смутилась Карпозубка, она ласково проговорила: — Не бойся, никто не будет тебя ругать.

Карпозубка еще немного посопела, а потом тоненько пропищала:

— Да, мы ее потрогали. Мы так играли — бегали по луже и оставляли следы на траве. А потом я подговорила Галечницу попробовать эту гадость на вкус…

Мотылинка ахнула от ужаса:

— Как же ты могла?! Неужели можно быть такой мышеголовой?

— И она выпила? — спросила Листвичка.

— Мы все выпили по чуть-чуть, — призналась Карпозубка, брезгливо сморщив носик. — Ужас, что за гадость!

Мотылинка растерянно уставилась на нее:

— Вот, оказывается, как все это было… А мы и не догадывались!

— Теперь ты понимаешь, почему маленьким котятам запрещают прикасаться к незнакомым предметам? — печально вздохнула Листвичка, не сводя глаз с Карпозубки. — Когда ты станешь ученицей и получишь разрешение самостоятельно выходить из лагеря, ты должна будешь специально докладывать своему наставнику обо всем, что найдешь в лесу Даже на собственной территории может притаиться опасность. А теперь пообещай, что больше никогда не натворишь таких глупостей.

— Обещаю, — пискнула малышка. Она устало опустила веки, но тут же испуганно открыла глаза: — Значит, это все из-за меня?

Листвичка покачала головой. Бедняжке предстоит еще долго раскаиваться, когда утром она узнает о смерти сестры… Сейчас ей нужен покой.

— Нет, глупышка. А теперь спи.

— Я просто не понимаю, почему ты так воркуешь над этой паршивкой! — возмущенно прошипела Мотылинка, когда больная уснула. — Будь моя воля, уж я бы ей все уши оттрепала! Подумать только, сколько беды из-за этих котят! Болезнь, умершие котята…

— Ты прекрасно знаешь, что и когтем не тронула бы ни одного из них, — грустно усмехнулась Листвичка. — Что с них взять, они всего лишь котята. Они не понимали, что делают… Теперь мы знаем, что Первоцветик заразилась от своих детей, а остальные коты либо принесли отраву на подушечках лап, либо съели отравленную добычу.

— Ты права, — кивнула Мотылинка. — И все-таки, им бы следовало быть хоть чуточку поумнее! — Она разинула пасть и широко зевнула.

— Ты устала, — сказала Листвичка. — Иди-ка, поспи. Я пока подежурю, а в полночь разбужу тебя.

— Ладно. Спасибо тебе, Листвичка — за все.

Листвичка обвела глазами больных: все они спокойно спали, даже Буколап.

— Он поправится, — негромко сказала она Ивушке. — Я присмотрю за ним, а ты возвращайся в детскую к маме. И обязательно расскажи ей, как ты нам помогла.

Ивушка поклонилась и, сверкая глазами, бросилась вверх по склону. Оставшись одна, Листвичка прилегла возле спящего оруженосца и подвернула под себя лапки. Над ее головой горели звезды и сияла с небес почти полная луна. Листвичка беззвучно воззвала к Звездному племени и горячо поблагодарила его за то, что болезнь в Речном племени, кажется, пошла на убыль.

За всеми этими хлопотами она совсем забыла о том, что пообещала в сумерки встретиться с Грачом возле острова.

Глава XI

Белка остановилась под деревом и прислушалась. В лесу все было тихо, только ветер шелестел в кронах. Она принюхалась. Запахи были слабые: из-за затянувшихся холодов вся мелкая дичь сидела по своим норкам. Поежившись, Белка побрела вперед, не разбирая дороги.

Вообще-то она не собиралась охотиться. Они с Угольком и Березовиком решили сходить на поросшую мхом полянку, которую совсем недавно обнаружила Яролика. Но когда они втроем вылезли из лаза в ежевике, то столкнулись с Ежевикой, который возвращался с тренировки вместе с Долголапом и Сероусом.

— Куда это вы направляетесь? — спросил он Белку, взмахом хвоста отпустив молодых воинов.

— Уголек хочет отработать с Березовиком несколько боевых приемов, — ответила Белка, сделав вид, что не замечает его вызывающего тона. — А я решила пойти с ними.

— Неправильно решила, — рявкнул Ежевика. — У Березовика есть наставник, и его зовут Уголек. Если тебе нечем заняться, сходи поищи блох у старейшин.

— Не смей указывать, что мне делать! — угрожающе зашипела Белка.

— Не нравится — так веди себя поумнее! — огрызнулся Ежевика. — Даже с появлением второго оруженосца у нас в племени дел по горло. — Он сердито махнул хвостом и скрылся в кустах.

— Лучше мы пойдем вдвоем, — мягко сказал Белке Уголек и посмотрел на Березовика, который был явно напуган этой внезапной перепалкой. — Не стоит искать неприятностей.

— Это Ежевика устраивает неприятности! — прошипела Белка. В глубине души она понимала, что Уголек прав. Даже в старом лесу, когда у них было много оруженосцев, ученики с наставниками обычно тренировались без посторонних. — Ладно, увидимся позже. А блох выбирать я все равно не пойду! — крикнула она в спину удаляющимся Угольку с Березовиком. — Пусть Ежевика не думает, будто я стану выполнять его приказы!

Чем дальше она отбегала от лагеря, тем понятнее становилось для нее поведение Ежевики. Должно быть, он просто с ума сходит от зависти к Угольку. Еще бы, ведь единственный оруженосец племени ускользнул у него из лап! «А может, он злится из-за того, что мы с Угольком теперь все время вместе? — вдруг подумала она. — Но он же сам дал понять, что ему плевать на меня, так какое он имеет право беситься, как покусанный пчелами барсук?» Белка решила немного поохотиться и принести какую-нибудь добычу в общую кучу. Пусть Ежевика не смеет говорить, что она пренебрегает воинским долгом!

Внезапно в ноздри Белке ударил сильный запах племени Теней: она очутилась возле самой границы, рядом с сухим деревом. В следующий миг она услышала злобное шипение, за которым последовал боевой кошачий мяв. Неужели она снова по ошибке переступила границу?

И тут куст папоротника, росший в нескольких хвостах от границы, вдруг заколыхался, и из него клубком выкатились двое дерущихся котов. В одном из них Белка сразу узнала Рыжинку, вторым был огромный черно-белый котище из гнезда Двуногих.

Рыжинка взвизгнула от боли, когда домашний кот вцепился зубами ей в горло. Белка не могла спокойно стоять и смотреть на то, как погибает ее подруга и бывшая соплеменница. С яростным воплем она перелетела через границу и шлепнулась на спину домашнему коту.

— Сейчас же отпусти ее, паршивец!

Чтобы подкрепить свои слова делом, она прошлась когтями по его боку. Домашний взвыл от боли и бешенства. Освободившаяся Рыжинка клубком выкатилась из-под него и, развернувшись, ударила когтями по уху. Враг опрокинулся на спину, несколько раз ударил кошек своими сильными задними лапами, а потом вскочил и бросился наутек.

— Спасибо, — выдохнула тяжело пыхтящая Рыжинка. — Он сидел в засаде и неожиданно набросился на меня.

— Не за что. Всегда рада прийти на помощь.

Рыжинка втянула голову и затравленно обвела глазами поляну, как будто за каждым деревом ей чудилась опасность. Белка стояла так близко, что почувствовала отчетливый запах страха, волнами исходивший от ее шерсти. Это было очень странно. Рыжинка славилась своей храбростью, кроме того, она находилась на своей территории.

— В чем дело? — прямо спросила Белка.

Ужас промелькнул в глазах Рыжинки, она отпрянула и помотала головой:

— Ничего особенного.

— Ага, расскажи еще, что ежи полетели! — фыркнула Белка. — Слушай, Рыжинка, я же вижу, что ты чем-то расстроена. Это ведь не из-за этого блохастого дуралея, правда?

— Оставь меня в покое, слышишь? — оскалилась Рыжинка. — Тебе вообще нечего здесь делать. Скажи спасибо, что тебя до сих пор не сцапал наш патруль! — Она развернулась и потрусила вглубь своей территории.

Белка покрутила головой, убедилась в том, что вокруг никого нет, и бросилась вдогонку за подругой.

— Постой, Рыжинка!

Рыжинка резко остановилась в тени высокой ели.

— Ты мышеголовая дура, Белка! — прошипела она. — Уноси лапы с нашей территории! Если тебя застанет патруль, наши оторвут тебе уши, а у меня будет еще больше неприятностей, чем теперь!

Но Белка и ухом не повела. Она внимательно посмотрела на подругу и вдруг заметила, что Рыжинка страшно исхудала. Ребра, словно кривые ветки, выступали у нее из-под шкуры, шерсть свалялась.

— Я никуда не уйду, пока ты не расскажешь мне, что происходит, — твердо заявила Белка.

— Ты никогда не уступаешь, да? — вздохнула Рыжинка. Она поглубже залезла под ель, чтобы низкорастущие ветки скрыли ее от глаз случайного патруля.

Белка полезла следом и ласково вылизала подруге уши.

— Расскажи мне все, не бойся.

— Ты помнишь, где живет этот черно-белый кот? — устало начала Рыжинка. — У нас на территории стоит гнездо Двуногих. Так вот, там есть еще один домашний любимчик. Кошечка.

Белка возмущенно изогнула хвост:

— Как же, забудешь про такое! Да эта парочка едва не спустила с меня шкуру!

«И я пропала бы, если бы Ежевика меня не спас», — печально добавила она про себя.

— Ну вот, из-за этих котов у нашего племени большие неприятности, — нехотя призналась Рыжинка.

— Неприятности из-за парочки домашних увальней?! — Белка просто ушам своим не поверила. — Ты хочешь сказать, что целое племя воителей страдает из-за каких-то домашних котишек?!

— Не вижу ничего смешного! — рявкнула Рыжинка. — Вчера они подкараулили Когтишку, когда тот был один. Они напали на него вдвоем и бросили, истекающего кровью. Он чудом дополз до лагеря… и умер, — воительница скорбно опустила глаза.

— Великое Звездное племя! Я не знала… Мне так жаль!

— Рябинник, наставник Когтишки, собрал патруль и отправился мстить, — продолжала Рыжинка. Голос ее звучал сухо и бесстрастно, словно у нее уже не осталось сил, чтобы разделить ужас Белки. — Но когда эти бандиты увидели наших, они сбежали в свое гнездо. Их хозяева выбежали на крик и принялись швырять в наших патрульных чем-то тяжелым. Они ранили Кедровку, искалечили ему лапу… Эти домашние коты — настоящие трусы! — с ненавистью прошипела Рыжинка. — Они нападают вдвоем на одного или на тех, кто слабее их!

Белка прижалась щекой к боку подруги.

— Грозовое племя придет вам на помощь! — пообещала она. — Я сейчас побегу и приведу Огнезвезда!

Рыжинка удивленно вытаращила глаза.

— Не болтай чепухи! Это дело касается только племени Теней.

— А я так не думаю. Грозовое племя не станет сидеть сложа лапы, пока вас будут убивать по одиночке!

Рыжинка вскинула голову, тоска исчезла из ее глаз, теперь в них сверкало возмущение.

— Уж не думаешь ли ты, что племя Теней такое немощное, что не сможет самостоятельно справиться с парой домашних мерзавцев?

— Нет, я так не думаю. Конечно, рано или поздно вы их отучите разбойничать, — согласилась Белка. — Но сколько котов погибнут до того, как это случится? Что плохого в том, чтобы вместе придумать, как отбить у этих шелудивых негодяев всякую охоту пакостить в лесу? Ты просто мышеголовая дурочка, если отказываешься от помощи, вот что я тебе скажу!

Глаза Рыжинки вспыхнули, и Белка едва удержалась, чтобы не присесть. Сестра Ежевики недаром считалась одной из самых сильных воительниц во всем лесу.

— Решать не мне, а Чернозвезду, — сухо напомнила она.

— Я скоро вернусь! — пообещала Белка.

Нисколько не беспокоясь о том, что ее могут заметить, Белка вихрем перелетела через границу и понеслась в свой лагерь. Грозовое племя обязано помочь соседям. Нельзя допустить, чтобы парочка домашних бездельников издевалась над целым племенем!

Когда впереди показалась густая стена ежевики, Белка замедлила бег и выровняла дыхание, чтобы не пыхтеть, докладывая Огнезвезду о случившемся. Выскочив из лаза, она сразу же увидела отца. Огнезвезд лежал возле кучи со свежей добычей и лакомился сочной полевкой вместе с Песчаной Бурей. Дым с Угольком сидели рядом и о чем-то переговаривались между собой. Ежевика, лежа в нескольких хвостах от них, в полном одиночестве жадно уплетал лесного голубя.

Белка подбежала к отцу.

— Я только что видела Рыжинку! — выпалила она и быстро рассказала Огнезвезду обо всем, что услышала от воительницы племени Теней. — Эти два куска лисьего помета изводят целое племя! — закончила она. — Я пообещала Рыжинке, что мы придем им на помощь!

— Ты не имела никакого права раздавать такие обещания, — сварливо заявил Дым.

Белка воинственно вздыбила шерсть, но Огнезвезд взмахом хвоста закрыл ей пасть.

— Каждое племя должно само защищать себя, — кивнул он. — Этому учит нас Воинский закон. Но где бы мы были сейчас, если бы слепо следовали этому закону в то время, когда Двуногие уничтожали наш лес? Чудища передавили бы нас всех поодиночке.

— Ты позволишь нам помочь племени Теней? — с надеждой спросила Белка. — Не забывай, что я уже видела эту блохастую мерзавку на нашей территории! У нас тоже будут неприятности, если мы не проучим этих разбойников.

— Я пойду!

Белка вздрогнула от неожиданности, услышав за спиной басовитый голос Ежевики. Она даже не заметила, как он подошел ближе, чтобы выслушать ее рассказ.

Огнезвезд повел ушами в сторону полосатого воина:

— Я пока не сказал, что кто-то из моих воинов вообще куда-то пойдет.

— И не надо! — взорвался Дым. — Мы только-только начали приходить в себя после путешествия, и целительница у нас сейчас всего одна. Кстати, вторая ушла помогать другим нашим соседям! Сколько можно? С какой стати мы раз за разом должны взваливать на себя чужую беду? Все равно никакой благодарности не дождешься!

— Не должны, но можем попытаться, — заметила Песчаная Буря и устремила на Дыма пристальный взгляд своих светло-зеленых прозрачных глаз. — Белка сказала, там уже погиб один оруженосец. Что если бы на его месте оказался Березовик?

Дым не нашелся, что ответить.

— Значит, ты пошлешь патруль? — нетерпеливо спросил Ежевика. — Не забывай, что Рыжинка — моя сестра. Ради нее я готов драться с самим Звездным воинством, а не то что с парой домашних котиков!

— И я тоже! — подтвердила Белка. — Мы путешествовали вместе с Рыжинкой. Мы не можем просто бросить ее в беде!

Ежевика сузил глаза, глядя куда-то ей за спину. Белка обернулась и увидела приближающегося Уголька. Тот выглядел не на шутку встревоженным. Подойдя к Белке, он уткнулся носом ей в щеку и замер.

— Мы должны помочь племени Теней, — выпалила Белка, испугавшись, что Уголек станет возражать. — Ты же понимаешь, правда?

— Я понимаю, почему ты так решила, — ответил серый воин. — Ты всегда верна своим друзьям. Я не хотел бы, чтобы ты была другой.

Нежное урчание исторглось из ее горла. Она прижалась к плечу Уголька и почувствовала, как оцепенел стоящий рядом с ней Ежевика.

— Решено! — объявил Огнезвезд. — Посылаем патруль. Ежевика, ты возглавишь отряд, но ничего не предпринимай, прежде чем не поговоришь с Чернозвездом. Если он откажется от нашей помощи, немедленно возвращайтесь обратно. Все понятно?

— Да, Огнезвезд.

— Белка, иди с ними, — с улыбкой пошевелил усами Огнезвезд. — Все равно ведь увяжешься, так что лучше дать тебе разрешение.

— Спасибо, Огнезвезд! — весело помахала хвостом Белка.

— Возьми с собой сильных котов, Ежевика, — продолжал предводитель. — И немедленно выступайте.

Ежевика бросился через поляну к воинской палатке.

— Я тоже пойду! — вызвался Уголек.

— Не стоит, — покачал головой Огнезвезд и добавил, взглянув на поникшего воина: — Ты обещал Березовику, что пойдешь с ним охотиться. Мы ведь не хотим, чтобы котенок чувствовал себя обманутым?

— Конечно нет, Огнезвезд, — с тяжелым вздохом пробормотал Уголек.

Белка промолчала. Она знала, что Ежевика все равно ни за что не взял бы с собой Уголька. Ожидая возвращения полосатого воина, она в нетерпении драла когтями землю.

— Наверное, бесполезно просить тебя быть осторожнее? — мрачно спросил Уголек.

Белка погладила его по спине кончиком хвоста:

— За меня не беспокойся!

Она снова вспомнила свою первую стычку с домашними котами. Еще тогда было понятно, что от них будут одни неприятности! Шерсть на загривке Белки встала дыбом в предвкушении скорой мести.

— Все будет хорошо, — пообещала она Угольку. — Мы так отделаем этих котиков, что они пожалеют о том дне, когда впервые услышали про лесные племена!

Глава XII

Ежевика вышел из палатки в сопровождении Бурого, Терновника, Белохвоста и Сероуса. Белка со всех лап бросилась к ним.

— Рыжинка, наверное, ждет там, где мы расстались, — сказала она. — Она отведет нас к Чернозвезду.

— Хорошо, — коротко кивнул Ежевика. — Тогда показывай дорогу.

Он уступил ей место, и Белка затрусила через лес. Она больше не бежала, потому что им предстоял долгий путь, и нужно было сберечь силы для битвы.

— Какой у нас план? — поинтересовался Терновник.

— Пока никакого, — ответил Ежевика. — Придем к Чернозвезду, предложим помощь, скажем, что готовы подчиняться его приказам. Если он согласится, будем вместе с ним и его воинами думать над планом.

Они нашли Рыжинку возле самой границы. Она сидела под кустом папоротника, так что листва полностью скрывала ее пеструю шерстку. Увидев брата и сильный отряд за его спиной, она вскочила, и глаза ее осветились надеждой.

— Видишь? — крикнула Белка. — Я же сказала, что Огнезвезд пришлет помощь!

Ежевика потерся носом о нос сестры:

— Веди нас к Чернозвезду.

Вся земля вокруг лагеря пропахла болью и страхом, но никого из котов пока не было видно. Патрульные остановились на краю оврага и стали ждать. Вскоре ветви кустов зашуршали, и из зарослей вышел Чернозвезд. В несколько могучих прыжков он взлетел по склону и, распушив шерсть, остановился перед соседями.

— Что здесь происходит? — рявкнул он. — Что делают Грозовые коты на моей территории? В чем дело, Рыжинка?

Рыжинка склонила голову перед своим предводителем:

— Домашний кот напал на меня в лесу, а Белка помогла его прогнать. Я рассказала ей о нашей беде, и она привела нам на помощь патруль Грозового племени.

Низкое рычание исторглось из горла Чернозвезда:

— Ты посмела посвятить чужаков в тяготы своего племени?!

Рыжинка, не дрогнув, выдержала его грозный взгляд.

— Я рассказала только Белке. Она не чужак, а друг.

— Рыжинка — моя сестра, — вышел вперед Ежевика.

Чернозвезд только пренебрежительно фыркнул:

— Рыжинка — прежде всего воительница своего племени, а уж потом сестра и подруга. В этом состоит ее долг — вернее, должен бы состоять.

Рыжинка угрожающе ощетинила шерсть:

— Чернозвезд! Ни разу в жизни я не дала тебе повода усомниться в моей преданности.

Предводитель племени Теней молча обвел глазами шестерых Грозовых воинов.

— И ты смеешь говорить об этом после того, как привела в свой лагерь целый отряд соседских воинов?

— Мы повернемся и уйдем обратно, если ты этого хочешь, — подал голос Терновник. — Ты предводитель — тебе решать.

— Не будь глупцом, Чернозвезд! — раздался из кустов глухой голос Кедровника. Серый воин с усилием вылез из-под куста, вскарабкался по склону и остановился возле своего предводителя. Белка сразу заметила, что он хромает, и вспомнила, что Двуногие ранили его во время стычки патрульных с домашними котами. — Нам не справиться в одиночку.

— Кедровник прав, — присоединился к товарищу Рябинник. — Эти коты убили моего оруженосца. Я буду рад помощи любого, если он поможет мне выпустить кишки негодяям!

Чернозвезд заколебался, переводя тяжелый взгляд с одного воина на другого. Шерсть у обоих стояла дыбом, глаза горели неистовым пламенем. Наконец предводитель племени Теней мрачно кивнул головой.

— Ладно. Кедровник, позови Ржавницу. Соберем патруль и вместе с Грозовыми котами отправимся к гнезду Двуногих. Но ты никуда не пойдешь, — крикнул он вслед ковыляющему воину. — Ты не годишься для битвы.

Кедровник бросил на него негодующий взгляд, но не посмел спорить.

— Чернозвезд, мне кажется, что нам не следует убивать этих котов, — сказал Ежевика. — И калечить их тоже не нужно.

— Что?! — поперхнулся шипением Рябинник, прежде чем предводитель успел ответить. — Они убили моего оруженосца, слышишь?! Я требую мести!

— Мести? — переспросил Ежевика, и его янтарные глаза холодно сверкнули. — Но если мы убьем домашних котов, Двуногие тоже захотят нам отомстить. Они наверняка уже знают о том, что вы поселились в этом овраге.

— Правильно! — взмахнул хвостом Белохвост. — У Двуногих тоже есть свои маленькие племена. — Он брезгливо передернулся и пояснил: — Однажды я по глупости попался в одно такое домашнее племя. Двуногие очень привязаны к своим питомцам. Если вы убьете их любимчиков, они не успокоятся, пока не перебьют вас или не выгонят прочь. Вы не забыли, что они сделали с нашим старым лесом? Хотите, чтобы это повторилось и здесь?

— Так что же, нам теперь вечно терпеть разбой этих негодяев? — крикнул Рябинник. — Как нам отвадить их? Может быть, вежливо попросить убраться восвояси?

— Если нам удастся заманить их в ловушку, можно заставить их дать слово прекратить разбой, — предложила Белка. — Они испугаются, когда увидят, что нас так много!

— Хорошая мысль, — одобрил Ежевика.

Белка вытаращила глаза, растроганная его неожиданной похвалой.

— Попробуем, — решил Чернозвезд.

В это время из кустов выбралась глашатая Ржавница, а за ней показался Дубравник, самый щуплый и маленький воин племени Теней.

— План будет такой, — громко провозгласил Чернозвезд. — Идете к гнезду Двуногих, выманиваете оттуда домашних котов и берете с них слово оставить нас в покое. Предупредите, что мы порвем их в клочья, если они еще хоть раз сунутся на нашу территорию! — Он посмотрел в глаза Ежевике и медленно добавил: — Я знаю, что говорю! Я готов на все, чтобы защитить свое племя. Но сегодня мы не будем их убивать, и калечить тоже не станем. Ты хорошо меня слышал, Рябинник?

Палевый кот низко опустил голову и что-то неразборчиво процедил сквозь зубы.

— Вот так, — кивнул Чернозвезд. — А теперь идите. Я останусь защищать лагерь.

«Неужели они в самом деле так напуганы, что сам предводитель должен брать на себя охрану лагеря от домашних котов?» — удивилась Белка. Но перехватив недоверчивый взгляд, который Чернозвезд украдкой бросил на здоровенного Ежевику, она все поняла. Сумрачный предводитель до сих пор до конца не верил в искренность Грозовых котов и опасался, что они могут потихоньку вернуться и напасть на лагерь, оставшийся без сильных воинов.

«Как это похоже на племя Теней! — презрительно фыркнула Белка. — Думают, все кругом такие же коварные и вероломные, как они сами!»

— Да хранит вас Звездное племя, — пробурчал Чернозвезд, скрываясь под кустами.

Ржавница взмахом хвоста подозвала своих воинов и повела их вдоль края оврага к противоположному склону. Ежевика кивнул своим товарищам и пошел следом.

Глашатая племени Теней остановилась в нескольких лисьих прыжках от гнезда Двуногих, под прикрытием склона, густо заросшего папоротниками.

Гнездо окружала шершавая каменная стена. Оба домашних котика сидели на ограде и таращили глаза в сторону леса. Белка сразу узнала большого черно-белого кота, который напал на Рыжинку, а потом разглядела и каштановую кошку: именно она разгуливала по территории Грозового племени несколькими днями раньше.

— Вот они! — прошипела она.

— Тихо! — сердито дернула ухом Ржавница.

Оба кота выглядели сытыми и сонными; соскучившись сидеть, черно-белый кот принялся вылизываться, лениво водя языком по плечу.

— Они нас не видят! — подал голос Рябинник. — Нападем на них!

— Нет! — рявкнула Ржавница. — Как только они нас заметят, так сразу же бросятся в свое гнездо и позовут Двуногих. А с ними нам все равно не справиться, и ты прекрасно это знаешь.

— Тогда нужно выманить их сюда, — предложил Терновник.

— Послушайте, — заговорил Ежевика, — пусть кто-нибудь выйдет вот сюда… — он кивнул на открытое пространство между гнездом и зарослями папоротника, — и притворится, будто тяжело болен или ранен. Из ваших рассказов я понял, что эти трусливые негодяи ни за что не откажутся от легкой добычи. Они спрыгнут вниз, а мы тем временем отрежем им путь к ограде и не дадим вернуться обратно!

— Здорово придумано! — прошептал Терновник. — Уж тут-то мы как следует насядем на них и объясним, что с ними будет, если не образумятся.

— Что скажешь? — спросил Ржавницу Ежевика.

Глашатая недоверчиво повела ушами и процедила:

— Великое Звездное воинство — в Грозовом племени объявился кот с мозгами! Ладно, принимаем план Ежевики, — наконец фыркнула она. — Но кто согласится быть приманкой?

— Я! — в один голос вызвались Белка с Рыжинкой.

— Рыжинка, — кивнула Ржавница. — Домашние могут что-то заподозрить, если учуют незнакомый запах.

Ежевика зарылся носом в рыжеватую шерсть сестры и проурчал:

— Не волнуйся. Мы не дадим тебя в обиду!

— Я знаю, — ответила ему долгим задумчивым взглядом Рыжинка.

В следующий миг она, прихрамывая, вышла на полянку и повалилась на бок, словно не могла сделать больше ни шагу.

Ржавница, Рябинник, Дубравник и Терновник с Белохвостом неслышно проползли вдоль кустов и выжидающе замерли, чтобы при первой же возможности отрезать домашних котиков от спасительной ограды. Другие лесные воины остались на своих местах.

— Не поднимайте лишнего шума, даже во время битвы, — предупредила Ржавница. — Нельзя, чтобы Двуногие нас услышали.

Белка съежилась в папоротниках и во все глаза уставилась на Рыжинку. Как только хромая кошка вышла из укрытия, оба домашних котика разом насторожили уши. Потом черно-белый разбойник что-то тихо шепнул своей подруге, и они, слетев с забора, бесшумно поползли к своей жертве.

В тот же миг Ржавница взмахнула хвостом, и лесные воины, разбившись на два отряда, поползли в разные стороны, почти касаясь животами травы. Домашние котики ничего не заметили: то ли сытая жизнь отбила у них нюх, то ли все их внимание было приковано к добыче.

Рыжинка растянулась на земле и тяжело задышала, раздувая бока. Когда разбойники подползли ближе, она приподняла голову и застонала:

— Не трогайте меня, прошу вас!

Огромный черно-белый кот приблизил морду к ее испуганным глазам.

— Мы тебя не тронем, дохлятина! — засмеялся он. — Мы только вырвем несколько клоков шерсти из твоей облезлой шкуры!

— И навсегда отучим заходить на нашу территорию, — подхватила кошка, целясь когтистой лапой в глаза Рыжинке.

Сумрачная кошка зажмурилась. Белка услышала сдавленный вздох и увидела, как Ежевика глубоко впился когтями в землю, словно забыв о том, что его сестра только притворялась беспомощной.

И тут Ржавница птицей выпорхнула из папоротника:

— Вперед!

Белка стремглав бросилась через поляну, Ежевика с остальным воителями помчались за ней следом. Двое домашних котиков ошарашенно уставились на грозную толпу котов и, поджав хвосты, бросились в сторону своего гнезда. Но им наперерез, плечом к плечу, уже стояли остальные воители.

Щуплая каштановая кошечка испуганно мяукнула, но черно-белый великан отважно кинулся в битву: он с разбегу врезался в Белохвоста и сшиб его с лап. Но тут Рябинник прыгнул ему на спину, и все трое покатились по земле, только клыки и когти замелькали.

Тем временем Рыжинка вскочила с земли и кинулась на каштановую кошку. Сероус и Ржавница бросились ей на помощь, поэтому оставшаяся не у дел Белка прыгнула на черно-белого кота, который каким-то чудом сумел вырваться из когтей своих противников и попытался унести лапы.

Шипя от ярости, она полоснула когтями по кошачьей морде — липкая горячая кровь брызнула на ее шерсть. Белка пригнулась, спасаясь от занесенной лапы врага, и ударила его головой в шею, так что кот отлетел назад и столкнулся с подбегавшим Ежевикой. Торжествующая Белка взлетела на грудь поверженному врагу, ловко уворачиваясь от его молотящих воздух передних лап. Ежевика навалился коту на задние лапы, а Рябинник впился зубами в его дергающийся белый хвост.

— Не смей трогать наших воинов, понял? — зашипела Белка прямо в ухо домашнему коту. Она имела в виду все четыре племени и была готова порвать в клочья того, кто поднимет лапу на любого лесного воина.

Посмотрев через плечо, она увидела, что Рыжинка с Сероусом прижали к земле каштановую кошку. Стоявшая рядом Ржавница что-то тихо объяснила поверженной разбойнице, а потом повернулась и направилась к черно-белому коту. Несколько мгновений она молча смотрела на него сверху вниз, а кот отвечал ей полным ненависти взглядом.

— Ты — домашний котишка, твое место возле Двуногих, — с нескрываемым презрением прошипела Ржавница. — Лес теперь принадлежит нам. Попробуй еще хоть раз напакостить, и увидишь, что мы с тобой сделаем!

Белка глубоко вонзила копи в шкуру разбойника.

— Ты понял?

Черно-белый в бешенстве плюнул в нее.

— Понял, я спрашиваю? — повторила Белка. — Отвечай, или я вспорю тебе глотку!

— Понял, чтобы ты сдохла!

— Отпусти его, — приказала Ржавница и прибавила, глядя на врага: — Возвращайся к своим Двуногим и не смей носа оттуда показывать.

Домашние коты испуганно попятились, потом развернулись и со всех лап бросились к гнезду. Дружно взлетев на забор, они исчезли в саду. Послышался скрип открываемой двери, а затем воздух прорезал всполошенный вопль Двуногого.

Ржавница взмахнула хвостом, и объединенный патруль бегом бросился в сторону лагеря.

— Я позову Чернозвезда, — бросила Ржавница, сбегая по краю оврага.

Рыжинка подошла к Ежевике и зарылась носом в его шерсть.

— Спасибо… Что бы я делала без тебя — без всех вас, — добавила она, поднимая голову.

— Мы были рады помочь, — прогудел Ежевика. — И с радостью сделаем это в следующий раз, так и знай.

— Как здорово все получилось! — радостно подхватила Белка. — Какие морды сделались у этих мерзавцев, когда они нас увидели! А ты, Ежевика, ты просто молодец! Как вовремя ты подскочил, когда я дралась с этим большим задирой. Честное слово, ты был великолепен!

Тепло, клокотавшее в ее груди, мгновенно превратилось в лед под равнодушным взглядом, которым наградил ее Ежевика.

— Ты тоже хорошо сражалась, — нехотя бросил он таким тоном, каким обычно хвалят чужих оруженосцев.

Белка глубоко вонзила когти в прелую листву и проглотила грубый ответ, уже готовый сорваться с языка. Она не станет ссориться с соплеменником на глазах чужих котов! И все-таки равнодушие Ежевики жалило ее гораздо сильнее, чем полученные в бою царапины.

Кусты вновь пришли в движение, и на краю оврага показался Чернозвезд.

— Ржавница доложила, что вы заставили домашних дать клятву оставить нас в покое.

— Я уверен, что они сдержат свое слово, — подал голос Ежевика. — Но если нет — дайте нам знать. Мы с радостью придем вам на помощь.

— Спасибо, — в голосе Чернозвезда не было и тени теплоты. — Но теперь мы сами с ними справимся.

Это было недвусмысленное приглашение убираться восвояси. Ежевика взмахом хвоста собрал вокруг себя Грозовых воинов.

— Прощай, — поклонился он Чернозвезду. — Надеюсь, мы увидимся на следующем Совете.

Белка трусила за Ежевикой следом, и тоска наливала тяжестью ее лапы. Почему они не могут остаться друзьями? Их размолвка казалась такой нелепой, после того как они только что так славно сражались вместе.

— Ладно, раз ты так хочешь — пусть так и будет, — шептала она. — Мне тоже все равно… вот увидишь!

Ей было все равно — вот только всю дорогу до каменного оврага плечи Белки устало горбились, а хвост уныло подметал сосновые иглы, устилавшие лесную землю.

Глава XIII

— Скорее бы настал сезон Юных Листьев, — вздохнула Мотылинка, вороша лапой свой запас можжевеловых ягод. — Трав совсем не осталось!

— У нас такая же беда, — заметила Листвичка и ободряюще похлопала подругу хвостом по плечу. — Этот сезон Голых Деревьев затянулся дольше обычного. Ладно, главное, что больные пошли на поправку.

— Да, благодаря тебе, — заурчала Мотылинка и обернулась к Ивушке, которая нетерпеливо переминалась с лапки на лапку возле палатки целительницы. — Дай по две ягодки каждому, кроме Карпозубки и Галечницы. Этим — по одной. Кстати, зачем мы используем можжевельник?

Маленькая кошка, уже приготовившаяся насадить на коготки побольше ягод, так и застыла с поднятой лапой.

— Вообще-то, от боли в животе, — начала она, сощурив глаза от старания. — Но больные уже поправились, и животы у них не болят… — Она озадаченно разинула пасть, но в следующий миг радостно завопила: — Для силы! Ты даешь им можжевельник, чтобы они поскорее набрались сил!

— Ты умница, — заурчала Мотылинка. Когда Ивушка вприпрыжку поскакала потчевать можжевельником королеву Первоцветик, Мотылинка вполголоса призналась подруге: — Что бы я делала без ее помощи! И без тебя, Листвичка. Мои соплеменники обязаны тебе жизнью.

— Какие глупости, — пробормотала Листвичка, смущенная столь горячей похвалой. — Ты и без меня прекрасно справилась бы.

Подошла к концу ее третья ночь в лагере Речных котов. За эти дни больше никто не заболел. Невидимка собрала самых зорких и опытных воинов и приказала им очистить территорию вокруг лагеря от малейших следов зеленой жидкости. Тем временем Коршун закончил сооружение ограды вокруг ядовитой штуковины Двуногих и предупредил всех котов, чтобы не смели близко подходить к запретному месту. Все отравившиеся коты быстро выздоравливали.

— Мне пора возвращаться, — сказала Листвичка. — Моя помощь тут больше не нужна.

Мотылинка кивнула, опустив погрустневшие глаза.

— Ты даже не представляешь, как я была счастлива работать вместе с тобой! Но я понимаю, что ты нужна своему племени…

— Ты уходишь? — спросила Ивушка, подбежавшая за новой порцией можжевельника. — Нам будет тебя не хватать, Листвичка! — Она робко повернулась к Мотылинке и тихо спросила: — А моя помощь тебе еще понадобится?

— Ну конечно! — успокоила ее целительница.

Хвостик Ивушки взлетел вверх, глаза заблестели.

Листвичка прошла вдоль берега и попрощалась с проснувшимися котами. Потом вернулась к палатке Мотылинки и нос к носу столкнулась с Пятнистой Звездой.

— Мотылинка сообщила мне, что ты нас покидаешь, — сказала предводительница Речного племени. — Я благодарю тебя от всего нашего племени, Листвичка.

Маленькая целительница почтительно склонила голову:

— Каждая целительница на моем месте сделала бы то же самое.

— Мы не забудем твоей помощи, — сказала Пятнистая Звезда. — Да будет безопасным твой обратный путь. Когда вернешься, поблагодари от меня Огнезвезда.

Листвичка в последний раз тепло распрощалась с Мотылинкой и быстро зашагала вниз по течению ручья к озеру. Всю дорогу она думала только о Граче. Интересно, он очень рассердился, когда она не пришла к мосту? В первую ночь Листвичка так торопилась помочь больным, что и думать забыла о своем обещании, а потом она слишком уставала, чтобы куда-то идти на ночь глядя. Да и куда идти? Вряд ли Грач продолжал ждать ее в назначенном месте после того, как она нарушила свое слово.

Ступив на территорию племени Ветра, она уже не сводила глаз с пустоши, со страхом и надеждой высматривая темно-серого кота. Может быть, лучше будет просто дать ему понять, что он ей безразличен? Ведь она все равно не сумеет объяснить, как много он для нее значит…

Но на всей территории племени Ветра она лишь однажды заметила патруль, бегущий по гребню высокого холма. На таком расстоянии Листвичка не смогла рассмотреть котов, но сразу поняла, что Грача среди них нет. Его поджарую темную фигуру она узнала бы даже с противоположного берега озера.

Каменный овраг встретил ее знакомым запахом Грозовых котов. Радостно урча, Листвичка со всех лап бросилась в папоротниковый туннель. Только теперь она поняла, как соскучилась по родному дому!

Огнезвезд сидел возле входа в детскую и о чем-то беседовал с Белохвостом.

— Я не думаю, что из Ромашки получится настоящая воительница, — услышала подбежавшая ближе Листвичка. — Но это не означает, что ты не можешь научить ее нескольким боевым приемам. Если она решит нас покинуть и выберет бродячую жизнь, ей пригодится умение защищать себя и своих детей.

Голубые глаза Белохвоста радостно засверкали.

— Она научится, вот увидишь! — крикнул он, скрываясь в зарослях ежевики.

Огнезвезд недоверчиво покачал головой, потом поднялся и увидел Листвичку.

— С возвращением, — промурлыкал он, ласково коснувшись носом ее уха. — Как дела в Речном племени?

— Когда я пришла, все было ужасно. Двуногие оставили на их территории какую-то штуку, из которой сочится липкий яд. — Листвичка описала отцу открытие Невидимки и рассказала, как они с Мотылинкой выхаживали больных. — Теперь там все благополучно, — закончила она.

— Ты молодец. Я всегда знал, что из тебя получится отличная целительница. — Предводитель склонил свою огненную голову и облизал дочери уши. — Я так горжусь тобой!

У Листвички даже шерсть зашевелилась от гордости.

— Я побегу к Пепелице, — пробормотала она. — Наверное, без меня она уже с лап сбилась!

Она вихрем пронеслась через поляну и ворвалась в пещеру целительницы.

— Пепелица, я…

Листвичка застыла у входа в палатку. Сероус лежал на песчаном полу, вытянув переднюю лапу, а Яролика яростно вылизывала ему подушечку.

— Вот так-то лучше, — пропыхтела она. — Теперь я смогу ее вытащить.

Огромная колючка торчала из подушечки на лапе воина. Яролика осторожно зажала ее зубами и потянула; заноза легко вышла наружу, а из крошечной ранки выкатилась капелька крови.

— Отлично! — Яролика склонилась над ранкой, чтобы проверить, не осталось ли там кусочков занозы. — Теперь как следует залижи лапу, и скоро снова сможешь бегать.

— Спасибо, Яролика, — поблагодарил Сероус.

Каждый волосок на шкуре у Листвички встал дыбом от изумления. Сколько же целителей нужно Грозовому племени? Она помнила, что Яролика предложила Пепелице свою помощь в сборе трав, но и представить не могла, что та возьмет на себя и остальные ее обязанности.

— Ой, Листвичка, ты уже вернулась? — подняла голову Яролика.

Не успела Листвичка ответить, как Пепелица вышла из глубины пещеры с полной пастью бурачника.

— Вот, Яролика, — сказала она, выкладывая свою ношу на землю. — Отнеси Кисточке, это поможет ей справиться с жаром.

— Спасибо, Пепелица! Сейчас отнесу. — Яролика подобрала зубами листья и опрометью бросилась к палатке старейшин.

«Похоже, я тут вообще никому не нужна!» — с досадой подумала Листвичка. В следующий миг она устыдилась своих мыслей и попыталась подавить саднящее чувство ревности. Разве можно все время думать только о себе? Ведь благодаря Яролике она смогла помочь Речному племени!

Шершавый язык целительницы погладил ее по уху.

— С возвращением, — проворчала Пепелица. — Ну, рассказывай, что там стряслось.

Листвичка уселась на пол, туго обвив хвостом лапы, и приказала себе выбросить Яролику из головы: «Умение вытаскивать занозы еще никого не сделало целителем! Теперь я вернулась, и все будет по-прежнему!»

Закончив свой рассказ, Листвичка оставила Пепелицу и направилась к куче со свежей добычей, чтобы немного подкрепиться. Не успела она впиться зубами в сочную полевку, как в лагерь вбежали нагруженные добычей Белка и Уголек.

— Привет! — завопила Белка, поспешно сбросив в кучу свою добычу. — Как здорово, что ты вернулась! Ни за что не догадаешься, что тут у нас без тебя было!

— Что? — с любопытством спросила Листвичка. Судя по блестящим Белкиным глазам, ее ожидала какая-то приятная новость.

Уголек потерся носом о рыжую шерсть Белки и сказал:

— Не торопись, расскажи Листвичке все по порядку. Я сам сбегаю и принесу белку, которую ты поймала.

— Спасибо, — пошевелила ушами Белка. — Увидимся позже.

Листвичка вполуха слушала Белкин рассказ о битве с домашними котами, и зависть острыми когтями царапала ее сердце. Ее сестра имеет полное право дружить с Угольком, охотиться вместе с ним, спать рядом в одной палатке! Почему они с Грачом обречены быть врозь?

«Потому что ты целительница, — в который раз напомнила себе Листвичка. — Ты не имеешь права любить, даже если бы Грач был воином Грозового племени. Нам никогда не быть вместе, никогда…»

— Что с тобой? — Белка оборвала свой рассказ и с тревогой посмотрела на сестру. — Надеюсь, в Речном племени все хорошо?

— Да, теперь все отлично, — рассеянно ответила Листвичка. Ей очень хотелось поделиться с сестрой своими переживаниями, но она не решалась взвалить на Белку груз такой тайны. Поэтому Листвичка заставила себя жевать полевку и слушать рассказ Белки, время от времени восторженно ахая и вставляя подобающие замечания.

«Великое Звездное племя! — думала она про себя. — Почему ваша стезя так тяжела?»

До самого вечера Листвичка терзалась мрачными мыслями, но стоило ей свернуться на своей подстилке, как она мгновенно провалилась в сон.

Ей снилось, будто она идет сквозь густую чащу, похожую на ту, в которой она когда-то бродила с воинами Звездного племени.

— Пестролистая? — позвала Листвичка. Ей не терпелось поговорить с небесной целительницей и убедиться, что звездные воители простили ей любовь к Грачу.

Но в воздухе не было и следа сладкого аромата Пестролистой. Кусты папоротника смыкались над головой Листвички, а когда она подняла голову, чтобы взглянуть на звездное небо, то увидела лишь густое переплетение ветвей.

— Где вы? — в панике крикнула Листвичка. — Пестролистая, Ласточка! Не оставляйте меня одну!

Листвичка вспомнила сон, который приснился ей возле Лунного Озера — тогда она тоже не смогла расслышать голоса предков. Но теперь она точно знала, что Звездных воинов здесь нет. Наверное, она навсегда потеряла их! Листвичка бросилась бежать, спотыкаясь о кривые корни и оставляя клочья шерсти на колючих кустах.

Наконец она заметила слабый просвет впереди. Листвичка со всех лап бросилась туда и, задыхаясь от бега, остановилась на краю поляны.

Здесь было светлее, но этот тусклый болезненный свет ничем не напоминал серебристое сияние, которое ожидала увидеть Листвичка. Свет липкой лужей лежал на толстом слое палой листвы и россыпи поганок, которые тоже светились каким-то мертвенным сиянием.

В самом центре поляны из густой листвы торчал высокий серый камень. Огромный кот лежал на его вершине, подвернув под себя лапы, и строго смотрел на двух других котов, сидевших на земле у подножия.

Листвичка громко ахнула — и тут же юркнула за ближайшее дерево, испугавшись, что коты ее услышат.

Она сразу узнала двух воинов, сидевших на земле: одним из них был Ежевика, а вторым — его брат Коршун. Но если так, нетрудно догадаться, кем был третий кот, который развалился на вершине камня и был как две капли воды похож на обоих братьев.

Это был их отец Звездоцап!

Глава XIV

Листвичка, дрожа от страха, выглянула на поляну. Ей казалось, что если Звездоцап посмотрит в ее сторону, его горящий янтарный взор прожжет ствол дерева, за которым она пряталась. Но Звездоцап не сводил глаз со своих сыновей.

«Это ведь сон!» — беспомощно подумала Листвичка. Неужели Звездоцап призвал Ежевику и Коршуна, как звездные воители призывают целителей? Он явился к ним во сне и привел в это странное место, где царствует вечный сумрак и где не ступала ни одна кошачья лапа. Что-то подсказывало Листвичке, что даже Звездное племя никогда не вдыхало воздуха этого леса и не видело мертвого света этой поляны.

— Храбрость — это хорошо, но одной храбрости недостаточно, — рокотал Звездоцап. — Вы не раз вспомните мои слова, когда станете предводителями.

Коршун что-то тихо сказал, и Звездоцап сердито взмахнул хвостом.

— Разумеется, в бою нужна отвага, — повысил голос огромный кот. — Но я говорю вам о другой отваге — той, что нужна предводителю в обращении со своим племенем. Коты должны беспрекословно выполнять ваши приказы, а если осмелятся перечить, вам придется зубами и когтями подчинить их своей воле.

Листвичка непонимающе вытаращила глаза. Огнезвезд никогда не поднимал лапу на своих соплеменников, даже если те спорили с ним.

— Нет ничего опаснее слабости, — продолжал полосатый исполин. — Вы должны умело скрывать свои сомнения, а еще лучше — поскорее отучиться сомневаться. Вам следует всегда быть уверенными в своей правоте.

«Так вот что он чувствовал, когда убил Ярохвоста и готовил убийство Синей Звезды! — в страхе подумала Листвичка. — Он ни в чем не сомневался, когда натравил собачью стаю на свой лагерь, и был уверен в своей правоте, когда привел Кровавое племя в родной лес!»

Ледяные когти стиснули сердце Листвички. Звездоцап натаскивал своих сыновей, как наставник натаскивает оруженосца для битвы. Он хотел сделать из своих детей таких же кровавых злодеев, каким был сам!

— Но как нам стать предводителями? — пробасил Ежевика. — Судя по всему, Огнезвезд не собирается назначать меня глашатаем. Он даже оруженосца мне не дал.

Шерсть на огромных плечах Звездоцапа встала дыбом от бешенства.

— Когда ты идешь на охоту, разве ты ждешь, что мышь сама прыгнет тебе в зубы? — зашипел он. — Нет! Ты вынюхиваешь добычу, выслеживаешь ее, а потом прыгаешь. Так и с властью. Она не свалится тебе в лапы, если ты к этому не готов.

Ежевика что-то пробормотал, и Звездоцап довольно опустил загривок.

— Не тревожьтесь, — пророкотал он. — Вы оба — настоящие воители. Я знаю, что вы всего добьетесь, если будете идти по моим следам.

— Мы будем! — вскочил Коршун. — Мы сделаем все, что ты скажешь!

У Листвички мороз пробежал по шерсти от его слов. Что этот кровожадный кот может приказать своим сыновьям? Дрожа от волнения, Листвичка бесшумно попятилась назад, но исполинский кот вдруг повернулся и уставился прямо туда, где она только что стояла.

Листвичка в ужасе бросилась бежать, натыкаясь на корни и колючие плети ежевики, ожидая в любой миг услышать за спиной шум погони и почувствовать на горле тяжелую лапу убийцы.

В этом темном лесу не было ни одной тропинки: со всех сторон ее обступала глухая стена деревьев. Здесь не кричали птицы, не шуршала в траве дичь: судя по всему, ни одно живое существо никогда не заходило в эти мрачные дебри. Что привело ее в эту глушь, куда никогда не ступала лапа Звездного племени и где дух преступного кота призывал к себе спящих сыновей?

Листвичка неслась, не разбирая дороги. Внезапно земля расступилась под ее лапами. С испуганным воплем она рухнула в темноту, а потом страшный удар вышиб из нее дух.

Листвичка открыла глаза — и завопила от страха. Круглые янтарные глаза внимательно смотрели на нее.

— С тобой все в порядке? — спросил Ежевика.

Листвичка кое-как села и стряхнула с шерсти приставшие крошки мха. Она сидела на своей подстилке перед пещерой Пепелицы. Розовый рассвет просачивался в овраг сквозь ветви деревьев.

— Листвичка, ты меня слышишь? — с тревогой окликнул ее Ежевика. Полосатая шерсть его была растрепана, в нескольких местах к ней пристали сухие чешуйки папоротника. Судя по всему, молодой воин только что проснулся и вылез из воинской палатки. — Что-то случилось? Я услышал, как ты кричала.

— Что? Нет… Нет, ничего. Со мной все в порядке, — пролепетала Листвичка, недоверчиво глядя на Ежевику. Может быть, он пришел рассказать ей только что увиденный сон?

— Огнезвезд выбирает котов, которые пойдут на сегодняшний Совет, — спокойно сообщил Ежевика. — Ты готова пойти? Вчера ты совершила целое путешествие из Речного племени и, наверное, очень устала.

Листвичке показалось, будто горячая волна прокатилась по ее телу от кончиков ушей до хвоста. Даже если они с Ежевикой видели один и тот же сон, он не заметил ее в темноте! Но радостное облегчение тут же сменилось тревогой. Что если Ежевика в самом деле встречается со своим отцом в этом темном лесу? Какие планы вынашивает Звездоцап, и для чего он хочет поставить своего сына во главе Грозового племени?

Листвичка встала, старательно скрывая предательскую дрожь в лапах.

— Я отлично себя чувствую, — повторила она. — Передай Огнезвезду, что я обязательно пойду на Совет.

Ежевика кивнул и отошел. Листвичка сделала несколько глубоких вдохов, а потом старательно пригладила шерстку. Она совсем забыла о том, что наступило полнолуние. Шерсть у нее потрескивала от страха, но она все-таки решила, что обязательно присмотрится к братьям на Совете. Может быть, они каким-то образом выдадут то, что случается с ними во сне? Вот бы узнать, как часто Звездоцап призывал к себе сыновей и что говорил им раньше!

И посоветоваться-то не с кем! Огнезвезд с Пепелицей очень серьезно относятся к снам, посланным Звездным племенем, но этот сон был совсем другой! Листвичка не решалась рассказать о нем старшим. Она была до смерти напугана, потому что ни разу не слышала о том, чтобы кто-нибудь из целителей забредал в такие места… В том лесу не было Звездного племени, вот что самое страшное! Неужели Листвичка навсегда потеряла связь с предками и теперь будет обречена вечно скитаться в том сумрачном месте, без надежды когда-нибудь вернуться к свету?

Было еще очень рано, но Листвичка поняла, что не уснет, и решила сходить в лес на поиски трав. Возвращаясь с полной пастью душистых листьев, Листвичка заметила чью-то светлую шерсть, промелькнувшую за кустом папоротника. Она с любопытством обогнула куст и очутилась на краю покрытой мхом полянки, где коты отрабатывали свои боевые приемы. Посреди полянки стояли Белохвост и Ромашка.

— Нет, — настаивал белый воин. — Ты должна ударить меня. Как следует ударить!

Ромашка захлопала своими прозрачными голубыми глазами:

— Но я совсем не хочу сделать тебе больно!

— Не бойся, ничего мне не сделается. Попробуй еще разок, прошу тебя.

Кошка с пастбища с сомнением посмотрела на Белохвоста, а потом разбежалась и выбросила вперед лапу. Белохвост ловко увернулся и перехватил Ромашкины лапы, так что та кубарем покатилась по траве.

— Это нечестно! — мяукнула кошка. — Ты не предупреждал, что будешь так делать!

— Ладно, — пробурчал Белохвост, с трудом пряча улыбку. — Но ведь ты не думаешь, что в разгар настоящей битвы твой враг подойдет к тебе и вежливо скажет: «Будь осторожна, я собираюсь бросить тебя через голову?»

Ромашка сердито взмахнула хвостом:

— С чего ты взял, что я вообще когда-нибудь буду драться?

— Кто знает, — взгляд Белохвоста стал серьезным. — На нас может напасть чужое племя или какие-нибудь другие звери, вроде лис и барсуков. Ты должна уметь защитить себя, понимаешь? Тот, кто этого не умеет, может серьезно пострадать.

— Ладно, уговорил, — проворчала Ромашка. — Покажи мне еще разок, как это делается.

«Белохвосту предстоит немало попотеть, если он всерьез решил превратить эту неженку в умелую воительницу!» — покачала головой Листвичка.

На первый взгляд, Ромашка была совершенно беспомощной. Но белый воин был полон решимости обучить ее боевому искусству. Листвичка вспомнила, с каким терпением он занимался с Яроликой, когда искалеченной кошке пришлось заново учиться новым приемам борьбы и охоты. Что и говорить, Белохвост был прирожденным наставником. Возможно, и с Ромашкой у него что-нибудь получится.

Вспомнив о Яролике, Листвичка торопливо повернула в сторону лагеря. Ее до сих пор коробило при мысли о том, что бело-рыжая кошка пытается занять ее место возле Пепелицы.

Когда Листвичка вошла в лагерь, в овраге уже вовсю кипела жизнь. Она побежала к пещере целительницы. Но вместо Пепелицы навстречу ей вышла Яролика.

— Бурачник! — радостно воскликнула пестрая кошка. — Спасибо тебе, Листвичка! Из-за болезни Кисточки мы израсходовали последние запасы.

Не успела Листвичка положить на камень принесенные листья, как Яролика деловито подхватила лекарство и побежала к густому кусту орешника, где отдыхали старейшины. Листвичка раздраженно зашипела и рванула когтями свисающую ветку ежевики. Яролика вела себя так, будто она всю жизнь была целительницей, а Листвичка вызвалась ей помогать!

— Что стряслось?

Пепелица высунула голову из пещеры и, одобрительно обнюхав бурачник, захромала к Листвичке.

— Ничего, — фыркнула маленькая целительница. — Не много ли у нас целительниц?

Голубые глаза Пепелицы задумчиво остановились на ученице. В них были мудрость и понимание, и что-то еще, чего Листвичка не смогла понять.

— Будь добрее к Яролике, Листвичка. Весь ее мир разрушился, — вздохнула целительница и задумчиво добавила: — Да даруют нам Звездные предки мужество переносить посланные испытания… Как бы тяжело не казалось вначале, в конце концов все равно придется смириться.

Непривычная грусть застыла в глазах Пепелицы. Листвичка хотела спросить, что наставница имеет в виду, но побоялась услышать ответ. Может быть, Пепелица просто напоминает ей о том, какое мужество понадобилось Яролике, чтобы продолжать жить после ужасных ранений? Или хочет сказать, что сама Листвичка должна с достоинством отойти в сторону, уступив Яролике место подле целительницы?

Пока Листвичка собиралась с силами, чтобы задать свой вопрос, Пепелица повернулась и скрылась в пещере. Листвичка хотела пойти следом, но тут на поляну вбежали Белохвост с Ромашкой. Ромашкины котята, возившиеся перед входом в детскую, вскочили с земли и с визгом заковыляли через поляну к Белохвосту. Белоснежный воин повалился на бок и, втянув когти, принялся шутливо бороться с наседающими малышами.

— Убирайся, Ягодка, — пропыхтел Белохвост, ласково шлепая светленького малыша по уху. — Мышонок, мне щекотно! А чьи это зубки жуют мой хвост? — он перекувыркнулся, придерживая самого маленького котенка. — Что за неуважение к воину, Орешинка?

— Он очень хорошо ладит с котятами, — раздался за спиной Листвички печальный голос Яролики. Искалеченная кошка, не отрываясь, смотрела на своего друга единственным уцелевшим глазом. — Он прирожденный наставник, — продолжала она. — Он был так терпелив со мной, когда я поправлялась. Сам придумал какие-то особенные приемы, чтобы я снова смогла стать воительницей.

Листвичка с состраданием посмотрела на Яролику. Возможно, Пепелица права, и испытания Яролики еще не закончились. Не так-то просто оставаться спокойной, когда твой друг целыми днями пропадает с Ромашкой и ее котятами! Но все ее сочувствие испарилось, когда Кисточка подошла к пещере и громко заговорила с Яроликой.

— Забыла тебя спросить, — проскрипела бурая кошка, не обращая никакого внимания на Листвичку. — Можно мне съесть немного маковых семян? А то я уж две ночи не сплю из-за этой лихорадки.

— Я не знаю, — ответила Яролика. — Может быть, мак нельзя принимать вместе с бурачником? Давай-ка спросим у Пепелицы!

С этими словами она повела бурую кошку в ежевику, за которой скрывался вход в пещеру целительницы.

Онемев от изумления, Листвичка смотрела им вслед: «Значит, я уже больше не целительница?» Если бы Кисточка или Яролика удосужились обратиться к ней, то узнали бы, что вместо маковых семян больной лучше пожевать листья одуванчика. Но они обе вели себя так, будто Листвички вообще не было! Может быть, Пепелица решила сделать Яролику своей ученицей?

«А как же я? — жалобно подумала Листвичка. Она уже выросла из учениц, но ей все еще предстояло многому научиться у Пепелицы. Кроме того, у целителей никогда не бывало по двое учеников одновременно. — И вообще, у Яролики есть друг и даже котенок. Она не имеет права быть целительницей!»

И тут как будто тяжелый камень упал на дно ее желудка, пригибая к земле: «А что если это знак, посланный Звездным племенем? Возможно, небесные воители дают понять, что я больше не нужна Грозовому племени?»

Глава XV

Полная луна ярко светила Грозовым котам, перебиравшимся по поваленному дереву на Остров. Листвичка спрыгнула на каменистый берег, обвела глазами прибывших котов и сразу заметила Хмуролику с Корявым.

«Племя Ветра уже здесь, но где же Грач?» Листвичка еще на берегу дала себе слово, что не будет искать встречи с серым воином, но теперь у нее даже живот разболелся от разочарования. Повесив хвост, целительница поплелась по берегу в сторону кустов. Она видела, как Коршун с Ежевикой радостно подбежали друг к другу и потерлись носами; видела, как круглые янтарные глаза встретились с ледяными синими. Листвичке показалось, будто братья обменялись каким-то молчаливым посланием, а потом дружно развернулись и скрылись под толстыми ветвями деревьев.

Холодок пробежал под шерстью Листвички. На миг остров исчез, и она снова очутилась в темном лесу, где Звездоцап учил своих сыновей выдирать когтями власть. Вот бы узнать, что задумали Коршун с Ежевикой?!

Братья с громким шорохом пробрались сквозь кусты на поляну. Листвичка дождалась, пока утихнут потревоженные ветки, и пошла следом. Лапы у нее покалывало от предчувствия опасности. Неужели Ежевика задумал захватить Грозовое племя, как когда-то это попытался сделать его кровожадный отец?

Листвичка вылезла из кустов и прищурила глаза от яркого лунного света, озарявшего каждую травинку на поляне. Ежевика с Коршуном сидели прямо перед ней, неподалеку от корней Большого Дуба. Белка возмущенно покосилась на братьев и отошла, чтобы сесть рядом с Угольком. Рыжинка с Ржавницей устроились рядом, и все четверо очень дружелюбно поздоровались. Судя по всему, они не забыли, как недавно бок о бок сражались с домашними котами.

Мотылинка уютно лежала на краю поляны, подвернув под себя лапки. Здесь же сидели и остальные целители. Листвичка направилась к ним.

— Как дела? Мерзость, оставленная Двуногими, больше не причиняла вам неприятностей?

— Все отлично, — ответила Мотылинка. — Первоцветик с детками вернулись в детскую, а Моховушка помогает присматривать за малышами. Буколап снова начал тренироваться под присмотром Черного Когтя.

— Вот это новости! — радостно заурчала Листвичка, но тут Перышко повернулся к кошкам и с любопытством спросил: — О какой такой мерзости вы толкуете? Неужели у нас опять неприятности из-за Двуногих?

Мотылинка принялась рассказывать ему про ядовитую зеленую лужу, а Листвичка еще раз обвела глазами поляну. Среди воинов Ветра она заметила знакомую темно-серую фигуру. А она-то думала, что он не пришел! Листвичка, словно завороженная, смотрела на Грача и отвела глаза только тогда, когда он повел ушами, словно почувствовав на себе ее взгляд.

— Коты всех четырех племен, — начал Чернозвезд. — Великое Звездное племя снова собрало нас здесь под ликом полной луны. Огнезвезд, может быть, ты начнешь?

Предводитель Грозового племени встал и вышел вперед, почтительно поклонившись Чернозвезду.

— В Грозовом племени появился новый оруженосец, — сообщил он. — Уголек стал наставником Березовика.

Уголек приосанился и пригладил языком грудку, а сидевшая рядом с ним Белка гордо обвела глазами поляну. Самого Березовика Огнезвезд решил пока на Совет не брать.

— Ромашка, домашняя кошка, что жила на пастбище, принесла своих котят в Грозовое племя, — дождавшись, пока стихнет шум поздравлений, продолжил Огнезвезд. — Я разрешил им остаться у нас столько, сколько они захотят.

Изумленный шепоток облетел поляну, потом послышались протестующие выкрики. Рябинник из племени Теней первым вскочил и завопил:

— Что за глупость?! Какой прок от домашних неженок?!

Огнезвезд угрожающе распушил загривок, но потом опустил взъерошенную шерсть, пытаясь взять себя в лапы.

— Ромашка не вполне обычная домашняя кошка, — спокойно пояснил он. — Она жила на пастбище, среди лошадей, а не в гнезде у Двуногих. Ей потребовалась немалая храбрость, чтобы спасти своих детей от Двуногих и унести их в лес.

Рябинник пренебрежительно махнул хвостом:

— Все равно никто из них никогда не станет настоящим воителем!

— Кто знает, — отчетливо проговорил Огнезвезд, бросив взгляд на Белохвоста, сидевшего возле корней Большого дуба. — Хороший воин не обязательно должен родиться в лесу, и не всякий лесной кот может стать хорошим воином. Ромашка отлично прижилась в нашем лагере, а трое ее котят по возрасту уже сейчас могут стать оруженосцами. Если она решит оставить детей в племени, мы начнем обучать их Воинскому закону.

— Дело ваше, — проворчал Рябинник, садясь на свое место. Сидевшая неподалеку Листвичка отчетливо расслышала, как он шепнул на ухо Дубравнику: «Всякому своя порода ближе. Огнезвезду дай волю, так он бы весь лес наводнил домашними котами».

Дубравник насмешливо повел ушами:

— Огнезвезду просто повезло. Думаешь, Чернозвезд отказался бы принять в племя трех здоровых котят?

Рябинник громко фыркнул и ничего не ответил.

Листвичка так увлеклась их разговором, что прослушала окончание речи Огнезвезда. Когда она снова подняла голову, на ветке уже стояла Пятнистая Звезда.

— Двуногие оставили яд на нашей территории, — объявила предводительница. — Плющевик и еще один котенок умерли от отравления, но все остальные выздоровели, благодаря нашей Мотылинке и Листвичке из Грозового племени, которая благородно пришла нам на помощь.

Пятнистая Звезда оглядела поляну, задержалась взглядом на Листвичке и с благодарностью склонила голову перед маленькой целительницей. Листвичку никогда еще не хвалили перед целым Советом, поэтому она не знала, куда деваться от смущения, и упорно разглядывала свои лапки.

— Нам тоже есть за что поблагодарить Грозовое племя, — хрипло начал Чернозвезд. Листвичка знала, чего стоило этому Сумрачному воину открыто признать, что его племя не смогло справиться с бедой без помощи соседей, и оценила его честность. В отличие от племени Ветра, Чернозвезд нашел в себе мужество быть благодарным. — С тех пор оба паршивца и носа не показывают из гнезда своих Двуногих, — закончил свой рассказ предводитель.

Однозвезд в бешенстве вскочил. Глаза его сверкнули холодным лунным пламенем.

— Какой же ты предводитель?! — зарычал он на Чернозвезда. — Неужели тебе не стыдно принимать помощь чужого племени? А ты? — завопил он, оборачиваясь к Пятнистой Звезде. — В Речном племени есть собственная целительница! При чем тут Грозовое племя? — И не обращая внимания на поднявшийся внизу шум, он в ярости уставился на Огнезвезда: — Я хочу знать, когда Грозовое племя перестанет совать нос в чужие дела! Твои воины плюют на границы и думают, что могут помыкать всеми остальными котами. Я требую, чтобы этому был положен конец! Все мы наравне совершили долгое путешествие к Озеру, и Грозовое племя ничуть не сильнее всех других.

Огнезвезд хотел что-то ответить, но тут Белохвост сорвался со своего места и подскочил к дубу. Белая шерсть его стояла дыбом, хвост так распушился, что стал казаться вдвое толще.

— Что же ты раньше помалкивал, Однозвезд? — зарычал белоснежный воин. — Когда племя Ветра умирало от голода, вы пришли к нам и с радостью принимали помощь от Грозовых котов!

— Это было совсем другое дело! — смутился Однозвезд.

— Ничуть, — спокойно, но веско возразил Огнезвезд. — Ты не забыл, как мы объединились ради того, чтобы вместе противостоять смерти, которую принесли в наш лес Двуногие? Я не верю, что воля Звездного племени состоит в том, чтобы мы перестали помогать друг другу.

— А я верю! Звездное племя одобрит все, что поможет нам отделиться друг от друга. Каждый котенок знает, что в лесу всегда было четыре племени. Четыре — а не одно!

Поляна пришла в движение.

— Да племя Ветра давно бы передохло без нашей помощи! — крикнул Дым.

Однозвезд прыгнул вперед и в ярости рванул когтями кору.

— А вы посмотрите на луну! — взвизгнул он. — Разве она скрылась за облаками? Нет, она ярко сияет с небес, потому что звездные предки соглашаются с моими словами!

— Никто никогда не говорил, что в лесу должно быть одно племя вместо четырех, — резонно возразил Огнезвезд. — Но это вовсе не значит, что в случае беды мы должны поворачиваться хвостами друг к другу!

— Я знаю, почему ты так говоришь! — зашипел Однозвезд. — Ты ищешь повода возвеличить свое племя и поставить его над всеми остальными! Хочешь ослабить всех нас и пользоваться нашей зависимостью!

— Не бывать этому! — прорычал Чернозвезд. — Грозовое племя помогло нам один раз. Но пусть попробуют хоть коготь сунуть на нашу территорию — мы им живо покажем, кто сильнее.

Листвичка в бессильной ярости вонзила когти в землю. Почему предводители не хотят понять, что Огнезвезд прав? В лесу всегда было четыре племени, но разве это означает, что они не должны помогать друг другу в беде? Она повернулась к Пепелице, чтобы поделиться с ней своими мыслями, но вдруг почувствовала, как кто-то тихонько тронул ее за плечо. Затаив дыхание, она обернулась — и увидела Грача, съежившегося в тени у самого края поляны.

— Мне нужно поговорить с тобой, — прошипел он, кивая головой в сторону кустов.

Пепелица, не отрываясь, смотрела на предводителей и ничего не заметила. Листвичка осторожно попятилась назад. Низкие ветки скрыли их с Грачом от глаз сидевших на поляне котов и позволили незаметно пролезть сквозь кусты.

Очутившись на открытом пространстве, они оба, не сговариваясь, побрели к берегу и спрятались за скалой.

— Что случилось? — с болью спросил Грач. — Почему ты не пришла в тот вечер?

Листвичка нервно сглотнула.

— Не сердись, — жалобно попросила она. — Я не смогла прийти. Ты же слышал, я должна была помочь Мотылинке!

Листвичка испуганно зажмурилась, увидев, как Грач в ярости хлестнул себя хвостом.

— Я не хочу видеться с тобой украдкой, как сейчас, — прошипел он. — Я хочу все время быть с тобой.

— Я понимаю. Я сама чувствую то же самое. Но послушай, я же целительница… — выпалила Листвичка.

Она хотела прямо сказать ему, что их любовь невозможна. Но стоило ей очутиться рядом с Грачом, почувствовать прикосновение его шерсти, вдохнуть его запах, как все нужные слова вдруг куда-то пропали. Она больше не чувствовала ни вины, ни смятения. Все на свете вдруг стало пустым и неважным — лишь бы вечно стоять рядом и смотреть в его горящие желтые глаза.

— Я знаю, это будет непросто, — продолжал Грач, царапнув когтями землю. — Ты целительница, кроме того, мы из разных племен. Воинский закон против нас. Но должен быть какой-то выход.

— Какой? — моргнула Листвичка.

Грач напряженно думал; Листвичке даже почудилось, будто шерсть его потрескивает и рассыпает зеленоватые искры.

— Если бы мы могли куда-нибудь убежать! — выпалил он. — Племена, закон, традиции, обязанности целителей… Мне плевать на все это! Я хочу просто жить вместе с тобой!

— Убежать? — повторила Листвичка. — Ты хочешь сказать — покинуть лес?

Чего он хочет? Покинуть свои племена, навсегда проститься с жизнью, которую они вели с самого рождения? Но ведь тогда Листвичке придется расстаться с отцом и матерью, с Белкой и Медуницей, со своей наставницей Пепелицей и всеми остальными Грозовыми котами. А самое главное — она уже никогда не будет целительницей! Сможет ли она жить без всего этого? Она не будет странствовать со Звездным племенем в своих снах, не вдохнет сладкого аромата Пестролистой, не будет исцелять своих соплеменников с помощью небесных покровителей?

— Что скажешь? — нетерпеливо ткнул ее носом Грач.

Листвичка уныло покачала головой:

— Мы не можем покинуть свои племена. Это не выход.

— Но где тогда выход?! Мы никогда не узнаем, если не попытаемся, — рявкнул Грач и тут же предупреждающе зашипел.

Листвичка прислушалась и поняла, что шум на поляне стих, и Чернозвезд зычно объявляет Совет оконченным.

— Пора идти, — прошептал Грач. — Завтра в полдень приходи собирать травы у ручья, возле каменной грады. Я тоже приду, и мы сможем поговорить. Прошу тебя, приходи.

Не дожидаясь ее ответа, он развернулся, бросился к кустам и присоединился к своим товарищам, которые вереницей бежали к мосту.

Листвичка еще немного посидела, а потом юркнула в кусты и вернулась на поляну. Похоже, никто не заметил ее недолгого отсутствия. Целители по-прежнему сидели возле кустов и о чем-то взволнованно переговаривались. Листвичка неслышно подошла и села рядом.

— Я снова и снова вижу этот сон, — с тревогой говорил Перышко. — Предупреждение о какой-то близкой опасности… Но Звездное племя до сих пор не указало мне, откуда ждать беды! — Он обвел глазами остальных целителей: — Может быть, кто-нибудь из вас получил какой-нибудь знак?

Листвичка старалась не смотреть на Мотылинку. Теперь среди целителей было уже двое отверженных, сны которых закрыты для Звездного племени. Разумеется, это не предки-воители послали Листвичке тот жуткий сон про темный лес, в котором Звездоцап встречается со своими сыновьями. Но Листвичка скорее откусила бы себе хвост, чем призналась остальным, что не получала сна, который они обсуждают. Оставалось только надеяться, что Пепелица не задаст ей прямого вопроса.

Мотылинка первой нарушила молчание.

— Я не знаю, что означают эти сны, — сказала она, старательно скрывая свое неверие. — Но думаю, что мы должны сообщить о них своим предводителям. Пусть на всякий случай держат ухо востро.

— Хорошая мысль, — одобрительно качнула головой Пепелица.

— Вот только на какой случай?! — проворчал Корявый. — С тех пор, как мы сюда переселились, племя Ветра ни разу не сталкивалось ни с какими опасностями. Разве что лиса нас побеспокоила, да и ту мы отправили восвояси.

— А мы нашли отраву на территории своего племени, — заметила Мотылинка и, бросив взгляд на Листвичку, быстро добавила: — Но Звездное племя послало сон, предупредивший нас об опасности.

— А у нас были неприятности из-за домашних котов, — вставил Перышко. — Но мы уже разобрались с этой напастью, спасибо Грозовому племени. Звездные предки предупреждают нас о чем-то другом.

— Значит, так оно и есть. Нам грозит какая-то неведомая беда, — заключила Пепелица. — На этот раз в опасности все четыре племени.

— Будем ждать новых посланий от Звездного племени, — проскрипел Корявый. — Что нам еще остается? Может быть, к следующей Ночи половины луны что-нибудь да прояснится?

Целители начали подниматься, чтобы разойтись.

Выйдя на открытое пространство, Листвичка посмотрела на берег, запруженный котами, ожидавшими своей очереди к поваленному дереву. Она рассеянно следила за идущими, и вдруг словно молния опалила ее шерсть — она заметила в толпе серую фигуру Грача.

Воин Ветра ловко вскочил на дерево и побежал к берегу, легко балансируя высоко поднятым хвостом. Листвичка едва сдержалась, чтобы не броситься за ним следом, позабыв об окружавших ее соплеменниках.

«Великое Звездное племя, сжалься надо мной! — взмолилась она. — Я не знаю, что делать!»

Глава XVI

— Ромашка! Где ты, Ромашка?

Белка вздрогнула и остановилась, заслышав громкие крики, доносившиеся из пещеры целительницы. На пороге пещеры появилась Яролика, державшая за загривок одного из Ромашкиных малышей. Следом показались и остальные котята. Опустив головы и виновато поджав хвостики, они спрятались в ежевике, густо разросшейся вокруг пещеры.

Ромашка уже давно жила в лагере, за это время ее котята окрепли, осмелели и принялись за исследование нового места. «Что и говорить — от котят всегда одни хлопоты!» — подумала Белка, поведя усами. Они с Листвичкой тоже проказничали вовсю, пока не поступили в обучение к наставникам.

Яролика опустила на землю котенка и сердито сверкнула единственным глазом. Приглядевшись, Белка узнала в провинившемся малыше Мышонка.

— Ромашка! Иди сюда, я тебе говорю!

В детской все оставалось тихо, но через несколько мгновений Ромашка вихрем вылетела из лаза в ежевике и со всех лап бросилась к Яролике. Белохвост бежал за ней следом.

— В чем дело? Почему ты трогаешь моих котят? — еще издалека закричала мать.

— Скажи своим котятам, что им нечего делать в пещере Пепелицы, — отрезала Яролика. — А ты перестань ныть, — прикрикнула она на Мышонка, который продолжал жалобно пищать, широко разевая розовую пасть. — Я ничего тебе не сделала!

— Что тут произошло?

Голубые глаза Ромашки метали молнии, сильные мышцы угрожающе проступили под длинной светлой шерстью. На миг Белке показалось, что она сейчас опробует на Яролике один из приемов, которым научил ее Белохвост. На всякий случай Белка придвинулась поближе, чтобы предотвратить драку. Яролика-то сможет за себя постоять, а вот Ромашке явно придется долго зализывать раны!

— Твои котята влезли в пещеру Пепелицы и рассыпали все лекарственные травы, — объяснила Яролика. — Вы что-нибудь ели? — прошипела она, оборачиваясь к Ягодке и Орешинке. — Ели или нет?

Котята так перепугались, что только молча затрясли головенками. Белка понимала, что Яролика так бушует потому, что перепугалась за малышей. Конечно, в палатке Пепелицы нет сильных ядов, вроде смерть-ягод, зато там полно лечебных трав, от которых может начаться рвота или резь в животе.

— Пойди и посмотри, что они там натворили! — процедила она, обращаясь к Ромашке. — Почему ты оставляешь их без присмотра?

— Она была со мной, — заступился Белохвост.

— И что из того? Это не значит, что ее детки могут носиться по всему лагерю и портить запасы Пепелицы!

— Они же не знали.

— А должны были знать! — прикрикнула на друга Яролика. — Думаешь, нам больше нечем заняться, кроме как убирать за ними? Вчера я целый день собирала ягоды, а теперь они разбросаны по всей пещере.

— Мне очень жаль, — пробормотала Ромашка, растерянно переводя взгляд с Яролики на Белохвоста. Потом поставила Мышонка на лапы и взмахом хвоста подозвала к себе остальных котят. — Прости их, пожалуйста. Я постараюсь, чтобы этого больше не произошло.

— Надеюсь, — фыркнула Яролика.

Ромашка повернулась и побрела к детской, гоня перед собой котят. Белка услышала, как дерзкий Мышонок звонко мяукнул:

— Эта уродская кошка меня напугала!

Яролика поморщилась, будто ее ударили. Они с Белохвостом по-прежнему стояли друг напротив друга, угрожающе помахивая хвостами.

— Я помогу все прибрать, хорошо? — вызвалась Белка, бросаясь в заросли ежевики. Меньше всего на свете ей хотелось присутствовать при разгорающейся ссоре.

Очутившись в пещере, она сразу поняла, почему Яролика пришла в такую ярость. Да тут словно барсук побывал! По всему полу раскиданы ягоды, кучи с травами разворошены и рассыпаны. Часть листьев оторвана от стеблей и втоптана в песок, так что теперь их оставалось только выбросить.

Белка вздохнула и принялась складывать в кучку уцелевшие ягоды. «Интересно, куда подевались Листвичка с Пепелицей?» — подумала она и вдруг услышала за спиной чьи-то шаги.

— Вот ты где! — радостно пропыхтел Уголек, ткнувшись носом в ее плечо. — А я думал, ты пошла охотиться. Почему это Белохвост с Яроликой шипят друг на друга, словно пара барсуков?

Продолжая раскладывать ягоды, Белка посвятила его в события этого утра.

— Чистокровные лесные котята ни за что бы такого не выкинули! — с уверенностью заявил Уголек. — Наверное, эти детки никогда не приживутся в нашем лагере.

— Что ты сказал? — в бешенстве обернулась к нему Белка. — Кажется, ты забыл, что мой отец был домашним котом!

— Прости меня, — испуганно моргнул Уголек. — Но Огнезвезд — особенный кот, он один такой. Большая часть домашних не приспособлена к нашей жизни. Они шагу не могут ступить без своих Двуногих и не умеют заботиться о себе.

Белка угрожающе зашипела. Огромным усилием воли она заставила себя убрать когти и вернуться к рассыпанным ягодам.

«Как смеет Уголек судить о котах по тому, где они родились?! — клокотало в ее душе. — Значит, я тоже не заслуживаю его уважения, ведь в моих жилах течет кровь домашнего кота?! Неужели он не понимает, что и Листвичка, и Белохвост, и его дочь Белолапка нужны племени ничуть не меньше, чем самый-самый чистокровный лесной кот?»

Колючий полог, закрывавший вход в пещеру, отодвинулся, и в палатку вбежали Пепелица с Листвичкой. В зубах у обоих были зажаты охапки мокричника.

— Что здесь происходит?! — ахнула Пепелица, выронив свою ношу.

Пока Белка во второй раз объясняла, в чем тут дело, Листвичка уселась на землю и принялась деловито перебирать изодранные листья, откладывая в сторону безнадежно испорченные.

— Ох уж эти котята! — проворчала Пепелица, обнюхивая перепачканные и смятые листья тысячелистника. — Ну да ладно, беда небольшая. Лишь бы не наелись чего не следует.

— Но они задали вам столько работы! — сочувственно вздохнул Уголек.

— Ничего, мы справимся, — резко ответила Листвичка. — Я выброшу все испорченные листья и сейчас же пойду наберу свежих.

Она так нервничала, что у Белки шерсть встала дыбом. Воительница внимательно уставилась на сестру. «Почему Листвичка чувствует себя такой виноватой? Что дурного в том, чтобы пойти собирать травы?» Но удивительнее всего было то, что у сестры чувство вины смешивалось с каким-то сумасшедшим нетерпением, а за всем этим лежала непонятная глубокая тоска. Что все это значит?

«Наверное, Листвичка просто устала», — решила Белка. Тем более что накануне как раз была Ночь половины луны, когда все целители совершают поход к Лунному Озеру.

Но в глубине души Белка чувствовала, что ее сестра страдает не только от бессонной ночи и трудного путешествия. «Может быть, она получила какой-нибудь дурной знак от Звездного племени? Но ведь Листвичка давно уже ходит сама не своя. А после прошлого Совета скакала, как кузнечик… Что же происходит?»

— Я тебе помогу, — вслух сказала Белка. — Уголек, иди охотиться без меня. Если я освобожусь пораньше, я сама тебя разыщу. Какие травы выбрасывать? — спросила она у сестры.

— Вот эти, — махнула хвостом Листвичка. — Думаю, остальные можно оставить.

Белка разделила испорченные листья и ягоды на две кучки и подобрала пастью первую. Листвичка подняла с пола вторую кучку, вышла из пещеры и следом за Белкой направилась к укромному уголку голой земли, который находился неподалеку от входа в лагерь: там Грозовые коты закапывали свою грязь.

— Послушай, у тебя все в порядке? — спросила сестру Белка.

— А почему у меня должно быть что-то не так? — вопросом на вопрос ответила Листвичка, царапнув когтями по земле.

— Когда ты вызвалась пополнить запасы трав, мне показалось… что ты чувствуешь себя как-то странно, — выпалила Белка и, осененная внезапной мыслью, спросила: — Ты ведь не расстраиваешься из-за Яролики, правда? Все знают, что ты настоящая целительница, а Яролика всего лишь помогает Пепелице.

— Нет, что ты, — опустила глаза Листвичка. — Стану я расстраиваться по пустякам! Послушай, Белка, — с напускным оживлением затараторила она, — если ты хочешь пойти со мной, то лучше нам разделиться. Иначе мы и до вечера не управимся. Я знаю, что Пепелице нужно как можно больше кошачьей мяты. Может быть, ты сбегаешь к заброшенному гнезду Двуногих и принесешь, сколько сможешь?

Белка пристально посмотрела на сестру. Ей было ясно, что Листвичка пытается избавиться от нее.

— А ты куда пойдешь?

— Я? Ну… думаю, к границе с племенем Теней! — пролепетала Листвичка.

Стыд, чувство вины и нетерпение исходили от нее волнами, так что у Белки снова шерсть встала дыбом. Она видела, что Листвичка лжет, и крепко стиснула зубы, чтобы не взвыть от бешенства. «Мы же никогда не лгали друг другу!»

— Знаешь что, — выдавила она из себя, пытаясь оставаться спокойной, — в последние дни ты ведешь себя очень странно. И вообще, ты ужасно изменилась.

Листвичка вздрогнула, словно ее оса укусила, а потом угрожающе прищурила глаза.

— Я иду собирать травы, — холодно произнесла она. — Если ты помнишь, я — целительница. И я вовсе не обязана посвящать тебя в каждый шаг своей жизни.

Листвичка повернулась спиной к сестре и направилась в сторону леса.

Белка едва сдержалась, чтобы не броситься за ней следом. Она понимала, что Листвичка придет в ярость, если увидит погоню. Но сестра была несчастна, и Белка не могла спокойно смотреть на ее страдания.

Белку разбудило уханье совы. Серебристый лунный свет просачивался сквозь ветки, выхватывая из тьмы фигуры спящих воинов. В палатке было тепло от дыхания множества котов. Она широко зевнула и поняла, что уже не уснет. Лапы у нее чесались от какого-то странного беспокойства.

Стараясь не разбудить Уголька, спавшего в хвосте от ее подстилки, Белка вышла на поляну. Возле входа в лагерь белела светлая шерсть сидевшего в дозоре Белохвоста. Белка задумчиво выпустила когти. Может быть, попросить белого воина, чтобы выпустил ее поохотиться? Внезапно какое-то движение привлекло ее внимание. Скосив глаза, она увидела, как из палатки Пепелицы неслышно выскользнула Листвичка.

Белка хотела было окликнуть сестру, но вдруг заметила, что та ведет себя очень странно. Настороженно оглядевшись по сторонам, Листвичка скользнула под прикрытие ежевики. Переждав немного, Листвичка тихонько обошла вокруг поляны, прячась в темноте, как будто выслеживала мышь. Ее волнение передалось Белке, и рыжая кошка задрожала от ушей до хвоста.

Стараясь держаться в тени, Белка стала медленно красться за сестрой, бесшумно переставляя лапы. Она решила, что не будет тревожить Белохвоста и будить остальных воинов, пока сама все не выяснит. Белка уже не сомневалась, что ее сестра угодила в какую-то беду, и собиралась узнать, что именно произошло.

Приблизившись к колючей ограде, перед которой дежурил Белохвост, Листвичка резко свернула и юркнула в куст ежевики. С бешено колотящимся сердцем Белка шмыгнула следом за сестрой. Она очутилась в той части оврага, которую Грозовые коты не стали расчищать от зарослей и использовали для отдыха и хранения свежей добычи. Белка давно не заглядывала сюда и теперь изумленно вытаращила глаза, увидев, что часть каменной стены осыпалась, так что легколапой кошке не составляло большого труда взбежать по осыпи на самый верх. Листвичка нашла потайной выход из лагеря! Наверное, она уже не раз пользовалась им, чтобы тайком убегать в лес.

Белка в несколько прыжков преодолела подъем, прорвалась сквозь колючие плети ежевики и вцепилась когтями в чахлый кустик, росший из трещины в скале. Подтянувшись, она выбралась наверх, юркнула под ближайший папоротник и насторожила уши, прислушиваясь, не заметил ли ее кто-нибудь снизу.

В лагере все было тихо, лишь ветер шуршал в листве. Белка подождала, пока успокоится бешено колотящееся сердце, и высунула голову из папоротника.

Листвички нигде не было видно, но Белка без труда поймала ее запах. Знакомый аромат огибал вершину холма и скрывался в лесу.

Белка бросилась по следу, то и дело останавливаясь, чтобы принюхаться. Ей хотелось бы верить, что сестра отправилась в лес по своим делам, но она прекрасно знала, что целители не собирают травы при свете луны. Кроме того, Листвичка ушла тайком, а исходящий от нее запах вины и ожидания ясно давал понять, что юная целительница делала что-то, чего не должна была делать.

«Надо было все рассказать мне! — сердито подумала Белка. — Может быть, я бы что-нибудь придумала!»

Белка шла вперед, вынюхивая запах сестры, но это оказалось не таким-то простым делом. Она едва не сбилась со следа на голом клочке земли, с торчащим из песка камнем, но к счастью, обогнув валун, снова почувствовала запах Листвички. Потом начался заболоченный участок, и след Листвички окончательно исчез. Белка несколько раз прошлась туда-сюда, уткнувшись носом в мокрую землю, но все было тщетно.

— Ну вот! — фыркнула она. — Хороша охотница!

Следуя на звук бегущей воды, она вышла к ручью. Ветерок принес запах племени Ветра. Может быть, Листвичка уже ушла на соседнюю территорию? Что если перейти ручей и принюхаться, не пахнет ли там Листвичкой? Но в этом случае Белка рисковала столкнуться с кем-нибудь из воинов Ветра, которые вышли поохотиться ночью. В последнее время Однозвезд так ненавидит Грозовое племя, что лучше ему не попадаться! Поразмыслив, Белка решила вернуться в лагерь и ждать возвращения Листвички возле потайного лаза.

Вернувшись обратно, Белка устроила засаду в зарослях папоротника прямо над осыпью. В животе у нее громко урчало от голода, но она не смела отойти поохотиться, чтобы не пропустить возвращения сестры.

Первые следы занимающегося рассвета окрасили молочно-белое небо, когда Белка услышала чьи-то тихие шаги в траве. Она принюхалась и почуяла запах Листвички. Сестра бежала ей навстречу, низко опустив голову и волоча хвост по мокрой траве.

— Где ты была? — заступила ей дорогу Белка.

Листвичка резко вскинула голову и недоверчиво уставилась на Белку.

— Что ты здесь делаешь? — прошипела она. — Шпионишь за мной?

— Что ты болтаешь, глупая шерстяная дурочка? — воскликнула Белка и бросилась к сестре, чтобы прижаться боком к ее боку и успокоить. Но Листвичка отшатнулась и прищурила глаза. — Мне не спалось ночью, и я случайно увидела, как ты убежала. Я беспокоилась за тебя. У тебя какая-то беда, я же вижу! Почему ты не хочешь рассказать мне, в чем дело?

Белка всей шерстью почувствовала смятение, охватившее Листвичку при этих словах, и едва устояла на лапах, потрясенная силой переживаний сестры. Она чувствовала, что Листвичка очень хочет довериться ей, но какая-то непреодолимая преграда отделяет от сестры. Выходит, неприятности Листвички еще серьезнее, чем она думала.

— Нет у меня никакой беды, ясно? — покачала головой Листвичка. — Оставь меня в покое.

— И не подумаю! — хмыкнула Белка. — Листвичка, что с тобой творится? Ты тайком выползаешь из лагеря и…

— Выползаю?! — прошипела целительница, и хвост у нее распушился от негодования. — Кто бы говорил! Разве это не ты ползала по лесу, выслеживая меня?

— Неправда! — возмутилась Белка. — Я только хотела узнать, что случилось.

— Что бы ни случилось, тебя это не касается. Если бы ты мне доверяла, то прямо спросила бы, а не шпионила за мной.

— Хорошенькое дело! — взорвалась Белка. — Моя сестра в беде, а я должна сидеть сложа лапы!

— Если бы мне нужна была твоя помощь, я бы тебя попросила, — отрезала Листвичка.

— Ты сама прекрасно знаешь, что тебе нужна помощь, — повторила Белка, едва сдерживая клокочущую ярость. — Если дело касается твоих обязанностей, ты должна посоветоваться с Пепелицей.

— Станет она меня слушать! — холодно усмехнулась Листвичка, и ее желтые глаза стали узкими, как щелки. — У нее теперь есть Яролика. Я ей больше не нужна.

— В жизни не слышала такой чепухи!

— Ну да, ты же одна у нас такая умница-разумница, — процедила Листвичка. — Надеюсь, ты не забудешь рассказать Огнезвезду и об этом тоже?

Белка почувствовала, что весь ее гнев будто лапой сняло. Нужно иметь сердце из колючек, чтобы ссориться с сестрой, когда она в таком отчаянии! Ясно было одно — где бы ни была Листвичка, что бы ни делала, счастьем там даже не пахло.

— Я никому ничего не сказала. И не скажу, — тихо проговорила Белка. — А теперь тебе лучше вернуться в свою пещеру, пока тебя не хватились.

Листвичка кивнула и прошла к склону, но у самого края обернулась и посмотрела на сестру таким печальным взглядом, что у Белки чуть сердце не разорвалось.

— Прости меня, — прошептала Листвичка так тихо, что Белка едва расслышала. — Я скажу тебе все, если смогу, обещаю.

И, не дожидаясь ответа, скрылась за краем насыпи.

Белка осталась стоять, дрожа, как листок на ветру. Она знала, что не сможет вернуться в палатку и уснуть. В животе у нее снова заурчало, напоминая, что пора бы перекусить. Может быть, сходить поохотиться? Белка развернулась, чтобы броситься в лес, и подскочила от неожиданности, когда трава с шорохом раздвинулась, и из нее вышел Ежевика.

— Мне показалось, я только что видел Листвичку, — сказал он. — Куда она подевалась?

— Понятия не имею, — огрызнулась Белка. — Ей не нужно спрашивать разрешения, чтобы входить и выходить из лагеря.

Ежевика прищурил глаза, явно догадавшись, что она что-то скрывает.

— Опасно ходить по лесу в одиночку, тем более, по ночам, — заметил он.

— Она же целительница, — выдавила из себя Белка, мысленно проклиная сестру за то, что приходится врать. — Мне показалось, она ходила за какими-то травами.

Ежевика опустил веки, и Белка поняла, что он ей не поверил. Наверное, заметил, что Листвичка вернулась в лагерь налегке. Кроме того, честной целительнице незачем украдкой пробираться домой по склону, минуя туннель. Белка нервно дернула хвостом, едва сдерживаясь, чтобы не броситься наутек от расспросов полосатого воина.

— Я иду охотиться, — бодро заявила она.

— Я тоже, — сказал Ежевика, и Белке показалось, что он хочет предложить ей пойти вместе.

Этого ей только не хватало!

— Ладно, тогда я пошла в ту сторону! — воскликнула Белка и, развернувшись, со всех лап бросилась к границе племени Теней. Обернувшись на бегу, она крикнула: — Увидимся в лагере!

Продираясь сквозь кусты, она чувствовала на себе горящий взгляд Ежевики, и горькое сожаление терзало ее изнутри.

Раньше она, не задумываясь, рассказала бы Ежевике о Листвичке — уж он-то точно придумал бы какой-нибудь выход! Теперь она ни на коготь ему не доверяла, ничему не верила и скорее умерла бы, чем рассказала о тайнах Листвички этому полосатому предателю. Белка не знала, что это за тайны, но страх за сестру давил ей на плечи, словно тяжкая туча, грозящая в любой миг разразиться бурей.

Глава XVII

Листвичка бежала сквозь высокие заросли, насторожив уши, чтобы услышать шум погони. С тех пор, как сестра подкараулила ее, Листвичка жила в постоянном страхе преследования. При одной мысли о том, что ее соплеменники узнают, чем она занимается, у Листвички начинало сводить живот сильнее, чем от голода. «Но рано или поздно они все равно все узнают!» — твердил ее внутренний голос.

Ссора с Белкой до сих пор терзала ее. С раннего детства они были не разлей вода, и теперь, лишившись близости с сестрой, Листвичка чувствовала себя совсем одинокой. Но разве она могла довериться Белке и рассказать ей о своих тайных свиданиях с Грачом? Он заменил ей родных и друзей, кроме него ей не с кем было поговорить.

Листвичка пыталась набраться храбрости и признаться во всем Пепелице, но целительница была поглощена пополнением истощившихся запасов и с утра до ночи рыскала по лесу, выискивая ранние травки. Кроме того, Листвичка подозревала, что мудрой серой кошке давно известна ее тайна: возможно, именно этим объяснялась непривычная резкость и раздражительность Пепелицы. Листвичка тосковала по тому времени, когда они с Пепелицей до вечера бродили по лесу и болтали, не забывая собирать нужные листья и ягоды. В последнее время наставница держалась отчужденно и сурово, и от их былой дружбы не осталось и следа.

Однажды Листвичка была в таком отчаянии, что решила во всем признаться матери, и даже подошла к ней во время ужина. Но Песчаная Буря оживленно обсуждала с Дымом лучшие места для охоты и, ласково кивнув дочери, снова вернулась к спору. Оставалась еще Медуница, но та со дня на день ждала рождения своих котят, поэтому целыми днями сидела в детской вместе с Ромашкой и Тростинкой. А после того случая, когда Пепелица поручила своей помощнице отнести королевам укрепляющие травы, Листвичка вообще предпочитала держаться подальше от детской. Острые колючки зависти и сейчас впивались в ее сердце при одном воспоминании о тяжелом животе Медуницы и копошащихся на полу Ромашкиных котятах.

Шерсть у Листвички давно вымокла, и она начала мерзнуть. Остановившись, чтобы отряхнуться, она посмотрела в небо, на тонкий ломтик месяца. Пройдет время, прежде чем он станет ровной половинкой, и целители вновь соберутся у Лунного Озера, но Листвичка изнывала от желания поскорее лечь возле темной воды и открыть свои сны Звездному племени. Неужели небесные покровители отвергнут ее и на этот раз?

— О, Пестролистая! — прошептала юная целительница. — Если бы ты могла дать мне совет!

Голова у нее слегка кружилась от усталости. Частые встречи с Грачом почти не оставляли ей времени на сон, а бодрствуя, она терзалась от разлуки и беспокойства. «Долго ты так не продержишься», — подсказывал внутренний голос.

Грач говорил то же самое:

— Так не может продолжаться вечно, Листвичка. Только покинув свои племена, мы сможем быть вместе по-настоящему!

Листвичка в страхе смотрела на него. Несмотря на все препятствия, страхи и неизменное чувство вины, сопровождавшее ее любовь, она и думать не хотела о том, чтобы навсегда покинуть лес.

— Что ты говоришь, Грач! Мы не можем этого сделать!

В ответ Грач упрямо стискивал челюсти:

— Это единственный выход. Прошу тебя, подумай хорошенько. Обещаешь?

— Хорошо, — с усилием кивала Листвичка. — Я подумаю.

Но сколько ни думай, а сердцу не прикажешь. Разве она сможет навсегда отказаться от своего долга целительницы, от племени, родни, друзей? Она чувствовала, что, даже решившись на бегство, никогда не сможет свыкнуться с этой потерей.

Приблизившись к пограничному ручью, Листвичка принюхалась. Каждый волосок на ее шкуре нетерпеливо затрепетал, когда она учуяла запах Грача, а потом увидела его самого, сидевшего в кустах на противоположном берегу.

— Грач! — крикнула Листвичка, бросаясь к нему.

— Листвичка!

Грач вскочил и высоко поднял хвост, приветствуя ее.

Листвичка остановилась у кромки воды. Грач сбежал вниз по берегу, бросился в ручей и зашлепал по воде, не замечая глубины. Выскочив на территорию Грозового племени, он подошел к Листвичке и отряхнулся, разбрызгивая сверкающие капли. Она вдохнула его запах и блаженно закрыла глаза.

— Какое счастье, что ты пришел, — прошептала она. — Тебя никто не заметил, когда ты убегал из лагеря?

Грач хотел ответить, но вдруг замер, насторожив уши. В тот же миг за спиной у Листвички громко зашелестели кусты. Запах Грозового племени ударил ей в ноздри, и Листвичка, вне себя от ярости, обернулась.

— Выходи, Белка! — прошипела она. — Я знаю, что ты здесь!

Какое-то время все было тихо. Потом папоротники раздвинулись… и на берег вышла Пепелица.

— Что… что ты тут делаешь? — пролепетала Листвичка, бросив испуганный взгляд на Грача.

Целительница, прихрамывая, подошла ближе и спокойно посмотрела на свою ученицу.

— Ты прекрасно знаешь, что я здесь делаю, Листвичка. Я хотела убедиться, что ты еще не совсем потеряла голову, и попросить тебя немедленно положить этому конец.

Листвичка оцепенела.

— Я… я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Не лги мне, Листвичка. Тем более сейчас, когда я вижу рядом с тобой воина Ветра. На нашей территории, к слову сказать. Ты еще не устала притворяться?

В глазах ее не было гнева, только печаль и сострадание. Этот взгляд пронзил Листвичку, словно коготь, так что она не могла отвести глаз.

— Это тебе Белка про меня рассказала? — пролепетала она.

— При чем тут Белка? Я собирала травы и почуяла твой запах, а потом и запах племени Ветра. Вот и подошла посмотреть, в чем тут дело. Ох, Листвичка, Листвичка. Неужели ты думала, что я до сих пор не заметила, как ты убегаешь по ночам?

Листвичка задрожала от страха.

— Ты… Ты шпионила за мной!

— Зачем мне шпионить? — пожала плечами Пепелица. — Просто у меня есть глаза и голова на плечах. В последнее время ты постоянно ходишь сонная, путаешь травы, у тебя все валится из лап. Что касается Грача, то и о нем я давным-давно догадалась. Ты думаешь, я не видела, как вы ведете себя на Советах? Я пока, слава Звездному племени, не слепая.

— Постой, — подал голос Грач, выступая из-за спины Листвички. — Ты ведь не думаешь, что Листвичка предала свое племя? Это совсем другое, клянусь тебе! Это касается только нас двоих.

Пепелица сурово посмотрела на него и покачала головой.

— С какой стати я должна думать такое о своей ученице? Но она не должна находиться здесь — с тобой, и ты не хуже меня об этом знаешь.

Грач мгновенно вздыбил шерсть.

— Успокойся, Грач, — тихо приказала Листвичка. — Я сама все улажу, — пообещала она и с усилием добавила: — Теперь тебе лучше вернуться в свой лагерь.

— Я не брошу тебя одну! Она же сейчас тебе уши оторвет!

— Пепелица ничего мне не сделает. Прошу тебя, уходи, — взмолилась Листвичка.

Несколько мгновений Грач стоял неподвижно, напружинив лапы и угрожающе оскалив острые клыки. Потом резко развернулся и бросился обратно к ручью. Листвичка не сводила с него глаз, пока серый воин не скрылся в кустах на противоположном берегу.

Потом она повернулась к своей наставнице и глубоко впилась когтями в землю.

— Мы никому не причинили вреда!

— Листвичка! — с непривычной суровостью одернула ее Пепелица. — Начнем с того, что Грач принадлежит к чужому племени. Но даже это еще полбеды! Главное — ты целительница. Твой путь одинок. У тебя не будет семьи — ни с Грачом, ни с каким-нибудь другим воином. Ты должна была знать об этом.

«Я знала! — беззвучно закричала Листвичка. — Но разве я понимала, что это значит?»

— Это несправедливо, — вслух сказала она. — У меня тоже есть чувства, как и у любого другого кота!

— Кто же спорит? Но целительница обязана сдерживать эти чувства во имя служения своему племени. Наша стезя трудна, но в ней есть свое счастье. Я ведь тоже целительница. Но я никогда не пыталась обмануть доверие, оказанное мне звездными предками.

Каждое ее слово было подобно удару барсучьих когтей. Красная волна ярости подступила к горлу Листвички, накрыла с головой.

— Ты никогда никого не любила!

Пепелица смотрела на нее, и невысказанные мысли, словно мальки в реке, плескались в ее голубых глазах.

Но Листвичка уже не могла остановиться.

— Тебе легко рассуждать! — горько выкрикивала она. — Ты никогда не хотела быть рядом с любимым, иметь детей!

Старшая целительница выпустила когти и угрожающе приподняла шерсть на загривке.

— Откуда ты знаешь, чего я хотела, а чего нет? — В голосе ее ясно прозвучало закипающее рычание. — Откуда ты знаешь, какими мечтами мне пришлось пожертвовать, вступив на путь, указанный мне Звездным племенем?!

Листвичка вздрогнула. Никогда еще она не видела свою наставницу в таком гневе.

— А теперь пошли в лагерь — быстро! — прошипела Пепелица. — И оставь все эти глупости. Так будет лучше — прежде всего для тебя самой. Что это за любовь, когда приходится лгать, изворачиваться и прятаться в темноте? Я потратила столько времени, чтобы сделать из тебя настоящую целительницу, и не позволю пустить это все барсуку под хвост! Ты нужна своему племени.

— Нет! Никуда я не пойду! — закричала Листвичка, захлебываясь от стыда и гнева. — Я все равно буду встречаться с Грачом, и ты не сможешь меня остановить! Ты просто завидуешь, потому что он меня любит, а ты одна, одна, одна…

Глаза Пепелицы сверкнули, и она, выпустив когти, бросилась на Листвичку. Та повернулась и в страхе кинулась наутек. Она летела, не разбирая дороги — подальше от этого осуждающего взгляда, от этих острых когтей.

Усталость заставила Листвичку остановиться и посмотреть, где она очутилась. Она стояла на краю узкой долины, заросшей папоротником и утесником. Земля постепенно понижалась, и, прислушавшись, Листвичка различила вдалеке плеск бегущей воды. Лапы у нее задрожали от облегчения. Она покинула территорию Грозового племени и очутилась на полпути к Лунному Озеру!

Сейчас ей как никогда были нужны покой и уединение этого священного места. Там она, наконец, сможет побыть одна, без вечного страха перед разоблачением, без вопрошающих глаз Грача, который все настойчивее умолял ее бежать из леса. Пусть духи предков-воителей сойдут к ней с небес и посоветуют, как быть!

Листвичка побрела вперед и вскоре достигла Лунного Озера. Она легла на берегу, лизнула воды и закрыла глаза.

— Ах, Листвичка, Листвичка! — прозвучал над ее ухом ласковый голос, и нежная шерсть коснулась ее бока.

Листвичка открыла глаза — рядом с ней, окутанная звездным сиянием, стояла Пестролистая.

— Пестролистая! — замурлыкала Листвичка. — Как же я соскучилась по тебе! Я думала, ты отвернулась от меня.

— Обещай, что никогда больше не будешь думать таких глупостей, дорогая, — улыбнулась красивая пестрая кошка. — Разве я могла бросить тебя наедине с твоими терзаниями?

Листвичка почувствовала, как шерсть ее прилипла к телу от стыда.

— Ты все знаешь про меня и про Грача?

Пестролистая молча кивнула.

— Я слишком сильно его люблю, поэтому не могу больше оставаться целительницей! — жалобно пролепетала Листвичка.

Пестролистая прижалась щекой к ее боку и тихо замурлыкала.

— Я знаю, что такое любовь, хотя мой путь не был похож на твой. Кто знает, возможно, и мне пришлось бы испытать эту боль, останься я в живых.

— Прошу тебя, скажи, что мне делать! — взмолилась Листвичка. — Я больше не вынесу этой муки! Я потеряла связь со своим племенем. Мне кажется, я там никому не нужна. Пепелица отвергает меня, она приблизила к себе Яролику.

— Сейчас Яролике очень нелегко. Ей нужна цель, — мудрость, ярче лунного света сверкала в глазах Пестролистой. — Она нашла эту цель, помогая Пепелице. Будь к ней милосердна, моя маленькая.

— Но она все время крутится возле Пепелицы! — прошипела Листвичка, но тут же устыдилась своей несправедливости. — Я попытаюсь ее понять, — со вздохом пообещала она. — Но я чувствую себя лишней не только из-за Яролики. Я поссорилась с Белкой, а мы с ней никогда не ссорились!

— Твоя сестра любит тебя. Одна ссора ничего не значит.

— А Грач? — спросила Листвичка, и сердце ее, как всегда, пустилось вскачь при одном упоминании серого воина. — Он уговаривает меня бежать. Я очень хочу быть с ним, но неужели я должна покинуть свое племя ради любви?

— Этот выбор можешь сделать только ты, — ответила Пестролистая, легко коснувшись плеча Листвички кончиком своего хвоста. — В глубине души ты знаешь, как должна поступить. Прислушайся к своему сердцу, дорогая.

Листвичка опустилась на землю. В голове у нее внезапно все прояснилось. Пестролистая советует ей слушаться своего сердца? Но ведь сердце ее принадлежит Грачу! Пестролистая все поняла!

— Ты хочешь сказать, что я могу любить его? О, Пестролистая, спасибо тебе!

Красивая пестрая кошка начала таять, и вскоре растворилась среди звезд. На земле остался лишь ее нежный аромат, да тихие слова, сказанные на прощание:

— Запомни, моя маленькая — ты знаешь, как должна поступить.

Листвичка моргнула. Нос ее почти касался холодной воды, лапы затекли от долгого лежания на камнях. Но она легко вскочила и подпрыгнула, чувствуя, что может бежать хоть на край света.

«Слушайся своего сердца». Пестролистая посоветовала ей подчиниться зову любви и покинуть свое племя вместе с Грачом. И ничего страшного, что она целительница — Яролика легко сможет ее заменить! Кроме того, Пепелица еще молода и полна сил, она еще успеет воспитать себе новую ученицу. Выходит, Листвичка не зря чувствовала, что не нужна своим соплеменникам. Ее судьба лежала далеко за границами Грозового племени, потому что будущее ее связано с Грачом.

Сердце у нее стало легким, словно осенний листок. Не чуя под собой лап, Листвичка помчалась на поиски Грача. Она боялась только одного — что не увидит Грача до следующего Совета. В конце концов, она сама отослала его прочь. А вдруг он обиделся и больше не захочет ее видеть?

Но потом она заметила серую фигурку, сидевшую под кустом утесника, возле самой границы.

Грач грустно смотрел в озеро, обвив лапы хвостом, и выглядел так сиротливо, что у Листвички чуть сердце не разорвалось. Они оба были одиноки в своих племенах, но зато теперь они всегда будут вместе!

— Грач!

Он резко обернулся. Листвичка бросилась к нему через ручей, а Грач понесся ей навстречу. Глаза его сверкали, как звезды, когда он зарылся носом в ее шерсть и переплел свой хвост с ее хвостом.

— Я подумала над тем, что ты сказал, — прошептала Листвичка. — Про то, чтобы уйти отсюда.

— И что?

— Я очень боялась, Грач. Боялась покинуть свое племя, своих родных. Но я ходила к Лунному Озеру, и Пестролистая сошла с небес, чтобы поговорить со мной. — Поймав озадаченный взгляд Грача, она пояснила: — Пестролистая когда-то была нашей целительницей, но теперь она охотится со Звездным племенем. Она часто посещает мои сны.

Грач как-то странно посмотрел на нее, и Листвичке показалось, что он ей не поверил или решил, будто ей все приснилось.

— Что же она сказала? — напряженно спросил он.

— Она посоветовала мне слушаться своего сердца.

Глаза Грача вдруг стали огромными и печальными.

— Но ты же целительница, Листвичка. Твое сердце велит тебе помогать своему племени.

— Так было раньше, — выдавила из себя Листвичка. Сердце у нее задрожало от нежности, когда она поняла, что Грач воспринял ее слова, как отказ. — Понимаешь, в Грозовом племени уже есть целительница. Пепелица молода и полна сил, она еще долго будет служить своему племени. А сейчас у нее появилась новая помощница, Яролика. Когда я уйду, Пепелица сможет сделать ее своей ученицей.

Грач судорожно сглотнул:

— Когда ты уйдешь? Листвичка, ты хочешь сказать…

— Да, Грач. Я ухожу с тобой.

Глаза Грача вспыхнули таким счастьем, что Листвичка невольно вздрогнула. Неужели он в самом деле так сильно ее любит? Теперь она уже не сможет его оставить. Пути назад больше не было.

— Я тоже боялся, — признался Грач. — Мне не хотелось покидать свое племя, друзей. Знаешь, я даже мечтал, что когда-нибудь стану предводителем. Но все это не главное. Больше всего на свете я боюсь потерять тебя, Листвичка. Но оставшись здесь, мы никогда не будем вместе.

Листвичка прижалась боком к его боку; тепло его шерсти успокоило ее и позволило заглянуть в темное и непонятное будущее.

— Куда мы пойдем?

— Только не в ту сторону, откуда пришли, — деловито рассудил Грач. — Там только горы и территория Двуногих. Знаешь что, за границами племени Ветра простираются холмы, и мне кажется, мы могли бы там обосноваться. Я позабочусь о тебе, Листвичка, — пообещал он. Глаза его вдруг потемнели, и он отвернулся, словно вспомнив о чем-то. — Клянусь, что всегда буду заботиться о тебе, — с нажимом повторил он. — Ты готова?

— Ты хочешь уйти прямо сейчас? — ахнула Листвичка.

— А что нас удерживает тут?

«Но я хотела бы попрощаться!» — хотелось крикнуть Листвичке, но она знала, что это невозможно. Это не принесет ничего, кроме гнева, боли, слез и смятения, а в худшем случае ее могут силой удержать в лагере.

— Ничего! — с напускной бодростью ответила она. — Я готова.

— Спасибо тебе. Клянусь, я сделаю все для того, чтобы ты никогда об этом не пожалела.

Они повернулись спиной к озеру и побрели в сторону холмов. Поднимающееся солнце окрашивало небо полосами пламени, а они шагали на рассвет, оставляя за собой родные племена и все, что знали и любили.

Глава XVIII

Белка вместе с Угольком и Терновником возвращались из рассветного патруля. Когда они выскочили из лаза, солнечные лучи заглянули в каменный овраг, испещрив землю дрожащими тенями первых листьев. Белка остановилась перед входом, потянулась и подставила спинку теплому солнышку.

— Белка! — Пепелица, прихрамывая, бросилась навстречу рыжей воительнице. — Ты видела Листвичку сегодня утром?

В животе у Белки похолодело от нехорошего предчувствия.

Нет, — ответила она. — Мы были возле границы с племенем Теней, — выпалила она и едва сдержалась, чтобы не добавить: «А Листвичка бегает в сторону племени Ветра!»

Пепелица кивнула, и Белка отчетливо поняла, что целительница угадала ее невысказанный ответ.

— Я видела ее этой ночью, — сказала Пепелица, поведя ушами.

Белка во все глаза уставилась на целительницу. «О чем она говорит?»

— Когда я проснулась, ее подстилка была холодной, — продолжала серая целительница, — а запах старым. Она не ночевала в лагере.

Пепелица прищурила глаза, и Белка испуганно вздрогнула. Наверное, целительница очень сердится на нее за то, что она ничего не рассказала ей о тайных исчезновениях сестры.

— Прости, Пепелица, я не хотела…

Но целительница взмахнула хвостом, не дав ей договорить.

— Не волнуйся, Белка. Я давно знала, что она ходит на свидания с Грачом.

«С Грачом?!» Каждый волосок на шкуре у Белки встал дыбом от изумления. Какой вздор! Листвичка действительно зачем-то уходила из лагеря по ночам. Но Белка и понятия не имела, куда и к кому она ходит!

— Этого не может быть! Грач до сих пор любит Ласточку.

— Ласточка умерла. А в жизни кота может быть не одна любовь. Белка, неужели ты не видела, как они смотрели друг на друга во время Советов? Куда, по-твоему, твоя сестра бегала чуть ли не каждую ночь?

Белка во все глаза уставилась на Пепелицу. Но ведь Листвичка — целительница! Но тут она вспомнила мучительную смесь вины и восторга, которая исходила от сестры в последние дни, и поняла, что Пепелица права. Белке захотелось провалиться сквозь землю от стыда. Она была так поглощена своей новой дружбой с Угольком, что даже не попыталась выяснить, что творится на сердце у сестры!

— Ты думаешь, она ушла к нему в племя Ветра? — хрипло выдохнула Белка.

— Наверное, — пошевелила усами Пепелица.

— И они ее примут?

— А ты сама как думаешь? — сухо поинтересовалась Пепелица. — Твоя сестра — настоящее сокровище для любого племени. Но мы пока ничего точно не знаем, — добавила она. — Прошлой ночью, когда Листвичка снова сбежала из лагеря, я пошла за ней. Она увидела меня, и мы поссорились. Мы обе наговорили друг другу много такого, о чем лучше было промолчать. Возможно, она до сих пор отсиживается где-то на территории Грозового племени и старается успокоиться, чтобы вернуться обратно.

Пепелица сказала все это деловито и спокойно, не давая волю чувствам. Могло показаться, что за этой холодностью скрывается гнев и возмущение предательством Листвички, но когда Пепелица повернулась, чтобы уйти, Белка услышала ее тихий шепот:

«Да пребудет с ней Звездное племя, да приведет оно ее домой целой и невредимой!»

Тем временем лагерь начал просыпаться. Белка знала, что пройдет совсем немного времени, и весь лагерь будет знать об исчезновении Листвички.

— Пойду, расскажу Огнезвезду, — глухо проронила Пепелица.

Белка бросилась ей наперерез и загородила дорогу.

— Подожди, давай пока не будем никому рассказывать. Я сама пойду в лес и поищу Листвичку. Может быть, мне удастся отыскать ее и привести домой, пока никто ничего не заметил.

Пепелица заколебалась. Потом молча кивнула головой.

— Спасибо, Белка. Нам очень важно найти ее. Подумать только, она же все потеряет — свое племя, родных, друзей, призвание целительницы! — Пепелица отвела глаза и тихо добавила: — Я думаю, она не понимает, как много значит для нее Грозовое племя.

Белка повернулась и бросилась в сторону лаза. Лапы сами несли ее к границе с племенем Ветра. После того, что рассказала ей Пепелица, она почти не сомневалась в том, что на территории Грозового племени Листвички нет. Ее сестра никогда не пряталась от беды… впрочем, возможно, она совсем не знала свою сестру?

Белка остановилась и принюхалась, выискивая запах Листвички.

— Если я не найду ее у границы, пойду на территорию племени Ветра, — вслух сказала она.

— На территорию племени Ветра? Зачем?

Белка подпрыгнула от неожиданности.

— Ежевика! Как же ты меня напугал, я чуть не облысела от страха! — пролепетала она, глядя на полосатого воина, который неторопливо вышел из-под орешника.

— Почему ты сказала, что пойдешь на территорию племени Ветра? — повторил Ежевика. — Нам не нужны неприятности с соседями. Однозвезд и так затаил на нас зуб.

— Можно подумать, я нарываюсь на неприятности! — огрызнулась Белка. Она была так напугана и взволнована, что не хотела врать. — Я хочу разыскать Листвичку. Пепелица думает, что она ушла в племя Ветра, чтобы быть с Грачом.

— Но она же целительница, — повел ушами Ежевика.

— А то я не знаю! — потеряв терпение, зашипела Белка.

Ежевика даже усами не пошевелил.

— Если это так, значит, нужно сходить туда, — спокойно ответил он. — Иначе Огнезвезд решит, будто мы выгоняем своих котов. — Белка возмущенно зашипела, а Ежевика добавил: — Ну и, конечно, нужно вернуть Листвичку. Она совершила огромную ошибку, бросив свое племя.

— Она сошла с ума! — простонала Белка, рванув когтями землю. — Я должна найти ее, пока Огнезвезд ничего не узнал!

— Почему ты думаешь, что она захочет вернуться? — янтарные глаза Ежевики потемнели. — Мы не можем заставить ее.

— Но она должна вернуться!

— Если Листвичка вступила в племя Ветра, значит, она приняла очень серьезное решение, — заметил Ежевика. — Будет нелегко убедить ее передумать.

— Но я должна постараться, — простонала Белка. — Даже если мне не удастся ее уговорить, я хоть буду знать, где она!

— Ты что-нибудь чувствуешь? — вдруг спросил Ежевика. — Как тогда, во время нашего путешествия?

Белка зажмурилась, пытаясь восстановить ту необъяснимую связь, которая с рождения объединяла их с сестрой. Она попробовала представить себе Листвичку, и на миг ей почудилась легкая тень, похожая на след ветра, пробежавшего по вересковой пустоши, но потом все исчезло, не оставив после себя ничего, кроме пустоты.

— Я ее не вижу, — потерянно прошептала она.

— Ладно, тогда нечего тут стоять, — выпрямился Ежевика. — Пошли.

— Ты пойдешь со мной? — изумленно пролепетала Белка.

— Если ты собралась на территорию племени Ветра, тебе нужен сопровождающий, — просто ответил Ежевика. — В последнее время Грозовые коты — не самые желанные гости Однозвезда.

Теплая волна благодарности согрела сердце Белки. Что бы она ни думала по поводу его опасного честолюбия и непростительной готовности во всем доверять своему братцу Коршуну, сейчас ей было ясно одно — в этом деле ей не нужен никто, кроме Ежевики.

Они молча побрели к границе; Белка была так расстроена, что ей совсем не хотелось разговаривать. Как Листвичка смогла отвернуться от всего, что связывало ее с Грозовым племенем? Неужели ни родные, ни друзья, ни призвание целительницы больше ничего для нее не значат? А Огнезвезд? При мысли об отце у Белки зашевелилась шерсть. Как она сможет рассказать ему о бегстве сестры?

Покосившись в сторону, она поймала сочувственный взгляд полосатого воина и вдруг вспомнила, что однажды Ежевика тоже потерял сестру, которая навсегда ушла в чужое племя. Значит, он лучше других может понять ее.

— Ты чувствовал то же самое, когда Рыжинка ушла? — выпалила Белка, не успев как следует обдумать свои слова. — Как будто больше ничего уже не будет хорошо?

Ежевика ответил не сразу.

— В первое время я чувствовал себя таким одиноким, что хотел умереть. Но я всегда знал, что должен уважать выбор Рыжинки. Поэтому мы остались друзьями.

«Но это совсем не то же самое! — подумала про себя Белка. — Рыжинка не была целительницей, которую Звездное племя благословило помогать своим соплеменникам».

Они поднимались вверх по течению ручья, останавливаясь через каждые несколько шагов, чтобы принюхаться. Когда деревья уступили место голой пустоши, Белка настороженно приподняла уши. Запах спускался к ручью и резко обрывался возле воды.

— Она перешла здесь, — сказала Белка, оборачиваясь к Ежевике.

— Похоже на то. — Ежевика посмотрел на расстилавшуюся впереди пустошь. — Значит, идем в племя Ветра.

Он первым вошел в ручей, Белка бросилась следом. Выбравшись на другой берег, они снова почувствовали запах Листвички, на этот раз смешанный с запахом другого кота.

— Племя Ветра, — уверенно заявил Ежевика. — Наверное, Грач.

— Должно быть, он ждал ее здесь, — пробормотала Белка.

Последняя надежда исчезла, и она впервые ясно поняла, что навсегда потеряла свою сестру.

Глава XIX

— Лучше сразу пойти в лагерь, — решил Ежевика. — Если Однозвезд решил принять Листвичку в свое племя, он не станет посылать ее в патрулирование до тех пор, пока не убедится в ее верности.

— Я не вернусь домой, пока не поговорю с ней, — решительно заявила Белка.

Если бы только Однозвезд позволил им повидаться с Листвичкой! На прошлом Совете предводитель племени Ветра был настроен так враждебно, что Белка с невольной робостью шагала через пустошь, где их легко могли заметить патрульные. Она то и дело оглядывалась по сторонам, высматривая воинов Ветра, и все-таки вздрогнула от неожиданности, когда патруль внезапно выскочил из-за камней и бросился им навстречу.

— Смотри, это Паутинник с Пронырой! — прошипела Белка.

Они остановились и стали ждать патрульных. За воинами бежал оруженосец, которого Белка раньше никогда не видела. У нее судорогой свело живот, когда Паутинник с откровенной ненавистью уставился на них с Ежевикой и воинственно распушил загривок.

— Что вы делаете на нашей территории? — рявкнул он.

— Нам нужно поговорить с Однозвездом, — твердо ответил ему Ежевика.

Длинный хвост Паутинника начал угрожающе раскачиваться из стороны в сторону.

— Опять Грозовое племя лезет в наши дела? Чего Огнезвезду понадобилось на это раз?

— Мы расскажем об этом Однозвезду.

Паутинник с Пронырой обменялись недобрыми взглядами, и Белка приготовилась с боем прорываться обратно к границе.

Но Паутинник неожиданно опустил загривок и презрительно сплюнул.

— Можете не говорить, зачем вы сюда приперлись. Мы и так знаем. Думаю, Однозвезд захочет выслушать ваши оправдания!

Они с Пронырой расступились, пропуская Белку с Ежевикой, а маленький оруженосец проводил непрошеных гостей возмущенным взглядом. Белка удивленно посмотрела на Ежевику, но полосатый воин сам был в полной растерянности. Судя по всему, Паутинник говорил о Листвичке, но почему тогда воины Ветра ждут от них каких-то оправданий? Неужели они недовольны тем, что целительница захотела вступить в их племя?

Воины Ветра повели Белку с Ежевикой в свой лагерь. Не успели они подняться на склон, как маленький оруженосец со всех лап понесся предупредить Однозвезда, так что когда Грозовые коты очутились в низине, предводитель племени Ветра уже ждал их возле груды камней, возвышавшейся посреди лагеря. Рядом с ним стояли глашатая Хмуролика и несколько других воинов; все они с явным нетерпением поджидали приближения Белки с Ежевикой. Ни Листвички, ни Грача нигде не было видно. Белка судорожно сглотнула. Неужели Однозвезд держит их под охраной?

— Вот они! — фыркнул Паутинник.

Однозвезд шагнул вперед, прижав уши к затылку.

— Я полагаю, вас прислал Огнезвезд? — зашипел он, не утруждая себя приветствием. — Надеюсь, вы объясните нам, по какому праву Грозовое племя похищает чужих воинов?

— Что?! — слепая ярость охватила Белку, подобно тому, как сухая трава вспыхивает под языками огня. — Да как ты смеешь обвинять нас в похищении! Это племя Ветра…

Она не договорила, потому что Ежевика с силой хлестнул ее хвостом по губам. Белка возмущенно обернулась и увидела в его янтарных глазах ясный сигнал опасности. Она покорно втянула когти и нехотя шагнула назад.

Полосатый воин почтительно склонил голову перед Однозвездом и басовито проговорил:

— Грозовое племя не похищало никого из ваших воинов. У вас кто-то пропал?

— Грач, да? — не выдержала Белка.

Однозвезд сощурил глаза, но не успел и пасть раскрыть, как его опередила Хмуролика.

— Да! Вы знаете, где он? — в отчаянии выкрикнула она, и Белка запоздало вспомнила, что Грач был ее сыном.

— Молчать! — рыкнул Однозвезд, свирепо посмотрев на свою глашатаю, но та, не дрогнув, выдержала его взгляд.

— Когда вы в последний раз видели его? — спросил Ежевика, чтобы разрядить возникшее напряжение. — Может быть, мы сможем вам чем-то помочь.

— Мы не нуждаемся в помощи Грозовых котов! — процедил Паутинник.

Однозвезд взмахнул хвостом, заставляя его замолчать.

— Этой ночью Грач не ночевал в воинской палатке, — ответил он. — Утром мы нашли его след, и он привел нас к границе Грозового племени. Там запах Грача смешался с запахом Грозового кота — значит, он встретился с кем-то на границе.

Проныра выскочил вперед и подбежал к своему предводителю.

— Постойте-ка, — зашипел он, злобно глядя на Ежевику. — Если вы ничего не знаете о Граче, то зачем тогда приперлись? Выходит, вы что-то скрываете? Вы знаете, с кем встречался Грач?

Белка грустно кивнула. Скрывать правду больше не было необходимости.

— Он встречался с моей сестрой, Листвичкой. Она тоже исчезла. Мы шли по ее следу, и он привел нас к вашей границе.

— Но она же целительница! — ахнула Хмуролика.

— У целителей тоже есть чувства, как и у всех остальных, — встала на защиту сестры Белка.

Однозвезд злобно зашипел и оскалил зубы.

— Отступница! Она нарушила законы Звездных воителей! Этого мы никогда не простим Грозовому племени!

— Мы еще посмотрим, кто кого должен прощать! — мгновенно распушилась Белка. — Наверное, это ваш Грач подговорил ее!

Ежевика снова предостерегающе посмотрел на нее.

— Однозвезд, ты совершаешь большую ошибку, если ищешь повода для вражды с Грозовым племенем и Огнезвездом. Сейчас нам лучше объединиться и попробовать вместе разыскать сбежавших.

— Но как? — Однозвезд огромным усилием воли подавил свой гнев и теперь выглядел совершенно растерянным. — Если их нет в Грозовом племени, то куда же они ушли?

— Куда они могли уйти? — простонала Хмуролика.

— Вот это и нужно выяснить, — кивнул Ежевика. — Может быть, нам удастся напасть на их след.

— Я пойду искать! — вызвалась глашатая.

Однозвезд коротко кивнул.

— Возьми с собой кого-нибудь из воинов.

— Мы тоже пойдем, — предложила Белка и с облегчением вздохнула, когда Однозвезд не стал возражать.

Хмуролика подозвала Карноуха, и все четверо, выбежав из лагеря, снова устремились к границе, где был найден последний след. С каждым шагом Белку все сильнее охватывало беспокойство. Какие опасности угрожают Листвичке, которая бредет сейчас по незнакомым землям вместе с Грачом? Смогут ли они жить без поддержки своих племен?

«Мы должны их найти! — поклялась Белка. — Они совершают огромную ошибку!»

Хмуролика первой почуяла слабый запах сына.

— Сюда! — крикнула она, махнув хвостом.

Четверо котов растянулись, отойдя на несколько хвостов друг от друга, и принялись обнюхивать землю на случай, если пропавшие вдруг расстались и пошли врозь. Но оба запаха шли рядом и вели через границу племени Ветра в сторону холмов. У Белки упало сердце. Было ясно, что беглецы решили уйти навсегда.

Вскоре озеро скрылось за холмами пустоши. Склоны стали круче и мрачнее, все чаще на пути попадались острые камни, угрюмо выглядывавшие из жесткой травы. Белка устала и замерзла. Она просто не могла поверить, что Листвичка решила навсегда поселиться в этом суровом краю. Неужели она так сильно хотела уйти?

Наконец Ежевика резко остановился на вершине холма. Внизу, насколько хватало глаз, расстилалась безрадостная серая земля с несколькими одинокими кустиками.

— Я потерял их след, — сказал Ежевика.

Все четверо с тревогой переглянулись. Не желая признать свое поражение, они еще раз прошлись вдоль гребня холма, пытаясь отыскать исчезнувший запах. Все было тщетно. Белка опрометью сбежала вниз, больно обдирая лапы об острые камни. Но и там не было ни запаха, ни следа пропавших Грача и Листвички.

— Это бесполезно, — услышала она, поднявшись, голос Карноуха. — Никогда нам их не найти.

— Нужно возвращаться, — вздохнул Ежевика.

— Нет! — закричала Белка. — Мы не можем позволить им уйти!

Ежевика махнул хвостом в сторону голых скал, унылой пустоши и далекого горизонта.

— Они могут быть где угодно.

— Он прав, — глухо отозвалась Хмуролика, и глаза ее были полны боли. — Мы больше ничего не можем сделать.

Ежевика подошел к Белке и дотронулся хвостом до ее плеча.

— Если они не хотят, чтобы их нашли, мы их не найдем, — мягко сказал он.

Белка хотела возразить, но в глубине души она знала, что Листвичка с Грачом ушли навсегда.

«Я никогда больше не увижу свою сестру. — Она повернула голову, уткнулась в полосатую шерсть Ежевики и зарылась носом в его знакомый запах. — Они столько пережили вместе, когда вели свое племя на новую территорию… Как хорошо, что он снова рядом, что помогает мне пережить новое горе!»

Солнце уже готовилось скатиться за край озера, когда они снова вернулись к границе племени Ветра. Белка попрощалась с Хмуроликой и Карноухом и устало зашлепала по воде следом за Ежевикой. Что они скажут Огнезвезду?

— Мы потеряли всех, с кем путешествовали к Месту-Где-Тонет-Солнце, — тихо сказала она Ежевике. — Сначала Ласточку, потом Урагана, а вот теперь и Грача. Остались только мы с тобой, да Рыжинка. — Холодный озноб пробежал по ее спине. — Что если это знак? Может быть, звездные предки не хотят, чтобы мы здесь оставались?

Ежевика решительно покачал головой.

— Я уверен, что мы пришли в правильное место. Не стоит сомневаться в мудрости звездных предков, Белка. Мы никогда не думали, что нам будет легко прижиться на новом месте.

— Да, но разве я могла знать, что это будет так тяжело? — прошептала Белка, входя в темный лес следом за полосатым воином.

Густая тьма уже лежала под деревьями, но последние лучи солнца еще цеплялись за стены каменного оврага, заливая поляну кроваво-красным светом. Белка подавила невольную дрожь. Может быть, целитель увидел бы в этом знамение Звездного племени?

Едва войдя в лагерь, она сразу поняла, что все племя уже знает об исчезновении Листвички. Тростинка с Дымом, сблизив головы, о чем-то возбужденно шептались над кучей со свежей добычей. Бурый, Уголек и оба оруженосца возбужденно топтались вокруг палатки. Даже старейшины вылезли из-под своего орешника, а Огнезвезд о чем-то взволнованно разговаривал с Песчаной Бурей, Пепелицей и Яроликой. Только Ромашкины котята не замечали всеобщего смятения и с радостным писком возились на пыльной земле перед детской.

Все коты разом повернулись к Белке, и, шагая через поляну рядом с Ежевикой, она чувствовала на себе их горящие взгляды. Ветерок надежды пробежал по поляне, но тут же угас, когда коты увидели, что Белка вернулась без сестры.

Огнезвезд пошел навстречу дочери, но Яролика опередила его.

— Это я виновата, я во всем виновата! — закричала она. Голос ее срывался от отчаяния, единственный глаз смотрел испуганно. — Неужели она подумала, будто я хочу занять ее место? Листвичка наша целительница, она — и Пепелица! Я просто пыталась быть полезной…

— Что ты, она ушла вовсе не из-за тебя, — с усилием ответила Белка. На самом деле она прекрасно помнила, как Листвичка расстраивалась из-за того, что Яролика постоянно крутится возле Пепелицы.

— Что произошло? — резко спросил Огнезвезд, останавливаясь перед дочерью. — Что вам удалось выяснить?

— Вы нашли ее? — перебила друга Песчаная Буря.

Остальные коты сгрудились вокруг них, отовсюду посыпались вопросы. Из толпы несколько раз прозвучало имя Грача. Значит, Листвичкина тайна уже известна всему племени. Должно быть, Пепелица рассказала им все, что знала.

Ежевика вышел вперед и коротко ответил:

— Ее след вел на территорию племени Ветра, поэтому мы отправились туда.

— Вы говорили с ней? — воскликнула подошедшая Пепелица.

Ежевика грустно покачал головой.

— Ее там не было. Они с Грачом успели уйти за территорию племени. Мы с двумя котами из племени Ветра пошли по их следу, но потеряли его в горах. Они ушли.

— Нет! — хрипло выдохнула Пепелица, и глаза ее помутнели от страха.

Огнезвезд с Песчаной Бурей прижались друг к другу.

— Мы потеряли ее, — еле слышно пролепетала палевая кошка.

— Все племя потеряло ее, — повторил Огнезвезд.

Белка почувствовала, что сейчас заскулит. Она не знала, как сможет жить без Листвички.

«Как же сильно нужно любить, чтобы решиться оставить все и уйти вместе с любимым… Смогла бы я сделать то же ради Уголька?» — неожиданно подумала Белка. Что-то подсказывало ей, что ни за что на свете.

А ради Ежевики?

Она зажмурилась, потому что не знала ответа.

Глава XX

Листвичка остановилась на вершине холма и обернулась назад, стараясь не думать о ноющих лапах. Озеро и лес исчезли из виду, вокруг, куда ни кинешь взгляд, тянулись однообразные складки холмов. Она приоткрыла пасть, втянула в себя острый запах вереска и пробежавшего рядом кролика. Солнце садилось, но кругом не было видно ни деревьев, ни кустов, под которыми они с Грачом могли бы укрыться на ночь.

Воин Ветра поднялся наверх следом за ней и остановился рядом. Листвичка прижалась к его боку, чувствуя, как согреваются измученные лапы. Даже в этом незнакомом и страшном месте близость Грача придавала ей сил и вселяла надежду.

«Но как же все то, что ты оставила позади?» — спросил чей-то тихий голос.

Листвичка представила, что сейчас творится в Грозовом племени. Огнезвезд, наверное, страшно разозлился, когда узнал, что она сбежала, не попрощавшись. Пепелица возьмет себе новую ученицу. Белка скоро забудет ее… Тут Листвичка почувствовала такую боль, что едва сдержалась, чтобы не броситься обратно к озеру. Но дороги назад не было. Как она может вернуться, когда весь лес уже знает о том, что бывшая целительница Грозового племени сбежала с Грачом?

Теперь они вместе, и все остальное неважно! Любовь согревала ее от кончиков ушей до хвоста, заставляя поверить в то, что все сделано правильно.

— Еще немножко, — прошептал Грач, дотрагиваясь носом до ее уха. — Нужно найти какое-нибудь укрытие, пока не стемнело.

— Хорошо, — кивнула Листвичка, с трудом заставив себя тронуться с места. Вчерашнюю ночь она не сомкнула глаз, а сегодня они с Грачом целый день были в пути, поэтому она просто падала от усталости.

Внезапно Грач остановился и указал хвостом куда-то вниз.

— Смотри!

Листвичка приблизилась и увидела впереди каменистую ложбинку. Крошечное озерцо сверкало на дне, а вокруг торчали искривленные ветром колючие кусты.

— Слава Звездному племени! — воскликнула она. — Вода и убежище!

Собрав последние силы, она заковыляла вниз по склону, то и дело спотыкаясь об острые камни. Очутившись на дне оврага, Листвичка в изнеможении растянулась возле воды и принялась лакать. Последнее посещение Лунного Озера встало перед глазами.

«Это было в последний раз, — напомнил внутренний голос. — Ты больше не целительница».

«Ну и пусть! — мысленно огрызнулась Листвичка. — Пестролистая сказала мне слушаться своего сердца. Я все делаю правильно!»

Темно-серый воин присел рядом и посмотрел в воду.

— Что-то я не вижу тут рыбы, — вздохнул он.

Листвичка поняла, что умирает от голода.

За целый день они лишь однажды перекусили тощей полевкой, которую поймали рано утром возле ручья. С тех пор прошла целая вечность.

— Утром ты сможешь поймать нам кролика, — сказала она. — Ты же отлично охотишься на пустоши. А потом и меня научишь, ладно?

— Конечно! Очень скоро ты будешь охотиться лучше меня, — ответил Грач. — Но до утра мы ждать не станем. Тут должна быть какая-нибудь дичь.

Он встал, приоткрыл пасть и втянул в себя воздух. Листвичка тоже поднялась и застыла, насторожив уши, пока не услышала тихий шорох под корнями куста. В следующий миг она заметила мышь и присела, изготовившись к прыжку. Потом, едва сдерживая довольное урчание, прыгнула.

В то же миг из кучи палой листвы выскочила вторая мышка, и Грач мгновенно накрыл ее ударом лапы.

— Ну вот, что я тебе говорил? — улыбнулся он, подходя к Листвичке.

Они устроились на песке между корнями кривого деревца и жадно принялись за свою добычу.

— Ты был прав, дичи тут вдоволь, — прошептала Листвичка, облизываясь. — Я так рада, что ты радом. Без тебя мне было бы страшно.

— Я всегда буду заботиться о тебе и защищать! — пообещал Грач, зарываясь носом в ее шерсть. — Завтра мы найдем какое-нибудь уютное местечко для жилья. Смогли же наши племена найти озеро, так неужели мы с тобой не отыщем чего-нибудь подходящего? Ведь нам двоим много места не надо.

— Не могут же эти холмы тянуться вечно, — кивнула Листвичка. «А что если могут?»

— Все будет хорошо, вот увидишь, — заверил ее Грач.

— Я знаю, — еле слышно отозвалась Листвичка, проваливаясь в сон.

Она стояла в полной темноте, мокрая от росы трава неприятно холодила лапы. Со всех сторон слышалось жуткое рычание, но Листвичка не видела, откуда оно доносится, хотя отчаянно крутила головой во все стороны. Потом поняла, что окружающая ее тьма — это не ночь, а клубы черного тумана. На миг мгла рассеялась, и Листвичка увидела набегающие на берег волны. Значит, во сне она вернулась домой? Но тут в ноздри ей ударил тяжелый запах крови, и вода в озере стала алой. Липкие красные волны хлынули на берег.

— Нет! — прохрипела Листвичка.

«Прежде чем наступит мир, кровь прольет кровь, и вода в озере станет красной».

Каждый волосок на ее шкуре встал дыбом. Она покинула свое племя навсегда! Почему жуткое пророчество Звездного племени продолжает преследовать ее?

На миг рычание смолкло, а потом послышалось снова — на этот раз гораздо громче, и совсем близко. Листвичка обернулась. Черный туман продолжал клубиться вокруг, но она разглядела какие-то огромные тени, мелькавшие во мгле.

«Кто это?» Фигуры были слишком расплывчатыми, видны были лишь тяжелые когти, разинутые пасти и крошечные, полные злобы глазки. Вот чудовищная черная туша нависла над головой Листвички, когтистая лапа просвистела возле самого носа, задев усы и едва не выцарапав глаз. Листвичка отскочила назад и очутилась в какой-то липкой и теплой воде. Удушливый запах крови ударил в нос, запершило в горле.

— Великое Звездное племя, помоги мне! — завопила она.

Листвичка открыла глаза. Она лежала в неглубокой ложбинке среди пустоши, рядом сопел Грач, и колючие ветки куста склонялись над их головами. Листвичка судорожно выдохнула. Внезапно воин Ветра вскочил с земли и, напрягшись всем телом, уставился в темноту.

— Кто здесь? — громко крикнул он.

Теперь и Листвичка услышала приближающийся шум шагов. Грач заслонил ее собой, и, выглянув из-за его спины, Листвичка увидела огромную черную фигуру, будто вынырнувшую из ее кошмара.

«Может быть, я еще сплю?»

И тут луна выглянула из-за облаков. Серебряный свет пролился в ложбину, озарив гигантское мохнатое существо с широкими белыми полосами вдоль узкой морды. Барсук!

Листвичка вскочила.

— Убирайся! — прошипела она.

Грач, не оборачиваясь, коснулся хвостом ее губ.

— Не бойся, Листвичка. Все в порядке. Это Полночь.

Не переставая дрожать, Листвичка уставилась на старую барсучиху. Она знала, что Полночь живет возле Места-Где-Тонет-Солнце. Что же могло привести ее на пустошь? Вообще-то, Листвичка всегда мечтала познакомиться с барсучихой, которая предупредила котов-избранников о том, что Двуногие уничтожат их лес, и поэтому все племена должны отправляться на поиски нового дома. Без ее советов они бы никогда не увидели места, уготованного для них Звездным племенем.

— Приветствую тебя, Грачик, — глазки Полночи удивленно засверкали. — Не ждала я встретить тебя здесь.

— Здравствуй, Полночь, — почтительно откликнулся серый воин. — Мы тоже не ожидали снова увидеть тебя. А я больше не Грачик, — с неожиданной гордостью добавил он. — Меня посвятили в воины, и теперь я Грач… в память о Ласточке.

— Правильно, малыш, — кивнула Полночь. — Она и сейчас смотрит на тебя с небес.

Листвичка вздрогнула. Грач заметил ее смущение и взмахом хвоста поманил вперед.

— Это Листвичка, — сказал он. — Сестра Белки.

— Я счастлива познакомиться с тобой, Полночь, — вежливо поклонилась Листвичка. — Мои друзья много рассказывали о тебе.

— Твоя сестра говорила о тебе, — ответила барсучиха. — Это тебе Звездное племя открывает будущее?

— Да, я целительница, — потупилась Листвичка. «Бывшая целительница», — напомнил безжалостный голос.

Старая барсучиха посмотрела на Грача, потом снова перевела взгляд на Листвичку.

— Сбежали, да? — проворчала она.

Листвичка оцепенела. Неужели Полночь знает, что они с Грачом покинули свои племена? Может быть, она искала их?

— Откуда ты знаешь? — осторожно спросила она.

Прежде чем Полночь успела ответить, Грач выскочил вперед и горячо заговорил:

— Мы должны были уйти, понимаешь? Мы принадлежим к разным племенам, поэтому не можем быть вместе, и еще…

— Не спеши, — подняла тяжелую лапу Полночь. — Значит, одни вы здесь? Где остальные ваши коты?

— На своих территориях, возле озера, — ответил Грач, махнув хвостом.

— Так вы не знаете еще?

— Чего мы не знаем? — пронзенная внезапным страхом, прошептала Листвичка.

— Беда великая идет, — опустила голову Полночь. — Многие сородичи мои серчают на котов за то, что те прогнали их с насиженных мест. Теперь собираются они напасть, изгнать племена, а лес себе вернуть.

Листвичка судорожно сглотнула.

— Мы… мы прогнали барсучиху с нашей территории, — пролепетала она. — У нее были дети.

— А Коршун выгнал барсука из Речного племени, — напомнил Грач.

Листвичка почти не услышала его слов. Голова у нее закружилась, и она снова перенеслась в свой сон, где лилась кровь и мелькали когти.

— Они хотят напасть на наши племена? — одними губами прошептала она.

— А ты сама-то на чьей стороне, Полночь? — резко спросил Грач.

Полночь, не дрогнув, выдержала его взгляд.

— Нет у меня своей стороны. Коты, барсуки — все пусть живут в мире. Я была против битвы, но родичи не слушают меня. Вот уже много дней они бредят кровью и отмщением.

Грач невольно придвинулся ближе к Листвичке, и она почувствовала, что он весь дрожит.

— Что же они задумали?

— Барсуков соберется много. Они нападут на ваши логова, перебьют множество котов и выгонят остальных.

«Наши логова? Она говорит о наших лагерях!» Шерсть у Листвички встала дыбом. Они с Грачом были в безопасности, но их племена будут уничтожены, а друзья убиты!

— Нет… — прошептала она. — Этого не произойдет!

— А ты что здесь делаешь? — спросил Грач у Полночи.

— Предостеречь иду ваши племена, — ответила старая барсучиха. — Вы-то поможете?

Листвичка открыла пасть, чтобы ответить, но Грач не дал ей и слова сказать.

— Нет. Мы навсегда оставили свои племена. Мы ничего не можем сделать.

— Что ты говоришь, Грач! — задыхаясь от ужаса, выкрикнула Листвичка. — Мы не можем оставить наши племена на растерзание барсукам!

Она увидела боль в глазах Грача. Серый воин нежно коснулся носом ее щеки и сказал:

— Я знаю. Но Полночь идет предупредить их. Они будут в безопасности, если прислушаются к ее совету. Разве мы с тобой можем сделать что-то большее?

— Мы… — начала было Листвичка и растерянно замолчала.

— Мы зашли слишком далеко, — напомнил ей Грач. — Если мы вернемся, каждый кот будет считать нас преступниками. Второй раз нам не дадут уйти. Все будет, как раньше — даже хуже, потому что мы не сможем встречаться. Все будут следить за нами, подсматривать, вынюхивать. Мы погубим все, чего добились!

Листвичка застонала от боли, как будто приснившиеся барсучьи когти живьем содрали с нее шкуру. Она знала, что Грач прав: они потеряют все, если вернутся. Но как они смогут уйти, зная, что их племена подвергаются смертельной опасности?

Полночь по очереди обвела глазами обоих, и во взгляде ее Листвичка увидела сочувствие и понимание.

— Храни вас Звездное племя, — пробасила барсучиха. — В лапах предков-воителей лежит будущее. А мне пора идти.

— Спасибо тебе, — прошептала Листвичка.

Она не отрываясь смотрела, как барсучиха тяжело карабкается по склону в ту сторону, откуда они ушли навсегда. Лапы у Листвички дрожали от стыда и горя. Она отвернулась от своего племени, когда тому угрожала смерть!

Грач лизнул ее в ухо.

— Давай еще немного поспим.

Листвичка свернулась под кустом рядом с ним, но сон не шел. Снова и снова она представляла себе рычащих барсуков, которые врываются в Грозовое племя и топчут ее товарищей.

«Да сохранит их Звездное племя!» — молилась она, но разве молитвы могли спасти обреченных?

Во сне она ясно видела, каким страшным будет нападение. Листвичка вспомнила сны, посланные целителям возле Лунного Озера. Там тоже была тьма, кровь и когти! Значит, она получила то же послание. Выходит, предки-воители не отвернулись от нее? И она не солгала Полночи, когда представилась целительницей?

Она знала, что Грач тоже не спит. Он беспокойно ворочался с боку на бок, а один раз Листвичка услышала, как он вздохнул. В конце концов Листвичка провалилась в беспокойный сон. Ей снилось, будто она плывет в сером тумане. Внезапно чей-то мучительный крик разорвал пустоту.

«Помоги мне, Звездное племя!»

Листвичка вскочила, дрожа с головы до ног, и увидела колючие ветки, чернеющие на фоне тусклого рассветного неба. Она узнала голос, кричавший во сне. Это был голос Пепелицы.

— Грач! — хрипло сказала она. — Я не могу остаться здесь. Я должна вернуться.

Грач поднял голову. Глаза его были спокойны.

— Знаю, — просто ответил он. — Я чувствую то же самое. Мы должны вернуться и помочь своим племенам.

Словно гора свалилась с плеч Листвички. Сейчас она любила Грача еще сильнее, чем раньше, потому что он все понимал, потому что заботился о своем племени не меньше, чем о ней. Она быстро прижалась щекой к его щеке и коротко мурлыкнула.

— Идем!

Глава XXI

— Мышиный помет! — процедила Белка. Когти ее больно ударились о землю, а увернувшийся скворец, как ни в чем не бывало, перепорхнул на ветку. Невозможно охотиться, когда голова идет кругом от тревоги за сестру!

«Я должна была ее остановить!»

— Не повезло, — проурчал Уголек, подходя к Белке. — Может быть, хватит на сегодня? У нас и так столько добычи, что за один раз не дотащишь.

— Ладно.

Белка подошла к кусту, где они спрятали предыдущую добычу. Вскоре к ним присоединился Долголап с зажатой в зубах белкой, и охотники неторопливо двинулись в сторону лагеря.

— Выше нос, — прошептал Уголек, когда они положили свою добычу в общую кучу. — С Листвичкой все будет хорошо.

— Как ей может быть хорошо, когда она столько потеряла? — взорвалась Белка.

— Тебе лучше немного отдохнуть, — заботливо посоветовал серый кот, махнув хвостом на солнечную полянку возле стены оврага. — Ты же всю ночь глаз не сомкнула.

— И сейчас не усну. Схожу лучше, отнесу Пепелице поесть.

Белка вытащила из кучи жирную полевку и направилась к пещере целительницы. Обогнув полог ежевики, она увидела, что целительница лежит перед входом, подвернув под себя лапы. Ее голубой взгляд был устремлен в пустоту. Белка невольно вздрогнула — ей показалось, будто целительница видит какое-то пока никому не ведомое несчастье.

— Белка? — Пепелица моргнула и подняла голову. — Есть какие-нибудь новости?

— О Листвичке? — переспросила Белка, кладя полевку перед целительницей. — Нет, никаких. Я принесла тебе немного поесть.

Пепелица отвернулась от еды.

— Спасибо, я не голодна.

— Но ты должна есть! — повысила голос Белка. Ей показалось, будто Пепелица винит себя в бегстве Листвички. Никогда еще она не видела мудрую целительницу в таком отчаянии. Казалось, у Пепелицы больше не осталось ни отваги, ни сил бороться с тоской. — Ты нужна всем нам, особенно теперь, когда Листвичка нас покинула.

Пепелица горько вздохнула.

— У меня ничего не вышло. Вся моя жизнь была напрасной…

— Ты ни в чем не виновата! — Белка протиснулась в узкий вход и прижалась к серой целительнице. — Ты самая лучшая целительница во всем лесу, это все знают! Грозовое племя не выживет без тебя!

Пепелица ответила ей долгим задумчивым взглядом. Белке показалось, будто целительница хочет сказать ей что-то, но Пепелица быстро отвернулась и вздохнула:

— Как бы я хотела, чтобы все осталось по-старому!

— Так и будет! Иначе и быть не может! Листвичка вернется домой. Мы все должны верить в это.

Пепелица покачала головой и закрыла глаза.

Белка вытянула лапу и пододвинула к ней полевку.

— Ну-ка, поешь. Вот увидишь, ты сразу почувствуешь себя лучше, когда подкрепишься.

Пепелица со вздохом обнюхала полевку.

— Белка, будь добра, проведай Медуницу, — неуверенно попросила она. — Что-то она меня тревожит. Ты же знаешь, они с Листвичкой были очень дружны.

— Она уже знает, что случилось? — спросила Белка.

— Конечно, я сама рассказала ей вчера вечером, — проворчала Пепелица, и Белка с облегчением узнала в ней прежнюю целительницу. — Она так расстроилась, что мне пришлось дать ей маковых зерен, чтобы уснула.

— Конечно, я за ней пригляжу. Но с одним условием — я иду к Медунице, а ты ешь полевку.

Тусклые глаза Пепелицы слабо блеснули.

— Никогда не уступаешь, верно? Ладно, договорились. Скажи мне, если Медунице что-нибудь нужно.

Когда Белка вышла из пещеры, целительница снова понюхала еду, нехотя откусила кусочек, а потом, распробовав, в несколько укусов жадно прикончила угощение.

Белка улыбнулась и отправилась в детскую. Прямо у входа она увидела Яролику и Ягодку.

— Ну вот, — довольно урчала пестрая кошка. — Теперь эта гадкая заноза больше не будет тебя мучить. Только хорошенько вылижи лапу, ладно?

— Спасибо! — Ягодка с благоговением посмотрел на свою спасительницу. — Ты самая лучшая целительница на свете!

— Ну что ты, какая же я целительница, — поправила его Яролика, смущенно покосившись на Белку. — В Грозовом племени уже есть две целительницы. А я просто им помогаю.

— А я думал, ты сама всех лечишь, — пробормотал Ягодка, энергично вылизывая лапку.

«Ты бы раньше так говорила, когда Листвичка была здесь!» — подумала Белка, с неприязнью покосившись на Яролику.

— Привет, — поздоровалась она. — Пепелица послала меня проведать Медуницу.

— Медуница чувствует себя хорошо, — доложила Яролика. — Они с Ромашкой съели кролика, а теперь снова улеглись спать. Великое Звездное племя, у нее такой огромный живот! — прошептала она. — Она вот-вот окотится. Скорее бы, а то бедняжка уже вся извелась.

— Здорово! — кивнула Белка, пытаясь выжать из себя хоть чуточку радости. Но сейчас мысль о первых котятах, которые со дня на день появятся в новом доме Грозового племени, оставила ее совершенно равнодушной.

Белка просунула голову в детскую и увидела груду пестрой шерсти, уютно устроившуюся среди мха и папоротников. Ромашка с Тростинкой лежали возле Медуницы и, тихо переговариваясь, вылизывали друг друга. Обе подняли головы и повели усами, приветствуя Белку.

Когда Белка снова выбралась наружу, Яролики уже не было. Белка огляделась и увидела ее возле палатки целительницы. «Наверное, она сама расскажет ей про то, как чувствует себя Медуница», — решила Белка и направилась к куче с добычей.

Там уже ужинали Огнезвезд с Песчаной Бурей и Ежевика, мрачно терзавший дрозда в сторонке.

— Ежевика, я прошу тебя завтра на рассвете взять патруль и пройтись вдоль границы племени Ветра, — услышала Белка негромкий голос отца. — Может быть, вам удастся найти следы Листвички.

Ежевика проглотил кусок и откашлялся.

— Я возьму Белохвоста, он один из лучших следопытов, — сказал он и, поколебавшись, добавил: — Но мы шли по ее следу, и он привел нас к холмам. Что можно найти на границе?

— И все-таки стоит попробовать, — решил Огнезвезд.

«Он не хочет смириться с тем, что больше никогда ее не увидит! — с болью подумала Белка. — Он боится потерять ее, как потерял Крутобока».

— Может быть, вы встретите ее, когда она будет возвращаться, — подняла голову Песчаная Буря. — Прошу вас, не будьте к ней слишком суровы.

— Конечно, не волнуйся, — кивнул Ежевика. — Я сделаю все, чтобы она была рада вернуться домой.

Белка видела, что он не слишком верит в возвращение целительницы. Впрочем, она и сама уже почти оставила надежду. Не говоря ни слова, Белка вытащила из кучи сороку и принялась за еду.

— Как ты? — тихо спросил Ежевика.

— Плохо, — ответила она.

— Ты не должна винить себя, дорогая, — вздохнула Песчаная Буря.

— Но я виновата! — Белке было так страшно, что хотелось плакать. — Я знала, что она убегает из лагеря по ночам, но ничего не сделала, чтобы ее остановить!

Огнезвезд наклонил голову и лизнул ее в ухо.

— Мы все были слепы. Мы должны были заметить, что она ходит сама не своя!

— Нет, — неожиданно подал голос Ежевика. — Ты не должна себя винить, Белка. Кто знает, не сбежала бы она еще раньше, если бы ты попыталась что-нибудь сделать.

Он посмотрел на Белку, а потом скользнул взглядом за ее спину, где из лаза в ежевике показались Уголек с Березовиком. Увидев, что наставник с учеником направляются к куче с добычей, Ежевика поспешно покончил с едой, облизался и пошел прочь.

— Мы отлично позанимались! — радостно сообщил Уголек, подбегая к еде. — Березовик, отнеси старейшинам поесть и можешь быть свободен.

Малыш вытащил из кучи пару кусочков и бегом бросился через поляну, а Уголек сел рядом с Белкой. Огнезвезд с Песчаной Бурей поднялись и оставили молодых котов вдвоем.

— Я показывал Березовику боевые приемы, — сообщил Уголек. — Он схватывает все на лету!

— Здорово, — ответила Белка, тщетно пытаясь почувствовать хоть малейшую толику радости.

— Ты совсем извелась, — Уголек ласково дотронулся носом до ее уха. — Отправляйся отдыхать, и не вздумай спорить!

Белке показалось, будто целый кусачий муравейник пробрался ей в шерсть. Ей совсем не хотелось лежать и вертеться, не в силах уснуть. Но Уголек был так заботлив, что она кивнула и согласилась. Покончив с едой, Белка отошла к стене, легла на бок и подставила шерсть лучам вечернего солнышка.

Уголек устроился рядом и принялся вылизывать ей плечо. Тревожные мысли пчелами жужжали у нее в голове, а Уголек все лизал и лизал, так что вскоре Белка все-таки начала клевать носом. Но гудение все нарастало, и Белка вдруг поняла, что оно раздается снаружи. Низкий рокочущий гул катился к лагерю из-за деревьев.

Белка раздраженно вскинула голову.

— Великое Звездное племя, это еще что такое?

Испуганный кошачий мяв заглушил ее слова.

Колючие кусты бешено заколыхались, и из туннеля вылетел Белохвост. Уши его были прижаты к затылку, глаза вытаращены от ужаса. Следом за ним несся Бурый.

Белка вскочила. Теперь гул стал отчетливее, и сомнений не осталось: множество огромных животных с сопением и рычанием приближались к лагерю. Шум становился все громче и громче, пока не заполнил весь лес, а вскоре к нему присоединился треск ломаемых веток, словно кто-то пытался пробиться в овраг сквозь заросли. И тут Белка увидела, как исполинское животное высунулось из-за ветвей. Заходящее солнце осветило огромную голову с узкой заостренной мордой, широкие плечи и сильные, тупые когти.

— Барсук! — завизжала Белка.

Со всех сторон на поляну выбежали коты. Огнезвезд выскочил из своей пещеры за Каменным карнизом и понесся вниз. Ежевика кубарем выкатился из воинской палатки, за ним бежали Песчаная Буря с Белохвостом, Пепелица с Яроликой высунулись из ежевики, прикрывавшей вход в палатку целителей; завидев барсука, Яролика прищурила свой единственный глаз и грозно зашипела.

Барсук остановился возле входа, угрожающе покачивая головой и оглядывая поляну крошечными, полными злобы глазками. Белка хотела броситься на него, но новые жуткие звуки заставили ее прирасти к земле. Следом за первым барсуком показались другие: их было больше, чем она могла сосчитать! Один за одним они вламывались в лагерь, легко, словно траву, притаптывая кусты.

А потом, с диким ревом, подхваченным множеством глоток, барсуки бросились в атаку. В мгновение ока овраг превратился в месиво разинутых пастей и мелькающих когтей. Белка увидела, как один из барсуков схватил Сероуса за лапу и высоко подбросил в воздух: серый воин с глухим звуком упал на землю и остался лежать неподвижно.

В следующий миг полосатая морда оказалась прямо перед носом Белки. Рыжая воительница отскочила назад, в заросли папоротника и с шипением приземлилась на все четыре лапы. В горле у нее запершило от омерзительного барсучьего запаха.

— Убирайся, пока я тебе всю шерсть не выдрала! — прохрипела Белка.

Кто-то отпихнул ее в сторону, так что Белка едва удержалась на лапах, и она увидела Уголька, смело бросившегося между ней и барсуком.

— Я сама могу за себя постоять! — зашипела она, но Уголек уже кинулся вперед, вцепился барсуку в ухо и принялся бешено драть его когтями. Животное хрипло зарычало и принялось дергать головой, чтобы стряхнуть с себя назойливого кота.

— Белка! — раздался хриплый голос над самым ее ухом. Это был Ежевика — весь в крови, с разодранным плечом. — Мне необходима твоя помощь. Нужно увести из оврага Ромашку и котят. И Медуницу, разумеется.

Не дожидаясь ответа, он бросился к детской, стараясь держаться подальше от центра поляны. Белка кинулась за ним, обогнув Долголапа с Сумраком, которые с громким мявом драли когтями барсучиху. Огромная тварь вертела головой из стороны в сторону, бестолково щелкала пастью, но нападающие были гораздо проворнее.

Ежевика ворвался в детскую, а Белка осталась охранять вход. На поляне коты сражались, чтобы выжить, а барсуки — чтобы убить. Каменные стены оврага, которые все это время казались такой надежной защитой, теперь превратились в ловушку. Коты не могли ни убежать, ни спастись от врагов, забравшись на деревья. Белка видела, как Березовик в страхе вскарабкался на стену и забился в узкую трещину, куда барсук не мог дотянуться зубами.

Как же мы сможем спасти Ромашку с котятами и Медуницу? Ромашка беспомощна, как котенок, а Медуница сейчас тоже не могла защитить себя.

Может быть, забраться на Каменный карниз и укрыться в палатке Огнезвезда? Но барсуки легко могут подняться туда по камням, и тогда кошки снова окажутся в ловушке.

Тем временем все новые и новые барсуки лезли на поляну через лаз в колючках. Огнезвезд яростно сражался возле входа, рядом с ним бились Дым, Песчаная Буря и Терновник. На глазах у Белки огромная барсучья лапа подхватила Терновника и швырнула в крапиву; дрожащие стебли сомкнулись над его головой и больше не шелохнулись.

Белка видела, как Огнезвезд подпрыгнул и повис на плече у барсука, целясь когтями в маленькие злобные глазки. Но другой барсук легко смахнул его лапой, и Белка потеряла отца из виду.

— Где Ромашка? — хрипло спросил кто-то. Белка обернулась и увидела хромающего к ней Белохвоста; шерсть его была покрыта пылью, но в глазах горело неукротимое пламя битвы.

— Здесь, — Белка кивнула на заросли ежевики. — Ежевика пошел за ней.

В этот миг полосатый воин вылез из детской вместе с Ромашкой. В зубах он держал хнычущего Ягодку.

— Они убьют нас всех! — в ужасе выла Ромашка. — Бедные мои котятки! Что же с ними будет?

— Мы спасем твоих котят, — крикнула Яролика, которая со всех лап бежала к ним из пещеры целительницы. — Бедняжки не виноваты в том, что мать принесла их сюда, — сердито прибавила она, скрываясь в детской. Белохвост побежал следом, чтобы вытащить третьего малыша.

— Но нам некуда идти! — стонала Ромашка, в ужасе глядя на кипящий бой.

— Есть куда! — воскликнула Белка. Она вдруг вспомнила о насыпи, по которой Листвичка убегала из лагеря по ночам. — Я знаю выход!

— Веди, — буркнул Ежевика, не выпуская из пасти котенка.

Белка сунула голову в детскую и громко заорала:

— Шевелитесь побыстрее!

В тот же миг на пороге появилась Яролика, но пасть ее была пуста.

— Бегите за Пепелицей! — прохрипела она. — Медуница… Она сейчас окотится.

Ужас сковал лапы Белке. «Великое Звездное племя, почему именно сейчас?» Она обвела глазами поляну, но Пепелицы нигде не увидела, зато заметила Бурого, который яростно сражался с барсуком в двух хвостах от детской. Было ясно, что молодой воин пытается пробиться к своей подруге.

— Беги, Бурый! — завопила Белка, кидаясь сзади на барсука.

Зверь обернулся, и этого оказалось достаточно, чтобы Бурый успел отскочить в сторону и очутиться возле входа в детскую.

Белка увернулась от барсука и вернулась к входу.

— Медуница сейчас окотится, — пропыхтела она. — Нет! — воскликнула она, увидев, что Бурый рванулся в детскую. — Тебе нечего там делать. Разыщи Пепелицу.

Глаза Бурого помутнели от страха, но он послушно развернулся и помчался через поляну к пещере Пепелицы. Белка увидела, как целительница выскочила из своей пещеры, и захромала в сторону детской следом за Бурым.

— Медуница не может никуда идти, — быстро сказала Пепелица. — Один из вас должен остаться охранять вход. А остальные пусть спасают себя и котят, — приказала она, скрываясь в детской.

— Я останусь! — немедленно вызвался Бурый.

— Я вернусь и помогу тебе, — пообещала Белка. — Только покажу им выход из лагеря. Это где-то…

Она лихорадочно обвела глазами поляну, пытаясь припомнить, где находился потайной ход. На противоположной стороне! К этому времени совсем стемнело, и хотя месяц слабо освещал центр поляны, края тонули в густой тьме. Всем известно, что барсуки отлично видят в темноте, поэтому оставалось надеяться лишь на то, что увлеченные кровавой битвой, они не заметят, как несколько котов прошмыгнут возле самой стены.

— Не отходи от меня ни на шаг, — предупредила Белка Ромашку.

Она осторожно пошла вдоль оврага, стараясь держаться поближе к зарослям ежевики и папоротника. За ее спиной слышалось прерывистое дыхание насмерть перепуганной Ромашки, сзади тихонько попискивали ее котята, но все эти звуки тонули в реве и визге побоища.

— Что случилось? — громко спросил Мышонок. — Что это за шум?

— И почему нас куда-то тащат? — поддержал брата Ягодка. — Я уже большой и сам могу ходить!

— Вас несут, потому что на поляну пришли барсуки, — торопливо пояснила им Ромашка. — Они такие огромные и неуклюжие, что могут растоптать вас в темноте.

Белка с неожиданным уважением покосилась на домашнюю кошку, которая, даже умирая от страха, старалась не напугать своих малышей.

— Пусть попробует на меня наступить, — подала голос Орешинка. — Я его так укушу, надолго запомнит.

— Лучше не надо, — ответила мать. — А теперь закройте рты и перестаньте вертеться.

Проходя мимо стены, они видели, как огромный барсук с громким ревом пытался сбросить Терновника, который висел у него на плече и рвал когтями ухо. Очутившись возле орешника, в котором устроили себе палатку старейшины, Белка увидела Кисточку. Бурая кошка сидела, выпустив когти и злобно сверкая глазами. Златошейка и Долгохвост стояли за ее спиной.

— Пошли с нами, — негромко окликнула их Белка. — Я знаю, как выбраться из лагеря.

— Слепому коту ни за что не подняться по стене, — скорбно покачала головой Кисточка, покосившись на Долгохвоста.

— Иди сама, — попросил ее Долгохвост. — Я еще достаточно силен, чтобы вцепиться в морду барсуку!

— Мы останемся с тобой, — шикнула на него Кисточка. — И закончим этот разговор.

Белке некогда было с ними спорить. Ромашка вся тряслась от страха, и вот-вот могла удариться в панику. Ежевика, Белохвост и Яролика с трудом тащили тяжелых котят, а Ягодка капризно пропищал:

— Почему мы остановились?

— Тогда попробуйте спрятаться под Каменным карнизом, — быстро сказала Белка Кисточке. — Туда Долгохвост без труда сможет подняться.

Возможно, в пещере Огнезвезда тоже небезопасно, но здесь стариков ожидала верная смерть.

— Ладно, — кивнула бурая кошка. — Вставай, Долгохвост. Возьми меня зубами за хвост и пошли.

Белка снова двинулась вперед. Возле воинской палатки на них выскочил барсук: бок его был залит кровью, глаза трусовато бегали по сторонам. Было очевидно, что он торопится поскорее унести лапы. Следом за ним выскочила Песчаная Буря и грозно закричала:

— Убирайся, и больше не смей возвращаться!

Белка пошевелила ушами, приветствуя мать, но времени на разговоры не было.

Когда они прошли почти половину пути, какая-то серая тень преградила им дорогу. Белка узнала Уголька: одно ухо у него было надорвано, кровь струилась из глубокой раны на боку.

— Белка, ты цела? — прохрипел он.

— Да. Я хочу вывести отсюда Ромашку и ее котят.

— Я пойду с тобой!

Белка с досадой повела усами.

— Нет. Иди в детскую, помоги Бурому. Уголек заколебался, и Белке показалось, что он откажется. Но потом он молча лизнул ее в ухо и, пробежав мимо них, скрылся в темноте. Какой-то барсук заметил его и с ревом бросился следом, но Белка даже не могла остановиться, чтобы прийти на помощь другу.

— Пошли, — процедила она. — Уже близко. Холодея от страха, Белка поняла, что крики боли и страха начинают заглушать шум битвы. Поляна пришла в смятение, огромные барсуки преследовали свою добычу, а крошечные фигурки котов сновали между ними, то наскакивая, то отпрыгивая и уворачиваясь от ударов.

С того места, где они очутились, не было видно входа в лагерь, но Белка догадалась, что барсуков стало еще больше.

«Великое Звездное племя, значит — это конец?»

Глава XXII

Белка помотала головой, стряхивая липкий ужас. Сначала нужно спасти котят, а потом можно будет присоединиться к сражающимся возле входа. Взмахнув хвостом, она снова пошла вперед.

К счастью, ежевика, скрывавшая потайной лаз, не была примята, так что в ней легко можно было спрятаться. Коты просочились в лаз и с сомнением уставились на осыпавшуюся стену.

— Туда очень просто подняться, — заверила Белка. — Я вам покажу. Ежевика, дай мне котенка. Если вдруг появится барсук, задержи его.

Что-то кольнуло у нее в сердце, когда Белка поняла, насколько доверяет этому полосатому воину, оставляя его прикрывать отступление.

Ежевика молча пощекотал ее хвостом по уху и передал котенка. Ягодка давно перестал жаловаться: он просто онемел от страха. Белка цапнула его зубами за загривок и бросилась вперед. Выскочив из ежевики, она ухватилась когтями за куст, торчавший из трещины в стене. Ягодка тоненько взвизгнул, больно ударившись о скалу.

— Прости, малыш, — промычала Белка.

С силой отталкиваясь задними лапами, она добралась до осыпи и, цепляясь за кустики травы, вскарабкалась на край обрыва.

Юркнув в папоротники, где она пряталась в тот раз, когда выслеживала Листвичку, Белка положила Ягодку на землю и поспешно лизнула.

— Ну вот, малыш, теперь ты в безопасности!

Она осторожно высунула голову из папоротников. Здесь шум битвы был почти не слышен, а мерзкий запах чувствовался гораздо слабее. Значит, барсуков тут нет. Припав животом к траве, Белка выползла из куста и свесила голову с края обрыва.

— Тут все спокойно! — крикнула она. — Поднимайтесь!

Белохвост с зажатой в пасти Орешинкой уже карабкался наверх, прихрамывая на раненую лапу. Белка показала ему, куда положить котенка, и Белохвост с облегчением разжал пасть. Вскоре на обрыв вылезла и Яролика с Мышонком.

— Стой здесь, — приказал ей Белохвост. — Нужно, чтобы кто-то охранял Ромашку с котятами на случай, если барсуки сюда доберутся.

— Сам оставайся, — прикрикнула на него Яролика. — Я иду драться. А ты ранен.

— Великое Звездное племя, нашли время грызться между собой! — разозлилась Белка. — Мы все спускаемся вниз. Ромашка сама прекрасно справится. Никаких барсуков тут нет, а у Грозового племени каждый воин на счету.

Яролика, не говоря ни слова, скрылась за краем обрыва.

— Ох уж эти кошки! — процедил Белохвост, бросаясь следом за ней.

Белка в последний раз сунула нос в папоротники, убедилась, что котята чувствуют себя прекрасно, и вернулась к насыпи как раз в тот момент, когда на краю показалась Ромашка.

— Где мои детки? — пропыхтела кошка.

Белка махнула хвостом на куст, и Ромашка опрометью кинулась туда.

— Спасибо! — крикнула она на бегу. — Удачи вам всем!

— Она нам понадобится, — мрачно ответила Белка и начала спускаться.

Внизу Ежевика охранял путь к спасению. Рядом с ним уже стояли Тростинка с Березовиком. Молодой оруженосец пошатывался от слабости, задние лапы у него были ободраны, один глаз заплыл. Шерсть на боку у Тростинки промокла от крови, сочившейся из глубоких царапин.

— Тростинка, поднимайся наверх, — говорил Ежевика. — И Березовик пусть уходит.

Увидев потайной выход, Березовик так и застыл с разинутой пастью, но мать мягко подтолкнула его к каменной стене.

— Держитесь вместе, — предупредила Белка. — Ромашка с котятами уже там. С вами им будет спокойнее.

Тростинка с благодарностью посмотрела на нее и следом за Березовиком полезла в заросли.

Ежевика выглянул из кустов на поляну.

— Я иду на помощь Огнезвезду. Он сражается возле входа в лагерь.

Белка судорожно втянула в себя воздух.

— Он жив?

— Я только что его видел, — ответил Ежевика. — Битва еще не закончена. Увидимся, Белка, — бросил он и убежал, взмахнув хвостом на прощание.

Когда он скрылся в бушующем водовороте битвы, у Белки вдруг подогнулись лапы. Увидятся ли они снова? Или уже слишком поздно исправить все то, что произошло между ними?

«Нет, я не могу его потерять!» Белка рванулась следом за Ежевикой, но чей-то тихий стон заставил ее остановиться. Обернувшись, она заметила в темноте черную шерсть Сумрака. Молодой воин полз по земле, волоча за собой задние лапы.

— Сюда, Сумрак! — позвала Белка.

Черный воин с трудом приподнял голову: он был так оглушен болью, что не мог понять, откуда доносится крик. Белка бросилась к нему, кое-как подняла на лапы, подставила плечо и повела в заросли ежевики.

— Здесь можно выбраться из лагеря, — сказала она, показывая хвостом на обрушенную стену.

Сумрак сморгнул капли крови с глаз и пошатнулся.

— Не смогу… Не смогу влезть… — прохрипел он.

— Ты должен!

Белка подтащила его к стене. Сумрак в отчаянии заскреб когтями, но обе задние лапы его были сломаны, и он не мог ими оттолкнуться. Кое-как ему удалось вскарабкаться на несколько хвостов вверх, но потом он сорвался и с мучительным криком упал вниз.

В тот же миг кусты ежевики раздвинулись в стороны, и огромная барсучиха, ломая лапами ветки, кинулась на Сумрака. Белка успела заметить зажившие шрамы, покрывавшие бок самки, и когти ее немедленно заныли от воспоминания о грубой барсучьей шерсти. Да это же та самая мамаша, которую они прогнали с территории Грозового племени!

Белка впилась глазами в маленькие глазки барсучихи. «А я-то еще тебя жалела! — горько подумала она. — Неужели мы заслужили все это?»

Сумрак поднял голову и замахнулся на нее лапой, а Белка подскочила к барсучихе сзади и вцепилась зубами в ее заднюю лапу. Но самка стряхнула ее, как назойливую муху, и Белка, пролетев по воздуху, врезалась в стену. Темнота накрыла ее с головой.

Когда Белка снова пришла в себя, барсучиха с треском уходила в темноту, а черный воин, вытянувшись, неподвижно лежал на земле.

— Сумрак! — отчаянно крикнула Белка, бросаясь к нему. Горло молодого воина было разорвано, глаза безжизненно смотрели в небо.

— Великое Звездное племя! — взвыла Белка. — Почему ты это допускаешь?!

Но у нее не было времени оплакивать погибшего. Нужно было возвращаться в детскую. Чтобы скоротать путь, Белка решила не идти кругом, а перебежать прямо через поляну, уворачиваясь от визжащих пастей и острых когтей.

«На этот раз мы пропали! — тоненько пискнуло у нее в голове. — Их слишком много».

Белка яростно мотнула головой, отгоняя эти мысли, и полоснула когтями по глазам барсука, который попытался загородить ей дорогу. Добравшись до детской, она увидела, что Бурый сидит у входа и грозно рычит на молодого барсука. Тот внимательно присматривался, словно решал, стоит ли связываться.

В нескольких хвостах от них Уголек дрался со здоровенным барсуком. На глазах у Белки барсук с силой ударил воина по голове и опрокинул на землю.

Испустив бешеный визг, Белка прыгнула вперед и врезалась барсуку в бок, так что тот не устоял на лапах и рухнул на землю, показав незащищенный живот. Белка юркнула между расставленными лапами врага и хорошенько полоснула его когтями по брюху. Барсук зарычал от злости. Длинные когти впились в плечо Белки, швырнули на землю. А потом барсук всей своей тяжестью навалился на нее сверху, и она судорожно разинула пасть, тщетно пытаясь глотнуть хоть немного воздуха. Ей показалось, будто она проваливается в землю и слышит хруст своих ломаемых костей. Горячая вонючая шерсть закрыла ей пасть, и Белка поняла, что сейчас умрет.

Внезапно тяжесть исчезла, и она снова смогла дышать. Судорожно хватая пастью воздух, она поднялась с земли и увидела, что Уголек висит на лапе у барсука, а злобное животное яростно трясет его из стороны в сторону. Взвыв от ярости, Белка бросилась на врага с другой стороны. Барсук обернулся и щелкнул пастью. Белка ловко увернулась, царапнула его когтями по горлу и припала к земле, спасаясь от тяжелой лапы.

Уголек соскочил на землю и прыгнул вперед, отвлекая внимание барсука от Белки. Она воспользовалась его маневром и хорошенько пригладила врага когтями по плечу. Барсук заметался, молотя лапами воздух. Его грозный рев перешел в обиженное ворчание, а потом зверь поджал хвост и бросился к выходу.

Белка торжествующе переглянулась с Угольком и понеслась к детской. Бурый все еще боролся с барсуком. Он впился зубами ему в ухо, но сильный зверь одним ударом когтей сбросил с себя молодого воина и ворвался в детскую.

Страшный визг донесся из зарослей ежевики, а потом послышался крик, заставивший Белку оцепенеть от страха.

«Великое Звездное племя, помоги мне!»

Глава XXIII

Листвичка с Грачом остановились у камней, ведущих через ручей на территорию Грозового племени. Спустилась ночь, и тонкий полумесяц плыл высоко в небе. Они шли весь день, лишь однажды сделав небольшой привал, чтобы подкрепиться кроликом, которого поймал Грач. Лапы у Листвички горели, сердце бешено стучало от страха.

— Прощай, — прошептала она, зарываясь носом в шерсть Грача. — Увидимся, когда все будет позади.

— Что значит — прощай? — удивился Грач. — Я не оставлю тебя одну, в лесу могут быть барсуки.

— Но ты же должен предупредить племя Ветра!

— Знаю. Но сначала я провожу тебя до лагеря. Это быстро.

Глаза его упрямо сверкнули, и Листвичка поняла, что напрасно теряет время. Легко перепрыгивая с камня на камень, она перебежала ручей и, взлетев по склону, очутилась под деревьями.

Какое счастье вновь очутиться в лесу после долгих скитаний по унылой пустоши! Но радость Листвички длилась недолго. Они не прошли и нескольких шагов, как в ноздри им ударил тяжелый смрад, заглушивший все остальные запахи леса.

— Барсуки! — прошипел Грач.

Листвичка была слишком напугана, чтобы говорить. Забыв об усталости, она неслась под деревьями рядом с серым воином. Стоило им приблизиться к лагерю Грозового племени, как Листвичка услышала то, что снилось ей ночью и неумолимо гнало домой. Вопли дерущихся котов смешивались с низким ревом чудовищ. Барсуки все-таки прорвались в лагерь!

Добравшись до края оврага, она услышала еле слышный шорох в папоротниках и тихий кошачий плач.

— Великое Звездное племя, сжалься над нами! Спаси их, спаси!

Обернувшись, Листвичка увидела Ромашку и Тростинку, которые испуганно выглядывали из-за листьев. Плачущий голос принадлежал Ромашке.

— Листвичка! — ахнула Тростинка. — Но как же… — она резко оборвала себя и сказала: — Нет-нет, не останавливайся. Беги, спасай свое племя!

Листвичку с Грачом не нужно было подгонять. Густые заросли колючек, которыми коты заботливо загородили вход в свой лагерь, были разбросаны и растоптаны тяжелыми лапами. Сквозь кучи изломанных веток виднелись огромные фигуры барсуков, заполнивших овраг. Листвичка заметила отца, который, бешено сверкая зелеными глазами, взмахом хвоста подзывал к себе своих воинов.

— За мной! Гоните их сюда! — кричал он, бросаясь на ближайшего барсука с исцарапанной мордой.

Дым с Ежевикой сражались рядом со своим предводителем. Дым повис на плече барсука и драл его когтями. Ежевика прыгнул на другого неприятеля, который злобно рычал чуть в стороне, вцепился ему в морду и рванул зубами за ухо.

Поляна была разгромлена. Палатки, построенные всего две луны тому назад, превратились в руины, и Листвичка едва узнала свой дом в этой куче переломанных веток. Какой-то здоровенный барсук лез напролом через воинскую палатку, пытаясь добраться до Сероуса. Другой прокатился мимо лап Листвички, яростно сражаясь с Долголапом.

«Я опоздала!» — в смятении подумала Листвичка. Полночи нигде не было видно. Должно быть, барсуки перехватили ее по дороге и не позволили предупредить Грозовых котов об опасности. А может быть, они убили добрую барсучиху?

Стряхнув парализующий страх, Листвичка решительно вышла через разгромленный вход на поляну. Она должна помочь соплеменникам!

Листвичка хотела броситься в гущу битвы, как вдруг шум сражения прорезал жуткий крик. Он доносился из детской — единственного уцелевшего убежища во всем лагере.

— Пепелица! — прохрипела Листвичка, оборачиваясь к Грачу.

Словно крылья выросли у нее на лапах, когда она помчалась через поляну, даже не заметив огромного барсука, выросшего у нее на пути. Мельком обернувшись, Листвичка увидела, как Грач, выпустив когти, бросился на могучего зверя. Отбросив врага, он догнал Листвичку и вместе с ней понесся к детской.

Рыжая кошка безжизненно лежала у входа в детскую, а еще один барсук угрожающе склонился над ней.

— Белка! — взвизгнула Листвичка, вонзая когти в заднюю лапу барсука.

Чудовище обернулось, разинув зубастую пасть, но Грач загородил собой Листвичку и ударил барсука по глазам. Взвыв от боли, зверь бросился наутек.

Листвичка, не чуя под собой лап, бросилась к сестре. Какое-то внутреннее чувство подсказало ей, что Белка жива. Листвичка едва не заплакала от облегчения, когда сестра приподняла голову и моргнула.

— Листвичка… ты вернулась…

— Я здесь, Белка! Ты ранена?

Белка со свистом втянула в себя воздух.

— Там… Пепелица… с Медуницей. Котята… Барсук ворвался… в детскую…

Новая волна ужаса захлестнула Листвичку. Она все-таки опоздала!

Она протиснулась в детскую. В темноте слышалось зловещее рычание зверя, время от времени прерываемое стонами и жалобным плачем. Листвичка узнала голос Медуницы.

— Медуница! Это я, Листвичка! Где вы?

Было так темно, что она не могла разглядеть ничего, кроме чудовищной фигуры барсука, заполнившей собой все детскую. Едкий смрад заглушил нежные запахи. Листвичка бросилась вперед и врезалась в жесткий бок, покрытый грубой шерстью. Она в бешенстве принялась царапать врага когтями, хрипло выкрикивая:

— Убирайся! Пошел прочь!

Барсук обернулся, блеснули злобные маленькие глазки — и Листвичка перенеслась в свой сон, где царил мрак и черная пелена.

Она выбросила вперед лапу и полоснула чудовище по носу. Брызнула алая кровь, ее теплый запах мгновенно смешался с барсучьим духом. Барсук занес лапу, чтобы прихлопнуть наглую кошку, но тут за плечом у Листвички вырос Грач и что было силы ударил врага по морде.

Огромный зверь громко завопил от боли. Развернувшись, он отшвырнул с дороги Листвичку и затопал к выходу, круша уцелевшие плети ежевики. Прозрачный лунный свет хлынул в образовавшиеся щели, выхватив из тьмы перепуганные глаза Белки и Уголька.

— Что там? Где Пепелица? Они живы? — прохрипела Белка.

— Пока не знаю, — срывающимся от страха голосом ответила Листвичка. — Сейчас я ее разыщу. Стойте на страже.

Белка кивнула и вернулась к входу, где ее ждал Уголек. Грач быстро потерся носом о нос Листвички и подтолкнул ее вперед.

— Позови, если я понадоблюсь!

Толстый слой мха и папоротников устилал пол детской. В дальнем углу лежала Медуница, голова ее была приподнята, глаза вылезли из орбит. Чудовищная дрожь сотрясала ее живот, и Листвичка с ужасом поняла, что она вот-вот окотится. Целительница бросилась к подруге и вдруг споткнулась о чье-то изломанное неподвижное тело.

Пепелица лежала на куче мха, разбросав лапы, глаза ее были закрыты. Кровь медленно сочилась из глубокой рваной раны на боку.

— Пепелица… — одними губами прошептала Листвичка. — Пепелица! Это же я, Листвичка! Очнись…

Веки целительницы дрогнули, затуманенный взгляд остановился на Листвичке.

— Листвичка… — прошелестела она. — Слава Звездному племени! Я так просила… чтобы ты вернулась.

— Я больше никогда тебя не покину! — Листвичка упала на мох рядом со своей наставницей и судорожно вдохнула ее родной запах. — Прости меня. Я так виновата, так виновата… Прости меня, Пепелица… Только не умирай, прошу тебя!

Она оторвала клок мха от подстилки и зажала им рану на боку у целительницы.

— Ты поправишься, вот увидишь, — бормотала она. — Сейчас кровь остановится, и я принесу ноготков, чтобы обеззаразить рану, а потом дам тебе маковых зерен, и ты спокойно уснешь. Боль пройдет, ты поспишь, а когда проснешься, то сразу почувствуешь себя лучше!

— Не трать время, Листвичка, — прошептала Пепелица. — Все кончено. — Глаза ее тускло блеснули в темноте. — Я ухожу в Звездное племя.

— Не говори так! — закричала Листвичка.

Трясущимися лапами она вырвала новый клок мха, а кровь все текла и текла, и никак не хотела останавливаться…

Целительница попыталась приподнять голову, но силы оставили ее, и она снова упала на мох.

— Все сбылось, — пробормотала она. — Звездное племя предупредило меня о том, что мой срок подходит. Это судьба, Листвичка.

— Ты знала? — Листвичке показалось, будто черная бездна разверзлась под ее лапами, она беспомощно уставилась в бесконечную тьму. — Ты знала и ничего мне не сказала?

— Это моя судьба, а не твоя.

— Но ты же знала, что я встречаюсь с Грачом! Ты знала, что если я уйду, Грозовое племя останется без целительницы… Пепелица, как же ты могла отпустить меня? Ты должна была заставить меня остаться!

Серая целительница с усилием приподняла веки. Голубые глаза ее вспыхнули отблеском прежнего огня.

— Я никогда не посмела бы тебя заставлять, Листвичка… Я не хотела, чтобы ты была несчастной. Целительницей нельзя стать по принуждению. Этого нужно хотеть — всем сердцем.

— Я хочу, — виновато прошептала Листвичка. — Хочу! «Слушай свое сердце», — сказала ей Пестролистая.

— Ты прекрасная целительница, — слабо улыбнулась Пепелица.

— Нет, что ты! Я сбежала, бросила тебя и все свое племя. Ох, Пепелица, мне так стыдно!

Серая кошка еле заметно пошевелила кончиком хвоста.

— Не надо стыдиться. Ты принесла мне счастье. Я ухожу к небесному воинству, оставляя свое племя в надежных лапах.

— Нет! — закричала Листвичка, как будто сила ее любви могла повернуть время вспять и избавить наставницу от смерти. — Это я во всем виновата! Я должна была быть здесь. Я должна была…

— Ты не виновата, — закрыла глаза Пепелица. — Не в наших силах изменить свою судьбу. Но мы должны иметь мужество принять ее, — она тяжело вздохнула. — Звездное племя уже ждет меня. Прощай, Листвичка.

Глаза ее закрылись, тело, последний раз вздрогнув, окоченело.

— Пепелица! — Листвичка зарылась носом в серую шерсть своей наставницы и почувствовала лютый холод сезона Голых Деревьев.

Через несколько мгновений чей-то теплый бок прижался к ее боку, и Грач склонился над мертвым телом Пепелицы.

— Мне так жаль, Листвичка, — прошептал он. — Я знаю, как много она значила для тебя.

— Она научила меня всему, что я знаю, а теперь умерла! — горько заплакала Листвичка. — Я не знаю, что мне делать! Я поверила Пестролистой. Но как она могла посоветовать мне слушаться своего сердца, если знала, что Пепелица скоро умрет? Как она могла так поступить?

Грач теснее прижался к ней и нежно вылизал ее мокрые от слез щеки.

— Ты и послушалась своего сердца, глупая, — проурчал он. — Твое сердце привело тебя домой. Ты никогда не была бы счастлива вдали от своего племени.

Листвичка повернулась и увидела боль в его потухших глазах.

— Но как же ты? — еле слышно прошептала она.

— Твое сердце здесь, а не со мной, — опустил голову Грач. — Оно никогда не принадлежало мне по-настоящему.

Листвичке показалось, что сердце ее рвется пополам, но в глубине души она уже знала, что серый воин прав. Она любила его — но не так сильно, как он хотел бы. Листвичка судорожно прижалась к Грачу, в последний раз вдыхая его тепло. Потом снова уткнулась носом в холодеющую шерсть Пепелицы.

— Не беспокойся, — прошептала она. — Я останусь здесь, и буду заботиться о своем племени, клянусь. А потом настанет день, когда я приду к тебе, и мы будем вместе бродить среди звезд.

На какой-то миг ей показалось, будто она увидела двух кошек — пеструю и серую; знакомые запахи Пепелицы и Пестролистой проплыли в воздухе.

«Звездное племя всегда будет с тобой, Листвичка, — донеся до нее тихий голос Пестролистой, а Пепелица добавила: — Мы всегда будем рядом с тобой».

А потом они исчезли. Листвичка лежала на полу детской, за стенами слышался шум битвы, а в углу корчилась Медуница, готовясь дать жизнь своим котятам.

— Ты должна помочь ей, — напомнил Грач. — Я тебе нужен?

— Пожалуйста, помоги остальным охранять вход от барсуков, — попросила Листвичка, удивляясь своему спокойствию. — Если получится, попроси кого-нибудь сбегать в пещеру Пепелицы и принести мне немного водной мяты. Если это слишком трудно, то не нужно. Важнее всего не допустить сюда барсуков.

Темно-серый воин кивнул и выскочил наружу. Листвичка обошла Пепелицу и приблизилась к подруге.

— Ничего не бойся, — сказала она. — Я с тобой. Все будет хорошо.

Глава XXIV

Белка обернулась на звук шагов и увидела Грача, вылезавшего из детской.

— Что там? — резко спросила она.

Воин Ветра поднял глаза, и ей показалось, будто он смотрит сквозь нее.

— Пепелица умерла, — хрипло ответил он.

У Белки судорогой свело живот. Этого не может быть! Звездное племя не может быть так жестоко к своим подопечным! Ей хотелось броситься в детскую, увидеть все своими глазами и утешить сестру, — но она знала, что останется там, где стоит и будет до последней капли крови защищать Медуницу и ее котят.

Смятение на поляне слегка улеглось, некоторые барсуки спаслись бегством, но коты все равно терпели поражение. Слишком много кошачьих тел устилало поляну, слишком густо пропиталась кровью земля.

Белка видела, как Огнезвезд с Бурым сражаются с высоким барсуком, по очереди бросаясь вперед, чтобы отвлечь животное. Барсук в бешенстве размахивал своими огромными лапами: рано или поздно один из таких ударов мог достичь цели, сплющив кошачью голову или раздробив спину. С замирающим сердцем Белка искала глазами Ежевику, но полосатого воина нигде не было видно.

Грач молча встал радом с ней и устремил горящий взгляд на поляну.

— Вот бы не подумал, что воин Ветра может так переживать из-за смерти чужой целительницы! — шепнул Уголек на ухо Белке.

Она ничего не ответила. Ей не хотелось объяснять Угольку, что серый воин оплакивает не только Пепелицу.

Еще один барсук вышел из темноты и широко оскалил пасть, показав два ряда острых желтых клыков. Кровь хлестала из его разодранного плеча, и Белка невольно похолодела при мысли о том, что сталось с воином, осмелившимся нанести такую рану зверю. Уголек бросился наперерез барсуку, не давая ему приблизиться к детской, а Белка помчалась следом.

— Грач, охраняй вход! — крикнула она, кидаясь вперед.

Жалобный мяв заставил ее остановиться. Белка обернулась через плечо и увидела, что Белолапка беспомощно лежит возле сломанной ограды, и остановившимися от ужаса глазами смотрит на стоящего над ней барсука. Белка подскочила, перевернулась в воздухе, и помчалась на помощь ученице. Она выпустила когти и замахнулась — но вдруг опустила лапу и недоверчиво вытаращила глаза.

— Успокойся, Белолапка, — пробормотала она, придя в себя от изумления. — Это Полночь!

— Привет тебе, маленькая воительница, — прогудела барсучиха.

Белка прищурилась и с подозрением уставилась на Полночь. Что нужно барсучихе в их лагере? Может быть, она пришла на помощь своим родичам? Кошка недоверчиво попятилась и остановилась возле Белолапки.

— Что ты тут делаешь? — грозно спросила она.

— Бояться нет причины, — нараспев пробасила Полночь. — Не воевать пришла я. Помощь привела.

Она помотала головой, как будто к чему-то прислушивалась, потом отошла в сторону — и ливень из воинов Ветра ринулся в лагерь через зияющий провал в ежевике. Сильные крепкие воители с боевым визгом бросились на барсуков. Карноух, Хмуролика, Белогрудка, Однозвезд…

Племя Ветра пришло им на помощь!

Барсук, сражавшийся с Огнезвездом и Бурым, попятился назад, а потом развернулся и бросился наутек. Сумеречница с Однозвездом и Хмуроликой набросились на барсука, который успел подобраться к детской. Белка помчалась им на помощь, но не пробежав и половины пути поняла, что враги спешно покидают лагерь. Она остановилась и смотрела, как они, пихаясь, несутся по растоптанным веткам к выходу.

И тут голова у Белки закружилась от сумасшедшей радости — она увидела Ежевику, который стоял чуть поодаль, тяжело раздувая бока. Он во все глаза смотрел на воинов Ветра, видимо, не в силах поверить в то, что к ним на помощь пришли те самые коты, которые совсем недавно с таким высокомерием отвергли их дружбу.

Барсук, зажатый возле детской, пустился наутек от Хмуролики с Однозвездом. Громко топая лапами, он протиснулся сквозь оставшиеся колючки ограды и бросился в лес. Однозвезд остановился перед Ежевикой и молча посмотрел на полосатого воина.

— Вы все-таки пришли, — сказал Ежевика.

— Конечно, — с гордостью ответил Однозвезд. — В лесу всегда будет четыре племени, но ведь это не помешает нам приходить на помощь друг другу?

Уголек подбежал к Белке, и она принялась зализывать его раны. Кровь сочилась из передней лапы серого воина, на боку и на спине недоставало нескольких пучков шерсти. Белка заботливо вылизывала своего друга, но на сердце у нее было неспокойно. Она не забыла, что во время битвы боялась за Уголька гораздо меньше, чем за Ежевику.

— Лучше тебе сходить к Листвичке, — посоветовала она, на миг запнувшись, чтобы не сказать «к Пепелице».

— Потом, — отмахнулся Уголек. — Это пустяки! Я просто глазам своим не поверил, когда увидел Однозвезда и его воинов, — возбужденно добавил он. — Я уж было думал, что все мы уйдем в Звездное воинство.

— Не торопись! — усмехнулась Белка. Но тут она вспомнила о потерях, которые понесло ее племя, и едва не завыла от горя. Скольких котов они недосчитаются после этой битвы? А сколько еще умрет от ран?

Воины Ветра выгоняли с поляны последних барсуков. Измученные Грозовые коты начали собираться в центре поляны вокруг Полночи. Глаза их все еще были полны ужаса, словно они никак не могли поверить в то, что все уже позади.

Белолапка с трудом поднялась с земли и побежала к Белохвосту с Яроликой, которые медленно выходили из-за палатки старейшин. Длинная шерсть Белохвоста покрылась коркой запекшейся крови, он тяжело опирался на плечо своей подруги. Кисточка вела Долгохвоста вниз по каменному выступу, и зорко поглядывала по сторонам, высматривая, не осталось ли где барсуков. Златошейка вышла из укрытия последней и присоединилась к остальным.

Тяжело хромая, на поляну выбрался Дым и в страхе огляделся по сторонам.

— Тростинка? — хрипло выдохнул он. — Березовик? Где они?

— Они в безопасности, — поспешила успокоить его Белка. — Они ушли из лагеря вместе с Ромашкой и ее котятами.

Бурый воин заметно повеселел, и, растянувшись на земле, принялся зализывать свои раны.

Огнезвезд подошел к Полночи и удивленно вытаращил глаза, словно никак не мог взять в толк, почему она не убегает. Он припал к земле, готовясь к прыжку, но Белка быстро преградила ему дорогу.

— Огнезвезд, это Полночь, — громко крикнула она. — Она наш друг. Это та барсучиха, что живет возле Места-Где-Тонет-Солнце. Полночь, это наш предводитель, Огнезвезд.

— Добро пожаловать, Полночь, — рыжий предводитель почтительно поклонился барсучихе. — Я много слышал о тебе. Ты предупредила нас о том, что мы должны покинуть свой старый лес.

— Рада я очутиться здесь, — ответила Полночь. — И снова увидеть старых друзей тоже рада. Вот только печальный вышел повод.

— Ты права, — тяжело вздохнул Огнезвезд. — Ты знала и об этом тоже? Ты пришла, чтобы снова предупредить нас?

— Нет, она пришла предупредить нас, — вышел вперед Однозвезд. — И попросить нашей помощи.

— Раньше времени разразилась беда, — объяснила Полночь. — Что за толк идти одной к Грозовым котам? Лучше сначала поискать подкрепление.

Огнезвезд растроганно посмотрел на старую барсучиху.

— Ты поступила очень мудро. Мы все обязаны тебе жизнью. Спасибо Звездному племени за то, что ты вовремя узнала о замыслах своих сородичей.

— Сначала звезды сказали мне об этом, — прогудела барсучиха. — Тогда пошла я к своему роду, чтобы отговорить их от кровожадных замыслов, но они не захотели меня слушать и не дали говорить. Они назвали меня «кошачьей подругой» и другими обидными словами.

Белка возмущенно выпустила когти и зашипела.

— Жаль, что я не знала! За это я бы их еще не так причесала!

— Пустое это, — фыркнула Полночь. — Вот только поздно я пришла. Сильней всего ненавидят они Речных котов. Говорят, что те первыми прогнали барсуков с насиженного места.

— Нужно немедленно предупредить Пятнистую Звезду! — воскликнул Огнезвезд. — Возможно, барсуки уже идут туда!

У Белки задрожали лапы, когда она представила себе долгий путь вокруг озера к Речному племени.

— Нет в этом нужды, — покачала головой Полночь. — Мои родичи сейчас не готовы сражаться. Теперь они не скоро осмелятся сунуться к котам.

— Слава Звездному племени, — прошептала себе под нос Белка. Больше всего на свете ей хотелось добраться до разгромленной воинской палатки и уснуть. Голос сестры заставил ее встрепенуться.

— Бурый! Где Бурый?

Бурый лежал на боку на краю поляны. Кровь стекала по его шерсти и капала в пыль, глаза были закрыты. Услышав голос Листвички, он с усилием приподнял голову. Глаза его потемнели от боли, и он с трудом встал на лапы.

— Медуница? — выдохнул он. — Она умерла, да?

Подбежавшая Листвичка ласково прижалась к его боку и улыбнулась:

— Что ты, нет! Она жива и здорова. Только что она принесла тебе четверых котят!

— Сразу четверых? — изогнул хвост Бурый. — Вот это да! Спасибо тебе, Листвичка, — пробормотал он и, шатаясь, побежал через поляну к детской.

Белка проводила его взглядом. С помощью племени Ветра они все-таки одержали победу в бою. Грозовому племени случалось переживать и более страшные испытания, и вскоре оно залечит свои раны. Четверо новорожденных котят знаменовали будущее.

Но и смерть не обошла стороной их лагерь. Грозовое племя нескоро сможет оправиться после гибели Пепелицы. Но все было бы намного хуже, если бы Листвичка не вернулась домой.

Белка повернулась к сестре и от души лизнула ее в ухо.

— Я так рада, что ты снова здесь.

Листвичка посмотрела на Грача, который по-прежнему стоял возле входа в детскую, и тихо ответила:

— Я счастлива, что вернулась.

Воины Ветра начали собираться вместе, готовясь отправиться домой.

— Глядите-ка, это же Грач! — вдруг воскликнула Белогрудка. — Что он тут делает, хотела бы я знать?

Однозвезд решительно подошел к серому воину.

— Грач, ты все-таки вернулся… Но ты не пришел в свое племя.

Грач, не дрогнув, выдержал его взгляд.

— Я хотел сначала проводить Листвичку. Я знал об опасности и не мог оставить ее одну. Теперь я готов вернуться домой.

— У нас будет долгий разговор, но сейчас не время начинать его, — проронил Однозвезд.

Грач молча поклонился и побрел за своим предводителем, который направился к Огнезвезду.

— Однозвезд, все Грозовое племя благодарит тебя за помощь, — склонил голову предводитель Грозовых котов. — Без вас наши воины пополнили бы ряды Звездного воинства.

— В прошлом вы не раз выручали племя Ветра, — с достоинством ответил Однозвезд. — Мы не могли оставить вас в беде.

— Мы никогда не забудем… — начал Огнезвезд.

Громкий мяв Терновника не дал ему закончить.

Белка похолодела. Неужели барсуки вернулись обратно? Но у нее уже не было сил даже пошевелить лапой ради спасения своей жизни…

Но когда она увидела двух котов, осторожно пробиравшихся сквозь груды веток, от ее усталости не осталось и следа. Крупный кот с густой серой шерстью первым выбрался на поляну и ошарашенно огляделся по сторонам.

— Не так я представлял себе ваш лагерь, — пробасил он. — Что случилось?

Белка изумленно хлопала глазами. После нападения барсуков ей казалось, что она уже разучилась удивляться, но сейчас у нее даже дух перехватило.

Посреди разгромленного лагеря стояли Ураган и Речушка.

НОВЫЕ ИМЕНА

Племя Ветра

Whitetail — Белогрудка

Owlfeather — Совка

Weaselfeather — Проныра

Речное племя

Voletooth — Зубатка

Reedwhisker — Камышинник

Ripplepaw — Чешуйка

Minnowkit — Карпозубка

Beechpaw — Буколап

Pebblekit — Галечница

Ivytail — Плющевик

Грозовое племя

Котята Ромашки:

Berry — Ягодка

Mouse — Мышонок

Hazel — Орешинка

Content

Эрин Хантер
«Сумерки»

Пролог

Глава I

Глава II

Глава III

Глава IV

Глава V

Глава VI

Глава VII

Глава VIII

Глава IX

Глава Х

Глава XI

Глава XII

Глава XIII

Глава XIV

Глава XV

Глава XVI

Глава XVII

Глава XVIII

Глава XIX

Глава XX

Глава XXI

Глава XXII

Глава XXIII

Глава XXIV

НОВЫЕ ИМЕНА