Ольга Володарская

Весенний экстрим

Таня любила весну. Не ту, позднюю, когда все цветет и зеленеет, а раннюю, с ручьями, серым, неаппетитным снегом, проплешинами влажной земли, птичьим гомоном, запахом прелой прошлогодней травы…

Любила. Но этой весной у Татьяны не получалось насладиться всем тем, что так радовало многие годы. Причина была проста и понятна – ее бросили. Нет, не так! Она сама прогнала своего парня. Прожили они два года, и вроде бы все ладно было, но в один далеко не прекрасный день Тане вдруг взбрело в голову залезть в его телефон. Из обычного бабского любопытства она туда сунулась, пока Гоша (так звали ее парня) был в душе, и нашла кучу смс-сообщений от абонента под именем «Александр». Таня сразу заподозрила неладное. Мужчины ведь друг с другом предпочитают перезваниваться, жалея время на писанину. Гоша сам не раз говорил: «Легче номер набрать, чем по клавишам жмакать!» Вот Таня и решила проверить, что за Александр такой пишет ее избраннику…

«Котик, как тебе спалось?» – вот каким было первое сообщение. Заподозрить Гошу в нездоровой любви к лицам мужского пола Таня не могла, она уверилась в своих подозрениях относительно того, кто скрывается под именем «Александр», и продолжила чтение.

«Мне так скучно… Позвони. Хочу услышать твой бархатный голос!»

Вообще-то, у Гоши был раскатистый бас, но ворковать он умел. А барышня не отставала: «Почему ты молчишь? Пожелай мне спокойной ночи, милый!» Посмотрев, когда пришло сообщение, Таня поняла, почему «милый» молчал – спал уже, так как ложился не позже десяти, а смс было отправлено в двенадцатом.

Дальше – больше!

«Мой самый нежный, ты лучше всех!» Или: «Для меня ты как оазис в пустыне!» Читая эти несусветные глупости, Таня, хоть ей и было тошно, не могла не отметить, что «Александр» явно перечитал любовных романов. И умом не блещет! Иначе разве стал бы писать такие банальности?

Когда Гоша вышел из душа, Таня с суровым лицом заявила: «Между нами все кончено! Уходи!» Тот, естественно, не понял, что вдруг произошло с его гражданской женой, и решил, что у нее просто-напросто ПМС и она покапризничает и перестанет. «Ты мне изменяешь. Зная об этом, я не могу с тобой жить!» – заявила Таня, швырнув к голым Гошиным ногам чемодан. Тут он понял, что дело не в ПМС, а в чем-то другом, и стал допытываться, что случилось. Она быстро «раскололась», предъявив доказательства Гошиной вины, и вновь потребовала, чтоб он убирался.

Но Гоша убираться не хотел. Он с пеной у рта доказывал, что девушку, посылавшую ему сообщения, ни разу не видел. Наткнулся на ее номер в телевизионном видеочате и написал ей. Она ответила. Между ними завязалась переписка, вот и все.

«Не делай из меня дуру!» – воскликнула Таня и указала Гоше на дверь.

Парню ничего не оставалось, как уйти.

Первые сутки после того, как Гоша ушел, Таня хорохорилась. Стимулируя себя обидой, она держалась молодцом и даже не плакала. На следующий день, чтобы не плакать, пришлось напиться с подружкой, а затем забыться тревожным сном. На третьи сутки на алкоголь смотреть было тошно, а от подруг Таня пряталась, чтобы не слушать их дурацких советов и подбадриваний. Она стала ждать, когда же Гоша явится с повинной и скажет, что без нее ему не жить. Прошло еще два дня, но этого так и не произошло, тогда Таня написала ему смс. Позвать назад не могла из гордости, просто спросила, как дела. Гоша ответил: «Нормально» – и замолчал. Как будто не страдал все эти дни и не хотел вернуться. Но ведь такого быть не может! Если Таня мучается, то и он тоже должен… Хоть немножечко…

Через неделю Таня ему позвонила. Гоша долго не брал трубку, а когда ответил, оказалось, что он находится в боулинге с друзьями (и подругами – ей очень хорошо был слышен женский смех), и его настроение можно назвать скорее радужным, чем упадническим. В общем, Таня оскорбилась окончательно и бесповоротно и ушла в депрессию.

Длилась она долго. Неделю! И как назло, на эти дни выпала оттепель. Весна пришла ровно в срок – первого марта. Природа стала преображаться: побежали ручьи, оголилась земля, веточки начали наливаться силой…

А на душе было тоскливо, хоть вешайся. Но ничего такого делать Таня не собиралась, она очень хотела поскорее избавиться от депрессии и начать новую жизнь. В этом ей взялась помочь подруга Светлана.

– Таня, ты дура! – сказала она при встрече. – Радовалась бы, что избавилась от него!

– Да чему тут радоваться? Теперь я одна… А хочется замуж!

– Сколько вы прожили?

– Два года.

– Тогда расслабься. Твой Гоша все равно бы тебя в загс не позвал.

– Почему это? – насупилась Таня. В принципе она сама была того же мнения, но возмутилась, чтобы узнать, почему его разделяет еще и подруга.

– Ты «Космополитен» читаешь?

– Ну… Иногда.

– Там давным-давно написано было, что если мужчина в первые полгода замуж не позовет, то можно уже об этом и не мечтать!

– Ну он звал… Когда-то…

– Падал на колено и вручал колечко?

– Нет. Говорил, что видит своей женой только меня.

– А… – многозначительно протянула Света. – Короче, подруга, отвлечься тебе надо… Сменить обстановку.

– Надо, – согласилась Таня. – Я собираюсь в Международный женский день съездить к бабушке в деревню. Будет три выходных, так что…

– Таня, ты дура, – повторилась подруга. – Я тебе не о бабушкиной деревне говорю. Езжай на море. Отдохнешь, развеешься…

– Да что там сейчас делать? Холодно же.

– Ну ты темная, мать! Кроме Черного и Азовского, существует еще множество морей. Я предлагаю тебе Красное. Была когда-нибудь в Египте?

Таня, хоть и имела загранпаспорт, за пределы бывшего СНГ ни разу не выезжала. Поэтому отрицательно мотнула головой.

– Еще лучше! Когда туда впервые едешь, все нравится! Хочешь, помогу тебе путевку недорого купить? У меня сестра в турбюро работает!

– Нет, спасибо, не нужно… Я лучше к бабушке!

– И это ты называешь сменить обстановку? Да ты в деревне еще больше скуксишься. Что тебе там делать? Грязь в резиновых сапогах месить да на местную пьянь смотреть? Тебе, кроме всего прочего, новый роман закрутить не мешает…

– Как будто это так просто!

– На курорте как два пальца, туда много одиноких мужчин приезжает. Я сколько раз моталась и ни разу без кавалера не оставалась.

– Так они все женатые были! – припомнила Таня рассказы подруги.

– И что? Женатый – не мертвый! На курорте это значения не имеет.

– Нет, я так не могу. Некрасиво как-то…

– А если это любовь с первого взгляда? У меня со всеми было именно так. Увидели друг друга и бац – любовь!

– Я в такую не верю… Вот с Гошей…

– Да забудь ты про своего Гошу, – оборвала ее Света. – Ну что, будем путевку брать?

Таня, конечно же, ответила отказом, но Светлане противостоять было трудно. По всей видимости, подруга имела свой процент с продажи путевок клиентам, приведенным ею, поэтому с таких жаром уговаривала ее отправиться в путешествие. Таня еще долго отнекивалась, но потом вспомнила, что на носу 8 Марта, а цветочков ждать не от кого, и согласилась.

Сборы много времени не заняли. Запихнув в чемодан шорты, три футболки и два платья (одно простое, а второе нарядное и, что называется, секси), нижнее белье, предметы гигиены, шлепки и босоножки на каблучке, туш и помаду, Таня посчитала, что этого достаточно. Ни о защитном креме, ни о таблетках она почему-то не вспомнила, но в аэропорт отправилась в полной уверенности, что ничего не забыла.

В зале аэропорта Таня заметила, что всех, кроме нее, провожают. Кого кавалеры, кого родители, кого друзья. И только она одна. Гоша самоустранился, мама живет в другом городе, а приятельницы на работе – день был будний. Короче, было от чего загрустить. Особенно при взгляде на тех счастливиц, возле которых ворковали мужчины и у кого в руках были цветы. Кто бы знал, как Тане хотелось, чтобы ее провожали вот так, с цветами.

Задушив в себе приступ жгучей зависти, Таня уселась в кресло и стала ждать, когда объявят регистрацию на рейс. Она открыла купленный по дороге журнал, но читать не могла – нервничала перед полетом. Тут очень кстати к ней подсел худощавый длинноволосый парень и завел беседу. Звали его Егором. Он летел тем же рейсом, и Таня благодарила за это судьбу. Когда есть компания, это же здорово! Тем более что она первый раз за границу отправлялась… Да и просто летела первый раз в жизни и понятия не имела, где багаж сдавать, где потом его получать. А вот Егор был бывалым путешественником и обещал все ей показать и помочь с чемоданом. Он даже его транспортировку на себя взял. Тащил Танин баул на плече (у всех нормальных людей были сумки на колесиках, а у нее мамина, с застойных времен).

В самолете они сидели вместе и весь перелет болтали ни о чем. Егор был в Египте уже пять раз и рассказывал Тане о стране. Было интересно! Особенно ей понравилось слушать о семейном укладе. Оказалось, что жен египетским мужикам выбирали матери. Обычно мать шла в дом потенциальной невесты и тестировала ее на «профпригодность». То есть заставляла грызть орехи зубами, чтобы проверить, здорова ли она (о здоровье было принято судить по зубам, почти как при покупке лошадей), заваривать кофе и обниматься. Последнее делалось для того, чтобы определить, что у невесты все натуральное. А то вдруг она себе в лифчик ваты наложила? И как после этого на ней жениться?

В общем, четыре с лишним часа пролетели незаметно. А когда пассажиры лайнера наконец оказались в аэропорту Шарм-Эль-Шейха и получили багаж, Таня с Егором сердечно распрощались и договорились как-нибудь встретиться.

До отеля Таня ехала недолго, минут десять. Кроме нее, в автобусе не было туристов, которые отправлялись бы туда же. Так что вышла она одна. И на ресепшен оказалась одна. Явилась она в районе восьми часов утра, и менеджер огорошил ее известием о том, что вселят ее не раньше полудня, а скорее – в два, так как номер еще убрать надо.

Таня приуныла. Она-то думала, что ее отдых начнется уже через полчаса, оказалось…

Таня угнездилась на кожаном диване, одном из многих стоящих в холле, и стала ждать. Но время, как назло, тянулось медленно. Чтобы убить его, Таня погуляла по территории, отметила, что здесь очень красиво: кругом цветы, пальмы, водопады, обвитые вьюнами беседки, и еще больше захотела поскорее оказаться полноправным членом отельного сообщества. Но вселять ее не собирались. Она несколько раз спрашивала, а менеджер все одно твердил – ждите до двух.

А тут еще пьяный толстяк (и это в начале одиннадцатого!) с обгоревшим до свекольного цвета пузом брякнулся рядом и стал приставать с разговорами. Рассказывал, как ему не нравится в этом отеле, хвалил те, где отдыхал раньше, и хуже того – лез к Тане обниматься. Когда она вежливо попросила его не трогать ее, Гриша Мерешко из Кременчуга (так отрекомендовался толстяк) сделал вид, что не слышит, но стоило ей рявкнуть: «Грабли убери!» – руки свои распускать перестал. А едва Таня вслух заметила, что в сумке, стоящей на крыльце рядом с чемоданом, у нее лежат сланцы, в которые ей очень хочется переобуться, как Гриша вскочил и побежал за ними. Принес не совсем скоро, но все же принес. Сменив кроссовки на резиновые шлепки, Таня почувствовала себе намного лучше, но ненадолго. Хотелось принять душ, натянуть купальник и бежать на море. Она еще несколько раз подходила к стойке ресепшен, но получала один и тот же ответ: «Заселение в два», и возвращалась на свой диванчик. А до двух оставалось еще очень много времени…

У Тани, видимо, был очень несчастный вид, так как проходящая мимо женщина вдруг остановилась и спросила, все ли у нее в порядке. Вешать на постороннего свои проблемы было некрасиво, но Таня не сдержалась. Выслушав ее сбивчивые жалобы, Вера (так звали новую знакомую) хмыкнула:

– Дай им двадцатку – и все дела.

Таня так и сделала, и уже спустя пятнадцать минут заселилась в номер. А еще через десять к ней в гости явилась Вера. С коньяком и сливами. Таня коньяк не любила, да и пила очень мало, но отказать не могла. Во-первых, была благодарна Вере, во-вторых, та не приняла бы ее отказа. Вера явно относилась к категории людей, которые считают, что всегда и во всем правы, а на тех, кто думает иначе, смертельно обижаются. Выглядела она соответственно. Воинственный хохол на макушке, острый нос, упрямый подбородок, поджарая фигура закаленного в вечных боях за свою правоту воина.

Когда Вера ушла, Таня, вместо того чтобы пойти на пляж, прилегла и не заметила, как уснула. Разбудил ее стук в дверь. Таня вскочила и побежала открывать.

Ожидая увидеть уборщика, она очень удивилась, когда обнаружила перед своей дверью мужчину славянской наружности в шортах и майке.

– Хай, – сказал он и лучезарно улыбнулся.

– Здравствуйте, – откликнулась на приветствие Таня.

– О, русская! – обрадовался он. – Это хорошо, а то я по-английски плохо говорю. Войти можно?

Таня молча посторонилась. Мужчина вошел. Походка у него была уверенная. А фигура красивая: мускулистая, но не перекачанная, короче, то, что нужно. «Не то что у Гоши», – подумалось вдруг Тане. Лицо незваного гостя тоже впечатлило, но не по-журнальному. То есть он имел сломанный нос, заметные морщинки у глаз и золотую коронку на коренном зубе, но все равно выглядел потрясающе. Эталонных красавцев Таня никогда не любила, поэтому мужчина ей очень понравился.

– Меня Сережей зовут, – представился гость. – А вас?

– Меня Таней.

– Очень приятно. Тань, есть что попить?

– Минералка подойдет?

Сережа кивнул, и Таня отправилась к холодильнику.

– Только приехали? – спросил Сергей, кивнув на нераспакованный чемодан.

– Да. Утром.

– А я уже неделю тут киплю, до чертиков надоело.

Таня достала воду и, перед тем как подать ее, глянула на себя в зеркало. То, что она увидела, ее ужаснуло. Помятая физиономия, всклокоченные волосы, а к подбородку прилип кусок сливовой кожуры. Таня быстренько вытерлась и кое-как пригладила вихры. После этого можно было и к Сереже повернуться. Хотя, конечно, эти полумеры ее не сильно украсили, но хотя бы на бомжа она перестала походить.

– Спасибочки, – поблагодарил Таню гость, взяв бутылку и прикладываясь к горлышку.

– А мне сказали, что тут все включено. В том числе и вода, – заметила Таня.

– Совершенно верно, – сказал Сережа и, изменив вежливости, «тыкнул»: – Я к тебе не за этим…

– А зачем?

– Можно я с твоего балкона на соседний влезу?

Таня нахмурилась.

– Да ты не бойся, я не вор… Соседний номер мой. Но ключ электронный остался в нем – забыл я его, и теперь попасть не могу.

– А… – растерянно протянула Таня. – А вы что, балконную дверь не запираете?

– Не-а, – беспечно мотнул он головой. – Все ценное в сейфе отеля, а мои запасные шорты вряд ли кому-нибудь понадобятся.

Таня не нашла, что на это сказать, молча кивнула и провела Сергея на балкон. А затем пронаблюдала за тем, как он перемахнул на свой. Сделал он это играючи, нисколько не испугавшись высоты (они находились на третьем этаже) и особо не напрягаясь. Его фигура, казалось, была создана для того, чтобы преодолевать препятствия. Когда он оперся на поручень, мышцы на руке вздулись, а кубики на животе стали выпуклыми (он как будто специально снял майку перед тем, как полез на балкон). Таня залюбовалась им, хотя раньше не замечала за собой тяги к мускулистым парням. Иначе не обратила бы внимание на Гошу, у которого что плечи, что талия, что бедра – все на одном уровне, а вместо кубиков на животе небольшая, но заметная прослойка жира.

– Спасибо тебе, Таня, – сказал Сережа на прощание. И скрылся за балконной дверью.

«Мог бы и на ужин позвать! – подумала она. – А лучше на дискотеку! – И с разочарованием решила: – Не понравилась я ему! Поэтому и не пригласил…»

От этой мысли стало очень тоскливо, но потом вдруг в Татьяне проснулся азарт. Не понравилась, значит? А вот я сейчас оденусь в свое лучшее платье, волосы распущу, макияж на помятую мордашку нанесу… Такой красоткой стану, что ты в меня влюбишься!

И решительно направилась к чемодану, чтобы достать из него то самое платье…

Когда вещи были вытряхнуты, Таня испуганно ойкнула. Но не потому, что с ее барахлишком произошел какой-то конфуз, просто в потайном кармане она обнаружила неопознанный предмет. Вернее, это совершенно точно был тюбик шампуня с логотипом известной немецкой фирмы, но Таня его туда положить не могла. Во-первых, она пользовалась средствами других компаний, а во-вторых, вообще ничего для мытья головы не взяла – Светка сказала, что это ей будут даром давать.

Таня открутила крышку пузырька и заглянула внутрь. Там вместо перламутровой жидкости обнаружила белый порошок, похожий на крахмал. И как он появился в ее чемодане, можно было только гадать. Да и что это за порошок, Таня не поняла. Не крахмал же!

Таня поднесла тюбик к носу, понюхала. Ничем не пахло.

«Наркотики! – осенило ее. И стало так страшно, хоть кричи. – Ну точно они, а что же еще? – И с еще большим ужасом подумала: – В моем чемодане лежит героин, тянущий, судя по количеству, на астрономическую сумму!»

Когда первый приступ паники прошел, Таня стала лихорадочно соображать, что делать. Первой мыслью было немедленно отправиться к представителю тур-оператора и все ему рассказать. Но, представив, во что после этого превратится ее отдых, передумала. Она приехала купаться, загорать, нырять и отрываться, а не таскаться по полицейским участкам. Вот в последний день можно было бы и проявить свою гражданскую сознательность, но теперь, когда отдых только начался…

«Спрячу-ка я этот пузырек где-нибудь, – приняла она решение, но тут же его изменила: – А вдруг его кто-то найдет и присвоит? Что мне тогда делать? Ведь тот, кто это мне подложил, обязательно явится, чтобы забрать тюбик».

Тут Танины мысли направились по несколько другому руслу: «Кто мне это подсунул? Неужели Сережа? Больше-то некому».

«Как это некому? – самой себе возразила Таня. – А Вера? Приперлась с коньяком средь бела дня! Явно неспроста! Да и сливы свои дурацкие положила в большущий пакет, где, возможно, еще что-то лежало… И подкинуть тюбик у нее была возможность. Я то в туалет выходила, то к телефону подбегала».

«Но и Сережа мог, – тут же вступила в полемику с самой собой Таня. – Пока я ему воду доставала и пыталась себя в порядок привести… Сумки при нем не было, но в карманы в шортах мог поместиться не то что тюбик – трехлитровая банка!»

Тут ей вспомнился хмельной украинский турист. Он крутился у чемодана довольно долго, делая вид, что ищет в пакете рядом ее сланцы, и очень даже мог сунуть в него тюбик.

«Да кто угодно мог! – вдруг осенило Таню. – Ведь чемодан стоял возле отеля два часа».

В общем, Таня совсем запуталась. Наверное, именно поэтому не нашла ничего лучше, чем вернуть тюбик на место. «Когда тот, кто его подложил, – подумала она, – явится ко мне, чтобы его забрать, я сделаю вид, что ничего не знаю, и все будет прекрасно». Да, конечно, Таня отрицательно относилась к наркоторговле, но считала, что с ней должны бороться профессионалы, а не слабая, трусливая, а главное – брошенная и несчастная женщина.

В общем, Таня вернула «шампунь» на место и пошла на ужин. Кусок в горло не лез (было страшно – вдруг обыск, а у нее в чемодане наркотик), но она втолкнула в себя порцию рыбы и два фужера вина – чтобы расслабиться.

Египетское полусладкое подействовало магически. То ли было крепче отечественного, то ли попало на старые дрожжи, но результат превзошел все ожидания, и Таня отвлеклась. Так что после приема пищи сиделось на веранде очень даже весело. Интересно было наблюдать за другими отдыхающими, особенно за русскими. Алкоголь они поглощали в количествах немереных, но при этом самыми шумными были итальянцы, а самыми пьяными оказались немцы. За благопристойной с виду бюргершей, упавшей в бассейн, Тане понаблюдать не дали. К ней за столик подсела Вера.

– Привет, Танюха! Ну как успехи?

– Нормально, – ответила та.

– Что, уже присмотрела себе мужичка?

Таня смущенно потупилась. Вера говорила, что приехала в Египет для того, чтобы заняться сексом с каким-нибудь симпатичным арабом, и настоятельно рекомендовала Тане последовать ее примеру. По мнению Веры, ничто так быстро не избавляет от страданий, как необременительный секс с горячим парнем. Таня была категорически с ней не согласна, но не спорила, знала – это без толку.

Теперь, когда всплыли новые обстоятельства, и как следствие – подозрения, Таня стала сомневаться в правдивости Вериных речей. Небось усыпляла ее бдительность, старалась казаться легкомысленнее, чем есть на самом деле, как, впрочем, и сосед…

– Привет, соседка, – услышала Таня и вздрогнула от неожиданности. Не ожидала встретить тут Сергея – возле бассейна сидели одни женщины и пенсионеры, мужчины же тусовались в спорт-баре.

– Добрый вечер, – откликнулась Таня. – Поужинали уже?

– Ага. Теперь думаю, чем бы заняться…

Вера, услышав это, многозначительно хмыкнула и сказала:

– Не буду вам мешать, голубки…

Она встала из-за стола, но, перед тем как уйти, незаметно указала на Сережу и скорчила кислую мину. Типа и что ты в нем нашла? Молодые арабы гораздо интереснее… А этому уж и лет около сорока, и нос кривой, и глаза усталые, к тому же волосы торчат в разные стороны, будто он никогда не расчесывается…

Тут Таня могла бы поспорить. На ее взгляд, среди местных было немного интересных парней, и даже самые эффектные (почему-то это были массажисты) не шли ни в какое сравнение с Серегой. Да, у арабов были удивительной красоты глаза и чувственные губы, но у этого такое мужественное лицо и атлетическая фигура, что Таня просто таяла.

«Только он, скорее всего, женат», – грустно подумала она и тяжело вздохнула. От своих принципов ей не хотелось отказываться.

– Не откажешься позаниматься со мной завтра кайтингом? – спросил Сережа.

– Надеюсь, это что-то пристойное?

– Смотря что понимать под непристойностью…

– Нет, не хочу, – поспешно выпалила Таня.

– Женщины… – фыркнул он. – Только и думают что о сексе. Кайтинг – тот же серфинг, только с воздушным змеем.

– Это как?

– Ты вообще почему именно этот отель выбрала?

– Ну так… Просто.

– Сюда, вообще-то, больше серферы ездят. Тут хорошие условия для занятий.

– То есть ты серфингист?

– Я кайт-серфер. А еще сноубордист и дельтапланерист. Словом, экстремал.

«А еще наркокурьер, – добавила про себя Таня. – Что не удивительно! Вам, экстремалам, вечно не хватает острых ощущений и денег».

– Так что? – вновь обратился к Тане Сергей. – Хочешь завтра попробовать?

– Хочу, – вдруг сказала она. И, вспомнив о тюбике в своем чемодане, предложила: – Не заглянешь ко мне сегодня?

Сергей хоть и понял это приглашение превратно, но, надо отдать ему должное, ответил нейтрально:

– Если пригласишь.

Секунду подумав, Таня выпалила:

– Приглашаю. – И трусливо добавила: – Чаю попьем. А то одной скучно.

– Ну тогда пошли.

– Сейчас?

– Ну да. А то я в девять лечь хочу, чтобы выспаться…

На лице Тани, по всей видимости, отразилось легкое недовольство. Немедленно идти желания не было. Хотелось попозже. И чтобы Сергей был не причастен к наркотикам, а просто стремился побыть с ней… Она и платье свое сексуальное надела, губы и ресницы накрасила. В общем, выглядела если не на все сто, то на девяносто пять точно.

– Не хочешь уходить? – прочитал по ее лицу Сережа. – Тогда чаю в другой раз попьем, а сегодня мне рано лечь надо. Вчера в Нааму на дискотеку ездил, не выспался, а завтра надо в форме быть… – Он подмигнул Тане. – Пока, что ли?

– Пока! – попрощалась она с соседом. А про себя подумала, что балконную дверь не закрыла специально для него, и если он захочет, то сможет влезть в ее номер, чтобы забрать героин.

Сережа кивнул и удалился. Не успела Таня проводить его взглядом, как к ней за столик подсел хохол Гриша. Он был привычно пьян, но не так, как утром, а в меру.

– Салют! Ты как?

– В порядке, – вежливо ответила Таня. – А ты?

– И я, – гоготнул он. – Я вечером всегда в норме, а вот с утра… Почему тут все бары с десяти работать начинают, а? По мне, так уже в восемь пора открываться… – Он опрокинул в рот Танин стакан, в котором был слабо разбавленный джин-тоник, и скривился. – Как ты это пьешь?

– Я не пью, – честно призналась Таня. Она взяла джин с тоником только для того, чтобы не сидеть за пустым столиком.

– И правильно! Надо употреблять чистый!

С этими словами он встал и направился к бару.

– Ты сегодня не собираешься ко мне в гости? – крикнула ему вслед Таня.

– Сегодня нет, – ответил он с совершенно идиотской улыбкой. – Я бухой по бабам не хожу… Но если хочешь, то завтра…

Таня пожала плечами, типа, как вам будет угодно, после чего встала из-за стола и пошла к танцплощадке, откуда как раз раздались зазывающие крики аниматоров.

В номер Таня вернулась около полуночи. Спать хотелось ужасно, но, перед тем как лечь, она проверила чемодан. Тюбик был на месте!

Пробудилась Таня от громкого стука. Казалось, что стучат по ее голове, но она решила, что ей это снится. Однако, когда Таня открыла глаза, оказалось, что звуки имеют место быть. Она вскочила с кровати и побежала открывать.

Распахнув дверь, она увидела Сережу. Он был немного заспан, но бодр, а в руке держал алую кепку и солнцезащитные очки со специальными креплениями, не позволяющими слететь при резких движениях.

– Пошли, что ли? – спросил он и только после этого поздоровался.

– Доброе утро… – Таня спряталась за дверь, вспомнив, что не одета. – А завтрак?

– Уж очень хороший сейчас ветер, – заметил Сережа. – Грех этим не воспользоваться… Перекусим на пляже. В одиннадцать будут пиццу давать, тогда и покушаем.

Таня есть не очень хотела, поэтому согласно кивнула. Да если бы и хотела, все равно кивнула бы, потому что Сергей ей чрезвычайно нравился. Да и немного похудеть не мешало! Гоша все два года твердил о том, что у Тани на боках слишком много лишнего.

– Подожди минутку, я оденусь, – сказала она, впуская Сережу.

– Давай быстрее…

– Две минуты! – Таня на самом деле могла собраться за это время. В отличие от большинства женщин она не тратила на макияж и гардероб по два часа.

Она ушла в ванную комнату, давая Сергею возможность взять то, что ему нужно (если, конечно, ему что-то было нужно, а то ведь вполне возможно, что она на его счет ошибается).

Таня быстро умылась. Так же споро сменила майку с трусами на купальник и шорты. Когда она вышла, Сережа сидел на кресле и увлеченно смотрел документальный фильм по российскому каналу, где рассказывалось о наркоторговле.

«Передачка в тему», – решила Таня и спросила:

– А в Египет наркотики возят?

– Не думаю, – ответил Сергей. – Тут наркоманов мало. Траву курят, конечно, но она здесь растет, а тяжелые мало кто употребляет.

– А туристы?

– Торчки сюда не поедут. Зачем им зря деньги тратить? Но, вообще-то, бедуины, говорят, занимаются черным бизнесом. То есть перевозят наркотики и оружие. Их местные власти не трогают – боятся связываться.

– Откуда ты все это знаешь?

– Так гид рассказывал. – Он встал. – Потопали, ладно?

Таня была не против. Топать так топать. Но перед тем как покинуть номер, она заглянула в свой чемодан и обнаружила, что тюбик на месте.

На пляже народу было немного. Что неудивительно – в начале девятого все либо спали, либо были на завтраке. Исключение составляли всего пятеро: Таня с Сережей, старикан-бегун и все тот же вечно пьяный хохол Гриша. Последний маялся на лежаке, всем своим видом выражая нетерпение. Тане сразу стало ясно, что Гриша ждет не дождется, когда откроется бар и можно будет опохмелиться.

– Мне сюда, – сказал Сережа, указав на домик, возле которого в ряд стояли серф-доски. – Возьму все прибамбасы, и пойдем в море.

Он двинулся к кайт-станции, а Таня угнездилась на лежаке, чтобы подождать его возвращения. Через десять минут он уже спешил к ней, облаченный в гидрокостюм и какой-то невероятный пояс с крючком на животе. Выглядел он в своем обмундировании очень эффектно. Тане пришлось постараться, чтобы не выказать восторга. А то стоит продемонстрировать мужчине свою симпатию, как он сразу, одолеваемый гордыней, меняется в худшую сторону.

– Пошли, что ли? – сказал Сергей в своей привычной манере «чтолить» и кивнул на участок моря, который был отгорожен канатами. – Это кайт-спот. Оттуда мы выходим. Ты посмотри за мной, и, если не испугаешься, я поучу и тебя.

Таня кивнула. Поучиться новому, а еще важнее – экстремальному очень хотелось. В своей жизни она ни разу не занималась ничем подобным. Даже велосипед у нее был не спортивный, а прогулочный. Коньки фигурные, подростковые. А на лыжах, не говоря уже о сноуборде, она никогда не стояла.

Надув свой кайт (для этого имелось специальное устройство), Сергей прицепил его стропы к тому самому крюку на животе и вошел в море. Ветер он ловил недолго. Уже через минуту Сережа забрался на доску и помчался по волнам.

Зрелище было эффектным. Высокий мускулистый мужчина, затянутый в гидрокостюм, походил на бога морей. Но не на того седого бородача с трезубцем, которого принято изображать на картинках в детских книжках, а на пышущего энергией и молодостью повелителя волн и ветров.

Пока Таня любовалась Сергеем, на пляж прибежала Вера. Как обычно, очень энергичная и излишне суетливая, она плюхнулась рядом, едва не проломив лежак.

– Салют! – поприветствовала она Таню. – Ты чего так рано?

– Кайтингом заниматься буду, – гордо молвила та. – А ты?

– А я своего мачо пасу. Он массажист. – Она закатила глаза и гордо добавила: – Он самый красивый из местных. Его зовут Али. Вчера у меня был предпоследний сеанс массажа, и сегодня он станет моим. Надеюсь, еще до сеанса… Массаж бы стал хорошим десертом. А как твой извращенец?

– Кто? – испугалась Таня.

– Ну, тот мужик, что вчера подходил к тебе. Склонял тебя к какому-ту кайтингу, я краем уха слышала… Это явно что-то непристойное.

– А вот тут ты ошибаешься. Кайтинг – это… – Тут Таня увидела, как Сергея повело на вираже, и он свалился в воду. – Ой! – вскричала она. – Прости, я на минуту…

– Куда?

– Да вон там… Сережа! – И хоть поняла, что с ним ничего не случилось, обеспокоенно проговорила: – Мой извращенец упал! Надо спросить, как дела…

Вера расхохоталась и заявила:

– Дура ты, Таня! Нашла кого выбрать. Сразу ж видно – опасный тип!

– В каком смысле?

– В прямом! – И добавила безапелляционно: – Бандит какой-то… Да и вид у него потрепанный. Мой массажист в сто раз лучше!

– На вкус и цвет…

– Кстати, я хочу зайти к тебе перед обедом!

– Зачем?

– Да выпить не с кем. Завтра я уезжаю, а у меня бутылка коньяка осталась… Не везти же обратно?

Таня в ответ улыбнулась. Никакого коньяка она не хотела, но дать согласие на посещение ее номера Таня была обязана. Если именно Вера подсунула ей наркотики, то прийти она намеревается именно за тем, чтобы их забрать. Так к чему ей мешать? И вообще… Гораздо спокойнее думать, что именно она преступница, а не Сережа. Может, он и подозрительный тип, но все же очень приятный. И как мужчина, и как человек. Оказалось, что он химик, кандидат наук. Работает заведующим лабораторией и преподает в университете. И кто бы подумал? На вид так чистый бандюган!

– Таня! – прокричал он издали. – Притащи мне, пожалуйста, кепку… Голову напекло!

Таня кивнула, но потом на всякий случай уточнила:

– Ты не ушибся?

– С чего бы? – удивился он. – В нашем деле валиться с доски – это нормально.

Таня быстренько сбегала за бейсболкой и принесла Сереже. Тот, нахлобучив ее, спросил:

– Ты к Международному женскому дню как относишься?

– Нормально, – растерянно ответила Таня. – А что?

– В смысле, что требуешь от мужчины в этот день?

– А с чего такие вопросы?

– Да он вроде сегодня… Вот думаю, как тебя поздравить.

– Я люблю цветы.

– Все женщины их любят.

– Возможно. Но другие требуют в дополнение к ним что-нибудь более долговечное. Например, золото, а мне цветов достаточно.

– Болтаешь.

– Нет, правда. Только беда в том, что мне никогда не дарили цветов.

– Как это?

– А вот так… Нет, понятно, что на работе мужчины вручали нам по гвоздичке, но это все не то… Я ждала цветов от своего парня, но он…

– Что – он?

– ОН всегда считал, что это лишняя трата денег и лучше преподнести что-нибудь более полезное и менее банальное. Например, чайник.

– Чайник? Какой еще?..

– Электрический. Я все говорила, что на газу греть воду долго и хорошо бы иметь что-нибудь более удобное… Ну вот он и подарил мне его на прошлое 8 Марта.

– Грустно, – почему-то сказал Сергей. – Ладно, я прокачусь еще… А ты? Будешь пробовать?

– Пожалуй, нет, – ответила она, вспомнив, как Сережа свалился с доски. Если бы ее подбросило, она запросто могла бы долбануть его по голове.

– Почему?

– Страшно.

– И правильно, – одобрил ее решение Сережа. – Вот если бы ты хотя бы на сноуборде умела стоять, тогда легче… А так… Лучше поберечься!

И помчался на своем кайт-серфе в сторону горизонта. Кроме него, море рассекали еще несколько человек, а в голубом небе реяли разноцветные воздушные змеи, похожие то ли на бабочек, то ли на рыб, чудом попавших из морской сини в синь небесную.

Оставшись одна, Таня выкупалась. Когда Сережа вернулся, они отправились на завтрак. Потом Таня вернулась на пляж, а ее сосед пошел в номер, чтобы, как он выразился, помять репу, то есть поспать. По всей видимости, утомила его борьба со стихией.

Она валялась на лежаке, купалась, пила вкусное местное пиво, пока ее сон не сморил. Во сне Таня видела сначала Гошу, который выходил из ванной комнаты в набедренной повязке, затем Серегу, выбирающегося из воды без ничего, вместо привычного глазу фигового листочка на его причинном месте красовался огромный розовый бутон (Таня обожала розы). Проснулась она оттого, что кто-то ее щекотал. Таня вскочила и уставилась на того, кто ее разбудил. Им оказался не Сережа, хотя она очень на это надеялась.

– Привет! – с улыбкой проговорил Егор, ее недавний попутчик.

– Привет, – растерянно ответила Таня. – А что ты тут делаешь?

– В гости к тебе пришел!

– Здорово! – обрадовалась она. Человек, помогший в трудную минуту, всегда кстати.

– Искупаемся? – предложил он.

– Может, просто погуляем по берегу?

– Давай, – покладисто согласился Егор. – Только мне в туалет хочется… Покажешь, где это?

– Да вот он! – Таня указала в нужном направлении.

Егор благодарно улыбнулся и заспешил к домику.

Вернулся он буквально через пару минут.

– Там грязно, – заявил он. – Египетские пять звезд всегда равнялись трем. Я не могу там нужду справлять… Может, к тебе сбегаем? Ты наверняка живешь неподалеку.

– С чего ты взял?

– Ну поскольку мы с тобой прилетели в семь утра, то резонно предположить, что тебе сразу номер не дали. Коли так, ты заплатила, чтобы тебя вселили, а за двадцать баков обычно вселяют в хорошие корпуса, находящиеся на самом берегу.

Тане ничего не осталось, как кивнуть и проводить его в свой номер.

Пока Егор был в туалете, Таня сидела на балконе и все заглядывала за перегородку в надежде увидеть Сергея. Но тот, похоже, спал. Поняв, что лицезреть соседа «онлайн» не получится, она перевела взгляд на оконное стекло своего номера и тут заметила Егора. Он крался из туалета в направлении Таниного чемодана. Их разделяла пара метров.

Таня сделала вид, что не заметила маневров гостя, а на самом деле следила за ним очень внимательно. Вот Егор подошел, вот забрался рукой под крышку, пошарил…

«Значит, это он, – подумалось Тане. – Надо же, а я его совсем в расчет не принимала… Выходит, он познакомился со мной в аэропорту именно затем, чтобы подложить в мой чемодан наркотики. Наверное, сам он уже был на примете у органов».

– Таня, – послышалось из комнаты.

– Что?

– Можно тебя на минутку?

Таня встала со стула и шагнула с балкона в комнату.

– Ты когда чемодан разбирала, ничего лишнего не обнаружила? – спросил Егор. И лицо его при этом было очень серьезным, если не сказать, напряженным.

– Нет, – ответила Таня. – А что?

– В кармашке, например?

– В каком?

– В этом! – Он продемонстрировал ей тот самый карман, в котором лежали наркотики.

– Ничего. Я туда даже не лазила…

– Врешь! – вдруг заорал он. – Куда ты ЭТО дела?

Что под «этим» подразумевает Егор, Таня поняла, а вот почему он тюбик не нашел, даже представить не могла. Тюбик там, совершенно точно, так с какой стати?..

– Убью! – взревел Егор и кинулся на Таню. Среагировать она не успела и уже в следующую секунду лежала на полу, а ее горло обхватывали сильные пальцы.

Объяснить, что она «не верблюд», Таня не смогла бы при всем желании. Егор так сдавил ее горло, что не то что говорить – дышать мочи не было. Егор, похоже, впал в неадекватное состояние, и, видя, что его жертва закатывает глаза, не ослабил хватки. Таня уже прощалась с жизнью, как вдруг…

Дверь отлетела, грохнувшись ручкой о стену. В комнату ворвался вихрь, затем Таня увидела, как исказилось лицо Егора, после чего он разжал пальцы и отлетел в сторону балкона. Поверить в то, что он ни с того ни с сего обрел дар левитации, Таня не могла и вскинула глаза, чтобы увидеть того, кто так экстремально передислоцировал Егора. Им оказался Сережа. Но что самое забавное, в его руках Таня не обнаружила биты или другого тяжелого предмета. А вот цветы были. Розы! Явно сорванные на территории отеля.

– С праздником! – проорал он – С Международным женским днем! – И протянул букет Тане. Потом Сергей сделал два шага в сторону Егора, трясущего головой в углу комнаты, взял его за шкирку и поднял.

– Что ты с ним хочешь сделать?

– Сдам детективу отеля, а тот уж пусть вызывает местную полицию, чтобы разобраться с этим типом.

– Он, между прочим, мне наркотики в сумку подбросил. Только сейчас я не знаю, где они.

– Они у меня, – сказал Сережа.

– Как? Так, получается, что ты… Ты действительно… опасный тип!

– Тип я совершенно безопасный, – заверил ее Сергей. – А наркоту я изъял, чтобы тебя обезопасить.

– В смысле?

– Я заметил, как ты нервничала, когда смотрела на свой чемодан. Мне стало любопытно, почему, вот я в него и заглянул. Сначала ничего подозрительного не обнаружил, но когда сунул нос в потайной кармашек и нашел там пузырек с порошком, то сразу все просек. А тут ты еще у меня про наркоту спрашиваешь, вот и понял я, что тебе ее кто-то в чемодан подсунул.

– То есть меня ты не заподозрил? Вдруг это я ее транспортировала?

– Таня, не смеши, – хмыкнул он. – Да какой из тебя наркокурьер? – Тут Егор затрепыхался, окончательно придя в себя, но Сергей так его тряхнул, что парень вновь обвис. – В общем, я решил тюбик из твоего чемодана изьять и оставить до поры у себя…

– Но когда ты умудрился это сделать? Я же смотрела, как ты…

– Да сразу после того, как с пляжа ушел. Тебя в номере не было, я перелез на твой балкон – ты по моему примеру тоже его не закрыла.

– И что ты собирался делать с наркотиками?

– Подержать у себя, пока курьер не объявится. Я присматривал за тобой постоянно, вот только все равно опоздал прийти на помощь вовремя… А все из-за этих цветов дурацких.

– Почему дурацких? Очень даже красивые розы.

– Возможно, однако хотелось подарить что-то особенное, но за букетом пришлось бы ехать на Наама-Бей, а я боялся тебя здесь без присмотра оставить…

– Ты такой сердобольный?

– Просто ты мне очень нравишься, – сказал он, сверкнув фиксой.

– Но ты, скорее своего, женат, – зачем-то озвучила свои мысли Таня. – Так что все равно ничего не выйдет… Я не связываюсь с женатыми даже на курортах.

– Я в разводе уже восемь лет, – признался Сергей. – А теперь ставь цветы в вазу, и пойдем к детективу отеля, вечером у нас ужин в рыбном рестораны на берегу моря…

После того как Егор был доставлен в полицейский участок и Таня с Сережей дали показания (это было не так долго и страшно, как ей думалось), можно было возвращаться в отель. Что они и сделали. А вечером отправились в рыбный ресторан, где ели тунца под белым соусом и пили белое вино. На столе стояли свечи, приглушенно звучала арабская музыка. Обстановка была очень романтичная. Никогда в жизни Таня так здорово не отмечала 8 Марта.

– Смотри, твоя знакомая! – воскликнул Сергей.

Таня обернулась и увидела Веру. Она шла по берегу под ручку с красивым молодым арабом, и на ее лице читалось выражение полного довольства судьбой. Оно же прослеживалось на физиономии Григория, возлежавшего на лежаке чуть поодаль. В его руках было по стакану чистого виски, и он подносил то один, то другой ко рту, отхлебывал, смакуя, затем отодвигал руку и рассматривал янтарную жидкость на лунный свет.

– Ты, случайно, не замужем? – спросил вдруг Сергей. – А то у меня спросила про семейное положение, а о своем скромно промолчала.

– Случайно нет, – ответила Таня, смутившись. В тридцать лет уже пора было «окольцеваться» и даже развестись.

– Хорошо, – улыбнулся Сережа. – Значит, наш экстремальный роман сегодня не закончится.

– Почему именно сегодня? – спросила Таня.

– Потому что завтра я улетаю. – Он взял ее за руку. – Когда ты вернешься, встретимся?

Таня, просияв, кивнула. Похоже, не зря она послушала Свету и поехала в Египет… Да и в телефон Гоши залезла не зря. Если бы не это, она никогда бы не познакомилась с Сергеем и не узнала, что такое любовь с первого взгляда.

Content

Ольга Володарская
Весенний экстрим