Джейн Йолен

Удивительная Фауна. глава № 37: Кошачья

Вот отпечаток следа —

Ровно бы росчерк следователя.

Покрытьем щебенки проследует

Кисонька-неудачница.

Так грязь по жизни протащится

Хоть падай, хоть стой! —

Мокрой дорожкой простой.

Вороны с неба падают,

Каждый — в черном, как падре,

В их отпущеньи — гибель,

Грехи завершает финал.

Прощенье их — в клювном изгибе

На землю упало.

Кости — в гробах крохотных,

Суть костного мозга лелеющих,

В крошечных пароходах,

Плывущих по рекам, как лебеди.

Так палец, облитый вином,

Укажет нам нашу вину.

Кожа, как сумка, вспорота,

От паха — до хрупкого горла,

Паденье в кровавое горе —

Последний, проклятый путь.

Постигнуть последнюю суть —

И кожу под суть разомкнуть.

Кровь выпита

На дороге голода,

Цементами впитана,

В глотки вколота.

Измучена, высушена,

Втоплена городом,

Навек сочтена горлом.

Плач — слишком скорый

Даже для плача.

Так плачет ветер, словно палач,

Над черной дорогой горя.

Так плачут вороны — или кошки

Над полусгнившей едой.

Так плачет в полночь

Забытая крошка

В спаленке ледяной.

Content

Джейн Йолен
Удивительная Фауна. глава № 37: Кошачья