Миранда Ли

Свадебный альбом

ГЛАВА ПЕРВАЯ

В такси по дороге домой Майк угрюмо смотрел в окно. Он был недоволен тем, как прошел его деловой визит в Америку, и тем, что он решил предпринять.

Но сейчас уже слишком поздно менять решение.

Войдя в свою квартиру, Майк снял дорогой итальянский костюм, купленный специально для встречи с Хельсингером, и прошел в ванную комнату. Он принял душ, побрился и надел джинсы с футболкой. Теперь осталось только приготовить себе завтрак. В самолете подавали нечто несъедобное.

Яичницу с беконом он ел на освещенной солнцем террасе, выходившей на бухту Сиднея.

Собственно, Майк и купил-то эту квартиру в основном из-за террасы. Вид воды успокаивал его. Ему нравилось сидеть здесь после тяжелого дня на работе, попивать виски и смотреть на воду.

Сейчас, однако, ничто не могло успокоить его. Он быстро доел завтрак — надо было возвращаться в город, чтобы встретиться со своим лучшим другом. Когда Майк убирал посуду, его занимала мысль о том, какова будет реакция Ричарда.

Майк надеялся, что Ричард поддержит его, надо признаться, довольно не убедительное решение. Конечно, Ричард рискнет. Невозможно стать директором банка, будучи мягким и нерешительным. А Ричард всегда знал, чего хочет. И если слегка сумасшедший план Майка удастся, они оба станут очень богатыми людьми.

Пять минут спустя он накинул черный пиджак и направился к двери. Через полчаса он уже сидел у Ричарда в офисе.

— Что значит, ты не встретился с Хельсингером? — удивленно спросил Ричард. — Я думал, что ты назначил встречу с ним еще до вылета из Сиднея.

— К сожалению, когда я прилетел в Лос-Анджелес, Чака в городе не было, его срочно вызвали. Семейные проблемы. Он принес мне свои извинения.

— Черт, Майк, это плохо!

— Да уж. Я встретился с его заместителем, и он заверил меня, что компания «Компровэйр» все еще заинтересована в моей новой антивирусной программе.

— Да, я уверен, что так и есть, — сухо заметил Ричард.

Уж в этом Майк был абсолютно согласен с Ричардом. Он считал свою программу величайшим изобретением, но с самого начала работы над ней осознавал, что его собственная компьютерная компания не сможет раскрутить этот проект. Ему нужен был посредник с выходом на международный рынок.

После недолгих поисков он вышел на сравнительно новую компанию «Компровэйр», у которой уже были обширные связи на рынке. После нескольких неудачных попыток провести переговоры по Интернету и телефону Майк сам вылетел в Америку, чтобы встретиться с директором компании лично. Он намеревался убедить Хельсингера заключить с ним контракт, но, конечно, не мог заранее предвидеть, как все повернется.

— Я не получил этот контракт, — признал Майк. — Все, чего я добился, это заверения о возможном сотрудничестве.

— Сотрудничество! — взволнованно воскликнул Ричард. — С Чаком Хельсингером? Ты, должно быть, шутишь. Этот человек — живая легенда. Все, к чему он прикасается, превращается в золото. Сотрудничество с ним может принести миллионы.

— Вообще-то, Рич, я даже думаю, что миллиарды. Если мне удастся заключить с ним сделку, твои пятнадцать процентов акций в моей компании сделают тебя богаче, чем ты есть сейчас. Рис тоже будет доволен прибылью от его пятнадцати процентов.

А мои семьдесят процентов позволят мне сделать все то, о чем я так давно мечтал, уже не в первый раз подумал Майк. Столько возможностей для благотворительности! Новые центры для детей, летние лагеря в каждом городе Австралии. Возможности поистине безграничны.

Если только ему удастся стать партнером Хельсингера.

Ричард удивленно покачал головой.

— Не могу в это поверить. Это невероятно!

— Правда, есть одно «но».

На лице Ричарда отразилось беспокойство.

— Какое «но»?

— У Чака Хельсингера существует одно непременное условие для тех мужчин, с которыми он вступает в деловые отношения.

— Семейное положение. Он ценит женатых людей с крепкими семейными узами.

— Ты шутишь?

— Нет.

Ричард усмехнулся и откинулся в своем кожаном кресле, скрестив перед собой руки.

— И как, позволь узнать, ты собираешься решить этот вопрос?

— Я уже начал. Я немедленно послал Хельсингеру сообщение по электронной почте, что обручен с замечательной девушкой и что мы собираемся пожениться до Рождества.

Ричард саркастически вскинул брови.

— Очень изобретательно с твоей стороны, Майк, но я думаю, что этот фокус не пройдет. Чак Хельсингер серьезный человек и будет проверять человека, с которым собирается заключить сделку, очень тщательно. И скоро все выяснит.

— Ну что ж… Мне недолго придется его обманывать.

Ричард поерзал на стуле.

— Ты имеешь в виду, что на самом деле собираешься жениться?!

Майк прекрасно понимал, почему на лице Ричарда отразилось такое удивление. Всем было известно, что Майк закоренелый холостяк. Он много раз говорил Ричарду, что никогда не женится. Однако раньше он и не думал, что ему может подвернуться такая грандиозная сделка. А это значит, что иногда приходится делать то, что надо, а не то, что хочется. Но на своих условиях, конечно.

— Если я хочу получить этот контракт, — деловым топом сказал Майк, — мне придется это сделать. И чем скорее, тем лучше. Хельсингер будет в Сиднее четвертого декабря, чтобы забрать роскошную яхту, построенную здесь по его специальному заказу. Это рождественский подарок его семье. Он хочет, чтобы я со своей невестой присоединился к его семье в небольшом водном круизе по Сиднею с целью лучше узнать друг друга. Если мне удастся показать себя превосходным семьянином, можно считать, что сделка у меня в кармане.

— Боже мой! — только и смог сказать Ричард.

— Послушай, я не собираюсь оставаться женатым, — заявил Майк другу, — просто деловое соглашение, которое будет иметь силу до того момента, как контракт будет заключен и все документы подписаны.

— Ты не думаешь, что это слишком даже для тебя, Майк?

Майк пожал плечами.

— Цель оправдывает средства. И если честно, какое право имеет Хельсингер выдвигать такие странные требования? Быть женатым человеком еще не значит быть хорошим бизнесменом. И наоборот, чему я являюсь доказательством.

— Может быть, но это его право.

— Думаешь? Прежде чем выбрать его компанию, я провел свое небольшое расследование. Хотел узнать как можно больше о владельце компании. И знаешь что? Он женат уже третий раз, а его жена младше его больше чем на двадцать пять лет. А ему ведь уже семьдесят. Они женаты шестнадцать лет, и у них есть дети. Два сына. Но разве это значит, что он достойный человек, который чтит семейные узы?

— Теперь я понимаю, о чем ты, — пробормотал Ричард.

— Его жена не лучше. Неужели можно поверить, что она вышла за него замуж по любви? Конечно, нет. Она прельстилась его огромным состоянием, как это делают многие женщины. Ты же сам это знаешь, Рич. Я, например, как только стал миллионером, чувствую постоянный интерес женщин к моей жизни. Думаю, мне не составит никакого труда найти себе жену на время. Всего лишь нужно будет помахать пачкой денег перед носом какой-нибудь красотки.

— Ты говоришь так, будто у тебя уже есть кто-то на примете. Одна из твоих бывших подружек? У тебя их было предостаточно.

— Совсем нет. Из них ни одна не подходит. Мне нужна жена, которая бы с самого начала знала, что именно от нее нужно: привлекательная внешность. Это будет, скажем так, условный брак, который закончится в скором времени.

Майк уже устал от женщин, которые клянутся ему в чувствах. А ведь он каждый раз предупреждал девушку, что ее чувства ему не интересны. Вначале все его подружки, казалось, принимали такие условия игры. Но после нескольких встреч поведение их менялось. А Майк не выносил, когда женщина начинала говорить ему о своей любви. Потому что он просто этому не верил. Женщины всегда пытались манипулировать мужчинами благодаря словам о любви, всегда пытались поймать их в ловушку.

Только они не знали, что говорить Майку о любви было равносильно смертному приговору их отношений. Именно это всегда становилось причиной расставания с очередной подружкой. Как только женщина начинала проявлять нежные чувства, Майк немедленно расставался с ней.

Его последняя пассия была юристкой, весьма деловой женщиной. Майк выбрал ее потому, что она, по его мнению, отличалась от остальных. Но вскоре стала такой же безвольной в его руках, как и все предыдущие.

Майк перестал с ней видеться, потому что не мог выносить слезливых сцен.

— И где ты собираешься найти подходящий вариант, Майк? Женщины не ходят по улицам, выкрикивая, что они готовы выйти замуж только ради денег.

— Что с твоей памятью, Рич? Я найду ее через брачное агентство, конечно. Разве не ты мне говорил, что пытался найти себе жену в «Невестах на любой вкус», до того как встретил Холли? И не ты ли мне признался за бутылкой виски, что в картотеке агентства полно хорошеньких охотниц за состоянием?

Ричард нахмурился.

— Ты прав. Я это действительно говорил, но в каком-то смысле я недооценивал их. Возможно, они все не так уж и плохи. Я имею в виду тот факт, что Рис нашел Аланну именно через это агентство. Никто не может назвать ее охотницей за состоянием.

— Из любого правила есть исключения, — сказал Майк, — Аланна как раз является исключением. В «Невестах на любой вкус» я надеюсь найти то, что мне нужно. От тебя, Ричард, мне нужен их номер телефона. У тебя он остался? Если нет, я спрошу у Риса.

— Где-то есть… — пробормотал Ричард.

Нет смысла сопротивляться, подумал он, роясь в куче визитных карточек. Майк твердо намерен осуществить свою идею. И кто может винить его в этом? Партнерство с Хельсингером может стать самым главным контрактом его жизни.

Но все же…

Холли не поверит ему, когда он расскажет ей обо всем.

Конечно, женщины всегда были рядом с Майком. И все, как на подбор, красивые. Женщины кружили около него, как пчелы вокруг цветка. Ричард никогда не понимал этого, потому что Майка нельзя было назвать красавцем. Правда, Холли считала его очень интересным — благодаря высокому росту и темным выразительным глазам.

Ричард мог добавить, что Майк к тому же выглядел очень мужественно, потому что следил за своим телом. Его стройная фигура и крепкие мускулы притягивали женские взгляды.

Он редко надевал костюм, предпочитал джинсы и пиджаки. Как этот черный пиджак, который сейчас был на нем.

В любом случае Майк был привлекательным парнем для многих женщин. К радости Ричарда, Холли не относилась к этой категории.

— А, вот она, — сказал Ричард, доставая визитку и протягивая ее Майку. — Женщину, которая возглавляет агентство, зовут Натали Фэрлейн. Ее имя и номер телефона записаны на обороте карточки. Она пригласит тебя на беседу, прежде чем познакомить с претендентками. Она никогда не берет клиентов по Интернету. А я советую тебе не говорить ей о своих истинных намерениях. Мисс Фэрлейн относится к своему делу очень серьезно. И еще. Я бы тебе посоветовал не выбирать слишком красивых женщин, иначе могут возникнуть проблемы.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты любишь секс, Майк. И не делай вид, что это не так. У тебя за несколько лет нашей дружбы было столько подружек, что я уже давно сбился со счета. Ты говорил, что этот брак долго не продержится. Но уверен ли ты, что сможешь сдержать свой естественный инстинкт? Ведь за то время, пока вы будете, так сказать, «женаты», — Ричард побарабанил пальцами по столу, — вам придется проводить какое-то время вместе. Например, вы будете делить одну каюту на яхте Хельсингера. Если женщина красива, трудно держаться от нее подальше.

— Ты меня недооцениваешь, Ричард. Я умею сдерживаться без проблем. — Как это происходит уже несколько недель. — Ради такой суммы денег я готов на всю жизнь отказаться от секса.

— Мне остается только поверить тебе. Не забудь, что я тебе говорил о Натали Фэрлейн, — напомнил Ричард, когда Майк поднялся со стула. — Следи за тем, что будешь говорить ей.

— Думаю, ты был слишком наивен по отношению к хозяйке агентства, — ответил Майк. — Мисс Фэрлейн занимается этим делом только ради денег, также как девяносто девять процентов ее клиенток. Стоит предложить ей хорошие деньги, и она сразу найдет мне подходящий вариант.

Когда Майк уходил, на губах Ричарда играла ироничная улыбка. Больше всего ему хотелось бы присутствовать на встрече Майка и Натали Фэрлейн.

ГЛАВА ВТОРАЯ

— Мам, это ужасно. Как вам с отцом удалось довести ваши дела до такого беспорядка?

Задавая этот вопрос, Натали уже заранее знала ответ. Ее отец всегда питал слабость к авантюрам. Игрок по жизни, он не тратил деньги на казино или скачки, но всегда находил какие-то идеи, которые были слишком хороши, чтобы оказываться правдой.

В детстве Натали и не подозревала, насколько неудачлив в бизнесе ее отец. У нее всегда все было. Более того, единственный ребенок в семье, девочка была слегка избалована.

Только когда она выросла и стала жить отдельно, Натали поняла, что ее родители в основном живут в кредит. Какое-то время она помогала матери, давая ей небольшие суммы каждый раз, как они виделись. Но сейчас, судя по всему, дела приняли совсем плохой оборот. У отца снова провалилась очередная затея заработать большие деньги.

К тому же в прошлом месяце он упал и сломал лодыжку. Медицинскую страховку, естественно, он не оформлял. И теперь банк грозился отобрать у них дом, если не будет выплачен долг. Натали могла оплатить несколько месяцев задолженности, но не всю сумму в несколько тысяч долларов.

Это значит, что очень скоро у ее родителей не будет ни денег, ни собственного дома.

Натали содрогнулась от мысли, что они будут жить с ней. Ей уже тридцать четыре года. Давно прошли те времена, когда жить с родителями казалось ей вполне естественным. К тому же она занимается своим бизнесом дома, в котором одна из спален служит кабинетом, а гостиная на первом этаже — приемной. Если в доме появятся еще два человека, все усложнится.

— Не волнуйся, милая, — сказала ее мать. — Я собираюсь устроиться на работу.

Натали закатила глаза. Ее мать до сих пор смотрит па мир сквозь розовые очки, так же как и отец. Она нигде толком не работала уже около двадцати лет. Да и когда ей было работать? Мать занималась тем, что помогала мужу осуществлять его блестящие идеи. К тому же она была старше отца Натали. Никто не возьмет на работу женщину пятидесяти девяти лет, у которой нет никаких навыков.

— Не смеши меня, мам, — немного более грубо, чем сама ожидала, сказала Натали, — в твоем возрасте не так легко найти работу.

— Я буду заниматься уборкой. Твой отец напечатал несколько объявлений на принтере, который ты отдала ему, и я опустила их в соседние почтовые ящики.

Натали захотелось расплакаться. Не хватало только, чтобы ее матери пришлось заниматься уборкой в таком возрасте!

— Я могу получить второй залог за этот дом, — предложила Натали. — Я могу это сделать.

— Ты не сделаешь этого, — твердо заявила ее мать. — С нами все будет хорошо. Я не хочу, чтобы ты волновалась за нас.

Тогда зачем ты мне рассказала обо всем? — подумала Натали.

В этот момент в дверь позвонили, что отвлекло ее от мрачных мыслей.

— Мам, я перезвоню тебе позже, ладно? Ко мне пришел клиент.

Первый за последние две недели. За последний месяц работа ее агентства «Невесты на любой вкус» приостановилась. Даже ни одной новой клиентки в ее картотеке. Может, пришло время снова дать рекламу в журналах? Редкий бизнес сможет удержаться на плаву без рекламы.

Натали быстро повесила трубку, одернула жакет и пошла к двери. Одного взгляда в зеркало хватило, чтобы удостовериться, что она смотрится как деловая женщина. Волосы убраны в пучок, минимум макияжа и скромные украшения.

Она шла к двери и гадала, как же выглядит этот мистер Майк Стоун.

Его порекомендовал ей Ричард Кроуфорд, успешный банкир, который был клиентом ее агентства некоторое время назад. Однако Натали решила, что Майк Стоун не относится к банковскому бизнесу. По крайней мере, такой вывод она сделала, пообщавшись с ним по телефону. Мистер Стоун разговаривал не так важно, как Ричард Кроуфорд. Впрочем, это не значит, что он не может быть таким же богатым. Большинство ее клиентов были успешными деловыми людьми.

В любом случае не в ее положении сейчас выбирать. Если мистер Стоун готов заплатить ей несколько тысяч долларов, чтобы она подобрала ему жену, ей не должно быть дела до того, кто он, пусть даже простой водитель грузовика.

Натали повернула ручку и открыла дверь. Ее глаза округлились, когда она увидела мужчину, стоявшего у дверей. За все три года работы в агентстве она еще не сталкивалась с таким клиентом.

Он очень хорошо бы смотрелся, например, за рулем грузовика. И еще Натали почему-то представила его в военной форме. Она бы ему очень подошла. Натали окинула взглядом его подтянутую фигуру, темные волосы и темные глаза.

Мужчина не был красивым в классическом понимании красоты. Его чертам не хватало симметрии. Более того, нос его, похоже, был сломан. Но, несмотря на все это, Натали находила его привлекательным.

Ей всегда нравились именно такие мужчины. Мужчины, от которых исходила опасность. Мужчины, которые одновременно интриговали и возбуждали.

Десять лет назад она бы, не задумываясь, начала флиртовать с этим парнем. Но сейчас ее внутреннее чувство самосохранения держало эмоции под контролем.

— Мисс Фэрлейн? — уточнил он слегка грубым голосом, который очень подходил его внешности.

— Да, — ответила она, недовольная тем, что ее сердце забилось быстрее при звуках его голоса.

Недовольная тем, как он осматривал ее с ног до головы. Что же такого Ричард Кроуфорд рассказал ему о ней?

— Майк Стоун, — наконец представился он и протянул ей руку.

Она поколебалась немного, а затем вложила свою руку в его ладонь. И в тот момент, когда его пальцы коснулись ее руки, она почувствовала, что между ними пробежала искра. Что-то вроде импульса, от которого прошла дрожь по коже, сразу же покрывшейся мурашками. Хорошо, что на ней сейчас жакет с длинными рукавами и он не видит этого.

— Рада познакомиться с вами, мистер Стоун, — произнесла она холодным тоном.

Если бы она встретила Майка Стоуна в другом месте, немедленно ушла бы. Нет, она убежала бы! Но сейчас она не имеет на это права. Перед ней потенциальный клиент. И потенциальная сумма в ее кармане. А деньги сейчас ей нужны как никогда.

— Майк, — сказал он. — Зовите меня Майк.

— Майк, — повторила она, натянуто улыбаясь. — Что ж, Майк, проходите.

Она указала рукой в глубь холла.

— Первая комната налево. Проходите и устраивайтесь.

Натали прижалась к стене, когда он входил в дверь. Когда он прошел в холл, она слишком долго смотрела на его широкую спину, прежде чем закрыла дверь. Недовольная собой, проследовала за ним.

Он уже устроился на диване, вытянув длинные ноги, и внимательно оглядывал обстановку.

Натали знала, что ее комната обставлена немного странно. Многие вещи не сочетались между собой, но все они были горячо любимы ею. Три больших кресла, накрытые пледами, и диван, обитый велюром, посередине комнаты, на котором устроился ее клиент.

Напротив располагался домашний кинотеатр, за который Натали все еще выплачивала деньги. У противоположной стены высились книжные полки и стол с ноутбуком.

Как-то один из ее друзей заметил, что обстановка ее гостиной очень похожа на нее саму. Неоднозначная.

— Вы очень пунктуальны, — сухо заметила она, глядя на часы.

Было ровно пять. Как они и договаривались. Она подошла к своему столу.

— Я всегда пунктуален, когда не работаю, — последовал ответ.

Натали немедленно нахмурилась.

— Извините, — сказала она, — но я не имею дел с мужчинами, которые не работают.

Он снова окинул ее долгим взглядом, который она не смогла понять.

— Я не сказал, что я безработный. Я сказал, что сейчас я не работаю. Я сам себе хозяин. У меня своя компьютерная фирма.

Удивлению Натали не было предела. Он совсем не был похож на человека, который проводит полжизни перед компьютером. Он выглядел таким спортивным, таким активным…

Похожим на Брэндона.

То, что он напомнил ей Брэндона, вызвало в ней новый приступ раздражения.

— Понимаю, — процедила она, — извините.

Она села за стол и включила ноутбук. Долго искала страницу, на которой собиралась разместить его анкету. При этом не поднимала на него глаза.

— И что бывает, когда вы работаете? — наконец спросила она.

— Тогда меня не бывает видно, — ответил он.

Очаровательно, усмехнулась она про себя. Брэндон всегда и везде опаздывал. Хотя у него были основания опаздывать на их свидания или не появляться вообще: его работа секретным агентом по борьбе с терроризмом. И, ко всему прочему, жена и двое детей, о которых она и не подозревала.

— Похоже, что вы трудоголик.

— Меня уже не в первый раз так называют, — ответил он, равнодушно пожимая плечами.

С каждой секундой он нравился Натали все меньше.

— Именно поэтому у вас возникли трудности с поиском жены? — немного язвительно спросила она.

— Нет. Если бы хотел, я бы мог уже сто раз жениться.

Найти подходящую жену для Майка Стоуна будет трудно, подумала Натали. Все ее клиентки хотели заботливых мужей, а не таких эгоистов. У многих из них уже были за плечами неудачные отношения с мужчинами, которые думали только о себе. Поведение Майка Стоуна вряд ли понравится этим женщинам.

Но это будет уже не ее проблема. Натали брала со своих клиентов пять тысяч долларов — независимо от того, как в дальнейшем сложится их судьба с клиентками ее агентства.

За эти деньги Майку Стоуну будут предложены пять красивых и умных женщин, которые должны соответствовать его критериям. А дальше все зависит от него самого. На свиданиях ему нужно будет проявлять больше любезности, чем сейчас, когда он только выказывает желание найти жену. Быть просто сексуально привлекательным недостаточно для ее клиенток, которые уже обожглись на этом.

Хотя это опять-таки не ее проблема.

— Так как вы работаете в компьютерной области, Майк, — сказала она, — вам должна быть знакома программа, с помощью которой я свожу двух людей. Она довольно простая. Однако в моей программе есть изменения, благодаря которым информация о моих клиентах тщательно проверяется. Надеюсь, у вас нет возражений по этому поводу?

— Нет.

— Хорошо. Тогда давайте начнем. Ваше полное имя?

— Майк Стоун.

— Я попросила бы ваше полное имя, — нетерпеливо повторила она. — Имя, которое записано у вас в документах.

— Майк Стоун.

Натали сжала зубы.

— Не Майкл?

— Просто Майк.

— Хорошо. Ваш адрес и контактный телефон? Если есть, мобильный тоже.

Она внесла его данные, размышляя о том, хорошо это или плохо, что он живет в районе Глиб. Это местечко раньше ценилось за близость к городу и университету Сиднея. Однако некоторые его районы еще до сих пор не приведены в соответствующий вид.

— Рабочий адрес?

— Я работаю дома.

Так. Это уже действительно плохо. Конечно, существуют и совсем небольшие предприятия, чьи офисы находятся в квартирах и, тем не менее, дела идут успешно, но…

— Возраст?

— Тридцать четыре.

Она приподняла брови. Ей казалось, он старше.

— В декабре будет тридцать пять, — добавил он. — Пятнадцатого декабря.

— Значит, вы Стрелец, — пробормотала она, внося и эту информацию.

— Я не верю в эту ерунду.

— Я понимаю, — ей следовало догадаться.

Брэндон ответил ей то же самое, когда она сообщила ему, что звезды предсказывают им счастливую жизнь. Ее знак зодиака, Дева, хорошо совмещался со Скорпионом.

Сейчас Натали жалела о том, что в свое время не обратила внимания на тот факт, что Скорпион — это знак темных тайн.

— Семейное положение?

— Что?

— Вы когда-нибудь были женаты?

— Нет.

— Многие мои клиенты уже были, — заметила она.

— Только не я, дорогуша.

Натали поморщилась, прежде чем метнуть в него недовольный взгляд.

— Меня зовут Натали, — холодным, как сталь голосом процедила она, — а не дорогуша.

Его темные глаза сверкнули на мгновение, как будто он удивился ее замечанию.

— Извините. Я был не прав.

Она видела, что он не сожалеет. Ничуть. Но, по крайней мере, она поставила его па место. Натали терпеть не могла, когда мужчины называли женщин «дорогушами» и «милашками».

— Что ж, программа подтвердила ваши данные, — сказала Натали, несколько секунд спустя.

Также не поступило информации о том, что Майк Стоун был когда-либо арестован или отбывал наказание.

— Теперь займемся внешними данными. Итак, у вас темные волосы и черные глаза.

— Они не черные, а темно-карие. Они кажутся черными, потому что глубоко посажены.

Да, глубоко посажены и очень сексуальные.

— Хорошо, — сказала она. — Рост в сантиметрах?

— Не знаю.

— Ладно. Напишу на глаз.

Она внесла информацию и о том, что ее клиент обладает мускулистым телом, что он в хорошей физической форме. Не одной ей нравились такие мужчины.

— Курите?

— Нет.

— Пьете?

Он рассмеялся.

— А кто сейчас не пьет?

— Сколько вы пьете?

— Это зависит от того, работаю я или нет. Я вообще не пью, когда работаю.

Натали тяжело вздохнула.

— А когда не работаете?

Он пожал плечами.

— Люблю виски. Еще могу выпить красного вина за обедом или холодного пива в жаркий день.

— Вы могли бы назвать себя зависимым от алкоголя?

— Определенно нет.

— Увлечения?

— Увлечения? — переспросил он.

— Чем вы любите заниматься в свободное время? — уточнила она, поднимая на него глаза.

Их взгляды встретились, потом он опустил глаза на вырез ее жакета.

— Кроме этого, — бросила она.

Его глаза сузились.

— Я люблю отдыхать.

— Как?

— Клубы, бары. Места, где я могу выпить с друзьями и познакомиться с женщинами.

Да уж, у него не должно быть проблем со знакомством с женщинами, подумала Натали. Ему даже не нужно ничего говорить. Его великолепное тело и темные глаза сами сделают свое дело.

— Вы хороший любовник?

Этот вопрос вырвался у нее до того, как она успела сдержать его. Это не был стандартный вопрос ее анкеты. Но, к счастью, он об этом не знал.

— Жалобы не поступали ни разу, — последовал гордый ответ.

Она чуть было не спросила его, сколько раз он хочет заниматься сексом со своей женой, но удержалась. Она уже и так перешла границы дозволенного.

— Вероисповедание? — задала она новый вопрос.

— Нет.

— Атеист?

— Нет.

— Тогда кто? — сквозь зубы спросила Натали.

— Мы с Богом не в лучших отношениях, но кто знает, как все повернется в будущем…

— Хорошо. Эту графу я пропущу. Образование?

— Не особо.

— Вы не могли бы уточнить?

— Я посещал школу до семнадцати лет, но экзамены так и не сдал. В колледже или университете никогда не учился. Я компьютерный гений-самоучка.

— Гений? Что же вы так скромно? — язвительно осведомилась она.

— Я не скромничаю, а говорю, как есть.

— Хорошо. Только я не думаю, что вашей будущей жене понравятся такая самооценка и самоуверенность.

— Я не самоуверенный, а честный. Хотя можете писать все, что хотите.

Именно так она и хотела сделать.

— Название вашей компании?

— «Стоунвэйр».

— Компьютерная фирма с названием «Стоунвэйр»?[1] — удивилась она.

— А что? Мне нравится, — сказал он и просто улыбнулся.

— Видимо, у вас своеобразное чувство юмора.

— Но это не лучшее мое качество.

— Я уже догадалась, — пробормотала она. — Майк, я пойму, если вы не захотите назвать точную цифру. Ваш ежегодный доход?

— Мне нечего скрывать. В прошлом году прибыль моей компании составила шесть с половиной миллионов долларов. У меня семьдесят процентов компании, значит, мой личный доход составил четыре с половиной миллиона. В этом году я ожидаю большего показателя.

Натали постаралась скрыть свое изумление.

— Насколько большего?

— Намного большего, — сухо ответил он. — Мы создали несколько новых игр, которые имели успех. Я так понимаю, это увеличивает мои шансы найти жену?

Его вопрос, его тон были полны цинизма. Это задело Натали.

— Только деньги не очень-то помогут вам найти жену среди моих клиенток, — ответила она.

— Жаль.

— Что это значит?

— Знаете, вы совсем не такая, какой я вас представлял, — сказал он, — но я вижу, что вы женщина, знающая свое дело. Я был перед вами откровенен. Дело в том, мисс Фэрлейн, что жена мне нужна до начала декабря.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

— До декабря?! — воскликнула Натали. — Но ведь остался всего месяц!

— Верно, — сказал Майк, довольный тем, что смог вызвать в ней сильные эмоции.

Он уже встречал таких женщин, как Натали Фэрлейн. По какой-то причине им в жизни не хватало страсти и мужчин. Именно поэтому они старались скрыть свою женственность под строгими костюмами. Они скрывали свою сексуальность.

Но только слепец мог не заметить, как хорошо она выглядит. С ярким макияжем, в изысканном туалете, Натали будет просто красавицей. Все данные для этого у нее есть. Красивые рыжие волосы, голубые глаза, чувственный рот и, как он мог догадаться, потрясающая фигура под этим ужасным костюмом.

— Но это невозможно! — вновь воскликнула она. — Лишь на получение разрешения на брак уходит месяц, если только у вас нет уважительной причины… А может, у вас есть?.. Хотя нет, это было бы смешно. Тогда зачем вам надо жениться именно к декабрю?

— Вы хотите, чтобы я рассказал вам об этом во всех подробностях? — спросил он.

— Это как вы сами хотите, — ответила Натали, — главное, понять смысл.

— Хорошо. Дело в том, мисс Фэрлейн, что сейчас я нахожусь на стадии переговоров с крупной американской компьютерной компанией. Они заинтересованы в антивирусной программе, которую придумал я. И они готовы предложить мне сотрудничество.

— И?.. — не выдержала Натали.

— Это сотрудничество принесет моей компании миллионы. Но, к сожалению, хозяин американской компании очень специфический человек. Я бы сказал, лицемерный. Его зовут Чак Хельсингер. Он не хочет иметь дела с неженатыми мужчинами. Как он сам говорит, ему нужны только женатые партнеры.

— Так, наконец-то начинаю понимать. Но почему вы назвали Хельсингера лицемерным?

— Ему за семьдесят. А его жене чуть больше сорока. Его третьей жене.

— В конце концов, он же женился на ней!

— Да, по только то, что мужчина меняет жен каждый раз на более молодой вариант, не делает его ценителем семейных ценностей. И дело не в том, что мне жалко его жен. Нет сомнений, что все они выходили за него замуж из-за денег.

— Как раз то, что вы сами собираетесь сделать, — заметила она, — жениться ради денег Хельсингера.

— Совершенно верно, мисс Фэрлейн. Рад, что вы все поняли.

— О, да, я все поняла, мистер Стоун, — заявила она, чувствуя, что в ней все кипит. — А теперь послушайте, что я вам скажу. Если вы думаете, что я познакомлю вас хотя бы с одной из моих клиенток, то ошибаетесь. Ни одна из них не выйдет замуж без любви, сколько бы денег вы им ни предложили. Все они хотят настоящих мужей и ищут возможность создать настоящую семью. А это не входит в ваши планы, как я вижу.

Ее пламенная речь, казалось, не произвела на него никакого впечатления. Он продолжал сидеть в той же расслабленной позе.

— Вы в чем-то правы, мисс Фэрлейн. Я действительно не планировал становиться настоящим мужем. Это будет деловая сделка, за которой в скором времени последует развод.

— Деловая сделка? — повторила она, потеряв дар речи. — Вы имеете в виду… никакого секса?

— Никакого секса.

Почему-то ей в это верилось с трудом. От Майка Стоуна буквально исходила сексуальность.

Потом она поняла, что он хотел этим сказать: никакого секса с женой, которую он собирается купить. Возможно, интимные отношения у него будут с другой женщиной.

— Извините меня, — сухо сказала она, — но я не решусь предложить вашу кандидатуру ни одной из моих клиенток. Это не то, ради чего они пришли в мое агентство. Такое предложение оскорбит их. Не найдется ни одной желающей.

— Вы так в этом уверены?

— Абсолютно.

— Я заплачу для начала миллион долларов. И еще один, если сделка пройдет удачно.

Натали только моргала.

— И естественно, все расходы на свадьбу за мой счет, ведь бракосочетание должно выглядеть правдоподобно. Мистер Хельсингер, должно быть, захочет проверить этот факт.

— Понятно, — ей, наконец, удалось собраться, — это очень… щедрое предложение.

Щедрое и заманчивое.

— Оно оправдывает все ваши последующие старания и неудобства. Кроме того, что надо будет правдоподобно сыграть свадьбу, моей жене придется провести несколько дней со мной на яхте Хельсингера в начале декабря. Он прибывает в Сидней, чтобы забрать эксклюзивный заказ и заодно пообщаться со мной.

Натали нахмурилась.

— На яхте? Но если вы к тому времени будете молодоженами, вам придется делить одну каюту…

— Я понимаю, к чему вы клоните, мисс Фэрлейн, но со своей стороны могу пообещать, что никаких недоразумений не будет. Я не хочу проблем в дальнейшем. Этот брак не продлится долго, поэтому прошу вас не знакомить меня с женщиной, которая может увлечься своей ролью или втайне будет мечтать, что я полюблю ее. Этого не произойдет, — закончил он довольно твердо. — Я не влюбляюсь и не собираюсь быть женатым слишком долго.

— Можете не бояться, что я найду вам женщину, которая будет пытаться соблазнить вас, мистер Стоун, — жестко сказала она. — У меня до сих пор нет никакого желания вообще с кем-то вас знакомить.

Потом Натали будет спрашивать себя, зачем она сделала то, что сделала. Было ли это только из-за денег или нашлись другие мотивы?

Деньги манили ее. Такая сумма! Она смогла бы выплатить долг родителей и обеспечить их старость. Когда она получит второй миллион, а она была уверена, что амбициозный Стоун провернет сделку с Хельсингером, она выплатит деньги за свой дом и, возможно, сможет съездить на море. Она уже устала сводить мужчин и женщин. Ей хочется и самой наконец-то обрести семейную жизнь.

Несмотря на неудачные отношения с Брэндоном, Натали верила, что еще выйдет замуж. И у нее будет семья. Когда три года назад Натали основала агентство, то верила, что придет день — и она сама встретит своего принца.

Но что-то произошло с ней после разрыва с Брэндоном. Она стала агрессивной по отношению к мужчинам. Просто не могла верить им. К тому же мужчинам не нравился ее довольно жесткий характер… В общем, после Брэндона у нее не было ни одного любовника, и это начинало тревожить.

— А как вам моя кандидатура? — вдруг произнесла Натали.

— Ваша?!

Неприкрытое изумление в его голосе задело ее.

— Да, моя. А что во мне не так?

Не так в Натали было только то, что она ему очень нравилась.

Держать руки подальше от мисс Фэрлейн будет довольно тяжело, особенно долгими ночами на яхте Хельсингера. Но почему она не хочет предложить ему своих клиенток? И он внезапно понял, почему. Натали хотела получить деньги сама!

— Я так понимаю, вы надеялись на более молодой вариант? — спросила она, сверкнув голубыми глазами.

— А вам сколько лет? — немедленно задал он вопрос.

— Мы с вами ровесники. Мне тридцать четыре.

Его брови поползли вверх. Он бы дал ей на несколько лет больше. Хотя это, скорей всего, из-за ее ужасного костюма.

— Я могу выглядеть моложе, — сказала она с некоторой гордостью, — и эффектней, если вам нужно именно это.

— Мисс Фэрлейн, что мне нужно, так это жена, которая сможет убедить Чака Хельсингера в том, что она безумно влюблена в меня. Вы сможете это сделать?

Она приподняла голову.

— За два миллиона долларов? За эти деньги я смогу убедить его даже в том, что обожаю каждый волос на вашей голове.

Майк улыбнулся и провел рукой по густым волосам. Будет еще труднее сдерживаться, когда мисс Фэрлейн начнет играть роль влюбленной невесты. Ему придется постоянно напоминать себе, что она делает это исключительно ради денег.

Эта мысль приводила его в раздражение. Майк очень не любил меркантильных женщин.

— Надеюсь, что вы не будете тешить себя напрасными надеждами, что я влюблюсь в вас и захочу остаться вашим мужем, — резко сказал он.

— Не будьте смешным! Вы будете последним мужчиной на земле, в которого я влюблюсь.

— Я не ваш тип?

— Только полные идиотки могут страдать по мужчине, который изначально не верит в любовь и брак. Я не настолько глупа, мистер Стоун, — сухо заявила она.

— В таком случае, мисс Фэрлейн, я согласен.

Он произнес эти слова, но уже знал, что пожалеет о том, что женился на этой резкой рыжеволосой женщине. Но разве у него есть выбор? Жену не так-то легко найти. А декабрь наступит в мгновение ока.

Первый раз с момента их встречи на лице Натали появилось выражение неуверенности. Она нервно прижимала руку к шее. Майк заметил, какая у нее бледная кожа. Внезапно он представил эту женщину обнаженной, в постели. Ее бледная кожа и рыжие волосы создают такой контраст…

— И… что мы делаем сейчас? — вторгся ее голос в его фантазию.

Идем в постель, хотелось сказать Майку. Потому что он хотел именно этого. Прошло слишком много времени с его последнего свидания с женщиной. Ричард прав. Воздержание Майку дается с трудом, особенно в обществе женщины, которая ему нравится.

Но сейчас он ничего не мог поделать со своим желанием. Мисс Фэрлейн не позволит приблизиться к себе. Ему придется сдерживать себя на протяжении довольно долгого времени. Нужно обмануть Чака, потому что, если правда всплывет наружу, о сделке придется забыть.

Думай о деньгах, сказал он себе. Бери пример с мисс Фэрлейн.

— Сегодня четверг, — сказал он, — магазины закрываются только в девять. Сейчас мы съездим поужинать, а потом купим обручальные кольца.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

— Что?! — воскликнула Натали, вскакивая на ноги. — Вы сказали, купить обручальные кольца?

— Именно так, — ответил он, тоже поднимаясь.

— Но… это не так уж и важно!

Она не могла представить себе, что им придется идти в магазин и притворяться влюбленными.

— Конечно, это важно, — парировал он, — когда я представлю вас Чаку Хельсингеру как мою жену, у вас должно быть все, что полагается законной супруге. К этому относится обручальное кольцо и новый гардероб — такой, чтобы произвести впечатление на старого хитреца.

— Но…

— Не надо никаких «но», Натали. Извини, по мне придется называть тебя по имени, потому что я уже понял, что слова «дорогая» и «милая» исключаются. Если только ты не хочешь, чтобы я называл тебя Нати.

Она поморщилась, услышав уменьшительную форму своего имени. Так ее называли в школе, что ей безумно не нравилось.

— Лучше Натали, — с трудом выговорила она.

— Хорошо. И не забудь, что меня ты теперь будешь звать Майк. Обращение «мистер Стоун» в данном случае не подходит.

— Это понятно. Я хотела спросить насчет… смены гардероба…

— Да?

— Я не всегда одеваюсь так, как сейчас. Это мой рабочий стиль.

— Меня это радует.

— Не обязательно оскорблять меня, — выдохнула Натали.

— Даже не думал. Просто сказал правду. Этот костюм на тебе просто ужасен. Цвет тебе не идет, а фасон слишком уж мужской.

— Я думала, что ты компьютерный гений, — огрызнулась она, — а не законодатель моды.

— Я мужчина. И я знаю, что действительно идет женщине. Тот факт, что ты выбрала этот костюм, говорит сам за себя. Мы обязательно отправимся с тобой за покупками, нравится тебе это или нет.

— Как хочешь, — равнодушно бросила она, про себя думая о том, что у нее действительно нет подходящей для круиза па яхте одежды. — В конце концов, платить тебе.

— Хорошо. Что мне действительно нравится в тебе, Натали, это то, что ты знаешь, когда надо уступить.

Натали очень хотелось крикнуть ему, что она приняла его предложение только по одной причине: ей нужно помочь родителям. Это заставило ее кое-что вспомнить.

— Мне надо позвонить.

— Хорошо. Я подожду тебя в машине. Она припаркована недалеко.

Он сказал ей номер и ушел.

Пока Натали набирала номер своей матери, она гадала, что ей следует сказать. Ничего, решила она. Пока первый миллион не окажется на ее счету в банке.

Она постаралась успокоиться. Если он хочет купить кольца, пусть. Если хочет обновить ее гардероб, так тому и быть. Она сейчас не в том положении, чтобы выбирать.

— Это я, мам, — сказала она, когда ее мать взяла трубку, — у меня хорошие новости. У меня появился новый клиент.

— И, правда, хорошие новости. Он богат?

— Достаточно.

— Симпатичный?

— Что-то вроде того.

— Ты уверена, что сможешь найти ему подходящую жену?

— Да. Это не составит проблемы. У меня скоро появятся деньги, поэтому я тебя прошу не делать никаких глупостей вроде очередного залога. И назови мне банк, в котором вы заложили дом.

Натали запомнила его название. Она уже предвкушала радость родителей, когда сможет погасить их долг. Хотя только Бог знает, как она сможет все объяснить им. Может, сказать, что выиграла в лотерею?

— Я завтра встречусь с менеджером банка и посмотрю, что можно сделать на данный момент, — пообещала она. — С тех пор, как вы заложили дом, проценты снизились. И еще я заплачу за ближайшие несколько месяцев. Не волнуйся.

— Правда? Дорогая, это будет замечательно! Я так волновалась.

— Я понимаю, мам. Теперь можешь успокоиться. Я не позволю, чтобы вы с отцом лишились дома. Помни об этом.

— Ты у нас такая хорошая девочка!

Натали нахмурилась. Это смотря, что понимать под словом «хорошая». Хорошо ли выходить замуж ради денег?

Она полагала, что это не плохо, если деньги пойдут на благую цель. Тем более ей не придется спать с Майком, продавая свое тело.

Натали сдержала вздох. Бессмысленно притворяться перед собой, что мысль заняться любовью с Майком Стоуном не приводила ее в восторг. И не важно, что он твердо заявил: никакого секса не будет. Она ведь даже не нравится ему.

Натали даже боялась думать о том, что могло бы быть, если бы она ему понравилась.

— Мам, я не могу долго разговаривать, — сказала она, — иду на ужин со своим клиентом.

— Надеюсь, он за все платит?

— Мам, не забывай, с кем ты разговариваешь. У меня эти вопросы всегда решены. Конечно, он платит.

— В таком случае хорошо поешь, милая. Ты худеешь прямо па глазах.

Натали рассмеялась. Она никогда не считала себя худой. В отличие от матери.

— Я позвоню тебе завтра вечером, — пообещала она. — Расскажу, как сходила в банк. Пока.

— Пока, дорогая. Еще раз спасибо.

Натали сдержала в себе порыв принарядиться, перед тем как выйти на улицу. Она просто взяла ключи и закрыла дверь.

Его машина была ему под стать. Черного цвета, с тонированными окнами, она производила впечатление. Натали едва заметно вздрогнула, когда перед ней распахнулась дверца.

— Ты очень необычная женщина, — сказал он, когда она села и закрыла дверцу.

— В каком смысле?

— Не заставляешь мужчину долго ждать.

— И куда мы направляемся?

— Предоставляю выбор тебе, Натали. Куда бы ты хотела поехать перекусить?

— Недалеко отсюда есть уютное итальянское кафе. Там готовят замечательную пасту и пиццу.

— Звучит заманчиво. Я умираю от голода, — признался он, заводя мотор.

— И я тоже.

Он снова посмотрел на нее.

— Только не говори мне, что ты на диете. Все девушки, с которыми я имел дело, всегда были на диете.

— Я никогда не сижу на диетах.

И никогда не страдала лишним весом. У нее всегда был хороший обмен веществ, а еще она теряла аппетит, когда нервничала. После расставания с Брэндоном Натали превратилась почти в тень. Ей понадобилось несколько лет, чтобы вернуть свой прежний вес. Сейчас ее устраивало в себе все.

— Это становится все интересней.

Хозяйка итальянского кафе суетилась вокруг Натали больше обычного. Наверно, потому что рядом с ней был такой представительный мужчина. Натали ходила в это кафе уже три года, и сейчас все вокруг решили, что она, наконец, завела себе парня.

— Как же получилось, что ты сама до сих пор не замужем? — спросил Майк, когда им принесли заказ. — И не говори мне, что никто не предлагал тебе руку и сердце. Ты можешь ужасно одеваться, но при этом оставаться привлекательной женщиной.

Натали уже хотела было что-нибудь соврать, но передумала. Если она должна выйти замуж за этого человека и делать вид, что обожает каждый его волос, то почему бы не сказать ему правду?

— Мне на самом деле никто не предлагал, — призналась она. — Я потратила на одного типа лучшие годы своей жизни, надеясь, что однажды он сделает меня своей женой. Но этого так и не случилось. Причину я узнала после четырех лет слепой любви к нему и бесконечных оправданий его поступков.

— Не говори, — сухо сказал он. — Дай я сам догадаюсь. Он был женат.

— Как ты узнал?

— Милая, у тебя это на лице написано. Ой, прости! Случайно сорвалось.

— Что значит, на лице написано? — потребовала она объяснений.

— Боже, да стоит только на тебя посмотреть!

— По-моему, со мной все в порядке.

— С тобой все не в порядке, если ты хочешь на самом деле выйти замуж. А я уверен, что так и есть. Этого хотят большинство женщин. И тут появляюсь я.

— И что?

— Тебе нужен кто-то, кто скажет тебе всю правду. И еще тебя надо раскрепостить.

— Раскрепостить меня? — воскликнула она, обрадовавшись тому, что в этот момент рядом с их столиком никого не было.

— Да. Ты никогда не найдешь себе парня, Натали, если будешь вести себя, как сейчас. Возможно, с тобой захотят провести время, но жениться на тебе? Нет.

— А ты в этом вопросе эксперт? — язвительно спросила она.

— Да.

— О, как мне повезло!

Майк сузил глаза и внимательно смотрел на нее, сосредоточенно жуя спагетти. Наконец, он отложил вилку и поднял бокал с вином.

— Мне часто говорят, что я очень прямолинеен, — сказал он после долгого глотка, — но иногда приходится быть таким, чтобы другому человеку было лучше. Ты бы предпочла, чтобы я лгал тебе?

Его слова неожиданно прозвучали довольно искренне. Наверняка он не хотел обидеть ее. На самом деле она действительно все еще хотела выйти замуж и иметь семью. Мысль о том, что у нее, возможно, уже не будет ребенка, угнетала ее. И поскольку Натали осознавала, что не имеет успеха среди мужчин исключительно по своей вине, возможно, сейчас ей как раз нужен такой человек, как Майк. Он укажет на ее ошибки и поможет исправить их.

У нее не получится убедительно сыграть роль его невесты, если она будет одеваться и вести себя по-прежнему. Тогда почему бы и не попробовать стать совершенно другой женщиной? Более мягкой, более сексуальной и менее агрессивной.

Она глубоко вздохнула.

— Я прекрасно понимаю, что мой образ жизни далек от идеального. На самом деле я никогда не была такой. Просто, когда я узнала, что помимо жены у Брэндона еще двое детей, я изменилась.

— Как ему это удавалось? — спросил Майк. — Я имею в виду, скрывать от тебя жену и детей на протяжении… скольких лет?

— Четырех.

— Да уж. Ты наверняка подозревала что-то.

— Мне следовало бы, но… Его работа всегда служила оправданием его внезапных исчезновений. Он мог даже не говорить, куда едет и почему я не смогу с ним связаться. Он был… — она понизила голос, — секретным агентом.

— Агентом?! — воскликнул Майк, — Боже, Натали, неужели ты попалась на эту уловку, которая стара как мир?

— Он действительно был секретным агентом, — твердо сказала она. — Он работал в антитеррористической организации. Я это точно знаю, Майк. В то время я тоже работала на правительство.

— В качестве кого?

— Я была личным помощником одного важного человека. Я ушла оттуда после разрыва с Брэндоном. И больше не вернулась. Потом появилось агентство «Невесты на любой вкус».

— Давай сейчас говорить только правду. Расскажи мне, зачем тебе понадобилось агентство.

— На это было множество причин. После ухода с работы я обращалась в брачные агентства сама. Мне ведь было только тридцать. И я чувствовала себя очень одиноко. Но после нескольких знакомств через Интернет с мужчинами, которые хотели от меня только секса, я решила сама организовать агентство, которое отвечало бы всем моим требованиям относительно мужчин. Ведь таких женщин, как я, очень много. Да и мужчин, желающих иметь семью, тоже немало.

— Звучит так, что ты взялась заниматься добрым делом. Признайся, Натали, что ты организовала агентство, чтобы найти себе мужа.

Она вздохнула.

— Я думаю, что да. К сожалению, ничего из этой затеи не вышло. Но все же мне было приятно, когда одинокие женщины с моей помощью находили себе достойных партнеров.

— Да, я понимаю.

— А как насчет тебя?

— А что насчет меня?

— Что заставило тебя относиться негативно к любви и браку?

— А с чего ты решила, что я отношусь к этому негативно? Я искренне желаю удачи всем, кто нашел друг друга. Просто это все не для меня.

— Но почему? Только не лги мне. Скажи правду, как ты это всегда делаешь.

Выражение его лица помрачнело.

— О некоторых вещах иногда лучше умолчать, — проговорил он и снова взялся за еду.

Натали смотрела на него, не в силах сдержать любопытства.

— И все? Ты не скажешь мне?

Он молча жевал. Потом отложил вилку и коротко ответил:

— Нет.

— Спасибо огромное, — огрызнулась она.

— Тебе не обязательно знать все подробности моей жизни. Мы же женимся не всерьез.

— Но я тебе рассказала все, — упрекнула его Натали.

— Женщины любят рассказывать о себе, — заметил он, — а мужчины нет.

Натали ненавидела таких мужчин. Ей хватило Брэндона, который умело манипулировал ею. Он вытянул из нее все о ее жизни, а взамен ничего не рассказал о себе.

Если Натали когда-либо выйдет замуж (по-настоящему!), это будет мужчина, который ничего не станет скрывать от нее. Он доверит ей свою душу и никогда не будет играть с ней. Любовь должна быть верной и нежной.

Натали смотрела на своего спутника и понимала, что ему не дано быть верным и нежным. Он не любил и не уважал женщин по какой-то неведомой ей причине. И не собирался признаваться, почему.

Она сделала ошибку, согласившись на его предложение, и о теперь пути назад нет.

— Я уже знаю, что мужчины не любят разговаривать о себе, — холодно сообщила она, — а жаль. Это пошло бы им на пользу, ведь женщины не любят, когда их обманывают. Поэтому я не поеду с тобой в магазин выбирать кольцо. Я знаю, что мне придется изображать неземную любовь перед мистером Хельсингером, но я не буду стараться перед продавцами в магазине. Моя бабушка завещала мне свои украшения, и я смогу носить ее обручальное кольцо. Это мое решение.

Он снова просто пожал плечами. Его равнодушие бесило Натали все больше.

— Как хочешь. Только при условии, что это дорогие вещи. Мужчина моего положения никогда не подарит будущей жене дешевое кольцо.

— Это очень красивые и дорогие украшения, — процедила сквозь зубы Натали.

— В таком случае отлично. Это позволит мне сэкономить время. Но насчет смены гардероба я остаюсь при своем мнении. Хотя это пока может подождать. Ты вот сказала, что на оформление брака уходит месяц. Где мне надо взять документы?

— В городе есть Департамент регистрации гражданского состояния. Тебе надо принести свидетельство о рождении. Я надеюсь, у тебя есть копия?

— Нет.

— Тогда надо будет сделать.

— Хорошо, я все сделаю завтра утром. Заеду за тобой в девять.

— Ты мог хотя бы спросить, нет ли у меня дел на завтра.

— А они есть?

— У меня завтра парикмахер. Я хожу к нему каждую пятницу.

Эти сеансы помогали ей расслабиться. Особенно массаж головы после мытья. Он приподнял одну бровь.

— Тогда я предлагаю тебе забыть о твоем парикмахере или найти мне кого-то, кто будет делать свою работу получше.

— А я предлагаю тебе жениться на ком-то другом, — не выдержала Натали.

Он выглядел удивленным се реакцией, как будто не понял, что был нетактичен.

— Тебе нравится, как лежат сейчас твои волосы?

— Сегодня я сама укладывала волосы, а не мой парикмахер.

— Понял. Значит, ты сознательно сделала все, чтобы выглядеть не очень привлекательно на собеседовании с новым клиентом.

Может, и так.

— Когда ты закончишь с парикмахером? — резко спросил он.

— Около двенадцати.

— Я заеду за тобой в час тридцать.

— Хорошо. Я буду готова.

— Ладно. На сегодня все, — сказал он и попросил счет.

Он оставил щедрые чаевые, заметила Натали. Брэндон тоже всегда так делал. Она уже в который раз отметила, что между этими двумя мужчинами большое сходство.

Когда они подъехали к ее дому, она отказалась от его предложения проводить ее до дверей. Она не хотела чувствовать себя глупо, прощаясь с ним на пороге и одновременно борясь с желанием пригласить его войти.

Натали уже знала, что, когда завтра откроет ему дверь в час тридцать, будет выглядеть иначе, чем сегодня. Больше всего ей хотелось, чтобы его темные глаза расширились от удивления.

Это, конечно, ничего не изменит. Она никогда не понравится Майку. И он ей тоже.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Подъезжая к дому Натали, Майк все еще улыбался.

Реакция Ричарда на новость о том, кого он выбрал в будущие жены, искренне веселила его.

— Ты шутишь! — воскликнул Ричард, когда Майк позвонил ему. — Натали Фэрлейн? Сама мисс Крепкий Орешек?!

И, покачав головой, заметил:

— Вот что с женщинами делают деньги.

В том, что Натали удастся очаровать Хельсингера, когда у нее будет что надеть, не вызывало у Майка никаких сомнений. Не может же она всегда одеваться, как вчера! У нее ведь был любовник четыре года. Женатые мужчины, прежде всего, ценят в любовницах сексуальность.

Натали прятала свои прелести под невзрачной одеждой, и Майку очень хотелось увидеть их воочию. Он догадывался, что у нее красивые ноги. Во всяком случае, лодыжки у нее очень изящные.

Но ему очень не правилась ее обувь. Черные лодочки на толстом каблуке, которые никак не красят женщину. Так же как и серые костюмы.

Ему бы хотелось увидеть ее в обтягивающих джинсах, которые не оставляли бы простора воображению. К ним он бы добавил эротичную маечку и изящные туфли.

Внезапно Майк понял, что думает не о том. Возбуждение, нахлынувшее на него, сейчас совершенно не к месту, подумал он, паркуя машину. Он посидел в машине пять минут, успокоился и потом медленно подошел к ее двери, нажал на звонок.

— Ты опоздал, — с порога сказала она, настежь открыв дверь.

— Я не считаю пять минут опозданием, — возразил он, отметив, что она выглядит ненамного лучше, чем вчера.

На ней были черные брюки и белая блузка, которая походила на те, что носят школьницы. Волосы собраны в хвост.

Майку не нравился такой имидж. Он предпочитал, чтобы его женщины всегда выглядели как настоящие женщины, а не подростки.

Единственное, чем он остался доволен, это ее лицом. Она потрудилась нанести макияж, отчего ее голубые глаза казались больше и более яркого цвета, а полные губы…

Лучше не смотри на ее губы, сказал себе Майк. Полные губы, накрашенные красной помадой, всегда действовали на него по-особенному. Запах духов дополнил чувственную картину.

— Мы уже можем ехать? — резко спросил он.

— Да. Я только возьму сумочку и куртку.

— Куртка тебе не понадобится. На улице жарко.

Она бросила на него взгляд холодных глаз.

— Я всегда ношу с собой куртку. Погода в Сиднее непредсказуемая.

— Как хочешь, — ответил он, пожимая плечами. — А ты всегда такая упрямая?

Нет, хотела ответить Натали, почувствовав свою вину. Только последние пятнадцать минут, когда я сидела в нетерпеливом ожидании, борясь с желанием броситься к окну, когда мимо проезжала машина.

— Я немного нервничаю, — сказала она в виде оправдания, — не каждый день соглашаешься выйти замуж за человека, которого почти не знаешь.

— Мрачные мысли, да? — спросил он.

У Натали по коже прошла дрожь. Его великолепное тело в этих голубых джинсах и черной футболке притягивало взгляд. Натали сама посещала спортзал три раза в неделю и привыкла видеть накачанные мужские тела. Но тело Майка не шло с ними ни в какое сравнение. Даже Брэндон явно уступал ему.

— Нет. То, что ты являешься другом Ричарда Кроуфорда, говорит само за себя. У него хорошая репутация. Но вчера вечером я подумала, что нам надо составить контракт, который гарантировал бы мне все то, что ты мне обещал.

Она опасалась, что его реакция на это будет негативной. Напрасно.

— Справедливо, — сказал он, снова равнодушно пожав плечами.

— Ты согласен?

— Да. Деньги — это серьезное дело. Я поговорю с Ричардом, чтобы этим занялся адвокат его банка.

При слове «банк» Натали вздрогнула.

— О боже! Я совсем забыла.

— Забыла что?

— Я обещала родителям кое-что сделать для них в банке. У них сейчас проблемы с деньгами. У меня совсем это вылетело из головы.

— Где находится их банк? Я могу подвезти тебя, когда мы закончим наши дела.

— Правда? Это недалеко от города.

— Без проблем. Тогда поехали.

Натали снова почувствовала волнение, когда садилась в его машину. Оставаться наедине с Майком превращалось для нее в пытку. У нее участилось дыхание, и она почти пожалела о том, что согласилась на его предложение подвезти ее к матери.

Что на нее нашло? Глупый вопрос. Ответ па него сидел рядом с ней на водительском сиденье.

Натали глубоко вздохнула и медленно выдохнула, стараясь успокоиться.

Сейчас она радовалась тому, что так оделась. Она бы презирала себя, если бы попыталась привлечь внимание Майка своим внешним видом.

Было уже около четырех, когда они, наконец, покончили со всеми делами. Бесконечные очереди и проблемы с парковкой съели почти все их время.

— Уже поздно ехать к моей матери, — сказала Натали, когда они выходили из Департамента регистрации.

— У твоих родителей неотложное дело? — спросил он. — Это может подождать до понедельника?

— Другого выхода нет, как я понимаю, — отозвалась Натали, кляня себя за то, что могла забыть о своем обещании.

— А в чем именно их проблема? — поинтересовался Майк, когда они шли к машине.

Натали прикусила губу. Она уже пожалела о том, что сказала о проблемах родителей. Меньше всего она хотела, чтобы Майк узнал, почему она выходит за него замуж. Ее грустный рассказ о благородных причинах ее решения будет звучать, как желание вызвать у него жалость.

Пусть лучше Майк продолжает думать, что ей нужны деньги для себя. Ей не нужна его жалость. В то же время ей надо придумать убедительное объяснение. Майк далеко не глупец.

— У родителей небольшие проблемы с оплатой за дом. Но все можно легко исправить.

— Ты говоришь об этом со знанием дела. Ты бухгалтер?

— Не дипломированный. Но я училась.

— Мне кажется, ты говорила, что работала секретарем.

— Не секретарем, а личным помощником.

Майк вдруг взял ее под руку.

— Банк Ричарда занимается такими вопросами. Если я попрошу его, он решит проблему твоих родителей. Он мне должен.

— Это как?

— У него есть акции в моей компании.

— О!

— Теперь ты знаешь мой маленький секрет, — сказал он, едва улыбаясь. — Я хочу жениться на тебе, чтобы получить деньги Хельсингера не только для себя. У меня есть и менее эгоистичные мотивы.

— Когда мы что-то делаем, у нас обычно всегда не один мотив, — ответила Натали, снова думая о своих родителях.

— Глубокая мысль. И какой же у тебя еще мотив, чтобы выйти за меня замуж?

— О, нет, у тебя не получится сделать это снова!

— Сделать что?

— Заставить меня раскрыть тебе все мои секреты. Ты же не говоришь о себе ничего. Мы оба знаем главную причину этого брака: деньги. Это все, что тебе нужно знать, Майк Стоун.

Его глаза на одно мгновение смягчились.

— Справедливо. Послушай, банк Ричарда находится совсем недалеко. Пойдем, он наверняка еще в офисе.

Натали почувствовала, как Майк взял ее под руку и повел в сторону банка.

— Мы же не можем вот так просто прийти, — запротестовала она, — к тому же разве его банк занимается залогами?

— Для меня он все сделает.

— Но…

— Ради всего святого, женщина, позволь мне помочь тебе. Или позволить мужчине помогать тебе идет вразрез с твоими принципами?

Она потрясенно замолчала, обдумывая его слова.

— Вот так-то лучше, — пробормотал Майк, входя вместе с ней в огромное серое здание, выглядевшее довольно старым.

Внутри, однако, вся обстановка была более чем современной. Атмосфера напомнила Натали обстановку в швейцарских банках.

Они прошли мимо охранников у лифтов, которым Майк просто кивнул в знак приветствия, как будто они были его закадычными друзьями. Затем поднялись на пятый этаж на лифте. Туфли Натали утопали в красной ковровой дорожке, когда они шли по коридору с деревянными дверями по обеим сторонам. На одной из них значилось имя Ричарда Кроуфорда.

Когда Майк постучал в дверь, волнение Натали достигло своего апогея. Это будет так унизительно. И неловко. Как она сможет сохранить в тайне от Майка истинное положение дел ее родителей, если он пойдет с ней в кабинет к Ричарду?

А он именно это и сделает.

Первая дверь вела не в кабинет Ричарда, а в приемную его секретарши.

— Привет, Пэтти, — сказал Майк, обращаясь к средних лет брюнетке, которая что-то печатала на компьютере, — босс на месте?

— Где же ему быть? — ответила она, бросив на Майка колючий взгляд. — Сделай мне одолжение, Майк, возьми его с собой прогуляться. У меня сегодня гости, и хотелось бы попасть домой пораньше.

— Постараюсь, милая, — ответил Майк.

Натали удивилась, когда услышала такое обращение к женщине.

— Ты не хочешь нас представить? — спросила секретарша, бегло улыбнувшись Натали.

— Извини, я совсем забыл о хороших манерах. Натали, это Пэтти Вудворт. Пэтти, это Натали Фэрлейн, — сказал он, — моя невеста. Вот пришел поделиться с Ричардом хорошей новостью.

Секретарша молча смотрела на Натали, которой оставалось только гадать, была ли это такая реакция на конкретный выбор Майка или же на сообщение о его женитьбе, в общем.

— Это замечательно! — наконец произнесла Пэтти. — Поздравляю вас обоих! И когда намечается свадьба?

— В самом ближайшем будущем, — ответил Майк, — только не подумай, что это вынужденная свадьба. Просто нам не терпится поскорее стать мужем и женой, — быстро добавил он, шокировав Натали тем, что обнял ее за талию и притянул к себе. — Правда, дорогая?

Натали только судорожно вдохнула. От его прикосновений ее сердце бешено билось в груди. Она подняла на него глаза и уже открыла рот, чтобы ответить «да» на одном дыхании.

Он быстро наклонился к ее полуоткрытым губам, и Натали лишь успела подумать, что он собирается поцеловать ее прямо сейчас, перед Пэтти.

И даже больше. Она позволит ему это сделать.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

— О!

Майк повернулся и увидел Ричарда, который стоял в дверях с удивленным выражением лица.

Майк успел подумать о том, что должен быть благодарен другу, что тот помешал ему поцеловать Натали.

Но, черт возьми, ему было так хорошо с ней рядом! Еще несколько секунд — и он бы узнал вкус ее губ. И каковы на вкус ее поцелуи.

Теперь он уже никогда этого не узнает.

— Привет, Рич, — сказал он с некоторой долей разочарования, — угадай, зачем мы пожаловали. Натали и я помолвлены. Мы захотели прийти и лично сообщить тебе хорошую новость.

Ричард, который выглядел идеально в строгом костюме, даже не дрогнул.

— Это действительно хорошая новость. Мои поздравления вам обоим. Думаю, нам стоит это отметить. Пэтти, ты можешь идти домой.

— Это очень кстати, — с улыбкой ответила его секретарша. — Спасибо, босс.

— Не за что. А вы оба зайдите в мой кабинет на пару секунд. Мне надо кое-что закончить перед уходом.

Когда Майк пропустил Натали вперед в кабинет Ричарда, Натали от всей души желала провалиться сквозь землю. Ее лицо все еще горело.

Что произошло бы, если бы Ричард не появился в дверях офиса?

Ей даже трудно было это представить. Майк предложил ей стул, потом устроился сам. Нужно отодвинуться как можно дальше от него. Около стола Пэтти они стояли слишком близко друг к другу, и вот чем все закончилось!..

Ричард закрыл дверь и прошел к своему столу.

Натали заметила, что обстановку его кабинета можно было назвать шикарной, а вид из окна потрясающим.

— У тебя был веский повод рассказать Пэтти о том, что вы помолвлены? — напрямую спросил Ричард. — Я думал, что вы оба захотите держать ваш брак в секрете.

Натали была полностью согласна с Ричардом. Она посмотрела на Майка в ожидании его объяснений.

Он казался совершенно невозмутимым.

— Хельсингер наверняка будет проверять меня. Я подумал, что будет лучше, если все, кроме лучших друзей, конечно, будут уверены, что я безумно влюблен.

— Понятно, — сказал Ричард. — Значит, вы оба притворялись.

— Конечно.

Натали удержалась от порыва уставиться на Майка, потому что, то, что она чувствовала внутри, вряд ли можно было назвать притворством.

Ричард повернулся к ней.

— Натали, ты не против того, чтобы притворяться, что ты влюблена в Майка?

— Только когда это действительно необходимо, — ответила она, довольная тем, как спокойно звучит ее голос.

— Это будет необходимо только на яхте Хельсингера, — заметил Майк. — Но нам нужно немного попрактиковаться. Кстати, Натали хочет составить брачный контракт.

Ричард кивнул.

— Верное решение.

— Ты бы мог составить для нас контракт, который мы оба подпишем? — продолжил Майк.

Натали старалась выглядеть невозмутимой и деловой.

— Конечно.

— Первый миллион должен поступить на ее личный счет в день нашей свадьбы. Второй миллион — после успешного заключения деловой сделки.

— Хорошо, — согласился Ричард. — И когда состоится свадьба?

— Через месяц — это самое раннее, — сказал Майк. — Так, Натали?

— Да. Свадьба в более ранние сроки будет выглядеть подозрительно.

Ричард взял настольный календарь.

— Сегодня двадцать восьмое октября, — пробубнил он. — Третье декабря будет как раз суббота.

— Значит, пусть будет третье декабря, — сказал Майк.

Ричард нахмурился.

— Получается слишком хорошо. Разве ты не говорил, что Хельсингер приезжает в Сидней четвертого декабря?

— Да.

— И когда вы должны присоединиться к нему и его жене на яхте?

— С пятого по седьмое.

— Значит, учитывая, что вы только что поженились, вести себя вам придется как новобрачным.

Натали напряглась. Как она сможет притворяться счастливой женой Майка?

— Просто думай о деньгах, — сказал Майк, глядя на ее сосредоточенное лицо.

— Просто ведите себя, как только что перед Пэтти, — сухо посоветовал Ричард, — и вы сможете убедить самого дьявола в своей любви. Кстати, вы хотите свадьбу в церкви?

— Нет, — воскликнула Натали, — я бы не хотела.

Она не сможет обидеть Бога этой фальшивой свадьбой.

— Значит, вам понадобится только священник и место для церемонии. Вы можете использовать мой пентхаус в своих целях, — предложил Ричард. — Мы с Холли уже переехали в новый дом, но пентхаус еще не продали. Это будет чудесное место для церемонии.

Натали вспомнила, что, когда Ричард пришел к ней в агентство, он жил один в своем пентхаусе.

— Вы могли бы остаться там до приезда Хельсингера, — продолжил Ричард.

— От такого предложения мы не можем отказаться, — сказал Майк. — Это намного лучше, чем номер в отеле, где мы будем у всех на виду. Спасибо, Рич.

— Да, спасибо, Ричард, — присоединилась Натали.

Это лучше, чем остановиться в каком-нибудь номере для новобрачных. Это было бы очень неудобно и неловко. К тому же в пентхаусе Ричарда наверняка не одна спальня.

— Я позвоню Рису и узнаю, какого священника они приглашали с Аланной на церемонию, — продолжил Майк.

Натали удивленно моргала.

— Ты сейчас говоришь о Даймондах?

— Да. Именно об их паре, которую свела вместе именно ты. Они мои близкие друзья.

Удивлению Натали не было предела.

— Боже мой!

— Почему такая реакция?

— А… они просто немного отличаются от тебя.

Рис Даймонд сколотил состояние на недвижимости. Он славился своими шикарными вечеринками, на которые женщины приходили в вечерних туалетах, а гостям подавали шампанское и икру.

Натали не могла представить Майка в таком обществе.

— Я познакомился с Рисом через Ричарда, — объяснил Майк, — он в свое время одолжил нам обоим денег. С тех пор мы втроем подружились.

Натали была знакома с Рисом и Аланной ближе, чем с другими клиентами. Она была искренне рада, когда их брак по расчету превратился в крепкую любящую семью.

— У Аланны не было никаких осложнений от потери памяти? — спросила Натали, вспомнив, что не общалась с Аланной с того несчастного случая.

— Нет, — ответил Майк. — С ней все в порядке. У них скоро будет ребенок, ты не знала? Аланна беременна, как и Холли, жена Ричарда.

— Как это чудесно! — выдавила из себя Натали, снова ощущая волну грусти.

Похоже, что у всех, кого она знала, будут дети. Одна из ее бывших коллег по работе позвонила ей, чтобы сообщить радостную новость о скором прибавлении в их семье. Ее парикмахер поделилась с ней той же новостью сегодня утром.

Дети, кругом одни дети. У всех, кроме нее самой. Но это до тех пор, пока ты не перестанешь тратить время на недостойных мужчин, сказала она себе. В конце концов, их брак с Майком не продлится долго. У нее еще будет время, чтобы найти подходящего мужчину, утешила она себя.

— Истинная причина, по которой мы зашли к тебе, — продолжил Майк, — в том, что у родителей Натали проблемы с залогом за дом. Она хотела сегодня наведаться в банк и узнать, что можно сделать, но мы не успели. Я подумал, что ты мог бы помочь ей.

— Буду рад. Я так понимаю, ваши родители влезли в долги?

— Что-то вроде того.

— И их банк угрожает конфисковать имущество?

— Да, — неохотно признала Натали.

— Почему ты мне не сказала, что дела так плохи? — требовательно спросил Майк.

Она бросила на него холодный взгляд.

— Это совсем не твое дело.

— Как раз мое, если ты из-за этого согласилась выйти за меня замуж.

— Какое значение имеет то, почему я вышла за тебя замуж? Результат будет одинаковый. Ты получишь долгожданное сотрудничество, а я два миллиона долларов. Тебя не должно касаться, что делаю я, так же как мне нет дела до того, что ты делаешь со своими деньгами.

— Она права, Майк, — невозмутимо заметил Ричард.

Конечно, она права, подумал Майк. Но ему от этого не легче. Он предпочел бы думать о Натали как о расчетливой женщине, чем видеть ее в роли любящей дочери, готовой на жертву ради своих родителей.

Он предполагал, что двух миллионов долларов с лихвой хватит на погашение залога и процентов, да и ей самой останется довольно круглая сумма.

— Хорошо, — отозвался он. — Я не буду вмешиваться. Рич, ты сможешь помочь?

— Сейчас нет, но, если Натали придет ко мне в понедельник со всеми документами, я смогу сделать так, что их дом останется их собственностью до того момента, как Натали сможет выплатить за него всю сумму. Натали, вам подходит такой вариант?

— Очень. Спасибо, Ричард. Это так мило с вашей стороны.

— Рад помочь. Если честно, я ненавижу, когда банки грозят конфискацией. Ведь всегда есть другой путь. В какое время вы смогли бы зайти ко мне в понедельник? В десять вас устроит?

— Да, конечно. Я сама распоряжаюсь своим временем.

— Хорошо. А потом мы займемся вашим контрактом. А сейчас как насчет того, чтобы отметить это событие? Правда, не смогу задержаться надолго. Хочу побыстрей попасть домой к жене.

— Извините, — развела руками Натали, — но я не могу. Я поеду домой. У меня срочные дела.

— Что за дела? — спросил Майк, когда они спускались вниз на лифте.

— Женские дела.

Интересно, какие? — недовольно подумал Майк. Помыть волосы? Сделать педикюр? Побрить ноги?

Внезапно он представил обнаженную Натали в ванной. Она нежно водила станком по ноге вверх-вниз, а по ее телу стекали капли воды…

Двери лифта открылись и вернули его в реальность. Майк удивлялся сам себе, потому что раньше не увлекался такими фантазиями. Его сексуальные фантазии всегда были более конкретными.

Казалось, Натали сама провоцирует его на такие фантазии. Может, это своего рода вызов ее женской натуры? Майк никогда не отказывался от вызовов.

Но только не сейчас. Нельзя поддаться порыву и загубить все дело.

— Тебе не нужно отвозить меня домой, — бросила Натали, когда они вышли из лифта. — Я спокойно поймаю такси.

Майк посмотрел на нее и покачал головой. Она была очень необычной женщиной. Он разрывался между желанием соблазнить ее и поставить на место одновременно.

— Не будь смешной, — проговорил он, беря ее под локоть. — Я, конечно, не обладаю манерами Ричарда, но хотя бы знаю, что после того, как ты привез куда-то женщину, ее надо отвезти обратно.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Натали не могла дождаться, когда выберется из его машины. На этот раз он настоял на том, чтобы проводить ее до дверей.

— Что ты скажешь своим родителям? — спросил Майк, пока она искала свои ключи.

— Пока не знаю, — пробормотала она и досадливо вздохнула, уронив ключи. — Может быть, скажу, что выиграла в лотерею.

Она наклонилась, но Майк опередил ее и поднял ключи.

— Ты должна сказать им правду.

Он все еще держал ее ключи, не отводя взгляда от ее глаз.

— Ты, должно быть, шутишь, — сказала она. — У мамы будет инфаркт.

На самом деле Натали так не думала. Ее мать была уже в том возрасте, когда роль матери невесты приносит радость в любых обстоятельствах. Мама постоянно сетовала, что ее дочь находит богатых мужей всем, кроме себя.

— Отцу эта затея тоже не понравится, — добавила она.

— Я думаю, что они оба поймут, когда ты объяснишь им ситуацию. Они ведь в конечном итоге только выиграют.

— Дело не всегда заключается в деньгах, — огрызнулась Натали.

— Только если они у тебя уже есть, — горько сказал он, и Натали стало интересно, с каким трудностями Майк столкнулся в жизни, что так говорит об этом. — К тому же если твои родители будут присутствовать на свадьбе, она будет как настоящая. Мы сделаем свадебные фотографии, которые покажем Хельсингеру.

Натали сморщилась.

— Но это значит, что мне нужно покупать свадебное платье.

— Оно у тебя в любом случае было бы.

— Неужели?

— Да. И подходящий для медового месяца гардероб тоже.

Его взгляд снова скользнул по ее черным брюкам. Натали увидела в его глазах недовольство. Нет, даже хуже. Почти отвращение.

— У тебя замечательная фигура, Натали. Почему ты ее прячешь?

— Я ничего не прячу.

— Нет, прячешь. И я, кажется, догадываюсь почему. Ты просто боишься.

— Боюсь чего?

— Что ты будешь нравиться мужчинам и один из них снова воспользуется тобой.

— Боже мой! Оказывается, передо мной стоит не только эксперт моды и компьютерный гений, но еще и психолог! — воскликнула она, прекрасно понимая, что Майк попал в точку.

Он долго смотрел на нее, а она гадала, о чем он думает. Наверняка считает ее стервой. Пусть так и думает дальше. Сейчас она боялась его, боялась, что он сделает все, чтобы соблазнить ее. А начнется все с того, что она уступит ему и станет одеваться так, как в свое время одевалась для Брэндона.

— Я могу получить свои ключи? — чересчур вежливо спросила Натали.

Он несколько секунд смотрел на нее, прежде чем положить ключи на ее ладонь. Потом вдруг протянул руку и дотронулся до прядки волос, которая выбилась из ее прически.

Она вздрогнула от этого прикосновения, а по ее коже прошла дрожь. Он заправил прядь волос ей за ухо.

— Интересно, как давно, — спросил Майк низким голосом, — ты просто распускала волосы?

У Натали закружилась голова от мысли, что он сейчас может это сделать. Их взгляды встретились.

— Приятных выходных, — резко сказал он и повернулся, чтобы уйти. — Увидимся в понедельник утром.

Последнюю фразу он уже бросил через плечо по дороге к воротам.

— Кстати, Натали, — он снова повернулся к ней, — начинай уже носить кольцо своей бабушки.

Она стиснула зубы.

— Что-нибудь еще? — процедила она.

Он оглядел ее с ног до головы.

— Новая одежда, конечно, не помешает, но я думаю, это может подождать до того момента, как мы с тобой пройдемся по магазинам. Я не доверяю твоему вкусу. А теперь можешь идти и заниматься своими делами. У меня тоже есть свои дела. Мужские дела. Увидимся.

Натали с силой сжала в руке ключи. Интересно, что это за мужские дела?

Конечно, в глубине души она знала ответ на этот вопрос. Он собирается заняться сексом с одной из тех женщин, на которых мог бы жениться. Но не женился. Он, возможно, проведет с ней всю ночь или все выходные, занимаясь любовью.

К тому времени как Натали, наконец, удалось вставить ключ в замок и открыть дверь, ее захлестнула волна ревности. Желание испортить Майку выходные становилось невыносимым.

Может, рассказать родителям правду? Ведь она знала, какой будет их реакция.

Ее мать вся изведется от любопытства, а отец — от волнения. Они оба захотят встретиться с мужчиной, который собирается жениться на их дочери лишь для того, чтобы заключить выгодный контракт. Деньги, конечно, будут иметь важное значение и уменьшат их недовольство ситуацией, но они все равно захотят познакомиться с Майком до того, как их дочь подпишет необходимые бумаги.

И их реакцию можно попять. В мире полно странных людей. И хотя Натали не считала Майка странным человеком, а просто амбициозным, сексуальным мужчиной, она понимала, почему родители непременно захотят увидеть его.

Но потом Натали поняла абсурдность своей идеи. От этого возникнут лишние проблемы. Одного только взгляда на Майка хватит, чтобы ее мать уверовала в то, что их брак — это нечто большее, чем просто расчет. Она ведь хорошо знала вкус своей дочери.

Однако ей все-таки придется позвонить вечером матери и объяснить, откуда у нее в скором времени появятся деньги на оплату их долга.

Натали перекусила и направилась в гостиную к телефону.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Удобно расположившись па своем балконе с бокалом в руке, Майк смотрел на огни вечернего города, когда зазвонил его мобильный телефон. Поставив бокал на стол, он приподнялся на стуле и достал из кармана аппарат.

— Майк Стоун, — сказал он, гадая, кто бы это мог быть.

Может, кто-то из его партнеров? Нет, только не в пятницу вечером. Может, Ричард, который снова будет отговаривать его от идеи жениться на Натали?

— Майк, это Натали.

— Натали! — воскликнул он. — Я как раз тебя вспоминал.

— Я так и подумала, — последовал саркастический ответ. — Ты сейчас где? — требовательно спросила она. — У тебя удивительно тихо.

— Я дома.

— О, тогда мне не надо было звонить тебе на мобильный. Дело не такое важное. Я сделала, как ты просил, и сказала своим родителям правду. Думаю, ты обрадуешься, когда узнаешь, что они пригласили нас завтра на барбекю.

— Что? — не веря своим ушам, он резко подскочил на стуле.

— Я думаю, что это не такое уж неожиданное предложение, — заметила Натали. — Так получилось, что мои родители заботятся обо мне. На самом деле они хотят посмотреть на тебя, чтобы убедиться, что ты нормальный человек безо всяких странностей. Хотя я тебя слишком плохо знаю, чтобы утверждать, что у тебя их нет.

— Могу тебя в этом заверить.

— Откуда я знаю? И почему я должна верить тебе на слово?

Майк нахмурился.

— Я, конечно, не святой, но не лжец! Спроси, у кого хочешь. Тебе любой скажет, что Майк Стоун — человек слова.

— И кого я могу спросить, кроме Ричарда Кроуфорда, который имеет акции в твоей компании и заинтересован в твоей женитьбе на мне? Если я выйду за тебя замуж и ты подпишешь этот контракт, это принесет немалую прибыль и ему.

— Что значит — если ты выйдешь за меня замуж? Я думал, это уже решенный вопрос.

— Так было до того, как я по твоей просьбе поставила в известность родителей. Сначала ты должен поправиться им, а потом уже я вся твоя.

Слова вырвались у нее до того, как Натали успела себя остановить. Она вообще не должна была звонить ему. И не должна была выяснять отношение Майка к той реакции ее родителей, которая была бы, если бы Натали на самом деле сказала им правду.

К ее радости, Майк находился на другом конце провода и не мог видеть, как краска стыда залила ее щеки. Потому что ее слова были правдой. Она хотела бы принадлежать ему.

Хотя нет. Она бы больше хотела, чтобы это он принадлежал ей, чтобы был рядом всегда, когда ей хочется.

Но все это напрасные мечты. На самом деле Майк не удостоит ни одну женщину такой чести.

Это женщины всегда испытывают большие чувства, чем просто сексуальное влечение. А мужчины обычно получают то, что хотят, и после этого удаляются не моргнув глазом. Натали не сомневалась, что Брэндон в свое время не испытывал никаких угрызений совести. Он просто вернулся к своей жене и нашел новую любовницу.

— Проблема в тебе, — заявил он ей, когда она, наконец, решилась выставить его вон, — ты, слишком, серьезно относишься к жизни.

Вспомнив об этих словах Брэндона, Натали поняла, что не должна поддаваться сексуальному влечению к Майку. Для нее страсть и любовь давно стали едины. Каждый раз, когда она ложилась в постель с мужчиной, она неизбежно влюблялась в него. Брэндон не был первым. Он стал последним.

Именно последним, напомнила она себе.

— Надеюсь, ты не понял мои слова буквально, — добавила она равнодушным тоном, — это было образное выражение.

— Что касается тебя, ни о чем таком я и не думал, Натали.

Эти слова больно задели ее.

— Рада слышать это, Майк. Однако тебе следует весьма осторожно выбирать мне новый гардероб. Мужчины теряют разум, когда дело касается секса. В былые времена они теряли голову от одного только вида обнаженной женской лодыжки.

Он рассмеялся.

— Мне понадобится намного больше, чем просто обнаженная лодыжка, милая. Но это что касается тебя. У меня в жизни были такие ситуации, когда женщина стояла передо мной обнаженная, но я не спешил набрасываться на нее.

— Бедный Майк! У тебя с этим проблема?

Он снова рассмеялся.

— Сейчас точно есть, но думаю, что решу ее сегодня ночью.

Натали в этом не сомневалась. Он поедет в какой-нибудь клуб и там познакомится с подходящей женщиной.

— Надеюсь, ты не забываешь предохраняться.

— Дорогая, об этом я никогда не забываю.

— Ты понял, что за последние тридцать секунд назвал меня «милой» и «дорогой»? — жестко спросила она. — Мне кажется, мы говорили об этом.

— В этом вся проблема, Натали, тебе слишком много кажется. Перестань думать. Оденься и сходи куда-нибудь развеяться.

— Брать с тебя пример?

— Я никуда не собирался сегодня.

— Но я думала…

— Вот видишь? Ты слишком много думаешь. И, как всегда, не в том направлении.

— Ты очень утомительный человек.

— То же самое могу сказать и о тебе.

Она глубоко вздохнула.

— У меня есть дела поважнее, чем пререкаться с тобой. Пока все не зашло слишком далеко, я хочу кое в чем признаться.

— Звучит зловеще.

— Дело в том, что на самом деле я не сказала своим родителям правду. И никто не ждет нас завтра на барбекю.

— Извини, но я ничего не понимаю.

— Я просто хотела тебе показать, насколько все усложнится, если мы всем расскажем, что собираемся пожениться. Я понимаю, что ты хочешь, чтобы наша свадьба выглядела как настоящая, но я хотела бы потом иметь возможность спокойно развестись с тобой и ничего не объяснять родителям. Неужели это не понятно?

— А у меня нет семьи, которой пришлось бы потом что-то объяснять, — каким-то равнодушным голосом сказал он.

Натали снова подумала, что у него непростая жизнь.

— Совсем никого из родных?

— Совсем никого, — отрезал Майк таким тоном, что у нее пропало желание задавать еще вопросы.

— А твои друзья? — все-таки спросила Натали.

— У меня есть только два близких друга. Ричард уже знает обо всем, а Рис скоро узнает. Я приглашу его и Аланну на нашу свадьбу.

— Зачем?

— Для фотографий. И для прессы. Рис известный бизнесмен, и его жена ждет ребенка. Хельсингеру понравится, что у меня такие друзья, которые ценят свою семью.

— Может, и так, но мне все равно будет неудобно.

Конечно, Рис и Аланна нравились ей, но все же они ее бывшие клиенты. Она не хотела бы, чтобы они знали, что она выходит за Майка ради денег.

— Тебе? Неудобно? — ухмыльнулся он. — Нет, только не тебе!

Если бы он только знал!..

— Так что ты сказала своим родителям? — спросил Майк.

— Почти что правду. Я рассказала им о том, что ты хочешь заключить контракт с Хельсингером, и о том, что ты предложил мне миллион долларов, чтобы я нашла тебе жену на время. Я им сообщила, что нашла ее, только не сказала, что это я.

— Очень умно с твоей стороны.

— Да, я тоже так думаю. Мозги у меня есть. Так что, Майк, можешь быть спокоен за себя. Уверена, что мозги в женщине привлекают тебя в последнюю очередь.

* * *

Майк очень хотел бы, чтобы так оно и было. К сожалению, его все равно неудержимо тянуло к Натали.

Конечно, то, что он давно не спал с женщиной, могло служить одним из объяснений. Но его постоянное возбуждение объяснялось не только этим. Стоило Майку посмотреть на ее чувственный рот, и он мгновенно возбуждался. Что уж говорить о ее роскошной фигуре!..

Майк усмехнулся. Она действительно заставила его понервничать с этой историей про барбекю у ее родителей. А он уже начал всерьез думать о том, что будет рассказывать ее родителям о своем прошлом.

Майк всегда предпочитал говорить правду, но в данном случае пришлось бы соврать. Потому что иначе ее родители запретили бы своей любимой дочери общаться с ним, и никакие деньги в мире не изменили бы их решения.

Узнав правду, Натали, возможно, сама не захотела бы иметь с ним дело. С ней надо вести себя очень осторожно. Даже лучше ограничить их встречи до свадьбы, чтобы избежать недоразумений.

Да, именно так!

— Кстати, в понедельник утром я не смогу приехать в банк, чтобы подписать контракт, — сообщил он. — Это произойдет позже.

— Хорошо, — ответила она.

— Тогда в субботу пройдемся по магазинам, как договаривались. Я узнаю у Хельсингера, что тебе понадобится на яхте. Давай договоримся на девять?

— Имеешь в виду, что до этого времени мы не увидимся? — удивленно протянула она. — А как же твои намерения сделать нашу помолвку естественной? Ты не думаешь, что нам следовало бы проводить больше времени вместе? Ходить куда-нибудь, навещать друг друга?

Что может быть хуже? — мрачно подумал Майк. Ничем хорошим это не кончится.

— Я не думаю, что Хельсингер будет следить за каждым нашим шагом, — уверенно заявил он. — Такой человек скорее поверит собственным глазам. А это значит, что нам придется очень постараться на его яхте, но не до того. Так что увидимся в субботу, Натали.

И он прервал связь.

Натали смотрела на замолчавшую трубку. Она не увидит Майка всю неделю! Целых семь дней. И семь ночей.

— Просто здорово, — процедила она и положила трубку на место.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Натали не могла поверить тому, насколько медленно тянулось время в выходные и всю следующую неделю. Она старалась занять себя делами своего агентства и уборкой по дому, несколько раз навещала родителей, которые бурно радовались тому, что их финансовая проблема решилась.

Натали старалась не думать о Майке и его деньгах.

Он не только взбудоражил ее чувства, но и показал, насколько ее жизнь пуста и одинока.

Ей больше не хотелось читать или смотреть телевизор. Раньше она мечтала спокойно усесться перед телевизором или с новой книгой в руках. Сейчас это казалось ей пустой тратой времени. Ходить в спортзал тоже казалось бессмысленным. Зачем поддерживать фигуру, которую все равно не видят мужчины?

Что касается работы в агентстве… Знакомить людей стало уже скучно. Натали решила, что, как только получит свой второй миллион, займется чем-то другим.

Ее мысли снова подошли к завтрашнему утру. Он сказал, что заедет за ней в девять. Осталось меньше пятнадцати часов. Почему тогда ей кажется, что до этого времени целая вечность?

Натали поняла, что бесцельно бродит по дому, не в состоянии ничем себя занять.

Около семи часов вечера она решила прогуляться до пиццерии, потому что готовить самой совершенно не хотелось.

Остановившись около большого зеркала, Натали оглядела свои волосы, которые были забраны в пучок. Благодаря стараниям ее парикмахера волосы выглядели здоровыми и блестящими, но Майк прав. Ее прическа скучная и какая-то старообразная.

Она покачала головой и направилась к двери, думая о том, что хозяйка пиццерии будет спрашивать ее о новом друге. Это будет ужасно. Не лучше выглядит перспектива, если она не спросит, а просто с жалостью уставится на нее.

Натали застонала. Желание позвонить Майку было непреодолимым.

Завтра уже скоро наступит. Нужно чуть-чуть подождать.

Куда еще она может пойти? И кому еще может позвонить? У нее были друзья на старой работе. Но Натали упорно отказывалась сходить куда-нибудь с ними, и вскоре они перестали ей звонить. Кэти была единственной ее близкой подругой в то время, но сейчас она замужем и ждет ребенка. Натали не хотелось навещать ее и видеть чужое счастье, которое ей самой недоступно.

Может, сходить в магазин и купить пару новых фильмов вместе с коробкой шоколадных конфет? Возможно, это поднимет ей настроение.

Звонок телефона заставил ее подскочить на месте. Сердце бешено забилось. Это точно не ее мать. Родители по пятницам ходят в клуб. Это, скорее всего, Майк.

Пока она бежала к телефону, ей пришла в голову мысль, что он, возможно, хочет отменить завтрашнюю встречу. Если так, она просто умрет.

— Натали Фэрлейн, — с трудом выговаривая слова, сказала она в трубку.

— Натали, это Аланна. Аланна Даймонд.

— Аланна! — воскликнула Натали, сдерживая разочарование оттого, что это не Майк. — Какой приятный сюрприз! Как ты?

— Прекрасно.

— Я так понимаю, с твоей памятью все в порядке.

Аланна рассмеялась. В ее смехе как будто звенели колокольчики. И это было очень женственно.

А вот я совсем другая, сухая и черствая, подумала Натали. Неудивительно, что Майк избегает меня. Будь я мужчиной, поступила бы так же.

— Знаешь, я так толком и не поблагодарила тебя за то, что ты тогда приехала ко мне, — сказала Аланна.

— Это самое меньшее, что я могла сделать для тебя.

— Не каждый стал бы беспокоиться. Но, Натали, я звоню не по этому поводу. Дело в том, что сегодня звонил Майк…

— Да? — напряженно сказала Натали.

— Он рассказал мне о вашей грядущей свадьбе.

— Неужели? — Майк предупреждал ее, что позвонит Рису и Аланне, но Натали почему-то надеялась, что он этого не сделал.

— Он попросил Риса и меня помочь Ричарду и Холли с подготовкой к свадьбе.

Натали старалась скрыть обиду. Пусть это будет брак по расчету, но невеста, в конце концов, все же она.

— Я надеюсь, он объяснил вам, что наш брак будет носить временный характер, — жестко сказала она. — Это деловая сделка. Любовь не имеет к этому никакого отношения.

— Да, Майк все рассказал.

— Представляю, — сухо заметила Натали. — Майк с самого начала обрисовал свое отношение к любви и браку.

— Я как сейчас слышу его слова. Но с твоей стороны все точно так же, Натали? Ты тоже негативно относишься к любви и браку? Я имею в виду — разве можно руководить брачным агентством и не верить в любовь?

— Я верю в любовь, — признала Натали, — но жизнь поколебала мою веру в мужчин.

— Да, я тебя понимаю, — согласилась Аланна, наверняка вспомнив свой первый неудачный брак. — Значит, брак с Майком для тебя тоже вопрос денег. И он совсем тебе не нравится?

Аланна ждала, что Натали тут же скажет «нет» в своей обычной жесткой манере. Когда ответа не последовало, Аланна подумала, что вдруг в этом браке таится нечто большее, чем кажется? По крайней мере, со стороны Натали.

— Натали? — позвала Аланна.

Вздох на том конце провода прозвучал красноречивее любых слов. Получается, Холли была права, когда сказала, что в этом браке все равно присутствует доля романтики.

— Ни одна порядочная женщина не выйдет за мужчину только ради денег, — сказала Холли, когда они обсуждали ситуацию по телефону. — Если Натали такая милая, как ты говоришь о ней, ей наверняка нравится Майк.

— Он тебе нравится, правда? — настаивала Аланна.

Натали снова вздохнула.

— Я не понимаю, почему. Он самый несносный мужчина из всех, кого я знаю.

— Но он все же очень лакомый кусочек.

— Это правда.

— Значит, я буду права, если скажу, что его желание избежать сексуальных отношений между вами тебя не устраивает?

Как Натали могла отрицать это?

— Какой смысл желать невозможное, Аланна? Я ему совсем не нравлюсь.

— Откуда ты знаешь?

— Он сам так сказал.

— Ужасно! Он бывает такой бестактный!

— Зато всегда говорит правду. Аланна, скажи мне честно, а то меня мучает любопытство, с какими женщинами он ходит на свидания?

— Трудно сказать. Это всегда красивые женщины с шикарными формами.

— Понятно.

— У тебя тоже шикарная фигура, — заметила Аланна.

Натали рассмеялась.

— Я думаю, что дело не в моей фигуре. Он считает, что мои волосы ужасны, а одежда немыслима. Он говорит, что поведет меня по магазинам, чтобы к свадьбе у меня была приличная одежда. Он не доверяет моему вкусу.

— Вообще-то нет, — смущенно произнесла Аланна.

— Что нет?

— Он не пойдет с тобой покупать одежду. Я пойду. Именно поэтому я и звоню. У Майка совершенно нет времени, он работает.

— Но он сказал, что у него сейчас нет работы!

— Уже появилась. Он нашел в своей новой программе неполадки и работает над ней. Извини.

— Он мог бы позвонить и сказать мне об этом лично! — возмущенно воскликнула Натали.

— Ты права. Ему так и следовало поступить. Я так понимаю, ты с нетерпением ждала похода по магазинам с Майком.

Это было и так понятно. Натали вдруг почувствовала, что ее покинули силы.

— Я хотела доказать ему, что я не такая, как он думает, — призналась Натали. — Снова моя глупая гордость.

— Я не думаю, что иметь гордость — это глупо. И у тебя еще будет шанс доказать ему. В день вашей свадьбы. Уверена, тебе хотелось бы удивить его свадебным платьем, правда?

Натали не знала, что на это ответить. С того момента как они познакомились с Майком, она только и делает, что борется со своими желаниями и пытается не выглядеть глупой в его глазах. И к чему это привело? Сейчас она выглядит совершенно жалкой.

Если есть хоть один шанс заставить Майка желать ее, хотя бы на одну ночь, она сделает для этого все.

— Да, — согласилась она. — Но ты думаешь, что это возможно?

— Милая, ты сможешь сразить его наповал. Это легко. Когда мы с тобой закончим, Майк не сможет сдерживаться рядом с тобой. К тому же, как я знаю, Майк уже долго без женщины, а это значит, его желание будет слишком сильным.

Натали нахмурилась. Хочет ли она, чтобы Майк лег с ней в постель только потому, что его мужской инстинкт возьмет над ним верх? И ответ был таким же невероятным, как и вся их свадьба.

Да.

— Я воспринимаю твое молчание как одобрение моей идеи. Отлично, значит, завтра мы с тобой займемся твоим преображением. Я заеду за тобой в восемь тридцать ровно. Это будет весело!

Весело. Прошло столько времени с тех пор, как ей действительно было весело.

Внезапно Натали почувствовала радость, которую не испытывала последние четыре года.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Майк посмотрел на часы. Три десять, и никаких признаков появления невесты.

— Холли, пожалуйста, посмотри, что там с Натали, — нетерпеливо попросил он.

— Хорошо, — ответила Холли, — но она задерживается всего на десять минут. Невесты вообще часто опаздывают.

— Но она не настоящая невеста, — пробормотал Майк, когда Холли ушла.

— По закону она будет тебе настоящей женой, — вставил Ричард, — пока ты с ней не разведешься.

Майк бросил на друга убийственный взгляд.

— Даже не напоминай мне об этом.

— В чем проблема, Майк? — спросил Рис, который стоял рядом с Ричардом. — Волнуешься, как настоящий жених.

— Скоро он будет мужем, — снова вставил Ричард.

— Не совсем обычным, — заметил Рис. — У него не будет брачной ночи. А это проблема.

— И что это значит? — прорычал Майк.

— Я так понимаю, что в последнее время вы с Натали не виделись.

— Я не видел ее около месяца.

Пару раз он звонил ей и хотел приехать, чтобы оценить новый гардероб. Но у нее всегда находилась причина, по которой она не могла принять его. Невозможная женщина!

— А я видел ее, — напрямик сказал Ричард. — Вчера вечером она была у нас. И знаешь, что я скажу? Это сказка!

Когда дверь в спальню открылась, Натали и Аланна подняли головы.

— Не волнуйтесь, — сказала Холли, входя в комнату в свободном розовом платье, которое не могло скрыть то, что она беременна. — Это всего лишь я.

— Мы поняли, — ответила Аланна, думая о том, что ее живот менее заметен. Но, в конце концов, Холли уже почти на восьмом месяце, а она сама на шестом.

— О, Натали! — воскликнула Холли, прижимая руки к животу. — Ты выглядишь потрясающе! Правда, Аланна?

Аланна отошла на пару шагов и с видимым удовольствием оценила проделанную работу. Платье было шикарным, а невеста сказочно красива. Даже удивительно, что макияж и прическа могут сделать с женщиной.

Правда, стоит заметить, что Натали от природы не была обделена красотой. Аланна вообще считала, что у Натали потрясающая фигура.

Аланна решила лишь изменить прическу Натали и отвела ее к лучшему парикмахеру. Результат превзошел все ожидания. Мягкие волны теперь спадали по плечам Натали. Природный рыжий цвет волос мастер слегка затемнил и добавил красноватого оттенка.

— Я согласна, — сказала Аланна. — Если Майк не оценит твой новый облик, — прошептала она на ухо невесте, — я спрыгну с этого балкона.

— И я с тобой, — так же тихо ответила Натали.

— У тебя очень красивое платье! — воскликнула Холли. — И мне очень нравится идея заменить фату легким шарфом.

— Да, получилось очень оригинально, — признала Аланна. — Ты готова, Натали?

Натали оглядела себя в зеркале.

— Готова, как никогда, — сказала она и взяла в руки маленький букет орхидей.

Она нервничает. И волнуется.

Она не чувствовала себя невестой. Скорее актрисой, которая открывает мюзикл. Ведь все это не больше, чем просто спектакль. Она сейчас выйдет к мужчине не для того, что действительно стать его женой, а чтобы соблазнить его.

Она не видела Майка с той пятницы — уже прошло больше месяца. Натали отказала ему несколько раз, когда он хотел заехать и оценить новые наряды, которые они покупали с Аланной. Подруга постаралась сделать так, чтобы Майк не видел невесту до самой церемонии бракосочетания в пентхаусе Ричарда.

Они с Аланной превратились в двух конспираторов, которые прорабатывали план до мельчайших деталей.

Аланна была права. Это действительно оказалось весело. Натали была очень довольна не только «свадебным платьем, но и всей новой одеждой. Особенно ей не терпелось надеть новое вечернее платье.

Миссис Хельсингер по электронной почте прислала Майку расписание мероприятий на яхте, в число которых входила вечеринка в вечерних нарядах. Майк передал эту информацию Аланне и попросил ее убедиться, что у Натали будет все необходимое для такой вечеринки.

Сам Майк прошелся по магазинам с Рисом. Он хотел быть уверен в том, что тоже будет хорошо выглядеть.

— Как выглядит Майк? — спросила Аланна Холли.

— Потрясающе. Так же хорошо, как Ричард и Рис. Даже странно, как костюм может преобразить мужчину. Но он нервничает. Мне сказать ему, что ты готова?

Аланна и Натали обменялись многозначительными взглядами.

— Еще пять минут, да, Аланна? — сказала Натали, чувствуя, что сердце сейчас выпрыгнет из груди.

— Может, даже десять?

— Только не так долго, — простонала Холли. — Я думаю, и сама не выдержу.

Натали улыбнулась Холли, которую сейчас уже считала подругой. Милая девушка, но безнадежный романтик. Она на самом деле верит, что из этого брака может что-то получиться. Натали подозревала, что Аланна втайне придерживается того же мнения.

Но у Натали на этот счет было свое мнение.

Даже если она сможет вызвать у Майка низменное чувство, она не заставит его полюбить ее. Все, на что она могла надеяться, — что небольшая интрижка во время их краткосрочного брака.

К тому же где гарантия, что ее новый облик понравится Майку? Он уже говорил ей, что ему не нравятся всяческие женские уловки, цель которых — убедить его изменить свое мнение и не разводиться с ней.

От этих мыслей волнение Натали усилилось еще больше.

— Хорошо, — сказала она дрожащим от волнения голосом. — Я думаю, что сама не захочу долго ждать. Передай Майку, что я буду готова через минуту.

Майк нахмурился, когда увидел приближающуюся Холли.

— Ну что?

— Она уже идет, — ответила девушка. — Соберись!

Трое мужчин и священник, которому было около пятидесяти, выпрямились и заняли свои места около перил на открытой террасе пентхауса. День выдался солнечный. Вид с террасы открывался просто волшебный.

У фотографа должны получиться замечательные снимки. Эти фотографии были очень важны для Майка, потому что они станут доказательством того, что свадьба удалась. Свадебный фотоальбом. Будет что предъявить Хельсингеру.

На одну секунду Майку показалось, что его идея со свадьбой немыслима. Он не хотел жениться. Он не хотел иметь жену, пускай даже на время. И уж конечно, ему не хотелось жениться на той, которую он страстно желал уложить в постель.

Майк глубоко вздохнул.

Боже! Кто это?

Эта женщина в длинном белом платье, плывущая навстречу ему, никак не может быть Натали Фэрлейн!

Если не считать белого платья, она выглядела совсем не как те невесты, которых раньше видел Майк. Она выглядела богиней в этом белом шарфе вокруг топкой шеи, который изумительно смотрелся с ее рыжими волосами.

Когда он видел Натали в том ужасном костюме, ему еще как-то удавалось держать свои эмоции под контролем. Сейчас он не мог сдерживать желание. И свой гнев тоже.

Она сделала это намеренно! Преобразилась до неузнаваемости, чтобы поразить его. Или чтобы заставить выглядеть дураком. Или чтобы соблазнить.

Но ее ждет большой сюрприз. Если Натали думает, что сможет соблазнить его, а потом бросить, она ошибается. Здесь только он может позволить себе поступать таким образом.

Когда Майк улыбнулся ей, Натали замерла. Ей больше правилось выражение глубокого удивления на его лице несколько секунд назад.

Его улыбка говорила, что он совсем не нервничает. Это была самая загадочная и сексуальная его улыбка. Всего лишь поднятые уголки губ, сопровождаемые взглядом, о котором только могут мечтать женщины. Взгляд его темных глаз скользнул по ее телу, отчего у Натали пересохло и горле.

Она сглотнула и продолжила двигаться к террасе, где должна была начаться церемония. Она заметила, что фотограф уже начал фотографировать ее и трех мужчин, которые ее ждали. Холли была права. Они все выглядели потрясающе. Но Натали смотрела только на Майка, не в силах оторвать взгляд.

— Я вижу, что раньше ты скрывала свой истинный облик, — прошептал Майк, протягивая ей руку.

— Я ведь говорила тебе, что могу выглядеть более милой, — парировала она, стараясь сделать так, чтобы ее рука предательски не дрожала.

Его рука казалась огромной по сравнению с ее ладошкой.

— Дорогая, слово «милая» сегодня не для тебя, — снова улыбнувшись, сказал Майк. — Ты и сама это понимаешь.

Натали могла бы снова вспылить, что он назвал ее «дорогая», но она была не способна говорить. Просто смотрела на него и думала о том, что достигла своей цели.

Он хочет ее! Действительно хочет. Она видела это в его глазах.

Он сжал ее пальцы, когда подвел к священнику. Его сила пугала и волновала ее одновременно. Он должен быть властным любовником. Сильным, страстным. Она уже представляла, как он будет нетерпеливо раздевать ее…

Священник начал церемонию, но Натали была поглощена своими мыслями. Она, должно быть, произнесла все нужные слова, но сама не запомнила ничего и очнулась только тогда, когда священник разрешил Майку поцеловать невесту.

Майк взял ее за обе руки. Ей пришлось отдать свой букет Аланне. Он посмотрел ей в глаза и медленно поднес ее руки к своим губам. Сначала он прикоснулся губами к кольцу ее бабушки, которое сверкало на пальце, а потом покрыл поцелуями каждый палец.

По телу Натали побежали мурашки от этих прикосновений. Сейчас это был не такой мужчина, каким она представляла его в своих мечтах совсем недавно. Это была сама нежность. Она смотрела, как он целует ее пальцы, а в ее голове рождались эротические фантазии, от которых щеки залил румянец. Натали приоткрыла губы, потому что воздух из ее легких куда-то делся.

Майк понимающе взглянул на ее губы и приблизил к ним свое лицо. Он собирался поцеловать ее. На этот раз по-настоящему.

От страха ее губы слегка дрожали, но, когда его язык проник ей в рот, она расслабилась и обняла его, желая, чтобы он был ближе, еще ближе к ее телу.

Натали забыла, где они находятся. Сбылось то, о чем она мечтала весь последний месяц. Она в объятиях Майка. Она может обнять и поцеловать его.

Его тело на ощупь было таким же великолепным, как и на вид, а поцелуй настолько сладким, что у нее закружилась голова.

Когда спустя несколько секунд Майк отстранился от нее, она с трудом соображала, что происходит. И в этот момент Натали посмотрела в его глаза. Взгляд их был холоден. Почему?.. Но он уже повернулся к гостям, чтобы принять поздравления. Натали никак не могла отойти от их поцелуя. Она не знала, на кого смотреть и что делать.

Аланна и Холли организовали легкие закуски и шампанское. Для Натали это стало возможностью отвлечься, смочить пересохшее горло и прийти в себя. Ей нужно было собраться с мыслями.

Конечно, Майк заметил, что она выглядит потрясающе. И он очень убедительно сыграл роль жениха перед священником и фотографами.

Но это все. Просто роль. Он не мог дождаться момента, когда надо будет прорвать их поцелуй. Он сразу же оставил Натали на попечение подруг и обратил свое внимание на друзей.

Аланна ошиблась. Натали не подходит Майку. И никогда не подойдет, какой бы облик она ни принимала.

— Тост за жениха и невесту, — провозгласил Ричард.

Натали тихо застонала. Судя по выражению лица Майка, его это тоже не радовало. Если бы только священник и фотографы ушли, отпала бы необходимость притворяться.

За тостом следовал тост, фотографы делали свою работу. Натали наполнила пустой бокал шампанским. Она радовалась тому, что отказалась от торта. Резать его вместе с Майком было бы невыносимо!

— Не хотелось бы вас торопить, тяжело вздохнув, сказал священник, — но у меня сегодня еще одна свадьба. Не могли бы вы подписать бумаги, чтобы я мог удалиться?

Вместе со священником ушли фотографы. Атмосфера была слегка напряженной. Майк все время хмурился, а Натали хотелось убежать куда-нибудь и там расплакаться.

— Не хочу показаться грубым, — вдруг сказал Майк, — но вы свою роль сыграли. Свадьба окончена. Поэтому не могли бы вы покинуть нас?

Открыв от удивления рот, Натали наблюдала, как его друзья именно, так и поступили.

Алания и Холли обняли ее на прощание. Аланна попросила ее позвонить утром. Через несколько минут они остались с Майком вдвоем.

— Возможно, ты не хотел показаться грубым, — не удержалась она, когда он закрывал дверь, — но именно таким ты и был. Можно было бы хотя бы поблагодарить их за помощь.

Его выражение было хмурым.

— Только не надо давить на жалость. Мои друзья прекрасно знают, какой я человек. И мое мнение о такой женитьбе тоже знают. Поверь, им меньше всего сейчас хотелось бы остаться здесь, учитывая мое настроение.

— Я тоже не хочу этого!

— Плохо. Ведь ты теперь связана со мной. Подумай о деньгах. Тебе достанется немалая сумма денег за то, что ты немного потерпишь. — Он отхлебнул шампанского. — Я понимаю, ты ожидала иного завершения сегодняшнего вечера, но ты ошиблась.

Натали поморщилась.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты думала, что сможешь поиграть со мной, — процедил он. — Преподать мне урок, который мой мужской инстинкт не сможет выдержать.

— О чем это ты? — делая вид, что не понимает, спросила Натали.

Он подошел к ней и заглянул в глаза.

— Ты прекрасно меня поняла, — сказал он, — ты ведь умная женщина.

— Я с тобой не играла, — возразила она.

Шампанское придало ей храбрости.

— Я всего лишь хотела, чтобы ты увидел, что я могу выглядеть привлекательно и сексуально. Можешь назвать это женской гордостью, но мне не понравилось, как ты постоянно критиковал мою внешность.

— Давай посмотрим правде в глаза, Натали. Ты хотела соблазнить меня. В этом все дело.

— Хорошо! — выкрикнула она. — Да! Я хотела тебя соблазнить!

— Что ж, у тебя получилось.

От этого признания она замерла.

— Но ничего хорошего тебе это не принесет, — горько усмехнувшись, добавил он.

Уже потом Натали посчитала, что ее язык развязался от шампанского.

— Я не претендую на твою любовь, если ты это имеешь в виду. Я хочу твое тело!

Его губы превратились в тонкую линию.

— Все женщины говорят так, но думают иначе.

— Я говорю, как есть, — настаивала она. — Вспомни, что ты мне сказал в день нашего знакомства. Ты сказал, что нужен мне, чтобы я смогла раскрепоститься. И ты был прав. После разрыва с Брэндоном я стала ужасно одеваться и еще хуже относиться к мужчинам. Но самое плохое то, что я перестала быть сексуально привлекательной. Еще чуть-чуть — и я превратилась бы в старую деву. Но когда ты вошел в мою жизнь, я вновь почувствовала себя женщиной. Ты меня привлекаешь в сексуальном плане, Майк. Но я никогда не влюбилась бы в такого мужчину, как ты, — быстро добавила она, — никогда не вышла бы за тебя замуж. Я просто хочу тебя как мужчину. И поверь мне, я разведусь с тобой сразу, как ты получишь желаемое от Хельсингера.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Изумлению Майка не было предела. Черт возьми, это ведь он всегда говорил такие слова! Мол, он никогда не влюбится и так далее, и тому подобное.

Значит, сейчас он должен быть доволен. Эта богиня только что разрешила ему спать с ней без дальнейших обязательств.

Тогда почему он не радуется? Почему уже не сдергивает с нее платье и не приступает к делу?

Он и сам не мог понять, что с ним происходит. Или он беспокоился, что происходит с ней? Женщинам никогда нельзя до конца доверять. И еще ему не нравилось то, что он вот-вот забудет обо всем и сделает так, как хочет она.

Отвергнуть ее сейчас, когда она сама себя предложила, причем без дальнейших обязательств, просто невозможно. Он посмотрел на ее губы, уже предвкушая, как заставит эту женщину млеть от его поцелуев, как это было во время их первого поцелуя. Он не мог дождаться, когда услышит ее легкий стон.

Ему хотелось, чтобы она снова прижималась к нему, чтобы ее пальцы дотрагивались до его спины…

Она тебе слишком нравится, услышал вдруг Майк свой внутренний голос.

Слишком поздно!

— Отлично, — пробормотал он и принялся разматывать ее белоснежный шарф.

Когда он закончил, она уже тяжело дышала, ее грудь поднималась слишком часто. Его сердце бешено билось в груди. Когда он повернул ее спиной, чтобы расстегнуть молнию на платье, он приказал себе успокоиться, в конце концов, она принадлежит ему не на одну ночь или выходные, а на все время до их развода. У него будет время, чтобы реализовать все фантазии касательно Натали. Все до одной.

Держа руки на плечах Натали, Майк огляделся. Пентхаус Ричарда был великолепным. Большим, светлым, с красивой обстановкой, полный света и воздуха.

Но гостиная — не лучшее место для занятий сексом, промелькнула мысль. Плитка на полу выглядела довольно холодной, а плетеная мебель вряд ли выдержит двоих людей, особенно в порыве страсти.

Его взгляд упал на ковер под ногами. Мысль опустить Натали на пол привела Майка еще в большее возбуждение. Но он отбросил эту мысль. Не всем женщинам нравятся такие вещи. Нет, им нужна кровать. Огромная кровать.

В спальне было как раз то, что нужно. Он уже заходил туда сегодня утром, когда собирался. Кровать была огромной, а в ванной установлена душевая кабина на двоих. Идеальное место для воплощения сексуальных фантазий, которые мучили Майка с момента знакомства с Натали Фэрлейн.

Уже миссис Стоун, напомнил он себе, миссис Майк Стоун!

Она его законная жена. Только его.

От этой мысли по его телу пробежала дрожь, и он сжал ее плечи. Наклонившись, он поцеловал ее шею. Она откинула голову назад и тихо застонала. Майк почти потерял контроль над собой и чуть не уложил ее на ковер.

Но он сдержался и одним движением подхватил ее на руки.

— Куда ты меня несешь? — выдохнула Натали, когда он быстро понес ее в спальню.

Он улыбнулся дьявольской улыбкой.

— Туда, где нам будет удобно. Если только ты не предпочитаешь секс на ковре. Скажи мне, — потребовал он, — будь честной со мной. Лучше, если я с самого начала буду знать, что тебе нравится, а что нет.

Она посмотрела на него туманным взглядом, представляя много разных вариантов, которые все приводили ее в нетерпение.

— Мне понравится все, — призналась она, шокировав Майка.

Он рассмеялся.

— Тогда ты мой тип женщины, — заметил он, преодолевая последние метры до спальни.

Когда Натали приехала утром в пентхаус Ричарда, она не задумывалась о том, чтобы осмотреть его. Ее больше занимала подготовка к церемонии и собственные нервы. И в спальне она не была.

Теперь же, оглядевшись, Натали отметила нежные цвета и огромную кровать с голубым покрывалом. Одна стена была вся стеклянная. Тяжелые портьеры не задернуты, так что комнату заливал солнечный свет.

В разгар дня она сейчас будет заниматься любовью со своим законным мужем, которого толком не знает! Ее ждет занятие любовью с незнакомцем!

Может, именно от этого ее переполняет такое волнение?

Перестань думать, сказала она себе, сосредоточься на этом мужчине. О будущем сейчас думать не стоит. Только о настоящем. Окунись в наслаждение, получай удовольствие от его прикосновений, от силы его мужского тела.

Когда его руки скользнули по ее телу, она задрожала.

— Разве тебе холодно?

— Нет, — недовольно ответила она. — Майк, пожалуйста, не надо слов.

Он приподнял брови.

— Ты не любишь разговаривать во время секса?

— Нет.

— О, ты действительно мой тип женщины.

В душе Натали очень в этом сомневалась, но изо всех сил старалась быть именно такой женщиной. К чему стараться быть другой? Она смогли заставить его желать ее физически, по не более того.

— Есть возражения, если я начну раздевать тебя? — спросил он.

И что сейчас должна ответить женщина его типа?

Она вспомнила слова Аланны о том, что одна из подружек Майка была танцовщицей. Сейчас Натали думала о том, что она будет не хуже. Ведь однажды она была любовницей шпиона. Ей все по силам!

Но когда он расстегнул застежку до конца и верхняя часть платья освободила ее грудь, она судорожно прижала спадающую ткань к груди.

Майк не оценил скромность своей жены, убрал ее руки и позволил платью упасть к ее ногам. Она осталась перед ним в одних трусиках и туфлях.

Натали не знала, что она чувствует: волнение или смущение, но ее щеки пылали огнем.

— Так лучше, — пробормотал Майк, дотрагиваясь до ее груди.

Он осторожно положил ее на середину кровати, покрывая ее губы поцелуями.

— Вы очень красивая женщина, миссис Стоун, — прошептал он и начал раздеваться.

Она смотрела, как он обнажается, затаив дыхание. Его тело было великолепно, и она ответила ему:

— Вы очень красивый мужчина, мистер Стоун.

— Ты же сказала, что не будешь разговаривать.

— Я передумала.

— Как пожелаешь.

Он смотрел на ее тело, облаченное лишь в трусики и туфли.

— Каблуки — это оружие, — проговорил он, садясь на край кровати. — Нужно избавиться от них.

Когда ее туфли полетели на пол, он добавил:

— И трусики тоже.

Когда на Натали ничего не осталось, она почувствовала смущение. Но он склонился над ней и начал осыпать ее поцелуями до тех пор, пока ее смущение не исчезло, а на его место не пришло необузданное желание чувствовать его рядом, чувствовать его в себе.

— Майк, — почти простонала она в промежутке между поцелуями.

— М-м-м, — его губы не отрывались от нее.

— Просто сделай это.

— Ты уверена?

— Да, — почти выкрикнула она.

— Одну секунду.

Он в мгновение ока достал из кармана презерватив. Натали наслаждалась тем, что лежала и смотрела на его мужскую красоту, зная, что через несколько секунд они будут заниматься любовью.

Сейчас она чувствовала себя настоящей женщиной, желанной и красивой. Она была уверена, что скоро найдется мужчина, который полюбит ее и женится на ней по-настоящему. Время, проведенное вместе с Майком, изменит ее жизнь полностью.

Она улыбалась ему мягкой, нежной улыбкой. Майк не привык, чтобы женщины улыбались ему так в постели. Особенно до секса. Это было непонятно.

Он придвинулся к ней и снова поцеловал. Она хочет, чтобы он сделал это сейчас?

Он устроился между ее ног, пытаясь контролировать себя и делать все неторопливо. Одной рукой он раздвинул ее бедра и внезапно пошел в нее. Это было чудесное ощущение. В ее голубых глазах он увидел ответное желание.

Сначала он двигался медленно, потом быстрее, не в силах справиться с собой.

Чувствуя, что близок к наслаждению, он постарался сдержаться, желая прежде довести до пика удовольствия Натали. Она закрыла глаза и двигалась в такт его движениям. Вдруг она вытянулась на постели, а ее ногти впились ему в спину. Она тихо застонала и выгнула спину. Майк понял, что и сам не может сдерживаться дольше.

И когда на него обрушилась волна неземного наслаждения, он отметил, что это самые сильные эмоции в его жизни. До Натали у него не было подобной женщины. На него вдруг нахлынуло желание прижать ее к себе, почувствовать ее в своих объятиях. Он зарылся лицом в ее волосы, а она тесно прижалась к нему, позволяя его губам исследовать ее шею.

А затем они растянулись на постели и долго лежали, ничего не говоря, пока не восстановили дыхание.

— Не уходи, — попросила Натали, когда он немного отодвинулся.

Обычно после секса с женщиной Майк всегда старался отстраниться от нее. Отодвинуться и лечь спать или направиться в ванную. Благодаря опыту он знал, что моменты после секса самые опасные, потому что женщины в это время особо уязвимы. Они неправильно истолковывают его слова и всегда хотят поговорить о своих чувствах. Однажды он поддался на это, и девушка немедленно сообщила ему о своей любви.

Майк не выносил, когда женщины говорили ему о любви.

Тогда почему сейчас он не бежит в душ? Почему играет с волосами Натали и целует ее в губы?

Потому что сейчас другая ситуация, успокоил он себя. Натали никогда не скажет ему о любви. Ему не нужно тут же отдаляться от нее после секса, можно просто расслабиться и делать то, что хочется.

А ему очень нравилось то, чем он занимался сейчас.

— Хочешь пойти в душ со мной? — спросил Майк.

Она выглядела такой удивленной, как будто ни один мужчина никогда не предлагай ей что го.

— Что ты задумал?

— Там стоит огромная ванна, — он кивнул головой в сторону ванной комнаты.

— Ну, я…

— Ты идешь за шампанским и закусками, — перебил ее Майк, — а я включу воду. Мы женаты, не забыла? Принимать ванну с мужем нормально для молодоженов.

Натали рассмеялась.

— В нашем браке нет ничего нормального, Майк.

Он пожал плечами.

— И что? Мы можем повеселиться, пока длится наш брак. Разве ты не этого хочешь? Я позволю тебе намылить меня, если сначала разрешишь мне сделать то же самое.

— Ты коварный! Знаешь об этом?

— Да.

Майк надеялся, что найдет в ванной еще презервативы. У него осталось только два.

— Ура! — воскликнул он пять минут спустя, обнаружив открытую пачку. Он начал насвистывать, когда открыл краны. Добавил в воду пену и соль для ванн.

Осталось только дождаться Натали.

— Натали, — громко позвал он. — Где тебя носит?

Она вошла в ванную в шелковом халате, который, наверно, привезла с собой.

— Я не могу открыть шампанское, — выдохнула она. — Не умею. О! Пена и пузырьки! Как мило!

Она старалась не смотреть на него. Майк был уверен, что ее смущает его нагота. И это внезапное смущение вдруг вызвало в нем беспокойство. Может, она не так опытна в сексе, как он представлял?

Но это полная ерунда! Она же была любовницей женатого мужчины. Они должны были многое перепробовать.

— Почему бы тебе не залезть в ванну? — предложил Майк. — А я открою шампанское.

— Это будет мило с твоей стороны.

— Все для тебя, красавица! — ответил он.

Ее румянец позабавил его, но он уже знал, что она страстная женщина, которой неведома скромность в постели.

Он подошел к ней и потянул пояс халата. Шелковая ткань упала к ее ногам. Она глубоко вздохнула, но на этот раз не пыталась прикрыться руками.

— Ты мне больше нравишься обнаженной, — произнес он, обнял ее за талию и притянул к себе.

Она не произнесла ни слова. Ее обнаженное тело привело его в невероятное возбуждение. Он снова хотел Натали. Когда он начал проявлять инициативу, она не сопротивлялась.

Майк подхватил ее на руки и прижал к стене.

Одним резким движением он вошел и нее, вновь испытав невероятные ощущения. Пик наслаждения был уже близок, и он постарался замедлить темп. Но стоило ему посмотреть на Натали, как он уже не мог сдерживаться. Ее глаза были закрыты, а губы призывно приоткрылись. Она выглядела невероятно красивой в этот момент.

Они достигли пика наслаждения одновременно.

— Это было невероятно, — прошептала она. — Ты сам невероятный.

На одно мгновение Майк поддался ее словам, но потом собрался с мыслями. Он уже потерял голову от ее тела, не хватало только потерять голову от любви.

— Спасибо за комплимент, — коротко ответил он.

Сейчас настало время для расслабляющей ванны, в которой он определит, насколько игривой окажется его жена.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

— Натали! Наконец-то! — воскликнула Аланна. — Я не могла дождаться, когда ты мне позвонишь. Хотя, я так понимаю, всего десять часов утра. Ну что? Что-нибудь произошло вчера после того, как мы уехали? Да или нет?

— Да или нет? — Натали притворилась, что не понимает.

— Ради всего святого, не томи меня. Я уже начинаю подозревать, что что-то было, не может быть, чтобы все попытки пропали даром. Я хочу узнать все в подробностях.

Натали рассмеялась. Нет уж, во всех подробностях она не будет рассказывать. Сама она еще может справиться с тем, что Майк заставил ее отбросить всякое смущение, но Аланне в этом признаться невозможно.

Однако притворяться, что между ней и Майком ничего не было, тоже не выход. Он, возможно, захочет поделиться этим с друзьями. Мужчины любят хвастаться своими победами.

А что была победа в полном смысле слова. Вчера ночью не было такого, чего она не позволила бы ему сделать. Если было, значит, она просто о таком даже не догадывается.

— Хорошо, хорошо, — сказала Натали, — да, наши попытки увенчались успехом. Вчера мы с Майком занимались сексом.

— Я знала! — воскликнула Аланна. — Рис сказал, что твой муж не устоит. Долгое воздержание определенно не для него.

Натали нахмурилась. Она, конечно, знала, что по собственной воле Майк не заинтересовался бы ею, но все-таки мысль, что он сдался на ее уговоры только от долгого воздержания, не радовала.

— И что ты теперь думаешь о нем? — спросила Аланна. — Он нравится тебе еще больше?

Натали должна была догадаться, что Аланна станет задавать такие вопросы. Конечно, Аланна и Холли втайне лелеяли надежду, что из брака Натали и Майка что-нибудь да получится.

Но Натали не хотелось тешить подруг, да и себя саму напрасными надеждами.

— Думаю, да. Но у нас с ним нет ничего общего.

— Противоположности притягиваются, знаешь?

— Притяжения мало для крепкого брака, Аланна.

— Для начала этого достаточно. Может быть, ты влюбишься в него со временем.

— Не думаю, что такое, может быть, — последовал осторожный ответ.

Натали испытывает влечение к нему. Ее притягивает его тело. Но полюбить Майка? Только не это. Второй раз разрушить свою жизнь из-за мужчины было бы, по меньшей мере, глупо.

Но в глубине души Натали подозревала, что стоит на грани. Еще чуть-чуть, и ее страсть перерастет в любовь.

— Но это не значит, что такое невозможно? — уточнила Аланна.

— Нет ничего невозможного.

— А где он сейчас?

— Поехал домой, чтобы собрать вещи для выходных на яхте. И хотел еще что-то купить по дороге.

— Купить? А что именно? Холли говорит, что в пентхаусе есть все для жизни.

Ну не могла же Натали сказать, что Майк собирался купить еще презервативов. Это точно приведет к новой волне вопросов.

— Просто воскресную газету, — ответила Натали, — и молока. Мы оба любим кофе с молоком.

— Вот видишь! У вас все же есть что-то общее.

— Ты безнадежная оптимистка, Аланна.

— Без оптимизма жизнь просто ужасна. Всегда надо надеяться на лучшее. Я-то знаю, каково это — жить без надежды. Вчера мы разговаривали с Холли и пришли к выводу, что ты именно та женщина, которая нужна Майку.

— И почему, позволь спросить?

— Ты умная, сексуальная и очень чувственная. Могу поспорить, что ты еще и замечательно готовишь.

— Да, у меня неплохо получается, — вынуждена была признать Натали.

Брэндон любил вкусно поесть. Она проводила долгие часы на кухне, готовя для него изысканные блюда, а потом ела их в одиночестве, потому что в последнюю минуту у него появлялись срочные дела.

— Так я и думала, — сказала Аланна. — Ты превосходная жена, Натали. Все, что тебе нужно, — это убедить Майка в том, что такая жена для него просто подарок, а не груз.

— А если я не хочу такого мужа? — возразила Натали.

Аланна звонко рассмеялась.

— Я провела с тобой последние несколько недель и достаточно хорошо тебя узнала. Ты хотя бы представляешь, как часто ты говорила о Майке?

— И как часто? — простонала Натали.

— Постоянно. Каждый раз, когда примеряла что-то, ты спрашивала меня, понравишься ли ты в этом Майку. Сможет ли он устоять перед тобой?

— Это просто секс, Аланна.

Чем чаще она будет повторять это, тем быстрее сама поверит своим словам.

— Но секс может перерасти в нечто большее. Майк хороший человек. И очень одинокий. Ему нужен человек, который бы любил его.

— Он так не думает. Он был очень убедителен, повторяя, что не хочет ни любви, ни брака.

— А ты загляни в его душу. Он не такой жесткий, каким хочет казаться. Ты знаешь, какие суммы он тратит на благотворительность? Он помогает детям, которые чего-то лишены в этой жизни.

— Я ничего не знала, — в полном удивлении ответила Натали. — Он никогда не говорил об этом.

— И не скажет. Каждый год он перечисляет огромные суммы этим детям. Оплачивает их пребывание в летних лагерях. Покупает им компьютеры. Посещает школы и бесплатно дает уроки информатики. Недавно он занялся новым проектом: он строит клубы, где дети смогли бы играть, общаться, заниматься спортом. Рис и Ричард тоже помогают ему своими взносами, но деньги Майка являются основным источником финансирования. И если ты думаешь, что эта сделка нужна ему, чтобы увеличить собственный капитал, ты ошибаешься.

Потрясению Натали не было предела.

— Почему ты не сказала мне об этом раньше?

— Я не подумала об этом. Мы были слишком заняты твоим преображением. Сейчас, когда ты узнала о нем столько нового, можешь сказать, что твои чувства к нему изменились?

— Я… я определенно хочу узнать его поближе. Я имею в виду, мне стало интересно, что им движет. Почему он так ведет себя? Что-то произошло с ним в детстве? Ты не знаешь?

— Нет. Он никогда и никому не рассказывал об этом. Даже Рису и Ричарду.

— Наверно, что-то ужасное…

— Весьма ужасное, я бы сказала. Попробуй спросить его об этом как-нибудь, когда он будет настроен на разговор.

— Майк совершенно не любит откровенничать.

— Тогда, может, тебе спросить об этом напрямую? — предложила Аланна. — В конце концов, тебе необходимо узнать хоть что-нибудь о его прошлом до того, как вы окажетесь на яхте. Мистер Хельсингер или его жена, возможно, захотят спросить тебя о прошлом Майка. Если ты не будешь ничего знать, это покажется странным.

— Я с тобой согласна, — спокойным голосом ответила Натали, хотя в душе она волновалась.

Алания заставляла ее задумываться о Майке, о его прошлой жизни. Он уже интересен Натали как мужчина и становится все интереснее как человек.

Но вести себя, как раньше, когда она влюблялась и ждала того же от своего избранника, Натали уже не могла. По крайней мере, с Майком. Здравый смысл подсказывал ей, что надо наслаждаться тем, что есть между ними, и не более того.

К тому же она больше не хотела обсуждать это с Аланной. Или с кем бы то ни было.

Как хорошо, что она сказала своей матери, будто уезжает на неделю отдохнуть, и выключила свой мобильный телефон. Ту же информацию она разослала по электронной почте своим клиентам из агентства.

— Мне пора, Аланна, — сказала она. — Майк должен вот-вот вернуться. Послушай, я теперь смогу позвонить только к следующим выходным. Я не беру с собой мобильный. И все время буду вместе с Майком.

— Замечательно! Желаю вам хорошо провести время. Я могу рассказать Холли о вас с Майком?

— Только если в твоей истории не будет романтики.

— Но это и так все романтично, Натали! Просто ты пока этого не замечаешь.

— Просто ты ничего не понимаешь, Аланна. Я не влюблена в Майка. Это только секс.

— Ну, если ты так говоришь, — протянула Аланна, а Натали раздраженно закатила глаза.

Некоторые люди не хотят ничего понимать.

— До свидания, Аланна.

— Пока, милая.

Натали повесила трубку со вздохом облегчения.

— Ох уж эта женщина! — пробормотала она.

— Аланна пытается заняться твоей работой?

Натали повернулась и увидела в кухонном проеме Майка. Он внимательно смотрел на нее.

— Я не слышала, как ты вернулся, — сказала она, а потом осознала, что в таком огромном пентхаусе просто невозможно ничего услышать.

Кроме того, Майк был босиком.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурившись, спросила она. — Моей работой…

— Заниматься сводничеством.

Натали покраснела, хотя было и так очевидно, что он успел услышать разговор.

— Она хочет для тебя лучшего, Майк. Она считает, что тебе нужна настоящая жена. И еще она уверена, что я в тебя влюблена только потому, что мы с тобой переспали. Я пыталась убедить ее, что она неправа.

— Да, я слышал, как ты сказала ей, что это просто секс.

Если дело только в этом, то почему на его лице не видно радости? Он ведь действительно хочет от нее только секса. Или нет?

— Вы женщины все такие! — возмущенно бросил он, подходя к столу и кладя на него газету и пакет молока. — Неужели вам обязательно нужно рассказывать друг другу все?

Натали раскрыла рот от удивления. Она не позволит так с собой разговаривать. Даже Майку.

— Да, именно так, — ответила она. — Мы, женщины, такие существа, что нам всегда необходим кто-то рядом. И не только для секса. Нам нужно понимание, забота, дети и иногда даже любовь. Мы такие глупые! Но ты не волнуйся, Майк. От тебя я любви ждать не собираюсь. Не настолько я глупая. Я вижу, что ты этого боишься. Ты не смог бы никого полюбить, даже если от этого зависела бы твоя жизнь.

Его глаза метали молнии, а руки сжались в кулаки.

— Ты не знаешь, о чем говоришь.

— Тогда скажи мне. Я бы хотела знать. Что тебя мучает, Майк? Почему ты очень щедр на деньги и скуп на чувства? Что произошло с тобой в детстве, отчего ты стал таким?

На минуту он застыл, а потом вдруг рассмеялся.

— Я вижу, Аланна выболтала тебе все секреты.

— Я не считаю, что щедрость и доброту следует держать в секрете.

— Как я распоряжаюсь своими деньгами, касается только меня.

— И так будет всегда, Майк, — выдохнула она. — Ты всегда будешь сам по себе, один.

— Это мой выбор.

— Конечно. Извини, но я считаю, что наши сексуальные отношения больше не могут продолжаться.

Она сразу же пожалела об этих словах. Он был в ярости.

— Почему?

— Я… не уверена, что выдержу это.

— Прошлой ночью ты все выдержала довольно хорошо.

— Не будь жестоким!

— Я не жестокий. Я говорю правду. Смотри, — он взял обе ее руки и провел ими по своей обнаженной груди, — ты не насладилась этим вчера в полной мере. И сегодня ничего не изменилось. Я — все тот же мужчина, ты — все та же женщина.

Я не та! — хотелось ей крикнуть. И ты не тот. Что-то изменилось между нами. Неужели ты не видишь? Неужели ты не чувствуешь?

— Я вот точно не насладился тобой.

Помимо сексуального желания в его глазах Натали увидела нечто большее. Аланна сказала, что Майк одинок и ему нужен рядом любящий человек. Она была права. Натали сейчас ясно видела это.

Но он никогда не признает себя одиноким. Это она знала точно. Боль из его прошлого — что бы там ни было — не отпускает его. Все, что она может дать ему, слишком примитивно. Она не может сказать ему, что любит его, но может показать это.

— Приятно слышать, — пробормотала она, проводя пальцами по его соскам, чувствуя, как они напрягаются.

Когда она наклонилась и коснулась одного из них языком, Майк застонал, попятился назад, пока не уперся в стену.

— Это то, чего ты хочешь? — спросила она, опускаясь перед ним на колени.

Это отличалось от того, что было ночью. Сейчас это был не порыв страсти, а любви.

— Нет, — прорычал он, поднимая ее и ведя за собой в спальню, — я просто хочу тебя, Натали.

Натали не произнесла ни слова. Она боролась с разочарованием, которое вызвали его страстные слова. Он хочет ее только сейчас. Не навсегда, только на время.

Но какое это время! Она успела подумать об этом, когда он уложил ее на постель.

Наслаждайся, Натали!

Кто знает, что произойдет в будущем? Аланна говорила, что жизнь без надежды ужасна. Приходится с этим соглашаться.

Значит, надо надеяться.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Натали заканчивала приводить в порядок волосы, когда в зеркале ванной увидела Майка. Он стоял в проеме и разглядывал ее.

Как же великолепно он смотрелся в новой одежде! Светлые брюки, идеально скроенные, подчеркивали его длинные ноги, рубашка обрисовывала его мускулистые плечи.

— Ты готова? — спросил Майк.

— Как никогда, — повернувшись, ответила девушка. — Я и не думала, что буду так нервничать.

— Тебе нет причины волноваться. Ты великолепно выглядишь.

— Я тебе нравлюсь в этом?

На одно мгновение Натали усомнилась в выборе Аланны. Возможно, следовало надеть что-то более практичное на первую встречу с Хельсингерами. Например, брючки, которые имелись в ее гардеробе, а не средней длины юбку и открытый топ.

— Тебе идет голубой цвет, — одобрил Майк.

Подожди до завтра, когда увидишь платье, купленное для вечеринки с Хельсингерами, подумала Натали.

— На тебе нет бюстгальтера, — лениво заметил он.

— Я знаю! — вспыхнула она. — Прекрати так смотреть на меня! Нам уже пора выходить.

— Нет, не пора, — процедил он. — Я могу отменить встречу с Хельсингером. В мире много других компаний, я не нуждаюсь именно в нем.

— Но ведь ты так хотел именно этого контракта, — возразила Натали, удивленная сменой его настроения. — Майк, ты ведь женился на мне ради этой сделки. Речь идет о больших деньгах.

Он сузил глаза.

— Ты сейчас думаешь обо мне или о своем втором миллионе?

— Ты поступаешь нечестно.

— Да, ты права, — согласился он немного виновато, — извини. Я сегодня сам не свой. Не люблю стараться ради кого-либо, а Хельсингер меня на это вынуждает. Он захотел, чтобы я был женат, и я женился. Сделал то, о чем даже никогда не думал. А мне нравится быть самому себе хозяином. Мне претит мысль прислуживаться перед Чаком Хельсингером.

— Ты никогда не будешь никому прислуживать, Майк, — сказала Натали.

— Но мне уже приходится, — процедил он. — И, вполне возможно, что зря.

— Что это значит?

— Если Хельсингер уже собрал обо мне информацию, значит, все пропало. Понимаешь, он сразу вычислит, что моя жена — владелица брачного агентства. И как ты думаешь, к какому выводу он придет? Только глупец поверит в то, что наша свадьба была настоящей.

— Значит, он еще не наводил о тебе справки, — резонно заметила Натали. — Иначе он бы уже отменил свое приглашение провести время на его яхте и сразу отказался бы от контракта с тобой. Могу поспорить, что так и есть.

— Надеюсь, что ты права, Натали. Но у меня плохое предчувствие. Может, Хельсингер любит играть с человеческими жизнями? Возможно, ему наскучило быть просто миллиардером.

— Жизнь полна сомнений, Майк. Но мы уже слишком далеко зашли. И не будем останавливаться.

Майк молча смотрел на нее. Конечно, она права.

Но он не хотел продолжать. Сейчас его волновал не Хельсингер. Сама Натали волновала его куда больше — эта красивая и таинственная женщина, которая привлекла его с первого взгляда и сейчас становится просто наваждением. Это опасно.

Опасно даже для его тела. Ни с одной женщиной Майк еще так не вел себя. Чем больше он обладал ею, тем больше хотел. Он уже начал нуждаться в ней больше, чем в ком-либо другом.

Однажды Майк поклялся себе никогда не нуждаться в женщине. Ни в коем случае. Никогда.

— Майк? — окликнула его Натали, хмурясь.

— Ты права, — резко ответил он, — мы должны идти до конца.

Даже если я сойду с ума, добавил он про себя.

— По крайней мере, нам не придется притворяться, что мы любовники, — с мягкой улыбкой попыталась она утешить его.

Эффект от ее улыбки был сродни теплому одеялу, которое укутало его в холодную ночь. По венам разлилось тепло.

Слава богу, им пора идти, а то бы он немедленно набросился на нее.

— Нам пора, — резко произнес он.

— Подожди, я возьму сумочку, — сказала она, — и свадебный фотоальбом.

— Нет, альбом не надо.

— Но тебе пришлось даже переплатить, чтобы альбом доставили сегодня утром. И все ради того, чтобы показать его Хельсингеру.

— Я решил, что не буду показывать его Хельсингеру. Они не являются нашими близкими друзьями и не ожидают, что мы привезем с собой свадебные фотографии.

На самом деле Майку просто не нравилось, как фотографии запечатлели его взгляд, обращенный к Натали во время церемонии. На них он выглядел влюбленным глупцом.

— Я подожду тебя в дверях, — бросил он через плечо.

Он заранее спустил чемоданы на первый этаж, где их уже ждал арендованный Хельсингером автомобиль, чтобы его гостей доставили к яхте. Они должны спуститься в десять тридцать. Майк посмотрел на часы. Десять двадцать девять.

— Майк, что мне говорить, если Хельсингеры спросят меня о твоем прошлом? — спросила Натали по дороге к лифту.

— Просто скажи им правду, — бросил он.

— Но я ничего о тебе не знаю.

— Точно, — сказал он и пропустил ее в лифт, — сообщи им, что ты ничего обо мне не знаешь.

— Но я не могу так сказать. Они подумают, что я ненормальная, что вышла замуж за незнакомого человека.

— Н-да, а они ведь будут правы, — он нажал кнопку, и двери плавно закрылись. — Скажи им, что у меня было трудное детство и я не люблю вспоминать о нем.

Майк чувствовал, что она внимательно изучает его, и отвернулся. Запах ее духов обволакивал их в тесном пространстве кабины.

— А это так? У тебя было трудное детство?

— Ты же умная женщина, Натали, и уже поняла, что так и было. А теперь давай закончим на этом.

Натали поразил его жесткий тон и холодные глаза. Такого их выражения она еще не видела.

Все волнение от предвкушения двух романтических дней с Майком на шикарной яхте испарилось, как дым. Если у него не улучшится настроение, это будут худшие два дня в ее жизни.

Однако вид белого лимузина у подъезда слегка улучшил ее настроение. Да и у кого бы оно не улучшилось при виде такой красоты. Шампанское, икра и приветственное послание на экране телевизора.

Даже Майк улыбался, когда мистер Хельсингер, появившись на экране, представил сначала себя, а потом свою симпатичную жену. Они от души поздравили Майка и Натали с недавней свадьбой и выразили желание поскорее познакомиться поближе.

— И что ты об этом думаешь? — шепотом спросила Натали, когда экран погас.

— Я думаю, что мужчина, который так одевается, не станет проверять меня от и до, — тоже шепотом ответил Майк.

Натали рассмеялась.

— Да, он выглядит, словно пришел из пятидесятых годов. Но он мне понравился.

Хоть Хельсингер был толстым и лысым, он обладал приятными чертами лица и живыми глазами.

— Как тебе его жена? — поинтересовался Майк.

— Мне тяжело что-либо сказать о ней. Она ведь не произнесла ни слова.

— Я так понимаю, что она нужна в жизни мистера Хельсингера не для разговоров, — сухо заметил Майк.

— А вдруг они влюблены друг в друга? — возразила Натали.

На лице Майка при этих словах отразился неприкрытый скептицизм.

— Ты же его видела. Она вышла за него ради денег, а он женился на ней явно не для разговоров.

Натали внезапно вспомнила, что она делала с Майком, когда они не разговаривали.

— Что? — резко спросил он. — Что я такого сказал?

— Ничего. Я… нет, ничего.

— Неправда. Ты выглядишь расстроенной.

Она пристально посмотрела ему в глаза.

— Я просто не хочу, чтобы ты думал, будто все, что я делала, было только из-за денег. Это не так. Ты мне нравишься, Майк. И мне нравится проводить с тобой время. Правда.

Натали не знала, как еще выразить свои чувства, чтобы не говорить о своей любви к нему. Он отвернулся и проговорил сквозь зубы:

— Это было забавно.

Натали сглотнула. Он говорил о прошлом. Неужели на этом все? Ему уже наскучило ее общество? Хотя сегодня утром ему еще не было с ней скучно.

И она сама заметила в нем перемену. Он слегка охладел к ней. Отдалился.

— Ты хочешь мне что-то сказать, Майк? — спросила она, стараясь не расплакаться.

Если все кончено, значит, так тому и быть.

Он медленно повернул голову в ее сторону.

— Что, например?

— Например, что теперь нам действительно придется всего лишь притворяться, что мы любовники.

— Не думаю, что смогу выдержать это, — пробормотал он.

— Выдержать что?

— Все время быть с тобой рядом и не заниматься сексом.

— Это значит, что я неотразима, да? — поддразнила Натали.

— Вообще-то, да, Натали. Так и есть.

У нее бешено застучало сердце.

— В любом случае в четверг все закончится, — усмехнулся он.

— Но почему? — не выдержала Натали.

— Потому.

— Нет, объясни, — продолжала настаивать она.

— Надо прекратить все до того, как я причиню тебе боль, — выдавил он. — Я не для тебя, Натали. Я жестокий человек, которому не интересна любовь. Мне от тебя нужен только секс.

— По-моему, я не возражала против этого.

Он долго смотрел на нее, потом вдруг резко придвинулся к ней и сгреб в объятия.

— Черт тебя возьми, Натали!

Секунду спустя он отпустил ее и откинулся на спинку сиденья.

— Почему ты ни разу не сказала мне «нет»? — спросил он, поправляя одежду. — Почему ты ни разу не остановила меня? Ты должна была! В последний раз я даже не воспользовался презервативом.

Она молча смотрела на него, прикидывая последствия его необузданной страсти. Судя по ее подсчетам, время для зачатия было оптимальным. На удивление, ее не охватила паника, наоборот, Натали почувствовала какое-то спокойствие и умиротворение.

— Не волнуйся, Майк, — сказала Натали, открывая сумочку, чтобы привести себя в порядок. — Это не проблема.

— Ты уверена?

— Да. У тебя нет повода для беспокойства.

И это была правда. Она не станет удерживать его ребенком, которого он не хочет. Если ей повезло забеременеть от Майка, она будет растить их ребенка одна и любить его так же сильно, как и его отца.

— И перестань на меня так смотреть. Я ничего не хочу от тебя, хотя признаюсь, что была бы довольна, если бы наши отношения продлились еще некоторое время. Ты на самом деле чудесный любовник. Но я так понимаю, ты намерен покончить с этим после выходных на яхте. Не буду спорить. Но я не вижу причин, по которым мы не можем еще какое-то время наслаждаться обществом друг друга.

Он только покачал головой.

— Я понимаю это как отказ, — прошептала она и уже громче добавила: — А сейчас налей мне бокал этого дорогого шампанского. Надо пользоваться случаем.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

К яхте Хельсингера больше всего подходило определение «шикарная». Оснащенная по последнему слову техники, она была рассчитана на двенадцать пассажиров и четырнадцать членов экипажа. Шесть комфортабельных кают, столовая, приемная, мини-кинотеатр судебными сиденьями, бассейн, комната развлечений и ко всему прочему небольшой катер на борту.

Эту информацию Хельсингер выплеснул в течение первых минут пребывания Майка и Натали на борту «Розали».

В жизни Чак оказался даже габаритнее, чем на экране. Но было видно, что он следит за собой. Его жене нельзя было дать больше тридцати — видимо, у нее хороший пластический хирург.

Майк не возражал, когда Чак отвел его в сторону, чтобы переброситься парой словечек наедине, а миссис Хельсингер пошла показывать Натали их каюту. Оказалось, что она умеет разговаривать.

На самом деле побыть вдали от жены было Майку просто необходимо. Он еще не до конца пришел в себя после разговора в лимузине. Никогда еще он не забывал пользоваться презервативом. К тому же то, что Натали не возражала расстаться с ним навсегда, его немного смутило. Так же как и ее манера поведения с ним. Как будто у нее перед ним было преимущество.

Она выпила бокал шампанского в лимузине, но наверняка ее щеки пылали румянцем не от этого. Еще никогда она не выглядела более привлекательной и желанной.

В течение двух следующих дней надо постараться не приближаться к ней слишком близко и все время общаться с кем-нибудь. Никаких послеобеденных отдыхов в своей каюте. Никаких просмотров фильмов наедине. Майк пообещал себе, что будет постоянно находиться у кого-нибудь на виду.

— Ты должен обязательно посмотреть на мост, — сказал Чак, показав Майку бассейн со спа-ванной и баром.

После того как Майк все оценил по достоинству, Чак спросил:

— Ну, что думаешь? Отличная яхта, не так ли?

— Вы счастливчик.

Чак громко рассмеялся.

— Как я погляжу, ты тоже счастливчик. Твоя жена… Она просто куколка.

— Натали очень милая.

— Как вы познакомились?

Майк посмотрел в глаза Чака и понял, что этому человеку лгать не будет. Как бы он ни желал получить контракт с компанией Чака, обманывать он не хотел. И притворяться тоже.

— На самом деле Натали руководит брачным агентством, — серьезно сказал он, — когда я узнал, что вы не будете иметь дело с неженатым мужчиной, я решил подыскать себе жену и обратился в агентство.

Чак выглядел пораженным.

— Ты хочешь сказать, что пошел на это ради того, чтобы работать со мной?

— Тогда мне это казалось замечательной идеей.

— И?..

— Натали отказалась подыскать мне жену на таких условиях.

Удивлению Чака не было предела, что лишний раз подтвердило слова Натали, что Хельсингер и не думал собирать информацию о Майке.

— Я понимаю, кажется. И что произошло дальше?

Тут Чак выставил перед Майком руки, как бы останавливая его.

— Подожди. Можешь не говорить. Вы посмотрели друг на друга и потеряли голову от любви!

Майк уже открыл рот, чтобы опровергнуть это, но передумал. Было ясно, что Чаку не понравится правда. Он хотел романтики. Этот большой толстый мужчина был романтиком!

— Как вы догадались? — вместо возражений спросил Майк.

— Со мной произошло нечто подобное. С Розали. Одного взгляда хватило, чтобы я пропал. Она сидела за рулем машины, и мы встали рядом на светофоре. Представляешь, она лишь скользнула по мне взглядом, и этого хватило. Любовь с первого взгляда. Эта девушка оказалась в моей постели тем же вечером. Три дня спустя мы улетели в Лас-Вегас.

— А вы не думали, что это может быстро кончиться?

— Нет. Я все понял сразу. Я уже два раза был женат и два раза разводился. Это были женщины, для которых мои деньги являлись главным, любовь для них значения не имела. С самого начала я понимал, что между Розали и мной нечто большее. И это был не просто секс. С ней я себя по-особенному чувствовал. Как будто мы две родственные души. Еще никогда я столько не разговаривал с женщиной. И никогда не был так счастлив. И нас совсем не смущала разница в возрасте. И вот прошло уже шестнадцать лет, а мы все так же счастливы, у нас двое замечательных детей.

— Похоже, что у вас есть все для счастья, — заметил Майк.

— У тебя нет причины завидовать мне, мой мальчик. Ты все делаешь правильно, и у тебя все это будет.

— Если в вашем понятии все делать правильно — это соответствовать вашим устаревшим взглядам на жизнь, то вы ошиблись во мне, Чак.

Хельсингер откинул голову назад и звонко рассмеялся.

— Обязательно расскажу об этом Розали. Она всегда говорила, что однажды я встречу достойного напарника в бизнесе. Возможно, это уже случилось. Но не волнуйся, Майк. Если кто и должен волноваться здесь, так это я. Мне сообщили, что твоя новая программа будет иметь оглушительный успех. И принесет много денег. Мои адвокаты уже работают над тем, чтобы у нас с тобой было все, что можно из этого извлечь.

— Хотелось бы, чтобы мои адвокаты тоже поработали над этим, — стараясь говорить спокойно, заметил Майк.

Но в душе ему не терпелось все рассказать Натали.

— Я так понимаю, тебе не терпится все рассказать своей молодой жене, — сказал Чак, заставив Майка недоумевать о его способности читать чужие мысли.

— Да, она будет довольна.

Очень довольна. Ей останется недолго ждать своего второго миллиона.

Получив деньги, Натали сама захочет прекратить их отношения. У нее будет приличная сумма, что сделает ее еще более привлекательной для мужчин. И тогда обязательно найдется тот, кому будет нужно то же, что и Натали. Семья, дети.

Мысль о том, что Натали выйдет замуж за другого мужчину, причинила ему боль. Она полюбит кого-то, потом забеременеет, и все они будут счастливы.

А что в это время будет с ним? Он будет один, как и предсказала Натали.

Но ведь, когда живешь один, не причиняешь никому боли. Ты никому не портишь жизнь.

— Я думаю, нам пора присоединиться к девочкам за ланчем, — произнес Чак. — Он будет подан на верхней палубе, откуда открывается великолепный вид. Наш круиз охватывает самые красивые места Сиднея. Я могу предположить, что вы их уже видели, поэтому, пока мы с женой будем вести себя как туристы, вы могли бы отдохнуть немного.

И он задорно подмигнул Майку.

Когда Чак скрылся из виду, Майк покачал головой. Казалось, что против него объединились все. Но в чем проблема? Провести время с Натали наедине — не такая уж плохая идея.

Последовав за хозяином яхты, Майк решил больше не противостоять обстоятельствам. Он проведет с Натали еще два дня. Почему бы не насладиться этим временем?

— У тебя изменилось мнение о Хельсингерах? — спросил Майк, растянувшись на кровати с пультом от большого плазменного телевизора.

Это был первый разговор между ними после того, как они уединились в своей каюте после ланча.

Сейчас он расслабился на постели, Натали прильнула к нему, поглаживая его по груди.

— Они мне действительно понравились, — ответила она. — Они не могут не нравиться. И эта чудесная яхта тоже мне нравится. Посмотри только, какая огромная у нас каюта.

Майк не мог не согласиться с ней. Обстановка каюты превосходила все ожидания.

Мебель была выдержана в старинном стиле. Освещение делало помещение еще больше. Одежду они успели развесить во встроенном шкафу. Майк в душе порадовался тому, что сходил с Рисом по магазинам. К каюте прилегала ванная комната, выложенная черной плиткой с золотыми вставками.

— Мне они тоже понравились, — признался Майк, переключая каналы.

Потом он выключил телевизор.

— Я видел, что ты понравилась Чаку, — пробормотал он, наслаждаясь прикосновениями Натали.

— Это хорошо, — промурлыкала девушка.

— Он мне намекнул, что сделка с ним у меня в кармане.

Натали резко поднялась.

— Правда? Почему ты мне раньше не сказал?

— Не мог. Мой рот был занят другим делом.

Она рассмеялась, потом вновь устроилась рядом с ним, наслаждаясь теплом его тела.

— Я помню. Ты был великолепен. Не все мужчины так хороши.

— Спасибо за напоминание, что я у тебя не первый.

— Только не говори, что ревнуешь.

— А это тебя удивит?

— Конечно.

— Тогда будь готова удивиться. Я очень ревную, — сказал он и резко перекатился, оказавшись над ней, — ко всем мужчинам, с которыми ты была.

— Ты так говоришь, как будто у меня их было много. Я ведь не похожа на тебя, Майк Стоун.

— Да, но у меня еще никогда не было такой женщины, как ты.

— Это комплимент?

— Это все только усложняет положение.

— Почему?

— Потому что я не хочу отпускать тебя.

Неужели он сказал это? Она смотрела на него, удивленно моргая.

— Ты говоришь серьезно?

— К сожалению, да.

— Почему «к сожалению»?

— Потому что я не тот, кто тебе нужен. Тебе нужен настоящий муж. Дети. А я не создан для этого. Я никогда не мечтал стать отцом.

— Но почему, Майк? Ты прекрасно относишься к детям, которым помогаешь. У тебя много нерастраченной любви.

— Любовь?! Я не даю этим детям любовь. Я им помогаю деньгами. Предоставляю возможность, шанс в этой жизни. Любовь не имеет к этому никакого отношения.

— Тогда что имеет отношение? — воскликнула она. — Твое ужасное детство, я так понимаю? Ты не хочешь, чтобы еще один ребенок прошел через такое?

— Что-то вроде этого.

— Скажи мне, что же с тобой произошло?

— Я уже предупреждал, что не желаю говорить об этом.

— Почему? Тебе станет легче.

Первый раз в жизни Майк колебался. Он глубоко вздохнул, но потом покачал головой. Он не может рассказать ей, не желает видеть жалость в ее глазах.

— Чего ты боишься, Майк? — настаивала Натали. — Я обещаю, что об этом больше никто не узнает. Это останется между нами.

Он мог представить, какова будет реакция Натали. У нее было обычное детство. Она даже представить не может, через что ему пришлось пройти ребенком. Ладно, ее отец был не лучшим примером для подражания, но он у нее все же был. И мать, которая всегда была рядом.

— Майк, я считаю, тебе необходимо выговориться, — настаивала Натали, твердо намереваясь довести начатое до конца, — ты слишком долго держал это в себе. Если ты волнуешься, что я буду слишком потрясена, не надо. Я не хрустальный цветок. Я много видела и читала о самых ужасных вещах.

Он нахмурился и вытянулся рядом с ней. Может, он смог бы рассказать Натали, если не смотреть ей в глаза?

— Я даже не представляю, с чего начать, — пробормотал он.

— Начни с того момента, когда ты родился. Расскажи мне о своих родителях. Кем они были? Как они познакомились? Где они сейчас?

Он бросил на нее мрачный взгляд.

— Ты ведь не успокоишься, пока я не расскажу тебе, да?

— Да.

Майк бы уже давно рассвирепел, если бы его так упрашивала любая другая женщина. Но на Натали он не сердится. Почему?

Потому что ты хочешь все ей рассказать, прошептал внутренний голос, который Майк тщетно пытался игнорировать. Ты хочешь, чтобы она все узнала и поняла.

— Только потом не говори, что я тебя не предупреждал, — не удержался Майк. — Хорошо, значит, ты хочешь услышать о моих родителях. О своем отце я мало что могу рассказать. Я его никогда не знал. И его имя мне тоже неизвестно. В моем свидетельстве о рождении в этой графе стоит прочерк. Я думаю, он был военным.

— Получается, что у твоей матери была связь с солдатом, и в результате появился ты, Майк. Это не так уж страшно.

— Послушай, не надо ничего говорить. Моя мать была наркоманкой, — зло выдавил он, — она подсела на наркотики в пятнадцать, когда ее родители выкинули из дома. У нее было обыкновение прыгать в постель ко всем мужчинам, когда ей нужны были деньги на наркотики. Видимо, в ту ночь она забыла о контрацепции. Так появился я.

— Я понимаю.

В ее глазах он увидел многое. И ужас в том числе.

— Я говорил тебе, что это неприятная история, — проворчал он.

— Такое случается сплошь и рядом, Майк. Да, это все печально. Печально для тебя и твоей матери. Бедняжка!

— Ты жалеешь ее?! — Он резко сел на постели и посмотрел на женщину, которая осмелилась пожалеть его мать. — Жалеть надо было меня и моего маленького брата!

— Брата? — Натали тоже села. — Во время нашего собеседования в первый раз ты сказал, что у тебя нет ни братьев, ни сестер.

— Тони был моим братом по матери. Один бог знает, кто его отец. Мать говорила, что представления не имеет. Я подозреваю, мы ей были нужны, чтобы получать деньги. Одиноким матерям государство платит за каждого ребенка, — на его лице отразилась вся боль, которую он чувствовал всякий раз, когда вспоминал о матери. — Она была ужасной матерью. Почти все деньги уходили на наркотики. На одежду и еду оставались крохи. И даже хуже — на лекарства для Тони не было денег. А он был болезненным ребенком с самого рождения.

На него снова нахлынули мрачные воспоминания детства, которые вызывали в нем только боль. За все эти годы Майку удавалось забывать об этом лишь на работе и во время секса. Но сейчас он никуда не мог скрыться. Это была ошибка — раскрыть душу. Большая ошибка.

Майк перевернулся на кровати, сдерживая слезы, которые наполнили его глаза. Какой стыд! Плачут только дети и женщины.

— Ты даже не можешь представить, как это было, — бросил он.

Она когда-нибудь ложилась спать голодной? Или шла в школу без завтрака, в одежде, из которой давно выросла? Смотрела когда-нибудь, как на глазах угасает ее брат?

Натали мягко положила руки ему на плечи.

— Нет, — тихо проговорила она, — не могу. Но я могу представить, как вы все были несчастны. Ты, твой брат и ваша мать. Ты должен пожалеть ее, Майк. Постарайся простить ее.

— Я никогда не смогу ее простить, — выдавил он, качая головой, — она говорила, что очень нас любит. Постоянно твердила об этом. Она могла нас обнимать, целовать, но заниматься нами не хотела. Ее поведение говорило лучше любых слов.

— Она была больна, — настаивала Натали. — У нее не было никакой поддержки. У нее не было сильного плеча, такого мужчины, как ты, Майк.

— Не пытайся найти ей оправдания, — грубо возразил он, — она сделала свой выбор, а мы с Тони страдали от этого.

Натали понимала горечь, с которой он говорил. Ведь дети оценивают своих родителей очень строго. И в ту же минуту она поклялась, что в будущем будет мягче относиться к своим родителям. Что бы там ни было, они были чудесными родителями. Любящими, заботливыми.

— И что с ней случилось? — осторожно спросила Натали.

Он рассмеялся. Холодным, пустым смехом.

— Естественно, она умерла от передозировки. Мне тогда было девять. Маленькому Тони — только шесть.

— Что было потом с тобой и братом? Вас взяли к себе родители мамы?

— Ты, должно быть, шутишь. Органы опеки связались с ними, но они заявили, что их дочь-наркоманка и ее отпрыски для них не существуют. И нас усыновили разные семьи. Я не уживался ни в одной приемной семье. Поэтому в итоге остался в специальном заведении.

— В сиротском приюте?

— Да, именно так.

— О, Майк!

Боже, он больше не сможет выносить ее жалость. Майк выпрямился и поднял голову.

— Это было не так уж и плохо, — солгал он. — Там был один парень, сторож. Он увлекался компьютерами и понял, что мне тоже это нравится. Он даже подарил мне свой старый компьютер на Рождество. Фред его звали. Дядя Фред. Я никогда его не забывал с тех пор.

Это была правда. Несколько лет назад Майк вернулся, чтобы отблагодарить Фреда за его доброту, но узнал, что тот умер всего несколько месяцев назад.

— Значит, именно так ты увлекся компьютерами…

— Да. Я занялся программированием с огромным желанием, которое меня уже никогда не покидало. Но школу так и не закончил, отказался сдавать экзамены. К тому времени я уже противостоял всем. А уже потом всего добился сам.

— Это правда, — сказала она таким тоном, что он почувствовал за себя гордость. — Но что случилось с твоим братом, Майк?

Майк закрыл глаза. Женщины! Им необходимо все знать в деталях. Ничего не упустят.

— Он умер, когда ему было восемь. От менингита. Его приемные родители узнали, когда было уже слишком поздно. Они думали, что у него простой грипп. У Тони не было шанса выжить и выстоять.

— Это очень печально, Майк. Мне жаль.

— Сейчас ты понимаешь, почему я не хочу брать на себя ответственность за жизнь ребенка? Я не смогу пережить, если окажусь плохим отцом.

— Но ты и не будешь таким. Ты будешь самым лучшим отцом как раз по этой причине. Ты будешь заботиться о нем больше, чем любой мужчина.

— Буду ли?

— Будешь, — упорно стояла на своем Натали.

Она обняла его, и Майк почувствовал небывалую теплоту и спокойствие. Если бы только ее вера в него была настоящей! Если бы только он мог ей поверить! И себе тоже.

— Ты бы хотела иметь ребенка от такого мужчины, как я, Натали? — Он как будто со стороны услышал свой голос, полный скептицизма. — На самом деле хотела бы?

Ее губы, которые покрывали поцелуями его спину, замерли. Майк мог только догадываться, какие мысли мелькают у нее в голове.

— Может быть, — наконец выговорила она.

Он повернулся, чтобы посмотреть ей в глаза.

— Это просто слова.

— Нет, — возразила она. — Ты хочешь, чтобы я родила тебе ребенка?

Его сердце ухнуло в пятки.

— Конечно, нет, — возразил он. — Все, чего я хочу, — это чтобы ты осталась со мной после круиза. Я хочу, чтобы ты жила со мной не как моя жена, а как моя женщина.

Она внимательно изучала его.

— И как долго?

— Столько, сколько сама захочешь.

Она нахмурилась.

— Я не могу обещать, что останусь навсегда, Майк.

Майк знал, о чем она говорит. Однажды она захочет того, что он не сможет ей дать.

Но это будет потом, не сегодня, подумал он, укладывая ее на постель.

— Сколько у нас времени до того, как надо будет подняться наверх? — спросил он, обвив ее ноги вокруг своей талии.

— Около часа, — простонала она, когда он вошел в нее.

Час. День. Жизнь.

Ему не хватит времени. Никогда.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

— Я хорошо выгляжу, милый? — спросила Натали, прохаживаясь перед Майком в голубом вечернем платье.

Глаза Майка потемнели от желания.

— Нет, — сказал он, — ты выглядишь не просто хорошо. Ты выглядишь потрясающе сексуально. Ты хотя бы осознаешь, сколько миллиардеров будет сегодня на этой вечеринке? Чак говорил мне, что его друзья приедут со всего света. И наверняка среди них найдется парочка таких, которым нравится соблазнять чужих жен.

— Да, вот только твоя жена не даст себя соблазнить, — усмехнулась Натали, оглядывая Майка.

Он выглядел довольно привлекательно в том костюме, в котором был на их свадьбе.

— Ее вполне устраивает ее собственный муж.

— Соблазнение — это не всегда только секс, Натали, — возразил он. — А почему ты назвала меня «милым»?

Натали приподнялась на цыпочках, чтобы поцеловать его в щеку.

— Тебе не нравится?

— Я этого не говорил. Просто это не похоже на тебя. Это… звучит странно.

Майк чувствует, что она говорит это искренне, подумала Натали, потянувшись за сережками. Он был ее милым, ее любимым. И, если повезет, будет отцом ее ребенка…

И как ты себя поведешь, если узнаешь, что забеременела? — сама себя спросила Натали, надевая серьги. Скажешь ему или просто уйдешь?

Это будет зависеть от того, как будут развиваться их отношения после круиза на яхте.

Сейчас же она наслаждалась каждым моментом их медового месяца. Майк не мог насытиться ею, они постоянно занимались любовью, каждый раз по-разному. Его желание пробуждалось мгновенно, независимо от того, что на ней было надето.

Ее новый гардероб очень понравился Майку. Особенно черный купальник, который ей посоветовала купить Аланна. Сегодня Натали появилась в нем у бассейна, и Майк не мог оторвать от нее глаз. Не мог дождаться, когда они уединятся в каюте, чтобы переодеться к ланчу. Душ они принимали вдвоем и довольно долго.

Под голубым платьем на ней почти не было нижнего белья. Фасон лишний раз подчеркивал все достоинства ее фигуры.

— Надеюсь, что под этим платьем на тебе есть хотя бы хоть что-то, — пробормотал Майк.

Она улыбнулась ему в зеркале.

— Я об этом знаю, а тебе еще только предстоит узнать.

Его стон был красноречивее любых слов. Глаза тоже. Натали больше всего любила, когда он вот так сгорал от желания.

Может, потому, что она знала: он не любит ее, — его мужское желание было хоть каким-то утешением для нее. Она могла представлять, что он на самом деле любит ее, когда они занимались любовью.

— Как тебе эти серьги? — повернувшись к Майку, спросила она. — Тоже слишком сексуальные?

Он едва улыбнулся.

— Ты хочешь совсем меня извести?

— Да, — мило ответила она, хлопая ресницами.

Он рассмеялся.

— Если бы я в нашу первую встречу знал, какая ты шаловливая, я бы увлек тебя в постель еще тогда. Признаться, мечтал об этом с самого начала.

Натали удивленно моргала.

— Ты хотел меня, даже когда я выглядела совсем ужасно?

— Тебе придется в это поверить.

Еще ни одни его слова не доставляли ей такого удовольствия.

— Я бы тебе не отказала, — в свою очередь призналась Натали.

— И ты говоришь мне это только сейчас?!

— Ты мне сначала не очень понравился, но я сразу поняла, что ты очень сексуальный.

— Мне нравятся твои комплименты, — язвительно заметил он.

Она подошла к нему и потрепала его по щеке.

— Сейчас ты мне нравишься намного больше. Во всех проявлениях.

Он сделал шаг назад так, чтобы она не могла дотянуться до него.

— Я думаю, нам пора идти, Натали. Мне, конечно, не очень нравится мысль, что на тебя будут глазеть все мужчины, но с другой стороны, если мы не пойдем, все закончится тем, что я порву на тебе это великолепное платье. А так и будет, останься мы здесь еще на немного.

— Мне нравится, когда ты так говоришь.

— Я знаю. Так мы идем?

— Боже мой, — прошептала Натали, когда они шли по палубе, — похоже, что там больше сотни человек.

Майк сжал ее руку. Он не шутил, когда говорил, что могут найтись мужчины, которые захотят поразвлечься с ней. Натали выглядела очень сексуально в новом голубом платье. Прическа удачно дополняла ее облик. Майку нравились ее кудри, которые плавно ниспадали по плечам Натали.

Остальным мужчинам она тоже поправилась. Мужчинам, которые внешне были привлекательнее его и намного богаче.

— Чак сказал, что в последнюю минуту пригласил еще несколько гостей, — сказала Натали. — Посмотри, там катер, на котором еще кто-то приплыл.

Они остановились у поручня, наблюдая, как катер приблизился к яхте и несколько членов команды поспешили помочь гостям подняться на борт.

— Ого! Это же Рис и Ричард! — воскликнул Майк, испытав облегчение при виде хорошо одетых друзей.

— А еще Аланна и Холли! — возбужденно добавила Натали. — Как прекрасно они выглядят!

Майк сомневался, что они могли бы составить конкуренцию Натали, но следовало признать, что обе женщины замечательно выглядели, учитывая их беременность.

Они увидели друг друга, и спустя несколько секунд шестеро друзей обменивались поцелуями и рукопожатиями.

— Какой приятный сюрприз, — сказал Майк, — но немного странный. Как вы оказались здесь?

— Я получил приглашение сегодня днем, — ответил Рис. — После посещения некоторых достопримечательностей Чак решил приобрести дом на Палм-Бич. Он попросил одного из своих знакомых подсказать ему телефон человека, который занимается недвижимостью. И этим человеком оказался я.

— Дорогой, ты показываешь себя слишком скромным, — с улыбкой вставила Аланна.

— Скромность ни к чему не приводит, — возразил Рис в своей мягкой манере. — В любом случае, Майк, я сообщил Чаку, что мы с тобой друзья. И он настоял, чтобы я с женой сегодня присоединился к вам. И тогда я сказал ему, что, если он хочет доставить тебе удовольствие — а так и было, — ему следует пригласить еще Ричарда и Холли.

— В конце концов, — вставил Ричард, — если Чак собирается купить дом, ему понадобится хороший банкир. Ведь, правда?

— Вы друг друга стоите, — заметил Майк. — Кстати, этот контракт почти у меня в кармане.

— Это здорово, Майк, — воскликнул Ричард, — значит, ты не зря женился?

Не зря? Майк вспомнил все, что произошло за последние несколько дней. Потом он подумал о будущем и о том дне, когда Натали навсегда покинет его жизнь.

— Ты же на самом деле не ждешь от Майка признания, что есть еще кое-что, ради чего ему стоило жениться? — шутливо вставила Натали. — Но думаю, что он не совсем уж несчастен, правда, милый?

— Надо же, ты называешь его милым, — удивленно поднял брови Рис, — похоже, что вы оба на самом деле наслаждаетесь медовым месяцем.

— Думаю, что нам лучше прекратить этот разговор, — тихо заметил Ричард, — Чак Хельсингер направляется к нам.

Майк порадовался появлению Чака. Он не был в настроении обсуждать свои отношения с Натали. И не хотел копаться в своих чувствах к ней.

Однако именно этим он занимался весь следующий час, особенно когда один их богатейших гостей Чака попытался вступить с Натали в разговор. Богачу было около пятидесяти. Привлекательный и богатый. Женатый, конечно. Но что его не останавливало…

В тот момент, когда Майк отвлекся на разговор с Аланной, этот искуситель пригласил Натали на танец на верхнюю палубу. Там уже играл оркестр, и несколько парочек танцевали медленный ганец.

Майк испытал невероятный приступ ревности, когда этот мужчина обвил руками талию Натали. Когда он прижал ее к себе слишком близко, Майк понял, что не может смотреть на что просто гак.

— Подержи, — сказал он Аланне, протягивая ей бокал шампанского, — моей жене требуется помощь.

* * *

Натали думала о том, что ей неприятно танцевать с этим мужчиной, когда рядом появился Майк и не очень вежливо похлопал ее партнера по плечу.

— Моя очередь, — твердо сказал Майк и буквально выхватил ее из чужих объятий.

Когда они немного отошли от танцующих пар, Натали облегченно вздохнула.

— Почему ты так поздно подошел? — недовольно спросила она.

— Иногда я очень медлителен.

— Я заметила, — улыбнулась она, — а еще ты хорошо танцуешь.

— За это можно сказать спасибо Аланне. Это она учила меня.

Эта новость удивила Натали. И немного задела.

— Тебе ведь нравится Аланна, правда?

— Она замечательная женщина.

— Но ты же тайно не влюблен в нее?

— Что? Ты серьезно?!

— Она очень красивая, — заметила Натали, подавляя в себе ревность.

— Она жена Риса.

— И что?

— Послушай, я не влюблен в Аланну, — отрезал Майк. — Я уже говорил тебе. Я никогда не влюбляюсь.

Майк знал, что это ложь.

Осознание того, что он влюбился в Натали, вызвало в нем целую бурю эмоций. Сначала удивление: он способен на любовь! Потом что-то, слегка напоминающее отчаяние.

Потому что она его не любит. Да и как может быть иначе? Что в нем можно полюбить?

Она согласилась не сразу расторгать их брак только ради секса. Как только он оформит контракт с Чаком, а Натали получит свой второй миллион, она сразу начнет строить свою личную жизнь с нормальным мужчиной, у которого нормальное прошлое.

Майк хотел, чтобы она была счастлива. Но сам не мог так дальше продолжать. Невозможно заниматься с ней сексом и при этом знать, что он любит ее. Он не такой. Он привык жить по принципу: все или ничего.

Если так подумать, в его жизни не было ничего душевного. А теперь… Жить с любовью в сердце очень тяжело. Тем более, что он ничего не может ей дать.

Утром он скажет Натали, что все кончено. У них остается последняя ночь вместе. Как тяжело будет с этим смириться!

Тяжело? Почти невозможно!

Поэтому будет лучше, если он покончит со всем прямо сейчас.

— О чем ты думаешь?

Ее тихий вопрос вывел его из размышлений.

— Ты действительно хочешь это знать? — спросил он, шепча ей слова на ушко.

— Да.

Он перестал двигаться и сделал шаг назад, чтобы взглянуть в ее глаза.

Я думаю о том, что отдал бы все на свете за те три слова, которые раньше ненавидел слышать от женщин, хотелось произнести ему.

— Я думаю о твоем нижнем белье, — солгал он, — вернее о его отсутствии. На тебе что-нибудь надето, милая женушка?

Она зарделась.

— Надето, — тихо призналась она, — но легко снимается.

Ее манера постоянно заводить его возбуждала и раздражала Майка одновременно. Он почти ненавидел ее за это.

— Иди и сними его, — приказал он. — Потом приходи в основную гостиную. Я буду ждать тебя там.

— Но разве ты не пойдешь со мной в каюту?

— Нет.

Он хотел заставить ее ждать. Бесконечно.

Сегодня он будет жестоким. Он накажет ее за то, что она заставила его полюбить ее. Он приблизился к ней, поцеловал сначала ее ухо, потом спустился к шее.

— О, Майк…

Его имя на ее губах прозвучало так нежно, так мягко.

Как он может быть жестоким с ней? Как может причинить ей боль?

Он любит ее.

Сегодня ночью он ей покажет. Со всей нежностью. Если сегодня будет их последняя ночь, он хотел бы потом вспоминать ее с гордостью, а не с чувством вины или стыда.

Натали — чудесная женщина. Особенная. Она заслуживает лучшего.

— Нам надо вернуться на праздник, — мягко сказал он. — Забудь о своем белье. Я сниму его сегодня ночью, когда мы останемся вдвоем.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Натали проснулась, когда Майк уже оделся и собирал вещи.

— Что ты делаешь? — спросила она, откидывая волосы от лица.

— Собираю вещи, — прозвучал ответ, — разве не видно?

Его резкий тон шокировал ее. Куда делся нежный любовник, которым он был ночью?

— Но еще только восемь пятнадцать. Нам надо сойти на берег только к полудню.

Он поднял на нее холодные глаза.

— Я не люблю все оставлять на последний момент. И из этого вытекает кое-что еще.

Натали уже знала, что это «кое-что еще» ей определенно не понравится.

— Что? — требовательно спросила она.

От страха голос ее звенел.

— Я изменил свое мнение, Натали. Наши дальнейшие отношения меня не устраивают. Извини.

Извини!

Натали опустила руки на простыню. Извини. Одно-единственное слово, сказанное без каких-либо эмоций. Извини. Одно слово, которое ножом вошло в ее сердце и разбило все ее надежды.

Конечно, с ее стороны было глупо надеяться. Но как не надеяться, когда мужчина, которого ты любишь, занимается с тобой любовью так, словно ты самое дорогое в его жизни?

Извини.

Она попыталась собрать мысли.

— Ради всего святого, прикройся, — внезапно взорвался Майк.

Прикрыться? И это говорит мужчина, который не мог налюбоваться ее телом, который раздевал ее при любом удобном случае?

И сейчас ему не понравился вид ее обнаженной груди? Не может быть. Если только… Отчаянная надежда… Может ли такое быть?

— Зачем? — спросила она, не двигаясь.

— Что зачем?

— Я имею в виду, зачем мне прикрываться? Чего ты боишься?

— Я ничего не боюсь, — возразил он.

— Тогда объясни. Прошлая ночь была великолепной. Что изменилось между нами? Ты же всегда говоришь правду, Майк. Но сейчас ты не делаешь этого. Я чувствую.

— Неужели?

— Да.

Он отвел взгляд и начал застегивать чемоданы.

— Не будь как все, Натали. Не устраивай сцен. Просто прими все как есть.

— Я не устраиваю сцену, — возразила она, — это ты ее устраиваешь. И я хочу знать, зачем.

— Пойду наверх позавтракаю, — сказал он.

Майк знал, что должен уйти. Он направился к двери.

— Ты ведь любишь меня, да?

Майк замер на полпути к двери.

— Вот чего ты боишься, — выпалила она, — любви ко мне.

Майк на мгновение закрыл глаза. Потом медленно повернулся к ней. Она хочет услышать правду? Она ее услышит.

— Нет, — возразил он, — я не боюсь любить тебя. Я боюсь причинить тебе боль. И зря тратить твое время. Да, ты права. Я люблю тебя, Натали. Я не думал, что способен на такое чувство. Но ты не любишь меня. Я это знаю. И я могу понять, почему. Я не отношусь к любящему типу мужчин. Будет лучше, если ты найдешь более подходящего мужчину, который даст тебе все, чего ты желаешь и заслуживаешь. Счастливую жизнь. Детей. Ты будешь замечательной матерью.

— Боже! — выдохнула Натали.

По ее щекам потекли слезы.

— Вот видишь? Ты плачешь из-за меня. А я меньше всего этого хотел. Я хотел, чтобы ты ушла. Я сказал тебе, что все кончено.

— Ты не понимаешь, — всхлипнула она.

— Что я не понимаю? И, пожалуйста, прикройся!

Натали потянулась за простыней. Она подбирала слова, чтобы сказать ему. Ее сердце наполнилось радостью и страхом одновременно.

Что будет, когда она скажет, что любит его? Поверит он ей? И что насчет ее возможной беременности? Он наверняка рассердится, несмотря на то, что любит ее. Он может подумать, что она таким способом решила окрутить его. Нет, только не это.

— Я ведь люблю тебя, — на одном дыхании выпалила она.

Его глаза расширились, лицо побледнело.

— Не надо говорить таких слов, если это неправда.

— Это правда. Ты даже не представляешь, насколько.

— Но я слышал, как ты говорила тогда по телефону Аланне, что между нами просто секс…

— Я хотела саму себя убедить в этом. Думала, что ты никогда меня не полюбишь.

— Ты, правда, любишь меня? — повторил он со странным выражением лица.

— Разве я могла бы думать о беременности, если бы это было не так?

— Что?!

— Тогда в лимузине я солгала тебе. Я вполне могла забеременеть. Я была очень счастлива от одной только мысли, что у меня может быть твой ребенок.

— Но ты тогда еще не знала, что я люблю тебя.

— Я была готова растить ребенка одна. Послушай, это не было моей попыткой привязать тебя к себе. Я просто хотела ребенка. Твоего ребенка. Только не сердись на меня. Я знаю, ты не хочешь иметь, детей, но думаю, ты будешь замечательным отцом. В тебе столько любви, Майк. Просто открой любви свое сердце. И поверь в себя. Я в тебя верю. Ты хороший человек, Майк.

Она замолчала, чувствуя, что сердце сейчас выпрыгнет из груди от волнения. Она ждала его реакции. Было видно, что он потрясен. Когда он медленно двинулся к кровати, она сглотнула.

— Ты ведь не сердишься на меня?

Майк сел рядом с ней и вытер ее слезы пальцами.

— Каковы шансы, что ты уже беременна? — мягко спросил он.

— Где-то пятьдесят на пятьдесят.

— Значит, может, и нет беременности?

— Да, возможно, — с трудом выдохнула она.

Если он не хочет этого ребенка, она просто умрет от горя.

— Если ты не беременна, — на его губах появилась улыбка, — значит, нам надо продолжать стараться.

— О, Майк!

Она откинула простыню и обвила его шею руками.

— Мы должны сделать так, чтобы теперь наш брак был полноценным. Я хочу, чтобы мой ребенок рос в любящей семье.

— Мы все для этого сделаем, Майк.

ЭПИЛОГ

— Ты, правда, не расстроился, что это девочка? — спросила Натали Майка.

Они не стали узнавать заранее пол ребенка. Им хотелось, чтобы это был сюрприз. Майк подошел к колыбели и посмотрел на спящее личико дочурки.

— Конечно, нет, — сказал он. — Я ряд, что наш ребенок родился здоровым и с тобой все в порядке. Ты показала себя очень смелой.

— Слышал бы ты, как я кричала!

— Я до сих пор это слышу, — сказал он, потирая уши. — Ты бы могла родить второго ребенка, когда забудешь обо всех ужасах?

Натали улыбнулась. И этот мужчина говорил, что не хочет иметь детей! Выражение его лица, когда он первый раз взял на руки дочь, стоило всех перенесенных страданий. Какой же он чудесный!

— Это будет тебе дорого стоить, — поддразнила Натали мужа.

— Хочешь сказать, что мне придется заплатить тебе, чтобы ты родила второго ребенка?

— Не деньгами.

— Тогда чем?

— Я хочу, чтобы ты арендовал яхту Чака на неделю после Рождества. Тесс уже будет три месяца, так что я буду готова ко второму медовому месяцу.

— Ты ведь понимаешь, сколько за это попросит Чак? Мы сможем позволить себе это только в следующем году, ведь мы недавно купили новый дом. Моя программа вышла в свет только полгода назад, и требуется время, чтобы пошли реальные доходы.

— Я знаю. Но на яхте Чака шесть отдельных кают. Нам не надо будет арендовать ее одним. Я уже обсудила это с Аланной и Холли. Они сказали, что Рис и Ричард готовы внести свою долю. Холли говорит, Ричард хотел бы пригласить свою маму и отчима, которые с радостью согласились. Аланна тоже хочет позвать маму с ее новым мужем. Только мать Риса не приедет. Она всегда проводит с младшим сыном и его семьей.

— Когда ты успела все это решить? — изумился Майк.

— Еще на прошлой неделе. Ну как? Договорились?

— Как я могу отказать тебе? Эта яхта действует на тебя особенно. Кстати, как насчет твоих родителей? Мы их не бросим на Рождество.

— Конечно, нет. Они с удовольствием поедут с нами. Отец сможет внести свой вклад. Родители тебе очень благодарны, что ты дал отцу работу в своей фирме. Вы с Чаком платите ему огромные деньги.

— Шутишь? Твой отец — великолепный работник.

— Я и не знала.

— Ты просто ничего не замечала вокруг.

— Ты прав. Не мог бы принести мне дочку, я хочу снова подержать ее на руках.

Она наблюдала, как Майк нежно взял девочку на руки и начал медленно убаюкивать, когда она проснулась и заплакала.

— Мне кажется, она голодна, — задумчиво произнес он, передавая ребенка Натали.

Натали округлила глаза.

— Ей всего четыре часа от роду, а ты уже угадываешь ее потребности. Твоя любовь к ней может ее избаловать. Тесс, ты моя девочка, — прошептала она дочке.

— Ты должна родить мне второго ребенка, чтобы этого не произошло.

— Дети требуют много заботы. Ты должен послушать Холли. Их Эндрю только начал ходить, а уже доставляет массу хлопот.

— Это потому, что он мальчик. Девочка Аланны намного спокойнее. С ней легче справляться.

— Возможно, в следующий раз у нас тоже будет мальчик.

— Я не возражаю. Я назову его Тони, в честь моего младшего брата.

Натали улыбнулась.

— Чудесное имя.

— Тесс тоже замечательное имя, — немного взволнованно произнес Майк.

Натали внезапно поняла, почему ее муж захотел назвать дочку именно так.

— Так ведь звали твою мать, да? — мягко спросила она.

Он отвернулся, как делал это всегда, когда его переполняли эмоции.

— Да, так.

— Ты ее очень любил, правда?

— Да, очень, — с трудом признался Майк.

Натали видела, что его глаза наполнились слезами.

— Она тоже любила тебя, милый. Тебя и Тони. Просто она не смогла справиться.

— Наверно, ты права. Она ведь была очень красивая.

— Я уверена, что так и было.

— Наша дочка немного похожа на нее.

— Я рада этому.

Шум в холле помешал Натали расплакаться. Это приехали ее родители с цветами, сияя улыбками.

— Разве она не прекрасна? — выдохнула ее мать, когда Натали дала ей подержать внучку.

— Просто красавица, — согласился дедушка. — Как назовете?

— Тесс, — ответил Майк, а потом громко и гордо добавил, — в честь моей матери.

Примечания

1

Керамика (пер. с англ.).

Content

Миранда Ли
Свадебный альбом

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

ЭПИЛОГ

Примечания