Измайлова Кира

Я попала...

Кира Измайлова

«Я попала…»

Часть 1. «Я попала…»

1

Я захлопнула толстую книжку с яркой картинкой на обложке, зевнула и потянулась. Посмотрела на часы. Ничего себе! Половина третьего ночи! Вот это почитала «полчасика»! Ну да ладно…

Несмотря на поздний час, спать не хотелось. Сунув ноги в тапочки, я побродила по комнате, вышла на балкон. Луна просто обнаглела — светила прямо в моё окно, даже шторы не спасали. Я посмотрела вниз с балкона: темно, кусты… что-то шевелится. Я взяла и вылила туда протухшую воду из вазы. Внизу заматерились. Я поспешно отступила в комнату.

Вот так… скука смертная! Я посмотрела на книжку. Вот у героев — интересная жизнь, сплошные приключения! Мне бы так…

Луна светила так, словно напротив моего окна установили прожектор. Я на всякий случай решила закрыть окно, подошла к нему… и тут полыхнуло так, что я зажмурилась.

Открыв глаза, я ещё долго не видела ничего, кроме цветных кругов. Потом в глазах слегка прояснилось, и я поняла, что сижу в кустах. Это что ж такое? Я что, с балкона сверзилась? Руки-ноги вроде целы…

— Кто здесь? — послышался угрожающий голос из зарослей. Кажется, женский. Я завозилась, вставая на ноги, и тут кусты раздвинулись, и я увидела такое…

Я приоткрыла рот и, кажется, скосила глаза. Со стороны я, наверно, выглядела идиоткой. Впрочем, такое и может привидеться только в шизофреническом бреду.

Передо мной стояли трое. Опишу их по порядку. Ближе всех ко мне оказалась женщина. О, какая это была женщина! Метров двух ростом, комплекцией она тянула на титул «Мисс Вселенная» по бодибилдингу, а роскошная грива чёрных волос свисала у неё аж до пояса. Одета она была… более чем странно. Вернее, не то чтобы странно, а скорее скупо. На ней красовался кожаный лифчик, украшенный металлическими бляхами, набедренная повязка из чьей-то пятнистой шкуры и сапоги до колен. Ноги и руки были обмотаны обрывками кольчуги, какими-то ремнями, а также украшены широченными металлическими браслетами. Всё это создавало настолько сложную систему, что я подумала: «Интересно, как она всё это снимает на ночь?» Впрочем, тут же мне пришла другая мысль: «А может, вовсе не снимает?» Голову её венчал блестящий шлем в виде птицы с распростертыми крыльями. В руках брюнетка держала меч размером с меня, а с пояса у неё свисала уйма всевозможных ножей и кинжалов.

Вторым оказался мужчина, очень похожий на брюнетку. Ростом он был немногим выше родственницы (а в их близкой родственной связи я не сомневалась), но зато раза в три шире и значительно волосатее. Одет так же скудно: в набедренную повязку, сапоги и металлические налокотники, только лифчика не хватало. Шлем — такой же, как у брюнетки, только размером с хорошее ведро. Физиономия у него была на редкость зверская. Арсенал же оказался побогаче: кроме меча я заметила здоровенный топор (или секиру) и ещё какие-то крупные железяки.

Третьей была девушка, натуральная блондинка более-менее нормального телосложения, если не считать того, что такой пышный бюст, тонкую талию и длинные ноги я видела только на картинках. На ней было что-то вроде купальника из золотистого шелка. Чисто символические треугольнички материи удерживались на теле тоненькими золотыми цепочками (я невольно обратила внимание на тщательно выбритую линию бикини). Ещё на блондинке красовались золотистые сандалики и что-то вроде простыни из того же шелка, в которую она довольно безуспешно драпировалась.

— Кто ты такая? — грозно спросила брюнетка, приставляя меч к моей диафрагме. Я с трудом сглотнула и решила: «Даже если это сон, есть смысл подыграть этой компании. Как там в моих любимых книжках обычно подбирается команда героев? По-моему, они периодически теряют память…»

— Я… — проблеяла я. — Ничего не помню! Где я? Кто вы? Как я сюда попала?

Брюнетка с мечом покосилась на блондинку.

— Она не врет, — сказала та, старательно нахмурив лобик под золотистой челкой. Брюнетка неохотно опустила меч. — Ты помнишь, как тебя зовут?

Я почесала в затылке и отрицательно потрясла головой.

— Кажется, как-то на «А»… Нет, не помню…

Брюнетка спрятала меч в ножны, и ещё около получаса они с блондинкой перечисляли мне все имена на «А». Наконец я остановилась на Аде. Собственно, меня и зовут Аделаидой, просто ситуация была настолько абсурдна, что мне захотелось продлить удовольствие.

Таким образом я познакомилась со странной троицей. Брюнетку звали Талией, её брата (в этом я не ошиблась) — Талом, а блондинку — Вивианой. Насколько я поняла из длинного и запутанного повествования, занявшего остаток ночи, они шли сражаться с каким-то злодеем. Этот злодей вроде был наставником волшебницы Вивианы, но потом обнаглел и начал наезжать на мирный люд вроде Талии с Талом. Тогда мои новые знакомые обиделись и решили потягаться со злодеем. Однако, как выяснилось, злодею служили некие Черные Всадники, от которых приходилось прятаться по зарослям. До главного оплота врага оставалось идти около недели, и на редкость извилистый путь героев, само собой разумеется, проходил по самым страшным, жутким, заколдованным, опасным и таинственным краям.

— Но хоть что-то ты помнишь? — спросила меня Вивиана. Я вздохнула и принялась вдохновенно врать о каком-то странном месте, в котором я жила до последнего времени. Там были небоскребы (сияющие жутким светом башни из хрусталя и льда, цепляющиеся шпилями за облака), трамваи и троллейбусы (кошмарные чудовища с рогами на спине, бегающие по толстой стальной паутине и пожирающие людей), асфальтовые дороги (смердящие серые реки из застывшего камня), метро (грохочущий громадный червь со светящимися глазами в подземных тоннелях) и байкеры (монстры с круглыми блестящими головами, верхом на рычащих стальных конях)…

Троица слушала меня раскрыв рот. Когда же я обмолвилась о том, что дни и ночи напролет просиживала в огромной серой башне за книгами, Вивиана воскликнула:

— Наверно, ты случайно прочла заклинание, которое и перенесло тебя сюда! Но не волнуйся, мы найдем способ вернуть тебя домой… если ты этого захочешь. Твой мир — воистину ужасен!

— Спасибо, о благородная волшебница! — воскликнула я, изо всех сил давя истерический смех. — А пока… не позволите ли вы мне присоединиться к вашему отряду? Может быть, память вернется ко мне, глядишь, и сгожусь на что-нибудь…

Посовещавшись пару минут, они вынесли вердикт: я зачисляюсь на довольствие. Довольствие представляло собой вяленое мясо и сухари. Дрянь жуткая. Хорошо, что я плотно поужинала…

Весь следующий день мы продирались через заросли колючего кустарника. Вот тут я очень порадовалась тому, что по дому хожу в старых джинсах и футболке, а выходя на балкон, не поленилась накинуть куртку от спортивного костюма! А вот мои спутники к вечеру оказались жутко исцарапанными. Вот я всегда удивлялась, как можно рисовать на обложках героев в таких доспехах? Это же страшно неудобно! Самих бы этих художников от слова «худо» заставить бродить по чаще в практически обнаженном виде. Вдобавок выступающие части вооружения и шлемы Тала и Талии постоянно цеплялись за деревья. Впрочем, мне тоже было не слишком весело: идти в тапочках по лесу — удовольствие ниже среднего, они же сваливаются постоянно! Налюбовавшись на мои мучения, Тал как-то приспособил пару ремешков к моим шлепкам, чтобы я не теряла их на ходу, но намного легче не стало.

К вечеру все были вымотаны. Наскоро перекусив, все завалились спать в прошлогоднюю опавшую листву. Мне уже даже было все равно, водятся тут ядовитые змеи, насекомые или еще какая-то гадость, я мечтала о том, чтобы упасть и уснуть. Не тут-то было…

Спать мне не давал мощный храп Талии, а также басовитые вздохи Тала и взвизги Вивианы — у них ещё оставались силы на интим! Я сидела и смотрела на луну, когда мне послышался приглушенный стук копыт. Я на всякий случай растолкала Талию. Она была во всеоружии — как я и предполагала, доспехи на ночь она не снимала. Вытащив Вивиану из объятий братца, Талия велела ей замаскировать наш лагерь. Та сделала несколько пассов руками и заверила, что теперь нас никто не увидит.

Как выяснилось, я очень вовремя проявила бдительность: через пару минут на поляну среди кустов, в которых мы отсиживались, выехали несколько всадников. Одеты они были очень практично, отчего я сразу прониклась к ним симпатией: чёрные штаны и куртки, похоже, из кожи, сапоги и плащи. При движении у них ничего не шуршало, не скрипело, не скрежетало, не звякало и не поблёскивало. Кольчуги, если они были, всадники носили под одеждой, а единственной деталью доспехов, которая оказалась на виду, были ножны с мечами. Кони у всадников оказались как на подбор вороными.

— Это Черные Всадники, — прошептала Талия. — Они охотятся за нами!

«А то бы я не догадалась!» — подумала я.

Один из всадников, видимо, главный, вдруг повернулся в нашу сторону. Наверно, услышал что-то. Хотя, по утверждению Вивианы, видеть он нас не мог, мне всё равно казалось, что смотрит он как раз на меня. Лицо у всадника было довольно обыкновенное, без явных признаков злодейства, даже симпатичное. Только глаза как-то странно мерцали, хотя, возможно, мне померещилось.

Наконец всаднику надоело пялиться в темноту, он махнул рукой, и отряд ускакал.

— И что теперь? — спросила я.

— Они напали на наш след, — трагическим голосом сказала Талия. — И уже отвяжутся. Выход только один…

— Не-ет, — протянул Тал. Это было первое слово, произнесенное им за всё то время, что я его знала. — Опасно!

— Мы вынуждены, — возразила Талия. Вивиана судорожно вздохнула. — Нам придется пройти через Тёмный Лес!

2

Все завалились спать до утра, а Талия вызвалась посторожить. Приоткрыв один глаз, я наблюдала за ней. Талия сидела, воткнув свой меч в землю и уперев подбородок в сложенные на рукояти руки, и смотрела на луну. Глаза у неё подозрительно поблескивали. Время от времени она тяжко вздыхала.

— Что с тобой, о благородная воительница? — не выдержала я наконец.

Талия вздохнула особенно глубоко, отчего в её сбруе с лязгом отстегнулась какая-то железка, и пустилась в повествование. Я начала клевать носом примерно на середине, но всё же уловила, что не так давно главный злодей похитил её брата (что, собственно, и послужило поводом для обиды). Зачем Тал ему понадобился, я так и не поняла. Талия с возлюбленным отправились выручать брательника, но злодей заколдовал Тала, и тот от большого ума что-то такое сотворил с возлюбленным сестры и чуть не убил её саму. Ей бы тоже крышка, но тут вмешалась Вивиана, давно наблюдавшая за художествами наставника со всё возрастающим негодованием. Она перенесла Талию с братом подальше от злодея, чары тут же рассеялись. Тал, узнав, что натворил, пришел в ужас и решил немедля отомстить злодею. Однако ещё полгода они ждали, пока Вивиана восстановит силы, а тем временем злодей совсем распоясался и решил покорить мир. И вот теперь отважная троица (пардон, уже четверка!) должна его остановить. «Бред, — подумала я уже почти во сне. — Хотя… во всех таких историях положительные герои обычно побеждают… Если я попала в такую историю, может, хорошим повезет и на сей раз? Во всяком случае, хотелось бы… Еще хотелось бы выяснить, чего конкретно злодей ждет от завоеванного мира…» С этой мыслью я и уснула.

— А что это за Тёмный Лес? — спросила я утром.

— Это обитель эльфов, — ответила Талия.

Я припомнила, что эльфов всегда бросает в две крайности: они или очень хорошие, или страшно плохие. Судя по названию их вотчины, эти были из второй категории.

— И как, очень опасно идти через этот лес? — поинтересовалась я.

— Без разрешения — да, — кратко ответила Талия.

— А от чего зависит, разрешат они идти через их лес, или нет?

Талия пожала плечами. За неё ответила Вивиана:

— Исключительно от того, как нас воспримут стражи границы.

Я оглядела своих спутников и решила, что нас точно не пропустят. Вивиана тем временем продолжала:

— В последнее время эльфы из Темного Леса всё больше склоняются на сторону нашего врага, хотя и заявляют о своей абсолютной индифферентности к людским делам…

От такого слова я чуть не врезалась в дерево. А впрочем, она волшебница, а значит — образованная!

— Мы пришли, — мрачно рыкнул Тал.

Н-да… Я бы этот лес Темным не назвала. Лес как лес. Деревья очень симпатичные, высоченные, с широкими кронами. Травка даже на вид мягкая, цветы цветут, бабочки порхают, птицы заливаются… Мы сделали шаг вперед.

— Стой! — приказали откуда-то из кроны дерева. Голос был довольно молодой. — А теперь развернулись — и шагом марш отсюда!

— Что?! — оскорбился Тал, задирая голову. — Слезь, щенок, я тебе покажу!..

Он шагнул было вперед, но тут в воздухе коротко свистнуло, и немаленькая стрела воткнулась в землю точно между ступней Тала.

— Мне поднять прицел? — поинтересовались с дерева.

— Пожалуйста! — Вперед выступила Вивиана. — Позвольте нам пройти через ваш лес! Мы не причиним вреда!

— Да неужто? — удивились с дерева. — Даже не натопчете?

— А сами-то вы что, летаете? — не выдержала я. На дереве весело зафыркали, явно сдерживая смех.

— Вы пропустите нас? — с надеждой спросила Вивиана. Потом её голос стал тверже: — Или теперь вы помогаете Черным Всадникам?

На дереве зафыркали громче. Тут раздался новый голос, чуть посерьёзнее прежнего:

— Что тут творится?

— Хотят пройти через лес, — пояснил первый голос.

— Пускай идут, — разрешил второй. — К утру сами удерут… Эй, там, внизу! Идите, но только не вздумайте разжигать костер!

— Спасибо вам, о благородные эльфы! — искренне поблагодарила Вивиана и прошипела нам: — Идемте скорее, пока они не передумали!

По пути я выдернула из земли стрелу. У неё было очень красивое оперение: тёмно-зеленое, с золотистыми искорками.

— Эй, девчонка! — окликнули меня с дерева. — Верни стрелу!

— Ещё чего, — хмыкнула я. — Вы Черным Всадникам помогаете, а я вам стрелы возвращай? Вот ещё!

— А с чего это ты взяла, что мы им помогаем? — оскорбился голос. — Ваши скандалы нам вовсе не интересны!

— Да? А почему вы нас пропустить не хотели? — завелась я. — Чтобы мы ко всадникам в лапы попали?

— Вот дура, — с удивлением сказал голос.

— Сам дурак, — обиделась я. — На, забери свою стрелу, мне она на фиг не нужна! Тоже мне, Робин Гуд, вольный стрелок!

Я подошла к дереву и протянула стрелу вверх. Из густой листвы высунулась рука с забавным перстенечком на мизинце и, ловко подхватив утерянный инвентарь, исчезла. После этого мне на макушку свалилось здоровенное яблоко, в ветвях дерева снова зафыркали, а потом и засмеялись в голос.

— Я ж говорю — дурак, — покачала я головой, подобрала яблоко и помчалась вдогонку за своей компанией, теряя на ходу тапки.

Как ни странно, за день с нами ничего не случилось. Но как только стемнело, и мы расположились на ночлег, начались странности.

— Я чувствую чьё-то приближение! — заявила Вивиана.

— Пахнет зверем, — подтвердил Тал, шумно принюхиваясь. На мой взгляд, если кем и пахло, то разве что самим Талом, но я, понятное дело, держала свои измышления при себе.

Талия болтать не стала, а молча выдернула меч из ножен. Тал последовал её примеру.

И тут началось! Из окружающих поляну кустов на нас посыпались чудища, да какие! Тал с Талией еле успевали от них отбиваться, тем более, что, будучи разрубленными пополам, кошмарные создания тут же срастались воедино и кидались в бой с удвоенной энергией. Вивиана выкрикивала заклинания, вертясь волчком на месте, и поливала неприятеля разноцветными молниями. Впрочем, ощутимого вреда им это не наносило.

На всякий случай я прижалась спиной к дереву, и звери меня вроде бы не замечали. Я почти успокоилась, но тут кто-то ловко подхватил меня подмышки и потащил наверх. Взвизгнув, я начала отбиваться ногами, но безрезультатно.

— Не брыкайся, свалишься, — сказал рядом знакомый голос, и меня усадили на толстую ветку. — Спасибо, дерево.

Я огляделась. В кроне дерева было довольно темно, зато поляна, на которой кипел бой, была видна как на ладони. Повернувшись направо, я обнаружила рядом с собой некого субъекта. Видимо, это он и болтал со мной с дерева. Эльф оказался довольно симпатичным. (Впрочем, окажись он страшненьким, я бы разочаровалась в этом мире!) Легкая остроухость его совсем не портила, а раскосые зеленые глазищи придавали особенный шарм нагловатой физиономии. Одет он был так, чтобы максимально сливаться с деревом: в зеленое и коричневое, а лицо было высокохудожественно раскрашено аналогичного колера полосами.

— Привет, — сказал он.

— Привет, — ответила я несколько обескураженно. — Ты зачем меня сюда затащил?

— Чтобы кто-нибудь из этих придурков тебя не зацепил, — пояснил он, кивая вниз. Происходящее на поляне сильно напоминало дискотеку в молодежном клубе.

— Их же съедят! — ужаснулась я. Эльф зафыркал:

— Ничего подобного! Зверьё ненастоящее.

Я оторопела:

— А выглядит очень даже правдоподобно!

— Это лес, — пояснил мой собеседник, болтая ногами, — он чужих не любит, вот и выживает их всеми возможными способами. Не бойся, к утру зверьё исчезнет.

— Кошмар, — сказала я. — Кстати, как тебя звать?

— Ливенириэль, — ответил он. — Очень длинно и неудобопроизносимо. Так что ты зови меня просто Лив. А ты Ада, верно? И ты определенно не из этих мест.

— Что да, то да, — буркнула я. — И я ничегошеньки не понимаю!

— А нечего понимать, — пожал плечами Лив. — Очередной чудак решил завоевать мир. Собрал армию, назвал Черными Всадниками… Твои приятели идут с ним сражаться. Кстати, неизвестно, кто хуже для окружающих: они или их враг. Тот, по крайней мере, весьма образованный человек.

— Он злодей, — заявила я, вспомнив рассказы о зверствах, учиняемых означенным врагом.

— С чего ты взяла? Ну да, он казнил нескольких придурков. Причем это были его собственные слуги, которые занимались мародерством. По-моему, мир от этого только выиграл.

— Да? — недоверчиво протянула я. — А ты откуда знаешь? Сидишь в этом лесу…

— Сорока на хвосте принесла, — совершенно серьезно заявил Лив. — Воробей прочирикал.

— А правда, что некоторые эльфы подались в Черные Всадники? — поинтересовалась я.

— Правда, — кивнул Лив. — Я, наверно, тоже уйду…

— Почему?

— Скучно тут. Вот как ты думаешь, сколько мне лет?

— Тебе? — Я прищурилась. — Ну, около двадцати. Вряд ли больше…

Лив невесело усмехнулся:

— Мне девяносто восемь.

Я присвистнула.

— И ты всю жизнь провел в этом лесу?

— Конечно. — Лив посмотрел вверх, на небо. — Знаешь, даже если кто-то из наших уходит, рано или поздно они возвращаются в Тёмный Лес. Когда я стану совершеннолетним, я, наверно, тоже отправлюсь побродить по свету… а потом вернусь…

Я поперхнулась. Интересно, когда же он отметит совершеннолетие?

— Светает, — сказал Лив. — Сейчас звери пропадут.

— Я вниз прыгать не буду, — заявила я.

— И не надо, — пожал плечами Лив. — Дерево, опусти её на землю.

Длинная ветка протянулась ко мне, осторожно обвила за талию и опустила на поляну.

— Спасибо, — сказала я дереву и посмотрела вверх. — До свидания, Лив.

— Пока, Ада! — раздалось сверху. — Хочешь совет напоследок? Подумай хорошенько, прежде чем прыгать в окно! Может, рядом есть дверь. Ну, где-нибудь за занавеской!

— Спасибо, — неуверенно сказала я. — Это что, предсказание?

— Говорю же — совет! — Лив снова зафыркал, и мне на голову свалился жёлудь.

— Дурак, — пробурчала я, вытряхивая из волос листья, и направилась на поле битвы.

Мои спутники, стоя кружком, тяжело дышали. Чудовищ и в помине не было.

— Где ты была? — грозно вопросила Талия. Её бюст вздымался так, что толстая кожа лифчика едва не лопалась, а несколько заклепок точно отлетело!

— Спала, — невинно хлопая глазами, сказала я. — Я что-то пропустила?

Талия опустила меч.

— Надо убираться из этого леса, — устало пробормотала она. — Ещё одной такой ночи я не выдержу.

Словно в подтверждение её слов Вивиана свалилась в обморок. Тёмный Лес она покинула на плече Тала, весьма неэлегантно свисая вниз головой.

3

Скоро мы вышли на равнину. Лесистая местность осталась позади, а гористая ещё не началась, так что идти было довольно легко. Солнышко припекало, ветерок ставил мои волосы дыбом и норовил содрать с Вивианы покрывало. Куртку я уже скинула и всерьез подумывала о том, чтобы снять футболку. Жаль, лифчика под ней не было, а то бы я даже не колебалась…

А еще очень хотелось есть. «Ну, — утешала я себя, вернее свой желудок, — после такого марш-броска натощак ты точно сбросишь лишний вес!» Такие мысли на некоторое время придавали мне бодрости. Однако на третьи сутки я стала плотоядно поглядывать на жирных кузнечиков, в изобилии прыгающих в траве. Вроде бы в каких-то странах их едят…

Вечером, когда голод стал совсем уж нестерпимым, я решилась. Отловила с десяток кузнечиков и зажарила на палочках. Хорошо хоть, соль была… А на вкус насекомые оказались очень даже ничего. При некотором напряжении воображения можно было представить, будто хрустишь жареными креветками… Вивиану, когда она поинтересовалась, что это я жую, едва не стошнило, но Тал с Талией приняли идею на «ура». Надо было видеть, как эти великаны гонялись за несчастными насекомыми…

На следующий день вдалеке показались горы.

— Вон, смотри, — показала мне Талия. — Та трёхрогая скала закрывает вход в долину, где стоит замок нашего врага.

Я прищурилась. На горизонте и впрямь торчало нечто вроде трезубца. До него, по моему разумению, нужно было идти месяца два. А если окажется, что через эти горы надо лезть, то я… я отказываюсь участвовать в этой нелепой и опасной для моей жизни затее!

Вообще, полное безобразие здесь творится! Когда я предложила Вивиане не мучиться, а взять и перенести нас всех прямо в расчетную точку (например, в спальню главного злодея), то она, вместо того, чтобы обрадоваться моей смекалке, тягостно вздохнула и разразилась очередной проповедью. Разумеется, магия — вещь опасная! Пользоваться ей сложно! Злоупотреблять нельзя ни в коем случае! И вообще, силы Вивианы могут потребоваться нам для генерального сражения! Так что, Адочка, топай ножками, детка, ножками…

На вечерней заре, налопавшись кузнечиков, мы стали располагаться на ночлег. И тут я снова услышала топот копыт, о чем и сообщила Талии.

— Быстро спрячь нас! — велела она Вивиане.

— Поздно, — сказала та. — Они нас уже увидели…

Всадников уже можно было рассмотреть. Они скакали очень целеустремленно, растянувшись цепью. Нетрудно было догадаться, на кого именно они охотятся…

Через пару минут нас окружили. Предводительствовал всадниками тот же тип, что и в лесу.

— Не возьмете!! — рявкнул Тал, выхватывая меч и начиная размахивать им над головой. При этом он стал похож на ветряную мельницу. Когда же к нему присоединилась сестра, я сочла за лучшее лечь на землю — не ровен час, зацепят…

Однако всадники нападать не торопились. Их главный выехал немножко вперед и спросил:

— Кто вы такие? Что вам нужно на этих землях?

— Не притворяйся, будто не узнал нас, Родан! — рявкнула Талия. — Ты вдосталь погонял нас по миру! И что нам нужно, ты тоже знаешь — голова твоего хозяина-чернокнижника!

— Или дерись, или оставь нас в покое! — не совсем к месту поддержал Тал.

Впрочем, сам он не выдержал первым и с ревом кинулся на ближайшего всадника. Тот явно не торопился расстаться с жизнью и потому ловко уклонился. Стало ясно, что без боя нашу лихую команду действительно не взять, тем более, что тип по имени Родан, похоже, дорожил своими людьми.

Неожиданно Вивиана, размахнувшись, метнула в Родана комок оранжевого пламени. Тот даже не шарахнулся, только выставил перед собой руку. Лицо его исказила болезненная гримаса, но Вивиану отшвырнуло метров на двадцать. Её тут же подхватил один из всадников и начал связывать ей руки.

Тал, увидев, как обращаются с его возлюбленной, снова кинулся на врага. Враг, однако, в бой не вступил, предпочитая пятиться. Родан кивком подозвал к себе двоих всадников. Те положили руки ему на плечи и так замерли. Неожиданно меч выскочил из рук Тала и, съездив ему рукоятью по зубам, на всю длину воткнулся в землю. Та же участь ожидала и оружие Талии. Сами же брат и сестра даже пошевельнуться не могли. Их быстренько скрутили, примотали к свободным лошадям и развернулись к горам.

Я притаилась в траве, искренне надеясь, что про меня забыли. Говорят, лошади никогда не наступают на лежащих людей. Наверно, это были неправильные лошади… Одна из них так съездила меня копытом по ноге, что я не выдержала и взвыла. Меня тут же за шиворот выдернули из травы, и я оказалась нос к носу с Роданом. Разговаривать со мной он не стал, а просто перекинул через своё седло и пустил коня в галоп. Не скажу, что катание на лошади в подобной позе заняло почетное место среди моих пристрастий…

До гор мы добрались на удивление быстро. Впрочем, я вовсе не собиралась этим возмущаться — мне осточертело висеть поперек седла на взмыленной лошади. Меня даже начало укачивать!

Скоро копыта зацокали по ровной поверхности и, открыв глаза, я увидела каменные плиты. Видимо, мы были во дворе замка.

Родан спрыгнул с коня и скомандовал:

— Этих троих — к хозяину. Девчонку закройте где-нибудь.

С этими словами он направился внутрь замка. Меня же довольно грубо стащили с лошади и поволокли следом. Впрочем, рукоприкладством всадники заниматься не спешили, и это радовало. Честно говоря, в данный момент меня больше занимала собственная безопасность, чем спасение мира и тем более своих спутников.

Меня закрыли в какой-то комнате, даже не удосужившись связать. Такое пренебрежение к моей личности обнадеживало. Решив не терять времени понапрасну, я стала обдумывать план бегства. В комнате было окно, и даже без решетки, но, выглянув в него, я обнаружила, что нахожусь на высоте этажей в пять. Впрочем, если содрать со стен драпировку, разорвать на ленты и сделать веревку, то вполне реально спуститься во двор… Я уже почти приступила к осуществлению задуманного, как вдруг вспомнила слова Лива: «…подумай хорошенько, прежде чем прыгать в окно! Может, рядом есть дверь. Ну, где-нибудь за занавеской!»

Хороший совет… только тут все стены в занавесках. Я задумалась. Если в комнате есть потайная дверь, то она должна быть легкодоступна. Трудно представить себе, скажем, Родана путающимся в пыльных портьерах в поисках двери, когда за ним несется толпа врагов с колюще-режущими предметами наперевес.

Я обошла комнату по периметру, но так ничего и не придумала. Остановившись у окна, я чисто машинально подергала за витой шнур, спускающийся с карниза. Представьте мое удивление, когда портьеры на одной стене быстренько разъехались в стороны. Приглядевшись, я обнаружила довольно толстую трещину в каменной кладке. По форме она и впрямь напоминала дверь. Не забыть бы поблагодарить Лива! Если, конечно, доведется встретиться…

Ещё с полчаса я пыталась эту дверь открыть, пока не догадалась подергать за укрепленный на стене подсвечник. Каменная плита бесшумно повернулась, открывая узкий лаз. Однако прежде чем нырнуть туда, я задернула драпировки. Пусть поищут меня!

Глубоко вздохнув, я сделала шаг в неизвестность. Дверь моментально захлопнулась, и я оказалась в полной темноте. Ну, ничего не поделаешь, пришлось идти ощупью.

Лаз вывел меня куда-то в район дворцовой помойки. По крайней мере, воняло соответственно. Вокруг не было видно ни души, вдобавок начало смеркаться, и я решила поискать приятелей. Вдруг да удастся их освободить!

Пригибаясь, я пошла вдоль стены. Вокруг по-прежнему никого не было. Наверно, у Всадников тихий час…

Обогнув башню, я попала на тот двор, на котором меня разлучили с моей компанией. Тихо, пусто… У коновязи дожидались хозяев оседланные вороные лошади. Ещё одна лошадь, неоседланная, изумительной золотистой масти, стояла отдельно. Рядом сидели на цепи две лохматые собаки и скорбно смотрели в небеса. В глазах же лошади читалась вселенская тоска.

Завидев меня, собаки чуть с ума не сошли. Лаять не лаяли, но кидались так, что чуть цепи не порвали. Лошадь посмотрела на меня и удивительно знакомым движением перекинула длинную гриву справа налево.

Я замерла на месте. Потом подошла к странной троице поближе. Собаки поставили на меня передние лапы и завертели хвостами.

— Боже мой! — сказала я. — Вивиана, Талия, Тал! Это вы?!

Лошадь изо всех сил закивала головой.

— С ума сойти, — сказала я. — Вас что, заколдовали? Впрочем, можешь не отвечать, сама вижу… Ну, и как нам отсюда смыться?

Псы преданно уставились на меня. Я почесала в затылке. Так… если я ускачу на Вивиане, за мной мигом отрядят погоню и как пить дать изловят — наездница из меня не ахти какая. Вернее, вообще никакая… Значит, надо вывести из строя лошадей… Ножа, чтобы перерезать подпруги или как там это называется, у меня не было. Расстегивать упряжь — замаешься, лошадей не меньше двадцати. И что теперь?

Подумав, я вспомнила гениальный способ приведения лошади в бешенство. Насобирав полные карманы камешков, я рысью направилась к коновязи. Процесс засовывания под седла остроугольных камешков занял от силы четверть часа. Даже теперь коняшки испытывали некоторые неудобства. Что же с ними будет, когда в седло плюхнется дюжий мужик?! Подумать страшно! Надеюсь, Родан свалится и расшибет голову…

Я вернулась к приятелям и отвязала собак.

— Значит так, — сказала я. — Сейчас, Вивиана, я на тебя забираюсь, и мы что есть духу скачем… куда скачем? Это вопрос… А, ты ведь тут жила, верно?

Лошадь кивнула.

— Тогда отправимся в горы. Наверняка там есть какое-нибудь убежище. Спрячемся, а там подумаем, что делать дальше. Мысль ясна? Тогда присядь как-нибудь, я ж не ковбой!

С грехом пополам взгромоздившись на Вивиану, я ухватилась за гриву и скомандовала:

— Вперед! Только потихоньку, чтоб копыта не очень цокотали…

Вы когда-нибудь видели лошадь, крадущуюся на цыпочках? О, это было грандиозное зрелище!..

Как ни странно, мы благополучно выбрались из замка. Ворота были открыты настежь — видимо, хозяин никого не боялся.

За воротами Вивиана понеслась галопом, так что Тал с Талией еле поспевали. Скакать на неоседланной лошади — ещё хуже, чем лежать поперек седла. Во-первых, пятая точка к концу скачки начисто теряет чувствительность (а часа через два обретает…), во-вторых, шкура у Вивианы оказалась на редкость скользкая (то есть, пардон, шелковистая!), и я всё время съезжала набок. Пытка, а не скачка!

Вивиана привезла меня в какую-то маленькую долинку в скалах. Там нашелся ручей, а в скале отыскалась пещера, достаточно вместительная для всех нас. Вот только кузнечиков не было. Зажарить их, правда, не получилось бы, но я была согласна сожрать парочку прыгунов и сырыми…

— Тал, Талия, — скомандовала я. — Давайте, на разведку! Заодно дичину какую-нибудь поймайте! Вивиане хорошо, она травки пожует, а я?

Псы послушно отправились к заросли. Я повернулась к Вивиане.

— Давай так: я буду говорить, а ты кивай, если правильно, и стучи копытом, если нет. Ладно?

Вивиана кивнула.

— Итак, — начала я. — Вас заколдовал Родан. Ага! Я так и думала! Он тоже ученик этого зловредного старикашки. Нет? А кто?

Я задумалась. Потом мне в голову пришла ужасная мысль:

— Неужто сам злодей? А почему он такой молодой?

Вивиана стукнула копытом.

— Ничего не понимаю, — призналась я. — Слушай, ты писать умеешь? О!

Я разровняла песок на берегу ручья и велела:

— Давай, пиши прямо копытом, попробуем во всем разобраться…

Часа через два картина более-менее прояснилась. Наш злодей был настолько стар, что уже не выходил из замка. Для того, чтобы управлять Черными Всадниками, он использовал тело Родана. У того тоже имелись кое-какие способности, хотя до Вивианы ему было далеко. Но, в отличие от неё, он старика не предал. Наш злодей как бы передавал Родану часть своей силы и таким образом всегда был в курсе дел.

— Если пристукнуть Родана, старикашка угомонится? — спросила я.

Вивиана помотала головой и вздохнула.

— Понятно, найдет нового, желающих, небось, пруд пруди… Что ж нам делать, а?

Вивиана пожала плечами. В жизни не видела пожимающую плечами лошадь…

— А ещё кто-нибудь в этих местах живет? — поинтересовалась я. — Да? Классно! Наверняка кто-то да недоволен нынешним режимом… Осталось только собрать их в армию и всыпать вредному чародею по первое число!

Вивиана закатила глаза и мягко опустилась на травку. Н-да… не слыхала, чтобы лошади падали в обморок…

Оставив нервное создание приходить в себя, я отправилась полазить по скалам. Обожаю всякие пещеры, катакомбы, заброшенные стройки и прочие подобные места! Н-да… если забраться поглубже в горы, всадники будут нас искать до посинения. Боюсь, правда, скоро я настолько оголодаю, что решусь совершить налет на дворцовую помойку… Только не надо удивляться тому, что я так много внимания уделяю хлебу насущному! Это герои в сагах по три года бегают за врагом натощак, а моему растущему организму необходимо нормально питаться, у меня от голода голова работать перестает!

Солнце садилось, и я решила возвращаться в пещеру, чтобы не навернуться в темноте со скалы. Потом заметила неширокое ущелье и решила туда заглянуть. Ну что бы мне стоило подождать до утра?! Тогда, возможно… Впрочем, это я забегаю вперед.

Я сунула нос в ущелье и, поскольку ничем опасным там не пахло, спокойно по нему пошла. Оно вывело меня в ещё одну небольшую долинку. Здесь тоже был ручей, и я решила, что неплохо бы перебраться сюда на жительство. Тем более, что и пещера здесь нашлась, только вот большую часть её занимал здоровенный валун. Впрочем, если привязать его к Вивиане и как следует её подстегнуть, возможно, удастся освободить жилое пространство для меня любимой… О, на камне и выступ есть для веревки, как по заказу… Где бы только веревку раздобыть…

Луч солнца проник в пещеру, упал на валун, пробежался по пыльной каменной поверхности… и тут что-то ярко заблестело. Я, как любопытная сорока, присунулась поближе. Тот выступ, за который я намеревалась вытаскивать валун из пещеры, был крайне похож на рукоять меча. Что-то мне эта картина сильно напоминала…

На рукояти заманчиво блестели камни, явно драгоценные. Я не удержалась и потянула к ней руки. Так просто, посмотреть… Ну а что такого? Вон как тут всё запылилось… может, эта рукоять сто лет никому не нужна… а если нужна, то нечего было её в пещере бросать, не все такие честные, как я…

Я взялась за рукоять и потянула. Она явно зашевелилась, а потом так легко поддалась, что я не устояла на ногах и больно приложилась и без того настрадавшимся основанием о каменный пол. Потом посмотрела на то, что оказалось у меня в руках, и присвистнула. Это был меч! Довольно небольшой, примерно с полменя, и легкий, как будто из алюминия. И зачем он мне? Я даже не знаю, как его держать! Ладно, пригодится…

Я сунула добычу подмышку и отправилась обратно. По пути захотелось похулиганить, и я ткнула мечом в какую-то корягу. Та взяла и развалилась пополам. Ладно бы гнилая была, а так… Я сразу зауважала свой нечаянный трофей.

В нашем лагере Вивиана, только взглянув на мою находку, снова грохнулась в обморок, а псы зашлись диким лаем. Интересно, наша волшебница правда такая впечатлительная, или это на неё лошадиный облик дурно влияет? Слыхала я, что лошади нервные животные, но чтобы настолько…

Тут солнце окончательно зашло, и с моими приятелями начало твориться нечто странное. Псы встали на задние лапы, вытянулись, облысели, и моим глазам явились Тал с Талией. Обернувшись, я увидела, что Вивиана тоже превратилась в человека.

— Класс, — сказала я. — Тал, будь человеком, разведи костёр. Талия, тебя не затруднит зажарить этого кролика? Кстати, кто из вас его изловил?.. Вивиана, поясни, пожалуйста, в чем дело.

— Нас заколдовали! — сказала она.

— Я поняла, — фыркнула я. — Трудно было не догадаться.

— От восхода до заката мы будем животными! — добавила она.

— А от заката до рассвета людьми, да? — проявила я природную смекалку. — Что ж он вас на полную катушку не заколдовал?

Вивиана пожала плечами.

— Ладно, не суть важно… Кстати, а почему ты в обморок брякнулась, когда меч увидела?

Вивиана открыла рот, но ещё пару минут не могла ничего сказать.

— Ты не знаешь?! — выдавила она наконец. Я отрицательно помотала головой. — Ах да… Этот меч спрятал от нашего врага последний белый маг. Он предсказал, что тот, кто…

Боже, как банально! И угораздило же меня попасть в мир, просто нашпигованный литературными штампами!

— Стоп, стоп! — прервала я Вивиану. — Я не ослышалась? Повтори!

— Я сказала, что тот, кто вынет меч из скалы, станет властелином этого мира! Ну, когда победит нашего врага…

— Кстати, — вдруг вспомнила я. — А как зовут нашего врага?

— Лучше не упоминать его имени вслух, — прошептала Вивиана. — Тем более, что это лишь прозвище. Настоящего же его имени не знает никто!

Так, и это нам знакомо. Класс, а ведь никто не знает, что на самом деле я не Ада, а Аделаида! И то хлеб…

— Ладно, — легко согласилась я. — Будем звать его, скажем, зловредным дедом. Сокращенно Злодед. Идёт? А теперь давайте жрать!!!

Некоторое время мы сосредоточенно жевали. Потом я спросила:

— А у меча прозвища нет? А то несолидно как-то…

— Он называется Сердцетык! — торжественно ответила Талия. — Потому что его великие хозяева убивали своих врагов только ударом в сердце!

— Хорошо, что не Головотяп, — буркнула я.

4

Мы торчали в этих дурацких горах уже три дня, забираясь всё дальше и дальше, чтобы всадники нас не нашли. Подозреваю, Злодеду требовалось всего лишь посмотреть в какой-нибудь волшебный кристалл, чтобы нас отыскать, но, как водится в подобного рода историях, он что-то не торопился. Видимо, из спортивного интереса. А может, ждал, пока мы от голода помрем, с него бы сталось!..

Вдобавок Талия решила научить меня обращаться с мечом. Но мне решительно не давалась эта сложная наука! Да я даже на аэробике в руках-ногах путаюсь! А тут: повернись налево, подпрыгни, приземлись на правую ногу, при этом пригнись, левую руку отведи за спину, чтобы не отрубили ненароком, а правой сделай выпад! Уф… пусть лучше меня безболезненно убьют!

Так вот, стоял жаркий полдень. Я направилась на разведку дальше в горы. Через час ходьбы по скалам я обнаружила шикарное круглое озеро. Вода в нем была сравнительно тёплой. Правда, ручей почему-то вытекал из озера, а не втекал в него, но какая мне, в сущности, разница?..

Вместо мыла в здешних краях пользовались корнем какого-то растения. Он неплохо пенился и вполне приятно пах, так что я с удовольствием плескалась в ручье. Потом разложила выстиранную одежду на нагретых солнцем камнях и развалилась на песочке. Красота! Скалы высоченные, золотисто-серые, причудливой формы. Вон тот выступ здорово похож на чью-то морду. А жёлтое пятнышко — на глаз… Интересно, что за пятнышко? Может, золото?

Я натянула практически высохшую одежду, прихватила меч и полезла на скалу. Ухватившись за какую-то корягу, я подтянулась к пятнышку… и обомлела. После чего быстро ссыпалась вниз… Нет, наверно, всё же померещилось… на солнце перегрелась…

Земля сильно вздрогнула. Землетрясение, что ли? Посыпались камни.

И тут до меня дошло: скала шевелилась! Мамочки! Этот уступ — и впрямь чья-то морда! А пятнышко — глаз!

— Боже мой. Это мне кажется, — сказала я и ущипнула себя за руку, чтобы убедиться, что не сплю. Убедилась. И завопила: — А-а-а!!!

Каменное чудище с тяжёлым грохотом распахнуло широченные крылья — меня осыпало дождём щебёнки. Градом, если быть точной… Мамочки, дракон! Натуральный дракон! Бежать! Бежать, и немедля! Пока он развернётся — вон какой здоровенный! — я уже озеро переплыву! Он каменный, в воду лезть не должен!

Я развернулась и кинулась к озеру. Но не добежала: из озера выметнуло столб воды, он рассыпался мелкими каплями… и посреди водоемчика, окатывая меня брызгами, забил крыльями второй дракон. Ничего такой, поизящнее каменного, но тоже здоровенный…

Я села там же, где стояла.

— Кто ты, человек, что осмелился нарушить наш покой? — глухо пророкотал каменный дракон.

— Я? — переспросила я. — Да я так… купаюсь себе спокойно… альпинизмом балуюсь… А тут вы!!! Вы что, подглядывали, когда я тут раздетая плескалась?! Кошмар! А если разбудила — так я нечаянно… А вы сами-то кто будете?

— Мы — стражи… — прошелестел водяной дракон.

— Стражи? — удивилась я. — Этой долины, что ли? А чего тут сторожить, сплошной камень…

— Мы — стражи мира, — донеслось сверху. Я задрала голову — облака стремительно складывались в фигуру белого дракона. Так… не хотела бы я близко познакомиться с огненным стражем… Тоже мне, миротворческие драконы…

— Равновесие нарушено, — прогудел каменный дракон. — Мы пробудились. Кто ты, человек, что носит славный Сердцетык?

— А? Я? — сказала я. — Я Ада. Я сюда случайно попала, но раз уж Сердцетык достался мне, то надо ведь соблюсти правила игры, верно?

— Верно, — прошипел водяной дракон.

В общем, следующие полчаса я вполне мирно общалась с этими рептилиями или кто они там есть. Выяснилось, что в незапамятные времена тот же последний белый маг, что засунул Сердцетык в камень, отрядил драконов охранять этот мир. После чего скончался, видимо, от натуги.

Так вот, силы драконов были неравными. И тот из них, что олицетворял огонь, должен был противостоять остальным.

— Мы не можем уничтожить Пламя, — сказал мне дракон по имени Скала. — Мы втроем — я, Волна и Ветер — можем лишь остановить его, сдержать, но не убить. Ибо тогда нарушится извечное равновесие…

— И что мне делать? — уныло спросила я. — Если вы не можете атаковать Злодеда… что ж нам, вчетвером с этим психом сражаться? И вообще, стоит ли?

— Если уж дух великого белого мага, заключенный в мече, разбудил нас, — сказал Волна (он смахивал на фонтан), — то мирным путём это дело не уладить…

— Я уж поняла, — вздохнула я. — А тут вокруг никого больше нет? Ну, гномов, троллей, орков, на худой конец… И чтобы они были сильно обижены Злодедом!

— Нет, — ответил Ветер. — В этих местах почти нет разумных существ, а те, что есть, либо преданы черному магу, либо настолько запуганы им, что не осмелятся противиться ему…

— Зашибись… — сказала я. — И что мне делать?

Драконы не ответили. Тут я обнаружила, что солнце зашло. С ума сойти! Драконы оживают днём, мои приятели превращаются в людей ночью… убиться можно!

Тут мне в голову пришла хорошая мысль: если ночью драконы недееспособны, стоит атаковать Злодеда именно в это время суток. Ведь тогда он не сможет позвать на помощь Пламя! Но как проникнуть в замок?..

И тут я вспомнила про потайной ход. Наверняка дверь можно открыть и снаружи! Итак… план уже есть: пробраться в замок и замочить старикашку! И при этом постараться не шуметь!

Радостная, я вернулась в лагерь и изложила факты своим спутникам. Они не выказали большого энтузиазма. Вивиана, в частности, сказала:

— Нам не удастся войти в замок незамеченными даже через потайной ход. Злодед очень осторожен, и его обиталище защищают сильные заклинания. Из замка сложно выйти, но войти ещё сложнее.

«Ха! — подумала я. — Что-то мне не показалось сложным выбраться из заточения!»

Вслух я сказала:

— Тогда я попробую добраться до покоев Злодеда, а вы будете отвлекать внимание! Изобразите попытку проникнуть в замок!

Отважная троица переглянулась.

— Гениально! — вымолвила Талия. Неужто они никогда не слыхали про отвлекающие маневры? Надеюсь, Злодед столь же «искушен» в военном деле…

5

Итак, на следующую ночь мы выступили в поход. Во дворе замка было так же пустынно, как и прежде. Со стороны помойки вообще стояла гробовая тишина.

Тал, согласно утвержденному плану, принялся крушить ворота и оскорблять Злодеда. Я прошмыгнула мимо коновязи к помойке и, подсвечивая волшебным огоньком, одолженным мне Вивианой, обнаружила дверь. Так… чтобы выйти, надо было дернуть, а чтобы войти, вероятно, надо нажать… Вопрос — на что? И времени в обрез! Я со злости пнула дверь и, как выяснилось, попала в точку! То есть каменная плита со скрежетом повернулась… и я вошла внутрь.

Выйдя из потайного хода, я выглянула в окно. Тал разбил ворота в щепки. Его пыталась усмирить толпа всадников, но тут из засады выскочила Талия. Хорошо, в запасе есть ещё Вивиана…

Я вышла из комнаты — открыть дверь мне помог Сердцетык — и пошла вверх по лестнице. Вивиана описала мне замок, так что я легко находила дорогу к покоям Злодеда.

Я поднялась ещё на один лестничный пролет и оказалась в громадном зале. А передо мной вдруг вырос Родан. На лбу у него красовалась великолепная шишка — видимо, моя затея с лошадьми всё же имела последствия. Я икнула от неожиданности и попятилась.

— Как глупо с твоей стороны было прийти сюда… — ласково сказал Родан, поглаживая рукоять своего меча. А меч у него был знатный — вдвое длиннее Сердцетыка и сплошь чёрный, с серебряными узорами. Очень элегантно! Но вот выражается Родан, как заштатный злодей в третьесортном фильме! — Даже с этим мечом… Я, знаешь ли, лучший фехтовальщик в этом мире…

— А я не из этого мира, — буркнула я себе под нос. Однако Родан не захотел больше со мной общаться и сделал резкий выпад. Я еле успела отскочить. Конечно, Тал с Талией кое-чему меня научили, но тягаться с Роданом мне было рановато… Сомневаюсь, чтобы сам Тал смог с ним совладать.

В общем, зал был большой, и мне удавалось уворачиваться от черного клинка Родана. Наконец и он понял, что по этой немереной площади я могу бегать от него до скончания века, и засунул меч в ножны. После этого он так улыбнулся, что мне сделалось дурно.

— Не будем терять времени… — сказал он, завел глаза к потолку и начал: — Ага… Рива… Камю… Обна…

Я так поняла, что он читает заклинание. Само собой, превращаться в лягушку я не хотела…

В той белиберде, что нес Родан, мне вроде послышалась фамилия кого-то из философствующих писателей… вроде бы Камю… Чем черт не шутит? В какой-то книге, помнится, рифмованные строчки действовали, как заклинания. Может, тут та же картина с фамилиями? Ну-ка… В голову отчего-то не приходило ни одного философа.

Родан вытянул руку, воздух опасно засветился…

— Лоллобриджида! — выкрикнула я, прикрывая голову руками.

С потолка почему-то рухнул рояль…

К сожалению, Родана не задело, но он всё же слегка опешил. Я тем временем опамятовалась, припомнила учебник философии и рявкнула:

— Сартр!

Родана стукнуло по голове старинной стиральной доской…

Ну, мелочиться я не стала и вывалила весь запас своих знаний…

После «Шопенгауэра» пошёл град из игрушечных самолетиков (от него мне пришлось прятаться под роялем), «Маркс и Энгельс» вызвали похоронный венок, барабанную дробь и запах благовоний, что случилось после «Кьеркьегора», лучше вообще не вспоминать, а от «Шварценеггера» зал заволокло густым туманом. Темно стало, как у этого самого Шварценеггера…

Я как-то потеряла Родана из виду, пока отсиживалась под роялем, и теперь изо всех сил вглядывалась в туман. Внезапно мне почудился шорох сзади. Я, недолго думая, развернулась и сунула в туман Сердцетыком.

Раздался хрип, потом стук… Туман постепенно развеялся, и я увидела… поверженного Родана. Сердцетык воткнулся ему точно в сердце…

Ну, слёз я проливать не стала, а вытерла Сердцетык о портьеру и пошла искать Злодеда…

Интересно, как мне его убивать? Вдруг мне станет жалко дедушку… а дедушка как швыранется молнией! Нет уж, надо — значит, надо!

Я вздохнула поглубже и ввалилась в опочивальню Злодеда.

Злодед сидел в глубоком кресле, укутанный пледом, и сильно напоминал престарелого академика на пенсии. Меня он не замечал. Я присмотрелась к нему повнимательнее… и начала сползать по стене.

Злодед вздрогнул от неожиданности и повернулся ко мне.

— Ой, не могу! — стонала я. — Ой, держите меня, люди добрые, помру! Ха-ха-ха!!!

— Кто ты такая? — грозно каркнул Злодед, сверкая глазами.

— Ой, не могу! — заходилась я. — А великий белый маг был альбиносом?! Хи-хи-хи… Вы только посмотрите… черный маг… черный! С ног до головы!.. Не, я не расистка, я просто… ха-ха-ха!!!

Я показала пальцем на дряхлого негра в кресле, совсем забыв, что в этой руке у меня зажат Сердцетык… Злодед, увидев моё оружие, открыл рот, потом с лязгом его закрыл… и обмяк в кресле. Побулькал немножко и затих. Инфаркт миокарда… или инсульт. Может, всё сразу… Словом, он помер.

В комнату ворвалась моя команда. Я хихикала из последних сил, видимо, нервы разошлись…

— Ты… — Талия вытаращила на меня глаза. — Ты убила его?! И Родана?

Вивиана неожиданно всхлипнула и посмотрела на меня с упреком. Видимо, ей всё же было жалко первого учителя.

— Родана — случайно, — сказала я. — А Злодед сам помер. С перепугу, наверно… Что ж вы мне не сказали, что он негр?! Я тут чуть от смеха не скончалась!

— Идемте отсюда, — сказала Вивиана. — Лучше уйти из замка. Кто знает, какие ловушки оставил здесь наш враг.

Все закивали и начали послушно спускаться вниз. И вот тут я офонарела. Родана не было! Красная лужа на полу была, рояль стоял, а Родана — не было!

Талия почесала в затылке.

— Товарищи, — сказала я, прячась за левую ногу Тала. — Вы же не хотите сказать, что по замку шляется зомби, правда?..

— О нет! — Вивиана так вскрикнула, что я подскочила. — Ты ведь не проверяла, действительно ли Родан скончался? И наш враг умер своей смертью… О-о-о…

— В чем дело? — рявкнули мы хором.

Вивиана трагически посмотрела на меня.

— Наш враг успел передать свою силу Родану! И если в Родане оставалась хоть искра жизни, то он смог залечить свою рану!

— И теперь… — начала я.

— Теперь он — самый могущественный черный маг в этом мире! — воскликнула Вивиана. — Сильнее Злодеда… тьфу! Нашего врага! Ведь Родан молод и полон сил!

— Тогда нам лучше убраться отсюда, — резонно заметила я, беря Сердцетык подмышку. Н-да, надо мне попрактиковаться в заклинаниях… Черный маг Родан — это вам не старикашка Злодед!.. Это воин и колдун в одном флаконе, то есть тот ещё фрукт!

И тут замок задрожал.

— Это еще что? — взвыла я, оборачиваясь к своим приятелям. Не тут-то было! Они снова превратились в животных! Это что ж получается, Злодед помер, а колдовство не рассеялось? Странно…

Я ринулась к окну. Ой, что там творилось! Откуда-то из-под замка вырывался огненный смерч, постепенно формируясь в дракона. Земля мгновенно вздыбилась, полетели булыжники с меня размером — это Скала пытался отрезать Пламя от замка и, соответственно, от меня. Забил мощный фонтан, становясь драконом Волной. Пламя зашипел, как раскаленная сковородка, если на неё плюнуть, но не сдался. Маленькую долину заволокло паром. Тут поднялся жуткий ветер. Воздушный дракон тоже был не промах, и вместо того, чтобы раздуть огонь, порывы ветра его гасили. Словом, не прошло и получаса, как Ветер, Волна и Скала совладали-таки с Пламенем. Долина оказалась перепахана так, словно тут намечалось строительство метро. Вдобавок жутко несло гарью, а земля превратилась в жидкую грязь, перемешанную с булыжниками.

— И чего теперь? — спросила я мрачно. — Замок, понятно, мой, но ведь где-то скрывается Родан со своими Черными Всадниками… И что мне прикажете предпринять?

Ну, предпринимать я пока ничего не стала, резонно надеясь, что Родан сам меня найдет, если пожелает. А как с ним сражаться — видно будет.

В замке царила полнейшая неразбериха. Слуги Злодеда, похоже, разбежались, прихватив всё, что плохо лежит. Какие-то подозрительные штуки, правда, никто не тронул, из чего я заключила, что это магические атрибуты. Понятно, что я тоже не стала их трогать. Кто их знает, превращусь в монстра какого-нибудь, а обратно? Так и ходить всю жизнь на шести лапах и с ядовитыми клыками? Нет уж, увольте…

К сожалению, ни одной книги с заклинаниями в замке не оказалось. То ли я плохо искала, то ли Злодед помнил заклинания наизусть. Ладно, у меня голова такими фамилиями забита — мало не покажется!

Прошел день, другой. Тишина стояла, как на кладбище. И вот, в один прекрасный вечер я спустилась во внутренний двор замка, чтобы пожарить с приятелями шашлычка. Дворик, надо сказать, был размером со стадион.

Только мы откупорили первую бутылку, как грянул гром! Порывом ветра нас снесло к стенам, только что не размазало. В центре двора заклубились тучи, и появился Родан. Он был мрачен и кутался в черный плащ.

— Я ужас, летящий на крыльях ночи! — сказал он. То есть нет, ничего подобного он не сказал, но до такой степени походил на Черного Плаща, героя диснеевского мультсериала, что мне послышалась любимая реплика этого персонажа.

— Ха-ха-ха! — зловеще расхохотался Родан, картинно закидывая полу плаща на плечо. — Вы все здесь! Что ж, тем лучше…

— Выпить хотите? — предложила я. Родан оторопел.

— Да я ж тебя сейчас на атомы распылю! — несколько удивленно сказал он.

— Ну так давайте выпьем за… ну хоть за квантовую физику! — не растерялась я.

— Ты что, не боишься? — зловеще спросил Родан. Он довольно заметно почернел ликом. Скоро станет похож на Злодеда. Вот скукожится от старости — вообще одно лицо будет.

— Боюсь, — честно призналась я. — Вот и пью для храбрости!

— Что ты делаешь? — зашипела Вивиана. — Он же правда тебя убьёт!

— Пусть попробует, — фыркнула я. От алкоголя я становлюсь совершенно неуправляемой. — Ясперс!

На Родана посыпался дождик из кобр. Змейки начали активно расползаться по сторонам, Вивиана завизжала, а Талия с Талом, не растерявшись, принялись давить рептилий каблуками.

— Глупая девчонка! — снова демонически расхохотался Родан. — Сейчас я сделаю вот так… — Он щелкнул пальцами. — И ни одно твоё заклинание больше не подействует!

— Фейерабенд! — тихонько сказала я. Почему-то начался салют. Шикарный такой, как на День Победы. Тогда я осмелела и выпалила: — Шайермахер!

Видимого эффекта не наблюдалось, но Тал отчего-то покраснел, да и Родан подозрительно смутился. Впрочем, он быстро овладел собой и двинулся ко мне.

— Не подходи! — предупредила я, выставив перед собой Сердцетык. — Я ещё много чего знаю!

— Глупая девчонка! — опять захохотал Родан. Признаться, это его здоровое чувство юмора меня порядком утомило. — Твои заклинания действуют случайным образом, ты не знаешь, что случится!

— Сейчас опять рояль уроню! — пообещала я и выкрикнула: — Лоллобриджида!

Однако рояль не упал, вместо него пошел дождь из роз.

— Я же говорил! — обрадовался Родан.

— Вивиана, помогла бы! — попробовала я намекнуть. — Что ты стоишь, как пень?

Вивиана, как, впрочем, и Тал с Талией, только вращала глазами, но явно не могла пошевелиться. Ясно, мне придется рассчитывать на собственные силы…

— Сейчас позабавимся! — сообщил Родан, выхватывая меч.

— Может, лучше в загадки поиграем? — пискнула я, но Родан не отреагировал. Он с ревом кинулся на меня, занося меч. Я попятилась, обо что-то споткнулась и плюхнулась на землю. Хорошо хоть, Сердцетык не выронила. Родан приближался. Я зажмурилась и выставила ногу. Потом вдруг какая-то сила вывернула у меня из рук Сердцетык… и наступила тишина. Я открыла глаза.

Родан навзничь лежал на камнях, а из груди у него торчал Сердцетык. Второй раз самому напороться на меч — это ж каким дураком надо быть!

Сердцетык вдруг засветился белым, по клинку побежали радужные искорки. Над рукоятью начало собираться черное облачно. Присмотревшись, я решила, что это Родан теряет черную энергию, переданную ему Злодедом. Когда облачко достигло рекордных размеров, Сердцетык вдруг ослепительно вспыхнул… и рассыпался с жалобным звоном… Н-да, мавр сделал своё дело, мавр может удалиться. Жаль, хороший был меч… Родан, правда, остался. Чернота с него потихонечку сползла. Ну, вполне нормальный парень оказался, даже симпатичный.

Тут наконец отмерли мои приятели. Талия с нечленораздельным воплем кинулась… к Родану! Схватила его в охапку, прижала к своему необъятному бюсту и нежно позвала:

— Родя! Родечка!

— Он что, и есть её возлюбленный? — ошалело спросила я. Вивиана только кивнула. У неё нервно дергалось правое веко, а у Тала заметно дрожали руки. — Ну так помоги ему, ты ж волшебница, в конце концов!

— У меня не хватит сил, чтобы вернуть его к жизни, — сказала Вивиана. — Вот если всем вместе…

Я сунула руку Талу, сама ухватилась за Вивиану, та — за Талию, а Талия замкнула круг. Вивиана принялась нараспев читать какое-то заклинание. Честно говоря, на мой непрофессиональный взгляд, слова в нем были сплошь ругательными. Однако в центре нашего импровизированного круга, над Роданом, появилось яркое свечение. Белый свет словно окутывал неподвижно лежащее тело, впитывался в него… но вдруг Вивиана вскрикнула и плюхнулась в обморок.

— Мы слишком слабы… — судорожно всхлипнула Талия на плече у брата. Тот неуклюже потрепал её по голове.

— Ничего-то вы, люди, толком сделать не можете! — раздался у нас за спиной жизнерадостный голос. Мы разом обернулись. Там, подбоченясь, стоял Лив. На этот раз без боевой раскраски, но со здоровенной сумкой на плече.

— Ты кто? — недружелюбно рявкнул Тал, надвигаясь на Лива, который значительно проигрывал Талу в размерах. Тал-то не знал моего приятеля в лицо. — Что нужно эльфу в этом замке?

— Но-но! — предостерегающе сказал Лив, но пятиться не стал. — Я ведь и обидеться могу… Что вы тогда делать будете?

— Это свой! — вступилась я. — Лив, а правда, ты чего здесь забыл?

— Да так, шел мимо, дай, думаю, зайду, — фыркнул он. — Дошли до меня слухи о ваших успехах… Так вам помочь, или сами справитесь?

— Помоги! — страдальчески простонала Талия. — Клянусь, что больше никогда не причиню зла ни одному эльфу!

— И я! — пробасил Тал.

— Ладно, поверю на слово! — пожал он плечами и с легкой ухмылочкой взялся за дело.

Через пару минут во дворе так воняло какими-то травами, что Вивиана, не приходя в себя, принялась чихать. Заклинаний Лив не читал, но, похоже, прекрасно обходился без них. Родана он штопал, как профессиональный хирург.

— Получите, — сказал он наконец. — Пару недель отлежится и будет как новенький.

— Родя! — нежным басом позвала Талия, склоняясь над возлюбленным, — Ты жив?

С ума сойти! Родан приоткрыл небесной голубизны глаза и прошептал:

— Талия… где это мы?..

— Душераздирающая сцена! — театрально всхлипнул Лив, вытирая рукавом несуществующие слёзы. — Как приятно делать людям добро… ещё бы кто догадался поблагодарить…

Талия вскочила на ноги и ринулась к Ливу.

— Проси, чего хочешь! Ты вернул моего Родана!

— Э, нет, дамочка, только без объятий! — Лив поспешно отскочил назад. — Говорю же, просто шел мимо… Вы, кстати, не хотите отнести тяжелораненого в постель? А то он у вас, лежа на камнях, простудится, чего доброго!

— Тал! — повелительно сказала Талия. Её братец мгновенно подхватил Родана и потащил в замок. Талия же, перекинув через плечо бессознательную Вивиану, отправилась следом.

— Убиться можно, — пробормотала я. — До чего же мне надоели такие вот окончания историй!

— Ну что, пойдем? — спросил Лив.

— Далеко?

— А ты что, домой не собираешься? По-моему, тебе тут делать нечего. Все счастливы, все живы, а тебе и заняться нечем…

— Верно, — сказала я. — Ты мне покажешь, как идти?

— Я тебя провожу, — ответил Лив, заталкивая в сумку остатки своих травок. — В Тёмном Лесу скучно стало…

— А я причем?

— Ну как причем? Ты так занятно о своем мире рассказывала… Да не удивляйся, я подслушивал, когда вы ночью трепались… Так вот, мне позавчера аккурат девяносто девять стукнуло, я теперь совершеннолетний. Думаю, можно и прогуляться. Ты, надеюсь, не против?

— Ничуть! — ответила я. — Пошли, что ли?

И мы пошли…

Часть 2. Снова в строю

Меня разбудил пронзительный свист. Верхний сосед выматерился и запустил с балкона чем-то тяжелым, но, видимо, не попал, потому что свист повторился. Я взглянула на часы — половина третьего ночи.

— Ты что, рехнулся? — спросила я, перевесившись через перила. Внизу, в непроглядной темноте, слабо светились два зеленых огонька. — Ночь на дворе! Чего тебе?

— Полнолуние, — пояснил Лив. — Я решил приятелей навестить. Подумал, может ты тоже захочешь их повидать.

— Клёво! — обрадовалась я.

— Прыгай, я поймаю, — пригласил Лив. Что он меня поймает, я не сомневалась, но всё же сказала:

— Погоди минутку, я сейчас…

Прыгая на одной ноге, я пыталась одновременно надеть джинсы, застегнуть куртку и засунуть в рюкзак самое необходимое.

— Если через минуту ты не выйдешь, я уйду один, — раздалось с улицы. Что Лив уйдёт один, я опять же не сомневалась, поэтому выскочила на балкон в одной кроссовке и крикнула:

— Лови!

Внизу что-то обо что-то гулко стукнулось, и Лив спросил:

— Что это у тебя в рюкзаке? Кирпичи?

— Нет, — хихикнула я, зашнуровывая кроссовки. — Учебник философии. В двух томах… Теперь лови меня!

Прыгать с пятого этажа было страшновато, но я была уверена, что Лив меня поймает. Он хотя и не отличается мощной мускулатурой и громадным ростом, но всё равно очень сильный. И в темноте видит лучше кошки. И потом, это был не первый мой прыжок!

— Пошли, — сказал Лив. Разумеется, он даже не подумал взять мой рюкзак! Он такой. И спорить бесполезно, кстати говоря…

— А чего это ты решил в гости наведаться? — поинтересовалась я, спотыкаясь в темноте.

— А у наших общих знакомых неприятности, — в тон мне ответил Лив.

— Что случилось? — оторопела я.

— Вивиана сыночка родила, — сообщил Лив.

— А почему я об этом последняя узнаю? — возмутилась я.

— Потому что я сам только что узнал… Да осторожней ты!

— Извини… — Кажется, я наступила не на камень, а Ливу на ногу. — Так в чем там дело? Разве сын — это неприятность?

— Сам по себе — нет, — очень понятно объяснил Лив. — Потом расскажу. А сейчас замолчи и дай мне сосредоточиться!

Пока он сосредотачивается, я, пожалуй, кое-что поясню. Лив — эльф. Мы с ним познакомились, когда меня каким-то образом зашвырнуло в другой мир. Там я наткнулась на воителей Тала и Талию и волшебницу Вивиану: они шли спасать мир от зловредного мага, и я к ним присоединилась. По ходу дела я нашла славный меч Сердцетык, по моей вине скончался от сердечного приступа главный злодей, да и возлюбленного Талии, а по совместительству помощника злодея, без меня тоже бы не расколдовали. А Лив этому самому возлюбленному жизнь спас. А потом решил проводить меня до дому.

До дому он меня довел, а сам поселился где-то неподалеку. Вообще-то он утверждает, что ему уже почти сто лет, но я ему не верю. Во-первых, выглядит Лив от силы на четверть заявленной цифры, а во-вторых, хулиганит, как малолетка. Периодически он заявляется ко мне в университет, повергая моих подружек в шоковое состояние: Лив необыкновенно хорош собой, одни зеленые глазищи чего стоят! Чуточку заостренные уши он довольно удачно прикрывает модной стрижкой, а о биографических данных загадочно умалчивает. Поэтому неудивительно, что каждый его визит сопровождается бурей девичьих вздохов и пламенных взглядов!

Так вот, как уже упоминалось, Лив — эльф, и в полнолуние может перемещаться между мирами. А может, и не только в полнолуние, я не уточняла. Вот, сегодня он решил взять меня с собой. Интересно, что там за неприятности с сыночком Вивианы? Может, я не зря тащу такую тяжесть? Учебник философии мне нужен вот для чего: в ненормальном мире, откуда родом Лив, звучные фамилии философов (и не только философов), а также разные неприличные слова, которыми эти философы обзывали самые банальные вещи, действуют как настоящие заклинания. К сожалению, это их действие предугадать невозможно…

Пока я размышляла, что могло случиться с Вивианой, мы, оказывается, успели добраться до места. Перед нами высился замок, когда-то принадлежавший главному злодею, а теперь — Вивиане с компанией.

— А вот и мы! — жизнерадостно сообщил Лив во всю глотку. — Ворота-то откройте!

Но, судя по всему, нас никто не услышал, так что пришлось лезть через стену. Лив затаскивал меня наверх, а я нервно хихикала, потому что боюсь щекотки.

Оказавшись во дворе замка, мы смогли услышать чьи-то бурные рыдания.

— Это кто так разоряется? — поинтересовалась я. Лив пожал плечами.

— Сейчас выясним, — сказал он. — Пошли.

Мы вошли в замок. Внутри было холодно и не прибрано. Возле окна, выходящего на двор, сидел Тал — как ни странно, в нормальной одежде, — и лил скупые мужские слёзы. Судя по тому, что портьера, которой он пользовался вместо носового платка, была наполовину мокрой, с Вивианой и впрямь приключилось нешуточное несчастье.

— Привет, Тал, — сказала я.

— Здравствуй, Ада, — невыносимо печальным голосом сказал он и снова залился слезами.

— Ада, Лив! — навстречу нам поспешала его сестра, Талия, с огромным животом: видимо, будущее дитя решило унаследовать габариты маменьки, а не изящного Родана. Да… времени они тут даром не теряли… — Наконец-то!

— Привет, Талия, — сказала я, уворачиваясь от мощных объятий. Однако Лива она успела сгрести и облобызать. Тот полузадушенно пискнул, но вырываться не рискнул. — Что у вас за беда приключилась?

Талия мгновенно помрачнела и сказала:

— Идемте, сами всё увидите…

Мы последовали за Талией. Тал плёлся следом и стенал.

Посреди большого зала наверху башни, куда привела нас Талия, почему-то стояла лошадь. Вокруг неё скакал жеребенок оригинальной леопардовой масти. Я, похоже, догадалась, в чем дело…

— Вивиана? — спросила я лошадь. Она грустно кивнула, и из больших глаз её закапали слёзы.

— Привет, Ада. — Из-за колонны вышел Родан. Когда-то он был помощником главного злодея, но потом мы его совместными усилиями расколдовали. После ранения моим Сердцетыком он стал крайне тихим и почему-то захромал.

— Слушайте, что у вас тут творится? — не выдержала я. Увы, я не могу долго выдерживать всеобщую тоску. Ливу проще, он тут вырос и привык к такому выражению чувств! — Что с Вивианой?

— О!.. — сказал Родан. «Сейчас возведет очи горе,» — подумала я и угадала. Родан и впрямь уставился в потолок со вселенской тоской в глазах. Потом перевел взгляд на меня и добавил: — Думаю, это последствия заклинания, наложенного нашим покойным врагом.

— Злодедом? — догадалась я. Когда-то Злодед превратил Вивиану в лошадь, а Тала и Талию — в собак. Но потом, когда он помер, а мы расколдовали Родана, все стали нормальными людьми. Крайне интересно…

— Да, — кивнул Родан. — Когда родился Антуан, всё было в порядке, а к вечеру оба стали животными… Я не могу их расколдовать. Увы, это не в моих силах! И я теряюсь в догадках, кто мог устроить такое?

— Может, сам Злодед? — предположил Лив. — Ну, решил пошутить и наложил заклинание с последействием…

— О ужас! — взвыла Талия и хотела было упасть в обморок, но потом сообразила, что подхватить её никто не сможет, и передумала. — А я?

— Я тоже этого боюсь, дорогая, — вздохнул Родан и посмотрел на нас с Ливом. — Её срок придет с недели на неделю, а я никак не смогу защитить её от злого колдовства…

— О нет… — простонал Лив. — Снова мне придется всех вас спасать…

— Почему это только тебе? — возмутилась я. — А я?

— О нет… — снова простонал Лив. — Ещё и ты…

— Гадюка ты древесная, — сказала я и повернулась к Родану. — Родан, а всё-таки, кто, если не Злодед, мог заколдовать Вивиану?

Он призадумался. Потом сказал:

— Ну, разве что черная колдунья Даннидакс, что живет на севере. Видишь ли, Вивиана отказалась помочь ей поработить вольный народ северных гномов, и колдунья вполне могла отомстить! К тому же Даннидакс была в хороших отношениях со Злодедом и находилась в курсе его дел…

— Ну всё, какие проблемы? — весело сказала я. — Идем к этой Даннидакс, поднимаем восстание гномов, бьём морду злодейке и заставляем расколдовать Вивиану с сыночком. Вопросы есть?

— Ада! — Талия снова хотела заключить меня в объятия, но я ловко увернулась. — Я верю, ты спасешь нас! Увы, я не смогу пойти с тобой, и Родан нужен здесь — ведь мы с Вивианой не можем о себе позаботиться! Но Лив…

— Я не пойду! — категорически заявил Лив.

— Почему это? — опешила Талия.

— Гномы эльфов терпеть не могут, — пояснил Лив. — Надо сказать, взаимно.

— Это из-за чего же? — заинтересовалась я, но меня проигнорировали.

— Лив, как ты можешь?! — воскликнул Родан. — Ты, такой благородный, такой храбрый…

Ливу явно понравился комплимент, но он продолжал ломаться и капризничать. То, значит, гномы с эльфами не в ладах, то он холода не любит, то ему родственников навестить надо… Но в конце концов психологический прессинг сделал своё дело, и Лив сдался.

— Я тоже пойду с вами, — пробасил Тал. — Вам понадобится защита! Путь далек и опасен!

— Клёво! — согласилась я. — Тал всем там насует куда надо, а я заклинанием прихлопну!

— А я зачем? — вкрадчиво поинтересовался Лив.

— А ты будешь осуществлять общее руководство, — не растерялась я.

Итак, мы отправились в путь.

Разумеется, нас снабдили лошадьми, припасами и всяческим оружием. Впрочем, Лив от предложенной экипировки отказался, гордо продемонстрировав мощный лук, купленный на Земле. Я лично этот лук и в руках-то удержать не могла, не говоря уж о том, чтобы тетиву натянуть, Лив же делал это играючи. Он вообще любил порисоваться.

Тал зачем-то переоделся из нормальной одежды в свою походную сбрую, то есть нацепил кожаную набедренную повязку, уйму ремней и железяк, а ноги обмотал чьими-то шкурками, мотивируя это тем, что на севере холодно. Вдобавок он прицепил на самое интересное место металлическую пластину, размерами и видом схожую с канализационным люком, видимо, для пущей безопасности. Из-за этой железки ему приходилось ходить враскорячку, а бегать боком и вприпрыжку, но Тал не сдавался.

Так вот, лично мне лицезрение его волосатого торса и не менее волосатых ляжек не доставляло ни малейшего эстетического удовольствия. Убейте, не понимаю, почему подвиги надо совершать в полураздетом виде! Это же непрактично! В лесу полно колючек и кусачих насекомых, а ночью, кстати говоря, вовсе не жарко! Да и на лошади с голым задом ездить не слишком удобно… Неужели трудно одеться по-человечески? Вот Черные Всадники, помнится, одевались нормально. Кстати, а куда они подевались после смерти Злодеда? Впрочем, ладно. И без них хлопот полон рот…

Мы, значит, направились на север. Особенно не торопились, хотя Тал хмурил брови и призывал поспешать. Однако Лив не терпящим возражений тоном заявил, что лошадей загонять нельзя, поскольку в этой глуши новых нам ни в жизнь не раздобыть, и Талу пришлось заткнуться, но ему явно не нравилось, что им командует какой-то мелкорослый эльф. Вдобавок Тала раздражал свист, а Лив свистел постоянно и, на мой взгляд, вполне мелодично. Я даже пыталась присоединиться, но, к сожалению, оказалась не настолько музыкальной.

По ходу дела меня начали посещать смутные сомнения. Интересно, как это мы заставим Даннидакс расколдовать Вивиану? Если уж она смогла заколдовать далеко не слабую волшебницу на приличном расстоянии, да так, что даже Родан не может ничего поделать… Что ей помешает превратить всех нас в мух и прихлопнуть тапкой? Думать так мне совсем не нравилось… Но не поворачивать же назад! Во всяком случае, в подобных историях всегда побеждают положительные герои. Хотелось надеяться, что в нужный момент и мы не оплошаем…

Денька через три стало заметно холоднее. А ещё через два я порадовалась, что захватила из дому тёплый свитер и перчатки. Лив тоже упаковался потеплее, а Талу, казалось, холод нипочем. Может, он жиром натирался? По крайней мере, волосатые телеса его сильно блестели…

— Лив, а почему эльфы с гномами в конфронтации? — спросила я, когда мы устроились вечером на привал.

— Лучше сказать — в раздрае, — буркнул Лив.

— Ну а всё-таки, почему? — не отставала я.

— А почему собаки кошек не любят? — попытался выкрутиться Лив.

— Не факт! — заявила я. — У моей подруги две собаки и кошка, и все трое прекрасно дружат! Ну почему?..

— Потому что гномы грубые, наглые и беспардонные невежи! — ответил Лив. — Вдобавок они не имеют никакого понятия о манерах, сморкаются в скатерть, буде таковая отыщется, и вытирают руки об одежду. Как наш Тал. Вдобавок они похотливы, как орангутанги, и бросаются на всё, что шевелится, а за горсть золотых монет продадут родную матушку!

— Интересно, что они говорят про эльфов? — хихикнула я.

— Что эльфы — высокомерные, самовлюбленные, самодовольные, двуличные и коварные гордецы, — подал голос Тал.

— Спасибо за комментарий! — прошипел Лив.

— И с отвратительным характером, — добавил Тал.

— Тал, а почему, интересно, ты не превратился в собаку? — поспешила я сменить тему.

— Он же не рожал! — хихикнул Лив, снова приходя в хорошее расположение духа.

— Ну и что? У него же сильная эмоциональная связь с Вивианой, — решила я проявить знание психологии. — Если уж ребенок превратился жеребенка, то и Тал вполне мог опять стать собакой!

— Кобелем, — уточнил Лив и зафыркал. — Кстати, почему ты так уверена, что у Вивианы сильная эмоциональная связь с Талом? Жеребенок-то на папу совсем не похож, да и масти другой… Как бы Талу не оказаться рогатой псиной!

— Всё! — заорал Тал, становясь багровым. — Я долго терпел! Ты, мальчишка! Как ты смеешь меня оскорблять?!

— Да я не оскорблял. — Лив сделал невинные глаза. — Я только строил предположения… и отнюдь не необоснованные!

— Да я тебя за это…

Тал сгреб не ожидавшего коварного нападения Лива в охапку, перекинул через колено и успел пару раз крепко приложить нахала тяжелыми ножнами пониже спины.

Однако Лив практически моментально выдрался из цепких лап Тала и встал напротив, шипя от возмущения, как облитая водой кошка. Хотя тоже не факт. Кошка моей подруги обожает купаться… Вот, опять не ко времени задумалась!

Тал тоже поднялся на ноги, сдвинул брови и грозно засопел. Лив, казалось, взъерошился, лицо пошло красными пятнами, глаза метали молнии. Я так поняла, что назревает нешуточная драка.

— Никто меня ещё так не унижал! — прошипел Лив.

— Никто меня ещё так не оскорблял! — парировал Тал.

— Так может, разойдетесь по-хорошему? — пискнула я, но меня никто не слушал.

— Мерзавец! — сказал Тал. — Ты задел не только мою честь, но и честь Вивианы, а этого я тебе не прощу!

— Хам! — фыркнул Лив. — Как ты посмел поднять на меня руку?

— Ножны, — поправила я, но меня опять не заметили.

— Тоже мне, нашелся неприкосновенный! — разошелся Тал. — Да я таких как ты штабелями укладывал! Видать, тебя никогда вожжами не пороли!

Тут Лив не стерпел. Лично я не рискнула их разнимать — себе дороже, однако всерьез опасалась, как бы Тал попросту не разорвал Лива пополам! Лив гибкий и сильный, как ласка, но из Тала можно выкроить троих таких эльфов, да ещё на заплатки останется!

Я ожидала, что Тал попросту ухватит Лива за шиворот и снова выпорет, и тогда наше совместное путешествие превратится в ад, поскольку Лив ни за что не стерпит такого позора. Однако сражение что-то затягивалось… Пыль стояла столбом. Внезапно в воздухе мелькнули волосатые валенки Тала, земля содрогнулась, и всё утихло.

Пыль рассеялась. Лив сидел на Тале верхом и довольно щурился. Тал, уткнувшись носом в землю, что-то невнятно бормотал — явно не просил прощения.

— Когда это ты успел каратэ выучить? — поинтересовалась я.

— Это не каратэ, — весело сказал Лив. — Это классический эльфийский приём. Как раз рассчитан на крупного противника, вроде вот этого борова. Хочешь, научу?

— Хочу! — обрадовалась я. Вдруг пригодится?

Но сперва пришлось связать Тала и оставить в холодке. Надеюсь, к утру он поостынет и не станет мстить Ливу.

Приём оказался довольно сложным, но в конце концов у меня получилось. Жаль, попрактиковаться было не на ком! Я разочарованно вздохнула и принялась готовить ужин. То есть раскладывать на травке быстро иссякающие припасы. Лив устроился рядом.

— Сидеть не больно? — участливо поинтересовалась я, глядя на его гримасы.

Он сверкнул на меня глазами, но, по-моему, не очень обиделся. Тут раздался треск лопающихся веревок, и к костру вышел мрачный Тал. Лив предусмотрительно отодвинулся подальше, но Тал всего лишь забрал свой паёк и уединился в кустах. Я вздохнула с облегчением — ещё одной потасовки мои нервы бы не вынесли!

А ночь стояла такая чудесная! Звезды светили так, что никакого фонаря не надо. Причём звездочки были разноцветные, очень красивые.

— Есть ли жизнь на Марсе? — задумчиво спросила я. — Нет ли жизни на Марсе… Ты что делаешь, псих?!

Лив неожиданно прижал меня к земле и зажал мне рот ладонью. Между прочим, грязной!

— Тихо! — прошипел он. — Там кто-то есть…

Я вздохнула чуть спокойнее. То есть попыталась вздохнуть — Лив меня едва не придушил.

— Вроде проехали… — неуверенно сказал Лив и отпустил меня…

…И тут на нас посыпались вооруженные люди! Весьма потрепанные, надо сказать, но я с удивлением признала в них бывших Черных Всадников печально известного Злодеда, которых я совсем недавно вспоминала!

Мы с Ливом не успели и пискнуть — нам заломили руки за спину, основательно связали и закинули на лошадей. Тал, похоже, пытался отбрыкиваться, но его одолели числом, стукнули по голове, обмотали канатом на манер кокона и тоже привязали к лошади. И пустились галопом!

— Ли-ив! — простонала я. — Я теперь знаю, почему эльфы такие улыбчивые!

— Почему? — слабо отозвался Лив.

— А когда с дерева вниз головой свисаешь, волей-неволей улыбаться приходится!

— Мы не свисаем!.. — запротестовал Лив, но тут послышался звук удара, Лив охнул и умолк, а кто-то рявкнул:

— Не болтать!

— Скотина! — возмутилась я, но тут и мне прилетело по хребту, и я предпочла заткнуться.

Везли нас не очень долго. Остановились всадники в большом лагере. Похоже, кто-то куда-то переселялся: большая поляна была окружена повозками, посреди становища горели костры. Тала довольно небрежно скинули на траву и всё тем же канатом примотали к толстенному дереву. А нас с Ливом заперли в повозке, больше смахивавшей на дворец на колесах. Наверно, в ней раньше перевозили провизию, потому что внутри умопомрачительно пахло чесноком и копченой рыбой.

Сидеть со связанными за спиной руками было очень неудобно, и я попробовала продеть себя через собственные руки так, чтобы они оказались спереди: я видела этот трюк в каком-то кино. С пятой попытки у меня получилось! Лив, с некоторым замешательством наблюдавший, как я корячусь, восхищенно присвистнул и последовал моему примеру. Надо сказать, у него это вышло не в пример лучше…

— Попробуй развязать, — сказал Лив, сунув мне под нос руки.

— Может, лучше ты меня? — попробовала я отвертеться.

— У тебя сильнее узел затянут, — пресек пререкания Лив. — Давай, трудись!

— Не получается, — пропыхтела я, воюя с тонкой веревкой. Со связанными руками это очень неудобно делать.

— Зубами попробуй!

— Ещё чего! — возмутилась я. — Во-первых, мне мои зубы дороги, во-вторых, неизвестно, где эта веревка валялась и кого ей связывали, а в-третьих, у тебя руки грязные!.. Ура!

Узел наконец-то поддался, и через пару минут Лив развязывал меня. Потом, послушав, что творится снаружи, он попробовал открыть дверь. Не тут-то было.

— Булавка есть? — спросил он.

— Держи!

Лив принялся ковыряться в петлях. Однако и эта попытка не увенчалась успехом.

— Гномья работа! — с отвращением сказал он, возвращая мне погнутую булавку. — С петель дверь не снять, а снаружи навесной замок. Был бы с нами Тал, можно было бы попробовать вышибить дверь…

— Ага, а там снаружи толпа народу, — подхватила я. — Что делать-то станем?

— Спать, — ответил Лив. — Ночь на дворе. Утром видно будет…

Он устроился в углу и вроде бы заснул. А я бродила по нашей крохотной темнице и отчаянно мерзла. Я собиралась надеть на ночь свитер, но не успела, потому что на нас напали…

— Лив! — жалобно позвала я.

— Что?

— Холодно!

— А что я могу сделать? — В темноте ничего не было видно, но, по-моему, Лив развел руками.

— Можно, я об тебя погреюсь?

— Грейся, — разрешил Лив. Я пристроилась у него под боком — так и впрямь было теплее.

Неожиданно Лив хихикнул.

— Ты чего? — спросила я.

— Они меня за девчонку приняли, — веселился Лив.

— С чего ты взял?

— С того, что Тала надежно скрутили, а нам с тобой только руки связали! — Неожиданно Лив помрачнел и пробормотал: — Лучше бы они не догадались, что я не девчонка… И к тому же эльф.

— А то что будет? — поинтересовалась я.

— Ничего хорошего. Если эти типы заодно с гномами, то я пожалею, что на свет появился!

— Да что ж вы такого гномам сделали, раз они вас так не любят? — всплеснула я руками.

— Да так… — неопределенно сказал Лив.

— И зачем ты тогда пошел с нами? — удивилась я.

— Что же, надо было отпустить тебя с этим придурком? — фыркнул Лив.

Мы помолчали.

— Слушай, а вдруг Черные Всадники теперь работают на Даннидакс? — спросила я.

— Догадливая ты моя! — фыркнул Лив. — Только так и никак иначе! Но вот зачем мы понадобились Даннидакс…

— Думаю, нам скажут… — Я зевнула. — Давай спать, а?

Я поудобнее пристроила голову на плече Лива и вроде бы задремала. От него успокаивающе пахло сосновой смолой и мокрым мхом, и мне приснился лес. Веселый такой, солнечный. А потом я проснулась, как от толчка. Не помню, что мне такое снилось, но я испугалась. Я ведь уже привыкла, что в этом мире всё как будто понарошку, как в кино… Плохие погибают, а на хороших не остаётся ни царапинки! А вдруг это не так? Вдруг мне до сих пор просто очень везло? А теперь эта Даннидакс превратит меня, скажем, в крысу, а Лива отдаст гномам, и они утопят его в каком-нибудь подземном озере…

Я так расстроилась, что даже прослезилась.

— Что ты скулишь? — сонно спросил Лив. В темноте вспыхнули зеленые огоньки его глаз.

— Я боюсь… — жалобно сказала я, утыкаясь носом в его плечо и прижимаясь покрепче.

— Перестань! — неожиданно взвизгнул Лив. — Прекрати, я сказал! Я щекотки боюсь!

— Ты тоже? — засмеялась я. — А кто надо мной смеялся? Я тебе сейчас за всё отомщу!..

— Прекрати!

У нас случилось небольшое побоище, но в конце концов Лив меня одолел. К этому моменту мы насмеялись до колик и насажали заноз от дощатого пола. Зато согрелись… и бояться я перестала. Почти… Мы немножко отдышались, а потом Лив взял и поцеловал меня. Это было так неожиданно, что я смогла только спросить:

— Ты что?..

— Ничего, — ответил Лив. — Просто страшно немножко…

— Тебе тоже? — почему-то обрадовалась я. А потом огорчилась: если уж и Ливу страшно, то дела и впрямь плохи! Впрочем, огорчалась я не очень долго, потому что Лив решил продолжить начатое, а я была совсем даже не против…

Распахнулась дверь, и в повозку ворвался солнечный свет. Оказывается, наступило утро.

— Вот это да! — сказал один из давешних всадников. — А они времени даром не теряют!

Наверно, у нас был очень глупый вид, потому что всадники начали ржать. А Лив терпеть не может, когда над ним смеются! Прежде, чем я успела заткнуть ему рот, Лив весьма невежливо отозвался о ближайшей родне присутствующих…

— Что? — возмутился главный всадник. — Эта козявка рот разевает?

Он сгреб Лива за шиворот и, как тот ни отбивался, вытащил его наружу.

— Ребята, а нам повезло, — сказал он. — Это, конечно, не девчонка, а парень…

По лагерю прокатился недовольный гул.

— Но это даже лучше, — продолжил главный всадник. — Потому что это эльф, а за него госпожа Даннидакс заплатит нам куда больше, чем за какую-то девчонку!

По лагерю прокатился восторженный гул.

— А теперь посадите-ка их на коней и марш к госпоже, — велел главный всадник. — Если она будет слишком долго ждать, всем достанется!

Итак, я была права: мы зачем-то понадобились Даннидакс. Надеюсь, она не включила нас в обеденное меню… Кстати о меню! Очень хотелось есть… Я попробовала было поклянчить у всадников, но мне дали подзатыльник, я обиделась и замолчала. Лив тоже молчал и с каждой минутой мрачнел всё больше и больше. Тал хранил молчание по не зависящим от него причинам: в рот ему воткнули кляп из его же волосатого валенка и как следует привязали, чтоб не выражался.

Вскоре перед нами появился замок. В целом он напоминал замок Злодеда — тут придерживались одной архитектурной традиции, — но был значительно кокетливее.

Ворота распахнулись, и мы въехали во двор, заполненный низкорослыми и страшно волосатыми здоровяками с топорами и прочими секирами. Я так поняла, что это и есть гномы… Завидев Лива, они разразились радостными воплями. Взглянув на эльфа, я заметила, что его лицо приобрело крайне жалкое выражение, однако, он быстро взял себя в руки.

— Что же, Даннидакс удалось покорить гномов? — спросила я.

— Она хотела покорить северных гномов, — прошептал в ответ Лив. — А это южные, они с Даннидакс заодно, и…

Договорить он не успел: всадники стащили его с седла и, расталкивая воющих от счастья гномов, уволокли куда-то в недра замка. Тала тоже унесли, но в другую сторону. А меня повели вверх по лестнице…

С перепугу у меня заболел живот и, чтобы отвлечься, я начала вспоминать имена философов. Учебники-то мои неизвестно где, а мне, возможно, придется держать оборону! И спасать приятелей!

— Госпожа Даннидакс ждет, — пробасил здоровенный, наверно, на голову больше Тала, мужик, охранявший золоченые двери, и меня втолкнули внутрь.

Признаться, я ожидала иной картины. В моём представлении злая колдунья — это или сморщенная старая карга лет этак под двести, в балахоне и с черным котом под мышкой, или элегантнейшая и обалденно красивая женщина в черном облегающем платье с бриллиантами. Даннидакс не была ни первой, ни второй. Передо мной стояла тётка, как две капли воды похожая на торговку с колхозного рынка — такая же толстая, неопрятная и, как тут же выяснилось, голосистая.

— Все вон! — рявкнула она, и приведшие меня всадники испарились.

Даннидакс рассматривала меня, а я, соответственно — её. Физиономия у неё оказалась не слишком злодейская — толстые щеки, три подбородка, маленькие хитрые глазки непонятного цвета. Вдобавок колдунья была абсолютно безброва, откровенно усата, а на носу-картошке торчала бородавка. Комплекцией Даннидакс больше всего напоминала бочку, зачем-то засунутую в вечернее платье, а на голове у неё торчали пегие патлы. Ростом она оказалась мне по плечо.

— Что смотришь? — спросила она на редкость вредным голосом. — Не нравлюсь?

— Да нет, что вы, — поспешила ответить я. — Просто вы ужасно похожи на мою соседку.

— Да? — немного опешила ведьма.

— Именно! — сказала я. — Милейшая женщина…

Тут я заметила неудовольствие в глазах Даннидакс и поспешила добавить:

— Но ужасно коварная. А если её разозлить — вообще ужас! Тушите свет!

Даннидакс довольно улыбнулась, обнаружив желтые зубы.

— Хорошая девочка, — сказала она и, привстав на цыпочки, погладила меня по голове. — Мы с тобой сработаемся!

— А зачем я вам? — спросила я.

— Как зачем? — удивилась Даннидакс и показала на стол, стоящий посредине комнаты. Я с удивлением увидела на нем свои учебники. — Это ведь твои книги заклинаний? С их помощью ты победила Хайруллдидамая?

— Кого? — не поняла я. — Какого ещё Ххх… мамая?

— Вы его называли Злодедом, — пояснила ведьма. — Так как?

Я подумала и утвердительно кивнула.

— Ну вот! — удовлетворенно потерла руки Даннидакс. — Мне нужны эти заклинания!

— Так книги у вас, я-то тут причем? — искренне удивилась я.

— Издеваешься? — грозно спросила ведьма. Я поспешно замотала головой. — Я твоего языка не знаю! Поэтому ты мне нужна!

— Вот теперь понятно! — сказала я. — Сразу бы так и говорили… А зачем вы Вивиану заколдовали?

— А чтоб тебя изловить! — хихикнула ведьма. — Я же знала, что ты помчишься её спасать!

— А вы её расколдуете? — спросила я.

— Зачем это?

— Не расколдуете Вивиану — не буду помогать! — заявила я.

— Не будешь помогать — не расколдую Вивиану! — не осталась в долгу Даннидакс. — Хватит препираться, а то я рассержусь! Быстро говори, какие заклинания самые страшные!

— А нельзя ли меня развязать? — попросила я. — Руки затекли…

Даннидакс щелкнула пальцами, и с меня упали веревки.

— Так вот, — сказала я, растирая руки. — Должна предупредить, что одно и то же слово может вызвать совершенно непредсказуемый эффект. Вы согласны рискнуть?

— Согласна! — Даннидакс смотрела на книги с вожделением.

— Тогда приступим. — Я взяла учебник и начала с древних: — Аристотель!

Со звоном вылетело оконное стекло, а черный наряд Даннидакс почему-то пошел белыми полосками.

— Вот видите, — уныло сказала я.

— Дальше! — скомандовала ведьма.

— Архимед, — осторожно прочитала я. С потолка обрушились потоки воды, точь-в-точь, как в тот раз, когда верхний сосед нас залил. Меня не задело, а вот Даннидакс здорово вымокла.

— Платон, — сказала я. Посреди комнаты мгновенно вырос платан. Даннидакс не повезло, и она оказалась на самой верхушке.

— Издеваешься? — прошипела она.

— Ничего подобного! — оскорбилась я. — Я не виновата! Сократ!

Дерево моментально уменьшилось до размеров одуванчика, и Даннидакс приложилась задом об пол.

— Хватит, пожалуй, — выдавила она, выдирая из своего обширного основания занозы. — Завтра продолжим. Надо подготовиться получше…

— А можно вопросик? — заканючила я.

— Ну?

— Почему вас южные гномы слушаются, а северные — нет?

— Издеваешься? — нахмурилась Даннидакс.

— Ни в коем разе! — заверила я. — Просто любопытно!

— Я сама гномиха! — приосанилась Даннидакс. — Из южных! А северные гномы — это не гномы вовсе, а всякое отребье! Никакого с ними сладу!

— А зачем вам их покорять? — поинтересовалась я.

— У них приисков золотых много! — осклабилась ведьма. — А делиться по-хорошему не хотят!

— А бестактный вопрос можно? — осмелела я.

— Ну?

— Почему вы так эльфов не любите?

Даннидакс зашипела, как кобра, и затопала ногами, как рассерженный носорог. Физиономия её стала густо-багровой, я даже испугалась — не хватил бы колдунью удар.

— Эти выскочки! — заорала она. — Эти гадюки древесные!

Я прикусила губу, чтобы не хихикать.

— Эти обезьяны несчастные! — продолжала Даннидакс. — Чтоб им всем провалиться!

— Это эмоции, — сказала я. — А более конкретно?

Даннидакс внезапно успокоилась.

— Правда не знаешь? — спросила она.

— Я ж не местная, — напомнила я.

— Тогда слушай. — Даннидакс смачно чихнула, вытерла нос рукавом и начала: — Мы, гномы, когда-то умели делать прекрасное оружие. Знаешь, мечи там заговоренные, кинжалы невидимые… Ну вот. А эти эльфы только цветочки нюхали! Однако ж наконечники для стрел они у нас покупали. А потом люди пришли. Вот тогда-то мы и развернулись! Торговля шла! — Даннидакс мечтательно зажмурилась. — А эльфам, понятно, не понравилось, что мы с людьми близко сошлись. И начали они нам козни строить…

— А зачем? — перебила я.

— Как зачем? — удивилась гномиха. — Им же нужно быть самыми лучшими, чтоб ими восхищались, любовались… А тут — люди на них ноль внимания, да ещё и деревья рубить начали. Ну вот… И тогда эльфы возьми да и заяви, что мы у них одну драгоценность сперли. Вот. Ну, люди к нам по-хорошему пришли, разобраться по понятиям… им наши ссоры тоже боком могли выйти… А эти ушастые заявили, что без обыска не уйдут! И нашли у нас этот свой кристалл…

— Что, и впрямь вы спёрли? — поддела я.

— Не, — Даннидакс отрицательно мотнула головой, но по её бегающим глазкам я поняла, что дело нечисто. — Подбросили! Тут, значит, люди к нам с опаской стали относиться. А эльфы, как что-нибудь пропадет, на нас кивают. Сами ведь хороши были! Кто Перстень Дорогана у людишек увел? Так и не нашли его потом…

— А чего это за перстень? — поинтересовалась я.

— У-у! — Даннидакс мечтательно посмотрела в потолок. — Он клады искать помогает… Только эльфам клады ни к чему. Им бы только деревья растить…

— Ну, словом, начались у вас распри, — напомнила я. — И что дальше?

— А дальше эльфы людям большую часть наших секретов выдали, так что те и сами смогли оружие делать… а нас в эти горы изгнали, — пригорюнилась Даннидакс, но тут же снова взвилась: — Одно хорошо, этот их кристалл всё равно без вести пропал! Без него они мало что могут! А я не успокоюсь, пока Тёмный Лес с землей не сравняю! И всё их племя поганое на ветках не развешу!

Я заметила некую логическую нестыковку — на чем Даннидакс собралась вешать эльфов, если сравняет Тёмный Лес с землей? — но перебивать не стала. Она побушевала ещё немного и утихомирилась. Вызвала стражу, и меня заперли в какой-то каморке. Хорошо хоть, поесть дали…

Итак, что мы имеем в активе? Я владею весьма сильными «заклинаниями», жаль только, неизвестно, чего от них ожидать. Даннидакс, к счастью, далеко не Эйнштейн, интеллектом не блещет. А в пассиве у меня заколдованная Вивиана, неизвестно где запертый Тал и тёмная, но от этого не менее страшная участь Лива. Что-то мне всё это перестало нравиться…

Внезапно до меня донеслись странные звуки, как будто мышь копошилась под полом. Я прислушалась — кто-то явно подкапывал стену!

— Эй, кто там? — спросила я. Шорох стих. — Не бойтесь! Я всего лишь девушка!

Шорох возобновился, становясь яростным скребыханием. Через пару минут кусок стены вывалился в мою камеру, а следом вползло непонятное существо.

— Где?!! — спросило оно.

— Что — где? — не поняла я.

— Где девушка?! — дрожащим голосом повторило оно. Из-под длинных спутанных седых волос дико блестели глаза, косматая борода тряслась, а уж несло от него… — Ты?! А-а-а…

Ой, как я была благодарна Ливу за его приёмчик! Скрутить изнемогающего старца оказалось довольно просто.

— Вы кто? — строго спросила я.

— Я Фариас, бывший чародей, — дрожащим голосом отозвался дед. — Сижу тут уже тридцать лет и три года…

— Фу… — Я невольно попятилась.

— Хочешь, я сделаю тебя своей наследницей? — спросил дед, хватая меня за рукав. Эта сцена мне что-то напомнила, и я не стала сопротивляться.

— Давайте, — сказала я.

— Хорошо! — Фариас уставился на меня, от волнения зажевав кончик бороды. — Я скажу тебе, где хранится величайшее сокровище! Но за это ты должна…

— Чего-о?! — возмутилась я. — Сейчас тебе! Размечтался! Губы раскатал! Ручонки-то убери, а то я тебя твоей же бородой свяжу! На кой мне твоё сокровище, извращенец!?

— Ты не поняла… — просипел старец — Ты должна поклясться, что не используешь моё сокровище во зло!

— А-а! — обрадовалась я. — Это я запросто! Клянусь не использовать сокровище во зло! А теперь выкладывай!

Кашляя и запинаясь на каждом слове, старец Фариас сообщил мне, как добраться до клада, спрятанного в подземельях замка. После чего сказал:

— А теперь иди… Сегодня утром я притворился мертвым, так что скоро за мной придут и вынесут наружу… надень это…

И он содрал с себя скальп. Я чуть не заорала, но потом сообразила, что это всего лишь парик. Дед отклеил бороду, помог мне приладить всё это безобразие (я искренне надеялась, что у него нет блох, вшей или ещё чего похуже), нацепил на меня свой балахон и благословил.

— Прощай, — сказал он. — Не думай обо мне — мне давно пора в могилу… я лишь ждал достойного преемника!

Я спустилась в проделанную Фариасом дыру, легла на его койку и постаралась не дышать, преследуя двоякую цель: во-первых, чтобы сойти за мертвую, а во-вторых, чтобы не задохнуться от вони.

Вскоре хлопнула дверь, вошли двое стражников.

— Вот ещё! — говорил один, явно продолжая начатую мысль. — Я не нанимался мертвяков таскать!

— Тише! — шикнул второй. — Даннидакс услышит, такую веселую жизнь тебе устроит! Ух, тяжелый старикашка!

Они взяли меня за руки и за ноги и вытащили на помойку. «Ничего, — философски подумала я, выбираясь из кучи отбросов, — могли ведь и закопать, и со скалы сбросить…»

Дедов балахон спас мою одежду, так что пострадало только моё обоняние. Я, пугаясь каждого шороха, вошла в замок, через ту же дверь, через которую вернулись стражники. Пошла по коридору и тут же поняла, что заблудилась. «Идиотизм!» — подумала я и свернула налево. Лестница вела вниз, а на ступеньках дрых здоровенный бородатый гном. У него на поясе висела связка ключей, а рядом валялся топор. Гном распространял такой аромат перегара, что было ясно — его не разбудить и пушечной канонадой, поэтому я просто взяла ключи, с трудом подняла топор и пошла вниз по лестнице.

Вскоре я услышала рев. Так орать мог только Тал, поэтому я ускорила шаги. И впрямь, полуголый гигант бесновался в тесной клетке — его содержали не так комфортно, как меня или даже Фариаса.

— Тихо, Тал, — сказала я, отпирая клетку. — Нет! Не надо меня обнимать! Лучше скажи, где Лив?

— Не знаю, — буркнул Тал, забирая у меня топор. — Вроде бы я слышал его визг откуда-то сверху…

Я, наверно, сильно побледнела, потому что Тал внезапно стал очень заботливым. Даже предложил понести меня на руках, на что я ответила не вполне цензурно.

Теперь, когда со мной был Тал, идти стало совсем не страшно. Я решила, что сперва надо отыскать сокровище Фариаса, но оказалось, что я напрочь забыла указания старца. На пятом повороте я плюнула и сказала Талу:

— Пойдем-ка, навестим Даннидакс! Туда-то я помню дорогу…

— Пойдем! — осклабился Тал. — Я её заставлю расколдовать Вивиану и Антуана!

По пути я заглядывала во все двери, но Лива не нашла, зато пятеро Черных Всадников, отдыхающих от трудов праведных, схлопотали от Тала по кумполу.

Наконец мы добрались до покоев Даннидакс. Мощный страж по-прежнему торчал у дверей, но на этот раз не вертикально. Иными словами, он с явным интересом подглядывал в замочную скважину.

— Отпусти меня, ненормальная!!! — донесся до нас истошный вопль. — Отстань, чучело курносое!!! Уйди!! Бр-рммм!..

Вопль перешел в невнятное мычание, а следом послышалось басовитое воркование Даннидакс.

— Тал! — скомандовала я.

Огромный мужик не успел даже охнуть, когда Тал стукнул его по башке найденной по пути дубиной (топор оказался Талу маловат, не по руке). Двери тоже сопротивлялись недолго.

Мы с Талом вломились внутрь и замерли. Да, такое зрелище не скоро забудется…

Раскрасневшаяся Даннидакс в кокетливой черной ночнушке восседала на краю огромной кровати. Честное слово, там можно было парады военной техники устраивать!

А в угол забился взъерошенный Лив. Поскольку руки у него были связаны, он отбивался ногами, и небезуспешно — постельное бельё было красноречиво измято, а Даннидакс тяжело дышала и утирала пот со лба. Нас она сперва не заметила.

— Ну, не капризничай! — обратилась она к Ливу. — А то отдам своим гномам! Угадай, что они с тобой сделают?.. Угадал, то же, что и я, но только не так нежно…У-ти, мой сладенький! Иди ко мне! Не кочевряжься!

— Да спасите же меня наконец! — заорал Лив, из последних сил пиная пылающую страстью гномиху.

Я от смеха сползла по стенке, однако Тал не мешкал. Быстрым шагом он подошел к колдунье и треснул её по голове дубиной. Я хотела было сказать, что с женщинами, пусть даже гномьими колдуньями, так не обращаются, но передумала — удар не произвел на Даннидакс ожидаемого эффекта.

Она обернулась, нахмурилась — и Тал улетел в дальний угол.

— Кто осмелился мне помешать? — рявкнула она. — Ты?!

— Ну да… — сказала я. — Извините, пожалуйста, я уже ухожу…

— Вернись! — взвизгнул Лив.

— Вернись! — пробасила ведьма.

— Ну и пожалуйста, — обиделась я. — Анаксимандр!

На Даннидакс свалилась громадная анаконда, но душить её не стала, а смачно плюнула и уползла под кровать.

— Диоген! — заорала я.

На ведьму упала дырявая бочка. Это привело её в некоторое замешательство. Однако она быстро пришла в себя и показала мне, на что способен настоящий черный маг. Я заверещала от ужаса и заползла под стол. Вокруг выло и грохотало…

— Фалес… — прошептала я. — Эпикур…

— Идиотка! — почему-то взвыл Лив, а комната вдруг наполнилась куриным пухом.

— Августин Блаженный! — осмелела я. Даннидакс и впрямь блаженно улыбнулась, а Тал пробормотал «Ах, мой милый Августин…» и снова смолк.

— Фома Аквинский! — выпалила я, уворачиваясь от очередной молнии. На пол рухнул аквариум, но ощутимого вреда Даннидакс это не нанесло. «Пора переходить к более современным товарищам!» — поняла я. И крикнула:

— Ясперс!

Дождь из кобр почему-то не пошел, но зато Даннидакс начала икать. Её это смутило, а я обрадовалась и сказала:

— Ницше! Нет, лучше Заратустра!

Тут началось что-то совершенно невообразимое. Даннидакс взвизгнула и начала бегать кругами по комнате, как будто её кто-то укусил за чувствительное место. Лив на кровати стонал от смеха, а Тал по-прежнему не шевелился.

— Кафка! — сказала я. Даннидакс пристукнуло кофеваркой. А потом я подумала — не перейти ли к истории? И выпалила:

— Тутанхамон! Наполеон!

Вы не поверите, но Даннидакс моментально оказалась в смирительной рубашке, почему-то вымазанной кремом. Так или иначе, но свободу действий она на некоторое время потеряла. Я бросилась распутывать Лива.

— Наконец-то! — обрадовался он.

— А почему ты весь в синяках? — поинтересовалась я. — И кто тебе рожу расцарапал?

— А что с Талом? — поспешно спросил Лив, надевая свою куртку и затягивая пояс на штанах.

— Не знаю…

Тал не подавал признаков жизни.

— Так… — сказал Лив и покосился на меня. — Сможешь унести его в безопасное место? А я пока займусь этой мегерой…

— Тебя что, очень сильно по голове стукнули?.. — начала было я, но тут же сообразила, что Лив надо мной прикалывается. Одним из его любимых развлечений на Земле было смотреть фильмы о героях меча и магии, оттуда он заимствовал кучу идиотских цитат и использовал их к месту и не к месту. Однако на этот раз он меня поймал…

— Надо вытащить его отсюда, — сказал Лив и помрачнел. В самом деле, поднять Тала… Да что там поднять — даже просто тащить его волоком мы не смогли бы и вдвоем!

— Что делать-то будем? — спросила я.

А Даннидакс заверещала сквозь бурную икоту:

— Сейчас сюда прибегут мои воины, и вам мало не покажется!

Внизу и впрямь началась какая-то заварушка. Вскоре шум стал очень громким, и у дверей появилась целая толпа. Рыжих южных гномов теснили какие-то здоровяки в блестящих кольчугах и шлемах, в основном светлобородые и с косичками. Ни дать ни взять, викинги.

Словом, южных гномов довольно быстро потоптали, самый представительный бородач вошел внутрь, и тут оказалось, что он ниже меня ростом. Я решила, что это и есть воинственные северные гномы.

Увидев прочно связанную Даннидакс, вождь гномов слегка опешил, а потом обратил своё пристальное внимание на нас. Лив поспешно наклонился к Талу, но его выдали острые уши.

— Эльф?! — грозно спросил гном и схватился за топор.

— Дяденька, дяденька, спокойнее, не горячитесь! — Я загородила Лива своим не очень крупным телом. — Это все свои, видите, вот тот голый и волосатый — это Тал, его Даннидакс молнией приложила, а этот остроухий — наш приятель…

— А ты кто? — мрачно спросил гном.

— А я Ада! Мы, собственно, шли с Даннидакс повоевать, чтобы она Вивиану расколдовала, но не дошли, потому что Черные Всадники нас поймали, гады, и пытали… Вот.

Если гном чего-то и не понял из моей болтовни, он этого не показал. Однако топор всё же опустил. Хорошо, что не на мою голову.

— Я — вождь северных гномов, — сказал он. — Моё имя Вико Нги. Вижу, вы и впрямь пытались бороться с проклятой Даннидакс! Вы отважные… хоть и не гномы. — Тут он бросил испепеляющий взгляд на Лива. Тот изобразил на своей наглой физиомордии смирение, но стоило гному отвернуться, как Лив показал ему язык. — Но вам больше нечего тут делать. Идите домой, а мы уж разберемся с ведьмой по своим законам!

— Мы не можем уйти! — заявила я.

— Почему это? — опешил грозный Вико Нги. Какое-то африканское у него имя…

— Потому что Тал ранен, — объяснила я. — И потом, должна же Даннидакс расколдовать Вивиану и её сына!

— Ладно, — сказал гном по некотором размышлении. — Пока можете остаться. Наш лекарь поможет раненому. А уж заставить Даннидакс расколдовать вашу Вивиану — моя забота…

Ну, вроде всё устроилось. Мы получили обратно свои вещи. Правда, Лив долго ругался, что какой-то козел порвал ему тетиву на луке и перепортил половину стрел.

Мы сидели при обложенном повязками Тале и скучали. Лив наотрез отказывался поведать, что такое ужасное собиралась с ним сотворить Даннидакс и отчего он так верещал, а я особенно не настаивала. А потом я вспомнила о Фариасе. Мы его поискали, но в моей бывшей камере обнаружилась здоровенная дыра в полу и никаких признаков бодрого старца. Видимо, он решил уйти в подполье…

Тогда мы решили искать сокровище, но это осложнялось тем фактом, что я напрочь забыла всё, что говорил мне Фариас. Поэтому нам оставалось только скучать.

Я от тоски взялась читать учебник, а Лив мурлыкал себе под нос какую-то песенку и вертел на пальце кольцо. Я и раньше его видела, когда мы только познакомились, симпатичный такой перстенек.

— Что это у тебя за колечко? — поинтересовалась я.

— Не знаю, — легкомысленно ответил Лив. — Случайно нашел…

— Можно посмотреть?

Лив протянул мне безделушку.

— А это, случайно, не Перстень Дорогана? — задумчиво сказала я.

— Да брось ты… — Лив растянулся на кушетке. — Это ж легенда…

— А вдруг нет? Как он должен действовать?

— Понятия не имею! Хотя постой… Вроде бы нужно было четко сформулировать желание относительно клада…

— Ага! — Я посмотрела на перстень и надела его на указательный палец. — Я хочу отыскать сокровище, о котором рассказал мне Фариас!

Перстень никак не проявлял свою волшебную природу.

— Клянусь не использовать это сокровище во зло! — добавила я. И вдруг меня что-то сильно потянуло за руку. — Ой!

— Что такое? — вскочил Лив. — Ты куда?

— Не зна-аю! — прокричала я. — Спроси у перстня!

Словом, мы с Ливом рысью понеслись по вниз лестнице. Потом перстень приволок меня в подвал и… я с размаху приложилась лбом об стену.

— О-ой… — простонала я и села.

— Наверно, клад за стеной, — предположил Лив. — Жаль, ты слабо стукнулась. Ещё чуть-чуть — и стенка бы рухнула…

— Гад… — Я встала, держась за голову, и от души пнула стену. Когда-то, ещё в замке Злодеда, эта методика меня сильно выручила. Сработало и сейчас.

Кусок стены со скрежетом повернулся, и мы смогли войти в небольшую каморку. Не было там никакого клада. И перстень больше не хулиганил.

— Ну вот… — с досадой сказала я. — Зря лоб разбила… Ты чего, Лив?

А у Лива глаза стали совершенно круглыми и челюсть отвисла до груди.

— Не может быть! — прошептал он.

— Чего не может быть? — Тут я заметила, что он пялится на какой-то невзрачный кристалл. — Обычный кварц…

— Это не обычный кварц! — заорал Лив, хватая камешек. — Это Кристалл Дэнали!

— Кого? — не поняла я.

— Он принадлежал эльфам, пока гномы его не спёрли! — пояснил Лив.

— Так вроде бы вам его вернули, — припомнила я рассказ Даннидакс.

— Вернули, как же! — презрительно сказал Лив. — Люди его прикарманили — до выяснения всех обстоятельств! Потом гномов на север выперли, а нас — в Тёмный Лес. Мы без Кристалла мало что можем… решили — лучше уж не сопротивляться, а то перебьют, как орков…

— Значит, ты теперь национальный герой? — развеселилась я.

— Ну да… — Лив с сомнением рассматривал кристалл. — Мы уж и не надеялись его отыскать… А вот поди ж ты!

— А ты можешь с его помощью Тала на ноги поставить? — спросила я.

— Попробую…

Мы вернулись к Талу. Лив никаких заклинаний не бормотал и руками не размахивал. Он просто долго смотрел в кристалл, пока в нем не появились радужные сполохи… Пара минут — и Тал открыл глаза и спросил:

— Где я? — Помолчал и неуверенно добавил: — Кто я? А, вспомнил!

— Ну наконец-то ты очнулся, — вздохнула я. Лив уже успел припрятать кристалл, и я поняла, что не стоит распространяться о находке.

Тут в дверь заглянул бравый Вико Нги и сказал:

— Наш маг заставил Даннидакс расколдовать ваших друзей… Ба! Ваш приятель очнулся? Прекрасно! Выметайтесь-ка домой!

— С превеликим удовольствием, — пробурчал Лив.

И мы вымелись домой.

— Держи свой перстень, — сказала я Ливу на привале.

— Оставь себе, — отмахнулся он. — Эльфам клады ни к чему…

Взгляд его стал мечтательным.

— Теперь мы сможем возродить Великий Лес… — сказал он. — Знаешь, по сравнению с ним Тёмный Лес — всего лишь рощица… Спасибо тебе за кристалл. Ты даже не представляешь, что такое для нас Великий Лес…

— Ой, — поёжилась я. — Ну зачем же так серьёзно… Так тебе точно перстень не нужен?

— Точно. Забирай.

— Тогда спасибо, — обрадовалась я. — Он мне пригодится. А то вечно я заначку сделаю и забуду, куда спрятала…

Мы довольно быстро добрались до родного замка. Там нас встретили обильным слезоразливом и хвалебными песнями. Вивиана бросилась на шею Талу и продемонстрировала сыночка. Пацан и впрямь был совсем не похож на Тала, но на радостях тот не обратил внимания на такие мелочи.

Когда радость поутихла, Лив сказал мне:

— Пойдем, провожу.

— Пойдем, — согласилась я. — Постой, а ты что, остаешься здесь?

— Мне же надо отнести кристалл в Тёмный Лес, — улыбнулся Лив. — Не волнуйся, я недолго…

— Я и не волнуюсь, — буркнула я, глядя на него исподлобья. И как я раньше не замечала, какие красивые у Лива глаза? — С чего это ты взял, что я…

Лив не дал мне договорить. Родан, вышедший попрощаться, закашлялся и смущенно отвел взгляд. А, наплевать, пусть хоть все смотрят…

— Я недолго, — повторил Лив и хитро мне подмигнул. — Честное слово!

Меня разбудил пронзительный свист. Нижняя соседка выругалась и выплеснула на улицу ведро воды. Не попала, потому что свист повторился.

— Ты что, рехнулся? — спросила я, перевесившись через перила. Внизу, в непроглядной темноте, слабо светились два зеленых огонька. — Ночь на дворе! Чего тебе?

— Полнолуние, — пояснил Лив. — Я решил наших приятелей навестить. Пойдешь со мной?

— Ура! — обрадовалась я. — Конечно, пойду!

— Прыгай, я поймаю! — сказал Лив. Что он меня поймает, я не сомневалась. Не в первый раз.

— Погоди минутку, я сейчас…

Я начала судорожно одеваться.

— Если через минуту ты не выйдешь, я уйду один, — раздалось с улицы. Что Лив уйдёт один, я опять-таки не сомневалась, поэтому выскочила на балкон в одной кроссовке и крикнула:

— Иду! Вернее, прыгаю!

И прыгнула. Конечно, Лив меня поймал. Пусть бы только попробовал не поймать!

Немножко подержав меня на весу, он спросил:

— Ну что, идем?

— Идем! — кивнула я. — Что там новенького?

— Погоди… дай сосредоточиться…

Лив сосредоточился, и мы оказались в какой-то совершенно незнакомой местности.

— Где это мы? — спросила я. — Ты уверен, что не промахнулся?

— Ну… — протянул Лив, посмотрел на небо, узрел аж две луны да вдобавок почему-то разноцветные радуги и согласился: — Немножко промахнулся… А правда, интересно, где это мы?

Сверху неожиданно послышались голоса. На фоне звездного неба показались две неспешно летящие женщины. Разглядеть их не представлялось возможным, я видела лишь, что обе дамы щеголяют роскошными фигурами, только одна значительно изящнее второй.

— …вот именно! — говорила та, что попышнее. — Знаешь, твое королевское величество могло бы быть и поосмотрительнее в выборе…

— Ты не очень-то, — мягко, но с явной угрозой отвечала вторая, величественным жестом показывая первой кулак. — Я, знаешь ли, и разгневаться могу…

— Ой, да брось ты!.. Гневная моя!

— Ничего не понимаю, — пробормотал Лив. — Куда нас занесло? О, сейчас спросим!

Впереди виднелось небольшое озеро. На берегу из луковицы размером с автобус рос громадный цветок и ещё, непонятно с какой радости, горящая свеча. Пламя свечи напоминало формой дракона. По колено в воде стоял лиловый единорог.

— Простите! — обратился к нему Лив. — Вы не подскажете, где мы оказались?

Единорог поднял голову, смерил нас презрительным взглядом и повернулся задом. То есть крупом. Хвостом, одним словом…

— Не ответит, — сказал кто-то из-за ближайшего дерева. — Они такие — пока по имени не назовешь, не заговорит…

— Откуда же нам знать его имя? — удивилась я.

— Так и я о том же, — хихикнул невидимый собеседник.

— Ну и где мы? Что это за место? — спросил Лив.

— Это королевство Аффра, — ответили из-за дерева. — Конкретнее — окраина Заповедника…

— О нет… — простонал Лив.

— Что такое? — удивилась я.

— Это не мир, а форменный сумасшедший дом… — сказал он. — Даже хуже нашего… Надо выбираться отсюда поскорее!

Внезапно сверху раздался пронзительный визг. По небу резво летела давешняя обладательница пышной фигуры, оглашая окрестности диким хохотом. За ней неслась вторая, постройнее, весьма выразительно (и нецензурно) ругаясь и швыряясь вдогонку первой молниями, впрочем, явно не прицельно, а только ради пущего эффекта.

— Это ещё что? — обескураженно спросила я.

— А это наша королева снова с подругой повздорила, — охотно пояснили из-за дерева. — Впрочем, та кого хочешь доведет…

— Ничего себе королева… — пробормотала я. — Слушайте, а вы вообще кто? Покажитесь!

— Пожалуйста! — В стволе дерева неожиданно появились две узкие красные щели — глаза и ещё одна, пошире… Явно пасть! — Ну как? Кстати, вы нашу королеву не очень-то!.. И схлопотать можно. За оскорбление величества знаете что с вами сделать могут?

Дерево выдрало корни из земли и сделало к нам пару шагов.

— Пойдем отсюда… — сдавленно попросила я Лива. — И поскорее, если можно…

Лив быстренько сосредоточился, и мы оказались в молодом лесу. Вдалеке высился знакомый замок, когда-то принадлежавший Злодеду.

— Ничего себе! — присвистнула я, разглядывая юный лесок. — С какой же скоростью он растет?

Лив оставил мой вопрос без ответа.

— Так что там опять случилось? — спросила я, кивая на замок.

— Сам не знаю, — сказал Лив. — Сейчас придём и всё выясним…

В замке царила подавленная тишина.

— Эй! — покричал Лив. — Мы пришли!

На шум выбежала Вивиана.

— Тише! — замахала она на нас руками.

— Что, у вас опять неприятности? — поинтересовалась я.

— Ещё какие… — вздохнул Родан, появляясь из стены. — У Талии четверня… и все девочки!

— Хорошо, что не пятерня, — философски сказал Лив.

— И не шестерня, — подхватила я. Мы переглянулись и захохотали на весь замок. Нам вторил дружный младенческий рев.

— А в чем неприятности-то? — спросил Лив, немного успокоившись. — Подумаешь, четверо близнецов!

— Так они сиамские близнецы! — со слезами в голосе воскликнула Вивиана, картинно ломая руки. — Я держу Талию в волшебном сне — она пыталась покончить с собой! Мы с Родей уверены, что кто-то навел на Талию порчу…

— Это наверняка та северная ведьма, которую Талия протащила за конем по грязи, — подал голос Тал.

— Зачем же было обижать бабушку? — огорчилась я.

— Она хотела нас убить, — пояснил Тал. — Её зовут Чеверча Гаскер. Она не бабушка. Она молодая и очень опасная… Но красивая.

— Ясно. — Я взглянула на Лива. Он улыбнулся одними глазами. — Пойдем искать ведьму?

— Пойдем, — кивнул он. — Кто же, если не мы?..

Часть 3. «Я больше не вернусь!»

Луна светила в окно, как безумный прожектор, и я просто извертелась на диване, пытаясь уснуть. Но если укрыться одеялом с головой, становится слишком жарко, а если одеяло скинуть, то, во-первых, свет попадает прямо в глаза, даже занавеска не спасает, а во-вторых, зверски кусается залетный комар. Ладно бы он просто кусался, но он ещё и на редкость мерзко зудел над ухом! И потом, что-то мне было не по себе.

Наплевав на сон, я села на диване и принялась соображать, что же не так. Примерно через полчаса выяснилось, что Лив не навещал меня уже… нет, не может быть! Он, конечно, и раньше пропадал, но два месяца — это, согласитесь, уже хамство! Я, значит, как идиотка, сижу летом в городе, а этот поганец прохлаждается в великолепных лесах, где — вот оно, самое главное! — мне до сих пор не встретилось ни единого комара! Куда он мог запропаститься? Ой, определенно что-то неладно! Надо бы выяснить, в чем дело…

Я решительно встала, оделась, на спину нацепила рюкзак со всякими нужными мелочами, кроссовки взяла в руки и на цыпочках пробралась к входной двери. Из родительской комнаты доносился басовитый храп папы, перемежаемый тоненьким всхрапыванием мамы. Жуть… Интересно, они на ночь уши затыкают, что ли? Я бы так долго не выдержала… Хорошо ещё, Лив не храпит. Хотя мы с ним не ночевали… То есть ночевали, но в лесу, под открытым небом, а там особенно не разоспишься.

Для непосвященных поясняю: Лив — это мой очень хороший друг. Он эльф. Мы с ним познакомились не так уж давно, когда меня забросило в иной мир. Там мы встретились, подружились, и в результате Лив теперь ухитряется жить то в своём мире, то на Земле. Он, зараза, умеет туда-сюда шнырять. Лив и мне на всякий случай объяснил, как это делается, но я никогда не путешествовала в одиночку. Меня отчего-то закидывает в совершенно непонятные места, причем не только когда я пробую переместиться сама, но и когда это делает Лив в моей компании. Когда мы с Ливом с трудом выбрались из какой-то мезозойской эры, он строго-настрого запретил мне предпринимать подобные вояжи без него. Потому что если я застряну где-нибудь в парке юрского периода, он меня при всём желании не отыщет…

Однако в данный момент выбора не имелось. На моё счастье, было полнолуние, то есть перемещаться между измерениями могли не только эльфы, но и нормальные люди. Я походила немножко туда-сюда, погрызла ногти и, наконец, решилась. Крепко зажмурившись, я сделала всё точно по инструкции…

Признаться, открывать глаза было страшно. Пока я боялась, ногам стало мокро, поэтому глаза всё-таки пришлось открыть. Выяснилось, что я стою в болоте, и меня уже немножко засосало. Я рванула из этого гиблого места со всей дури и остановилась, только когда под ногами перестало чавкать.

Отдышавшись, я с некоторым трепетом огляделась. Так… местность как местность… никаких динозавров, самый обычный лесок. Неподалеку что-то торчит, не то замок, не то одинокая скала, в лунном свете не разобрать. Придется идти туда, иначе не выяснить, где я оказалась. Искать местных жителей в лесу мне отчего-то не хотелось…

До непонятной штуковины я доковыляла на рассвете. Выяснилось, что это действительно замок, и чертовски знакомый. Я сперва тихо обрадовалась, что попала именно туда, куда надо, да ещё так быстро добралась до обиталища своих приятелей, но быстро перестала испытывать приятные ощущения… В замок, за воротами которого обычно дикими голосами вопили малолетние детишки моих друзей, было подозрительно тихо. Но это бы ладно, час ещё ранний… да только вот ворота были сорваны с петель, а ворота эти, насколько мне известно, и танком не протаранить! Центральная башня радовала взор выбитыми окнами, все угловые были здорово закопчены, а северная так и вовсе представляла из себя просто груду камней.

Я обошла строение по периметру, поорала немножко и быстро убедилась, что в замке нет ни души. Очень интересно… Кому же, интересно, могли сдать замок мои друзья (а из них двое приличных волшебников Вивиана и Родан и двое же неслабых воителей Талия и Тал). Кроме них, в замке было немало народу, и уж что-что, а воевать они умели!

Что же делать-то, а? Я потопталась на пепелище, поскулила от избытка негативных эмоций и решительно взяла курс на Тёмный Лес.

Темный Лес — обитель эльфов, малая часть Великого Леса. И соваться туда без приглашения и без провожатого не стоит — утыкают стрелами, как ежика, и даже не спросят, кто ты и откуда. Мне всё это неоднократно объясняли, поэтому сама я в лес не пошла, а остановилась на опушке и заорала:

— Э-эй! Есть кто живой?! Отзовитесь! Эльфы, ау!

— Хватит вопить, — сказали с ближайшего дерева. У них что тут, постоянный пост, что ли? — Чего тебе надо?

Этот голос я уже где-то когда-то слышала.

— Знакомого ищу, — сказала я.

— Какой знакомый может у тебя быть в Тёмном Лесу, идиотка? — фыркнули с дерева. — Ты кто такая?

— Я? — уточнила я, даже не думая обижаться. Эльфы все такие — болтают невесть что, совершенно не стесняясь в выражениях. — Я Ада. А ищу я Лива. Вы его не видали?

— Какого ещё Лива? — довольно грубо спросили в дерева.

— А, черт, — досадливо поморщилась я. На самом деле Лива зовут немного иначе. — Благородный эльф, я ищу Ливенириэля-аэр-Караниаль-мэй-Ариана. Не встречал ли ты его?

На дереве немного помолчали, потом зашуршали ветки, и на тропинку передо мной с головокружительной высоты мягко спрыгнул эльф. Он был примерно на полметра выше меня и раза в три шире в плечах. Этакий варяг: длинные светлые волосы, заплетенные в косички, и льдисто-голубые глаза. Физиономия, понятное дело, разрисована зелеными полосами, так что он смахивал на какого-нибудь норвежского коммандос в дебрях Амазонки.

— Я Нарантиэль-аэр-Эльстениль-мэй-Скалия, — представился блондинчик, меряя меня довольно прохладным взглядом. — Я брат сестры Ливенириэля.

Тут, похоже, снова нужны пояснения. В родственных связях эльфов сам черт ногу сломит. Семьёй они себя не обременяют и за свою достаточно долгую жизнь успевают сменить уйму привязанностей, но родственниками, как ни странно, дорожат и знают свою километровую родословную наизусть. Я подозреваю, им просто больше заняться нечем, кроме как зазубривать переплетения генеалогического древа… Насколько я смогла понять из путаного объяснения Лива, у эльфов вполне можно оказаться сестрой собственного прадедушки. Причем отчего-то у эльфов не случается всяких проблем с детьми, как бывает с людьми в случаях браков между близкими родственниками…

— Очень приятно, — сказала я. — Я Ада, уже говорила. Так где Лив?

Поскольку блондин (буду называть его так, потому что имя его я воспроизвести не в состоянии, а уменьшительно-ласкательный вариант он мне сообщить не удосужился) мрачно молчал, то я испугалась.

— С ним что-то случилось? — спросила я. — Ой… Ничего серьёзного, я надеюсь?! А то он пропал куда-то, и ни слуху, ни духу…

— Я не могу тебе сказать, — выдал наконец эльф. Я его чуть не лягнула. Всегда они так: молчат, молчат с загадочным видом, потом — бац! Понимаю теперь, отчего люди их терпеть не могут…

— Почему?!

— Не имею права, — понятно разъяснил блондин. — Впрочем… подожди.

— А я никуда и не уйду, пока не узнаю, что с Ливом! — заявила я, но эльф меня не слушал.

Он повернулся к лесу передом, а ко мне, соответственно задом, и пронзительно свистнул. Как рассказывал Лив, в лесу эльфы переговариваются именно свистом, причем лично у меня ни разу не получилось просвистеть даже обычное приветствие. Но различать свист я немного научилась. Сейчас мой новый знакомый явно кого-то звал.

И впрямь, не прошло и пары минут, как на тропинке рядом с блондином оказалась эльф… как сказать-то? Эльфка, эльфийка… одним словом, девушка. Очень красивая. Я, надо сказать, девушек-эльфов ещё ни разу не видела. Да что там! Я из эльфов вообще одного только Лива видела! Ну да ладно…

Надо сказать, девушка была необыкновенно хороша, её даже маскировочная раскраска не портила. Одни золотые волосы чего стоили… а глаза! Кстати, в чертах её лица прослеживалось определенное фамильное сходство с Ливом… Глаза точь-в-точь такие же. Только у Лива взгляд нахально-шкодливый, а у этой красотки — спокойно-настороженный.

Блондин что-то сказал девушке на своем языке. Она кивнула и обратилась ко мне:

— Я Оливьена-аэр-Эльстениль-мэй-Ариана.

— Я Ада, — ответила я. Ага, ясно. Значит, она приходится Ливу сестрой по матери, а блондин — брат Оливьены по отцу… Фу ты, ну и семейка! — Где Лив?

— Сказать? — спросил блондин сестричку.

— Мы не можем, — ответила та. — Не имеем права!..

— Но…

Слово за слово, они быстро перешли на родное наречие. Выглядело это очень забавно: они стояли друг против друга, взъерошенные, как помойные коты в драке за селедочную голову, сверкали глазами и орали на весь лес. Я, признаться, разбирала только отдельные слова, которым меня смог обучить Лив. Само собой, сплошь ругательные… Но по-эльфийски они звучат очень даже красиво!

Я на секунду отвлеклась, а тем временем дело дошло до рукоприкладства: Оливьена залепила брату оплеуху, а он тут же врезал сестричке по шее. Она, впрочем, ловко уклонилась и метко пнула братца по коленке. Пока он прыгал на одной ноге и зверски ругался, она что-то строго ему выговаривала. Потом они ещё минуту постояли друг против друга, посверкали глазами, синхронно кивнули и повернулись ко мне.

— Идем с нами, — сказала Оливьена. — Здесь не стоит говорить.

— Почему? — глупо спросила я.

— Много ушей вокруг, — буркнул блондин, недовольный тем, что сестра его переспорила.

И мы потопали в чащу. Впрочем, это я топала, периодически спотыкаясь о корни и какие-то кочки, а оба эльфа под ноги вообще не смотрели. Хорошо ещё, они меня на дерево не затащили. Лив как-то говорил, что пешком эльфы ходят редко, предпочитая передвигаться по ветвям деревьев. Спрашивается, зачем обезьяна спустилась на землю? Чтобы в процессе эволюции стать эльфом и снова на дерево залезть? Никакой логики в этом мире…

По пути мы пару раз натыкались на посты. Впрочем, мои сопровождающие обменивались со стражниками парой фраз и мы спокойно двигались дальше. Конечно, эти остановки здорово нас тормозили, но зато я вдосталь насмотрелась на эльфов. И это вызвало у меня приступ черной зависти на почве разыгравшегося комплекса неполноценности! До чего ж хороши, собаки! Все высоченные, красивые необыкновенно… если б ещё не поголовно мерзкий характер и специфическое чувство юмора (касающееся в основном других народов), цены бы им не было! Впрочем, многих представителей эльфийского народа портило выражение лица. Вот, например, Оливьена задумалась о чем-то явно неприятном, нахмурилась, сжала губы и сразу стала похожа на мою соседку с пятого этажа, которая начинает стучать по батарее всякий раз, как сделаешь музыку погромче…

Наконец, мои провожатые сочли, что мы достаточно углубились в лес.

— Ливенириэля здесь нет, — сказала Оливьена, хмуро уставившись в землю.

— Блин! — вырвалось у меня. — А на опушке нельзя было этого сказать? Обязательно было через весь лес меня тащить?! Ну и где это чудо? Лив, то есть…

— Мы не знаем, — ответила Оливьена.

— Но догадываемся, — мрачно добавил блондин. — Этот малолетний придурок опять вляпался в неприятности.

— В серьёзные, — уточнила Оливьена.

— Малолетний? — удивилась я. — А сколько ему?

— Двадцать три, — сказала Оливьена. — Будет…

— Вот сволочь! — не стерпела я. — А врал, что за сотню! Он хоть совершеннолетний?

— К сожалению, — буркнул блондин. — Иначе бы его давно на привязь посадили за его выходки…

Гениально. Значит, у меня в приятелях ходит патологически шкодливый малолетний эльф.

— Так что всё-таки случилось? — упрямо спросила я. — И, кстати, вы не знаете, что произошло с тем замком, недалеко от леса?

— Понятия не имеем, — ответила за двоих Оливьена. — У нас своих проблем хватает, не хватало ещё за людьми следить…

— Что за проблемы? — поинтересовалась я, не надеясь на ответ.

Однако эльфы переглянулись, и блондин сказал:

— Ливенириэль исчез. И дьявол бы с ним, он всех уже довел, но вместе с ним пропал Кристалл Дэнали…

— Тот самый?! — ахнула я. Кристалл Дэнали — считавшуюся утерянной эльфийскую реликвию — мы с Ливом нашли совершенно случайно. Выглядел кристалл совершенно непрезентабельно, но с его помощью эльфы смогли возродить зверски вырубленный людьми Великий Лес.

— Тот самый, — подтвердил блондин. — Ливенириэль считался Хранителем Кристалла, ведь это он его нашел и вернул в Темный Лес. Любой на его месте был бы счастлив, но нашему сумасшедшему братцу взбрела в голову очередная безумная идея…

— Детали неинтересны, — перебила Оливьена. Судя по всему, Лив затеял что-то совершенно неприличное и порочащее гордое звание Хранителя. — Мы считали, что смогли отговорить его, но…

— На следующее утро он исчез вместе с Кристаллом, — закончил блондин. Я умилилась: они так здорово говорили по очереди! — Больше его никто не видел.

— И что, вы его не искали?! — возмутилась я. — Ну, не его, так хотя бы Кристалл…

— Думаешь, всё так просто? — неожиданно взорвался блондин. — В обычное время этот мерзавец давно бы сорняки на полянах пропалывал!

— А что, сейчас необычное время? — удивилась я.

Эльфы снова переглянулись.

— Верно, необычное, — ответила Оливьена.

— А в чем дело?

— Любого эльфа, вышедшего из леса и имевшего неосторожность попасться на глаза людям, ждет смерть, — спокойно сказала Оливьена. — Боюсь, Ливенириэля уже нет в живых…

— У вас что, опять конфликт с людьми? — ужаснулась я.

— Скорее, люди в очередной раз сделали из нас козлов отпущения, — фыркнул блондин.

— Погодите, — замотала я головой. — А как они вас отличают? Лив, помнится, спокойно сходил за человека…

— Очень просто, — усмехнулась Оливьена. — У нас ведь острые уши. И теперь любой, у кого волосы прикрывают уши, мгновенно становится мишенью.

— А разбираются, значит, уже после… — задумчиво протянула я.

— Верно, — фыркнул блондин. — И лучше оказаться мертвецом, чем попасться живым!

— Значит, вы держите оборону?

— В Лес люди пока не осмеливаются войти, — ответила Оливьена. — Но это ненадолго. Нас немного, а без Кристалла Дэнали…

— Вас просто перебьют, — закончила я. — Так надо его отыскать! И Лива тоже!

— И кто же совершит такой подвиг? — ядовито поинтересовался блондин.

— Я, конечно! — удивилась я. — Кто же ещё? Ещё бы вот отыскать Тала, Талию, Вивиану…

— Если ты говоришь о людях из замка, — подал голос кто-то с дерева, — то их увезли на северо-запад. Кажется, живых.

— На северо-запад? — Блондин ничуть не удивился наглому вмешательству в конфиденциальный разговор. Надо полагать, это был ещё какой-нибудь родственник. — Значит, к этому психу…

— Какому психу? — не поняла я.

— Который и отправил людей истреблять нас, — ответил блондин. — В любом случае, оттуда тебе их не вызволить. Да, кстати, как ты намерена искать Кристалл Дэнали?

— Ну, есть у меня одна идея, — уклончиво сказала я, крутя на пальце перстень Дорогана. С его помощью можно отыскать любой клад… Мне этот перстень Лив подарил.

— Ладно, — не стала спорить Оливьена. — Дело твое.

— Точно, — вздохнула я. — Кстати, вы не покажете, где Лив жил?

— Зачем? — подозрительно спросил блондин.

— У него хранились кое-какие мои вещички, — честно сказала я. — Разве можно путешествовать по вашему ненормальному миру, не подготовившись как следует?..

— Идем, — мотнул головой блондин и потащил меня ещё дальше в лес.

Лив, как выяснилось, предпочитал обитать на особицу. Понятное дело, все эльфы жили на деревьях, причем дома они не строили, а каким-то образом заставляли деревья расти так, чтобы получались вполне сносные жилища. Кстати, благодаря этому заметить дома эльфов с земли практически невозможно, настолько они хорошо спрятаны. Да у них вообще всё хорошо получается: у Лива даже сляпанный на скорую руку шалашик был шедевром архитектурной мысли, не то что у меня…

Кое-как вскарабкавшись на дерево (лестницы не были предусмотрены), я осторожно заглянула в дверной проем и невольно присвистнула. Да-а… такой кавардак даже я не в силах организовать… Я вообще удивляюсь, как Лив сам здесь не терялся! И каким, спрашивается, образом мне искать в этом бедламе свои вещички? Я оглянулась на блондина. Тот за мной бдительно присматривал. Надо бы пустить в ход волшебный перстенек, но только не обнаруживая этого… Отчего-то мне не хотелось осведомлять эльфов о том, что он у меня.

— Ты что, — спросила я, — боишься, что я что-нибудь стяну? Ну и зря! Я просто… хочу найти то, что принадлежит мне!

Последние слова я произнесла особенно громко, и перстень моментально дернул меня в особенно захламленный угол. Через пару минут я откопала искомое.

— Слушай, может, отвернешься? — попросила я блондина. — Я переодеться хочу…

Он отрицательно мотнул головой. Мне захотелось пнуть его куда-нибудь в чувствительное место. Наверно, блондин угадал мои желания, поскольку отступил на шаг назад. Но даже не подумал отвернуться!

— Да и черт с тобой, любуйся! — в сердцах сказала я, быстренько раздеваясь. — Много интересного всё равно не увидишь…

Вскоре я была упакована по последнему слову местной моды, даже кинжал на поясе висел. Выглядела я во всем этом просто потрясающе! Кому показаться — ухохочутся…

— Лук не бери, — предостерег меня блондин, заметив, что я тяну руки к любимому оружию Лива. Странно, что он ушел без него…

— Почему это?

— Ты не умеешь с ним обращаться, — аргументировал блондин свой запрет.

— Ну и что? — пожала я плечами и лук всё-таки хапнула. — Я отдам его Ливу, когда найду его… Как же он без оружия?

Блондин посмотрел на меня, как на умалишенную, и тяжко вздохнул.

Заночевать мне позволили в лесу, а утром стали собирать в дорогу. Ну, припасы там, наставления по поводу маршрута… но тут дело уперлось в средство передвижения. Мне привели совершенно потрясающую лошадь, я и не знала, что у эльфов такие есть. Оказалось, что в глубине Великого Леса полно прекрасных лугов, где и держат коней.

Лошадь была шикарная, вот только вскарабкаться на неё без посторонней помощи я не могла. Коняга определенно была рассчитана на рослых эльфов с опытом верховой езды, а не на мелких девчонок без оного опыта. Однако сознаваться в своей несостоятельности как наездницы мне не хотелось.

— Нет, дорогие товарищи, — решительно отказалась я от великолепного скакуна. — Не возьму!

— Почему? — удивилась Оливьена.

— Сами подумайте, — предложила я. — Да у меня эту лошадку первый же встречный отберет, хорошо, если жива останусь! Нет ли у вас чего попроще? Пони, к примеру…

Под хихиканье и пересмеивания эльфов блондин с каменным выражением лица подвел мне маленькую, толстенькую и довольно-таки лохматую лошадку. Впрочем, морда у неё был добрая, а ноги вполне крепкие, хоть и коротенькие. Ну, нам не в скачках участвовать…

— Пойдет! — обрадовалась я, даже не поинтересовавшись, откуда взялось у эльфов такое чудо природы. — Ну, мне пора! Где у нас северо-запад?

— Вон там, — показал мне блондин, проводив меня до опушки. — И всё-таки, если не секрет, как ты намерена отыскать кристалл?

— Да есть у меня одна вещица, — вздохнула я, отодвигаясь на безопасное расстояние. Хотя у него лук, захочет, так стрелой достанет… — Хочу найти Кристалл Дэнали!

Я приготовилась к рывку, но кольцо едва-едва потянуло меня за палец… И точно на северо-запад! Похоже, кристалл очень далеко отсюда. Но я найду его! И Лива тоже. Если, конечно, он ещё жив…

— Он там, — ткнула я пальцем в горизонт. — Всё, мне пора!

Я на всякий случай пришпорила лохматую кобылку, но блондин и не думал за мной гнаться. Он только с совершенно убитым видом покачал головой и тихо сказал:

— Я знал, что Ливенириэль — идиот. Но не настолько же, чтобы подарить перстень Дорогана какой-то…

Тут он не выдержал, плюнул и исчез в лесу.

— Ха, — фыркнула я и, не удержавшись, заорала вслед блондину: — Тоже мне, высшая раса!! Да если бы я пропала, мои родственники весь город бы на уши поставили, а меня нашли! А вы?! Лив два месяца как испарился, а они даже не почешутся! И не стыдно вам, а?! А, что говорить! Тьфу на вас!! Вперед, Лохматка!

Признаться, я опасалась, что за такие слова меня утыкают стрелами, и несколько напряглась. Однако лес хранил гробовое молчание. Обиделись? Так им и надо! Давненько, чувствуется, никто им правду-матку в лицо не резал!

Прямо на северо-запад я не поехала. У меня была идея. Идея, надо сказать, весьма сумасбродная — заехать к ведьме Чеверче Гаскер и попросить помощи. Чеверча хоть и ведьма, но друзьям всегда помогает. И не такая уж она злая, просто хулиганка. Мы с ней познакомились, когда у Талии родились четверо сиамских близнецов, и выяснилось, что это её Чеверча заколдовала в отместку за какую-то обиду. И мы с Ливом отправились к ведьме… Впрочем, воевать с ней не потребовалось. Так, попросили по-хорошему, посидели, потрепались. Она очень милая женщина, невзирая на любовь к мелким (и не слишком мелким) пакостям, жуткий хохот по любому поводу и чудовищное косоглазие. К тому же в тот момент Чеверча тосковала по какому-то блондину-оборотню, который её покинул. Одним словом, расстались мы добрыми приятелями…

Но меня ждало жестокое разочарование: замка Чеверчи, да и всего её острова не было видно за густым туманом, а стоило мне попробовать переправиться на другой берег, как туман сложился в буквы: «Занята личной жизнью. Просьба не беспокоить. Чеверча Гаскер». Понятно, что я не стала даже пытаться войти — мало бы мне не показалось: Чеверча очень трепетно относится к своей бурной личной жизни… А если кто-то не умеет читать и не поймет предупреждения, спросите вы? Ну, это уж его проблемы… Ладно… что ж теперь, придется ехать одной!

Моя Лохматка резво трусила по дороге, и уже к полудню показался какой-то город. Их тут много, этих маленьких городков и деревенек, так что от недостатка общения я страдать не буду.

В город меня пропустили беспрепятственно: ещё в лесу я по настоянию Оливьены заплела волосы в косичку, чтобы выставить свои довольно-таки оттопыренные уши на всеобщее обозрение. Собственно, в этом городе меня интересовало только одно: информация! А именно: что за псих обосновался на северо-западе, с какой радости он взъелся на эльфов и на кой черт ему Кристалл Дэнали (если, конечно, его упер именно псих).

Понятное дело, сплетни лучше всего узнавать на базаре или в местном трактире. Но на базаре уже никого не было, поскольку стояла послеполуденная жара, так что я отправилась в кабак. Но и там мне не подфартило. Я пришла то ли слишком рано, то ли слишком поздно. Так или иначе, там оказался только хозяин с подбитым глазом (мертвецки пьяный), трое посетителей (пьяных в стельку) и служанка (пьяная в дымину). Они не то что сплетни не могли пересказать, они даже шевелились с трудом!

Я в расстроенных чувствах двинулась на выход, но обо что-то споткнулась и едва не растянулась на грязном полу. Выяснилось, что в кабаке есть ещё один посетитель. Впрочем, больше он походил на медведя, по недоразумению забредшего в город. Это оказался буйно бородатый мужик, напоминающий телосложением гигантскую бочку. Нет, скорее всё-таки цистерну… На нем и впрямь была одежда из медвежьей шкуры, украшенной металлическими бляхами. На столе лежал шлем размером с хорошее ведро, увенчанный ветвистыми рогами (похоже, лосиными), а в руках мужик держал меч, разглядывал его и тяжко вздыхал.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что в руках у гиганта не целый меч, в только обломок. Но это я разглядела потом, а пока только зашипела на него:

— Ты чего свои костыли разбросал?! Чуть не навернулась из-за тебя!

Мужик с неподдельным изумлением воззрился на меня из глубин бороды и пророкотал:

— Ты кто?

— Я Ада, — ответила я и решила всё-таки проявить вежливость. — И из-за вас я чуть не упала! А пол тут грязный!

Мужик совсем смешался — видимо, с ним ещё никто так нагло не разговаривал.

— Извини… — прогудел он. — Ты… ты что, девушка?

— Ну да, а что? — вызывающе спросила я, и на всякий случай слегка попятилась. Наверно, зря я с ним в таком тоне, привыкла, что за меня всегда Лив вступиться может, вот и говорила, что хотела, а теперь… — Нельзя, что ли?

— Можно… — пожал плечами мужик. — Просто я таких маленьких никогда не видел… ты ж мне по пояс будешь! Ну точно, в половину моего роста!

Тут он начал вставать из-за стола, а я прикрыла глаза, чтобы не видеть этого процесса.

— Садись! — велел мужик. Я не посмела ослушаться. — Сейчас выпить сообразим!

Я хотела было сказать, что кабатчик на внешние раздражители не реагирует, но мой новый знакомый вдруг заорал на весь кабак:

— Хозяин! Пива!!

Впрочем, это был даже не ор, а какой-то звериный рык. Меня чуть со стула не снесло, а кабатчик удивительно споро поднялся и на полном автомате приволок огромную кружку пива. После чего свалился под соседний столик и захрапел, распространяя жуткие миазмы…

— Будешь? — спросил мужик, подвигая мне кружку размером с хорошее ведро. Я замотала головой: пиво было угольно-черным и, судя по запаху, мало чем отличалось от грязи из ближайшего болота. — Ну, как хочешь…

Мужик одним глотком осушил посудину, вытер усы и сказал:

— Ну, будем знакомы! Я…

Тут он сказал что-то невоспроизводимое.

— Как? — переспросила я. — Кара… куракарутарукарат? Слушайте, можно я вас буду Каракуртом звать?

Мужик подумал немного и кивнул:

— Ладно. Зови. Можно бы по прозвищу, да оно неприличное…

— А что это у вас с мечом? — поинтересовалась я, чтобы сменить тему.

— Полюбуйся! — Каракурт сунул мне огрызок меча под нос. Мне стало нехорошо, потому что это и впрямь был огрызок: лезвие было не сломано, как мне сперва показалось, а аккуратно откушено… Ой, не хотелось бы мне повстречаться с владельцем этих зубок!

— И… ик… ик… и кто это был? — С перепугу я начала заикаться.

— А дьявол его знает, — угрюмо сказал мужик. — Чудо-юдо какое-то. Ростом с теленка, похоже на волка, серое. Только зубы как ножи, когти — во!.. И это…

— Что? — заинтересовалась я.

— Говорит по-человечьи! — громовым шепотом сказал Каракурт. — Я на него мечом замахнулся, а он клинок лапами уцепил, перекусил пополам, да и говорит: «Ещё раз, дурак, так сделаешь, башку оторву!» Ну и… добавил пару слов по-простому…

— Жуть! — сказала я. — Кстати, а вы не знаете, кто это такой страшный на северо-западе живет? Который с эльфами воюет?

— На северо-западе? — Каракурт почесал в бороде, что-то оттуда выудил и съел. — Говорят, там какой-то чародей окопался… Си-ильный! А кто такие эльфы? Все про них говорят, говорят… а я их не встречал ещё…

— Неужели ни разу не видели? — поразилась я. — С ума сойти! Ну, вы многое потеряли… Да, между прочим, а вы откуда родом?

— Я-то? — уточнил Каракурт. — А я с самого дальнего востоку буду. Так, шатаюсь по белу свету.

— Ага, странствующий рыцарь… Ясненько… — кивнула я. Мысль у меня била ключом. Этот тип, сроду не видевший эльфов и не питающий привязанности к непонятному психу с северо-запада, мог мне здорово пригодиться… — Слушайте, Каракурт, не хотите пойти со мной?

— Зачем? — не понял он.

— Ну… — замялась я. — Дело в следующем: этот чародей с северо-запада похитил одну ценную вещь. И, я думаю, он точно знает, где находится один мой очень хороший друг… между прочим, эльф! Ну, и ещё несколько моих друзей…

— Да ну? — не поверил Каракурт. — Эльф, говоришь… Ну, я не против, всё равно заняться нечем. Только…

— Что? — поторопила я.

— Мы, понимаешь, задаром не работаем… — забрал бороду в кулак Каракурт. — Наемники мы… Но очень хорошие!

— Сколько? — прервала я его рекламные излияния.

Каракурт отчего-то густо покраснел и прошептал мне на ухо цену своих услуг.

— Идет, — моментально согласилась я. Всего-то два золотых за всю кампанию! Ну, плюс ещё подъемные в случае тяжелого ранения или увечья. Видимо, на самом дальнем востоке эта сумма считалась невероятной! — По рукам?

— По рукам! — обрадованно прогудел Каракурт и осторожно шлёпнул по моей ладони мизинцем левой руки.

— Да, — спохватилась я. — А как же вы без меча?

— А, — отмахнулся Каракурт. — У меня ещё секира есть, с ней даже и привычней… И булава у меня есть…

Словом, мы покинули кабак, даже не подумав расплатиться за выпивку. Мне было страшно интересно, на каком коне Каракурт везет своё обмундирование (он всё ещё продолжал перечислять содержимое своего арсенала)… Я чуть в обморок не упала, когда увидела его транспортное средство! Это был гигантский (и такой же лохматый, как хозяин) буйвол! А может, и не буйвол, я в местной фауне не очень хорошо разбираюсь, но острые, направленные вперед рога у зверюги были поистине колоссальными! Для пущего страху они были окованы металлом…

— Мама моя родная! — только и смогла я сказать. А Каракурт спокойно взгромоздился на холку гигантскому парнокопытному и прогудел:

— Ну что, хозяйка, не будем время даром терять?

— Точно! — обрадовалась я. Я, признаться, боялась, что Каракурт решит переночевать в городе, а тратить деньги на «гостиницу» не хотелось. Лучше уж в лесу заночевать. Кажется, Каракурт придерживался того же мнения. Видимо его, дитя природы, городские стены угнетали.

Мы потихоньку двинулись на северо-запад, будь он неладен. Мне ужасно хотелось расспросить Каракурта о его родине, но разговаривать было не очень удобно: моя голова находилась на уровне его колена. Это притом, что я сидела на Лохматке!

Меланхоличный буйвол, имя которого я так и не смогла воспроизвести, пер по равнине, как танк. Лохматка еле-еле за ним поспевала, хотя буйвол вроде бы не очень торопился. Впрочем, лошадка явно застоялась, и разминка была ей на пользу. Но, надо сказать, рысь у неё была очень тряская, так что к вечеру я основательно намозолила пятую точку…

Вообще-то мне было не до окружающих красот, однако кое-что всё-таки бросалось в глаза. Во-первых, деревушки, мимо которых мы проезжали, казались напрочь вымершими. Ни собаки не лаяли, ни петухи не орали… Во-вторых, на дороге нам не попалось ни единого путника, хотя раньше, помнится, тут было не протолкнуться от конных, пеших и гужевого транспорта. Ну и так далее. Такое впечатление, что во всей стране не осталось ни единой живой души. Меня, к примеру, это угнетало, а вот Каракурту явно было наплевать: он спокойненько гудел себе под нос песенку на родном наречии. Полагаю, неприличную, потому что время от времени Каракурт гулко хихикал.

Ночь мы провели спокойно, на нас никто не нападал, если не считать… комаров! Ну откуда они взялись, а? Не было в этих местах кровососущих насекомых, не бы-ло! Я же помню — Лив рассказывал, что эльфы какими-то хитрыми путями отучили комаров нападать на себя… и на людей заодно! А тут что творится?! Я пораскинула мозгами и решила, что это месть эльфов людям. Мелко, конечно, но всё равно неприятно. Тем более что комары летали даже не стаями, а прямо-таки тучами! Удивляюсь, как я себя к утру до синяков не избила, отмахиваясь от коварных насекомых! А Каракурту хоть бы хны — сквозь его шевелюру и медвежьи шкуры ни один паразит бы не пролез. Впрочем, Каракурт всё равно непрерывно чесался. Я сперва думала, что он делает это из солидарности с хозяйкой, то есть мной, но потом решила, что его просто-напросто донимают блохи. Во всяком случае, чесался он так же яростно и громко, как его буйвол.

Утром, перекусив на скорую руку, мы снова отправились в путь. Населенные пункты попадались всё чаще и чаще, и вот что интересно: многие поселки по-прежнему казались вымершими, зато в других кипела бурная жизнь. И вот над теми, где кипела жизнь, развевались какие-то совершенно незнакомые мне флаги — три зеленых ромба в ряд на малиновом поле. Насколько я помнила, у каждого мало-мальски себя уважающего городишки в этих краях был свой флаг, герб, валюта и черт ещё знает что… Впрочем, разная валюта ерунда: золотая монета — она и есть золотая монета, что бы на ней ни было отчеканено. А вот флаги радовали разнообразием: там были и полосочки, и кружочки, и квадратики, и львы, и драконы, и прочие мифические звери… Но вот зеленых ромбов, убейте, не помню!

— Заедем вон в тот город, — сказала я Каракурту.

Гигант молча кивнул и ткнул буйвола пяткой в правый бок, заставляя свернуть на ответвление дороги, ведущее к городку. Лохматка, не дожидаясь указаний, резво потрусила следом.

На этот раз так просто войти в ворота не удалось. То есть меня-то пропустили без вопросов, а Каракурта задержали… попытались задержать. Он, собственно, и понять не мог, чего от него требует стража, пока не вмешалась я.

— Да отстаньте вы от него! — сказала я. — Он страшен в гневе!

Стражники опасливо окинули взглядом монументальную фигуру Каракурта, который верхом на буйволе напоминал то ли памятник, то ли мастодонта. Один из них сказал:

— А вдруг он эльф? Начальство с нас шкуру спустит! Пусть ухи покажет и едет на все четыре стороны!

— Вы чего, спятили? — покрутила я пальцем у виска. — Разве эльфы такими бывают? Вы поглядите на него повнимательнее!

— А кто их знает, этих эльфов, какие они бывают, — рассудительно сказал один из стражников. — Мы их не видали. Сказано нам проверять, мы и проверяем!

Я тяжко вздохнула и хотела уже попросить Каракурта разгрести засаленные лохмы и продемонстрировать «ухи», как вдруг вмешался новый персонаж.

— Пропустите его, — сказал кто-то сзади. — Я знаю этого человека, это варвар с востока, наемник.

Обернувшись, я увидела потрясающе… нет, обалденно… нет, даже не знаю, как сказать! Словом, невозможно красивого рыцаря на снежно-белом коне. Рыцарь сверкал начищенными доспехами, белозубой улыбкой и черными очами… Для северянина он был несколько смугловат. Наверно, с юга вернулся, с курорта…

Уж на что я не люблю бородатых мужчин — а у этого рыцаря был аккуратно подстриженная черная бородка, — но всё равно растаяла… Рыцарь же спокойно проехал мимо нас. Его конь был таким белым, что, казалось, к нему даже уличная грязь не прилипает! Впрочем, в этот момент, словно отвечая на мои мысли, белоснежный скакун грациозно приподнял расчесанный и тщательно завитый хвост и навалил огромную кучу прямо посреди мостовой.

— Это кто? — спросила я Каракурта, когда рыцарь отъехал подальше. — Вы его знаете?

— Знаю… — Каракурт в два приема нащупал в бороде нос и ожесточенно его почесал. — Это Вонючка.

— Кто?! — опешила я.

— Прости, хозяйка, сорвалось, — покаянно сказал Каракурт, оставив нос в покое. — Служил я у него. Но ушел.

— Почему? — поинтересовалась я.

— Я нанимался честно воевать, — ответил Каракурт с хорошо сознаваемым чувством собственного достоинства, — а не деревни по ночам жечь.

— А почему он Вонючка? — спросила я.

— Потому что воняет, — был ответ.

— Не почувствовала, — хмыкнула я. — По-моему, вполне чисто отмытый мужчина. Не то, что некоторые…

Что правда, то правда — рядом с Каракуртом даже мухи на лету дохли. Наверно, поэтому его и комары не трогали. А блохи, видимо, уже притерпелись…

— Хозяйка! — укоризненно сказал наемник. — Он не сам воняет! Дела его воняют!

— Понятно, — весело кивнула я. — Так бы сразу и говорили. Значит, не будем связываться с этим типом, правильно?

— Угу, — удовлетворенно кивнул Каракурт и хотел ещё что-то сказать, но тут впереди послушался крик.

Судя по раздающимся из-за поворота звукам, навстречу нам бежало довольно много народу. Скоро показались первые ряды. Как выяснилось, толпа гнала какую-то женщину в довольно грязном рваном платье. Чуть подальше маячил Вонючка на белом коне и явно раздавал указания.

Женщина с совершенно безумным лицом ринулась в нашу сторону, и не успели мы ничего понять, как она вцепилась в ногу Каракурта. Стало ясно, что отцепить её не удастся никакими силами. Да Каракурт и не пытался…

Народный энтузиазм как-то утих по мере приближения к нашей группе. Никто не стремился подойти поближе к острым буйволиным рогам, угрожающе нацеленным на толпу. Каракурт нахмурился.

— Зачем обижаете женщину? — грозно вопросил он, взвесив в левой руке булаву.

— Это не женщина! — пискнул кто-то из толпы.

— А кто же? — удивился Каракурт и взял в правую руку секиру.

— Это знахарка Люра, — подал голос кто-то особенно смелый. — Все знают, что она наполовину эльф!

Я посмотрела на женщину с большим интересом. Метисов мне ещё не доводилось встречать. Насколько я понимаю, эльф на человеческую женщину вряд ли польстится, а эльфийка точно не дастся человеку в руки живой. Однако вот он, результат подобной связи, стоит и дрожит от ужаса.

— Да? — с удивлением спросил Каракурт, любопытно оглядывая Люру. — И что? Зачем обижаете?

— Всё их проклятое племя истребим! — понеслись крики из толпы. — Всех до единого!

— Нехорошо! — сказал Каракурт, развесил оружие по местам и посадил Люру на холку буйвола впереди себя. Женщина тут же потеряла сознание. Не знаю уж, от переживаний или от ароматов, источаемых Каракуртом и его буйволом. — Я их ещё не видел… Поехали, хозяйка!

— Да уж… — пробормотала я, сжимая пятками бока Лохматки. Конечно, я целиком и полностью одобряла действия Каракурта, но что-то мне не хотелось, чтобы мне размозжили голову булыжником. Надо убираться отсюда подобру-поздорову…

Подобру-поздорову нам убраться не дали. Почти у самых ворот путь нам преградила вооруженная стража. И вот тут-то я и поняла, отчего наемники с востока пользуются таким спросом! Каракурт даже никакого оружия в руки не взял, а только шепнул что-то на ухо своему буйволу. Тот взревел и начал рыть землю передним копытом. Стражники побледнели и отступили на пару шагов. Тогда буйвол задрал хвост, замычал утробным басом и поскакал прямо на них…

По-моему, все остались живы, но задержать нас больше не пробовали. Правда, когда мы изрядно удалились от города, обнаружилось, что в медвежьей шкуре, покрывающей спину Каракурта наподобие плаща, засело несколько бронебойных стрел. Каракурт слез с буйвола, стащил с себя одежду и принялся огорченно рассматривать дырки. Надо сказать, была на нем одежда из медвежьей шкуры, не было на нем одежды — один черт. По крайней мере, волосатостью Каракурт медведю не уступал. Подозреваю, шкуру на одежку он добыл просто — пошел в лес и придушил первого попавшегося на пути косолапого. А может, и не одного. Даже наверняка не одного!

— Позвольте, я зашью, — застенчиво сказал женский голос. Оказалось, Люра пришла в себя и благополучно сползла с буйвола на землю. Люра оказалась вполне привлекательной особой, даже невзирая на грязь и синяки. Надо сказать, уши у неё были вполне обычные, человеческие, а вот волосы золотились на солнце точь-в-точь, как у Оливьены.

Каракурт смущенно улыбнулся (я чуть не померла, как увидела эту улыбочку) и протянул Люре своё одеяние. Та с трудом удержала сверток в руках, однако одарила Каракурта ответной улыбкой и мило зарделась от смущения. Да, ничего так подобралась парочка…

— Люра, — спросила я, когда мы сидели вечером у костра и ужинали. К слову, Люра прекрасно готовила в походных условиях. Уж во всяком случае, лучше, чем я! — Вы, случайно, не знаете, что за псих живет на северо-западе? И это… флаг с зелеными ромбиками не ему, случайно, принадлежит?

— На северо-западе живет чародей Ларгенс, — ответила Люра, подкладывая Каракурту лакомые кусочки. — И флаг с зелеными ромбами — это его герб. Не знаю, что он означает. Ада…

— Что?

— Можно, я пойду с вами? — попросила Люра и заглянула мне в глаза.

— Вообще-то, мы не просто так гуляем, — сказала я. — Мы именно к Ларгенсу и направляемся. Он, видите ли, спер одну нужную вещь и угнал в плен моих друзей… Вам это надо?

— А куда деваться? — спросила Люра и шмыгнула носом. — Лучше, чтобы затоптали насмерть, что ли?

— Давайте, мы оставим вас где-нибудь в спокойном месте, — предложила я.

— Спокойных мест нынче нет, — заявила Люра. — Лучше с вами ехать, чем от страха где-нибудь в подвале трястись — а ну как пронюхают про мою родословную!

— Да нет, мне не жалко, — пожала я плечами. — Едем с нами. Только если вас убьют, пеняйте на себя. Каракурт, вы что всё время оглядываетесь? Что-то услышали?

— Нет… — Варвар потянул себя за усы. — Хозяйка, ты вот мне всё говоришь «вы» да «вы»… А я ж один! И Люра одна… никого ж больше нет!

Меня разобрал смех. Придется говорить бравому воину «ты», а то он шею себе свернет!

На утреннем совете было решено больше в населенные пункты не заезжать. Себе дороже, знаете ли. Припасов у нас довольно, в крайнем случае, Каракурт какую-нибудь дичину подстрелит. От недостатка информации мы уже не страдаем. То есть знаем, в какую сторону ехать и как зовут главного врага. Остальное не существенно, тем более, что вряд ли кто-то знает больше. А если знает — не факт, что захочет поделиться…

Вот так мы ехали, ехали, одичали совсем, а я всё больше скучала по Ливу. Увижу ли я его когда-нибудь? Даже когда нас захватили в плен южные гномы под предводительством коварной Даннидакс, всё было не так плохо. Даннидакс оказалась, в общем-то, не слишком умна, и обвести её вокруг пальца было плёвым делом. А вот этот Ларгенс, судя по тому, что рассказала Люра, был типом крайне неприятным и чрезвычайно хитрым и осторожным. Ходили слухи, что он построил себе громадный черный замок и по ночам пытает там пленников, находя в этом какое-то извращенное удовольствие. Ещё говорили, что пленников он не пытает, им и так достается: и днем и ночью они качают воду из-под земли (в тех местах плохо с влагой жизни), работают в шахтах, добывая для Ларгенса драгоценные камни и какие-то особые минералы. Потом ещё говорили, что Ларгенс пытается вывести некое существо, которое одно стоило бы сотни воинов, и для этого по-всякому пытается скрестить людей с животными. Вивисекцией занимается, одним словом… Боюсь, что с таким индивидуумом сладить будет непросто. Моих идиотских заклинаний, то есть имен всяких философов и прочей шушеры, явно будет недостаточно!

Прошло ещё несколько дней. Люра всё более благосклонно поглядывала на Каракурта, а тот очень забавно смущался. Я по ночам мерзла и от этого сильно злилась. Лохматке моё настроение не нравилось, и она то и дело принималась брыкаться. Буйвол Каракурта был апатичен и на окружающую обстановку принципиально не реагировал.

По ночам, кстати говоря, мало того, что было холодно, так ещё и страшно! В придорожных кустах постоянно кто-то завывал, трещал ветками, да и вообще всякая дрянь мерещилась. Днем тоже было не лучше — вроде и солнце светит, а всё равно будто в тени едешь. Мрак…

Однако мы упорно двигались дальше. Хотя… что значит упорно? Каракурт ехал потому, что я ему платила. Люре просто некуда было деваться. И только меня гнало вперед чувство долга. А может, и не оно вовсе, а просто глупость моя непроходимая!

И вот, наконец, когда закончился странный лес с корявыми деревьями (ничего общего с веселым Тёмным Лесом!), далеко впереди показался громадный черный замок. Ну, я вам скажу, это было зрелище! У ведьмы Чеверчи замок тоже немаленький и тоже черный и зловещий, но по сравнению с этим сооружением обиталище моей знакомой ведьмы больше походило на Диснейленд в солнечный полдень.

Замок Ларгенса был грандиозен. Скорее, это был не замок, а целый город, и один его вид отбивал всякую охоту туда соваться! Однако мой перстень-кладоискатель уверенно тянул меня именно в жуткое строение… Ну не поворачивать же обратно! Поэкспериментировав с перстнем, я выяснила, что и Лив, и прочие мои приятели тоже находятся в замке.

И тогда перед нами встал вопрос: а как проникнуть внутрь? Как, спрашивается?! Территория вокруг замка напоминала лунную поверхность: абсолютно пустая, ни деревца, ни кустика, и сплошь усеянная кратерами. Ларгенс тут атомную бомбу испытывал, что ли? Одним словом, спрятаться было совершенно негде, значит, открытое пространство надо было преодолеть одним чемпионским забегом. Ну хорошо, предположим, мы добрались до стен. И что, ворота распахнутся, и нас любезно пригласят войти? Да там наверняка стражи полно, или вообще голодные драконы по двору бродят!..

Я уже всю голову сломала, когда Каракурт осторожно потянул меня за рукав. (По его понятиям осторожно, он мне этот рукав едва напрочь не оторвал.)

— Хозяйка, — сказал он.

— Чего?

— Ты это… туда хочешь?

— Куда? — не поняла я.

— В этот… — Каракурт потыкал пальцем в громоздящийся невдалеке замок.

— В замок? — догадалась я. — Ну, положим, хочу. Только попасть туда нереально…

— Ну-у… — протянул Каракурт и хитро подмигнул. — Мы города брали. И не такие!

— У тебя есть план? — с надеждой спросила я.

— Разведка нужна, — резонно заметил варвар. — Пойду.

— Один? — ужаснулась Люра. Она, кажется, заразилась немногословием Каракурта и тоже начала изъясняться односложными предложениями.

— Да! — сказал Каракурт. — Не бойся. Приду скоро…

Пришел он через трое суток. Мне чуть ли не силой приходилось удерживать Люру, а то бы она побежала вслед за своим драгоценным Каракуртом. Надо сказать, варвар ходил по лесу совершенно бесшумно, поэтому мы даже не заметили его появления. Хотя где уж было заметить: Люра билась в очередной истерике, а я на неё орала.

— Пришел! — возвестил Каракурт и плюхнулся на землю у костра.

— Ура! — завопила я. — Ну как, есть шанс туда пробраться?

— Обижаешь… — прогудел Каракурт. — Там это… с той стороны… шахты, колодцы — у, много всего! Народу много… Во!

— Что это? — не поняла я.

— Одного пристукнул, — сообщил Каракурт, напяливая на себя трофей. Это оказался малиновый плащ с зелеными ромбиками.

— Знамя, что ли, у часового свистнул? — нахмурилась я.

— Не! Это… — Каракурт подумал. — Во! Форма это! Все в разное одеты — и плащ!

— Ага… — Я начала понимать задумку хитрого варвара. — Значит, ты будешь как бы стражником, а мы — как бы пленницами, так?

— Правильно думаешь, хозяйка, — одобрил Каракурт. — Люра, ты не ходи!

— Почему это? — обиделась она. — Я с вами!

— А за ними кто смотреть будет? — возразил Каракурт, показывая на мою Лохматку и своего буйвола.

— А мы что, пешком пойдем? — ужаснулась я.

— Не, — отмахнулся варвар…

До задворков замка мы добирались около суток. Лохматку пришлось оставить, и мы ехали вдвоем на буйволе. На мой взгляд, пешком было бы быстрее, потому что буйвол никак не мог набрать на колдобинах приличной скорости.

Вскоре в воздухе явственно запахло дымом, гарью и ещё какой-то гадостью вроде серной кислоты. Каракурт спешился, помог слезть мне и что-то сказал буйволу на непонятном наречии. Буйвол подумал минутку, потом покорно повернулся и пошлёпал обратно, то и дело принюхиваясь к собственным следам.

— Пошли! — сказал Каракурт и подтолкнул меня в спину. Я пролетела несколько шагов, стукнулась о какую-то скалу и спросила:

— А связать меня не надо?

— О! — удивился Каракурт. — Умная хозяйка!

Двусмысленная похвала меня как-то не очень обрадовала…

Каракурт повел меня какими-то закоулками, уходящими в недра земли. Замок остался справа, а мы углублялись в карьер. Народу тут и впрямь было полно, но на нас никто не обращал особого внимания. То тут, то там попадались разнокалиберно одетые надсмотрщики в таких же плащах, как у Каракурта. Пленные же ходили в немыслимых лохмотьях.

Я вертела головой, стараясь углядеть знакомых, и отчаянно надеялась, что Каракурт знает, что делает. И что никто не предложил ему, скажем, целых три золотых за мою голову…

Но Каракурт, хоть и плохо говорил на местном языке, дураком отнюдь не был, да и предавать меня не спешил. Он уводил меня всё дальше и дальше вглубь карьера, откуда я точно не вышла бы в одиночку. Пару раз к нему обращались надсмотрщики, но он отделывался от них невнятным рычанием. Потом людей стало меньше, а вскоре тоннели совсем опустели. Тогда мы свернули в какое-то ответвление и явно начали подниматься к поверхности земли.

У меня уже ноги от усталости не гнулись, когда вдруг Каракурт, ожесточенно сопя, сказал:

— Почти пришли, хозяйка…

— Где мы? — прошептала я.

— Тут у них кухня, — отозвался Каракурт.

— Ты когда успел всё разведать? — подозрительно спросила я.

— А! — Каракурт махнул рукой. — Поймал начальника…

— И что, его до сих пор не хватились? — удивилась я.

— Шахты большие, — логично ответил Каракурт. — Пока найдут…

— Ладно, а дальше куда? — спросила я.

— Там… — Каракурт махнул рукой вперед. — Там у них это… самых важных пленников держат! Твои там?

— Надеюсь, — пробормотала я. — По шахтам мы их лет пять искать будем…

Пришлось снова обратиться к помощи перстня. Похоже, моих приятелей действительно держали отдельно. Ну, понятно, Родан и Вивиана — волшебники, а Тала и Талию никакими цепями не удержишь.

На всякий случай мы решили дождаться ночи. К счастью, уже темнело. К счастью потому, что сидеть в засаде с Каракуртом — занятие не из приятных… надо сказать Люре, чтобы она заставила его помыться…

Как стемнело, мы перебрались поближе к темнице. С ума сойти, пленников держат не в каком-то там подвале, а в отдельном строении! Цивилизация…

Замок постепенно затихал. Правда, где-то в вышине светились несколько окон, и кто-то неприятно каркал, но это уж были мелочи. Негромко переговариваясь, прошли несколько стражников, ведя в поводу лошадей. Обалдеть! Лошади были снежно-белыми! В темноте они только что не светились!

Вдоволь подивиться этому факту мне не удалось. Каракурт треснул меня по макушке, заставляя пригнуться пониже, а пока я гадала, не устроил ли он мне сотрясение мозга, мимо нашего укрытия кто-то прошлепал. Неизвестный шел уверенно, он явно хорошо тут ориентировался. Я принюхалась, как учил Лив, но ничего особенного не учуяла.

Заскрежетала массивная дверь темницы, невидимый в темноте человек вошел внутрь. Послышались невнятные голоса: сперва чей-то мягкий, очень убедительный, потом гневная тирада, произнесенная явно женским голосом. Потом нечленораздельный вопль, громкая ругань и снова тихий голос, почти шепот. Вскоре дверь снова заскрежетала, неизвестный быстро прошел мимо нас. Он явно был сильно раздражен.

Мы подождали, пока всё утихнет, и на цыпочках пробрались к темнице. Представляете, как Каракурт шел на цыпочках? О-о… Если б не было так темно, я бы насладилась редким зрелищем!

Каракурт примерился к двери.

— Погоди! — пискнула я. Вдруг кроме засовов и замков дверь удерживают какие-нибудь заклинания? Ведь двое из моих приятелей — волшебники, логично подстраховаться!

Но было поздно. Каракурт крякнул и сорвал громадную дверь, окованную металлом, с петель, причем почти беззвучно. Мы проникли внутрь. Темень там стояла кромешная, окон в темнице не предусматривалось. Воняло соответственно.

— Эй… — шепотом позвала я. — Есть здесь кто?

В темноте кто-то зашевелился, брякнули цепи, и послышался стон.

— Сейчас, хозяйка, — сказал Каракурт, и через пару секунд запалил хозяйственно припасенный светильник. Я заметила, что у хитрого варвара всегда под рукой необходимые вещи. Создавалось впечатление, что он таскает за собой весь свой дом, как улитка какая-нибудь.

Конечно, свету было немного, но и эта малость позволила разглядеть четыре прочно прикованные к стене человеческие фигуры. Впрочем, они были не просто прикованы, а фактически вмурованы в камень.

— Вивиана, Талия! — позвала я. — Вы ещё живы?

Одна из фигур пошевелилась и голосом Вивианы слабо сказала:

— Ада? Это… правда ты?

— А кто ж ещё? — фыркнула я. — Сейчас мы вас освободим. Так, тут, случаем, никакой сигнализации магической нет? Нет? Ну и отлично. Давай, Каракурт, вытащи их оттуда!

Каракурт сунул мне светильник, подошел к ближайшему пленнику — это оказалась Талия — ухнул, поднапрягся, и камень, кстати, вовсе не какой-нибудь хилый песчаник, мелкой крошкой осыпался на пол. Ну, металлические кандалы не продержались и пары секунд.

Вскоре вся четверка, едва стоящая на ногах, была свободна. Они хотели меня обнять, но я ловко увернулась. Я тоже не парфюмом от Диора пахну, но и в темнице два месяца не сидела!

— Так! — спохватилась я. — А где дети? В количестве пяти штук, если я ничего не упустила…

— Мы с Вивианой успели отправить их к бабушке, — сообщил Родан. «Надеюсь, не к чертовой?» — едва не вырвалось у меня, но я вовремя прикусила язык.

— Отлично, — преувеличенно бодро сказала я. — Вы, случайно, не знаете, где Лив?

Все четверо переглянулись и яростно засопели.

— Это из-за него мы тут! — прорычала Талия. — Проклятый Ларгенс истязал нас у него на глазах!

— Зачем? — не поняла я.

— Он чего-то хотел добиться от Лива, — как всегда мягко и вежливо ответил Родан. — Однако наш юный друг не проронил ни слова…

— К дьяволу таких друзей! — немного шепеляво взорвался Тал. — Мерзкий колдун лишил меня половины зубов!

— Ничего, Вивиана тебе новые наколдует, — утешила я. — Вот что, друзья мои. Мне нужно найти Лива. Мы с Каракуртом пошли, а вы ждите здесь. Или, если вы в силах, сматывайтесь отсюда побыстрее…

— Мы подождем, — хором решили все четверо. — Мы перед тобой в долгу!

— Как хотите, — сказала я. — Тут недалеко конюшня, имейте в виду… Можно увести лошадок…

— Лучше не стоит, — передернулся Родан. — Это не совсем лошади. По крайней мере, любимая их пища — вовсе не овес и…

— Хватит трепаться, — перебила я, теребя перстень. — Каракурт, идем!

Перстень определенно хотел, чтобы мы вошли внутрь замка. Это оказалось не так уж сложно сделать, поскольку двери были открыты настежь — Ларгенс явно чувствовал себя в безопасности. Или просто знал, что вряд ли найдется идиот, способный добровольно заявиться к нему в гости. Однако ж подобный индивидуум нашелся, да не один, а сразу двое…

Мы плутали по бесконечным лестницам, забираясь всё выше. Пару раз едва не наткнулись на каких-то существ. Вроде это были люди, и разговаривали они о людском — о жратве и выпивке, — но по каменному полу цокали явно не каблуки… один, по-моему, вообще был с хвостом. Ладно, в крайнем случае Каракурта тоже можно выдать за жертву неудачного эксперимента — одни рога на шлеме чего стоят. Да и вообще он на медведя похож…

Я чуть не сшибла пустые рыцарские доспехи, зачем-то стоящие посреди лестницы. Каракурт еле успел их поймать, а то грохоту было бы! Потом я углядела внутри шлема весело лыбящийся череп и чуть не умерла на месте.

Перстень заставил меня ткнуться в дверь. Она была не заперта и, по счастью, не скрипела. Мы с Каракуртом прилипли к щели.

По довольно большому помещению расхаживал взад-вперед подозрительно знакомый тип. Он что-то бормотал себе под нос. Я напрягла слух, и мне удалось разобрать: «Удивительная, невероятная сопротивляемость препаратам… если бы удалось выделить… мои солдаты были бы неуязвимы… Но! Вот именно — но! Ни в коем случае нельзя… нужен живой… разве только попробовать… Да! Именно!»

С последними словами тип — скорее всего, это и был Ларгенс, — зашагал вглубь помещения.

— Ну что? — донеслось до меня. — Так и будешь молчать? Всё-таки упорствуешь?

Ответа я не расслышала.

— Ладно, — пожал плечами Ларгенс. — Рано или поздно я всё равно выбью это из тебя. И тогда-то уж вашему поганому племени точно конец… Ну-с, приступим…

— Каракурт, вперед! — скомандовала я, пиная дверь и врываясь внутрь.

— Что? — в недоумении обернулся Ларгенс. — Кто посмел?..

— Я тебе щас посмею, — пообещала я. — Я тебе так посмею… Катарсис!

Не знаю, откуда это слово залетело в мою голову, но эффект оно имело потрясающий: Ларгенс рухнул, как подстреленный, и принялся кататься по полу. Впрочем, его растерянность длилась недолго. Уж не знаю, откуда он выпустил молнию, по-моему, из левой пятки, а может, ещё откуда… Так или иначе, но я едва увернулась.

Ударной волной меня впечатало в стену, но тем не менее я успела увидеть лицо мага.

— Вонючка! — вырвалось у меня. Это был тот самый красавец рыцарь на белом коне, которого мы повстречали в родном городке Люры! Как всё же обманчива внешность… — Ну, держись, гад!

Однако Ларгенс снова запустил в меня молнией. И опять не попал, я успела отскочить. К моему счастью, я вкатилась под какой-то стол, сплошь заставленный непонятными склянками. Недолго думая, я вскочила на ноги и принялась швырять этой стеклотарой в Ларгенса, не полагаясь более на свои «заклинания».

— Что ты творишь, идиотка!! — завопил чародей, пытаясь выпутаться из рухнувшей на него портьеры. — Ты уничтожаешь мою работу! Мои реактивы! Препараты!..

— Каракурт! — рявкнула я, особенно метким броском залив Ларгенса непонятной синей жижей. — Хватай тощего парня в цепях — и бегом на выход. Я прикрою!

— Не смей!!! — завизжал Ларгенс, когда я нацелилась на склянку с чем-то мутно-черным. — Не трогай, дура!

— Сам дурак! — обиделась я и, рассудив, что если Ларгенс так трясется над этой посудиной, то в ней либо что-то очень ценное, либо крайне опасное, запустила сосудом в голову мага. Всё равно на столе ничего увесистого не осталось. Только что-то вроде самогонного аппарата, но я бы его не подняла…

Последствия моего чемпионского броска были ужасающими. Склянка впечаталась в стену точно над головой Ларгенса, разбилась, и всё содержимое стекло магу за шиворот. Ларгенс заверещал, как резаный, и принялся беспорядочно метать громы и молнии. Потом комнату заволокло едким дымом, и я еле-еле нашла выход. Каракурт с Ливом на плече меня ждал… Недолго думая, он закинул меня на другое плечо и понесся вниз.

Последующую скачку по ступеням верхом на Каракурте я предпочитаю забыть, как страшный сон. Меня едва не стошнило от тряски, зато до выхода из замка мы добрались в рекордно короткие сроки.

Внизу томились мои приятели. Увидав странную скульптурную группу, которую составляли мы с Каракуртом, они слегка испугались, но быстро взяли себя в руки.

В замке творилось что-то несусветное — кто-то орал диким голосом, из окон валил дым, то и дело проскакивали молнии и языки пламени. Похоже, в лаборатории Ларгенса началась неуправляемая химическая реакция…

— Быстро, за Каракуртом! — скомандовала я, и мы снова спустились под землю.

Бег по подземелью тоже лучше не вспоминать. Особенно если учесть тот факт, что бравая четверка взялась по пути освобождать пленных. Освободили двоих, троих, дальше пошла цепная реакция, так что вскоре мы оказались во главе целой армии. Надсмотрщиков просто затоптали…

— Ну, быстрее же! — поторопила я, когда мы приблизились к выходу из шахты. — Вам что, жить надоело?

— Мы останемся тут! — гордо сказала Талия. — Мы уничтожим этот замок и его хозяина!

— Чем? — завопила я. — Голыми руками? А ну, живо марш за мной, и без разговоров! Надо утекать!

Земля под ногами начала содрогаться. Замок, похоже, готовился развалиться.

Гонку по пересеченной местности я опять же не хочу вспоминать. Тем более что по дороге Каракурт умудрился отделиться от общей массы и направился совсем в другую сторону.

— Ты куда? — попробовала возразить я. Это нелегко делать, когда висишь на чьем-то плече вниз головой, а хозяин плеча диким галопом несется по пересеченной местности. — Мы оторвались от наших…

— Знаю, — пропыхтел Каракурт. — Пусть гонятся за ними, а мы скроемся…

— Да ты что?! — завопила я. — Это ж мои друзья!

— Ты, хозяйка, мне платишь, чтобы я защищал тебя, — возразил варвар. — А не всю толпу. Вот я и работаю…

В его словах был резон. В любом случае, заплатить за охрану «всей толпы» у меня денег не хватит… В конце концов, четверо моих друзей — опытные воины, да и среди бывших пленников наверняка немало знакомых с ратным делом. Отобьются… надеюсь…

На всех парах влетев в лес, Каракурт безошибочно устремился к нашему лагерю. Буйвол приветственно замычал, а Люра кинулась к Каракурту.

— Дальше не побежим? — деловито спросила я.

— Нет, — отрезал Каракурт. — Прятаться лучше всего под носом у врага. Пускай гоняется за той толпой…

Пришлось признать, что в его словах снова есть резон. Подавив сомнения, я занялась, наконец, Ливом, которого Каракурт довольно небрежно сгрузил на траву.

— Это эльф? — с подозрением спросил Каракурт.

— Д-да… — неуверенно ответила я. — Вроде бы…

Признаться, я сперва подумала, что мы по ошибке прихватили кого-то другого, настолько Лив отвратительно выглядел. Больше всего меня возмутил широченный металлический ошейник.

— Ты живой? — потрясла я приятеля. Пульс вроде был.

Лив открыл глаза почти сразу. Только… только это были не его глаза. Какие-то мутные, страшные, они глядели сквозь меня.

— Лив?.. — нервно спросила я, когда он начал подниматься на ноги. — Ты… ты чего?!

Закончить мне не удалось. Какая-то чудовищная сила швырнула меня о ближайшее дерево, и только через пару секунд я сообразила, что это сделал Лив и что он явно не собирается останавливаться на достигнутом!

— Рехнулся? — рявкнула я, пятясь.

— Это ошейник! — вдруг закричала Люра. — Надо снять ошейник!

— Каракурт! — скомандовала я.

Вы не поверите, но Каракурт не смог удержать изможденного мальчишку вдвое меньше себя! Скрутить Лива мы смогли, только навалившись на него втроем.

Таинственный ошейник жалобно хрупнул под руками Каракурта, и тут же из глаз Лива исчезла непонятная муть. На мгновение они стали обычными, хорошо знакомыми мне… Только на мгновение. Потом они снова сделались безумными. Лив закричал так, что в ушах зазвенело.

— Заткни его! — рявкнул Каракурт. — Или я сам…

— Нет! Подожди! — запретила я.

— Он нас выдаст! — возразил варвар, но подчинился.

Лив сделал шаг от дерева, к которому мы его прижали, но не удержался на ногах. Я едва успела его подхватить. Раньше мне ни за что бы не удалось удержать Лива, теперь, казалось, он вообще ничего не весил. Его била крупная дрожь. Кричать он больше не кричал, только часто дышал сквозь стиснутые зубы…

— Что с ним? — Я обернулась к Люре. — Ты же знахарка, да ещё наполовину эльф! Сделай что-нибудь!

— Я обманула вас… — Люра низко наклонила голову, и я вдруг поняла, что её роскошные золотые волосы — крашеные! У корней явственно просвечивал самый обычный русый цвет… — Я только на четверть эльф… и не такая уж хорошая знахарка!

— Лив?.. — вдруг спохватилась я. — Лив! Лив!!!

Лив перестал дышать.

— Ну сделай же что-нибудь!! — заорала я на Люру. — О черт!!!

Так, как нас там учили делать искусственное дыхание? Ну зачем я прогуливала замечательный предмет «безопасность жизнедеятельности»? Где гарантия, что я всё делаю правильно?!

Люра и Каракурт взирали на меня с нескрываемым изумлением. Я же только через несколько минут сообразила, что происходящее напоминает всё, что угодно, но только не искусственное дыхание рот в рот…

На меня взглянули ярко-зеленые, как фонарики, веселые глаза.

— Мне понравилось, — еле слышно сказал Лив.

— Скотина!! — Я не выдержала и расплакалась.

— Ну что ты ревешь?.. — Лив потянул меня за рукав. Я взглянула на его руку, худющую до прозрачности, и зарыдала ещё пуще.

Меня принялись успокаивать всем миром, Каракурт бухтел что-то утешающее, Люра пыталась впихнуть мне какую-то настойку, но я впала в буйство и закатила показательную истерику. В конце концов, я слабая девушка, почему я всегда должна всех спасать?! Могли бы и меня разок спасти для разнообразия!

— Ладно, всё, — сказала я наконец, вытирая нос рукавом. — Всё, Лив, рассказывай, что с тобой приключилось.

Однако Лив явно не собирался делиться воспоминаниями. Я обернулась к Люре и Каракурту и сказала:

— Товарищи, погуляйте пока, а? Поговорить надо…

Каракурт послушно сделал разворот через левое плечо, Люра взяла равнение на варвара, и оба удалились в кусты.

— Так лучше? — спросила я. Лив гордый, он ни за что не станет говорить о чем-то, касающемся его лично, при посторонних. Он и мне-то не всегда всё рассказывает. — Тогда говори!

— Что говорить?

— Всё! Как тебя занесло к Ларгенсу, чего он от тебя хотел, почему ты на нас бросался…

Лив тяжело вздохнул.

— Ладно, — сказал он. — Эта… как её… Люра вовремя сообразила насчет ошейника. Ларгенс хитрый тип, он допускал, что рано или поздно я сбегу… или меня «сбегут»… Так вот, пока я находился в замке, всё было как обычно. Но как только вы меня оттуда утащили, вступило в действие заклятие Ларгенса. Вы ещё легко отделались!

— Ясно… — поёжилась я. — А чего ты так орал?

— А… — Лив скорчил неопределенную гримасу. — Ларгенс допускал, что и ошейник с меня могут снять. Он, знаешь ли, спец по пыткам…

— Так… ты и сейчас… то есть… Или тебе уже лучше? — выдавила я наконец.

— Ну, не знаю, — ворчливо сказал Лив. — Мне, например, не очень нравится, когда меня пытаются вывернуть наизнанку… А тогда я просто не успел взять себя в руки!

— Ты подержи себя в руках ещё немножко, — попросила я. — Я что-нибудь придумаю!

— Думай побыстрей, — хихикнул Лив и тут же зашипел сквозь зубы.

— Так, так, так… — Я схватилась за голову и принялась маршировать по поляне. — Лив, Ларгенс накладывал заклятие при тебе?

— Конечно. Он же его на меня накладывал, а не на тумбочку.

— Так… И как оно точно звучало?

— Ну… — Лив нахмурился. — Сперва он долго бормотал какую-то тарабарщину, потом разъяснил мне последствия и добавил, что даже если я смоюсь, легче мне не станет, пока я не отдам Кристалл Дэнали.

— Так он что, до сих пор у тебя?! — не поверила я. — Вот дурак! Взял бы, да и отдал, потом выкрали бы как-нибудь… Где он?

Лив неопределенно, но довольно гордо фыркнул.

— Не хочешь — не говори, — обиделась я, и подняла руку с перстнем. — Сейчас сама выясню… Хочу немедленно найти кристалл Дэнали!

Коварный перстень с такой силой швырнул меня на Лива, что я чуть шею не свернула.

— Нельзя ли поаккуратней? — слабо запротестовал Лив. — Ты всё-таки не феечка цветочная!

— Нет, ну где ты его спрятал? Съел, что ли? — изумлялась я.

— Всё проще, — ответил Лив, всё больше бледнея. — Я ещё в Тёмном Лесу хотел это проделать…

— Ага! Твои родственники намекали, что ты задумал какую-то пакость! — обрадовалась я.

— Эти родственники! — зашипел Лив. — Пальцем не шевельнут, пока их жареный петух сама знаешь куда не клюнет!

— О родственниках потом, — прервала я. — Мне тоже есть что о них сказать! Что ты всё-таки натворил?

— Я хотел провести эксперимент, — сказал Лив. — Мне запретили. Тогда я потихоньку ушел из Темного Леса… и, кстати, мой эксперимент удался! Но порадоваться я не успел…

— А что случилось?

— Да только я очухался, на меня какие-то идиоты налетели, — пожаловался Лив. — Треснули по голове, на лошадь кинули… сюда вот приволокли.

— Так где же кристалл? — недоумевала я.

— До сих пор не поняла? — скривился Лив. Наверно, он подразумевал улыбку. — Я срастил кристалл с собой!

— Что?! — опешила я.

— Я сам теперь — Кристалл Дэнали, — пояснил Лив.

— Я понимаю твоих родственников, — устало сказала я. — И удивляюсь их долготерпению. Я бы тебя придушила ещё в младенчестве. Ладно, давай рассуждать логически. Ларгенс сказал: «До тех пор, пока не отдашь кристалл…» Но он не уточнил «отдашь мне», так?

— Вроде, — с сомнением сказал Лив.

— Ну так отдай кристалл мне и не мучайся! — велела я. — Надеюсь, ты предусмотрел отходные пути в своём… эксперименте?

— Конечно, — усмехнулся Лив. — Помоги сесть…

— Какое там сесть! — возмутилась я. — Ты лежишь-то с трудом!

Однако возмущалась я больше по привычке.

Лив довольно долго сидел с закрытыми глазами. Ничего не происходило. Я уж было хотела потребовать объяснений, но тут вдруг от Лива во все стороны шарахнуло ослепительным радужным светом… Щурясь, я разглядела крошечный кристалл, зависший в воздухе над его головой. Свет погас, только камень едва заметно мерцал. Я протянула руку, но кристалл, как живой, взмыл вверх. Я никак не могла до него дотянуться, хотя моим прыжкам позавидовал бы любой олимпийский чемпион! Проклятая каменюка висела в воздухе и явно надо мной издевалась…

Выбившись из сил, я оглянулась на Лива. Он сидел, уткнувшись лицом в колени, и плечи его вздрагивали…

— Лив, ты что? — забормотала я, кидаясь к нему. — Ну… не волнуйся, сейчас я Каракурта позову, он достанет!

Лив поднял голову, и я чуть не врезала ему между глаз. Этот мерзавец вовсе не бился в безутешных рыданиях, он стонал от хохота!

— Ты… ты так забавно прыгала! — пояснил он, вытирая глаза. — Извини, я не удержался… Но кристалл всё равно просто так тебе в руки не дастся.

— Почему это? — оскорбилась я.

— Потому что Хранитель — я, — ответил Лив. — И, кстати, кристалл воспринимает некоторые особенности характера Хранителя.

— Я заметила, — прошипела я.

— Не сердись, — серьёзно попросил Лив. — Возьми его…

— Опять прыгать заставишь?

Лив промолчал, а кристалл плавно спикировал прямо на мою подставленную ладонь.

— И что ты теперь чувствуешь? — спросила я почти шепотом.

— Мне хорошо, — ответил Лив. — Честное слово… Ты меня снова спасла…

— Интересно, — вдруг спохватилась я. — А почему это я постоянно тебя спасаю, а не наоборот, как полагается у приличных людей?

— А я не человек! — выкрутился Лив, обретая прежнюю веселость.

— Лучше бы сказал — не приличный! — фыркнула я. — Кстати, ты есть хочешь? А то ты на мумию похож…

— Лучше воды дай, — сказал Лив. — Обычной такой воды… а то этот Ларгенс чего только в меня не вливал!

— Давай без подробностей, — передернулась я. — Забудь, как страшный сон…

Пока Лив разделывался с не слишком обильным завтраком, я отыскала Люру.

— Давай, — скомандовала я. — Вытряхивай все свои зелья. Ведь что-то ты всё-таки умеешь?

— Умею, конечно, — обиделась Люра, развязывая сумку.

— Слушай, а у тебя кто эльфом был — бабушка или дедушка? — поинтересовалась я.

— Дедушка, — ответила Люра и покраснела. — Понимаешь, моя бабушка раньше жила рядом с Тёмным Лесом, а эльфы тогда ещё иногда показывались. Ну… очень ей один красавчик приглянулся! Втрескалась моя бабка по уши, ну и…

— Не продолжай, — махнула я рукой. — Всё ясно. Она его грязно изнасиловала…

— Ну, можно и так сказать, — не обиделась Люра.

Потом мы вдвоем, невзирая на слабое сопротивление и громкие протесты, содрали с Лива остатки рубашки и долго возились с его синяками и ожогами. Штаны, понятное дело, он с себя снять не дал. Можно было позвать Каракурта, но я решила пощадить гордость Лива, всучила ему остатки Люриных снадобий и отправила в кусты.

Весь день мы просидели, как на иголках. Каракурт сходил на разведку и выяснил, что погони ни за нами, ни за изрядной толпой бежавших пленников пока нет, но в самом замке творится что-то странное. Сооружения практически не видно за стеной плотного дыма, и там явно что-то происходит. Во всяком случае, звуки оттуда доносятся не из приятных…

— Надо уходить отсюда, — решили мы единогласно.

Решить то решили, но… На четверых у нас было только два верховых животных. Ни я, ни Лив не горели желанием быть третьими на буйволе, поэтому нам пришлось трястись на Лохматке. На буйвола-то можно было и пятерых посадить, да только сидеть на нем было всё равно, что на бочке — седлом Каракурт не пользовался…

Не теряя времени, мы отправились в путь. Каракурт по обыкновению мычал песенку и шумно принюхивался. Люра наводила ревизию в своей аптечке, а Лив благополучно дрых, положив голову мне на плечо. Лохматка вроде бы не возражала против двойного груза, и двигались мы довольно резво. Впрочем, какой там груз! От Лива кожа да кости остались, так что мы и вдвоем не тянули на нормального всадника.

То, что за нами нет погони, меня угнетало. Нет, в самом деле! Что происходит? Вариантов как минимум два: или Ларгенс так занят устранением причиненного нами ущерба и зализыванием ран, что ему не до нас, или он готовит что-то действительно страшное… Честно говоря, первый вариант меня устраивал больше, но что-то не верилось в подобное везение.

Однако ещё две ночи прошли вполне спокойно. Ну, относительно спокойно. Ночевали мы, понятное дело, вповалку, не выставляя часовых — с этой ролью прекрасно справлялся дрессированный буйвол Каракурта. Нас с Люрой, как представительниц слабого пола, клали в середину. Но, должна я сказать, ночевать рядом с Ливом — занятие не для слабонервных. Нет, он не храпел. Хуже. Во-первых, он постоянно норовил свернуться клубком, и его острые колени упирались мне в бок. Во-вторых, он непрестанно крутился с боку на бок. Если же он лежал спокойно, тогда то и дело порывался принять позу морской звезды. В конце концов мне надоело спихивать с себя его руки и ноги. Я встала и осторожно откатила на свое место Люру, а сама устроилась рядом с Каракуртом. Он хоть и вонял, зато не шевелился, спал всю ночь, как каменный.

Итак, как я сказала, две ночи прошли спокойно, и мы успели отъехать довольно далеко от замка Ларгенса. Но вот на третью ночь уснуть нам не удалось. Было невыносимо душно, как перед грозой, хотя на небе не виднелось ни облачка. Впрочем, нет, в той стороне, где остался зловещий замок, колыхалась какая-то тень, но это точно была не грозовая туча.

Каракурт разжег костер, и мы расселись вокруг него. Возможно, разумнее было бы ехать дальше, но наши животные были себе на уме и вовсе не желали перетрудиться, работая в ночную смену.

Мы сидели себе тихонько, даже говорить не было сил, как вдруг буйвол Каракурта насторожился и шумно зафыркал. Не успели мы и глазом моргнуть, как в круге света, отбрасываемого костром, появилось престранное создание. Больше всего оно напоминало помесь волка с саблезубым тигром, причем ростом едва ли не с мою Лохматку. Цвета животное было серебристо-серого, в пасти поблескивали белейшие клыки размером с Каракуртов нож, а когти посрамили бы любого представителя семейства кошачьих. Глаза у зверя оказались ярко-синие.

— Это он! — заорал вдруг Каракурт и схватился за секиру. — Это он обглодал мой меч!

Варвар вскочил и замахал своим оружием. Я на всякий случай вобрала голову в плечи, а Лив машинально потянулся за луком, хотя вряд ли был в состоянии натянуть тетиву.

— Сядь, дурак, — неожиданно сказало чудовище приятным бархатным баритоном. — Предупреждал ведь — еще раз на меня чем-нибудь замахнешься, голову отвинчу.

Каракурт замер с разинутым ртом, а Люра тихо завизжала. Я же, наоборот, приободрилась — если животное разговаривает, значит, оно разумно, а раз оно разумно, то можно убедить его нас не есть… Лив, кажется, сделал такие же выводы и перестал дергаться.

Зверь тем временем подошел поближе, сделал какое-то неуловимое движение… и тут уж мы все застыли с разинутыми ртами. Вместо неизвестного представителя фауны перед нами стоял человек. Ну, может, не совсем человек. Росту в нем было побольше, чем в Каракурте, а тот тянул на два метра с лишком. Незнакомец, в отличие от варвара, был хорошо сложен, упакован в странного фасона доспехи и вдобавок нагло ухмылялся, показывая внушительные клыки.

— Мне, вообще-то, не положено делать добрые дела, — сказал он, убирая с лица серебристую прядь. — Но друзья моих друзей, сами понимаете…

— Вы кто? — выдавила я.

— Неважно, — ответил незнакомец. — Я просто хотел предупредить — за вами погоня. А ваши приятели идут параллельным курсом, чуть дальше к северу, так что вы можете встретиться, если поторопитесь. Кстати, впереди вас уже ждут. Вот, в общем, и всё, что я хотел сказать.

Миг — и у костра снова стоит громадное животное.

— Подожди!.. — начал Лив, но зверь уже испарился.

— Привет Чеверче! — крикнула я ему вслед. Похоже, ведьма всё-таки дождалась своего блондина-оборотня…

— Я ему не верю, — заявил Каракурт, опустив, наконец, секиру.

— А я верю, — пожала я плечами и прислушалась. — Лив, определенно земля дрожит!

— Да… — согласился он. — За нами целая армия.

— Не удивлюсь, если и впереди тоже армия, — хмыкнула я. — Остановить её вряд ли получится, так что давайте-ка уносить ноги. Надо пересечься с нашими друзьями!

— После тех слов, которыми они меня поливали, — фыркнул Лив, — я что-то не хочу считать их друзьями!

— Не кипятись, — сказала я. — Сам во всем виноват… По коням! И буйволам…

На войско бравой четверки мы наткнулись ближе к утру. Нас сперва чуть не убили по ошибке, но, признав, страшно обрадовались. Правда, узнав о погоне, радоваться они перестали.

Мы решили держать военный совет. К общему мнению не пришли, только перессорились. В конце концов, я (не без помощи Каракурта) убедила народ, что устраивать засаду глупо: нас, с нашими самодельными луками и трофейными мечами, всадники просто вытопчут. Надо как можно быстрее преодолеть открытую местность и добраться до леса. Там у нас есть шансы…

Мы двинулись в путь немедленно. Правда, шли небыстро — все ведь были пешие, да вдобавок порядочно заморенные. Каракурт галантно предложил своего буйвола Вивиане и Талии, но они, принюхавшись, ответили резким отказом.

Тем временем на горизонте заклубилась пыль. Похоже, за нами и впрямь гналась целая армия.

— Приготовиться к обороне! — срывая голос, скомандовала Талия. Тал повторил её приказ на левом фланге. Вивиана и Родан приняли боевые стойки. Однако остальной народ, прикинув численность преследователей, явно начал подумывать о добровольной капитуляции…

Внезапно я обнаружила, что моя Лохматка куда-то целеустремленно движется. Оказалось, хитрый варвар тишком подхватил её под уздцы и улепетывает по прежнему маршруту. А Лив, гад, хоть бы возмутился для приличия!

— Ты куда! — запоздало возмутилась я. — А как же…

— Их я спасать не нанимался, — прогундосил Каракурт. — Ты мне платишь, я тебя и спасаю…

— Ох ты… — вдруг тихо сказал Лив за моей спиной. Я тоже обернулась…

Погоню уже можно было разглядеть. Все всадники — на снежно-белых конях, вроде того, на котором ездил сам Ларгенс. И верещали эти кони вовсе не по-лошадиному… По-моему, у них были такие же зубы, как у нашего ночного гостя… А сами всадники! Мне захотелось умереть на месте… рогатые, хвостатые, у кого зубы, у кого когти… Кое-кто вообще самостоятельно летел, неуклюже растопырив кожистые крылья. Да и многие кони были с крыльями…

— Абзац, — сказала я. — Ты куда?!

Лив неуклюже соскользнул с Лохматки, крепко вцепившись в свой лук.

— Скачи отсюда, — велел он. — Я прикрою, как смогу…

— Не дождешься! — заорала я, хватая его за шиворот. — Не смей геройствовать! И не говори, что твоя очередь меня спасать!

— Береги кристалл, — сказал Лив. — Ну и себя, понятно… Давай, жми отсюда!

— Поздно… — пробухтел Каракурт, суровея. Люра всхлипнула.

Я посмотрела вперед. Там, на самом горизонте, уже виднелся Тёмный Лес. Но сейчас он был скрыт клубами пыли. Навстречу нам тоже спешили… ночной гость не обманул — впереди нас уже ждали!

Каракурт взял в одну руку секиру, в другую булаву и поглубже нахлобучил шлем. Лив проворно стянул меня с лошади и заставил укрыться за мохнатым боком.

Я осторожно глянула поверх конской спины, но ничего не смогла разглядеть, разве что неожиданно появившаяся армия скакала куда быстрее той, на белых конях… Белых конях? Я прищурилась. Там, впереди, не было ни единой белой лошади!

Внезапно Лив заорал так, что совсем меня оглушил. Он выскочил из-за Лохматки и, размахивая руками, заорал:

— Скорее! Сюда, сюда! Мы тут!!

— С ума сошел? — взвизгнула я и застыла с открытым ртом.

В фильмах такое, кажется, называется «кавалерия из-за холмов». Впереди были вовсе не всадники Ларгенса! Это вообще были не люди!

— Невероятно… — прошептала Люра. — Они… эльфы уже несколько сотен лет не покидали Тёмный Лес!

— Но и времени даром не теряли! — завопил Лив.

Эльфийская конница катилась сверкающей лавиной. Золотые, вороные, серебристо-серые кони, казалось, не касаются ногами земли, до того быстро они неслись…

Они добрались до нас быстрее, чем армия Ларгенса. Поток всадников разделился, словно обтекая нас. Я, наконец, разглядела их. Длинные волосы у всех заплетены в косы, чтобы не мешали в бою, лиц не разглядеть под зверской боевой раскраской, кольчуги сверкают, чтоб страшнее было, наверно…

Каракурт метался от меня к Ливу, хватал нас за рукава и безостановочно спрашивал: «Это эльфы, эльфы, да?!»

Первая волна эльфов рассыпалась цепью, в воздухе свистнули стрелы. Несколько крылатых тварей моментально кувырнулись вниз. А невдалеке уже показались новые эльфы — эти скакали на куда более тяжелых конях, чем легконогие изящные скакуны лучников. Заблестела на солнце эльфийская и конская броня, земля загудела, когда мимо нас с грохотом пронеслась тяжелая конница, чтобы врубиться в ряды Ларгенсовых уродов.

Впрочем, двое затормозили около нас.

— Нар! — заорал Лив. — Олья! Это вы?!

— Конечно, кто же ещё… — Высокий эльф на вороном коне стащил шлем, и я узнала блондина. А рядом, стало быть, Оливьена.

— Вы вроде поклялись пальцем о палец не ударить, если я опять вляпаюсь в неприятности? — подбоченился Лив.

— И не ударили бы, — фыркнул блондин. — Если б не она…

Он довольно невежливо ткнул в меня пальцем.

— А я что? — сказала я. — Я ничего. Просто сказала, что думала, вот и всё…

— Как обычно, — вздохнул Лив. — Могу представить, что именно ты сказала… Да дайте ж мне нормального коня!

— Куда?! — уцепилась я за него. — Даже без кольчуги?! Не пущу!

— Держите, — Оливьена кинула нам позвякивающий сверток. — И догоняйте скорее!

— Ну вот, опять нам оставили одну лошадь на двоих, — недовольно пробурчал Лив, путаясь в кольчуге. — Всегда так… раз я младший, значит, можно издеваться…

— Давай, я не поеду, — великодушно предложила я. Мне вовсе не хотелось соваться в сражение.

— Нет уж, ты у меня на глазах будь, — пресек Лив мои слабые попытки отвертеться и закинул меня в седло высоченного золотистого жеребца. Откуда силы взялись! Сам он ловко взлетел на спину коня, устроился на крупе, поудобнее перехватил лук и скомандовал: — Гони!

— Ухо мне только не отстрели, — попросила я.

— Хозяйка-а! — жалобно завопил Каракурт. — Можно мне с вами?

— Можно!! — прокричала я. — Люра, береги Лохматку!..

Вы не поверите, но Каракурт на буйволе нагнал нас через пару секунд. Топотало это животное (я имею в виду буйвола) так, что земля содрогалась. Каракурт был счастлив, что идет в атаку с самыми что ни на есть настоящими эльфами, которых никогда до сих пор не видел. Ну, если не считать Лива, но Лив в нынешнем своем состоянии был не очень похож на эльфа…

Дальнейшее я плохо помню. Я предпочла зажмуриться и выполнять команды Лива вслепую. Хорошо ещё, конь слушался малейшего движения…

Потом наступила тишина.

— Мы что, победили? — спросила я, открывая один глаз.

Вместо ответа меня довольно грубо стащили с лошади, притиснули к чему-то жесткому и закружили.

— Прекрати! — взмолилась я. — Мне дурно!

— Ну вот всегда ты так, — сказал неизвестный голосом Лива. — Мы победили, а тебе плохо…

— Боже, на кого ты похож! — вымолвила я.

— Точно не на себя, — усмехнулась Оливьена, неслышно подходя сзади.

— Все целы? — спросила я.

— Все живы, — уточнила Оливьена. — Я имею в виду эльфов. Вот людям больше досталось…

— Больше всего досталось Ларгенсовым придуркам! — воскликнул Лив и треснул сестрицу по кольчужному заду. В ответ она чуть не убила его ласковым подзатыльником и сказала:

— Однако самого Ларгенса здесь не было. Боюсь, самое неприятное ещё впереди…

— Возвращаемся, — мрачно сверкая тёмными глазами, скомандовал незнакомый мне эльф, не очень симпатичный брюнет со шрамом через всё лицо. — В Тёмный Лес, быстро!

— Это кто? — спросила я шепотом.

— Это Караниаль-аэр-Нириэль-мэй-Лилиана, — ответил Лив. — Наш главнокомандующий.

— Твой отец?! — ужаснулась я. — Ты не говорил, что у тебя такие высокопоставленные родственники!

— Как-то к слову не приходилось, — пожал он плечами. — Не тормози, сказано — быстро, значит, быстро! А то папенька может и кнутом подогнать…

Ладно, теперь я смогу честно говорить маме, что отец моего приятеля — генерал, а то она волнуется, что я завожу неподходящие знакомства… Главное, чтобы не оказалось, что у Лива мать — президент… В смысле, правительница…

Рослые эльфийские лошади без труда увезли не только своих наездников, но и изможденных людей. Хотя сами эльфы при этом морщили красивые носы и демонстративно отворачивались…

Понятное дело, дальше опушки Темного Леса людей никто пускать не собирался. Эльфы мигом исчезли среди деревьев, а полуживая армия Тала и Талии повалилась на мягкую травку. Я так поняла, что провиантом нас никто снабжать не собирается, и собралась уже пойти поскандалить. Однако далеко мне уйти не удалось — появился взъерошенный Лив и никуда меня не пустил.

— Всегда так, — недовольно бурчал он. — Вечно я во всем виноват…

— Папаня трепку задал? — участливо поинтересовалась я. — Ничего, ты же младший…

— Вот именно!

— Погоди, — нахмурилась я. — А что, моложе тебя никого нет?

— Нет, — ответил Лив с явной неохотой. — Я — самый младший. И таким и останусь…

— Пока своими детишками не обзаведешься, — хихикнула я. — А что, неплохая мысль? Тебе что, в голову это не приходило?

— Тема закрыта, — ответил Лив.

— Почему? Нет, правда, почему моложе тебя никого нет?

— Потому. Не всё у нас так просто с некоторых пор, — довольно мрачно сказал Лив. — Это из-за кристалла Дэнали. А подробности тебе знать необязательно…

— Нет, постой… — начала я.

— Я сказал, тема закрыта, — оборвал Лив таким тоном, что спорить с ним мне совершенно не захотелось.

— У эльфов свои секреты, — буркнула я и сменила предмет беседы: — Слушай, ты знаешь, твой папаша как-то так на меня смотрел… Может, он не одобряет, что ты со мной общаешься?

— А он на тебя как именно смотрел? — оживился Лив. — Как грибник на ужа или как удав на кролика?

— Скорее первое, — задумчиво сказала я. — А при чем тут грибник и уж?

— Понимаешь… ну, вот смотрит грибник на ужа, и не знает, может, это гадюка, они же похожи. Наступишь на хвост, а она возьмет, да и тяпнет. Неизвестно, чего ожидать, — пояснил Лив. — Раз он так на тебя смотрел, значит, всё нормально. Сразу не съест. Сперва помучит.

— Утешил, — фыркнула я. — Слушай, а что это за фигня вон там, на горизонте?

— Где? — оглянулся Лив. — Ну, дела…

Тут он перешел на родной язык и почти минуту очень экспрессивно на нем выражался. Потом взял себя в руки и свистнул так, что у меня уши заложило, а Каракуртов буйвол подавился одуванчиком.

— Это ещё что такое? — не поняла я. — Нас опять атакуют?

— Вроде того, — ответил Лив, щурясь на горизонт. — Нас, похоже, догоняет сам Ларгенс…

— Ой, — сказала я.

И в самом деле, «ой»! Иначе не скажешь! С той стороны, где остался замок Ларгенса, пёрло что-то совершенно несусветное. Нет, в самом деле, эта тварюга была размером с грузовой самолет, ну, в которых танки перевозят! Это что же получается, Ларгенс так мутировал после того, как я его банками закидала? Значит, теперь я во всем виновата?!

— Ну что? — грозно спросила Талия Лива. — Вы опять будете в лесу отсиживаться?

— Когда это мы отсиживались? — обиделся Лив. — Между прочим, вас никто не обязан спасать!

— Значит, всё-таки будете отсиживаться, — кивнула Талия.

— Да нет, вряд ли, — сказал, появившись сзади, этот… как его… Ну, в общем, папаша Лива. Я на всякий случай постаралась принять скромный вид и сделала умное лицо. — Эта тварь раскатает наш лес в кучу зубочисток…

Он быстро отошел в сторону и начал раздавать приказы.

А Ларгенс… вернее, то, что когда-то было Ларгенсом, всё приближалось. И даже мне уже стало ясно, что всё эльфийское войско ничего не сможет с ним поделать. Больше всего чудище напоминало морского ската, только передвигалось на слоновьих ногах. Вокруг него клубились подозрительного вида тучи, в которых проскакивали громадные молнии, в пасти торчали неприятные клыки, с языка размером с надувной матрас капала явно ядовитая слюна. Жуть.

Земля начала откровенно дрожать, когда Ларгенс подобрался вплотную к Тёмному Лесу. Однако внутрь он сразу не сунулся. Остановился у самой границы деревьев, только что не наступая на эльфийскую конницу, и заорал диким голосом:

— Отдайте мне Кристалл Дэнали, и я пощажу ваши жалкие жизни!!

— А не пошел бы ты… — ответил главнокомандующий (за что я его зауважала) сквозь зубы, но Ларгенс услышал. По подлеску прокатился огненный смерч, оставляя за собой жуткий черный след. По счастью, Ларгенс бил не прицельно, и все успели увернуться.

— Повторяю! — снова зарычал он. — Отдайте Кристалл Дэнали!!

Все замерли. Вот-вот Караниаль даст команду, и в воздух взовьются сотни стрел… Ларгенс, конечно, станет похож на подушечку для иголок, но вот что он после этого сделает со всеми нами, страшно даже представить… Во всяком случае, хоронить будет некого… и некому… Ну не желаю я погибать смертью храбрых, и всё тут!!! Что ж теперь делать!..

И вдруг я вспомнила, что Кристалл Дэнали всё ещё у меня! Во всеобщей суматохе эльфы про него как-то забыли, да и я, признаться, ни разу не вспомнила… И что теперь?

— Отдайте!!! — загремел Лагренс.

— А зачем он тебе? — спросила я, ужасаясь собственной наглости. Понятно, надо было что-то сделать, но не геройствовать же! Но разве могла я допустить, чтобы всех моих друзей распылило на атомы этакое уродище? Конечно, нет! К тому же, эльфов было жалко — они-то точно полягут все, защищая свой лес!

Ларгенс, по-моему, обалдел, как и все окружающие. Вивиана, так та вообще по давней, не до конца изжитой привычке грохнулась в обморок, Талия заметно позеленела, а Родан явно раздумывал, как бы ему превратиться в булыжник и укатиться куда-нибудь до окончания военных действий. Только Тал, как обычно, ничего не понял.

— Отдай!!! — зарычал Ларгенс, делая шаг вперед.

— Вот заладил! — возмутилась я. — Отдай да отдай! А вот фиг тебе, пока не скажешь, зачем!

По-видимому, мутация не очень хорошо повлияла на Ларгенсовы мозги. Во всяком случае, он не испепелил меня сразу, а задумался.

— Надо! — выдал он наконец.

— Мало ли кому чего надо! — фыркнула я. — Мне вот, например, в кустики надо, но я же терплю!

— Отдай!!! — взвыл Ларгенс, суча ногами.

— Перетопчешься, — ответила я.

— Слушай, объясни, за каким дьяволом ты его злишь? — прошептал мне на ухо Лив.

— Сама не знаю, — нервно хихикнула я. — Инстинктивно, видимо…

— Хозяйка, — пробасил Каракурт. — А ежели ему сейчас копьё в брюхо, вон, под ребро… как думаешь, окочурится?

— Я бы не стала проверять, — ответила я. — И потом, как ты намерен его копьём достать? Прыгать будешь, что ли? Тоже мне, прыгун с шестом… Эй, Ларгенс!

— Отдай!!! — занудил тот и придвинулся ещё ближе. Воняло от него ещё хуже, чем от Каракурта и его буйвола вместе взятых.

— Возьми! — ответила я и приветственно помахала камушком в воздухе.

— Дура!! — заорала Вивиана, на минуту придя в себя. Остальные (уже не один Тал!) ничего толком не поняли.

Ларгенс же пустил слюну, и в глазах его загорелся нездоровый огонек.

— Лив, — прошептала я. — Сказал бы ты своим, пусть не путаются у него под ногами…

— Ты что задумала? — шепотом закричал он. — Что ты намерена делать?!

— Не знаю пока, — ответила я совершенно честно. — Как фишка ляжет…

Фишка, похоже, встала на ребро, потому что Ларгенс больше не стал выпрашивать у меня кристалл и не поперся за ним сам. Внезапно камень начал выкручиваться у меня из руки, как живой. Я, однако, тоже была не лыком шита. Ещё в школе первый силач нашего класса как-то не смог отобрать у меня ластик, который я зажала в кулаке. С тех пор я себя уважала.

Однако удержать камень было не так-то просто. Ларгенс ощутимо напрягся, и меня подняло в воздух вместе с кристаллом. Я поглядела вниз и поняла, что если я грохнусь с такой высоты, мной займется разве что патологоанатом. Понятное дело, мне этого очень не хотелось! Ларгенс же совсем обнаглел и принялся болтать меня в воздухе, как заблагорассудится. Со мной таких штук лучше не проделывать, у меня слабый вестибулярный аппарат, меня даже на качелях мутит, а тут такое! Я поняла, что если ничего сейчас не предприму, то моя кончина будет не просто бесславной, а ещё и отвратительно выглядящей…

«Ну ёлки-палки! — подумала я. — Кристалл ты несчастный! Как же с тобой обращаться? Все волшебные камни обладают какой-то там силой, это я точно знаю! Ну так давай, каменюка, продемонстрируй, на что способен, пока нас всех не размазали, а то так и будешь торчать у Ларгенса в лаборатории! Что, лучше, чем у эльфов в лесу? Да как же этот самый Дэнали подвиги с кристаллом совершал, а? — Тут меня особенно сильно крутануло, желудок подкатился к горлу, а я озлобленно подумала в адрес Ларгенса: — А, чтоб тебя самого приподняло да перевернуло!!!»

И тут! Громадная туша Ларгенса поднялась в воздух — мы с ним зависли примерно на одном уровне — и перевернулась!

— Чтоб тебя об землю прихлопнуло! — радостно заорала я. Земля содрогнулась. — Чтоб тебе пусто было!! Чтоб у тебя повылазило!!!

Что происходило с Ларгенсом по мере выкрикивания этих лозунгов, я лучше описывать не буду. Радовало меня одно: я опускалась всё ниже и ниже… Ларгенс выдал очередной огненный вихрь, и хоть в нем было больше дыма, чем огня, мне бы хватило, чтобы превратиться в курицу-гриль. Но струя огня обогнула меня по совершенно невероятной траектории и подпалила здоровенный дуб.

— Чтоб ты лопнул!!! — припечатала я.

Боже! Как же грохнуло! Я на неделю оглохла на правое ухо. А на что были похожи окружающие, да и весь лес…

Я огляделась и нашла в себе ещё силы, чтобы добавить:

— Чтобы и духу твоего здесь не осталось!.. И ноги… правой, задней…

Вот так прозаически завершилась эта история с ненормальным магом Ларгенсом. Впрочем, они все немного не в себе, эти волшебники. Видимо, издержки профессии.

Мы с Ливом сидели на лужайке у ручейка. Ну, понятное дело, луна светила, звезды, то, сё… романтика, одним словом. Тут же Ливов золотистый жеребец охмурял мою Лохматку. А я считала по пальцам дни, и по всему выходило, что мне пора домой. Одно хорошо, сколько бы я тут ни проторчала, на Земле не пройдет больше трех суток, такое вот происходит завихрение временного потока! Это просто счастье, а то родители бы меня каждый месяц с милицией искали. Но, поскольку раньше, чем через трое суток после моего исчезновения, заявление никто не принимал, родная милиция могла спать спокойно. Но надо и совесть иметь…

— Мне пора, — сказала я Ливу.

— Да брось ты, — заискивающе улыбнулся он и положил мне руку на плечо.

— Боже мой, а это ещё что?! — ужаснулась я.

— Как что? — не понял Лив моего испуга. — Ах, это… Чешуя…

— Откуда?!

— Да, — Лив махнул рукой, — Ларгенс изощрялся. Да не волнуйся ты так, она уже почти вся слезла. На меня его штуки не действуют, он поэтому так и злился…

— Надеюсь… — пробормотала я, подозрительно оглядывая милого друга. — У тебя там рогов, копыт, ещё чего-нибудь нет?

— Ты бы заметила, — гадко ухмыльнулся Лив.

— Пора мне, — повторила я, пока он не сбил меня с панталыку.

— Я провожу, — сказал Лив, поняв, что я уперлась насмерть.

— Не надо, — вздохнула я. — Я сама доберусь.

Вот теперь было самое трудное…

— То есть как это? — не понял Лив.

— Вот так, — ответила я. — Не нужно меня провожать. И знаешь, что ещё… Не приходи ко мне больше.

— Ты что, мухоморов наелась? — довольно невежливо поинтересовался Лив. — Что за шутки?

— Никаких шуток, — грустно сказала я. — Я больше не вернусь сюда. Хорошенького понемножку…

— Почему? — спросил Лив, становясь серьёзным.

— Подумай, — ответила я. — Может, чего и надумаешь…

— А как же я?

— А что — ты? — спросила я. — Сам посуди: ещё лет пять… ну ладно, десять, мы будем выглядеть ровесниками. А потом что? Ты останешься таким же ещё очень-очень надолго, а я-то всего лишь человек…

Лив посопел немножко, потом грозно спросил:

— С Борькой встречалась?

— С каким Борькой? — не поняла я. — Ах, с Борькой… Ну, сходили в кино пару раз. А что? Ты пропал, а я, как дура, одна должна ходить?! Тьфу на тебя, опять голову заморочил! Всё, Лив. Давай прощаться.

— Ты уверена? — тихо спросил Лив, вставая и протягивая мне руку.

— Да, — ответила я, хотя решимость моя порядком поиссякла. — Прощай.

— Прощай, — сказал Лив. Золотистый конь ткнулся носом ему в плечо, Лив обнял красивую лошадиную морду и снова поднял на меня глаза.

Я отвернулась, чтобы уйти. Я знала, что запомню Лива именно таким: держащим под уздцы золотистого коня, залитым лунным светом, с торчащими из-за ушей дурацкими косичками, придававшими ему вид одновременно воинственный и забавный. И с очень печальными глазами…

Дома меня ждал сюрприз. У нас были гости и, судя по количеству баулов в прихожей, они собрались у нас перезимовать.

— Явилась не запылилась! — встретил меня отец. — И где ты была?

Вопрос этот давно стал риторическим, и ответа на него не ожидалось. После того, как оказалось, что я ухитряюсь пропадать даже из запертой снаружи комнаты, от меня отстали.

— Ты чего такая? — неожиданно взволновался отец. — Не заболела?

— Нет, — буркнула я.

— Сейчас мать придет, ужинать будем, — сказал он.

— Ладно, — ответила я.

Скоро пришла мама с полными сумками продуктов и первым делом спросила:

— Ты не заболела?

— Нет, — терпеливо ответила я.

— Всё ясно, — вздохнула мама. — Поссорилась с мальчиком, да? С этим твоим, как его?

— Ни с кем я не ссорилась, — пробурчала я, но меня не слушали.

— Ну и ничего страшного, — говорила мама, разгружая сумки. — Бывает. И потом, он мне никогда не нравился. Ты даже не знаешь, кто у него родители…

— У него папа — генерал, — перебила я.

— Это он тебе сказал? Даже если и так… вот тот мальчик с твоего курса, Борис, намного приятнее, и…

Тут ввалилась ещё толпа народу, и меня принялись знакомить с дальними родственниками. Признаться, я так и не поняла, кто мне кем доводится. Тут родственные связи были посложнее, чем у эльфов…

— Вот что, Адочка, — сказала мама, когда все немного утихли. — У нас к тебе серьёзный разговор…

— Ну? — мрачно спросила я.

— Папе предложили хорошую работу за рубежом, — несколько нервно сказала мама. — Я, скорее всего, поеду с ним…

— Вы чего удумали? — возмутилась я. — Я отсюда не уеду! Я ж учусь!

— Мы так и подумали, — сказал папа. — Оставайся, ты ведь уже большая…

— Да, а пока нас не будет, с тобой поживет тетя Лена с девочками, — подхватила мама. — У них в городе совсем плохо с работой, вот они и решили сюда перебраться. А в гостиницах, сама знаешь, цены жуткие, пусть у нас поживут. И нам спокойнее…

— Ладно, — сказала я. Мне, признаться, было всё равно…

Через месяц родители усвистели куда-то то ли в Австрию, то ли в Швейцарию, а я осталась с тетей Леной и своими кузинами. Лучше называть их так, а то «четвероюродные племянницы» как-то не звучит. Они были не очень противные, тетя Лена хорошо готовила и не приставала ко мне с глупыми вопросами.

Тут и осень наступила. Пора было включаться в учебу, но я впала в жесточайшую депрессию. Что мне делать, я понятия не имела… и посоветоваться не с кем…

Меж тем пришло одно полнолуние. Затем другое. Я знала, что Лив не придет, раз я ему запретила. Но в одну из ночей, когда луна светила особенно ярко, мне послышался знакомый свист. Я было решила, что мне почудилось, но свист повторился. Потом в окно засандалили камнем. Это на пятом-то этаже!

— Адка! — раздалось снизу. — Выходи, я знаю, что ты дома!

— Да сколько же можно! — завопила соседка и что-то бросила вниз.

— Ну что вы все пустыми бутылками швыряетесь? — крикнул в ответ Лив. — Хоть бы раз полную кинули… Адка!

Я сунула голову под подушку. Ни за что не выйду…

— Ада! — заунывно неслось снизу. — Твой Каракурт на Люре женился! А Вивиана хочет разводиться с Талом! А…

Перечисление новостей нагнало на меня сон, но вдруг Лив крикнул:

— А Каракуртов буйвол соблазнил твою Лохматку, и мой Рыжий ревнует!

Меня вынесло из комнаты на балкон в мгновение ока.

— С ума сошел?!

— Я так и знал, что эта новость тебя разбудит! — довольно засмеялся внизу Лив. — Кончай дурака валять, прыгай!

— Не прыгну, — ответила я.

— Почему это?

— Боюсь, — сказала я.

— Никогда не боялась, а теперь боишься?

— Ну, не боюсь, — согласилась я. — Опасаюсь…

— Чего? — не понял Лив. Зеленые огоньки внизу превратились в щелочки, потом стали круглыми. — Погоди, я сейчас к тебе залезу!

— Не вздумай! — запротестовала я, но хилая ива под моим балконом уже вовсю трещала и раскачивалась. Потом зазвенели перила балкона двумя этажами ниже… Не прошло и минуты, как Лив оказался на перилах.

— Вот он я, — сказал он. — Слушай, а…

— Тема закрыта, — оборвала я.

— Ладно, — обиделся он.

— Ну и чего тебе надо? — неприветливо спросила я. — Я же сказала — не приходи больше.

— Так я тебя и послушался, — фыркнул Лив. — Велик авторитет. Дело у меня к тебе!

— Какое ещё дело?

— А такое! Знаешь, что Родан раскопал?

— Ну?

— Оказывается, Дэнали — это вовсе не он, а она!

— И что?

— И вдобавок… — Лив откровенно торжествовал. — Это была самая обыкновенная женщина!

— Я-то причем? — не понимала я.

— А притом! — заорал Лив. — Что Кристалл меня теперь вообще почти не слушается, в твоих шаловливых ручках побывавши! Я-то всего-навсего Хранитель!

— И что ты предлагаешь? — нахмурилась я.

— Сперва надо иву в порядок привести, — сказал Лив. — Я её здорово обломал, пока лез. А ты пока пойди оденься, холодно.

— А ты не командуй! — взвилась я. — Тоже ещё! Велик авторитет!

Но на улице действительно было холодно. Пока я одевалась, Лив мухлевал с Кристаллом. Я вышла на балкон и лишилась дара речи. Хилая некогда ива достигала теперь десятого этажа, её корни взбугрили асфальт! Не ива, а секвойя какая-то… А дохленькие зеленые насаждения, за лето напрочь вытаптываемые детворой, превратились в целый лес!

— Перестарался немного… — сконфуженно пробормотал Лив. — Говорю же, не слушается он меня…

— Так чего ты от меня-то хочешь? — снова спросила я.

— Как чего? — удивился Лив. — Говорю же, хватит дурака валять! А если тебя возраст заботит и всё такое… так Дэнали пережила своего мужа-эльфа…

— Ага, он сломал шею на следующий день после бракосочетания, — съязвила я.

— Дура, — незлобливо ответил Лив. — Ты идешь или нет?

— А про Лохматку правда или как? — поинтересовалась я.

— А вот не скажу, — уперся Лив. — Пойдем, а? Ты нам очень нужна!

— А тебе? — задала я каверзный вопрос.

— Что — мне? — не понял Лив.

— Не придуривайся! — рявкнула я.

— Ты мне очень нужна, — тихо сказал Лив. — Ты же знаешь…

Я улыбнулась и прикрыла глаза — так ярко и знакомо полыхнул лунный свет… Кстати, ведь когда я нашла геройский меч Сердцетык, мне посулили, что я стану властительницей того мира! Пора, знаете ли, получить обещанное!..

Content

Измайлова Кира Я попала...

Кира Измайлова

«Я попала…»

Часть 1. «Я попала…»

1

2

3

4

5

Часть 2. Снова в строю

Часть 3. «Я больше не вернусь!»