Маслова Галина Николаевна

Сказания Дарины. Книга вторая

Глава 1. Опять хуторок…

Я сидела на широком подоконнике и тупо смотрела на спешащих куда-то людей, несущиеся машины, перемигивающиеся светофоры. Капли дождя катились горькими слезами по оконному стеклу. Ветер порывисто гнал тяжелые тучи, причудливо клубящиеся фантасмагорией над самой землей. Редким молниям подпевали первые весенние громы. То ли природа плакала погодой вместе со мной, то ли я видела все в душных темных красках. Вдоль тротуаров и дорог то включались, освещая переливчатые потоки воды, то выключались и окутывались серо-белесой мглой фонари. Поток машин и людей иногда редел, иногда подолгу оставался насыщенным, как разворошенная муравьиная куча. Не хотелось ни думать, ни чувствовать, просто смотрела немигающим взглядом на чужую суету в полной тишине пустой квартиры.

«Финита ля комедия», как говорят французы.

Только теперь до моего сознания дошло значение слов «сгоревший маг». Только теперь поняла, что по-настоящему это значит. Не осталось ни эмоций, ни желаний, ни чувств. Только пепел, осевший тяжелыми хлопьями там, где раньше была душа. И ледяное безмолвие внутри…

Воспоминания прошлой жизни текли перед мысленным взором медленной рекой, как черно-белый фильм замедленной съемки: застывшие лица с равнодушными глазами магов-воинов, не расчитавших свои силы, задумчивый взгляд сидящего у ночного костра наставника, только что закончившего рассказ о «сгоревшем» друге, в тот вечер, когда отработали практику сложных ритуалов в «полевых» условиях и провели «разбор полетов». Горящие искры разлетарись веселым веером, мы внимали его словам внимательно, но не очень-то верили очередной сказке про страсти-мордасти жизни мага-воина…

«— … не расчитал свои силы, не учел мощи демона, удержать-то удержал его в пентакле на одной силе воли, но сам «сгорел», — звучал из прошлого голос Наставника — А это значит, дорогие мои, что он исчерпал всего себя, все свои душевные и магические силы до последней йоты и, как маг-воин, перестал существовать… осталась только оболочка человека… он больше так и не пришел в себя, остался растением в человеческом теле, а после развоплощения застрял в Нижнем Астрале и постепенно превратился в злобное Существо… Это был мой друг… а теперь он враг и уничтожить его переродившуюся сущность почти невозможно…

— Почему? — спросил кто-то из ребят — Ведь он стал обычной нежитью?!

Наставник остро глянул на него, снова отвернулся к костру:

— У обычной нежити, да будет Вам известно, молодой человек, нет таких знаний, умений и опыта, как у мага-воина, поэтому сгоревший маг становится Темным Существом оочень высокого ранга, победить которое далеко не каждому под силу… — после недолгого молчания продолжил — Не желаю никому из вас встретиться с таким. Их ненависть ко всему живому настолько велика и сильна, что одолеть ее не под силу бывает даже опытному воину. Если когда-нибудь вам доведется встретиться с таким, удирайте не раздумывая, куда глаза глядят и побыстрее. Лучше уходите в другой Мир, на другой уровень, в другое измерение, затихните там на несколько лет и к магической силе не обращайтесь. Иначе все равно найдет и убъет. Из вашей группы вряд ли кто смог бы справиться с чем-то таким. Разве что Дарина Стар, да и то, не сейчас, а в далеком будущем…

Группа покосилась на меня, но я на них не обратила внимания.

— А из-за чего маг-воин может сгореть? Какие были случаи? — тихонько спросила маленькая Ивинка.

Наставник вздохнул и тихо перечислил:

— Когда нарушает Законы, когда нарушает последовательность ритуала, когда берется за то, что ему не по силам, когда «разбазаривает» эти свои силы хаотично и не оправдано, когда подвергается воздействию извне более сильного мага или существа, когда защищает свою или чужую жизнь, израсходовав все свои силы и долго держится только на силе воли, когда его неожиданно предали те, кому верил и кого любил всей душой и сердцем, когда теряет цель и смысл жизни…

Наставник долго молчал. Мы тоже замерли. Наставник перечислил законы, которые мы учили в начале первого года в Академии, но теперь это представлялось довольно реально из уст преподавателя. Теперь мы могли представить себе все эти ужасы, которые могут привести мага-практика к «сгоранию». К тому времени опыт уже имелся.

Сухие дрова потрескивали, выбрасывали в разные стороны угольки, шипел древесный сок на сырой ветке, смешно пузырясь на съежившейся коре. Голос умудренного опытом мага шелестнул в темноте:

— Случаи я вам покажу…. утром… А теперь всем спать!

И показал. Лучше бы не показывал никогда.

Запретный Лес отталкивал заклинанием охраны, пока наставник не произнес громко непонятное нам тогда Слово. И нас словно подхватило под руки неведомой силой и потащила вперед.

Они не были уже людьми, но не стали еще и духами. Истощенные тела, скелетоподобные руки с длинными пальцами, загнувшиеся крючьями когти из рукавов болтающихся балахонов, пустые глаза с невидящими взглядами, скорбные губы, едва различимые движения почти бесплотных тел.

Теперь я стала такой же сгоревшей головешкой, перемолотой крепкими зубами Мироздания, еще одним злобным духом, в которого превращусь очень быстро, потому что уже теперь не было ни сил, ни желания бороться ни за себя, ни за других. Прожитое медленной рекой проплывало в сознании, как странный длинный фильм, который удалось досмотреть до конца. Не было ни грусти, ни обиды, ни жалости ни к себе, ни к другим, ни к судьбе. Так получилось. И не хотелось ничьей жалости, помощи, участия, поддержки. Это было бы лишним. Хотелось полной тишины, покоя, молчания ума и голоса, бездвижения. Я сидела на широком подоконнике, тупо смотрела в окно и плакала без слез вместе с дождем…

* * *

Нет ничего сильнее физиологии. Сколько ни сиди без движения, сколько ни горюй без горечи, сколько ни молчи отупевшими вдруг мозгами, а в туалет все равно приспичит. И хочешь-не хочешь, а задницу от подоконника отрывать надо. Онемевший зад, мириады острых иголочек в ноги, вырвавшийся «Ох!» от резанувшей боли напомнили, что жизнь все равно продолжается. И если прямо сейчас не добегу до туалета, то убедиться в том, что я еще не «злобный дух», придется тут же. А потом все это еще и мыть…

В туалете немного задержалась раздумывая впадать в депрессию по поводу происшедшего или отложить это мероприятие на потом. Всхлипнула, судорожно, скорее для развлечения, повздыхала несколько раз и решила, что на такие глупости у меня времени нет, жизнь в любом качестве удивительна и интересна, к тому же еще и прекрасна. Приняла душ и важным шагом пошла по квартире в поисках пустой или полной ручной клади, ведь моя сумка так и осталась черт знает где, а возвращаться в мегаполис я не собиралась.

Скорее всего друиды, да и Борель-Эльдар, решили, что меня поглотил Алтарь. Ведь не осталось и следа моего телепорта, особенно после таких энерго бурь, которые бушевали в Храме во время соединения Сфер. С друидами все и так понятно. Будут молиться дальше и жить вечно. А вот Борель мог пораскинуть мозгами и додуматься проверить оба моих жилья.

Дааа… Не хотелось бы мне с ним встречаться. Да и вообще ни с кем из прошлой жизни. Появилась, наследила и исчезла волею сверхъестественных сил. Была магиня, богиня, еще черт знает кто. Была, да вся вышла. Остался только человек, женщина, просто Дарина. Мне этого достаточно, а им незачем и знать. Магическим поисковиком никто из них меня не найдет, это факт, потому что моя энерго структура после воздействия энергий Сфер изменилась. Вот и новая жизнь, новые возможности, новые исследования себя и мира вокруг. А, значит, пришла пора удирать от всех.

* * *

Отчаянно скрипнув тормозами, допотопный автобус местных пригородных маршрутов остановился, подняв облако густой пыли. Натруженная рука водилы потянула рычаг, дверь с грохотом сложилась, пропуская пылюгу внутрь. Старушка с переднего сидения едва поднялась на затекшие ноги, опираясь на клюку, кряхтя подняла объемную плетеную корзину, прытко сползла со ступенек и мелкими шажками засеменила дальше по пыльной дороге, бережно придерживая корзину обеими руками, из которой с громким возмущенным гагаком высунулась голова гуся.

— А тебе чего, особое приглашение надо? — рыкнул водила выгибаясь из-за загородки — Давай, выметайся быстро, краля. Приехали. Загорное вон там, куда бабуля понеслась.

Я молча выпрыгнула из автобуса, подхватив плотно набитый туристический рюкзак, закинула его на спину, поерзала плечами размещая его удобно, чтобы не натер волдырей, двинулась следом за старушкой.

Догнать бабулю оказалось не так-то просто. Я шла довольно быстрым шагом, чуть наклонившись вперед, а расстояние никак не сокращалось. Когда взобралась на горку, увидела старушку внизу. Поспешила следом.

В лощине проселочная дорога закончилась резко, на следующую горку вела широкая, наезженая телегами, колея. Пока я спустилась, старушка была уже наверху. Оглянулась, поставила корзину на траву, оперлась на клюку, поджидая меня.

— А ты кто такая? Чего за мной идешь? — недовольно спросила она.

Я ожидала этот вопрос и тут же ответила:

— Да вот, хочу в вашей деревне домик снять, если найдется кто сдаст…

Острый, совсем не старушечий, взгляд пробуравил насквозь. Бабка покрутила головой, пошамкала губами, спросила:

— Надолго?

Я кивнула.

— Хм… тогда пошли…

Она подхватила корзину и пошла чуть вперед.

— Может Вам помочь? — робко предложила я.

Старушка остановилась, критически оглядела меня с рюкзаком, покачала головой:

— Ты свое-то дотащи, а я уж как-нибудь…

И с прежней скоростью двинулась дальше часто переставляя клюку, как старинный француз тростью. Я молча поплелась следом. На третьей горке коленки задрожали, а бабке хоть бы хны. Да уж, выносливость у деревенских жителей еще та. Нет слов…

* * *

Наконец мы дошли до хуторка из одной улицы, по обеим сторонам которой тесно жались друг к другу ветхие домишки, робко выглядывающие из-за густой листвы кустов сирени, жасмина и цветов. Наверное правильнее было бы называть хуторок не Загорное, а Цветное, потому что цветы здесь были повсюду. Плетущиеся розы увивали не только стены домов, но и калитки, деревья, заборы. Гирлянды цветов свисали с подвешенных горшочков, ящичков, росли на грядках во двориках и перед домами. В глазах пестрело от обилия красок, лепестков, видов, форм. В голове закружилось от непривычных запахов. Около некоторых домов цветов не было. Только буйная зелень укрывала их от людских глаз.

Старушка остановилась, строго глянула на меня.

— Жди здесь. — приказала безоговорочным тоном — Пойду баб соберу. Решим где тебя поселить.

Я молча кивнула и с трудом сняла тяжеленный рюкзак. Кинула его на травку у дороги, сверху села сама. Ждать так ждать.

Старушка юркнула в одну из калиток, вышла оттуда уже без корзины с гусем, быстро подошла к невысокому одинокому столбику, врытому у дороги, наклонилась, легко распрямилась с кувалдой в немощной руке, грохнула по столбику. Протяжный звон чистого металла плеснул далеко в стороны, поднялся вверх по склонам окружающих горушек и обрушился вниз. Я тут же зажала уши ладонями, но тщетно. Звон взорвался в моей голове дикой болью, пытаясь ее расколоть на мелкие части. Тошнота тут же подкатила к горлу, в глазах померкло.

Очнулась от внезапного холода. Старушка внимательно всматривалась в мое лицо, нагнувшись, с деревянным ведром наперевес, из которого все еще капали остатки воды. Сказать, что меня просто окатили ледяной водой, ничего не сказать. Я была мокрая с головы до ног и лежала рядом с совершенно сухим рюкзаком в здоровенной луже.

Бабы стояли кругом в одинаковых позах, скрестив руки на груди, все в платках, длинных одеждах, внимательно рассматривали меня, ожидали, пока встану. Встала, вытерла мокрое лицо ладонями, а ладони о мокрые штаны. Огляделась. Хмурых лиц или взглядов не было. Скорее интерес и участие. Знакомица тоже огляделась, как бы призывая к вниманию.

В общем-то данное собрание назвать просто бабами язык бы не повернулся. Это были опрятно одетые, ухоженные женщины старше пятидесяти. Под аккуратно завязанными платками угадывались модельные, хоть и старомодные, прически. Неброский макияж подчеркивал вкусы, настроения и характеры. Кухонные фартушки с рюшечками, кармашками и ручной вышивкой, у каждой на свой манер, чистенькие, будто только из-под утюга. Самая молодая из них спокойно расправляла прихваченное впопыхах полотенце. Видимо гонг оторвал от дел. Подозрительно покосилась в сторону торчащего из земли столбика. Да уж, гонг…

— Это Дарина, — представила меня присутствующим попутчица — Она из города. Хочет поселиться у нас на хуторе. Говорит надолго. Что скажете, бабоньки?

Женщины зашевелились, начали переглядываться, согласно кивать.

— Ну, коль решила пожить среди нас, пусть. Дело хорошее — громко сказала одна — Меня зовут Ольга.

Остальные загомонили, соглашаясь с ней. По очереди представились. Я старалась запомнить имена, но это было не просто. Последней назвала свое имя моя попутчица.

— Бабкой Марфой меня кличут. Я тут вроде как за старосту. Мужа своего покойного замещаю. Так что, все вопросы ко мне — обернулась в остальным — Где разместим ее, бабоньки?

— В доме Авдея и Матрены можно. Там удобно, да и в центре улицы. Будет на виду — подала голос Ольга.

— Нет, у Авдея крыша трухлявая — возразила та, что представилась Мариной — решали же, что подправить надо, а руки так и не дошли у мужиков-то. Осень не за горами, зарядят дожди, точно потечет. А что девка молодая, да еще и городская с этим сделает?…

— Да, у Авдея не стоит. Пусть селится в доме Матвея и Параськи. Там и горница светлая и комнат целых три…

— Тоже не особо. На отшибе же. Да и осыпь там пол-огорода завалила.

— Дом Настасьи и Ивана ей подойдет — решила бабка Марфа — Так и постановим. Пусть там и живет. Дети их уже лет пяток не показываются на хуторе. Видно и думать забыли про нашу глушь. Вот там пусть и селится.

Женщины согласно закивали, потянулись по дворам, на ходу переговариваясь о верном выборе старостихи.

— Пошли, Дарина, покажу где жить будешь — кивнула мне бабка Марфа, наклоняясь к моему рюкзаку.

— Ой, я сама! — спохватилась я — Он тяжелый!

Но было поздно. Бабка подхватила рюкзак подмышку, как недавно корзину с гусем и, также опираясь на клюку быстро засеменила по улице. Челюсть моя упала — бабка даже не заметила тяжести рюкзака. Я растерянно закрыла рот, пару раз хлопнула глазами, не скрывая удивления, послушно потопала следом.

* * *

Домик оказался неожиданно маленьким, аккуратненьким, ухоженным. Цветов все же не было. Плющ, кусты сирени и жасмина, плакучая ива у калитки. Терновник, смородина и малина вдоль заборчика усеяны поздними ягодами. Огромная айва, несколько яблонь, вишен и черешен за домом. Уютная маленькая беседка, заплетенная виноградом, с прозрачными бубушками на кистях. Странный, как не к месту, мангал внутри.

Марфа достала из кармана пять ключей. Одним открыла входную дверь. Жестом пригласила войти первой. Потоптавшись в нерешительности, я все же сначала буркнула ритуальную для такого случая фразу, которой обучена была с младенчества:

— Позволь Хозяин войти в дом и поселиться в нем, не потревожив духов прежних хозяев, живших в нем и не нарушив положеных законов — шагнула вперед.

Но войти первой в открытую дверь мне так и не удалось. Первым оказался белый пушистый котенок, прошмыгнувший под моей ногой с задраным победно хвостом и радостным мявом. Бабка Марфа странно посмотрела на меня, тихо спросила:

— Кошек любишь?

— Больших — хотела пошутить я, но наткнулась на острый взгляд, пришлось ответить серьезно — В общем-то ничего против них не имею. Кошки, как и люди, заслуживают то, что дают сами.

— Этот выбрал тебя сам — задумчиво сказала Марфа — И прибежал же откуда-то… На хуторе белых котят не было… И в дом первой не пустил. Сам вошел.

— Ну и что? Коты сам решают что, где и когда им делать.

— В том-то и дело, детка, в том-то и дело… сами… особенно этот…

* * *

Сквозь окна, поделенные на ажурные кусочки стекла деревянным переплетом, золотится свет заходящего солнца в маленьких чистых сенях с обычным умывальником, подвешенным на гвоздик и эмалированным тазом под ним. Чистое полотенце висит на гвозде рядом.

Большая комната с огромной русской печью по середине поделена на три части. Слева место для кухни-столовой. Вдоль стены с окнами рабочая стенка с газовой плитой, вытяжкой над ней и большим холодильником сейчас открытым настежь. Обеденный стол накрыт вышитой скатертью. Пустой вазон для цветов сиротливо стоит в центре стола. Дубовые стулья, украшенные такими же вышитыми накидками, окружили его тесным кольцом. Плетеные крючком из витых полосок отслуживших вещей дорожки прикрывают чистый пол. Такие же плела моя бабушка и учила меня, когда я была ребенком, награждая за помощь длинными волшебными сказками.

Справа была гостинная с мягкой мебелью, журнальным столиком, телевизором, старым приемником на ножках и огромными напольными часами. В углу стоял комод, а на нем небольшой пустой аквариум, фигурки из слоновой кости — приносящие счастье семь слоников один другого меньше или больше, как посмотреть, — и балерины из белого фосфора в разных позах танца.

Ажурные, вязаные тонким крючком, накидки, салфетки, скатерки, занавески украшали эту часть комнаты, хвалясь искусством жившей здесь прежде рукодельницы-хозяюшки.

Третья часть комнаты отделена двумя стенами с дверями. Заглянув туда, обнаружила уютную чистенькую спаленку с двумя окнами, занавешенными не только ажурными занавесками, но и тяжелыми шторами на старинных багетах. Железная двуспальная кровать аккуратно застелена белым покрывалом, расшитым разноцветными мулине павлинами и цветами. Подушенции, подушки, подушечки, подушунечки горкой сложены в изголовье одна на другой, прикрыты изящной накидкой. Шифоньер, он же платяной шкаф с огромным зеркалом на большой дверце уютно устроился в углу. Резной сундук, окованный замысловатыми завитушками тоже прикрыт накидкой, придвинут к шифоньеру. Нигде ни пылинки, ни соринки, ни паутинки, как это обычно бывает в домах, где давно никто не живет. Котяра удобно устроился на диване, тут же начал вылизывать лапы, будто это его законное место и он всю жизнь в этом доме живет.

Пока я осматривалась в своих новых владениях, бабка Марфа проверила шкафы с кухонной утварью, содержимое комода, заглянула в шкаф. Управившись, села к столу.

— Ну вот, Дарина, теперь это будет твой дом. Нравится тебе здесь?

— Да, очень. Только…

— Что «только»?

— Хм… такое впечатление, что хозяева только что вышли из дома на несколько минут и вот-вот вернутся… Даже не по себе как-то… как будто бы вторглась без спросу в чужой дом… А давно они… это… умерли? — запинаясь попыталась объяснить свои ощущения и мысли.

— Да, ты права. Есть такое впечатление — Марфа забарабанила пальцами по столу в раздумье — Здесь жили самые счастливые и любящие люди во всей округе. Настасья и Иван Громовы. Они родились на этом хуторе, здесь же поженились, Иван поставил этот дом. Всем миром ему помогали. Здесь родились их дети. Здесь они прожили всю жизнь и умерли в один день. Решили, что свое дело сделали, что пора уходить. Попрощались со всеми, вернулись домой, сели на диван, обнялись, да так и остались. Мы их утром так и нашли в обнимку на диване. Все верить не хотелось, что мертвые. Доктор из райцентра подтвердил смерть. Сказал, что у обоих просто в один миг остановилось сердце. Так и похоронили их в одной могиле. Это было десять лет назад.

— А дети?

— Хм… Дети… дети как дети. Поплакали на похоронах, погоревали тут положеных три дня и разъехались по домам. Через год собрались на поминки, но в дом так никто из них и не зашел. Даже ночевать не остались. Уехали сразу, как только на кладбище дань отдали. Потом были еще раз. Через пять лет после смерти родителей. И опять в дом не зашли. Старшая дочь так и сказала, что боятся заходить. Смерть, видите ли, у родителей странная была. А какая она странная-то? Они ушли из жизни по своей воле, по своему желанию. Не хотели пережить один другого, чтобы не мучаться в одиночестве, вот как я…

— Но здесь такой порядок и чистота…

— А это мы все следим, чтобы пустые дома не оставались без присмотра. Убираем по очереди. Твоя очередь убирать в таких домах тоже будет, коль собралась жить на хуторе.

— Да я не против — пожала я плечами — Если тут такой порядок, то буду рада помочь.

Марфа кивнула и встала, тут же поправив за собой накидушку на стуле.

— Вот, Дарина, — двинулась по комнате бабка Марфа, открывая по пути ящики и дверцы — в шкафах на кухне есть все: кастрюли, сковородки, посуда. В комоде постельное белье и прочие нужные вещи. Шкаф пустой. В нем только травы, чтобы плесень не попортила дерево, да древоточцы не развелись. Пользуйся всем, чем хочешь. Теперь это все тебе принадлежит. Пока ты тут живешь.

Она огляделась, обернувшись на пороге, остановила взгляд на мне:

— Если менять что-то захочешь и помощь нужна будет, говори, не стесняйся. Чем сможем, тем поможем. Главное, что теперь дом не пустой будет — вышла в сени и тут же вернулась — Да, и еще. На хуторе огород общий. Он в конце улицы. Там найдешь все нужные овощи, если готовить соберешься. Вода в колодце. Ведра за дверью в сенях. Коров у нас пять, козы в каждом дворе. Молоко пьем козье, из коровьего делаем сметану, масло и сыры. Куры у нас тут не считанные, утки тоже. Плодятся под каждым кустом и во дворах, и вокруг деревни, но далеко не уходят. Так что лови себе сама на бульон. Осенью птицу бьем, солим или коптим на зиму. Рыбы полно в озерке за огородом. Лишнее отвозим в город и продаем. Не бедствуем, как видишь, но и не жируем. Постепенно все сама узнаешь и всему сама научишься… Ну, ладно. Заболталась я тут с тобой, а у меня опара подходит. Сегодня моя очередь печь хлеб на всех. Пошла я…

Я выбежала за ней следом, крикнула с порога:

— Спасибо большое, баба Марфа! Вы не сказали ничего об оплате за дом!..

Она остановилась у калитки, оглянулась.

— Живи спокойно, краля — передразнила она водилу автобуса, подмигнула, усмехнулась и посеменила к своему дому, элегантно опираясь на клюку.

Надо же, услышала! А ведь далеко уже была от автобуса…

* * *

Устало плюхнулась в кресло, закрыла глаза.

Здравствуй Дом! Вот и мы, твои следующие жильцы. Уж не знаю, сколько проживу под твоей крышей, но сколько бы ни прожила, постараюсь не нарушать то, что создали здесь те, кто вложил в тебя свою душу, любовь, заботу, внимание. А ты, пожалуйста, храни как можешь, давай приют, покой и отдых.

Котенок тут же впрыгнул на колено, потоптался крохотными лапками, улегся, балансируя на моем бедре, и заурчал, прикрыв глазки.

— А ты откуда взялся, котейка, а? Где твоя мама или хозяйка? Я тебя не звала ни в гости, ни жить со мной — подняла его мордочку ладонями, заглянула в щелочки-глазки — Шел бы ты домой, малыш, а то со мной наживешь себе неприятностей. Да и не завожу я домашних животных. Особенно котов. Так что иди, малыш, домой. Нечего тебе здесь делать.

Котенок потерся о ладонь, заурчал громче.

— Нет, малыш, нечего тебе здесь делать.

Взяла котенка на руки, вынесла из дома, опустила на траву за калиткой.

Котенок задрал хвост и понесся снова в дом.

Вот паршивец, а?! Ну и черт с ним, сам уйдет.

Вернулась в дом, совершенно игнорируя кота, начала разбирать вещи, раскладывать, развешивать. Кот внимательно следил за мной, усевшись на спинку дивана.

На кухне нашла корзину, подхватила ее и пошла к общественному огороду. Кот понесся за мной. Нарвала и накопала овощей ровно столько, сколько было необходимо для вкусного ужина, у порога почистила, сложив овощи в миску с водой, очистки вымыла, покрошила курам, вынесла к кормушке, которую показала Марфа.

Приготовила тушеные овощи, села есть. Кот запрыгнул на стол, протяжно мявнул, требуя своей порции.

— Коты овощи не едят — глянула на него выразительно — Иди к своей маме, она тебя накормит, а у меня молока для тебя нет.

Кот орал, как потерпевший. Пришлось бросить еду и пойти к Марфе.

— Ну, что? За молоком пришла для этого сорванца? — кивнула бабка Марфа за мою спину.

Оглянулась. Кот сидел в двух шагах от меня.

— Ну, да — кивнула виновато — Я и без молока обойдусь, а этот орет голодный. Не будет же он овощи есть. Маленький еще.

— А ты ему давай то же, что и сама ешь. Не понравится, пусть к своим отправляется. Тут разносолов, к которым он привык нет — хитро улыбнулась старушка — Вот тебе молоко с вечерней дойки. Поделись уж с ним. А овощи пусть ест. Они фигуру держат — подмигнула она коту.

Я удивленно на него глянула. Котейка демонстративно отвернул мордочку. Поблагодарила Марфу и пошла домой с удивлением поглядывая на кота.

Дома положила в отдельную тарелку овощей и с интересом наблюдала, как котейка с аппетитом их ел. Потом налила молока ему в миску и себе в стакан.

— Ты знаешь, ты очень странный кот — сказала ему — то ли чудо природы, то ли и не кот вовсе. Жаль, что у меня нет больше магической силы и я не могу узнать кто ты на самом деле. Интересно, ты мальчик или девочка?

Бесцеремонно цапнула котенка, перевернула брюшком вверх. Кот неожиданно больно куснул меня за руку, отскочил и зашипел.

— Ах, мы стесняемся! — расхохоталась я — Значит, ты совсем не кот! Или кот по совместительству. Хочешь ты или нет, а я теперь знаю, что ты хлопец, а хлопцам рядом со мной делать нечего. Была бы девчонка, еще куда ни шло, а ты, дорогой отправляйся туда, откуда пришел — сказала серьезно — Еще мне таких приключений не хватало. Особенно, когда я «сгорела» и не могу себя защитить.

Кот ушел в комнату и там запрыгнул на спинку дивана, поджал лапки и прикрыл глаза.

Поймать кота не удалось. Он нахально удирал, носясь от меня по всему дому, в конце концов забился под диван и шипел оттуда, когда я пыталась его достать.

Плюнула на вредину и принялась за свои дела. Вымыла посуду, сходила к колодцу, набрала два ведра воды. Одно согрела на огне. В миске вымыла голову и искупалась, задернув занавеску перед нахальной мордой.

Пока купалась, решила, что от паранойи надо бы полечиться, а котейка просто котейка и ничего больше, успокоилась и перестала обращать на него внимание. Нашла на полке какую-то старую книжку, завалилась на диван почитать. Кот спрыгнул на бедро, потоптался лапками, уселся и тихо заурчал. Покосилась на него. Но гнать не стала.

* * *

Проснулась от того, что затекло все тело. Открыла глаза. За окном серело. То ли вечер, то ли утро — не могла понять. Пить хотелось нещадно. Вышла в сени, ведра пустые после вечернего купания. Подхватила одно, пошла к колодцу. В домах с цветами свет не горел, без цветов и подавно. Значит, утро. Только теперь ощутила прохладу и влагу на лице. Роса. Как же все-таки прекрасна жизнь! И главное в ней не сдаваться ни при каких обстоятельствах, не бояться перемен, не закрываться от людей. Оптимизм? Безусловно!

Хороша бы я была, если бы начала рыдать навзрыд над злодейкой-судьбой и своей загубленной жизнью. А вот фигушки! Не дождетесь! Тут рассвет, роса, свежий легкий ветерок, скоро солнышко проснется, птички запоют, вон котейка следом бегает. Красота! Люди без магии тоже живут и не жалуются. Чем я хуже? Молодая, здоровая, крепкая, руки не из задницы растут, память не отшибло пока. Найду себе достойное занятие! На хуторах люди тоже живут. Не жируют, но и не бедствуют, как говорит бабка Марфа. Лишь бы не ленились и в куче с другими держались, тогда никакая беда не страшна.

Котейка барахтался в траве то нападал на кого-то, то удирал, задрав хвост, то опять возвращался. С полным ведром заинтересовано пошла к нему. И замерла. Малыш играл с огромной змеюкой. В сером предрассвете не могла понять какого она вида, но здоровенная, больше метра, и толстенная в мужскую руку, гадина наверняка ядовитая, тоже играла с ним. Он наскакивал, а она едва толкала его головой, только раздвоенный язык мелькал серой стрелкой. Оба на меня не обращали внимания.

Такие игры добром не заканчиваются. Это и козе понятно, но не котенку, которому от силы два месяца. Как же спасти малыша? Как позвать его, предостеречь? Ведь я даже имени ему не успела дать! Схватить гадюку не успею, да и не дастся она, а малыша хряпнуть успеет. Скорости у нас разные, а ускорением я уже не владею… эх…

Дождалась, пока котенок в очередной раз отбежал на безопасное расстояние и одним движением хлюпнула водой из ведра в сторону змеи. Достала! Беднягу от такого потока аж в траву вжало. Я замерла, готовая и отпрыгнуть и ударить металлическим кантом ведра. Котенок тоже остановился, не осмеливаясь ступить в откуда-то появившуюся лужу. Змея медленно подняла голову, повернула ее ко мне, будто хотела заглянуть в глаза, спокойно развернулась и важно поползла, больше не обращая внимания ни на меня, ни на котенка. Я облегченно вздохнула, подхватила растерявшегося пушистика на руки и вернулась к колодцу. За новой порцией воды, теперь уже для себя.

Оранжевый восход робко осветил небо над ближайшей к хутору горкой. Снова наполнив ведро я повернулась к дому. И растерялась. У того дома, куда меня вчера привела баба Марфа, цвели цветы. Дом просто тонул в них. Вьющиеся розы, пеларгонии, маргаритки, примулы, герань, гладиолусы, ноготки, астры… О боже! Разве перечислишь?! Но откуда «среди зимы такое чудо»?!

Я стояла открыв рот, боясь спугнуть наваждение, что не заметила, как подошла Ольга.

— Нравится? — радостно спросила она.

Я оглянулась. Женщина улыбалась, сверкая счастливыми глазами.

— Ооочень — придушено протянула я — Но откуууда?

Ольга покрутила головой, наслаждаясь красотой цветов и моей реакцией, и только через несколько минут ответила:

— Ты устала с дороги, заснула рано, а мы подумали, что уж раз ты тут надолго решила обосноваться, то тебе наверняка было бы приятно жить в доме, окруженном цветами. Вот мы и пересадили тебе немного из своих. А ты разве не заметила их, когда выходила за водой?

Я помотала отрицательно головой и объяснила:

— Я выходила, когда светать только начало. Да и пить сильно хотелось.

— А что ты так долго делала у колодца?

— Да не у колодца — скривилась я недовольно — Котенок вот за мной увязался, а я и не заметила, а когда воды набрала, то увидела, что он играет как-то странно. Белый же, на траве его хорошо видно. А когда подошла поближе, то увидела с кем он играл.

— И? — беспокойно спросила Ольга.

— Это была очень большая змея. Ядовитая. Тут такие водиться не должны по идее, если верить справочникам для туристов. Я тут и раньше бывала, мы с однокашниками часто сюда в походы ездили, но ничего подобного не видела.

Ольга нахмурилась.

— А как она выглядела? Опиши.

— Да не знаю. Не смогла рассмотреть подробно — я неуверено переступила с ноги на ногу.

— Опиши как сможешь — потребовала она — Нет, погоди. Пошли к тебе, чаю попьем и ты мне расскажешь подробно, как все было.

Мы подошли к дому. Я не смогла не остановиться, чтобы не вдохнуть полной грудью благоуханный воздух. Еще раз поблагодарила судьбу и свою решительность, пошла за Ольгой в дом.

* * *

Чайник вскипел быстро. Ольга достала заварку и баночку лесного меда. Ориентировалась она в доме, как в своем собственном. Нарядно расшитую скатерть заменила холщевая с более скудной вышивкой, но стол быстро украсили фарфоровые чашечки с блюдцами, розетки с медом, малиновым и смородиновым вареньем, и небольшой молочник с крынкой коровьего молока. Десертную тарелочку заняло домашнее печенье.

— Вот принесла тебе немного коровьего молока. Не все могут пить козье. — объясняла Ольга — К нему привыкнуть надо. У него и запах не тот, и вкус. Вот и решила в честь твоего приезда немного побаловать тебя. Мы вообще-то из остатков коровьего делаем заготовки на зиму, сладкий кисляк запекаем в печи и потом держим в глубоких погребах в специальных кринках, залив сверху тоненьким слоем масла.

— Оль, я очень благодарна тебе. Мне очень нравится парное молоко. Я иногда готова пить его литрами сразу после дойки. Но и к козьему я приучена с детства. Оно ведь ничем не отличается от коровьего, если коза всегда чистая, ухоженная, правильно накормленная. Только козье молоко лечебное на одни виды заболеваний и их предотвращения, а коровье на другие. А вот конское вообще сказка. Обожаю из него кумыс! — меня понесло — Меня им когда-то напоила подруга, стараясь помочь моему организму после серьезного отравления. Знаешь какая это прелесть! Боли, как выпила кумыс, тут же как рукой сняло. И голова сразу стала ясной, будто и не было никакого отравления.

Ольга была прекрасным слушателем. Она не сдерживала мимику, и то, что чувствовала, слыша мои слова, тут же отражалось на ее лице, в глазах, в движениях тела. Я видела, что ей по-настоящему интересно и мой язык болтал без умолку.

Наконец, Ольга вернула меня к первоначальному вопросу. Я ей подробно описала происшедшее.

— Но как она выглядела? — настаивала на деталях милая собеседница — Хоть примерно, хоть что-нибудь. Напряги память, вспомни. Это очень важно, Дарина!

Я честно напрягала, честно старалась, но ничего не получалось. Змея всплывала в памяти, как во мгле. Об этом я сокрушенно поведала Ольге.

— А как бы ты могла ее увидеть, если бы светило яркое солнце? — неожиданно изменившимся тоном громко спросила она.

Я растерялась. В моей голове вдруг вспыхнула яркая картина: темно-зеленая трава с кое-где пожухлыми листками, белый пушистый комочек несется навстречу поднятой приплюснутой голове с мелькающим языком, обхватывает ее маленькими лапками, не выпуская еще детских коготков, она мягко толкает его в грудь, он перекатывается через голову, задирает хвост и удирает, чтобы снова наскочить. Змея медленно извивается, удерживая точку опоры для приподнятой головы. Ее шкура блестяще темно-зеленая, кое-где светлее, кое-где темнее. Глаза четко очерчены черным продолговатым ромбом, от переносицы и до кончика хвоста перемежаются в ряд ромбы с черными краями. Змея поднимает голову, поворачивает ее ко мне и я вижу темно серые пластины брюшка.

Блин! Южно-Кавказская гадюка! Самая ядовитая змея на всем Южном Кавказе! Яд не менее бысродействующ, чем у гюрзы! Щет!….

Ольга заметно побледнела. Дыхание стало коротким, прерывистым.

— Ты уверена? — тихо спросила она чуть дрогнувшим голосом.

— Я не знаю… Я просто описала тебе то, что вдруг возникло в моей голове после твоих слов.

Эх, если бы не мое теперешнее состояние, а хотя бы то, что было ДО, то я бы едва заметив не то что змею, но и «играющего» котенка, уже наверняка знала бы и откуда эта гадина приползла, и почему, и с какой целью, и все, что связано с ее появлением. Но, увы и ах. Это потеряно. Буду пользоваться тем, что есть. Может кто умнейший и мудрейший разберется и подскажет…

Ольга внезапно засобиралась.

— Ты отдыхай, — напоследок сказала она — а я поговорю с баб Марфой и остальными. Может они что-то знают…

— Оль, — не дала я ей докончить — а со змеями у вас тут как? Часто такое случается?

— Нет, — она резко мотнула головой — за всю мою жизнь на хуторе такое случилось впервые.

— Может хутор оградить тонкой веревкой из конского волоса по периметру? — робко предложила я — Говорят, помогает. Змеи его боятся и держатся издалека…

— Дарина, да откуда же у нас столько конского волоса набраться-то? — возмутилась Ольга — У нас-то и коней толком нету. Это только на конезаводах такое может быть, да и то, вряд ли кто плетет теперь такие длинный веревки, тем более, из конского волоса — она постучала себя согнутым пальцем по голове — Думай что говоришь прежде, чем сказать. Марфа и Игнат точно будут знать что делать и как. — она обернулась в дверях — Ты пока отдыхай, а когда будет нужно, я тебя позову. Наверняка меня пошлют за тобой — хохотнула она — я же тут самая молодая!

— Оль, а сколько тебе лет, если ты самая молодая? — ляпнула я и тут же пожалела, но было поздно. Сказанное слово не воробей, выпустишь — не поймаешь.

Но Ольга была мыслями занята другим и не обратила внимания на мои слова, на мое счастье, только отмахнулась от вопроса:

— Тридцать два! — и скрылась в дверях.

Я подошла к окошку и смотрела как она чуть ли не бегом бежит к дому Марфы.

Досада за свой длинный язык захлестнула до кончиков ушей. Темечко запульсировало от возмущения против наглой эксплуатации недавно измочаленного прошедшими событиями мозга.

Чертова тетеря! Второй раз в жизни в течении одного дня видишь бабу и шлепаешь языком?! Совсем охренела, Дарина?! На кой хрен ты вообще трепала о змее?! Хочешь, чтобы тебя выперли с хутора на следующий же день после приезда?! Совсем дура или прикидываешься?!!

Ой, не тут, так в другом месте обоснуюсь! Мир не без добрых людей!

Да на кой ты кому сдалась?! Радуйся, что тебя, еще хоть здесь приняли и приютили! Хамка неблагодарная!

А ты вообще заткнись! Нашлась тут праведница занюханая. Кабы не я, ты бы уже на депрессийную соплю вся изошла бы! Сказала и сказала. Поздно крыльями предосторожности махать. Лучше бы подумала, как выпутываться из этого дерьма!

А вот и подумала. Бери зад в горсть и чеши к Марфе. Своди все сказанное на уставший рассудок, который отравился чистым горным воздухом, запахом благоухания цветов и выдавал сон за явь. На яву такого не было. Наяву ты просто в полу-сне поплелась за водой залить жар утомления городской жизнью. Только этот выход наиболее реальный, чтобы тебя не приняли за ненормальную.

А-бы ты оказалась права. Уже пора?

Уже три минуты, как пора. Еще через две будет поздно.

Иду….

* * *

Артистических талантов мне не занимать. Это есть или этого нет, как говорил великий Станиславский. У меня есть. Это точно и обсуждению не подлежит. Даже преподов умудрялась удивить. А уж они видели-перевидели и удивить их крайне сложно.

Я разделась, быстро вышла на порог дома и вылила на себя целое ведро колодезной воды, едва сумев поднять его над головой — тяжелое, заррраза, с этими его железными обручами, охватывающими деревянные доски — вскрикнула от холода и опрометью бросилась в дом. Мгновенно сорвала с себя мокрое белье, нырнула в пушистый махровый халат, поддела пальцами ног тапки и кинулась к дверям. Все вместе заняло не больше двадцати секунд. За порогом основательно тряхнула головой, косища, как и ожидалось, под собственной мокрой тяжестью толстой змеей скользнула за плечи, повисла между ног, щекоча мокрым кончиком икры. Картинно в «ах»-е зажала рот рукой и, теряя тапочки, поспешила к дому Марфы.

Калитка глухо шлепнула по забору от моего толчка, я быстрым шагом проскочила дворик перед домом и забарабанила в дверь. Та распахнулась и я едва не упала вперед, замахнувшись для нового стука.

Наверняка кто-то неотрывно наблюдал за «моим» домом через окно, иначе бы реакция была более длительной.

Дверь открыл пожилой мужчина, стройный, как тополь, с благородной сединой на висках. Наверное тот, кто наблюдал в окно.

— Ой! — отступила я назад — Извините… Я думала, что это дом госпожи Марфы… Ошиблась, извините…

Попятилась назад.

Дверь распахнулась шире. Мужчина вышел на порог.

— Да, это ее дом. Заходите, Вас ждут.

— Ждут? — я чуть качнулась назад, изображая удивление и страх.

— Ждут, — подтвердил он — Ольга только что рассказала нам о Вашем предрассветном приключении со змеей.

Он посторонился, пропуская меня вперед. И, когда я вошла, шепнул на ухо, что всех интересуют более детальные подробности.

— Вы Игнат? — в полутьме сеней спросила его, чуть замедляя свой шаг и коснулась его руки на дверной ручке.

— Да, Игнат, а что?

— Ничего — мертвенный холод от его кожи проник в пальцы. Поспешно толкнула дверь в комнату.

Зомби местного разлива, что ли? — мелькнуло в голове — Да нет, вроде бы… Дышит теплом. Испугался наверное. Тоже мне, Апполон с листиком. Седина в голову, бес в ребро… или в мозги… не важно…

Пара шагов и я пред светлыми очами старостихи.

— Челом, баба Марфа — поклонилась ей в пояс — Вот пришла спозаранку выяснить свой сонный бред, который, еще до конца не проснувшись, рассказала Ольге. Я и сама не поняла разницу между сном и явью, а тут вдруг Ольга. Я и попуталась… Не вините ее. Это моя вина. Уставшей с дороги голове и не такое привидеться может… Извините меня…

Я стала на одно колено, склонила голову так, чтобы коса метнулась вперед и уложилась как та змея «из сна». Получилось. Глаза присутствующих, а их было шесть, метнулись на толстую косу на конце обвитую тугой черной резинкой в виде ромба. Уж я старалась, пока болтала с Игнатом в сенях.

Эффект был достинут тут же. Вздох облегчения снял общее напряжение. Я виновато покосилась на Ольгу. Она лишь вымученно улыбнулась в ответ. Зато теперь я знала, что здесь, на хуторе, никому, кроме Марфы я доверять не могу. Да и ей лишь частично.

На Марфу не смотрела. Она на меня тоже. Боковым зрением видела, что она смотрит в пол, сидит в кресле с высокой спинкой, опирается на свою клюку. Только теперь разглядела вычурный рисунок вязи заклинания Власти по всей длине клюки. Как же я раньше этого не видела, а?

Ах, да… Опять забыла. Я же лишена всего этого и видеть ничего не могла не только в автобусе или позднее, но и везде, кроме дома Марфы. Тут была ее епархия и тут ей даже стены помогали. Поэтому только тут могла увидеть то, что было прежде скрыто. Да и то, только потому, что Марфа сама захотела, чтобы увидела. Любой человек смог бы увидеть вязь на клюке, если хозяйка захочет. Понятно, что не любой ее смог бы распознать.

Видимо Марфа что-то прочла на моем лице, коль тут же распорядилась, чтобы все ушли и оставили нас одних.

Народ нехотя потянулся к двери. Я все еще стояла на одном колене со склоненной головой, Марфа все еще пялилась в пол. Наконец дверь за последним уходящим закрылась. Марфа резко стукнула клюкой в половицу. Скрежетнули не только засовы. Уходящих отбросило Силой далеко вперед. Мы по-настоящему остались одни. Только тогда Марфа подняла на меня глаза.

— Кто ты и что тебе здесь надо? — властно потребовала она ответа.

Спокойно встала с колена.

— Меня зовут Дарина. Ты это знаешь — не менее властно сказала ей, ибо другого выхода не видела в этот момент — Пришла сюда «по-наитию», как к единственному оплоту, где могу скрыться от друзей, не бояться врагов и спокойно отдохнуть. Этого достаточно, чтобы ты больше не задавала вопросов.

Молчание зависло надолго.

Наконец Марфа пошевелилась. Вскинула голову, ожидая ее решения. Любое меня устроило бы. Но лучше знать, чем строить догадки.

— Ты не человек — тихо сказала она — Мои умения на тебя не действуют. Кто ты?

— Человек… — так же тихо ответила — который избавился волею судеб от оков. Поэтому сказать тебе кто я, пока не могу, потому что не знаю сама ответа на твой вопрос.

Она медленно кивнула головой.

— Если все так, как ты говоришь, то я беру тебя под свою защиту. Иди и отдыхай сколько тебе нужно.

Ее последний жест был странным. Она неуч?!! Она просто наследница?! И ничего больше?! Ее хуторку хватало ее способностей и не требовало от нее самообразования, а настоящего образования в Магии она получить не смогла — не было ведущего или она по молодости сама отказалась от него, даже если такой все же ее разыскал и предложил свои услуги. Ведь без Идущего или, как минимум, Проводника, найти Путь к Академии нереально.

Меня устраивал такой расклад. Это значило, что мою тождественность она открыть не сможет, даже если сильно упрется, но и отказать мне в крове и покое тоже не сможет, не зная точно кто я, и беря во внимание последние стечения обстоятельств.

Я молча поклонилась и попятилась к двери.

— Это точно был сон, а не явь? — резким голосом спросила она.

— Не знаю — ответила — я же тогда до конца так и не проснулась… Мне трудно определить… да и не специалист я в снах…

Она еще раз стукнула клюкой в пол и я буквально выкатилась задом наперед в открывшиеся двери, перевернувшись несколько раз через голову…

Хорошо, что кувырок назад был мне известен не по-наслышке, иначе бы свернула себе шею…

* * *

Несколько дней осваивалась в доме и на хуторе. Занятие не из простых. Одно то, что все время находишься под прицелом изучающих взглядов, коробило не только спину. Но я понимала, что местные должны привыкнуть к моему присутствию, чтобы поскорее забыть о нем. Поэтому терпела и почти целый день находилась вне дома. То в саду поковыряюсь, то с цветами повожусь, то на общий огород отправлюсь подпушить землю вокруг капусты, морковки, свеклы, картошки, то в соседнее село смотаюсь за сахаром, солью или лавровым листом.

В подвале дома на полочках отыскались чистые пустые банки с крышками. Так что солений, варений, джемов и прочих прелестей зимней роскоши стола накрутила множество.

Иногда заходили в гости соседи, но особо не докучали. Иногда звали в гости к себе. Приходилось идти и отсиживать положенное время, вежливо поддерживая разговор, с энтузиазмом хвалить хозяйку, восхищаться умелостью хозяина. Потом возвращалась домой, запоем читала библиотечные книжки ни о чем из библиотеки соседнего села. Изредка включала телевизор.

Котейка бегал везде за мной, не отставая ни на шаг, хотя в чужие дома не заходил, терпеливо ждал на улице пока выйду.

С именем для него получилось интересно. Он сам себе его выбрал.

То ли когда-то где-то читала, то ли слышала, но вовремя вспомнила, что животным лучше предлагать выбор имени. В разное время и в разных местах тихо произносила какое-нибудь кошачье имя и внимательно наблюдала за его реакцией. Реакции не было, пока не включила в очередной раз телек. Там шел фильм «Мумия возвращается». Кот лежал на диване, поджав под себя лапки. Прирытые глазки и громкое урчание рассказывали о его удовольствии после съеденной сметаны. Я сидела в кресле, наслаждаясь дилетантской выдумкой автора сценария, как вдруг котейка встрепетнулся на прозвучавшее слово, соскочил с дивана, подбежал к телеку, задрав головенку, внимательно уставился на экран. Слово повторили, котенок снова мявкнул. Я тут же выключила телевизор, позвала малыша по имени:

— Арис, Арис, иди ко мне, иди Арис…

Котенок с довольным мрявом запрыгнул на колени, потерся щекой о грудь, заглянул в глаза. Погладила его, повторяя выбранное им же имя.

* * *

Пару дней лило, как из ведра. Все сидели по домам, изредка перебегая через дорогу к соседям или пробираясь вдоль заборов по траве, накинув кто непромокаемый плащ с капюшоном, кто просто скрепленый треугольником кусок полиэтилена.

Я стояла у окна, любуясь каплями дождя, стекающими по стеклу, когда увидела, что Ольга подбежала к моей калитке, заскочила в нее и тут же пулей вылетела обратно, дико взвизгнув. Открыла окошко, высунувшись почти по пояс, пыталась рассмотреть что ее так испугало. Ничего страшного не обнаружила.

— Оооляааа!!! — закричала ей вслед — Ты кудааа?

Ольга даже не оглянулась, бегом бежала к дому бабы Марфы.

Ну, едрена вошь! Что же могло ее так напугать, а? Что заставило ее так нестись к Марфе?

Вышла во двор, внимательно осмотрела все вокруг. Вроде бы чисто везде, ничего подозрительного нет, разве что веник забыла убрать в сени перед ливнем. Но не могла же она веника испугаться, чтобы так орать и убегать к Марфе. Надо пойти за ней и на месте все выяснить.

Накинула ветряк с капюшоном, влезла в подареные Игнатом резиновые сапоги до колен, пошла к дверям. Арис заорал, как оглашенный, мигом вскарабкался по мне, как по дереву, отчаянно дрожал и продолжал орать. Пришлось успокаивать и брать с собой.

Что же, черт возьми происходит? Та с диким ором удрала, этот орет, как резаный, стоило только собраться выйти. Чего я не замечаю? Должна же быть какая-то причина для всего этого.

Калитка у дома Марфы нараспашку, входная дверь приоткрыта. Для порядка стукнула в дверь, не дожидаясь ответа зашла в горницу.

Ольга лежала на полу, раскинув руки, бледно-зеленая, без сознания. Над ней хлопотала Марфа, орудуя ножом вокруг нанесенной уже крестообразной раны на голени, бормотала что-то себе под нос то наклоняясь к ноге, то снова распрямляясь. Я сбросила у порога сапоги, присела к ней. Сразу стало ясно, что местная чародейка не умеет пользоваться Силой, просто бубнит когда-то вызубренные наборы якобы действующих заклятий. Дыхание молодой женщины становилось все слабее. Ольга уходила. Нельзя было терять ни секунды.

Я дотронулась до плеча бабы Марфы, привлекая ее внимание. Она прервала бормотание, возмущенно глянула на меня.

— Оставьте эти глупости, баба Марфа. Это не поможет, а Ольга умирает.

— Знаешь лучше, бери и делай сама — рыкнула бабка зло.

— Знаю, но сделать не смогу. А Вы сможете. Я буду говорить что и как делать, а Вы будете сразу же повторять. Иначе Ольгу не спасти. Ее ведь змея укусила, а яд очень активный и быстро распространился по организму. Если сейчас же не выведем яд, через несколько минут она умрет.

— Давай, говори что делать — рыкнула Марфа.

Порадовалась, что уговаривать долго не пришлось, а вопросами она меня замучает потом. Не зря же с самого начала поняла, что полагаться на этом хуторе можно только на нее.

— Продлите вот этот разрез вот сюда. Да, так. Поставьте нож острием внутрь по центру раны и чуть погрузите его в мышцу… Да, так. Теперь опустите рукоятной вниз, как бы приподнимая поддетую мышечную ткань… Да, так. Секунду подержите так…

Метнулась к кухонному столу, схватила первую попавшуюся ложку под руку, снова упала на колени рядом с Марфой. Столовую ложку подставила под уголок лезвия у самой рукояти.

— Теперь зовите яд к острию ножа и прикажите ему стекать по лезвию в направлении ложки.

Марфа одуревше зыркнула на меня.

— Как это? Я не умею…

— Я говорю, вы повторяете сразу все, что говорю.

Она напряженно кивнула не сводя глаз с раны.

— Представьте себе ту змею, которая укусила Ольгу, представьте как ее зубы погрузились в плоть, как яд прыснул из полых зубов в живое тело, как стремительно понесся по организму, вплетаясь в кровь, лимфу, клетки тканей, как они начали мертветь, замедлять свои функции. Теперь перенеситесь мыслями к кончику ножа и в обратном порядке, как если бы процесс пошел вспять, своей силой воли потяните яд назад. От Вас зависит кто победит в этом поединке Вы или змея.

Марфа натужно засопела, от наряжения лицо покрылось потом. Вот чуть изменился оттенок кожи лица…

— Марфа, блин! Не тяните в себя! Тяните к острию ножа и по лезвию в ложку! И не напрягайтесь так сильно. Здесь работают только Ваша воля и мысль, а не тело.

Плечи чуть расслабились, пот на лбу заметно иссяк.

Зеленовато-блестящая субстанция едва показалась на поверхности раны и тут же снова скрылась.

— Марфа! Не повторяйте процесс снова! Тяните до конца, пока яд не стечет в ложку! Отдыхать потом будете. Тяните! Командуйте! У Вас получается! Вкурвитесь на гадюку, которая посмела отнимать жизнь молодой цветущей женщины! Разъяритесь на нее! Не уступайте! Вырвите Ольгу из клыков змеи! Она тянет ее к себе, а Вы тяните к себе, не отпускайте и не ослабевайте хватку, пока не почувствуете, как змея не выдержала, пасть разжалась и она в страхе уползла в кусты, чтобы бежать, чтобы самой спастись!

Черные густые капли крови сползли по лезвию, тягучей нитью стекли в ложку. Марфа раскраснелась от напряжения, а я все подталкивала, заставляя ее бороться с ядом, пока по лезвию не скатились, как обмазанные жиром, две ярко-зеленые капли и не застыли каплями на свернувшейся черной крови.

Резко ударила по черенку рукояти ножа, погружая его чуть глубже, чтобы вызвать кроветок для очищения близлежащих к ране тканей и этим завершила ритуал. Марфа, как и следовало ожидать, дернула рукой назад, нож выскользнул из раны, кровь хлынула сначала темной струйкой, потом очистилась до здоровой красной. Подождала, пока края раны посветлели и ридавила в нужном месте вену, кроветок иссяк. Марфа сидела потерянная, тяжело дышала, напряженно всматривалась в лицо Ольги ища хоть какие-то признаки улучшения состояния. Я прощупала пульс на Ольгиной шее, забрала у бабки нож, поднялась с колен, нашла старую газету, положила на нее нож и ложку.

— Баба Марфа, у Вас есть самогонка или водка?

— Есть — хмуро боркнула, поднимаясь с пола.

— Налейте стопочку, пожалуйста, — попросила ее, тщательно отмывая руки под умывальником. — И еще ложку меда, кусочек чистой тряпочки и бинт, если есть.

Марфа молча пошуршала по ящикам, налила стопку, подала все перечисленное.

Свела края раны, предварительно промыв их самогонкой, приложила сверху мед, забинтовала ногу. Остатки спиртного влила Ольге в рот, приподняв голову. Та глотнула и закашлялась, приходя в себя и испуганно озираясь.

— Ну вот, теперь тебе никакая змея не страшна, Оля. Теперь ты сама ходячее противоядие — улыбнулась, радуясь, что удалось спасти женщину — Вот благодари бабу Марфу, это она тебя спасла.

Ольга, сообразив, что это я, со страхом отшатнулась.

— Это все из-за тебя! — закричала она — Говорили мне люди, чтобы к твоему дому в сумерках не приближалась, да я все не верила! Кто ж знал, что и днем тоже нельзя?! Развела гадюшник! Честному человеку житья нет! Ходить куда хочет не может! Убирайся из нашего хутора, пока всем миром тебя не выгнали палками!

Я остолбенела, слушая ее бред, растерянно оглянулась на Марфу. Та стояла, скрестив руки на груди, хмуро поджав губы, утвердительно кивнула.

Хрен знает что! Такого не может быть! Ни одной змеи, кроме той, первой, больше так ни разу и не видела ни в окрестностях, ни на хуторе, ни тем более в своем дворе. Что за бред она несет, а Марфа подтверждает? Не может же такого быть, чтобы все видели, а я нет?! Или зрение я тоже потеряла вместе с Силой? Так нет же, вижу как и прежде, нормально. Что за игра ведется вокруг меня и кому это надо?

Усиленно терла лоб, размышляя над своей и их вменяемостью, Ольга навзрыд рыдала, сидя на полу и закрыв лицо руками, Марфа, как немой укор, стояла столбом не поднимая ни на кого глаз. Котейка высунул мордочку из куртки и растерянно мяукал. Дурдом на лужайке…

Я не знала что делать и первым моим порывом было уйти отсюда немедленно, но Марфа остановила у самого порога властным голосом:

— Ну-ка, присядь, девонька. Поговорить надо. И ты, Ольга, садись. Негоже нам между собой ругаться из-за каких-то там гадов.

Нехотя вернулась, присела на краешек стула. Ольга, чуть прихрамывая, обошла меня по максимально большой дуге, села с другого края стола. Бабка Марфа поставила на огонь чайник, на стол чайные чашки с блюдцами, сахар, мед, на блюде печенье, спокойно села напротив меня.

— Ольга, ты должна извиниться перед Дариной. Она тебе жизнь спасла.

Ольга возмущенно открыла рот, но Марфа остановила ее жестом.

— Успеешь высказаться. Ты и так уже намолола языком непотребного больше, чем можно было. Следующий раз сначала подумай, если есть чем. Если бы не она — бабка кивнула в мою сторону — лежать бы тебе сейчас на полу остывающим трупом. Моих знаний и умений не хватило бы, чтобы спасти тебе жизнь. В этом я открыто признаюсь. Что правда, то правда. И не след повышать голос на дарящих жизнь. Особенно свежо спасенным.

Ольга молча потупилась, покраснела, теребя краешек скатерти. По щекам катились слезы. Она их, казалось, не замечала.

Бабка Марфа помолчала чуть, давая время на обдумывание и Ольге, и мне. Я оценила ее слова по достоинству. Мало кто в таком возрасте и с таким авторитетом признается в своих слабостях или не знании чего-то. Это подтверждало и ее мудрость, и ее авторитет, которым она заслуженно пользовалась в округе. Затем Марфа продолжила:

— Дарина, ты что-нибудь замечала необычное с того времени, как ты пришла на хутор?

Подумала, пожала плечами:

— Нет, вроде бы.

— А та змея, которую ты видела у колодца?

Снова пожала плечами:

— А что может быть удивительного или необычного, если на хутор, расположенный среди гор, заросших густым лесом, на рассвете заползла какая-то там змея? По-моему это обычная история любого хутора с таким расположением…

Марфа покачала головой.

— Нет, Дарина, для здешних мест это не нормально. В ближайшей округе змеи не водятся с давних времен, как гласит легенда…

Она прервала саму себя, встала, налила всем чай.

— Ольге лучше молока выпить — брякнула я нечаянно.

Ольга тут же отдернула руку от чашечки. Марфа кивнула, достала из холодильника молоко.

— Холодное лучше или горячее? — глянула на меня вопросительно.

— Теплое — мне было неловко, что встряла куда не просили, но упорно закончила фразу — еще лучше, если парное, сразу из-под коровы, а если нет, то кисляк.

— А кисляк можно любой температуры? — спросила Марфа.

— Да, любой — кивнула.

Бабка вынула из холодильника большую кружку с кисляком, воткнула в него столовую ложку, поставила перед Ольгой:

— Ешь. Токсины после отравления змеиным ядом лучше кисляком выводить. Дарина права — присела на свое место и продолжила — Так вот, Дарина. Легенда говорит, что в старые времена королеву змей поймал местный знатный барон. А в те времена гадов тут было видимо-невидимо. Королева змей обернулась красивой молодой девушкой и давай уговаривать барона отпустить ее на свободу, а она за это выполнит любое его желание. Барон подумал крепко и пожелал, чтобы она стала его женой до самой старости и смерти. Видать девка была из нее очень уж красивая, коль позарился на такую. Королева согласилась, выбора-то нет, сама слово дала, а королевское слово держать приходится даже королеве. Это люди слов не держат, а не-люди обязаны. Так вот. Прожили они вместе долго, а вот счастливо ли, никто не знает. Говорят только, что баронесса всегда грустная была. Видать тосковала по свободе. Наконец, барон сжалился над ней, отпустил бедолагу. Только слово с нее взял новое — никогда ни одна змея не должна появляться ни здесь, ни в окрестностях. С тех пор люди никогда не видели в окрестностях ни одну змею. А ты появилась и на следующее же утро здесь появилась огромная змея. Через несколько дней все хуторяне стали поговаривать, что мимо твоего дома после заката лучше не ходить — там кишмя кишит от гадов. Я не поверила. Мало ли что народ болтает. Но проверить пошла. Оказалось, что правду говорят. Они там у тебя клубками перевиты, пустой пяди не найдешь, чтобы ногу поставить и угрожающе шипят на всех, кто близко к калитке подходит. Но вот среди бела дня, как сегодня, впервые случилось. Кабы я знала, что так получится, не послала бы Ольгу позвать тебя на вечерние посиделки.

— И что все это может значить? — тихо спросила, внимательно выслушав, и так и не притронувшись к чаю — Какое ко мне может иметь отношение древняя королева змей, ее подданные, да и сама легенда? Ведь я даже не местная.

Марфа молчала, то поглаживая скатерть натруженной за жизнь ладонью, то пригубляя остывший чай.

— Может это не легенда, а быль? — подала голос Ольга — Может королеве змей что-то нужно от Дарины, а, баба Марфа? Ведь в сказках такое бывает!

Я не сдержала усмешки. Тоже мне, нашлась сказочница. Тут даже одной извилины много, чтобы понять, что что-то надо. А вот кому и что, это стоило бы выяснить. Только, что я могу сейчас в этом состоянии? Ни подпрыгнуть, ни рукой помахать… Эх… А вот что скажет Марфа-кудесница, это интересно.

Марфа долго не заставила себя ждать:

— Верно говоришь, Оля. Что-то королеве змей нужно от Дарины. Это понятно и так. Только вот не понятно несколько вещей: почему они ее охраняют и от кого? И почему она их не видит? Ведь все ходили смотреть во двор и все видели сколько их там после захода солнца. Но ведь и Дарина не сидит все время в доме и, случается, что возвращается домой поздно. Прячутся они от нее, что ли?

И тут я вспомнила игру котенка с той змеей. Ведь не укусила же его и не проглотила, хоть такой малыш ей на один кутний зуб. Я бы даже не заметила. Да и сегодняшний ор, когда собралась уходить. И что он везде за мной бегает, не оставляя ни на минуту…

— А почему вы решили, что это меня они охраняют и королеве змей что-то нужно именно от меня? — задала обеим всплывший вопрос.

Обе оторопели, уставились на меня в минуте молчания. Еще бы торжественно встали.

Ольга сообразила быстро:

— Ну ты же поселилась в доме! Значит, тебя и охраняют, и от тебя что-то хочет королева!

Ооочень умно. Мне осталось только промолчать и подождать, пока выскажется Марфа. Но следующим оратором оказалась не она, а Арис. Тихий мяв и белая пушистая мордочка под моим подбородком оказались более аргументированными, чем любое мое слово.

Марфа и Ольга дружно вытаращились на него. Пара секунд замешательства и дружный хохот сотряс избу. Мне было не до смеха. Задачка оказалась намного сложнее, чем даже предполагала, услышав рассказ Марфы. Что-то такое когда-то слышала, но вот где, когда и что, вспомнить в эту минуту не могла. За компанию тоже поулыбалась, но, видно, улыбочка у меня была та еще, потому что дамы, глянув на меня, ржать перестали.

— С вашего позволения я откланяюсь. Уже стемнело. Пойду, проверю гадюшник, заодно и подумаю. Не выходите из дома, пока калитку не закрою за собой. Береженого Бог бережет.

Марфа хотела что-то сказать, но я прервала ее тем же жестом, каким она прежде не дала сказать опрометчивость Ольге.

— Вы тоже подумайте, баба Марфа, а завтра, на свежую голову, все обсудим. — на пороге обернулась — Баба Марфа, ложку и нож, если позволите, я все же заберу, от греха подальше.

Старушка молча кивнула.

Вышла, оставив их в тишине, и потопала домой. Котейка с интересом крутил мордочкой по сторонам, выглядывая из моей куртки. Вторая четверть месяца хорошо освещала траву под ногами. Никаких змей ни по дороге, ни во дворе так и не увидела.

Перед тем, как открыть дверь дома и войти, остановилась и прислушалась. Ничего, кроме тишины не услышала. Подумав с минуту, все же решилась рискнуть и громко произнесла в темноту сада:

— Если хочешь со мной встретиться, буду ждать тебя на рассвете у колодца. Незачем пугать людей, а тем более лишать их жизни, если можно решить любой вопрос иным путем. Я сказала, вы слышали. Вот и передайте мои слова тому, кому они предназначены. Иначе открою сезон охоты на змей. Вряд ли вам это понравится.

Постояла, послушала еще немного тишину, полюбовалась луной и звездами. Завтра будет тепло и солнечно. Хорошо-то как! А через пару дней начнется грибной сезон! Уря!

И ушла домой спать…

* * *

Едва забрезжил рассвет, оделась теплее, подхватила котенка с одеяла, засунула его под куртку и пошла на свидание. Двор был пуст, улица тоже, колодезный журавль гордо устремился в сереющее небо. Во всех домах было темно, кроме дома Марфы. Мерцающий свет, как от зажженной свечи, едва пробивался сквозь плотно задернутые шторы. Марфе наверняка не спалось. Может быть даже вместе с Ольгой. Поговорить им было о чем, да и у самой Марфы теперь было достаточно причин для бессонницы.

Подошла к колодцу, присела на край деревянной крышки, которой обычно его прикрывали, чтобы внутрь не попадал мусор. Ждать пришлось не долго. Сзади послышался тихий шорох, как легкой тканью по густой траве, но я не оглянулась, не изменила ни позы, ни эмоции, ни мысли. Вернее, безмыслия.

Легкие шаги приблизились, замерли. Королевы так не ступают. Только слуги, привыкшие оставаться незамеченными для коронованных очей. Я все также молчала. Девушка сзади не шевелилась. Ждала. Служанка она и в Африке служанка. Не осмелится заговорить первой. Так и будет стоять столбом, пока солнце не взойдет и не вернет ей ее настоящий облик. Тогда она не выполнит приказа и будет строго наказала. Чувствовать чужие эмоции я оказывается не разучилась, понимать язык дыхания, тела, движения на слух тоже. Но это к магии никакого отношения не имеет.

Пожалев служанку, ничего умнее не придумала, как спросить в пустоту перед собой оочень многозначительно:

— Ннну?

Девушка неумело, но довольно быстро пробежала вперед, стала передо мной, поклонилась в пояс и сказала. Нет, сказать не успела. Сначала зашипел на пазухой кот и, больно поцарапав кожу, зарылся подмышку тихо подвывая от ужаса. Под его аккомпанемент девушка сказала:

— Госпожа прислала меня за котом. Хорошо, что ты его принесла. Давай скорее, а то Солнце скоро встанет.

Я молча подняла одну бровь, впилась в нее взглядом. Этот взгляд не мог выдержать никто еще со времен моего ученичества. Служанка тоже не выдержала. Веки опустились, проступили черные ромбы вокруг глаз.

Ну вот и та, что укусила Ольгу, едва не убив ее своим ядом. Не побоялась прийти, решив, что не узнаю? Или выбора не имела? Скорее второе. Ну что ж, господа змеиное племя, пора показать вам кто в доме хозяин. Даже без магии и Силы.

Девушка ждала, протянув вперед руки. Я сыграла мимикой гримасу «ну что ж, очень жаль», а в слух сказала:

— Все?

Поднялась с колодезной крышки, пошла к дому.

— А кота?! Отдай кота! — взвыла змеища — Меня госпожа не простит!

Чуть притормозила, кинула ей через плечо:

— Я тоже.

Шагнула пару шагов вперед и добавила:

— Звала я не тебя, а твою хозяйку. Передай ей, что со слугами я не разговариваю, я их просто убиваю, особенно после того, как они без ведома своей королевы нарушают Королевскую Клятву. Ты уйдешь отсюда сегодня живой только потому, что я велела тебе передать ей все, что ты видела и слышала здесь. Если ваше племя не уберется из этих окрестностей, на которые распространяется Королевская Клятва, я выберу способ, чтобы уничтожить все ваше племя. А способов таких много. И ты, и твоя госпожа знаете это. Исключение для нарушения границы может быть только для парламентера или самой королевы.

Девушка перестала быть девушкой еще при первых моих шагах к дому. В траве замерла здоровенная гадюка и внимательно слушала мой ответ. Это я чувствовала шкурой и была готова к ее броску. Расстояние позволяло успеть развернуться в четверть оборота и выбросить вооруженную ножом руку навстречу гадине. Она не рискнула.

В душе я благодарила Марфу за то, что она вовремя рассказала о легенде. Это спасло мне и Арису жизни. Не зная этой истории у нас обоих не было бы шансов выжить.

Идя к калитке, а от нее к двери дома слышала со всех сторон шелест множества уползающих тел. Змеиный слух тонкий, меня услышали все и почему-то выполнили приказ. Оглядываться, осматриваться, ускорять шаг или бежать значило бы показать им свою слабость и страх перед их множеством. Этого я позволить себе не могла. Выиграв только один раунд, не могла проиграть всю игру из-за такой мелочи, как эмоция проявленная не вовремя. Я шла, а они почему-то не нападали. И это беспокоило меня больше всего. Что-то слишком темная история получается с этим котейкой. Малыш давно замолчал, только дрожал всем своим крохотным тельцем, плотно прижимаясь к телу под курткой.

Закрыла за собой двери, медленно перевела дух. В теле противно дрожала каждая жилка, каждая мышца. Теперь можно. Теперь пусть дрожит за крепкими стенами. Главное, они ушли.

Впервые в жизни оказалась перед лицом серьезной опасности без своей магической Силы, к которой привыкла с рождения, и только теперь поняла на какой риск пошла.

Тут шальная мысль ярким ужасом вспыхнула в сознании: «Ушли ли? Ведь могли пробраться в дом через дымоход!» Бросилась к печке… облегченно вздохнула. Заслонка была плотно задвинута.

Представив, что несколько этих тварей могли все-таки влезть в дымоход и не суметь вслед за остальными покинуть хутор и окрестности, кинулась к большой, для выпечения хлеба зимой, духовке, где хранилось немного дров на всякий случай, открыла ее… и закрыла. Выберутся, их счастье, нет, сдохнут, но объявлять «войну» со своей стороны я не собиралась. Хуторяне здесь ни при чем. Они не должны пострадать. Тем более, что в данное время преимущество положения было на нашей стороне, на стороне людей. Не люди нарушили древний нейтралитет, а подданная их королевы, напав на женщину на территории, подлегающей действию Королевского Слова, а, значит, позволившей себе и взявшей на себя ответственность за его нарушение. На месте королевы я бы этого так не оставила и сурово наказала виновницу. Не по злобе души, а во имя справедливости.

В том, что котенок первым вбежал в этот дом, удрав от них, а это ясно без слов, никто из людей не виноват. Требовать назад получившего кров и защиту без выяснений обстоятельств не имеет права даже коронованная особа. Поведение Ариса, его безумный страх свидетельствуют о смертельной опасности, которой он избежал, удрав оттуда. А кто отдает слабого, маленького и беззащитного в руки сильного и беспощадного, тот предатель и подлец, не заслуживающий права называться человеком.

Поэтому котейка останется со мной. По крайней мере до тех пор, пока сам не решит уйти. И я буду его защищать. Даже без магии и Силы. Мозги и умения физического тела тоже не последнее оружие. А на них мне пока жаловаться грех.

Сняла куртку, джинсы, влезла под теплое одеяло и только там вытащила малыша из-под майки, куда он в ужасе заполз через отверстие рукава, прижала к себе, ласково поглаживая и уговаривая не бояться. Он тихонько жалобно попискивал, положив голову мне на грудь, пока совсем не успокоился и мы вместе заснули, согревшись и расслабившись после пережитого.

* * *

Разбудил котейка громким криком в ухо. Есть ему, видите ли, захотелось и на улицу. С самого начала малыш всегда просился на улицу, когда хотел опорожниться, но ни разу еще не вышел за порог дома без меня. Сегодня впервые выскочил опрометью за двери, как только их открыла. Значит, опасности для него больше нет. Пока умывалась, делала зарядку и расчесывалась, он носился то по двору, то по дому, смешно топоча лапками. Потом принялся играть с моими волосами и никак не давал заплести косу: разбегался, подпрыгивал, цеплялся коготками за волосы и со счастливой мордой раскачивался на них, пока мне не удалось отогнать его и закончить утренний моцион.

Длинные волосы, конечно, красиво смотрятся со стороны, но сколько с ними мороки. Да и ничего толком не сделаешь для разнообразия. Всегда только коса. То так заплетеная или заколотая, то эдак. Как-то попробовала уложить их в прическу, разделив на прядки, но результат получился ужасающий. Мало того, что разного металлолома в виде шпилек, заколок, приколок и невидимок ушло около килограмма, так еще и сама прическа получилась в три раза больше головы. Но я, человек упертый, решила все же походить по дому с «эйфелевой башней» на голове. Походила. Полчаса. Потом три дня собирала металлолом по хате. Больше не экспериментирую.

Сегодня мне все же захотелось обернуть косу вокруг головы в виде короны. И откуда такие прихоти? И почему именно в виде короны? Ну вот захотелось и все тут. Помучалась полчаса перед зеркалом, благо шпильками запаслась еще в городе, и в итоге получилось гнездо трех змей, перевитых между собой и свернутых вокруг головы в четыре с половиной ряда. Спереди приколола брошку и получилась змеиная корона. Вот жешь блин! Какой только гадости в голове не возникает…

Сидела перед трильяжем, крутила головой вправо-влево, внимательно рассматривая творение своих рук на наличие «петухов» и старалась не думать о змеях, как услышала шебуршание и дикий крик котенка с последующим шипением. Оглянулась. Кот припал на передние лапки и шипел на печку.

Ясно. Значит, змеи все-таки перехитрили сами себя: пробовали заползти в дом через печную трубу, а выбраться назад так и не смогли. Странно. Ведь, если я правильно помню, внутренняя сторона дымохода полна неровностей кладки и выбраться оттуда любой змее не составляет особого труда, тогда в чем же дело? Может быть выпустить пленников на свободу? Но как? Если там одна-две змеи, то переловить, в мешок и вынести за околицу не составит труда, дальше сами дорогу найдут. С тремя-четырьмя еще справлюсь, но если их там полная труба? Проверить-то никак не могу — другие виды зрения не доступны теперь, а рисковать не хочется. И тут, как говорится, в дурную голову случайно забрела умная мысль.

Хихикнув над своими умом и сообразительностью, быстро сбегала к навесу, где обычно хранились дрова, взяла холщовый мешок из сложенной кем-то аккуратно стопки, поискала что-нибудь наподобие рогатины, нашла и вернулась в дом. Проверила горнило, оставила дверцу открытой. Котяра бегал за мной, не отставая ни на шаг и внимательно изучал мои действия. Наконец, все приготовления были закончены.

Рогатина в руке, мешок рядом, осторожно, по чуть-чуть отодвигаю заслонку. Ровно на столько, чтобы могли пролезть одна-две змеи. Жду. Глухой шлепок в горниле и вот появляется приплюснутая красно-желтая головка с круглыми зрачками и темным пятном на шее. Медянка. Самая безопасная, грациозная, быстрая и красивая змейка.

Посторонилась. Она соскользнула на пол у печи и тут же начала поднимать голову высоко, как это обычно делают кобры, только еще быстрее. Через мгновение ее тело окутало густое марево и еще через мгновение передо мной стояла низенькая изящная рыжеволосая девушка. Она склонилась в реверансе и ждала моей реакции.

Трансформацией меня удивить трудно, поэтому, чуть усмехнувшись уголками губ, сказала:

— Говори.

Девушка тут же выпрямилась и совершенно спокойно произнесла приятным голосом:

— Добрый день, госпожа. Не жди, что появится кто-то еще. Я осталась одна там — она кивнула на печь — по своей воле и желанию.

— Зачем?

— Я хотела с тобой поговорить, госпожа.

— Ты серьезно рисковала — заметила ей, садясь в кресло и откладывая рогатину.

Котейка давно забрался в самое безопасное для себя место — под мою майку и теперь заинтересованно выглядывал оттуда, высунув любопытную мордочку.

— Нет, госпожа, я не рисковала ничем — возразила она — Я знала, что на конфликт со змеиным народом ты не пойдешь.

— Садись, рассказывай — повторно кивнула на кресло — в ногах, вернее, в хвосте правды нет.

Она улыбнулась, подошла, как зигзагом подползла, к креслу, села на краешек.

— Ты меня удивила, госпожа.

Я изобразила удивление на лице в виде «чем же?».

— Тем, что не испугалась моему преображению в человека.

— Почему?

— Люди обычно боятся таких вещей — отвела она глаза.

Кивнула в ответ, но промолчала, продолжая внимательно наблюдать за ней.

Еще в Академии, изучая натуру змеиного народа, нам вдалбливали в головы, что этот народ отличается необычайной хитростью и мудростью, что каждая их фраза, даже слово, всегда имеют многостороннее значение, что понятие лжи у них не существует за ненадобностью. Они умеют использовать слова таким образом, что всегда достигают желаемого результата — у них врожденный талант к риторике и ораторскому искусству. Что у змеиного народа друзей не бывает. Они и друг друга-то только терпят, да и то, лишь из-за жесткой иерархии, построенной по принципу силы и власти. Что любой представитель другой расы в любой момент может стать обедом для них.

Но информации об этом народе было мало, потому что, как говорили наши преподаватели, возвращались из змеиных Миров единицы, да и то, те, кто вернулся, в скором времени куда-то исчезали, не оставив после себя ни следа.

В нашем Мире змеиный народ, вроде бы, подчинялся общим законам иерархии. Главной у них всегда была Королева — самая мудрая и сильная из всех змей. Королевой могла стать только наследница, рожденная из Яйца Судьбы, выношенного Королевой-Матерью в год полного Парада Планет, а это раз в несколько сот лет, и чисто номинально избранная своим народом после смерти или отказа от власти прежней королевы. Поэтому Королева змей всегда считалась священной.

Сидевшая передо мной преображенная в человеческое тело медянка по логике вещей, была совсем не простой змейкой. Простым змейкам трансмутация не подвластна. И этой не простой змейке что-то было нужно от меня.

Прежде я никогда не сталкивалась с представителями этого народа и решила держать ухо востро, то есть постараться не попасть в ловушку слов. С риторикой у меня было не очень хорошо — никогда не любила много болтать, но анализировать чужие слова умела неплохо.

— Как ты хочешь, чтобы я тебя называла? — спросила гостью, переводя разговор в другое русло.

— Меня зовут Мена — тут же ответила она — Это имя настоящее. Я сознательно даю тебе власть над собой, потому что знаю, что ты без крайней необходимости ею не воспользуешься.

Удивилась ее словам, но постаралась этого не показать. Настоящих имен представители других рас обычно не называют. Это у людей такая полезная практика канула в века по непонятным причинам. А жаль.

— Меня зовут Дарина — представилась в свою очередь — Это имя тоже настоящее, но тебе власти надо мной никакой не даст — улыбнулась в ответ.

Она удивленно подняла красно-рыжие бровки:

— Почему не даст?

— Так сложилась судьба — уклонилась от прямого ответа — Так зачем ты пожаловала ко мне в дом?

— Белый Ашер выбрал тебя…

Я покосилась на кота, выглядывающего из-за майки.

Об Ашерах я знала только приблизительно, а о белых не знала вообще ничего. Котейка на Ашера похож не был, судя по описаниям и картинкам в книжках из академической библиотеки. Он-то и на обыкновенного кота породы ашера не был похож, те намного крупнее в таком возрасте. А этот не больше обычного котенка двух месяцев от роду. Кроме, конечно, его выносливости. Ведь носился же за мной целыми днями и не уставал особо. А чтобы отдохнуть не падал спать на бегу, как обычно делают другие котята, а взбирался по мне, как по дереву, садился на плечо или влезал под одежду и, высунув любопытную мордочку, разглядывал с интересом все вокруг. Если же верить написанному о Белых Ашерах, то, во-первых, там меньше, чем о змеях, во-вторых, считается, что на поверхность земли эти создания практически не выходят, в-третьих, взрослые особы владеют высоким интеллектом и мыслеречью, а малышей никто никогда не видел, в-пятых, у них врожденная способность телепортироваться в любой их миров как в физическом теле, так и в любом другом, а скорости перемещений не поддаются описанию, в-шестых, они выбирают себе общество сами, и последнее — нет зарегистрированного ни одного случая за последние три тысячи лет, чтобы Ашеры вступали в контакт с человеком. Поэтому все описанные данные в умных книжках из академической библиотеки написаны либо по-наслышке, либо являются высосанными из пальца предположениями воспаленных профессорских мозгов, желающих еще больше прославиться. В любом случае на лекциях о народе Ашеров профессор Лерри просил не верить непроверенной информации, но иметь ее в виду, если бы кому-то из нас посчастливилось встретить в жизни живого представителя этой расы. Поэтому я недоверчиво переспросила:

— Ты уверена, что это один из Ашеров?

— Да — она посмотрела мне прямо в глаза — Его родители хранят нашу Королеву от Проклятия уже больше трех сотен лет. Прежде у них не было детей, а этот малыш родился всего лишь двадцать четыре года и десять с половиной месяцев назад, и полтора месяца назад внезапно исчез. Все подданые Королевы бросились искать малыша, боясь прогневить его родителей, чтобы те не оставили Королеву на произвол судьбы и не кинулись на розыски. Нашли его у тебя, госпожа. И по приказу Королевы хотели вернуть домой любой ценой. Но причинить тебе вред в его присутствии никто не решился. Ашеры обладают великолепной памятью — это одно, а второе — он сам выбрал тебя. Тут даже его родители бессильны что-либо сделать против его воли.

— Но ведь он совсем не похож на Ашера. Мне бы такое предположение никогда и в голову не пришло бы. Они должны быть намного крупнее даже тигренка. А слышала, что взрослые Ашеры намного больше тигров.

Она отрицательно покачала головой.

— Ты, наверное, мало знаешь, госпожа, об этом народе. Их малыши до двадцати пяти лет остаются вот такими крохами, как он сейчас, а потом, чуть ли не за несколько недель, становятся совершенно взрослыми и после лишь матереют и мудреют. Они ведь не обычные существа. Их век очень долог. Они живут по нескольку сот лет, но так же уязвимы, как и любое другое живое существо. А такой малыш от самой ничтожной мелочи может погибнуть. Его родители такого не пережили бы и наша Королева осталась бы без защиты и помощи.

— Они принимают облик людей? — спросила ее, с ужасом представив картинку, когда, проснувшись как-нибудь утром, увижу в своей постели голого мужика, свернувшегося клубочком на моей подушке или в ногах.

— Да, госпожа, если сами этого пожелают.

И тут до моего тупого сознания дошло то, что она сказала.

— Сколько?!! — вскричала я — Сколько ему лет??!!!

Мена усмехнулась моему непониманию и покачала головой:

— Я так и знала, госпожа, что ты не поверишь. Но это правда. Ему двадцать четыре года десять месяцев и семнадцать дней. Только года считаются по-Ашерски.

— А что это значит? — спросила осторожно.

Покосилась на котейку, внимательно прислушивающемуся к разговору с высунутой из моего декольте головой. Да уж, воображение у меня богатое. Вытащила его оттуда за шкирку и посадила к себе на колени. Он обиженно мявкнул, но особо возражать не стал.

— Это один к десяти человеческим годам — ответила Мена.

И что все это значит, хотелось бы мне знать? Наверное только одно — что в любой глуши, куда бы я ни забралась, спасаясь от друзей и врагов, скучать мне не дадут. И этот случай не исключение из общих правил.

— Позволишь ли спросить, госпожа?

— Спрашивай, Мена.

— Ты дала ему имя, госпожа? — в ее вопросе чувствовалось беспокойство.

— Нет, он выбрал его сам — ляпнула не подумав.

— Могу ли я узнать его? — змейка опустила глазки вниз, как невинная девица в смущении и даже слегка покраснела.

Котейка отреагировал тут же — не меняя позы зашипел на гостью.

— Видишь, Мена, он не хочет, чтобы я тебе его сказала. Значит, так тому и быть — пожала плечами.

Мена покраснела еще больше.

— Я поняла, госпожа.

В наступившей тишине бой напольных часов показался громовым. Мена вздрогнула и поспешно встала.

— Госпожа, могу ли я тебя просить вынести меня в лес? Или хотя бы за околицу? Мне нужно на время вернуться в наш Мир.

Глянула на кота, представила себе старца двухсот сорока лет от роду, сравнила с котейкой и рассмеялась собственной фантазии.

— Без проблем, Мена, я как раз хотела прогуляться. Да и коту не мешало бы побегать на свежем воздухе. Если не рассыпется от старости — буркнула и усмехнулась себе под нос.

Пока одевала куртку и шнуровала кроссовки, Мена вернулась к своему обычному обличью и ждала меня, свернувшись клубком на полу. Подставила ладонь и она тут же заползла на нее. Осторожно, чтобы не придавить ненароком изящное тельце змейки, опустила ее в карман.

* * *

Вышла за околицу за общим огородом, углубилась подальше в лес. На вершине следующей горы опустила медянку на траву, подождала, пока она исчезнет из поля зрения.

Назад шла не торопясь. Котейка носился взад-вперед, ловя лапами и зубами то какую-то бабочку, сдуру залетевшую под сень густых крон, то каких-то жуков, а, поймав, плевался и смешно чихал.

Странный визит не выходил из головы. Вопросы порождали друг друга, выстраиваясь в затейливые хороводы, играли в чехарду в моей голове, мысли разбегались в разные стороны так и не находя ответа, память не давала подсказки из прошлого опыта ровным счетом ничего.

В душе я негодовала от возмущения. А ведь так здорово все начиналось, когда решила скрыться от глаз людских и просто любопытных в богом забытой дыре глухого захолустья. И вот на тебе бабка юрьев день…

Какого черта этот двадцатипятилетний котейка приперся в мою жизнь? Что ему, почти волшебному существу, надо от простого и очень даже незамысловатого человека, такого, как я? Почему он выбрал меня? Что стоит за всем этим? Или кто? Не мог же он просто так, ни с грушки-ни с петрушки сорваться с места и рвануть искать какую-то бывшую магичку, утратившую все свои способности, без веской на то причины. Это ж по людским меркам зрелый мужик с устоявшейся психикой, твердыми взглядами, целью в жизни и отработанным логическим мышлением. Что могло ему понадобиться от меня-то? Тем более, что сам он Ашер, воспитанный одними из мудрейших существ на свете — родителями Ашерами и Королевой змей. Какая же загадка кроется здесь? Покинуть королевский дворец наверняка было не так просто, но зачем?!

И эта Мена…Неужели она рискнула остаться и вступить в контакт только для того, чтобы мне рассказать о «маленьком» Ашере? Или ей нужно было узнать его имя, чтобы получить возможность управлять им? Только вот ей ли? Да и при королевском дворце, наверное, его имя известно приближенным к Ашерам и Королеве. Если ей не известно имя Ашеренка, может быть она решила узнать его у меня? Или просто выяснить, сказал он мне его или нет? Какую это играет роль? И в чем? Чей приказ она выполняла? Королевы? Родителей Ариса? Кого-то третьего? Ведь никакая змея, даже самая безобидная, не станет просто так доброхоткой для человека, которому ничем не обязана. А то, что Мена была далеко не простой змейкой, ясно и так — простые змейки не в состоянии трансформироваться, тем более в человека, да еще и с ярко выраженными характеристиками личности.

Зачем она сказала мне свое подлинное имя? А то, что оно было подлинным я видела по ее реакции каждый раз, когда обращалась к ней. Почему ни разу не назвала меня по имени, а только «госпожой», ведь я ей представилась? Какая я для нее «госпожа»? Что вообще мне хотели сказать те, кто ее послал, или даже она сама, этим появлением? Странное поведение медянки не просто настораживало, а голосило на все лады об опасности той игры, куда меня затягивал «маленький» Ашер.

В какую игру меня пытаются затащить неизвестные кукловоды? Кто они и что им нужно? Какие цели преследуют? И что все они вместе и по-отдельности обо мне знают?

А может быть появление Ариса все же было случайным? Ох, как бы хотелось надеяться, что он удрал из змеиного дворца по своим причинам, а ко мне заскочил только чтобы пересидеть эти несколько месяцев до того момента, пока его тело станет взрослым и он сможет пользоваться всеми его возможности и с ними получит свободу собственных решений. Еще два-три месяца и он спокойно уйдет сам в свою собственную жизнь. А я за это время буду его охранницей, кормилицей и крышедавцей?

Спряталась, называется. То кот, то змеи, то Марфа…

Кстати, о Марфе. И что же мне с нею делать? Она ведь теперь не отстанет с вопросами, а не отвечать не получится. Может быть уйти с хутора куда-нибудь в другое место, где никто ни о чем не станет спрашивать? Наверное такого места, где люди не любопытны, не существует. Может быть поискать какой-нибудь заброшенный охотничий домик и там поселиться? Тоже не выход. По крайней мере до следующей весны, когда время позволит обжиться за лето, наделать запасов и спокойно перезимовать вдали от всех.

Значит, надо что-то придумывать с Марфой и остальными. Из-за этих змей они на меня теперь волком смотреть будут. А тут еще и котяра ВДРУГ вымахает к Новому году размером с теленка. Представляю реакцию хуторян… И пойду я отсюда вон, ветром гонимая, морозом палимая… Хорошо если только ветром с морозом, а не палками и камнями. Тут народ простой, за колья ухватиться может и из-за менее серьезных поводов. И не объяснишь ведь ничего…

Настроение упало ниже плинтуса, дико разболелась голова. Котейка, наверное, почувствовал мое состояние, молча забегал вперед, задирал головку, старался заглянуть в глаза.

— Ну и натворил ты дел, Арис, своим появлением у меня… Эх… — погладила пушистый белый комочек, потрепала за ушки, постаралась его успокоить — Ничего. Если все на самом деле обстоит так, как сказала эта змейка, то тебе осталось до совершеннолетия совсем не много. А потом сам решишь что тебе делать и как. Поживем — увидим…

Побрела задумчиво, медленно перебирая ногами. Слегка мутило, в голове звенела пустота, где-то на задворках сознания роились вопросы, жужжа беспокойным роем. Моя бы воля, рухнула бы прямо на пожухлую осеннюю траву, да так бы там и заснула, может быть навсегда. Но поддаваться слабости было не в моих личных правилах и я шла дальше, автоматом переставляя чугунные ноги.

Так мы добрели до дома. Сил хватило только на то, чтобы закрыть дверь на щеколду, скинуть кроссовки и без сил, как была, одетой, повалиться на кровать. Тяжелый сон, как смерть, поглотил одурманенное напряжением сознание.

* * *

Кристально чистая вода глубокой полноводной реки переливается бликами яркого солнца. Там, в глубине, почти у самого дна, плавают огромные рыбины, едва шевеля плавниками. Берега прячутся в густых зарослях ярко-зеленых кустов. Темно-зеленые ветви деревьев красуются над ними роскошными кронами. В голубом высоком небе парит одинокая птица, зависнув в воздушных потоках распростертыми крыльями. Хлипкий камышовый плотик, связанный чуть ли не в одну камышину толщиной, дрейфует по середине реки. Покой и умиротворение природы не могут унять внутреннего волнения. Пропал Арис! Пропал бесследно и я чувствовала, что пропал не по своей воле. Что-то зловещее витало в воздухе, когда проснулась. Поиски окрестностей ничего не дали. Малыш как в воду канул.

И вот я стою на плоту и беспокойно вглядываюсь в буйные заросли по берегам, в глубину воды, в высокое голубое небо. Ничего. Только пение птиц, солнце и благолепие вокруг. С беспокойством оглядываюсь назад, до рези в глазах всматриваюсь вперед. Волнение возрастает, нервы, как тонкие струны, натягиваются до предела, готовые в любой миг лопнуть, разметав меня по всей реке. Малыш в беде! Его похитили! Его украли! Ему больно! Он в смертельной опасности! Сердце щемит от страха, замирает в предчувствии непоправимой беды.

Внезапно впереди показалась радуга. Какая-то необычная. Я зачем-то пыталась посчитать цвета, но тут же сбивалась, начинала с начала и снова сбивалась. За радугой не было видно ни реки, ни берегов, такой она была плотной, будто сотканный умелой рукодельницей ковер на стене. До радуги было рукой подать, как вдруг на меня обрушился оглушительный рев водопада.

Страх кольнул сердце. Заметалась по плотику в поисках чего-нибудь, что могло бы помочь вывести его из стремнины. Схватилась за крайнюю камышинку, но тут поняла, насколько это бредовая идея с помощию камышинки отгрести к берегу. Мысль прыгнуть в воду и выплыть на берег почему-то сразу отбросила. Река сужалась, течение усиливалось, неся плотик и меня на нем все быстрее к верной гибели.

Радуга осталась позади, оставив ощущение края силового поля. Впереди зеленая стена деревьев, растущих на крутом склоне горы, преградившей путь реке. В нескольких метрах река обрывалась и исчезала.

Мы с плотиком дружно полетели вертикально вниз между освобожденно ревущей водой, близкой зеленой стеной в водяном тумане и свистом в моих ушах. Где-то внизу всхрапывала от боли вода, ударяясь о камни. Я успела тысячу раз попрощаться с жизнью и умереть, и каждый раз страх становился все слабее, пока совсем не исчез. Чему быть, того не миновать. Чем ниже я летела, тем сумрачнее становилось вокруг, тем дальше от меня удалялся свет, солнце, жизнь.

Внезапно лесистая гора закончилась, уступая место огромному туннелю подземной реки. Плотик сам собою развернулся в полете, поддал мне по заду, пролетел по наклонной и мягко шлепнулся в воду. Река несла долго по освещенному каким-то мертвенным светом туннелю. И, когда я уже смогла соображать и отчетливо видеть, заметила, что каменные стены подземного туннеля украшены странными барельефами. Хорошо рассмотреть изображения я не успевала, не позволяла скорость течения. Но то, что там были изображены люди, здания, площади, цирки открытых теартов, наподобие древнегреческих фресок, рассмотреть успела.

Наконец, плотик принесло в какую-то заводь и плеском волн прибило к каменному берегу подземной пещеры. Едва ступила на твердую поверхность, как на стенах вспыхнули факелы. Осмотревшись, увидела арочный вход, и, не имея выбора, двинулась по нему. Факелы вспыхивали передо мной и гасли за мной на расстоянии нескольких метров. Кромешная тьма за светом огня не пугала, а вызывала любопытство. Меня вели, как козу на веревке, и не подчиниться возможности не было. Я и чувствовала себя, как коза на веревке. Даже шею давило слегка.

За очередным поворотом открылась высокая пещера, ярко освещенная развешанными по периметру и в центре магическими осветительными шарами. И тут я поняла, что уже давно меня преследует странно родной запах. Запах Магии, запах Силы, запах Знания. Я хорошо его знала и ни с чем спутать не могла. Здесь пахло именно этим СОЧЕТАНИЕМ ТРЕХ. Как в Академии. Особенно в ее библиотеке.

Оглянулась вокруг себя. Так и есть! Миллионы книг стояли в нишах каменных стен. Миллионы крупиц Великого Знания не только человечества хранились в этой, укрытой от людских глаз, подземной пещере. Миллионы…

Острая жадность захватила душу, захватила и понесла к ним. Трясущаяся жадностью рука потянулась, желая схватить, раскрыть, хотя бы дотронуться…

— Я ждал тебя, Дарина, — скрипучий голос давно молчавшего человека облил холодом отрезвления и в последний миг остановил мою руку — Подойди ко мне.

Повернула голову на голос и тут только увидела у противоположной стены огромный стол, заваленный книгами, ретортами и прочими алхимическими атрибутами, и человека, склоненного над ним, в смешном колпаке и длинном бесформенном балахоне. Длинные волосы и борода спадали поверх балахона шелковыми волнами почти до самого пояса. Угольки глаз отражали свет факелов.

Гулкий звук моих шагов уносился ввысь, на миг тонул во мраке и обрушивался стоном водопада вниз. Я передернулась от мерзкого ощущения, но без страха пошла вперед.

Передо мной был Лич. Настоящий Лич — наивысший маг, лишивший себя жизни ради бессмертия, возжелавший бессмертие ради Знания. О таких только читала и слышала россказни профессоров в свободные минуты отдыха между практиками, когда отрабатывали заклинания по некромантии, да и то считала все это сказкой. Оказывается Личи совсем не сказка, а нежить во плоти…

— Я вижу, что тебе понравилось здесь — проскрежетал он, обводя взглядом черных, как бездонные провалы, глаз стены пещеры.

Жажда знаний вперемешку с жадностью снова вспыхнули во мне. Ведь я всегда была жадной к Знанию. Но подавила, хоть и с большим трудом, это чувство.

— Мне понравились здесь только книги — ответила, как мне показалось, спокойно.

— Ты можешь остаться, если захочешь, среди них навсегда — то ли закашлялся, то ли захихикал он — Стоит только пройти обряд и ты будешь одна из нас. Подумай, Дарина. Такое предложение получает далеко не каждый Высший Маг, а тебе вот выпала такая честь. Кхы-кхы…

Нет! — взвыло все внутри — Такого не будет никогда и ни за что! — но я сдержала порыв эмоции.

— И много вас? — натужно улыбнулась ему, отметив про себя, что он сравнил меня с Высшим Магом, а до этого кровня мне еще очень далеко.

— Много, детка, много. Целый Мир. И для каждого полно работы. Мы тут не бездельничаем, знаешь ли. Каждый использует каждую секунду своего бессмертия не напрасно.

Он что-то переставлял на столе, что-то куда-то доливал, что-то взбалтывал, передвигаясь вдоль стола. Короче, создавал полное впечатление очень занятого делом Лича. И у него это замечательно получалось, должна сказать.

— Зачем Вы хотели меня видеть? — поинтересовалась, попутно разглядывая предметы на столе — Не просто же так, по чистой случайности, я попала сюда во сне?

— Кхы-кхы-кхы — захихикал Лич — а говорят, что сгоревшие маги не восстанавливаются. Кхы-кхы-кхы… Врут безбожно, неучи, кха-кхы-кхо… Сообразила все-таки, что физическое тело спит где-то далеко, кхы-кхы-кхо… А по-настоящему сгоревшие маги соображать уже не в состоянии, кхо-кхо-кхы…

Кровь бросилась мне в лицо, начисто отхлынув от ног. Колени подогнулись. Благо успела вцепиться пальцами в стол, а то бы рухнула, как подкошенная. Что он сказал???!!!! Что он….???!!! Перед глазами поплыло от нахлынувшей эмоции. Этого просто не может быть!!! Этого не может быть!

Но гадкий старикашка продолжал:

— Да ты не волнуйся так, детка. Ты же не простая магичка была, а с силой Богини. А с вами, Богами и их И.О., не все так просто. Да и Алтарь тебя изменил качественно — без подготовки перекинул на несколько уровней выше. Вот ты и чувствуешь себя, будто потеряла все силы и способности. А на самом деле ты потерялась в новой себе и не знаешь как с этим управиться. Старое уже использовать не можешь, а новое пока не по зубам.

— Что?! Что Вы сказали?! — услышала свой голос, как издалека, потрясение было настолько мощным, что я забыла о контроле самой себя — Что Вы хотите этим сказать?!

Лич остановился, глянул мне в глаза своими безднами. Отшатнулась, уводя взгляд. Вовремя вспомнила, что смотреть Личу в глаза нельзя.

— Это правда, Дарина. Личи врать не могут. Ритуал, который мы проходим перед тем, как стать бессмертными, позволяет нам не договаривать, но не позволяет врать.

— И что? Что мне теперь делать? — разволновалась снова.

— Я помогу тебе, если ты поможешь мне — тихо проскрипел бессмертный Маг.

— Чем?

Меня затрясло помимо моей воли от нетерпения. В этот миг я готова была на все, лишь бы вернуть то, что потеряла.

— Кхы-кхы… Ты найдешь способ вернуть Ариса его племени подземных Ашеров. Они живут рядом с нами. Их Вождь крайне заинтересован этим. И сейчас ты мне поклянешься в этом. У меня все готово для Клятвы. А я сделаю так, что ты восстановишь свои силы и даже получишь больше, как только вернешься в свое тело. И во многом другом я тебе тоже помогу за такую мелкую услугу.

Кровь застыла в моих жилах от услышанного. «за такую мелкую услугу, как предательство доверившего тебе свою жизнь» — закончила про себя. Такого мне еще никто не предлагал. Да и не посмел бы никто. Ярость одним махом рванула наружу, но в последнее мгновение успела схватить ее за хвост. Голос зазвенел эхом на всю пещеру. Не писк, а спокойный холодный голос, едва сдерживаемой ярости.

— Уважаемый Лич! — специально назвала его так и он отшатнулся, как если бы получил пощечину — В жизни под солнцем есть кое-что важнее личной выгоды, магии, силы, власти и денег. Это Совесть, Достоинство, Честь. Многие из живущих и бессмертных забыли об этом. Но я помню. Так воспитана и это всосала с молоком матери. — я смотрела ему прямо в бездонные глаза и не боялась последствий. Мною правила моя воля и никакой трижды бессмертный не смог бы в этот момент ее сломить — Ваше предложение неприемлемо ни в каком виде и ни за какие посулы. Напрасно Вы потратили столько времени и сил, перенося меня сюда…

Договорить не успела. Резкая боль резанула по нервам. Сознание закрутилось, проваливаясь в круговорот тьмы. На границе слышимости до меня донеслось или мне показалось довольное покхыхивание Лича и его слова: «Я проверил тебя, детка. Ты достойна его…».

* * *

Очнулась от сна от боли в ладонях, тяжело затрясла руками, будто к ним привешены гири, только потом открыла глаза. На обоих ладонях, между большим и указательным пальцем, вцепившись зубами, висели два существа — котейка и медянка — и никак не хотели отпускать. И тут я взвыла дурным голосом. Кот приоткрыл один глаз, увидел, что я уже проснулась и ору с открытыми глазами, разжал острые, как иглы, зубки, перепрыгнул через меня, легонько куснул змейку и громко мяукнул. Змейка разжала челюсти, толкнулась головой вперед, выдирая острые, загнутые внутрь зубы, соскользнула на пол и тут же поднялась Меной. Мой ор оборвался на самом интересном месте. Зашипела от боли не хуже кота и змеи, тряся руками и щедро брызгая вокруг себя драгоценной красной жидкостью.

— Вы что, с ума посходили? Что ты здесь делаешь, Мена? Я же вынесла тебя подальше в лес! — возмущенно возопила, переводя злючий взгляд с одного на другую и обратно.

— Извини, госпожа — поклонилась она — но мне пришлось вернуться, когда я почувствовала силу Лича, направленную на тебя. Из их клещей вырваться невозможно, если телу не причинить сильную боль. Я и поспешила назад.

— Как ты вошла?

— Ты, госпожа, на счастье, забыла закрыть заслонку, когда впускала меня. Я этим воспользовалась.

— Спасибо — поблагодарила, начиная соображать, что оба своими острыми зубами спасли меня.

Кровь из прокушенных рук стекала обильными струйками и безвозвратно портила расшитое покрывало. Мена метнулась к печке, открыла горнило, поскребла там ногтями, обильно присыпала раны сажей для остановки кровотечения, завязала полосками разорванного кухонного полотенца. Котейка сидел рядом и внимательно наблюдал за действиями змеи, с сочувствием посматривая на меня.

В голове опять поплыло и опять затошнило. Мена принесла воды и я с жадностью напилась, осаживая последствия магического воздействия нежити. Как раз этого мне и не хватало. Когда в голове прояснилось, жалобно спросила:

— Мена, скажи честно, кто тебя ко мне послал?

Она чуть смутилась, глянула на кота. Тот сделал вид, что его это не касается, то есть демонстративно отвернул наглую морду.

— Его родители, госпожа. Они просили помочь тебе и ему, если возникнет такая необходимость. Сами они не могут оставить Королеву. Ей нужна помощь и защита. Особенно теперь.

— Почему?

— Я не знаю, госпожа. Меня в такие тайны не посвящают.

— О чем еще они тебя попросили?

— Не мешать Арису дозреть и принимать решения. Они считают, что у него есть свои причины, чтобы быть рядом с тобой, госпожа. Я должна только помогать и оберегать вас обоих, как верный страж и вовремя предупреждать об опасности, пока он не войдет в возраст. Осталось немного, госпожа. Я должна быть рядом. Позволь мне остаться…

От такого поворота событий потеряла дар речи. Ого, заявочка с пылу — с жару….

Уезжая в этот далекий от цивилизации хутор, надеялась пожить одна, спрятать голову в песок и не высовывать ее оттуда как минимум несколько лет. А тут на тебе, оказалась затянутой в какую-то новую интригу, да еще и лишаюсь возможности не только отдохнуть вдали любых событий, но и дорогого сердцу одиночества, вкупе с дальнейшим оплакиванием самой себя. А тут то эти двое, то Лич…Безобразие полное!.. А может быть это и к лучшему. Чем черт ни шутит, пока Бог спит. В любом случае по закону подлости занесет меня нелегкая во что-нибудь похлеще. Так уж лучше пусть будет уже известная беда.

И тут же решила.

— Хорошо, Мена. Но тебе придется не показываться никому на глаза, пока мы не придумаем как тебе «приехать» ко мне в гости, как моей подруге или родственнице. А потом придется все время оставаться в обличии человека. Ты готова к этому?

Девушка радостно улыбнулась.

— Да, госпожа.

— Не «госпожа», а Дарина — улыбнулась в ответ — Привыкай. В нашем современном обществе родственники или подруги так друг друга не называют.

— Да, Дарина.

И мы обе расхохотались.

Кот, подобрав лапы под себя, сидел на кровати, громко урчал и с прищуром довольно наблюдал на нами…

* * *

— Что едят медянки? — глянула на Мену, накрывая стол для завтрака.

Та с улыбкой пожала плечами.

— В этом теле все то же, что и магини. Я не привередливая, госпожа.

— Мееенааа! — укоризненно протянула — Опять ты за свое…

— Не буду больше — виновато глянула на меня медноволоска, расставляя чашки на столе.

Мы позавтракали, убрали за собой посуду, как в дверь громко постучали. Я пошла открывать, а Мена тут же обратилась змейкой и спряталась под диван.

На пороге стояла бабка Марфа с небольшой корзинкой наперевес.

— Доброе утро, Дарина.

— Доброе, баба Марфа.

— Я вот подумала, а не позавтракать ли нам с тобою вместе? Ты ведь не ела-то поди еще? — она пытливо смотрела мне в глаза — Вот со своим завтраком пришла.

— Только что ела, баба Марфа. Но Вы проходите. Чайник еще не остыл. Я с Вами чайку попью, а Вы позавтракаете. И получится, как Вы и хотели — улыбнулась ей.

Старостиха прошла в кухню, выложила из корзины все на рабочий стол. Я пригласила ее присесть и быстро накрыла обеденный стол для одной персоны, себе налила только чай. Марфа с аппетитом поела, нахваливая урожай овощей в этом году и высказывая надежды на грибной сезон.

Наконец, прелюдия была закончена и Марфа, немного помолчав, сказала:

— Дарина, скажи ме, кто ты и откуда у тебя такие знания?

— Вы о чем, баба Марфа? — с удивлением глянула на нее, прикидываясь дурочкой.

— Не дури, дивчина — нахмурилась Марфа — я серьезно тебя спрашиваю, а ты серьезно и отвечай.

Ну и что с ней делать? Бабка она серьезная, если уж задала вопрос, то ждет не отговорки, а правды. А какую правду ей рассказать? Правд-то много…

— Баба Марфа, я не понимаю вопроса. Честно. Что Вы хотите, чтобы я Вам сказала? Что я просто человек? Или, что я люблю много читать на разные темы?

Марфа задумчиво покачала головой.

— Нет, Дарина. Меня интересует другое. Я про Ольгу. Это ведь ты ее спасла. Если бы не ты, она бы у меня на руках так и скончалась. А ты сразу разобралась, что мое заклинание не сработает и подсказала как вывести яд из тела. Откуда ты знала как надо?

Хмм… Недосказанная правда тоже правда, подумала и сказала:

— Там где я училась, это входило в курс первой помощи при укусах ядовитых животных в полевых условиях, когда под рукой нет ничего, чтобы деактивировать действие яда и спасти себе или другому жизнь.

— Но это же магия! — воскликнула бабка.

— Да никакая это не магия. Обычная энергетическая работа, направляемая мыслью и волей.

— Объясни.

— Да нет ничего проще, баба Марфа. Мысль — это своего рода электро-магнитное колебание, которое взаимодействует с окружающей средой. Концентрированная мысль, то есть сосредоточенная мысль представляет собой определенный пучок такого колебания. Организм человека — это сумма разных электро-магнитных потенциалов. Яд, в том случае с Ольгой, был в виде чужеродного потенциала, который вторгся в организм. Вы послали пучок своих мыслей на помощь организму и он, отозвавшись на эту помощь, вытолкнул агрессора обратной дорогой назад, а заодно и ту часть крови и лимфы, которую успел изменить яд и они стали такими же чужеродными, как и сам яд. Видите, баба Марфа, никакой магии, обычная наука.

Бабка жадно слушала, глаза светились, тело подалось вперед.

— И все можно так вылечить? — нетерпеливо спросила она.

Я засмеялась.

— Конечно же, нет. Если бы все было так просто, то болезней бы не было.

— А ты много таких штучек знаешь? — заговорчески понизила голос Марфа.

— Немножко знаю. — кивнула я — Только вот показать не могу ничего. Пока у меня все только в теории. А теория без практики мертва.

— Почему не можешь? Ты же мне на практике показала.

Я посмотрела в окно. Солнышко пригревает, легкий ветерок колышет листву. Ольга с Мариной судачат у колодца…

— Силы у меня магической нету, баба Марфа. Если бы я сама это сделала, а Вы наблюдали, тогда показала бы. А я только Вам говорила что и как делать, вы делали, а сама ничего не смогла. Поэтому это всего лишь теория с моей стороны.

Марфа задумчиво жевала губы, поглаживала пальцем хрупкую фарфоровую чашечку, смотрела в никуда. Наконец, встрепенулась, решительно вздохнув, и сказала:

— Возьми меня в ученицы, Дарина. Такие знания на дороге не валяются, а в нашей глуши всегда пригодятся.

Я опешила.

— Баба Марфа, так я же учить не умею! И чему? Как яд змеиный вытягивать Вы теперь знаете, а чему еще я Вас научить могу? Любое знание ведь только тогда нужным оказывается, когда ситуация соответствующая складывается. А что может быть тут полезным я даже не знаю.

— А ты учи всему, что сама знаешь, а жизнь покажет, что пригодится.

Марфа напряженно ждала моего решения.

— Ой, баба Марфа, ну Вы и сказанули…

Я представила себя в роли учителя и мне стало нехорошо. Делать из Марфы магиню-воина в ее возрасте… Это ж надо такое придумать… Неее, я на такие подвиги не способна.

— А что такого-то? — возмутилась она — Старая для таких дел, что ли?

Ну и как ей сказать, что старая? Обижать не хочется. Да и не поймет она, расстроится. Но соврать я не могла, поэтому все же сказала:

— Баба Марфа, этому учат с пупенка, с пятилетнего возраста. Чтобы в суть человека вошло, пока расти будет, формироваться, как личность. Это даже не обучение. Это жизнь такая у человека получается. Он и другой-то не знает. А когда вырастет, тогда и учиться идет, образование к уже развитым умениям добавляет.

— Тебя так учили?

Я кивнула, глядя в окно.

Бабка расстроилась:

— Поздно, говоришь, мне науку эту постигать… А может попроще чего смогу? — не сдавалась она.

Я подумала и предложила:

— Баба Марфа, а давайте я Вас костоправить научу? Это не так уж и сложно, только свое и чужое тело надо научиться слушать. Это Вам может пригодиться. Если у кого какая травма случится, Вы помочь сможете. Да и заработок не плохой. Все легче жить будет и хутору и Вам.

— А ты и костоправить умеешь? — то ли недовольно, то ли удивленно пробурчала она.

— Умею немного — улыбнулась в ответ.

— Был тут у нас один костоправ в соседнем хуторе — махнула она рукой в сторону Дубравки — да помер лет пятнадцать назад. Уж у него-то в очереди народ по несколько суток стоял. Даже у нас на хуторе квартировались. Ехали к нему со всего мира. И всем помогал… — Марфа помолчала немного, потом спросила — А сама-то чего не займешься? Известной бы стала, как сыр в масле каталась, глядишь и мужа бы себе хорошего нашла…

Я расхохоталась ее логике. Ох уж эти бабы! Им бы только про мужей для молодых девок думать!

— А потому не занимаюсь, баба Марфа, что ни славы не хочу, ни мужа. Рано мне про такие глупости думать. А Вы, если хотите, воспользуйтесь оказией, и слава будет, и деньги, и провизия, и может быть даже муж…

Теперь мы смеялись обе.

Отсмеявшись Марфа спросила:

— И когда учить меня начнешь?

— Баба Марфа, давайте я вам на практике показывать буду, когда случай выпадет, а то иначе я не умею? А пока книжки по анатомии человека полистайте, чтобы представляли себе как скелет устроен, как мышцы и сухожилия лежать должны, как вены и нервы плетутся в теле, в общем где и что у человека находится и быть должно, хорошо? Тогда нам с Вами сразу все простым покажется и много времени тратить на объяснения не понадобится.

— Хорошо, Даринка, хорошо — Марфа поднялась со смешком — Пойду я. В библиотеку. Учиться никогда не поздно, как говорится. Засяду за книжки, молодость вспомню.

У порога она оглянулась:

— Спасибо за ласку, детка. Только напрасно ты Марфу в старухи записала. Я бы смогла твоей магии научиться. Ну да ладно. Костоправить уметь тоже хорошо. Только не обессудь, когда звать буду, если что-то колдовское появится, а я справиться не смогу. Все равно учить тебе меня придется…

Она подхватила клюку, оставленную за дверью, и молодецки зашагала к своему дому, забыв по-старчески на нее опираться.

* * *

Следующие несколько недель промелькнули незаметно. С утра ходили за грибами всей толпой хуторских женщин. После обеда мариновали, солили, развешивали сушиться грибы. Ночные дожди охлаждали утренний воздух, но грибной сезон удался на славу. Мужчины возили распиленные еще в лесу дрова и сваливали их перед дворами. Все были заняты по горло.

Потом убирали урожай капусты, свеклы, морковки, позднего чеснока, последних помидоров, тыквы. И снова засолки, маринады, мочения.

Мена как бы приехала ко мне в гости. Хуторянам представила ее подругой. Даже сделала вид, будто встречать ее на автостанцию ходила. Теперь она жила у меня совершенно официально, как говорится. Марфа сначала относилась к ней настороженно, а потом более, чем радушно.

Но Мена почему-то с каждым днем начала выглядеть все хуже. Сначала исчез румянец, свойственный ее коже, потом она побледнела, потом начала худеть не по дням, а по часам. Я внимательно наблюдала за ней, но молчала до тех пор, пока однажды после обеда, когда вернулась в дом из леса, увидела, что она так и не встала с дивана, где обычно спала. Присела с ней рядом, прослушала пульс, присвистнула. Дело было плохо.

— Мена, что с тобой происходит? Почему ты молчишь столько дней, что плохо себя чувствуешь? Ты заболела?

Мена приоткрыла глаза.

— Змеи не болеют, госпожа — попробовала она пошутить, но на шутку это не было похоже — Змеи или живут, или умирают.

— Зоология говорит иначе, дорогая. Змеи тоже болеют, как и люди. Но ты мне зубы не заговаривай. Рассказывай, что происходит?

Она тихо вздохнула. Маленькая слезка скатилась по виску.

— Мне стыдно, госпожа, я обещала жить с тобой рядом, как твоя подруга, но поддержание такого большого тела в нужной форме в чужом для меня Мире забирает слишком много сил. И они у меня на исходе.

— Что же ты, балда, молчала-то?! — возмутилась ее дуростью — Что же ты ничего не сказала, а? А я думаю-гадаю что с тобой и придумать никак не могу! Давай так, ты сейчас же вернешься в свое нормальное тело, а когда восстановишься, тогда мы с тобой поговорим что и как лучше сделать. А я за это время что-нибудь придумаю.

— Но… как же, госпожа… Ведь все знают, что я у тебя в гостях… — слабо возразила Мена.

— К черту! — взорвалась эмоцией — Уехала ты, пока я в лесу была. И записку оставила. Поняла? Рисковать твоей жизнью я не собираюсь из-за чужих языков. Давай, не спорь со мной, оборачивайся милой змейкой и отправляйся, если захочешь, в лес, подкрепить свои силы или оставайся здесь. Делай как тебе лучше, чтобы побыстрее прийти в себя.

— Я не уйду, госпожа. Мне только поесть нормально и я опять восстановлюсь.

— Что тебе съесть надо?

— В подвале мыши есть… — тихо проговорила она, прикрыв глаза.

— Ну и прекрасно — обрадовалась я — подвал я тебе открою. Отправляйся!

Не успела договорить, как на белой простыне вместо девушки появилась медянка. Она соскользнула на пол и быстрым зигзагом поползла к ляде подвала. Я пошла за ней, приоткрыла крышку, подложила под нее тапок. Змейка скользнула в темноту.

* * *

Змеи больше не появлялись. Медянка Мена поправилась через несколько дней от своего истощения, но я не позволяла ей принимать человеческий облик, чтобы не тратить понапрасну силы, которые могли понадобиться в любой момент, особенно, когда этого не ожидаешь. Лич больше не снился. Марфа издалека здоровалась, но особо не навязывалась.

Сваленные перед калиткой дрова постепенно переколола сама и сложила рядками под навес. Теперь будет чем топить зимой.

Котейка все так же резвился, как обыкновенный кот, всюду бегал за мной или вскарабкивался на плечо. Медянка пряталась в пожухлой траве, не выпускала нас из виду, но если кто-то из хуторян оказывался рядом, близко не подползала, чтобы ненароком не попасться на глаза. Только тогда, когда мы с котом ходили в райпо в соседнее село, оставалась в лесу, поджидая нас с покупками.

В селе ко мне привыкли, даже прозвище дали «девка с котом». Я улыбалась, когда слышала очередные сплетни за спиной и понимала, что принята в местное общество.

Как-то в магазине ко мне подбежала девушка лет пятнадцати, вся, как новогодняя елка, увешанная бижутерией. Весело крутясь то в одну, то в другую сторону, спросила:

— Вы, говорят, городская — я кивнула, любуясь ее задором — А как там, в городе, наверное, ни у кого нет столько украшений, сколько есть у меня?

— Не знаю, — ответила с улыбкой — может и нету ни у кого столько, а может по столько не носят просто.

— А мне соседки-подружки дали поносить! — радостно сообщила она — я все сразу и одела, чтобы все видели сколько у меня этой красоты! Вам нравится?

Присмотрелась к бижутерии и вдруг внимание привлек браслет в виде змейки, обвивающий предплечье девушки. Змейка выглядела довольно неплохо для дешевой штамповки и была прикрыта десятком колец, поэтому сразу не бросилась в глаза. И тут у меня мелькнула мысль, обдумать и обсудить которую нужно было как можно быстрее с Меной, по обыкновению ждущей меня с котом на краю леса. Как смогла, по-быстрому, расхвалила украшения девушки, расплатилось в кассе и почти бегом кинулась назад.

На встречу, по хуторской дороге, шли мальчишки и громко что-то обсуждали. На плече одного из них лежала длинная палка, один конец которой мальчишка держал рукой, а второй выступал далеко назад. Там болталась, как кусок безжизненной бечевки, подвешенная за шею… Мена! Я остановилась, как вкопанная.

Как она могла попасться?! Как они смогли ее поймать?! Она же не просто змея! Она же могла почувствовать опасность и спрятаться, уползти, что угодно!

Эмоции захлестнули, как лавина.

— Хороший улов? — ядовито спросила, не сдержавшись и перекрыв им дорогу — Не жалко? Она же не ядовитая. Это самая обычная медянка.

— А тебе-то чего? — огрызнулся подросток с палкой — Тебя это не касается. Мы ее поймали, нам и суп варить.

Он попытался меня обойти, но я успела взять себя в руки и снова заступила ему дорогу.

— Предлагаю выкуп за животину лесную.

Мальчишка презрительно сплюнул, переглянулся с кивающими приятелями и нагло спросил:

— Сколько даешь?

— Стольник — спокойно сказала.

Деньги большие. Наверняка любой из его родителей получает меньше за месяц работы. Обычно столько никогда с собой не носила, но недавно приглянулась теплая куртка в местном магазине и сегодня как раз собиралась ее купить, но девочка сбила все мои планы и куртка так и осталась висеть на вешалке в магазине.

Пацан переглянулся с приятелями.

— Давай — тут же согласился он.

Пацанва ошарашенно смотрела то на меня, то на приятеля, пока я отдавала ему деньги трясущимися руками. Он деловито пересчитал сам, сунул в засаленный карман купюры, скинул палку со змеей мне под ноги, кивнул остальным и вразвалочку пошел дальше.

— Ненормальная какая-то — тихо сказал один из них.

— Может всех змей, которых ловим будем ей по сотке загонять?

— Тихо вы, — шикнул на них продавец — хоть отойдем подальше, чтобы не передумала. Делайте вид, что ничего не случилось…

Но мне было уже не до них. Поспешно освобождала змейку из петли и надеялась, что она еще жива. Кот выскочил из-под куртки, бегал вокруг и призывно мяукал. Петля затянулась довольно сильно. Пришлось использовать кинжал, всегда притянутый поножами к ноге, чтобы отрезать веревку, но так, чтобы мальчишки, постоянно оглядывающиеся и обсуждающие удачную сделку, не заметили.

Подхватила освобожденное змеиное тельце в руку и поспешила скрыться в лесу.

* * *

Что только ни делала, но змейка до глубокого вечера не приходила в себя. Так и лежала не подавая признаков жизни. Пришлось идти за Марфой. Без ее помощи обойтись не могла.

Окошко кухни в ее доме было ярко освещено. Значит, у нее гости. Но ждать, пока она останется одна, не могла. Мена могла умереть. Решительно постучала в двери.

Открыла Марфа, улыбающаяся, с румянцем во всю щеку. Глянула на меня и, тут же, шагнула за порог, плотно прикрыв за собой двери.

— Погоди, глаза к темноте привыкнут…

Я ждала.

— Что случилось, Дарина?

— Мне нужна помощь… Сама не справлюсь… — стушевалась немного и добавила — Не мне… Змейке… Она умирает, а этого допустить нельзя.

Марфа отшатнулась, но тут же взяла себя в руки.

— Подожди… — и ушла в дом.

Через минуту вышла, закутанная в теплый платок поверх душегрейки из овчины.

— Пошли — и первой быстро зашагала к моему дому.

* * *

Медянка безвольно лежала на столе. Кот тут же присоединился к ней, быстро обнюхал и протяжно мяукнул.

Жива! От сердца отлегло.

Марфа сбросила платок и душегрейку, подошла к столу.

— Что я должна делать? — спросила деловито.

— Оживить ее — ответила.

Марфа строго глянула.

— Дарина, если ты думаешь, что шутки уместны, то мне не до них. Ты звала на помощь, я пришла. Не время для шуток.

Я устало рухнула на стул, кивнула на противоположный Марфе.

— Я не шучу, баба Марфа. Ее надо оживить. — подняла на нее глаза — Это значит, что нужно ей дать достаточный импульс энергии, чтобы сердце из коматозного состояния переключилось в рабочее. — вздохнула тяжко и добавила — Вы же хотели учиться…

Марфа смотрела на меня пристально. Игра эмоций и внутренняя борьба отражалась в ее глазах, мимике, положении тела. Назвать их положительными было бы глупо. У любого человека отношение к змеям не самое лучшее. Одни их боятся, другие брезгуют притронуться к на вид скользкой шкуре. Для Марфы, видимо, змеи ассоциировались с болезнью или смертью. Ведь не так давно она сама спасала укушенную Ольгу.

Я ждала. Жажда знаний все же победила.

— Что надо делать?

Гора с плеч. Но в то же время вторая гора взгромоздилась туда же. Но выбора особого не было. Пришлось принять этот факт таким, как он оказался.

— Баба Марфа, есть одна вещь, которая может помешать нашему общению во время работы.

— Какая? — Марфа искренне удивилась.

— Баба Марфа, я никогда не имела дела с особами по возрасту старше себя. Профессора и родня не в счет. Все они учили и направляли меня. Если я начну во время такой работы или тренинга вспоминать как к Вам обращаться и «выкать» или произносить долгое «б-а-б-а-М-а-р-ф-а», то время действия будет упущено, а в этом деле каждое мгновение может быть решающим. Поэтому…

— Ладно, во время работы и тренировки давай на ты и без миндальничанья — закончила за меня Марфа. — Возраст мой давай оставим в покое. Не такая я старая, как кажется со стороны.

Я кивнула, радуясь, что она поняла меня с полуслова.

— Значит, так. Давай начнем с настройки. Это змея, медянка. Самая обыкновенная и безобидная. Посмотри на нее внимательно. Послушай себя и скажи, что ты к ней чувствуешь? Какие эмоции, чувства, ощущения?

— Мерзость, отвращение, омерзение, брезгливость — тут же ответила она.

— Хорошо. Теперь представь, что ты родилась не человеком, а вот в таком теле. И ничего с этим поделать не можешь, хотя все понимаешь. И вот теперь находишься вот здесь на столе, почти умершая и твоя жизнь зависит только от той, что сидит за этим столом и думает с омерзением о тебе. Представь, прочувствуй, потом ответь на тот же самый вопрос.

Теперь Марфа задумалась. Я не торопила.

— Обида, надежда, желание жить любой ценой — тихо ответила она.

— Хорошо…. - подождала, пока она выйдет из состояния присоединения и продолжила — Теперь, подумай, что и ты, как человек, и она, как змейка, часть природы и окружающего нас реального Мира. И каждая имеет право на существование, жизнь и все с этим связанное.

Марфа кивнула.

— Реальный Мир — продолжила лекцию — это сочетание разных конфигураций энергий, которые взаимодействуют друг с другом. Ты — это одна конфигурация, змейка — другая, я — третья, стол, на котором лежит змейка или стул, на котором ты сидишь, кот, улегшийся рядом с умирающей змейкой, лес вокруг хутора, природа, погода, все, что существует, все это разные сочетания энергий, образующие материю, то есть нас…. - дала ей время осознать сказанное, дождалась кивка и продолжила — Все мы взаимодействуем своими энергетическими «каркасами» между собой. Но это происходит хаотично, если мы не знаем об этом или не умеем этим пользоваться. Помнишь, я говорила о том, что мысль материальна и как она действует, когда сосредоточена на чем-то конкретном? — Марфа кивнула — В данном случае змейке требуется энергетический толчок, чтобы ее тело снова начало жить. Это как электро шок, который используют в медицине во время реанимации умирающего человека. — Марфа снова понимающе кивнула — Но, если ты дашь ей энерго толчок сильнее, чем сможет вынести ее тело, ты убьешь ее, как если бы толкнула со всей силы ребенка и он, не выдержав такого толчка, умер на месте.

— Значит ее дозировка должна быть меньше. Как для младенца. Так? — спросила Марфа.

— Да. Но есть одно «но». Ты — человек, а она — пресмыкающееся. В этом разница.

— Значит, ей нужен разряд еще меньший, чем для ребенка? — радостно сообщила Марфа свою мысль.

Я покачала головой.

— Нет. Значит, что для нее должен быть другой разряд. Другого качества.

— Что это значит?

— Погоди. Не лезь попэрэд батьки в пэкло — попробовала пошутить, чтобы снять напряжение.

— Как скажешь — согласилась Марфа не приняв моей шутки.

— Энергий для этого дела бывает три вида: природная — это внешняя, которая окружает нас, внутренняя, которую вырабатывает тело, и та, что еще не преобразовалась в используемую телом, но, которая уже прошла внешние слои излучения человека, то есть его ауры. Тебе нужно обратиться к природной энергии. Вот смотри. Вот в этом месте — указала пальцем на точку на ее согнутом локте, упирающемся в стол, — находится вторая граница между твоим организмом и внешним Миром. Первая на запястье. Но о ней не сейчас. Нас сейчас интересует вторая граница. Ты представляешь, что вот в это место — еще раз ткнула в точку на локте, но уже немного болезненно, чтобы лучше запомнилось — из леса, из природы леса, из энергии леса поступает выработанная им энергия, которая ни с какой другой спутать нельзя. Она ни на что не похожа по своему сочетанию, кроме самой себя. Ты же помнишь запах осеннего леса, его звуки, твои ощущения, когда ты заходишь в лес, солнечный свет, пробивающийся сквозь густую листву, россыпи грибов, ягод, ковры желудей под деревьями, шишки, полные орешков, траву, низкий папоротник, горые склоны земли, куда не достают солнечные лучи сквозь кроны деревьев. Вот это и надо представить, как энергию леса. Это еще можно назвать Силой леса, его Жизнью. Змейка — жительница леса и ей эта энергия наиболее близка. Отсюда, от этой точки на локте, и вот сюда — перевернула ее ладонь и ткнула ногтем в ее центр — ты ее пропускаешь с помощью своей сосредоточенной мысли и эмоциональным приказом, не подлежащим обсуждению, то есть твоя воля направляет энергию, из точку на локте, кула она поступает в точку на ладони. Твое предплечье — это пустая трубка, сквозь которую протекает энергия леса к телу змейки. Центр ладони представляешь открытым концом этой трубки, — снова ткнула в локоть и в ладонь — Сюда входит, отсюда выходит. Поняла?

— Да — ответила Марфа и ее руки медленно поползли к змейке.

— Стоп! — замерли — ты уже знаешь что и как делать, что тянешь руки к малышке?

Марфа непонимающе на меня уставилась:

— Ты же все объяснила, Дарина!

— Нет, не все. Слушай дальше. Змейка крохотная, если сравнить ее с тобой. И, если ты будешь подавать ей постоянный поток энергии, своей сосредоточенной мыслью, то ты ее убъешь. И даже в этом не сомневайся. А нам…, мне — поправилась я — ее смерть не нужна. Значит, надо вот в эту точку — снова ткнула ее в локоть — впустить энергии Леса только в тот момент, как почувствуешь себя частью этого Леса, ровно столько, чтобы твои ладони чуть-чуть разогрелись, а потом становились все теплее. Вот эта точка, даже не точка, а целая область на ладони — обвела ногтем центр ладони по крайнему периметру — начала пылать, не выпуская жара наружу, вот тогда ты можешь положить ладони вот сюда — показала на «шкирку» змеи (соединение тела с шеей) — и вот сюда — показала на соединение тела и хвоста, а для верности, напротив каждого места положила по чайной ложечке — и только потом сосредотачиваешься на центре ладоней и позволяешь Силе хлынуть в змейку. В это время сюда — ткнула опять в локти — постоянно продолжает поступать энергия Леса, а ты наблюдаешь за телом змейки и отрываешь свои руки от нее сразу же, как только увидишь первую реакцию жизни… Все поняла?

Марфа повторила все своими словами. Ошибок не было.

Котяра не сводил с нас ярко-синих, с зелеными черточками, глаз, внимательно слушал разговор, по своему обыкновению подобрав под себя лапки, сидел на противоположном краю стола.

— Хорошо — подтвердила ответ Марфы — давай попробуем сначала с руками.

Марфа закрыла глаза, сосредоточилась.

— Открой глаза — приказала ей — Ты должна видеть все вокруг, а не только концентрироваться на себе.

Марфа тут же исправилась. Получилось правильно и через несколько секунд центры ее ладоней пылали.

— Не выпускай энергию из ладоней, пока это не потребуется. Представь, что кожа твоей ладони покрыта тонкой пленкой, не пропускающей ничего. И пока ты сама не вообразишь себе, что эта пленка исчезла, энергия никуда не выйдет, а будет аккумулироваться в твоих руках до нужного момента.

Марфа внезапно покраснела.

— Куууда?! — рявкнула я — опусти поступающую энергию в локти и не пускай ее в свое тело! И делай только то, что я говорю! И только тогда, когда дослушала рекомендацию и ее поняла!

Марфа закусила губы и краснота прошла, но руки запылали.

— Теперь клади ладони на змею. И держи пленку, пока не почувствуешь, что тело змейки удобно лежит под руками. Когда пустишь энергию, мысленно проследи за ее движением. Представь, что вот от этой руки она поступает прямо в сердце и голову, растекаясь вниз по телу. А от этой руки поступает в тело и протекает от руки до самого хвоста и в другую сторону, соединяясь с энергией второй руки. Все поняла?

— Да.

Марфа слишком резко положила руки на тело змейки, забыв о пленке и не изменив своей эмоции. Тельце резко дернулось, как если бы змейку дернули за хвост.

— Убери руки. Марфа, а то спалишь девчонку. Ты забыла, что ты тоже могла бы родиться в этом теле? А она в твоем?… Давай сначала. Сосредоточься. Так. Положи руки на тело. Так. Убирай пленку и пускай энергию толчком, как при электро шоке и держи поток, который постоянно поступает вот сюда — ткнула в локоть — и выходит в центр ладони, а оттуда в умирающее тело. Вот Так! Держи! Держи! Еще немного!

Тело змейки затрепетало, дрожь пробежала от головы до кончика хвоста. Змейка пошевелилась.

— Хватит! Убирай руки!

Но последние слова были лишними. Марфа успела отдернуть руки от тела змейки и отскочить от стола, свалив попутно стул.

Я надавила пальцами несколько раз на область сердца и змейка открыла глаза с круглым зрачком.

Обернувшись к Марфе, сказала:

— Больше энергия в руки не поступает! Твой локоть снова просто локоть, а не насосная станция перекачки энергии из леса сюда. Излишки полученного потенциала надо смыть водой. Включи кран и засунь под воду руки по локоть, пока не остынут и ощущения в них не вернутся к обычным.

Марфа все выполнила как я говорила.

От новизны ощущений ее слегка пошатывало, но глаза и лицо были абсолютно счастливыми. Наконец-то исполнилась ее мечта и она стала магичкой — читалось в ее глазах. Я улыбнулась.

Мена немного пометалась на столе, потом свернулась клубком, полежала без движения и заскользила к краю стола, но я вовремя прикрыла ее кухонным полотенцем. Змейка повозилась и замерла. Я с беспокойством заглянула под полотенце. Волноваться было не о чем. Она просто спала.

Подошла к Марфе, все еще державшей руки под потоком воды из крана, дотронулась до ладошек. Охладились достаточно.

— Можно вытаскивать руки из-под воды.

Подала ей чистое полотенце, вернулась к столу, позвала Марфу.

— Посмотри на нее, баба Марфа — подчеркнула конец работы обращением на «Вы» — Это первая жизнь, которую Вы спасли. Запомните ее. Она дала Вам первое практическое знание по энергетической реанимации.

Марфа глянула на меня вопросительно:

— С людьми тоже так можно?

— Можно. Но совсем иначе. С людьми так просто не получится.

— Научишь? — с надеждой спросила она.

— Научу, если будет оказия. Тьфу-тьфу-тьфу! — улыбнулась ей. — Лучше бы такой оказии никогда не было.

— А она теперь будет жить? — кивнула Марфа на полотенце.

— Да, баба Марфа, благодаря Вам, теперь будет. Вы сегодня спасли не только змейку, но весь хутор и все ближайшие окрестности от неминуемой гибели от змеиного яда. Спасибо. — я облегченно вздохнула, с благодарностью смотрела на старостиху.

Марфу проводила к самому дому, убедилась, что с ней все нормально. По дороге она скакала, щебетала от избытка чувств, как юная пионерка после своего первого пионерского костра, радостная и довольная.

Кот впервые за все время остался дома, когда я из него вышла. Вернувшись, застала сладкую парочку, спящими на столе.

Умаялись, бедолаги.

* * *

На следующий день Марфа постучала в окошко, едва взошло солнце. Недовольно бурча себе под нос, что будят ни свет, ни заря, поплелась открывать двери, путаясь в собственных ногах.

— Как она? — жадно спросила Марфа, бесцеремонно отодвинув меня в сторону и бегом устремившись на кухню.

Кот тут же запрыгнул на стол, замаршировал по краю, внимательно наблюдая за бабкой, пока та заглядывала под полотенце. Я забрала еще теплое молоко с крыльца, которое каждое утро разносили соседям хозяева коров и коз, налила в блюдце и поставила на стол. Потом сняла полотенце, под которым лежела медянка.

— Угощайся, дорогая — предложила ей — Это пока все, что тебе стоило бы есть.

Змейка подползла к блюдечку, опустила в него мордочку и жадно напилась. Потом свернулась и положила голову на одно из своих колец.

— Тебя спасла баба Марфа — сказала змейке — Ей ты обязана жизнью.

Змейка понимающе кивнула, повернула голову к Марфе и снова кивнула.

— Видите, баба Марфа, она Вас благодарит.

Марфа смотрела на медянку во все глаза, потом всхлипнула и расплакалась.

— От людей такого не дождешься — тихо сказала она, утирая кончиком скомканного в ладони платочка глаза — Я всю ночь заснуть не могла, все про змейку думала. Она же такая крохотная и беззащитная. Даже яду в ней нету. У многих людей побольше яду, чем у самой ядовитой змеи. А это такая кроха, что просто жаль, если сдохнет.

— Она уже ожила, баба Марфа. Ей уже ничто не грозит благодаря Вам — улыбнулась старостихе.

Марфа наклонилась ко мне через стол тихо спросила:

— Кто же ее так, Дарина? Что же за жестокость такая? А?!

— Да, это мальчишки из села. Откупила у них змейку, когда из магазина возвращалась. Подвесили они ее на палке за шею, да так и несли из леса. Супчика змеиного, видите ли, им захотелось…

— Вот сволочуги малолетние! — возмутилась Марфа — Ни стыда, ни совести, ни жалости…

— Ну, да ладно, баба Марфа. Это уже в прошлом. Теперь ей питаться хорошо надо, чтобы силы вернулись. А то зима длинная…

— Это да. Это правда — поддакнула Марфа — Может мышей в селе переловит? Я хуторянам скажу, чтобы не трогали ее. Будет у нас своя медянка, хуторская…

Улыбнулась ее предложению:

— Спасибо, баба Марфа. Наверное она будет благодарна за такую заботу.

— Ой, я совсем забыла! — воскликнула Марфа — я же тебе свеженьких яичек приготовила! Куры-то нанесли много! В субботу Митяй свинью бить будет, тебе тоже доля причитается. Котик-то мясо, поди, любит!

— Ой, баба Марфа, а кровь свинскую куда деваете, когда свиней бьете?

— Закапываем, конечно, за околицей, как и положено.

— А можно мне ее забрать? И кишок тоже.

— Толстых кишок не дадут, на колбасу пустят, а тонкие сможешь забрать. А зачем тебе? — поинтересовалась Марфа.

— Колбасы наделаю. Очень вкусная кровяная колбаса. Ее и заморозить можно, если немножко приварить. Да и для больных или ослабленных она хороша для поддержания сил.

— Колбасу кровяную, говоришь? Да еще и вкусная?… Ну давай попробуем. Если еще и лечебная, то вообще хорошо. Ничего пропадать не будет. Ну я пошла, деточка. Попозже, как по хозяйству управлюсь, яйца тебе принесу. Да и на змейку гляну.

Марфа ушла, а я накормила кота остатками вареной рыбы и молоком. А то так и норовил вылакать предназначенное Мене. И пошла досыпать…

* * *

В субботу поехала в город на толчок. Там можно купить все, что душа пожелает. Моя желала только одного — браслетика-змейки на предплечье и по возможности медного. Такого не нашлось, но были турецкие, гибкие и накручивать из на руку можно было в любом месте. По виду и цвету близкий к раскраске Мены подобрать все же удалось, хоть и пришлось снять его с руки рыжеволосой продавщицы, заплатив полторы цены. Но я осталась довольна.

Потолкалась в толпе, нашла себе длинную зимнюю куртку и высокие сапоги на толстой подошве, внутри выстеленные мехом, пару шапок и теплые носки. Купила Марфе подарок, продуктов и, с полными сумками, поздно вечером вернулась домой.

Охрипший кот укоризненно просипел, едва открыла дверь, и тут же забрался на плечо. Не успела раздеться и разобрать сумки, как в двери вбежала запыхавшаяся Марфа.

— Где ты была так долго?! — вскричала она — Тут кот чуть окна не повыбивал, так орал и прыгал на стекла! Весь хутор сбежался его успокаивать. Да какой там! Только и сверкал глазами, как ненормальный и орал, что есть мочи! Вон охрип совсем! Где ты была?

Посмотрела на кота, усмехнулась его поведению.

— В город ездила, баба Марфа. Вот что тебе привезла. — протянула ей заколку на волосы в виде изящной змейки — Это на память.

Марфа взяла в руки заколку, долго смотрела на нее, пошла к зеркалу, приколола на волосы, покрутилась, как молодуха, рассматривая подарок.

— Спасибо, Дарина. Буду ее на праздники закалывать. А себе что купила?

— А вот — показала браслет — На руке носить. Тоже памяткой будет.

Завернула на предплечье, опустила на запястье, опять подняла выше. Турецкая змейка поблескивала стеклянными глазками, переливалась блестящими чешуйками, прикрывшими толстую медную проволоку.

— Красиво, — оценила Марфа — теперь ее и снимать, небось, не будешь.

— Не знаю, — пожала плечами — пока поношу, а там видно будет.

— Ты кота-то больше одного не оставляй. А то ведь рехнется ненароком — посоветовала участливо Марфа — И говори, куда отправляешься, а то переживаю я за тебя.

— Хорошо, баба Марфа! — рассмеялась поучению — Не буду больше так исчезать. Если получится, конечно. Жизнь, она такая штука, что никогда не знаешь, как обернется через минуту.

— Твоя правда, деточка. — погладила меня по руке с браслетом Марфа — Устала, наверное? Ты отдыхай, а я завтра зайду, расскажешь, как там, в городе, было.

— Обязательно — кивнула ей — И спасибо Вам большое!

Марфа зажала заколку в ладони и отправилась домой. Я осталась со своими питомцами сама.

* * *

Несколько дней обиженный кот не давал себя гладить, отворачивался, когда к нему обращалась, спал на диване или спинке кресла, но от еды не отказывался. Ухомякивал все, что ему накладывала в тарелочку и обязательно выпивал молоко, оставшееся от змейки. Он вообще стал есть и пить молоко в несколько раз больше, чем обычно.

Как-то я решила поэкспериментировать и положила здоровенный кусок мяса на его тарелку. Этот прожора съел все за один присест и сыто потягивался, расправляя раздутый животище. Тут я поняла, что наступило время быстрого роста Ашеренка.

Пришлось покупать мясо и рыбу в больших количествах, давать ему и в сыром и в приготовленном виде. Этим руководил уже он: когда понюхав сырые мясо или рыбу, фыркал, тряс лапой или взъерошившись отскакивал от тарелки, я знала, что надо это приготовить и сырым он есть не будет. Так и делала, варила, жарила, запекала, тушила с овощами, делала с гарнирами и подавала ему на тарелочке. Делать-то все равно особо нечего, вот и развлекалась.

Интересную особенность заметила во вкусах кота к еде.

Обычно готовила еду в большой кастрюле или на сковороде, сколько съем сама, откладывала отдельно, остальное скармливала ему и змейке. Свое остро приправляла, добавляла чеснока, лука, прянностей, а его еда оставалась натуральной, кроме капельки соли.

И вот однажды этот триглодит во время обеда отъел немного со своей тарелки, потом вскочил на стол, обнюхал то, что ем я, лапой отодвинул тарелку на середину стола — я удивленно наблюдала за его действиями — обнял ее лапами и с мурчанием выел всю мою порцию. Потом соскочил со стола, подошел к своей еде, понюхал ее и, брезгливо потряс лапой, отошел на несколько шагов вперед. Напоследок еще и погреб задними лапами, будто закапывал собственное дерьмо.

Смеялась до коликов. Но с этого дня начала готовить одинаково и ему, и себе. Исключением оставалась только змейка. Да и та частенько питалась в подвале.

Котейка рос не по дням, а по часам, превращаясь из белого пушистого малыша в здоровенного кота, постепенно ставшего похожим на молодого тигра, только белого цвета и очень пушистого. Гуляла с ним теперь только по ночам, когда убеждалась, что хуторяне заснули. Попробуй-ка выйди с таким чудовищем днем! Вот бы переполоху наделала! Пришлось бы бросать все и исчезать из хутора быстрее молнии. На счастье выпал снег и моего питомца особо видно не было. Выходили на прогулку через садик, где задняя калитка в лес все время оставалась открытой. Снег перед домом постоянно расчищала, чтобы не было видно следов огромных лап.

* * *

Наши отношения с Меной тоже изменились, но по ее инициативе.

Как-то вечером она, трансформировавшись, подсела ко мне на диван, когда я тупо таращилась в телевизор на очередную «мыльную оперу».

— Дарина, прошло уже много времени, как ты начала носить браслет на руке. — сказала она — Все уже привыкли к нему. Я подумала и решила предложить тебе занять его место на твоей руке.

От неожиданности я даже села.

— Но ведь ты не можешь долго находиться в трансфор… превращенном состоянии, это тебя изматывает. Я не хочу, чтобы осенняя история повторилась — возразила ей.

Мена рассмеялась:

— А кто сказал, что я буду превращаться? Я так и буду оставаться живой змейкой, только другие будут меня воспринимать, как вот этот браслет. Кстати, мы с ним очень похожи…

— А это возможно? — не приняла ее шутки.

— Дарииина, ну не думаешь же ты, что я глупа, как пробка? Когда ты его купила и так демонстративно одела на руку при Марфе, я сразу поняла твою задумку и время от времени экспериментировала игру в браслет. У меня довольно неплохо получается. Сама посмотри.

Она тут же обернулась змейкой и мгновенно обвила мою вторую руку, чуть сжав ее кольцами и тут же разжав. Скользнула снова на диван, вернулась к облику девушки.

— Вот такими сигналами я могу сообщать тебе об опасности.

— Ну, ты мудрая, прямо как змея! — рассмеялась в ответ — А почему ты решила так поступить?

— Вы с Арисом уходите на прогулку каждую ночь. Надолго. А я волнуюсь. С вами ходить я не могу, на улице для меня очень холодно, а на руке я буду и в тепле, и с вами все время. Я же не зимовать к тебе напросилась, а охранять.

Я покосилась на котяру, развалившегося на полу около кресла.

— Что скажешь, Арис?

Я всегда разговаривала с ним, как человеком и научилась понимать его ответы. Кот царственно повернул к нам голову, посмотрел своим томным взглядом и снова отвернулся к телевизору.

— Ну, вот — обрадовалась Мена — Арис не против. Значит так и сделаем. Снимай, Дарина свою дешевую побрякушку. Я займу ее место! Теперь наша тройка стала неразлучной по-настоящему.

Глава 2. Королевский дворец

За две недели до Нового Года начались снегопады, нередкие в этой местности. Хуторяне рассказывали, что так бывало каждую зиму. Засыпало дома иногда выше крыш, иногда по самые крыши. Тогда люди прокапывали в снегу тоннели к соседним домам, а дрова, загодя, переносили в сени, чтобы не искать потом поленицу в глубоком снегу. Послушалась советов бывальцев и большую часть дров внесла в сени, как только появились в воздухе первые снежинки.

Проснувшись однажды утром под приглушенный бой напольных часов, долго не могла понять утро уже или еще ночь. В доме было сумрачно, почти темно. Поняла только тогда, когда выглянула в окно. За стеклом был снег. Сплошной стеной.

Зажгла свечу, подкинула дровишек в печку, вышла в сени.

Строители дома предусмотрели такой зимний сюрприз природы — все двери и окна дома открываются внутрь, как в Сибири. Ну с дуру и открыла.

Сплошная стена снега, как вторая дверь, закрыла выход на улицу. Такого в своей жизни еще никогда не видела и стояла с открытым ртом, когда мимо пронесся белый вихрь и вбуравился в снег, оставив после себя огромную дыру с меня ростом.

— Сумасшедший! — вырвалось со смехом — Так же и зашибить недолго!

Но проказника и след простыл. Долго стояла, ждала его, пока совсем не замерзла и не даже заметила этого. Нутром чувствовала, что ждать больше нечего и некого, но все равно ждала. Неожиданно рядом появилась Мена — когда она соскользнула с руки, я не заметила.

— Пойдем, Дарина. Холодно тут. Ты уже совсем замерзла. Даже рука твоя меня не греет. Пойдем… Он ушел… Совсем ушел…

— Куда? — наконец-то смогла перевести взгляд с дыры в снегу на девушку.

Мена помолчала, прислушиваясь к чему-то, смешно крутя головой.

— К своим ушел — кивнула головой — Пошли в тепло.

— Совсем ушел? — спросила, а сердце болезненно сжалось, ожидая ответа и уже зная его.

— Не знаю. Наверное, совсем. Это же Ашер. Им никто не указ. Делают только то, что считают нужным сами и как считают нужным.

Она закрыла дверь и увела меня в дом. Слезы подкатили к глазам, в горле застрял комок, который никак не удавалось проглотить. Но не заплакала. Глаза остались сухими, а комок запила ледяной водой.

Ушел к своим… А чего я ожидала-то? Что останется со мной? Не надо было пускать в душу, не надо было привыкать, чтобы теперь не испытывать боль потери. Ушел и ушел. Весной вон и Мена уйдет. Каждый должен жить в своем обществе. Все уходят рано или позднее к своим. Пора бы уяснить эту простую истину…

За чашкой чая в теплом помещении быстро пришла в себя. Мена пила молоко, к чему-то прислушивалась, как-то напряженно присматривалась ко мне.

— Что-нибудь случилось, Мена? Почему ты так на меня смотришь?

Девушка смутилась, опустила глаза, помолчала немного и спросила:

— Дарина, а ты правда магиня?

Не ожидала такого вопроса и даже немного растерялась.

— Я не знаю, Мена. — ответила честно — Раньше была. Теперь нет. Хотя Лич говорил, что да, только не знаю как использовать новые возможности.

Девушка испугано глянула на меня.

— Ой! Ты меня прости, Дарина. Я ведь тогда пошутила насчет того, что ем то же, что едят магини. Я же не знала. Прости…

— Да не за что, Мена. Я ведь даже не обратила внимания тогда на это, по привычке. Ведь всю жизнь такой была. Если бы ты сейчас не напомнила, я бы и не вспомнила об этом.

— А я-то думаю, чем же это от тебя пахнет? А это силищей магической. — девушка картинно закатила глаза, изображая блаженство от нюхания магического запаха, но мне было не до смеха — А ты ее ни разу так и не применила. Я и подумала, что ошиблась. Я ведь часто ошибаюсь. Вон как тогда, с теми мальчишками.

— Ах, да — обрадовалась другой теме — Так что там случилось с теми мальчишками? Почему они тебя поймали? Ты так и не рассказала.

— Сейчас расскажу — просто ответила Мена — Я тогда на краю леса ждала. Вы задерживались, а мне с земли не видно дорогу. Я волноваться начала, вот и вползла на тонкое деревце. А из леса шли эти ребята. Перед ними такая волна агрессии неслась, что я испугалась за вас. Думаю, а-ну как вы в это время возвращаться будете, так и навредить вам с Арисом могут. Хотела к село кинуться, вас разыскать и предупредить, да мальчишки побежали и оборачиваться человеком стало поздно. Один толкнул деревце, на котором я была, ну и свалилась им под ноги. От удара в голове помутилось. Они меня и схватили. Старший шнурок с ботинка снял и повесил меня на палку. Я насколько могла, напрягала мышцы шеи, но тело оказалось тяжелее, чем я раньше представляла. Хорошо, хоть шею не сломали. А то гнить бы мне в земле сырой или быть переваренной в молодых желудках… Дальше ты знаешь как было.

Я вздохнула, вспоминая тот день и вечер. Молчание затянулось.

— Дарина, а почему ты не пробуешь снова стать магиней? — неожиданно спросила Мена.

Вздохнула еще тяжелее.

— Моих знаний на это не хватает, Мена. Не тот у меня уровень был, чтобы иметь нужные знания для восстановления своих возможностей, когда неожиданно перебрасывает на несколько уровней выше…

Мена удивленно подняла брови.

— Как это, на несколько уровней выше? Да еще и неожиданно?

— Так Лич сказал. Сама я не очень-то понимаю, как такое может быть. Ведь маг развивается, увеличивает свои знания и умения, постепенно. Тогда и тело, и энергетика успевают перестраиваться на каждый новый уровень без вреда для самого мага. Процесс проходит естесственно. Если Лич прав, то все, что произошло со мной недавно, могло вызвать такую реакцию. Если я не умерла, не сгорела, как другие маги, остаюсь до сих пор при здравом рассудке и нормальной памяти, то, может быть, в словах Лича есть какая-то доля правды…

— Личи никогда не говорят, если не уверены в своих словах, Дарина. Если сказал, то знал что говорит и зачем. Наверное он что-то хотел от тебя?

— Да, — кивнула я — он предлагал пройти обряд и остаться с ними…

Мена задумалась, а потом спросила:

— Это когда мы с Арисом тебя добудиться не могли и в руки зубами вцепились?

Рефлекторно глянула на свои руки. Они совсем зажили. Только крохотные белые пятнышки остались, как напоминание о том сне и необычном просыпании.

— Да, тогда — подтвердила ее воспоминание.

— Хорошо, что ты не согласилась, а то бы нам с Арисом плохо пришлось.

Глаза девушки повлажнели.

— А почему ты решила, что я отказалась? — удивилась с улыбкой.

— Ну, ты же осталась с нами. Мы смогли тебя разбудить. — она повозила пальцем по скатерти, хитро глянула — Знаешь, мы так испугались, когда твое тело начало таять!!! Особенно Арис…

— Как это, таять? — не поняла я.

— Ну, это… — смутилась Мена — Ты лежала, как мертвая. Тело стало холодным. Арис испугался, позвал меня. Вместе мы пробовали тебя разбудить. А потом Арис говорит: «Ее вернуль сможет или настоящая любовь, или сильная боль. Про любовь мы ничего не знаем, а укусить за болевые точки можем. Давай кусать». Мы и вцепились…

— Погоди, погоди! Арис сказал?! Как это он сказал?!

— Нууу… — еще больше смутилась девушка — мы с ним мысленно разговаривали всегда…

— Почему ты не сказала мне этого раньше, Мена!?! — укорила ее, но тут же вспомнила, что телепатия мне сейчас тоже не доступна — Извини. Я не права…

— Да, ничего — пожала плечами Мена и снова спросила — Дарина, а ты, когда магиней была, тоже умела мыслями разговаривать?

— Могла… — горечь подкатила к горлу.

Поспешно запила ее горячим чаем, отвела взгляд в сторону.

— Дарина, но ведь Лич не просто так вызвал тебя! — вспомнила снова змейка — Если он сказал, что ты стала на несколько уровней выше, то, наверное, он знает как тебе помочь!

— Мееена, — протянула разочарованно — я не заплачу ту цену, что он просит. Пойми ты наконец! Я не стану договариваться с Личем ни о чем! Я не хочу становиться Личем! Как ты этого понять не можешь?!

Встала и от возмущения заходила по кухне.

— А где можно их пополнить? — не отставала девушка.

— Кого?..ээ… то есть что?

— Ну, твои знания. Чтобы сама справилась — просто объяснила она ход своих мыслей.

Я пожала плечами:

— Наверное в библиотеке Академии.

— Тогда давай туда пойдем — уверенно предложила она — Я с тобой браслетиком побуду. Если ты не против, конечно.

— К сожалению, это невозможно — покачала головой — Академия находится в другом Мире. Чтобы туда попасть, надо уметь видеть порталы, а я их не вижу. Я все время думаю об этом, но ничего серьезного пока придумать не удалось…

— Ну ты же видела порталы раньше?

— Видела. И пользовалась.

— Так может быть надо просто вспомнить как ты это делала и у тебя снова получится? — не унималась змейка.

На короткий миг я замерла. Показалось, что кто-то топчется у порога, скрипя снегом. Но нет, только показалось.

— Я подумаю об этом, Мена — кивнула ей и снова прислушалась. — Тебе не кажется, что там кто-то ходит?

Мена тоже прислушалась.

— Это мужики к Марфе на сход пошли. То ли злые, то ли перепуганные. Не поймешь этих хуторян — засмеялась она.

— То ли злые, то ли перепуганные, говоришь?

В голове промелькнула дырища с меня ростом, что осталась после Ариса. А что если они наткнулись на этот тоннель, когда прокапывали проходы между домами? А, не дай бог, этот котейка пронесся от дома к дому, оставляя за собой такой тунель и мужики вдруг увидели следы лап, проверили и поняли откуда они ведут? Тогда дело совсем плохо. Эти с перепугу что угодно могут натворить. Хоть двери подпереть кольями и подпались, хоть просто забить насмерть. Пацаны из села тому пример. Люди боятся того, чего не понимают, а лучшая защита это нападение. Надо побыстрее выйти из дома от греха подальше, понаблюдать со стороны, а потом уже решать что делать.

— Мена, быстро на руку! Уходим!

Девушка без вопросов мгновенно обвилась змекой вокруг руки. Я схватила теплые вещи и сапоги, в сумку кинула консервы, спички и хлеб, выскочила из дома и, в одних носках, понеслась по туннелю. Развилка. Дома вправо, мне влево. Опять развилка. Общий огород влево, мне вправо, в лес.

Задыхаясь выскочила на горку, где снега было только по колено. Видимо ветер сдул. Или кроны деревьев защитили. Но тут бежать было удобнее, чем на подъеме.

Сверху хутора не было видно. Только печные трубы торчали из-под снега. Кое-где снег начал проседать — вполне возможно из-за сотрясения воздуха, если кто-то бежит по проходу — приглушенный гул голосов донесся едва слышным эхом. И вдруг надсадное, рвущее жилы горло закричало в морозной тишине:

— Уубееегааай, Даариинааа! Уу…

Два раза просить не надо. Сорвалась с места и понеслась по верхушке горы. Где-то проваливалась по пояс в снег и с перепугу мгновенно выбиралась, где-то он даже до колен не доставал.

Мужики отстали, но не надолго. Скоро догонят. А я уже запыхалась и выдохлась. Вот когда моя лень вышла мне боком. Надо было форму поддерживать, а не ерундой заниматься. Еще немного пробегу и просто упаду. И делайте со мной что хотите, хоть режьте, хоть ешьте, мне будет уже все равно.

На склоне привалилась к дереву спиной. В легких отчаянно жгло, перед глазами плыла белая пелена, сердце молотило в ребра, готовое выскочить и со страху бежать самостоятельно. Ноги и руки дрожали от неожиданного напряжения.

— Кхэ-кхэ — раздалось сзади.

Резко обернулась, чудом не стукнувшись лбом о дерево, на которое только что опиралась.

В нескольких шагах от меня стояли двое, одетые в роскошные белые шубы и шапки. Мужчина и женщина. Прежде их никогда не видела, это точно. Не хуторские и не сельчане. Да и одежда на них слишком дорогая и богатая даже для города.

Разъяренные голоса приближались. Еще немного и они будут здесь. Надо удирать. Я затравленно оглянулась, снова посмотрела на парочку.

— Уходите отсюда скорее. Слышите, сюда толпа разъяренных хуротян бежит. Это за мной. Спрячьтесь и не попадайтесь им на глаза!

Рванулась дальше в лес, но мужчина оказался быстрее. Он успел схватить меня за руку и развернуть к себе.

— Дарина, это я, Арис!

— Господи, какой Арис? — отмахнулась от него, вырывая руку — Никакого Ариса я не знаю! Прячьтесь скорее! Я уведу погоню за собой. Вам они ничего не сделают!

Опять рванулась, но мужчина держал крепко. Большие сильные ладони держали за плечи, не давая шелохнуться.

— Она в шоке, сын. Надо уходить. Хуторяне близко.

Я не понимала о чем они говорят, только переводила глаза с одного на другую. Неужели они не понимают, что надо бежать?! Я же сказала им! Может мне только показалось, что сказала? Может я только подумала сказать, а сама промолчала?

— Уходите! — закричала изо всех сил — Они уже близко!

И снова забилась в руках мужчины, стараясь высвободиться и бежать, увести от них погоню, как можно дальше. Но он не отпускал.

— Я не уйду без нее, мама, — твёрдо сказал, повернув голову к женщине.

Она улыбнулась и спокойно ответила:

— Ну, тогда забирай ее с собой.

Плавно взмахнула рукой и мои теплые вещи вырвались из руки, которой я, оказывается, все еще прижимала их к груди, на мгновение закружились в хороводе и еще через мгновение я оказалась одетой и даже застегнутой. Формула знакомого заклинания мелькнула в голове и тут же исчезла.

Сгустки снежной пыли расплескались в стороны там, где только что стояли мужчина и женщина. Теперь на снегу, почти не подавливая его, красовались два огромадных котищи, ростом с откормленных телят. Тот, что был рядом, ткнулся мокрым носом в мою руку.

— Арис! — узнала его, обхватила за пушистую шею и разрыдалась. — Ты вернулся, Арис! Ты вернулся!..

Но коту некогда было ждать. Он схватил меня зубами за куртку, зашвырнул к себе на спину. Едва успела схватиться за густую шерсть, как он понесся огромными прыжками следом за мелькнувшей впереди белой тенью.

Навстречу бежали вооруженные мужики, кто с косой, кто с вилами, кто с топором. Коты пронеслись по тропе, разметав преследователей по сторонам. Замелькали деревья, все слилось в белой мгле. Сумка болталась на руке, ударяла кота по лапе, мешая бежать. Как в тумане, догадалась разжать пальцы и последняя связь с хутором канула с глубоком снегу. Закрыла глаза и прижалась к теплой спине. Ничто на свете не могло оторвать меня от нее, куда бы она меня ни несла…

* * *

Как прекрасен аромат лесных ландышей! Едва уловимый, тонкий, почти неосязаемый. Чтобы почувствовать его отчетливее, нужно только глубже вдохнуть грудью, наполниться им, раствориться в нем. Я улыбалась аромату и ощущениям легкого кружения в теле, которые он вызывал, старалась растянуть давно забытое удовольствие детства.

Открыла глаза и… завороженно уставилась на потолок: художественная роспись была неподражаема. Создавалась такое впечатление, будто картина живая. Вот сейчас зазвучит музыка и грациозные пары закружатся в вальсе, а кто-то в сторонке начнет шептаться, прозрачные занавески на высоких окнах шевельнет ветер, бабочка вспорхнет с цветка на подоконнике и улетит в окно, кружева взовьются в танце и дрогнут огни свечей. Будто окно в другой Мир, в другое время…

Может быть мне все это снится. А может просто замерзла в снегу и это мой последний сон? Говорят, что замерзшим всегда снится последний сон. Сон, как сказка, как мечта… чтобы не страшно было умирать…

Пошевелила пальцами рук. Нет, на умирание не похоже. Опустила глаза — шелковое теплое одеяло. Осторожно осмотрелась, села в постели и осмотрелась уже не осторожно.

Все мне показалось огромным: комнала с высоким потолком и запечателенным на нем старинным балом, и кровать, на которой сидела, и три окна от самого пола и до потолка, и четыре дубовые двери, инкрустированные завитушками чертополоха, и камин, выложенный причудливым диким камнем, и мягкие кресла у камина, и ковер с пушистым ворсом. Одна эта комната была в два, нет, в три раза больше всего домика на хуторе.

Стоп. Хутор.

Я убежала с хутора от перепуганных разъяренных мужиков. Они гнались за мной, но мне удалось оторваться от них. Потом встретила мужчину и женщину в роскошных белых шубах, предупредила их об опасности… Арис! Этот мужчина был Арис! А женщиной его мать! Они принесли меня сюда!

О, Господи… Куда это сюда?… И еще раз «О! Господи!» Это был мой беленький котейка?!!!

Так. Еще раз. Вдох-выдох. Спокойно. Давай-ка логично, Дарина.

Родители Ариса охраняют Королеву змей, если я правильно поняла. Арис, единственный их ребенок, удрал за несколько месяцев до совершеннолетия и спрятался у меня. Я не отдала его подданным Королевы и сказала, чтобы она…. О, боже, вот дура-то…. - от ужаса глаза зажмурились сами, а когда страх прошел, открыла их снова — Ладно. Бояться потом буду. Дальше… Арис удрал и вернулся с женщиной, когда я убегала от хуторян. Бросить в беде он меня не смог — ведь я же его не бросила — и принес меня сюда. Куда? Скорее всего к себе домой. А его дом это Дворец Королевы змей. Значит, я во Дворце Королевы змей. Логично?

Покосилась на потолок и окружающую обстановку. Сама себе кивнула головой.

Логично.

Ладно, с этим понятно. В самый гадюшник попала.

Выяснить бы, сколько из всего, что вижу тут иллюзия, а сколько правда… Может быть сижу сейчас на голом полу в каких-нибудь развалинах старого замка, вокруг кишмя кишат змеи, а я ничего этого не вижу и не воспринимаю? Такие случаи бывали, судя по рассказам магов. Говорили, что даже опытных околдовывали змеи так, что не понятно было до самого конца где находишься и почему. Говорили, что мало кому удалось вернуться из таких мест. А уж очевидца лично видеть еще никому не приходилось.

Ладно. Значит, шевелиться пока не стоит.

Так, а кто меня раздел до гола?! Я же одета была! Может тоже иллюзия?

Провела рукой по телу. Нет, не иллюзия. Нормальная кожа. Теплая. Даже пахнет чистотой. Хм… ландышевым мылом… Мыли, что ли?

Ну, это вообще глупость. Кто бы меня мыл в гадюшнике-то… Или тут грязных есть этикет не позволяет? Дурдом какой-то… Наверняка зачаровали… А если зачаровали, то как снять чары и что потом делать?

Ах, да! Со мной же еще и Мена была! Интересно, где она теперь?

Ладно, подожду что дальше будет…

Снова легла, натянула одеяло до самого носа.

* * *

Ждала не долго. Дверь напротив кровати тихонько открылась. Заглянула головка в белом чепчике. Потом вошла вся девушка. Маленькая, ладненькая, с милым личиком и застенчивой улыбкой. Я села на кровати.

— Здравствуйте! — радостно поприветствовала ее.

Девушка ойкнула и тут же скрылась за дверью.

Ну вот. Может галлюцинация испугалась? Всяко бывает…

Но нет. Через несколько минут дверь снова открылась и вошла элегантная дама в старомодном длинном платье, с глубоким декольте. Следом за ней вошли несколько девушек в платьях попроще, в белых чепчиках и передниках. Последней вошла Мена.

Ох, Мена! Красавица, да и только! Медно-рыжие волосы уложены в замысловатую прическу. Открытое декольте открывает безупречную шею и верх груди, усыпанные мелкими бриллиантиками, на тоненьких золотых ниточках прикрепленных к ажурному колье. Платье, голубовато-розового купона, по низу расшито мелкими цветами, вместо сердцевины каждого цветка соответствующего цвета блестящий гранями камушек. Она ступала грациозно, плавно. Наверное, подобающе ее положению в местном обществе.

Я молча наблюдала за процессией, не забывая, что это может быть совсем не то, что вижу. Паранойя? Лучше пусть будет паранойя, чем галлюцинация. Береженого Бог бережет.

Дама подошла вплотную к кровати, молча остановилась. Цепкий взгляд глубоких темных глаз изучал меня обстоятельно, не спеша. Плотно сжатые тонкие губы сжались еще крепче, когда она пришла к какому-то выводу. Лишь в глазах с круглыми зрачками мелькнула и погасла злость.

Мена остановилась чуть позади и радостно смотрела на меня, но молчала. Девушки у двери изображали статуи и, кажется, даже не моргали. Ууу, змеюки!..

— Я благодарна тебе, девушка, за спасение жизни моей дочери. — надменно начала она высокопарным голосом — Ты удостоена высокой чести быть представленной Королеве и семье Ашеров. Приведи себя в порядок и тебя проводят к ней. Запомни, что говорить тебе не позволено до тех пор, пока тебя не спросят и не разрешат сказать хоть слово. Потом, с нашими дарами, тебя проводят до границы королевства и ты будешь свободна. Таково повеление Королевы. — чуть повернув голову в сторону дверей, не менее надменно распорядилась — Девушки, приступайте.

Тааак… Это что за обращение такое? Меня что тут, в побирушки записали? А не обозналась ли ты, тетя?. Напрасно ты со мной так заговорила. Я тебе не служанка и не «маня с мыльной пилорамы». Ну что ж, каков привет, таков ответ.

Игнорировав мадам, повернулась к Мене.

— Здравствуй Мена! — расплылась в улыбке — Где мои вещи?

Мена открыла было рот ответить, но мадам-а не дала ей сказать:

— Тебя оденут, девушка. Незачем беспокоиться о таких глупостях.

Я скривилась не менее надменно:

— Разве я тебя о чем-то спрашивала, женщина? — и снова обратилась к Мене, изменив интонацию — Мена, где мои вещи?

Дама побледнела и попыталась испепелить меня взглядом:

— Ты будешь выполнять то, что тебе велено! — взвизгнула она — Ты в Королевском Дворце, а не у себя на сеновале, и ты должна подчиняться тем, кто имеет право тебе приказывать!

— Мама… — тихо шепнула Мена, бледнея от ужаса, зная как я отношусь к подобным вещам.

— Выйди отсюда, дочь! — истерично скомандовала мамаша.

Мена, опустив голову, пошла к двери и тут же за нею скрылась.

Ну что ж. Видит Бог не я это начала.

Медленно поднялась с кровати, как была, то есть в чем мама родила, обошла всю комнату, наплевав на свою паранойю. Демонстративно заглянула в каждую из трех дверей. Одна вела в туалет, вторая в роскошную ванную. Дверь, напротив уже изученных, открылась в огромный гардероб. Прошлепала босиком вдоль стояков с великолепными, как в теартальной костюмерке, нарядами, открыла и закрыла шкафы, но своей одежды не нашла. Вышла назад в спальню.

— Итак, милочка, — обратилась к даме, уперев кулаки в бока — где мои вещи?

Та успела взять себя в руки, ответила:

— Тебе принесли приличествующую случаю одежду. И…

Не дала ей договорить заготовленную фразу. Сделав пару шагов вперед, ядовито улыбнулась и тихо спросила, намеренно оскорбляя не только ее лично:

— В вашем Дворце принято обворовывать тех, кого хотят поблагодарить? Это что, новомодные местные правила хорошего тона?

Мадам отшатнулась.

— Да как ты смеешь?!!

Настырно шагнула вперед.

— Ты не ответила на прямой вопрос, женщина. У вас тут принято воровать вещи гостей?

Ни ответить, ни отреагировать она не успела. Дверь распахнулась настежь, бабахнув по стене. В комнату ворвался Арис, а за ним следом Мена со свертком подмышкой.

— Что здесь происходит?! — рыкнул он — Что Вы здесь делаете, Медея?! Кто позволил Вам входить в эти покои?!

Дама присела в реверансе и спокойно ответила:

— Моя Королева велела привести гостью немедленно, чтобы до начала бала закончить все бытовые проблемы. Я выполняю ее волю, — произнося это, она присела в реверансе.

— Пусть вернут мои вещи! — громко сказала я ничуть не стесняясь своей наготы — Мне одеться не во что в этом королевском бедламе!

Арис даже не повернул головы, сцепившись взглядом с придворной дамой. Мена кинулась ко мне со стопкой моей одежды.

Я удалилась в гардероб и спокойно там оделась под шепот Мены.

— Дарина, ты не сердись на нее. Она ведь не знает ничего о тебе, кроме того, что ты спасла мне жизнь. Она хорошая, добрая. Честное слово! Она подумала, что ты простая деревенская девушка. Она не со зла. Она просто выполняла приказ. Дарина! Я умоляю тебя, не сердись на нее….

Застегнув высокие сапоги, я выпрямилась.

— Мена, я не сержусь. Твоя мама выбрала неверный тон в разговоре с незнакомым человеком. Не подданным Королевы, а Человеком. Понимаешь разницу? Не важно, деревенская я девушка или маг-воин, — тут у меня плечи расправились сами — я прежде всего Че-ло-век. А человеки они простые. Могут и в морду дать, могут и шею сломать, могут и искреннюю дружбу принять, и ответить на нее не менее искренне. Твоя мама, высокопоставленная дама при дворе Королевы, а это значит только одно — она политик, и не должна забывать о такой мелочи, как честь и достоинство человека. Не так ли?… Я не сержусь, Мена. Я не позволяю себя унижать. Никому. И никогда.

Девушка, потупившись, молчала. Я прошла в спальню. Голоса там уже стихли. Мена понуро побрела за мной.

У окна стоял хмурый Арис, скрестив руки на груди, смотрел на падающий снег. Медеи и служанок не было. Дверь была закрытой. Остановилась на пороге гардероба, прислонившись к косяку двери. Арис обернулся, подошел ко мне.

— Прости, Дарина, это мой недосмотр. Такого больше не повторится. Мне ужасно стыдно за Медею. Прими мои извинения.

Его теплая ладонь держала мою руку, слегка сжимая пальцы. Я подняла на него глаза.

— Я не сержусь, Арис. И твои извинения здесь ни к чему. Ты тут ни при чем. Дама, по всей вероятности, немного растерялась и приняла меня не за того человека или не за человека вообще. Я ее прекрасно понимаю. Не часто, наверное, здесь появляются люди. Да и к такому поведению ее обязывают и ее положение, и приказ Королевы. Она тоже ведь служанка, только повыше рангом.

— Ты права, Дарина. Я рад, что ты не сердишься и не обижаешься на нее. — он чуть помолчал, заглядывая мне в глаза и сказал — И на меня тоже.

Я забрала руку и подошла к окну. Крупные хлопья мягко опускались, на баллюстраду, иногда кружились в воздушном вальсе, подчинаяясь легким порывам ветерка. Вокруг, насколько хватало глаз, замер заснеженный лес.

Мена тихо, вдоль стены, пробиралась к двери. Я обернулась:

— Не уходи, Мена. Останься, пожалуйста.

Девушка остановилась:

— Я не хотела вам мешать.

Она глянула на Ариса, потом на меня и снова потупилась. Арис, заложив руки за спину, покачивался с пятки на носок и назад, и улыбался, наблюдая за нами.

Да уж… Что-то здесь не то.

— Мена, ты никогда нам не мешала. Так в чем же сейчас дело?

— Тогда все было по-другому — бросила она на меня какой-то странный взгляд.

Ах, вот в чем дело! Она влюблена в Ариса и ревнует его ко мне! Вот в чем разгадка ее появления в моем доме, а вовсе не просьба родителей Ариса! Может быть она его нареченная? Если это так, то поведение ее матери было понятным. А может быть дамы просто питают надежды на что-то? И вещи она мои принесла, чтобы не вызывать конфликта. Ладно. Посмотрим, что скажет виновник торжества…

Виновник молчал и улыбался. Мена вышла. Мы остались одни.

* * *

Я прошла к креслу у комина, села. Жестом пригласила Ариса последовать моему примеру. Он не заставил себя ждать.

Грация, с которой он двигался, заставляла замирать мое сердце, но я постаралась не обращать на это внимания.

— Сегодня мое совершеннолетие! — сообщил он с улыбкой.

— Поздравляю — ответила равнодушно.

— Будет бал.

— Повеселитесь от души — чуть улыбнулась в ответ.

— Я приглашаю тебя на бал, Дарина, и хочу попросить твоего согласия быть сегодня Принцессой бала.

Внимательно посмотрела в его смеющиеся глаза. Еще этого мне не хватало. Если я правильно помню лекции по придворному этикету королевского двора, то это великая честь для той, кого изберет принц или вельможа, удостоенный чести королевы праздновать свой личный праздник, типа юбилея или дня рождения, балом. Ах, ну да, он же не принц, а сын Стражей Королевы. Но, может быть, тут тоже есть какие-то подобные заморочки. В любом случае, мне такие приключения ни к чему.

— Мне очень жаль, но я тороплюсь — серьезно глянула в его глаза и еще раз удостоверилась, что это он. Таких ярко-синих, с ярко-зелеными полосочками, глаз не было ни у кого на свете.

— Ты не можешь отказаться, Дарина. Ты моя гостья — обворожительно улыбнулся он.

— Я не умею танцевать — солгала, честно глядя в глаза.

— Это не страшно — улыбнулся еще шире он — Я умею. Ты же знаешь, что танец зависит от мужчины. Если он умеет вести свою партнершу, то любая будет летать, как бабочка!

Кот он и есть кот. Игра — вот его наслаждение. Но мне-то не до игры. Сама того не желая могу попасть из огня да в полымя. Такая перспектива меня совсем не устраивала.

— Арис, спасибо тебе, что ты спас меня от хуторян, — тихо сказала, без улыбки глядя ему в глаза.

Он тут же посерьезнел.

— Ты спасала меня постоянно, Дарина. Это я обязан тебя благодарить, а не ты меня. Я сделал только то, что должен был.

— Хорошо — легко согласилась — Скажи, Арис, что здесь происходит и как отсюда выбраться? Я думаю, что это Королевство находится не в плоскости Мира Людей.

Дрова в камине едва тлели, давая мягкое тепло. Угли то вспыхивали, то прятались в пепле, притворяясь остывающими.

— Ты хочешь уйти?

Его голос стал глухим, будто что-то тяжелое вдруг свалилось ему на плечи.

— Да.

— Почему?

— Потому что я здесь чужая.

— Я тоже.

— Это твой дом. Ты здесь родился. Здесь твоя семья, друзья, те, кому ты дорог. А я…

— Ясно, Дарина. Не говори больше ничего на эту тему — он встал, прошелся по комнате, остановился у того же окна. — Хорошо. Я завтра выведу тебя отсюда. Завтра. А сегодня я прошу тебя пойти со мной на бал. Ведь ты никогда не была на королевком балу?

— Нет.

— Вот я тебя и приглашаю посмотреть это торжество, чтобы потом было что вспоминать.

Усмехнулась, вспомнив слова Мены, когда он ушел в то снежное утро о том, что Ашеры всегда все делают по-своему. И теперь лишиний раз в этом убеждалась.

— Хорошо, Ашер — кивнула — Я принимаю твое предложение. И с удовольствием посмотрю на королевский бал… Только вот какая жалость — он вопросительно приподнял брови — этот бал, как я предполагаю, не костюмирован и я не могу прийти на него в наряде деревенской девушки. Поэтому твое приглашение не имеет силы и мне пора уходить…

— Поэтому я заказал для тебя бальное платье и не явился вовремя, к твоему пробуждению, потому что смотрел как оно выглядит.

— Ах ты хитрюга!!!!

Мы дружно расхохотались.

Отсмеявшись, Арис взял колокольчик с каминной полки и позвонил. Почти в то же мгновение, как замолк серебристый звон, дверь открылась и в комнату вбежала одна из служанок, одним движением прикрыла постель шелковым покрывалом. Следом вошли три девушки, неся в руках великолепное бальное платье.

Подобную красоту не видела ни в фильмах, ни в театре и не верила своим глазам, что подобное можно сшить. Тонкая ткань не имела ни одного шва! Будто живые, в общий узор вплетались цветы по самому низу. Множество юбок мягко струились, будто озорной ручей. Открытый лиф блистал вкраплениями алмазов. Ненавязчивые оборочки, рюшечки бантики довершали наряд, делая его неповторимым, сказочным, каким-то воздушным.

Еще одна девушка внесла туфли на высокой шпильке. Куда там Золушке с ее хрустальным башмачком! Эти туфли выглядели так, будто их верхняя часть соткана из паутины, а каблук и подошва были абсолютно прозрачными, кроме редких крохотных золотистых звездочек, вкрапленых в них.

Я восхищенно рассматривала наряд. В какой-то момент, краем глаза, поймала взгляд Ариса, наблюдавшего за мной с улыбкой на губах. Он был счастлив, как и любой мужчина, который видит насколько нравится его подарок женщине.

Повернулась к нему:

— Я даже не знаю что сказать, Арис… Это такая красота… У меня просто слов нет, а эмоции растерялись и убежали… Это просто восторг, а не наряд! Спасибо, Арис!

Губы растянулись в довольной улыбке, открывая ровные белые зубы, глаза блеснули радостью.

— Ты одевайся пока, а я скоро вернусь. Бал через два часа. Я зайду за тобой через час.

Он развернулся и быстро вышел. Я смотрела ему вслед, машинально куснув губу. Ох, не так все это выглядит… А уж как мне не нравится и сказать трудно….

* * *

Никогда не думала, что собираться на бал это такая морока.

Четыре девушки крутились вокруг, как пчелки вокруг улья, пока одевали на меня все эти юбки. Их оказалось ровно двадцать пять. А с виду платье выглядело почти невесомым, прозрачным, воздушным. На теле, по ощущениям, оно и осталось таким, но количество одетых друг на друга тряпок привело меня в тихий шок.

Сверху, на платье накинули тонкую пелерину, закрывшую тело от шеи до стоп.

Распустили волосы и долго расчесывали сначала вчетвером, потом позвали еще двоих. И как это я с ними справлялась всю жизнь сама, ума не приложу!

Пришел Арис, тихонько сел в кресле у камина и молча наблюдал за процедурой. Меня это издевательство раздражало, если не сказать, бесило, но я терпела и ждала момента, пока смогу встать с этого ужасного стула, где мой зад перестал чувствовать сам себя, спину сковало, а ноги затекли и отзывались противной коликой по всей длине. Зеркала передо мной не поставили и я не могла себе представить что эти моделистки вытворяют с моей головой. Судя по улыбке Ариса, выглядело это более, чем забавно.

Наконец, девчонки отстали, отошли в сторону. Легонько тряхнула головой. На удивление ни одна шпилька не выпала, прически на голове я не чувствовала, тяжесть волос тоже. Странное ощущение. Будто и не моя голова вовсе….

Одна из девушек принесла зеркало, встала передо мной, держа его на весу. Оттуда на меня кто-то смотрел… Я на этого кого-то тоже…

Постепенно до моего сознания начало доходить, что это я. Беспомощно оглянулась на Ариса. Потом на девушек по очереди. Спросить «Кто это?» не решилась. Просто закусила губу. Отражение повторило движение. Получилась вестьма капризная рожа. Решила не дразнить отражение, а то еще покажет правду, и разжала зубы.

Арис подошел сзади и тоже показался в зеркале.

Эта пара подходит друг другу — мелькнуло в голове и со стыдом спряталось куда-то далеко. Легкий румянец смущения проступил на щеках, ресницы опустились…

— Если ты подумала то же, что и я, то я вполне согласен с тобой — тихо шепнул Арис.

Его дыхание обожгло кожу, пробежало изморозью по телу. Пупырышки выступили по коже, да там и остались.

Руки Ариса мелькнули вокруг моей шеи и на пелерину легло ожерелье из самоцветов. Затаила дыхание, пока он застегивал украшение и развязывал тесемочки пелерины. Та легкой дымкой опустилась на пол.

— Посмотри, — снова шепнул он — это капелька моей благодарности тебе. Я хочу, чтобы ты всегда его одевала на балы.

Долго не могла поднять глаз, чувствуя себя не собой, а героиней какой-то сказочной истории, но собралась с силами и посмотрела в зеркало.

Элегантная молодая девушка смотрела на меня оттуда. Густые пряди черных волос уложились в высокую прическу. Из затейливо заколотых колечек то там, то здесь поблескивали крохотные цветочки, подчеркивая стойность шеи и смугловатый оттенок кожи. Покатые плечи гордо развернуты. Шею и грудь украшают сверкающие изумруды, рубины, гранаты, топазы, брилианты изощренным рисунком. Глубокое декольте открывает высокую грудь. Тонкая талия показывает гибкость и грациозность тела. Воздушное платье завершает картину. Это была не я. Значит, все-таки иллюзия…

Стройный брюнет, одетый во фрак, с белым цветком в нагрудном кармашке, так гармонирующем с его белой ажурной рубашкой и искуссно завязанным шейным платком, возвышается над ней больше, чем на полголовы. Его ярко-синие глаза с яркой темной окантовкой, четкими полосочками светло-изумрудного цвета и вертикальным зрачком внимательно наблюдают за ней. Темно-вишневые губы чуть приоткрыты в торжествующей улыбке.

Сказка… Сон… Мечта… Фантазия…

Закрыла глаза, пытаясь освободиться от наваждения. В голове закружилось то ли от усилия, то ли от голода.

Что-то со мной не то в этом Дворце происходит. Надо взять себя в руки. Тааак. Я — Дарина, Дарина, Дарина, а не та фифа из иллюзорного зеркала. Просто Дарина. Человек. Магичка, в конце концов. Хоть пока и бывшая… Но это ничего… Буду ею и в будущем… Чему меня учили, а? Правильно! Всегда оставаться собой, в кого бы судьба не заставила превра… хмм… переодеться. Все. Спокойно. Это только игра воображения.

Голос Ариса донесся будто издалека:

— Что с тобой, Дарина? Ты побледнела. Выпей воды.

Отхлебнула глоток из поднесенного к губам стакана. В голове прояснилось. Взяла в руку стакан, допила воду до конца. Может лягушки заведутся в животе, квакать начнут, ела-то не помню когда… Но промолчала.

Снова сидела в кресле у камина. Видимо Арис меня в него усадил. Этот момент выпал из моей памяти.

Арис, как будто прочел в моих мыслях, тут же спросил:

— Ты ела что-нибудь после того, как проснулась?

Не поднимая глаз, покачала головой. Он зыркнул куда-то поверх моей головы. Дверь хлопнула и через минуту хлопнула повторно. Передо мной появился столик, а на нем поднос с холодным мясом, сыром, свежей булкой и бокалом, похоже, вина.

Глянула на Ариса.

— А ты?

— Ешь, я уже ел. Приятного аппетита, — улыбнулся он и сел напротив в кресло.

Попробовала. Было очень вкусно. И с удовольствием быстро съела все, не оставив ни кусочка. Запила водой. Вина не хотелось.

Арис предложил мне свою руку и повел в бальный зал.

* * *

Мы едва не опоздали к выходу Королевы.

Огромный зал был полон народа. Тихо играла музыка, но никто не танцевал. Все стояли кучками, бродили по залу, приветствуя друг друга, по-праздничному разодетые, в дорогих украшениях, с самыми невероятными прическами на головах. И не только дамы. Мужчины тоже.

Служба разносила на подносах полные бокалы, сладости, фрукты.

Мы прошли вперед, обходя группки сплетничающих придворных и гостей двора, те провожали нас взглядами и тут же переключали темы болтовни на тех, кто привлек еще большее внимание.

Арис подвел меня к группке молодых людей и девушек. Представил всех по очереди. Милые, ничего не значащие улыбки, книксены, поклоны, общие фразы о торжестве, музыке, картинах на стенах, освещении, погоде.

Сначала слушала, а потом нашла для себя более интересное занятие — разглядывание змеиного общества. Кто-то дал мне бокал белого вина, и я так и стояла в сторонке, даже не пригубив его. Арис куда-то исчез. Его друзья пытались меня разговорить, но я извинилась и отошла на несколько шагов в сторону.

Каких нарядов и лиц здесь только не было! От дежурных мимик до вполне откровенных, когда они думали, что на них никто не смотрит. А эти глаза! Это что-то! Правду говорят, что глаза это зеркало души. Но от себя я бы добавила, что глаза это еще и зеркало эмоций, чувств, ощущений. Там, где мимика отработана до автоматизма, остаются глаза. Их не отработаешь. Хоть на миг, но в них проявится то, что переживает их обладатель.

Спасибо Арису, что затащил меня сюда! Такой лекции по психологии высшего света я бы никогда и нигде не получила!

— Ее Величество Королева! — прокричал кто-то вдалеке.

Голоса смолкли и в гробовой тишине грохнула музыка. Эдакая веселая, радостная, прямо как марши во время демонстраций.

Королеву мне видно не было, но штандарты, продвигающиеся над головами стоящих впереди, медленно покачивались, двигаясь вперед. Секундами позже присутствующие, как по команде, общей волной приседали в реверансах и склонялись в глубоких поклонах.

Наконец, весь зал присел, а я осталась стоять. Одна.

И тут я увидела Королеву.

Перед ней, чуть по бокам, длинной ковровой дорожки вышагивали разодетые в белые праздничные ливреи с бантами и подвязками, двое мужчин. Они-то и несли штандарты. За ними шла Королева, а справа и слева от нее высокие мужчина и женщина. За ними шел Арис.

Королева двигалась как-то тяжело. Будто волочила за собой как минимум мешок с углем. Мужчина и женщина, напротив, будто текли, парили почти не касаясь пола. Арис двигался также, как и они.

Хм… Занятно…

Взгляд Королевы метнулся ко мне и мне на миг показалось, что силуэт ее расплылся, и, вместо человеческой внешности, на меня смотрит огромная очковая кобра немигающим взглядом продолговатых вертикальных зрачков, слегка покачиваясь из стороны в сторону, сквозь челюсти которой мелькает раздвоенный язык. Но лишь на миг.

Королева прошла к трону, села. Музыка затихла.

Голос у нее оказался необычайно красивым, можно даже сказать, музыкальным: отчетливо слышалось глубокое сопрано. Говорила она чуть нараспев. Даже легкое присыкивание и пришепетывание не портили общего впечатления.

— Госспода! — сказала она — Сссегодня у нассс великий празздник! Единссственный ссын моих сссамых близзких друзей вошшшел в воззрасссст мужжессства! Сссегодня мы праззднуем сссовершшеннолетие нашшего горячо любимого Ариссса! Сссегодня, по ззаконам народа Ашшшеров и Ззмеелюдей Арисс получает Право Голоссса, Право Выбора и Право Решшшения! — она помолчала немного, давая время присутствующим осознать важность момента и объявила — Сссегодня Ариссс открывает бал первым танцем ссс той, которую будут впредь наззывать Принцесссой Бала Сссовершшшеннолетия Ариссса! Да будет так!

Арис и его родители все время стояли, как вкопанные, не шевеляь и не моргая. Я внимательно слушала и разглядывала Королеву. Что-то было в ней не так. Может это опять моя паранойя?

Присутствующие постепенно выпрямились, но я успела заметить в другом конце зала несколько Личей, среди которых был и мой знакомец из сна. За головами опять его не стало видно и я решила, что чуть попозже обследую зал и найду его. Интересно, как он отреагирует на мое появление. Или опять паранойя?

Венский вальс звучал захватывающими тактами, ноги сами просились поскользить по паркету. Народ расходился под стены, освобождая место для танца. Арис стоял рядом с троном в свободной позе, спокойно оглядывая зал.

— Ты так здорово выглядишь, Дарина — раздался тихий голосок за спиной, — Я даже сразу тебя не узнала.

Обернулась.

Мена была ослепительна! Я расплылась в улыбке, любуясь ее красотой.

— Мена! Ты даже не представляешь, как ты великолепна! — восхитилась вслух — Я никогда бы не могла подумать, что та красавица-змейка может быть самим совершенством!

И я не лукавила. Все было именно так!

Мена покраснела от удовольствия и улыбнулась в ответ.

— Он просто обязан пригласить тебя на этот танец, — шепнула ей на ушко — Давай, становись передо мной, чтобы ему не пришлось тебя долго искать.

Подхватила ее под руку и подтолкнула чуть вперед. Сама стала сзади, а потом отступила еще немного, за спины других девушек, и еще немного, пока не уперлась спиной в стену.

Арис улыбался, дожидаясь самых неповоротливых, спешащих освободить место для танца. Потом пошел медленно по кругу, останавливаясь то тут, то там, перекидываясь шутками с розовеющими от смущения девушками.

Я боялась, что он не дойдет до нашей части зала, выбрав кого-то по дороге, и не пригласит Мену. Но Арис дошел. Он говорил комплименты каждой, улыбался, раскланивался, принимал поздравления, остроумно отвечал на шутки. Но все ждали момента, когда он выведет в центр свою избранницу и пытались предугадать, кто же будет та счастливица. Об этом шептались вокруг меня и я слышала разговоры и надеялась, что ею будет красавица-медянка. Все чаще произносилось имя Мены и я тихо радовалась за нее.

Вот он остановился перед Меной, что-то ей сказал на ушко. Она зарделась, присела в книксене. Обратился к стоящим рядом, что-то сказал, все рассмеялись. Пошел дальше.

Я напрягала слух, но за громкой музыкой ничего не услышала. Разве что соседку сзади, пытавшуюся перекричать звуки вальса, чтобы ее услышала дама стоящая рядом:

— Это настоящий выбор невесты, дорогая! По закону Ашеров молодой мужчина так представляет своим родителям свою будущую жену!

— Что ты говоришь, дорогая! — крикнула ей в ответ вторая — Но тогда будет позорище для юной девы, если он в конце концов на ней не женится! А ты знаешь кого он имеет на примете?

— Ну, конечно же, Мену! Они же росли вместе! Да и всю жизнь неразлучны! Она за ним даже к ведьме пошла! И сама жива осталась, и его оттуда вырвала! Говорят он совсем околдован был и если бы не мужество Мены, так и остался бы невольником у той колдовки!

— Что ты говоришь, дорогая! Вот это любооовь! Прямо как в сказке!

— Весь двор только об этом и говорит! Говорят, даже госпожа Веда отправлялась встречать их на границу с человеческим Миром!

— Ах, вот даже как! Это так захватывающе, дорогая! Так волшебно!

Товарки продолжали болтать, но я их уже не слушала, а бочком пробиралась вдоль стенки к выходу.

К ведьме, значит. Колдовка, значит. И сама осталась жива, и его вырвала?! Ладно. Хватит. Намотрелась. И наслушалась. Пора убираться отсюда! — неожиданно для самой себя вспыхнула яростью — Нечего мне здесь делать. Пусть выбирает свою ненаглядную сам. Мену, Лену, Бену, хоть черта лысого! А мне здесь делать больше нечего…

Музыка продолжала играть вальс Штрауса. Арис обошел весь зал и вернулся к трону. Поклонился чуть ли не в пояс, что-то сказал Королеве и родителям. Все трое переглянулись. Беседа длилась, как мне показалось, долго и я молилась, чтобы он еще задержался около трона, пока выскользну из зала. Музака играла, не прерываясь ни на миг.

Я преодолела только половину дороги до выхода, как Арис, поклонившись собеседникам, повернулся и решительным шагом пошел к Мене.

Мне не хотелось смотреть на это, даже не знаю почему. Может быть потому, что услышала болтушек у себя за спиной? Продолжила упорное движение к выходу.

Вот сейчас доберусь туда, спрячусь за чужими спинами и, как только танец закончится или другие тоже начнут танцевать — я же не знаю, как у них тут положено по этикету — потихоньку выскользну из зала и уйду в свою комнату. А завтра… Завтра попаду домой, в свой Мир…

Как-то странно пусто стало вокруг. Покосилась вправо-влево, не поднимая головы, заметила, что народ расступился в стороны, как бы шарахнулся от меня. Проследила за их взглядами. Большинство из них смотрели на меня, но некоторые таращились вперед. Внезапно я поняла что это значит. Кровь отхлынула в пятки. Они налились свинцом и прилипли к каблукам, а те к полу. Подняла голову и встретилась взглядом с Арисом, с улыбкой протягивающим мне руку. Не шевельнулась. В горле пересохло. Липкий пот потек по спине, намочил ладони.

Арис отвесил галантный поклон, бесцеремонно взял мою руку и повел в центр зала. Отказаться было невозможно — все смотрели на нас, во главе с Королевой и его родителями-Ашерами. Отец одобрительно ухмылялся в усы, видимо одобряя поведение сына.

— Что-ты-де-ла-ешь? — глядя ему в глаза с ужасом прошипела, когда он развернул меня к себе для танца, ожидая нужного па…

— Я выбрал тебя, — улыбнулся он.

— Ты обещал меня не приглашать! — возмутилась от всей души…

— Этого я не обещал Ты моя хозяйка там и моя гостья здесь. Я не мог не пригласить тебя, — продолжал улыбаться нахальный Кот.

— Тебя ждет Мена!

— Она меня не интересует.

— Но она же тебя любит! — выдвинула последний аргумент.

— А ты? — спросил он, склоняясь к моему уху и закружил в танце.

Со стороны можно было подумать, что он меня целует на виду у всех.

— Не делай так, Арис! — рыкнула глухо, пытаясь хоть чуть отстраниться, но проще было сдвинуть гранитную скалу с места, чем ослабить его хватку — На нас все смотрят! Что они подумают?

— Меня не интереует это. Я счастлив, я хочу танцевать. И я танцую свой первый в жизни свободный танец с той, с которой хочу…

Мы так и кружились в такт музыке, крепко прижатые друг к другу. Танец длился бесконечно долго. И пусть бы он длился еще столько же, вряд ли я была бы против…

Но всему волшебному в итоге приходит конец. Закончился и вальс.

Арис подвел меня к трону.

— Ваше Величество, мама, отец, это Дарина! Моя госпожа и хозяйка, давшая приют в мире Людей, и гостья в этом Мире в одном лице.

Волосы на моей голове зашевелились сами от его слов. Он что, совсем рехнулся, что говорит такие вещи родителям и Королеве?!

Музыка заиграла снова и присутствующие закружились в танце.

Его родители с интересом разглядывали меня. Поприветствовала их книсеном и вымученной улыбкой. Посмотрела на Королеву, а она на меня. Видела ее в двух образах одновременно — моложавой красивой женщины и огромной очковой кобры. Одна возвышалась над другой. Женщина была уставшей и подавленной, хоть и не показывала виду, будучи Королевой, вторая…. вторая была беременной и вскоре должна была родить Яйцо. Это знание пришло внезапно, как удар грома среди ясного неба. Теперь мне стала понятна та странность, которую заметила, когда Королева шла к трону. Ее магическая суть была измучена тяжестью, которую она в себе носила! И Королева поняла, что я узнала ее Тайну. Наши глаза встретились. Ее зрачки в обоих телах расширились, глаза загорелись красным огнем.

— Ты?! — хрипло выдавила она из себя.

Я удивилась и не поняла ее реакции.

Ашеры тут же перетекли ближе к трону. Их расслабленные позы говорили о полной боевой готовности. Глаза стали колючими, холодными, готовыми одним коротким движением убить. Арис тут же закрыл меня собой.

— Ваше Величество, — проскрипел за моей спиной знакомый голос — Ваше Величество, Ваше состояние не дало Вам возможности правильно понять предназначение Дарины.

Мы с Арисом оглянулись, Остальные смотрели пристально на Лича, моего знакомца из сна. Он спокойно стоял за моей спиной, опираясь на клюку, очень похожую на Марфину. По крайней мере, с первого взгляда, можно было предположить, что руны на обеих почти одинаковые. Надо будет как-нбудь спросить об этом каждого из них, когда такая оказия появится и если появится.

— Говори, Вэрдиссс, — после некоторого молчания позволила Королева.

— Вы же знаете, что я редкий гость где бы-то ни было и редко выбираюсь из своей библиотеки.

— Это так, — подтвердила Королева — Продолжай…

— В этот раз я специально прибыл на торжество, чтобы предотвратить любые случайности. Вы правильно подумали, Ваше Величество, о Дарине, но не правильно расставили знаки. Она как раз является противоположным тому, о чем Вы изволили подумать, Ваше Величество. Если Вы позволите, я объясню Вам все, но оставьте молодым молодость и веселье, а дела давайте обсуждать без них. И лучше, если мы с Вами на время удалимся, хотя бы вон в ту уютную комнату за троном…

Я выглядывала из-за Ариса, но он все время заступал мне обзор, хорошо зная возможности Стражей Королевы в лице своих родителей. Наконец, я не выдержала и изо всех сил ущипнула его за зад. Арис мимо воли отпрыгнул в сторону. А Лич в этот момент договорил фразу. И тут я встряла:

— Если речь идет обо мне, то я тоже хочу это знать. О Тайне Королевы я узнала, глядя на нее. О тайне про себя я хочу узнать от Вас. И, думаю, что имею на это право. Иначе бы Вы не сказали это вслух, чтобы я услышала.

Лич молчал, ожидая решения коронованной особы. Она пристально смотрела мне в глаза.

— Пусть идут, — решила она — Оба.

Под прицелом шести пар цепких глаз и большинства придворных, мы не спеша прошли в «уютную заднюю комнату за троном». Моя интуиция придушенно рыдала в пречувствии очередных проблем, но я ее героически игнорировала, опираясь на руку Ариса.

* * *

Комната, действительно была уютной. Темно-бордовые тона с золотом успокаивали после яркого света и шума бального зала. Большой овальный стол стоял почти у самого окна. Удобные мягкие стулья с высокими спинками окружали его. Несколько графинчиков с напитками и чистыми бокалами стояли в середине стола. В небольшом камине пылали дрова, тихонько потрескивая и выстреливая аккуратные искорки звезд. Удобная мягкая мебель занимала противоположную сторону комнаты. У камина скучали два мягких кресла.

Королева села ближе к огню, спиной к окнам. Ашеры стали по обеим сторонам ее кресла. Арис проводил меня к столу, отодвинул стул, терпеливо ждал, пока я с непривычки пыталась справиться со всеми этими юбками. Лич сел в кресло напротив Королевы. Слуга подал бокалы и вышел.

Королева кивнула Личу, позволяя говорить. Я вся превратилась в слух.

— Ваше Величество, эта девушка магиня-воин, которая прошла долгую соответствующую подготовку, но волею судеб именно ей удалось восстановить древний Священный Алтарь друидов…

— Вот как?! — перебила его Королева, — Но ведь Алтарь пытались восстановить самые сильные маги всех рас всех Миров! Как же это удалось ей?

— Дарина, может быть расскажешь сама? — глянул на меня Лич.

Пожала в ответ плечами. Что им рассказывать? Сказку на ночь? Глупости какие…

— Просто повезло — ответила коротко.

— Ну, хорошо, — продолжил Лич — Тогда я сам коротко опишу обстановку, чтобы не утомлять Вас понапрасну. Дарина смогла найти недостающую Сферу и соединить ее с остальными. Теперь все Источники Силы наполняются энергией и в Мирах снова оживает Магия. После этого акта девушка сама представляет собой оружие против отступников и нечисти. Но она сейчас беспомощна, как младенец, потому что Алтарь мгновенно открыл в ней новые возможности и силы, которыми раньше она не владела. Это значит только одно — она пользоваться известными ей магическими силами не может, потому что по своим новым качествам и возможностям находится на несколько уровней выше, чем прежде, и прежние умения для нее бесполезны из-за разности качества и количества магической силы этих уровней. А новыми пользоваться не может, потому что не владеет необходимыми знаниями. Получается казус.

— Зачем ты мне это рассказываешь, Вэрдиссс? — хмуро спросила Королева.

— А затем, Ваше Величество, — понизил голос Лич — Чтобы Вы знали, что она может помочь нам, когда придет время. А это время придет скоро, как Вы сами знаете.

— И что для этого надо?

— Думаю, Ваше Величество, прежде всего надо получить ее согласие, а потом помочь ей обрести то, чего ей не хватает. Но прежде, Ваше Величество, нужно благодарить Ариса, что он разыскал ее и пригласил сюда.

Королева задумалась, глядя в огонь. Все молчали.

Внезапно я почувствовала ненавидящий взгляд и завертела головой.

— Что случилось? — тихо спросил Арис.

— Кто-то смотрит на меня и слушает нас, — ответила я.

Королева, прищурившись, глянула на меня, и тут же на Лича.

— Сейчас узнаем, Ваше Величество — ответил он на незаданный вопрос — Это Ваш подданный. Его зовут Севрус. Вот видите, ваше Величество, даже я не почувствовал этого, а Дарина да. Это еще одно доказательство того, что я прав. Если бы она не насторожилась так внезапно и ее эмоции не изменились, я бы не поймал этого наглеца. Теперь он под моим контролем идет сюда. Ему навстречу пошел один из наших, чтобы по дороге ничего не случилось.

— Дворцовые интриги — тихо буркнула я себе под нос.

Присутствующие услышали.

— Нет, Дарина, это уже не интрига. Это уже чистой воды предательство, — повернулся ко мне Лич.

Королева оторвала взгляд от огня:

— Гранд, Веда, не стойте, пожалуйста, столбами, присядьте. Не от кого меня тут защищать. Садитесь, отдохните.

Ашеры молча подсели к столу. Арис тут же налил напитки в бокалы и поднес их родителям.

— Что еще ты чувствуешь в этой комнате, Дарина? — глянула на меня Королева.

Прислушалась к своей интуиции. Та орала на все лады благим матом.

— Эта комната очень опасна для Вас, королева, — воспроизвела вслух свои ощущения, — мне кажется, что сюда направлены несколько лучей неактивированных еще, но уже готовых заклинаний смерти и… «стопер», «подчинение воли» и еще что-то… аа… «ядовитый взрыв». Эта комната прослушивается еще с помощью заклинания приближения, но не знаю, проверить не могу.

— Ты говори, детка, говори, — проскрипел Лич, — а мы с коллегами сразу проверять будем.

Я встала, прошлась по комнате, вернулась на место. Ашеры следили на мной настороженными взглядами.

— Нет, я не могу описать. Извините.

— А чувствуешь что? — нетерпеливо спросил Лич.

— Опасность. Здесь нельзя находиться. Особенно Ашерам и Королеве… — и неожиданно для себя воскликнула — Уходите скореее! Скорее!

Больше ничего не могла сказать. Ашеры тут же вскочили. Королева мгновенно оказалась у двери, подхваченная под руки с обеих сторон. Арис схватил меня за руку.

— Нет! Нужно Лича вывести!

Мы вместе кинулись к Личу, подхватили его и….

* * *

В глазах просветлело. Огляделась, все еще цепляясь за чей-то локоть. Встретилась глазами с Арисом только что отпустившим второй локоть Лича. Королева, Ашеры и еще трое Личей тоже находились здесь.

Комната больше походила на рабочий кабинет, хоть здесь и стояли несколько удобных, мягких диванов и кресел. У окна распростерся огромный письменный стол, украшенный прибором для письма и хранения перьев в виде прыгающего кота.

— … обезвреживаются, — докладывал Королеве один из Личей, — виновные телепортированы в подвалы Дворца и ждут допроса, бал продолжается. Придворные и гости ничего не заметили, Ваше Величество. Мы успели установить завесу сразу за троном.

Королева внимательно слушала, не проявляя никаких эмоций. Вэрдис направился к ней. Арис увел меня в другой конец комнаты, где ничего не было слышно, усадил на диван и сам сел рядом.

— Я никогда бы не подумал, что ты магиня, Дарина. Ведь я столько месяцев жил с тобой под одной крышей, но ни разу не почувствовал, чтобы у тебя была хоть какая-то магическая сила, — тихонько заговорил молодой Ашер, склонившись к моему уху, — То, что я услышал сегодня, убило меня наповал.

— А я слышала, что ты специально искал меня и единственный, кто нашел…

— Дарина, все было не так, уверяю тебя. Вэрдис, старый интриган и он любую правду вывернет так, что она останется правдой, но узнать ее будет очень не просто.

— Это и так понятно, — кивнула — Я не могу понять, Арис, при чем здесь я и чего он от меня хочет добиться?

— Он в открытую решил предложить всем компромис, насколько я понял.

— Может объяснишь?

— Объясню, конечно, как сам знаю, но только тогда, когда выберемся отсюда в безопасное место без присутствия чужих ушей.

Молча кивнула, согласившись с верностью его предложения.

— Где мы находимся сейчас?

— Это рабочий кабинет Королевы в восточном крыле Дворца. Здесь она почти не бывает, поэтому это одно из самых безопасных мест для нее.

— Ясно… А когда мы сможем уйти отсюда? — мне не терпелось поскорее уйти.

— Как только нас отпустят, — шепнул Арис и встал навстречу отцу, направляющемуся к нам через всю комнату.

Я осталась сидеть, откинувшись на спинку дивана, наблюдала за присутствующими. Один из Личей исчез, второй через пару мгновений появился и сразу подошел к Королеве и Вэрдису, которые что-то тихо обсуждали, иногда поглядывая на меня то украдкой, то открыто.

Отец Ариса подошел, учтиво поклонился, сел в кресло напротив. Арис снова сел рядом со мной. Задумчивый взгляд Гранда заставил меня почувствовать скованность, но я чуть пошевелилась и это ощущение прошло.

— Скажите мне, Дарина, это правда, что это Вы восстановили Алтарь друидов?

Красивые голоса у этих котов, подумалось мне, когда услышала его вопрос. Что у Ариса, что у его отца. Они могли бы составить великолепный дуэт. Или даже трио, судя по тому, каким запомнила голос его матери, проронившей всего лишь пару слов там, в лесу.

— Да, это правда, — ответила, глядя ему в глаза.

— Сегодня Вы спасли жизнь Королевы и будущее многих Миров. Вы знаете об этом?

— Могу только догадываться, судя по случившемуся переполоху, — неопределенно пожала плечами.

— К сожалению, это был не переполох, а своевременная эвакуация Королевы в безопасное место. Ваши ощущения подтвердились. Комната взорвалась по неопределенной причине. Личи утверждают, что это было направленное заклинание. Но я в этом разбираюсь меньше, чем они, и поэтому склонен поверить их экспертизе, — спокойно говорил Ашер, представляя нам конечную информацию, но мне показалось, будто он говорил все это не просто так, а преследовал какую-то цель, — Сейчас вы, молодые люди, можете вернуться на бал и от души повеселиться. А завтра, я и моя супруга, хотели бы побеседовать с вами обоими. Арис, позаботься о том, чтобы наша гостья не скучала.

— Да, отец.

— Да, и еще, сынок, было бы лучше, если бы вы провели эту ночь вместе. Так будет безопаснее, — и тут же заговорчески подмигнул сыну, — Вам же не привыкать спать в одной постели.

Я открыла рот и даже набрала воздуха, чтобы ответить нахалу, но, пока это делала, он уже стоял около Королевы и что-то ей говорил. Она мельком глянула в нашу сторону и согласно кивнула. Я перевела возмущенный взгляд на Ариса. Эта самодовольная улыбка разозлила меня окончательно. Возмущенно встала и пошла к выходу. Арис тут же подхватил меня под локоток.

Как только огромная дубовая дверь плотно закрылась за нами, я громко возмутилась:

— Что твой папаша себе позволяет?! Как он посмел такое сказать?! Я спала с тобой?! Это ты ему сказал?! «Эту ночь должны провести вместе»?! И что это за допрос он учинил?!

Арис опешил. Даже остановился.

— Дариина! Что ты говоришь?! Мой отец НИКОГДА не позволял себе шутить с кем бы то ни было в первый день знакомства! Да еще и делиться своими мыслями! Это вообще нонсенс! Он тебя ПРИНЯЛ! Как ты этого не понимаешь?!

— Принял?! Так это еще и шуточки?!..

Он развернул меня к себе, взял за плечи:

— Ты понимаешь, Дарина, они приняли тебя!.. Это просто невероятно! Такого в моей жизни еще никогда не было по отношению к тем девушкам, с которыми мне удавалось их познакомить!.. Пойдем, это дело надо отметить красивым танцем и вкусной едой. Пошли…

И под руку потащил меня туда, откуда доносилась музыка.

* * *

Мы шли сквозь анфиладу гигантских комнат, широких коридоров. Из огромных окон лился отраженный снегом лунный свет. Причудливые тени старинной мебели, комнатных растений в напольных вазонах, казалось, ползли за нами следом. Каждый шаг расплескивался гулким эхом, убегая вдаль, ударяясь о потолок, и возвращался новым звуком, забираясь под одежду, шевеля волосы.

— Здесь что, никто не живет? — тихо спросила, шагая рядом с ним.

— Это крыло Дворца очень старое, — ответил он, — Отсюда много лет назад всех выселили. Ремонтные работы ведутся, но только тогда, когда на это есть время и средства. Сюда иногда приходят слуги подлить цветы и протереть пыль. Эту часть Дворца стараются посещать как можно реже. Все. С Королевой включительно.

— Почему?

— Есть какое-то местное предание об этом, но я особо не вникал. Хватало и того, что болтают о каждой комнате отдельно.

— А мне было бы интересно узнать об этом поподробнее. Уж очень необычно здесь все.

Меня так и тянуло вернуться и обойти каждый уголок. Особенно исследовать подвалы под покоями и кабинетом Королевы. Но этого вслух не сказала. Если удастся овладеть тем, о чем говорил Лич, то обязательно сюда вернусь. Такое место я пропустить мимо своего внимания никак не могла.

* * *

Бальный зал соседствовал с обеденным. Столы были почти накрыты. Вокруг них самозабвенно суетилась обслуга под руководством убеленного сединами мажордома. Завидев нас, он поприветствовал поклоном головы Ариса и улыбкой меня. Тот ответил ему улыбкой и легким кивком.

Музыка призывно манила веселой полькой и Арис от самых дверей подхватил меня в пляс.

«Это полька или кан-кан?» — успела подумать во время следующего пируета, но спросить Ариса не удалось. Партнеры и партерши скакали по кругу в противоположные стороны, обмениваясь танцевальными фигурами, улыбками и кокетством.

Мне пришлось туго. Приходилось следить за соседками, чтобы не опозориться, держать улыбку и кокетничать с кавалерами одновременно. Настроение поднялось от веселой музыки и движения и я порхала, как бабочка, от партнера к пратнеру, как того требовал танец. Дурные мысли о происшедшем канули в неизвестном направлении. Юбки кружились веселыми фалдами, радужными зайчиками рисовались фантастические фигуры на стенах и потолке от сверкающих драгоценностей, нежные струи прохладного воздуха из приоткрытых окон охлаждали разгоряченные танцами и вином тела, унося запах пота, духов, свечей и факелов, ярко освещавших зал.

Музыка заиграла вновь и пары закружились в очередном вальсе.

Отошла в сторонку, разыскивая Ариса глазами, увидела его разговаривающим с Меной, но тут кто-то тронул меня за плечо. Обернулась.

— Позвольте предложить Вам бокал вина…

Молодой мужчина, на вид лет двадцати восьми, слащаво улыбался, протягивая мне бокал шампанского, который без раздумий взяла. Только потом подумала, зачем я это делаю? Но возвращать было поздно.

— Вы замечательно танцуете, прекрасная незнакомка, — улыбка стала еще шире, приоткрывая острые резцы, — Где же Вы научились так танцевать наши танцы, позвольте спросить? — он жестом пригласил меня к приоткрытому окну.

— Нигде, уважаемый… — вопросительная мимика и пауза дали ему возможность представиться.

— Иридис Мэрдис, Ваш покорный слуга, — учтиво поклонился мужчина, — Позволено мне будет узнать Ваше имя, прекрасная незнакомка?

Неужто придется еще и изображать из себя великосветскую даму?! Эх… Попробую сдать хотя бы зачет по актерскому мастерству…

— Дарина — улыбнулась, сделав соответствующий намек на книксен.

— О! Какое редкое имя в наших краях! Вы, наверное, прибыли с какой-нибудь делегацией к нашей Королеве? — приподнял выщипанную бровку кавалер.

Ну да… делегация… с высокой миссией сопредельного государства…

— Ну, что Вы, уважаемый Иридис, — не менее слащаво улыбнулась ему — Я попала на бал случайно…

— Ваше платье ткали самые искуссные мастера Мира Ашеров, как я вижу — продолжил выпытывать он, — Вы гостья Ашеров, великолепная Дарина?

Ага… Так я тебе и сказала. Мечтатель, блин!

Загадочно улыбнулась и кокетливо отошла. Меня больше интересовали другие гости и медленно пошла по кругу, рассматривая и танцующих, и отдыхающих в сторонке.

Здесь я никого не знала, кроме Ариса и Мены. А их не было видно нигде. Те, кому меня представил Арис, веселились, не пропуская ни одного танца. Через час мне стало скучно, и я решила вернуться в свою комнату.

Мажордом стоял у двери, ожидая пока закончится музыка, чтобы пригласить гостей подкрепить свои силы в банкетном зале. Еще раз обвела зал глазами и скользнула мимо него в дверь, быстро пересекла зал с накрытыми под фуршет столами и пошла по коридору.

По ярко освещенному коридору курсировали роскошные дамы под ручку с кавалерами, слышались шутки, смех, болтовня о погоде, Королеве и виновнике торжества. Молодые пары разглядывали что-то интересное за окнами, тихо переговаривались.

Наконец, я закрыла за собой тяжелые двери. В комнате царил полумрак. Только две свечи горели на каминной полке и огонь в самом камине. Подошла к камину, подбросила дров. Сзади раздался шорох. Резко обернулась. Человек отделился от гардины у дальнего окна и медленно подошел ко мне.

— Пойдем со мной, Дарина. Тебя зовет Арис.

Этого человека прежде никогда и нигде не видела. А на память я пока не жаловалась. Что-то екнуло внутри, насторожило. Наверное выражение его глаз. Слишком уж они были обеспокоены и серьезны. Да и обратился он ко мне, как к старой знакомой или служанке. Сразу не понять. Темно слишком.

— Он в подземелье и ему нужна твоя помощь.

Вот как? Чем же я могу помочь, если сама беспомощна, а он об этом знает? Только вот беспомощна ли… Ясно, что это ловушка, но мне придется в нее попасться. И лучше, если это обыграю показной эмоцией и соответствующим поведением. Образ деревенской девчонки вполне подойдет.

— Ой! — всплеснула руками — А что с ним случилось? Пойдемте быстрее! Где это подземелье? Там же темно наверное! Надо свечи взять и…

Заметалась по комнате, хватая то одно, то другое, роняя схваченное на пол и снова мечась по комнате. Мужик понаблюдал за мной недолго, потом сказал:

— Пойдем, Дарина. Этих двух свечей вполне хватит.

— Да? Хорошо, тогда пошли быстрее…

Он подал мне вторую свечу и вышел в коридор. Я нетерпеливо выскочила перед ним, затопталась на месте, глупо шлепая ресницами, с открытым ртом оглядывалась по сторонам. В коридоре никого не было. Видимо народ подкрепрял свои истощенные танцами и болтовней силы в обеденном зале. Мы пошли в противоположную сторону.

Интересно…

* * *

Замок он знал хорошо, потому что повел меня не коридорами, а через чужие комнаты, потайные двери, узкие проходики, пока мы не оказались в темном тоннеле, судя по наклону пола, опускающемуся вниз.

Я «взволнованно» щебетала всю дорогу, надоедая ему вопросами, страшными предположениями, вскриками испуга от теней ниш и разветвлений, ужасающих звуков то от капель воды, то от странных шорохов за спиной. Впрочем, он меня не слушал и на мои вопросы и вскрики внимания не обращал. Его широкая спина маячила впереди, размеренно покачиваясь. Руку со свечой он держал наотлет. Видимо свет ему был не нужен.

Сама я обдумывала свое положение довольно-таки напряженно.

То, что это ловушка, понятно, к гадалке не ходи. Но зачем?

Вариантов ответов созрело два: первое — Ариса похитили, чтобы иметь козырь влияния на его родителей после неудачного покушения на беременную Королеву. То, что покушение было неудачным, наверняка вычислили или поняли сразу. Я там нужна, чтобы заставить Ариса склонить родителей к сотрудничеству на случай, если у него на меня виды. А он это показал, избрав меня среди всех присутствующих девушек на первый танец. Им нужна Королева. Даже не сама Королева, а ее Яйцо. Иначе бы не было вокруг этого никакой Тайны. Значит это Яйцо чем-то важно для них.

Второе — на Ариса и Мену напали, когда они вышли поговорить без посторонних ушей, а может и не просто поговорить, коль оказались в подвале, он был ранен, потерял сознание, а когда пришел в себя, по старой привычке долгого проживания под одной крышей, назвал вслух мое имя. И добросердечный, благородный убивец кинулся за помощью не к кому-нибудь, а ко мне… Ужасть…

Ладно. С этим понятно. Но что делать мне, когда мы придем в этот, как его, каземат, где держат Ариса и, скорее всего, Мену? Разве им не хватило одной Мены, чтобы склонить Ариса к сотрудничеству? Или они решили иначе?

Хм… Посмотрю как будут развиваться события и по ходу пьессы буду реагировать. В конце концов мою профессию еще никто не отменил, а Личу Вэрдису я верю. Говорят, что Личи редко ошибаются. А этот зубр магии, чувствую, не ошибся. В конце концов я всегда смогу попробовать вызвать силы Алтаря, если возникнет крайняя необходимость и они мне ответят. Это знаю точно. Теперь знаю.

* * *

Наконец, мужик остановился и я, почти бежавшая за ним по пятам и трепавшая языком о чем ни попадя, ткнулась лбом ему в спину и «испуганно» замолчала. Он неслышно открыл хорошо смазанную в петлях тяжелую дверь. Из проема хлеснул по глазам яркий свет. Зажмурилась, тихо ойкнув. Сильная рука втолкнула внутрь. Споткнулась, но мне не дали упасть, крепко схватив за запястья и выкрутив руки назад, да так и не отпустили.

— Спасибо, — пролепетала и сощурившись открыла глаза. Огляделась.

К стене прикованы трое и на крюке, вбитом туда же, извивается мерцающий незаконченной трансформацией то змей, то мужчина, подвешенный за шею.

Похитители стояли кучкой, любуясь зрелищем, а увидев меня разулыбались от удовольствия.

Разношерстная компания, — подумала про себя — два Лича, молоденький Ашер и трое змее-людей. Интересная картинка… Что же заставило их сплотиться вместе?…

Не выходя из образа, вскрикнула:

— Арис! Мена! Госпожа Медея! — и кинулась к ним.

Как и следовало ожидать, задержали. Тот, что привел меня, прошелся между мной и пленниками, заложив руки за спину, остановился напротив Ариса и сказал:

— Теперь все, кто тебе дорог, в сборе и мы предоставляем тебе выбор, — или сотрудничество с нами, или все они мееедленно умрут на твоих глазах. С кого начнем? С Мены или этой деревенщины? Кто из них тебе пришелся больше по сердцу?

Арис молчал, не удостоив змеечеловека даже взглядом.

Мой проводник подошел ко мне, упер палец остро отточенным ногтем снизу в подбородок и поднял мою голову, сверху заглянул в глаза.

— С тебя и начнем, крошка. — глянул на Ариса — Арис, а у нее красивая мордашка. Через минуту можно будет сказать, что была. Не жалко девчонку? А?

— Осторожно, Дитрис, эта деревенская кошечка может показать зубки, когда до ее тупенького умишки дойдет куда и зачем ее привели, — усмехнулся один из Личей.

— Ничего, — ухмыльнулся проводник — я люблю укрощать дикарок.

— Оставь ее, — спокойно сказал Арис, не меняя ни выражения лица, ни направления взгляда.

— Ха-ха! Тебе так понравилась эта деревенщина, Ашер? За подругу детства ты не просил!

— Я не прошу.

— Может ты мне приказываешь, кошак?! Ха-ха-ха! Ты забыл, что прикован к стене не я, а ты. А, значит, и решать кого казнить, а кого миловать мне, а не тебе!

Я тихонько завыла, как от ужаса, широко раскрыв глаза.

— Заткнись, девка! — рыкнул на меня мужик — А то я тебя не только морды лишу, но и глотки!

Замолчала, продолжая испуганно хлопать глазами.

— Вот так-то лучше, — кивнул он и отвернулся к прикованным, — Нам нужна Королева и теперь Стражи нам не помеха. У нас теперь есть чем связать им руки, чтобы не мешали. Где Королева? Отвечайте! — гаркнул он — Говори, Мена! Или твой отец станет первой жертвой!

— Я не знаю, господин! Я не знаю! Если бы я знала, я бы сказала!! Отпустите его, господин! Умоляю Вас!

Она залилась слезами, повиснув на кандалах. По лицу Медеи тоже катились слезы. Но она молчала, надменно задрав подбородок.

Мужик орал, топал ногами, сыпал пощечинами и угрозами. Но видно было, что он все еще сдерживается, чего-то или кого-то ждет.

Я тоже ждала, уже приготовившись к действию. Я чувствовала, что в любой момент смогу вызвать энергию Сферы, но вот смогу ли ее контролировать, не знала. Мне тоже нужно было немного времени, чтобы расчитать свои силы и не покалечить случайно пленников.

Через несколько минут дверь отворилась и в помещение вошел никто иной, как Иридис Мэрдис собственной персоной. Вальяжная походочка, глумливо-слащавая улыбочка, имитация королевского жезла в деревянном исполнении постукивает по раскрытой холеной ладони. Хмм… Имитация или волшебная палочка третьекурсника Академии? Очень похоже… Но как проверить, не привлекая внимания хозяина?… А никак. По крайней мере не с моими сегодняшними возможностями, о которых я знаю только со слов Лича…

Ладно. Обойдусь.

Если он и правда студент, то вполне мог приехать на празднество, отпросившись на несколько дней раньше начала зимних каникул, если, конечно сдал все экзамены и зачеты сессии. А имитация жезла подсказывает что именно ему пообещали в случае захвата Королевы те, кто стоит за всем этим заговором…

— Так-так-тааак — протянул Иридис, прогуливаясь вдоль ряда пленников, — Очень хорошая работа, господа! Ашерский выродок, влюбленная идиотка, будущая теща и многострадальный тесть… Хорошая компания аргументов для Стражей, — и только теперь заметил меня, — А эту на кой притащили? Это пустышка. Я проверил. Ее по случаю спасли благородные Ашеры от толпы разъяренных мужиков. Она во Дворце случайно. Привяжите ее к какому-нибудь крюку, чтобы не мешала. Пусть смотрит. А потом выпустим прямиком в бальный зал. Пусть поднимет панику. А пока займемся кошаком и его возлюбленной. Ты ведь не против, Арис? — изгалялся молодой вельможа, — Правда ты запомнишь день своего совершеннолетия на всю оставшуюся жизнь, а?

Он захихикал тоненько, по-девчачьи, оглядываясь на союзников. Те ухмылялись мстительно-довольными рожами. Кроме Личей. Они внимательно рассматривали меня. Один даже подошел поближе.

— Что, понравилась простушка, Ивонис? Может хочешь ее забрать себе для экспериментов? Ха-ха-ха!

Но тот не отреагировал на шутку. Обошел вокруг, резко оглянулся на второго Лича, коротко кивнул головой и… Хлоп! Схлонулся воздух после одновременной, как по команде, телепортации.

Как в замедленном кино, заговорщики начали поворачиваться ко мне. Мимики их торжествующих лиц менялись. Ждать было больше нечего и незачем.

Потянулась к воспоминанию своих действий в Живом Замке, когда перепуганная девушка забилась в истерике и мне пришлось ее усыпить, усилила свою концентрацию на присутствующих заговорщиках, мысленно коснулась, как бы пальцем, сознания каждого, погружая в глубокий сон. Руки, державшие мои запястья медленно разжались. Тела опускались на каменный пол. Прыгнула вперед, выхватывая нож из ножен, полоснула по веревке подвешенного. Грузное мужское тело шлепнулось на пол. Нож чиркнул еще раз и веревка, сдавливающая шею, отлетела в сторону. Мужчина на полу гулко закашлялся, жадно хватая ртом воздух. Поднялась с колена, поцокала каблучками к заснувшим, выворачивая карманы, пока не нашла ключи от кандалов.

— Как ты это сделала? — ошарашенно спросил Арис, пытаясь заглянуть мне в глаза, пока отмыкала его кандалы.

— Понятия не имею, — буркнула, переходя к Мене.

Та все еще беззвучно рыдала с закрытыми глазами, до крови прокусив губу. Тоненькая струйка сочилась по подбородку, крохотными капельками падая на грудь. Щелкнул замок, руки девушки опали вниз и она рухнула на подогнувшиеся колени. Арис успел подхватить хрупкое тело. Теперь она рыдала в голос на его груди. Заррраза.

Медея смотрела на происходящее округлившимися глазами, приоткрыв рот. Я молча освободила ее руки, задержавшись только для того, чтобы посмотреть ей в глаза, и она тут же кинулась помочь встать, пришедшему в себя мужу.

Пока я была занята, подумала и решилась попробовать перекинуть всех в кабинет Королевы, потому что оставаться здесь было не безопасно. Удравшие Личи могли привести подмогу. Осталось подтянуть тела в центр помещения. Рисковать без надобности мне не хотелось, поэтому решила повторить начальную лекцию по телепортации и поместить всех в круг. Так легче концентрироваться и сложнее допустить ошибку.

Ухватила безвольную руку спящего, попробовала сдвинуть с места. Тяжелый, гад! Мужчины тут же кинулись мне на помощь.

Наконец, куча лежащих и кучка стоящих сгрудились в центре каземата. Я очертила кинжалом круг за пределами тел, с колотящимся сердцем встала в центр. Охватила сознанием всех, кто находился в кругу и ярко представила перенос в кабинет Королевы, где бы она ни находилась, подкрепив воображение эмоцией. Потемнело в глазах, хукнуло, резанул яркий свет. Слезы застлали пеленой глаза, в голове грохнуло громом. Проморгалась.

Стражи застыли с двух сторон, готовые к схватке. Личи едва сдерживали готовые к броску сгустки мерцающей энергии в ладонях.

— Стойте! Это мы! — вскрикнула громко, испугавшись, что они, не разобравшись, атакуют.

Руки со сгустками и холодная сталь не опустились. Из-за спин вышла Королева.

— Что здесь происходит? — строго спросила она — Что вы здесь делаете?

Я опустила глаза, пусть разбираются сами. Действительно, что мы все здесь делаем? Ну, не могла же я перенести их в бальный зал, а еще лучше, в обеденный, или в свою комнату. Других помещений, кроме ее кабинета, я представить себе не могла. Да и Личи, лояльные Королеве были здесь, а уж они-то решат что делать с заговорщиками. Это уже не мое дело.

Взгляд остановился на камне. Оказывается я переборщила с воображением и мы перенеслись сюда вместе с кругом каменных плит. Вот почему был такой хук!

— Ваше Величество, — преклонил колено Арис, — Это заговорщики. Они похитили и меня, и семейство Медирис, чтобы повлиять на Ваших верных Стражей, моих родителей. Дарина выручила нас и перенесла сюда.

Оружие исчезло, сгустки энергии втянулись в ладони. Вэрдис быстро подошел к лежавшим, склонился над ними.

— Спят? — удивленно спросил он, глянув на Ариса, а потом на меня.

— Можно я присяду? — услышала свой голос, как издалека — А то как-то мне нехорошо…

В голове набатом била боль, тошнота подкатила к горлу, крупная дрожь затрясла телом, колени подкосились.

* * *

— … нам остается только ждать, молодой человек. Тело здорово, остальное зависит от нее самой, — тихо проговорил незнакомый голос где-то в другом конце комнаты.

— Доктор, она не умрет?! — еще тише спросил голос Ариса.

— Не дождетесь, — хрипло каркнула я.

Быстрые шаги, шорох одежд, скрежещущее «кхы-кхо-кхы» и взволнованное лицо Ариса склонилось надо мной.

— Как ты себя чувствуешь?

Ландыши… Потянула носом, чуть прикрыв глаза, и ответила:

— Как-будто меня пожевали и выплюнули, — жалобно глянула на него, — Дай водички, а?

Исчез и тут же появился. Сильная рука приподняла вместе с подушкой. Хрустальный стакан коснулся губ. С жадностью напилась. Облегченно вздохнула, села.

— Арис, — тихонько шепнула и подождала, пока наклонится ко мне, — у вас тут такая мода раздевать догола гостей каждый раз, как они оказываются в постели?

Ашер на мгновение замер, соображая, потом захохотал. Я засмеялась вместе с ним.

Мужик в длинном зеленом халате стоял в паре шагов от постели и тоже улыбался. Лич не заставил себя ждать, появился с другой стороны, кхыкая себе под нос.

— Это наш местный доктор, — скрипуче обрадовал он, — Ты, по его мнению, абсолютно здорова для человека. Мое мнение такое же.

— Тогда позвольте мне одеться, господа! — потребовала серьезно — где опять мои вещи?

— Твой гардероб полон на любой случай. Все вещи шиты по твоим меркам и последней моде местного общества — улыбнулся Арис — Это я на тот случай сообщаю, чтобы ты не думала, что в гардеробе чьи-то чужие вещи. Кстати, тебе помощь нужна? А то тут такие сложности с этим одеванием, что порой самому со всеми этими пуговками, застежками, пряжками, завязками просто не невозможно справиться.

— А что, тут нормальную одежду не носят? Без всех этих финтифлюшек… — удивилась вслух.

— Носят — кивнул Арис — Слуги. А высшее сословие должно одеваться согласно этикета и моды.

— Арис! Я не сословие. И никакого отношения к местному обществу не имею. Тем более, что ты обещал меня отсюда вывести на следующий день после бала. Или у меня склероз?

— Ты оденься, а потом мы поговорим. Хорошо? — предложил Ашер.

Мужик в зеленом халате подошел ближе, взял мое запястье, послушал пульс.

— Всего доброго, госпожа Дарина. С радостью Вам сообщаю, что в моих услугах Вы не нуждаетесь.

— Спасибо, господин доктор. — улыбнулась ему — Премного Вам благодарна!

Он улыбнулся, слегка поклонился и ушел.

Арис и Вэрдис ушли в другую дверь.

Только сейчас мне удалось оглядеться. Комната была похожа, но это была другая комната. Входная дверь, как и в прошлой была напротив кровати. Двери в гардероб, ванную и туалет слева, еще одна дверь справа, недалеко от камина. Окон было больше на одно.

Я прошла в гардероб. Это была огромная комната, ярко освещенная из окон, а для вечернего времени на стенах были подвешены витые канделябры, каждый на пять свечей, украшенные чашечками ландышей из тончайшего стекла. Сверху свисала огромная хрустальная люстра.

Стояки с верхней одеждой располагались справа и слева от прохода. Обувь под каждым нарядом стояла соответствующая. Левый ряд короче правого, занят мужской одеждой! Правый — женской. Два больших комода стояли у противоположной стены. В них лежало белье и аксессуары к одежде. У одного из окон стоял трильяж и удобный мягкий пуфик. Рядом с ним — два странной формы многоярусных столика с косметикой и парфюмерией. Назначения всех этих косметических коробочек и их содержимого я бы наверняка не запомнила. Еще одна дверь была между женским стояком одежды и комодом. Она вела в ванную.

Я растерялась. Ответы на мои вопросы мог дать только Арис. Решила сначала одеться, а потом уже задавать вопросы.

Белья было не меньше верхней одежды. За всю жизнь столько не успела бы переносить. Выбрала то, что лежало ближе, не потому что подбирала к одежде, а потому что глаза разбегались от изобилия. Примерила, пришлось впору.

Платья были одно другого красивее и я откровенно любовалась ими. Но одевать не решилась. Во-первых, не люблю платья, а во-вторых, быстро отыскались элегантные брюки, плотная рубашка и высокие башмаки к ним. Когда растегивала широкий пояс на талии, в дверь гардероба постучали.

— Войдите! — крикнула, любуясь отражением в зеркале.

Так мне было удобно, свободно и выглядело очень даже ничего.

— Ты там живая, Дарина? — спросил Арис в приоткрывшуюся дверь.

— О, Арис! Заходи-заходи! Тебя мне здесь не хватает!

Арис вошел, подошел ко мне, улыбнулся:

— Ты выглядешь замечательно для верховой езды! Но сейчас зима и…

— Арис, — перебила я его — что вот это все значит?

Я обвела рукой помещение.

— Гардероб, — не понял Арис — А что не так?

— С кем я его делю?

— Со мной, конечно. Ты против?

— Нет. Но объясни мне, почему? Не хватило отдельных гостевых покоев?

Щеки Ашера чуть порозовели. Он опустил глаза, подыскивая слова, глянул на меня:

— Дарина, после всего происшедшего лучше будет, если ты все время будешь со мной рядом. Мне будет спокойнее. Да и для нас обоих безопаснее.

— То есть, ты хочешь сказать, что ты меня поселил в свои аппартаменты?

— Ты угадала — улыбнулся он.

— А что было прежде в моей теперешней спальне? — невинно спросила.

— Гостинная… А что?

— Ничего. Вэрдис еще здесь?

— Он ждет нас в гос… в твоей спальне… — смешался Арис.

— Хорошо, — кивнула я — Тогда пошли к нему. А потом договорим…

Арис кивнул и пошел за мной.

* * *

Вэрдис сидел в кресле у камина, любуясь огнем. Мы присоединились к нему. Причем, я забралась с ногами в кресло, поджав их под себя, а Арису пришлось тащить третье кресло из другого конца комнаты. Неслышно появившийся лакей принес горячий чай и вино. Крохотные печенюшки оригинально выглядывали из небольшой розетки.

Мы поболтали ни о чем, полюбовались огнем в камине и снегопадом за окном, живо обсуждая свои ощущения, вызванной контрастом красоты. Болтать ни о чем, конечно, можно было сколько угодно, но Вэрдис перешел к серьезному разговору.

— Дарина, Королева желает с тобой встретиться наедине. Я убедил ее дать тебе время на адаптацию, хотя бы несколько дней.

— На адаптацию? Зачем мне здесь адаптироваться? Арис обещал после бала оправить меня в Мир людей.

Вэрдис остро глянул на Ариса, но ничего при мне не сказал. Пожевал губами, вернув взгляд к огню и грустно сказал:

— Я думал, что ты хочешь пополнить запас своих знаний и научиться владеть тем, что имеешь.

— Нуууу….. - протянула растерянно.

— Иначе бы не договаривался с Мастерами позаниматься с тобой факультативно под мою ответственность. Королева дала свое согласие и предоставила для занятий экранированный зал в восточном крыле.

— Нннооо…

— Но ты решила отправиться в Мир Людей и не воспользоваться предложенной тебе возможностью. Я правильно понял, Дарина?

— Что я должна для этого сделать? Какова цена такого подарка? — быстро спросила, настороженно зыркнув глазами.

— Останешься здесь, пока Королева не родит на свет Яйцо, из него не вылупится юная принцесса, а Скорлупа не исчезнет. Все описанное время ты будешь вместе со Стражами и Арисом охранять Королеву, ее дитя и Скорлупу. Потом ты свободна… Если, конечно, не решишь продолжить свое образование в библиотеках Города Личей…

— Я Личем становиться не хочу и не буду! — выставила перед собой руки.

— А тебя никто и не заставляет, и даже не просит. Мое предложение остается в силе, а библиотеками ты сможешь пользоваться в любое время, когда пожелаешь…

— Правда?! — обрадовалась — А можно уже сейчас приступить?

— А ты сможешь туда попасть, не владея Силой?

— Нет — искренне огорчилась.

— Дарина, тебе хватит информации и занятости здесь, на месте. Наши Мастера и Стражи спуску вам обоим не дадут. Так что, готовьтесь к жестокой схватке с «гранитом науки» и серьезным физическим нагрузкам.

— И я тоже? — удивился Арис, до этого внимательно слушавший Мага.

— И ты. Новое поколение надо учить знаниям старого, чтобы они не тратили время на исследования давно известного, а шли дальше.

— А Вы выяснили кто были те два лича? Одного звали, кажется Ивонис… — вспомнила неожиданную телепортацию личей — Они телепортировались сразу же, как только один из них внимательно меня рассмотрел…

Интересно, что он увидел? — подумала про себя.

— Да, Дарина. О них рассказали все, кто там был. Но это отдельный разговор. Отложим его на потом. А теперь вам нужно пойти поесть и прогуляться по окрестностям, если я правильно понимаю молодость.

— Еще один вопрос — остановила уже начавшего подниматься Лича — Я бы хотела его обсудить с Арисом и Вами сейчас же, чтобы потом не возникало недоразумений.

Лич опять сел, повернул ко мне внимательное лицо. Арис напрягся.

— Господин Вэрдис, Арис, попрошу вашего непредвзятого совета в этом вопросе и жду откровенного ответа на него. Могу я на это расчитывать?

— Конечно, детка.

— Говори, Дарина. Без сомнения отвечу.

— Как вы считаете, что произойдет в скором времени в местном высшем обществе согласно местным законам этикета, если молодая незамужняя девушка будет открыто жить в одних аппартаментах с молодым не женатым Ашером? На каком уровне будет ее репутация в итоге? Если, конечно, брать во внимание то, что мне здесь еще обретаться не один месяц, а в человеческом, как и в любом другом, Мире тоже есть змеи. И какова станет репутация молодого Ашера, когда она отсюда исчезнет. И еще, каково будет дальше жить и работать здесь его родителям?

Мужики переглянулись: Вэрдис многозначительно глянул на Ариса, а тот, смутившись, опустил глаза и очень мило покраснел.

— Я понял тебя, Дарина. Ты права. Пусть так и будет — тихо произнес он.

Удовлетворенно кивнула.

— Я сейчас же отправлюсь к Королеве и попрошу предоставить тебе соответствующие аппартаменты, Дарина — хлопнул себя по колену Лич и резво поднялся на ноги — А вы идите обедать, а потом гулять. Пока можете. Все образуется, дети, все будет хорошо.

Арис подставил мне свою руку, но отшутилась от предложения и мы пошли в обеденный зал бок о бок.

После еды оделись в теплые шубы и шапки, и вышли на улицу.

Искрящийся солнечным золотом снег предупреждал о своей глубине вне дорожек парка и так и просился слепиться в снежок. Не удержалась и первой метнула его в Ариса. Что тут началось!!!

Мы извалялись в снегу с головы до ног, натирали друг другу щеки, бегали наперегонки по дорожкам, пока совершенно не запыхались и не проголодались. Возвращались, как два снеговика с красными носами, вместо морковок.

У входных дверей мажордом что-то шепнул Арису на ухо, когда мы сбросили мокрые и залепленные снегом одежды, сбили снег с сапог, тот кивнул и мы пошли что-нибудь перекусить.

— Что он тебе сказал? — спросила заинтересованно, согревая ладошки о чашку с горячим чаем.

— Кто? — удивился Арис.

— Мажордом.

— А-а-а, он сказал где находятся твои аппартаменты теперь и что все готово. Спросил, сам ли я тебя туда провожу или это сделать ему? Я ему кивнул, что сам.

— Замечательно! — засмеялась довольно — Своих аппартаментов в Королевских дворцах у меня еще не было! Пойдем скорее, посмотрим.

— Пойдем, — легко согласился он.

И мы понеслись по коридорам.

* * *

Арис толкнул тяжелую дверь. Она легко открылась. Служанки стайкой выскочили за двери, унося орудия своего труда. Мы вошли и я огляделась.

Здесь все было по-другому. Здесь было еще великолепней.

Во-первых, здесь было три комнаты: гостинная, спальня и библиотека. Трио гардероба, ванной и туалета «с барского плеча» не считаю. Интерьер выполнен в светлых тонах, с завитушками старинных инкрустаций, лепнины, резьбы по дереву и камню, и художественной росписи потолка и стен. Тяжелая ткань светло-серых гардин, подернутая витиеватой золотистой и серебристой нитью идеально гармонировала с воздушной прозрачностью штор. Березовая мебель скрывала свою громоздскость полированным отливом, казавшегося живым, дерева. Белый мрамор камина подчеркивал красоту огня. Все выглядело изящным, радостным, как те купидончики, которые «летали по небу» среди райских кущей на потолке спальни, озорно улыбались ямочками щек, подглядывали за взрослыми и пускали им стрелы в непотребные места, когда те были заняты друг другом.

— Тебе нравится здесь, Дарина? — спросил Арис, когда я, наконец-то, остановилась перед ним, радостно улыбаясь.

— Да, очень! А что это за место? Где мы находимся?

Арис взял мою руку за кончики пальцев, подвел к креслу, усадил, придерживая под локоток. Сел напротив сам.

— Это восточное крыло Дворца. Видимо Королева решила, что тебе здесь будет удобнее и ближе и до тренировочного зала, и до дворцовой библиотеки. Это, по преданию, аппартаменты Первой Королевы, но так говорят почти о каждом аппартаменте, выполненном в таком стиле, потому что считается, что Первая Королева любила солнце, свет, яркие краски и вообще жизнь.

— А на самом деле кто здесь жил, как ты думаешь?

— Даже не представляю — пожал плечами Арис — Этому крылу тысячи лет. Последний раз здесь жили тогда, когда мои родители только приехали во Дворец. А это уже почти триста лет назад. Наверное уже и не помнят, как это было тогда…

— Здооорово! — протянула, завороженно оглядываясь — Значит теперь только я живу в восточном крыле?! Королева очень добра ко мне, если, конечно, выбросить из головы, что она в добавок к женскому обличью еще и очковая кобра.

Рассмеялась от распиравшей радости. Арис побледнел и настороженно на меня поглядывал.

— Что случилось, Арис? Почему такое лицо? Порадуйся со мной! Представь, как это здорово! Целое крыло пустое и только я здесь живу! Это же как если бы целое крыло Дворца было предоставлено мне одной! Вау!!!! — подскочила и закружилась от радости.

Арис не смеялся.

— Дарина, ты правда видишь истинное обличье Королевы?

— Конечно, так же как и все: ты, твои родители, Вэрдис и вообще маги. А что в этом такого? — остановилась, с удивлением посмотрела на его серьезную физиономию, скромно села на кресло, а внутри все подскакивало от нетерпения пробежаться по всему крылу, забраться в дворцовую библиотеку и вообще, начать жить в новом месте со всей полнотой, на которую способна.

— Дарина, — положил Арис теплую ладонь на мою руку, привлекая мое внимание — этого никто не видит. Поэтому беременность Королевы Великая Тайна. Если бы это видели все, королевство давно бы лишилось своей Королевы.

Я опешила. Веселье тут же куда-то улетучилось.

— Как это «не видят»? Но ведь Вэрдис… твои родители… ты сам…

Он отрицательно покачал головой, закусив нижнюю губу.

— Никто, Дарина. Вэрдис вычислил это с помощью своей магии. Задал вопрос Королеве, а через месяц она его подтвердила. Моим родителям положено знать такие вещи, поэтому Королева сама сказала им. А я их сын. Больше не знает никто.

— А как же покушение? — не поняла я — Ведь заговорщики должны были знать об этом, иначе зачем?

— Королева не обычная змея. Королева это необычное существо, которое больше волшебное, магическое, если можно так сказать, чем реальное — объяснял Арис — Королева спаривается не в реальном Мире и вынашиваемый ею плод более магический, чем она сама. Это происходит раз в несколько сот лет и в это время Королева теряет способность менять свое обличье на змеиное и только по этому признаку можно определить ее беременность. Во время вынашивания будущей Королевы, Королева-Мать отдает все свои магические силы плоду и защитить себя она не в состоянии. Для этого здесь мои родители. Они оказывают ей не только физическую защиту, но и моральную поддержку, а Вэрдис додает ей магических сил, чтобы беременность оставалась не заметной.

— А зачем кому-то покушаться на нее?

Арис вздохнул, решаясь открыть мне еще одну тайну:

— Если похитить Королеву и спарить, даже против ее воли, то полученное недоношенное Яйцо, наполненное чистой магической Силой, может дать обладателю неограниченную власть во всех Мирах. Он станет почти Богом. Поэтому на Королеву регулярно совершаются покушения с целью похищения.

— Вот дурак тот, кто добивается божественности! — рассмеялась я — Ведь в этом ничего хорошего нет! Это же сумасшедшая ответственность перед самим собой, не говоря уже о Мирах! Что за идиоты!

— «Запретный плод сладок, как и дорога к нему», как говорит наш уважаемые Вэрдис. Для таких существ главное Власть с большой буквы.

— Вот дурни! — рассмеялась — Значит, надо помочь Королеве остаться в безопасности, пока она не родит это свое Яйцо. А что будет с Королевой-Матерью потом? Она умрет?

— Нет. Она останется Королевой-Матерью, постепенно потеряет свою волшебность, передавая ее дочери, начнет стареть и, когда придет срок, умрет от старости.

— Значит, получается, что каждая новая Королева «волшебнее» любой предыдущей?

— Получается, что да.

— Знаешь, Арис, — задумчиво сказала, глядя ему в глаза — когда-то, на лекции, один из наших профессоров по Магии Артефактов рассказал о том, что наша гипервселенная существует только благодаря вот таким существам, как Королева, мощным артефактам, как Трезубец Бога Воды, Меч Бога Воздуха или Жезл Власти Бога Огня Жизни, и Источникам Магичекой Силы Миров и Священным Алтарям. Я в это тогда не поверила. Думала, что он просто рассказывает нам, желторотым студентам, сказки, чтобы увлечь своим предметом, показать его важность. В реале все оказывается правдой…

Мы посидели в тишине, каждый думая о своем.

— Как там Мена? — неожиданно для самой себя спросила его.

Арис удивленно на меня глянул:

— А почему ты про нее вдруг вспомнила?

— Она ведь тоже была там. И ее состояние, как я помню, было не из лучших. Ты ее видел после этого?

— Нет — откинулся на спинку кресла — Я все время был с тобой. Родители говорили, что она была плоха, но доктор сказал сегодня утром, что ей уже лучше.

— Пойдем ее проведаем? — подхватилась обеспокоенно.

Арис глубоко вздохнул, не двигаясь с места.

— Дарина, я не пойду и тебе не советую.

— Почему? — удивилась его словам — Она ведь нам не чужая! Мы ведь столько вместе прошли! Жили под одной крышей, выручали друг друга из разных передряг. Почему нет, Арис? Объясни.

Он встал, прошелся по комнате, заложив руки за спину. Подошел к камину, взял серебрянный колокольчик, позвонил. Вошла девушка в чепчике и передничке, поверх темного простого платья, поклонилась.

— Вы забыли принести напитки в покои госпожи. Исправьте свою ошибку, пожалуйста.

Девушка покраснела, как маков цвет, еще раз присела в поклоне и тут же скрылась за дверью, неслышно притворив ее за собой.

— Пить хочется — объяснил он.

— Ты не увиливай, Арис. Говори, как есть.

Арис снова зашагал по гостинной, то ли собираясь с мыслями, то ли подбирая слова. Я терпеливо ждала, наблюдая за ним. В нем шла какая-то борьба, которую он меньше всего хотел бы показать. Наконец, он снова сел в кресло.

— Я очень хорошо знаю Мену, Дарина. Мы росли вместе и были очень дружны. Мне не все равно, что с нею будет и я изо всех сил постараюсь ей помочь…

— А… что с ней? Где она? — не выдержала я.

— Она под стражей.

— Почему?!

— Она предала меня, Дарина. Она попросила меня выйти с ней из бального зала на пару слов. А там нас уже поджидали. Я один ничего не мог сделать против толпы. Нас связали и увели в подвал. Она, как она сама призналась, согласилась на это, чтобы спасти своих родителей, которых похитили чуть раньше.

— Она не предала тебя. Она испугалась за родителей и от страха ничего не соображала. Она не смогла бы тебя предать, Арис! Она же любит тебя и готова отдать за тебя жизнь! — попыталась выгородить Мену.

— Нет, Дарина. Я думаю иначе и имею веские причины для этого.

— Какие? Какие могут быть причины при такой любви?! Все причины не считаются! Они уходят в прах, когда любишь! — не унималась я.

— Кто тебе сказал, что я ее люблю?! — взорвался Арис — С какой стати ты решила, что я вообще испытываю к ней какие-то чувства, кроме дружеских?! Да и то, она умудрилась убить и это! Осталась только память от детской привязанности, которая объясняется только тем, что мы жили на одном этаже с их семьей и развлекались в одной игровой комнате! Это все, Дарина! Больше меня с ней ничего не связывает!

Против таких аргументов не попрешь, как говорится.

— Но ведь она тебя любит… — тихо сказала ему.

— Да, любит. И я старался щадить ее чувства, как мог. Но она предала меня, подставив в такой момент, когда я этого не ожидал. Я ожидал чего угодно, только не этого. То, что она сделала, даже в страхе за своих родных, не просто предательство. Это оскорбление.

— В смысле? — не поняла я.

— Она выставила меня неумехой, идиотом, слабаком. Перед всеми. Этого я ей простить не в состоянии.

Он остановился перед окном, закачался вперед-назад, перенося вес тела с пятки на носок и обратно. Так вот что значило это его движение! Об был крайне возмущен, раздражен, обижен и, вот так качаясь, раздумывал над ситуацией.

— Ну, хорошо, Арис. Это ваши дела, это ваши отношения и я в них лезть со своими мыслями не имею права. Я поняла, что ты к ней не пойдешь даже проведать по старой памяти. Но, скажи мне, почему я не могу ее навестить?

— Это не безопасно, Дарина. Она и ее родители настроили планов на счет меня, а ты стала объектом ревности и краха их надежд. Поэтому я тебя туда не пущу. Ты уж извини.

Вошла служанка, внесла полный поднос напитков в хрустальных кувшинах. Вторая несла поднос с фруктами. Третья бокалы и стаканы. Поставили все на круглый стол, стоящий ближе к окнам, и быстро вышли.

Времени подумать было достаточно и полученная информация меня не утешала. Мне было жаль Мену, но я понимала и Ариса. А ведь весь придворный змеелюд уверен, что свадьба Мены и Ариса не за горами. Считают это фактом неоспоримым и непреложным. Дааа, разочарование их будет велико, когда убедятся в обратном. Бедная Мена…

Подошла к нему сзади, едва касаясь дотронулась до плеча.

— Не расстраивайся ты так, Котейка. Никто и не подумал, что ты слабак или дурак. Ситуации ведь разные в жизни случаются. Особенно в таком гадюшнике, как королевский Дворец.

Он обернулся ко мне, взял за плечи, заглянул в глаза:

— Ты правда так думаешь?

— Да, конечно.

Он прижал меня к себе, потерся подбородком о мою макушку.

— Как я люблю… когда ты меня так называешь… Скажи, пожалуйста еще раз — тихо шепнул он.

— Котейка — так же тихо повторила, прильнув к его сильному телу — Какой же ты… теплый Котейка…

Громкий стук в дверь вырвал нас из объятий. Мы смущенно отпрянули друг от друга.

— Войдите, — громко пригласил Арис.

Вошел лакей, слегка поклонился и сказал:

— Вас дожидаются в Вашей гостинной, господин.

— Кто?

— Не имею возможности ответить, господин. Просили Вашей аудиенции, господин. Как можно скорее.

— Хорошо. Иди. Я сечас буду.

Лакей вышел, снова поклонившись и опустив глаза.

— Будет ждать у двери — усмехнулся Арис — Я скоро вернусь, Дарина. Не скучай тут без меня. — у двери обернулся — И не ходи без меня на ужин. Хы! Котейка! Какая прелесть!

Дверь за ним закрылась и я осталась одна.

* * *

Сначала нырнула в гардероб. Разыскала толстый махровый халат, длинные шерстяные носки ручной вязки и меховые тапки. Прихватила белье и пошла инспектировать ванную.

Удовольствие получила несказанное: волосы и тело аж скрипели от чистоты и благоухали моими любимыми ландышами. Как сто пудов тяжкого груза покинули тело и я, завернувшись в халат, отправилась снова в гардероб на поиски одежды. Долго выбирала платье, учитывая все эти завязочки, кнопочи и крючочки и поняла, что с этим мне самой не справиться, пока не пойму что к чему.

Звон колокольчика разлился трелью по гостинной. Дверь открылась, вошла девушка.

— Что прикажете, госпожа? — присела в поклоне она.

— Ммм. эээ… Как тебя зовут?

— Иса, госпожа — не поднимая глаз ответила она.

— Иса, мне нужна твоя помощь.

— К Вашим услугам, госпожа…

— Помоги мне разобраться с этим платьем, пожалуйста. Я совершенно не могу понять, как его одевают…

Девушка взглянула на платье.

— Позвольте спросить, госпожа…

— Конечно, — улыбнулась ей.

— Вы хотите одеть именно это платье?

— Д-да… А что с ним не так?

— Простите меня, госпожа, но дело в том, что это платье предназначено для прогулок по Дворцу после завтрака…

— То есть? — не поняла я — Как это, «для прогулок после завтрака»?!

Девушка смутилась и замолчала.

— Ну-ка, Иса, иди-ка сюда. Присаживайся, дорогая. Налить тебе соку?

Девушка, едва присевшая на краешек кресла, тут же в испуге вскочила и упала мне в ноги. Я рефлекторно отпрыгнула.

— В чем я провинилась, госпожа? — разрыдалась служанка, кланяясь — Не губите, госпожа! Простите меня, госпожа! О, Господи, что же я не так сделала! Простите госпожа! Я так старалась Вам угодить, госпожа! Простите меня, госпожа! Я исправлюсь, госпожа!

Я ошарашено пялилась на нее, не понимая что произошло. С чего это она забилась в истерике? И вообще, что все это значит?! Хотела было помочь ей подняться, успокоить, но вовремя вспомнила где нахожусь и кто передо мной. Со змеями шутки плохи. Грызанет еще с перепугу.

Ничего лучшего придумать не могла, как со всей дури хлопнуть ладошкой по столу. Посуда звякнула и подпрыгнула, девушка замолчала.

В махровом халате, с полотенцем на голове, в смешных пушистых тапках, по-царски села на стул и грозным голосом приказала:

— Встань немедленно и подойди ко мне.

Испуганная девушка выполнила приказ.

— Теперь садись на этот вот стул.

Села.

Я налила сок в стаканы. Один придвинула ей.

— Это для тебя. Попробуй.

Девушка взяла стакан трясущимися руками, отпила глоток. Я ждала ее реакции. Ведь такое поведение той, что принесла напитки в комнату, вполне логично наводили на мысль об отравлении. Но Иса чувствовала себя хорошо и только всхлипывала от страха.

— Объясни мне, Иса, что случилось? Почему ты решила, что провинилась и я собираюсь тебя погубить?

Девушка всхлипывала и молчала, не поднимая глаз.

— Говори, Иса, не бойся — постаралась передать ей чувство безопасности и мне это удалось.

Девушка пару раз глубоко вздохнула и сказала:

— Вы предложили сок…

— И что? Это же нормально. Я хотела тебя угостить и распросить о нарядах. Ведь я здесь новенькая и не знаю ничего о местных правилах. Что же тут удивительного?

Иса еще раз всхлипнула, но уже облегченно, и объяснила:

— Простите меня, госпожа, но когда госпожа служанке приказывает выпить сок и наливает его сама, это значит, что служанка в чем-то провинилась и госпожа заканчивает работу служанки у себя…

— Погоди, Иса — мотнула головой не совсем уяснив себе сказанное — Ты хочешь сказать, что таким образом здесь убивают слуг?!

Девушка кивнула головой и со страхом глянула мне в глаза, тут же их опустив.

— О, Господи! — вырвалось у меня — Час от часу не легче… И ты решила, что я тебя буду травить?

— Но…

— Ясно. Это что, тут так принято?

— Это такой закон. Он очень древний, госпожа. Все это знают и все к этому привыкли, госпожа. Вот я и испугалась. Вспомнила, что мы вовремя не принесли напитки, когда госпожа вернулась с прогулки…

Я смотрела на девушку, пытаясь понять местную логику. Но это было выше моего понимания. Убивать просто так тех, кто выполняет всю работу за тебя, по долгу службы или по любой другой причине делает все, чтобы тебе было удобно, выгодно, спокойно? И это в порядке вещей?! Черт знает что происходит в этом гадюшнике…

— Значит, так, Иса. Травить ни тебя, ни других девчонок я не собираюсь и такими гадостями не занимаюсь. Вы исправно выполняете свою работу, я свою и живем мирно довольные друг другом. Хорошо?

Девушка подняла голову, удивленно вскинула брови.

— Вы не шутите, госпожа?

— Нет.

— Да, Вы не шутите. Вы не такая, как все… Мы будем служить Вам верой и правдой, госпожа…

Она выпила еще глоток сока. Я пригубила свой.

— Договорились, Иса. А теперь, давай разберемся с этими нарядами. Зови девчонок. Будете учить меня всем этим премудростям…

Иса недоверчиво глянула, но бегом кинулась исполнять просьбу.

* * *

Через два часа я схватилась за голову. Такого количества информации о тряпках, цацках, мушках, бижутерии, поясках, подвесках, обуви в жизни не слышала, сколько услышала за эти два часа. Это платье одевают только вот тогда, а вот это через час после этого, а это вот в таком случае, а то вон в том. И не перепутать, а то не поймут… Ужасти какие!

В итоге плюнула на все эти условности и, с помощью девушек, обрядилась в темно-зеленое бархатное платье до пола, с высоким воротником, расшитое серебром по низу, на рукавах и под воротником. Теплые гамаши под низ, шерстяные носки и сапожки на высоком каблуке из такой же ткани, что и платье. Теперь мне было тепло и как-то защищенно. Высохшие за это время волосы заплела в традиционную тугую косу, обернула вокруг головы. Не смотря на мои протесты, Иса приколола к ним изящную брошь в виде букетика ландышей.

Я тихо радовалась, что девушки немного пришли в себя от страха и мы с ними нашли общий язык. Иса, Ида и Ива — странные для человеческого уха имена, но вполне приемлемые.

Девушки оставили меня и я вошла в библиотеку.

Тааак… Читать тут есть что.

ГлазЬя загорелись, руки затряслись.

Первая попавшаяся в руки книга называлась «История Королевы Стэлиссы».

Прошла к столу, села, открыла книгу и… мир перестал для меня существовать.

Королева Стэлисса жила больше тридцати веков назад. От нее начался Королевский род и она была первой и единственной, которая принесла Миру аж три Яйца. Может быть она могла бы родить их и больше, но была убита тогдашними охотниками за властью. Мерзские маги, как говорила книга, «прознали о магической Силе Королевы и решили воспользоваться ее слабостью, когда она была отягощена Священнм Яйцом. Ее застали одну в спальне, насильно изъяли нерожденное Яйцо и получили Власть над Мирами на пятьсот лет. Ровно до того момента, как вторая дочь Королевы-Матери, принцесса Селисссия, произвела на свет следующее Священное Яйцо. Но Королева-Мать трагично умерла и весь народ Змеелюдей носил траур до появления на свет следующей Королевы»…

Описывались нравы, нововведения и традиции королевского двора тех времен.

Автор описывал политические события и поведение Королевы в том или ином случае: Королева сказала то, посоветовала это, решила так, улыбнулась так и тому-то по такому-то случаю. Это характеризовало и саму Королеву, и ее двор, и страну, и даже Мир Змеелюдей.

Не заметила, когда девушки принесли свечи, когда поставили сбоку сок, который я время от времени прихлебывала. Очнулась, когда было уже темно.

Арис сидел по другую сторону стола и что-то читал. Я помешала его чтению, резко захлопнув книгу, дочитав последнюю страницу. Он тут же поднял глаза, закрыл книгу и встал.

— Ой! Извини! — смешалась — Не хотела тебе мешать читать.

— Нет, это не так! Это я не хотел тебе мешать читать. Я просто ждал, пока ты оторвешься от книги и обратишь на меня внимание, моя великолепная соседка.

— Соседка? Что это значит? — удивилась.

— Это значит, что я живу напротив тебя и располагаюсь точно в таких же апартаментах, как и ты. — улыбнулся Арис — Только по другой стороне коридора. И вообще, я ужасно голодный и не засну, если немедленно не поем!

— Ну, да, — усмехнулась и покрутила головой — Коты никогда не спят голодными. Помню-помню как ты орал среди ночи, когда был голодный!

— Я?! Орал?! Да в жизни такого не было!! Это ты ходила из угла в угол, пока не налопывалась до отвала. Только тогда можно было забраться под одеяло и спокойно заснуть!

— А ты храпел, между прочим, когда подрос и не давал мне спать! Твоя дурацкая привычка спать на моей подушке или в ногах, не давала мне высыпаться!

— Я тебя грел! Но ты меня скидывала совершенно бесстыдно, даже предварительно не разбудив! Это был верх невоспитанности и бестактности!

— А ты обдирал когтями стены, грыз цветы и отнимал у меня еду!!!

— А ты………..

Шутками-прибаутками мы прошли к обеденному залу, держась за руки и смеясь, и остановились на пороге, наткнувшись на плотную стену ненависти. Все взгляды были прикованы к нам.

* * *

За дальним столом поднялся высокий мужчина с приколотой многолучевой звездой на груди, подтверждающей его статус Лорда при дворе Ее Королевского Величества. Тень второго облика качнулась за ним из стороны в сторону. Внезапная вспышка двойного зрения наполнила зал шевелящимися холодными телами, покрытыми роговыми чешуйками, сплетающиеся кольцами под столами, холодные немигающие глаза повернутых в нашу сторону голов, длинные острые клыки, истекающие ядом.

Серпентарий, блин…

Мурашки пробежали по голове, ухнули по телу вниз, кожа покрылась пупырышками страха, кончики пальцев знакомо закололо приливом боевой энергии. Тело Ариса резко напряглось, рука крепко сжала мою ладонь, волосы на его затылке воинственно встопорщились, кончики ушей прижались к голове. В ответ я чуть сжала его ладонь, желая передать импульс предупреждения, чтобы он не сорвался защищаться без крайней необходимости.

Чуть надтреснутый, но громкий в тишине, голос Лорда обернул головы к нему:

— Молодой Ашер, — свысока обратился он к Арису — Вы родились здесь и знаете наши порядки. К Вам привыкли и всего лишь терпят Вас в нашем обществе ровно до того момента, пока Ваши родители исполняют свои обязанности при нашей Королеве. Но Вы пренебрегли нашим отношением к Вам и всему Вашему семейству и привели сюда эту человеческую девку. Мало того, Вы уговорили своих родителей повлиять на Королеву и она, привыкшая прислушиваться к мению своих Стражей, предоставила ей лучшие покои в восточном крыле. Но и этого Вам показалось мало. Вы позволили себе привести ее туда, где собирается вечерами вся высшая знать королевства, чтобы отдохнуть от дневных трудов и обсудить важные вопросы за ужином. Вы оскорбили своим поведением всех присутствующих и должны удалисться. Здесь собираются только равные и Вам здесь не место.

Замершие на время речи Лорда тени и человечекие тела зашевелились, угрожающе повернулись к нам. Арис вздернул голову и с удивлением обвел взглядом собравшихся. Его голос прозвучал спокойно, но я чувствовала как напряглось тело и от этого напряжения слегка подрагивало.

— Уважаемый Лорд, Вы только что оскорбили свою Королеву и тех, кто хранит ее покой и жизнь. Своими словами Вы призвали высшее общество королевства к мятежу против своей Королевы. Вы также оскорбили моих родителей и бросили вызов мне, как их сыну и наследнику. По своему рождению и положению в обществе я нахожусь выше Вашего статуса Советника и Лорда, и Вы об этом знаете. Я должен был бы принять Ваш вызов. Но я поступлю иначе. В согласии с Законами Стражи Королевы я официально обвиняю Вас в призыве к мятежу против Королевы, подверганию ее действий и распоряжений сомнению среди собрания высшей знати королевства и прямому оскорблению Стражей, несущих ответственность за безопасность Королевы. Вы нашли слабый аргумент, используя для этой цели гостью Королевы, как причину Вашего негодования и своими словами поставили под сомнение лояльность присутствующих здесь подданных по отношению к Королеве. Мое обвинение обосновано и сомнению не подлежит. Вы арестованы в подозрении организации мятежа и подготовке покушения на Королеву.

Ого! Ничего себе вывернул! — подумала изумленно — Лордишка-то, хоть и зубр в политике, а не просчитал, что его слова можно вывернуть совсем в другую сторону. Особенно на фоне покушения на Королеву и похищения самого Ариса. Неужто престарелый Лорд не сообразил, что стал марионеткой в чьих-то руках? Или кто-то умелый сыграл на его былой славе и консервативном патриотизме? Очень похоже…

Лицо Лорда вытянулось от неожиданности, спесь и надменность исчезли без следа. Он глупо шлепал веками и ртами обоих обликов, оглядываясь на остальных, пока стража скручивала ему руки за спиной, а на затылке застегивали гибкий ошейник, готовый тут же затянуться петлей при попытке трасформации.

Лорда увели. Никто не шелохнулся и не заступился за него.

Да уж, общество… — подумала брезгливо — Не дай Боги в таком жить…

Мы прошли за отдельный стол, тут же поставленный и накрытый у окна под руководством сообразительного мажордома. Сразу подали горячие блюда и рубиновое вино в высоких бокалах. Арис провел ладонью над едой и напитками и пожелал мне приятного аппетита. Я ему ответила. Сохранить лицо было необходимо и нам пришлось заняться трапезой.

Придворные зашевелились, тихо зазвякали вилки и ножи, прерванные разговоры возобновились, будто ничего не произошло. Великое искусство притворства и лжи, умение делать то, что положено, а не то, что хочешь и чувствуешь, здесь, как и в любом другом высшем обществе, было развито до совершенства…

* * *

Возвращались молча. Говорить не хотелось. Присутствовал какой-то гадостный осадок на душе. Может быть зря согласилась остаться? Своим присутствием только нагнетаю и без того сложную обстановку, да еще и навлекаю неприятности на Ашеров. Знаю же отношение других рас к людям и все равно принимаю таки предложения. Может быть все-таки стоит отказаться, пока не нырнула во все это с головой?

Странно как-то получается, куда бы меня жизнь ни занесла, где бы я ни пробовала приклонить голову, всегда случается что-то из ряда вон выходящее, затягивает меня в кроговорот неприятностей, которые все равно разгребаю сама, и приходится снова искать новое место…

Вот и теперь то же самое. Лорд взбеленился, Арису пришлось применять власть Стражей. Одни неприятности от меня… Что еще скажут его родители и Королева на этот инцидент…

Нет, надо поговорить с Личем начистоту, объяснить ситуацию и честно отказаться от заманчивого предложения, как бы ни хотелось получить новые знания и вернуться в строй магов-воинов. Лич должен понять и принять мое решение. Утром его разыщу и все выложу как на духу…

— Ты считаешь, что я не правильно поступил? — неожиданно спросил Арис, шагая вперед с высоко поднятой головой.

— Правильно — честно ответила.

— Тогда почему молчишь?

— Думаю.

— О чем, если не секрет?

Ответить я не успела. Навстречу нам из-за поворота вывернул высокий мужчина со шпагой на боку.

— Хорошо, что вы пошли этой дорогой — сказал вместо приветствия Страж — Вас обоих ждет Королева. Сейчас. Идите за мной.

Он развернулся и пошел в тот же проход. Мы последовали за ним.

* * *

У двери, этажом выше, стояли два гвардейца по стойке смирно, с саблями наголо. Лакей подпирал двери, видимо ожидая нашего появления, и, как только мы подошли, тут же широко распахнул их. Мы проследовали за Стражем в огромную гостинную.

Королева сидела за столом и читала какой-то документ, которого, по всей вероятности, дожидался подтянутый мужчина в военной форме. Лич сидел у камина, по своей привычке наблюдал за происходящим, потирая подбородок. Мать Ариса прогуливалась по гостинной, но не отходила от Королевы дальше, чем на один прыжок. Супруг присоединился к ней. Мужчина в военной форме получил бумагу и тут же вышел. Королева оперлась о стол и подалась вперед.

— Подойдите ближе, — велела она — Расскажите, что произошло.

Арис шагнул чуть вперед и лаконично описал происшедшее, повторив слово в слово сказанное Лордом и им самим. Глаза королевы на мгновение потемнели, но она сдержала себя. Родители Ариса нехорошо сузили глаза, но промолчали, дожидаясь решения Королевы.

— Ты поступил правильно, мой мальчик — сказала она — Я не виню тебя ни в чем. Лорд Дитрис признался в своем участии в заговоре и утром будет казнен, а его семья выслана в изгнание.

— Благодарю, Ваше Величество, — поклонился Арис.

— Ваше Величество! Не принимайте такого скороспешного решения о судьбе Лорда! — шагнула я вперед — Оставьте ему жизнь и не казните его, прошу Вас.

— Почему? — спросила Королева, метнув быстрый взгляд на Лича.

Взгляды обратились ко мне.

— Ваше Величество, его смерть не принесет ни Вам лично, ни государству никакого прока, а может только навредить. Высшая знать ополчится против Вас, а Вы в Вашем состоянии не сможете дать достойный отпор и придавить мятеж в зародыше. Начнутся волнения, болтовня, сплетни. А ведь это самое сильное и страшное оружие знати. Они накрутят себя и выступят против Вас. Те, кто подбил Лорда Дитриса, сыграв на его искреннем патриотизме и верности Вам и Миру, думаю, именно на это и расчитывали. И разыгранный сегодня спектакль был кем-то хорошо продуман и просчитан. Если же Вы оставите Лорду жизнь и накажете его иным способом, более болезненным для него, то Вы выиграете эту схватку и не настроите собственный народ против себя из-за какой-то «человеческой девки». Ведь все думают, что именно из-за меня разыгралась вся эта комедия.

— Кхе-кхе-кхе — раздалось от камина — не ошибся, значит я еще немного разбираюсь в людях…

Я невольно скривилась, услышав его слова. Не люблю играть по чужому сценарию, но, кажется, выбор у меня не большой.

— Что ты имеешь в виду, Дарина? — Королева впервые назвала меня по имени — Каким может быть наказание для Лорда, оскорбившего Королеву в ее собственном Дворце, более болезненное, чем смерть?

— Прикажите ему взять на себя опеку над человеком и под угрозой смерти и позора заставьте его научить человека всему, что знает сам. Для Лорда и его семьи это будет сложное испытание. Ему придется сломать себя в своих взглядах и убеждениях, и подчиниться Вам. Этого хода ни знать, ни те, кто стоит за Лордом не ожидают и будут сражены Вашей лояльностью и заботой о своих подданных. Вы же Королева, а Королева не может себе позволить расшвыриваться жизнями тех, кто ей предан до смерти. Королева может наказывать более изощренно, чем рубить головы направо и налево.

Оба облика Королевы пристально смотрели на меня. Я отступила чуть назад, опустила глаза и решила, что все возможное для Лорда Дитриса уже сделала. Остальное не в моей власти. Пусть решают сами. Это их цирк и их обезьянки…

— Вы свободны, молодые люди — сказала Королева повелительно.

Арис поклонился и мы вышли из гостинной под пристальными взглядами оставшихся.

Арис молча схватил меня под локоть и потащил в нужный проход, по лестнице вниз, по темному коридору и выпустил только когда за нами закрылась дверь моей гостинной. Я вопросительно уставилась на него.

Он зашагал из угла в угол, заложив руки за спину. Я спокойно следила за ним глазами. Внезапно он сел в кресло у камина, положил ногу на ногу, оперся локтем на свое колено, а ладонью в подбородок и спросил, пристально глядя на меня:

— Зачем ты это сделала?

Я подошла к другому креслу, села напротив.

— Что?

— Зачем ты начала учить Королеву, как поступать со своими подданными?

— Чтобы спасти ее честь и достоинство, жизнь Лорду и его семье, и спокойствие в королевстве. Что непонятного?

Арис раздосадованно вздохнул:

— Ты не понимаешь. Королева правит уже больше пятисот лет. И если она кого-то слушает или кому-то позволит давать себе советы, то это никак не мы с тобой.

— А кто? — склонила я вбок голову, улыбаясь в ответ на его возмущения.

— Вэрдис, мои родители, целый штат тайных и явных Советников. Она вообще не терпит этого и всегда поступает, как считает нужным сама. А своими советами ты навлекла на себя беду! Как ты этого не понимаешь?! Я же переживаю за тебя, Дарина, и не хочу, чтобы тебе было плохо…

Посмотрела в огонь камина, прокрутила в голове все, что сказала Королеве, и поняла, что иначе поступить просто не могла. Пусть будет что будет, но теперь моя совесть перед самой собой чиста. Но как ему объяснить это? Никак. Просто не смогу.

— Иди спать, Арис, — сказала — День выдался слишком насыщенным. Я устала и хочу лечь. Извини.

Он долго смотрел на меня. Потом кивнул, коснулся моей руки кончиками пальцев и молча вышел. Я смотрела в огонь, пока не почувствовала, что если прямо сейчас не разденусь и не лягу в постель, то вот тут так и усну.

С трудом растегнув все застежки, пуговки и крючочки, накинула махровый халат, отдала дань ванной и туалету, и забралась в постель. Сон сморил мгновенно.

* * *

— Дарина, проснись! — тихо звал мягкий голос.

Прохладная рука коснулась моего лба, пытаясь разбудить. Открыла глаза. В спальне было серо. Рассвет.

Непроизвольно села в постели, огляделась.

У окна стояла стройная женщина в вечернем платье, с высокой прической и точеным профилем. Молча уставилась на нее, готовая ко всему.

— Я пришла к тебе с просьбой, Дарина — так же тихо сказала она.

— Кто Вы?

— Стэлисса.

Она повернулаь ко мне и только теперь я заметила блеснувшую драгоценными камнями небольшую корону с ее волосах.

— Но Вы же…

— Да, я знаю — перебила она меня — я давно умерла для живых. Но я жива здесь, в этом Дворце, в этой комнате. Я пришла, чтобы просить тебя остаться, Дарина. Теперешней Королеве, моей правнучке, и всему Миру змеелюдей угрожает полное истребление. Они еще этого не знают. Но знаю я… Теперь знаешь и ты.

— Погодите, уважаемая королева, — потрясла сонной головой — Давайте по порядку, а то я совсем ничего не понимаю. Вы привидение? — дурнее вопроса задать не могла.

Королева Стэлисса улыбнулась, проплыла к кровати, присела на краешек у ног.

— Я застряла между Мирами, Дарина. Мое тело лежит в одном из подвалов Дворца ни живо, ни мертво. Легенды о моей смерти были написаны такими для того, чтобы меня не искали. Это сделал тот Маг, который завладел Яйцом, выбитым из моего тела магическим ударом. Оно дало ему Власть, но этого показалось ему мало и он единственно правильно употребил эту Власть, чтобы получить неизмеримо больше. Он разрушил Священный Алтарь и…

— Борель… — догадалась неожиданно.

Глаза Королевы ярко вспыхнули рубиновым светом, на мгновение осветив комнату огненным всполохом.

— Откуда ты знаешь это проклятое имя?! — воскликнула она — Его нет в летописях, легендах и сказках!

Я грустно кивнула, наконец-то поняв как Борелю удалось заполучить Сферу. Вот стервец все-таки! И тут наследил!

— Ваше Величество, успокойтесь и сядьте. Извините, что перебила Вас, но я немного знакома с этим Магом и должна Вам сказать, что Священный Алтарь восстановлен и равновесие Сил упорядочено. А Борель… Борель жив и здоров в новом теле и находится сейчас, как я думаю, с друидами.

— Откуда ты это знаешь?!!

— Ваше Величество, — так же тихо, как и она в начале, сказала ей — это я забрала Сферу у Бореля и восстановила Алтарь. И если бы не помощь Призрачного Дракона, я бы не справилась с этим, уверяю Вас.

— Как же он помог тебе?

— Он провел внеочередной обряд Посвящения в Источнике Силы Мира Драконов, Ваше Величество…

Первая Королева долго молчала, отвернувшись к окну. На улице крупными хлопьями падал снег, кружась замысловатым танцем. Далекие горы едва видненись, подсвеченные первыми лучами восходящего солнца. Было удивительно тихо, красиво, спокойно.

— Восстанови свои силы и умения, Дарина — обернулась ко мне Первая Королева — Найди мое тело и освободи Источник нашего Мира. Потом сможешь быть свободна, а я останусь у тебя в долгу.

Она подошла ко мне, сняла со своей руки тоненькое колечко в виде серебристой змейки с изумрудными глазами, кусающей саму себя за хвост, и одела мне на палец.

Уроборос! — мелькнула в голове догадка.

— Да, — кивнула Королева — это символ Уробороса, супруга и отца каждой правящей Королевы. Это еще одна Тайна, которую не знает никто из живущих, кроме самой Королевы. Я открываю ее тебе и таким образом связываю тебя с Миром Змеелюдей, которому с этой минуты ты обязана помочь. С этой же минуты никто из змеелюдей и обычных змей не сможет тебе навредить, не выполнить твою просьбу или требование. Тебе не навредит никакой яд ни одной обезумевшей змеи, не подчинившейся Приказу Первой Королевы. Это кольцо символ Уробороса сможет увидеть только настоящая Королева. Кольцо всегда будет возвращаться к Хозяйке и никогда не предаст ее. Оно имеет еще несколько качеств, Дарина. Но о них я тебе расскажу только тогда, когда ты выполнишь мою просьбу. — Королева глянула в окно — Мне пора уходить, Дарина. Но я не прощаюсь с тобой. Мы скоро увидимся.

И она растаяла, как предрассветные сумерки, а я сидела и смотрела на змейку на своем пальце, и кляла на чем свет стоит свое везение на неприятности…

Глава 3. Королевские тайны

Долго крутилась с боку на бок, но заснуть так и не удалось. Мысли громоздились друг на друга, сплетались в клубки, наслаивались ярусами, переползали с места на место, шипя, кусаясь, съедая друг друга, порождали новые. И так без конца. Казалось, что голова вот-вот лопнет и украсит бывшую королевскую спальню моими серыми мозгами.

Не дожидаясь финала борьбы мыслей, нырнула в ванную и долго лежала, слушая журчание воды. Слегка полегчало. Открыла глаза и…

Маленькая серебристая змейка плавала под самой поверхностью воды, гордо выставив головку, быстро извивалась тельцем и сверкала зелеными глазками, язычок так и мелькал розовой молнией. Посмотрела на палец под водой, кольцо исчезло. Аха, значит, не галлюцинация. Интересно. Вынула руку из воды — кольцо на пальце, опустила — змейка поплыла. Повторила еще несколько раз, эффект тот же. Хм… А если проверить тактильно? Вынула руку из воды, пальцем другой дотронулась до колечка, опустила руку в воду. Змейка проскользнула между пальцами и поплыла. Так. Ясно. Теперь иначе: прижала колечко к пальцу, держа руку над водой, опустила под воду. Змейка заизвивалась, потом подняла головку и грызанула меня на держащий ее палец.

— Вау! — взвизгнула от неожиданности — Больно же!

Змейка показала мне язык и вернулась на палец. Поднесла его к глазам, рассматривая проказницу.

— Будешь кусаться, не буду купать! — пригрозила, рассмеявшись.

Змейка чуть сдавила мне палец и тут же расслабилась.

— Аха, ясно. Так и палец потерять можно. Ладно, буду тебя снимать, если что.

Змейка исчезла и тут же показалась на запястье тонкой серебряной ниточкой.

— Тааак. Хорошо, — кивнула с знак согласия — Поняла. Возвращайся на палец.

Про шею думать не хотелось.

Змейка скользнула на место и застыла колечком.

Оделась в любимый наряд: удобные брюки, теплая рубашка, вязаная безрукавка, теплые носки и пушистые тапки, взяла к библиотечке первую попавшуюся под руку книжку, налила полный стакан сока и забралась в кресло у камина.

Перед тем, как начать читать, посмотрела на колечко.

— Интересно, а ты можешь со мной разговаривать? — спросила вслух.

Кольцо не шевельнулось.

— А предупреждать сигналами?

Чуть сжалось и расслабилось.

«А если обращусь к тебе мысленно?» подумала, четко формулируя вопрос.

Змейка ответила так же, пожатием.

Интересно, а те мысли, которые к ней не обращены, будет слышать или нет?

Тишина.

Королева Стэлисса поставила меня в серьезную зависимость, надев это кольцо. Это даже не настолько зависимость, насколько принуждение. Вот же стерва, а! И не просто стерва, а королевская стерва!

Кольцо молчало. Или змейка была со мной согласна, или действительно не воспринимала те мысли, которые к ней не относились.

Ладно, поживем увидим. А пока будем дружить. Все равно задание выполнять надо, а от колечка я получу больше пользы, чем вреда.

Отбросила мысли о змейке и углубилась в чтение.

* * *

Дверь тихонько открылась, в гостинную чуть ли не на цыпочках вошли служанки, неся в руках вешала с одеждой.

— Ой, госпожа Дарина! А Вы уже не спите?! — испуганно спросила Иса.

— Нет — оторвалась от книжки, глянула на них — А это что такое? — удивленно уставилась на вещи.

— Это новые наряды на следующую неделю. — улыбнулась Иса — Позволите развесить в гардеробе?

— Минуточку, погодите-ка — открыла рот в изумлении — на сколько… на когда… — совсем запуталась, помотала головой и переспросила — Что ты сказала?

Девушки переглянулись, дружно подавили смешок. Иса ответила:

— Я сказала, госпожа Дарина, что мы принесли наряды, которые Вы будете носить всю следующую неделю.

Попыталась понять о чем это она говорит, ведь гардероб полон вещей, которых мне и за десять лет не переносить. А они принесли такую кучу одежды, что хватило бы нарядить десяток таких, как я, и еще запаса на месяц хватило бы, чтобы не повторяться.

Но не стала спорить, уже зная местные порядки, закрыла рот, согласно кивнула и вернулась к книге. Девушки что-то весело щебетали в гардеробе, но я не прислушивалась. Когда вернулись, заставила их присесть.

— Скажите мне, мои дорогие, откуда вы берете эту одежду?

— Ее привозит рассыльный — ответила Ида — Мы только принимаем и приносим сюда.

Понимающе кивнула:

— Хорошо. Спрошу иначе. Кто заказывает эту одежду и платит за ее изготовление и доставку?

Девушки переглянулись. Ива пожала плечиками и сказала, как само собой разумеющийся факт:

— Конечно же, господа Ашеры.

Мои брови сами подскочили вверх от удивления.

— Спасибо. Понятно. Можете идти. И принесите мне, пожалуйста завтрак сюда.

Они тут же выбежали выполнять просьбу.

Безусловно, любой женщине приятна такая забота и внимание, но в моих убеждениях и пониманиях жизни есть несколько маленьких «но».

Первое «но» — это то, что я не привыкла носить то, что носят здесь. Мне эта одежда неудобна, сковывает движения, не позволяет сесть, как хочется, не говоря уже о том, чтобы завалиться с книжкой на кровать. Не без того, конечно, что надеть такое обалденное платье и продефелировать среди придворных, обращая на себя завистливые взоры. Это каждая представительница женского пола любит и мне это импонирует. Но не каждый же день Я же здесь не для балов осталась…

Второе, я никогда не смогу научиться целыми днями только и заниматься сменой одного платья на другое, потому что пришла пора завтрака, потом прогулки после завтрака, потом дело к обеду, потом прогулка после обеда, потом посиделки у какой-нибудь мадамы, потом ужин, потом поздний ужин, а там то бал, то прием, то еще какая хрень, и нужно каждый раз менять шмотки и прически на другие. Да я ошалею от такой жизни! И лысой останусь от всех этих чесаний-перечесываний! Хорошо им, по три пера на голове и чесать нечего, волосы сами распадаются куда надо, а тут…

Третье «но» — все эти наряды, конечно, прелесть, но нет элементарных вещей! Например, спортивного костюма, обуви, джинсов, даже ночной пижамы! Сплю в махровом халате, который крутится вокруг тела так, будто пробует придушить от радости, что из него не вылажу весь вечер перед сном и всю ночь. Спасть-то голяком не привыкала никогда.

И последнее, но самое главное для меня «но» — терпеть не могу, когда за меня платят поторонние люди. Такое ощущение, будто на иждивении у кого-то на шее висишь, а это сродни с обязанностью. А я терпеть не могу быть кому-то принудительно обязанной. И просить не могу. Челюсть у меня не так устроена, чтобы просить…

Нееет, с этим надо что-то делать. Дальше так быть не может. Поговорю серьезно с Арисом, как увидимся. Его семья не обязана меня содержать, а тем более, баловать нарядами в ненужных количествах. А сколько стоит хотя бы один такой наряд, даже представить не могу…

Глаза снова опустились в книгу. Но не надолго.

Дверь открылась, вошла Иса.

— Госпожа Дарина, — робко сказала она — там… это… там просит Вашей аудиенции… это…Лорд Дитрис… Он требует, чтобы его пропустили… Девушки стали стеной и не пускают. А он прорывается и грозится пожаловаться Королеве… на нас… на Вас… А после вчерашнего… все ведь болтают про вчерашнее… мы боимся его к Вам пускать, когда Вы одна…

Я вздохнула, покачала головой — нет, теперь почитать точно не дадут — закрыла книгу.

— Пригласите его войти и оставьте нас одних.

— Но как же… он же…

Выразительный взгляд и девушку как ветром сдуло.

Дверь тут же распахнулась и вошел Лорд Дитрис. Выглядел он неважно: одутловатые мешки под глазами, бледная, почти пергаментная, кожа лица, блестящие от нервного напряжения глаза, застывший торс, будто дрын к спине привязали, и не гнущиеся ноги, больше на ходули похожи. В руке он сжимал пергамент, скрученный трубочкой, изрядно помятый.

— Зачем ты это сделала?! — вместо «здрасте» выпалил он — Зачем ты уговорила Королеву не казнить меня?!!! Как ты смела?!!! Встань, когда с тобой Лорд говорит!!!

Я с интересом наблюдала за его экспрессией, не двигаясь с места, и мне было его жаль. Ведь совсем не дурак, а гляди-ка как мозги промыли. Эти мне престарелые политики, то вожжа под хвост попадет, то носятся с собой, как дурень с писанной торбой, то мечтают о красивой смерти и запечатленного имени в веках… Дурдом на лужайке.

Интересно, подействует на него змейка, как говорила Королева Стэлисса, или мужику совсем отшибло?

— Сядьте, Лорд. Вам не идет такое поведение. Вы же не конюх какой-нибудь, чтобы кричать с порога на даму ничем Вам не обязанную. Присядьте и успокойтесь. А потом мы с Вами поговорим.

Он вспыхнул снова, но взял себя в руки и сел напротив. Действует колечко, однако. Позвонила колокольчиком, вошла Ида.

— Ида, предложи, пожалуйста, нашему гостю напитки.

Девушка вкатила раскладной столик на ножках, уставленный тарелками с фруктами, соками и графинчиком янтарного вина.

Лорд на удивление быстро успокоился, даже выпил вина и попробовал моченого винограда.

— Уважаемый Лорд Дитрис, — обратилась я к нему после необходимой паузы — Королева не нуждается в советах гостей, как Вы прекрасно знаете. Королева сама решает что, как и когда ей делать. Разве может повлиять на ее решение кто-то такой, как я?

— Нет, но… — сбитый с толку вельможа лихорадочно думал.

— Что «но», уважаемый Лорд? Королева видела меня два раза в жизни. Один раз на балу и второй, когда произошел тот странный инцидент. Разве может Королева прислушиваться к словам постороннего, да еще и человека, когда много лет знает Вас лично и по достоинству оценивает Ваши качества, ум и преданность?

— Нет, конечно. Но она сама мне сказала, что это Вы настояли на помиловании, аргументируя это благом государства.

— Королева задала мне прямой вопрос — кивнула ему — и мне пришлось на него ответить также прямо, как он был задан. А уж что решила сама Королева, я узнала только что от Вас.

— Но это подтвердили и Вэрдис, и Стражи!

Сокрушенно покачала головой:

— Уважаемый Дитрис, скажите честно, что Вас не устраивает в том, что Вы живы и сможете принести еще много пользы и Королеве и всему Миру?

— Да, но так не должно было быть! Меня должны были казнить и я к этому долго готовился! А тут Вы вмешались со своими советами! — брякнул он с возмущением.

— То есть, Вы хотите сказать, что давно готовили нечто подобное, чтобы настроить высший свет против Королевы, а я оказалась, как говорится, не в том месте и не в то время, и стала тем самым козлом отпущения, на которого валят все видимые причины, чтобы скрыть истинные? Позвольте спросить, зачем?

— Она окружила себя представителями других рас! Эти Ашеры, Личи, теперь вот Вы… А мы, ее верные подданные, остаемся на втором плане! Это же возмутительно!

Эх, Лорд, Лорд… Ревность плохой советчик. Какой же ты болван, Лорд! Тебя купили за понюшку табаку, а ты этого даже не понял. Купили за бесценок, чтобы украсть сокровище. Эх… А еще политик с огромным стажем…

— Зачем Вы пришли ко мне, Лорд Дитрис? — прямо спросила его.

Он помолчал, опустив глаза на смятый свиток, от которого свисала толстая нить с сургучной печатью на конце, потом как-то тяжело сказал:

— Королева прислала меня к Вам, чтобы я взялся за Ваше обучение всему, что знаю сам….

— Так и сказала?

— Да…

С тудом удалось сдержать хохот. Вот же стерва! Воспользовалась! Я же не себя имела в виду! Теперь от него так просто не отвяжешься, королевский приказ дело святое…

— Уважаемый Лорд, я надеюсь, что для этого мероприятия у нас с Вами будет еще много времени. Первую лекцию, давайте будем считать, я уже от Вас получила. Следующую Вы мне дадите тогда, когда посчитаете нужным или выдастся подходящий случай. В наших с Вами занятиях будет свободный график, если Вы не против. Хорошо? А сейчас Вам не мешало бы выспаться и успокоить семью. Ведь Вы, наверное, как вышли от Королевы, сразу пришли ко мне?

Старый Лорд поджал губы, утвердительно кивнул. Тяжело поднялся, поняв, что разговор закончен, тихо сказал:

— Да. Вы правы. Первую лекцию я Вам дал… Как поступать ни под каким предлогом нельзя…. Извините, уважаемая Дарина, я был не прав. Согласен с Вами, это все нервы. Мне нужно отдохнуть. Позвольте мне прийти через несколько дней. — я кивнула в ответ — Еще раз извините…

Он по-стариковски пошаркал к двери. Видно было насколько устал и переволновался этот змеечеловек. Я смотрела ему вслед и думала о превратностях судьбы, которые могут вот так грянуть, когда уже нет сил ни на что, а душа еще молода. Да и змейка подействовала. Первая Королева сказала правду, спасибо ей.

Дверь за Лордом закрылась и я тут же звякнула колокольчиком. Ива мгновенно заскочила в гостинную, будто ждала сигнала под дверями.

— Проводите Лорда до его апартаментов, пожалуйста, и передайте с рук на руки его слугам. Потом доложите.

Книксен и Ива исчезла за дверью.

Через несколько минут Иса принесла завтрак, но есть мне уже не хотелось и я, вооружившись новой книжкой, влезла под одеяло в спальне и долго читала, пока не заснула.

* * *

Проснулась через два часа, как по будильнику. Тут же вскочила с кровати и позвонила в колокольчик. Вошла Ива.

— Госпожа Дарина, Лорд в полном порядке, отдыхает. Его семья счастлива и сейчас собираются на прогулку.

Улыбнулась ее осведомленности и вспомнила о том, что слуги всегда знают все лучше хозяев.

— Ива, я не за тем тебя позвала.

Девушка смутилась.

— А зачем, госпожа Дарина?

— Раздобудь мне, пожалуйста, большие острые ножницы, иголку и нитки.

— Какого цвета нитки, госпожа?

— Любого.

Ива ушла, а я отправилась в гардероб. Мои поиски не были долгими и вскоре я выудила из шкафа великолепный велюровый плед. Это было как раз то, что мне нужно. Голубое гипюровое платье на плотной хлопчато-бумажной подкладке тоже замечательно отвечало моим целям. Их принесла в спальню, разложила на полу. И, забрав принесенные инструменты у служанки, принялась за работу.

К обеду у меня уже был замечательный спортивный костюм и тапки из пледа, и пижама с гипюровой накидкой.

Проверить свое рукоделие на прочность я решила немедленно. Поэтому, не долго думая, переоделась в спортивный костюм и тапки, покрутилась под охи и ахи служанок перед зеркалом, и выскользнула в коридор, предварительно глянув в обе стороны. Мне не хотелось встретить кого-нибудь в коридоре, особенно Ариса. Хотелось в одиночестве исследовать эту часть Дворца, без помех и комментариев, изучить что где находится и как туда попасть.

Легкой трусцой бесшумно побежала вглубь восточного крыла.

Здесь не было анфилад комнат, высоких зашторенных на ночь и открытых на день окон, декоративных растений в напольных вазонах, инкрустаций, лепнины, тонкой резьбы. Только художественная роспись стен и потолков приоткрывала завесу исторической тайны Мира Змеелюдей.

Бежала по коридору, рассматривая картины и показалось, что от скорости бега зависит восприятие написанного когда-то маслом. Подчиняясь интуиции, прибавила ходу, крутя головой вправо и влево. Роспись как бы оживала перед моим взором. Населявшие в старые времена это место змеелюди были такими же, как и теперешние. Они любили, танцевали, лгали, дрались на дуэлях, предавали, преклонялись перед прекрасным, уважали врага и самих себя. Но по-настоящему они преклонялись только перед своей Королевой, вечно молодой красавицей Стэлиссой. В нарисованных образах узнала ту, которая посетила меня сегодня на рассвете.

Чем дальше бежала, тем удивительнее становились изображения прежних жителей Дворца. Чем дальше углублялась в глубину восточного крыла, тем больше мне казалось, что я углубляюсь не в коридор, а в века и вижу изменения, которым подверглись представители этого народа с течением времени.

Если верить потемневшим от времени изображениям, то прежние змеелюди не имели двух обликов, как теперь, а только один, половинчатый — либо верхняя, либо нижняя половина тела была змеиной, вторая человеческой. Поэтому их называли змеелюдьми. Теперешних скорее назвали бы змеиными оборотнями. Их тела претерпели изменения и наверняка не без серьезной эволюционной причины, а название осталось прежним.

* * *

Бежала долго и уже хотела повернуть назад, но неожиданно коридор закончился огромной закругленной террасой. Высокие окна от пола до потолка, расположенные рядом друг с другом, открыли великолепный вид парка, переходяжего в лес до самого горизонта, засыпанного снегом. За окнами, из-под сугробов, кокетливо выглядывали столбики баллюстрады. Высокое голубое небо и яркое зимнее солнце заливали все вокруг ярким светом. Создавалось впечатление, что терраса висит в воздухе, между небом и землей, аккуратно прижавшись к монолиту дворцовой стены, похожая на ласточкино гнездо, свитое в удобном месте между камнями на отвесной скале. Наклонные стеклянные потолки не удерживали на себе снега. Согретые внутренним теплом снежинки тут же таяли, стекали тяжелыми каплями, свисали сосульками с края крыши, выстраивали причудливые колонны за окнами, переливались радужными цветами, отражали солнечные лучи и голубизну неба.

Глубокие ниши, укрывали изящно выполненные статуи змеелюдей в полный рост, украшали стену лепниной и витиеватыми буквами древнего языка. Все вокруг блестело странной чистотой, будто минуту назад здесь прошлись влажной тряпкой и натерли до блеска каменные плиты пола. Нигде не пылинки. И было совсем не холодно. Все это меня насторожило, ведь эта часть Дворца не отапливалась, и я внимательнее осмотрелась вокруг.

Ниши действительно глубокие и были не просто нишами. Статуи, как живые стражи, прикрывали собой входы на крутые лестницы, ведущие вверх и вниз. В двух нишах за статуями укромно спрятались каменные скамеечки, будто вырезанные вместе с политой пола из одного камня. Из интереса дотронулась до каждой кончиками пальцев. На ощупь они оказались теплыми. Одно из крайних окон слева выглядело мутно-матовым, слегка дрожащим на месте стекла, как неактивный портал. Поднесла руку поближе, кончики пальцев закололо острыми иголочками энергетического сгустка.

Точно портал — порадовалась знакомым ощущениям.

Тихий далекий шелест тяжелой ткани по камню донесся со стороны одной из ниш, куда выходили лестницы. Он привлек внимание, насторожил. От греха подальше юркнула за ближайшую статую, забралась на скамейку, замерла. Шелест приближался и эхом разливался по террасе. Кто-то шел сюда, одетый в длинные одежды. Дама? Мужчина в длинном плаще?

С другой стороны террасы, со стороны «мутного» окна, раздался совсем другого рода шелест, скорее шуршание, как если бы роговые чешуйки скользили по полу. Кто-то прошел сквозь портал? Иначе с той стороны никак сюда попасть невозможно.

Выглянуть не рискнула, чтобы не привлечь к себе внимание и не попасть в случайные свидетели, от которых обычно избавляются сразу и без предупреждения. Ускользать по лестнице, за скамеечкой, тоже было поздно, услышат или почуют. Хоть и говорят, что змеи не слышат, я убедилась в обратном: слышат, еще как слышат! А уж как чувствуют, так любой человек обзавидовался бы, если бы узнал.

— Приветствую Вас, Глэдис! — громыхнул эхом густой низкий бас — Надеюсь, все прошло гладко? Вы принесли Ключ?

— Рада видеть Вас, Иритурий — ответил печальный женский голос — К сожалению, обе операции не удались: Каким-то образом Лорд остался жив и даже в фаворе, а молодой Ашер вместе с Ключом вне досягаемости. Он смог сбежать от Иридиса и его подчиненных. Нам пока не удалось выяснить кто ему помог и как случилось так, что Иридис сам оказался в заключении, вместе с теми, кто был под его началом. Мы потерпели фиаско, дорогой граф. Ваш план не удался…

— Не может быть! — воскликнул мужской голос — Как такое могло произойти? Мы учли все мелочи, продумали все варианты, неудачи не могло быть! Что же помешало поднять мятеж и заставить Королеву спасаться бегством прямо в наши руки? А уж с этим Ашером, так вообще, задача была простой и не требовала каких-то особых умений или хитростей! Говорите, дорогая Глэдис, говорите! Я должен знать все и даже больше!

Шуршание и шелест в тишине.

— Я думаю, в этом виноваты Личи, — ответил женский голос — Они перед балом появились во Дворце и вовремя телепортировали Королеву из комнаты за троном. Теперь ее надежно охраняют и она почти не показывается из своих покоев и кабинета. Им как-то удалось выследить Севруса, который заканчивал все приготовления с внешней стороны комнаты, и захватить его. Он не выдержал и десяти минут пыток и рассказал все, что знал. Почти все наши арестованы или погибли, а те, кто остался на свободе, притихли. Лорд Дитрис, этот верный пес Королевы, поддался на наши подстрекательства и вынудил молодого Ашера применить Законы Стражи, но выбрал неудачный момент, неудачный объект и неудачные слова. Его арестовали не как верноподданного Королевы, возмущенного произволом чужой расы, отгородившей ее от ее народа, а как оскорбителя Королевы. Но это еще можно было изменить, намешав в умах высшего света, если бы его казнили. Тогда его можно было бы выставить несправедливо казненным, отдавшим жизнь за свое королевство и мятеж готов. Но Королева его отпустила после разговора!

— Черт побери, Глэдис! — в отчаянии воскликнул мужской голос — Если мы потеряем этот год и не заполучим Королеву в свои руки, то мы потеряем еще пятьсот лет! Она должна быть в наших руках! И этот чертов Ашерский выродок с Ключом тоже! Вы же понимаете, Глэдис, чем грозит провал этой операции и для Вас, и для нас! Ведь речь идет не только о нашем с Вами личном благополучии, речь идет о неизмеримо большей ценности, такой как наш Мир. Если мы не получим Яйцо, то наш Мир погибнет! Еще пятьсот лет он не протянет без энергии Источника!

По камню тарарахнуло так, как будто хлеснули длинным арапником с вплетеными в него костяными пластинами.

— Я все понимаю, дорогой граф, — еще печальнее ответил женский голос — но ничего поделать не могу…

Молчание, шуршание платья, нервное позвякивание костяных пластин по каменному полу.

— А придется, дорогая Глэдис… — зловеще прошипел мужчина — Иначе, Вы знаете что будет…

— Что я должна сделать? — женский голос в испуге дрогнул.

— Используйте девушек, дорогая Глэдис, красивых девушек. Пусть воспользуются своими чарами красоты и молодости, и заманят молодого Ашера в ловушку. Он же не импотент какой-нибудь. Наверняка у него есть симпатии среди придворных. Вот и воспользуйтесь этим. Мне ли Вас учить таким вещам, дорогая Глэдис?!

— Ммм… Дорогой граф, думаю, что это тоже не получится…

— Почему? — недовольно громыхнул мужской голос.

— Ашер всегда был очень строг к себе и никогда никем не был замечен в близких отношениях с нашими девушками. А теперь это становится еще большей проблемой. Он увлечен человеческой девушкой, которую принес во Дворец чуть больше недели назад. Он пригласил ее на Первый танец в день своего Совершеннолетия и теперь везде появляется только с ней…

— Человеческой девушкой? — удивился мужчина — Откуда он ее взял? А принципе не важно… Вы знаете, дорогая Глэдис, думаю, что это как раз то, что нам нужно! Люди глупы, а их девушки просто кладезь глупости. Подружитесь с ней, подарите пару побрякушек, вотритесь в доверие, станьте ее поверенной в сердечные дела, а потом управляйте ею, как Вам заблагорассудится. В любом случае Арис должен быть с Ключом у меня. И не позднее, чем черед два месяца. Это приказ, дорогая Глэдис, и Вы обязаны его выполнить.

— Вы не все еще знаете, дорогой Иритурий, человеческая девушка гостья Королевы. Это объявил молодой Ашер в обеденном зале вчера вечером. Я слышала это своими ушами.

— Вот как? Тем более, дорогая Глэдис. Тем более, займитесь ею немедленно и вплотную… Хмм… Это меняет дело, дорогая Глэдис! Если ею правильно руководить, то она сможет помочь нам заполучить и молодого Ашера и Королеву. Достаточно будет воспользоваться… хм… — не закончил он фразу и тут же сказал — Хорошо, дорогая Глэдис, очень хорошо. Это неожиданный подарок для нас всех. Добивайтесь расположения девчонки, приручайте ее, а через неделю встретимся здесь в это же время. Я для Вас кое-что принесу, а Вы этим незаметно воспользуетесь. Это бескровно решит все наши проблемы и мы получим то, что хотим. Ну, что ж, дорогая Глэдис, мне пора. До встречи…

Шорох по камню и снова тишина.

— До встречи… любимый… Твой король останется тобой доволен… — тихо сказал тоскливый женский голос в наступившей тишине.

Удаляющийся шелест юбок по лестнице и снова тишина…

* * *

Фуф! — перевела дух и выглянула из-за статуи. Никого. Села на каменную скамейку. Задумалась.

Вот, оказывается, какие тут пирожки с котятами…

Не трудно догадаться, что здесь встретились два представителя разных веток змеелюдей. Глэдис представляла мутировавшую ветку, а этот Иритурий изначальную, которая почему-то оказалась в другом Мире. Им нужна Королева, вернее Яйцо, и Арис. Пришелец говорил о каком-то Ключе, но требовал привести Ариса. Если Арис носитель Ключа, то почему не выкрасть или отнять его у молодого Ашера? Почему им нужен Арис? Может быть он сам является Ключом к чему-то? К чему? Как это может быть связано с Королевой и Яйцом? Почему Иритурий сказал, что их Мир гибнет? Может быть Арис хранит или сам является Ключом, тогда этот Ключ может быть только Ключом к подземелью, где спрятан Источник? Почему? Он же совсем другой расы и не может иметь отношения к Источнику Мира змеелюдей…

Хорошо, что во Дворце меня принимают за обычного человека и еще не знают о моей роли во всем этом. Хорошо было бы, если бы такое мнение продержалось подольше. Значит, его надо подтвердить искусственно. Только придумать наиболее безопасный способ и не переиграть саму себя…

Бесшумно на середину террасы выскочил огромный белый котяра, ростом побольше иного тигра, с встопорщенной шерстью на холке. С языка капает слюна, тяжело дышит от быстрого и долгого бега. Влажные следы лап на полу. Удивительно, ведь кошки потеют лапами и их следы видны в инфракрасном свете и я это вижу! Неужели начинает прорезаться еще один диапазон зрения?! Это радостная новость, но ее еще нужно будет проверить. Котище огляделся, развернулся прыгнуть назад. Тут я пошевелилась.

— Я здесь, Арис, — эхо усилило тихий голос и получилось очень громко — Ты меня ищешь или кого-то другого?

Мгновение и передо мной уже стоял Арис в белом спортивном костюме, раскрасневшийся, с радостно сверкающими глазами, губы расплылись в улыбке.

— Ну, сласа богу! А я уже весь Дворец обыскал! Пришел, а тебя нет, и служанки ничего не знают. Испугался, что заблудиться можешь, да и не безопасно сейчас в одиночку ходить по Дворцу.

— Спасибо, Арис. Я действительно заблудилась. Хотела пробежаться по следующему этажу, не туда свернула и уперлась в винтовую лестницу, а по ней случайно спустилась сюда. Только что… и сразу тебя увидела. — соврала на случай, если кто-нибудь оказался бы поблизости из тех, кому не надо знать, что я слышала разговор.

— Испугалась? — улыбнулся он, беря меня за руку и слегка пожимая ее.

— Да. Давай вернемся назад, — потянула его в проход коридора.

И мы пошли, а потом побежали наперегонки…

* * *

.

Размышляя всю обратную дорогу об услышанном на террасе, принимая душ и одеваяясь к обеду, решила, что Лич и Арис должны об этом узнать как можно быстрее.

Арис, по обыкновению, зашел за мной и мы направились в обеденный зал.

— Не хотел бы ты прогуляться после обеда по парку?

— С удовольствием, Дарина. Ты же знаешь, что я всегда рад составить тебе компанию, куда бы ты ни хотела отправиться — улыбнулся Арис.

— А если я пойду в преисподнюю? — рассмеялась.

Арис пожал плечами:

— Значит, и моя дорога лежит туда.

Внимательно глянула на него. Хм… Искренние глаза, серьезное лицо… Все равно не верю.

Чем ближе мы подходили к жилому крылу, тем чаще нам встречались змеелюди. В трапезной было на удивление много народу, но отдельный столик, который мажордом вчера поставил для нас, оставался пустым. Мы прошли к нему и сели. Обслуга тут же принесла изысканные яства. Арис незаметно проверял блюда на наличие яда, а я наслаждалась вкусной и аппетитной едой. Мы почти не обращали внимания на окружающих, обсуждая блюда и мастерство поваров и не заметили как подошла высокая рыжеволосая дама к нашему столику.

— Добрый день, уважаемый господин Арис. Не представите ли меня своей знакомой?

Тот же голос, который разговаривал на террасе. Едва сдержалась, чтобы не выдать себя. Это что, акция уже началась? Быстрая тетя. Надо бы не забыть оставаться простушкой из человеческого Мира. Состороила соответствующую мину и подняла глаза на мадам. Арис поднялся, отставив бокал:

— С удовольтвием, уважаемая Глэдис. Это Дарина, гостья Ее Величества и нашей семьи. Дарина, это госпожа Глэдис, управляющая личной прислугой Ее Величества.

Я слегка склонила голову:

— Очень приятно познакомиться — а у самой мороз пробежал по шкуре.

Мадам была очень неприятной на вид, жестокой, заносчивой, самовлюбленной особой.

— Не присоединитесь ли к нам, уважаемая Глэдис? — галантно предложил Арис.

— С удовольствием выпью с вами бокал вина.

Она присела на подставленный лакеем стул, пригубила вино. Цепкий взгляд не отпускал мое лицо.

— Вам нравится наше королевство, уважаемая Дарина?

Удивленно хлопнула ресницами, состроив соответствующую мордашку:

— Королевство? Не знаю, уважаемая Глэдис. Королевства я еще не видела. Только Дворец и местное общество, да и то самую чуточку — наивно улыбнулась ей.

— Ну, конечно, Вы правы, уважаемая Дарина! — улыбнулась она острыми, как у щуки, зубками — Я имела в виду Дворец, придворное общество…

— Я здесь совсем недавно, уважаемая Глэдис. Не осмотрелась еще. Да и не привыкла я к королевским дворцам и таким обществам…

— Вы так любезны, уважаемая Глэдис, — улыбнулся Арис — столько внимания к нашей гостье! Просто удивительно!

— Ну, что Вы, уважаемый Арис, меня всегда интересовали и Люди, и Змеи в их чистом виде. А тут такая оказия познакомиться с настоящей представительницей человеческого рода! Я никак не могла пропустить эту возможность — растянула она тонкие губы в улыбке — Когда-то еще выпадет такой случай в нашей однообразной жизни…

— А мне показалось, уважаемая Глэдис, что во Дворце нет однообразия. Здесь всегда происходит что-то новое…

— Я тоже так думаю — поддержал меня Арис.

— Ах, молодежь! Как хорошо быть молодым! Все вокруг так и светится новизной, непознанностью! Вы уже были в Зимнем саду, уважаемая Дарина?

— Нет, еще не успела…

— Это Ваше упущение, уважаемый Арис — улыбнулась ему Глэдис — Позволю себе исправить его и пригласить Вас, уважаемая Дарина, на прогулку в Зимний сад… например, завтра после завтрака. Согласны пойти со мной вдвоем?

Арис метнул на меня предостерегающий взгляд и наигранно-обиженно воскликнул:

— А как же я, уважаемая Глэдис?! Вы хотите меня бросить на произвол судьбы?! Я абсолютно не согласен! Решено! Я иду с вами в Зимний сад! Даже встану пораньше, чтобы не опоздать! — бесцеремонно навязал свое общество Арис.

Хмм… — подумала про себя — Что это с ним? Не все ли ему равно куда и с кем я пойду…

Придворной ничего не оставалось делать, как согласиться с ним и уйти.

Мы тоже не задержались долго за столом и, одевшись тепло, отправились на прогулку в заснеженный парк.

* * *

Арис задумчиво вел меня под руку по расчищенной от сугробов аллее. Вокруг царила тишина, создавала ощущение умиротворения, покоя, сна, торжественной смерти. И только хруст снега под нашими ногами и шуршание намокшей ткани моего длинного платья выдавал присутствии жизни в этом белом безмолвии.

— О чем ты задумался, Арис? — спросила тихо.

Он глянул на меня как-то загадочно, продолжая медленно идти:

— О Глэдис. Интересно, что ей понадобилось от тебя? Ни с того, ни с сего такой интерес и внимание… Странно…Это не та особа, которая легко идет на контакт и кого-то к себе близко подпускает. А тут, прямо подружка закадычная и любовь к людям неожиданная… Как думаешь, что ей надо?

Усмехнулась, зная точно что понадобилось придворной даме. Вернее, кто.

— Ты — ответила с улыбкой.

— Я?!!! — изумленный Ашер остановился — Ты с ума сошла, Дарина! Она же старуха для меня!

Покачала отрицательно головой, продолжая улыбаться.

— Ты не правильно понял мои слова. Ей нужен ты, но совсем не для амуров-лямуров. Арис, ответь мне на один вопрос, если, конечно, можешь…

— Спрашивай, конечно. Если знаю ответ, то отвечу. От тебя у меня секретов нет.

Вот как? — подумала — Сейчас проверим.

Оглянулась вокруг, мы были одни.

— Скажи мне, Арис, что имеется в виду, когда говорят о тебе и Ключе?

Он слегка побледнел, беззвучно открыл и закрыл рот, слегка нахмурился.

— Вот видишь, Арис, ты не можешь мне это сказать, потому что это тайна. К тому же не твоя — медленно пошла дальше — Поэтому постарайся больше никогда не говорить, что секретов у тебя от меня нет.

Мне стало грустно, но от своего решения рассказать ему о подслушанном разговоре не отказалась, только ждала удобного момента.

Арис заскрипел снегом сзади, догоняя меня.

— Дарина…

— Арис, не говори ничего. На этот вопрос я отвечу себе сама.

— Я хотел…

— Нет. Не надо. Это не твоя тайна.

Мы углубились в парк настолько, что я уже не опасалась быть услышанной посторонними ушами или «прочитанной» по губам из какого-нибудь окна Дворца.

— Арис, я хочу тебе рассказать о том, чему была случайным свидетелем сегодня утром. Может быть тебе это поможет, а может быть просто предостережет. — почувствовала, как он напрягся — Я не заблудилась, как сказала тебе там, на террасе. Я боялась, что кто-то сможет услышать мои слова и сказала не то, что было на самом деле. — он кивнул — Послушай теперь правду. Мне захотелось пробежаться по восточному крылу, немного ознакомиться с тем местом, где живу и…. - пересказала ему все, что услышала на террасе, стараясь повторить все слово в слово — Теперь ты понимаешь из чего возник мой вопрос и знаешь, что и зачем нужно этой Глэдис.

Арис внимательно выслушал, не пропуская ни слова, и теперь шел рядом еще медленнее, обдумывая услышанное. Я ему не мешала, молча шла рядом.

— Я думаю, что об этом должны узнать мои родители, Вэрдис и Королева — наконец сказал он.

— Расскажи им — согласно кивнула.

— Я хочу, чтобы рассказала ты. Ведь меня там не было, а ты слышала все своими ушами.

Подумала немного и ответила:

— Королева сейчас не в том состоянии, чтобы волноваться, а такие новости могут ей навредить. Не лучше ли будет не посвящать ее в это, а рассказать все Личу и твоим родителям? Ведь это они занимаются безопасностью Королевы и такие вещи должны знать они. Думаю, что с этой задачей ты справишься и без меня.

Он помолчал немного и согласился.

— И еще, Арис, мне кажется, что приступать к тренировкам нужно уже сейчас. Напомни, пожалуйста, Личу о его обещании. Пусть поторопится с этим.

— Хорошо, Дарина. Напомню.

Мы повернули назад, медленно пошли по пустой аллее. Небо темнело, сумрак заплел заснеженные кроны сказочной дымкой. Размеренный хруст снега под нашими стопами завораживал, покалывал страхом спину, разносясь далеким эхом среди ветвей заснувших ветвьев, укрывшихся белыми шапками.

— Ключ это я, Дарина. Но никто не знает от какой двери и что это означает — неожиданно сказал Арис — Лучшие умы трех Миров думали над этой загадкой двадцать лет, но так и не нашли ответа. Я тоже его не нашел… Пока… Может быть нам вместе удастся в этом разобраться…

— Думаю, что найдем. — согласилась — И, кажется, я начинаю подозревать где она кроется. — и я рассказала ему о Первой Королеве и кольце-символе Уробороса — Вполне возможно, что ты являешься Ключом к подземелью, где лежит тело Первой Королевы и находится Источник. Если их найти и открыть, то правящая Королева получит доступ к Силе Источника и Вэрдису не нужно будет регулярно додавать ей энергии. Особенно в ее теперешнем положении.

Арис помолчал, потом сказал:

— Я должен это обдумать, Дарина. Есть некоторые нестыковки в твоих размышлениях и мне нужно все хорошо обдумать…

— Конечно, Арис. Я ведь не владею настолько информацией, как ты. Подумай сам и если захочешь, буду рада с тобой это обсудить потом.

— Дарина, я бы хотел, чтобы это осталось пока между нами: и разговор на террасе, и визит Первой Королевы.

Змейка на миг сжала палец.

— Сюда кто-то идет — шепнула я, сразу поняв предупреждение колечка.

— Не удивлюсь, если это будет Глэдис — тихо сказал он мне на ухо и тут же громко продолжил — Так вот эта сказка принадлежит обоим народам, и она соединяет невидимыми узами народ Ашеров и Змеелюдей. Хотя я не знаю сколько в ней правды, а сколько выдумки, но в обоих народах принято считать это за одну из наиболее правдивых легенд….

Голос Ариса разносился по аллее. Из-за поворота показалась парочка: плотный мужчина в длинном теплом плаще и высокой шляпе, и женщина в пятнистой шубе и симпатичной меховой шапочке.

— О-о! Уважаемый господин Арис и уважаемая Дарина! Как мило вас видеть на прогулке! А мы вот с графом Мерлисом вышли нагулять аппетит перед ужином. А вы уже возвращаетесь? Ах, какая жалость! А то составили бы нам компанию! — защебетала Глэдис, расплываясь в неестественной для нее улыбке — Говорят, послеобеденные прогулки хорошо влияют на фигуру и цвет лица, и улучшают аппетит к ужину.

Мышцы ее лица не были приучены к этой мимической работе и улыбка получалась больше похожей на злобный оскал. Смотреть на это было не просто неприятно, а омерзительно. Мы поспешили раскланяться и побыстрее уйти в помещение.

* * *

Едва успела снять, измоченное чуть ли не до колена, тяжелое бархатное платье, в котором была на прогулке и влезть в самошитый спортивный костюм, расчесала волосы и заплела косу, как вошел Арис примерно так же одетый и сразу же развалился в кресле. Следом слуги вкатили передвижной столик, уставленный легкими яствами, фруктами, бокалами и графинчиками с вином, и тут же вышли, подчиняясь взмаху руки Ашера…

— Я подумал, что не мешало бы поужинать вдвоем, — сообщил Арис, заложив руки за голову и загадочно улыбаясь, — при свечах. Что ты на это скажешь, Дарина?

Критически оглядела себя, потом его, хмыкнула.

— Романтично. Я не против. Но переодеваться сегодня еще раз меня не заставит никакая сила. Даже романтика. Я лучше есть не буду…

Арис расхохотался, проследив за моим взглядом, и замахал руками:

— Ладно-ладно! Уговорила! Будем есть руками, громко чавкать и вести себя неприлично, но в трапезную сегодня больше не пойдем!

— Тебе с лихвой хватило на сегодня высокого общества? — улыбнулась вопросительно.

— С лихвой! — полоснул по своему горлу пальцем Арис — Твоего общества мне вполне достаточно. Больше никого видеть не хочу.

Устало плюхнулась в кресло, поджала под себя ноги.

— Я тоже…

Арис смешно выхватывал пальцами рыбу и морепродукты из небольших салатниц в обилии уставленных на столе, я шлепала его по рукам, отнимая вкусные кусочки, мы хохотали, подкалывали друг друга, измазались, как свинюки, а уж о столе говорить не приходилось. Наевшись, наперегонки побежали умываться, брызгаться и дурачиться. Вернулись из ванной к свеже накрытому — служанки постарались — фруктами и соками столу, уселись в кресла у камина.

— Я разговаривал с родителями и Личем — серьезно сказал Арис.

— Когда ты успел? — удивилась такой прыти.

— Пока ты переодевалась — улыбнулся он — у мужчин эта процедура занимает намного меньше времени, чем у дам, смею заметить.

— И что они сказали?

— Ничего, в принципе. Но отнеслись более чем серьезно. Просили передать, чтобы ты тоже была осторожной. Лич сказал, что тренировки и занятия начнутся послезавтра. Сегодня прибывают преподаватели, завтра они приготовят помещение для работы.

— Ты рассказал им о кольце?

— Нет — покачал головой Арис — только о разговоре на террасе. Для них и этого оказалось много. Мать разволновалась, а отец хотел тут же арестовать Глэдис, но Лич отговорил. Он предложил подыграть заговорщикам, понаблюдать за ними, выявить всю сеть и тогда накрыть всех сразу. Иначе они могут обставить все так, что поднимется бунт, которого так жаждет этот Иритурий.

— И, если я правильно поняла, подыгрывать будем мы с тобой?

— Да — кивнул он — больше ведь некому… Тааак что, моя дорогая Дарина, завтра идем на прогулку в Зимний сад с язвой Глэдис и притворяемся полными идиотами!

Мы посмеялись.

— Кстати, дорогая, тебе не кажется, что после такого ужина сидеть на месте просто преступно, а то обрастем с тобой жиром и превратимся в страшно толстых кота и матрону?! Пошли-ка сомной. Я тебе что-то покажу!

Арис подхватил меня на руки прямо из кресла и выскочил в коридор. Там поставил на пол и потащил за руку, загадочно посмеиваясь.

* * *

Это была Б И Б Л И О Т Е К А!!!

Это была не просто библиотека, а кладезь древних манускриптов, свитков, табличек и еще бог знает чего. Я смотрела с открытым ртом, крутясь вокруг своей оси. Это же сколько лет надо сидеть здесь, чтобы изучить хотя бы крохотную часть такого богатства знаний?! Моей жизни наверняка не хватило бы…

Арис привалился к огромному письменному столу и с улыбкой наблюдал за мной.

— Я тут жить останусь… — тихо сообщила ему.

— Как бы не так, моя дорогая! — весело засмеялся Ашерский котяра — Я тебя сюда не для этого привел.

Вопросительно глянула в его смеющиеся глаза.

— Ты хочешь сказать, что теперь сможешь меня отсюда вытащить?! Да ни за что! Это же…

— Еще как вытащу! — засмеялся он — Дарина, нет смысла сидеть здесь и дышать книжной пылью. Я тебя сюда привел для того, чтобы ты могла реально представлять как выглядит королевская библиотека и научилась ею пользоваться не выходя из своих апартаментов или находясь в любой части Дворца и парка. Дальше она, к сожалению, не доставляет нужную книгу.

— То есть ты хочешь сказать… — ошарашенно вытаращилась на него, но договорить не успела.

— Да, — кивнул весело Арис — так и есть. Если знаешь где и как расположена библиотека, как размещены в ней книги, свитки и прочее, хоть раз побывала внутри, то вполне можешь из любого места сосредоточиться, вызвать образ библиотеки, четко сформулировать вопрос или интересующую тему и через секунду получишь в руки нужную книгу.

Я недоверчиво покачала головой:

— Это как это?…

Арис терпеливо объяснил:

— Эта часть Дворца, образно можно сказать, живая. Каждая комната и помещение библиотеки запоминают твой индивидуальный энергетический код, когда ты туда входишь и потом, когда тебе нужна какая-то вещь или книга, достаточно эмоционально обратиться к этому месту с просьбой, создав в своем сознании нужный мыслеобраз или четко сформулированную фразу. И тогда только подставляй руки. Больно бьюся книжки, если зазеваешься и не поймаешь — хохотнул Ашер.

Снова обвела взглядом залежи знаний.

— Можно попробовать? — спросила робко.

— Погоди. Сначала покажу где что находится. — я кивнула — То, что ты видишь глазами, моя дорогая, это далеко не все, что здесь есть. Поэтому тебе нужно знать только в какой стороне находится какая тема, чтобы проще было визуализировать запрос.

Арис, приобняв меня за плечи, повел по библиотеке.

Стеллажи, от пола до потолка, оказались обзорно-тематическими. Каждый оборачивался на девяносто градусов и открывал вход в пространственный карман огромного зала с другими стеллажами, заполненными книгами по этой теме. В один из таких залов мы вошли и оказалось, что все стеллажи, расположенные вдоль стен, тоже подвижны и тоже открывают следующие залы.

— Эта библиотека имеет какие-то пределы или нет? — растерялась я.

— Конечно, — улыбнулся он — она не соединена с Изначальной Библиотекой. Вот библиотека Мира Ашеров соединена. Там и правда можно заблудиться навсегда.

— Неправда Ваша, господин Ашер — вывернулась из-под его руки и засмеялась — я слышала, что там невозможно заблудиться. Там телепорты на каждом шагу и нет проблем с выходом.

— Так-то оно так, но я говорю о древних залах библиотеки, где все еще сидят бессмертные архивариусы и корпят над более древними трактатами, чем наша Галактика — видя мою реакцию недоверия, Арис усмехнулся — да, моя дорогая волшебница, там я тоже побывал еще в раннем детстве. — и тут же шутливо добавил — Надо же было где-то учиться. Вот и послали строгие родители сына-шалопая под каблук бессмертных понюхать пыли, побыть у них на побегушках, научить терпеливости и смирению…

— Но когда ты успел? Тебе же только двадцать пять лет?! — вытаращила на него глаза в удивлении и совсем забыв о том, что мне об этом говорила Мена еще на хуторе.

— Это по нашему летоисчислению мне двадцать пять, не по-человеческому.

Глаза Ариса стали серьезными, какими-то глубокими, чужими. Куда подевался озорной блеск, счастливая радость, смешливость Котейки. На меня смотрели мудрые, все знающие глаза незнакомца. Мурашки неожиданно открывшейся бездны, разделяющей нас, пробежали по спине. Я в ужасе отшатнулась.

Мне отчаянно захотелось назад, в свой Мир, в свою маленькую квартирку, да хоть к перепуганным разъяренным хуторянам, уж отбилась бы как-нибудь, все равно куда, лишь бы подальше отсюда. В моей голове вдруг возникло сравнение своей ничтожности, детскости, глупости по сравнению с Арисом, его родней, змеелюдьми и их Королевой, Личем. Это какая же прорва времени, знаний, опыта лежит непреодолимой бездной между нами. Я, по сравнению с ними, новорожденный младенец, едва сделавший первый вдох и еще не успевший своим первым криком поприветствовать новый мир. А они… он… Да что там говорить…

— Что значит по-вашему Совершеннолетие? — как сквозь мглу, услышала свой голос.

— Это означает — объяснил Арис — что я закончил свое образование настолько, чтобы считаться взрослым, самостоятельным Ашером, к мнению которого общество теперь обязано прислушиваться. — и пошутил — И еще это означает, что я теперь не смогу трансформироваться в маленького котенка и бегать с задранным хвостом.

Шутка прошла мимо ушей. Только мелькнуло воспоминание о маленьком беленьком пушистом котенке, прошмыгнувшим мимо меня в дом со смешными ушками, подергивающимися на бегу. Господи! Какая же я была слепая, наивная и глупая, воображая, будто защищаю маленького и слабого. Как же по-дурацки тогда выглядела в его глазах. Как же он усмехался в душе, глядя на мои неуклюжие, дурацкие поступки, слова. За что же мне такое испытание, а?!..

Что-то сжало грудь, стало трудно дышать. Отвернулась и пошла к выходу с одним единственным желанием побыстрее остаться одной.

Одним движением гибкого сильного тела он оказался передо мной.

— Дарина, что с тобой? Куда ты идешь? Что случилось? Ты плохо себя чувствуешь? — взволнованно спрашивал, пытался заглянуть в глаза, подняв голову теплыми ладонями, прижал к себе — Милая моя, да что же с тобой такое, а? Я же только хотел тебе расказать правду. Я же хотел, чтобы ты знала…

Я не могла посмотреть ему в глаза, не смогла ничего ответить. Впервые в жизни у меня было так тяжело и горько на душе, что даже тело казалось налитым свинцом. Казалось, что моя душа умерла едва осознав весь ужас своего ничтожества. Попыталась вывернуться из его объятий, но не смогла. Он держал крепко, прижав к своему телу. Его сердце колотилось, как бешенное. Я чувствовала его в своей груди. А мое почти замерло.

Сколько мы так стояли, не знаю. Арис что-то шептал, но я почти не понимала его слов. В голове набатом била одна мысль и она отнимала последние силы. Между нами бездна… Между нами бездна… Между нами бездна…

* * *

Лежала в постели под пушистым одеялом, легким и теплым, как гагачий пух. Засыпала, будто проваливалась в бездонную тьму. Просыпалась. Бездумно смотрела в окно, видя только зимнее небо, кружащий снег и далекие звезды. Как пьяная добиралась до туалета и едва доползала назад, вовремя подхваченная кем-то под руку. Пила из крана воду, пьянея еще сильнее. И снова возвращалась в постель, чтобы снова лежать, не шевелиться, не жить…

Не думала, не хотела знать что со мной происходит и почему, зачем я здесь или где-то в другом месте. Не было больше ничего важного, нужного, ради чего стоило бы волноваться, чувствовать, что-то делать.

Когда приходил Арис, лежала с закрытыми глазами и делала вид, что сплю. Девушки-служанки поочередно сидели в спальне, выходя только тогда, когда кто-то заходил в комнату. Часто приходил Вэрдис, сидел подолгу, гладил по руке или голове, что-то нашептывал. Приходили родители Ариса по одному и вместе, улыбались, подбадривали. Пару раз была даже Королева. Но сознание оставалось отстраненным, пустым, бездушным.

* * *

— Дариинаа! Дееткааа!! А ну-ка давай, просыпайся немедленно! Утро на улице посмотри какое! Солнышко светит во всю! Я тебе тут бульончика куриного сварила. Хватит болеть, пора выздоравливать. И молочка парного от Буренки принесла. Ну, той, в крапушку. Помнишь как у нее вымя распухло и она мычала, как резанная, а ты ее примочками, да травками лечила? Вот она тебе привет-то и передает молочком парным. Просыпайся, детка, просыпайся. Давай, сначала молочка, а потом и до бульончика очередь дойдет. Открывай глазки, моя хорошая, а то клюкой задницу набью! — и опять медово-ласково — Дарииинааа! Просыпайся. Солнышко на улице…

До боли знакомый голос рвал пустоту на части, комкал ее, расшвыривал в разные стороны, теребил душу, заставляя не соглашаться, отбрыкиваться, хвататься за треснувшие и распадающиеся остатки безмыслия.

Одеяло полетело на пол. Ведро ледяной воды окатило с ног до головы. Сильные руки подхватили, поставили на ноги, держали за плечи. Не менее сильные и умелые руки растирали кожу кусачим полотенцем, будто хотели ее содрать живьем. Кровь запульсировала в жилах, стало жарко и дико больно.

— Аааау!!!!!!!! — заорала я, вырвалась и отскочила в сторону — Бооольно же!!!!!!!! Что вы делаете, ненормальные!!!

Марфа победно ржала, уперев руки в бока. Арис улыбался во все зубы, счастливо сверкая голубовато-зелеными искорками глаз. Я зло зыркала на них, из угла, куда отбежала, спасаясь от тиранов, щупала тело там, где больше всего болело и кидая туда осторожные взгляды. Кожа была ровной, гладкой, только пунцово-красной.

— Ну вот, Арис, смотри, ожила наша девочка. — грохотала радостью Марфа — Говорила тебе, что и мертвого на ноги поставлю! А уж Даринку-то и подавно! Не такая она, чтобы просто так сдаваться. Жизни в ней много и жизнь победила! Видишь, какая тощая! Одни кости и кожа остались! Если бы не додумался за мной прибежать, так бы и заморили девчонку голодом! Ничего, Арис, — пошлепала его по плечу — Теперь откормим, голубушку! А то ишь что надумала! — погрозила мне пальцем — Не позволю!

Она сдернула с кровати мокрую перину вместе с простыней на пол, закатала в рулоник, понесла из спальни. На пороге остановилась, критически глянула на меня:

— Ну чего стоишь, дивчина?! Задницу с передницей прикрой-то! Не видишь, мужик на тебя пялится. А они, мужики-то, сама знаешь какие охальники. У всех одно на уме! — и вышла.

Глянула на себя.

— Ой!

И прикрылась руками.

Арис покраснел, закусил губы и отвел взгляд.

Поискала глазами во что бы завернуться, но ничего не нашла. Глянула на опустившего глаза Ариса и увидела на его плече свой махровый халат.

— Ээ. мм… Дай мне, пожалуйста, халат, Арис, — попросила — а то холодно и мокро…

Он смущенно улыбнулся, шагнул ко мне и закутал в халат.

— Я так рад, что ты снова со мной, Дарина — тихо сказал он, прижав меня к себе своими огромными руками.

— А где теплое молоко? — не дала сбить себя с толку — И Марфа?

— Пошли в гостинную. Оно там. — рассмеялся он, отпуская меня — Марфа тоже там.

* * *

Поправлялась быстро. Арис и Марфа взяли надо мной шефство и пичкали всем подряд. Арис каждое утро приносил свежее парное молоко то коровье, то козье. Для Марфы поставили вторую кровать в спальне и теперь, когда Арис уходил к себе спать, мы с ней болтали обо всем на свете.

От Марфы узнала о том, что рассказал ей Арис, а ему, в свою очередь, Вэрдис и местный змеедоктор.

Оказывается, библиотека и правда было живой и не только запоминала индивидуальный энерго код читателей, но и использовала их жизненные силы, чтобы при надобности телепортировать им заказы. И доктор, и Лич подозревали недавнее энергетическое и нервное истощение, от которого я не вполне оправилась.

Арис получил разнос от обоих за то, что не подумал о возможности такой реакции молодого человеческого организма, родители тоже не погладили по головке обвиняя в безответственности за чужую жизнь, даже Королева нарычала на него. Сам он перепугался до смерти, пометался несколько дней между Личами и докторами, и на рассвете понесся к Марфе, как к едиственному человеку, которого, как он решил, я глубоко уважала и с мнением которого считалась.

Марфа спросонья его не признала, потому что он что-то сбивчиво лепетал, а когда поняла, тут же собралась и поехала на Арисе во Дворец. После нескольких консилиумов с доктором, Личем и Арисом и собственным наблюдениям решила провести жизнеутверждающую шокотерапию, объясняя это простыми словами «против лома нет приема, окромя другого лома» и заставила Ариса себе ассистировать.

Занятия и тренировки отложились до моего выздоровления и теперь преподаватели наслаждались гостеприимством змеенарода по полной программе. В их честь будет дан бал в эту субботу и я в любом случае должна на нем быть, потому что такого бального платья, какое прислали из Мира людей-пауков этот Мир еще не видел, впрочем как и все остальные.

Каждый день приходит какая-то дама, справляется о моем здоровье, но Арис ее и на порог не пускает, разговаривает за дверью, потом возвращается и пару часов сидит хмурый в кресле у камина.

Марфа не выпускала меня из апартаментов ни под каким предлогом целых три дня, хоть я и рвалась на террасу или в библиотеку, и никого не подпускала ко мне. Я слышала как она ругалась в прихожей с Арисом, который всеми силами пытался прорваться внутрь, чтобы самолично убедиться, что я еще жива.

Девушки-служанки во время этих баталий хихикая забегали в гостинную и упроно молчали, когда я пыталась их расспросить о подробностях. Лежать в постели больше восьми часов в сутки она мне тоже не давала, гоняла как сидорову козу, до семи потов, придумывая самые разные физические упражнения, укрепляющие тело. А она оказалась на это мастерица.

Оказывается Марфа любила болтать на любую тему и у нее это здорово получалось. Она была настоящим эрудитом и загружала меня информацией в таком количестве, что даже вопросы не успевали возникать.

В субботу после обеда и очередного тренинга на полный желудок, когда я, запыхавшись и обливаясь потом начала мечтать о стакане молока, Марфа без разговоров загнала меня в ванную и полтора часа усиленно драила тело грубой мочалкой и ландышевым мылом. Потом все же сжалилась и дала молока, но после него загнала в гардероб и позвала служанок. Те еще три часа издевались надо мной, то одевая, то укладывая волосы в прическу.

Марфа одевалась сама, строго наблюдая за девушками, давала им ценные указания, тыкая пальцем то в одну деталь туалета, то в другую. Ее беспрекословно слушались и, как мне показалось, с удовольствием исполняли требуемое.

В конце концов я не выдержала и спросила прямо:

— Марфа, откуда ты знаешь обо всем этом?

Со своим появлением Марфа строго-настрого запретила мне ей выкать.

— О чем, детка? — прикинулась она непонятливой.

— Ну вот, как одеваться, какой макияж делать, какой должна быть прическа к этому наряду?

Она хитро глянула мне в глаза и уклончиво ответила:

— Я же не всегда была хуторянкой…

— А кем ты еще была? — не отставала от нее.

Марфа махнула девушками, тут же навострившим уши, те нехотя удалились. Она подвела меня к окошку в гардеробе, усадила на пуфик, сама села напротив.

— Деточка, — сказала она тихо, чтобы лишние уши случайно не услышали — я давно должна была тебе это сказать, но все как-то разговор не заходил. Я когда-то была магиней природы и посвятила свою жизнь изучению растений самых разных Миров.

— Это ботаником, что ли? — удивилась я и тут же поправилась — Магиня-ботаник?

Марфа усмехнулась.

— По-современному это так и звучит. Потом Высшие Маги моего Мира собрали всех блукающих, как я, по Мирам и объявили решение Высшего Совета об общем жертвоприношении себя науке и переходе на другой уровень существования. Кто любил жизнь, свою работу, увлечения или кого-то, тот должен был присоединиться к ним. Остальные должны были покинуть Мир до определенного времени. Я осталась и превратилась в Лича вместе со всеми. Так возник Мир Личей. Это тело экспериментальное, созданное с лабораториях Вэрдиса и каждый из нас должен прожить в нескольких таких телах, чтобы проверить каждый вариант. Мы хотим вернуться к нормальной жизни и ищем возможности в генной инженерии, но пока не очень успешно.

— Так вооот откуда у тебя эта клюка… — удивленно протянула я.

Марфа улыбнулась.

— А ты думала, что мне ее Вэрдис подарил?

— Нет, но я хотела спросить об этом, как только выпадет оказия встретиться. Даже хотела специально заехать, когда отсюда выберусь… Марфа, но ты совсем не похожа на Лича. Ты ведь такая живая, сильная. Вон Вэрдис, он совсем другой. Он настоящий Лич. А ты нет. Как это может быть?

Марфа покачала головой.

— Ну ты и вопросы задаешь, детка. Только вот ответить я тебе сейчас не могу.

— Почему? — удивилась я — Я же умею хранить тайны.

— Даринка, ответ на этот вопрос очень долгий, а у нас с тобой нет на это времени. Бал начнется через несколько минут, а нам с тобой еще добраться туда надо. Давай, пошли, детка, а то как-то не пристало нам приходить на бал позже Королевы.

— А может не пойдем на бал? — с надеждой спросила — Посидели бы, поговорили. Это же интересней, чем общаться с этими змеюками…

Марфа категорически мотнула головой:

— Арис ждет. Ты же не хочешь, чтобы он там чокнулся от переживаний? Итак не видел тебя три дня. Извелся весь.

Аргумент был железный. Поднялась и пошла следом за ней. Но все же не утерпела и спросила:

— Марфа, а что ты думаешь об Арисе?

Марфа остро глянула на меня и ответила:

— Из вас хорошая пара получилась бы.

— Но…

— Пошли, детка, нечего разными глупостями голову забивать.

И она, как торпеда ринулась вперед. Я пошла за ней, так и не успев взглянуть на себя в зеркало.

* * *

Банкетный зал был еще пуст, но мажордом уже распоряжался вовсю. Увидев нас, он низко склонился в приветствии, чем немало меня удивил.

В бальном зале играла музыка, но никто не танцевал. Все ждали Королеву, распивали напитки и болтали о всякой чепухе, бродили от одной группы к другой, шуршали нарядами, позвякивали парадными шпагами. Занавеси на окнах, по обыкновению, колыхались, пропуская на волю душный запах парфюмерии и впуская свежий морозный воздух.

Мы вошли в зал в боковую дверь, не привлекая к себе особого внимания. Марфа тут же взяла меня под руку, пока я крутила головой, высматривая знакомые лица, повела в глубину, ближе к трону. Змеелюд начал расступаться, сзади послышались шепотки, а чуть позже и тихий гул. Слов разобрать не могла, мешала музыка, но всей шкурой чувствовала, что речь идет о моем наряде.

— С моим видом что-то не так? — тихо спросила Марфу.

— С твоим видом все так, детка. Держи спину гордо — ответила также тихо она — А вон и Арис к нам идет. Давай остановимся и подождем его, а то наши шаги могут показаться невежливыми по отношению к нему.

Мы остановились все также держась под руку.

Арис, элегантный до невозможности, покинул группу молодых мужчин и теперь быстрым шагом направлялся к нам. Его великолепный фрак красиво облегал фигуру и подчеркивал ее достоинства. Он выглядел чуть похудевшим, но это только подчеркивало его притягательность и ничуть не портило. Он вежливо поклонился и сказал:

— Рад вас видеть, дорогие дамы. А я уже начал волноваться, что вас так долго нет. Через пару минут выход Королевы и я боялся, что не успею тебя пригласить на первый танец, Дарина. Ты согласна со мной танцевать весь вечер?

Он чуть сжал мои пальцы и заглянул в глаза с немым вопросом и каким-то внутренним напряжением. Марфа улыбалась и тоже ждала моего ответа. Я опустила глаза от смущения и кровь прилила к щекам.

— С удовольствием, Арис.

— Только те танцы, где меняются парами мы с тобой танцевать не будем. — улыбнулся он — Хорошо?

— Почему?

— Он боится с тобой расстаться — хохотнула Марфа — И не хочет, чтобы ты танцевала с кем-то другим целых десять минут, пока круг снова не вернет его к тебе.

— Да, у нас был уже такой печальный опыт. Правда, дорогая?

Вспомнила прошлый бал и то, как он танцевал с Меной, а потом исчез. Согласно кивнула.

— А где Мена? — тут же спросила его.

— Где-то здесь — отмахнулся Арис — Я видел, как она заходила в зал со своими родителями.

— Мена? Это наверное та медянка, что претворялась браслетом? — спросила Марфа.

Ответить никто из нас не успел, заиграла торжественная музыка и в зал вошла Королева в сопровождении Стражей и Лича Вэрдиса. Присутствующие, как и в прошлый раз, склонялись перед ней в глубоких поклонах, будто волна прошла по залу. Я опять осталась стоять, сделав только короткий книксен. Ну, не ее я подданная и никогда ею не буду. Марфа незаметно дернула меня за руку, но я не отреагировала. Королева мельком глянула на меня, едва кивнула и что-то наподобие улыбки скользнуло по ее губам. Двойной облик сегодня был более ярко выражен для моих глаз. Ей осталось носить свое бремя, как я тут же поняла, совсем недолго. Змейка на пальце подняла головку, блеснула зеленым глазом. Королева тут же повернула ко мне голову, удивленно подняла брови и, как только села на трон, что-то шепнула Личу, а тот Стражам.

Королева в соответствии с традицией объявила:

— Госспода! Сссегодня мы приветссствуем в нашем Дворце Великих Магов из Высссшей Академии Магичессских Иссскуссств професссора Лэрри и Нассставника Берссса! А также Пэра Ардериссса из Мира Ашшшеров! Сссегодня они открывают бал первым танцем ссс теми дамами, которых будут впредь назззывать Принцесссами Бала Зззваных Госсстей! Да будет так!

Я во все глаза смотрела на своих преподавателей и разволновалась от радости. Профессор и Наставник разошлись по залу, выбирая себе пару для танца, а Пэр обвел взглядом зал и прямиком направился к нам.

— Здравствуй, дорогой племянник, — с улыбкой поприветствовал он Ариса — Не представишь ли меня этим прелестным дамам?

— Рад видеть тебя, дядя — расцвет улыбкой Арис — С удовольствием представлю. Это госпожа Миринда, в просторечии человеческого Мира Марфа. А эта молодая госпожа — Дарина. Прошу любить и жаловать. Обеих.

— Очень рад, госпожа Миринда — поклонился он Марфе, та ответила улыбкой и книксеном — Очень рад, госпожа Дарина, — поклонился мне и я ответила ему также — Очень наслышан о Вас, милая леди. Позволите пригласить Вас на Первый танец? Надеюсь ты не обидишься на меня, Арис — улыбнулся он и, не ожидая моего ответа, сразу повел в центр зала.

Он закружил меня в вальсе, не дожидаясь, пока остальные выберут себе партнерш, улыбался вышколенной улыбкой и внимательно разглядывал.

— Вы действительно очень красивы, Дарина. Оказывается, молва не преувеличивает Ваших достоинств, а, скорее, преуменьшает их…

— Благодарю за комплимент, уважаемый Пэр.

А что я могла еще ответить? В книжках и фильмах это стандартный ответ. Вот я, как попугай, и повторила.

— Мне давно хотелось с Вами познакомиться — продолжал он — А тут подвернулась такая оказия. Меня пригласила Королева и мой брат с женой, немного поднатаскать племянника и Вас, моя дорогая, в боевых искусствах и фехтовании… Что это с Вами, дорогая Дарина?

Если сказать честно, то его слова выбили меня из ритма и я запнулась на очередном па и чуть не свалилась, от неожиданности запутавшись в юбках. Но сильные руки держали крепко и закружили снова.

— Ах вот оно в чем дело — рассмеялся Пэр — Вас не предупредили об этом.

— Нет — призналась честно и недоуменно спросила — А зачем мне боевые искусства? Разве не хватит академического курса для самообороны?

— Так решила Королева и король Личей. А им виднее, дорогая Дарина. Мы с Вами всего лишь исполнители.

Пэр не сводил с моего лица взгляда, то ли выискивая что-то для себя, то ли продолжая изучать, чуть отклонив голову назад.

— Вы меня смущаете, уважаемый Пэр, и я сбиваюсь с ритма — с укором глянула ему в глаза.

— Вы прекрасно танцуете, дорогая Дарина и я сомневаюсь, что Вам еще что-то может помешать танцевать со мной. А легкое смущение только красит молодую девушку. Вам к лицу румянец. Я вот смотрю на Ваше лицо и никак не могу поверить злостной сплетне…

Он ждал от меня вопроса, но я его не задавала не из упрямства, а лишь потому, что сплетни меня никогда не интересовали. Я молчала, а Пэр ждал и кружил меня по залу, меняя фигуры танца с необычайной легкостью и изяществом.

Так и не дождавшись, Пэр спросил сам:

— Вас разве не интересует, что о Вас болтают в Мирах?

— Даже в Мирах? — приподняла бровь.

— Конечно, в Мирах, дорогая Дарина.

— Нет, не интересует — с улыбкой ответила.

Пэр удивленно поднял брови, продолжая улыбаться.

— Вы удивительное создание, Дарина. Любая из девушек Вашего возраста умирала бы от любопытства. А по Вашему виду заметно, что Вы не лукавите и Вам это действительно не интересно.

Промолчала, стараясь не перепутать движения танца.

— Тогда я спрошу сам, — продолжил Пэр — потому что меня гложет безумное любопытство. Если Вы, конечно, не против, дорогая Дарина.

— Спрашивайте — не видя иного выхода, согласилась.

— Это правда, что это Вы восстановили Священный Алтарь?

— И об этом болтают во всех Мирах? — не сдержала улыбки.

— Безусловно, дорогая Дарина — кивнул он — Безусловно. Но только те, кому это положено знать. Так это правда или вымысел тех, кто распространил эту новость в своих целях? — настаивал он.

— К сожалению, правда, уважаемый Пэр — ответила, скрывая досаду.

Это что получается, что я теперь притча во языцех во всех Мирах? Такая перспектива мне совсем не нравилась. Никогда не хотелось быть слишком известной. Особенно в связи с происшедшим.

— Даже не верится! — воскликнул Пэр Ардерис — Такая маленькая и хрупкая, а сделала то, что не смогли тысячи магов всех Миров и народов!

Оглянулась по сторонам. Вроде бы никто не услышал за звуками музыки. Еще этого не хватало бы.

— Говорите, пожалуйста, потише, уважаемый Пэр. Вас могут услышать…

— Как Вам это удалось, дорогая Дарина? — не обращая на мои слова внимания, продолжа он.

— Случайность, уважаемый Пэр. Чистая случайность. Не более того.

Он расхохотался, закручивая замысловатый пирует и после него добавил совершенно серьезно:

— Случайностей в таких делах не бывает, уважаемая Дарина. Вы, наверняка, темните и не хотите открыть мне правду. Но Вам придется это сделать, потому что послезавтра Вы убедитесь в том, что я умею не только танцевать…

Это зазвучало, как прямая угроза. Но вместо страха, на который скорее всего расчитывал дядя Ариса, во мне вспыхнуло упрямство — а вот черта с два ты что-то от меня узнаешь! Хамов терпеть ненавижу! И от меня ты ничего не дождешься, пока не поусердствуешь изменить мое мнение о тебе.

— Так что, Дарина, — не заметив изменений в моем настроении, продолжил он требовательным тоном — долго я буду ждать подробного рассказа об этом Вашем подвиге?

В ответ своим мыслям качнула головой и спросила так же серьезно:

— Надеюсь, уважаемый Пэр Ардерис, Вы не хотели бы, чтобы я немедленно прервала Первый танец и опозорила Вас при всем обществе?

А ответ он так сильно сжал мою талию и ладонь, что я непроизвольно охнула, а колечко впилось в тело. Видимо змейке это не понравилось. Она извернула головку и грызанула нахала. Тот ойкнул и тут же отскочил от меня. Я сделала реверанс и пошла в сторону Марфы. Пэр двинулся за мной, зажимая руку второй и бледнея на глазах. Арис тут же поспешил навстречу.

— Что случилось? — взволнованно спросил он.

— Помоги дяде — тихо шепнула Арису — Его укусила «королевская» змейка, когда он слишком сильно прижал ее к моему пальцу.

Сама поспешила к Марфе.

Арис подхватил Пэра под руку и отвел к ближайшему креслу у окна.

Танец закончился, начался следующий и пары потянулись в центр зала.

— Что там у вас случилось, Дарина? — взволнованно спросила Марфа, беря меня под руку и направляясь следом за Ашерами.

— Пэр получил за свое — и вкратце рассказала ей о инциденте, не углубляясь в подробности.

— Ох, черт! — всплеснула рукой Марфа — не было печали, так змеи накачали. Смерти Пэра допустить нельзя, а то беда будет. Пойдем скорее.

И мы тут же ускорили шаг.

— Марфа, ну дадут ему сейчас противоядие и оклемается — попробовала успокоить ее.

— Дарина, от яда этой змейки нет противоядия, если верить тому, что я слышала…

Не успели мы дойти до склонившегося над дядей Ариса, как тот метнулся к трону и быстро заговорил с Личем. Лицо Вэрдила побледнело, он беспомощно глянул на Королеву, та что-то сказала Арису и он почти мгновенно вернулся назад. Придворные не обращали внимания на гостей, занятые каждый своими делами. Пэр совсем позеленел, желтая пеня показалась из уголков губ.

— Дарина, я тебя умоляю, спаси его — тишим шопотом взмолился Арис — Прикажи змейке забрать свой яд из его тела. Пожалуйста! Не медли ни секунды! Только ты можешь это сделать. Даже Королева бессильна, потому что не она хозяйка кольца.

* * *

Злость на дурного Пэра уже давно исчезла и мне было его искренне жаль. Услышав слова Ариса, попыталась снять кольцо, но змейка точно прилипла к пальцу, не желая расставаться с ним. Я беспомощно глянула на Ариса. Он смотрел таким умоляющим взглядом, что не оставлял мне выбора.

Взяла сильно распухшую руку едва дышащего Пэра, коснулась пальцами второй. Сосредоточилась и четко приказала, обращаясь к змейке: Немедленно забери свой яд назад!.

Та игнорирующе прикрыла зеленые камушки глаз тонкой пленочкой.

Ах ты гадина мелкая! А ну-ка немедленно забери свой яд назад, а то я твоей настоящей хозяйке пожалуюсь! Ишь выдумала не подчиняться!

Змейка тут же юркнула к двум крохотным дырочками, легла на них головой, прикрыла снова глазки, засветилась всем тельцем зеленовато-желным тусклым оттенком и тут же юркнула на палец, плотно обвив его колечком.

Опухоль за несколько секунд спала. Пэр пришел в себя, глубоко задышал. Ему тут же поднесли большой бокал вина, потом еще один и еще…

Я потихоньку отошла в сторону, пока Марфа и Арис были заняты упивающимся вином высокородным Ашером, и направилась к выходу. Второй мой бал оказался таким же неудачным, как и первый. Вот уж невезуха, так невезуха…

У самой двери меня остановила Глэдис.

— Вы так замечательно танцевали, уважаемая Дарина! Просто загляденье! Я так радовалась за Вас! Вы знаете, я так и думала, что Ваша красота не обойдется без внимания такого бабника, как этот Ашерский Пэр. А что с ним случилось, уважаемая Дарина?

— Слегка закружилось в голове, уважаемая Глэдис, он решил передохнуть — нашлась я — Извините…

— Но куда же Вы, уважаемая Дарина?! Бал только начался и я надеюсь еще полюбоваться Вашим танцем! Особенно если Вы будете танцевать с таким партнером, как уважаемый господин Арис!

Улыбнулась ей, слегка присела в книксене и тут же вышла в боковую дверь. Танцевать мне хотелось сейчас меньше всего.

* * *

Противоречивые чувства клокотали в моей груди. Я пошла по коридору в сторону восточного крыла и дала волю своим эмоциям. Откуда он узнал про Алтарь? И почему именно он был приглашен, как преподаватель? Да и какое право он имел мне угрожать, а тем более что-то требовать?! Если он высокорожденный в своем Мире, а я в своем никто, это еще не значит, что ему позволено так со мной обращаться! По крайней мере я ему этого не позволяла и позволять не намерена! Какой хам! Так ему и надо! В следующий раз будет ученый с кем и как разговаривать!

Арис догнал меня за поворотом, в прыжке трансформируясь из огромного котяры в нормального мужчину в элегантном фраке. Правда пролетел чуть дальше, но тут же развернулся ко мне лицом, преграждая путь.

— Дарина, спасибо тебе огромное! Ты спасла нас всех от войны. Ашеры не простили бы смерти своего Пэра и отомстили бы за него. Я даже думать не хочу, чем бы все это закончилось для обоих Миров, но, наверняка, это было бы плохо для всех.

Он взял меня за руку, благодарно поцеловал кончики пальцев, на одном из которых была змейка.

— Извини, Арис, это была моя вина — потупилась, забирая руку — Я только исправила то, что сделала она, реагируя на мои эмоции. Да и то, благодаря твоей подсказке.

— Спасибо огромное тебе, Дарина.

Он вдруг встал передо мной на одно колено и снова взял за руку. Удивленно посмотрела на него.

— Прости моего дядю, Дарина! — умоляющие глаза Ариса выбили меня из колеи — Он искренне извиняется перед тобой за свое поведение и просит прощения. — Арис встал с колена и продолжил — Он мне все рассказал, моя дорогая. Я все знаю. Если бы я знал это раньше, я бы не просил тебя его спасти. Я бы его просто добил бы. Тогда королевский двор был бы ни при чем. Но я не знал. Прости.

— Арис, не говори так, — покачала головой — Какой бы он ни был, он твой близкий родственник. С родственниками так нельзя.

Он покачал головой:

— Вот видишь, моя дорогая, — улыбнулся он — ты более рассудительная, чем я. А я импульсивен, как мальчишка. Ты права, с родственниками так нельзя. Но никто, кроме родственника не в состоянии укусить так больно…

Задумчиво подошла в огромному окну, отодвинула занавеси, посмотрела на сверкающий лунным светом снег. Арис подошел ко мне.

— Арис, — тихо спросила — почему ты вдруг начал меня так называть?

— Как? — не понял он сначала, а потом усмехнулся и ответил — Потому что ты действительно для меня дорогая… Моя дорогая…

Помолчала, обдумывая, как бы тактичнее спросить, но так ничего и не придумала, и спросила просто:

— Дорогая — это из-за нарядов?

Он как-то странно глянул на меня и расхохотался в голос.

Подождала, пока он отсмеется и попыталась объяснить свои мысли:

— Арис, это не смешно! Вы так много средств тратите на меня, что мне стыдно становится, как подумаю об этом.

Глянула ему в глаза. Они были еще более серьезными, чем тогда в библиотеке.

— Если бы ты сейчас не объяснила, я бы никогда не подумал, что ты говоришь об этом.

Арис присел на подоконник, притянул меня к себе за талию. Теперь его глаза были вровень с моими. Он долго смотрел на меня и, наконец, сказал:

— Траты на тебя, моя дорогая, это такая мелочь, на которую не стоит даже обращать внимания. Мне приятно делать тебе такие маленькие подарки и я счастлив, когда они тебе нравятся. Ты ведь ничего не просишь и мне приходится угадывать самому. А это очень сложное дело, поверь, моя дорогая. Я, конечно, много читал и слышал о том, как мужчины изводятся, обдумывая очередной подарок для дамы, но на практике это оказалось намного сложнее. — он скорчил страдальческую мину и исподлобья глянул на меня.

В его глазах плясали озорные чертики и строили рожицы. Я не смогла удержаться от улыбки.

— Арис, с тобой невозможно разговаривать серьезно! — укорила его — Ты всегда все переворачиваешь в шуточки, а я тут страдаю и чувствую себя неловко каждый раз, как захожу в гардероб.

Он хмыкнул, пожал плечами.

— А что мне остается делать? Там бал, тут ты. Я хочу танцевать с тобой весь вечер, а ты собралась уходить. И я не знаю, как тебе предложить свою руку, чтобы ты согласилась…

Фраза получилась двусмысленной и я поспешила поскорее сделать вид, что этого не заметила.

— Тогда пошли танцевать!

Арис поиграл улыбкой, на мгновение сверкнул как-то странно глазами, покачал головой, встал, положил мою руку на свою и повел в бальный зал.

* * *

Мы танцевали танец за танцем, пропуская лишь те, где пары менялись партнерами. В это время пили напитки, болтали с придворными, Личем, Марфой, шутили и смеялись. Приглашая на каждый танец, Арис обязательно выводил меня в самый центр и оттуда наворачивал круги, делая их все шире и шире, пока мы не оказывались на своем прежнем месте как раз в тот момент, когда музыка заканчивалась.

К моему удивлению дирижер оркестра объявил Белый Танец.

По залу пронесся одобрительный гул, смешки, охи-ахи и музыканты заиграли вступительные такты, ожидая первые пары в центре зала.

Смотрела как это происходит у змеелюдей и удивлялась робкости местных дам, не спешащих приглашать кавалеров.

Арис рассказывал очередной анекдот, хитро поглядывая на меня, как внезапно прервал сам себя и, быстро склонившись к моему уху, шепнул:

— Пригласи меня быстрее на танец, Дарина! Пожалуйста! Я не хочу с ней танцевать.

Я автоматически сделала реверанс и Арис тотчас же закружил меня в вальсе.

— Что случилось? С кем ты не хочешь танцевать?

— Мена шла меня приглашать — объяснил он — Я случайно увидел ее краем глаза. Вид у нее был очень решительный, а я не хотел бы портить себе вечер общением с ней.

Увидела Мену в центре зала. Она стояла среди танцующих, как вкопанная, и неотрывно смотрела на то место, где только что стояли мы. Мне стало не по себе от одной мысли, как она себя чувствовала в этот момент. Глянула на Ариса, снова на Мену.

— Арис, так нельзя.

— Почему? — сверкнул он на меня глазами — Почему так мне нельзя, а ей можно?

Вздохнула. Эти мне страсти-мордасти двух друзей, может быть даже влюбленных. Как же их помирить-то, а? Поговорить с каждым в отдельности, а потом придумать какую-нибудь «случайную» встречу? Стоит попробовать… Хосподя! Что же я делаю-то, а?! Пусть бы сами разбирались.

Но я не могла смотреть на несчастную Мену. Не могла остаться безучастной к ее переживаниям.

— Арис, в тебе говорит обида. Иначе ты бы так не реагировал — тихо сказала, продолжая кружиться с ним в танце.

Арис промолчал, но было видно, что настроение у него изменилось не в лучшую сторону. По его реакции поняла, что влезла в запретную зону. Мне стало стыдно.

— Извини, Арис. Я была не права…

Он улыбнулся, скрывая судорожный выдох, заговорил о музыке и своей любви к танцам.

Мена исчезла из поля зрения, но у меня на душе висело ощущение какой-то вины, будто это я виновата в их размолвке. Волей-неволей я всегда оказывалась третьей лишней, случайно оказавшейся не там и не в то время. Но больше лезть в дебри их чувств и отношений себе запретила. Арис не тот человек, чтобы не мог сам решить свои проблемы и мне не пристало указывать настоящему мужчине как ему поступать со своими дамами сердца.

И тут до меня дошло, как кипятком обварило, что Мена возлюбленная Ариса и сейчас они просто в ссоре и оба мучаются от этого. Но вскоре все наладится и они помирятся. Даже охнула от неожиданности, обратив на это внимание Ариса.

— Что случилось, дорогая? — заботливо спросил он.

— В боку кольнуло — без зазрения совести соврала — Наверное, устала.

Арис тут же прервал танец и повел меня к ближайшему креслу.

— Я бы хотела выйти отсюда — глянула просительно — наверное это запах парфюмерии так подействовал…

На самом же деле мне хотелось просто выйти в прохладу коридора, чтобы привести мысли в порядок и немного отдохнуть от музыки.

Арис проводил меня в коридор, к высокому окну с широким подоконником.

— Если хочешь, возвращайся на бал, а я немного посижу здесь и потом приду — предложила ему.

Арис отрицательно покачал головой:

— Нет, моя дорогая, так просто ты от меня не отделаешься. Я тоже не прочь подышать свежим воздухом и…. предлагаю тепло одеться и пойти прогуляться по парку. Как раз к банкету успеем вернуться.

Я ничего не имела против и только пожала плечами.

Через несколько минут мы уже шли по скрипучему снегу, кидались снежками, ловили губами снежинки, перехватывая их друг у друга. Мы хохотали, толкались и… он нечаянно коснулся своими губами моих… и замер.

Меня как током прошибло. Отскочила от него, как ужаленная, отвернулась, делая вид, что стряхиваю с шубы падающий снег. Арис молча стоял за моей спиной и я слышала, как он с трудом усмиряет тяжелое дыхание. Не оглядываясь на него, пошла вперед.

Еще этого мне не хватало! С чужим почти женихом целоваться! Вон с Меной пусть и целуется! Я здесь не для этого осталась! И вообще… — разозлилась на себя — что это за ревность такая, а? Ревность?! — даже остановилась на миг и тут же пошла дальше — С какой стати мне его ревновать? Между нами ничего не может быть! Я — человек, а он — Ашер. Разные расы, разное все… О, боже! О чем я думаю?! Какого черта?! Гормоны заиграли, что ли? Хм… да и не пора бы… Все-таки природу никому еще не удалось обмануть… А возраст говорит сам за себя. Двадцать четыре года не шутка для… хм… женщины… Но почему он?! Разве мало других мужиков?! У него есть другая.! Которую он любит и она любит его! Просто они сейчас временно в ссоре. А я… а я могу стать камнем преткновения между ними… Зачем мне это?! Милые бранятся, только тешатся! Блин! Дарина! Совсем дура, что ли?! Тормози! Хватит об этом думать! Он твой друг и все! И все на этом!

От этой мысли успокоилась и пошла медленнее.

Арис шел в нескольких шагах сзади, равномерно поскрипывая снегом.

— Даринааа — тихонько позвал.

Остановилась, повернулась, улыбнулась. Прямо как учили на уроках этики.

— Да, Арис, слушаю тебя.

Он стоял, заложив руки в карманы брюк, фрак и полушубок нараспашку, галстук-бабочка выглядывает из кармана, шапка подмышкой, лицо и кромка волос мокрые, как если бы умывался минуту назад снегом. Качается с пятки на носок и назад. Загадочная улыбка играет на губах, глаза как-то подозрительно блестят, поглядывает слегка исподлобья.

— Можно тебя спросить, Дарина? Только обещай, что ответишь правду…

Терпеть не могу такие загадочности. Вечно преподносят такие неожиданности, что потом не знаешь как из ситуации выкрутиться.

— Если смогу, отвечу. Если, конечно, знаю ответ…

— Наверняка знаешь — уверенно сказал он.

— Тогда спрашивай.

Он покачался на стопах, внимательно наблюдая за мной и спросил, не отводя взгляда:

— Дарина, ты когда-нибудь с кем-нибудь в своей жизни целовалась?

Щеки мгновенно загорелись пожаром. Так и знала! Ну, что ему сказать?!

— Скажи правду, Дарина. Ты обещала — настаивал он.

— Да, конечно, — кивнула, краснея еще больше.

Арис с улыбкой покрутился на пятках, склонил голову набок, уточнил:

— С родителями и родственниками в щечку?

Вот, блин, пристал!

Если бы могла, со стыда уже сгорела бы синим пламенем! Это же кому сказать, что у меня не было времени думать о таких отношениях раньше, не поверят! Просто засмеют на смерть! Да и стыдно признаться, что когда подружки вздыхали по парням, бегали на свиданки, я рубилась на мечах, швыряла заклинания в нежить, снимала порчи и проклятия, лечила больных. А теперь они все замужем, детей нарожали, а я… вот тут… в Мире змеелюдей гуляю по ночному парку с Ашером… Мда…

Перестала кусать губы и с вызовом ответила:

— Да. В щечку. Не вижу в этом ничего плохого.

— А с мужчиной? — не отставал Арис, не меняя позы. Только глаза заблестели зелено-голубыми искорками.

Ну вот. Уже начинает смеяться. Да и черт с тобой! Смейся!

— Нет, Арис, так, как ты имеешь в виду, не целовалась! — голос зазвенел в морозной тишине — Что еще тебя интересует? — меня понесло — Хочешь знать был ли у меня с кем-то секс?! Отвечу сразу! Нет, не было! И что из этого?! Я что, теперь из-за этого ущербная?!

Негодование от его вопроса вспыхнуло, как сухое полено, сердце колотилось, как бешенное, дрожь заколотила все тело.

— А обнималась? — невинно продолжил допрос Ашер.

— Нет! Доволен?! Теперь можешь смеяться надо мной сколько хочешь! А я возвращаюсь на бал и буду танцевать до утра с кем попало! Обниматься и целоваться, чтобы наверстать потерянные годы! Я в твои личные дела не лезу, не лезь и ты в мои!

Где-то в глубине сознания проснулась другая Дарина, которая наблюдала за дуростью этой и укоризненно качала головой. Но меня уже понесло и остановиться я не могла. Чтобы хоть как-то заткнуть себе рот, резко повернулась и быстро пошла к входной двери.

Прежде думала, что умею контролировать любую ситуацию и так было всегда, но оказалось, что это совсем не так и я сама себя обманывала. Этот Ашер взбаламутил всю мою душу. Если раньше попадала в опасные и порой вообще смертельно опасные переплеты, то тогда это не касалось моих чувств, моей души, тогда контролировала ситуацию. А теперь я в полной растерянности, потому что моя душа при одном Его виде улетает в мечтах неведомо куда. А это неправильно. Его сердце занято, а со мной он просто играет, как любой кот с мышкой, пока сам в ссоре с избранницей…

— Ааааааааа-ха-ха-ха-хаааааааааа!… Ааааааааа-ха-ха-ха-хаааааааааа!… - раздался сзади крик Ариса.

Сердце ухнуло в пятки и я понеслась назад. Боже! Что там случилось?! Что же он орет-то так?! Быстрее-быстрее!!!

На всех парах вывернула из-за живой изгороди, разделяющей дорожки парка и замерла на месте от неожиданности: Арис барахтался в сугробе, пригоршнями разбрасывал снег в разные стороны и дико хохотал.

Надо мной наверное, — мелькнула мысль — Ну и смейся! Так не и надо!

Фыркнула не хуже любой кошки и бегом пустилась назад. Хохот сзади не прекращался ни на минуту.

* * *

В бальный зал не вернулась. Пошла сразу к себе. Сбросила шубу и удивилась — платье не только не вымокло в снегу, но даже ничуть не примялось. Присела перед трильяжем, критически глянула на себя в зеркало. Румянец, то ли от мороза, то ли от пережитых эмоций, пылал во всю щеку. Глаза блестели, губы, изрядно покусанные в смущении во время разговора с Арисом, слегка припухли и стали темно-пунцовыми. Волосы, черной короной, с вкраплениями блестящих в свете свечи алмазов, окружали овал лица, спиральки локонов подчеркивали тонкость и длину шеи, за ключицами можно было бы поместить по крупной сливе или влить туда по стопке коньяка, точно не расплескался бы, хоть танцуй. Такое уродство, что отражалось в зеркале, вряд ли кому могло понравиться, уж если хозяйка далеко не в восторге от своего отражения. Особенно такому избалованному женским вниманием красавцу, как этот Ашер…

Тьфу, ты! Опять за свое!

Все, хватит.

Чтобы как-то отвлечься от дурацких мыслей и не смотреть больше в это дурацкое зеркало, сосредоточилась на библиотеке, представила внутреннее расположение, обозначила четко мысль.

Вместе с проникшим на мгновение в тело холодом в руки шлепнулись три старинных манускрипта: Источник Жизни Мира Змеелюдей, Источник Дворца в Мире Змеелюдей и Источник Первой Королевы. Фолианты были тяжелые, толстенные.

По одному отнесла их в гостинную, сложила на кофейный столик, влезла с ногами в кресло у камина, прямо в бальном платье и позвонила в колокольчик. Вошла Ида, присела в книксене.

— Зажги, пожалуйста, свечи на каминной полке, принесите какие-нибуль моченые или маринованные фрукты и бутылку крепкого вина.

— Одну минутку, госпожа Дарина.

Девушка подхватила шубу и скрылась за дверью. Тут же вернулась с толстыми свечами в подсвечниках, зажгла их и поставила на каминной полке, подбросила в огонь еще немного дров. Сразу стало светло и спокойно на душе. Иса вкатила столик с фруктами и вином, поставила обок. Я поблагодарила их и сказала, что на сегодня они свободны. Девушки поклонились и вышли.

Открыла первый попавшийся фолиант, прочла один абзац и отложила. Белиберда какая-то… Как говорится, без бутылки не разберешься.

Читать расхотелось. Затушила все свечи, кроме одной, налила полный бокал вина, отпила глоток и уставилась в огонь.

— Сумеречничаешь вдвоем с бокалом вина? — раздался голос от окна — Я бы тоже выпил немного с тобой.

— Как ты вошел? — откуда-то знала, что он придет и не удивилась, услышав его голос.

— Сквозь стену — как само собой разумеющееся сообщил Арис и почему-то опять не удивилась — Для меня бокала, как обычно нет… Ничего, я запасливый, принес с собой свою тару. Можно налить вина?

Саркастически глянула на него: можно подумать, что тебе нужно разрешение. В его глазах опять плясали чертики.

— Ну, ладно. Я налью из своей бутылки.

Буль-буль-буль-буль.

Смазанное движение и Арис сидит напротив меня в кресле.

— Твое здоровье, леди Дарина — приподнял он бокал.

— И твое, господин Арис — ответный жест.

Выпила больше половины, он лишь пригубил вино.

— Ты сильно на меня обиделась? — тихо спросил.

— Нет.

Молчание. Потрескивание дров, тикание часов.

— Прости меня за эти вопросы.

— Не за что, Арис.

Молчание. Потрескивание дров, тикание часов в тишине.

— Я ревновал.

— Кого?

— Тебя. К твоему прошлому, в котором меня не было.

— Зачем? У тебя есть Мена. Вы скоро помиритесь и все у вас будет хорошо.

— Я хотел это услышать.

Молчание. Потрескивание дров, тикание часов.

— Зачем?

— Чтобы знать, что ты тоже ревнуешь меня.

Молчание. Потрескивание дров, тикание часов в тишине.

— Это бессмысленно, Арис.

— Ты так думаешь?

— Да.

Буль-буль-буль.

Молчание. Потрескивание дров, тикание часов.

— Что с тобой было там, в парке, когда я ушла?

— Я был счастлив, смеялся и кричал от радости.

Молчание. Потрескивание дров, тикание часов в тишине.

— Ты обещала танцевать до утра.

— Да.

— Со мной.

— Да.

— Пойдем?

— Допьем вино и пойдем.

Молчание. Потрескивание дров, тикание часов.

— Можно мне тебя поцеловать?

— Нет.

— Почему?

— Мена.

Молчание. Потрескивание дров, тикание часов в тишине.

— Дарина, я не хочу, чтобы ты вмешивалась в наши с ней отношения.

— Я не вмешиваюсь.

— Тогда почему «нет»?

— Потому что есть она.

Молчание. Потрескивание дров, бой часов. Раз… два…

— Что я должен сделать, чтобы было «да»?

— Ничего.

Молчание. Потрескивание дров, тикание часов в тишине.

— Обещания нужно выполнять. Я готова идти. А ты?

— Всегда.

* * *

Бал был великолепен. Я танцевала все танцы подряд, шутила, смеялась, сыпала анекдотами, веселилась как могла, загнав в далекий угол души горечь и боль. Едва Арис на секунду отвлекался, как меня подхватывали в пляс другие кавалеры, готовые танцевать в эту пору ночи и после такого количества вина хоть с красавицей, хоть с образиной.

На этом балу впервые увидела как танцуют Ашеры.

Королеву обступили Личи. Заиграла музыка. Зал затих и вжался в стены. Отец Ариса подошел к супруге, галантно поклонился, она ему ответила с улыбкой, подал руку, вывел в центр зала. И они полетели в танце.

Это было что-то непередаваемое словами. Это была сказка танца.

Я завороженно смотрела на них, открыв рот, и не могла оторвать глаз.

Казалось, они парили в воздухе, не касаясь вытертых до зеркального блеска каменных плит. Самые сложные фигуры танца выполнялись с неповторимой грацией, легкостью, изяществом. Их руки и ноги то едва касались друг друга, то, как испуганные птицы, разлетались в разные стороны, то переплетались в сложные узоры и снова разлетались.

— Пойдем к ним? Они будут рады, если мы присоединимся — шепнул Арис мне в ухо.

— Ты с ума сошел… — покачала головой, закороженно смотря на танцующую пару.

— Нет. Пойдем — подтолкнул он меня чуть вперед, обхватив пальцами за талию.

— Нет. Нарушать своим вторжением такую гармонию грешно…

— Я научу тебя танцевать так же. Пойдем — звал он меня, обдавая жаром дыхания шею.

— Ты не понимаешь! Это не танец! Это полет мечты!

— Тем более, пойдем. Только слушай моих рук и глаз. Смотри только на меня и забудь про все.

Не успела ответить, как оказалась в центре зала, там, откуда начинали свой танец супруги-Стражи. Арис поклонился точно так же, как его отец. Я повторила движения его матери.

— Смотри на меня и чувствуй меня…

Он прижал меня крепко к себе, чуть шевельнулся и я почувствовала его тело, как свое собственное, все, без остатка. Сладкая волна прокатилась снизу вверх и назад. И мы закружились следом за танцующей парой. Я была бабочкой, маленькой птичкой, бутоном цветка, распустившейся розой, полетом шмеля и игривым трепыханием стрекозы, каплей дождя и легкой снежинкой, журчаньем ручья и молнией с неба…

Музыка закончилась и мы поклонились друг другу. Зал молчал.

Восторг и неописуемое счастье волшебного танца все еще держали меня в своих чарах. Я благодарно посмотрела на Ариса.

— Спасибо тебе. Этого я никогда не забуду.

Арис улыбнулся.

— Я рад, что тебе понравилось. Надеюсь, что теперь мы сможем так танцевать на каждом балу. И не только здесь…

— Мы тоже благодарим вас за прекрасный танец — поклонился Гранд своему сыну и мне.

— Ты нашел великолепную партнершу, мой мальчик — улыбнулась Веда самой очаровательной улыбкой, какую я когда-либо видела — Вы первая, дорогая Дарина, кто танцует наши танцы, как мы. Я очень рада. Это о многом говорит.

— Это не моя заслуга, госпожа Веда. Это все Арис. Это его заслуга. Такой волшебный танец я видела впервые в жизни!

— И прекрасно с ним справилась — улыбнулся Арис.

— Надеюсь, вы зайдете к нам после бала? — улыбка Веды была обезоруживающей.

— Конечно, мама. Мы обязательно зайдем.

— Мы будем вас ждать — улыбнулся Гранд — А теперь, дорогая, пойдем что-нибудь выпьем.

Веда взяла его под руку и они развернулись уходить. Отец Ариса напоследок склонился к моему уху и шепнул:

— Вы прекрасны, Дарина. Я теперь не удивляюсь сыну. Приходите…

Моя мина помрачнела. Этого комплимента я никак не ожидала. Он был для меня, как гром среди ясного неба, после всех сегодняшних мыслей. Я совсем запуталась.

Арис с загадочной улыбкой повел меня под руку в банкетный зал.

Мы сели за свой отдельный столик, пригубили вина.

— Что сказал тебе отец? — невинно поинтересовался он.

— Пригласил прийти — смешалась я.

— Из-за этого ты так помрачнела?

— Нет.

— Что же тогда испортило тебе настроение после такого великолепного танца?

— Комплимент. Я его не ожидала.

— Сомнительный? — поднял бровь Арис.

— Нет. Приятно льстящий… Арис, не придумывай, пожалуйста, то чего нет. Я просто в культурном шоке.

Он загадочно улыбнулся:

— Все еще чувствуешь мое тело?

Кивнула, пряча глаза за бокалом рубинового вина.

— Тебе хорошо от этого чувства?

— Арис… я не знаю… Это все как-то странно и необычно. Я не знаю с чем сравнить. Это просто удивительно.

— Хочешь так танцевать каждый день? — улыбнулся он.

— Нет — покачала головой — Такой танец праздник для души и тела. Он праздник для мечты. А если будет повторяться каждый день, то перестанет быть праздником. А я этого не хочу…

Принесли закуски, потом горячее и, в конце, десерт.

Когда снова подали вино, Арис извинился и отошел, попросив меня подождать его за столиком.

* * *

Задумалась, снова переживая танец и до этого времени никогда не испытанные ощущения, музыку, запахи, эмоции. В своем воображении я еще танцевала, кружилась, летала, закрыв глаза. Мне было так хорошо, как никогда в жизни.

— Эй, девка!

Услышала женский голос и открыла глаза. Передо мной сидела разъяренная Медея, мать Мены. Глаза прищурены, горят ненавистью, лицо бледное, напряженные тонкие губы обтянули челюсти, острые зубы с выступающими ядовитыми клыками нависли над нижней губой, кулаки сжаты, слегка подрагивают.

— Да, к тебе обращаюсссь — прошипела она — Утром чтобы духу твоего не было в нашшшем Мире. Поняла? А то пожжжалеешшшь!

— Уважаемая….

— Зззаткнисссь девка. Не по сссебе ссук рубишшшь. Я ни на что не посссмотрю, а он всссе равно жжженитссся на моей дочери! Я сссказззала, ты ссслышшшала. Учти, есссли не уйдешшшь, до зззавтрашшшнего вечера не дожжживешшшь…

Она гибко встала и тут же юркнула в толпу, бросив на меня угрожающий злобный взгляд.

Да уж… Заявочка… Испугать решила, что ли? После этого, даже не смотря на Ариса, назло останусь и буду дефелировать перед ее носом, нахально улыбаясь. Нашла кого пугать, веревка старая… А с Меной придется поговорить. Причем, серьезно. И откладывать этот разговор в долгий ящик не буду. Арису, да и никому другому, об этом знать не надо.

Вернулся Арис, присел напротив. Чуть бледнее, чем уходил.

— Что-то случилось в туалете? — спросила улыбаясь.

— Нет, ничего — качнул он головой — Все нормально. Пойдем танцевать?

Значит, случилось. Но разве он скажет…

* * *

Теперь мы танцевали совсем по-другому и это было приятной новизной. От танцевального круга отходили только чтобы выпить какого-нибудь прохладительного напитка, отдышаться, и сразу возвращались назад.

Бал закончился, когда совсем рассвело. Придворные начали расходиться, бурно обсуждая веселую ночь. К нам подошла Марфа под ручку с каким-то мужчиной.

— Позвольте вам представить, молодые люди, моего старинного друга. Это Кэрис, граф Марлодский из Мира Эльфов. А это Арис Ардерис, сын Стражей Королевы, из Мира Ашеров и наша дорогая Дарина из Мира Людей. Меня вы все знаете и я не буду представляться — пошутила она.

Общий хохоток спровоцировал мужчин засыпать нас остротами, анекдотами, шутками. Хохотали от души, пока в бальном зале не осталось никого.

— Вы сейчас домой? — озорно спросила Марфа — Или, как всегда, гулять?

— Как всегда — с улыбкой ответил Арис, опережая меня.

— Ну тогда я в гости к другу. Тряхнем стариной — заговорчески подмигнула нам Марфа.

Все засмеялись ее мимической шутке и разошлись в разные стороны.

— Ты довольна балом, моя дорогая? — склонился ко мне Арис.

Глянула ему в глаза и улыбнулась.

— Спасибо тебе за все…

— Всегда пожалуйста. Ты сильно устала?

— Нет, совсем нет! Я бы еще трое суток танцевала и не устала бы! Это было так здорово! — рассмеялась собственным ощущениям.

— Тогда танцуем к моим родителям. Они нас ждут! — он шутливо поклонился — Прошу, леди, на следующий танец! — подхватил за талию и запел — Тра-ля-ля-ля-ля-траля-ля-ля-ля-ля-ля-ля тра-ля-ля-ля-ля-траля-ля…

И закружил меня в вальсе по коридору, переходам, лестницам, снова коридорам, пока мы, смеясь и дурачась, не наткнулись на улыбающегося Гранда, вышедшего на шум.

— Ой!

— Ой!

— Ой — повторил отец Ариса и смех прокатился по коридору — Заходите, мы уже вас заждались.

Мужчины галантно пропустили меня вперед.

Веда, одетая в шикарное бальное платье, сидела за накрытым легкими закусками, фруктами и самыми разными винами столом и пощипывала моченый виноград.

— Ну, наконец-то! А то мы уже заждались! Вы, наверное, пока все танцы не перетанцевали не успокоились?

— Они еще и по коридору танцевали, дорогая — сообщил ей супруг, подмигивая.

— Как это? Без музыки? — удивилась мать Ариса.

— Арис заменил оркестр и у него не плохо получалось, скажу я тебе- улыбался Гранд.

— Еще как не плохо! Мам, ты только послушай! Тра-ля-ля-ля-траля-ля тра-ля- траля-ля… — пропел он, на несколько тактов закружив меня по комнате — Что скажешь? Здорово у нас получается?!

— Дарина, как Вы терпите этого балобола? — рассмеялась Веда.

Я скромно промолчала, отделавшись улыбкой.

— Давайте к столу, молодые люди, а то вино согрелось, закуски закипели, а фрукты покрылись льдом! — пошутил Гранд, откупоривая запотевшую бутылку шампанского и разлил его по высоким бокалам.

— За что будем пить, дорогой? — лукаво осведомилась Веда.

— Как всегда, дорогая. За счастье! За то, что оно у нас есть! — торжественно произнес он — Вы не против, молодежь?

— Абсолютно нет! — ответил Арис за нас обоих, с улыбкой поглядывая на меня.

Радостно зазвенел хрусталь, иголочками защипало в носу.

Я молчала и улыбалась от того, что мне было хорошо и спокойно рядом с ними, в их присутствии, в их доме. Для меня это было такое же новое чувство, как и танец. В принципе, прежде у меня просто не было такой оказии посидеть за чьим-то семейным столом, разве что вспомнить то время, когда у меня тоже была семья… Я тихо завидовала их единству, их счастью, их совместной радости, которых так не хватало мне.

Горячий мятный чай мы пили у камина, удобно усевшись в глубоких креслах. Говорили о музыке, танцах, поэзии, незаметно перешли к магии, способах нападения и защиты, боевым искусствам. Ашеры показались мне непревзойденными знатоками и я с открытым ртом слушала их замечания и объяснения.

Я давно уже сидела в любимой позе, поджав под себя ноги, и сама не заметила как это произошло, а это значило, что я почувствовала себя здесь, как дома…

— Удар противника всегда направлен в центральную точку, которую он себе сам наметил и выдал глазами или телом. Значит, надо уйти с линии атаки, поднырнув под него или перепрыгнув препятствие. Тогда удар не достигнет цели и мы имеем преимущество… — яростно жестикулируя, объяснял Гранд.

— А может проще было бы уйти с линии атаки, шагнув чуть в сторону и вперед или назад? — нерешительно подала голос я, представив себе картинку боя так ярко, что тело отозвалось сокращением мышц — Тогда противник либо не достанет своим ударом, либо должен будет потратить время, чтобы отступить или развернуться. А этого времени, если есть сближение, хватит на то, чтобы воспользоваться его слабыми местами: суставами, болевыми и смертельными точками, а если в отдалении, то поменять свою позицию, которая будет не выгодна противнику…

Ашеры переглянулись.

— Ну-ка покажи, детка, про что говоришь…

Гранд поднялся с кресла, протянул мне руку, чуть наклонившись вперед. Я включилась в его движение на долю секунды позже. Двинулась навстречу, уклонилась от протянутой руки, головой поднырнула под эту руку, одновременно разворачиваясь на сто восемьдесят градусов, подхватила его руку своей сзади за плечо, ближе к подмышке, второй рукой толкнула под приподнявшуюся лопатку, туда, где открылась доступу пальцев болевая точка, вынырнула за спиной. Тело Стража по инерцим устремилось вперед, врезалось в спинку кресла и, перевернув его, скользнуло по полу. Но кошачья ловкость и идеальная выучка мгновенно вернули воина в вертикальное положение. Он удивленно потер слегка онемевшую руку, а я старательно одернула задравшийся подол платья.

— Вы это имели в виду? — спросила с улыбкой.

Но улыбка тут же испуганно спряталась, как только увидела лица и выражения глаз Ашеров. Тишину нарушало только тихое потрескивание дров в камине.

Арис первым тряхнул головой:

— Дорогая моя, ты понимаешь, что ты только что сделала?

Сконфуженно пожала плечами:

— Только то, что сказал господин Гранд. А что?

— Ты победила лучшего Мастера рукопашного боя Мира Ашеров! Это произошло впервые за последние семьсот лет. Так, папа? — Арис восторженно смотрел на меня.

Гранд широко улыбнулся, потирая слегка онемевшую руку.

— Так, сын! — игриво ударил себя в грудь, подражая древне-римским гладиаторам — Еще как победила!

Веда задорно расхохоталась. Ей вторили два раскатистых баса, время от времени перекрывающих друг друга. Отец и сын хлопали друг друга по плечам, кружили вокруг кресла, тыкали в него пальцами со всех сторон, сгибались пополам от смеха, переживая снова и снова неожиданное падение.

Я удивленно смотрела на них, не понимая, что их так рассмешило. Это же была случайность, вызванная совсем не моими умениями, а, скорее, алкоголем и богатым воображением. Вежливо улыбалась и повторяла в уме то, что сделала, стараясь запомнить. Может пригодится когда-то.

Веда улыбалась, глядя на своих мужчин. В ее глазах было столько любви и гордости, что сомнений не возникало — она полноценно счастлива в своей семье. Я попробовала представить себя на ее месте, но не смогла. Наверное я безнадежно зачерствела и такое мне не дано. Наверное магу-воину это вообще не доступно. По крайней мере мне никогда не приходилось слышать, чтобы кто-то из тех, кто избрал эту профессию, когда-нибудь имели семью. Тем более счастливую. Да и правильно. Вряд ли я сама захотела бы подвергать жизнь любимого человека смертельной опасности из-за своей профессии.

Стало грустно за себя и радостно за тех, кто счастлив. Я держала дежурную улыбку, чтобы того, что чувствую, переживаю и думаю, глядя на них, невозможно было понять со стороны. Мало ли что творится в душе, снаружи этого не должно быть заметно — вспомнила забытую после восстановления Алтаря науку.

— Ты слышала, что ты меня победила? — широко улыбался довольный Гранд, усаживаясь в кресло — Это дело надо отметить! Давайте выпьем еще по бокалу шампанского и восхвалим великую Дарину, повергшую Гранда Ардериса, который предпочел совершенствование в боевых науках вместо презренного королевского трона! За Дарину!

Арис тут же открыл новую бутылку, разлил по бокалам пенящийся напиток, подал каждому. Со смехом и шутками выпили по глотку.

Отказался от трона?! — полыхнуло в пьяном мозгу и закрутилось повторяющейся фразой.

Мне было не смешно. Пора уходить. Это чужой праздних жизни и я на нем только гостья. Об этом нельзя забывать. Вот и проговорился папаша откуда у него брат Пэр. Тем более мне здесь не место. «Каждый сверчок знай свой шесток».

— Вы меня извините, господин Гранд, госпожа Веда, Арис, — нарушила приятную всем тишину — но я очень устала и хотела бы отдохнуть. Спасибо вам огромное за все. Мне пора.

— Девочка устала. Ты слышал, сынок?

— Мам, ну не отпущу же я свою соседку по апартаментам одну. Мало ли кто с похмельной головой шатается по коридорам, обидеть могут. А я встану грудью и буду защищать — выпятил грудь Арис и повторил жест отца.

Гранд со смешком снова ткнул пальцем в кресло. Посмеялись.

— Доброй ночи… вернее, дня и добрых снов, Дарина. Надеюсь это не последняя наша совместная ночь приятного времяпрепровождения. Добрых снов, сынок! Не забудьте, что завтра начнутся ваши занятия. Отдохните хорошо — тепло попрощалась Веда.

Не менее тепло распрощался и Гранд, умудрившись чмокнуть меня в щеку и получить подзатыльник от жены и протистующее «Нееет!!» от Ариса.

— Здорово ты его! — восхищенно хохотнул Арис, когда мы отошли на приличное расстояние — Никогда бы не поверил, если бы сам не видел своими глазами. Что ты с ним сделала?

— Да нет там ничего такого, чего бы он не знал. Просто я думаю немного иначе, чем воины. На самом деле твой отец только помог мне встать, а сила инерции сделала остальное.

— Покажешь?

— Конечно, когда просплюсь от всего этого алкоголя, танцев и если вспомню…

— Ничего, я тебе напомню, — успокоил он меня.

До апартаментов Арис меня почти нес. Я на ходу засыпала, ноги путались в подоле, хотелось лечь прямо там, где проходили, но что-то заставляло идти вперед, не останавливаться. Последнее, что помню, было покрывало на моей кровати…

Алкоголь — стррррашная сила…

* * *

Как же приятен этот тонкий аромат ландышей, когда медленно просыпаешься утром в своей мягкой постели, а за окном зима…

Я улыбалась запахам, мыслям, жизни, не открывая глаз, продлевая минуты неги. Тело пело силой и гибкостью, просыпаясь вместе со мной под тихую музыку, звучавшую где-то в душе. Теплый бок печки, прямо как в доме Мелины, отдавал свое тепло. Хотелось к нему прижаться всем телом, согреться душой, как в детстве…

Стоп! Какая Мелина! Какая печка! Это же Мир змеелюдей и я во Дворце змее-Королевы!

Открыла глаза и тут же наткнулась на блаженный взгляд Ариса. Нежная улыбка играла на губах. Густые резницы прятали блестящие искорки в ярко-синих с ярко-зелеными черточками глазах. Растрепанная шевелюра спадает на высокий лоб. Сильная шея склонила голову на подушку, обнятую снизу мускулистой рукой.

Мы лежали поверх одеяла едва прикрытые смявшимся покрывалом. Мое бальное платье разметалось по постели, так и не помявшись. Арис лежал на боку, в белой рубашке, растегнутой почти до пупа и вчерашних брюках от фрака. Его рука лежала на моей талии поверх одеяла. Это от него шло такое сказочное тепло, как от Мелининой печки. Это к нему хотела прижаться, когда сознание просыпалось.

— Что ты здесь делаешь?! — зачем-то прошептала.

— Сплю… — также тихо ответил он.

— … А почему не у себя?

— Не дошел — улыбнулся он — Был слишком пьян…

— … Ты давно проснулся?

— Минут десять назад.

— …… Ты счастливый, Арис! Знаешь об этом?

— Да.

— У тебя есть семья…

— Да.

— Я рада за тебя, Арис…

— Я тоже…

Тихо засмеялась, перекатилась на бок. Его рука скользнула по моей талии, прижалась к пояснице. От нее было так тепло и благостно, что захотелось запеть… или хотя бы замурчать… Но я сдержалась, ограничившись только улыбкой.

— Тебе они понравились?

— Да. Они у тебя замечательные…

Он прикрыл глаза, осторожно придвинул меня к себе. Наши дыхания слились.

— Знаешь о чем я мечтаю?

— О чем?

Он открыл глаза, долго внимательно смотрел и тихо сказал:

— О том, что одним прекрасным утром мы проснемся по-настоящему счастливые.

Теперь я закрыла глаза, чтобы он не понял моих мыслей и чувств.

— Арис…

— Что?

— Не надо об этом…

— Почему?

— Не надо.

— Хорошо. Буду мечтать молча.

Улыбнулась.

Его губы приблизились, осторожно коснулись моих. Он крепче прижал меня к себе, тихонько застонал. Я поддалась, обняла его. Теплая влажность раздвинула губы, проникла внутрь, в закрытых глазах вспыхнула радуга, закружились сверкающие снежинки, запела музыка, расцвели благоухающие цветы, солнце улыбнулось золотислыми лучами, звезды замигали в глубине неба. Меня растворило в его дыхании, в его теле, как в танце Ашеров, который мы танцевали, полностью отдавшись друг другу и музыке. Поцелуй длился вечность… или миг… как далекая песня, к которой нет дороги, есть только полет… и мы летели, забыв обо всем…

Арис тихо застонал, медленно отпустил мои губы. И впервые в жизни я услышала свой стон наслаждения…

Удивительное чувство владело мной еще несколько минут, пока не улышала его тихий голос:

— Моя мечта сбудется…

Он тихо счастливо засмеялся.

Я лежала почти не дыша, все еще во власти нового чувства.

— Дарина…

— Да.

— Я безумно люблю тебя и не представляю своей жизни без тебя. Мы созданы друг для друга. И я хочу, чтобы ты стала моей женой. Навсегда — он прерывисто вздохнул, как будто сбросил с плеч тяжелый груз.

От неожиданности села, растерянно уставилась на него. Он смотрел мне в глаза так спокойно, уверенно. Он говорил об этом так, будто все было правдой, давно решенной кем-то другим, более сильным, властным, знающим.

— Я думал, что никогда не смогу сказать этого тебе. Но я сказал, сам не ожидая от себя такого подвига. Прошу тебя, не торопись с ответом. Я буду ждать. Хоть всю жизнь.

— Арис… но это же невозможно!

— Почему?

— Мы с тобой…

— … из разных рас? — закончил он мою мысль, чуть улыбнувшись.

— Да.

— Я рад, что ты сразу подумала о детях.

Вспыхнула румянцем, отвела глаза.

— Это не так, счастье мое. Я перерыл все библиотеки и нашел описанные случаи, когда представители разных рас соединялись в супружестве. Оказалось, что дети у них обычные, нормальные, только приобретают качества или одного из супругов, или обоих сразу. В королевских семьях разных Миров такие браки на политической основе практикуются до сих пор. Ашеры это другая ветка эволюции людей, так же, как и змеелюди, люди-пауки, да разве перечислишь всех!

— Ну… я не знаю…

— И единственная наша разница только в том, что я могу быть котом, хоть и огромным, а ты нет.

— Котом не пробовала, но принципы трансмутации в Академии учила… — зачем-то брякнула не подумав.

— И удавалось изменять свое обличье? — заинтересованно сверкнул глазами Арис.

— В Академии нет, а вообще, да.

— На какое? — загорелись у него глаза зеленым огнем.

Мне не хотелось говорить на эту тему и я слегка скривилась, он понял и согласно кивнул. Меня волновало другое и я спросила:

— Арис, а твои родители?

— Радость моя, Дарина, они давно все знают! Иначе бы моя мать не пошла со мной за тобой в Мир людей! — он помолчал немного, давая мне прийти в себя и продолжил — Это знает и Лич, и Марфа, и Королева. А вчера это увидели своими глазами все, когда мы с тобой танцевали Танец Любви. Ты разве не поняла, что танцевать этот танец так, как танцевали его мы с тобой и мои родители не сможет никто, если по-настоящему не любит… Только этой ночью, во время танца, я понял, что должен озвучить то, что и так ясно.

— Так значит, я люблю тебя? — поразилась своей догадке.

— Да. И я этому безумно рад — кивнул Арис и заложил руки за голову, а ноги закинул одну на другую.

Он не сводил с меня взгляда, ловя каждое движение, изменение в лице, глазах.

— Арис…

— Да, любимая… — он резко закрыл лицо ладонями и прошептал — О, господи! Я теперь могу сказать это вслух, не боясь, что испугаю тебя! — и резко сел напротив, по-турецки — Извини! Это я про себя. Это случайно вырвалось. Просто я очень рад, что могу теперь говорить тебе то, что чувствую. Скажи, пожалуйста, что ты хотела сказать! Прости, что перебил! Скажи, счастье мое!

Опустила глаза, боясь посмотреть на него.

— Арис, я не знаю люблю ли я тебя и как называется то чувство, которое я к тебе испытываю. Но оно совсем не похоже на то, что описывают в любовных романах… Прости меня… То, что все называют любовью, совсем другое… Значит это не любовь…

Арис побледнел.

— Тогда что это?

— Не знаю…

Он нахмурился, медленно встал с постели, подошел к окну. Долго молчал.

— Если бы я внезапно умер, ты пошла бы меня возвращать?

— Конечно… Арис, ты пойми меня правильно и не сердись. Меня так воспитали, меня так учили, у меня такая профессия, спасать других, рисковать своей жизнью. Я просто иного не умею. И поэтому путаюсь в своих чувствах и в том, что мне вдолбили в голову и в душу.

Он помолчал, потом снова сел на кровать, взял меня за руку.

— А если я окончательно умру?

— Я тоже умру — не задумываясь ответила я.

И тут до меня дошло……

— Арис! Ты предложил мне выйти за тебя замуж?!!!

— Да.

— Ты с ума сошел!!!!

Арис навзничь упал на кровать, раскинув руки, и захохотал во все горло. Я с недоумением смотрела на него. Он смеялся! Он не просто смеялся, он хохотал!

Это что, розыгрыш такой?! Проверка, поверю ли я его словам?! О, господи! Ну нет у меня опыта в таких делах! Не-ту! Не знаю я как ко всему этому относиться. Мне хотелось быть с ним рядом, хотелось ночами чувствовать его тепло, хотелось принимать его любовь и отвечать на неё, но поверить в такое мое сознание отказывалось. Его смех мгновенно перечеркнул все сказанное, как если бы задернул штору на окне, когда на улице вдруг засветило солнце после долгих пасмурных лет.

Спрыгнула с постели и пошлепала босиком из спальни, на ходу бросив.

— Ну так бы и сказал, что это шутка.

Смех мгновенно замолк.

— Я не шутил.

Мороз пробежал по коже от его голоса. Обернулась.

Арис стоял около кровати, широко расставив ноги, заложив руки за спину. Его глаза ярко блестели. Не хватало только покачивания с пятки на носок и обратно. Тогда бы точно знала насколько он зол.

— Я не способен шутить такими вещами, Дарина. — сказал Арис, чеканя каждое слово, будто военная колонна впечатывала с мостовую парадный шаг — Я никогда никому не говорил этого. И больше никогда никому не скажу, кроме тебя. Тебя смутил мой смех, я знаю, но я расхохотался от счастья. Мой смех вызван воспоминанием семейной истории, которая гласит о том, что моя мать ответила точно также моему отцу после его предложения и похожего разговора. И моя бабка по линии отца сказала то же самое деду в той же ситуации. И бабка бабки по мужской линии. И так далее по всему генеалогическому дереву. И ни одна из них не знала об этом, пока сама не произносила сокровенные для каждого мужчины нашего рода слова: «Ты с ума сошел!» — он улыбнулся — Для меня высшее блаженство услышать эти слова от тебя. И я уверен, что моя семья, которая будет и твоей, когда ты дашь свое согласие, придет в восторг от такой новости. Ты даже не представляешь, как я счастлив!

Пристально посмотрела на него, не имея сил справиться с мятущимися мыслями, молча отвернулась и пошла в гардероб. До меня донеслись его бурчашие слова:

— Еще не поженились, а ругаемся уже, как они…

* * *

Он точно сошел с ума. Или просто разыграл передо мной очередную в своем репертуаре комедию. Если верить случайно оброненной ночью фразе его отца, то он сын не случившегося короля, высокородный малый, воспитанный в лучших традициях политической элиты дворянства, которые требуют немалого умения и мастерства во владении собой и умении разыграть любую роль, лишь бы достичь намеченной цели. Об этом же мне говорила и Мена: «Ашеры всегда достигают своей цели».

Он в несколько раз старше меня и мне интересно, сколько раз за такую долгую жизнь и скольким дамам сердца он предлагал свою руку и… хм… место рядом с собой, играя их чувствами и эмоциями, и желающих составить ему пару. И всегда добивался своего. Без сомнения. Иначе… хм… где бы он научился так целовать?! У меня до сих пор дрожь по телу пробегает, как вспомню… Эммм….

Но он все время вел себя с тобой предельно учтиво — вступился внутренний голос — И твое спасение от разъяренных хуторян, и Первый танец, и эти наряды, и выражение его глаз, когда он смотрит на тебя…

Очередная игра богатого и знатного наследника. Покорение очередной простушки из очередного Мира. Опыт, который за деньги и знатность не купишь…

А танец Ашеров… Ведь ты чувствовала, что вы стали единым целым, ты чувствовала его настроение, его тело, его душу, его сущность, как и он тебя. А это подделать невозможно!

Может он совершенствуется в актерском мастерстве? Может он так входит в роль, что совершенно погружается в нее, переживая все, что должен был бы переживать придуманный герой?

А может он искренен?! Может быть он и вправду любит тебя?! О, Господи! Дарина! Ты с ума сошла! Разве в тебя невозможно кому-то влюбиться? Разве ты этого не достойна? Разве Он не может быть Тем, Кто тебе Предназначен Судьбой?!

Нет. Это не реально. Кто я и кто он. Этих претенденток на его сердце и руку, наверное, очереди в каждом мире. Да никто не допустит такого унижения королевского рода!

Но кроме него мне никто не нужен!!!

Ты и так знала, что будешь одна…

Но я люблю его!!!

Полчаса назад ты себя и его убеждала в обратном.

Чёоотр!!!! Что же это со мной?!!!??!!

Первая любовь….. без счастливого конца…

Это мы еще посмотрим!

* * *

Когда вышла из ванной с полотенцем на голове, закутанная в махровый халат, Ариса не было.

Дверь неожиданно распахнулась и вбежала запыхавшаяся перепуганная Иса.

— Что случилось? Что с тобой? — забеспокоилась я.

Девушка никак не могла отдышаться, глаза были огромными от ужаса. Я ждала пока она отдышится, но сердце замолотило в ребра от предчувствия беды.

— Ну, не тяни же!!! Говори!!! — не выдержала я.

Она замахала рукой.

— Там… там… Арис… Его отравили…

Сердце остановилось и медленно застучало вновь.

— Где? — как-то медленно и слишком спокойно спросила.

— У него… в апартаментах!

Обычно юркая Иса едва поворачивалась и я поняла, что для меня время ускорилось. В душе поблагодарила Гвархов, Властелинов Времени, за неожиданную помощь и кинулась в двери. Благо, что его апартаменты были наискосок по коридору. Двери были открыты и около них столпилась полукругом прислуга.

В несколько прыжков добралась туда. Столпившиеся шарахнулись в стороны.

* * *

Он лежал посредине гостинной, все в той же белой рубашке и брюках, широко раскинув руки и ноги, склонив безжизненную голову к плечу. Вокруг стояли Личи и тихо о чем-то переговаривались. Гранд и Веда стояли на коленях у тела сына. Гранд пробовал реанимировать, но его старания пока не увенчались успехом. Веда, еще несколько часов назад счастливая и радостная, теперь замерла с закрытыми глазами, сцепив на груди руки, выглядела беспомощной и внезапно постаревшей.

Я подбежала к Арису, упала на колени, быстро прощупала пульсы. Не нашла. Бледно-зеленое, заострившееся, такое знакомое и такое чужое лицо, губы почти черные, с пузырьками желтой пены в уголках. Приложилась ухом к груди, послушала. Тишина. Подняла глаза на Гранда:

— Сколько времени прошло?

Он вскинул наполненные болью глаза на часы.

— Я здесь уже шестнадцать минут…

Кивнула.

— Теперь моя очередь. Не мешайте.

Он отодвинулся, положив руки на колени и предоставив мне действовать.

— Верни его, девочка. Верни, если сможешь — тихо шепнул он.

— Постараюсь. Только пусть уйдут все Личи, кроме Вэрдиса. Они мешают.

Личи мгновенно исчезли, повинуясь жесту Вэрдиса.

— Он уже ушел, Дарина — тихо сказал мертвый маг — Он уже далеко.

Веда всхлипнула. Гранд тут же подхватил ее под локти, отвел в сторону.

— Без меня не уйдет — шепнула зло.

Сняла кольцо, положила в центр ладони, легонько дунула. Змейка подняла головку, сверкнула глазками.

— Забери яд! — приказала всей своей волей, эмоциями, чувствами.

Поднесла ее к голой, заросшей кудряшками волос, широкой груди. Отпустила. Теперь змейку увидели все.

Она скользнула по телу, наливаясь ярко-оранжевым светом.

Пришла мысль из одного слова: «гюрза». Это был яд гюрзы. Много яда. Иначе его было не убить так просто. Наверняка помогал кто-то. Ведь Арис сразу распознал бы яд, был приучен к определению его наличия перед каждой едой и питьем. Значит, многолетняя привычка была на миг забыта и он хлебнул воды из графина, валявшегося неподалеку. Но все равно должен был почувствовать сладковатую горечь и выплюнуть. Значит, кто-то использовал заклинание.

Но теперь не до этого. Теперь надо было спешить за Арисом. Его я так просто не отпущу. Лич сказал, что он уже далеко, кому, как не ему, пребывающему всегда между Мирами, знать лучше об этом. Хватило бы только сил. Не в первый раз нырять за ушедшими по дороге смерти. И не в последний, надеюсь. Сотни, а может даже тысячи таких вылазок уже совершила за свою короткую жизнь. И эта была одной из них. Я смогу и я не сдамся. И плевать мне на сказки о сгоревших магах. Я не сгорела. Я просто немного устала. Но теперь не до отдыха. Теперь надо бороться за жизнь и вырвать ее у смерти.

— Отойдите от него — сказала тихо — Вэрдис, подстрахуй меня. Будет возможность, выталкивай Ариса сюда. На меня не обращай внимания. Я выберусь сама.

Лич кивнул головой.

— Гранд, — обернулась к отцу Ариса — немедленно наберите ведро ледяной воды! Когда увидите первые признаки жизни у обоих, обольете нас водой. Она поможет возврату в тело. И готовьте ледяную ванную, спирт и горячее молоко. Быстро!

Глаза Ашеров загорелись надеждой и я лишь краем глаза заметила, как два огромных кота прыгнули в разные стороны.

— Вэрдис?

— Иди, детка. С Богом…

* * *

Тяжелая мгла, как густой давно испортившийся кисель, обхватила тело, вязла на пальцах и губах, пыталась скользнуть в горло. Задержала дыхание, потянулась к свету души, жизненной силе, данной человеку лучами солнца, огнём, теплом и взорвала их светом вокруг. Мгла отступила. Огляделась. Следов нет вообще никаких. Ни живых, ни мертвых. Поняла — попала в Тяжелый Астрал. Вобрала в себя свет и нырнула назад.

В голове кружилось, страшно мутило. Встряхнула головой, стало еще хуже. Открыла глаза. Змейка все еще ползала по телу Ариса, теперь вспыхивая темно-бордовыми всполохами. Мы лежали в луже воды, Гранд постарался. Меня вырвало прямо на богатый ковер.

Отдышавшись, подняла глаза. Лицо Гранда склонилось надо мной.

— Еще воды — прохрипела.

Исчез.

Обвела комнату мутным взглядом. Увидела Веду, державшую в руках крынку с молоком. Нашла глазами Лича.

— Еще раз влезешь в переход, не поможет и бессмертие. Понял?

Он виновато кивнул.

— Зови Ларри. Он поможет. Ты прав, Арис слишком далеко. Следа нет.

Я дышала, как загнанная лошадь. Все еще мутило и кружилось в голове. Вырвало снова. Черная слизь поплыла в блевотине. Наконец-то.

— Молока! — каркнула Веде.

Крынка оказалась перед губами. Блин! Холодное.

— Согрейте!

— Дарина, детка, ты не выдержишь! Ты же еще не восстановилась! Алтарь забрал все твои силы! — голос профессора тонул в грохоте, но то, что мне было нужно, расслышала.

Алтарь! Ну, конечно же, Алтарь! Как же я могла об этом забыть! Вот тот случай, когда я могу воспользоваться силой Сфер! Именно этого мне не хватало — поняла вдруг — силы той Сферы, которая была частью меня так долго! Теперь я точно знала что надо делать и была уверена, что Арис будет жить.

— Профессор! Я Вас люблю! — улыбнулась перекошенным после рвоты осадками Нижнего Астрала ртом.

— Я не понимаю, Вас, Дарина…

С трудом пыталась подняться. Ноги скользили по мокрому ковру и никак не хотели слушаться. Руки тряслись, как после глубокого запоя. Кто-то подхватил под локти, помог. Почувствовала сильные руки.

Сбросила с себя мешающий мокрый халат. Полотенце с трудом сорвала с головы. Волосы рассыпались по телу, ударили по икрам.

Раскинула руки, позвала Сферу. Та откликнулась радостной нотой, скользнула тонким лучом сквозь пространство и время, влилась в меня радостным светом. Стало легко и свободно. Я снова почувствовала себя собой, той сильной Дариной, которой была всегда. По коже сползла липкая грязь, успевшая проникнуть в тело в переходе, вытолкнутая силой Сферы, нотой ее Музыки. Я прислушалась к ней, потянулась к другим звукам, вобрала их в себя, сплела Узор, охватила им тело Ариса. Оно приподнялось над полом на уровне моих бедер и замерло. Музыка зазвучала громче, поплыла по нитям Узора, засветилась янтарной силой вокруг его тела, проникла внутрь, восстанавливая жизненные функции.

Я легла на висящего в воздухе Ариса, идеально скопировав его позу, чтобы вспомнить наш танец и быстрее найти его, и оставила тело.

* * *

— Он умер, Дарина — тихо пропело сопрано Первой Королевы — Он умер, Дарина, умер… Он почти дошел до Черты… Ты не успеешь… не успеешь…

— Ты ошибаешься, Стэлисса. Я не та, за кого ты меня приняла….

…………………………………..

Множество следов. В разные стороны. Еще горячие, теплые и почти остывшие. Которые его?

Коты потеют лапами и оставляют след. Его видно в инфра-красных лучах.

…………………………………..

— Смотри на меня и чувствуй меня…

Он прижал меня крепко к себе, чуть шевельнулся и я почувствовала его тело, как свое собственное, все, без остатка. Сладкая волна прокатилась снизу вверх и назад. И мы закружились следом за танцующей парой. Я была бабочкой, маленькой птичкой, бутоном цветка, распустившейся розой, полетом шмеля и игрой стрекозы, каплей дождя и легкой снежинкой, журчаньем ручья и молнией с неба.

…………………………………..

— Он умер, Дарина — тихо пело сопрано Первой Королевы — Он умер, Дарина, умер… Ты не успеешь… не успеешь…

— Ты ошибаешься, Стэлисса. Я успею….

…………………………………..

Светящийся тепло-желтым след огромных кошачьих лап уходил вдаль.

Он был здесь! Я догоню его!

Нет. Это слишком долго. Лучше воспользуюсь Силой Сфер.

Воля, эмоция, желание, мысль слились воедино и я оказалась перед Ним. Преградила Ему Путь.

— Куда ты собрался без меня, Арис? — спросила душой-мыслью.

Он поднял на меня наполненные страшной болью глаза. В них плескалось, как раскаленная лава, обида, отчаяние, боль потери, крах надежды, уверенное решение и еще черт знает что.

— Меня убили, любимая?

— Нет.

— Меня отравили. В воде был яд и мое тело умерло.

— Уже нет. Оно живо и ждет тебя.

— Я помню другое.

— Ты пойдешь со мной назад?

— Всегда.

Я прижалась к нему всем телом, обхватила за талию, призвала силу Священного Алтаря. Нас понесло назад. Сначала медленно, постом все быстрее и быстрее, пока не оказались в гостинной, рядом со своими физическими телами.

Он увидел свое тело, висящим в воздухе, и мое, лежавшее на нем.

— Боже! Как ты прекрасна!

— Арис! Любоваться потом будешь. Сначала вернись в тело!

— Как скажешь, любимая — улыбнулся он и исчез в своем теле.

Мгновение тьмы и я открыла глаза. Моя щека лежала на шее Ариса, кончики пальцев едва доставали запястий, стопы чуть ниже колен. Его сердце четко отбивало ритм жизни. Он глубоко вздохнул, открыл глаза и прижал меня к себе.

— Боже! Как ты прекрасна! — прошептал тихо в звенящей тишине гостинной.

— Да, жизнь прекрасна, ты прав — перевернула значение фразы.

— Да.

— И немедленно отпусти меня — также тихо попросила его — На нас смотрят.

— Пусть.

Но руки разжал. Соскользнула с него, коснулась плеча.

— Вставай.

Он встал, слегка покачнулся.

— Ты хорошо себя чувствуешь?

— Привыкаю к телу.

— Успел отвыкнуть? — улыбнулась…

— Да… Знаешь, я думал, что ты пошутила, когда сказала, что пойдешь за мной по Дороге Смерти… А ты пошла…

— Арис, я и раньше туда часто ходила…

— Но за мной в первый раз.

— Надеюсь, что в последний.

— Ты пошла…

Родители Ариса, Лич, профессор Ларри и слуги в дверях стояли с широко открытыми глазами и ртами, не шевелились. Арис наконец-то обратил на них внимание.

— Что это с ними? — спросил.

— Не знаю, наверное, побочные эффекты волшебства Священного Алтаря Друидов.

— Они живы?

— Да. Нет, это не побочные эффекты, Арис. Это секундная пауза, которая растянулась для них до момента, как мы вернемся и выведем их из транса. Такое и раньше случалось, когда я возвращалась с кем-то от Черты. Этому явлению мы обязаны Властелинам Времени, Гвархам. Они любят помогать «возвращающим жизнь».

— Потом расскажешь подробнее?

— Если не забуду — улыбнулась спокойно.

— Я напомню — ответил он — Они нас слышат?

— Да. Но потом этого не вспомнят. Хлопни в ладоши, когда я уйду.

— Не уходи…

— Арис, мне нужно одеться и высушить волосы. Не буду же я красоваться в таком виде перед всеми. — укоризненно покачала головой.

— Ты права.

— Успокой своих. Они очень переволновались.

— Хорошо.

Он склонился к моим губам, едва коснулся их…

— Благорарю тебя за жизнь…

— Я рада, что успела до Черты…

— А если бы не успела?…

— Пошла бы дальше…

Забрала с плеча Гранда мокрый халат и полотенце, обошла лужу по полукругу, обернулась у самой двери. Арис смотрел мне вслед, чуть склонив голову набок, и задумчиво улыбался…

Глава 4. Две королевы и три короля

— Госпожа Дарина! Госпожа Дарина!

Я выключила воду в душе, завернулась в полотенце.

— Войди!

Иса приоткрыла дверь, вошла бочком:

— Госпожа Дарина, к Вам пришёл посыльный от Королевы. Она просит Вас прийти немедленно.

— Просит? Немедленно? — удивилась такому обороту речи.

— Так сказал посыльный — пожала плечами горничная.

— А он точно посыльный Королевы?

— Да. Я его знаю. Он работает посыльным. А почему Вы спрашиваете?

— Не важно, Иса. Лучше помогите мне быстро одеться.

Дверь закрылась.

Я вытерлась, осторожно высушила волосы заклинанием, прошла в гардероб. Девушки уже меня ждали с приготовленным платьем, помогли быстро одеться и уложить волосы. Через несколько минут я была готова.

Невысокий щуплый мужчина робко переминался с ноги на ногу у двери.

— Что сказала Ее Величество? — спросила, прислушиваясь к колечку.

Что-то меня настораживало в нем, но что?

— Она сказала… чтобы я пошел и… эээ… от ее имени…. эээ… попросила Вас… ээ… немедленно прийти…

Мои подозрения усилились.

Осторожно глянула вторым зрением. На удивление, это легко удалось. Лучик сознания скользнул по следам посыльного. Они вели в южное крыло Дворца, на второй этаж, в пустой кабинет Королевы. Ну, не совсем пустой, конечно. Там из угла в угол нервно вышагивала Медея, хлопала закрытым веером по ладони, кусала тонкие губки, зыркала по сторонам, замирала на миг, прислушиваясь, и снова шагала. В кресле Королевы лениво развалился один из двух Личей, участвовавших в похищении Ариса. Второй привалился к стене у двери.

Подсматривания со стороны они явно не ожидали и секундное вторжение осталось незамеченным.

— Куда я должна немедленно прийти? — с озабоченным видом спросила посланника.

— В кабинет Ее Величества… эээ…

— Хорошо. Иди. Я скоро буду. — решила проверить свое второе зрение.

Уйдет, значит, я шиблась. Останется — значит права.

Он потоптался на месте, но не ушел.

— Что еще? — обернулась к нему.

— Это… госпожа… мне велено было… это… чтобы я проводил Вас… туда…

— Я знаю дорогу к покоям королевы, уважаемый. Конвоировать меня не надо. Этого Королева не просила, как я понимаю.

— Просила проводить… — посланник Медеи все больше бледнел.

— Кто? Госпожа Медея или Королева? — в упор спросила, подходя к нему.

Дверь отворилась и вошел живой и очень даже здоровый Арис, одетый, как всегда, с иголочки, и принес с собой тонкий аромат ландышей.

Он внимательно осмотрелся и спросил:

— Что здесь происходит, дорогая? Кто это? И о чем разговор?

Заложил руки в брюки и пошел по кругу, подозрительно рассматривая еще больше побледневшего бедолагу. Его интуиция меня удивила.

— Этот змеечеловек утверждает, что он посланник Королевы — объяснила происходящее — И говорит, что Королева послала его ПРОСИТЬ меня прийти НЕМЕДЛЕННО. — Арис остановился, удивленно глянут на меня — Ты когда-нибудь о такой форме королевского приглашения слышал?

— Нет, конечно. А при чем здесь Медея? Это имя я услышал первым, когда вошел сюда.

— Она его послала, якобы от имени Королевы.

— Ты уверена?

— Вполне.

— Вон отсюда — тихо сказал Арис и закачался с пятки на носок.

Мужика, как ветром сдуло.

— Я сейчас вернусь, дорогая — пошел следом за неудачным посланником.

— Нет, Арис! Стой! Стой, говорю! — вскрикнула, едва он открыл двери.

Обернулся. Улыбка расплылась по губам, а бешенный блеск глаз слегка смягчился.

— Закрой двери, пожалуйста, и вернись сюда — попросила тише.

Подчинился.

— Прости за то, что крикнула — сказала смущенно — но я испугалась, что ты пойдешь за ним.

Он подошел ближе, пальцем поднял за подбородок мое лицо:

— Мы еще не женаты, — мягко укорил — а ты уже повышаешь на меня голос. Ай-яй-яй… Думаю, что я такой «роскоши» не заслуживаю. Не делай этого впредь, пожалуйста.

Мои щеки вспыхнули от стыда.

— Прости…

— А теперь я пойду и все улажу…

— Нет! Арис! Нет! Не делай этого, я тебя прошу!

Он вздохнул, взял меня под руку и повел к креслу.

— Давай присядем и ты мне объяснишь в чем тут дело. А тогда решим, что сделаем дальше.

Он усадил меня в кресло у камина и сел напротив сам, подперев подбородок пальцами руки.

— А теперь спокойно расскажи мне, что случилось — серьезно попросил он.

Помолчала, подбирая слова, чтобы как-то смягчить разговор.

— Арис, мы с тобой должны поговорить о… о Мене.

— Давай поговорим. Теперь я не против.

— Теперь?

— Да, теперь — кивнул он.

— Почему теперь? Почему не хотел говорить о ней раньше? — удивилась.

— Потому, что теперь все по-другому — улыбнулся в ответ.

Я не знала с чего начать и молчала, собираясь с мыслями. Мне не хотелось настраивать его против Мены или ее матери, и я не могла представить его реакцию, если он узнает правду. Он терпеливо ждал.

— Арис, пойми меня правильно. — начала тихо — Я не лезу в твои отношения с Меной, но она любит тебя и очень страдает. Ее мать видит это и безумно переживает за свою дочь. — слова давались с трудом, на Ариса не смотрела, а он не перебивал, чувствуя мое замешательство — Они ведь лелеяли надежду и даже были уверены, как и весь королевский двор, что ты вот-вот сделаешь ей предложение и вы скоро поженитесь. А тут появилась я и все их надежды и планы рухнули. Медея, как и каждая любящая мать, старается… нет, не так… не старается, а хочет и желает счастья своему ребенку. Она просила меня покинуть этот Мир и объяснила что произойдет, если я этого не сделаю вовремя. Я забыла про ее просьбу и не выполнила ее. Она прислала посланника, якобы от имени Королевы, чтобы встретиться со мной тет-а-тет и поговорить. Я так думаю. Но я неожиданно для себя разозлилась и начала выяснять у посланника подробности, а тут вошел ты и… В общем, я думаю, что тебе не надо тратить время на женские разбирательства. Я сама с этим справлюсь.

Мельком глянула на него, боясь, что он мне не поверил. Больше всего я не хотела, чтобы он, едва увернувшись от смерти, опять попал в ее лапы. А Медея была способна на все, даже убить его, лишь бы ее дочь не страдала слишком долго.

Арис молчал, покусывал губу, внимательно смотрел на меня.

— Дарина, когда это было?

— Что? — не поняла я.

— Когда тебе угрожали? — его голос был спокойный и уверенный.

Возникало такое впечатление, что он знал о чем говорил.

— Арис — покачала головой — Не надо, пожалуйста…

— Значит, это правда.

— Что правда?

— То, что болтают слуги.

— А что они болтают? — подняла на него глаза.

Он смотрел на меня прищурившись и все так же покусывая губу. Глаза блестели, отражая огонь камина.

— Дарина, дорогая моя, выслушай внимательно мою просьбу — Арис придвинулся к краю кресла, опершись на колени, внимательно смотрел в мои глаза — независимо от того, согласишься ты стать моей женой или нет, давай договоримся так.: отныне и всегда мы оба будем говорить друг другу только правду и сразу, как только что-то произошло, чтобы у нас было время на обдумывание своих ответных поступков. Хорошо?

Я молчала, совершенно растерявшись. Ведь всю сознательную жизнь я надеялась только на себя и с раннего детства была приучена к тому, что никому никогда верить до конца нельзя, а тем более доверять самым близким людям, потому что самый близкий в любой момент может стать самым яростным врагом и уничтожить меня своим знанием того сокровенного, что было поверенно прежде.

— Арис, я этого не умею… — честно призналась — Врать я тоже не умею. Сам видишь что из моего желания смягчить ситуацию получилось.

— А что ты умеешь?

— Молчать.

— Ну, хорошо. Давай попробуем научиться этому вместе, если ты, конечно не против.

Почувствовала, как все в моей душе перевернулось. Мне было трудно вот так сразу отказаться от тех убеждений, которыми жила всю прошлую жизнь, но понимала, что так дальше продолжаться не может, что пришло время изменяться.

Покачала головой.

— Ты даже не представляешь, Арис, что ты сейчас говоришь и что ты делаешь со мной…

Он снова прищурился.

— И что же такого я сказал или сделал?

Вздохнула, глядя в огонь.

— Ты изменяешь мой внутренний мир. Ты ломаешь то, к чему я привыкла, то, как я думала, чему была научена, как жила всю жизнь до тебя. Ты выворачиваешь меня наизнанку… Ты… выковыриваешь меня из моей привычной раковины, как того молюска. Мне больно, Арис. Очень больно. И удивительно приятно. Я не хочу этого всей душой и упираюсь изо всех сил, и в то же время всем сердцем жажду этих перемен. Я боюсь, Арис. Боюсь саму себя…

Он смотрел на меня с прищуром, мягко улыбаясь, теребил губу аккуратно остриженным ногтем и молчал. Он умел слушать и ничем не выказывать того, что чувствует, думает, какие эмоции переживает.

— Ты хочешь, чтобы я обо всем тебе рассказывала, чтобы сейчас я сказала тебе все как есть с этой Медеей. Но я не знаю какой будет твоя реакция на то, что ты можешь услышать. Я еще не настолько хорошо тебя знаю. И не хочу из-за какой-то ерунды снова терять тебя.

— Это не ерунда, Дарина. Это жизнь. И мы с тобой должны вместе научиться в ней выживать. И не только выживать, но и быть счастливыми и оставаться такими не смотря ни на что. А это невозможно, если мы с тобой не сможем доверять друг другу до конца… — Он помолчал и добавил — Это не красивые слова. Это правда. И ты со временем убедишься в этом.

— Хорошо, Арис. Давай попробуем. Только не требуй от меня сразу слишком многого.

— Согласен. Я буду терпелив.

Помолчала, а потом рассказала:

— Медея подсела ко мне за столик той ночью, когда я осталась в банкетном зале, а ты отошел. Она потребовала, чтобы я покинула этот Мир до рассвета. И предупредила, что, если я этого требования не выполню, то до сегодняшнего вечера не доживу. Она не знает, что я магиня и не знает, что ко мне полностью вернулись силы. Она думает, что я простая деревенская девчонка, которую ты принес во дворец для своего личного развлечения и чтобы досадить Мене. Она выслала своего подчиненного, чтобы он привел меня в ловушку, которую она устроила вместе с теми двумя Личами, что участвовали в твоем похищении. Они ждали меня на втором этаже южного крыла Дворца в кабинете Королевы… Я готова была пойти туда сама и решить все вопросы до конца, чтобы другим неповадно было. Но пришел ты и у меня ничего не получилось. Вот и вся правда об этом инциденте, не стоящем с моей точки зрения твоего внимания. Теперь ты знаешь все.

Арис молчал, обдумывая услышанное, я ждала.

— Я примерно так себе это и представлял, — сказал он — но только примерно. И думал, что это еще не свершилось, а только готовится. Но я ошибся. Кто-то отравил меня, кто-то покушается на тебя. Кому-то мы сильно мешаем, как лишние фигуры на шахматной доске. Тебе не кажется?

— Арис, пока речь идет не обо мне. Я для всех пустое место вместо фигуры. Это хорошо. Это нам на руку. Но этот миф будет развеян не далее, как завтра, когда начнутся наши тренировки и занятия. Слух мгновенно пронесется по Дворцу. А я хотела сама закончить всю эту историю между мной и Меной с ее матерью. Нельза забывать и о Глэдис. Она тоже не последняя фигура на доске.

— Да, ты права… Далеко не последняя… Но, знаешь, моя дорогая, что-то мне кажется, что здесь все не так просто и что здесь одни события и причины со следствиями наложились на другие, переплелись, но все равно играют против нас.

— Мне эта мысль тоже приходила в голову, но я не владею никакой информацией ни об этом Мире, ни о дворце, ни о том, в какие игры здесь играют придворные и представители иных Миров.

Неожиданно в дверь тихонько постучали. Я встала, сделала пару шагов и остановилась. В сумрак комнаты проскользнула хрупкая фигурка. Яркий огонь камина осветил ее лицо.

— Дарина, можно с тобой поговорить? — дрожащим голосом спросила Мена.

Девушка выглядела, мягко говоря, неважно. Ее лицо было слегка опухшим, как после долгих рыданий. Она непривычно сутулилась и, казалось, не до конца выпрямляла колени, когда стояла.

— Конечно, Мена — ответила ей.

— Можно я присяду?

— Конечно, садись.

Мена присела на краешек стула у стола, спиной к камину, чтобы лицо оставалось не освещенным. Я села напротив. Ариса она не видела, а он не подавал признаков жизни. Я тоже решила промолчать о его присутствии.

— Выпьешь вина, Мена? — предложила вежливо.

Она нервно кивнула. Я налолнила бокалы, придвинула один ей. Она залпом выпила. Наполнила снова.

— О чем ты хотела со мной поговорить, Мена?

— Об Арисе, конечно.

Ну вот. Ну и что мне теперь делать? Как разговаривать о мужчине с влюбленной в него девушкой, когда он присутствует при этом? Как-то это не по-женски и пованивает предательством. А что бы сделала Мена на моем месте? Хм… Наверное, не задавалась бы такими вопросами. Попробую и я поступить так же, как поступила бы она.

— А что с Арисом?

— Дарина, я хочу, чтобы ты знала, что я люблю Ариса больше жизни и он любит меня. Это у нас с самого детства. Но сейчас он временно увлекся тобой и пока ты здесь, он не хочет со мной даже разговаривать. Я прошу тебя, Дарина, ради нашей дружбы, уйди из нашего Мира. Я провожу тебя к порталу, я дам тебе все, что ты хочешь, деньги, золото, бриллианты, столько, сколько скажешь, только уйди, чтобы он вернулся ко мне. Я не могу жить без него. — слезы покатились из глаз со всхлипами — Вот, в этой сумочке все мои и мамины украшения. Ты их продашь и у тебя будет несколько миллионов денег твоего Мира. Ты сможешь жить, как королева! Бери, Дарина, и пойдем. Я провожу тебя прямо сейчас…

Она дрожащими руками положила сумочку на стол. Вытерла слезы, с надеждой смотрела на меня.

Мне стало грустно. Эх, Мена… Что же ты делаешь, дурочка… Разве можно купить любовь, платя сопернице за мужчину, который стоит в миллиарды раз больше, чем ты можешь даже вообразить себе? Разве можно предлагать цацки той, у которой в шкатулке драгоценностей больше, чем ты и твоя мать когда-либо имели? Разве можно унижать любимого и меня, по твоим словам, его новой пассией, такой сделкой? Эх, Мена… Я могу понять все, но не унижение. Глупость везде глупость, у змеелюдей тоже, и она не знает границ…

— Мена, я не поняла, объясни мне, пожалуйста, ты что, пришла ко мне и принесла эту сумку с цацками-бряцками, чтобы я сделала что?

Она нервно сглотнула сухим горлом, отпила глоток вина:

— Дарина, я пришла, чтобы сделать тебя богатой и предложить блестящее будущее в твоем Мире. Разве не понятно?

Я усмехнулась:

— Мена, знаешь, мне кажется, что ты с чьей-то помощью оценила любовь Ариса стоимостью этих побрякушек и пришла заплатить мне за то, чтобы я исчезла. А как только мы с тобой выйдем за пределы Дворца, ты объявишь меня воровкой и так расчитаешься за внимание Ариса ко мне.

— Нет, что ты, Дарина! Это не так! Я просто хотела тебе помочь. Ты же хотела отсюда выбраться.

— Хотела, — кивнула ей — но потом передумала. Королева пожелала, чтобы я осталась здесь в качестве ее гостьи и предоставила мне эти апартаменты. И пока меня не отпустит Королева, я не могу покинуть Дворец, Мена. Это будет оскорблением Королевы, а оскорбление сама знаешь как карается.

— Дарина, ты не понимаешь! Он же бабник! — попробовала она привести другой аргумент, обычно болезненный для женского самолюбия — Он поиграет с тобой и бросит, как это делает все время со мной!

Господи, какая же ты дура, Мена! Нашла о чем болтать…

Молча смотрела на нее.

Мена глотнула вина и тут же добавила:

— Дарина, да он вообще бабник! Поверь мне! За каждой юбкой волочится!

— За что же ты тогда его любишь?

Мена явно нервничала и чего-то не договаривала.

— Говорю же тебе, это у нас с детства — с жаром выдала она — Я прощаю ему такие шалости. Он же все равно потом возвращается ко мне! Вот ты уйдешь и он снова будет со мной, и мы снова будем счастливы! Ты же не думаешь, что я пошла бы за ним в ваш Мир, если бы мы не были так близки?

— Ты вполне могла пойти за ним только потому, что ты его любишь, разве нет? — улыбнулась спокойно.

— Ну, конечно. — замялась змейка — Но ты же понимаешь о какой близости я говорю?!

Очень хорошо. Пусть слышит. Заодно узнает о чем болтают бабы между собой…

— Нет, Мена, не понимаю. Расскажешь?

Мена понизила голос:

— Конечно, Дарина, ты же моя подруга. Я скажу тебе это по секрету. — она заговорчески наклонилась поближе ко мне — Он мой первый мужчина! И я жду от него ребенка!

Она сделала большие доверительные глаза, потом встала и повернулась ко мне боком. Животик был вполне заметным.

Ого! — подумала я — Если это правда, то Арис попал. Придется ему жениться на другой…

— Ну, ладно. Хватит этой комедии — встал Арис с кресла — Когда же это я умудрился сделать тебе ребенка, Мена? Разве ты была когда-нибудь в постели со мной? Разве я когда-нибудь прикоснулся к тебе, не говоря уже о большем?

Спокойный голос Ариса прозвучал неожиданно громко. Мена ахнула, зажала рот рукой, с ужасом на лице обернулась к нему. Он встал с кресла, подошел к столу, налил себе вина, пригубил.

— А я все думал и никак не мог понять, — продолжил он — что же происходит? А оказывается ты сказала своим родителям, что я отец ребенка, Мена? Или как это понимать?

— Арис… Дарина… — залепетала Мена — Как же так? Я думала, что ты одна… Почему ты мне не сказала, что он здесь, Дарина?

— Ты не спрашивала — пожала плечами.

— Так скажи мне, Мена, кто настоящий отец ребенка? — присел на третий стул Арис, внимательно посмотрел на Мену и добавил — О-о-о, Мена, я тебя поздравляю, но, судя по сроку беременности, я никакого отношения к твоему ребенку не имею. Видишь ли Мена, в то время, когда ты забеременела, я готовился к экзаменам и очередному Посвящению у архивариуса Росса. А после последнего экзамена заехал повидаться с родителями, и через три часа меня уже не было в этом Мире. Я вбегал в дом, куда Марфа поселила Дарину, как первый постоялец, маленьким котенком и жил там до момента, пока ты не пришла туда зимой. Так что, госпожа Мена, может откроете мне тайну имени отца Вашего ребенка, чтобы прекратить эти глупости, которые бросают тень на королевский род Мира Ашеров?.

Ментальное давление Ариса было таким сильным, что даже я отшатнулась. Он не оставил ей шанса. Мена разрыдалась и тихо призналась:

— Это был Иридис… Иридис Мэрдис….

— Ясно… — Арис отпил глоток — Значит, поэтому ты меня предала, а потом решила повесить чужого ребенка мне на шею?

— Арис, это не так! Если бы мне удалось тогда затащить тебя в постель, ты даже не догадался бы, что это не твой ребенок!

— Видишь, моя дорогая, — обратился он ко мне — какая у Мены ко мне любовь. Замысел был прост: если удастся меня затащить в постель, то заставить жениться на тебе, Мена, было бы для твоих родителей простым делом. Но это сделать не удалось и они прибегли к яду, а после моей смерти ничего не стоило объявить твоего ребенка внуком моих родителей, потому что это более выгодная партия, чем стать женой изменника, заключенного под стражу и ожидающего дня суда. Но план не удался. Значит, нужно воздействовать на тебя, моя дорогая, и подкупом, обманом, чем угодно, вывести из Дворца и по дороге убить, чтобы я умер от горя и тогда цель была бы достигнута. Понимаешь теперь, Дарина, как здорово они все продумали и теперь, я надеюсь, ты не будешь напоминать мне о ней?

Мена молчала, опустив голову. Я глянула на нее и отрицательно покачала головой:

— Нет, не буду. Извини меня, Арис. Ты прав. — виновато улыбнулась — Все, что ты сказала, Мена, настолько мерзко и противно, что у меня больше нет сил слушать еще что-то на эту тему. Лучше я выйду и подожду, пока вы закончите эту беседу.

— Нет, моя дорогая, — удержал меня Арис — уйдет сейчас Мена. И заберет с собой то, что она принесла в этой сумочке. Но, до того, как она уйдет, Мена даст нам Истинную Клятву Змеечеловека, что она сама расскажет все матери и остальным сочувствующим ей придворным сплетникам. Иначе мне придется принимать более серьезные меры и уже не как частному лицу, а как представителю другого Мира, состоящему на службе у Ее Величества Королевы Глории.

И он опять придавил ее своей волей и мыслью. Будущая мать неожиданно успокоилась. Она встала, положила указательные пальцы себе на лоб и громко произнесла:

— Я, Менея Медирис, законная дочь и наследница Медеи и Микуса Медирис, приношу свою Истинную Клятву Змеечеловека, открою истинную правду об отце моего будущего ребенка, Иридисе Мердерисе, и обелю запятнанное мной и моей матерью, Медеей Медирис, имя моего друга детства Ашера Ариса Ардериса, сына Стражей Королевы Гранда и Веды Ардерис. Моя клятва будет видна всем, пока я не исполню данного Слова. Да будет так!

— Да будет так! — подтвердил Арис, стоя рядом со мной.

— Да будет так! — повторила за ними.

Кончики пальцев Мены осветились зеленым и на лбу остались два светящихся отпечатка.

Мена глянула на нас спокойно, взяла со стола сумочку и сказала:

— Спасибо, господин Арис Ардерис, спасибо госпожа Дарина. Вы вернули мне мой разум. Я сделаю все, как поклялась.

Повернулась и ушла, плотно закрыв за собой двери.

Я прошла к креслу и с облегчением опустилась в него. Арис подал мне бокал вина, развалился напротив.

— Я так здесь алкоголичкой стану, — вздохнула и отпила глоток.

— Не пей много, дорогая, через двадцать минут придется снова пить — улыбнулся Арис, пригубляя свой бокал.

— Не поняла. Ты о чем?

Арис загадочно на меня посмотрел, сжал губы и задрал подбородок.

— Это что значит?

Не шелохнулся.

Поняла, дурачится, разряжает обстановку. Пришлось встать и пощекотать его по шее.

— Мрррррр… — замурчал Арис и тут же расхохотался, схватил меня в охапку и посадил к себе на колени — Ну, неужели ты думаешь, что мои родители не захотят отпраздновать мое чудесное воскрешение с виновницей торжества? Мы приглашены и сейчас же отправляемся к ним!

— Арис…

— Слушаю тебя внимательно.

— А ты правда бабник? — ляпнула и тут же закусила губы.

— Конечно, моя дорогая. Я бабник и еще какой! Ты сама в этом убедишься! — воскликнул он, снимая меня с колен и ставя на пол, встал и на ухо прошептал — Скажу тебе по секрету: мужчины мне никогда не нравились.

Он рассмеялся, а у меня камень упал с души.

* * *

Веда и Гранд нас уже ждали.

— Ну, слава богу, вы пришли раньше — обрадовался отец Ариса, когда мы вошли — Присаживайтесь к огню.

Веда сидела у камина и задумчиво смотрела в огонь. Но, увидев нас, улыбнулась и встала навстречу. Сын подставил лоб, а я ограничилась реверансом.

Когда все расселись с чашечками чая, Гранд сказал:

— Пока гости не пришли, мы должны оговорить некоторые новости и обсудить, что с этим делать дальше.

Аха! Вот откуда это у него! У них в семье принято ничего не утаивать друг от друга? Арис многозначительно глянул на меня.

— Что за новости, отец?

— Хм… Сынок, час назад до нас дошел один слух, который касается тебя.

— Вот как? И что же это за слух, который касается меня? — улыбнулся Арис — Можно я догадаюсь?

— Попробуй — кивнул отец.

— Это касается Мены и меня?

— Да. — подтвердил Гранд, буравя сына взглядом — Это правда, что она носит твоего ребенка?

Мне показалось, что в их голосах и глазах было столько надежды, что у них скоро появится внук или внучка, и мне стало жаль, что это не так.

— Дарина, — обратилась ко мне Веда — тебе наверное не приятно слушать это, но, прости, мы родители и должны задать этот вопрос Арису. Мужчина всегда должен отвечать за свои поступки. Тем более, наш сын. А откладывать такие разговоры ни в коем случае нельзя, как ты сама понимаешь. Все нужно решать вовремя.

Отставила чашку с чаем, улыбнулась и встала:

— Извините, у меня разболелась голова и я хотела бы вернуться к себе. — сказала стандартную фразу, принятую этикетом, как предлог немедленно уйти без лишних вопросов.

Шагнула к двери и уткнулась в грудь Ариса. Подняла голову и с улыбкой глянула ему в глаза.

— Не провожай меня. Дорогу я знаю.

Он взял меня за руку, обошел вокруг, присел на подлокотник кресла, притянул к себе поближе.

— Значит, как разбираться с Меной и ее матерью, так ты первая, а тут ты лишняя. — не обращая внимания на родителей и усевшись к ним спиной, упрекнул он меня — Как это прикажешь понимать, любимая?

Гранд и Веда переглянулись. Веда хотела что-то сказать, но муж остановил ее жестом. Я зарделась.

— Арис, не надо так говорить при родителях, — тихонько шепнула, покраснев еще больше.

— Да? — спокойно переспросил он — Не надо при родителях говорить тебе, что я тебя люблю и что ты моя любимая? Да? Может быть не надо говорить, что сегодня, когда мы с тобой проснулись в одной постели, — оглянулся на отца и мать, утвердительно кивнул — я сказал тебе, что люблю тебя и не могу без тебя жить и предложил тебе стать моей женой перед богами и людьми по всем законам?

— Мы были одеты… — тихо напомнила ему.

— Это не важно, моя дорогая — серьезно сказал Арис — важно, что мы спали вместе, в одной постели и нам обоим это понравилось.

Он встал, повернулся лицом к родителям, обняв меня за плечо:

— Мама, папа, я хочу вам представить свою будущую жену. Она, правда, еще не дала мне своего согласия, но я сам просил ее не торопиться с ответом. Поэтому не могу сообщить вам о дне нашей свадьбы. Дорогая моя, вернись, пожалуйста в свое кресло и сядь рядом со мной.

Он безоговорочно усадил меня назад, сел рядом в соседнее кресло и взял мою руку в свою.

Родители улыбались, переглядывались и молчали. Гранд держал жену за руку, как и Арис меня.

— Так что там с Меной? Откуда вы узнали о ее ребенке? — спросил Арис.

— Ах, да — опомнился отец — С этой новостью к нам пришла час назад Медея и рассказала, что Мена беременна от тебя — сказал Гранд.

— Ей призналась Мена две недели назад, как она сказала. Но она не знала как к нам с этим подойти. И решилась только сегодня — добавила Веда.

— Что скажешь сын? — откинулся на спинке кресла отец.

Арис расцвел счастливой улыбкой:

— Дорогие мои родители, папа и мама! Мы только что рассстались с Меной. — и он подробно пересказал им все, что услышал в моих апартаментах полчаса назад, к чему мы пришли в своих рассуждениях, и добавил — Печать на ее челе видна каждому и, как вы сами знаете, мои дорогие, не исчезнет, пока она не исполнит Клятву.

— Это меняет дело. Я рад за тебя, сынок! И буду надеяться, что мы все-таки успеем дождаться согласия нашей дорогой Дарины — улыбнулся Гранд — А то я уже чуть не испугался. Ну, думаю, угораздило же сына!

— Я тоже рада, сынок! Я рада, что ты все-таки решился на это. Я тоже буду ждать, милая Дарина, твоего согласия. — она глянула на меня и опустила на мгновение глаза, и тут же перевела тему разговора — Я тоже испугалась, сынок, что ты связался с Меной. Пока ты учился в разных Мирах и заскакивал домой только повидаться с нами и несся дальше по делам, она не сидела у окошка с платочком для слез. Я не хочу уподабливаться сплетницам, но Мена брала от жизни все, что хотела. И кто же отец ребенка, она открыла вам? — подалась вперед Веда.

Мне не понравилось как она сказала и еще больше не понравилось что она сказала. И в отношении меня, и в отношении Мены. Но я не подала виду, оставив заметку в памяти, чтобы понаблюдать за ней повнимательнее, а уж потом решать, как себя вести.

— Да, конечно. Она назвала его в Клятве. — улыбнулся довольный Арис — Это Иридис Мэрдис. Так что я ни к ребеку, ни к самой Мене никакого отношения не имею. Да и экзамены у меня были тогда, когда у нее это случилось, а потом я ушел в Мир людей. — он обвел глазами родителей и глянул на меня — И вообще, я такого сегодня наслушался про себя, что сам был поражен не меньше чем вы, мои дорогие. Особенно досталось Дарине. Но она выдержала все с таким достоинством, что я, если честно, был сражен наповал.

Я молчала, в полуха слушала Ариса, дежурно улыбалась и думала о Веде. Неужели она ревнует своего сына ко мне? Если это так, то это больше, чем плохо. И я должна тысячу раз подумать, прежде чем отвечать ему, хотя несколько минут назад мне показалось, что мое замужество вопрос решенный. Но теперь я крепко задумалась о возможности такого супружества. На моих глазах распалось множество молодых семей из-за ревности матерей. Особенно если мать ревновала своего сына к невестке. А уж испортить жизнь, так вообще раз плюнуть.

Самое верное решение с моей стороны, это дать матери возможность образумить сына, пока не поздно или изменить свое мнение на этот счет. А это требует времени. А времени у меня, хоть отбавляй. Я никуда не тороплюсь. Мне повезло, что Арис сказал о своем предложении при мне и я смогла увидеть реакцию родителей. Отец искренне рад, а мать…

Эх… ну и как в таком случае быть откровенной? Рассказать ему о своих мыслях и наблюдениях? Ни в коем случае нельзя. Он станет перед выбором мать или я. И ни один вариант меня не устраивает. Потому что, если он выберет меня, он вызовет в ней еще большую ревность. А, как говорила Мена, Ашеры всегда добиваются своего. А Ашерская женщина тем более. Поэтому, пока она не решит иначе, наша свадьба откладывается на неопределенный срок.

С другой стороны, я не хочу терять Ариса из-за его матери, а он со временем, пока я буду ждать ее ответного шага на поступок сына, может решить, что я к нему холодна и сам оставит меня. Так и пройдет испытание временем его чувство, но так можно потерять свое счастье.

В общем и так клин, и так погано.

Прислушалась к Арису:

— И знаете, что она мне ответила вместо «Да», когда поняла о чем я говорю?! — Арис выдержал эффектную паузу.

Мать сверкнула глазами, прикрыла рот рукой, замотала головой: «не можеть быть!». Отец недоверчиво покачал головой:

— Не моожеет быыть!!!..

— Да, мама! Да, папа! Я обречен и теперь я просто обязан на ней жениться! Она сказала…

— «Ты с ума сошел!» — хором воскликнули все трое и засмеялись.

— Я тебя поздравляю, сын! И тебя Дарина! Вы будете счастливой парой! — искренне порадовался отец и пожал Арису руку…

— Я тоже поздравляю вас обоих и счастлива, что все так сложилось! — вскочила с кресла Веда, поцеловала сына и села на место.

На меня она не глянула, боясь выдать себя и свои чувства.

Значит, не все все-таки расказывается друг другу и в этой семье. Я намотала это на ус.

Отец с матерью переглянулись и Гранд сказал за обоих:

— Мы с матерью уже приняли тебя, Дарина, как дочь, с того момента, как увидели ваш Танец Любви. Так что, моя дорогая девочка, принимай новых родителей такими, какие они есть.

— Спасибо — тихо ответила, опустив взгляд вниз.

А что я могла еще сказать? Не шлепать же языком что думаю на самом деле.

* * *

Открылись двери, слуги засуетились, сервируя стол на шесть персон.

Веда пошла переговорить с появившимся в дверях мажордомом. Мужчины отошли в оружейную. Я подошла к окну.

Опять падал снег. Крупные хлопья медленно кружили в воздухе, опускались на сугробы, подмигивали последний раз, устраиваясь поудобнее и тут же сливались с собратьями. Полная луна улыбалась грустно, поглядывая на свои снежные владения. Близкий лес прятал белую глубину в темной дымке. Одинокие звезды подмигивали друг другу, постепенно собираясь в хоровод.

— Ты рада, дорогая, что получила предложение моего сына? — раздался тихий голос Веды за моим плечом.

Я обернулась, глянула ей в глаза.

К сожалению, я не ошиблась. Она ревнует. И не просто ревнует, а безумно. Как же, ее кровиночка, ее единственный сыночек и вдруг попадет к этой безродной человечкской девке в руки! Разве о таком она мечтала, когда кормила его грудью, когда воспитывала его и баюкала в кроватке? Безусловно, нет. И вот на тебе, выбрал…

— Не знаю, госпожа Веда — спокойно отвелила ей — Я еще не решила.

— Вот как? — подняла она красиво изогнутые брови — Тебя не радует будущее родство с семьей королевского рода?

— Это имеет значение, госпожа Веда?

— Безусловно — презрительно улыбнулась она — Меня интересует какие же ты испытываешь чувства в связи с будущим «радостным» событием.

— Не могу ответить на Ваш вопрос, потому что сама еще не поняла своей реакции. Что еще Вас интересует, госпожа Веда? — вежливым тоном спросила и опустила глаза, чтобы не вызывать у нее агрессию.

Она обмахнулась веером, на мгновение подняла глазки вверх, сверкнула ими и загадочно улыбнулась:

— Ну, например…. был ли мой сын в постели лучше других?

Это было открытое оскорбление с ее стороны и меня, и Ариса, но реагировать на него я не собиралась. Незачем унижаться до уровня ответных оскорблений. Такая «роскошь» удел королев и высшего света. А я, простая смертная, как-нибудь обойдусь и без всех этих глупостей.

Понимающе кивнула, разочарованно глянула ей в глаза:

— Доброй ночи, мадам. У меня ужасно разболелась голова. Извините за беспокойство.

Быстро пересекла гостинную, вышла и заспешила вглубь коридора, к потайной лестнице, ведущей на террасу. Глаза бы мои их не видели, и Ариса, и его родню!

* * *

Винтовая лестница уводила меня все ниже и ниже. Было темно. Пахло сыростью и душными грибами. Вызвала бледно-голубой шарик света и пошла вниз, этаж за этажом, пока не опустилась в подземелье. В разные стороны разбегались коридоры, уводя в темноту. Мне было все равно куда идти, лишь бы оставаться одной. Усилила освещение, чтобы было видно, как днем, и пошла наобум, куда понесли ноги.

Коридор плавно опускался вниз, слегка поворачивал вправо. Я шла уже больше часа или что-то около того, пока не уперлась в тупик. Сплошная стена с затейливой вязью букв от потолка до пола. Внимательно присмотрелась, но не узнала ни одной, даже приблизительно. Дотронулась кончиками пальцев — покалывает. Ощущение, как от средней силы заклинания. Но по опыту знала, что субъективное ощущение не дает возможности судить о его сложности или древности, пока не увидишь рисунок вязи заклинания.

Решила дотронуться до одной из нитей и снова протянула руку к тексту.

Но дотронуться так и не удалось. Что-то тяжелое и огромное надвигалось сзади с быстротой молнии. Обернуться не успевала, даже ударить обычной волной силы, чтобы хоть на мгновение остановить это что-то не могла. Оно схватило меня поперек туловища и еще быстрее поволокло назад. Я болталась, как тряпичкая кулка в разные стороны и никак не могла понять что это и куда меня несет. Перед глазами мельтешило непонятно что. От скорости движения никак не могла сосредоточиться и плюнула на это дело. Донесет, тогда и буду решать что делать. И расслабленно повисла, дожидаясь конца путешествия.

Оно не заставило себя ждать. Яркая вспышка света, швырок, свободный полет…

Кто-то поймал меня и прижал к себе.

Ландыши…

В голове медленно прояснялось.

Вот черт! Опять в этой ненавистной гостинной!

Арис стоял, как вкопанный, и мертвой хваткой держал меня на руках. Я обхватила его за шею, видимо, уцепившись за первый попавшийся неподвижный предмет, который попался по руку.

— Ой… Извини… — смутилась и убрала руки.

Он поставил меня на пол, развернул к себе.

— Скажи мне, моя дорогая Дарина, где ты была? — вкрадчиво спросил.

— Гуляла — совершенно честно ответила.

— Хорошо — тихо сказал он, но было видно, что он едва сдерживается — Почему ты ушла, могу я узнать у тебя?

— Заболела голова. Я сказала об этом твоей маме, прежде, чем уйти.

— Дарина, мы договаривались…

— Тогда не задавай глупых вопросов, Арис, если не хочешь получать такие же ответы — стряхнула с себя его руки — Так было нужно. И я ушла.

— Скажи мне, пожалуйста, — спросил он снова, но уже совершенно спокойно — Что здесь произошло, когды мы с отцом вышли в оружейную?

— Это допрос? — ощетинилась, увидев, что Гранд и Веда стоят на дороге к двери и молча слушают нашу перепалку — Поставь меня!

Мгновенно оказалась на полу и тут же шагнула от него в сторону.

— Нет, Дарина — покачал головой Арис — это не допрос. Пойми меня правильно. Пожалуйста! Никто и никогда не покинул нашего дома так, как ушла ты. Для нас это позор. Это значит, что в нашем доме произошло что-то ужасное, что мы проглядели. А это и есть позор для всех нас. Нас с отцом не было несколько минут, а когда мы вернулись, ты исчезла. Мама сказала, что ты ушла, сославшись на головную боль. Я знаю, что ты могла уйти только из-за очень серьезной причины. Скажи мне, пожалуйста, эту причину. Я хочу услышать это от тебя. Пожалуйста!

Прикрыла глаза, тяжело вздохнула, покачала головой и сказала:

— Ни за что.

— Мама рассказала нам с отцом все, когда поняла, что сделала.

— Господин Арис, — смотрела ему прямо в глаза — Ваша мама здесь ни при чем. Не ищите вину и виноватых. Она и правда ни при чем. Наоборот, я ей очень благодарна. Она мне помогла ответить на некоторые вопросы, которые последнее время занимали мою голову.

— Дарина, — раздался голос Веды сзади — повтори, пожалуйста им все мои слова, которые я сказала тебе в их отсутствие. Это очень важно.

Повернулась, глянула ей в глаза совершенно равнодушно и спокойным ровным голосом сказала:

— Извините, госпожа Веда, я не помню что Вы говорили в отсутствие господина Гранда и господина Ариса. Прошло слишком много времени, чтобы я могла удержать столько информации в памяти.

Пятясь, на несколько шагов отошла от Ариса, глянула на часы. Половина восьмого. Скоро придут профессор Лерри и Лич. Мне пора покидать это высокопоставленное общество.

— Дарина, родная, послушай…

Покачала головой:

— Господа, госпожа, — глянула на них поочередно, двигаясь к двери — прошу меня простить, но я должна идти. И не надо меня задерживать. Пожалуйста!

И бросилась вон из комнаты, подобрав длинные юбки и бежала до самой спальни.

Марфы не было. Наверняка радуется жизни с очередным мужиком. Вот уж заводная баба… Я бы так не смогла.

Пока раздевалась, отдышалась от быстрого бега. Отнесла платье в гардероб, повесила на вешалку, расчесалась, заплела косу, вернулась в спальню и влезла под одеяло.

Все. Сплю.

* * *

Что это со мной, а? Неужели аж так глубоко она смогла меня оскорбить?

Она ведь права. Нечего соваться со свинным рылом в калашный ряд.

Я из простой семьи. Он из королевской. Короли с пастушками женятся только в сказках. Но не в реальной жизни. А мы живем в реальной жизни и счастливых концов тут не бывает. Выжить бы, уже счастье, как сказал Арис.

Ну и что, что была Богиней? Это им знать незачем. Да и мне надо забыть. Все равно в эту байку никогда не верила и не поверю, пока рассудок мне не изменит. Глупости все это.

Размечталась. Губья раскатала. В любовь поверила.

Дура.

Вот исполню обещанное Стэлиссе и уйду.

Миров много. Для таких, как я, везде работа найдется. Слава Богу, что силы вернулись. Теперь хоть с голоду не сдохну.

* * *

Бесшумный темный силует остановился в проеме двери.

Арис?

Тьфу, черт! Везде он мерещится. Совсем шарики за ролики зашли с этой любовью.

Дура!

Силуэт шагнул в спальню.

Гранд.

Еще этого мне не хватало.

Приподнялась на подушке.

— Чем обязана, господин Гранд? — спросила силуэт.

— Могу я подойти и присесть? — тихо спросил он.

— Господин Гранд, пожалуйста, оставьте вы все меня в покое. Я устала и хочу спать. Извините.

— Дарина, детка, я не могу уйти, пока не принесу тебе свои извинения за слова моей супруги. Она не со зла. Она просто очень любит нашего мальчика…

— Господин Гранд, я все прекрасно понимаю. И ревность матери, и ее любовь, и ее мечты, и надежды на будущее сына. Но я тут при чем, скажите на милость?

Он помолчал немного, пряча лицо в тени, потом сказал:

— Я принял тебя, детка, как дочь, и хочу, чтобы ты об этом знала. Я от всей души одобряю выбор сына. И хочу, чтобы ты это знала. Не сердись, пожалуйста.

Я судорожно вздохнула и тихо ответила:

— Не сержусь.

— Доброй ночи, детка — он шагнул ко мне, наклонился, поцеловал в лоб — Все образуется…

И исчез.

Хм… Бред или телепортировался?

Наверное бред. От усталости и нервного напряжения.

Закрыла глаза и тут же уснула.

* * *

Проснулась ранним утром, вспомнила привычную с детства зарядку, медитацию, ополоснулась под душем, оделась в брюки и свитер, и прямиком пошла к Королеве. Охранники перед дверью вызвали ночного Стража. Им был Лич Вэрдис.

— Дарина, детка, что ты здесь делаешь? — спросил он.

— Господин Вэрдис, я прошу аудиенции у Королевы, если она, конечно, не спит.

Он глянул на меня внимательно. Кивнул.

— Сейчас доложу.

Через минуту пригласил меня в покои Королевы, провел в спальню и оставил нас одних.

Королева лежала, опершись на высокие подушки.

— Доброе утро, Ваше Величество — чуть склонила голову — Позвольте справиться о Вашем самочувствии.

Глянула на нее и поняла, что Ее срок беременности подходит к концу и мне надо спешить.

— Спасибо, Дарина, креплюсь. Что тебя привело ко мне?

Сняла колечко с руки, показала ей. В руки она брать его не стала, только глянула.

— Я заметила его у тебя на пальце. О нем я только слышала, но никогда не видела. Признаюсь, я была удивлена, но решила, что ты сама мне обо всем расскажешь.

— Я благодарна Вам за это, Ваше Величество.

Королева улыбнулась:

— Меня зовут Глория. Называй меня по имени, если ты не против. Иначе мне придется величать тебя Госпожой и склоняться перед тобой, когда ты входишь. А в моем положении это было бы обременительно.

— С чего бы это? — удивилась я.

— Ты Богиня, и по закону вещей ты выше меня в иерархии власти. Ты, Дарина, вообще можешь входить к любому Королю или Королеве и требовать выполнить то, что пожелаешь, а для нас, коронованных особ, это подарок судьбы, если удастся выполнить хоть крохотную прихоть божественного существа.

— Откуда Вы знаете? — оторопела я.

— Дарина, любая королева или король, взглянув тебе в глаза, поймет, что ты Богиня. Это Дар Богов коронованным особам, облеченным властью, и обязанностями перед своими подданными. В этом и кроется тайный смысл коронации. После нее Король или Королева обретает возможность отличить Богов от всех остальных и дает право разговаривать с Богами. Этим и отличается Король от простого смертного, а не тем, что признан народом, как самый главный чиновник. Поэтому я для тебя Глория и на «ты».

Я подумала и ответила:

— Я уже с этим столкнулась и слышала от других, что я Богиня. Но, скажу честно, я в это не верю.

— А тебе и верить не надо. Главное, что такие как я это видят и знают.

— Ну, хорошо…мм…Глория. Но ведь господин Гранд тоже Король, а он этого не видит. Как это может быть?

— Он, безусловно, Король, но он находится под действием Великого Проклятия и из-за этого лишен такой возможности. Ты не хочешь, чтобы он об этом знал?

— Я не хочу, чтобы об этом вообще кто-то знал…

— Пока он под действием Проклятия, он об этом и не узнает. По крайней мере от меня.

Облегченно вздохнула. Это меня устраивало. До поросячьего визга мне не хотелось, чтобы Ашеры об этом узнали. И я не понимала почему. Просто так кричала интуиция, а ее слушать я привыкла.

— Ты хочешь что-то мне сказать в связи с этим кольцом, Дарина?

— Это кольцо Первой Королевы.

— Я знаю — кивнула Глория.

— Она отдала его мне и за это попросила восстановить Источник и освободить ее тело.

— Ого! — аж приподнялась на подушках Королева — Серьезный обмен.

— Что это значит? — не поняла ее.

— Я думаю, что об этом тебе лучше расскажет сама Стэлисса — Она не будет от тебя скрывать правду.

— А почему не можешь рассказать ты?

— Я не была свидетельницей тех событий и могу что-то переврать, а она в них непосредственно участвовала и все происходило на ее глазах.

— Хорошо. Я спрошу у нее.

— Что ты намерена делать, Дарина?

— Исполню обещание, а потом уйду. Мне нужно твое позволение видимое другим на любые действия на территории твоего Дворца и его окрестностей. Афишировать хмм… свою божественность я не собираюсь… Но иначе мне не справиться.

— Подойди — сказала она, протянув ко мне руки.

Я подошла, склонилась.

— Ближе, Дарина. Мне трудно тянуться к тебе.

Придвинулась ближе.

Она положила руки мне на голову, что-то пропела торжественным голосом, поцеловала меня в пробор на темечке.

— Это знак, что все, что ты делаешь, ты делаешь с моего позволения и благословения. Это на случай, чтобы никто не заподозрил кто ты на самом деле, если ты этого не хочешь.

Улыбнулась ей благодарно:

— Я буду рассказывать тебе все новости — пообещала ей, слегка поклонилась и направилась быстрым шагом их королевских покоев.

* * *

Закрыв за собой входную дверь, столкнулась нос к носу со Стражами. Ну, может не нос к носу, если говорить честно, а нос к груди.

Отступила в сторону.

— Доброе утро, господа Стражи — официально поздоровалась с семейной четой.

Они слегка оторопели. Гранд нашелся первым.

— Что ты здесь делаешь, Дарина? — спросил тихо.

— Гуляю — ответила, не моргнув глазом.

— В покоях Королевы? — подозрительно глянул отец Ариса.

— Господин Страж, там тоже можно гулять. Места много — ответила без тени улыбки.

— А что с Королевой? — спросил он еще подозрительнее.

— Пожелала мне доброго утра, когда увидела. Извините, мне пора.

Обошла его, но рука Веды меня остановила.

— Что-нибудь еще, госпожа Страж? — глянула ей в глаза.

— Да, — ответила она, улыбаясь — Можно тебя на два слова?

— Без проблем — отошла с ней к окну.

Мою руку она не отпускала, пока мы не дошли туда, где нас никто не мог услышать.

Она оперлась о подоконник. Теперь ее глаза были напротив моих.

Я спокойно смотрела в ее голубые, с зелеными прожилками глаза, ждала что скажет. Но особо меня это не волновало. Просто долг вежливости младшего по возрасту к старшему, общепринятый везде.

— Дарина, дорогая моя, — сказала она, а у меня непроизвольно дрогнули губы от желания скривиться, но я вовремя их остановила.

Веда это заметила и ее глаза погрустнели.

— Извини меня за вчерашнее, Дарина. Я глубоко виновата перед тобой. Ты вчера вернула жизнь моему сыну, а я так с тобой поступила. Мне искренне стыдно за себя. Прости.

— Мне не в чем Вас прощать, — спокойно ответила — уважаемая госпожа Страж. Вы вчера спросили, а я не нашлась что Вам ответить. Сегодня, я бы тоже Вам не ответила, но Вы сами затронули эту тему и я отвечу на оба вопроса.

Ее губы дрогнули, в глазах мелькнули слезы, но она смогла подавить эмоции. Я оценила это, но все же продолжила:

— Уважаемая госпожа Страж, мой ответ на Ваш первый вопрос звучит так: я не просила Вашего сына делать мне предложение и прекрасно понимаю, что он мне не пара. Поэтому не дала ему сразу ответа. Но я ему его дам, как только встречу. И если получится, то при Вас и Вашем супруге. Чтобы потом не было никаких недомолвок или пересудов. Скажу Вам сразу, уважаемая Веда, чтобы Вы не угадывали в своей душе каким он будет. Можете быть уверены. Он будет отрицательным. Так что можете спать спокойно. Вакантное место для очереди на вакантную должность супруги Вашего сына осталось свободным. Я на него не претендую.

Она, казалось, не дышала. По щекам катились крупные слезы унижения, но она их не замечала.

— Уважаемая госпожа Страж, — продолжила я, вдруг почувствовав себя Богиней — ответ на второй Ваш вопрос звучит иначе. Более ближе к такому плебсу, как я. Вы ошиблись, уважаемая госпожа Страж, я не шлюха. С Вашим сыном я не занималась сексом, поэтому не могу ничего Вам сказать о его сексуальных возможностях и способностях, которые Вас так заботят. Так что и беременности с моей стороны Вы можете не опасаться. К сожалению, а может и к счастью, у меня нет богатого сексуального опыта и поэтому я не имею возможности сравнить Вашего сына ни с кем другим и не могу красочным рассказом удовлетворить Ваше королевское любопытство.

Она стояла вся пунцовая. Плечи опущены, голова склонилась. Слезы капали частыми каплями ей на брюки.

— Теперь, уважаемая госпожа Страж, позвольте мне идти, если у Вас нет ко мне больше подобных вопросов. А когда я освобожусь, я поставлю Вам бутылку самого вкусного вина за то, что Вы открыли мне глаза на реальное положение вещей.

Она порывисто схватила меня за плечо.

— Дарина, прости… Умоляю, не делай этого… Он не переживет твой отказ… Я… я только вчера, когда ты ушла, поняла это… Дарина, девочка моя, я глупая напыщенная избалованная баба, ослепленная своей любвью к единственному ребенку. Я только вчера поняла КАК он тебя любит! Ты себе не представляешь, что я испытала…

Мне было жаль ее, но в моем сердце ничто не дрогнуло. В душе отвечала только обида… Оказывается, зацепила она меня сильно.

— Простите, мадам… Пардон, уважаемая госпожа Страж, но я Вам ничего не могу обещать. Решение я приняла и изменять его не собираюсь. Я на Вас не сержусь. Сердилась я вчера. Сегодня прошло. Вы должны знать еще одно. Я с самого начала не верила в счастливый конец нашей любви по одной причине. Магини-воины не имеют мужей. Это слишком опасно для обоих. Понимайте, как хотите. Всего доброго Вам и Вашей семье. Имею честь откланяться.

Повернулась и ушла. Не оглядываясь. Хотя спиной чувствовала острые взгляды двух пар Ашерских глаз.

Все. Эпопея любовей закончилась. Мое сердце теперь оковано чем-то похлеще металлической решетки и висит на нем АААгромный кованый замок. Иначе бы я с ними так никогда не позволила себе разговаривать. Финита-ля-комедия, господа Ашеры.

* * *

Спустилась ниже этажом, прошла в свои апартаменты. В гардеробе отыскала любимый кинжал, прицепила его к предплечью. Несколько раз попробовала выхватывать из ножен, пока не поймала телом привычный ритм. Давно ведь не брала его в руки. Накинула еще одну теплую безрукавку, чтобы не простыть в сырости подземелья. Проверила подошву сапог. Скользская. Пришлось поискать другие, переобуться. Еще не хватало поскользнуться в самый ненужный момент. Порылась в шкатулке с драгоценностями, нашла тяжелое металлическое ожерелье, расчесала волосы, вплела в нижнюю треть косы металл, закрепила цепочкой и поняла, что оттягиваю время, боюсь идти к стене с письменами. Упрямо тряхнула головой, вышла и плотно прикрыла за собой дверь. Быстрым шагом пошла в сторону террасы.

— Дарина!!!

Черт возьми! Арис, ну мог бы еще поспать, а?! Хотя бы пока уйду…

Повернулась к нему лицом, растянула губы в улыбке. Он шел ко мне с радостной улыбкой и, чем ближе подходил, тем больше она меркла.

— Ты куда? — спросил он вместо «здравствуй».

— Доброго утра, Арис. Прогуливаюсь до террасы и назад.

— А кинжал зачем?

Вот же глазастый! Мог бы и не заметить! Спрятала же!

— Для безопасности. Сам знаешь какие времена.

— Могу составить компанию?

— Арис, я хочу прогуляться одна.

— Значит, могу — кивнул и пошел рядом.

— Ты давно гуляешь? — спросил он как-то напряженно.

— Давно.

— И все время здесь?

— Нет. Этажом выше тоже гуляла.

Молчание.

— Ты была у Королевы?

— Была.

— Зачем?

— Пожелать ей доброго утра.

— Лич был на месте?

— Да… Арис, не крути, говори прямо. — остановилась, глянула ему в глаза — Да, Арис. Я видела твоих родителей. Да. Я с ними разговаривала. Ты это хотел узнать?

Он кивнул, отводя глаза.

— Ты выглядишь сейчас, как нашкодивший котенок — улыбнулась — Как тогда, когда ты распутывал мне клубки ниток, а я не знала ругать тебя или смеяться, помнишь?

Он кивнул.

— Хорошо — вздохнула — Я разговаривала с твоим отцом вполне официально, как и положено разговаривать со Стражем во время работы.

— Ты серьезно? — глаза Ариса расширились от удивления.

— Серьезно — кивнула.

— А с мамой?

— А с мамой мы отошли в сторонку, и я ответила ей на ее вчерашние вопросы.

Он вопросительно глянул на меня.

— Матери я сказала, что не просила тебя о том, чтобы ты делал мне предложения, благодарна ей за вчерашние слова и дам тебе ответ при них. На второй вопрос ответила, что очень сожалею, но я не шлюха, с другими мужчинами никогда не спала. С тобой тоже. Поэтому не могу ни сравнить тебя с другими, ни успокоить ее любопытство насчет твоих сексуальных возможностей и способностей. И что можно не волноваться на этот счет неожиданной беременности. С моей стороны она этого не дождется. Я не Мена. Потом откланялась и ушла. Это все.

— Ты ей так все и сказала, как мне сейчас? — тихо спросил он.

— Да, почти слово в слово.

— А что еще?

— Что я ей должна бутылку самого вкусного вина, которую с удовольствием с ней разопью, если будет время.

Он пошел дальше рядом.

— Ты уже сказала ей свой будущие ответ?

— Да.

— Он отрицательный?

Промолчала.

— Значит, да — грустно кивнул — Вполне можно было догадаться…

Он смотрел на меня пристально, изучающе, крепко сжав губы. Желваки на челюстях бугрились, перекатывались под упругой кожей. Внезапно его взгляд изменился. Я поняла, что он принял какое-то решение.

— Пойдем. Нам нужно поговорить. Сейчас же.

Он крепко взял меня за руку, решительным шагом повел за собой.

Ну, поговорить, так поговорить. Не в коридоре же вести такие разговоры.

* * *

Ашер завел меня в свою гостинную, плотно закрыл дверь.

— Располагайся — пригласил широким жестом.

Подошел к столу, налил в два бокала сок, бросил туда по несколько кусочков льда.

Огляделась. В прошлый раз осматриваться не было времени, но заметила, что теперь ковер на полу другой.

Комната была истинно мужской. Ничего лишнего. Каждая вещь на своем месте, в строгом порядке. Прозрачные длинные белые шторы на высоких окнах с широкими подоконниками, темно-бордовые тяжелые портьеры, на чисто белых стенах развешано оружие разных Миров, времен и народов, большой обеденный стол ближе к окну, резьбенные стулья с высокими спинками и мягкими седалищами вокруг стола, мягкая мебель, обитая темно-бордовым плюшем и отдельно, у камина, полукругом вокруг низкого столика такие же четыре глубоких кресла. Светло-орехового цвета. До идеального блеска натертый пол, там, где не было ковра, идеально сочетался с мебелью.

Прошла к креслу у камина, села на краешек. Арис поставил бокал передо мной на столик, сел в кресло напротив. Прищур его глаз мне не понравился.

Долгое молчание. Я смотрела в окно, он на меня.

— Ты все решила и за меня тоже, не подумав, что у меня может быть другое мнение. — спокойный голос Ариса резал, как ножом — Ты решила побыстрее выполнить свое обещание Первой Королеве, быстренько отказать мне и удрать из этого Мира. Если бы не это обещание, тебя бы уже здесь не было. Я не прав?

— Не совсем.

— В чем я ошибся?

— Сначала я поговорила бы с тобой — глянула ему в глаза.

— Но сначала ты поговорила с моими родителями таким образом, чтобы не оставлять себе шанса на другой ответ.

— Да. Но это не специально. Мы столкнулись в коридоре случайно.

— Скажи мне честно, Дарина, ты любишь меня?

— Да, Арис.

— Посмотри мне, пожалуйста в глаза и скажи.

Посмотрела и твердо повторила:

— Да, Арис, я тебя люблю.

Он изучающе смотрел мне в глаза. Долго. Я тоже не отводила взгляда.

— Тогда какая же причина отказа? — так же спокойно задал вопрос.

— Арис, причин несколько.

— Я бы хотел их знать.

— Хорошо, — согласно кивнула — я тебе их назову. Первая и главная это твоя мама. Она права. Ты мне не пара. Ты из королевского рода, а я простая «пастушка». По опыту своих наблюдений я знаю, что ни одна супружеская пара не прожила счастливой семейной жизни, если мать кого-то из супругов изначально была против такого супружества. Ты Ашер, у которого биологический век по человеческим меркам равен тысячелетиям, а мой двум годам твой жизни. Не успеем мы пожениться, как я стану отвратительной старухой, имеющей молодого красивого мужа, который на моих глазах мучается от допущенной в порыве сиюминутных эмоций ошибки и не может отказаться от данного однажды слова, пока благоверная старушка не отойдет в Мир иной. Ведь из того, что описано в ваших Хрониках понятия «развод» в Мире Ашеров не существует. А жалкой я быть не смогу и не хочу… Вторая причина та, что магини-воины не могут брать на себя ответственность за создание семьи, зная, что в любой момент могут погибнуть. Ведь оставлять детей без матери, а мужа без жены, заведомо зная об этом, бесчеловечно по любым меркам. А зная свою удачу на неприятности, я не могу позволить себе допустить подобное. Эти причины, Арис, не позволяют мне согласиться стать твоей женой.

Арис резко встал, покружил по гостинной, остановился у окна.

— Да, ты права. Причины веские. — согласился он и вернулся в кресло — Я примерно так и думал после вчерашнего инцидента и был уверен, что твой уход был не просто вспышкой обиды на глупую выходку моей матери. Ей пришлось рассказать о вашем разговоре, когда мы с отцом решили выяснить причину твоего ухода у нее. Я попросил отца сходить успокоить тебя, а сам решил проверить свои догадки.

— Так это был не бред усталости и он действительно был в моей спальне?

— Да, он был там и говорил с тобой. Вернулся, когда ты заснула.

— Он исчез сразу же, как только поцеловал меня в лоб.

— Ашеры могут быть невидимыми — улыбнулся Арис и продолжил серьезно — Чтобы получить доказательства своих подозрений и развеять твои сомнения, мне не хватало только одного подтверждения и я вчера отправился за ним. Вернулся только под утро, встретился с родителями, принял душ и сразу пошел к тебе, боясь, что ты сделаешь что-то непоправимое.

— Поэтому мы и встретились в коридоре… — догадалась с опозданием — Ты узнал то, что хотел?

Арис пересел в соседнее кресло, взял меня за руку, глянул в глаза:

— Моя дорогая, любимая девочка, неужели ты думаешь, что я, взрослый Ашер, не буду бороться за свое счастье? Эту ночь, счастье мое, я провел с женщиной… — я непроизвольно вздрогнула, а Арис расцвел улыбкой — Я рад, что ты ревнива. Я не менее ревнив, если не сказать, что безумно ревнив. Но это хорошо. Значит, у нас не будет поводов, чтобы вызывать друг у друга это чувство.

Он поцеловал мои пальцы и продолжил:

— Я был у Мелины. Она все мне рассказала и поделилась древними полотнами, которые хранила столько веков. Сейчас их оправляют в рамы и скоро принесут.

— И что же тебе рассказала Мелина? — прищурилась теперь — Опять несла чушь про древнюю Богиню Дарину? Она и мне пыталась внушить свои мысли. Арис, это не серьезно верить в такие сказки, ты же прекрасно это понимаешь.

— Хорошо, моя дорогая, согласен с тобой, это не серьезно. Скажи, а серьезно верить в сказку, что недавняя выпускница Высшей Академии, рядовая магиня-воин средне статического уровня ни с того ни с сего вдруг получает Сферу, это средоточие чистой Силы, которую искали несколько веков самые мощные маги всех Миров, та ее признает и наполняет собой, изменяет до нужного уровня и толкает к Алтарю. А эта средне статическая магиня без особых убытков для себя носит в себе Сферу несколько месяцев, а потом с легкостью жонглера восстанавливает Священный для всех Миров Алтарь, который питает все существующие Источники Силы и их Ключи, да еще и попутно подчиняет своей воле остальные одиннадцать Сфер. А вытаскивая умершего возлюбленного, прямо скажем, с Того Света, манипулирует энергиями чистой силы так, будто они часть ее самой и она может сделать с ними все, что ей заблагорассудится. В эту сказку можно поверить, скажи мне пожалуйста, моя дорогая? Ты бы поверила, если бы кто-то тебе рассказал о такой вот средне-статической магине? Может я чего-то не понимаю?

Я забрала свою руку, поджала ноги под себя, недовольно уставилась в огонь.

— Что молчишь? — нахально разулыбался Ашер — Тебе нечего сказать?

— Арис…

— Да, любимая, я очень внимательно тебя слушаю — продолжал улыбаться он, озорно поблескивая глазами.

— Я бы не поверила, если бы подобное услышала о ком-то из своих сокурсников. Это понятно. Но это правда. Понимаешь, — теперь я схватила его руку, как утопающий за соломинку — Я не могу поверить Мелине. Я простая девчонка, из самой обычной семьи потомственных магов и исцелителей, росла как все дети, училась в школах двух Миров, прогуливала уроки, много тренировалась, с самого детства работала. Ну, какая из меня Богиня? Это же чушь собачья! Я в это не могу поверить и не поверю, Арис! И вообще, это чушь прикрытая мраком.

Улыбка Ариса изменилась, стала успокаивающей, всепонимающей, доброй.

— Поверишь, моя дорогая, поверишь. Со временем. Когда ты заметишь, что не можешь постареть. Остальные твои причины на фоне этого доказательства потеряют свой смысл. Скажи мне, любовь моя, я развеял твои сомнения?

— Ннне совсем — промямлила тихо.

— Что еще тебя волнует?

— Ты сам знаешь.

— Нет. Скажи.

— Твоя мама.

Арис улыбнулся.

— Она в глубоком нокауте. Утром я ее добил своим рассказом и твоими портретами из прошлого воплощения в физическом теле…

— Это так важно для нее, кто я?

— Дарина, она настоящая Леди. У нее в крови столько королевской крови, что меня можно считать чистокровным королем — засмеялся он — Для нее было серьезным ударом твое вчерашнее поведение, когда ты повела себя более достойно, чем она, родовитая аристократка. А сегодня, я внес свой вклад в изменение ее самомнения и недооценки простой «пастушки», а ты размазала ее окончательно.

— Она плакала, когда я ей все это говорила, — вспомнила я.

— Плакала?! Она?! — неожиданно вскричал Арис и замотал головой — Не может быть… Значит, она в полном отчаянии. Нужно будет пойти к ним и успокоить ее. Наверняка они дома. В таком состоянии она не сможет быть при Королеве, да и отец ее не оставит одну.

— Конечно, пойди — кивнула ему.

— Давай сначала закончим с твоими сомнениями, а потом решим куда идти в первую очередь.

Я пригубила сок, Арис последовал моему примеру. Он был чуть сладковатым, с приятным привкусом и запахом дикой земляники.

— Больше сомнений нет?

— Есть.

Он удивленно приподнял брови. В глаза плеснуло беспокойством:

— Какие? — напряженно спросил.

— Арис, я не хочу быть Королевой — сказала серьезно.

Он смотрел на меня недоумевающе, а потом разразился таким хохотом, что прослезился.

Мне было не смешно и я ждала, когда закончится его веселье.

Арис отдышался и сказал:

— Моя дорогая, не хочешь, не будешь. Когда придет время, откажемся от трона в пользу какого-нибудь родственника, как сделал мой отец. Мама тоже не хотела быть королевой. Вот они и решили, что будет лучше, если отец откажется от трона в пользу младшего брата, и они вместе с мамой примут просьбу Королевы из Мира змеелюдей и станут Хранителями Священного Яйца, то есть Стражами. Мы с тобой тоже найдем интересную для нас работу и удерем отсюда. Будем навещать родителей, а они нас только когда захотим или соскучимся. Ну, где ты найдешь более надежного напарника, чем настоящий Ашер, а? Так что, ты согласна?

Я взяла его слова на заметку и решила их обдумать, когда останусь сама. Арис замер. Пауза затянулась. Я подняла на него глаза, улыбнулась и почему-то сказала:

— Да…

— Слааава Бооогу! — облегченно вздохнул Арис

* * *

Арис ушел к родителям, узнать как чувствует себя мать. Звал меня, но я не была готова к такой встрече, особенно сейчас. Только попросила его пока ничего им не говорить. Как только он вышел, я не усидела на месте, отправилась бродить по Дворцу. Ноги сами несли в западное крыло, туда, где располагался Зимний Сад.

Ну вот, сказала «Да», но почему? Ведь была уверена, что скажу «Нет»! Сказала «Да», а внутри все перевернулось, будто в спину дунуло ледяным ветром. Даже волосы зашевелились на затылке Так бывает, когда внезапно чувствуешь далекую опасность, ждущую своего момента, чтобы ударить коротко, внезапно, наверняка. Испытав это чувство один раз, не забудешь никогда и ни с чем не спутаешь. Я испытывала его прежде. Чем больше думала, тем сильнее на душе скребли кошки, тем острее становились их когти и больнее впивались в сердце. Понятно, что от «сказать» до «сделать» далеко и это еще не официальная помолвка. Но представить себе в мыслях даже приблизительно, что такое произойдет в реальности, не могла, хотя с воображением у меня было все в порядке. Между сегодняшним «Да» и официальностью стояла незримая, непроницаемая стена. Может только в моей душе?

Почему я сказала «Да»? Зачем? Я ведь не собиралась этого делать. По крайней мере сейчас.

Люблю ли я его по-настоящему, если подумать серьезно, отбросив мишуру мешающих в принятии такого решения эмоций? Или поддалась его обаятельности, красоте, уму, логике, красоте ухаживаний? Или давлению с его стороны? Ведь он, действительно, не отходит от меня ни на шаг с того момента, как вбежал в дом крохотным котенком постоянно находится рядом.

Откуда он узнал обо мне? Как нашел? И зачем? Ведь он, судя по его уму и великосветскому воспитанию в вечных интригах, этикетах и прочих прелестях жизни элиты, не должен совершать опрометчивых поступков. Такие, как он, сто раз подумают, прежде чем что-то сделать. Да и коронованный отец бы не позволил допустить такой опрометчивый шаг. А Гранд даже наоборот руками и ногами за выбор сына. Странно…

Он в десять раз старше по человеческому летоисчислению, всесторонне образован, умен, необычайно силен, знатен, богат, красив, идеально воспитан, галантен. В общем первый парень в своем Мире. Наверняка вдоволь попутешествовал по Мирам. Красавицы и умницы почли бы за честь и отдали бы душу за один взгляд такого орла и героя. Почему я, а не другая?

Что на самом деле происходит? Что я знаю о нем и его семье? То, что родители Стражи Королевы и красиво танцуют? А мать безумно ревнивая и спесивая аристократка? Что папаша Глава королевского Дома Ашеров, отказался от трона и ради собственной прихоти и жажды приключений уступил трон брату и пришел сюда, в этот Мир и сотни лет живет под боком Королевы просто так? Из великой любви к змеелюдям, что ли? Или, что он вынужден жить здесь, как обмолвилась Глория, из-за Великого Проклятия, которое мешает ему разглядеть во мне Богиню?!

Почему он скрывает, что его отец коронованный Король, а вместо него в их Мире правит наместник? Что он скрывает и зачем ему я?

Нет. Что-то здесь не то. Надо подумать.

А вот подумать он мне не дает. То есть не давал ни минуты времени, чтобы подумать, заполнил каждый мой день и каждую минуту жизни собой. С избытком. Сюси-пуси-трулюлю…

Выйти замуж не напасть, абы замужем не пропасть — говорила бабуля. И быда права.

Блин!

Что я вообще знаю о его Мире?

Н-и-ч-е-г-о!

Что я знаю о нем самом, кроме того, что уже перечислила?

Н-и-ч-е-г-о!

Чем он живет? Что чувствует? Как думает? Какие у него планы? Какие интересы? Какие обязанности? Что ему нравится, а что нет?

Ах, вот! Какие у него обязанности при этом дворе? На лоботряса он не похож. Сразу видно, что привык трудиться не покладая головы, как говорится.

Нет. Что-то тут явно не то.

Если касаться отношения ко мне, то кем и в какой роли он видит меня рядом с собой? Дармоедкой на шее богатого мужа? Или постоянная дама для выходов в свет, любовных утех и танцев? Чушь собачья… Не тот это человек, пардон Ашер, чтобы звать замуж безродную другой расы, когда своих прелестниц полно, к тому же родовитых и достойных партий из собственного Мира.

Мне нужен был совет кого-то более опытного, а такого кого-нибудь в окружении не было.

* * *

Шла по коридорам, лестницам, проходам, анфиладам комнат, не думая куда иду. Шла, куда ноги несли, пока не поднялась по крутой винтовой лесенке в маленькую башню с окошками по кругу и удобной скамейкой под ними.

— Ну и что мне теперь делать, а? — неожиданно для себя заговорила вслух — Как мне в одиночку разобраться со всем этим, а? Что же за всем этим кроется-то, а?

— Используй свою силу Богини — послышался мелодичный голос.

— Стэлисса? Королева Стэлисса? — обрадовалась ей и закрутила головой.

— Да, это я. Здесь очень светло, Дарина, поэтому ты не видишь меня обычным зрением.

— А, ну да.

Перешла на эфирное зрение, огляделась. Прекрасная и вечно молодая Королева сидела напротив, на лавке, внимательно смотрела на меня.

— Добрый день, Ваше Величество!

— Зови меня Стэлиссой.

— Да неудобно как-то…

— Это я должна перед тобой склоняться и называть Госпожой повторила она слова Глории — Но я все же осмеливаюсь называть тебя просто по имени…

Я усмехнулась:

— Хорошо. Ты тоже считаешь меня Богиней?

— Тебя все ею считают, Дарина, кроме тебя самой.

— Хм… очень мило… Почему тогда я не помню, кто я и совсем не чувствую себя Богиней? Кто-то лишил меня памяти?

— Ты сама. Ты сама захотела стать просто человеком. Но взяв себе человеческое тело ты не перестала быть собой. Ты отказалась от памяти прошлого, чтобы иметь будущее. Но ты Богиня, Дарина! В этом можешь не сомневаться.

— Ну, хорошо, Стэлисса. Тогда скажи мне, зачем ты дала мне кольцо Уробороса?

— Твое тело уязвимо, Дарина. Оно человеческое, нежное и деликатное, а дураков, как и умных, в этом Дворце хватает. Это кольцо не кольцо Уробороса, Дарина. Это нечто иное… — Стэлисса на мгновение задумалась и добавила — Тебе нужна помощь, Дарина. Я пришла, чтобы тебе ее оказать.

— Да, ты права. Я запуталась.

— Давай я расскажу тебе о Короле Ашеров Лювирисе, прадеде Гранда, отца Ариса, и кольце. Тогда часть правды для тебя откроется и обязательно пригодится.

— Расскажи…

— Король Ашеров Лювирис начал править своим Миром задолго до моего рождения, а закончил, когда я уже была на свете. Хроники Ашеров говорят, что он был убит древним Магом за подлость, ложь и спесь. На самом деле было иначе, и я должна рассказать тебе об этом, коль отдала тебе кольцо, как его правовитой Хозяйке.

Удивленно глянула на нее, потом опустила глаза на кольцо. Змейка подняла головку и, казалось, внимателльно слушала.

— Король унизил Мага — продолжила Королева — во время большого приема при представителях иных Миров. Среди них была та, которую любил Маг всем сердцем и душой. Это была дочь Короля Лювириса Луиса. Она не особо любила Мага, но они должны были вскоре пожениться. Король обещал Магу отдать ему в жены дочь, если Маг выполнит для него одну очень важную работу. Но в планы Короля Ашеров не входило родниться с безродным, хоть и самым сильным в те времена, Магом и он получив желаемое, высмеял его, а потом приказал выгнать из Мира, и навсегда запретил появляться на своей территории. Маг покорно ушел, но потом долго ждал удобного момента для мести. И дождался. Король Ашеров приехал на мою коронацию. И навсегда остался здесь. Маг превратил его вот в это кольцо и отдал его мне на хранение. Он сказал, что это кольцо не может причинить вреда своей Хранительнице, а она должна, когда настанет момент, отдать его Хозяйке. Оно обязано хранить ее всегда и везде, особенно от лжи, козней и подлости Ашеров, равно как и змеелюдей. А кто может знать о них лучше, чем Король Лювирис?! Кольцо обязано помогать своей Хозяйке и быть в ее полном подчинении. Оно не может покидать ее палец без ее воли, но может плавать рядом в виде змейки, когда Хозяка находится в воде.

Ашеры по приказу супруги короля Лювириса Лилии устроили, как они это называют, «осеннюю охоту» на Мага. Они хотели вернуть своего Короля хотя бы для того, чтобы королевский род успокоил свои амбиции из-за своего печально наказанного предка, попавшего в подчинение к женщине из другого Мира. Но они не знали трех вещей: кто его Хранительница, кто его Хозяйка и как выглядит после мести Бореля Первый Король Ашеров Лювирис…

Охотились за Магом долго и, когда почти настигли, он пришел сюда. Тогда я была беременна третьим Яйцом. У нас произошел очень неприятный разговор и Маг решил, что это я выдала тайну кольца Ашерам. Он потребовал, чтобы я провела его к Источнику и отдала Яйцо, иначе он уничтожит весь Мир Змеелюдей. Мне пришлось подчиниться, чтобы спасти свой народ.

Мы пришли в подземелье. Он произнес слова Проклятия королевского рода Ашеров над Источником Силы нашего Мира. Проклятие заставляло каждого наследного Короля Ашеров, из прямых потомков Лювириса, служить Стражем при Королеве Змеелюдей и Хранителем Священного Яйца. Когда он закончил, обернулся ко мне и сказал: «Только тот, кто восстановит неразрушимое снимет с них Проклятие. А это под силу только Богу или Богине. Быть им проклятыми навечно, потому что Богам до них дела нет. А ты останешься здесь навечно за твой длинный язык». Он ударил меня заклинанием, забрал Яйцо, запечатал все подходы к Источнику и исчез. Одно из перекрытий упало на источник и закрыло его, придавив мое тело. Соседние Миры умирают от нехватки Силы, а наш начнет умирать вот-вот…

Лицо Стэлиссы стало грустным.

— Что значит «Хозяйка Кольца»?

— По сути вещей Лювирис был Первым Королем Мира Ашеров, то есть его отцом-основателем, а получив в свое распоряжение Кольцо Лювириса, то есть его самого в полное подчинение, другими словами рабство, ты получаешь полную и безрадельную власть над всеми Ашерами, особенно над королевской семьей, плоти от плоти, крови от крови своего предка, ну и заодно над всеми подвластными Мирами Ашеров. Это мои домыслы, Дарина. На самом деле все может быть иначе. Но Борель мне этого не открыл.

— Значит, Гранд истинный Король Ашеров находится здесь из-за Проклятия Бореля, а после него им будет Арис — высказала подтвердившуюся догадку — А он не хочет быть Стражем и изо всех сил ищет возможности снять Проклятие. Откуда-то он узнал, что это я восстановила Алтарь и для него я единственная возможность избавиться от участи отца и прошлых королей Мира Ашеров… Вот почему он так рьяно зовет меня замуж и его отец не против…

— Да. Но, если у Гранда есть брат и он вместо Гранда, как его Наместник, правит Миром Ашеров, то у Ариса нет замены. Он единственный сын Короля. И он посвятил себя тому, чтобы снять Проклятие.

— Как он узнал обо мне?

— Наверное от своего второго Учителя Архивариуса Росса. Гранд договорился с Королевой, что ее подданные выследят тебя и тут же сообщат ей где ты находишься. А она, конечно же, скажет Гранду. Арис, как только узнал где ты остановилась, сразу же телепортировался туда. Несколько месяцев он тебя изучал, искал признаки Богини, но так и не нашел. Принес он тебя сюда на всякий случай и теперь опекает, чтобы ты, не дай Бог, не выскользнула из его рук, если он найдет подтверждение тому, что ты Богиня. И делает ВСЕ, чтобы ты в него влюбилась по уши.

— Ему это удалось…

— Может быть, но это трудно понять в отношении тебя, Дарина. По крайней мере мне. Понаблюдай за ним, как Богиня, и все сама увидешь и поймешь…

— Он предложил мне выйти за него замуж…

— Я знаю. И ты сегодня согласилась.

— Да. Только потом начала думать… Хм… Значит он не любит меня…

— Любит, но еще не знает об этом.

— Зачем тогда он сделал мне предложение?

— На случай, если ты все-таки окажешься Богиней. Он сын Короля и сам будущий Король и он не имеет права думать только о себе. Это благо Мира заставляет его думать и поступать не так, как ему хочется, а как того требуют интересы его Мира. Если он выяснит, что ты все-таки Богиня, то он не отстанет от тебя, пока ты не станешь его супругой. Это невероятный престиж для любого Короля, если его жена Богиня, а дети полу-боги. Но если он не будет уверен, что ты Богиня, он найдет способ перевести свои слова на шутку. Дарина, твое сегодняшнее «Да» пока тебя ни к чему не обязывает, потому что настоящего обручения не было и в данное время не планируется ни им, ни его отцом. Ведь всем происходящим по-настоящему руководит его отец, а Арис вообще не имеет выбора. Для официального обручения он и его родители должны пригласить тебя в Мир Ашеров и там, в королеском Дворце, должен пройти Ритуал Обручения. Иначе, по их законам, все это не действительно.

— Что мне делать, Стэлисса?

— Будь собой. Не позволяй делать из себя влюбленную овцу. Ты уже полностью восстановилась, как Богиня, Дарина. Помоги мне освободиться от Проклятия и спаси мой Мир, а с ними будь осторожна и не верь словам. Не забудь каким был их предок и основатель рода.

— Хорошо, Стэллисса. Я помогу тебе. И твоему Миру. И ему помогу. Просто так…И ничего мне от него не надо…

— Ну вот, расстроилась…

— Нет. Просто грустно. И хочется плакать…

— Ну и поплачь. Только не сейчас, а когда останешься одна. В подушку. Как я это когда-то делала. Ведь ни тебе, ни мне, ни им нельзя показывать своих истинных чувств и эмоций, потому что мы ДОЛЖНЫ ДЕРЖАТЬ ЛИЦО в любой ситуации.

— Я не умею… — вздохнула грустно.

— Ты, Дарина, родилась Женщиной, а значит, ты умеешь ВСЕ. К тому же, ты Богиня. А это больше, чем просто Женщина с большой буквы.

— Стэлисса, я могу с тобой иногда говорить?

— В любое время и в любом месте Дворца, Дарина. Буду рада. А вот и твой Ашер несется. Вынюхал тебя. Не говори ему о Кольце. Ты его Хозяйка и Хозяйка всех Ашеров, но они об этом знать не должны.

— Это и овце понятно — улыбнулась Первой Королеве.

— Он уже близко, Дарина…

— Спасибо, Стэлисса. До встречи…

Королева растаяла. Я осталась одна.

Вид из окон открывался изумительный. Простор белого царства в лучах солнца.

Вызвала книгу из Библиотеки, открыла ее и сделала вид, что читаю.

* * *

«Высшая Магия Змеелюдей» гласило золотое тиснение на потертой коже. Перевернула несколько страниц и ничего нового для себя не нашла. Все это было загружено в мою память Борелем еще в Живом Замке, но я услышала мягкие шаги и уткнулась в пожелтевший пергамент.

— Ах вот ты где, моя дорогая! — сверкнули счастливые глаза Ариса — А я тебя потерял. Встретил по дороге Мену. Она просила нас быть на сегодняшнем балу. Она хочет признаться во лжи при Королеве и всем дворе и объявить имя отца ребенка.

— Хорошо, дорогой.

— Что с тобой? — почувствовал неладное Арис — Что-то случилось?

— Нет. Во сколько бал? — спокойно спросила.

— Как обычно, в восемь вечера — удивился Арис.

Отослала книгу назад в библиотеку, но так, чтобы он заметил название.

— «Высшую Магию» читаешь? — улыбнулся нежно — Зачем она тебе, любимая? Ты ведь и так Богиня. Любая магия тебе доступна без книг, нудных ритуалов и заклинаний.

Посмотрела в окно. Не могла заставить себя посмотреть ему в глаза. Мне нужно было время, чтобы полученная информация улеглась в голове, а эмоции перестали бурлить. Одно решила сразу — он не должен получить доказательства того, кто на самом деле. Он вообще не должен ничего получить. А мне придется принять эту горькую для меня правду. И придется и дальше играть «влюбленную овцу»… Вот только смогу ли играть долго? Эх… с моим-то характером…

— Я не Богиня, Арис. Ты ошибся.

— Но ты же восстановила Алтарь. Это доказательство того, что это правда.

— Нет. Это сделал Борель, но моими руками.

— А Сфера? Ты же была ее Хранительницей столько месяцев! Ни одно существо не выдержало бы этого. Болько Богам это подвластно.

— Это тоже была магия Бореля, Арис. Он совершил надо мной ритуал Поглощения. — не моргнув глазом врала я — Поэтому так получилось. Так что ты ошибся, мой дорогой. Я не Богиня Дарина. Я просто волей случая похожая на нее магиня среднего уровня. Остальное дело рук Бореля, который вполне в состоянии выставить меня Богиней, чтобы отвести глаза тому, кому считает нужным. Я обдумала твои доказательства. Они не сходятся с правдой. Это все хитроумный Великий Маг Борель, самый сильный Маг всех времен и народов. А я попала в ловушку для дураков, как любая не опытная, но одаренная магической силой выпускница Высшей Академии. Я сижу здесь давно Арис. И успела просмотреть некоторые книги. Они мне доказали, что я жертва ловушки.

Арис смотрел на меня очень внимательно, очень изучающе, очень напряженно и его мозг, видимо, работал на полных оборотах. Он не верил в то, что я Богиня и не верил в обратное. Тоже потерялся, бедняга…

— Арис, проводи меня домой, пожалуйста. У меня разболелась голова от всех этих мыслей и волнений, и я хочу прилечь.

— Да, конечно, пойдем — галантно подал руку.

Помог спуститься вниз по крутой лесенке и повел короткой дорогой назад, поддерживая под локоть.

— Ты сказал родителям, что я согласна?

— Они сами догадались по моему счастливому виду — светился улыбкой Арис — И мне пришлось признаться. Моего же отца не проведешь. Он всю жизнь при дворе и всю жизнь знает меня. Я для него, как открытая книга. А почему ты спрашиваешь?

— Стало интересно, выполнил ты мою просьбу или нет. — улыбнулась, глядя вперед.

— Прости, счастье мое, но так получилось.

Спокойно кивнула.

— Бывает…

Он изучающе на меня посмотрел. Я сделала вид, что не увидела взгляда.

* * *

Мы вошли в гостинную и я сразу направилась в гардероб.

Арис, по обыкновению, уселся в кресло у камина, потягивал сок. Он почувствовал мое эмоциональное состояние и без труда уловил, что со мной что-то не то. Но что именно, понять не мог. И, наверняка, теперь пытался сравнить и проанализировать мою обычную эмоциональную гамму, видимую в ауре и так хорошо изученную им, с этой, чтобы понять что же такое могло со мной случиться.

Переоделась в спортивеый костюм, шерстяные носки, выловила из воздуха книгу и отправилась в постель. Он проводил меня взглядом, но ничего не сказал.

Прикрылась пледом, открыла книгу на третьей странице и закрыла глаза. В голове все еще звучал голос Стэлиссы, рассказывающей историю Ашеров, о значении и силе Кольца, о моей власти над ним.

Арис подошел, увидел, что я сплю, забрал книгу, глянул в текст, потом на обложку, закрыл и отложил. Сел рядом со мной на постели, поджав под себя ногу и долго, внимательно изучал мое лицо.

Я наблюдала за ним из Эфира, стараясь ничем не выдать себя.

Его лицо оставалось серьезным, когда какая-то мысль мелькнула в голове и он горько усмехнулся. Глаза стали сожалеющими, как бывает, когда смотрят на умирающего. Смотрел долго, пока лицо не стало жестким, чужим, властным. От его лба к моему телу потянулись тоненькие ниточки энергии и, прежде чем погрузиться в него, сплетались в затейливый рисунок привораживающего и подчиняющего заклинаний. Повторил ритуал Магии Чар Любви, как и положено, трижды, удовлетворенно кивнул, гибко встал и пошел к двери. Там еще раз обернулся, победно усмехнулся и ушел к себе.

Я разделила сознание и последовала за ним.

* * *

В его гостинной в кресле у камина сидел Гранд, попивая коктейль из высокого стакана. Веселый зонтик и кусочек апельсина, для красоты присыпанный захаром, лежали на блюдце. Арис сел напротив отца, облокотился локтями на колени. Отец вопросительно взглянул на сына.

— Что-то произошло, отец. Что-то случилось с ней за эти два часа, что меня не было рядом.

— Рассказывай — потребовал Король.

— Она категорически отрицает, что она Богиня.

— Чем мотивирует?

— Говорит, что это все козни Бореля, его магия и что это Борель восстановил Алтарь, а не она. Что она была только орудием в его руках. Но ведь Росс четко сказал, что это под силу только Богине. Не Богу, а именно Богине, потому что женское начало само по себе соединяющее, а мужское разрушающее. Разрушил Алтарь мужчина, а восстановить может только женщина, которая сильнее мужчины. Но мы с тобой знаем, что сильнее Бореля только Боги… И когда меня догнала у самой Черты, от нее исходил слепящий серебристый свет. Она просто подавила меня и я готов был идти за ней куда угодно и подчиняться любому ее желанию немедленно и безоговорочно. Такой проникающей красоты и силы Любви я еще никогда не чувствовал и не видел, отец, и наверное не увижу. Она наполнила меня таким Счастьем, что передать словпами я просто не в состоянии…

— Хмм… А о чем вы еще говорили?

— Спросила, рассказал ли я вам о ее согласии. Я сказал, что тебя не провести и ты сам понял, а мне пришлось признаться.

— И что она ответила?

— В том-то и дело, что ничего. Она не повела себя так, как мы расчитывали. Она не спрашивала ни о вашей реакции, ни о том, что дальше, как это сделала бы любая женщина, даже Богиня. Это не в ее характере. Она обязана была спросить!

— Да. Странно… — утвердительно кивнул головой Гранд — А глаза? Взгляд изменился?

— Да. Такого глубокого взгляда я у нее никогда прежде не видел.

— Опиши.

— Будто смотрит на тебя откуда-то из далекой глубины сама Мудрость.

— Не любовь?

— Нет. Любви в ее взгляде нет.

— Подновил заклинания?

— Да, немного. Остальное доделаю во время танца. Я надеюсь мама не передумала идти на бал и танцевать с тобой?

— У нее нет выбора. Своей дуростью она едва не испортила нам все дело. Спесивая аристократка, черт побери! Думал убью ее за ее длинный язык. Ревность в ней взыграла, видите ли… Дура… — хлопнул в сердцах ладонью по столу.

— Но любимая и красивая.

— Это да. Ну, да ладно. Слушай, сынок, Дарину надо показать Россу. Тогда он точно скажет Богиня она или нет. Если это не она, нужно будет от нее избавляться и искать настоящую Богиню, воплощенную в женское тело.

— И желательно молодую? — рассмеялся Арис — Нет, пап, я уже спрашивал Архивариусов. Все в один голос говорят, что по всем Мирам воплощенная только одна.

— А что говорят о Книге Судеб?

— Да, кстати! Это очень неожиданно и странно! Росс и Вард говорят, что моя смерть была неминуема и она вписана в мою Книгу Судьбы, и она осталась записана там, и я уже должен быть за Чертой. Но я почему-то жив, а почему, там не написано. Там после этой смерти вообще ничего нет. Пустой лист, которого раньше не было… Мда… не было…. - задумался Арис.

— Что в этом странного?

— Гм… Видишь ли, отец, из того, что мне удалось узнать насчет Книги Судеб, то там записано все, абсолютно все, до самых мелких мелочей. Когда человек стоит перед выбором и принимает решение, то судьба изменяется, а с нею изменяется и запись. А когда умирает, то после точки свободное пространство заканчивается и остается только та часть листа, где последняя запись заканчивается точкой. После точки нет ни листа, ни свободного пространства… А Архивариусы утверждают, что ДО смерти этого листа не было, а ПОСЛЕ он появился, но абсолютно чист и увеличивается в размере….

— Да… Странно… Наверное мне нужно позаботиться еще об одном наследнике — задумчиво сказал Гранд — Твоя мать уже ни на что не годна, придется взять временную супругу, чтобы она родила мне еще одного сына.

— Инессу? — улыбнулся Арис — Она лучшая кандидатка в жены Королю.

— Инесса твоя законная невеста с самого рождения. И она всю жизнь готовится стать твоей женой.

— Я не хочу ее — скривился Арис — Бери ее себе.

— А кого ты хочешь? Дарину? А если она не Богиня? Ты представляешь тот скандал, который разразится в Мирах, когда узнают, что ты взял черт знает кого! Позора не оберешься! Даже не думай. Я все больше склоняюсь к тому, что мы ошиблись, что воплощенная Богиня живет где-то в Мире Людей и понятия о нас не имеет. Ты на нее сам посмотри! Ну, какая из нее королева? Она же овца! А овец только режут и к королевскому столу подают, а не женятся. У королевы должен быть железный характер, крепкие нервы и мудрое сердце. Уж не говорю об уме и интеллекте. А эта твоя Дарина, если, конечно она не Богиня, не то что в супруги монарху не годится, но и в его посудомойки. Она же тебе в пупок дышит! Чтобы в глаза ей заглянуть, тебе наклоняться приходится! Где это виданно, чтобы Король Мира Ашеров каждый раз кланялся жене, когда хочет заглянуть в ее глаза, а?!

— Пап, но ты ведь не можешь отрицать, что она безумно красива, прямо как статуэтка! Как жаль, что существует этот дурацкий Закон чистоты королевского тела, а то бы я ни за что не удержался. — Арис закинул руки за голову, откинулся на кресле и мечтательно глянул в потолок — Она так вкусно пахнет!! Когда я ее поцеловал, думал умру от счастья, представляешь?!

— Прекрати болтать глупости. Выбрось это из головы. Лучше займись делом.

— Например?

— Посети Архивариуса, договорись с ним, чтобы глянул на нее. А то мне что-то не нравится твое настроение. Уж не влюбляешься ли ты в нее случайно?

— Не знаааю… — протянул с улыбкой Арис.

— Ты слишком много времени с ней проводишь. Смотри, не допусти ошибки. Мне тоже приходилось терпеть больше трехсот лет, пока женился на твоей матери.

— Прикажешь с ней не встречаться? Эдак я начну тосковать и ненароком и правда влюблюсь — рассмеялся принц.

— Сегодня сходи к Архивариусу и договорись с ним, чтобы завтра или на крайний случай послезавтра показать ее ему.

— Когда? Скоро бал, потом ты сказал прийти с Дариной к вам, обговаривать обручение, пока провожу уже рассвет…

— К нам придете завтра. А сегодня на балу не задерживайся с ней. Усыпи заклинанием и отправляйся к Россу. К утру чтобы вернулся. Пока мы не уверились либо в одном, либо в другом, Дарину выпускать из-под нашего контроля нельзя. Влюбляй и дальше ее в себя. Если она не та, за которую ее принимаем, то вынесешь спящую в какой-нибудь Мир и оставишь. Она магичка, не пропадет. Но если она таааа, то сам знаешь что надо делать.

— Отец! Но Законы…!!!

— Законы — это я! И я приказываю тебе сделать все, чтобы она была твоей! Тогда ты получишь над ней власть. Мы не можем ее потерять, если она все же Богиня!

Гранд встал, пошел к двери. У двери остановился:

— И, смотри мне, чтобы не опаздали к выходу Королевы. Там Мена будет исповедываться перед публикой. Была сегодня у Королевы на приеме, та ей позволила. Обелять тебя будет.

— А чего меня обелять? Я и так белый и пушистый.

— Болван — буркнул отец и вышел.

Арис посидел немного с мечтательным выражением лица, потянулся, как сытый кот и произнес:

— Эх, Дарина, Дарина, была бы ты Богиня, у тебя был бы шанс стать моей женой по-настоящему!!!…

* * *

Вернулась к своему телу. Присмотрелась к нему внимательно. В каждом диапазоне отдельно. Оно было в коконе паутины заклинаний, наложенных друг на друга густым слоем, почти везде проникших глубоко под кожу.

Вот она моя ЛЮБОВЬ. Вот оно мое СЧАСТЬЕ оказывается. И вот он мой сумбур в голове, иключающие себя решения и подчинение наносных чувств… Эх, Арис… Жаль, что все сложилось именно так, а не иначе… Жаль, А ведь могло быть иначе. Теперь уже не может. Жаль.

Вернулась к Арису. Он стоял под тугими струями, запрокинул высоко голову, подставил лицо прямо под поток воды.

Красив чертяка, что тут скажешь… — горько усмехнулась в душе.

Снова вернулась к себе, соединила сознание.

Осторожно, чтобы не повредить узор, усилием воли вытолкнула из тела кокон.

Это же сколько надо было времени потратить, чтобы столько намотать! Видимо начал работу с первой ночи на хуторе, когда я спала и продолжал «подготовку любви» все то время, пока жил на моих харчах… Тогда я бы и дубину не заметила, не то что Чары Любви. Ну что ж, любимый, против лома нет приема окромя другого лома, как говорит Марфа.

Поменяла направление действия наслоенных в кокон заклинаний, то есть на него же, углубила эмоциональный оттенок, истоньчила нити, перенаправила связи. Теперь, едва кокон коснется тела, впитает в него без остатка, никак не привлечет его внимания и растворится в крови и лимфе. А потом начнет свое действие, изменяя эмоции, мысли, чувства, ощущения. Вряд ли кто-нибудь догадается о подобном способе, вряд ли его кто повторит, и есть полная гарантия, что никто, кроме меня не снимет. Побудь, любимый, теперь и ты в моей шкуре. Только такой ты мне уже не нужен. Потерянное доверие просто так не вернуть. Даже если это были Чары Магии Любви.

Снова разделила сознание, подхватила кокон, вернулась в душевую, мягко опустила кокон на него. Тот расползся по всему телу, прикрыл второй кожей и впитал внутрь, начав свое действие.

Дело сделано, дорогой. Будем ждать результатов. Улыбнулась и из озорства крепко поцеловала его в губы. Это он точно почувствовал. Физическая реакция его тела была впечатляющей. Усмехнулась, как недавно он, и вернулась к себе.

Соединить сознание было секундным делом. Потянулась, облегченно вздохнула, будто тонну дерьма с себя сбросила и, приплясывая отправилась в душ. Теперь я была собой и его насильно не любила.

* * *

После душа привычно долго сушила волосы полотенцем, с удовольствием расчесывала их, массировала голову, шею, наслаждаясь «мурашками» по спине. Побродила вдоль рядов одежды, рассматривала наряды, которые еще сегодня меня не интересовали, примерила платья, туфли, сапожки, шубки, вертелась перед зеркалом, разбирала украшения, наваленные грудой в огромной шкатулке. Увидела ожерелье, подаренное Арисом перед балом его Совершеннолетия.

Ну, что ж, начнем игру сначала, но уже на своих условиях.

— Спасибо, Дарина — пропел мелодичный голос за спиной.

Оглянулась.

Стэлисса стояла у шкафа и улыбалась.

— Ты все правильно сделала, Богиня. Теперь я уверена, что наш Мир будет жить.

— Надеюсь, что у меня получится все как надо — улыбнулась ей в ответ.

— Даже не сомневайся.

Снова потянулась к ожерелью, но Стэлисса тут же прикрыла его прозрачной рукой.

— Не трогай его Дарина.

— Почему?

— Оно проклято.

Глянула на Стэлиссу, снова на ожерелье, но уже немного иначе.

Она права.

Камни изнутри отливали черным, будто от крохотной черной точки разливалась чернота, меняя цвет камней. Рубины были темно-бордовыми, изумруды темно-зелеными, гранаты почти черными, даже розовый жемчуг выглядел мутно серым с оттенком грязной розовины, а огромный бриллиант посередине изнутри подернулся серой дымкой и вместо блеска давал тусклый свет.

Надо опять привыкать постоянно смотреть в нескольких спектрах, а то совсем про все забыла в этими любовями.

— Проклятый подарок? — глянула на Стэлиссу.

— Это была проверка тебя, как Богини. Если бы, коснувшись твоей шеи с ожерелья исчезло проклятие, то это сразу бы заметили Ашеры и ты попалась бы в их лапы серьезнее. Они бы тебя из своих когтей не выпустили.

— Он знал о проклятии?

— Нет. Знали Гранд и Веда. Это они подсунули сыночку подарочек для Богини.

— Спасибо, что предупредила, а то могли бы произойти неприятные вещи… Только почему, если я Богиня, проклятие не снялось от касания к моей коже?

— Ты была одурманена Чарами Любви. Они плотным коконом укутывали твое тело и ожерелье не коснулось кожи. Оно легло на слой Чар. В этом Ашеры перехитрили сами себя. Но теперь тебе брать его в руки опасно. Они сразу поймут в чем дело и тогда тебе, вернее твоему человеческому телу несдобровать. Ты же знаешь какой он сильный. Одно радует, это то, что ты теперь в своем уме и вернула ему его Магию Чар Любви.

— Долго ему придется искать того, кто это снимет и вряд ли он найдет. Придут опять ко мне, — улыбнулась ей — а я буду только рада гостям. Стэлисса, кто этот Архивариус Росс?

— О-о-о… Это существо не понятное. Оно и есть и его нет. Оно и в теле и без него. И все одновременно. Точно о них никто ничего не знает.

— Хранитель Истинного Знания, что ли?

— Не знаю. Наверное, да.

— Это одни из высших духов ментала. Библиотекари своего рода. Они привязаны к Истинной Библиотеке и сами являются ее частью. Ты знаешь, Стэлисса, благодаря тебе я начинаю вспоминать себя, когда была Богиней. Только начинаю какими-то вспышками воспринимать какие-то картинки, но и это уже хорошо. Спасибо тебе огромное!

— Я рада. Помогу чем смогу, Дарина. Лишь бы на пользу Миру было.

— Стэлисса, а что еще значит «Хозяйка Ашеров»?

— Ты Хозяйка кольца, ты теперь владеешь кольцом Лювириса, то есть его телом, умом, душой, знаниями, его кровью. Ведь это он создал Мир Ашеров и он был, да и есть, прародитель всех Ашеров, особенно королевской семьи. А он твой раб и Ашеры не смогут открыть на тебя «осеннюю охоту», да и вреда сильного причинить не смогут, коль тебе служит родоначальник их расы. И ослушаться не смогут, если ты по-настоящему прикажешь. Вот обмануть смогут. Если ты не будешь осторожна с этой семейкой.

— Вот как? — удивилась я, рассматривая колечко — И как вызвать этого отца-основателя?

— Тебе достаточно приказать появиться его духу и он будет перед тобой.

— Не удерет?

— Нет. Заклятие это предусматривает. Я говорила тебе, что это кольцо нельзя ни украсть, ни продать, ни подарить, ни потерять. Оно всегда вернется на твой палец.

— А освободить этого Лювериса реально?

— Для Богини реально, но зачем?. Не знаю правда, смог ли это сделать теперь Борель. Но мне кажется, что нет, хоть он сам его и заколдовал.

— Ха-ха-ха-ха-ха!!! Это значит, что я Хозяйка Гранда и Ариса? Интерееесно.

— В общем да. Но и они не стояли на месте все эти тысячелетия. Их магия очень развита, но она совсем другая. Конечно, Богине бояться нечего, но ты должна это знать. Они, конечно, могут сопротивляться твоим приказам, но совсем недолго.

— Сколько?

— Может пару минут…

— А папа с сыном, конечно же, Высшие Маги в их Мире?

— Папа не так, как сын. Папу учить Архивариусы не взялись., а вот сына с удовольствием. Королю без этого нельзя. Каждый из них до совершеннолетия обязан стать Высшим Магом. Арис в этом лучший из всех.

— Да, уж. Арис Высший Маг и будущий Король Мира Ашеров и пастушка Дарина с потерянного человеческого хуторка… Ты права. Это не реально.

— Но Богиня и он это получилась бы очень сильная команда. Миры такой еще не видели.

— И не увидят.

— Не зарекайся — усмехнулась Королева.

— Ой, не каркай, пожалуйста — буркнула в ответ.

— Напрасно…

— После всего, что он сделал?

— Дарина, а что он сделал? Ты сама подумай! Он сыграл ва-банк не для себя лично, а для своего Мира. После отца он останется привязанным Проклятием к Королеве и его ничто не ждет, кроме этого Дворца и, может быть, жены, которая, неизвестно еще, родит ему ребенка или нет. И какого. А на его плечах останется бесхозным целый Мир и он ничего сделать с этим не сможет, если до этого момента не покончит с Проклятием. Это не его прихоть, Дарина, это необходимость. И ему, единственному из всех Королей и Магов, удалось зайти так далеко, благодаря его воле, настойчивости и силе духа. Именно такой король нужен Ашерам, а не его наместник, как сейчас происходит в их Мире. Поэтому и бардак там изрядный. Гранд здесь, Арис тоже. Условно существует два короля и ни одного на месте. Когда Гранд уйдет за Черту или откажется от власти в пользу сына, Арис пройдет коронацию и, как только процедура закончится, его помимо его воли перенесет сюда. А у него даже наместника не будет. Мир просто погибнет в междуусобицах.

— Спасибо, Стэлисса. Теперь мне нужно подумать, одеться и поесть, а то я совсем сегодня забыла про это мероприятие. Давай увидимся ночью. Арис отправится к Архивариусу Россу, а мы с тобой к печатям.

— Да, конечно, Дарина. С удовольствием.

Стэлисса растаяла.

* * *

Теперь я выбирала платья иначе. Осмотрела каждое и на каждом нашла какой-нибудь зачарованный предмет? То брошь, то пуговка, то бант, то кусок оборки.

Хорошо. Пусть остаются. Но ко мне липнуть не будут.

Уплотнила первый слой ауры и настроила его на неприятие энергий любовных заклинаний. Быстро оделась с нежно-розовое платье с едва проступающими на ткани серебристых контурах ландышей, приколола темно-бордовый бант сбоку на талию, в его центр вколола крупный бриллиант, обула темно-бордовые туфли на самом высокой шпильке и платформе. Теперь пора позвать девушек. Прически им особенно хорошо удаются, а я пока подумаю об Арисе.

Позвонила в колокольчик.

* * *

Хорошо, что удалила заклинания подчинения из кокона и растворила измененные остатки на периферии его организма, Пока дойдет до сердца и сознания с кровью и лимфой, разнесется по всему телу, пройдет некоторое время и он не сообразит, что его чувство не настоящее. А когда будем расставаться и расходиться по своим Мирам, на его глазах сниму с него Чары Любви. Пусть устраивает свою королевскую жизнь как посчитает нужным. Инессу выберет или Ванессу, или еще какую… — ссу…

Стэлисса права. Команда из нас получилась бы идеальная, но этому мешает как раз вот это «бы». Я не хочу, чтобы он убедился, что я Богиня, а магичка Дарина ему не нужна. Богиня — это слава, сила, престиж, самоудовлетворение и прочие прелести, а Дарина — это только любовь, семья, дети и масса неприятностей.

Я хотела бы, чтобы он любил во мне мою душу, мою суть, а не мои божественные возможности и грозу непокорных. Это бы приложилось само по себе…

Вот, опять это «бы».

Но он печется не только о своем благе, но и благе Мира, который рано или поздно тяжким грузом ляжет на его плечи. Благородная цель и благородная безвыходность.

Получается, что я эгоистка, а он весь в белом.

Ах, да… Надо попробовать воспользоваться «своей божественностью» и связаться с библиотекарем, чтобы не дай Боги, не подтвердил ничего.

* * *

Сосредоточилась на сути духа Знания, придала окраску принадлежности по называемому имени — Росс, добавила связь Учитель-Ученик, доложила образ Ученика и его имя. Позвала. Подкорректировала место привязки духа. Позвала еще раз.

— Кто это? — раздался голос в моей голове, а перед закрытыми глазами возникла картинка: огромный библиотечный зал, уставленный тысячами стеллажей с книгами, большой стол, по обе стороны которого стоят два стула и клуб сгущающегося тумана на свободном пятачке.

— Архивариус Росс, как я понимаю? — уточника внешнее имя у Духа Знания.

— Он самый, Госпожа. Чем могу быть полезен? — узнал моментально.

Еще бы. Эту рожу я тоже помню. Кажется никогда и не забывала.

— К Вам сегодня ночью придет Ваш Ученик, Арис Ардерис, принц Ашеров. Будет просить идентифицировать мою личность. Согласитесь на опознание, но если дойдет до нашей с Вами встречи, скажите, что девушка, которую он привел не Богиня.

— Я не могу лгать Госпожа. Я Дух Знания, Госпожа. Если Дух Знания солжет, то Знание будет лживым, Госпожа.

Ну, надо же, какой логик отменный. Сейчас проверим — улыбнулась про себя.

— Росс, ты не умничай. Я в человеческом теле. А человеческое тело не может по своей энергетической структуре быть Божественным. Если я в человеческом теле, то я никак не могу быть Богиней. Или я не права и это ложь?

— Это правда, Госпожа. Но вопреки этой правде, Вы Богиня.

— Росс, Вы как-нибудь там поукладывайте в том, что у Вас вместо головы и решите: или правда, или вопреки. Вы несколько секунд назад сказали мне, что Вы Дух Знания и кроме правды ничего не признаете. Вот и скажите ПРАВДУ, а НЕ вопреки. Вам понятно?

— Да, Госпожа.

— Остальным передайте то же самое. Особенно Духу Варду. Вам понятно, Дух Росс?

— Да, Госпожа.

— И задержите своего Ученика подольше.

— До утра, Госпожа?

— Можно и немного дольше.

— Хорошо, Госпожа. Будет сделано.

— Удачи, Росс.

— Всего доброго, Госпожа.

* * *

Открыла глаза. Прическа была готова.

— Девочки, вот в этом месте — показала пальцем — приколите вот эти бриллианты на шпильках в виде ландыша…. Да, вот так… Спасибо. Здорово — улыбнулась им.

Осталось на морде личико нарисовать и все будет просто замечательно.

С энтузиазмом взялась за таинство искусственно подчеркнутой красоты.

И, наконец, глубокое декольте украсило изысканное ажурное ожерелье, усыпанного глубоким блеском граната.

Итог понравился даже мне. Повернулась к горничным.

— Как я выгляжу, девочки? — улыбнулась.

— Вы ослепительно красивы, госпожа Дарина! — ахнула Иса.

— Да, да, Вы необычайно хороши, госпожа Дарина! — защебетали девушки.

— Жаль, что Вы прежде никогда не делали макияж, госпожа Дарина. Господин Арис еще сильнее бы в Вас влюбился! — выдала Иса, стоя с полным подносом закусок.

— Хорошо. — улыбнулась им — Мужчин нужно иногда мило шокировать, а то они быстро в нас разочаруются и мы перестанем быть для них загадками.

Еще раз глянула на себя в зеркало.

Ну что же, господа. Я принимаю ваш вызов и вступаю в игру. Пока счет один-ноль в вашу пользу. Посмотрим как будет дальше. Уступать я не намерена. Вы забыли, господа, я пастушка, а не овца.

Прошла в гостинную, села за обеденный стол. Иса тут же расставила еду и напитки.

— Вы свободны, дорогие мои. Теперь оставьте меня.

Перед едой сосредоточилась и прикрепила макияж к коже, чтобы не потускнел от пота во время танцев и не размазался во время еды, питья, и смеха. С аппетитом поела. Налила себе бокал легкого вина, вызвала из библиотеки книгу «Хроники Мира Ашеров и села к камину читать.

Чтиво удивило немного и понравилось. Теперь я узнала много новых интересный деталей о жизни Короля, о его обязанностях и правах, о его возможностях, любви, обручении и свадьбе.

Если бы не прическа, чесала бы маковку не переставая…

* * *

Чуть позже семи вечера отправилась на прогулку к террасе. Захотелось полюбоваться ранними звездами незамутненным чарами сознании, заодно встретиться с тем, кто там сейчас серьезно ссорился, если я правильно все почувствовала.

Неспешный перестук каблучков разливался серебрянной россыпью по каменным плитам. Музыка Штрауса пела в душе, легкая прохлада из где-то приоткрытого окна приятно холодила кожу.

Как замечательно чувствовать себя свободной, сильной, счастливой только от того, что живешь!

Вынырнула из дверного проема как раз вовремя.

Иритурий разъяренно навис над придворной дамой. Бедная Глэдис сжалась и с ужасом смотрела на неминуемую смерть в виде кулака возлюбленного.

— Оставьте ее, Ваше Величество! — властно приказала ему и подошла к опешившему Королю соседнего Мира почти вплотную — Вы хотели меня видеть, Иритурий? Я слушаю Вас.

Смотрела в его змеиные глаза и слегка улыбалась одними губами. Древний Король Иритурий несколько долгих секунд не отрывал взгляда он моих глаз, потом опустил их и медленно низко склонился.

— Да, Богиня Дарина! Я счастлив видеть Вас снова!

— Достаточно «Госпожи». Здесь никто не знает кто я, кроме Королевы. И знать не должен — сказала с улыбкой — Я рада, что Вы поняли все с одного взгляда. Значит, у нас есть о чем поговорить.

— Дариночка! Это она, дорогой Иритурий! Сама пришла! А где же Арис? Он не с Вами разве? — обрадовалась Глэдис.

Иритурий уничтожающе на нее глянул. Глэдис мгновенно замолкла.

— Я не мог представить, что это Вы, Госпожа! Простите! Иначе, я обратился бы прямо к Вам — пробормотал Король соседнего Мира Змееелюдей.

— Давайте решим один вопрос, Ваше Величество — сказала я — который нас обоих волнует.

— К Вашим Услугам, Госпожа — чуть склонил голову он.

— Ваш Мир умирает и у вас нет своего Источника. — констатировала факт — Вы полностью зависите от этого Источника Силы, а он давно не излучает энергию. Вы узнали, что Алтарь восстановлен, но видимого облегчения для Вашего Мира это не принесло. Тогда Вы поняли, что что-то не то с ближайшим Источником Силы и начали искать причину. Вы ее верно определили, Ваше Величество, но не верно подошли к ее решению. Захватив молодого Ашера Вы рискуете развязать войну между Мирами, но Вы готовы к такой жертве, лишь бы Источник был восстановлен. Я правильно поняла Вашу проблему, Иритурий?

— Да, Госпожа. Я хотел его восстановить.

— Он не разрушен, Иритурий. Он закрыт и на нем лежит Великое Проклятие. Вы не смогли бы восстановить его. Это Вам не под силу, хоть Вы и замечательный маг. Я займусь этим сама, но мне нужна будет помощь.

— Что я должен сделать, Гопожа? Я готов на все. Я король и я обязан спасти свой Мир. Приказывайте Госпожа!

Этот гордый и мудрый король склонился передо мной. Едва взглянула ему в глаза, вспомнила отношения Богини Дарины с ним, его безумную любовь и искреннее поклонение. Она к нему относилась с симпатией и часто помогала, но держалась всегда непринужденно-дружески.

— Вы оставите в покое Ашера и дадите мне в помощь столько Ваших подданных, сколько потребуется, чтобы поднять вручную каменную плиту перекрытия, которая закрывает Источник. Иным способом ее не поднять. Она пересыщенна энергией и силой Проклятия. Мне нужны будут самые сильные и выносливые из Ваших подданных, но только тогда, когда настанет время. Они должны будут ждать у портала, готовые в любой момент прийти на помощь. Потом Ваши подданные вернутся к Вам. Я постараюсь не допустить их гибели, но гарантий давать не могу. Вы лично обеспечите безопасность Вашему народу в близлежащих к проекции Источника районах Вашего Мира на время выброса Силы. Начинайте эвакуацию прямо сейчас и закончите ее через сутки. А эту даму сейчас же заберете с собой в Ваш Мир и обеспечите ее всем необходимым для дальнейшей жизни у Вас. Она слишком много слышала. Нам помехи не нужны.

— Это все, Госпожа? — недоверчиво глянул на меня Иритурий.

— Да, пока это все.

— Я все исполню, как Вы велите, Госпожа.

— Уходите. Сюда идут. Вас не должны заметить. Поговорим обо всем позже, когда будет больше свободного времени.

— Да, Госпожа…

Он подхватил Глэдис и скользнул в портал.

Богиня Дарина всегда ценила ум и сообразительность великого Древнего Короля Змеелюдей. Мне он тоже очень понравился. Особенно его мудрые глаза.

В воздухе остался легкий запах муската.

* * *

Я отвернулась к окну. И вовремя.

На террасу быстрым шагом вышел Арис. Как всегда, весь в белом.

Звезды весело перемигивались друг с другом, глубокое черно-синее небо захватывало дух, яркая луна заговорчески улыбалась мне щербатым ртом.

Я чувствовала напряжение Ариса, слышала его глубокое дыхание. Без сомнения вынюхал недавнее чужое присутствие и наверняка слышал звук голосов, когда шел по коридору.

— Ты здесь одна, моя дорогая?

— Одна. Разве ты не видишь?

— Ты с кем-то разговаривала?

— Нет.

Он опять потянул носом, но больше ничего не спросил.

— Уже пора идти на бал? — спросила, улыбаясь танцующим звездам.

— Да. Уже половина восьмого. Сегодня там нужно быть пораньше.

Обернулась, улыбнулась ему:

— Произойдет что-то важное?

Зрачки Ариса расширились, пальцы, держащие цветок едва заметно дрогнули. Он шагнул ко мне, протянул цветок, поцеловал кончики пальцев, когда брала его, не отрывал взгляда.

Так сильно шокирован, что пришлось поклониться безродной, выигрывая время, чтобы прийти в себя от вида непривычной Дарины? Приятно…

— Сегодня ты неотразима — улыбнулся одними губами Арис и подставил локоть — Вашу руку, леди.

В глазах метались настороженность, беспокойство и непонимание происходящего.

До бального зала дошли молча. Только он незаметно, как ему казалось, косился в мою сторону. Наверняка мозг работал очень интенсивно. Я улыбалась от удовольствия. Женщине всегда приятно смотреть на шокированного ею мужчину. Мое чувство собственного достоинства было польщено.

Самые высокие шпильки и высокая платформа туфель сделали меня выше на пятнадцать сантиметров. Прическа довершала картину и теперь я была только чуть-чуть ниже Ариса. В глаза друг другу мы теперь смотрели почти вровень. Это было интересно. В душе я довольно ухмылялась.

* * *

Бальный зал был полон. Заметила в сторонке Марфу. Она кого-то искала глазами, вытянув шею и став на цыпочки.

— Арис, я вижу Марфу и хотела бы к ней подойти, если ты не против — добавила в голос чуть-чуть Приказа, решив проверить слова Стэлиссы.

Он пристально взглянул на меня, проследил за моим взглядом. Почувствовал, однако.

— Нас ждет Вэрдис и мои родители в противоположной стороне, дорогая — напряженно воспротивился он.

— Я подойду позже. Мне нужно с ней поговорить по-женски. — улыбнулась и шагнула с сторону.

Ему ничего не оставалось делать, как пойти в другую.

Марфа меня не узнала. Подошла к ней и стала рядом, а она все крутила головой, пока я не обратилась к ней.

— Привет, дорогая, кого-то ищешь?

Она повернула голову и непонимающе уставилась на меня. Я улыбалась.

— Дарина?! — удивленно протянула она. — О, Господи! Я тебя не узнала! Богатая будешь! Тьфу-тьфу-тьфу! Тебя и Ариса, конечно, ищу!

Меня это порадовало. Значит, все остальные будут не менее удивлены, что мне было как раз на руку. Арис стоял рядом с Вэрдисом и родителями, с бокалом шампанского в руке, иногда пригублял его. Их лица были серьезными, они разговаривали, поглядывая в мою сторону.

— Как тебе здесь нравится, Марфа? Наверное, все кавалеры склонились перед тобой? — улыбнулась собеседнице.

— Ах, Дариночка, да что там эти кавалеры! Я в себя никак не могу прийти от удивления. Ты так неузнаваема в этом наряде.

— Только в наряде? — наигранно удивилась.

— Конечно же, не только, дорогая! Я никогда не видела тебя с макияжем. А этот наряд! Этот контраст цветов! Какое декольте! Какая грудь и такая на ее фоне тонкая талия! А это гранатовое ожерелье! Как-будто нежные поцелуи любимого на изумительной коже!..

Я улыбалась перестав слушать комплименты, незаметно оглядывалась по сторонам.

Семейство Мены собралось у самого прохода. Они молчали и тихо переговаривались между собой. Мена была бледна, стояла прямо, но смотрела в пол. Иридис, видимо недавно отпущенный на свободу из-под стражи, выглядел не таким щеголем, как в прошлый раз, а спеси во взгляде не было и в помине.

Марфа тронула меня за руку, привлекая внимание.

— Ах, господин Арис! Ваша гостья сегодня просто неотразима! Я так счастлива видеть вас вместе!

— Благодарю, уважаемая. Я тоже восхищен ею. — сухо ответил Арис — Пойдем, дорогая, нас ждут. Извините, мадам.

Он взял меня под руку и повел через весь зал. Народ расступался при нашем приближении, за спиной возникали шепотки. Арис был серьезен, как никогда. Спрашивать что с ним не стала, и так было ясно. Он чувствовал, что потерял контроль надо мной и и не понимал как это могло произойти, ведь все так хорошо шло. Я улыбалась.

— Добрый вечер, господа! — первой поздоровалась, когда подошли к Гранду с Ведой и Вэрдису, стараясь не смотреть им в глаза.

— Добрый вечер, Дарина — поздоровались они.

Гранд, коронованный Король иного Мира, ловил мой взгляд, но я не давала ему шанса. Я знала, что он хотел там увидеть и знала, что не увидит, находясь под действием Великого Проклятия. Но подразнить хотелось.

В любом случае главной фигурой в этой игре пока был Арис.

Будучи не коронованным он не мог увидеть того, что видел и чувствовал любой коронованный Король или Королева, встретившись глазами с Богиней. А мне хотелось отыграться на его чувствах, как это делал он, когда использовал Магию Чар на мне. С моей точки зрения ничто не оправдывало его поступка. Мог просто прийти и поговорить откровенно. Не отказала бы, помогла бы чем смогла. В этом была его ошибка и он за нее должен заплатить той же монетой.

Так же знала, что если Гранд убедится в своих догадках, то он предупредит Ариса и тот сделает все, чтобы завладеть мной, моим слабым физическим телом и была настороже. Не применять же к нему силу Богини, этим уничтожив его гордость, честь и достоинство будущего короля. Этого допустить не могла. Миру Ашеров нужен был именно такой король, как Арис, и лишать Мир его я не имела права ни как Богиня, ни как маниня-воин, ни как человек.

Если действие Великого Проклятия ослепляет короля и он не поймет по взгляду кто я, то это хорошо, проблем не будет. А если нет? Если он не видел этого только из-за того, что я была одурманена чарами, а теперь, без них, может убедиться в другом? Поэтому избегала взгляда отца Ариса и спокойно смотрела в глаза его сыну. Прежде нужно восстановить Источник и освободить Первую Королеву, а потом скажу ему все, что думаю, сама. Но пока… пока буду крайне осторожна.

— Вы сегодня неотразимы, Дарина — проскрипел Лич, растягивая губы в подобии улыбки — Я никогда не видел более прекрасной молодой леди в своей жизни.

Он тоже ловил мой взгляд, но и ему не дала больше шанса еще раз убедиться в этом.

— Благодарю Вас за комплимент, уважаемый Вэрдис. Вы очень любезны — улыбнулась Личу.

Глаза Веды не отрывались от меня, но она крепко держала себя в руках и через силу улыбалась.

— Я рада выбору моего сына, дорогая! Вы так прекрасны сегодня! — мелодично пропела она.

И я видела чего ей это стоило.

— Вы так любезны, Леди! Вы сегодня, как всегда, ослепительны — отпарировала в ответ.

Арис пристально наблюдал за мной и молчал. Плотно сжатые губы, прищуренный острый взгляд, зажатые челюсти, напряженное тело. Еще чуть-чуть и желваки затанцуют под музыку. Плохо дело…

Заиграла торжественная музыка, весь двор развернулся к Дороге Королевы.

Королева ступила на ковровую дорожку, медленно пошла вперед, поглядывая по сторонам на своих подданных. Сегодня за ее спиной шагали Личи. Придворные склонялись перед ней чуть ли не до самого пола. Поклонились и Ашеры с Личем. Я стояла и смотрела на нее, пока мы не встретились глазами. Я должна была предупредить ее взглядом, чтобы она вовремя мне помогла. Больше никто меня вырвать из кошачьих лап не смог бы, даже если бы захотел. Лицо королевы дрогнуло и она хотела склониться передо мной. Едва заметно качнула головой и она удержалась и не допустила ошибки. Я сделала реверанс. Приседая, мельком глянула на Ариса. Он заметил наш обмен взглядами и нахмурился.

Ничего, это еще не доказательство. От этого отбрешусь без проблем.

Королева села на трон, музыка замолкла. Придворные разогнулись.

Мена отделилась от толпы и пошла по дорожке, слегка переваливаясь с боку на бок. Ее, присборенное под грудью, платье скрадывало животик и увеличивало грудь. Она выглядела замечательно.

Мена подошла к Королеве, склонилась в реверансе.

— Говори, милая. — позволила Королева.

— Я, Менея Медирис, законная дочь и наследница Медеи и Микуса Медирис, дала Истинную Клятву Змеечеловека Ашеру Арису Ардерису, сыну Стражей Королевы, Ашеров Гранда и Веды Ардерис, имя которого запятнала клеветой о том, будто он является отцом моего будущего ребенка. Открою истинную правду и назову имя настоящего отца перед лицом королевы и всего двора перед началом сегодняшнего бала. Отца моего ребенка зовут Иридис Мердерис. Он завладел моим телом и моим сердцем, и вскоре я стану матерью. Моя клятва исполнена мною до конца.

— Ссслово сссказзано и принято! — громко сказала королева Глория — Ашер Арис Ардерис, у Вас есть еще какие-то претензии к Менее Медирис?

Арис выступил вперед, подтянутый и спокойный.

— Нет, Ваше Величество. Я удовлетворен.

— Ты свободна Менея Медирис. Желаю здоровья и долгой жизни твоему будущему ребенку.

— Благодарю, Ваше величество.

На глазах Мены блеснули слезы. Она явно не ожидала такой милости, как пожелания королевы, для нее в ее положении это была несказанная честь. Мена еще раз склонилась в глубоком реверансе и пыстро покинула бальный зал.

— Господин Арис Ардерис! — обратилась к нему Королева в тишине — Прошу начать бал первым танцем в знак примирения сторон!

Арис учтиво поклонился королеве, повернулся ко мне.

— Разреши тебя пригласить на этот танец? — по всем правилам склонил голову.

Улыбнулась в ответ, слегка присела в книксене и подала ему руку. Он вывел меня в центр зала и мы закружились в вальсе.

Его лицо было серьезно, глаза внимательны, губы плотно сжаты, а рука на моей пояснице железной. С каждым кругом он прижимал меня к себе все сильнее и, кажется, не замечал этого. Чувствовала, что он думал в этот момент обо мне, вспоминал все наше знакомство до мелочей, анализировал каждую минуту, искал зацепки и подтверждения своим догадкам. И что-то еще, что было для меня опасным.

Улыбалась, смотрела ему в глаза, как этого требовал этикет танца, пока его объятие не стало мешать двигаться.

— Арис, дорогой, что-то случилось?

— Нет, — глухо ответил он и чуть ослабил хватку — Но после этого танца я приглашаю тебя к себе на коктейль, если ты не против. Нам нужно поговорить.

В его взгляде появилась железная решимость, которой я так не хотела и боялась.

— Бал только начался, Арис! Я хочу танцевать! А поговорим мы позже, когда немного устанем. Хорошо, дорогой? — попыталась увильнуть от его настойчивости.

— Нет. — отрезал он — Сейчас. Сразу после танца.

Вот же упертый! Нет, дорогой, по-твоему в этот раз не будет, решила твердо.

Музыка закончилась как раз в тот момент, когда мы докружили до места, где стояли Гранд, Веда и Вэрдис. Арис отпустил мою талию, поклонился, удерживая за пальцы, как тисками. Я сделала реверанс. И тут же повернулась к его отцу.

— Господин Гранд, Ваш сын утверждает, что Вы танцуете лучше него — улыбнулась, не глянув ему в глаза — Я хотела бы в этом убедиться, если Вы не против.

Арис плотно сжал губы, так и не отпустив мои пальцы. Глянула ему в глаза и потянула руку. Выбора не оставила ни ему, ни его отцу. Отказывать столь бесцеремонному приглашению было ниже достоинства плененного Проклятием монарха. Ему пришлось сказать:

— Тогда позволь тебя пригласить на следующий танец, дорогая Дарина, — нехорошо улыбнулся король, переглянувшись с сыном.

Эти мне гляделки! Приговор подписали, что ли?! Ну, посмотрим, кто кого, мальчики!..

— С удовольствием, господин Гранд! — улыбнулась и подала ему руку.

Арису пришлось разжать пальцы. Кончики пальцев онемели и закололи иголочками. Пересилила боль и продолжала улыбаться.

И мы закружились в танце. Он прекрасно вел, но до Ариса ему было далеко. В его танце не было ни легкости, ни радости.

Я напряженно думала, как мне не попасть в руки Ариса сразу же после этого танца и никак не могла придумать. Если он уведет меня, то или я пропала, или мне придется убить его. Живым он не отступится. И плевать ему на их Законы. Ему нужна была Богиня. Это я прочла в его взгляде.

Помощь пришла неожиданно.

Очередной пируэт у самого трона дал возможность встретиться глазами с Глорией. Она смотрела на меня вопросительно. Значит, почувствовала. Показала ей свою просьбу глазами. Она тут же повернулась к дежурному Личу и что-то ему сказала. Он кивнул и замер. Я успокоилась и продолжила свое наблюдение за Арисом.

Он был предельно внимателен, напряжен, серьезен, решителен. Его взгляд не отрывался от меня ни на секунду. Желваки танцевали на скулах. Наш безмолвный разговор с королевой он тоже заметил и понял.

— У тебя, дорогая Дарина, сегодня удивительно волшебные глаза, как сказал мой сын — осторожно начал Гранд, продолжая кружить в танце — Могу ли я просить тебя взглянуть на меня?

Его улыбка была обворожительной, руки теплыми, тело двигалось гибко и свободно.

— Я боюсь Ваших глаз, господин Гранд — улыбнулась в ответ, смотря на его ухо.

— Почему же, дорогая? — поинтересовался он.

— У Вас очень строгий взгляд, господин Гранд.

— Убедись в обратном, дорогая Дарина — настаивал он — Мой взгляд может быть любящим и даже нежным…

Вот сволочь, а? Шокировать пытается, чтобы возмущенно отреагировала и глянула… Черта с два!

— Я не решаюсь, господин Гранд.

Но тут музыка закончилась, мы поклонились друг другу и он повел меня назад. Арис качнулся в нашу сторону и пошел, обходя возвращающиеся к своим местам пары, когда заметил, как Лич быстрым шагом пошел в нашу сторону. Арис безнадежно не успевал и подошел только тогда, когда Лич уже договаривал свою фразу.

— Госпожа Дарина — обратился с легким поклоном головы Лич — Королева желает побеседовать с Вами с глазу на глаз и желает немедленно видеть Вас у своего трона. Прошу следовать за мной.

Извиняясь, улыбнулась Арису и королю Гранду и последовала за дежурным Стражем. Отец и сын молча смотрели мне вслед. Я чувствовала спиной их яростные взгляды.

Хы! Улизнула-таки! — осторожно порадовалась.

Весь вечер мы проговорили с королевой, а когда Арис, потеряв терпение, подходил пригласить меня на танец, Глория мало любезно отсылала его, велев не мешать важной беседе. Он скрипел зубами, но подчинялся. Несколько раз то же самое пытался повторить Гранд, но и его постигла та же участь.

После бала, перед самым уходом, Королева во всеуслышание пожелала, чтобы я сопровождала ее в ее покои. Я с удовольствием подчинилась, сделав положенный этикетом благодарный реверанс и пошла чуть сзади Королевы, между Личами и стражниками.

Арис метал молнии, скрипел зубами, стискивал кулаки, но держал себя в руках. Это не входило в его планы. Возможная Богиня ускользала от него. И если бы он был уверен в своих предположениях, королева ему не помешала бы. Это я поняла по его глазам.

* * *

Мы втроем сидели в спальне, выпроводив Личей в гостинную. Королева Глория, Первая Королева Стэлисса и я, дожидаясь, пока Арис отправится к Архивариусу.

— Что ты собираешься делать дальше, Дарина? — спросила Глория.

— Мне нужно осмотреть все печати Бореля, чтобы понять принцип действия запирающего заклятия. Думаю, что они все разные, но основа у них одна.

— Почему ты так думаешь? — спросила Глория.

— Борель любил разделяющие заклинания и предпочитал получать их окончательные эффекты в виде головоломок, чтобы другие маги не могли найти ключа к разгадке и составить контр-заклинание. Поэтому думаю, что тайна контр-заклинания кроется в частях. Если я правильно думаю, то Ключ не один. Их должно быть, как минимум два.

— Например? — спросила Стэлисса.

— Коронованный король Ашеров и его единственный сын, будущий король.

— Это значит, что нам не удастся обойтись без их участия?

— Не знаю. Но мне бы очень не хотелось с ними встречаться, пока мы не покончим со всем этим. Как только Проклятие будет снято, королевская семья обретет долгожданную свободу и Арис потеряет ко мне всякий интерес.

Дамы задумались.

— Я согласна с тобой, Дарина — кивнула Глория.

— А если нет? — засомневалась Стелисса — Арису нужна жена-Богиня. Не забывайте об этом.

— Поэтому мне и нужно все досконально изучить. А времени у меня для этого всего лишь эта ночь. Завтра нужно все закончить. Не будете же вы меня все время здесь прятать. Да и он найдет способ, как меня достать даже здесь…

— Если он уже поддался своим собственным чарам, обращенным против него же, то он вряд ли отступится, без Чар тоже не отступится — предположита Стэлисса — он слишком горд для этого.

— Я думаю, что с этим справлюсь — ответила спокойно — У него не будет выбора. Он будет должен вернуться в свой Мир и приступить к своим прямым обязанностям. И не забывайте, дорогие дамы — улыбнулась им — его там дожидается невеста и, может быть, вам придется нанести ответный визит и присутствовать на свадьбе принца Ариса и Инессы. Ведь вы не можете отказаться от приглашения на свадьбу наследного принца и будущего короля Мира?

Сама сказала, а у самой сжалось сердце от тоскливой боли. Я все еще помнила его поцелуй.

Наверное что-то мелькнуло в моих глазах, потому что обе королевы переглянулись и многозначительно покачали головами.

— Да нет же! — возмущенно воскликнула — Это только последствия его чар!

А сердце сжалось еще сильнее.

Эти две стервы открыто разоржались, как молодые кобылицы. Дежурный Лич заглянул в двери. Глория махнула на него рукой, он тут же скрылся.

— Прекратите ржать! — прошипела, неожиданно для себя разозлившись на них не на шутку.

— Вот-вот — тыкнула в мою сторону длинным наманикюренным ногтем Глория — вот и мы про то же!

— Сами такие были в молодости — подмигнула внучке Стэлисса, похохатывая — Никто от любви не застрахован, дорогая, даже Богиня!

— Так что, дорогая, придется тебе составить нам компанию в той поездке! — утерла повлажневшие от смеха глаза Глория.

— Погодите, девочки! — замерла Стэлисса — Я с вами не смогу поехать.

— Почему? — дуэтом спросили мы.

— Я умру, как только поднимут плиту. Мое тело раздавлено.

Я подумала, ковыряя пальцем кожицу персика.

— Мне так не кажется, Стэл, — тихо сказала — если бы в нем не было жизни, ты была бы полным духом и уже давно пересекла Черту. А ты привязана к замку и даже в парке проявляться не можешь. Думаю, что жизнь в твоем теле поддерживает Источник и надеюсь, что мне удастся вернуть ему здоровье. Так что — подняла на нее глаза — отвертеться от поездки тебе никак не удастся — и рассмеялась.

— Хорошо бы — улыбнулась Стэлисса — я бы выпила сразу целый бокал молодого вина…

Мы с Глорией рассмеялись, но Стэлисса вдруг завороженно смотрела на меня. Я перестала смеяться, вопросительно глянула на нее. Глория тоже удивленно посмотрела.

— Дарина… ты вспомнила, как ты меня когда-то называла…

Я кивнула.

— Я всего не помню, Стэл, только крохотные отрывки. Но это вспомнила. Моя память… хм… мне кажется, что я от нее отказалась когда-то, только чтобы получить человеческое тело… Теперь вспоминаю такими крохотными кусками, что толку от них почти нет…

Обе Королевы сожалеюще кивали головами. Лица погрустнели.

Часы в гостинной пробили один раз.

— Простите меня, Ваши Величества, но я должна узнать попал Арис к Россу или нет. Он же совсем не предсказуем, мог и не пойти, поддавшись эмоциям. Тогда он меня сразу почувствует в подземелье и весь план сорвется.

— Хорошо, Дарина. Мы пока помолчим.

Сосредоточилась на Библиотеке, на зале со стеллажами, столе и двух стульях на свободном пятачке. Перед закрытыми глазами медленно проявилась картинка: Росс сидит за столом, Вард стоит рядом с ним. Арис садится на стул другой стороны стола. Оба Духа почувствовали мое присутствие, дружно чуть кивнули материализованными головами. Я успокоилась и удалилась.

— Он на месте. — сообщила Королевам — Нам тоже пора. Времени до утра мало. А надо все успеть.

* * *

Печатей оказалось двадцать пять. Ровно столько, сколько лет Арису. По одной на год жизни по Ашерскому летоисчислению. Каждая на самую малость отличалась от любой другой. Можно и не заметить, если не знать имени и репутации творца заклинания, да и то, нужно очень внимательно присматриваться к самому рисунку переплетенных сил.

Двадцать пять. Что это может значить? Задумалась я. Значит ли это, что любой наследник Ашерского трона имеет единственную возможность за всю свою жизнь лишь в год двадцатипятилетия открыть проходы и снять Проклятие? Или что-то одно из этого? Но что?

При чем тогда здесь король, если Арис пока только принц и до его коронации еще очень далеко?

— Стэл, скажи мне, а есть какая-нибудь ритуалика в Мире Ашеров для принца крови в год его совершеннолетия? — спросила Стэллису, внимательно разглядывавшую вместе со мной последнюю печать.

— Да, он в половине года проходит ритуал «Покорения зверя в себе» и ритуал «Наследника», который подтверждает его единоличное право на престол.

— Но это не коронация, так? — уточнила у нее — И коронованным его назвать нельзя?

— Нет. Это не коронация и коронованным его после этого ритуала назвать нельзя — подтвердила Стэлисса.

— Значит здесь кроется что-то другое… — задумчиво протянула я.

В спину дунуло холодом.

— Стэл, мне надо возвращаться в покои Глории. Арис вернулся и уже почувствовал меня в поздемелье. Надо уходить.

— Давай. Неприятности нам не нужны — растаяла королева.

Поднялась с пола, где стояла на коленях, рассматривая нижние завитушки букв, поспешила отбежать подальше от печати, чтобы ненароком не потревожить древнюю магию всплеском энергии разового портала.

Почувствовала, как огромный кот несется по коридору на сумасшедшей скорости и пушистая шерсть прижимается к морде и телу, а я все еще близко от печатей…

Вот уже слышу касание его лап ступенек витой лестницы…

Я бежала ему навстречу, но встретиться не имела права.

Вот он остановился на пятачке, прислушался и понесся в нужный туннель.

Ах, черт! Была-не была!

Остановилась, дрожащим пальцем нарисовала перед собой овал и поспешно шагнула в портал.

Последним, что увидела, была оскаленная морда несущегося ко мне огромного белого кота.

Он не должен был успеть и он не успел.

* * *

Пока принимала душ и переодевалась в свежее платье в покоях Королевы, Глория заканчивала утренние государственные дела.

Завтрак накрыли в гостинной. Королева громко позвала меня к столу. Вышла из ее спальни в увидела обоих Стражей. Они, как по команде, повернулись ко мне.

— Доброе утро господа Стражи, господин Вэрдис — поприветствовала их книксеном, но избегая смотреть в глаза.

— Доброе утро, Дарина — сухо ответила Веда.

— Доброе утро — глухо рыкнул Гранд, с трудом сдерживая себя.

Королева села во главе стола, Веда и Гранд по обеим сторонам от нее, Вэрдис устроился рядом с Ведой, остальные приглашенные к королевскому завтраку сели дальше. Меня усадили напротив Глории, с другой стороны стола.

Ритуал начала завтрака закончился быстро и все приступили к еде. К разговору не прислушивалась, моя голова была занята другим, более важным на сегодняшний день вопросом. Только внимательно наблюдала за Грандом. Он тоже не выпускал меня из поля своего зрения.

В какой-то момент он сделал непроизвольный жест, откидывая мешающие пышные оборки рукавов рубашки с запястья той рукой, в которой держал десертный нож и меня озарило!

Вот оно! Это был ответ на все мои вопросы! Я теперь знала, что требуется сделать! Ура!

Не сдержавшись, радостно улыбнулась.

Он проследил за моим взглядом, тряхнул рукой, сбрасывая оборки на место. Нахмурился. Веда тут же зло глянула на меня. Королева с интересом за всем этим наблюдала, но молчала.

Завтрак закончился через час и Глория сразу же пожелала удалиться со мной в спальню. Без свидетелей, как она объяснила Стражам и Личу. Приглашенные гости тут же покинули покои королевы.

* * *

— Рассказывай! — потребовала Глория — Чем ты так взбесила Гранда?

Стэлисса тут же проявилась рядом.

— Он одним жестом ответил на все мои вопросы. Я теперь знаю как снять печати и открыть проходы и знаю, как снять Проклятие — тихо зашептала Королевам, склонившимся ко мне.

— Как? — в унисон спросили обе.

— Нужно добыть по двадцать пять капель крови отца и сына, но ее надо получить так, чтобы они отдали ее добровольно. — так же тихо шептала я — И сегодня ночью, Глория, ты должна задержать обоих у себя, пока мы не освободим Источник и тело Стэл. Ашеры находятся в твоем полном подчинении из-за Проклятия и не смогут ослушаться, даже если сильно захотят. Им не позволит действие «принудительного подчинения», которое вплетено в Проклятие. Этим надо воспользоваться. Ритуал надо закончить к полуночи, чтобы не было обратного удара после контр-заклинания и Ашерский король с сыном не пострадали. Молодые здоровые трупы нам ни к чему. Времени на все уйдет около трех часов. Значит в девять вечера надо начинать. Король Иритурий нам поможет, я с ним вчера разговаривала. Его подданные ждут приказа по ту сторону портала.

— Ты уже и там успела распорядиться — довольно буркнула Глория — Ты что, ходила к нему в гости?

— Нет, дорогая — улыбнулась ей — это он постоянный гость на террасе твоего Дворца, этажом ниже.

— И с кем он там встречался? — удивленно спросила она.

— Глория, давай об этом погворим, когда выполним свою задачу. Сейчас не время. Мне нужно выспаться до вечера. Иначе, боюсь, у моего человеческого тела не хватит сил.

— Ложись на мою постель — распорядилась правящая королева — Я сюда никого не пущу. А ты, дорогая бабуля, — улыбнулась она Стэлиссе — посторожишь ее сон, чтобы озверевший молодой Ашер не умыкнул ее у нас из-под носа в самый последний момент.

— Безусловно. — согласилась Стэлисса.

Легла на покрывало, как была, в одежде и тут же уснула, как в омут канула.

* * *

В семь вечера меня разбудила Стэлисса.

Умылась, не испортив макияж и прическу. Вышла к легкому ужину.

За столом расположились Королева Глория, Стражи, Вэрдис и Арис. Он тут же вскочил, едва увидел меня.

— Что с Вами, господин Арис? — удивленно подняла брови королева Глория — Садитесь, не скачите, ужин только начался.

Арис против воли подчинился, сцепив зубы от волевого напряжения, но пересилить действие Проклятия не смог.

Мы с королевой переглянулись.

Гранд заметил и нахмурился. Арис перестал сопротивляться, поняв, что ничего сделать не сможет. Я подошла к стулу, стоявшему рядом Вэрдисом, но Королева безапелляционно сказала:

— Госпожа Дарина, прошу Вас пройти на свое место.

Все головы повернулись в мою сторону: Стражи пылали гневом, Арис испепелял яростью, Вэрдис смотрел с интересом. Но все молчали.

Ужин прошел в гробовой тишине. Только приборы постукивали о посуду.

— Господа Ашеры, — обратилась к ним королева, когда слуги убрали со стола и удалились, оставив перед Глорией две кроходные мензурки — сегодня, если Боги будут благосклоннны к нам всем, мы закончим вашу службу Королеве Змеелюдей. Но для этого Вы, король Ашеров Гранд, и Вы, будущий король Ашеров Арис, должны добровольно отдать по двадцать пять капель вашей крови. Проткните ваши указательные пальцы иглой из мензурки, накапайте кровь в емкость и отдайте ее Госпоже Дарине. После этого вы оба и Вы, Веда, и Вы, Вэрдис, останетесь здесь до полуночи. После этого, если все пройдет хорошо, вы навсегда сможете покинуть наш Мир и быть свободными. Принимайте решение, господа.

Она подвинула Гранду обе мензурки, в которых звякнули толстые иглы.

Пока говорила, мимика присутствующих резко менялась: от гнева к удивлению, недоумению, недоверию, радости и снова к недоверию. К чести короля и принца оба справились с эмоциями мгновенно, хоть Арис тут же глянул на меня вопросительно. Я сделала вид, что не заметила его взгляда.

— Как Вы это сделаете, Ваше Величество? — дрогнувшим голосом спросил Король.

Королева глянула на меня, я едва заметно пожала плечами, мол, делай как знаешь. Она ответила:

— Боги оглянулись на ваши мольбы и усилия Вашего сына, господина Ариса.

Головы повернулись ко мне. Ну, ладно. Тянуть дальше некуда. Пусть знают. Заодно и я узнаю действует ли на королей, проклятых таким способом, ослепление Проклятием или все же Дар Богов сильнее. Все равно они отсюда не двинутся, пока я не закончу ритуал там, внизу.

Молча встала, подошла к королю Гранду, встала рядом с ним.

— Поднимитесь, Ваше Величество. И посмотрите мне в глаза — сказала тихо.

Он медленно встал.

Мы сплелись взглядами. Через несколько секунд король опустил голову, склонился в низком поклоне.

— Госпожа… Мы могли бы сопровождать Вас и помочь всем, чем можем… Если Вы позволите…

Я отрицательно покачала головой и с горечью в сердце сказала:

— Об этом, Ваше Величество, надо было думать раньше. Насильно влюбленная овца может оказаться пастушкой. А пастушки не любят насилия. Вы могли просто попросить помочь. Это было бы достойно для короля. Теперь просто не мешайте. Помошь и поддержку я получу от короля Иритурия, который был со мной честен и теперь ждет моего распоряжения — вернулась на место и закончила — Осталось мало времени, господа, через четыре часа ритуал должен быть закончен.

Отец и сын, не сговариваясь, одновременно взяли емкости, вынули иглы, прокололи пальцы, накапали кровь в мензурки и оба встали.

Я подошла к отцу и сказала:

— Отдайте мне Вашу королевскую кровь, господин Гранд Ардерис, Полновластный Король Мира Ашеров по собственному желанию, собственной воле и во благо Вашего Мира для снятия древнего Великого Проклятия, наложенного Высшим Магом Борелем на каждого Главу королевского рода Мира Ашеров — и протянула руку.

Гранд встал на одно колено и произнес:

— Я, Гранд Ардерис, Полновластный Король Мира Ашеров, по собственной воле, собственному желанию и на благо моего Мира отдаю свою кровь для снятия древнего Великого Проклятия, наложенного Высшим Магом Борелем на каждого Главу королевского рода Мира Ашеров — и протянул мне мензурку.

— Благодарю Ваше Величество — приняла мензурку и слегка склонила голову.

Подошла к Арису:

— Отдайте мне Вашу королевскую кровь, господин Арис Ардерис, наследный Принц королевского рода, будущий Полновластный Король Мира Ашеров по собственному желанию, собственной воле и во благо Вашего Мира для снятия древнего Проклятия, наложенного Высшим Магом Борелем на каждого Главу королевского рода Мира Ашеров — и протянула руку.

Арис преклонил колено:

— Я, Арис Ардерис, наследный Принц королевского рода, будущий Полновластный Король Мира Ашеров, по собственной воле, собственному желанию и на благо моего Мира отдаю свою кровь для снятия древнего Великого Проклятия, наложенного Высшим Магом Борелем на каждого Главу королевского рода Мира Ашеров — и протянул мне мензурку.

— Благодарю вас, господа. Можете занять свои места. Ваше Величество, — обратилась к Глории — благодарю Вас за помощь и прошу, чтобы никто не покидал гостинную до полного завершения ритуала и моего возвращения. В этом случае могут быть самые разные неожиданности. Ваше Величество, надеюсь, Вы не будете против еще двух гостей, которые могут здесь появиться. Господин Вэрдис, — обратилась к тихо улыбающемуся Личу — попрошу Вас оказать королю и принцу необходимую восстановительную помощь, если такая понадобится. Всего доброго, господа, не скучайте.

Ашеры возмущенно переглянулись между собой и глянули на Лича.

— Кхе-кхы-кхе — прокряхтел по привычке он и развел руками — Она права. Всяко может быть…

Не теряя времени даром, отошла от стола, крепко зажав мензурки с драгоценной жидкостью в ладони, указательным пальцем нарисовала овал. Оглянулась на Ариса. Наши взгляды встретились, усмехнулась упрямо сверкнувшим глазам и шагнула в портал.

* * *

Вышла на террасе и сразу прошла в портал соседнего Мира.

Дежурный страж поклонился и сказал, что король сейчас же будет здесь. Не успел он договорить, как Иритурий появился на поляне, быстро скользя своей змеиной частью по желтоватой траве.

— Рад видеть, Госпожа — взволнованно сказал он — Все сделано, как Вы велели, мои подданные готовы.

— Приветствую, Иритурий. Сколько их?

— Пятьдесят.

— Замечательно. Пусть проходят на террасу и опускаются в подземелье. По двое становятся у каждого входа и ждут. Когда из туннелей появится яркий свет, пусть двигаются в противоположный конец. Плита там. Ее нужно будет снять, не повредив тела Первой Королевы. После этого все Ваши подданные должны как можно быстрее покинуть помещение и подняться по лестнице на террасу и даже не шевелиться, пока не пройдет первая волна Силы. Когда все закончится, они должны будут вернуться через портал назад, в свой Мир. Пусть выполнят все точно, как сказала, и проблема будет решена.

— Я сам прослежу за этим, Госпожа — решительно сказал он и отправился распоряжаться.

Перечить не стала, все равно бесполезно. Если он решил сделать так, то все равно сделает. А у меня было еще одно дело, которое нужно было завершить перед началом ритуала. Не теряя времени шагнула в портал и снова оказалась на террасе.

* * *

Обе мензурки были одинаковые и в обеих было по двадцать пять капель крови. В моей ладони кровь не свернулась, а осталась такой же жидкой и ярко-красной, как и тот момент, когда капала в мензурки. Я не боялась перепутать мензурки, потому что кровь Ариса поблескивала красочными вспышками растворенной в ней энергии Чар Любви. Использовать зачарованную кровь для снятия Великого Проклятия было нельзя, поэтому сосредоточилась на очищении жидкой субстанции — поймала мыслью одну искорку и осторожно потянула из жидкости тонкую нить так, чтобы владелец крови не почувствовал вторжения. Нить оказалась длинной и ее вытягивание заняло несколько минут.

Первым через портал прошел Иритурий. Он разместил своих подданных на террасе, объяснил следущую задачу и дал команду отправляться вниз.

Когда терраса опустела, я коснулась его руки:

— Иритурий, могу ли я попросить тебя выполнить мою просьбу?

— Что угодно сделаю, Дарина, только скажи!

Облегченно вздохнула.

— Я прошу тебя отправиться в гостинную Глории. Там она, Ашерский король с женой и сыном, и Лич Вэрдис… — вздохнула, не зная как сказать. Иритурий молчал и терпеливо ждал — Глория в ее положении одна против всех. Ей нужна помощь. Вэрдис — Лич. У него магия мертвая, а ритуал снятия Великого Проклятия сложный… Все может случиться… Я прошу тебя, — умоляюще глянула ему в глаза — сделай все возможное, чтобы ОН жил…

Иритурий, по-отечески похлопал меня по руке.

— Любишь его…

— Не знаю…

— Значит, любишь — решил он — Сделаю, Богиня, сделаю все, что смогу… И что не смогу тоже сделаю.

— Только ничего ему не говори…

— Понятно — ухмыльнулся он — Нем, как могила.

Открыла портал и Иритурий скользнул в него, перед этим нахально подмигнул и оскалил зубы до ушей.

* * *

Опустились вниз и быстро прошла по короткому туннелю к печати, которую Борель поставил первой. Это подсказала Стэлисса, когда мы осматривали их прошлой ночью.

Капнула на выступающий завиток буквы каплю крови Ариса, пропела первую часть контр-заклинания. Письмена вспыхнули и заблестели тусклым серебром. Перешла в следующей печати через портал, повторила то же самое, снова капнув кровью на завиток центра этой части заклинания, пропела следующую фразу.

Так выкапала все двадцвать пять капель и вернулась к первой печати. Здесь подняла руки вверх, держа в пальцах кровь отца и закончила контр-заклинание последней фразой и волевым усилием уничтожила оставленную древним Высшим Магом часть его замысла.

Письмена снова налились тусклым серебром, вспыхнули и стена исчезла. Открылся проход в кромешный мрак. Без света заходить туда не рискнула.

Потянулась к своей Сфере, позвала эмоцией. Она ответила мелодичной нотой. Тут же откликнулись другие. Зазвучала Музыка Сфер. Шагнула в мрак и он растворился, опадая разорванными прядями мглы, расплываясь тающими пятнами. Огромный зал осветился мягким светом впервые за тысячи лет.

Я стояла на краю круговой лесницы, на вершине которой виднелись темные провалы двадцати пяти входов. В центре зала возвышался широкий колодец, прикрытый плитой. Медленно пошла к сооружению. Борта колодца оказались не высокими, мне до середины бедра. Обошла его по кругу до того места, где из-под плиты виднелись женские ноги в туфлях без каблука, прикрытые тонкой тканью.

— Стэлисса! — позвала я громко.

— Я здесь, Дарина.

Первая Королева стояла рядом, почти такая же материальная, как и я.

— Послушай, пожалуйста.

Повернулась к ней, заглянула в глаза.

— Ты должна сделать все точно так, как говорю, чего бы тебе это не стоило.

— Говори, Дарина. Я сделаю.

— Ты будешь стоять рядом со мной и держаться изо всех сил за меня, когда станут поднимать плиту. Тебя неудержимо потянет к телу, но ты должна преодолеть это. От этого зависит твоя жизнь. Когда я сорву твое тело с края Источника и оно начнет движение ко мне, ты должна молниеносно поддаться тяге и соединиться с телом. Соединиться полностью, на все сто процентов, понимаешь? — она кивнула — Стэл, будет ооочень больно, но ты обязана выдержать, когда Сила Источника начнет оторгать тебя из тела. Вспоминай самые счастливые и самые несчастные дни своей жизни, любовь, удовольствия, ненависть, радость, что угодно, но цепляйся за свое пребывание в теле любыми способами, а если не останется сил у твоей Души, разъярись на себя до последней капли, но удержись. У меня не будет возможности тебе помочь. Ты обязана пройти это и выжить сама. Ты ПЕРВАЯ КОРОЛЕВА и ты сможешь. Я верю в тебя.

— Я сделаю это, Дарина. Я обещаю.

— Слово Первой Королевы? — улыбнулась ей.

— Слово Первой Королевы! — поклялась она, подняв над плечом соединенные указательный и средний пальцы и улыбнулась в ответ…

* * *

Музыка в моей душе усилилась, едва о ней вспомнила, Прикрыла глаза, представиля яркую вспышку и волны света, несущиеся по туннелям. Открыла глаза и подмигнула Первой Королеве. Она улыбнулась в ответ.

Послышался нарастающий шорох и в зал начали сползаться здоровенные мужики на мощных змеиных хвостах Они взялись за плиту, охватив ее по краю, плечо в плечо. Поднатужились, подняли и кряхтя понесли в сторону.

— Кладите осторожно! — крикнула им.

Опустили медленно, положили аккуратно на каменные плиты и дружно ринулись врассыпную. Насыщенная энергией плита светилась серебром.

Прекрасное женское тело лежало на краю бортика колодца. Ее физическое тело было настолько безупречно, что моих восхищений не хватило бы, если бы у меня было на них время. Я всегда преклонялась перед красотой, хоть мужского, хоть женского тела, зная, что это самое совершенное в Мирах Творение, равного которому нет, не было и не будет никогда!

Музыка Сфер внутри моего существа запела, закружила, наполнила до краев и выплеснулась мягким потоком на лежащую на камне Первую Королеву Стэлиссу. По нему прошла волна гармонии, любви, радости, счастья. Черты ни-живого-ни-мертвого лица разгладились, вернули блеск и свежесть коже, волосам, ногтям., губы порозовели, волосы осыпались шелковистой волной на каменные плиты пола.

Звук последнего аккорда еще звучал во мне, когда я схватила хрупкое тело за платье на груди и изо всей силы дернула на себя. Краем глаза заметила, как призрак Стэлиссы метнулся вперед и растворился в нем. Я пропустила летящее тело мимо себя, придержала от резкого удара за платье и, прежде чем оно упало на каменные плиты, Стэлисса глубоко вздохнула и открыла глаза.

Тут же повернулась к Источнику и глубоким голосом запела контр-заклинание, подтверждая каждую фразу каплей крови Короля Гранда. Капли летели по кривой, опускаясь в самый центр колодца и у самого дна вспыхивали огнем.

Источник, как пылесос, втягивал в себя Музыку Сфер, их Силу и Свет.

Капнула последняя капля, прозвучало постелнее слово, закончилась последняя нота, вспыхнул последний огонь и все замерло. Я стояла, не шелохнувшись, с протянутыми вперед открытыми ладонями и ждала.

Взрыв фонтана яркого Света был мне наградой. Сила Источника проснулась и вернулась в Миры. Я ждала, пока гул потока Силы усмирел и мне на ладони шлепнулся крохотный сверточек.

С трудом перевела дух, избавляясь от напряжения, сжала сверток в ладони, устало опустилась рядом со Стэлиссой, закрыла глаза.

* * *

Очнулась от того, что кто-то хлопал мена по щекам. Открыла глаза и увидела встревоженное лицо Первой Королевы.

— Привет — улыбнулась ей — Жива?

— Ох, черт… Жива… — она отвалилась на камни рядом — Даже не верится, но жива.

— Я тоже…

— Теперь винаааа…..

Мы переглянулись и расхохотались.

Мы катались по полу, орали от счастья и смеялись до коликов, икотки, изнеможения и потребности в отхожем месте.

Наконец, истерика прошла и мы, поддерживая друг друга, встали.

— Надо восстановиться немного, Стэл — сказала ей серьезно — Это девичье тело такое хрупкое, что просто кошмар какой-то! Чуть что брык и в обморок! Дурдом какой-то на лужайке…

— Ты имеешь в виду от Источника?

— Да. Это займет пару секунд. Нам надо возвращаться к Глории. Она там одна с чужаками.

Стэлисса согласно кивнула и мы подошли к Источнику. Едва коснулись края каменной кладки, отдернули руки, полные сил, радости, счастья.

— Стэл, он точно ТУТ был постоянный портал, который выходил в спальню? — последний раз спросила Первую Королеву.

— Да, Дарина. Сколько можно спрашивать? Пойдем уже! Там Глория одна с чужими! Ты же сама сказала! Я волнуюсь!

В десятке метров от кромки Источника установила постоянный портал в покои Королевы, закрепила его, привязала к месту.

— Шагай первая — улыбнулась ей.

— Только после тебя!

— Первая Королева ты, моя дорогая, тебе и шагать — усмехнулась в ответ — А я приду следом за тобой через несколько минут. У меня еще одно дело есть. Иди, Стэл, не задерживайся.

Стэл глянула на меня серьезно и шагнула в портал.

Вернулась к Источнику, внимательно на него посмотрела. Все было здорово, но что-то было не так. И это «не так» надо было выяснить немедленно.

Я разделась наголо, распустила волосы и шагнула в колодец.

Меня подняло и закружило, наполняя Силой. Потянулась к этому «не так» и увидела плоский черный Камень на вершине горы, Кусок скалы на горной вершине, затянутое гнолой тиной горное Озерко, черный Луч Солнца на лесной поляне, толстую бурую Паутину между двумя двумя лавочками в глубине парка, треснувшую Чашу на постаменте, заржавевший Кинжал на богато завешенной оружием стене, Монастырь под отвесной скаллой, треснувший Рубин во лбу какого-то каменного бога в заброшенном храме, потемневший Шлем, разорванную на груди Кольчугу, порванную Уздечку не ветви одинокого дерева в чистом поле, раскачивающуюся на ветру. И все поняла.

Ступила на край бортика, спрыгнула на каменные плиты, оделась, заплела косу, подхватила сверточек с пола и последовала за Стэлиссой, приподняв спереди длинные юбки…

* * *

В спальне никого не было.

Перевела дух, подумала и решила сказать ждавшим господам только то, что они должны знать. Перекинула косу на грудь и вышла в гостинную.

Королевские особы радостно переговаривались, но из-за стола не вставали. Прошла к своему стулу, спокойно села.

Мина у меня была не веселая, я смотрела в стол, обдумывая как им сказать неприятную новость. Гомон и радостные вскрики мгновенно стихли.

Стэлисса не выдержала и спросила:

— Что-то случилось, Дарина?

Я помолчала, собираясь с духом, потом кивнула и глянула на Первую Королеву.

— Да, Стэл, случилось — обвела их взглядом — Должна вас, господа Ардерис, огорчить. Вы не сможете пока покинуть этот Мир. Мне очень жаль.

— Почему? — забеспокоился Гранд — Что случилось?

Глянула ему в глаза:

— Потому что Великое Проклятие затронуло и испортило не только этот Источник Силы и его Ключ, но и Источники и Ключи других Миров. Особенно вашего. Пока Ключ Этого Мира не будет восстановлен, весь ваш королевский род в смертельной опасности. В принципе и Мир тоже. Без этого, как только вы втроем пройдете портал в свой Мир, вы умрете. Безвозвратно. Все. Поэтому вы должны остаться здесь, пока я отправлюсь к Ключу и попробую его восстановить или уничтожить и сделать новый, а потом дождаться, пока пройдет первая очистительная волна энергии.

— Это далеко? — спросила Веда.

— Не знаю. Может быть да, а может и нет. Его еще надо найти — помолчала минутку, обдумывая свои слова — В любом случае Вам придется ждать, если хотите жить.

Все смотрели на меня с немым вопросом.

— Я не знаю что удастся сделать и удастся ли. Но ни у вас, ни у меня нет выбора. — встала, глянула каждому в глаза, кроме Ариса — Извините. Я должна отдохнуть. Доброй ночи.

Отошла от стола, нарисовала полукруг на полу, шагнула в него.

* * *

В пижаме, толстом теплом халате, пушистых носках я сидела в любимой позе у камина и пролистывала книгу за книгой, иногла пригубляя бокал с соком, иногда поглядывая на размеренный огонь, припоминая, представляя, сопоставляя то, что удавалось выудить из книг.

Я искала любые сведения о Ключах Источников, во-первых, чтобы проверить то, что увидела, когда вошла в поток Силы, во-вторых, чтобы понять какой Ключ относится к какому Источнику и в каком Мире, в-третьих, чтобы найти хоть какие-то подсказки, указывающие хотя бы примерное направление, где искать.

Времени было мало. Я это и чувствовала, и понимала. Поэтому, пройдя через портал из гостинной Королевы в свои апартаменты, переоделась и тут же принялась за работу.

Из всего, что могла предоставить местная библиотека о Ключе, сведений почти не было. Видимо Борель и здесь похозяйничал.

Устало закрыла глаза, откинувшись на спинку кресла, расслабила затекшую шею. Помечтала о крепком здоровом сне.

Черт, отдыхать некогда. Сосредоточилась на Россе. Теперь картинка проявилась быстрее.

— Да, Госпожа — поклонился пожилой мужчина.

— Росс, мне нужна информация о Ключе Источника Силы Мира Змеелюдей. Сейчас же. — ментальная связь получилась более четкой.

— Я чувствую, что Источник восстановлен, Госпожа.

— Да. Полтора часа назад, Росс.

— Я не знаю что такое время, Госпожа.

— Ты давай не умничай, а высылай книги.

— Из этого хранилища нельзя высылать книги, Госпожа.

— Хочешь, чтобы Хранилице твое накрылось медным тазом вместе со всеми Мирами из-за твоего упрямства?

— Нет, Госпожа.

— Тогда делай что говорю — мысленно буркнула на материализованного Духа Знания.

Протянула руку и поймала том, высланный Россом. Только потом открыла глаза и подняла со спинки кресла голову.

Арис сидел напротив, внимательно на меня смотрел и покусывал ноготь.

— Что ты здесь делаешь? — испуганно прижала к себе книгу.

Он молчал и отблески пламени метались в глазах.

— Дай мне шанс, Дарина — тихо попросил он — Только один шанс из тысячи.

— Какой? — не поняла и вжалась в кресло.

— Завоевать твою любовь. Настоящую…

Он смотрел на меня решительным взглядом. Его мужественное лицо было спокойным, уверенным.

— Я не отступлюсь от тебя, ты же знаешь. Я хочу, чтобы ты меня любила. И ничего другого мне не надо.

Смотрела в его глаза и не верила ни одному слову. Помнила его слова о том, что не будь я Богиней, не имела бы у него ни малейшего шанса. Его отец предрешил мою судьбу, а он готов был вышвырнуть меня, как использованную и уже не нужную вещь, в чужом враждебном Мире. Одну. И оставить выживать. Страх заменила обида.

— Арис — медленно покачала головой — между нами все кончено с того момента, как ты убедился, что я не только среднестатическая выпускница Высшей Академии. У той Дарины не было шансов у тебя, а у этой слишком много обязанностей, чтобы думать о чувствах. Та думала, что любит тебя по-настоящему, когда была оплетена твоими стараниями целым коконом Чар Магии Любви, а у этой осталась только обида и боль. Я не хочу возвращаться к старому, Арис. Ты будущий король и тебе нужно устраивать свою жизнь так, как этого требует ваш Свод Законов. У тебя есть законная невеста Инесса, высокорожденная и достойная быть твоей супругой. Тебя ждет блестящее будущее и я желаю тебе всяческого счастья и радости в жизни. А я, Арис, родилась и выросла в простой семье, не имеющей никакого отношения к коронованным родам. Извини, Арис. Мы с тобой не пара. И не стоит тратить время на склеивание разбитого горшка. Все равно он новым уже не станет.

Опустила глаза, чтобы не видеть ту боль, которая плеснула в его глазах. Мне тоже было больно. Тогда. А он… А он был прав в своих поступках.

— Я не отступлюсь, Дарина.

— Арис, ты сделал все для того, чтобы сегодня было так, а не иначе. Ты сам воздвиг между нами непродолимую стену, не смотря на ту бездну, которая и так нас разделяла. Я поверила тебе, а ты…. - глотнула комок в горле — Ладно. Не важно. Это в прошлом. Теперь между нами ничего серьезного быть не может. Вернешься в свой Мир и твоя жизнь станет такой, о которой вы все мечтали.

— Нет.

— Да, Арис. Тебя ждет невеста, которая всю жизнь готовится стать твоей супругой. У вас все будет хорошо.

Он прищурился:

— Откуда ты знаешь о ней?

— Твой отец сказал.

— Ты слышала наш разговор… — понял он.

— Да. Весь. И твои последние слова тоже.

— Я не чувствовал твоего присутствия….

— И не должен был.

— Почему?

— К тому моменту я уже не подчинялась твоим Чарам Магии Любви. А потом, когда ты был под душем, вернула их тебе.

— Значит, это был твой поцелуй и я правильно почувствовал? — спокойно спросил он.

— Да. Я хотела, чтобы ты это понял.

— Спасибо. Я на миг был счастлив.

Несогласно покачала головой, горько усмехнулась.

— Арис, то, что ты сейчас чувствуешь ко мне, это твои же Чары Любви. Сейчас я сниму их с тебя и ты сам убедишься, что нас ничего не связывает.

Отложила присланную книгу и раскрыла ладонь, протянула ее вперед и Музыкой позвала лучик Магии Любви из его тела, лихонько потянула и серебристая паутинка энергии заплясала на ладони, сворачиваясь в плотный, искрящийся живыми радужными вспышками искусственного чувства, клубок. Наклонилась вперед, когда ниточка закончилась, присмотрелась к танцующеиу счастью.

— Вот наша любовь, Арис. Видишь какая она была красивая, какая живая, радостная, счастливая? — сжала и тут же разжала пальцы, материализуя энергию в то, чем она теперь стала — А теперь это просто моток грязной паутины и место ей в огне.

И кинула клубок в огонь камина. Он вспыхнул, мгновенно обуглился, распавшись на серый пыльный пепел.

Он не сводил с меня взгляда, не обращая мнимания на огонь, упрямо поджал губы.

— Ты же сейчас чувствуешь, что ты не любишь меня. — тихо сказала — Я для тебя просто игрушка, которую после использования можно вывезти спящей в отдаленный Мир и там бросить. Или престижная супруга, потому что вряд ли какой король смог бы похвастаться женой-Богиней Счастья и Любви. В таком супружестве нет ни чувств, ни эмоций, ни ощущений, ничего. Только удовлетворенная гордыня короля. А я такого не хочу.

— Ты не права, Дарина. Я не знал, что зачарован и любил тебя. Ты сняла чары, а мои чувства к тебе не изменились.

— Дай время и все пройдет. Ты прекрасный политик и актер. Этим все сказано Я понимаю тебя и не могу больше относиться к тебе, как прежде. Извини, Ашерский принц. Не трать понапрасну время. Это бессмысленно и ни к чему хорошему не приведет.

— Дарина, я прошу только об одном единственном шансе. Больше ни о чем.

Тихий разговор. Спокойная констатация фактов. Без крика, без эмоций, без чувств.

Открыла книгу, опустила в нее глаза.

— Уходи, Арис… Ты мне мешаешь работать.

Он вспыхнул, но сдержался. Долго молчал, не сводя с меня загадочного взгляда. Что-то происходило в его душе, что-то мне совсем не доступное.

— Когда ты уходишь? — тихо спросил он.

— Не знаю… — пожала плечами, не подняв на него глаз — Наверное, как только узнаю куда идти.

— Доброй ночи… — пожелал он спокойно, помолчал немного и добавил — Все равно ты поверишь мне, любимая, и все равно ты будешь моей супругой. Даю тебе свое Слово Ашерского принца и будущего короля Мира.

Гибко встал и неслышно ушел.

Я отхлебнула томатного сока и продолжила поиски. Его слова меня не взволновали.

Глава 5. Ключ Источника

Информации о Ключах Источников было много, но вся написана в поэтическом стиле то ли бардами, то ли восторженной молодежью, которая дальше своего сада носа не высовывала. Из всего, что удалось выяснить, от королевского дворца ехать надо на юго-восток до провинции Стис, а там рукой подать до Ключа. Как далеко подает эта рука было не понятно, какие опасности поджидают по дороге тоже, какие племена обитают ни слова, только о том, какая прелесть этот Ключ Источника и как здорово было бы его увидеть каждому смертному. Под утро попались на глаза записки неизвестного путешественника, краткие и корявые, смысл которых заключался в предостережениях тому, кто все же рискнет отправиться по его стопам. Последняя запись гласила: «До Ключа нет ни дороги, ни направления, ибо Гора, на которой он лежит, недоступна стопам змеечеловека».

Плюнула в сердцах, отправила книги назад по библиотекам, вскочила с кресла, выглянула на улицу и не поверила своим глазам: возрожденный Источник всего за несколько часов сотворил чудо! Ни следа снега, зимы, метели, холода…

Солнце давно поднялось над горизонтом, светило радостно в голубой дали. Свежий ветерок нежно ласкал кожу, развевал распущенные волосы. Пахло молодой зеленой травой и цветами. Могучие деревья шумели зелеными кронами, будто разговаривали между собой после долгой спячки. Птички носились с радостными криками низко над деревьями, громко цокали белки, перепрыгивая с ветки на ветку. Тенистые аллеи парка заполонили гуляющие аристократы, расплываясь в улыбках и попеременно кланяясь друг другу. Прислуга бегала туда-сюда, разносила холодные напитки желающим, подавала веера и кружевные платочки кокеткам. Казалось, все население Дворца высыпало на улицу полюбоваться чудом неожиданного лета.

Смотрела на них с балкона и улыбалась. Приятно видеть счастливые лица и радостные улыбки! Особенно, когда имеешь непосредственное отношение к ним, хоть и скрытое от их хозяев.

— Госпожа! Госпожа! Вы проснулись! Какое счастье! Вы видите? Говорят, что Источник снова ожил! Что его оживили Боги! Госпожа! Наш Мир прощен Богами! Представляете какое счастье?!!! — наперебой щебетали восхищенные служанки, увидев меня на балконе.

— Вы представляете, Госпожа! У нас не было лета долго-долго! Никто уже и не помнит каким оно было когда-то! А тут вдруг раз и лето! Представляете?!

— Госпожа! Госпожа! Это лето просто чудо! Посмотрите какое все красивое, зеленое! И даже цветы расцвели! За одну ночь! А птицы и белки-то как радуются!!!

Рассмеялась вместе с ними, радуясь их радостью, и тому, что со мной это не связывают дотошные языки «всезнаек».

— Можете пойти на улицу, если хотите. Там наверняка не хватает помощниц, да еще и таких хорошеньких. — предложила девушкам.

— Вы серьезно, госпожа?! Спасибо, госпожа! А как же Вы, госпожа?! Мы не надолго!

— Идите-идите, мне вы сегодня не будете нужны.

Девушки с радостным хохотом убежали.

* * *

Медленно обошла комнаты, открыла окна, привалилась к раме одного из них, закрыла глаза, распахнулась навстречу ветру, солнцу, шуму живой жизни…

Хорошо, что хоть кому-то хорошо. Хорошо, что другие счастливы. Хорошо, что целый Мир теперь будет жить под теплым солнцем, которое согревает душу, заставляет петь сердце, вызывает полет души…

Стоп! Нечего расслабляться, Дарина, — одернула себя — Для тебя еще есть работенка в этом Мире. А потом тебя снова ждут новые места, новые приключения, совсем другая жизнь, о которой ты сейчас даже не догадываешься…

Села на пуфик у зеркала, распустила волосы, в порыве эмоции закрыла глаза и тихонько запела, не удержавшись, закружилась по комнате, отдала тело танцу, музыке, улыбке, радости жизни, забыв обо всем на свете.

Пришла в себя мгновенно, тут же приняв боевую стойку. Кончики пальцев знакомо защипало от активировавшейся энергии, готовой сорваться и ударить опасность. Огляделась. Никого. Но ощущение не проходило. Глянула в нескольких диапазонах. Ничего. Кто-то умело пользовался Лучом Поиска или невидимостью.

Расслабилась. Ну и черт с тобой! Смотри, коль интересно. Даже проверять не стала кто это, и так знала. Показала язык невидимому Арису, отвернулась недовольно. Ощущение пропало.

Прошлась вдоль рядов одежды, нашла брючный костюм для верховой езды в серых тонах, мягкие высокие сапожки на низком каблучке и широкополую шляпу с длинным округлым шнуром-завязкой, по типу самбреро. Оделась, заплела косу, закрутила вокруг головы, надежно прикрепила шпильками. Глянула на себя в зеркало, скривилась от собстенного вида, нахлобучила шляпу на глаза и помаршировала к выходу.

* * *

На террасе свернула по лестнице вниз и через минуту была уже на улице.

Так. А где тут хоздвор? Дошла до угла здания, по-звериному принюхалась. Наверняка там, где конюшни. Легкой трусцой побежала на запах.

Там было тихо. Разомлевшие от непривычного тепла слуги едва передвигались. Кузнец, в длинном кожаном фартуке, привалился к стене, на лавочке, у дверей кузни, с закрытыми глазами. Кряжистая фигура, опаленное горном лицо источали полное блаженство. Не хватало только таблички над головой «Не кантовать!».

С трудом его растолкала, попыталась объяснить что мне нужно, но он смотрел мутными, как с тяжелого бодуна, глазами и ни черта не понимал. Пришлось сходить к колодцу и принести ледяной воды. Двух ведер хватило, чтобы сообразил что нужно сделать к завтрашнему утру.

Оттуда пошла к конюшням.

Ни внутри, ни снаружи никого не было. Ни слуг, ни коней.

Прихватив первую попавшуюся уздечку и лакомства, прошла к другому выходу и увидела табун, пасущийся на противоположном конце лужайки, огороженной толстыми бревнами. От конюшни к пастбищу вела широкая, разбитая мощными копытами стезя. Вдали паслись кони. Всем табуном.

По краешку травяного наста добралась до ограждения, пролезла между деревянными перекладинами, медленно пошла по еще не вытоптанной траве. Остановилась в каком-то десятке шагов от табуна. Присела на корточки, позвала маленькое мохнатое существо, прячущееся между лошадиными копытами.

Лошади запрядали ушами. Огромный черный жеребец выскочил вперед, расталкивая остальных мускулистой грудью. Предупреждающе заржал.

Угу, грозный. Будем считать, что испугал.

Не обратила на него особого внимания, поманила пальцем маленького хитреца, настороженно выглянувшего из-за конской бабки.

Конюший понял, что игра в прятки не получилась, неохотно подкатился, как колобок. Протянула ему раскрытую ладонь, предложив в качестве взятки крохотный колокольчик, сплетенный из материализованной энергии Источника. Мохнатое существо блеснуло глазками, вопросительно глянуло на меня.

— Что желаешь за это, Госпожа?

— Двужильную лошадку. Необъезженую двухлетку.

— Щаз будет, Госпожа! Сами объезжать будете? Или мне расстараться?

— Сама.

Он схватил колокольчик и мгновенно исчез в табуне.

Обычно объезжать коней предпочитала сама, а не доверять это важное дело кому бы то ни было. Особенно конюшим. Так наобъезжают, что потом себе дороже выйдет. Имелся прискорбный опыт. Нарвалась однажды на такого умника, так пришлось бросить коня не успев отъехать и нескольких километров от конюшни, конь захромал на две ноги. После такого опыта стала осторожнее.

Я ждала у толстых бревен ограды, вынув из карманов яблоко и морковку, прихваченные из конюшни.

Расталкивая чужие бока, вперед вырвалась серая в яблоках кобылица, шустро подскочила ко мне, выхватила из руки яблоко, ткнулась крутым лбом в плечо. Погладила ее по носу, покосилась на конюшего. Тот хмуро ковырял носком сапожка землю под ногой. Ясно. Эту кобылку он отдавать не хотел. Значит, ценная. Предложила новой подруге трензель. Она на удивление спокойно его зажевала, бряцнула зубами по металлу, опустила голову, давая мне застегнуть уздечку и перекинуть повод на шею.

— Позволяешь мне проехаться на тебе? — тихонько спросила ее, чутко ловя лошадиную эмоцию и поглаживая грациозную шею.

Кобыла фыркнула и кокетливо отошла. Шагнула к ней. Она опять отступила. Я пошла в сторону конюшен, она двинулась за мной. Так мы погуляли с полчасика, пока ей не надоело. Тогда предложила ей еще одно яблоко из второго кармана и кусочек морковки. Она подошла за угощением, схрупала морковку и тряхнула головой. Этого момента я ждала и вспрыгнула на кокетку.

Кобылица возмущенно всхрапнула, присела на круп, взвизгнула и понеслась, скача по-заячьи, по лужайке, взбрыкивала и прыгала из стороны в сторону. Я ей не мешала, крепко обхватив ногами. Ограждение не задержало красавицу, она его перескочила без особой натуги, как поваленный ствол дерева и понеслась куда глаза глядят.

Сбросить упрямую наездницу она пробовала около часа, стараясь задеть мною за деревья и кусты, но напрасно. Я впилась в ее тело не хуже клеща и получала удовольствие от приятного времяпрепровождения. Наконец, почувствовала, что она начала уставать. Вот тут и пошел в ход повод и каблучки на моих сапожках. Кобылка быстро поняла, что от нее требуется и, видимо, решила, что сопротивляться себе дороже, послушно пошла куда ее посылала. Я тихонько разговаривала с ней, приучая к своему голосу, повторяла команды, хвалила, похлопывала по холке. Пару раз соскакивала угостить сахаром. В конце концов мы подружились и мирно вернулись назад.

Пока водила кобылу по лужку, ожидая пока остынет после долгой скачки, обтирала ветошью и тщательно чистила, чувствовала пристальный взгляд из окна второго этажа и старалась не показать виду, что заметила.

Продолжая разговаривать с кобылкой, прислушивалась к ее эмоциям, изучала реакции на интонацию моего голоса, слова, подтвержденные ее чувствами и немного научилась ее понимать. А перед тем, как отправить к табуну, почему-то спросила:

— Когда мы с тобой по-настоящему подружимся, ты скажешь мне свое Имя?

Она внимательно глянула на меня одним глазом, гордо отвернула голову.

— Меня зовут Дарина — представилась ей — Я магиня-воин, но некоторые считают меня Богиней. Я не знаю как ты сюда попала, но чувствую, что ты не просто молоденькая лошадка… Хм… Когда закончу свои дела, отведу тебя домой. Если, конечно, ты этого захочешь.

Лошадка внимательно на меня взглянула еще раз, глубоко вздохнула, и до моего сознания неожиданно донеслось: «Меня зовут Лаура. Я согласна. Я верю тебе и постараюсь заслужить дорогу домой». Удивилась такой качественной ментальной связи и не подумала спросить кобылку зачем ей был нужен весь этот спектакль с укрощением и объездкой, хотя мысль мелькнула где-то на фоне сознания и тут же исчезла.

— Ну вот и хорошо. Договорились. — сказала вслух — Завтра будет готово седло для тебя. Хм… Для меня. И если ты не против, попробуем его на тебя примерить вместе со мной, а послезавтра, на рассвете, отправимся в дорогу. Хорошо?

Лаура потопталась на месте, мотнула головой: «Ну, если нет другого выхода, то и нет выбора. Как скажешь, Дарина. Пусть будет седло».

Я согласно хлопнула ее по шее и отправилась к шорнику.

Шорник сразу понял какое седло мне нужно, глянул на кобылку и обещал сделать к завтрашнему утру.

Вернулась к себе и после взбадривающего душа опять села за книги. Служанки иногда заглядывали, но я махала им рукой, чтобы не мешали.

К вечеру, совершенно одуревшая от информации, полученной из книг, переоделась и пошла пешком к Королеве, посчитав, что телепортироваться в ее покои было бы верхом нахальства, особенно если коронованная компания в сборе. Тем более, что хотелось немного размять затекшее после долгого сидения тело.

* * *

Оказалось, что я ошиблась. Королева была в кабинете одна и занималась какими-то документами.

— Подожди минутку, Дарина, я последние две бумажки подпишу и буду к твоим услугам.

В ожидании подошла к открытому окну, посмотрела в парк.

Иритурий гулял под ручку со Стэлиссой. Они о чем-то увлеченно разговаривали, не обращая внимания на окружающих. Королевская чета Ашеров сидели на лавочке и хмуро молчали, отвернувшись друг от друга. По их минам было видно, что разговор между ними был не из легких.

В парке гуляла тьма народу, разодетого кто во что горазд, важно вышагивали под ручку, разговаривали, показывали друг другу цветы, птиц, скачущих по ветвям белок, улыбались от удовольствия, хохотали остроумным шуткам друг друга. Казалось, весь королевский двор высыпал на улицу и совершенно не собирался возвращаться в помещение.

— Я слушаю тебя, моя дорогая Богиня — позвала меня Глория.

Глянула на королеву и скривилась, как от незрелого лимона.

— Не называй меня так, Глория — попросила — Мне это крайне неприятно.

— Хорошо, не буду. Как говорится, хозяин-барин, как скажешь, так и будет. Садись, рассказывай — пригласила меня к креслу, вперевалочку отправляясь ко второму.

Подхватила ее под локоть, помогла дойти и удобно расположиться. Ей уже было трудно передвигаться самостоятельно, но она крепилась и старалась оставаться независимой от чужой помощи. С сочувствием смотрела на нее и жалела от всей души всех беременных женщин, которым так же трудно двигаться в конце беременности. Глория откинулась в кресле, положила ноги на пуфик, облегченно вздохнула:

— Ну, наконец-то! Эти государственные дела настолько меня изматывают, что к вечеру не остается сил ни на что. Иногда даже заснуть толком не могу от усталости.

— Скоро срок? — спросила ее.

— Через две недели. Скорее бы уже все осталось позади. Дождаться не могу, когда снова стану собой… Дарина, прошу тебя, вернись к этому времени. Я хочу быть спокойна, что в последний момент с наследницей ничего не случится — жалобно глянула на меня — Да и со мной тоже. Все-таки, когда рядом Богиня, я чувствую себя спокойнее.

— Постараюсь, Глория. Думаю, что все будет нормально.

— Ты уже знаешь где находится Ключ к Источнику?

— Примерно. По крайней мере направление знаю точное.

— Когда отправишься?

— Послезавтра, если все к этому времени будет готово. Глория, мне нужна одежда.

— Без проблем — улыбнулась Королева — Какая?

Объяснила. Она на некоторое время задумалась, потом сказала, что к завтрашнему утру все будет готово.

— Вэрдис говорит, что когда Источник восстановлен, то Ключ только как придаток к нему — сказала Глория — что новый Ключ всегда можно сделать и это не такая большая проблема.

— Вот как? — удивилась ее словам — И он возьмется за эту работу?

— Ну, я спрашивала его об этом — призналась Глория — Он ответил, что сам никогда такого не делал, но ты вполне с этим справишься.

Усмехнулась, кивнула, подошла к окну. Значит, моими руками решил жар загрести, старый стервец?

— Вот интересный народ эти Личи — подумала вслух — Сам не делал, сам не знает, но в мою сторону отмахнулся…

— А что не так? — не поняла Королева.

Задумчиво покачала головой, вернулась к креслу.

— Глория, из всего того, что мне удалось выяснить, получается, что есть два пути восстановления Ключа. Один: попробовать его очистить и восстановить первоначальную силу и назначение, а потом соединить с Источником. Второй: создать другой Ключ, но для этого надо сначала уничтожить испорченный. Сомневаюсь, что Вэрдис этого не знает или горит желанием заняться этим делом. Хотя все может быть. В любом случае ехать к Источнику надо и как можно быстрее.

А про себя подумала — с чего это Вэрдис начал крутить? Зачем преднамеренно врет Глории? Странно.

— Может быть тебе нужна охрана? — предложила Королева — Могу отправить с тобой отряд самых лучших…

— Нет, — перебила ее — Отряд будет привлекать слишком много внимания, а сама проеду незаметно. Кстати, Глория, ты сама-то знаешь хоть, кто живет на юго-востоке?

Она отрицательно покачала головой.

— Обычные змеелюди. Вряд ли что-то изменилось за последние пятьдесят лет, с тех времен, как я была там в последний раз… Дарина, а что будет, если оставить все как есть? Или не уничтожать испореченный Ключ? Что-то мне не нравится, что ты должна ехать именно сейчас.

Задумалась, припоминая прочитанное, и некоторое время молчала. Потом процитировала:

— «Пораженный заразой Великого Проклятия Ключ Источника, как и сам Источник, влияют на жителей Мира, их поведение, благосостояние, эмоции, природные и погодные условия. И самое главное, на сознание народа и его коронованных правителей. Любое изменение одного из двух или обоих вместе — Источника Магической Силы Мира и его Ключа — приводит к окончательной гибели Мира». Как видишь, Глория, картина не из веселых.

— Не дай Бог! — воскликнула королева, всплеснув руками — Только не это!

С улыбкой глянула на нее и подмигнула:.

— Значит, мы с тобой этого не допустим. По крайней мере сделаем все, чтобы не допустить.

Она облегченно вздохнула и заметно успокоилась:

— Ну, тогда хорошо, тогда я верю, что все будет хорошо.

— Пойду я, дорогая моя — улыбнулась ей — Может найду еще какие-то подсказки, которые помогут быстрее добраться к цели. Завтра зайду к тебе попрощаться.

— Ты сама едешь? — несмело спросила она.

— Да.

— А Арис?

— А что Арис? Это не Ариса дело! Я не хочу, чтобы он со мной ехал. Дорога опасная, а наследный принц не имеет права рисковать своей жизнью и здоровьем.

— Ты его любишь, Дарина? — заглянула мне в глаза Глория.

— Хмм… Не знаю… Глория и этого боюсь больше всего — задумчиво ответила — Я должна его забыть, Глория… Я должна принять, что я ему не пара… Я должна смириться, что у него другая жизнь, другая судьба, другое предназначение и другое счастье… А я пока не могу… это выше моих сил… Уеду, не буду видеть, может переболею — подняла на нее глаза — Я вчера его выгнала. Сама… А сегодня жалела…

— Хочешь я с ним поговорю? — предложила она.

— Нет! — отшатнулась от нее — Ни в коем случае! Не вздумай даже имени моего упоминать! Ни ему, ни его родителям!

— Ах, вот даже как… Далеко же у тебя зашло с чувствами… Хорошо, не буду… Только напрасно ты так с ним, Дарина. Даже я вижу, что вы созданы друг для друга и он безумно тебя любит. Я с первого взгляда это поняла, как только увидела вас вместе на его Первом балу. Когда вы с ним вместе, рядом, смотришь на вас, видишь эту гармонию красоты и единения идеальной пары, и душа поет…

Я тяжко вздохнула, глотая подступивший к горлу комок и пряча глаза.

— Нет, Глория, ты ошибаешься, он меня не любит. Он играл отведенную ему роль, как хороший актер и умный политик. Он Принц, он Ашер, а я просто человек. Я ему не пара. К тому же, у него официальная невеста есть, как сказал его отец. Замуж за него выйти готовится всю жизнь. Он будет счастлив с ней, а я постараюсь никогда больше не попадаться ему на глаза…

— Зря ты так — огорчилась Королева — Зря. Я вижу другое.

— Хватит об этом, Глория… Пойду я — хлопнула себя по коленке — Дел много, а времени мало. Надеюсь, ты не против, если я воспользуюсь твоим порталом к Источнику?

Глория покачала головой, осуждающе поджала губы. Но я уже пошла к двери в королевскую спальню.

— Эх, молодость, счастья своего не понимаешь — услышала ее бурчание, но не обернулась.

* * *

Огромный зал ярко освещен ровным столбом исходящей из колодца серебристо-прозрачной энергии. Подошла к источнику, пропела приветствие и слова нужного заклинания, быстро разделась, сосредоточилась на Ключе Источника и прыгнула в поток Силы.

Подняло, закружило, понеслись в голове картинки: дворец вдалеке, наезженная телегами и конными дорога, на развилках разбегается в стороны, кружит скрозь деревеньки и хутора. В одном месте вливается в улицы небольшого городишки, выныривает с другой стороны, через несколько миль ныряет в лес, разбегается тропинками, теряется в гуще крон. Тоненькой змейкой бежит к лесному озеру, заросшему кувшинками, огибает его по широкой дуге, теряется в траве огромной лесной поляны, несется дальше по чащобе, выныривает на холмах, заканчивается на пустоши, заросшей темной травой и кустарником, и обрывается на крутом глубоком обрыве. Внизу углубленное плато, с буйной растительностью, в центре возвышается высокая гора с плоской каменной вершиной, с одной стороны как срезанной ножом, с других довольно пологая.

Усилием воли вынесла себя из потока Силы, кувыркнулась в воздухе, чтобы не зашибиться о каменный пол, поднялась, поблагодарила Источник за подсказку, быстро оделась.

Пахло ландышами. Огляделась. Никого. Упрямо мотнула головой, избавляясь от навязчивой галлюцинации, побежала по самому короткому туннелю, к винтовой лестнице наверх. Вывернула из-за укрывающей проход статуи и замерла.

Арис стоит у окна, руки в карманах, спина расслаблена, качается с пятки на носок и обратно. Злится, определила с первого взгляда. Не просто злится, а в ярости. Уж это знала наверняка.

Возвращаться назад к порталу или сделать вид, что не заметила, было одинаково глупо. Он знал, что буду здесь проходить, специально ждал меня здесь. Надо сказать что-то дежурное, пустое, но не знала что. Так и стояла, замерев на месте.

Арис долго молчал, продолжая раскачиваться, потом сказал:

— Я ждал тебя, Дарина. Я знал, что ты будешь проходить здесь и ждал.

Угадала…

Обернулся ко мне, подошел, протянул руку. Глянула на нее, спрятала руки за спину, прошла мимо к открытому окну, уставилась на кроны деревьев.

— Что ты хотел, Арис? — услышала свой холодный голос — Зачем ты ждал меня здесь? Мы ведь обо всем уже поговорили. Что тебе нужно от меня, Арис? — обернулась к нему, посмотрела прямо в синие с зелеными полосочками глаза, внешне стараясь ничем не выдать, как дрогнуло сердце — Ты приготовил новые чары, чтобы заставить меня восстановить Ключ? Я его восстановлю и без этого. Или вы с твоими родителями придумали что-то новенькое? — зло прищурилась — Может хотите теперь пригласить меня к себе в гости, посадить в клетку в зоопарке и показывать подданным неведомую зверушку под названием «Богиня Дарина»? А, Арис?

Намеренно хлестала его словами, стараясь обидеть больнее, оскорбить, чтобы ему и в голову не пришло ехать со мной. Я боялась остаться с ним наедине, боялась, что не выдержу, сорвусь и не смогу подавить свое влечение к нему, не смогу контролировать своих чувств. Лучше сейчас пережить эту боль, уязвить его самолюбие, чтобы избежать большей раны, что может остаться на всю жизнь. Пусть лучше обижается… пусть даже ненавидит…

— Оставь меня в покое, Арис! Ты свою роль выполнил с честью настоящего принца. У тебя все хорошо получилось и ты добился чего хотел. Проклятие снято, а досадные мелочи, задерживающие вас всех здесь, скоро будут анулированы. Тебе не о чем больше беспокоиться. Цель достигнута. Займись лучше предвкушением своего личного будущего в родном Мире и наслаждайся мыслью, что тебе не придется сидеть в этом дворце всю жизнь. Или помечтай о своей будущей супруге Инессе и ваших будущих детях. Ты будешь счастлив, Арис. Особенно когда Богиня Счастья и Любви желает тебе этого от всего сердца. А меня оставь в покое и забудь, что мы с тобой были знакомы. Все, что между нами было, это шутка. Ни больше ни меньше. Повеселились и забыли, как талый снег в разгар лета.

Выплеснула все это на одном дыхании. Щеки пылали, сердце колотилось, как ненормальное, по спине тонким ручейком тек пот.

— Дарина, позволь мне искупить свою вину — приглушенным голосом сказал он — О большем я не смею даже думать.

— Извини, Арис. Я не хочу больше с тобой разговаривать ни на какую тему. Достаточно с меня знакомства с тобой. Сыта по горло твоей ложью и игрой во влюбленного морала. Найди себе другой объект для экспериментов и тренировки своих артистических способностей, Ашерский принц. У меня много дел, а времени слишком мало и тратить его на твои глупости мне просто жаль.

Отвернулась и пошла по коридору, все еще дрожа от напряжения, с прямой спиной и на не гнущихся ногах. Спину буравил все тот же взгляд…

* * *

Ветер из открытых окон овевал лицо, шевелил волосы, забирался за воротник, пробегал изморозью по коже. Издалека слышалась музыка вальса, звала, манила, пыталась унести своими чарами на чужой праздник жизни.

Я сидела на широком подоконнике и смотрела, как край неба еще цепляется за свет размытыми полосами багрянца, утихающей синевой и редкими просветами золота. В вышине начали робко зажигаться одинокими точками первые звезды.

Музыка то взрывалась аккордами, то умирала затихающими стонами. Наступающая ночь принимала их, наплывала волнами, поглощала светом звезд и глубиной тьмы, чтобы отдать свою силу луне, прохладе, отдыху после дневной жары.

Порыв ветра шикнул листвой, прокатился вдаль.

Кокетливый смех дам, громкие шутки кавалеров слышались, как сквозь вату. Где-то ухнул филин, прохлопали тяжелые крылья. Почудился запах ландышей. Я вдохнула его и расплакалась, уткнувшись в колени. Только бы он обиделся! Только бы не пришел! Иначе не выдержу и буду валяться у него в ногах, прося пощады и любви. А это смерти подобно. Лучше умереть…

Нет, я все правильно сделала. Я должна быть сильной. Не к лицу магине-воину так расклеиваться из-за чужого жениха, без пяти минут чужого мужа, да еще и будущего короля целого Мира.

Ну вот, опять разрыдалась…

Не нужен он мне! И все тут! Не нужен! Пусть катится ко всем чертям! Мне и так хорошо! Ни забот, ни хлопот, ни нервотрепки. Одной быть даже лучше! Никто ни в чем не ограничивает, никто не командует и не навязывает своих желаний! И вообще, свободна, как птица в полете!

Рыдала до полуночи. Запах ландыщей то появлялся, то исчезал. Наверное это ветер приносил его из леса — успокаивала себя — Ашер понял все и никогда больше не появится в моей жизни. Вот и хорошо! Так мне и надо! Сама прогнала, сама отказалась, сама и забуду.

Окончательно устав от терзающих душу мыслей, улеглась на постель, как была, в платье, и мгновенно заснула, едва коснувшись головой подушки.

* * *

На рассвете проснулась от ощущения, будто чьи-то теплые губы коснулись моих, а свежее дыхание обдало легким ветерком лицо. Ландыши… Арис…

О, Господи! Резко села на постели, испуганно огляделась, вдохнула глубоко… Ландыши…

Чертов Ашер!

— Арис?! — шепнула неуверенно в серый предрассвет комнаты, боясь собственого сумасшествия.

— Да? — отозвался спокойный голос из другой комнаты.

Сон, как рукой сняло. Выскочила в гостинную.

Он стоял у стола, наливал в два стакана сок, томатный и вишневый. Обеими руками. Один подал мне, машинально взяла стакан, растерянно смотрела на спокойную мину принца.

— Ты что здесь делаешь?! — взвилась голосом.

— Тебя бужу… — спокойно ответил, как будто такое пробуждение обыденная вещь в моей и его жизни, и никаких гадостей я ему вчера не наговорила.

Дурдом на лужайке! Он обязан был оскорбиться! Он обязан был обходить меня сотой дорогой до конца жизни!

— Я думаю, что достаточно тебе вчера сказала, чтобы ты больше не хотел меня видеть?! — неожиданно разозлилась и бахнула стаканом по столу, сок выплеснулся.

Он подошел к окну, отпил глоток сока, не глядя на меня спокойно сказал:

— Не кричи на меня, Дарина, красоту испортишь.

— Тебе до моей красоты или уродства дела нет — рыкнула и хлопнула дверью в ванную.

Включила воду, постаралась взять себя в руки.

Что я делаю, а?! Вот дура! Чего взъелась-то на мужика? Как пришел, так и уйдет. Вполне могу игнорировать его присутствие. Это даст как раз тот эффект, которого добиваюсь.

Долго плескалась под душем, вытиралась насухо, прошла в гардероб. Иса как раз принесла заказанную Глорией одежду. Мозги тут же переключились на нее, начисто забыв об Ашере.

Эластичный комбинезон из змеиной кожи на теплой подкладке, такие же сапожки на невысоком каблучке, тонкий поясок на бедрах, масса кармашков, карманчиков, карманов.

Расчесала волосы, заплела в тугую косу, завязала боевым узлом со свинцовыми подвесками на конце, чтобы не мешала ездить верхом, но вполне можно воспользоваться ею, как одним из видов оружия. Покрутилась перед зеркалом. Разглядывая комбинезон, плотно облегающий фигуру, помахала ногами, крутнула переднее и заднее сальто на месте, попробовала шпагаты на полу, потом с силой в прыжке с разворотом и ударом, постояла на руках, несколько раз отжалась в стойке, через мостик встала на ноги. Еще раз оглядела костюм, провела пальцами по швам, проверяя целость.

Замечательно! Тянется во все стороны, как резиновый, и швы целы, и пузыри на коленях не выдувается, и в груди не жмет, и руки-ноги двигаются без стеснения. Как раз то, что надо для такой поездки.

И только теперь заметила Ариса, привалившегося к дверному косяку гардероба, со скрещенными на груди руками и серьезной миной.

— Впечатляет… даже очень — приглушенно сказал он, оторвался от дверной рамы и пошел ко мне, сверкая глазами, как дикий кот на охоте — Ты специально меня провоцируешь, Дарина? Я не железный, моя дорогая, могу плюнуть на все условности прямо сейчас и…

Испуганно отпрыгнула назад, больно ударилась поясницей о ручку ящика комода.

— Ты не посмеешь! Не подходи, Арис! — от неожиданности его поведения испуганно пискнула тоненьким голоском.

— Посмею… — он плотоядно облизнулся, прижал к себе огромными ладонями сразу прикрывшими всю спину и жарко задышал в шею.

Рванулась, отскочила в угол гардероба. Он меня не держал, только смотрел, хитро прищурившись. Но меня уже понесло:

— Именно! Именно поэтому и не хочу больше с тобой видеться, Арис! Именно потому, что ни ты не железный, ни я! Наше влечение друг к другу может в любой момент перейти все допустимые границы, поэтому я не хочу и боюсь оставаться с тобой наедине! Разве это не понятно?! Лучше расстаться навсегда сейчас! Это будет правильно! Потом может быть еще больнее! Я не хочу тебя больше видеть, Арис! Оставь меня в покое! Уходи из моей жизни, Арис! Уходи навсегда!

Бессильно осела на пол и уткнулась в колени, закрывшись руками. Меня всю колотило от напряжения и испуга. Я хотела только одного, чтобы он ушел и никогда больше не возвращался.

Арис долго стоял, не шелохнувшись, потом подхватил меня на руки и отнес в гостинную, сел в кресло и усадил к себе на колени. Вывернулась и отошла к окну. Он остался сидеть.

— Прости, что испугал тебя… — тихо сказал он — Я просто хотел знать, любишь ли ты меня. И перестарался… Прости.

— Узнал? — спросила зло, с трудом унимая дрожь в теле и восстанавливая дыхание.

— Да.

— Доволен?

— Очень.

— Поздравляю, но это не имеет никакого значения — рыкнула и стремглав выскочила в коридор, оттуда вниз по винтовой лестнице, и только на улице остановилась, подперев собою дверь. Отдышалась.

Фу ты, черт! Перепугал насмерть, малохольный! Ну и шел бы к своей Инессе! Ждет же всю жизнь! Так нет, прицепился, как репей, не отдерешь! Ничего, уйдешь в свой Мир и забудешь, как про паньковы штаны. Там тебе некогда будет вспоминать какую-то там хуторянку…

* * *

Лаура почувствовала мое приближение, подбежала к изгороди. Накинула на нее уздечку, потник, сверху седло, подтянула подпруги, пристегнула зайчик, вскочила в седло и подтянула стремена по длине ног, так мне всегда было удобнее из-за мелкого роста и веса (160 см и 50 кг). Соскочила на землю.

— Лаура, пробеги с седлом кружок, послушай себя с ним.

Она пробежала, вернулась ко мне.

— Непривычно, но выдержать можно.

— Тогда поехали?

— Кто-то будет ехать, а кто-то везти — недовольно буркнула она — Ладно, садись, я тут уже застоялась ожидая тебя. Вижу, что тебе сейчас не помешает с ветерком прокатиться…

Я кивнула.

Снова взгляд. Обернулась. Арис стоял на своем балконе и пристально смотрел на меня. В сердцах топнула ногой, вскочила на Лауру. Та сразу рванула в галоп, пригнулась к ее шее. Лошадь перемахнула через толстые бревна ограждения и мы понеслись с глаз Ашера долой.

Лаура долго несла меня по парку, плавно переходящему в дикий лес, потом по тропинке. У лесного озерка с чистой прозрачной водой и кувшинками по краям, я соскочила на полном скаку с разогнавшейся лошадки, не желая вымокнуть, если та решит искупаться с разбегу.

Лощадь тут же остановилась, как вкопанная, развернулась ко мне. Глянула на нее и не поняла выражения морды и глаз. Пахнуло опасностью.

— И зачем ты меня сюда принесла? — спросила ее, приглядываясь к озеру, вблизи на озеро мало похожему.

— Это портал, Дарина. Центр озера это естественный портал в тот Мир откуда я попала сюда. Через него можно туда же вернуться.

Подошла к воде, коснулась кончиками пальцев, прислушалась к себе и воде, вопросительно глянула на Лауру. Та кивнула:

— Да, ты верно поняла. Я пришла в этот Мир из Мира Кентавров. Кетавры это человеческое прозвище нашего народа. На самом деле нас называют Кенны, но я пришла из Мира Кентавров. Король потерял рассудок и мы не знаем что теперь делать. Мы узнали, что здесь, в этом Мире, находится единсвенная воплощенная Богиня и я отправилась на поиски, но ты меня нашла сама.

— Ты любишь короля? — спросила, предложив для ответа стандартную версию в таких случаях.

— Сына — подтвердила Лаура — Он мой законный жених и я сделаю все, чтобы помочь ему. Поэтому я здесь и поэтому я привезла тебя сюда. Давай отправимся сейчас, Богиня Дарина. Мы уже у цели. Остался только один шаг…

Она смотрела на меня такими тоскливыми глазами, что я отвернулась. Чутье подсказывало опасность. Смертельную опасность и ложь. Но какую?!

— Я должна подумать, Лаура. У меня еще есть дела в этом Мире и я обязана сначала закончить их — отрицательно покачала головой — Сейчас я не могу пойти с тобой.

— Это невозможно! Ты же Богиня! Ты не можешь отказываться! Это же твоя святая обязанность помогать просящим! — возмутилась Лаура.

Покачала головой и подумала — Не тот тон ты выбрала в своих требованиях, законная невеста принца, в разговоре, как ты говоришь, с Богиней. Ох, совсем не тот. Напрасно ты это сделала, Лаура.

— Что?! Ты отказываешься?! Ты Богиня и ты обязана! Давай, садись в седло и поехали! — ярость вспыхнула, как протуберанец, хлеснула меня по сознанию своей мыслью-приказом — Слышишь?!

— Ах ты нахалка! — взвилась от такого поведения кобылы — Я тебе сейчас покажу, как разговаривать в Богинями, когда их о чем-то просишь! Я тебе дам «обязана»!

Отломала от куста ореха длинную гибкую ветку, замахнудась на хамку.

— Ты не посмеешь! — взвизгнула она, поднявшись на дыбы и молотя копытами воздух.

— Посмею… — рыкнула на нее и перетянула по спине — Еще как посмею! — и добавила по заду.

Она дико взвизгнула, с места прыгнула в озеро и тут же исчезла в мгновенно закрутившемся водовороте.

Так вот как действует этот портал — успела подумать, усмиряя кровавые всполохи ярости перед глазами.

В этот момент на берег вылетел на взмыленном коне Арис. Не успела обернуться, как он подхватил меня, перекинул через седло и понесся прочь, постоянно оглядываясь и нахлеснывая своего гнедого.

* * *

До самого Дворца висела поперек седла, точнее на бедрах Ариса, как мешок… то ли с овсом, то ли с дерьмом. Пару раз Ашерский принц все же не выдержал и приложил мне ладошкой по заду. Больно. Но я героически молчала. А что толку возмущаться, если сама виновата. Кобылка оказалась хитрой и только интуиция спасла меня неизвестно от чего. «Вода» озера, которой коснулась кончиками пальцев вела совсем не в Мир кентавров. Это я почувствовала сразу, только не поняла куда именно.

У боковой двери дворца Арис спрыгнул с коня, мгновенно перекинул меня через плечо и понес по лестнице наверх. Я молчала.

В гостиной со всего маху кинул в кресло и грозно навис сверху. Глаза пылали дикой яростью, гримаса устрашающая, указательный палец целился прямо в яремную ямку, медленно то поднимался, то опускался. Следила за пальцем, боясь смотреть этому разъяренному зверюге в глаза.

— Если ты… еще раз… посмеешь… скрыться с моих глаз… пеняй на себя… — с трудом выдышал он мне в лицо — Я не шучу, Дарина! У меня чуть сердце не остановилось, как я увидел, куда она тебя понесла! Ты хоть знаешь, кто она?!

— Кен… кентавриха… — ответила искренне.

— Кентавриха?!! — загрохотал басом Арис, схватил меня за грудки и швырнул обратно — Кентавриха?!!! Ты что, издеваешься надо мной?!! Какая она кентавриха?!! А?!!!.. Это Кенна! Кобыла Смерти! Даже Боги перед ней бессильны! Она чуть тебя не унесла за Черту! Да что там за Черту, за Грань! Ты вообще соображаешь, что делаешь, а?! Смерти своей и моей захотела?!

Волосы зашевелились у меня на голове, когда поняла от чего он меня спас. Вдруг вспомнила лекцию о Кеннах, которую давал нам профессор Лерри на одной из последних лекций, перед защитой дипломов, как ознакомительную, совершенно уверенно подчеркнув, что встретить представителей этой расы нам не придется никогда и поэтому в программу обучения такая тема не входит, но мы все блестяще закончили курс и он может себе позволить повольничать….

— Арис, не кричи на меня, пожалуйста — испуганно проблеяла и вжалась в кресло, свернувшись калачиком.

— Я не то что кричать на тебя буду за такие вещи, я тебя сейчас выпорю, чтобы неделю на задницу сесть не могла! Нашлась умная! На кобыле Смерти она кататься решила! Я тебе дам верховую езду! На всю жизнь запомнишь эту поездочку!..

Таким Ариса я еще не видела. Если сказать «фурия», то это ничего не сказать! Его лицо было аж белым, перекошенным одновременно от ярости и страха, губы светло-серыми с темно-фиолетовой окантовкой, как нарисованные карандашом. Краше в гроб кладут. Его всего трясло. Он бегал по комнате, пока не хряснул кулаком по обеденному столу так, что тот разлетелся вдребезги.

Ого!!!

Схватил меня в охапку, прижал к себе, уткнулся носом в распушившиеся от скачки вниз головой волосы, долго молчал, усмиряя дыхание и дрожь.

Замерла и стояла тихо, как мышка, боялась пошевелиться. Наконец, не выдержала, зябко поежилась от горячего дыхания в шею.

— Ладно, не буду — усмехнулся он, отстраняясь, и тут же потребовал — Обещай мне никогда так больше не делать.

— Арис…

— Обещай! — рыкнул и еще сильнее прижал к себе.

— Обещаю! Пусти!

Железная хватка ослабла, руки разжались. Отскочила в сторону, зыркнула на него с опаской. Теперь он был совершенно спокоен, взгляд внимательно изучающий, немножко насмешливый.

Присела в книксене, понимая, как дико выглядит это движение в змеином комбинезоне, но особого выбора не было, не переодеваться же в соответствующее платье ради этого!

— Спасибо, господин Арис, что вовремя выручили из беды. Я Вам очень благодарна — серьезно сказала.

Он зыркнул на меня, молча, развернулся и вышел.

Облегченно выдохнула.

Перепугал насмерть, аж поджилки затряслись! Вспомнила картинки в учебниках и внутри похолодело. Да, он был прав. Это была кобыла Смерти и она мне врала. Зачем? Что ей на самом деле было нужно? Куда она хотела меня унести на своей спине? Зачем? Почему не сказала правду? То, что это был портал НЕ За-Грань, я знала точно. Тогда куда? Кенны обычно приходят, когда приходит срок смерти Богов, королей и высших магов. Но только тогда и никогда больше. Они не разговаривают, не подставляют спины под седло и зубы для трензелей, не врут. ЧТО тогда нужно было ЭТОЙ Кенне? Что она хотела?

Не заметила, как собрала разлетевшиеся щепки от разваленного Арисом, одним ударом кулака, стола и бросила их в камин. Последнюю, широкую, как срезанную ножом вдоль волокон, крутила в руках.

Спасительно вспомнила про свои заказы мастерам и вышла из гостинной.

* * *

На заднем дворе упражнялись молодые парни: стреляли из луков, метали ножи и топоры по мишеням. В дальнем конце, на молодой травке, валяли друг друга мальчишки, только начинающие осваивать боевые искусства. Рядом с ними, разбившись на пары и тройки, возились парни постарше. Взрослые фехтовали на шпагах один на один и группами. Наставники ходили то тут, то там, подсказывали или просто наблюдали со стороны. Все были заняты своими делами и на меня не обращали внимания.

Выбрала свободную мишень в дальнем уголке, отсчитала шаги, вытащила выкованные кузнецом шилоны, проверила балансировку. Метательные стрелки оказались все, как на подбор, но две из них были шероховаты на ощупь по бокам и я их отложила в сторону. Потом отнесу, пусть кузнец поправит. Если придется быстро выхватить из специального кармашка и швырнуть в цель, можно серьезно пораниться о заусеницы металла. При скорости движений каждая, даже незначительная шероховатость, может оказаться серьезныйм препятствием для точности броска, особенно в воде или при боковом ветре.

Примерилась, выкинула для пробы по пять штук каждой рукой. Полетели кучно. Сходила к мишени, вытащила, предварительно раскачав каждую, разложила по незаметным карманам, ощупала себя руками, привыкая к их месту в змеином комбинезоне, чтобы без задержки выхватить. Попрыгала. Не вывалятся.

Медленно пошла от мишени, отмечая в памяти ориентир. Также медленно начала выполнять упражнение, чтобы тело вспомнило работу с боевыми стрелками и кинжалом.

Шаг-бросок, поворот-бросок, прыжок-бросок, перекат-бросок, сальто назад-бросок, вперед-бросок, арабеска-бросок, кувырок-бросок. Вернулась к мишени. Посчитала стрелки. Двадцать три из сорока восьми в центре, остальные вразброс.

Паршиво. Совсем все забыла. Надо будет возобновить тренировки, когда вернусь, вспомнить все, чему столько лет учили, а то в последние полтора-два года только и делала, что дурака валяла.

Повторила еще раз, и еще, пока не добилась нужной точности.

Ускорила темп, представляя себе реальную угрозу, повторила. Сходила к мишени. Шилоны торчали в центральной точке, сбившись в кучку. Посчитала. Двух не хватало. Ах да, это тех, что отложила.

Еще ускорила темп, добавила элементов боевой акробатики.

Нормально.

Для проверки себя пришпилила к мишени забракованными шилонами широкую шепку от стола чуть ниже нарисованной краской точки. Ее оставила для броска кинжала. Повторила все на максимальной скорости. Последним швырнула кинжал, замерла, тяжело дыша и обливаясь потом.

Со всех сторон раздались аплодисменты и одобрительные возгласы. Оглянулась. Мужики стояли полукругом, бросив свои занятия, наблюдали на мной и теперь хлопали сильными ладонями друг о друга, одобрительно переговариваясь, потянулись к мишени. Скрестив руки на груди, на освободившемся от зрителей месте стоял Ашер, покачивался на стопах. Прищурившись пристально смотрел на меня.

Ну и чего надо, спрашивается? Ну и шел бы по своим «принцевским» делам. Нашел тут цирк, блин! — зло зырнула, выпрямилась и пошла к мишеням.

Мужики цокали языками, тыкали пальцами в щепку, пересчитывали стрелки, уважительно расступились передо мной.

Выдернула шилоны, раскачала и вытащила кинжал, спрятала его одним движением в ножны на икре. Подхватила забракованные стрелки и быстро ушла в здание, избегая взгляда Ариса.

* * *

Пробежав по пустым коридорам в нужную сторону, выскочила к конюшне, по-хозяйски свиснула конюшему. Тот подкатился пушистым колобком к ногам, задрал голову.

— Да, госпожа.

— Где моя лошадь? — раздраженно спросила.

— Минутку, госпожа, — буркнул конюший, поняв, то спорить не о чем, и тут же исчез.

И правда, через минуту молодой двухлеток подскакал ко мне оседланным.

— Вот, госпожа! Как и просили. Двужильный, не объезженный — раздалось снизу.

Мохнатый комочек с огромными влажными глазами держал почти невидимую нить, привязанную к поводу, в своих крохотных ручках.

— Сейчас мы с ним познакомимся, а на рассвете, чтобы был подседлан, полностью экипирован в дальнуюю дорогу и ждал меня у конюшни. Понял? — хмуро распорядилась, все еще злая на Ариса.

— Понял, Госпожа! Будет сделано! — поклонился конюший — За Ваш подарок я и не такое сделаю!

Перекинула повод на шею испуганно всхрапнувшего коня, вскочила в седло, пришпорила необъезженные бока. Конь, от неожиданности, стал свечой, пришлось дать ему шенкелей и отпустить повод. Наклонилась вперед, поддала еще раз шпорами, дернула поводом, чтобы не вздумал взбрыкнуть. Конь прыгнул козлом и понес.

Снова этот взгляд в спину. Блин! Сколько же можно?!

Через час въехала на взмыленном спотыкающемся жеребце за загородку, спрыгнула, привязала повод к деревянному брусу, расседлала, обтерла ветошью, услужливо поданой конюшим, повела коня по кругу, давая остыть.

Взгляд снова буравил из окна второго этажа. Старалась не обращать на него внимания, но это удавалось с великим трудом. Хмуро материлась про себя на чужого жениха, пялившего глаза совсем не на ту, на кого положено. Ощущение было пренеприятнейшее.

* * *

Хочешь-не хочешь, а идти на ужин к королеве придется. Наверняка он тоже там будет. Мне бы лучше отоспаться и сделать вид, что забыла про приглашение, но Глория только что прислала посыльного с напоминанием, что меня ждут.

Девушки укладывали волосы в замысловатую прическу, а я рисовала личико на уставшей морде, и думала об Ключе Источника.

— Госпожа, — тихо обратилась ко мне Иса — можно Вас спросить?

— Да, конечно, дорогая. Спрашивай.

Иса глянула на девушек, они тут же оставили нас одних.

Интересно…

Иса села на пол, подняла на меня глаза.

— Госпожа, а Вы и правда дали свое согласие принцу?

— Ты о чем Иса? — опешила от такого вопроса — Какое согласие?

— Ну, замуж, конечно — не растерялась девушка.

— Что за глупости! — возмутилась удивленно — Никакого согласия никакому принцу я не давала и ни в какой «замуж» не собираюсь. С чего это ты взяла?

— Ну, так слуги говорят, госпожа. Все говорят. И на кухне, и в прачечной, и вообще все. Только и разговоры про Вас, да про принца Ариса.

— Да ну, глупости все это — отмахнулась от нее — Ничего подобного нет и не было.

— Госпожа, но Вы ведь любите его… — как-то жалобно протянула она.

Я отрицательно покачала головой, улыбнулась:

— Иса, это не важно. У него невеста есть. Так что можешь не волноваться, мне он предложения не сделал и не сделает.

— Ну, как же, госпожа? Он же Вас любит, а не другую. Зачем ему жениться на другой? Он же с Вас глаз не сводит! А заботится как! Каждый день наряды и драгоценности присылает! За такую любовь ничего не жалко, госпожа!

Меня предернуло сравнение и я с досадой повернулась к ней.

— Что ты говоришь, Иса?!

— Госпожа Дарина, но он же из-за этого поругался с родителями и сказал, что никакая придворная дура не станет его женой, а он лучше останется холостяком на всю жизнь, если они и дальше будут ему ее навязывать. А если они так сильно против Вас, то он и от престола готов отказаться, лишь бы жениться на Вас. Такой скандал был, госпожа, что просто ужас! Это Бель рассказывал, слуга короля Гранда.

Я открыла рот, не веря своим ушам.

— Это когда такое случилось?

— А вот как лето наступило, так они и ругаются каждый день то в покоях короля, то в покоях принца. Король кричит на принца, говорит, всякие гадости на Вас, а тот ни в какую не уступает. Раз чуть до драки у них не дошло. Королева не дала, встала между ними. А сегодня перед обедом принц сказал отцу, что Вы дали ему свое согласие и теперь это вопрос решенный, и он не уронит королевской чести. И что теперь родителям придется привыкать к мысли о том, что Вы скоро станете его законной супругой. И он не позволит им мешать его счастью, а у них есть время подумать и изменить свое отношение к Вам, пока будет готовиться свадьба. И что он уступать никому не намерен…

Закрыла лицо руками. О, Боже! Да он с ума сошел! Это он принял за мое согласие, то, что высказала ему в гардеробе? Нееет, так дело не пойдет. Надо побыстрее отсюда сматываться. Еще этого мне не хватало. Хорошо, хоть Иса рассказала, а то бы так и не знала ничего. Вот ведь же ж блин!

Я понимала, что, кроме неприятностей, ничего хорошего из этой истории не получится. Напрасно он это затеял. Да и согласия ему никакого не давала и давать не собиралась. Надо будет при случае с ним поговорить еще раз. Но это при случае. Не скажу же я ему, что слышала вот то и то от горничной! Засмеет ведь! Еще подумает, не дай Боги, что навязываюсь… Нет, нужно смыться отсюда, восстановить Ключ, дождаться родов Глории и удрать от греха подальше, чтобы и духу моего тут не было, пока он не уедет к себе!

— Спасибо, Иса, ты мне очень помогла. Если будут еще какие новости, расскажи мне пожалуйста об этом.

— Хорошо, госпожа, — послушно кивнула девушка — Как только узнаю что-то новое, сразу Вам скажу.

Кивнула, повернулась снова к зеркалу. Макияж требовал моего вмешательства.

* * *

Камердинер королевы, едва завидев меня в дверях, низко поклонился и тут же доложил о моем прибытии. Вошла.

Венценосное сборище было в полном составе. Королева Глория, как обычно, восседала за столом, напротив двери, остальные на своих местах. Но сегодня стол поставили почему-то круглый, а не как обычно, прямоугольный. К чему бы это? Удивленно глянула на королеву. Хм…

— Проходи, дорогая Дарина, присаживайся на свободное место. Мы ждали тебя — медовым голоском пропела Глория, указывая мне рукой куда садиться.

Свободное место было одно: между Арисом и Вэрдисом.

Еще раз подозрительно глянула на королеву. Она хитро поглядывала на Стэлиссу и обе на меня и Ариса. Король Гранд и Веда были не в духах, но старались не показывать виду. Теперь я догадывалась почему.

— Добрый вечер, господа — слегка присела в книксене и прошла к пустому стулу.

Слуга хотел отодвинуть его, помогая сесть в пышных юбках, но Арис так на него глянул, что тот шарахнулся в сторону и замер с глупой физиономией. Сам поднялся навстречу, подал руку, отодвинул стул, снова придвинул… хмм… Поблагодарила принца за помощь легким склоном головы, но встретиться взглядом не решилась.

— Пусть Боги благословят нашу трапезу и обратят к нам свои улыбки — пропела ритуальную фразу королева — Приятного аппетита, господа — и все повторили за ней то же самое.

Едва притрагивалась к блюдам, не желая выглядеть невежливой или вызывать излишнее внимание к себе, а с ним и вопросы, но есть совсем не хотелось. Наверное, меня слишком потрясли новости, полученные от Ивы. Комок стоял в горле и я запивала его гранатовым соком, который тут же подливал слуга.

Арис смотрел на меня внимательно, но я упрямо игнорировала его, сосредоточив внимание на беседующих между собой королей и королев. Гранд и Веда поглядывали на сына, украдкой бросали взгляды и на меня. Я сталалась не поддаваться на провокацию и, как могла, избелага встречаться с ними глазами.

— Дарина — повернулась ко мне Стэлисса, после очередного анекдота, рассказанного Иритурием о незадачливых путешественниках и общего смеха — ты когда отправляешься?

Все взгляды обернулись ко мне.

— Как только буду готова.

— То есть ты еще не знаешь точно? — спросила Веда.

— Нет, — ответила с улыбкой — Пока не знаю.

— Может быть я могла бы составить тебе компанию в этом путешествии? — спросила Стэл заботливым голоском, ясно говорившим, что даже под страхом смерти ее от Иритурия не оторвать.

— Ну, что Вы, Ваше Величество, это совершенно излишне — мило улыбнулась ей — Я люблю путешествовать одна. Так безопаснее и быстрее. А это будет всего лишь милая прогулка туда и назад, Ваше Величество. Так что не стоит беспокоиться. Вам не будет скучно и во дворце.

— Дорогая Дарина, может быть мужское общество тебе больше понравилось бы? — вставил свою лепту Иритурий — Я бы с удовольствием тебе составил компанию!

Улыбка Ариса исчезла, он зыркнул на короля змей, как на лютого врага. Тот сделал вид, что не видит реакцию принца, подмигнул мне.

— Дорогой Иритурий, — улыбнулась в ответ — думаю, что у Вас найдутся более интересные занятия вместо того, чтобы несколько дней ехать верхом или спать в лесу у костра. Все-таки во дворце эти пару дней для Вас пройдут веселее, чем со мной в дороге. К тому же, я не люблю нарушать тишину леса, когда есть о чем подумать. А ваш шикарный голос…

Общий смех заглушил мои слова.

— Ну, как знаете, дорогая Дарина, как знаете. — хохотнул он.

Тему громогласного баритона Иритурия подхватили, рассмеяли шутками, посыпались анекдоты, рассказами смешных случаев. Арис включился в разговор, блистал юмором, смеялся и больше на меня внимания не обращал. Я помалкивала, дожидаясь, пока закончится ужин и смогу незаметно улизнуть.

Из парка, послышалась манящая музыка. Иритурий подхватил Стэлиссу на танец, Гранд, как обычно, закружился с супругой, о чем-то с ней тихо заговорил. Арис продолжал спорить с Вэрдисом, все чаще наклоняясь ко мне, якобы выслушивая слова Вэрдиса по поводу нового заклинания, не соглашался с доводами Лича, доказывал, что такое сплетение сил может быть пагубным для мага, потому что…

Мило улыбнулась Вэрдису, поблагодарив за компанию, то же самое сказала Арису, не встречаясь с ним глазами, и ушла к Глории, отдыхавшей после еды, подсела на краешек стула.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила потихоньку.

— Как перед родами. Тебе пока не понять — усмехнулась она- Когда едешь?

— Не знаю, как только соберусь — ответила, не желая рисковать и говорить о том, что еду утром…

Она пожала мне руку.

— Удачи.

— Спасибо, дорогая. Не волнуйся, я вернусь вовремя.

— На это только и надежда. А то я как-то не спокойно себя чувствую из-за твоего отъезда. То ли предчувствие, то ли уже сама себя накручиваю… Постарайся побыстрее вернуться, Дарина. Я буду очень тебя ждать.

— Безусловно. Не скучай тут без меня и не переутомляйся.

Она сжала мои пальцы, кивнула, попрощалась глазами. Я поднялась и уткнулась головой в грудь Ариса. И тут он. Все должен знать. Вот же любопытный!

— Могу ли я пригласить Вас на танец, госпожа Дарина? — спросил он.

— Извините, господин Арис, — выпалила приготовленный заранее ответ — у меня сегодня нет настроения танцевать. Как-нибудь в другой раз. Извините.

Он поклонился, отошел, не сводя с меня взгляда.

Прошла через гостинную, закрыла за собой дверь и пошла по коридору, унося с собой запах ландышей.

Наконец-то уеду и не буду видеть этого назойливого Ашера. И запах его дурацкий нюхать не буду!

* * *

Едва забрезжил рассвет, набросила на себя и коня невидимость, проехала через окружающий дворец город, придерживая коня, выехала за только что открывшиеся городские ворота, поскакала прямиком на юго-восток. Сегодня надо проехать как можно дальше.

По мощеной дороге в обе стороны медленно двигались телеги и носились верховые, обок гнали на продажу скот, малыми и большими группами шли пешие. Иногла приходилось пускать коня по обочине или объезжать столпотворение по дуге. Чем дальше отъезжала от города, тем меньше была толпа, тем проще было ехать.

После обеда дорога нырнула в лес, а там потянулись аккуратные деревеньки, хуторки. Местные жители занимались своими ежедневными делами, детвора носилась по зеленой травке, радуясь солнышку, теплу и новым ощущениям.

Проезжала мимо, не снимая невидимости, старалась пускать коня по травке, чтобы оставлять меньше следов и не привлекать стуком копыт внимания местных жителей.

Когда небо обсыпали звезды, съехала к озерку в лесной чащобе, чуть в стороне от широкой тропы, в которую на закате превратилась дорога. Остановила коня, огляделась объемным зрением. Никого. Можно снять невидимость.

Расседлала коня, за уздечку отвела к воде, подождала, пока напьется, подвесила торбу с овсом к морде, привязала гнедого к дереву, решив, что почищу его немного позже. Пусть сначала поест.

Теперь можно заняться собой. Быстро разделась и вошла в прозрачную воду озерка, поплыла к середине. Вода охлаждала разгоряченное за день тело, снимала усталость, смывала пыль и пот. Лежала на воде долго, слушая плеск рыбы у берегов, крики ночных птиц, объявляющих лесу, что они вылетают на ночную охоту, медленно поплыла назад. У берега поискала мыльный корень, отрезала кусок кинжалом, уж с ним-то в дороге не расставалась никогда ни на минуту, тщательно потерла кожу корешком, быстрыми гребками пересекла озеро туда и назад, смывая «мыло», вышла на берег.

Огромный снежно-белый кот сидел на виду. Взгляд не мигающий. Смотрит мимо, будто меня здесь нет, а он местный сфинкс во плоти, которого только что притащили для обозрения случайной путешественнице.

Арис!!! Какого черта?!! Специально же уехала в невидимости! И вчера ясно же сказала, что попутчики мне не нужны!

Сжала губы, чтобы не выматериться вслух при будущем короле, с досадой подхватила одежду, ушла за кусты.

Неожиданно накатившее бешенство мешало одеваться. Комбинезон цеплялся на все выпуклости и изгибы мокрого тела, прилипал и никак не хотел натягиваться, распущенные мокрые волосы лезли под пальцы, цеплялись за куст, так и норовили запутаться в крючках комбинезона. Щелкнула пальцами, высушила их заклинанием, заплела косу, вплела на конце утяжеленную свинцовыми капельками ленту, завязала узлом. Вышла из-за куста.

Арис расседлывал своего коня, привязав его рядом с моим.

Набрала воздуха в грудь, для гневной тирады, но закусила губу, тяжело выдохнула.

Молча вынула из сумки щетку и скребок, принялась чистить своего гнедого, не обращая ни малейшего внимания на Ашера. Он также молча ушел в лес. Облегченно вздохнула. Достала из седельной сумки бутерброд, запивая водой, сжевала. Завернулась в одеяло, подложила под голову седло, закрыла глаза.

Тихой шелест травы, легкое колыхание воздуха от движения гибкого тела. Мурашки побежали по коже, но сдержалась, не дрогнула. Сел рядом.

— Не гони меня, Дарина. Я никуда от тебя не уйду. — спокойно сказал Ашерский принц.

Промолчала не поворачиваясь и не изменяя ритма дыхания. Сплю я, блин!

Он долго сидел рядом, согревая своим боком мою поясницу, потом лег, закинув руки за голову.

— Дарина… — тихо позвал — Я знаю, что ты не спишь… Поговори со мной…

Молчу. А что ему сказать? На шею от радости броситься? Рассказать какой он молодец, что догнал меня и уходить не хочет? Что идиот последний, коль пошел из-за меня на конфронтацию с отцом и матерью? О том, что люблю без памяти и из-за этого уехала, чтобы иметь время переубедить себя в другом? Что ни за какие коврижки не соглашуть стать его женой при наличии законной невесты и против воли его родни? О чем?! Или о том, что нам с ним не по пути и не королевское это дело в «звездах ковыряться»? О чем? О том, что от горничной знаю все, что происходит в его семье? Зачем он сказал, что я согласна?! Да не согласна я ни на что! И вообще, ничего он мне не предлагал и предложить я ему не дам! Или о том как его ненавижу и презираю за вранье и использование на мне своих чар?! О чем? О том, что в моей душе полный сумбур и я должна сама во всем разобраться, а его присутствие парализует мои мысли?! Что он одним своим видом рядом заставляет изменять твердо принятые решения?! Об этом?! Нет уж. Обойдешься. Не хочу я с тобой разговаривать, а то опять сорвусь на крик и нервы…

— Что угодно скажи, только скажи… — тихо просил он, почти прошептал.

Я героически молчала. Он ждал.

Ночные птицы бесшумно летали над нами, в озере плескала хвостами рыба, листва тихо шумела ночным ветерком…

Повернулся ко мне, дыхнул горячим шепотом в шею:

— Любимая моя, одно только слово… прошу тебя… хоть прогони… только скажи что-нибудь…

Поежилась от его дыхания. Вот же приставучий! Не отстанет же! И сам спать не будет и мне не даст! А завтра еще ехать черт знает куда!

— Ваше Высочество, не мешайте мне спать и, если Вас не затруднит, поставьте охранный круг — буркнула недовольно.

— Хорошо, как скажешь — облегченно выдохнул Арис — Я просто очень хотел услышать твой голос. Теперь можно спокойно спать.

Он легко поднялся, обошел стоянку, устанавливая защиту, вернулся и лег рядом, завернувшись в свое одеяло и использовав вместо подушки седло.

* * *

Проснулась, как и следовало ожидать, в обнимку с Ашером: голова на его груди, рука обвила шею, нога на животе, сама лежу на его руке, заботливо подложенной снизу, вторая у него под головой. То-то было так тепло, даже жарко.

Открыла глаза и встретилась с ним взглядом.

— Доброе утро — тихо сказал он, глаза приблизились и мир перевернулся вверх тормашками, закружился и исчез, растворяясь в его губах, запахе, объятии…

Медленно выплыла из сказки, открыла глаза. Загадочная улыбка, в сине-зеленых глазах скачут солнечные чертики.

— Не делайте так больше, Ваше Высочество — тихо буркнула, отводя глаза — отпустите меня. Мне пора ехать.

Он внимательно всмотрелся в мое лицо, вкусно облизнулся, откатился в сторону, поднялся. Тут же перекатилась в другую сторону сразу на ноги, встряхнула одеяло, свернула, затолкала в сумку. Обернулась, когда Арис был уже на середине озера. Ушла в кусты. Когда вернулась, лошади были оседланы, над бездымным костерком, на прутиках, поджаривалась рыбка.

Хм… Еще и готовить умеет…

Арис показался с другой стороны леса, улыбаясь шел к костру.

Что-то больно кольнуло ладонь. Зашипела от неожиданности, тут же глянула на руку. Арис в два пыжка оказался рядом, уловив мою непроизвольную мимику. На ладони лежал крохотный Жезл Власти Бога Огня Ориона, пил мою кровь из прорванной кожи и тут же закрывал рану. Арис присвиснул.

Я тут же сжала пальцы. Черт возьми! Как я могла забыть о нем?! Ни разу даже не вспомнила с того момента, как попала домой после восстановленного Алтаря!

Ладонь обожгло горячим. Шипя открыла пальцы. Печь перестало.

Так. И что это значит?

Глянула на Ариса. Его глаза отблескивали золотом. Закрыла пальцы, обожгло, раскрыла, перестало. Медленно двинула рукой подальше от принца. Жезл начал нагреваться. Ближе — остывает и светит золотом.

Так. Поняла. Жезл нашел то ли Хозяина, то ли Хранителя. Надо отдавать. Больше экспериментировать нельзя. Шарахнет так, что костей не соберу.

— Ваше Высочество, Вы в курсе что это такое? — спросила серьезно.

Он глянул мне в глаза.

— Дарина, прошу тебя, не называй меня так.

— Хорошо, — легко согласилась — Ты знаешь что это такое?

— Миниатюрная копия Жезла Власти Бога Огня Ориона, если я не ошибаюсь. Я много читал о нем, видел много рисунков, гравюр, но такой точной копии еще не видел. Откуда она у тебя?

— Арис, скажи мне, что ты о нем знаешь? — не ответив на его вопрос, задала свой.

Взгляда от него тоже не отводила. Он улыбнулся:

— Много чего. Это Жезл Власти над жизнью Миров, где живут все теплокровные существа и основным источником жизненной силы является Солнце и огонь. Это один из пяти главных артефактов материального существования. Он исчез со смертью Ориона, который был то ли отравлен, то ли заколот наложницей своего главного жреца.

— Арис… — куснула губу и серьезно сказала — это не копия. Это Жезл Ориона. Настоящий.

— Дарина… — Он недоверчиво взглянул на меня.

— Он выбрал тебя своим… хм… не знаю, то ли Хранителем, то ли Хозяином. Это он сам тебе скажет. Ко мне он попал год назад. Я его отняла у Богини Деваны в особняке Вампиров в мегаполисе и этим лишила ее божественной силы. С его помощью я восстановила Священный Алтарь друидов. Теперь я обязана отдать его тебе, потому что он сам это пожелал. Да ты видел все своими глазами. Только я хотела бы попросить тебя не использовать его без крайней необходимости, пока сам не поймешь кто ты для него и на что можешь расчитывать. Если он сам скажет тебе свое Имя на языке огня, то ты его Хозяин. Если нет, значит, будь осторожен, ты только Хранитель. В этом случае он сам покажет тебе твои возможности в отношении него. Для меня он теперь бесполезен и даже опасен, когда ты рядом. Только в крайних случаях я смогу им пользоваться. Я должна его немедленно отдать тебе. Это мужской артефакт и владеть им может только мужчина. И еще одно, Арис, ты должен полностью контролировать свои эмоции и не позволить Жезлу опьянить тебя Властью, иначе он поработит тебя, если ты только Хранитель.

Подбросила бестящую навершием миниатюру, приказав ему усилием воли увеличиться до нормального размера для встречи с тем, кого он сам избрал, и Жезл с громким чмаком впечатался рукоятью в мою ладонь.

Ашерский принц смотрел то на меня, то на Жезл широко открытыми от удивления глазами и молчал.

— Дай мне, пожалуйста, свою правую руку, Арис — попросила его.

Взяла его за запястье, перевернула ладонью вверх.

— Я должна нарисовать на твоей ладони знак Огня. Это неприятная процедура, но без нее никак не обойтись. Жезл должен испить твоей крови и признать своим владельцем. Постарайся в это время думать обо всем прекрасном, что есть в жизни любого Мира, любого существа, любой формы материального проявления, думать о самых прекрасных чувствах, испытывать самые изумительные эмоции. От этого зависит то, чему будет служить Жезл в твоих руках и что он будет защищать. Я должна была тебе все это сказать, хоть ты знаешь намного больше меня, но передать Жезл молча, значит, проявить к нему неуважение. Извини, если что не так.

— Я готов, Дарина — кивнул он — Ты умница, все именно так. Я чувствую это.

Навершием Жезла нарисовала Знак Огня на его ладони. Тот вспыхнул и тут же на ладони принца появилась глубокая рана и выступила кровь. Навершие плотно легло в ладонь и ни одна капля не была потеряна. Жезл, как губка, вобрал ее всю, не оставив следа от раны.

Арис не то что не скривился, ни один мускул не дрогнул на его лице. Даже зрачки не расширились. Арис перехватил Жезл за рукоять, подкинув, как пушинку, радостно поднял вверх. Навершие вспыхнуло победным золотым огнем.

Да. Что ни делается, все к лучшему — подумала — Эти двое договорились. Один получил нового владельца и доволен, второй новую игрушку и тоже доволен. Может теперь отстанет от меня.

Грустно улыбнулась и пошла к своему коню, вскочила в седло и поскакала по лесной тропинке дальше.

* * *

До обеда ехала в куполе невидимости, не привлекая внимания местных жителей. Когда солнце поднялось в зенит, свернула в чащу, чтобы дать коню отдохнуть, и что-нибудь перекусить. Ослабила подпруги, напоила коня из бурдюка, подвесила к морде торбу с овсом. Села в тень куста, принялась жевать хлеб с сухим козьим сыром, запивая водой.

Арис давно и надежно отстал. Чтобы не догнал, несколько раз меняла дорогу, но не направление.

Со стороны тропы послышался приглушенный шорох травы и тихие голоса.

— Где-то здесь должен быть — тихо сказал один.

— Не спугнуть бы, а то добычи не будет, все ж деликатес для некоторых… Изис знаешь сколько за каждый кусочек даст?! До конца жизни семьи прокормить можно будет…

— Тсс… Он где-то здесь. По запаху на бабу похоже…

— Ага… Розами пахнет…

— Тсс! Сказал!

Молча готовила заклинание неподвижности и полного подчинения. Звук приблизился.

— Наши по всем кустам уже расползлись. Ищут! Небось в заросли полезла- шептал хриплый голос — там и накроем без штанов! Раздевать не надо будет голубку, одежки портить, самим пригодятся или бабы детворе перешьют — и выматерился так витиевато, что аж заслушалась, набираясь словарного запаса из местного фольклора, поспешно подправила заклинание на множественность.

Раскинула ментальный обзор по объему, посчитала противников, еще раз подправила заклинание.

Кусты затрещали под тяжелыми телами. Мгновенно вскочила, метнула заклинание в верх, чтобы охватило всех искателей добычи в виде меня и коня, вышла на полянку.

Мужики, на толстых змеиных хвостах с сильными человеческими торсами, один за другим сползались и молча застывали полукругом. Сорвала травинку, терпеливо ждала, прохаживаясь по полянке, пока соберутся все.

Сползлись. Застыли под действием заклинания. Взгляды обращены на меня.

— Привет, мужики! Это сколько вас тут собралось за случайной путницей поохотиться? — медленно подошла к каждому, сканируя без зазрения совести — Раз, два…. девять… Хороши же вы, мужики, в девятером одну слабую и хрупкую девушку вынуждать к непосильной обороне… Ай-яй-яй! Не стыдно, а?

Молчат. Вот же сволочи, а?! Как нападать, так всем гуртом, а как отвечать, так и гуртом не могут… Деревенщина, блин!

— Ясно. Хотите тут недельку-другую вот так постоять? Или вообще статуями остаться, а? — глазки испуганно забегали — Так я это быстренько вам организую — мило разулыбалась.

— Да мы это, госпожа, детвору же кормить надоть — брякнул бородатый.

— И много детворы? — поинтересовалась.

— Семеро — похвалился он.

Покрутила головой, увидев в принятом импульсе мыслеформу изможденной тяжелой жизнью, частыми родами и страшной усталостью лицо его жены, не так давно молоденькой красивой девчонки. Мелькнула жалость к ней.

— Мужик вроде бы взрослый, а дурак полный! — покачала головой — Чего плодил-то столько, коль прокормить не можешь, а? Как с бабой кувыркаться, так каждый горазд, а как задницу поднять, да хозяйством заняться, так лень раньше вас родилась. Бабу свою загонял совсем. Каждый год рожает, что ли? Не жалко бабу-то? Она ж у тебя слабенькая уже, следующих родов может и не пережить. Хоть бы год дал отдохнуть, что ли?! Что с малышней сам делать-то будешь, вдруг чего, а? Так что усмири мужик прыть-то свою. Лучше делом займись достойным мужчины твоего положения. «Хозяйством» что ни ночь каждый размахивать горазд, много ума не надо, а мозгами подумать, это же мозги иметь надо!

Так, этот дальше этого леса не отходил. Дорог не знает. Обернулась к следующему:

— А у тебя сколько? Шестеро?

— Ну, зима ж была… — смущенно отозвался второй — Чем еще заниматься вечерами-то? Вот и занимаемся приятными делами…

— Ты тоже дурак — махнула рукой — лучше бы игрушек, да фигурок забавных из дерева нарезал, да на ярмарке продал. Теперь была бы и еда, и обувка с одежкой, и дом полная чаша, да и разбойничать не надо было бы…

Этот бывал и там, и сям. Вот и дорога к Ключу в его памяти отыскалась. Только вроде бы там разбойнички посерьезнее этой шушеры будут. Едва живой ушел. Хорошее предостережение.

— Ладно, не мое это дело, мужики. Ваши это жизни. Хотите портите их, хотите нет — еще раз задумчиво прошлась по их памяти менталом, сравнила подсказки дороги — Теперь слушайте внимательно. На закате сможете вернуться по домам. Обо мне никому ни слова. Узнаю, что язык как помело у вас и кому-то сболтнули, яйца поотрываю, на кустах развешу и скажу, что так и было. Всем все ясно?

Испугано закивали головами, в глазах страх.

Подтянула подпругу, вскочила в седло, на ходу подхватила бурдюк с водой, нагнувшись с седла, поскакала дальше.

* * *

Ашерский принц выехал на тропу, едва миновала третью поляну. Поставил коня поперек. От неожиданности дернула повод своего коня так резко, что он стал на дыбы.

— Черт! Арис! Что ты делаешь?! — вырвалось в сердцах.

— Тебя жду. Вот думал, вмешиваться или нет — усмехнулся нахал — Оказалось, что не надо. Мне понравилось как ты с ними справилась, слабая и хрупкая девушка.

Шагом двинулись по тропе стремя в стремя.

— Давно догнал? — хмуро спросила.

— А я и не отставал — успокоил Ашер — Не почувствовала разве?

— Нет — мотнула головой.

— А раньше всегда чувствовала?

— Да.

— А как ты раньше меня чувствовала?

— Взгляд, запах — ответила нехотя — Арис, к чему эти вопросы?

— Проверяю возможности Жезла. И какой у меня запах? — настороженно спросил.

Мельком глянула в его обеспокоенные глаза и рассмеялась:

— Да успокойся ты. Ландышами ты пахнешь лесными. Тонкий аромат ландышей. Ничем больше.

От неожиданности он остановил коня. Рассмеялась, больше не глядя на него, поехала дальше.

Догнал с удивленной улыбкой.

— Серьезно, что ли?

Кивнула.

— А я уж хотел испугаться… Ты сразила меня наповал. Никогда бы не подумал о ландышах… А ты пахнешь розой… чайной розой на рассвете…

— Слышала уже, — кивнула назад — Просветили только что. Это плохо.

— Почему? — искренне удивился он.

— Магиня-воин не имеет права пахнуть или вонять, — ответила недовольно.

— Зато Богиня имеет — рассмеялся принц.

Резко натянула повод, серьезно глянула на него.

— Ваше Высочество, я не хочу, чтобы Вы ехали со мной. Вам не место здесь. Не королевское это дело по опасным дорогам передвигаться без экскорта охраны. Ваша жизнь слишком ценна для Вашего Мира и Ваших подданных. Вернитесь в королевский дворец, пожалуйста, и дождитесь восстановления Ключа. А потом возвращайтесь в свой Мир. Ваше законное место там, а не в диком лесу непонятно с кем.

— Интересно. — нехорошо прищурился Арис — А что еще скажешь?.

Отвела глаза. Сердце, как паровая машина, набрало обороты и теперь колотилось в ребра, пытаясь выбросить напряжение хоть как-нибудь.

— Этого достаточно — прикусила язык, чтобы не болтануть лишнего, и послала коня вперед.

Он сидел в седле и смотрел мне вслед. Лучше бы этого взгляда не чувствовала! Сердце разрывалось на части, слезы полились ручьями, пришпорила коня и понеслась по тропинке, пригнувшись к самой холке.

Не знаю, убегала от него или от себя, но ни от одного, ни от другого убежать не удалось. Хоть мой конь и был двужильным, Арис поймал меня на закате, когда взмыленный конь выскочил на огромную поляну, выхватил из седла, как котенка, перекинул к себе, остановил взмыленных лошадей. Крепко взял за плечи, развернул к себе, встряхнул:

— Прекрати убегать от меня, слышишь? Прекрати! Я все равно не сдамся! Не той я породы, чтобы сдаваться! Слышишь?! — прижал к себе, пустил коней шагом, едва слышно шепнул — Никому я тебя не отдам и сам никуда уже не денусь… Поздно, любовь моя, раньше надо было гнать, теперь поздно…

Промолчала.

* * *

На ночлег устроились в сотне шагов от ручейка, в котором пополнили запасы воды, напоили лошадей и по очереди ополоснулись от пыли и пота.

Пока я плескалась и чистила коня, Арис успел вычистить своего, поставить вариться вкусную похлебку из свежей зайчатины с приправами — и где только взял?! — и ополоснуться в ледяной воде.

Осторожно поглядывала на него и думала о том, что опять великий актер и политик что-то свое крутит. Второй раз на его уловки попадать не хотелось и я часто проверяла саму себя на наличие новых чар, на которые господин Высший Маг был весьма горазд, но пока ничего подозрительного не обнаружила.

Мы плотно поужинали и завалились на плед под раскидистым дубом. Арис рассказывал массу занимательных историй, я внимательно слушала и поражалась его осведомленности.

Рассказывая о разных Мирах, разных интересных случаях в королевских семьях, он каждый раз спрашивал меня, как бы я поступила на месте той или иной королевы, принцессы или придворной дамы. Я без задней мысли отвечала иногда с юмором, иногда серьезно, а иногда признавалась, что не знаю как поступила бы в этом случае и обязательно обратилось за советом к кому-нибудь более знающему. Арис шутил, смеялся, подкалывал, чаще хвалил.

Лошади похрапывали, перефыркивались, переступали с места на место, хрустели сочной травой и зелеными листьями. Ночные сверчки перецвиркивали друг друга, привлекая внимание самочек, то тут, то там ухали филины, покрикивали ночные птицы.

Я обвела стоянку тройным охранным кругом, улеглась под бок Ашеру, погрузилась в аромат ландышей. Арис все еще что-то рассказывал. Закрыла глаза и долго чувствовала на себе его взгляд, а перед тем, как крепко заснуть, услышала тихую фразу:

— Из тебя получится замечательная королева, девочка моя…

Или мне это только приснилось…

* * *

Сильная рука крепко сжала мою талию. Тут же проснулась, открыла глаза, встретилась с предупреждающим блеском в глазах Ариса. Прислушалась.

Тихий шелест мощных хвостов по траве в ночной тишине показался звуком отдаленной сенокосилки. Перешла на объемное зрение. Плотное кольцо змеелюдей, вооруженных блестящим в лунном свете железом окружало нас. Чуть сзади медленно двигался маг второго уровня, еще дальше третьего. В Эфире аура ближнего мага была насыщена темно-коричневым и грязно-зеленым. Значит, основное направление «земля», но в негативе. Он раскидывал и медленно перемещал к там «сеть Вирта», материализованную в крепкую липкую паутину.

Вот гад! Под такую попадешь, мало не покажется, хоть ты трижды Высший Маг. А мне до Высшего еще далеко. Угораздило же! Хорошо хоть защитный круг поставила, спросонья не взяли, а то было бы весело.

Глянула на Ариса. Он беззвучно, одними губами, сказал:

— Семнадцать.

— Маг, земля, сеть — так же беззвучно сообщила ему.

Кивнул, значит, знает, сам уже увидел.

Змеелюди заскользили вдоль охранного круга, неспешно окружали, поджидая магическую поддержку, переговаривались знаками.

Одновременно мы вскочили на ноги, спинами друг к другу. Я ударила мага земли молнией. В глаза, уши, открытые горла змеелюдей полетели шилоны.

Арис тихо пропел завершаеющее слово заклинания «огненного веера», махнул полукругом Жезлом. Обугленные тушки повалились на молодую траву без единого звука.

Тишина. Вонь горелого мяса.

— Там еще маг третьего уровня — сказала тихо — В березку-притворяшку играется. Пойдем поспрашиваем коллегу чего хотели.

— Конечно, — кивнул Арис — невежливо будет с нашей стороны не поздороваться. Только держись за мной, пожалуйста.

Ага! Щаз!

Пошла рядом. Арис укоризненно глянул, но спорить не стал.

Маг увидел нас, перестал придуриваться, проявился во всей красе. Я даже опешила от неожиданности.

— Изик?! Что ты здесь делаешь?! — поразилась, вдруг встретив одного из старых знакомых в таком месте и при таком занятии.

Так это о нем говорили деревенские мужики — поздно догадалась.

Он был старше меня на два человеческих года и закончил Академию на год раньше. Сколько раз приходилось с ним сталкиваться на узких тропках, столько раз эти встречи заканчивались скандалом или потасовкой между нами. Он был наглым, подлым, так и норовил ударить в спину. С ним надо было держать ухо востро. И я держала.

— Дарииина! Лучшая студентка Акадееемии! — сплюнул в сторону Изик — Значит, я не ошибся, когда пошел сюда сам. Значит, это про тебя тут сказки рассказывают и в Богини записывают. Знали бы эти бедняги кто ты на самом деле, давно бы из дворца выкинули — сплюнул еще раз, брезгливо скривившись, глянул сальными глазками, раскинул руки, скользнул чуть вперед и сказал, подмигивая Арису — ну, иди, крошка моя, я уже давно за тобой соскучился. Ашер поделится со мно….

Договорить Изик не успел. Две половинки его тела уже падали в разные стороны, а губы еще шевелились.

Невозмутимый Арис опустил Жезл Власти, спокойно глянул на меня, сказал, как ни в чем ни бывало:

— Скоро рассвет, можно потихоньку выдвигаться в дорогу.

Промолчала, но поняла, что он шутить на мою тему таким образом принц никому не позволит. Хм… Убил и глазом не моргнул. Бедный Изик… не болтал бы что ни попадя, был бы жив…

Пока Арис подтянул подпруги седел, собрала шилоны и пожитки, молча вскочили в седла и поскакали дальше на юго-восток, не останавливались до рассвета.

* * *

— Я вот смотрю на тебя, Дарина, и с каждым днем все больше удивляюсь — задумчиво говорил принц, когда пустили коней шагом — Ты всегда разная. Никогда или почти никогда не угадаешь как ты поступишь через мгновение. С виду такая нежная и хрупкая, и вдруг кинжал по самую рукоять точно в мишень загоняешь, да еще и в прыжке с разворота. А это далеко не каждый мужчина в состоянии сделать. То робкая и стеснительная, а через минуту волей к земле прижимаешь. Помню, раньше ты немного другой была…

— Что ты можешь помнить или знать какой я была раньше, если мы с тобой недавно познакомились? — удивилась, с усмешкой покосилась на него.

Арис искоса глянул, качнул головой и рассмеялся:

— Дарииина! Я столько о тебе знаю, что ты и сама о себе столько уже не помнишь!

— Это откуда, интересно? Разведка, что ли, королевская донесла? — прищурилась с усмешкой.

— Нет, — рассмеялся — не разведка. Ты помнишь, как к вам в Академию на две недели приезжали гости из разных Миров, а остались больше, чем на месяц?

Подумала, пожала плечами:

— Гостей там было всегда, как собак нерезанных. Одни уезжали, другие им на смену приезжали. Кто на этих гостей внимание обращать-то будет? Если на всех смотреть, то учиться некогда будет. А ты что, был там в гостях?

— Да. Как раз в то время, когда ты Филенсия в граните вестибюля размазала за то, что он тебе в любви признаваться начал.

Усмехнулась и вздохнула, вспоминая нагоняй, который получила на построении всей Академии «в присутствии высоких гостей из королевских Домов разных Миров», как тогда выразился ректор.

— Нечего было руки распускать — смущенно буркнула — Молол бы языком, ну и молол бы, кто его слушать будет, а он, придурок, замуж звать начал руками. Ну и получил, чтобы впредь неповадно было. То же мне, жених нашелся…

— И ты так со всеми отважившимися предложить тебе руку и сердце поступала? — заинтересованно спросил Арис.

— Нет, — покачала головой — с каждым иначе было. Нас же учили творческому подходу к профессии. Ну, я и старалась творчески…

Арис рассмеялся:

— Мы тогда почти месяц в Академии гостили, пока Филенсия из гранита все вместе пытались выковырять, и, должен признаться все разговоры только о тебе и были.

— Ну и почему не выковыряли? Так и пришлось самой его вытаскивать после нагоняя ректора. Он пригрозил, что мне экзамен завалит по профессии…

— Не смогли. Ты же там так заклинание завязала, что все боялись, как бы его по частям, без возможности восстановления, не вытащить. Тогда ректор взбеленилсяя и сказал, что заставит тебя саму освободить Филенсия. Все тогда смеялись, что Высшие Маги работу выпускницы разобрать не могут. — рассказывал он — Мы каждый день в невидимости ходили на тебя смотреть всей толпой и по очереди, как на чудо природы, а ты упорно ни на кого не обращала внимания.

— А чего смотреть-то? Да еще и толпами. Нашли на кого смотреть. Там поинтереснее студенты были — буркнула под нос, слегка покраснев от негодования.

— Так нам же каждый день преподаватели только о тебе и говорили, какого вопроса ни коснись. Все в голос настаивали посетить то лекции, когда тебя опрашивать будут, то тренировочный зал, то боевую кафедру.

— На защите тоже были, что ли?

Арис хохотнул:

— А как же! Такое зрелище пропустить никто из нас не посмел бы! Даже специально ряди этого еще на два дня задержались.

Я подозрительно на него глянула, насупилась.

— Самое замечательное было, когда ты кактусов-вампиров рассадила на головах у комиссии — засмеялся Арис и меленько «пошинковала в капусту» Лучом Стратуса, а потом собрала в кучку останки, преобразовала их и прирастила монстра к столу, прямо перед Министром Магии и Старейшиной Высшего Совета Старом. Помнишь, как они махали руками, пытаясь убрать монстра со стола?

— Ну да, тебе смешно, а мне оценку и статус занизили из-за этого. Думала сделать как лучше, чтобы пример наглядным был, а получилось как всегда… Не начали бы орать, как резанные, и махать заклинаниями, монстрик через пол-минуты сам бы исчез, он же безобидный был. Мне потом, после экзамена, Старейшина чуть косу не выдернул, а уж орал-то прямо, как потерпевший — вспомнила с досадой — А почему я тебя там не помню?

— А мы же все были под обязательным заклятием неузнаваемости — пожал плечами Арис — чтобы никому в голову не пришло выборочный отстрел высоких гостей сделать. Академия же за нас за всех отвечала, не дай бог кому пальчик прищимит из высокородных сыночков и дочечек. Вот и мучались.

— Ага, тогда ясно.

— Да ты и без этого все равно не обратила бы на меня внимания — серьезно сказал Арис, поглядывая искоса — Ты тогда на посторонних вообще не смотрела. Вся такая сосредоточенная мимо пробегала.

— Неправда! — возмутилась — Уж какой-какой, а сосредоточенной меня назвать трудно. Вечно глупости какие-нибудь устраивала и смеялись все до упаду. Мне кажется, что мой смех было слышно чаще, чем заумные слова.

— Это точно — рассмеятся Арис — Я и еще один принц из другого Мира всегда шли на его звук, а если такого не было, то находили по запаху чайной розы. В Академии больше никто так замечательно не пах, как ты.

Арис внимательно на меня глянул, угадал мои мысли и поспешно сказал:

— Только я тебя умоляю! Ничего с этим не делай! Даже не думай об этом!

Я хмуро глянула на него и промолчала.

* * *

Первые лучи солнца показались из-за горизонта, когда мы выехали на равнину. Пустили взмыленных коней шагом.

Арис долго молчал, вертя в руке Жезл Власти, потом спросил:

— Я много читал о нем. Считается, что Жезл Ориона исчез с его смертью. Кое-где пишут, что он был украден, в других местах говорится, что он ждет момента, чтобы снова появиться в Мирах. Расскажешь подробнее что знаешь?

Я улыбнулась, вспоминая, как он попал ко мне.

— Год назад я отняла его вместе со всем остальным оружием у Богини Деваны, покровительницы Леса и охоты. Она и ее верный слуга, Кейтар-Алибо, охотились на нас с Борелем в мегаполисе. Она явилась собственной персоной в Вампирий особняк и потребовала у Виктора, короля вампиров и его супруги Виктории, нашей выдачи. Пришлось отнять Жезл Власти и лишить Девану божественной силы. Она ведь по происхождению не Богиня, а обычная женщина, бывшая наложница одного из Высших Жрецов Ориона. Она очень качественно убила своего хозяина, а потом и самого Бога Огня, и несколько веков скрывалась в лесах. Ей помог провернуть эту аферу любивший ее Высший жрец Ориона, Оликс. Его она тоже убила, но попозже. Я забрала Жезл и с его помощью соединила осколки души Бореля в единое целое, а потом восстановила Алтарь… А потом совсем забыла про него. Даже не вспоминала до вчерашнего дня, пока он сам не потребовал отдать его тебе — коротко рассказала.

Арис внимательно слушал, не отрывая от меня глаз.

— Как им пользоваться? — задумчиво спросил.

— Ты им же уже пользовался сегодня — улыбнулась — И он тебя слушается.

— Да, но я в обшем-то так и не понял, как я это делал — признался Арис.

— Прислушайся к нему и он тебе сам подскажет. Я делала все манипуляции с ним только волевым усилием. У тебя может быть по-другому, ты мужчина. Поэтому посоветовать ничего не могу — усмехнулась — Вы, мужики, сами договоритесь между собой.

Арис с хитрой улыбкой глянул на меня, потом на Жезл Огня и тот исчез, как и не было, тряхнул кистью и Жезл снова оказался в руке.

— Мне нравится — улыбнулся он все еще удивленно — Мы, кажется, подружились. Такое необычное ощущение! Просто теряюсь сам в себе…

— Я рада, что вы нашли друг друга. Он искал тебя вместе со мной… хм… — смутилась, увидев его взгляд, и поспешила поправиться — Нет, ты не так меня понял. Я лично тебя не искала. Тебя искал Жезл, но он хранился в моей ладони и, вполне возможно, что немалая толика в нашей встрече принадлежит ему. Поэтому я и сказала, что искал вместе со мной. Я ведь могу ошибиться, а Жезл Власти над Жизнью никогда.

Арис кивнул понимающе, потом озорно блеснул глазами:

— Значит, ты меня совсем не искала?

— Тебя, нет — покачала головой, не принимая его шутки.

— А свою любовь тоже не искала? — не унимался Арис, хитро поглядывая сверкающими глазами.

— Нет. — твердо ответила — Магини-воины не любят и замуж не выходят. Это одиночки, Ваше Высочество.

Его лицо стало серьезным.

— Зато Богини пантеона все были замужем.

Глянула в упор, уверенно сказала:

— Богини тоже одиночки, Принц Арис.

И пришпорила отдохнувшего коня.

* * *

Вечерело. Солнце клонилось к закату, душный воздух, казалось, сгущался темным маревом. Арис пробовал о чем-то рассказывать, но я не реагировала и он быстро замолчал. Настороженно следила за окружением и, чем дольше мы ехали, тем больше мне не нравилось то, что видела.

Трава здесь была темно-зеленая, корни подсохшие. Ни жуков, ни бабочек, никакой живности нет и в помине, будто попали в какую-то мертвую зону. Воздух дрожит, как раскаленный летним солнцем асфальт, ни ветерка.

— Арис, как тебе здесь? — тихо спросила.

— Не нравится. Мне давно здесь не нравится.

Остановила коня, соскочила на траву. Она осыпалась чернью под моими ногами.

— Черт! Что это такое? — наклонилась, хотела собрать черный порошок, осыпавшийся с травы на землю и рассмотреть его повнимательнее, но Арис схватил резко за шкирку и посадил перед собой в седло.

— Что ты делаешь?! — возмутилась я — Я же…

— Нет! — перебил он меня.

— Но почему?! Лошади идут по этому чему-то и ничего! Значит, и мне можно!

— Нет, — удержал он меня — Лошади через пару часов падут. Они отравлены этой дрянью. Мы с тобой тоже уже заражены, но протянем дольше. Я умру раньше. Ты должна это знать.

Ошалело уставилась на него.

— Что ты говоришь, Арис?! Чем мы заражены и почему падут лошади?! Что за чушь ты несешь?!

Никакого отравления или еще чего-то не чувствовала.

Он посмотрел задумчиво вдаль, спокойно рассказал:

— Послушай меня, девочка моя. Я оборотень, Ашер. Я лучше чувствую животных, чем ты, хоть ты и Богиня. Вторая часть моей сути звериная. Около двух часов назад я почувствовал, что мой любимый конь отравлен через копыта и кожу на бабках. Зараза распространяется медленно, но все же убивает животное. Это мирит. Так назвали его ученые, в переводе значит «испаряющий зло». Осколки метеорита, упавшего на земли Миров, когда ткань мироздания была нарушена заклятием Бореля, уничтожившего целостность Священного Алтаря и защитной ауры нашего мироздания. В разных Мирах находили его осколки и те, кто приносил их в лаборатории умирали, едва успев рассказать о путешествии. Гибли и ученые, изучавщие камни. Долго не могли понять что происходит, пока не удосужились перечитать записанные расссказы путешественников, приносивших мирит. Все они говорили, что находили камни в пустынной местности, где не было ни одного живого существа, а трава отсвечивала черным. В конце концов ученые пришли к выводу, что молекулярная связь частиц метеорита в атмосфере Миров постепенно разрушается и он испаряется. Испарения разносятся ветром и отравляют воздух. Живые существа вдыхают отраву и вскоре умирают, как это произошло с теми путешественниками и учеными, как происходит сейчас с нашими конями и с нами самими.

Замерла от такой неожиданной информации.

— Почему ты не сказал раньше?

— Не хотел тебя пугать. Все равно было уже поздно, когда сам понял куда мы попали.

Зло глянула на него:

— Не хотел меня пугать!?! А теперь решил заявить об этом от доброты сердца, чтобы не испугалась, когда рухнут на траву сначала кони, а потом и ты?!! — не на шутку рассвирипела — Ну, ты доообрый, принц Арис! Испугать боялся он, видите ли! Нашел пугливую! Я тебе не придворная дамочка, чтобы в обмороки падать! Тоже мне, умник нашелся! А ну, давай руку, принц!

Сорвала с пальца Кольцо Лювириса, невидимое Арису, схватила его за запястье, одела кольцо-змейку и, забыв об осторожности, зло приказала:

— А ну, давай, шевели задницей Лювирис! Спасай его немедленно! Какого черта ты, не предупредил меня, а?! Придурок древний!

Теперь была очередь Ариса ошалело смотреть на меня и на налившееся багрянцем на его безымянном пальце кольцо.

Не теряя времени даром, скользнула на землю между руками принца, заскочила в седло своего коня.

— Гони, Арис! Давай быстрее! — крикнула и понеслась во весь опор.

Арис замешкался только на мгновение и понесся за мной.

— Держись стремя в стремя, Арис! — крикнула ему и запела ноту Сферы.

Она тут же отозвалась, вызывая Силу Алтаря. Остальные зазвучали вслед за моей, отравленный воздух раздвинулся, открывая коридор прозрачного радужного света. По нему мы понеслись, оставляя за собой клубы испарений проклятого камня, покидающего наши и конские тела. Арис подхватил мелодию своим голосом и Музыка Сфер наполнилась недостающими гаммами звуков.

Я выбросила руку вперед, наметив черту, вызвала портал, ведущий до видимого края, потом следующий, следующий, пока не добрались до вершины одинокой горы. Соскочила с коня, шагнула к Принцу.

— Доставай Жезл, Принц Ашеров! — сказала, поняв во время бешенной скачки, что нужно делать — Мы соединим свои силы с силой Жезла и восстановим Ключ Источника. Вместе у нас должно получиться. Сама я не смогу. Мы будем представителями мужского и женского начала, силой которого живет любой Мир. Это опасно, Арис, но только так мы сможем восстановить Ключ Источника и уничтожить заразу. Нам нужно соединить свои мысли, чувства и эмоции, думать о любви, счастье, солнечном свете, о лунной дорожке на воде, о горном ручье, о красоте творений мастеров, о рождении новой жизни в любой форме и музыке любви, обо всем, что составляет жизнь каждого живого существа любого из Миров, о том, чего желаем этому и любому другому Миру. Мы должны удержать концентрацию так долго, пока Поток Силы Ключа не поднимется вверх из того места, где лежит сейчас этот черный призрак прошлого, столько веков отравлявший жизнь Мира. Если мы этого не сделаем сейчас, когда я обратилась к Музыке Сфер Священного Алтаря, мы не сделаем этого никогда.

— Я готов, Дарина — спокойно кивнул он, поняв и почувствовав то, о чем я говорила.

В его руке появился Жезл Власти Огня Жизни. Он обнял меня свободной рукой, прижал крепко к себе. Вторую протянул так, чтобы я могла обхватить его пальцы своей ладонью, направил острый набалдашник на кусок черного камня, блестящего даже сквозь марево испарения, как настоящий абсидиан, заткнувший узкое горло Ключа Источника.

Луч золотого огня вырвался из навершия Жезла, поджег жаром сердец, концентрированной воли и соединенной мысли замогильный холод небытия. Вокруг камня поднялось темное облако. Марево испарения потемнело клубящейся густой темнотой, его границы вспыхнули язычками яростного пламени, сжигающего испарения до тла и не дающего заразе раствориться в воздухе. Камень таял у нас на глазах, превращаясь в пылающий дым, пока полностью не исчез.

Яркий луч прозрачного серебра ударил в небо, дожигая остатки злостного дыма. Освобожденный Ключ запел мелодией чистой Силы, как ликование свободы, радости, любви.

Я отпустила руку Ариса, освободилась из его объятия, села на вдруг позеленевшую траву, устало склонила голову на руки, опершись ими о колени

— Ну вот и все — тихо сказала ему — Можно возвращаться. Теперь пройдет волна очищения и скверна исчезнет из этого Мира.

Подняла на Ариса глаза, глянула на кольцо-змейку, блеснувшее на пальце прапра… — внука радостным изумрудным глазом.

— Ты теперь здоров, как и прежде, Принц Ашеров, — улыбнулась устало — смерть тебе не грозит.

Он молча смотрел на меня каким-то странным взглядом, который я так и не поняла. Да и не старалась понять, если честно признаться. Я так устала, что мне было все равно кто и как на меня смотрит. Даже он. Видимо человеческое тело, хоть и измененное так, как мое, все же не было предназначено для таких нагрузок.

Мы прошли вместе с конями сквозь портал, созданный Арисом. Вышли в лесу, недалеко от королевского дворца, с той стороны, где парк плавно переходил в дикий лес. Сели в седла и потрусили рысью к конюшням.

Арис так и не произнес ни слова с момента восстановления Ключа. Видимо такое единение наших существ в единое целое его потрясло до глубины души. Я тоже молчала и чувствовала то же самое, что и он. Слишким глубоким было наше единение во время работы с Ключом, слишком близко сплелись наши души ради спасения этого Мира. Это меня пугало и радовало. Но пугало больше.

* * *

В прихожей услышала голоса горничных. Они беседовали между собой в своей комнате довольно громко.

— Ну и что теперь делать? Говорить хозяйке, когда она верннется или нет? — спрашивала подруг Иса.

— Ну, я не знаю, Ис, мне кажется, что надо. Она всегда так добра к нам, никогда не кричит и не наказывает…

— Ис, повтори что ты слышала от слуги Ашеров дословно, — попросила Ива — хочется еще раз услышать все это.

— Так. Сейчас… Я забирала чистую посуду, расставляла на подносе. Бель сидел на кухне и рассказывал кухарке последние новости. Он сказал, что на рассвете прибыл посыльный от наместника короля Гранда и принес депешу. Посыльный ждал в комнате прислуги и ребята его разговорили. Он рассказал, что в дворце Ашеров переполох. Законная невеста принца Ариса Инесса и ее отец устроили безобразный скандал наместнику. Они узнали, что комнаты принца, в королевском крыле, по его приказу поделили и теперь вторую половину готовят для нашей госпожи, все лучшие мастера ремесел Мира Ашеров только и делают, что наряды шьют, да украшения изготавливают. Так вот, эта Инесса и ее отец, то ли Лорд, то ли Пэр, потребовали немедленно прекратить это безобразие и немедленно выслать депешу самому королю Гранду и потребовать опровергнуть слухи, что принц готовится к свадьбе с нашей госпожой. И чтобы король Гранд немедленно назначил день свадьбы принца Ариса и этой Инессы. Что, мол, тянуть уже некуда, принц Арис уже вступил в свое Совершеннолетие, а его законная невеста истомилась то ли ожиданием, то ли желанием, я не поняла — девчонки хихикнули и Иса продолжила — Наместник сказал, что он королю не указ, точно так же, как и его сыну, что королевская семья сама решает кому и на ком жениться и не их, и не его собачье дело указывать коронованным особам как поступать. Посыльный сказал, что эта Инесса начала распространять слухи, что наша госпожа старая ведьма, которая кровью девственниц вернула себе молодость и опутала принца Чарами Магии Любви и он не соображает что творит, поэтому и собрался на ней жениться. Что наша госпожа хочет стать законной королевой, уничтожить правящую династию и подчинить себе всех Ашеров, потому что якобы Ашерская кровь, выпитая во время ритуала Луны этой ведьме, то есть нашей госпоже, даст вечную жизнь. Ашеры, конечно же, взбеленились и кинулись к наместнику с угрозами, что если принц Арис привезет нашу госпожу в Мир Ашеров и обручится с ней официально, как там у них положено, то они до свадьбы не допустят. И что вся высшая знать Мира требует свадьбы принца Ариса с его законной невестой Инессой не позднее, чем через месяц. Иначе они поднимут бунт против принца и не успокоятся, пока не добьются своего.

— Дааа… — тихо сказала Ива — Страсти-то какие… А может наша госпожа и правда его зачаровала? Вон, как она уехала, так и он исчез. Наверное, за ней поехал…

— Ой, глупости какие! — вспыхнула Иса — Нашей госпоже и чаровать незачем! Как куколка вся! Что фигурка точеная, что лицо, глаз не оторвать. В нее любой мужчина влюбится без всяких чар. Принц Арис тоже мужчина, между прочим! Вон Бен, его слуга, сколько раз мне говорил, что принц даже портрет нашей госпожи у себя в спальне повесил и любуется ею все время. Еще Бен говорит, что он как спит, даже во сне ее имя произносит! Вот это любовь! А он такой красиииивыыый. Как смотрю на него, так аж дух захватывает! Вот повезет нашей госпоже, если он ее мужем станет…

Дальше слушать не стала. Вернулась к двери и громко хлопнула ею, будто только вошла. Голоса смолкли, в дверях появились немного смущенные пикантными разговорами горничные.

— Госпожа! Как хорошо, что Вы вернулись! — обрадованно затрещали болтушки — Госпожа, Вас так долго не было! Госпожа, мы так соскучились за Вами!

Молча прошла в ванную, не отозвавшись ни словом, ополоснулась под душем, простирнула змеиный комбинезон, повесила его в гардеробе у окна на вешалку. Горничных видеть не хотелось. Все, что мне надо было знать уже знала. Оставалось только придумать, как избежать беды, которая могла произойти из-за меня в Мире Ашеров.

* * *

Забралась под покрывало, честно закрыла глаза, пытаясь уснуть, но мысли крутились вокруг случайно услышанного разговора. Оставаться в помещении при таком количестве адреналина в крови было невозможно. Оделась, причесалась и вышла в парк по винтовой лесенке через боковую дверь.

Ночное небо подмигивало звездами, ущербная луна улыбалась кривым ртом, серые тени лунного света от вековых деревьев и молодых кустов причудливыми картинами ложились на пустые дорожки парка, окна дворца ярко светились, оттуда лилась музыка Штрауса. Медленно шла по парку, повторяя рисунки теней, и думала о той ситуации, в которую невольно попала.

Значит, так.

Получается, что Арис принял решение и ни на секунду не сомневается, что я сразу же соглашуть на его предложение, как только он мне его сделает. Иначе бы не начал приготовлений к свадьбе.

Странно, почему он решил, что я соглашусь? Ведь любить это одно, а замуж выходить совсем другое. Замуж я пока не хочу, даже за него. Почему? Да просто потому, что я ему не верю ни на грош. Не верю и все тут. Слишком долго он со мной играл, чтобы ему теперь верить. Это раз. Второе, он хочет жениться только для собственного престижа: иметь жену-Богиню это ж нос кверху перед королями всех Миров, а амбиции дело серьезное. Третье, изменение физиологического состояния организма сейчас и будучи замужем совсем разные. Энергетичка тоже. Могут возникнуть серьезные проблемы с Алтарем, Источниками и Ключами. А не дай Боги сразу беременность! Это же тысячу дней и думать забудь о работе, а время поджимает, разбалансировака течения Потоков энергий от Сфер начнет нагнетаться, изменяться, могут начаться катаклизмы в Мирах, сходить с ума и гибнуть жители, природа. Да мало ли что. Нет, не до замужества мне.

Ну, вот если представить. Вышла замуж и что? Привяжет же к своему Миру и не пустит никуда. Еще и командовать начнет. А с моим характером особо не покомандуешь мною, сразу на дыбы встану.

С другой стороны, выйти за него замуж, это значит, жить в его Мире, во дворце его отца, на положении бедной родственницы, у которой ничего за душой нет, даже завалящего платья, как сказал его отец, рожать детей и ждать, пока родитель оставит престол в пользу сына?! А потом сесть с ним рядом на трон и высиживать геморрой до конца дней?! То есть, по собственному желанию и его предложению согласиться посадить себя в клетку, связать по рукам и ногам, заткнуть рот и душу кляпом, радоваться тому, что рядом сидит вот такой муж и забыть все к чему привыкла за всю жизнь без клетки? Ради чего?! Ради эмоции, которая сегодня есть у мужчин, а завтра тю-тю, упорхнула, как птичка, а клетка осталась и я в ней, эдакая матрона, окруженная целым выводком детворы?!

Жених он, конечно, завидный, тут и говорить нечего. И говорит, что любит меня так же, как и я его. Брешет, наверняка. И ко всему этому у него есть ревнивая невеста. Законная. Которая и жизни иной себе не представляет, как рядом с ним на троне и кучей этих самых детей вокруг. Вот она создана и воспитана для такой жизни, а я как раз наоборот, мамашей семейства себя не представляю и представлять пока не хочу. Вон, Глория, живой пример перед глазами. Это что, и я вот так мучаться должна?! А Инесса готова и жаждет этого, как манны небесной.

Будь я на ее месте, тоже бы взвилась, если бы узнала, что тот, который мне лично предназначен с пупенка вдруг начал готовиться к свадьбе с другой. Я ее прекрасно понимаю. Она тут, понимаешь, всю жизнь себя готовила быть королевой, вопрос, казалось бы, решенный, и на тебе. Как снег на голову. Я бы на ее месте еще и не такого наплела, лишь бы свое место у его бока отвоевать не мытьем, так катанием. Я бы ему все патлы повыдирала по одной волосине… везде… и не задумалась бы о его «чуйствах».

Но в общем-то, должна признать, что она молодчина. Так лихо закрутила сюжет, так классно загнала его в угол, что любо-дорого смотреть. Снимаю шляпу! Молодец девчонка!

Хохотнула от этих мыслей довольно громко и тут же оглянулась, не видит ли кто. А то подумают еще, что ненормальная какая-то гостья у их королевы. Слава Богам, никого вокруг. Вернулась к своим мыслям.

Интересно, как он выкрутится из этой ситуации?

То, что он не принимает ее, как серьезную претендентку на вторую половину трона и положенное количество геморроя, еще ничего не значит. Она есть и с этим ему придется считаться. По крайней мере мне в это лезть незачем, пусть сами разбираются в своих отношениях. Как говорится, «двое в драку, третий в с….».

Не сомневаюсь, что у нее заготовлены еще пара сюрпризов для строптивого принца на случай, если он и дальше будет упираться в своих намерениях и откажет ей в руке и сердце, и которые по их законам должны заставить Ариса пойти под венец. Он, наверняка, не учитывает, что их положение при дворе его отца, заочного короля, несравнимое. Принц родился и вырос на чужбине, она во дворце и ее количество знакомств, влияний и связей несравнимо больше, чем у принца. Устроить ему пару капель настоя «бороро» и дело в шляпе. Потом доказывай, что ты не верблюд, когда приходишь в себя в пикантном положении с дорогой законной невестой при свидетелях. Тут уже не открутишься ни при каких обстоятельствах.

С другой стороны хитроумная Инесса все обставила так, что мое появление в их Мире может вызвать непокорность высшей знати, справедливо возмущенной поведением рвущейся к власти ведьмы из другого Мира и страхом за родную правящую династию. Мало того, каждый подданный теперь боится за собственную шкуру и из нее с удовольствием вылезет, лишь бы не дать проклятой ведьме возможности поживиться его и его родственников кровушкой для обретения «вечной жизни» этой самой ведьмой. Из-за такого страха весь Мир станет на дыбы, как только я появлюсь в портале вместе с королевской семейкой. Или без нее, но официально.

Я прекрасно понимаю короля Гранда и его супругу. Они, наверняка, думают о том. что, начинать свое очное правление с такой сомнительной свадьбы, это подорвать свой авторитет и поставить под удар свое собственное положение, как правитей Мира, едва вернувшихся к престолу. Они не хотят рисковать своим положением и прослыть «невменяемыми» из-за колдовства вероломной ведьмы, которая так долго общалась с ними на чужбине и сняла Великое Проклятие только для того, чтобы завладеть их Миром.

Ах, да. Вот эта фраза: «пока он меня любит». Если я хорошо училась и правильно помню лекции по Магии Любви, то Инесса вполне может воспользоваться и этим оружием, чтобы заполучить Ариса. Одно утешает, что он тоже не пальцем деланный, а Высший Маг своего Мира. Но и «на старуху бывает проруха», поэтому об этом тоже нельзя забывать.

Думаю, что расчет Инессы был направлен на то, что, по здравому рассуждению, и я, и королевская семья придем к выводу, что с моим визитом и свадьбой надо повременить, пока волнения не успокоятся, а ей этого времени вполне хватит, чтобы принудить принца к исполнению ее планов.

Скорее всего за Инессой стоят более серьезные господа, которым на руку именно тот расклад, который столько лет прорабатывали, а не тот, что неожиданно «предложил» принц. Поэтому у Инессы получилось все так здорово и своевременно. Молодец невеста. Так и надо! Флаг тебе в руки!

* * *

Вышагивая по мощеным дорожкам парка в такт своим мыслям и эмоциям, погрузившись в них с потрохами, перестала обращать внимание на внешний мир. Туфельки ступали по краю теней, повторяя их рисунки, перепрыгивали с одной на другую, кружились, постукивая каблучками, пользуясь темнотой и свободой. Наверное, со стороны мой непроизвольный танец выглядел более, чем странным и я, приняв окончательное решение в своем сердце, вынырнула из трансововй задумчивости, и, еще некоторое время, наблюдала за своим телом, выписывающим замысловатые «па», пока легкий ветерок не принес запах ландышей…

Остановилась, принюхалась, про себя рассмеялась, покачала головой мелькнувшей мысли об этом чудесном запахе.

— Арис… — тихо сказала в ночь.

— Я здесь.

Он вышел из тени, как сказочный призрак ночи, легкая улыбка играла на губах, глаза по-кошачьи светились во тьме и в них танцевали звезды.

— Ты давно здесь?

— Давно…

— Я не видела тебя и даже не чувствовала…

— Ты о чем-то важном думала, что-то для себя решала… Я не хотел мешать.

— Спасибо.

— Не за что. Ты сегодня снова спасла мне жизнь. Я благодарен тебе.

— Ты бы сделал то же самое.

— Дарина…

— Арис, давай помолчим… Ночь такая тихая…

Мы молча пошли рядом по темной аллее, он с руками в карманах, мои сплелись на пояснице. Говорить ни о чем не хотелось. Хотелось тишины и прощального запаха лесных ландышей…

Вскоре нас нашла запыхавшаяся служанка королевы Глории.

— Госпожа Дарина! — крикнула она подбегая к нам — Все Вас ищут, с ног сбились! Вас коловева зовет! Немедленно! Все уже там!

Безмятежный покой прогулки улетучился, как дым. Глянула на Ариса, он тоже мгновенно напрягся.

— Что случилось? — спросила нервно теребящую фартушек девушку.

— Она уже рожает. Она боится! Быстрее, госпожа!

— Кого она боится? — тряхнула ее рукой — Говори быстро!

— Госпожа, я не знаю! Она не говорит! Она только Вас требует! Быстрее, Госпожа! Умоляю!

Глянула на Ариса, он кивнул на уже приготовленный портал. Толкнула девушку туда, шагнула за ней, он последовал за нами.

* * *

Вышли прямо в спальне Глории, между постелью роженицы и окном. Первым в глаза бросился Вэрдис. Он стоял у окна и сосредоточенно плел заклятие. Незаконченный рисунок, характерной вязью свисающий с его мизинца, уже начал вспыхивать бордовой чернотой. С ужасом узнала основу рисунка и у меня волосы зашевелились на голове.

Ах, ты нежить паскудная! Хрен ты доплести успееешь свою гадость! Решил от всех троих избавиться одним махом, сволочь?! Черта с два я тебе дам это сделать, труп позорный! Мгновенно швырнула испепеляющее заклятие на его плетенку. Она вспыхнула синим пламенем и исчезла. Вэрдиса тряхнуло, веки начали медленно подниматься. Наливающиеся кромешной тьмой глаза уставились на меня. Как раз между ними, как в единственно уязвимое место Личей, прилетел мощный кулак принца и Лич кулем опрокинулся навзничь. Арис схватил одной рукой сухонькое тело и вышвырнул его в открытое окно, отряхнул руки, хмуро глянув на замерших прислугу и врача, махнул им, чтобы занимались своим делом. Мне уже было не до Лича, я кинулась к королеве.

Глория металась по постели, меняя облики со скоростью молнии: женщина кричала от боли, змея била хвостом и ударяла клыками воздух. Стэлисса старалась удержать ее на месте руками и змеиным телом, но ей это было не по силам и я бросилась на помощь Первой Королеве. Остальные в страхе стояли в стороне, издали уговаривали мятущуюся королеву успокоиться и не мешать естественному процессу, но подходить боялись.

— Слава Богине! Дарина, ты здесь! — обрадовалась Стэл — Придержи-ка ее, а я помогу малышке!

Попробовала обхватить Глорию руками и удержать, но обычных сил не хватало. Тогда обвила Королеву своим телом и прижала к кровати, стараясь только удержать на месте, не причиняя вреда и не мешая ее стараниям. Это получилось лучше, быстрее и надежнее.

— Тужжжссся, Глория — тихо шепнула ей — Помоги малышшшке и твоя боль сссейчассс жжже пройдет-ссс. Помоги ей, королева-ссс… Я ззздесссь… Ты в безззопасссносссти.

Глория глянула мне в глаза и замерла. Медленно набрала в грудь воздуха и напряглась вся, выталкивая яйцо наружу.

— Ееесть! — заорала Стэлисса — Глория ты молодееец!!! О! Боже!!! АНАКОНДА!!!!

Я оглянулась выискивая опасность в виде анаконды, но увидела внизу только Стэлиссу с огромным Яйцом в руках и восторгом в расширившихся до предела глазах. Она радостно улыбалась, показывая мне огромное Яйцо. У окна стоял Арис, сложив руки на груди, загадочно улыбался, пощипывая себя за губу. Служанки во главе с врачом и акушерками с ужасом смотрели на меня, задрав головы вверх. Обернулась к Глории, та измученно лежала в моих объятиях, улыбалась и тихо шептала:

— Спасибо, АНАКОНДА!.. Спасибо, Дарина… АНАКОНДА!.. Спасибо!!..

Отпустила королеву, подбила ей подушки, помогла улечься удобнее, погладила по голове:

— Ты умничка, Глория! Здорово справилась с таким трудным делом! Я так рада, что вовремя успела! Ты даже не представляешь себе как я рада! Поздравляю тебя, дорогая! — улыбалась ей счастливо.

— Спасибо, Дарина! Я знала, что если ты успеешь, то все будет хорошо! Я чувствовала это! А Вэрдисс где?

— Внизу валяется — усмехнулась я.

— Ты его….? — глаза Глории расширились от ужаса.

— Нет, не я, а Арис — покачала головой, улыбаясь — да и то, только оглушил. Что Личу будет? Он давно мертв. Зато замысел его не удался. Я рада, Глория, что мы успели. Спасибо тебе за малышку!

Оглянулась на присутствующих. Они застыли, как в столбняке, не сводя с меня перепуганных глаз. Стелисса, не обращая на них внимания, только что обмыла малышку теплой водой, которую лил из огромного кувшина Арис, ловко заворачивала в первые королевские пеленки крохотное тельце.

И тут до меня дошло! Снова глянула на Глорию, на потолок, на присутствующих, снова на потолок… нахмурилась.

Глория разрешила мои вопросы:

— Ты спасла меня, Дарина. Ты спасла и меня, и нашу малышку. Ты была прекрасной Анакондой. Ни одна другая змея не смогла бы удержать меня. Только ты и только, как Анаконда.

Я растерянно оглянулась, увидела глаза перепуганной прислуги, врача, радостные Стэл, мудрые Ариса и поняла, что это правда. В ужасе закрыла рот рукой, опустила голову и молча выскочила из королевской спальни.

* * *

Толпа придворных в королевской гостиной тут же замолчала, все развернулись к открывшейся двери. Быть «Глашатаем Рождения» я не хотела, поэтому молча прошла по образовавшемуся живому коридору, не поднимая глаз. Арис догнал, подхватил под руку, повел быстро, прикрывая собой и ограждая от взглядов, вопросов, реплик.

В себя пришла под душем. Ледяные струи больно били по телу, отскакивали от кожи, разбрызгивались вокруг мириадами капель. Почувствовала холод и поняла, что замерзла. Замерзла не только телом, но и душой. Отличилась, блин! Еще и змеюкой перекинулась… Ужас!..

Все! Теперь все дела в этом Мире закончены, обещания выполнены. Пора уходить. Закрыла кран, выкрутила волосы.

Иса стояла с полотенцем в руках, не сводила обеспокоенного взгляда. Молча забрала у нее полотенце, пошла в гардероб. Горничная поспешила за мной.

— Ты что-то хотела сказать, Иса?

— Да, госпожа.

— Господин Арис ушел?

— Да, госпожа.

— Давно?

— Недавно, госпожа.

— Что ты хотела сказать, Иса?

Она нерешительно потопталась на месте, поглядывая на меня.

— Говори или уходи — холодно сказала ей.

Разговаривать не хотелось, но и невежливой быть тоже не хотелось.

— Госпожа, — решилась девушка — Мы тут подумали и решили Вам рассказать…

— Про Инессу?

Ее глазки округлились.

— Да, госпожа.

— Не трудись, Иса, я знаю — глянула на ее удивленное личико в зеркало — Я слышала ваш разговор. Спасибо, что хотела предупредить. Принеси мне пергамент и перо.

Она смущенно вышла, прикрыла за собой дверь.

Ну, что ж. Пора, так пора. Сведет судьба, увидимся, а нет, так нет. Пока суть да дело, пока пройдет волна очищения этого Мира и придет время, когда Ашеры смогут вернуться в свой Мир, успею закончить работу с Источником и Ключом их Мира и спокойно уйти оттуда. Если останусь, не отпустит же. Он же все решил. И за меня тоже. Пусть сначала с одной разберется, а потом о другой думает Македонский, едреный корень! Пришел-увидел-победил! В клетку не хочу. На фиг! Особенно, когда за меня решают. К свадьбе он, видите ли, готовится. К своей. Удачи! Я про это ничего не знаю и знать уже не хочу.

Иса принесла пергамент и перо.

— Принеси мне небольшую сумку и плед — приказала.

— Госпожа… как же…

— Принеси и никому ни слова! — глянула строго.

Девушка всхлипнула и ушла.

Я развернула лист, обмакнула перо в чернила, задумалась.

Что ему написать? Что не хочу быть причиной раздоров в его Мире? Или, что его родители правы, а Инесса борется за свою жизнь? Или о том, что прежде надо было меня спросить, а потом всю эту кашу со свадьбой заваривать? Нет. На фиг. Не мое это дело. Не посчитал нужным сказать, значит мое мнение его не интересует. А коль так, то нечего и лезть куда не просят.

Еще раз обмакнула перо и написала:

«Ваше Высочество, благородный принц Арис Ардерис!

Благодарю Вас за все. Очень рада нашему знакомству на протяжении стольких месяцев. Буду вспоминать об этом с теплом. От всей души желаю счастья, радости, взаимной любви и счастливого супружества в окружении Вашей будущей семьи. Мой поклон и самые добрые пожелания Вашей невесте и будущей супруге Инессе. Рада за Вас и за нее! Думаю, Вы будете идеальной парой и станете примером для всех любящих сердец Вашего Мира, как истинные представители славного королевского рода.

Прошу меня извинить за поспешное отбытие. К сожалению, дела не терпят отлагательств и требуют моего немедленного присутствия в другом месте.

Пусть Счастье всегда улыбается Вам, Любовь наполняет Ваше сердце и удача сопутствует во всем.

С уважением к Вам и всей Вашей семье.

Дарина»

Вторую записку написала Глории:

«Дорогая моя Глория!

Еще раз поздравляю с рождением дочери и желаю вам обеим всего самого доброго и радостного. Ты УМНИЧКА! Я очень горжусь тобой!

К сожалению, не могу попрощаться лично, спешные дела требуют моего присутствия в другом Мире. Прости, дорогая. Как смогу, появлюсь.

Целую вас обеих крепко-крепко и очень люблю!

Ваша Дарина.»

И третью написала Стэлиссе:

«Стэл, привет!

Прости, что не попрощалась. Не смогла. Боюсь самой себя, боюсь, что не смогу уйти, если Его увижу. Я обязана Его забыть и сделаю все от меня зависящее, чтобы так и было. Когда все узнаешь, думаю, поймешь меня. Не прощаюсь. Увидимся.

Целую крепко и люблю.

Твоя Дарина

Стэл, позаимствовала пару вещей из одежды и плед. Верну, как смогу.

Береги Глорию и малышку. Опасности больше нет.

Чмак!»

Запечатала пергаменты, подписала каждый адресату.

Вернулась Иса с дорожной сумкой, пледом и провизией. Я добавила одежду, необходимые в дороге мелочи, приказала передать записки по назначению.

Горничные столпились в гостиной, расстроенно поглядывали на меня.

— Госпожа, Вы надолго? — спросила смелая Иса.

Неопределенно пожала плечами:

— Это не от меня зависит. Вы молодцы, девчата. Спасибо вам огромное за все. И удачи вам.

Перекинула сумку через плечо, нарисовала портал, взмахнула рукой в прощальном жесте и шагнула в него.

Вышла в подземелье, в зале Источника. Подошла к колодцу, коснулась его рукой. Поприветствовала Силу, задала четко сформулированный вопрос, получила в ответ мыслеформу. Теперь я знала куда идти в первую очередь.

Сконцентрировалась на месте назначения, пропела ноту своей Сферы, приказала перенести себя туда.

Последний раз мигнул перед глазами Зал Источника и исчез.

Глава 6. Мир Ашеров

Высокое чистое небо без единого облачка, величественные скалистые горы, царапающие облака, зеленая трава среди валунов, кое-где группки деревьев и кустарника. Недалеко виднеется ровная площадка перед входом в пещеру, по периметру которой застыли каменные статуи. Мне туда. Но не сейчас, чуть позже. Сейчас я туда не дойду, раньше упаду от усталости и нервного напряжения. Вот только до тех деревьев дойду…

Черт возьми! Совсем забыла! В горах же расстояние совсем по-другому определяется! До той группки деревьев дойду хорошо, если вечером. А до входа, наверное, пару дней пути.

Нет, так дело не пойдет. Сначала надо отдохнуть.

Выбрала валун побольше, с небольшим углублением под ним, завернулась в плед, прикрылась вместе с камнем куполом охраны, мгновенно провалилась в сон.

Проснулась в серой дымке от холода. Долго не могла понять утро это или вечер. Плед промок от влажного воздуха, высушила его заклинанием. Закуталась снова, решила подождать немного, чтобы узнать какое сейчас время суток. Или стемнеет совсем, или взойдет солнце. Спать не хотелось. Выспалась.

Сжевала кусок хлеба с холодным мясом. Запить было нечем. Совсем забыла про воду. Хреново. Без еды обойдусь недели две при физической нагрузке, да и еды тут везде полно, добуду без проблем, а вот без воды…

Свернула одеяло, затолкала в сумку, осторожно пошла по внутреннему ориентиру к виденной вчера группке деревьев. Там может быть вода.

Через несколько десятков шагов поняла, что была не права, перешла на второе зрение. Ну вот, так получше. Клубы тумана исчезли, стало хорошо видно куда идти.

Рассвело.

Да, уж… Здорова спать. Сильно меня сморило вчера. А все усталость. Сколько я спала за последнюю неделю? Часов десять-двенадцать если наберется, то хорошо. Так и до переутомления недолго. Нет, с этим надо завязывать, здоровье дороже.

Крохотный родничок почувствовала издалека. Ускорила шаг. Пить хотелось ощутимо, но терпеть еще было можно.

Родничок разочаровал. Вода в нем была мертвой. Даже трава вокруг не росла. Кинула поисковый луч, чуть в стороне нашла еще меньший ключик с нормальной водой, быстро дошла туда. Кинжалом расширила ямку вокруг пробивающейся из земли воды, подождала, пока осядет муть, напилась.

Так. А во что же набрать воды с собой? Ни банки, ни бурдюка взять не подумала. Вот же дубина! Ну, ладно. «Поздно пить баржоми, когда почки отвалились» — не возвращаться же ради такой ерунды.

Порылась в сумке, отрезала от второго комбинезона рукава, спаяла змеиную шкуру по нижнему краю огненным лучиком, набрала в импровизированные бурдючки воды, завязала верхние края ремешком, перекинула через плечо, пошла дальше. Теперь переживу переходы спокойно.

На закате пришпилила к земле, метнув издалека кинжал, большую ящерицу гревшуюся на солнышке, тут же выпотрошила ее, понесла в руке. Ужин готов.

На ночлег остановилась у очередного валуна, собрала сухие кусты можжевельника, растущего здесь практически повсюду, соорудила под камнем, в выемке, костерок, чтобы не было видно со стороны, эажарила мясо, с удовольствием съела, подсаливая можжевеловой золой.

Утром отправилась дальше и к вечеру была уже почти у цели. Весь день чувствовала легкое сопротивление Силы, но вовремя открывалась навстречу и сопротивление исчезало.

До площадки оставалось около полукилометра, но я решила войти в Храм утром и расположилась на ночлег в стороне от группки чахлых деревьев. Поужинала куском хлеба и сухим овечьим сыром, который отыскала в сумке, запила водой. Долго сидела, опершись на камень, любуясь чужими звездами и вспоминая как была счастлива в Мире Змеелюдей, рядом с Ним. Зимнее ночное небо, танцы звезд, терраса, теплые летние вечера, звуки вальса, лесное озеро, бешенная скачка поперек седла, нависшее яростное лицо, разрезанный пополам Изик, любящий взгляд сине-зеленых глаз, Танец Любви и сумасшествие первого поцелуя…

Так! Стоп! Еще пожалей, что ушла! Он не сегодна-завтра женится, а ты губья раскатала. Да и нельзя тебе замуж, дубина. Хорош расслабляться, когда столько дел, а до конца очистительной волны в Мире Змеелюдей надо успеть закончить все здесь и вовремя уйти дальше.

Послышался странный далекий гул, как низкая нота мужского хора. Насторожилась, затаила дыхание, прислушалась. Услышала скорее нутром, чем ушами, низкий звук. Пели мужчины. Много мужчин. Целый хор мужских голосов.

Припала ухом к камню. Так и есть. Звук шел из-под земли. Скорее всего из подземного Храма. Замерла.

Звук медленно приближался к поверхности и скоро вырвался из темного зева пещеры вместе с яркими всполохами света факелов. Это было похоже на мелодию Музыки Сфер, но это не была она. Может быть изменили ее века, может низкие мужские голоса, а может это была мелодия какого-то местного священного гимна. Угадывать я не стала, внимательно слушала и смотрела на торжественно выходящих из пещеры людей. Церемония у них какая-то, что ли?

Первыми выходили довольно молодые мужчины, с голыми торсами, поднятыми вверх руками, в каждой горел высокий пламень факела. Каменные фигуры огромных котов, установленных по периметру площадки, казалось оживали, подсвеченные огнем, отбрасывали фантастические тени на изгибы окружающих скал. Следом за факельщиками выходили жрецы постарше, в светлых одеждах, становились в два ряда, замирали с руками вверх, продолжая петь. Последними вышли три старца в белых одеждах, с длинными волосами и бородами, остановились в середине площадки.

Пение продолжалось долго. Звуки лились из глубины души, устремлялись в звездное небо, расплескивались по каменным вершинам, растекались по ущельям.

Тихонько начала подпевать им и сама не заметила, как встала и запела в полный голос, исправляя мелодию на ту, что знала, на ту, что пела в моей душе. Моя Сфера отозвалась, зазвучала в сердце и сознании, заглушая другие звуки. Ей ответила вторая, третья… все двенадцать. Столб Силы выплеснулся из горы, далеко разбрасывая камни, устремился в небо чистым золотым потоком, засиял солнцем. На душе стало легко и радостно.

Открыла глаза, осмотрелась. Монахи на площадке лежали ниц. Только трое старцев стояли на коленях, протянув сухие руки их широких хламид в мою сторону. Светло было, как днем.

Подхватила сумку и бурдючки с водой, сбежала к площадке.

— Доброй ночи, господа — поздоровалась с улыбкой — Я рада, что ваш Источник снова ожил. Позволите остановиться у вас до утра?

— Богиня! — воскликнул один из старцев и повалился лицом вниз, вытянув руки вперед…

— Богиня! — подтвердили два других и повторили его движения.

— Богиня — кивнула с улыбкой, не представляя что еще сказать в таком случае — Меня зовут Дарина.

Первый старец поднял голову, взглянул мне в глаза, как-то придушенно крикнул:

— Богиня Дарина вернула нам Источник!

О, господи! — подумала — А орать-то чего. Ну, вернула, ну и хорошо. Совсем не обязательно так орать. Наверняка Главный Жрец…

— Позволь, Богиня, просить тебя освятить своим присутствием наш Храм! — подал голос второй дедуля.

— Позволяю — улыбнулась им, облегченно сбросив сумку и рукава змеиного комбинезона с остатками воды. на каменную плиту.

Упасть им не дали, подхватили на лету. Меня под белы рученьки проводили внутрь Храма, разместили со всеми удобствами, оставили одну.

Долго лежала в горячем источнике, с наслаждением сушила волосы костяным гребнем, оделась в чистое белье, прополоснув использованное. Завалилась спать на теплых камнях, прикрытых пушистыми шкурами, спокойно заснула под надежной защитой хранителей Источника ни о чем не беспокоясь. Уж Богиню они будут оберегать, как зеницу ока. В этом была уверена.

* * *

Черта с два мне удалось выспаться! Просыпалась чуть ли не каждые полчаса с бешенно колотящимся сердцем.

Всю ночь снился Арис. То он сидит в глубоком кресле на широком балконе какого-то дворца, стоящего у самого берега моря, смотрит на звездное небо, поворачивает голову ко мне, легкая улыбка скользит по губам, глаза ловят мой взгляд, но я в страхе успеваю проснуться. То строго разговаривает с миловидной женщиной средних лет, неожиданно смотрит в мою сторону, но я успеваю опустить глаза и снова проснуться. То ходит из угла в угол по освещенной магическими шарами комнате, похожей на кабинет, постукивая кулаком о ладонь с закушенной губой, резко поворачивается к камину и едва не встречается со мной глазами и я просыпаюсь. То о чем-то разговаривает с родителями, что-то доказывает с непробиваемым видом, поднимает глаза и снова ловит мой взгляд…

Измучившись от кошмаров, встала, умылась, влезла в комбинезон, вышла из каменной спальни.

Жрец сидел в соседнем помещении, на подушечке со скрещенными ногами, что-то бурчал себе под нос и перебирал четки. Уж не его ли молитвы так подействовали на мои мозги? Покосилась на него подозрительно. Или это последствия нашего с Ним единения, когда сжигали кусок метеорита в Ключе Мира змеелюдей? Еще раз покосилась на старца-жреца.

Интересно кому он молится? — ухмыльнулась про себя.

— Доброе утро — вежливо поздоровалась.

Он открыл глаза и перетек на колени, поклонился.

— Рад приветствовать Светлая Богиня Дарина!

— Я тоже рада Вас видеть. Который теперь час?

— Солнце взошло час назад — ответил он — Сейчас подадут завтрак, Госпожа.

Огляделась. Помещение небольшое, приспособлено к серьезной работе, а не роскоши и отдыху. Ниши для книг в каменных стенах заполнены до отказа, огромный алхимический стол, заваленный всем необходимым для опытов, светящаяся желтизной пентаграмма справа, и — о диво! — камин и три удобных кресла вокруг него.

Опустилась на колени напротив старца.

— Надеюсь все в порядке в Храме? — поинтересовалась для порядка.

— Благодарю, Богиня, теперь все в замечтаельно. Монахи приводят в порядок монастырь и окрестности. Жрецы восстанавливают постоянный портал в королевский дворец — ответил он.

— А король с семьей уже вернулся? — спросила осторожно с замиранием сердца.

— Вы хотели спросить о наместнике, Богиня? — так же осторожно спросил жрец.

— Нет, — покачала головой, не отводя глаз — Я хотела спросить о короле Гранде и его семье, вернулись ли они домой.

— Богиня, но король Гранд и его семья находятся…

— Значит, Вы еще не знаете — облегченно выдохнула — Великого Проклятия уже нет, господин настоятель. Оно снято несколько дней назад, волна очищения прошла, поэтому я задала Вам закономерный вопрос, вернулся ли король с семьей в свой Мир.

Старик радостно блеснул глазами:

— Я счастлив, Богиня, слышать такую счастливую для всех нас новость! Хвала Богам! Великлое Проклятие снято! Мы не посвящены в такие радостные новости, Богиня, у нас давно нет контакта с королевским дворцом, и последний раз мы получали от наместника вести больше года назад.

— Почему? Что произошло?

— Простите, Богиня, мы отрезаны от Мира из-за силового барьера, который вдруг возник ни с того, ни с сего. Ни мы отсюда никуда, ни к нам никто пробиться не может.

Ясно. Это из-за восстановления Алтаря. По времени совпадает. Год назад восстановила Алтарь, вот волны отдачи и активировали силовые поля Источников и Ключей. Вполне нормальная реакция — подумала, а вслух сказала:

— Надеюсь, что теперь этого барьера нет и вы сможете общаться с Миром. А в какой стороне Ключ Источника?

— В северных горах, госпожа. В нашем Мире Источник в южных горах, а Ключ в северных. Вы хотите отправиться туда, Богиня?

— Придется, — вздохнула — Ключ ведь тоже нужно не только восстановить, но и уравновесить с Источником. Больше этого сделать некому, поэтому поеду теперь туда.

— Это хорошо, Госпожа. Но Вам придется пересечь центральную часть нашего Мира верхом. Это трудная дорога, Богиня Дарина. Думаю, что портал от Источника к Ключу открыть не удастся, пока Ключ не будет восстановлен. По дороге Вы обязательно попадете в Белый Город. Это столица нашего Мира. Там Вы и узнаете вернулся ли король с семьей, и сможете встретиться с ними.

— У Вас есть карта? — увела тему в нужную мне сторону.

— Да, Госпожа. Могу показать.

— Покажите.

Он протянул руку и один из свитков с полки мягко опустился ему на ладонь. Положил между нами на пол, свиток развернулся, увеличился и моему взору открылась подробная карта с обозначенной дорогой с одного конца в другой.

— Здесь — показал он пальцем на красную точку — находится Источник. А около Вас, Госпожа, жетлой точкой обозначен Ключ. От Источника до Ключа месяц верховой езды, если на всем пути в корчмах и тавернах готовы быстрые скакуны.

Склонилась над картой, внимательно рассмотрела и постаралась зафиксировать ее в зрительной памяти. Пригодится.

— А почему здесь дорога сворачивает и уходит к морю? Разве нельзя объехать город по прямой, не заезжая в него?

— Нет, госпожа, потому что тут — обвел довольно большую область пальцем — болота и топи.

— Почему не осушат? Столько земли пропадает же зазря! — удивилась такой бесхозяйственности.

— Пробовали, Богиня, но из этого ничего не вышло. Там тоже проклятие какое-то. Там ведь до сих пор стоит замок Великого Мага Бореля. Он там жил и там его лаборатория, но туда не добраться — сказал старец — Борель тщательно охранял свои тайны и окружил свой замок надежной защитой. До сих пор его заклинания действуют, Богиня. Никому еще не удалось подойти к замку ближе одной мили. Даже принц Арис и его Главный Маг Анри не преодолели защитного барьера, как ни старались. А уж они-то самые сильные маги нашего Мира среди всех ранее живущих магов. Кроме, конечно, основателя королевского рода, Первого Короля Лювириса.

— Ясно. — кивнула — А что с Ключом? Там тоже монастырь?

— Да, Госпожа. Только там женский монастырь. Настоятельница там Мать Веста, она мать нынешней королевы. — глаза погрустнели — Я много лет ее не видел.

— А Вас как зовут?

— Барвис Аридас, Богиня. Настоятель Барвис, Главный Жрец Храма Источника.

— А Веста Настоятельница и Главная Жрица Храма Ключа Источника?

— Да, Богиня — кивнул он и в глазах блеснула теплая искорка.

— Кто она Вам? Супруга? — попробовала догадаться сама.

— Да, Богиня.

— Как же так случилось, что Вы здесь, а она там? — удивилась такому необычному случаю.

Принесли еду и напитки, мы продолжили беседу за трапезой.

— Мы с супругой, с юности, увлекались историей, археологией, палеонтолигией, учились в разных Мирах, любили путешествовать. — рассказывал жрец — И однажды, в одном из Миров, мы наткнулись на старую рукопись, где были поданы расчеты деталей, составляющих разные события и судьбы. Мы долго изучали трактат, проверяли пробы своих расчетов закономерностей судеб на уже прошедших известных событиях и однажды поняли, что являемся одними из ключевых фигур, которые своей жизнью и трудом, могут повлиять на изменения в нашем Мире… во всех Мирах… Вы знаете, Богиня Дарина, — говорил он — в нашем Мире все подданные только и мечтают о снятии Проклятия с королевской династии. Ведь проклятый король это в любом случае проклятый король и Миру от этого только хуже. Да и никакой наместник не заменит настоящего короля. Ведь только король может править Миром справедливо и с Любовью.

Короли всей династии Ардерис великие однолюбы, Богиня. По деду, Первому Королю Лювирису. Он безумно любил свою супругу, королеву Лилию, и это передалось по наследству всем потомкам мужского пола всего рода. Лилия до сих пор ищет мужа, не верит, что он погиб. Говорит, что если она жива до сих пор, то жив и он, что такая любовь не умирает в одиночестве. Поэтому счастливое супружество короля и королевы, их любовь так важны для всего Мира Ашеров. Это Дар Сюзерена нашего Мира Первому Королю, всему королевскому роду и подданным королевской династии.

У, тогда еще принца, Гранда была, как и у всех принцев династии, назначенная законом невеста, высокородная герцогиня Риссилия Бринская. И, когда принц Гранд вошел в возраст Совершеннолетия, состоялся его Первый Бал и он, как и все его предки по мужской линии, пригласил на Первый Танец не свою невесту, а нашу дочь. Был страшный скандал, но принц Гранд, потратив массу сил и времени, все же настоял на своем и сделал официальное предложение Веде. Она его приняла, а через месяц и один день они поженились.

Шли годы, а наша дочь все никак не могла родить ребенка. Мы с супругой очень беспокоились из-за этого и молили Богов о милости к нашей девочке. Тогда мы с супругой поняли, что обязаны внести свою лепту в те события, которые должны случиться. Мы расчитали, что, если мы разделимся и станем Хранителями Источника и Ключа, то наша Веда родит мальчика, а не девочку, как показали после свершения Ритуала Супружества Украшения Невесты, и чудо свершится — придет избавление для королевского рода и Проклятие будет снято. Так и случилось. Мальчик родился. Ему дали имя Арис, что на древнем языке Ашеров значит — счастливый. С того дня мы с супругой живем порознь и каждый день молимся Богам, чтобы страшная тяжба над нашим Миром и королевской династией была снята. И вот вчера вечером я вдруг почувствовал, что что-то обязательно должно произойти, что помощь близко. Я собрал братьев и заставил их петь Песнь Мелодии Сфер, а к полуночи почувствовал Ваше, Богиня Дарина, приближение и вывел их из Храма встречать Вас.

Картинка прояснилась. Значит, у них это семейное…

— А кто сюзерен вашего Мира? — спросила заинтересованно.

— Этого никто не знает, Богиня. Эту тайну унес с собой Первый Король Лювирис — Из того, что известно, при нем поклонялись древней саблезубой пантере, как Богине Мира, но ее имя знал только Лювирис. Вполне возможно, что его знает и супруга Лювириса Лилия, но она никогда не произносила его вслух.

— А почему король Гранд не женился на своей невесте, а выбрал Вашу дочь и женился на ней?

— Богиня, в королевском роду еще ни один принц не женился на своей невесте, которую ему назначали от рождения. Поэтому невеста это только номинальное название, которое позже дает девушке очень большие привилегии во всем, причем, на всю жизнь. И ей, и ее будущей семье, и ее будущим детям, когда они родятся и вырастут. Это как политическая должность при дворе. А вот в этот раз, наверное, будет по-другому — улыбнулся жрец.

— Расскажите — улыбнулась в ответ, а внутри похолодело.

— У нашего внука, принца Ариса, тоже есть назначенная с рождения невеста. Как раз дочь той, что была невестой короля Гранда. Ее зовут Инесса Бринская. Должен Вам, Богиня Дарина, сказать, что она девушка необыкновенной красоты и ума. Три с половиной года назад принц приехал домой после очередного Посвящения и на балу увидел свою невесту, герцогиню Инессу. Никто не ожидал, что они найдут общий язык и понравятся друг другу. Но, ко всеобщему удивлению, принц Арис остался во дворце надолго и почти не расставался со своей невестой. Было видно невооруженным глазом, что между ними возникло глубокое чувство. Все ожидали, что принц женится раньше своего Совершеннолетия. В том, что этого не произошло, как все считают, виноват его Учитель, Старейшина Совета Мудрецов нашего мироздания. Он неожиданно появился и принц тут же куда-то уехал. Через полтора месяца он вернулся совсем другим. С Инессой они продолжали общаться, но того чувства, которое было видно всем и каждому, уже не было.

— А что же могло случиться, как Вы думаете?

— Даже не представляю себе — пожал плечами старец — Теперь принц Совершеннолетний и все мы надеемся, что они все-таки поженятся. Это была бы идеальная пара — жрец сокрушенно покачал головой, тяжело вздохнул — Дай Боги, чтобы так и было, чтобы никакая другая девушка не вмешалась в их любовь. Это было бы настоящее горе для всего Мира Ашеров…

— Надеюсь, уважаемый Барвис, Ваша мечта сбудется и Вы скоро будете веселиться на свадьбе принца Ариса и его невесты Инессы — заставила себя обнадеживающе улыбнуться и не показать какие кошки скребут мою душу — У Вас есть лошади, господин Барвис?

— Безусловно, Богиня — ответил удивленно старец — Но мы надеялись, что Вы погостите немного у нас, Богиня…

— Мне очень жаль, но мне нужно торопиться к Ключу, а потом в другие Миры, где также ждут моей помощи. Я должна спешить, уважаемый Настоятель. После восстановления Алтаря, Вы сами знаете, время не терпит. Миры ждут восстановления их Источников и Ключей. А это значит, что мне пора отправляться в дорогу.

Настоятель удивленно поднял брови, но сдержал вопрос.

— Простите, Богиня, Вам понадобятся средства на дорогу. Я готов предоставить Вам все необходимое.

— Буду Вам премного благодарна, уважаемый Барвис.

* * *

По дороге к выходу на поверхность, по настоянию Главного Жреца посетила зал Источника в сопровождении настоятеля, попробовала сосредоточиться на Ключе. Поняла, что портал сделать невозможно из-за сильных помех разбудораженных энергопотоков. Полюбовалась, как жрецы трудятся над постоянным порталом в королевский дворец, убедилась, что с такими темпами и их возможностями трудиться они будут еще долго, и я успею проскочить город.

А, в принципе, с чего это я решила, что принц будет искать меня? Он вернулся и наверняка занят Инессой. Значит, я спокойно проеду и никто не заподозрит, что вообще была там. А кошмары на то и кошмары, чтобы не сбывались. Они скорее реакция ммоей психики, чем что-то более серьезное. На всякий случай накину на себя пару заклинаний изменения внешности, пополню запасы на следующий отрезок дороги и незаметно покину город. Делов-то всего на два дня.

Провожать меня вышли все монахи во главе с настоятелем.

— Богиня Дарина, позвольте один вопрос старику…

Повернулась к нему, улыбнулась, уже зная о чем он спросит:

— Конечно, задавайте.

— Вы знакомы с ними?

— Да, — кивнула, сразу поняв о ком речь — знакома.

— Как только будет восстановлен портал, мы сразу же сообщим, что Вы, Богиня, в нашем Мире и что Вы поехали к Весте, то есть к Ключу.

Это в мои планы не входило и явно было лишним. Послушайте, господин Настоятель — доверительно глянула ему в глаза и тихо сказала — сделайте одолжение Богине, сообщите обо всем королевской семье тогда, когда я покину Ваш Мир. Об этом Вы узнаете сразу же, как только Потоки Силы Источника и Ключа соединятся. Через пару часов после этого Вы можете поступать так, как посчитаете нужным.

Глаза Настоятеля обеспокоенно блеснули:

— Богиня, Вы не хотите с ними встречаться? Между Вами произошло что-то серьезное?

Окинула взглядом молчащую толпу, глянула в глаза удивительно быстро молодеющему старцу:

— Господин Барвис, встреча с королевской семьей может задержать мою помощь в других Мирах. Вы же не хотите, чтобы Священный Алтарь, хранимый друидами, разлетелся на части из-за того, что Источники всех двенадцати Миров не были вовремя восстановлены из-за глупой задержки? Они и так поймут, что я была здесь, а когда закончу все дела и мое время будет принадлежать только мне, то обязательно нанесу визит вежливости королевской семье, как того требуют правила хорошего тона. А пока будет лучше, если королевская семья узнает о моем пребывании здесь как можно позже. Иначе мне придется оставить ваш Ключ в том состоянии, как он есть и отправиться в другие Миры, а сюда вернуться намного позже. Я надеюсь, мы с Вами поняли друг друга?

— Да, Госпожа, я все понял.

Мудрые глаза упрямо блеснули. Этот Барвис понял больше, чем ему следовало бы понять. Ну и черт с ним, пусть понимает, лишь бы языком не шлепнул раньше времени. Когда оглянулась с седла и увидела взгляд настоятеля, поняла, что молчать он не будет и, первое, что сделает как только встретися с королевской семейкой, сразу доложит обо мне. Пришпорила коня и поскакала по мощеной дороге. Времени оставалось все меньше.

Еще долго слышались сильные мужские голоса теперь правильно поющие мелодию Музыки Сфер.

* * *

На закате, надвинув шляпу низко на глаза и произнеся заклинание изменения внешности, соскочила с седла и вошла в придорожную корчму.

Хозяин, старый облезный мужичишка, суетился за стойкой. Увидев меня, он тут же выскочил на встречу:

— Что господин желает? — прогнулся чуть ли не пополам — Комнату, еду, питье или все вместе?

— Свежего быстрого скакуна и сейчас же — скомандовала строгим тоном.

— Да, господин. — принял он меня за мужчину — Только кони нынче дороги, господин! Десять ардов за одного, господин!

— Почему так дорого? Я же оставляю взамен своего! — возмутилась нахальством корчмаря.

Всего у меня было сто монет по одному арду, и этого с лихвой должно хватить на месяц со всеми пересадками, едой, ночлегами, посещением города и отдыхом А этот придурок требует за одного коня червонец. Обалдел совсем.

Ладно. Хрен с тобой. Обойдусь и без таких услуг.

Вышла из корчмы, огляделась. Моего коня с поклажей нет, как и не было.

Тааак.

Вернулась назад. За стойкой стоит дородная баба, смахивает несуществующую пыль с гладкой столешницы.

— Где мой конь? И где этот плюгавый корчмарь? — рыкнула на бабу.

— Не знаю о чем говорите, госпожа. Никого тут не было, и вас первый раз в глаза вижу.

Аха. Чары распознавания применила. Ладно.

— Так говоришь нет ни коня, ни корчмаря? — разозлилась не на шутку.

— Нетути — развела руками баба, нахально усмехаясь.

Глянула объемно — моего коня вместе с поклажей уводил в лес плюгавый. Вот же гад!

— Хорошо — кивнула несколько раз, раздумывая, спалить к чертовой матери этот гадюшник или полегче наказание придумать — нет, так нет.

Баба довольно ухмыльнулась.

Я вышла во двор, нарисовала разовый портал, шагнула в него и вышла перед плюгавым.

— Куда идем, дядя? — заинтересованно спросила — Коник-то червонец стоит. А мой, так вообще бесценный.

Плюгавый при первых же словах запрыгал передо мной, размахивая добротным кинжалом. Кинула на него «неподвижность», забрала нож, повод.

— В наказание будешь так стоять месяц. Позволяю дышать, говорить, жевать, глотать и опорожняться. — объявила нахалу и буркнула, разворачивая коня — Вот же идиот… нашел себе приключение на задницу…

Дошла до корчмы, свиснула сквозь пальцы. Бабища тут же показалась на пороге, увидела меня на коне, открыла рот и заорала:

— Грааабяааат! Коняаа в поклааажей краадеооот!!! Вооорооовкааа!!!!

С ума сойти какая дура — подумала. — Ну как хочешь, тетка, делом займешься, может рот на замке держать научишься…

Выехала со двора, махнула рукой с заклинанием «солнца», хата занялась огнем. Сгореть не сгорит, а напугает идиотов, чтобы впредь неповадно было. Заклинание «солнца» дает только имитацию огня. Им обычно пользуются цирковые факиры, чтобы подзаработать на эффектном трюке.

Баба выскочила, перепуганно заорала:

— ПАжаааар!!!!! ПАжаааар!!! ГААААРЮЮУУУ!!!!

Я рассмеялась и поехала дальше.

* * *

Дорога была хорошая, луна светила ярко. Ехала еще часа два, потом свернула в лес, почуяв влажную прохладу и объемным зрением увидела невдалеке лесное озерко.

На бережке спешилась, проверила безопасность окрестностей, расседлала коня, напоила, вычистила, подвесила торбу с овсом, потом занялась собой. С радостью прыгнула в прохладную воду, наплавалась вдоволь, поужинала у костра хорошо прожаренной куропаткой, подбитой по дороге шилоном, завернулась в дорожное одеяло, привычно положила голову на седло.

Ночь выдалась спокойной, кроме снов. Опять видела Его и опять он ловил мой взгляд, а я каждый раз просыпалась, избегая его. Отключилась только под утро и проспала почти до обеда.

Так и ехала всю неделю — днем верхом в седле, а ночью прятала взгляд. В корчмы и таверны больше не заезжала. Старалась или объехать их стороной, или проскочить, как можно быстрее, мимо. Благо и еды, и воды в округе было вдосталь.

После очередной мучительной ночи и долгой скачки, пустила коня шагом и вдруг увидела Ариса в прозрачном воздухе прямо перед собой. Он стоял в жреческом одеянии, в пентаграмме, с Жезлом Власти в левой руке, смотрел на меня и повторял: «Где ты?! Покажись! Где ты?».

А может и не меня ищет — подумала с надеждой — Может кого-то другого. Мало ли кого можно искать. Но все равно надо быть осторожной. С этими Ашерами никогда ничего наперед неизвестно.

На мгновение наши взгляды встретились, его рука стремительно взмахнула в жесте принудительного телепорта объекта найденного с помощью магического ритуала, но я, с перепугу, успела отмахнуться заклинанием Бритта, прерывающим контакт и скрывающим следы контактеров. Пришпорила коня на случай, если все же сориентировался о моем месте нахождения. Сердце выскакивало от страха. Все-таки меня ищет! Вот же упертый! Ну и занялся бы своей ненаглядной невестой, к свадьбе бы готовился. Народ ждет, Богам молится, так сказать. То есть мне, ну и не противился бы их мольбам…

* * *

Теперь я изменила тактику: ночами ехала, а днями спала. Хоть пришла в себя немного, даже настроение поднялось.

Еще через неделю подъехала к высокой белокаменной стене стольного града, который объехать невозможно, только проехать насквозь и выбраться через северные ворота.

Заплатила пошлину на въезде, поймала на улице мальчишку с быстрыми глазами, дала денюжку, спросила про хороший постоялый двор. Тот с радостью провел, а по дороге рассказал, что завтра начинается ярмарка и будет длиться всю неделю, а на ристалище, у королевского дворца, будут состязания на оружии и в кулачном бою, даже маги будут чудеса показывать и король с королевой будут призы победителям давать.

Поблагодарила парнишку, дала ему еще монетку и въехала в постоялый двор, предварительно надвинула шляпу на глаза. Накинула на себя заклинание искажения, которое не даст возможности запомнить как выгляжу, да и вообще, четко меня рассмотреть не смогут. Серьезного мага или смотрящего двойным зрением это не обманет, те сразу почувствуют заклинание и увидят истину, но для обычного обывателя вполне достаточно. К магам мне лезть было незачем, а у смотрящих своих дел полно, чтобы обращать внимание на каждую эксцентричную девицу, купившую заклинание за деньги. Такое здесь часто практиковалось, если судить по встретившимся по дороге девицам и вывескам лавок с магическими принадлежностями, которых от южных ворот до постоялого двора встречалось великое множество.

Конюх тут же подскочил, забрал коня, дюжий парень на входе перехватил седельные сумки, хозяйка встретила за стойкой.

— Есть у Вас свободная комната? — спросила ее, рассматривая внутреннее убранство корчмы.

Миленько, аккуратно, чисто. Хозяйка, молодая крепкая дама, внимательно глянула на меня, кивнула.

— Последняя осталась. Но там нет ванной. Душ и туалет совмещены. По пол-арда за сутки устроит?

— Питание отдельно? — спросила.

— Еда входит в оплату — пояснила она.

Видимо настроение у нее было не радостным, но это не повлияло на ее вежливость.

— Хорошо, я согласна. Вот оплата за два дня — отдала один ард.

Хозяйка облегченно улыбнулась.

Тот же парень поволок мои вещи вверх по лестнице, а там в самый конец коридора.

Комнатка мне понравилась: крохотная, чистенькая, с большим окошком. Одноместная кровать, стол у окна, стул около него, зеркало на стене, чистенькие занавесочки. Туалет и душевая кабинка сияют чистотой.

Парень вышел, я закрыла дверь на крючок.

Через час, умытая и переодетая, вышла на улицу, глянула на красочную вывеску «Голубая лагуна» и пошла с сторону торговища.

* * *

Улицы бурлили народом, снующим туда-сюда, что-то покупающим, что-то продающим. Рассматривала вывески, товары, цены. Вкусно пахло свежими булочками с джемом, купила одну и с наслаждением съела.

Как бы ни было много народу на улицах, везде чисто, аккуратно. Около каждого дома, магазинчика, лавки, закусочной стояли огромные плетеные корзины для мусора, за которыми следили хозяева и тут же меняли корзину, когда предыдущая наполнялась.

Дома и домики чисто выбелены, покрашены яркими красками, каждый отличается от соседского чем-то особенным, спутать невозможно. Мостовые выложены мелким ровно сколотым камнем, то тут, то там, виднелись люки канализации. Тротуары широкие, расчитаны на большой поток народа. Лотки для модных товаров выставлялись перед окнами магазинчиков и там можно было выбрать себе то, к чему лежала душа и хватало денег в кошельке. Яркие красочные рекламы, названия, объявления, отличительные знаки и прочие, завлекающие народ эмблемы и щитки, пестрели повсюду. Полно было уличных певцов, чтецов поэзии и прозы, громко вещающих свои произведения.

Улица вывела на огромную площадь с фонтанами, с изумительной красоты статуями работы мастеров-камнерезов. В нескольких местах стояли временные помосты, где артисты представляли свое искусство. Всю восточную сторону площади занимал огромный дворец, красующийся бело-голубыми стенами, золотыми куполами и крышами за высоким изящно кованным забором. У широких ворот прохаживались гвардейцы в малиновых мундирах, высоких киверах, белых брюках, до сияющего блеска начищенных сапогах. Ворота распахнуты настежь, в них постоянно въезжали и выезжали кареты, верховые, сновали военные и гражданские.

Вот и золотая клетка — подумала, разглядывая дворец — Значит, теперь ты здесь живешь, Ашерский принц. Ну, что скажешь, красиво. Хотела бы я тебя увидеть, хоть одним глазком… только, чтобы ты меня не видел… В твою клетку я не хочу… Хм… Что это я? Меня туда никто и не приглашал…. Да… Красиво…

По улице шла колонна плотников, с лестницами и инструментами, неспешно повернула в сторону дворца. Светлая карета, с поднятым верхом, двигалась в ту же сторону. Кучер остановил коней, пропуская работников. Шторки распахнулись и в окошко выглянуло личико молодой девушки, необычайной красоты. Она раздаженно спросила кучера о причине задержки, тот ответил:

— Госпожа Инесса, я ничего не могу поделать. Там идут мастера-плотники, на завтра ристалище ставить. Придется подождать.

— Мне некогда ждать! — взвизгнула она — Я должна немедленно увидеться с принцем! Трогай! Пусть сейчас же посторонятся!

— Ничем не могу помочь, госпожа — хмуро ответил кучер.

Девушка раздраженно постукивала веером по раме окна, нетерпеливо выглядывала вперед на колонну работников.

Ах, вот ты какая, Инесса, — подумала про себя — да… тут тоже ничего не скажешь… красавица настоящая… от такой отказываться грех… — отвернулась и пошла назад — Посмотрела? Вот теперь утрись и топай дальше. Нашла с кем равняться… Эх… ладно… Пора мне отчаливать на торг, может лошадку какую присмотрю, а то мой конь на последнем издохе. До Ключа на нем все равно не доеду, а пешком топать как-то не с руки…

* * *

Долго ходила по конному ряду. Пока не нашла неказистую лошадку, к бабке которой прицепился конюший, обняв ее ручками. Он скороговоркой повторял отталкивающее заклинание, сосредоточенно прикрыв глазки и наморщив и без того морщинистыл лоб. Аха. Значит, лошадка на вес золота. Такую мне и надо.

Обошла лошадь вокруг, похлопала по холке, заглянула в зубы, как и положено на торгу, подняла копыта, подмигнув вытаращевшему на меня глаза конюшему, громко спросила сколько стоит кляча.

— Это не кляча, милашка! — отозвался стройный молодой человек с благородными чертами лица, одетый в чисто выстиранную и выглаженную одежду, слишком добротную для простого дворянина — Это самая выносливая лошадь из всех, что есть в городе.

— Да? — наивно спросила — Ну, если она такая хорошая, то наверное очень дорогая?

Молодой человек рассмеялся:

— А зачем тебе такая лошадь, красавица?

— А она низенькая, я бы со ступеньки смогла залезть… — хохот тут же собравшегося люда заглушил мои слова.

Глупенько похлопала глазами, оглядываясь на окружающих и тоже захихикала в кулачок. Толпа увеличилась, ожидая потехи.

— А ты хоть когда-нибудь на этой лошадке-то ездила, деточка? — сквозь смех спросил дворянин — хоть представляешь себе как это делается?

Помотала головой, закусив губу.

— Вам смешно, дяденька, а я только спросила. Ну, раз она не продается, спасибо и на добром слове. Наверное, мне такая не по карману — невинно отвела глаза и повернулась уходить.

Ситуация уходила из-под контроля и мне это не понравилось. Пора ретироваться в толпу. Да и этот дворянин как-то странно смотрел…

— Если усидишь на лошадке без седла хоть минутку, просто так отдам — хохотнул он — а нет, так два дня у меня на кухне отработаешь. Идет?

— Обманете же, господин, не отдадите лошадку, если усижу — ляпнула не подумав.

Неожиданно наступила тишина. Огляделась и поняла что принародно оскробила Ашера. Только что приветливые и улыбающиеся лица вдруг стали хмурыми. У дворянина глаза налились желтым огнем. Желваки на скулах заходили ходуном. Он шагнул ко мне, схватил за руку, рыкнул:

— Была бы мужиком или взрослой бабой, убил бы не раздумывая. Садись теперь на лошадь. Посмотрим, как удержишься на необъезженной двужилке.

Схватил за руку и потащил к отгороженной для объездки купленных лошадей части торгового ряда.

— Упадешь с лошади, убью за оскорбление дворянина. Давай, пошла! Упирается она мне тут еще.

Толпа хлынула за нами. Хмурые, напряженные лица, сжатые кулаки. Дворянину и убивать не придется. Сами раздерут на части.

Кто-то завел за загородку и держал лошадь, дворянин затащил меня туда же, одним движением закинул на нее. Кобыла взвилась, завизжала, резкими скачками запрыгала внутри ограждения, хлеснула меня длинным поводом.

Ну, спасибо, дорогуша! — обрадовалась неожиданному подарку и вцепившись ногами в ее бока, крепко их сжав, чтобы не свалиться со скользкой спины.

Кобыла носилась, прыгала в разные стороны, стараясь сбросить настырную всадницу. Толпа ревела, улюлюкала, хлопала в ладоши, махала руками, пугая лошадь. Эта кобылка мне понравилась, характерец что надо, и я решила, что она будет моей. Жаль только, что места тут мало, а то пустить бы ее сейчас по лесочку, вымотать долгой скачкой и подружились бы, но придется подчиниться обстоятельствам и поддержать местную программу развлечений.

Придуряться перестала минут через десять и серьезно взялась за норовистую кобылку, не прибегая к магии, а то мало ли что. Еще через пять минут поняла в чем причина ее «неукротимости». Стервец-конюший болтался на ноге лошади, не давая ей успокоиться. Ну, гад, ща получишь!

Кобыла неслась по кругу, взбрыкивая, старалась сбить прилипчивого стервеца. Прислушалась к ударам копыт, поймала ритм, соскочила на землю, крепко держась за гриву на холке и зажимая повод одной рукой, пробежала несколько шагов рядом, не теряя ритма, изловчилась и сорвала конюшего с бабки, еще два шага и прыгнула на круп. Лошадка успокоилась, сделала пару кругов и пошла мягким аллюром, подчиняясь поводу и пяткам. Толпа взревела радостно.

Подъехала к дворянину через весь загон. Конюшего держала за ухо на вытянутой руке. Он висел, зацепившись мохнатыми ручонками за мою руку и тихонько пищал от боли.

Дворянин смотрел на меня внимательно, с прищуром. Второй молодой человек, стоял боком ко мне, отвернув лицо в другую сторону и что-то говорил ему на ухо. Хозяин кобылки серьезно кивнул и приятель развернулся ко мне лицом. Я вздрогнула и тут же расслабилась. Фуф! Он только похож на Ариса. Только похож… Наверное родственник… Господа серьезно переглянулись, молча уставились на меня.

— Лошадка моя, господин? — спросила громко для публики и широко улыбнулась — Вы обещали, господин!

— Ваша, госпожа! — неожиданно выкнул он — Я проиграл пари и лошадка по праву Ваша.

Метнула взгляд на его соседа. Тот стоял в той же позе раздумья, как и Арис, сложив руки на груди, покачивался с пятки на носок и обратно и пощипывал губу, молча изучающе смотрел.

— А этот тоже мой? — спросила у бывшего хозяина лошадки, кивнув на конюшего.

— Если пожелете, госпожа, то он тоже Ваш.

Глянула конюшему в слезливые огромные глазки, тихо шепнула:

— Понял? Теперь ты тоже мой. Отведешь лошадь в конюшню «Голубой лагуны» и будешь ходить за ней, как за родной.

— Да, Богиня.

— Цыц! — шикнула на него.

Спрыгнула с лошади, похлопала ее по шее, дала сахарок из кармана, отдала повод в ручки конюшего.

— Выполняй — тихо сказала и пошла из загородки.

Конюшему я могла полностью доверить лошадь. Этот не подведет.

Толпа начала расходиться, сразу сообразив, что представление закончилось. Оба дворянина молча ждали меня.

— Благодарю за лошадь, господин…

— Дэрвис, Лари Дэрвис, госпожа — представился он — Позвольте Вам представить господина Анри Ардериса, госпожа. Он племянник короля Гранда.

Вот, блин! Еще этого не хватало! Ну, будем надеяться, что обо мне он не знает. Может и пронесет.

Второй молодой человек склонил голову:

— Вы прекрасная наездница, госпожа — сказал он — Мне никогда еще не приходилось видеть, как во время объездки двужилки так ловко снимают конюшего с ее бабки.

— Вы очень любезны, господин Анри Ардерис. Это старинный трюк и никакой особой ловкости не требует. — улыбнулась ему и двинулась по ряду.

Оба пошли за мной.

— Хотите я подарю Вам еще одну такую же, госпожа…? — пауза и интонация просили назвать свое имя.

Улыбнулась такой невинной хитрости.

— Мне вполне достаточно и этой, господин Анри Ардерис — не поддалась на провокацию и не назвала своего имени, только прибавила шагу.

Если знает обо мне от Ариса, то и так догадался. То, что я человек, а не Ашерка, понятно любому издалека. Если не знает, то сойду за туристку из человеческого Мира. Чем не отговорка?!

— Ну, что Вы, дорогой Анри, — сказал Лари — я готов предоставить госпоже всю свою конюшно на выбор. Там есть еще несколько интересных экземпляров.

— Благодарю, господа, — улыбнулась назойливым аристократам — вы очень любезны. Но мне, действительно, вполне достаточно этой.

На лошадей уже не обращала внимания, старалась поскорее выбраться из конного ряда и скрыться в толпе.

— Надолго ли задержитесь в нашем городе? — спросил Лари.

Анри внимательно изучал меня, с милой улыбкой на губах. Он был очень похож на Ариса. Пришлось остановиться и повернуться к ним.

— Нет, господин Лари — учтиво улыбнулась в ответ — как только запасусь всем необходимым, тут же покину город. Я здесь только проездом.

— Сегодня начинается празднество в честь возвращения короля и его семьи. Всю неделю по всему городу будут представления, ярмарка, а во дворце балы до утра. Вы не хотели бы нанести визит королевской семье, госпожа…? — настаивал интонацией Анри, чтобы я все назвала свое имя.

Открыто рассмеялась, поняв, что Арис вернулся и рассказал ему обо мне. Брат все-таки, хоть и двоюродный. И если правильно помню слова жреца-дедули, то и его Главный Маг.

— Господин Ардерис, — сказала с улыбкой — очень сожалею, но мое время весьма ограничено…

— Я думаю, что принц будет против Вашего решения, госпожа Дарина — серьезно сказал Анри.

— Господин Анри, меня не интересует какое мнение на этот счет имеет Его Высочество. Прошу не пробовать меня принуждать делать то, что я делать не намерена. Может быть как-нибудь в другой раз и в другой обстановке я последую Вашему приглашению, но не теперь.

— Напрасно Вы отказываетесь, госпожа Дарина — упрямо ответил он — Я настаиваю на Вашем визите во дворец. Вы должны увидеться с принцем.

— Господин Анри Ардерис, Вы упрямы также, как и Ваш двоюродный брат — разозлилась я — Если я говорю, что нанесу визит в другой раз, значит, у меня есть к этому серьезные основания. Если Вы будете настаивать на своем, господин Ардерис, мне придется покинуть город прямо сейчас, без коня и провизии для дальнейшего путешествия. А мне хотелось немного отдохнуть и пополнить запасы. Если Вас не затруднит. господа, прошу дать мне такую возможность и не мешать. Наверняка у Вас найдется превеликое множество более интересных и важных занятий, и такая скромная особа, как я, право, не стоит Вашего высокого внимания.

— Госпожа Дарина, принц Арис… — начал было Лари.

Но я не дала ему договорить, резко перебила.

— Извините, уважаемый господин Лари, меня не интересует принц и его не должна интересовать я. Спасибо за лошадь, господа. Приятно было познакомиться. Всего доброго.

Повернулась и быстрым шагом вошла в людской поток. Оба молча смотрели мне вслед.

* * *

Ярмарка была огромной и народу там толкалось превеликое множество. Я шла по рядам, присматривалась к тканям, спрашивала цены, остановилась у лавки с бижутерией, даже примерила пару колечек и одни довольно симпатичные бусы. Покрутилась в них перед зеркалом, услужливо подставленным радушным продавцом, но покупать не стала, чем вызвала у него искреннее неудовольствие. Извинилась и пошла дальше. Подошла к косметике, ничего стоящего, чтобы даже взять в руки, не увидела…

Лавка со старинным хламом меня привлекла больше. Люблю древности и ничего не могу с собой поделать. Среди разного хлама, развешанного на импровизированных стенах, увидела трехгранный стилет. Он висел на каком-то ковре, подвешенный за гарду на двух крючках, пришитых к ковру.

Я его знала! Это был Мой Стилет! В горле сразу пересохло, кровь отхлынула к ногам, наливая их, как свинцом, поджилки затряслись от нетерпения скорее взять в руки верного друга, поздороваться, услышать ответ. Это был не просто Мой Стилет. Это была часть меня, часть моей души!

С трудом отвела от него глаза, пока не заметил продавец, отдышалась, переводя взгляд с одного товара на другой, покрутила в дрожащих руках безделушки. Когда достаточно овладела своими эмоциями, небрежно спросила старичка, показывая пальцем на Стилет и глупо улыбаясь.

— Сколько стоит вон тот ржавый ножичек?

Старичок подошел к ковру ткнул пальцем в ржавый кинжал рядом:

— Этот?

— Нет, тот, что рядом, господин, который трехгранный — объяснила с дурной улыбочкой непонятливому старику.

Он как-то странно посмотрел на меня, пошарил глазами в толпе, что-то кому-то показал.

— Деточка, это не ножичек — терпеливо объяснил старичок — это старинный стилет работы неизвестного мастера.

— Сколько он стоит? — невинно захлопала глазками.

— Он очень дорогой, деточка — ответил старичок — Лучше поищи что попроще.

— А цену сказать можете? — уперлась на своем, продолжая играть под дурочку — Может у меня денег хватит и я смогу его купить. А ножны к нему есть?

— Да, детка, ножны к нему тоже есть. Только показать я тебе их никак не могу.

— Почему? — удивленно спросила его.

— А вот сейчас вот этот господин тебе все объяснит. Это его стилет.

К прилавку подошел здоровенный мужик, косая сажень в плечах, бородища до середины груди. Он зашел за стойку и уставился на меня.

— Ты, что ли, про стилет спросила? — громко спросил он.

Любопытная толпа опять сгрудилась вокруг.

— Да — ответила, не сводя глаз с оружия — Это Вы продаете?

— Он не продается — громко ответил мужик — Он Хозяйку ждет. А если ты не Хозяйка, он тебя убьет. Поэтому цена этому Стилету жизнь. Согласна попробовать взять его?

— Да — кивнула — Согласна.

Мужик оглядел толпу и рявкнул:

— Все слышали, что она согласна? Чтобы не было потом разговоров, что я очередную девушку убил!

— Да! Слышали! Да! — пронеслось по толпе.

— Ну, раз такая смелая, — хмуро пророкотал мужик — Позови его. Вот ножны — вытащил из-под прилавка родные ножны — Не убьет, заберешь бесплатно.

Протянула руку, открытой ладонью вперед, позвала душой: «Рики!.. Рики иди ко мне! Это я! Я нашла тебя!.. Рики…»

Рукоять шевельнулась на крючьях, стилет сорвался и острым трехгранником полетел ко мне, перевернулся в воздухе, впечатался в ладонь. Пальцы сами зажали рукоять, губы от радости расплылись в улыбке. Металл лезвия радостно загудел, полыхнул радужным светом, ржавчина осыпалась на прилавок, камни на рукояти мигнули приветливо. Толпа ахнула.

«Рики, родной, здравствуй! Как я соскучилась по тебе, мой верный друг!» — поприветствовала его, ласково провела кончиками пальцев по лезвию. Подняла счастливые глаза на мужика. Он ошалело на меня смотрел.

— Видите? Стилет меня не убил — сказала с улыбкой — Теперь он мой?

Мужик опустился на колени, приложил руку к сердцу.

— Да, Госпожа! Мой род хранил его много веков и ждал Вашего возвращения! Примите и ножны! Я счастлив, что хотя бы мне одному из моего рода посчастливилось это увидеть!

Я улыбнулась, признав прямого потомка Хранителя:

— Встаньте, Хранитель. Незачем привлекать народ.

— Ваша воля, Госпожа! — сказал он, поднялся и подал мне ножны.

Вздернула рукав до локтя, привычным движением пристегнула ножны, шаловливо крутнула стилет в пальцах, одним движением убрала на место. Крупный рубин на рукояти сверкнул темно-красным солнышком. Улыбнулась ему в ответ. Оглянулась, почувствовав неладное: люди стояли полукругом, склонившись в глубоком поклоне. Чуть дальше, в стороне, увидела склоненные головы Анри и Лари. Анри восторженно поглядывал из-под упавших на лоб темных локонов сине-зелеными глазами.

— Что это значит? — спросила Хранителя — Почему такая реакция?

— Госпожа, — сказал он — Этот Стилет хранился с королевском музее и моя семья всегда находилась при нем. Весь наш народ знает историю Стилета и поклоняется древней Богине Дарине. Многие девушки воображали себя ею и испытывали судьбу, пытаясь взять древнее оружие в руки, но каждая гибла, убитая Стилетом прямо в сердце. Мы поняли, что Стилет дастся в руки только истинной Хозяйке, а не истинную убъет за святотатство. Но желающих не убывало. Поэтому в последние века Стилет хранился в отдельной комнате в музее дворца.

— А как он оказался здесь?

— Вчера принц приказал вынести его на ярмарку. Он сказал, что Хозяйка уже в нашем Мире и придет за ним. Я не поверил, но ослушаться не смел. И я рад, Госпожа, что принц не ошибся!

Знает, что я здесь, блин, и заранее все расчитал! — подумала — Что еще он приготовил для меня? Нет, это мне не нравится. Пора отсюда удирать. По-быстрому купить необходимое и удирать…

— Поблагодарите принца от меня, — сказала Хранителю — Это очень предусмотрительный поступок с его стороны. Он мне очень помог. И Вам спасибо за хранение моего друга.

— Да, Госпожа! Я все передам!

Кивнула и пошла дальше. Толпа расступилась.

* * *

Взгляд в спину не отпускал. Оглянулась. Анри не отставал и не приближался. Взгляд его был задумчиво-восторженным. Лари куда-то исчез.

Не «куда-то» — подумала — понесся Арису докладывать. Вот дурень! Ну и на фиг отвлекать счастливого жениха от невесты?! Сегодня торжественный бал с нею откроет первым вальсом… Эх, вальс… И Гранд с Ведой обязательно станцуют свой сказочный Танец Любви… — музыка тут же зазвучала в голове, отзываясь на воспоминания — И Он пригласит на этот танец свою невесту…

Стало немного грустно, но я взяла себя в руки, запретив музыке звучать, а мыслеформам памяти появляться. Деловито свернула в кожевенный ряд, купила два бурдюка для воды, для себя и для лошадки, удобные сапожки на каблучке, из тонкой кожи штаны и безрукавку с множеством карманов, кармашков, карманчиков, пистончиков и широкий пояс к штанам, с колечками и крючками для удобного ношения на нем разных нужных в походе предметов и оружия. В другом месте понравилась удобная седельная сумка, с несколькими отделениями и карманами на прочных кнопках. Ее тоже купила. Все покупки сложила в нее, пересчитала оставшиеся деньги, закинула сумку через плечо и пошла в центр.

Анри внимательно наблюдал со стороны, но не приближался. И за то спасибо. Хоть отвечать на вопросы и выслушивать любезности не надо. Смотрит, и пусть смотрит. Может он никогда живых магинь не видел…

* * *

Цетральная площадь теперь выглядела совсем иначе, чем пару часов назад. Ее заполонили гуляющие аристократы: дамы с неизменными яркими зонтиками, нарядно одетые в кружева и шелка, с глубокими декольте и сверкающими на шеях драгоценностями. Мужчины, в основном, в рубашках с длинным рукавом с растегнутыми на две-три пуговицы воротниками, из тонких, почти прозрачных шелков, в брюках с высокими поясами, при шпагах, в сапогах ниже колена и широкополых летних шляпах. Они парами и группами прогуливались между фонтанами, сидели в плетеных креслах за столиками с напитками, мило беседовали, смеялись, разговаривали, встречались и снова расходились. Это напоминало какой-то сложный танец, придуманный заумным балетмейстером, но красивый, гармоничный, какой-то правильный. Простого люда тут почти не было. Разве что обслуга открытых трактиров.

Посмотрела на дам, критически оглядела себя. Да, мой наряд к этому обществу явно не подходил. Снова привлекать к себе внимание не хотелось. Развернулась и медленно пошла назад.

Лавка перчаточника была неподалеку, лучшие товары выставлены на улице. Остановилась полюбовться. А вот и перчатки «без пальцев», как раз то, что нужно. Такие очень удобны, когда приходится долго держать что-то руками, как, например, конский повод, руль мотоцикла или гоночной машины.

— Вам что-то показать? — просила продавщица.

— Да. Будьте добры. Вот те, светло-коричневые перчатки без пальцев — ответила.

— Покажите руку, — попросила она — я тут же буду знать Ваш размер.

Показала. Продавщица ушла внутрь. Внезапно меня окутал со всех сторон запах ландышей. Я вздрогнула и замерла, во рту пересохло.

— Герда, а мои перчатки готовы? — раздалось сзади — А то по лесу с этой корзинкой ходить, так все ладони растираю!

— Да, тетушка Инга, сейчас несу — ответила из лавки продавщица.

Осторожно повернулась. Женщина средних лет, вытягивая шею, вглядывалась в темноту помещения, где скрылась продавщица. На одной руке у нее висела плетеная корзинка, полная букетиков лесных ландышей.

Облегченно выдохнула, огляделась и встретилась глазами с Анри. Он стоял напротив, на другой стороне улицы и не спускал внимательных глаз. Что-то насторожило меня в его взгляде. Подхватила сумку и быстро пошла вниз по улице, потом побежала, лишь бы двигаться быстрее. Анри не отставал. Резко завернула за угол, заскочила в какие-то двери. Увидела, как он проскочил мимо. Тут же выскочила из парадной и скользнула за угол. Там сняла шляпу и спряталась в потоке людей.

Анри вернулся на угол, потеряв меня, с досадой оглядывался по сторонам, со злостью топнул ногой, в сердцах сплюнул.

Из-за угла выскочил Арис, что-то у него спросил, тот красочно жестикулируя, объяснял что произошло. Арис, уперев руки в бока, переводил дыхание после бега, хмуро слушал. Почти сразу же к ним присоединился Лари.

Я смотрела на Ариса, осторожно выглядывая из-за угла дома на следующем перекрестке.

Ну, вот и свиделись, любимый мой, — подумала — как и хотела. Теперь знаю, что тебе здесь хорошо, здесь ты на своем месте…

Развернулась и пошла в противоположную сторону.

До постоялого двора добралась через час и сразу отправилась в конюшню. Лошадка стояла в стойле, вычищенная до зеркального блеска. Конюший крутился тут же, не выходя из стойла. Второй сидел на перегородке между денниками, на чем свет стоит ругался на пришельца. Тот хмуро огрызался.

— Здрасте, господа-хорошие — поздоровалась с обоими — о чем спор?

Местный глянул на меня и кувыркнулся в сено. Испуганно выглянул из вороха.

— Давай, вылазь, красавчик — велела ему — И ты иди сюда — позвала своего. — Что это вы ссоритесь, а?

— Дык… это… Богиня… — сконфуженно начал местный.

Глянула на него сурово:

— Я приказала привети сюда мою лошадь своему слуге. А ты, значит, восстаешь против Богини, шмакадявка?

— Дык, я это… — промямлил местный конюший, уставясь в пол и изредка поглядывая на меня.

— Он тебе сказал кто его прислал? — в упор глянула ему в глаза.

— Да, Госпожа.

— Вот и замечательно. Поможешь ему.

— Да, госпожа!

— Завтра утром лошадка должна быть готова к дороге. Седло возьмете вот с того коня, оно должно подойти. Коня отдашь ему — местному показала на пришельца — а ты отведешь коня туда, где была эта лошадка и поставишь его в то же стойло. Понял?

— Да, госпожа.

— Только сделаешь это, когда я уеду. Все ясно? Ага, еще одно. Оба сделайте так, чтобы двужилку мою никто не нашел, если искать будут.

— Да, госпожа.

— И никому обо мне ни слова даже под страхом сметри. Это приказ Богини.

— Да, Богиня, никому.

— Да, Богиня, все сделаем.

— Ну, вот и ладушки — поднялась с корточек и пошла в таверну.

У стойки стояла хозяйка.

— Что изволите, госпожа?

— Подайте полный обед в мою комнату и не беспокойте меня. Если кто будет спрашивать — глянула ей в глаза и придавила ментально — меня здесь никогда не было, а комната завалена старыми вещами.

Глаза ее ответно остекленели и через минуту вернулись в нормальное состояние. Я пошла наверх по лестнице.

Ну вот, никакой магии. Ни один Высший маг не дознается, а я спокойно отдохну.

После сытного обильного обеда завалилась спать и проспала до позднего утра. Горячий душ, свежее белье, сверху кожаная одежда. Жаль, что перчатки не успела купить. Ну, ничего, может пока буду выезжать из города, по дороге попадутся. Собрала сумку, старую оставила в комнате, как ответный привет Арису, закрыла за собой дверь, спустилась по лестнице. Кинула еще монетку на барную стойку, доплата за удобства, все равно мне их особо тратить негде будет, а хозяйке пригодится, вышла во двор.

Моя лошадка стояла подседланной у забора. Между бабками крутился конюший. Во дворе о чем-то беседовали трое здоровенных мужиков. Их лошади стояли у забора. Мужики обернулись ко мне. Внимательно присмотрелись. Подошли.

— Госпожа, — обратился один, блестя глазами — охрана не нужна?

— Нет, — ответила, застегивая безрукавку на все пуговицы.

— Госпожа, — сказал второй — Вас приказано доставить во дворец. Придется проехать с нами.

— Не думаю. — серьезно ответила, вспомнив про Лювириса и свое хозяйское положение в этом Мире.

— Госпожа, это приказ короля и Вам придется подчиниться — сказал третий.

— Мне очень жаль, господа, но я не его подданная — внимательно взглянула каждому в глаза, сосредоточилась на их индивидуальной сути, тихо приказала — Я, полновластная Хозяйка этого Мира, силой и властью своего слуги, Первого Короля Мира Ашеров Лювириса, приказываю вам подчиниться и забыть об этой встрече на два дня. Позволяю отвечать на вопросы только принца Ариса честно и правдиво, если он вам их задаст. Оставайтесь здесь, пока не придет ваша смена. Вы ничего не видели.

— Да, Госпожа! — в один голос ответили и склонили головы.

Подошла к лошадке, погладила ее по мордахе:

— Ну и как тебя зовут? — улыбнулась и прислушалась к ней — Хочешь быть Куклой? — прислушалась — Ну, дорогая, это ближе всего к твоему имени на человеческом языке. Поехали?

Вскочила в седло, выехала со двора, повернула на север.

* * *

Улицы города были заполнены народом еще больше, чем вчера. Видимо, на ярмарку и недельные праздники по случаю возвращения королевской семьи, съезжались гости со всех концов Мира. Каретами и верховыми были заполнены все улицы, не говоря уже о пеших и торговцах с тачками, поэтому продвигаться против потока, направленного в центр, было трудно и медленно.

На одной из улиц движение вообще остановилось, что-то произошло на перекрестке. Видно было только верхи карет и матерящихся на все лады верховых. Поток медленно двинулся и моя лошадка пошла следом. Не доезжая до перекрестка, снова встала. Я приподнялась на стременах, пытаясь разглядеть что происходит впереди.

Внезапное ощущение Его присутствия отозвалось холодной волной внутри. К перекрестку подъезжали всадники. Пятеро. Перед ними бежала стража, освобождая дорогу громкими криками. Арис, Анри, Лари и еще двое. Белые шелковые, растегнутые до середины груди, рубашки, с кружевными манжетами, широкополые летние шляпы. Глаза Ариса закрыты. Он едет «по-наитию», слушает свой внутренний голос. Анри внимательно следит за ним и направляет своего коня так, чтобы освобождающие дорогу видели малейшее изменение направления их движения… Я знала этот способ поиска, когда ищет не ум и глаза, а душа. Этот способ всегда работает безотказно. И никакой Силы, никакой магии…

Все. Это было все. Не успела, блин. До боли закусила губу, с тоской посмотрела на близкие ворота. Ничего сделать не успею. Даже шага. Поймал, блин. А может не меня ищет? — мелькнула слабая надежда — Может просто устал и из-за этого закрыл глаза? Может не обратит внимания? Мало ли дел у принца и его окружения, мало ли что или кого он может искать…

Опустила глаза, стараясь не привлекать внимания взглядом, медленно чуть опустила голову, пряча лицо в тени широких полей шляпы. Крики и гики стражи направились в мою сторону. Не утерпела и чуть приподняла голову, выглядывая из-под канта шляпы.

Сине-зеленые глаза скрестились с моими. Смысла прятаться больше не было. Подняла голову и открыто посмотрела на него.

Народ растолкали, образовался живой коридор. Арис медленно подъехал, не отрывая пристального взгляда. Лицо заметно осунулось, вокруг глаз темные круги усталости от бессонных ночей, губы плотно сжаты.

— Здравствуй, Дарина, — голос тихий, чуть хриплый, сдержанный.

— Здравствуй, Арис — ответила.

— Собралась уезжать не повидавшись? — напряженно спросил.

— Уже увиделись.

— Если бы я тебя не нашел, не увидились бы.

— Нет.

— Почему?

— Не хотела мешать… — первой отвела взгляд.

Он молча одним движением пересадил к себе в седло, развернул коня, кивнул остальным, понесся галопом по запруженным улицам города. Анри и Лари понеслись впереди, лужеными глотками кричали уступить дорогу принцу. Народ отпрыгивал кто куда, конные съезжали в стороны, кареты останавливались. Арис крепко прижимал меня к себе одной рукой, второй и ногами управлял конем. Сцепив зубы, молчал. Молчала и я, вдыхая аромат ландышей, от которого сразу закружилось в голове.

* * *

Через несколько минут пронеслись в боковые ворота парка, окружающего дворец. У мраморных ступенек Арис резко осадил коня, спрыгнул, подхватил меня на руки, молча понес по лестницам и коридорам на второй этаж. Поставил на пол в огромной гостинной. Сцепив руки за спиной, заходил передо мной туда-сюда. Я молча смотрела перед собой.

Остановился напротив. Взгляд взбешенный, желваки ходуном, губы плотно сжаты, волосы крупными локонами опадают на лицо.

— Кому ты не хотела мешать? — едва сдерживаемым от ярости голосом спросил он, покачиваясь с пятки на носок и обратно.

Я молчала, игнорируя его взгляд, смотрела мимо.

— Ты хотела второй раз поступить так же, как и две недели назад, когда я оставил тебя всего на полчаса одну?! — схватил меня за плечи сильными руками, слегка встряхнул — Ты хотела опять уйти, не сказав мне ни слова?! Ты решила убивать меня медленно?! За что, Дарина?! В чем я виноват?!

Это был крик души, которая рвется на части, крик сердца, умирающего от дикой боли, протест сознания, эмоций и чувств против незаслуженного наказания. Я задохнулась от захлестнувшей волны боли, страха, любви и ярости. Он хлестнул меня всей своей внутренней мощью, больше не сдерживаясь ни в чем, не останавливаясь ни перед чем. Его клокочущая ярость и боль ударили по моим напряженным нервам, смяли и утопили в себе. В голове закружилось, перед глазами поплыло, во рту стало горько, как от полыни и сухо, как в знойной пустыне. Я пыталась бороться, но силы были не равны. Он был сильнее меня во много раз, во много десятков или сотен раз. И я вдруг поняла КТО ОН и ЧТО ОН ДЕЛАЕТ!

— Арис, — шепнула напряженно, продолжая бороться теперь уже не только за себя, из последних сил и возможностей рядовой Богини, собирая по крупицам всю свою любовь к нему, к жизни — Арис… не делай этого… — с трудом перевела взгляд в его глаза, там полыхало сине-зеленое пламя — Арис… остановись! Прошу тебя!..

— Без тебя мне не жить — прохрипел он — Без тебя пусть все летит к черту! Мне все равно, что будет, если тебя нет рядом…

Преодолевая дикое сопротивление и давящую Силу, с трудом подняла руки, шагнула к нему, обняла за шею, потянула к себе:

— Я с тобой, Арис… Я с тобой и никуда от тебя не уйду… Остановись, Арис, прошу тебя! Я люблю тебя! Только остановись!!!

Его губы были сухими, палящими жаром, плотно сжатыми. Я прижалась к нему всем телом, прильнула губами, шептала:

— Остановись, Арис… Я с тобой… я рядом…. Я люблю тебя!.. Я навсегда буду твоей, Арис!.. Только прекрати! Не делай этого, Арис!..

Его губы медленно разжались, он ответил на поцелуй. Руки с натугой расцепились за спиной, обвили мое тело.

Он очнулся после поцелуя, внезапно вздрогнув, удивленно раскрыл глаза. Я отстранилась и по его глазам поняла, что он не помнит что случилось, не понимает и не знает КТО ОН. Я поняла, что только я смогу сдержать его, если всегда буду рядом. И сразу приняла это, смирилась со своей ролью, будто всегда ждала этого. Смирилась сейчас.

* * *

— Дарина?! Ты?!! — глаза засветились радостью.

— Здравствуй, Арис — улыбнулась, а саму трясло от только что пережитого, от страха и слабости, которую вызвала непосильная борьба и, если бы не поцелуй, который я вырвала у него борясь из последних сил, конец пришел бы всем — Заехала тебя проведать. Ты не против? Можно я присяду?

— Я безумно рад, Дарина!!! Садись, конечно!

Он подхватил меня под руку, усадил в кресло. Пошел к столу, как всегда за соком, остановился на полдороге, глянул на дверь, на меня, задумчиво потер подбородок, двинулся дальше, нахмурив брови.

Знакомая мимика — усмехнулась про себя — Это я что, тоже так выглядела, когда вспоминала свои действия Богини? Да уж… картинка…

Вернулся с двумя стаканами сока, вопросительно глянул:

— Я… Дарина… что случилось?… — пробормотал растерянно — Я же помню, что искал тебя в городе… Я помню, что увидел тебя… Потом провал и я вижу тебя в своей гостиной. Что случилось? Ты меня околдовала, моя Богиня? И привезла сюда без памяти? — улыбнулся он, а в глазах метался поиск ответа.

— Арис, — улыбнулась, касаясь его руки кончиками пальцев — Ты не рад, что я здесь?

— Рад, конечно, — еще более растерянно посмотрел на меня — Но как мы с тобой здесь оказались, не помню… Анри и Лари были со мной! Они точно помнят. Давай спросим? Или ты сама мне расскажешь?

Я понимала, что это «пробуждение» было не случайным, что его подхлестнуло слишком сильное нервное перенапряжение и физическое истощение, что его тело может не выдержать и тогда я не смогу удержать его мощь. И никто не сможет. Что его немедленно нужно уложить в постель и заставить заснуть. Я знала, какая это колоссальная нагрузка на организм и психику, какое истощение всех сил она вызывает. Он должен спать, сейчас, немедленно. Иначе…

— Расскажу, — улыбнулась нежно — но при одном условии.

— Любое исполню! Говори!

— Я ужасно устала, Арис. Можно мне прилечь рядом с тобой?

Он резко выпрямился в кресле, ожидая подвох и не веря своим ушам.

— Ты серьезно? — напряженно спросил.

— Проверь — улыбнулась с хитринкой.

— Ладно.

Повел меня в спальню. Встал у кровати, внимательно наблюдая за моими действиями.

Сняла сапожки, кожаную безрукавку, ослабила пояс на брюках, расстегнула ворот рубашки и легла.

— Ложись рядом, принц — похлопала по покрывалу — Давай поболтаем.

Он напрягся, глаза сверкнули осторожностью зверя.

— Что ты задумала, Дарина?

— Ничего. Ты против разговаривать лежа?

— Нет.

Сбросил сапоги, сел рядом.

— У тебя удобная кровать — улыбнулась — Мне нравится.

— Дарина… что случилось? Что с тобой? — напряжение в глазах не исчезало — Ты ли это?

— Арис, это я — серьезно глянула ему в глаза — Это я собственной персоной. Если не веришь, проверь. Магии нет. Я устала, хочу с тобой поговорить, предложила это сделать лежа рядом, а не сидя в креслах. Какая разница где говорить тут или в гостиной?

Не поверил. Проверил со всех сторон. Даже разоблачающее заклинание использовал. Не помогло. Это все же была я.

— Убедился? — усмехнулась и подвинулась.

— Да… хм… странно…

Осторожно лег рядом, не сводя с меня глаз.

— Так что произошло? — спросил он.

Нахально придвинулась к нему, подняла голову,

— Можно? — и положила ее на его плечо, обняла рукой поперек груди.

Арис ошарашенно смотрел на меня, ничего не понимая.

— Ну, если ты против… — сделала движение отодвинуться.

Не пустил. Положил мою руку на прежнее место. Продолжал изучающе смотреть.

— Арис, ты нашел меня, подъехал, поздоровался, забрал меня к себе в седло и привез сюда. В гостинной сказал, что не можешь без меня жить и поцеловал. Вот и все. Можешь спросить у своих приятелей и слуг. Они все видели и подтвердят мои слова.

— Но ты ведь хотела уехать…

— Хотела, но потом перехотела. Можно мне остаться рядом с тобой?

— Дарина… я тебя не узнаю… ты же совсем другая… что-то произошло… Я чувствую. Только что-то очень важное могло заставить тебя изменить свое обычное поведение. Я хочу знать что.

— А я хочу попросить тебя о помощи — пошла в наступление, не желая разговаривать с ним на эту тему, пока от не отоспится и не отдохнет.

— О какой?

— Я хочу просить тебя поехать со мной к Ключу, Арис. Сама я не справлюсь.

— Хорошо, поедем — согласился он — Так что случилось, Дарина?

— Арис, обними меня, пожалуйста, я так за тобой соскучилась!

Недоумение было даже в его движениях. Прижалась к его телу и закрыла глаза:

— Боже, как хорошо — прошептала — Я о таком даже мечтать не смела… Арис…

— Да? — тихо шепнул он.

— Я люблю тебя и, если хочешь, никогда больше от тебя никуда не уйду…

— Ты даже не представляешь себе, любовь моя, как я этого хочу…

Теперь представляю — подумала с ужасом — Еще как представляю… Это ты не представляешь как ты этого хочешь…

А вслух сказала:

— Ну, вот и договорились. Теперь я от тебя никуда…

Он долго лежал молча, прижав меня к себе. Постепенно дыхание выровнялось. Заснул.

Несколько часов он спал поверхностно, стоило пошевелиться и его рука тут же напрягалась, прижимая меня к себе. Наконец, успокоился и заснул глубоко. Тихонько встала, прикрыла его пледом, вышла в гостиную, плотно закрыла двери.

* * *

В кресле сидел Анри, внимательно смотрел на меня.

— Добрый день, — тихо поздоровалась — Извините, Анри, я сейчас вернусь. Арис спит, не заходите туда, пожалуйста. Ему нужно отдохнуть.

— Хорошо.

Вышла в ванную, умылась холодной водой, привела себя в порядок перед зеркалом, вернулась в гостиную.

Анри сидел там же. Присела напротив на край подлокотника.

— Скажите мне, Анри, сколько времени он не спал?

Он прищурился, изучающе на меня смотрел.

— Как вернулся… не помню, чтобы спал… может дремал немного на стуле… нет, не спал точно.

Понимающе покивала, закусив губу.

— Почему?

— Он искал Вас, Дарина…

— Когда он вернулся из Мира змеелюдей?

— Десять дней назад.

Помолчала в раздумье, потом спросила:

— Вы не могли бы распорядиться приготовить куриный бульон, я скажу как, и чтобы принесли натурального красного, желательно виноградного, вина?

Он потянулся за колокольчиком, но я жестом остановила его, показав глазами на спальню. Анри кивнул, вышел и тут же вернулся.

— Сейчас будет вино и повар.

— Спасибо.

— Не за что.

Молчание.

В ожидании поднялась, подошла к окну, открыла его. Пахнуло морем и цветами. За деревьями парка различила бескрайнюю воду, смыкающуюся на горизонте с небом. Косые лучи заходящего солнца отсвечивали золотом, серебром, радугой.

Анри подошел сзади, стал рядом.

— Дарина, что здесь произошло?

Я смотрела вдаль, ни о чем не думая.

— Ничего — ответила правду.

— Дарина, я один из Высших Магов этого Мира. Не укрывайте от меня правду.

Повернулась к нему, глянула в глаза.

— Анри, здесь ничего не произошло. Если бы произошло, мы с Вами сейчас не разговаривали бы. Можете мне поверить, я знаю о чем говорю.

— Извините, — опустил он глаза и перевел взгляд на улицу — я не правильно задал вопрос…

— Задайте правильно — посмотрела туда же.

— Что здесь начало происходить?

— Могло начать, но не начало, Анри.

— Могу узнать что?

— Лучше Вам этого не знать. Поверьте мне.

Молчание.

— Теперь Вы уедете, пока он спит?

— Нет.

— Вы останетесь?

— Да.

— Надолго?

Глянула на него, усмехнулась.

— Навсегда.

Облегченный вздох.

— Вы любите его?

Усмехнулась. Горько.

— Это не важно, Анри… Я просто буду рядом.

— Это важно, Дарина. Очень… — помолчал, добавил — Согласитесь быть его супругой…

— У него есть невеста. С ней он будет счастлив. Я видела ее вчера, Анри. Она действительно прекрасна. Они будут замечательной парой и у них будут очень красивые дети…

Боковым зрением видела, как он повернулся и удивленно на меня посмотрел, потом широко улыбнулся и отвернулся к окну.

— Инесса неделю назад вышла замуж. — сообщил Анри — Он свободен. Так что соглашайтесь, Дарина.

Застыла, пока переварила. Развернулась к нему.

— Как замужем? А их свадьба?! Я думала…

— Она оказалась ему не верна. Это обнаружилось и ей пришлось быстро выйти замуж за первого, кто предложил свою руку. Принц, по доброте душевной, оставил ей ее статус и она теперь пользуется всеми привилегиями, которые положены бывшей невесте.

Дверь тихонько приоткрылась, заглянул Бен. Я приветливо ему кивнула, он расплылся в улыбке, радостно закивал в ответ:

— Я рад, что Вы здесь, госпожа! Вот шеф-повар, госпожа. Вино сейчас будет.

Вошел повар, в белом колпаке и таком же белом сюртуке. Я дала рецепт и попросила приготовить именно так, как сказала. Он поклонился и вышел. Бен принес открытую бутылку вина. Взяла бутылку, прихватила стакан и пошла в спальню, специально оставив дверь открытой. Налила вина, тихонько начала будить Ариса. Анри смотрел внимательно.

— Арис, родной, проснись на минутку. Проснись любимый, проснись, попей.

Он приоткрыл сонные глаза, приподнялся на локте, как на привидение уставился на меня.

— Дарина, любовь моя, ты мне снишься?

— Выпей, родной — поднесла ему стакан к губам — выпей…

— Из твоих рук даже яд будет счастьем…

— Яда у меня нет, так что пей пока вино — улыбнулась.

Выпил до дна. Взял за руку, откинулся на подушку.

— Обещай, что ты будешь мне сниться, тогда я буду спать еще.

— Обещаю, родной. Спи…

Сидела рядом, пока он опять не заснул глубоко.

* * *

Арис спал почти трое суток. Я не отходила от него, будила время от времени, поила то вином, то бульоном, то травами. Сидела и лежала рядом, иногда засыпала под его сопение. Приходили Анри, Гранд с Ведой, Настоятель Барвис, заглядывали в двери, молча уходили. Когда пыталась выйти, поздороваться с ними, махали руками, чтобы не беспокоилась, мол, на это еще будет время.

В обед третьего дня пришел лейб-медик, наконец-то узнавший о состоянии принца. Бабахнул входной дверью, я аж подскочила, громко протопал к пустому обеденному столу, с грохотом швырнул на него саквояж с инструментами. Те громко бряцнули.

Плотно прикрыла дверь в спальню, повернулась к нему. Он громко, с улыбкой мясника, спросил:

— И где тут наш больной?! — потер ладони друг о друга, шагнул к двери в спальню.

— Вы кто? — тихо спросила его.

— Я Главный Лейб — Ме….. - дальше только шевелил губами, краснея от усилия, пока не понял, что его лишили голоса.

— Вон отсюда — со сдерживаемой яростью указала на дверь — И благодарите Богов, что я тут не хозяйка. Еще раз появитесь здесь, порву на части. Ясно?! Вон отсюда!

Лейб-медик с ужасом схватил свой саквояж и замер, глядя мимо меня. Обернулась. Арис стоял в проеме, сложив руки на груди. Улыбнулась, с одного взгляда убедившись, что теперь он здоров.

— Ваше Высочество! Эта… — послышалось за спиной.

— Вам было сказано «Вон отсюда!». Что непонятного? — громыхнул здоровым голосом Арис — Убирайтесь!

Доктор мгновенно скрылся за дверью.

— Значит, мне это не приснилось? — задумчиво спросил Арис.

— Что тебе снилось, мой принц? — улыбнулась ему.

Брови удивленно взлетели вверх.

— Дарина, это ты?! Или мне все еще снится сон? — протер глаза, глянул недоверчиво.

— Иди умойся, соня!

Взяла его за руку, повела к ванной, втолкнула туда и закрыла за ним дверь. Входная дверь открылась, в гостиную скользнул Анри, вопросительно кивнул на спальню.

— Он в ванной — сказала с улыбкой — Проснулся и уже вполне здоров.

— Ну, слава Богам! — наконец-то нормальным голосом ответил Анри — Дарина, Вы чудо! Мне так понравилось как Вы за ним ухаживали, что мне тоже захотелось заболеть и получить кусочек такой любви и заботы. Дарина, давайте я Вас у него отобъю, а?!

— Анри! Я тебя убъю! — донеслось из ванной сквозь шум воды.

— Вот видите, Дарина, — с разнесчастным видом пожал он плечами — вот так всегда. Чуть что не так, «убъю»! Ну, прямо жизни никакой нет рядом с этим сумасшедшим принцем! И за что Вы его так любите, не представляю! И знаете, Дарина, он всегда все слышит! Особенно, когда ему этого слышать не надо.

Я улыбалась, качая головой.

Арис показался в дверях спальни. Полностью одет и даже обут. Правда, шелковая рубашка, одетая на голое тело, прилипла, пропитавшись водой.

Во скорость, — искренне позавидовла — мне бы так…

— Кого ты тут собрался отбивать, прохиндей, а?

— Арис! Я пошутил. Чесное слово. — с серьезным лицом и чертиками в глазах выставил перед собой раскрытые ладони Анри — Если бы ты видел, что она эти трое суток с тобой вытворяла, как это видел я! У-у-у!.. Тогда ты бы сразу понял, что кокетливые движения в ее сторону с моей стороны совершенно бесполезны. Честно. — ударил себя в грудь.

Арис остановился напротив меня, с улыбкой смотрел, чуть опустив голову:

— И что ты со мной «вытворяла» трое суток?

— Поила ядом — улыбнулась ему — Не понравилось?

Он подумал и с загадочным видом ответил:

— Понравилось. Хочу еще.

Отрицательно покачала головой.

— Нет уж, хватит, хорошего помаленьку. А то привыкнешь еще.

— Ты правда сказала, что ты меня любишь и навсегда будешь моей?

Анри затих.

— Ты это помнишь? — тихо спросила, опустив глаза.

Он куснул губу, кивнул:

— Да. Это меня остановило. И твой поцелуй… Я вспомнил все, Дарина. Я вспомнил, как ты меня звала в постель, как убаюкала своим теплом, запахом, дыханием. Я вспомнил, как ты боролась со мной и победила своей любовью. Я поверил тебе… тогда…

— А теперь? — подняла глаза.

— Теперь тоже поверю, если ты согласишься стать моей женой. Я предлагаю тебе, любовь моя, руку и место рядом с собой. Мое сердце и жизнь уже давно принадлежат только тебе. И ты это знаешь. Еще с того времени, когда ты вернула меня с Дороги Смерти. Ты согласна пройти со мной Обряд Супружества и принять как своего мужа?

Опустила глаза, помолчала. Он напряженно ждал, слегка побледнев.

— Арис… Арис, я не могу. Я люблю тебя, но я не могу измениться, пока все не закончится. Алтарь, Сферы, Источники, их Ключи не узнают меня, если я стану твоей женой… Я не могу, Арис… Прости…

Резкая бледность тут же отступила, он улыбнулся:

— Но потом ты не против, так?

— Потом не против.

— Значит, пока все не закончится, ты будешь моей законной невестой…

— Арис… — закусила губы — Я не могу быть твоей невестой… Я просто буду рядом, если ты пойдешь со мной…

У него подкосились ноги. Анри тут же подставил стул, молча стал сзади, буравя меня взглядом.

— Объясни — тихо прохрипел Арис.

— Арис… Анри… Извините… Арис… я читала, что Украшения Невесты и Жениха это проявление Силы заклинаний Высшей Сакральной Магии в чистоте бриллианта, самого крепкого камня во всех мирах. Они не снимаются от помолвки до…хмм… — покраснела — после свадьбы… Поэтому я не могу их одеть. В искаженные и чистые Источники и Ключи я должна входить только соврешенно без ничего, то есть совершенно голая. Украшения могут убить и меня и тебя, Арис. И Миры… Я не могу, Арис, стать даже твоей невестой… Прости… Я просто могу быть рядом с тобой, Арис. Больше я пока ничего не могу… Но тогда ты должен пойти со мной, Арис, чтобы быстрее закончить восстановление всех Источников и Ключей… Вы, господа, оба Высшие Маги, знаете о чем я говорю… Извините…

Повернулась и молча вышла на балкон, оперлась на баллюстраду, подставила лицо свежему морскому бризу, прислушалась к морю.

Я сказала все, что могла. Теперь пусть решает сам, или решают вместе. Я подожду.

Арис подошел сзади, обнял, прижал к себе.

— Кольцо ты можешь одеть?

— Только если смогу снять.

— Остальные ты не снимаешь — заметил Арис.

— Перстень это подарок Учителя. С ним я проходила все Посвящения, и Сфера его знает, и Алтарь, и все остальное. Змейка удирает сама. Потом возвращается.

— Кольцо сможешь снимать — сказал Арис — Обещаю.

Кивнула и сказала:

— Я хочу к морю, Арис…

— Ты согласна на Колечко, которое сможешь снимать?

— Да. Ты ведь не оставляешь мне выбора. — обхватила его руки на своем животе, прижала их к себе.

— Я не могу, любовь моя. За нас выбрали наши сердца.

Сбоку стал Анри.

— Дарина, Арис долго учился и прошел столько Посвящений, что мне и не снилось. Каждое из них требовало строгого аскетизма и жесткого целибата. Он все выдержал. Теперь он должен пройти еще два испытания. Первое из которых, сломать и подчинить своей воле «зверя в себе». Для этого существует Ритуал Обручения, Ритуал Воли, Обряд Супружества и Ритуал Первого Супружеского Ложа. Потом он будет допущен к Обряду Наследника Крови. Останется только последний ритуал, Ритуал Коронации. Арис, конечно, может остаться холостяком, и пойти по пути замены, то есть пройти обряд полного Целибата. Но он, как Принц Крови и будущий Король, обязан дать Миру две вещи: свою любовь к Женщине и наследника мужского пола, чтобы Мир не погиб. Таким наш Мир сотворил Первый Король Лювирис и таковы условия его существования, таковы Законы для королевской династии по мужской линии. Этим Миром должна править только Любовь с большой буквы, только тогда Мир имеет право жить. Арис не имеет права об этом говорить. А я могу. Поэтому говорю Вам, Дарина, я, а не он.

Так… Это что, двести пятидести-летний Арис, прошедший «крым и рим и медные трубы» девственник?????!!!!!! Упала….. отжаться, что ли?… Может поэтому в нем проснулось ЭТО?????!!!!.. О, Боги! Куда я попала?!!!!.. Ужас какой!!!!

— Анри, давайте на «ты», а? — тихо попросила, лишь бы нарушить тишину, наступившую после его слов.

— С удовольствием — улыбнулся он — Ты меня балуешь, Дарина. Вы собирались к морю, я слышал? Можно мне с вами?

— У меня нет купальника — пожаловалась несмело.

Мужики облегченно заржали во весь голос. Я недоуменно на них глянула, выворачивая голову через плечо.

— Дарина, дорогая моя, — сквозь хохот сказал Арис, разворачивая меня к себе — у тебя этого добра здесь столько, что меня самого оторопь берет!

И он повел меня в… гардероб? Назвать это место гардеробом я бы не осмелилась, будучи в здавом рассудке.

Слегка растерялась, повернулась к Арису и подбоченилась.

— Так! Я тут три дня мучаюсь от того, что не знаю где моя кобыла с сумками и чистыми вещами, моюсь, стираюсь и одеваюсь в мокрое, а тут….!!!!!!!! Арис!!! Я тебя убъю!!!

Смеялись и бегали друг за другом между вешалами, пока не вернулся Анри.

— А я думал, что вы готовы. А вы тут дурака валяете — разулыбался он.

Я гордо ушла в угол с раздельным купальником в руке и легким халатом. Арис пошел в ванную. Анри на балкон.

* * *

До пляжа дошли незаметно быстро. Купающихся и загорающих было мало. Мужчины разделись, дурачась погнались друг за другом по пляжу. Фигуры у обоих на загляденье. Гибкие, стройные, высокие, быстрые, хмм… как коты.

Сбросила на песок халат и пошла в воду. Тишина сзади насторожила. Оглянулась. Оба стояли молча, смотрели в морскую даль.

Нашли на что смотреть. — усмехнулась про себя и пошла в воду — Все мужики одинаковые…

Заплыли далеко. Арис и Анри наперебой рассказывали истории о торчащих из моря одиноких скалах, вспоминали истории из детства, показывали уступы, с которых прыгали в воду на спор, и смешные случаи, связанные с этим.

— А вот эта скала, — показал пальцем Анри — особенно памятная, да, Арис?

— Да, уж… — отфыркнулся тот.

— А что памятного? — заинтересовалась я.

— Там с одной стороны острые камни, — рассказывал Арис — гряда на несколько метров в ширину, глубина где-то около метра или меньше, и безопасно можно прыгнуть только в одно глубокое место, да и то под углом, оттолкнувшись так, чтобы телом двигаться, почти касаясь скалы.

— Ну мы и попробовали, два дурня. Чуть там не остались — добавил Анри.

— Я хочу посмотреть — сказала тоном, не терпящим возражений, и погребла к скале.

Плавали Ашеры хуже меня. Все-таки кошачья нелюбовь к глубокой воде сказывалась. Поэтому оторвалась от них далеко и, когда уже была почти на середине скалы, они только выбирались на нижний уступ. По сухому догнали моментом. Оба рыкнули за своеволие, но прикоснуться посмел только Арис. Схватил за талию, но рука скользнула, мокрая ступня проехала по камню и он полетел вниз, в глубокую воду. Извернулся в воздухе и вошел без всплеска.

— Здорово! — восхитилась изворотнивостью гибкого тела.

Анри заулыбался и крикнул вынырнувшему Арису:

— Отплывай в сторону! Мы сейчас тоже прыгнем!

Арис отгреб, ждал на плаву.

— Прыгнешь, Дарина? Или тебе помочь спуститься?

— А выше можно?

— Ой, лучше Ариса не дразнить — серьезно сказал Анри — Это может быть чревато.

Хорошо, не буду. Он еще не в том состоянии, чтобы мне свой характер показывать. Вот очухается полностью, тогда и пожалеет, что такую выбрал… — улыбнулась про себя.

— Тогда прыгай ты, а потом я — предложила магу.

Анри заулыбался и покачал указательным пальцем в воздухе:

— Неет! Дураков нет. Я прыгну, а ты полезешь вверх, и Арис меня утопит тут же! Прыгай первая, а я за тобой! Только отплыви быстренько, чтобы не зашиб.

— Хорошо, — покладисто согласилась — все равно откуда?

— Да, тут все равно. Везде глубоко. Гряда проходит в нескольких метрах, вон там, видишь? — показал рукой.

Подошла к краю, глянула вниз. Арис плавал рядом, задирая голову вверх. Ждал, пока спрыгнем. Скала нависала над водой, давала серебрянную тень отражения. Красиво. Залюбовалась.

Тонкий луч серебра ударил туда, где стояла, кусок камня отвалился и я полетела вниз.

С водой что-то происходило и вдруг поняла, что открывается портал. Лицо проявилось на мгновение и я его узнала. До поверхности оставалось метров пять. Извернулась в воздухе, крутнула Силой и ушла на камни. Увидела их в последний момент, чиркнула телом по воде, ободрав кожу и выбив воздух из легких, погрузилась в глубину за камнями. Выдохнула остатки воздуха, усилив мышечный спазм, дождалась, пока отпустит, вынырнула на поверхность. Охнула от жгущей кожу боли, огляделась. Оба Ашера гребли ко мне.

— Назад! — крикнула и махнула рукой, погружаясь в воду, вынырнула и повторила то же самое, поняла, что ни один не понимает, оттолкнулась от воды, понеслась навстречу сильными гребками — Назад! Быстро! Назад! И погребла дальше. Выскочила с перепугу на берег, злая, как бешенная собака. В сердцах пнула воду, заорала:

— Зарраза! Убъю! Гадина!! Удавлю тебя, скотина безрогая!

«Аварийный», то есть малый, набор нелитературных эпитетов без повторений и связок слов в предложениях иссяк минут через двадцать. Полный был бы на пару часов, но я успела понять куда меня понесло и ограничилась кратким вариантом. Ашеры стояли спокойно в сторонке, то ли пополняя свой словарный запас, то ли ожидая пока успокоюсь. Только смотрели, чтобы в воду глубоко не заходила. Анри потихоньку рассказал Арису что произошло. Тот промолчал.

— Сссука! — буркнула напоследок, глянула на бок и живот, полностью содранные и окровавленные.

Смыла кровь, отплыв немного от берега, умылась в соленой воде. Вышла на берег рядом с Ашерами.

— Извините, — буркнула и прошла к халату.

Застегивать его не стала, просто накинула и все. Мужчины подхватили свои вещи и мы двинулись через парк назад.

Темнело.

Я немного успокоилась, шла молча. Они тоже молчали. Было стыдно за свою несдержанность.

— Извините, сорвалась — сказала обоим, не смотря ни на одного.

— Кто она такая? — спросил Арис.

— Ты ее знаешь — ответила, глядя перед собой — Кенна. Это она открыла портал.

— Кобыла Смерти?! — не поверил Анри.

— Да, — задумчиво подтвердил Арис — Она уже пыталась унести Дарину. Это второй раз.

— Говорят, избежать внимания Кенны еще никому не удавалось, а второй раз…. - задумчиво сказал Анри.

— Ей нужна помощь, но она ее не просила, а потребовала — объяснила им — вот и нашла коса на камень. Ни я не уступаю, ни она.

— Так поэтому ты ее отстегала на берегу озера? — вспомнил Арис.

— Да.

— Отстегала? Кенну?!!! Дарина???!!! — обалдел Анри и присвиснул — Ого!!!

— Ото-жжж… — кивнул Арис — Думал утащит в портал, но успел.

— Арис, — остановилась и глянула возмущенно — если бы она нормально сказала в чем проблема, а не врала, и тем, более, не требовала, будто я ей чем-то обязана, я бы пошла с ней. И ты не успел бы, как бы ни старался. Это точно.

— Пошла бы? — оторопел Арис — С ней?

— Арис, если ты помнишь, я тогда не знала, что это Кенна. Я тогда думала, что она кентавриха.

— Помню — буркнул Арис.

— Стоп! — стала на месте, они тоже остановились, недоуменно глядя на меня — Вот оно! Кентавриха! Обалдеть!!! Воот в чем дело!!!! — засмеялась и побежала вприпрыжку вперед.

— Арис, она же совсем девчонка! Ну ты посмотри на нее! Красоты необыкновенной, наездница что надо, плавает, как рыба, шеф-повара нашего готовить тебе «отраву» учила, так теперь он только такой бульон и делает! умна не по годам, лучшая в Мире сиделка и кормилица, ишь как тебя пичкала! на загляденье! Я аж слюнкой исходил! А от зависти, сколько тебе слов приятных мужскому слуху говорила, изошелся весь! Завидую я тебе, Арис!

Тот усмехнулся.

— То, что ты мне говоришь, для меня ново. Я знаю ее иной. Хорошо, что ты не знаешь остального… Вообще изошел бы на зависть. Пришлось бы тебя убить, дорогой кузен. А то и правда начал бы отбивать — рассмеялся Арис.

— Да, ладно тебе! — протянул Анри — мне жить еще не надоело. Буду искать похожую. А твоя для меня свята. Так что, не боись, Арис! Беречь буду, как зеницу ока. Больше жизни. Это правда….

Больше ничего не слышала. Взбежала по ступенькам на этаж, тут же нырнула в душ, смывать соленую воду и заживлять шкуру.

* * *

Через час была не только готова к балу, но и знала все новости, которые произошли в Мире Змеелюдей и здесь, в Мире Ашеров.

Арис не просто «чуть с ума не сошел», как рассказывали мои три «И»: Иса, Ида и Ива, которых забрал в свой Мир, Арис, желая сделать мне сюрприз. Он рвал и метал, особенно, когда прочел мои записки обеим королевам. «Вам вон что написала, а я будто чужой для нее!» — рычал с обидой. Девчонок трепал, как «паршивых котят» и едва не удушил, добиваясь всех мелочей, которые предшествовали моему уходу.

Он перестал есть, пить, спал на моей постели, не позволял менять простыни, часами сидел в гардеробе, перебирал драгоценности, которые я одевала, платья, орал на всех, кто пытался к нему обращаться, сверкал глазами и швырялся тяжелыми предметами. Ночами тяжело вздыхал в подушку, а утром начиналось все сначала, пока отец не занял его мысли вариантами поиска.

Инессу выдали замуж почти сразу же после возвращения.

Это произошло как-то странно. Ни с того, ни с сего объявили о ее свадьбе с герцогом Седрисом и на следующий же день Ритуал Супружества был совершен. Причем соединили два обряда, и Ритуал Обручения, и Ритуал Супружества, вместе.

А принц Арис после этой свадьбы напился до бесчувствия с господином Анри, а потом три дня оба ходили злые, как сто чертей. Прислуга от них пряталась кто куда. Осмеливался отзываться на зов принца и его двоюродного брата только Бен.

Когда зашел Арис, не смогла сдержать смеха, глянув на него. Он удивленно посмотрел на меня и на горничных, и тут же понял все.

— Болтушки наболтали уже о моих подвигах?

Я кивнула.

— Арис, я не представляю тебя пьяным, ты меня извини — засмеялась тихо.

— Ой, Дарина, даже не представляй! Это было ужасное зрелище. Сам вздрагиваю, как вспоминаю. Такое лучше даже не представлять. Но это не я виноват, это все Анри, змей-искуситель: давай еще за то, да еще за это по капельке. Ну и накапались ведра по два на нос… Ужас…

— Ну, может когда-нибудь и увижу — улыбнулась мечтательно.

Он серьезно покачал головой:

— Нет, моя дорогая, этого ты никогда не увидишь. В этом можешь быть полностью уверена. Даже я этого больше не увижу… До сих пор вздрагиваю от воспоминания того, что видел в зеркале.

* * *

Мы шли по коридору. когда внизу грохнула музыка торжественными аккордами. Я удивленно глянула на Ариса.

— Это родители пошли к трону — улыбнулся он — Торжественный выход короля и королевы, называется. Для нас музыка будет помягче, чем этот ужас.

— Это всегда так? — спросила.

— Не знаю, — пожал он плечами — Это впервые. Представляю, как мама подскочила, услышав такое и, наверняка, этого больше не потерпит. Оркестру придется изменить свой репертуар.

Мы дошли до закрытой двери бального зала. Я остановилась, глянула на Ариса.

— Арис, а твои родители знают об этом?

— О чем?

— Об обручении… таком обручении…

Он внимательно на меня глянул. Какой-то странный блеск мелькнул в его глазах и тут же исчез. Где-то внутри кольнуло предостережение и исчезло. Прислушалась к интуиции, но та молчала.

— Да, я должен был их предупредить, чтобы не вызывать удивления при подданных.

Один раз стукнул в дверь костяшками пальцев, подал мне руку, вытянул наши ладони вперед, дверь распахнулась. Заиграла спокойная музыка, взгляды придворных обратились к нам.

Мы прошли по ковровой дорожке к трону. Гранд и Веда поднялись навстречу, сошли со ступенек. Мы чинно поклонились друг другу: мужчины склонили головы и немного вперед подали плечи, а мы с Ведой присели в реверансе.

Гранд громко, с расстановкой интонации голоса, сказал:

— Мы, король Мира Ашеров, Гранд Ардерис, приветствуем Богиню Дарину в нашем Мире… от себя… своей семьи и от всех своих подданных… Богиня Дарина освободила королевскую династию от Великого Проклятия и теперь Мир Ашеров снова имеет правящего короля и королеву на престоле…

Он еще долго говорил и закончил словами:

— Сегодня наш сын, принц Арис Ардерис намерен сделать официальное предложение руки и сердца Богине Дарине, господа. — гул голосов прокатился по залу — Но древний обычай в силу серьезных обстоятельств будет изменен. Украшения Невесты и Жениха будут одеты только частично. Сегодня Ритуал Обручения ограничится Кольцом Невесты и Перстнем Жениха. Остальные Украшения будут одеты ими накануне Ритуала Супружества. — и громко приказал — Внесите Украшения!

Арис поклонился отцу и матери, я присела в реверансе. Все развернулись к двери.

Грянул тушь, дверь отворилась, вошли девять Высших Магов, один за другим прошли к трону, стали полукругом. Анри стоял в середине, держал на вытянутых руках огромный поднос, на котором красовалась большая плоская шкатулка, обтянутая белым бархатом. Она была закрыла на крохотный замочек. Высший Маг подошел, опустил руки на уровень своего пояса.

— Все ли заклинания охраны шкатулки целы, господа придворные маги? — спросил король.

— Все целы. Ваше Величество! — ответили маги дружным хором.

— Принц Арис, откройте шкатулку! — скоманловл король.

Арис возложил ладонь на шкатулку. Что-то щелкнуло и замочек испарился. Шкатулка сама открылась. Он повернулся ко мне, не выпуская моей руки, стал на одно колено, громко произнес:

— Я, Арис Ардерис, законный наследник престола Мира Ашеров, сын правящего короля Гранда Ардерис и королевы Веды Аридерис, прямой наследник и внук Первого Короля Мира Ашеров Лювириса Ардерис, всей своей душой, сознанием и телом люблю тебя, Богиня Дарина, и прошу твоего согласия стать моей законной невестой до свершения Ритуала и Обряда Супружества и после него стать моей законной супругой навсегда. Согласна ли ты принять мое предложение, Богиня Дарина?

— Да, согласна — ответила я.

— Обменяйтесь Украшениями Жениха и Невесты — приказал король.

Арис поднялся, поверул меня к шкатулке — обалдела от такой красоты! — взял Кольцо с огромным бриллиантом, я взяла Перстень, одновременно одели друг другу на безымянные пальцы левой руки.

Блин! Полыхнуло ярким светом так, что перед глазами поплыли разноцветные круги, а по телу пронеслась волна заклинаний и тут же исчезла. Когда зрение восстановилось, увидела улыбку Ариса. Он взял мою руку и поцеловал ее дольше, чем было ннужно.

— Чистота помыслов, чувств и тел жениха и невесты подтверждены Украшениями в соответствии с Моей Волей и Законами Мира! — громко объявил громоподобный голос отовсюду и ниоткуда — Принц Арис и Богиня Дарина от сего момента законные Жених и Невеста!

Гранд едва заметно вздрогнул, Веда огляделась, Арис недоуменно на меня глянул.

— Чистота помыслов, чувств и тел жениха и невесты подтверждены Украшениями! — громко повторил король Гранд — Принц Арис и Богиня Дарина от сего момента законные Жених и Невеста!

То же самое повторила Веда, потом какая-то бледная до белизны Дама необычайной красоты, за ней каждый из придворных магов и, в конце концов, трижды гаркнул зал.

Арис подвел меня к родителям, сходил за той бледной Дамой, поцеловал ей руку подвел к нам. Дама не сводила с меня глаз. Гранд благословил обоих, следом Веда, потом та дама. Настоятель Храма Источника подошел последним и сказал:

— Благославляю вас, дорогие Арис и Дарина. Пусть счастье сопутствует вам во всем. Я так и подумал, когда впервые увидел Богиню, стоящей на камне и поющей Мелодию Музыки Сфер, что она будет твоей супругой, Арис. Я почувствовал, что вы созданы друг для друга. И счастлив, что не ошибся.

Брешет, заррраза — подумала про себя, отложив это в памяти — Сам мечтал о супруге для принца в лице Инессы. Странно…

— Спасибо, дед — сказал Арис — Дарина, дорогая моя, это Первая Королева нашего Мира Лилия, супруга основателя Мира, Первого Кроля Лювириса, и моя пра-пра-пра…бабуля, познакомься, пожалуйста с ней.

Теперь захотелось побелеть мне.

— Очень приятно, Ваше Величество — присела в книксене.

Невидимое для всех, кроме Ариса, как я думала, колечко-змейка шевельнулось на пальце.

— Мне тоже очень приятно, детка, что у нас намечается такое приятное пополнение в семье. Я очень рада за вас обоих — музыкальным голосом сказала она.

И тут королева уставилась на мой палец. Она видела его! Она его ВИДЕЛА!

Арис молча наблюдал за нами.

Лилия еще сильнее побледнела, покачнулась, подняла на меня изумленные глаза. Я смотрела на нее и едва заметно отрицательно качнула головой. Лилия тут же поняла и опустила глаза. Арис промолчал, поймав наш разговор глазами. Гранд с Ведой уже пошли в центр зала открывать первым танцем бал и ничего не заметили. Арис поклонился деду и пра-бабушке и повел меня вслед за родителями.

Мы стояли в позиции номер раз, пока Гранд и Веда не прокружились три круга и не остановились около нас. Арис тут же закружил меня и тоже провел три круга и остановился на том же месте, откуда начали танец.

Музыка закончилась тогда, когда каждая пара прошла трижды по три круга.

— Торжественный бал открыт! — грохнул голосом мажордом. Музыка заиграла снова и придворные закружились в танце.

На тронном возвышении стояли шесть кресел и мы вернулись туда.

Принесли напитки и все выпили в часть помолвки и возвращения королевской семьи к правлению по нескольку бокалов. Арис каждый раз приглашал меня на танец, но я неожиданно для себя опьянела и со смехом отказывалась. Тогда он повел меня на открытую террасу подышать свежим воздухом и немного отдохнуть от громкой музыки.

* * *

Пахло морем. Вдалеке слышался шум волн. Небо усыпано танцующими звездами. Тоненький месяц завис в черно-синей вышине, то тут, то там стрекотали цикады, танцевали под музыку пары светлячков.

К нам подошел Анри с бокалами шампанского и лучезарной улыбкой.

— Поздравляю Арис, поздравляю Дарина! Арис, я рад за тебя! Вот видишь, все хорошо. А ты говорил: «не любит, не согласится, я ей не нужен»! Дарина, ты не представляешь себе, как он мне надоел, когда вернулся! Все уши про тебя прожужжал!

— Анри, — засмеялся Арис — прекращай болтать! Ничего я тебе не жужжал. Я рассказывал. И вот скажи, ну хоть чуть-чуть преувеличил?

— Неееет! Ты зверским образом преуменьшил достоинства Дарины! — возмутился Анри — Вот если бы ты сегодня с ней не обручился. Я бы ее у тебя отбил! И не смотри на меня так! Это было бы здорово! Ты бы тогда напряг свой интеллект и отбил бы ее у меня! Видишь, как я быстро ее нашел с помощью лошадки и конюшего. Тот ее сразу вычислил в толпе. «Вон она, говорит, Богиня идет».

— Так это все был розыгрыш?! — возмутилась я.

Арис и Анри рассмеялись.

— Лошадь была настоящей необъезженной — честно признался Анри, и мы расхохотались.

— А мой Стилет? — спросила заинтересованно.

— Стилет тоже правда — кивнул Арис. — Все так и было.

— Так вы меня обвели вокруг пальца? — хохотнула весело.

— Нет, заставили показать всем, кто в этом мире хозяйка — рассмеялся Анри.

Мою улыбку снесло начисто.

— Откуда ты знаешь? — тихо и очень серьезно спросила его.

— Что? — не понял Анри.

Прикусила язык, но было поздно.

— Я пошутила — рассмеялась безаботно, но выражения глаз Ашеров и мгновенный перегляд обоих политиков заметила — Разве нельзя? Может и помолвка эта тоже шутка? А? Господа?…

Оба стали абсолютно серьезными и трезвыми.

— Дарина, это не шутка. И ничего не было шуткой — сказал серьезно Арис.

— Дарина, я просто хотел тебя развеселить. — сказал Анри извиняющимся тоном — Прошу меня простить, если сказал что-то не так. Нам было очень трудно найти тебя. Мы с принцем сбились с ног, но не могли найти даже той части города, где ты остановилась. Мы знали когда ты проехала через ворота в город, но дальше, как растворилась. Прости. С конем был голый расчет. Мы подумали, что такую дорогу даже двужильный не выдержит и решили, что конь тебе понадобится. И ты будешь искать двужильного, чтобы проехать по горам. Поэтому Лари и обосновался в конном ряду, а я был рядом. А конюший боялся расстаться с лошадкой и прицепился, гад, к бабке. Отцепить его оттуда не удалось, что я только ни делал.

— Ладно, господа Ашеры. — глянула на обоих по очереди — Я на вас не сержусь. И вы меня извините, если что… Лучше посмотрите, какие изумительные звезды!!!

Фуф! — выдохнула осторожно — Удалось, вроде бы, отвести внимание…

— Нееет уж, господа, я пойду поищу кого-нибудь, кто разделит со мной восторг от созерцания звезд! — хитро глянул на нас Анри и пошел в обход по террасе.

Арис обнял меня за талию, поднял голову к небу и сказал:

— Ты знаешь, Дарина, я сегодня почти счастлив…

— Почему «почти»?

Вздох:

— Потому что я теперь знаю, что ты когда-нибудь будешь моей и знаю, что мне предстоит испытать… По крайней мере, представляю…

— Поделишься знаниями и представлением? — улыбнулась звездам.

— Конечно, можешь не сомневаться. Не зря же этот этап называется «подчинить своей воле «зверя в себе». Говорят, это самый трудный этап.

— Почему?

Арис грустно глянул на меня.

— Наверное потому, дорогая моя, что, пока мы не будем женаты, я не имею права к тебе притронуться ни при каких обстоятельствах. Иначе правящей именем Первого Короля Лювириса династии конец, а, значит, и конец нашему Миру — он помолчал, любуясь звездами, и добавил — Самое страшное, Дарина, это то, что есть возможность обойти условности и мы будем женаты хоть сейчас, но тогда наши дети и внуки потеряют Дар Лювириса, Дар управлять Миром с Любовью. Этого я допустить не могу. Поэтому это самое трудное испытание из всех, что я уже прошел.

Я толкнула его локтем в бок и хитро подмигнула удивленным глазам:

— Значит, я могу отыграться теперь за все свои муки? — засмеялась.

— Ошибаешься, дорогая моя — хохотнул он — Я ведь могу на это и наплевать…

Упс!

Тут же заткнулась со своими шуточками и потащила его танцевать.

* * *

Туалетная комната для дам, как оказалось, была совсем не туалетом. Вернее, туалет там тоже есть, но как и в каждой парикмахерской, косметическом салоне, кафетерии или кинотеатре, в самом уголке. В туалетную комнату придворные дамы заходили поправить макияж, прическу или отдохнуть от музыки и танцев вдали от кавалеров. Ну и, безусловно, посплетничать.

Я зашла в туалетную комнату только по нужде и растерялась, увидев там множество придворных дам, внешним видом которых занимались мастерицы своего дела.

Ко мне тут же подошла миловидная девушка в белом передничке и чепчике, поинтересовалась какую услугу я бы хотела получить, улыбнулась моим объяснениям и провела в конец огромного зала.

— Вот здесь, госпожа — показала рукой.

Помещение разделено на две части: умывальник и кабинки. Посетила кабинку, вышла в умывальник.

Инесса подперла дверь, скрестила руки под высокой грудью, поднимая ее еще выше, ждала, пока я выйду. Быстрым шагом направилась ко мне, замахнулась транформированной рукой с острыми когтями. Стилет оказался в руке быстрее, чем когти потянулись к лицу, прижался к поднятому запястью.

— Остановись, Инесса — тихо сказала ей — иначе лишишься руки — она замерла — это не игрушка с кухни, это боевой стилет. Хочешь поговорить, давай поговорим. Хочешь убить, у тебя шансов нет. Предупреждаю сразу. Я не ты, убиваю без раздумий.

Молчание, тяжелое дыхание, вонючая лужа между ногами Инессы.

— Поговорить…

Я брезгливо отошла от лужи.

— Говори…

— Ты его отбила у меня!

— У тебя было двести лет заслужить его любовь…

— Ты использовала Магию Любви!

— Кто тебе мешал?…

— Ты поработила его ум!

— Могла бы и ты научиться думать…

— Ты не смеешь быть пылью у его ног!

— Мы вместе пойдем по пыльной дороге…

— Ты стерва!

— Безусловно. Еще и какая!

— Я все ему расскажу!

— Я помогу тебе. Скажи только, когда захочешь ему открыть глаза на меня.

— Ты с ним только из-за трона!

Короткий удар кулаком. Кувырк. Переступая через тело, спрятала Стилет, вышла в т-у-а-л-е-т-н-у-ю комнату. Пересекла ее, вышла в коридор. Арис меня ждал там.

— Что случилось? — обеспокоенно спросил он, видимо что-то заметив в моей мимике.

— Туалет был занят, пришлось ждать очереди на выход.

— Дарина…

— Ну а что ты спрашиваешь глупости?

— За тобой туда зашла Инесса. Я переживал.

— За нее? — улыбнулась.

Усмехнулся, покачал головой, повел в бальный зал.

Танцевали, выходили на террасу отдышаться, опять танцевали, пока не подошел Анри.

— И как созерцание? — спросил Арис.

— Нормально — пожевал губу кузен, глядя на меня, перевел взгляд на Ариса — Там трое из тайной полиции тебя требуют, оказывается, двое суток. Говорят, что Хозяйка Мира Ашеров приказала к тебе явиться. Больше ничего не говорят… Не хотел беспокоить, но вот Дарина сегодня как раз напомнила про это…

Не повернулась, наблюдая за ним боковым зрением.

— Дарина, не хочешь составить нам компанию и выяснить, что же это за Хозяйка мира Ашеров отыскалась? — спросил Анри.

— Пойдем, Дарина, послушаем эту сказку — позвал Арис.

Я рассматривала звезды.

— Нет, мальчики, мне это не интересно. Идите сами. А я тут пока свежим воздухом подышу. Если вы не против, конечно.

— Анри, я не могу оставить свою невесту — сказал Арис.

— Арис, без тебя они говорить не могут. Они исходят выделениями, визжат, как от дикой боли, от самых простых вопросов, требуют тебя. Лари измучился уже весь…

— Анри…

Я вздохнула.

— Ладно, господа, пойдемте. — серьезно глянула на обоих.

Арис и Анри переглянулись. Втроем прошли через бальный зал, углубились в коридор.

* * *

Офицерская комната располагалась на первом этаже, рядом с главным входом во дворец.

Арис и Анри маршировали четким строевым шагом по коридору. В ногу. Блин. А я тут, на своих высоченных шпильках, цокотала рядом, стараясь не отстать. В итоге мне это надоело и я отпустила их руки, пошла спокойно.

Несколько шагов и оба остановились, обернулись ко мне.

— Дарина? — голос Ариса снова озаботился — Что случилось?

— Ничего — ответила с улыбочкой, процокивая мимо них.

— Скажи — настоял Арис.

Повернулась, приподняла длинный подол платья, покрутила туфлями в обе стороны.

— Правда, красивые туфли? — улыбнулась лучезарно обоим.

Переглянулись, кивнули.

Тут же выскользнула из шпилек, подхватила их и поставила около ног Ариса и Анри по одному. На недоуменные взгляды ответила:

— Советую, господа. Закажите себе такие для военного марша, выполненного в темпе. Только в комплекте в юбками. Их тут сорок две штуки. Я считала. А то не получится нужного эффекта. И промаршируйте по коридору, как только что.

Здоровый мужской хохот был таким, что из караулки и офицерской повыскакивали все. Во главе с Лари. Даже откормленный комендант выполз из своего кабинета с недовольной рожей, но тут же умильно захихикал, увидев начальство.

Арис подхватил меня на руки и понес дальше ухохатываясь, едва взгляд падал на юбки или ржущего Анри, несшего мои туфли на раскрытой ладони.

* * *

Арис занес меня на руках в офицерскую комнату и поставил на пол. Я тут же подошла к окну, желая послушать рассказ, пока офицеры меня не узнали. Анри поднес туфли и помог одеть. Арис только зыркнул, но промолчал.

— Лари, это они? — спросил Арис, когда все вернулись в офицерскую.

— Да — покивал Лари, поджав губы — Они.

— Я, принц Арис, говорите, что вам приказано сказать — сказал Арис, сложив руки на столе.

Трое переглянулись. Вперед выступил старший.

— Ваше Высочество! Мы, по Вашему приказу объезжали постоялые дворы, таверны и корчмы на доверенном нам участке города. Заехали на постоялый двор «Голубая лагуна», проверили конюшню, а там одно стойло вроде и пустое, а зайти никак нельзя. Вроде как конь невидимый стоит. Мы к хозяйке заведения, а она «ничего не знаю, ничего не видела, ничего не слышала» и все тут. Мы проверили этажи и комнаты, где девушка могла остановиться. Везде полно людей. А в одной комнате пусто, а хозяйка говорит, что там только утварь стоит. Ну, вышли мы с мужиками на улицу, давай кумекать что к чему. А тут и девушка выходит. Только за паренька одета. Лошадка-то ее, у забора, рядом с нашими появилась ни с того, ни с сего, да еще и оседланная. Между бабками крутится конюший. Мы к ней, внимательно присмотрелись. Подошли. — Госпожа, — спросил Дарни, чтобы внимание привлечь — охрана не нужна? А она — Нет, — говорит. Тогда я и сказал прямо в лоб — Госпожа, Вас приказано доставить во дворец. Придется проехать с нами. — Не думаю. — ответила она. А Дэврис тогда — Госпожа, это приказ короля и Вам придется подчиниться… Она усмехнулась и говорит — Мне очень жаль, господа, но я не его подданная и подчиняться не намерена — а потом сказала так — Я, полновластная Хозяйка этого Мира, силой и властью своего слуги, Первого Короля Мира Ашеров Лювириса, приказываю вам подчиниться и забыть об этой встрече на два дня. Позволяю отвечать на воросы только принца Ариса честно и правдиво, если он вам их задаст. Оставайтесь здесь, пока не придет ваша смена. Вы ничего не видели…. Нас так прижало к земле и придушило ее словами, что мы сразу подчинились и склонили головы. Она подошла к своей лошадке, погладила и спросила… Она лОшадь спросила, принц Арис! — Ну и как тебя зовут? Хочешь быть Куклой? Ну, дорогая, это ближе всего к твоему имени на человеческом языке. Поехали? — Вскочила в седло, выехала со двора, а там повернула на север…. Вот и все, принц. Мы не могли никому другому рассказать, кроме Вас, сами видите…

Арис прикрыл лицо ладонью, искоса глянул на меня. Я, не поворачиваясь, смотрела в окно, кусая губы, старалась сдержать смех. Заметила его взгляд и кивнула, подтверждая слова офицера. В отражении в стекле видны были вытянутые удивлением лица Анри и Лари.

— Благодарю, офицеры — сказал Арис — вы свободны. Можете идти. Вопросы у меня будут, но не к вам. Вы заслужили награду и утром ее получите. Идите и готовьтесь.

Офицеры вышли.

Я упорно не поворачивалась, смотрела в окно на проходящих по улице поздних прохожих, на фонтаны, переливающиеся цветомузыкой, на легкие коляски с аристократической молодежью и ждала. Ждала, пока Арис поскладывает мелочи, нюансы, факты в одно целое.

— Дарина, это правда? — тихо спросил Арис.

— Да — не стала отпираться.

Арис кивнул, встал, прошел по комнате.

— Это об этом ты взглядом предупредила бабулю после обручения? — спросил он.

— Да.

Он прошагал по комнате еще раз.

— Значит, я тогда не ослышался, когда мы были в мертвой долине?

— Нет.

Анри и Лари растерянно переводили взгляды с меня на Ариса и обратно, не понимая о чем речь.

— Почему ты мне не сказала?

— Ты не спрашивал.

Шаги. Отражение хмурого раздумья на лице в стекле.

— Почему решила открыть это теперь?

— У меня не было выбора.

— Объясни, пожалуйста.

— Я надеялась избежать встречи с тобой, но их было больше и они были физически сильнее. Они привели бы меня во дворец силой. Если бы я прибегла к магии, ты бы это почувствовал. Пришлось использовать Приказ, чтобы не привлекать внимания. Я думала, что успею покинуть город до того, как они попадут к тебе. Я не знала, что ты решишься использовать «поиск-по-наитию» в то же утро и что все получится так, как получилось. Я думала, что успею. Они пришли бы к тебе и эта информация осталась известной только тебе. Я не знала, что Анри и Лари это услышат.

— Арис, ты меня пардон, — сказал Лари — но она самозванка!

Удар… падение… Обернулась. Лари на полу. Нос наверняка сломан. Арис зверем смотрит на распростертого на полу друга.

Молча подошла к Лари, присела, вправила нос, остановила кровотечение, пустила поток Силы в тело, зарастила, пошлепала ладошкой по щекам. Лари открыл глаза, захлопал длинными ресницами.

— Болит где-нибудь? — спросила.

Ощупал себя, лицо, помотал головой.

— Нет…

— А язык?…

Пошевелил челюстью, прикусил язык, помотал головой.

— Нет…

— Тогда держи его за зубами и, если мозги есть, думай прежде чем им шлепать…

Поднялась с корточек, подошла к Арису, глянула в глаза.

— Ты не прав.

Он первым отвел взгляд.

Молча вышла из комнаты и пошла по коридору. Завернула за угол, нарисовала портал и перешла в гостиную принца.

* * *

Громкие мужские голоса пробились сквозь сон к сознанию. Резкие реплики, удар по столу кулаком, ответный рык, что-то звякнуло об пол, неразборчивое злое бурчание, снова громкий рык Ариса. Спросонья никак не могла понять о чем спорят. Сползла с кровати, открыла дверь, протирая глаза, недоуменно уставилась на замерших в нелепых позах мужчин.

— Что-то случилось? Что вы так кричите все? — спросила заспанным голосом — Сколько времени?

Немая сцена.

— Дарина?… Ты здесь?… — растерянно спросил Арис.

— А где я должна быть? На страже стоять? — удивилась его вопросу — Ночь же на улице.

— А мы тебя там ищем… — промямлил Анри.

— А… ну, вы ищите, только не кричите так громко, пожалуйста. А то вы и мертвого разбудите… — кивнула, закрыла за собой дверь в спальню, забралась под одеяло.

Сквозь сон почувствовала запах ландышей, потянула носом, улыбнулась.

— Как ты приятно пахнешь, Арис! — прошептала тихо — А кого вы там искали? Я что-то так и не поняла.

— Тебя… — шепнул в ответ.

— Зачем? Я же здесь…

— Я испугался… Думал, что ты…

Повернулась к нему, не открывая глаз, обняла:

— Арис… Ну что ты, как маленький, а? Сказала же, что буду рядом, пока ты сам не решишь иначе или не доведешь меня до белого каления. Не понятно что ли? — пробурчала тихо — Утром ехать черт знает куда, по кустам спать, а ты черти о чем думаешь…

Обнял, положил к себе на плечо, тихо засмеялся:

— Я никак не могу поверить, что ты не исчезнешь…

— Угу, не дождешься — буркнула засыпая —. Еще жалеть будешь…

— Нет.

— Посмотрим… Спи…

* * *

Проснулась на рассвете, с первыми лучами солнца, сладко потянулась, зевнула, открыла глаза и встретилась со взглядом сине-зеленых глаз. Села на постели. Арис лежал на боку, подперев голову рукой, пристально смотрел на меня.

— Ты что, не спал?

— Нет.

— Почему?

— Не мог поверить, что ты рядом…

— Почему? — удивилась — Потрогал бы, убедился, что не привидение, и спал бы спокойно.

— Трогал и все равно не верил…

— Ну, разбудил бы, я бы точно с просонья что-нибудь сказанула в своем репертуаре, тогда точно поверил бы.

Хмыкнул.

— Ты правда не исчезнешь снова?

— А хочешь, чтобы исчезла?

— Нет.

— Ну, как скажешь, так и будет. Знаешь, как говорят в моем Мире про это? — покачал головой — «Бачилы очи що выбыралы, йижты, хочь повылазьтэ». Так что, дорогой принц, придется тебе привыкать, что я теперь все время буду мелькать перед глазами туда-сюда, туда-сюда — показала жестом.

Как оказалась в его объятиях не поняла, но поцелуй был качественный…

* * *

Выехали через час. Арис предложил использовть постоянный портал к замку королевы Лилии. Это сократило нам дорогу на несколько дней. Анри настоял на своей поездке с нами, Лари сокрушался, что не может поехать из-за вверенных ему государственных дел, требующих его постоянного присутствия.

Портал вывел к часовенке. Она стояла на пригорке, окруженная сплошным лесом. От входа были видны белые стены замка на соседней горе. Мощеная, похоже несколько веков назад, каменная дорога вела к замку.

Арис и Анри переглянулись, не скрывая удивления. Я вопросительно глянула на них.

— Этой часовни здесь не должно быть — объяснил Арис, не трогаясь с места — Я ее не помню. А ты?

— Я был здесь года три назад — сказал Анри — Ничего подобного не было…

— Ее нет в Эфире — сказала озадаченно, прекрасно зная, что каждый материальный предмет отражен на первых уровнях Эфира — Может морок?

— Не похоже — прищурился Арис — Не двигайся, Дарина! — крикнул мне вслед, но я уже поехала к часовне проверять свою догадку.

Им пришлось направить коней следом.

Тяжелая дубовая дверь распахнута настежь, внутри, на просвете окна, виднеется небольшой алтарь. Спрыгнула с лошадки, шагнула к часовне.

— Дарина! Стой! — рыкнул Арис, тут же подхватил к себе в седло.

«Кровавые мальчики» запрыгали перед глазами от бешенства. Сжала зубы, с натугой глубоко вдохнула, медленно выдохнула. Сдерживая голос сказала заботлитвому жениху:

— Если ты… еще раз… так сделаешь, Арис…. я за себя не отвечаю. Я тебе не придворная мамзель, которой нужно на поворотах хвост заносить. Я боевой маг с высшим образованием и серьезными возможностями. В боевой ситуации этим ты убил бы и меня, и себя. А теперь отпусти и никогда больше этого не делай.

Мы сцепились взглядами не на шутку. Арис скрипнул зубами и отпустил. Соскользнула с седла, пошла к часовне, все еще раздраженная. Остановилась в нескольких шагах от входа, только теперь заметив с детства знакомую хитрость. Покачала головой, хмыкнула. Вскинула руки в призывающем жесте, пропела короткое заклинание, нарисовала Знак Старца, коснулась мигнувшей прозрачной стены кончиками пальцев. Часовня исчезла, в ладонях появился пергамент, скрученный трубочкой с личной печатью деда. Вскрыла печать, прочла:

«Дорогая моя внученька!

Поздравляю с помолвкой и от всей души желаю счастья! Ты у меня умница и справишься с Ним, а Он, надеюсь, сможет немного укротить твой нрав. Не оставляй Ариса до свадьбы ни на минуту одного, сама теперь знаешь чем это чревато. В замок Лилии ни в коем случае не заходите. Береги Его, внученька и не позволь проявиться темной стороне Силы в Нем. Ты теперь знаешь кто Он и только от тебя зависит каким Он будет.

Целую крепко и горячо обнимаю.

Твой любящий дед.»

Едва я прочла, как текст изменился. Пришлось прочесть еще раз:

«Дорогая внученька и принц Арис!

Поздравляю вас с Обручением и желаю счастья. Берегите друг друга. Вы замечательная пара и принесете Мирам много счастья своим союзом.

Дариночка, внученька, в замок Лилии ни в коем случае не заходите. Для гостевых визитов у вас еще будет много времени, а пока послушайте совета и сделайте, как прошу.

Целую крепко и горячо обнимаю.

Ваш любящий дед.

Принцу жму руку и приветствую в семье.

Не забудьте пригласить на свадьбу. Буду обязательно!»

Скрутила пергамент, вернулась к молчаливым господам, запрыгнула в седло. Подала пергамент Арису:

— Прочти, пожалуйста, Арис. Это послание касается и тебя. Для Анри тоже нет секрета.

Он молча взял пергамент, развернул, прочел. Передал Анри.

— Дарина, кто твой дед? — спросил Арис, не сводя взгляда с того места, где только что была часовенка, а теперь возвышалась раскидистая ель.

Анри заинтересованно выглядывал из-за головы Ариса, только что пробежав глазами написанное на пергаменте.

— Старейшина Совета Высших Мудрецов Мироздания.

Анри присвистнул. Арис закусил губу.

— Об этом ты тоже никогда не говорила, — тихо сказал и, так и не глянув на меня, послал коня вперед, Анри поехал рядом с ним.

— Ты не спрашивал — буркнула себе под нос и поехала следом за ними.

Господа Ашеры ехали молча впереди, выпрямив спины, высоко подняв головы, на меня внимания не обращали.

Ну и не надо. Подумаешь, важность. Так даже спокойнее — думала, разглядывая местную флору — Интересно, о чем же дед предупредил? Ну, про темную сторону Силы, это понятно, но вряд ли я смогу его удержать при опасности от такой эмоции, как ярость. А это совсем нежелательно. А тут еще и «поругались». Обиженный теперь весь… Ну, а что? Жила же до него и опасностей было хоть отбавляй, и ничего, выкручивалась. А то взял моду, то в седло дергать, то на руки хватать, то вон бедного Изика развалил пополам за длинный язык. Ну, Изика ладно, заслужил, на его руках много невинной крови было. И Лари в пятак получил за длинный язык. Ну, а меня чего дергать? Будто я Инесса какая-нибудь… Пусть теперь обижается сколько хочет. Буду молчать, пока сам не заговорит…

Ехали до вечера молча. На ночлег остановились у речки, на небольшой поляне, под раскидистым дубом.

Расседлала Куклу, отвела на водопой, искупалась сама, долго сидела на берегу, не возвращалась. Чувствовала, что разговаривают, не хотела мешать.

В небе зажглись звезды. Пришлось возвращаться.

Костерок догорал, сбоку торчал прут с нанизанным на него прожаренным мясом. Арис и Анри лежали, завернутые в одеяла, головами на седлах и дружно прикидывались спящими.

Аха, лечат — подумала — Ладно. Посмотрим кто кого вылечит. Тоже мне, лекари, блин…

Вычистила кобылу, подседлала, не затягивая подпруги, подвесила к морде торбу с овсом, накинула купол защиты на всю стоянку, укрепила, чтобы лошади не разбрелись. Ищи их потом поутру. Отошла в сторонку, завернулась в свое одеяло, вместо подушки подложила под голову собственную руку, закрыла глаза. Долго не могла заснуть, но лежала не шевелясь, чтобы не давать повода Арису подходить ко мне. Незаметно для себя заснула, но проснулась сразу же, от первого тихого звука.

— Спишь? — спросил Анри.

— Нет.

— Ну и пошел бы к ней.

— Нет.

— Ну и дурак — вздохнул Анри — Я бы пошел…

Молчание.

Легкие шаги. Остановился, постоял немного. Отошел. Снова лег.

— Зря я ее заставил обручиться со мной….

— Ты не заставлял. Она сама так решила, я слышал.

Молчание.

— Со мной что-то случилось, Анри. Я не помню что. Помню только, что меня охватила ярость и Дарина боролась со мной из последних сил. А потом… потом она меня поцеловала… Сама… Анри, это не реально. Это не моя Дарина. Моя этого не сделала бы ни за что.

— Ты подозреваешь, что это не настоящая Дарина? — резко сел Анри, прикрыв рот рукой и покосившись на меня.

— Не знаю…

— Думаешь ловко сотворенный дубль? — тихо спросил Анри.

— Моя Дарина ни за что не легла бы в мою постель, да еще и в моей пижаме. Она ни за что не прыгала бы ко мне с распростертыми объятиями, Анри… Мне приходилось иной раз так изворачиваться, даже когда она была под действием Чар Любви, чтобы ее поцеловать, ты себе не представляешь… А тут вот она, на бери меня, я вся твоя…

Я задохнулась от возмущения. Вот гад! Не угодишь!.. Дубль, говоришь?! Я тебе дам дубля, блин!

— Арис. но она от тебя не отходила ни на минуту, пока ты спал. Она столько слов любви тебе наговорила, что даже у меня столько красноречия не хватило бы…

— Вот именно… И это меня не просто настораживает. Это меня пугает. Чует мое сердце, что моя Дарина, наверное, попала в беду после того, как меня остановила. Ее надо найти и выручить…

— А с этой что делать? — озабоченно спросил Анри.

— Не знаю. Может дубль подпитывается моими чувствами к моей Дарине… Я весь день за ней наблюдал. Мимика не та, жесты, взгляд… Не знаю Анри…

— А Кольцо Невесты? Оно бы не соврало…

— Откуда ты знаешь, как эти Украшения действуют на дублей? Такие эксперименты никогда ведь не проводились — громче, чем можно было сказал Арис и тут же оглянулся на меня.

— Давай проверим? — предложил Анри.

— Как еще проверять? Я уже по всякому пробовал. Ноль реакции. Как с этой часовней… Теперь понимаешь меня?

— Дааа… попал ты, брат…

— Угу…

— А Стилет Дарины у нее? — встрепетнулся Анри — Это же классная проверка.

— Не знаю. Не видел.

— Давай спровоцируем? Или в открытую заставим показать…

— Нет. Копию Стилета тоже можно сделать, если такой дубль кто-то смог сделать… Понимаешь, Анри, моя Дарина, она строптивая, необузданная, эмоциональная, фурия одним словом. А эта кроткая, как овца, на все согласна, ни с чем не спорит… В общем, не знаю… Думать надо…

— Давай думать. Завтра еще пронаблюдаем уже вместе, тогда и решим что с ней делать.

— Ну, да, а в это время моя Дарина нуждается в моей помощи. Ты соображаешь что говоришь? Я должен ее найти.

— Ну, давай подремлем до утра, а утром, под солнышком, все узнаем у этой, тогда и решим что делать… В любом случае время терять не будем…

Быть рядом с ним до свадьбы?!!! Беречь его?!!! От чего?!!! Да никакой свадьбы не будет!!! И рядом не буду! Овца, блин?! Опять?!! Я тебе дам овцу!!!

Одним движением встала, крутнула одеяло, сворачивая в рулон, глянула на обернувшиеся лица. Подтянула подпруги, перекинула сумку с бурдюком через седло. Пошла к уже стоявшим на ногах Ашерам. Уставилась в глаза Арису, стянула Кольцо Невесты, сунула ему в нагрудный карман. Развернулась уходить, он схватил меня за руку. Глянула на его руку, потом ему в глаза:

— Овца, говоришь… — глухо прорычала — «бери меня я вся твоя» говоришь… Ты свободен, Ашерский Принц. Обручение отменяется. Не было его. Понял?! — вывернула руку и отпрыгнула назад, яростно полыхнули огнем Стилет в моей руке и Жезл Власти в руке Ариса — Спровоцировать решили… Получилось у вас. По-хорошему не понимаешь, Арис, да? Если по-хорошему, так сразу я дубль, да?… Не грози мне, Арис, Жезлом. Им ты можешь только убить меня, но не подчинить. Вы оба мне противны после всего, что я услышала только что. Я ни минуты больше не останусь с вами рядом. Возвращайтесь назад, господа, и не мешайте мне заниматься своей работой. Ни тебя, ни тебя ни видеть, ни слышать больше не могу. Два идиота, блин!

Вскочила в седло и пришпорила лошадь. Она взяла с места в карьер.

Защитный купол проскочила на полном скаку, подняв руку с заклинанием. Два огромных кота, с яростью кинувшихся за мной вдогонку, ударились о силовой барьер, который я специально укрепила, чтобы кони не разбежались, когда будем спать, а дикие животные не могли близко подобраться. Людьми оба могли пройти его без препятствий, но котами нет. Сосредоточилась и добавила заклинание усиления для людского облика тоже. Пусть посидят до восхода. Солнце снимет заклинания, но меня они уже не догонят.

К черту женихов! К черту их друзей! К черту всех мужиков! К черту этот Мир и всех его обитателей! Добраться бы до Ключа побыстрее, восстановить его и уматывать. Пока вообще цела! Блин! Нашел овцу! Котяра паршивый!

Я неслась, как ветер, до самых гор. Куколка взобралась на вершину, остановилась, тяжело поводя боками. Она была вся в мыле. Вот, блин! Даже двужилку чуть не загнала.

Огляделась. Два всадника неслись во весь опор к подножию горы, погоняли коней плетками. Еще несколько минут и будут здесь. Торопливо сняла сумку и бурдюк, перекинула на плечо. Оглянулась. Несутся по дороге вверх. Глянула на горы, наметила точку переноса, сосредоточилась, нарисовала разовый портал. Оглянулась. Арис потянул повод, останавливая коня, Анри следом. Не думая, шагнула в потрал, вышла на плоском камне, далеко от преследователей. Не теряя время даром, нашла следующую точку, сосредоточилась, нарисовала портал, шагнула. Как сквозь липкую паутину продралась через силовой барьер испорченного Ключа, отчаянно цепляясь за визуализацию точки переноса. Выпала на плоский камень, посунулась и соскользнула вниз, зависнув на ремне бурдюка над пропастью. Хорошо, что сумка зацепилась за противоположный край камня. Осторожно подтянулась, особо не высовываясь, глянула назад.

Арис стоял с Жезлом в руке там, где я была только что, искал глазами место, где появлюсь, чтобы перенестись следом. Догонит, убъет как дубля, это точно. Вон как губы в ниточку сжал! И Жезл светится в руке!

Так. Надо подумать… С жезлом он барьер пройдет, даже без сомнения. Пытается поймать «дубль», чтобы выяснить след к «моей Дарине» и почти достиг успеха, но живой в руки не дамся. Так тоже долго не провишу. Какой выход?

Тааак… Надо вспомнить хоть какой-то ориетир, чтобы туда перенестись и не свалиться в пропасть…

Напрягла память…

На следующем склоне горы видела группу деревьев. Надо попасть туда и там скрыться. Как это сделать? Вылазить на камень нельзя, увидит. Рисовать портал под ногами? Но как далеко он обозначится? Это же высота! Такого никогда раньше не делала. Ну, нарисую, а вдруг он на самом дне будет? Туда же еще ногами попасть надо… Блин! И сумку с бурдюком жалко до соплей!

Глянула на камень, когда ремень дернулся под моим весом.

Звиздец! Застежка не выдерживает! Ну, жопу разъела! Выживу — похудею!

Черт с ним! Рискну. Может повезет…

Отпустила одну руку, сосредоточилась, нарисовала под ногами портал. Засиял голубизной, закружился круговоротом…Ладони взмокли, поползла по ремню. Дернуло еще раз, сорвалась вместе с бурдюком. Извернулась, видя, что не попадаю в портал, с силой отшвырнула бурдюк в сторону, этим подправила угол падения. Попала!

Сильно ударилась ногами о камни на выходе, немного не попав к намеченным, как точка выхода, деревьям, понесло по осыпи. Успела вбить кинжал и стилет в твердую землю, зависла на краю….

Черт! Да что за невезуха такая, а?!!!

Скосила глаза вниз. Заррраза! Далеко лететь! Одно утешает, что собирать в кучу будет нечего. Сосредоточиться не успеваю, портал не нарисую, квакнуть тоже не успею… Попробовать вылезти? Черт! Руки даже на ножах скользят. А уж казалось бы, обмотка из морской травы скользить вообще не может… Ошибалась…

Все равно же не сдамся!

Отдышалась. О плечо теранула пот с лица. Подтянулась, оперлась на локти, огляделась куда воткнуть лезвие. Нашла. Бросок тела вверх. Вбила острие между камнями. Огляделась. Нашла вторую щель. Вырвала Стилет, бросок тела, вбила в щель, хоть и с искрами. Повисла, как паук на паутине, распятая на осыпи. Отдышалась. Повторила снова. Отдышалась. Стилет вошел в мягкое, как в рыхлую землю… Плохо. Надо повторить. Напряглась, вырвала, ударила выше. Попала… Хорошо, что кожа штанов и безрукавки светло-коричневая, может котяра и не заметит на фоне выжженной солнцем травы и мелкими коричневыми камнями вперемежку с глиной и щебенкой… Подтянулась. Удар кинжалом, лезвие чвиркнуло по граниту, сломалось пополам, отбивая крошку прямо в лицо. Острие вжикнуло над головой, улетело. Повисла на одной руке, разглядывая обломок. Блин! Угораздило же!

Камешки зашуршули сверху. Один стукнул по макушке. Подняла голову.

Арис тянул ко мне руку.

Первое желание было ухватиться и выбраться из западни. Остановила обида.

— Дай руку, Дарина — сказал напряженно.

Отвела глаза.

— Уйди, Арис! — рыкнула сквозь зубы — Уйди или отпущу стилет! Живой я тебе не дамся!

Вбила огрызок кинжала рядом с собой, рука со стилетом начала неметь от напряжения.

— Дарина! Умоляю! Дай руку! Потом делай что хочешь! Дай!

— Убирайся, сказала! — рявкнула — Сама выберусь! Дублей не спасают! Убирайся, Ашер!

Сине-зеленые глаза полыхнули бешенством:

— Не дури, Дарина! Дай руку! Даю слово, не прикоснусь, как вытащу! Уйдешь куда захочешь! Захочешь, я уйду! Только дай руку! — рыкнул в ответ.

Умирать никому не хочется. Оперлась на рукоять кинжала, оттолкнулась, подтягиваясь на одной руке. Рукоять с остатками лезвия вывернулась, вбилась в ногу. Охнула от боли. Но сильная рука уже схватила, рванула вверх, увлекая за собой вместе со стилетом, побежал вверх по склону, утягивая меня по острым камням — спасибо коже, не содрала мясо до костей!

Несколько секунд и я сижу под деревом, и, закусив губу от боли, разрезаю штанину. Дырка от вбившегося с мышцу кинжала приличная, кровь течет ровным потоком. Первое что сделала, как встала на ноги, вырвала лезвие из ноги, отшвырнула в сторону.

Арис отчикрыжил от пояса веревку, внимательно смотрит на меня. Шкурой чую. Анри сворачивает ее в моток. Оба держатся на расстоянии. Слово дано. Не приближаются.

Отвернулась от обоих. Руки тряслись от пережитых эмоций и перенапряжения, нога болела зверски. Присела на корявый корень дерева, оперлась локтями на колени, превозмогая боль, посмотрела, как кровь капает на сухую землю, стекает по ноге, с трудом сосредоточитась, тихо трижды пропела, призывая Сферу: «руда — руда — замкнись — не шевелись — не я тебя закрываю — мать сыра земля скрывает — сила земли — силы руды — вернись в тело — примись за дело». Открыла глаза, глянула на рану. Кровотечение почти остановилось. Усилием воли обезболила, направив туда весь адреналин, который выбросил организм в кровь. Полегчало.

Оторвала рукав от рубашки, перевязала дырку. Глянула на штаны. Блин, шорты будут! Отрезала вторую штанину вровень с первой. Усмехнулась. Дааа уж, видок еще тот… В таком виде только в бабский монастырь, где бабуля принца командует… То-то радости будет, как увидит! Да еще и одна нога по самое не хочу окровавлена… Ну и где эта девка была, спросить бы ее… Блин!

Встала, глянула вниз по склону. Передернулась. Стала на ногу. Терпимо. Идти смогу. Только отдыхать чаще придется. Подхватила куски штанин, заткнула за пояс. Пригодятся. Как родничок найду, склею магией, бурдюком будут, кожа все-таки.

Так, теперь оружие. Есть Стилет, есть Копье Деваны, есть Кейтар-Алибо — легендарный лук со стрелами. Ничего, не пропаду.

Вытряхнула из Драконьего кольца крохотное копье, с мыслью о костыле, встряхнула, оперлась на него, встала. Теперь можно уходить. Благо Арис дал слово.

Повернулась лицом к Ашерам, молча затерла залившую сухую землю кровь сапогом. Переступила через корень дерева, пошкондыбала мимо них. Оба стояли молча. Оба смотрели на меня серьезно, пристально.

— Дарина, — выставил руку Арис, не касаясь меня.

Остановилась, не поднимая глаз, сжав губы, сцепив зубы, чтобы не взорваться.

— Дарина, прости меня… Я просто дурак… — тихо сказал Арис, сверкая Перстнем Жениха на солнце, пробившемся тонким лучиком сквозь густую листву.

Промолчала.

— Дарина, я тоже виноват, прости — Анри стал на одно колено, опустил голову.

Помолчала, обдумывая ответ, сказала холодно, бесцветно, глядя вперед:

— У меня нет к вам претензий, господа. У меня есть Ваше Слово. Я ухожу. Всего вам доброго.

И похромала дальше, опираясь на копье и больше не обращая на них никакого внимания.

* * *

К обеду спустилась в ущелье. Ашеры шли сзади, но не приближались.

Искупалась в ручье, смыла пот, кровь и грязь, снова оделась, не обращая на них внимания. Простирала штанину, склеила магией, набрала воды выше по течению. От разрезанной половинки штанины отрезала тонкую полоску кожи, завязала импровизированный бурдючок, привязала к поясу на боку, медленно пошла в гору. До вечера взобралась почти на самую вершину. Огляделась.

Вдалеке внизу горели факела монастыря. Так. Мне туда. Сколько переходов? Три? Пять? В принципе, не важно. Дошкандыбаю помаленьку. Главное теперь не сильно злоупотреблять магией. Неизвестно в каком состоянии Ключ Источника. А то такого намагичить можно, что мало никому не покажется…

Надо что-нибудь съесть. Так. Еще раз огляделась. Птиц было немного, но были.

Тряхнула перстнем Драконов, позвала Кейтар-Алибо. Лук и колчан со стрелами в миниатюре выпали на ладонь. Встряхнула рукой, приказывая подчиниться. Получилось.

— Кейтар-Алибо, — обратилась к нему — послужишь мне верно до конца моей миссии в Мирах, верну тебя Деване, подведешь, убью и тебя, и Девану. Слово Богини!

Присмотрелась к птичкам. Одну сбила над Ашерами, вторую дождалась и сбила над собой. Упала в нескольких метрах ниже. Сходила, подобрала.

По дороге назад нарезала сухих веток можжевельника стилетом, выпотрошила птицу, сдернула шкуру вместе с перьями, прожарила над костерком, поглядывая то на монастырь, то на Ашеров, распаливших костерок у себя. Медленно прожевала каждый кусок, набираясь живительной силы. Отошла за камни, сняла повязку, промыла мочой рану, чтобы не нагноилась, покривлялась от пекущей боли, боясь пикнуть, чтобы не услышали, завязала. Вернулась назад. Засыпала щебенкой костерок, накинула непроницаемый купол защиты, свернулась калачиком, оберегая рану, мгновенно заснула, едва коснувшись головой руки.

Утром увидела примятую сухую траву за пределами купола. Поняла, что Арис приходил и долго стоял на одном месте. Раньше надо было думать. Теперь поздно. Ищи свою Дарину в другом месте, а дублю не мешай.

За теми же камнями промыла рану сначала мочой, потом водой. Затянула повязкой. Закинула лук со стрелами за спину, опираясь на копье, пошла дальше. Сегодня идти было легче. Все-таки птичка и моча помогли. Воспаления не было, боль была вполне терпимой, рана, не смотря на нагрузку или благодаря ей, заживала. Время от времени останавливалась, отдыхала, пила по глотку воду. К вечеру подстрелила молодую козочку, отрезала стилетом ногу, закинула на плечо, остальное оставила Ашерам.

Вечер прошел также, только теперь долго смотрела на звезды, пока не уснула. Утром обнаружила следы Ариса и Кольцо на камне.

Игнорировала. Ушла дальше, не глянув в их сторону.

Спустилась в ущелье, разделась нагишом, искупалась в горном потоке, выстирала вещи, оделась в мокрое — хоть жарко не будет — по камням, оберегая ногу, перепрыгнула на ту сторону, пошла в гору. Принц с магом купались ниже по течению, но, как только увидели меня поднимающейся в гору, тут же последовали сзади.

Сегодня не повезло, спать легла голодной. Утром увидела на плоском камне выложенное слово «прости!» и под ним Кольцо. Сбоку можжевеловый прутик с прожаренным куском змеиного мяса. Посмотрела на мясо, сглотнула слюну, но не притронулась. Выпила воды, пошла дальше.

Я вас, блин, вылечу! Лекари, блин! — думала со злой обидой — Я вам дам «овцу»! Два придурка! Дубли еще и не на то способны! Я тебе покажу «бери меня я вся твоя»! Паршивец!

Сегодня нога почти не болела. Отзывалась только когда останавливалась отдыхать, да и то, поднывала первые несколько минут натруженной болью.

К вечеру вышла к уступу, откуда был виден монастырь в одном дневном переходе. Села на теплый камень, потянула уставшие мышцы спины.

Сзади раздались шаги. Пахнуло ландышами. Не повернулась. Он долго стоял молча. Потом тихо сказал:

— Дарина… со мной что-то происходит… я не знаю что… я сам не свой… временами не соображаю что говорю, что делаю… как тогда, когда ты слышала разговор… Прости меня… я не знаю что творю… не бросай меня… я тебя очень прошу… не сейчас…

Я понимала его. Сама через это прошла не так давно. Мне было хуже. У меня не было никого. Как бы я на него ни сердилась, я все равно люблю только его. Дед прав. Я не могу его оставить…

— Дарина… — тихо позвал он.

— Да, Арис.

— Я люблю тебя…

«…не позволь проявиться темной стороне Силы в Нем. Ты теперь знаешь Кто Он и только от тебя зависит каким он будет.» — вспомнила строки из письма. Вздохнула глубоко.

— Я тоже люблю тебя, Арис.

— Ты простишь меня когда-нибудь?

— Я простила тебя, Ашерский принц, я простила тебя… — тихо шепнула, потому что выбора у меня не было.

Его объятие из порывистого превратилось в нежное, бережное. Я чувстовала его счастье от простого прикоснокения к плечу. Я чувствовала его изболевшуюся за эти дни душу, пережитый страх за меня, раскаяние и тихую радость глубокой настоящей любви. Я приняла это, потому что выбора у меня опять не было.

Он вернул на мой палец Кольцо Невесты, его Перстень отозвался приветственной вспышкой и я не сопротивлялась. Я действительно простила его в мыслях и в душе.

Эту ночь я спала между двумя огромными котами, которые грели меня своим пушистым мехом.

* * *

Утром разбудил запах жаренного мяса и солнечные лучи. Анри переворачивал мясо над костром, изображая очень занятого Ашера. Арис сидел на камне и не отрываясь смотрел на меня. Сильные руки спокойно лежали на коленях, выражение лица серьезное. Полюбовалась им из-под прикрытых ресниц, одним движением встала.

— Доброе утро, господа — тихо поздоровалась.

— Доброе утро, госпожа — улыбнулся Анри.

— Доброе утро, любовь моя — серьезно сказал Арис.

Я внимательно глянула на него и поняла что с ним происходит. Подошла ближе, протянула руку.

— Арис, дай мне Жезл — сказала серьезно.

— Он убъет тебя.

— Нет. Дай! — потребовала еще серьезнее.

— Дарина… я…

— Дай, говорю, немедленно! — рявкнула на него нетерпеливо.

В глазах появилась мысль, заметалась, глянул удивленно.

— Ты кричишь на меня?

— Сейчас еще и бить начну! А Анри тебя придержит! Давай Жезл быстро!

Взмахнул рукой, протянул Жезл. Вырвала из его пальцев рукоять.

— Арис, обними меня крепко — потребовала.

Вяло поднялся, протянул руки, прижал к себе.

— Анри! Бросай эту кухню к чертовой матери! Иди сюда!

Ашер тут же оказался рядом.

— Обними меня с другой стороны, только возьми Ариса крепко за руки!

Выполнил.

Обратилась к Силе Жезла. Тот сопротивлялся, но я прибегла к Силе Алтаря и ему пришлось подчиниться. Сосредоточилась на монастыре и мы оказались у входа.

Арис сползал по мне, хоть я и поддерживала.

— Анри, давай быстрее! Колоти в двери! Нам нужно срочно к Ключу! Быстрее! — поторопила его.

Анри забил кулаками в ворота, Маленькая дверца чуть приоткрылась и монашку снесло толчком Ашера. Мы подхватили Ариса и поволокли по наклонному коридору. Монашка от ворот что-то крикнула, навстречу нам рванулись крепкие дамы.

— Стояааать! — рявкнула я — Всееем стояяать! Шелохнетесь, я ваш этот кошатник разнесу к чертовой матери!

Замерли, увидев сияющий огнем Жезл Власти.

Мы с Анри поволокли Ариса вниз, к колодцу Ключа. Навстречу уже спешила разъяренная настоятельница. Я глянула ей в глаза и кивнула на Ариса. Она молча поклонилась и глянула ему в лицо. Узнала. Побледнела.

— Быстрее! — рыкнула на нее — Быстрее к Ключу!

Крепкие монашки подхватили его тело и бегом поволокли вниз. Мы с Анри побежали следом. Я по дороге раздевалась. Кидая вещи где попало.

Столб энергии Ключа был слабым, серовато-тусклым. Я срывала с Ариса одежды, боясь опоздать, боясь не успеть его спасти. Анри и монашки помогали.

— Обними меня, Арис! Обними меня!

Его руки едва двигались. Обхватила его руками свое тело.

— Помогите мне! Нужно стать на край колодца!

Нас подхватили, поставили.

Прижала его к себе и запела. Сначала тихо, потом все громче и громче. Сила подхватила. Закружила, подняла под потолок. Отозвались Сферы, Источник, один, второй, чистый Ключ Мира Змеелюдей.

Трижды повторила Песнь Мелодии Сфер, пока Столб Силы не рванул вверх, пронзая наши тела, кружащиеся в нем, не засиял радугой, не вспыхнул красками Счастья, Любви, Радости. В мой голос тихо вплелся голос Ариса, рука прижала к себе с прежней силой. Мы вместе допели Песнь и нас вынесло на каменный пол, мягко опустило. Наши руки все еще сжимали Жезл Власти, но теперь ни Арису, ни мне он не был опасен.

Прежний, и в то же время совсем другой, Арис обнимал меня за талию, прижимал к себе и победно улыбался. Теперь он тоже знал КТО ОН. Наши Украшения Жениха и Невесты, о которых я впопыхах совсем забыла, ярко сияли в свете радужного потока Силы Ключа.

Настоятельница, монашки и Анри не сводили с нас восторженных глаз.

Я выпустила Жезл Власти, оставив его в руке Хозяина, выскользнула из объятий, деловито отошла к монашкам:

— Где моя одежда? — громко спросила, выводя их из ступора резким голосом — Арис, не светись голяком, как майский ландыш. Одевайся! — буркнула — Ишь, понравилось перед толпой голодных баб выцветать…

Арис смутился, прикрылся, поискал глазами одежду. Выручил Анри, подскочив с его вещами.

Мои вещи тоже собрали, вернули. Оделась. Раны на ноге, как и не было.

* * *

С этого дня не видела ни Ариса, ни Анри. На мои вопросы о них Мать-Настоятельница молчала, а монашки сразу выходили из каменной кельи. Я помогла им восстановить постоянный портал в королевский дворец. Высшие Жрицы тут же увели меня, якобы на прощальный ужин, но, как только я вошла в каменный зал с накрытыми явствами столами, кусок скалы обернулся на хорошо смазанных шарнирах и я осталась внутри.

На камни зала были искуссно наложены ограничивающие заклинания, мешающие даже мне пользоваться Силой.

Я стояла в том же месте, где остановилась, прислушивалась к окружению. Чувствовала густую сеть магических хитросплетений, начавших впитываться в стопы даже сквозь подошву обуви. Простояла так несколько часов, удерживая заклинания, изучая рисунки и узлы, уровни и взаимосвязи тех, кто придумал такую идеальную ловушку, хоть для Богини, хоть для магини, хоть для простой смертной девушки. Ну, простая смертная уже давно бы умерла, магиня выбилась бы из сил еще час-два назад. А я еще держалась.

Когда поняла в чем тут суть, решила проверить где Арис и Анри, и что с ними происходит. Здесь оставаться я не собиралась, но хотела знать, не нужна ли им моя помощь и что вообще с ними происходит.

Гибким тонким лучиком поиска скользнула между нитей магии, разделила его на еще более тонкие щупы, метнула по всем помещениям монастыря. Обшарила все везде, проникая в трещины камня, дорожки капелек воды, воздушные потоки, в скрытые и доступные помещения и через несколько часов знала каждый закоулок монастыря, как свои пять пальцев. Но Ариса и Анри нигде не было. Устала безумно, но отдыхать было некогда.

То, что увидела, шарахнуло по нервам даже меня видавшую виды и во время обучения, и во время самостоятельных путешествий. Кровь холодела в жилах от того, что вытворяли монашки в своих кельях друг с другом и паломниками монастыря. Я поняла что сделал испорченный Ключ с ними и они с ним…

Судорожно выдохнула впечатления, сосредоточилась на Арисе и Анри, послала лучик в свободный поиск.

На улице стояла звездная ночь. Луч метнулся по следу, добрался до лесной полянки. У костра сидел хмурый Анри, кидал в огонь кусочки листиков травы, кусал от злости губы. Прежде я его таким не видела. Подседланные лошади жевали овес, привязанные к дереву. Арис лежал на одеяле, нежно обняв… МЕНЯ!

Вот это дааа!!!!

Удар по сознанию ослепил дикой болью в голове. Кто-то перебил луч. Или сама зацепилась в порыве чувств за заклятую нить. Схватилась за голову, усмиряя боль и искры из глаз. Раздался шорох шарниров, камень открыл вход.

Открыла глаза, все еще прищуриваясь от боли. Оглядела трех Высших жриц, вошедших друг за другом. Все три смотрели на меня с ненавистью и презрением. Да, рассудок им изменил. Это сразу бросалось в глаза. Как я могла этого не увидеть раньше?!

— Еще никому не удавалось узнать наши тайны, магиня, и уйти отсюда живой — выплюнула пренебрежительно самая низкая из них — Утром тебя принесут в жертву Богу Огня и ты перестанешь нас беспокоить.

— Позовите настоятельницу — сказала спокойно, все еще борясь с остатками головной боли.

— Настоятельница поехала с принцем в твоем обличьи, лишит его чистоты тела сегодня или завтра ночью, заберет Жезл Власти и убъет обоих. Потом вернется сюда и мы восстановим справедливость в нашем Мире. Династии Ардерисов конец, магиня. Мы выиграли эту Битву. Оба монастыря, Источник и Ключ будут в наших руках, а значит и Власть над Миром будет тоже в наших руках. Мы будем отомщены! Все, как одна! А ты умрешь на рассвете и мы будем отомщены!

Жрицы громко расхохотались, повторяя на разные лады последние фразы низкой.

Так! Это монастырь или загородная дурка? Или они здесь все поддались искаженной Силе Ключа?

Так!! Бабы, кажись вы допелись. Не нравится мне все это. Лювирис, давай! Вот он твой звездный час!

Мысленно нарисовала в воздухе Знак Божества. Он вспыхнул огнем. Успела кинуть в центр Кольцо. Жрицы хохотали, не заметив вспышки. Лювирис материализовался между ними.

— Что прикажешь, моя Богиня? — грохнул голосом.

— Давай разнесем весь этот кошатник к чертовой матери, Лювирис.

— Как прикажешь Госпожа! — рявкнул он.

Мощь Первого Короля и Творца этого Мира была ужасна даже с моей точки зрения. Жрицы повалились ему под ноги, как мешки с песком. Каменный потолок снесло ударной волной. Стены сыпались огромными глыбами и мелкой крошкой, но охранный купол не давал причинить нам вреда. Лювирис раскатал монастырь по камушку и чистый поток Силы устремился в звездное небо. Живых не осталось.

— Ваше пожелание выполнено, Госпожа — улыбнулся Лювирис — Не пожелаете ли, чтобы я телепортировал Вас к костру внука? Ему грозит беда.

— Нет, не к костру — тихо сказала ему — недалеко о костра, если можно, Ваше Величество.

— Без проблем, Госпожа.

* * *

Анри все также рвал травинки и кидал их в костер. Арис лежал на спине, положив голову на свою руку, второй прижимал МЕНЯ к себе. «Я» млела на его груди, обвив руками и закинув сверху ногу, что-то тихо шептала. Отсюда мне не было слышно, что именно. Арис внимательно слушал, изредка поглядывая на «меня». Потом тихо ответил:

— Любовь моя, подождем до свадьбы. Я не могу нарушить Закон. Тебе же Анри все объяснял. Кстати, ты что-нибудь делала со своим запахом?

— Арис! Ну о чем ты говоришь? Что за глупости тебе в голову лезут о каком-то дурацком запахе! Ты меня совсем не любишь! — сказала «я» игриво — Какое тебе дело до Закона, если я сгораю от любви к тебе?!

Анри со злостью выплюнул травинку в костер, но не повернулся. Я нагнулась, нащупала небольшой камушек, ловко кинула в мага, попав ему точно по плечу. Он мгновенно вскочил, повернулся в мою сторону.

— Что там? — встрепенулся Арис и сел.

«Я» потянула его назад, томно канюча:

— Ну, Ааарис!!! Ну, пожааалуйста!!! Вон и Анри все понял и ушел…

Анри мгновенно появился там, где я только что стояла, огляделся. Я выступила из-за другого дерева, махнула ему рукой. Он настороженно оглянулся на «меня» и еще более осторожно пошел ко мне. Я приложила палец к губам, показывая глазами на Ариса и «меня». Анри тихо подошел. Я поманила его пальцем. Мы отошли чуть дальше.

— Анри, это я — шепнула как можно тише — Молчи. Сейчас проверишь. Когда Арис отключился и спал трое суток, я дала рецепт повару на бульон — перечислила составляющие — Бен, когда увидел меня впервые к гостинной Ариса, сказал: «Я рад, что Вы здесь, госпожа! Вот повар, госпожа. Вино сейчас будет», когда ты сказал Арису, что ты отобъешь меня у него, он назвал тебя «прохиндеем».

Анри потянул носом.

— Понял, Дарина. Чайная роза на месте, значит, это ты. А это кто?

— Это бабка Ариса по матери, Веста, Мать-Настоятельница монастыря. Ей нужно соблазнить Ариса, чтобы он потерял власть над Жезлом, пока она у них еще не стабильна до конца, завладеть Жезлом Власти и убить вас обоих. Она не знает, что ее монастыря уже нет. Я разнесла его к чертовой матери. Иди, отзови Ариса от нее, чтобы я его не зацепила.

— Может это я сделаю? — предложил Анри.

— Нет, дорогой Анри. Он не твой будущий муж. А я дама страсть какая ревнивая. Уж не откажи в удовольствии.

Анри неслышно засмеялся и кивнул головой.

Назад возвращался, как трактор. Ветки трещали под ногами, чертыхался громко, даже прикинулся, что чуть не упал. Это он давал мне время, заглушал мои шаги, чтобы успела обежать полянку и выйти на удобную позицию.

— Арис, — позвал Анри — я кажется ногу подвернул. Помоги, а?

— Извини, дорогая, — глянул он на «меня» — надо помочь Анри.

Принц перетек на ноги, подошел к кузену. Тот облокотился об Ариса, увидел, что я вышла из тени с готовым заклятием на кончиках пальцев, с силой рванул Ариса на землю. Я швырнула в настоятельницу обездвиживающее заклятие. Подошла к костру.

— Анри, черт возьми, что ты делаешь, идиот! — ругался Арис, поднимаясь с земли и отряхиваясь от прилипших комочков грязи.

— Добрый вечер, господа — поздоровалась, поигрывая искорками на кончиках пальцев.

Арис выпрямился, удивленно на меня уставился.

— Дарина?!

— Ты ее понюхай, остолоп! — подпихнул его локтем Анри — Чайная роза на рассвете.

Я спокойно смотрела на Ариса. Он шагнул ближе, потянул воздух носом. Кивнул на «меня» застывшую.

— А это кто?

— А это, Арис, та, кого я сейчас с удовольствием убъю, как ты Изика. И не посмотрю ни на звания, ни на регалии, ни на родственные связи, если она вякнет хоть слово не так, как я от нее ожидаю.

Подошла к лежащей неподвижно мадаме, от всей души всадила носком сапога по заду.

— Если хочешь, Арис, примени контр-заклинание «изменения внешности» по третьему разделу Сакральной магии. Или мне это сделать?

— Если позволишь… — сказал Арис и подошел к замершей на одеяле «мадаме».

— А можешь и не снимать, а задать ей пару наводящих вопросов и она ответит сама. Я позволю ей говорить. Ты целовал ее, Арис?

Он серьезно глянул на меня.

— Нет.

— Почему?

— После Ключа боялся не сдержаться, потом не хотелось.

— Твое счастье — кивнула — И ее. Иначе я бы ее убила раньше, чем ты договорил фразу. Снимаешь заклятие или задаешь вопросы? — спросила ровным голосом.

— Снимаю — взмахнул рукой и вытаращил глаза — Бабушка!?! — отступил на шаг — Настоятельница?!!

Я молча стояла рядом, Анри чуть сзади. Арис потряс головой:

— Но зачем?!!

— Жезл Власти и Власть над Миром — ответила ему.

Глазки бабули вспыхнули безумной яростью. Она мгновенно освободилась от моего заклинания, вскочила и смерч ракружился перед ее лицом, набирая силу и мощь. Я ударила, не дожидаясь, пока ее заклятие наберет силу. Остатки настоятельницы осыпались хлопьями пепла на одеяло.

— Фуф… — выдохнул сзади Анри и присел на корточки, закрыв лицо руками.

Арис мельком глянул на меня и молча смотрел, как кружится, оседая пепел. Лицо было суровым. Под глазами сразу же появились темные круги.

Я отошла, села у костра, понимая какую стену между нами только что воздвигла, но виноватой себя не чувствовала. Если выбирать между его жизнью и жизнью выжившей из ума похотливой старухи, позарившейся на собственного внука и его жизнь ради Жезла Власти, которым она все равно не смогла бы владеть, я выбрала Его. Взяла прутик со слегка подгоревшим мясом, принялась жевать, откусывая крохотные горячие кусочки.

Анри сел на землю, подпер голову руками, опершись локтями о колени, иногда поглядывал на Ариса. На меня не смотрел.

Съела мясо, бросила прутик в кострище, сняла с рогаток их прутики, воткнула в землю, чтобы не сгорели, отошла от костра, легла на траву, закрыла спокойно глаза и мгновенно заснула с чувством выполненного долга и чистой совестью.

* * *

Утро было пасмурным, промозглым. Холодный ветер пронизывал насквозь. Проснулась окончательно замерзнув, с посиневшими от холода руками и коленями. Хорошо, что зеркала не было рядом, точно заикой осталась бы от собственого вида.

Анри сидел у потухшего костра, смотрел в одну точку. Прутики с остывшим мясом были не тронуты. Ариса не было. Его коня тоже. Подошла к Анри, спросила спокойно.

— Уехал?

— Да.

— Сказал что-нибудь?

— Нет.

Помолчала, понимающе кивнула.

— Он выбрал… Я тоже.

— Зачем ты это сделала, Дарина? — тоскливо спросил Анри — Так все было хорошо… Я так радовался за него… А ты… Зачем?!

Я молча нарисовала Знак Божества, кинула в него кольцо-змейку, мысленно призвала Лювириса явиться во плоти.

— Да, Госпожа? — проявился Лювирис с поклоном.

Анри мгновенно оказался на ногах в боевой стойке мага.

— Вы все слышали и видели Ваше Величество.

— Да, Госпожа — ответил он.

— Поговорите с этим молодым человеком, Вашим родственником. Расскажите ему все, что посчитаете нужным и ответьте на его вопросы, пожалуйста. А я пока пройдусь. Недалеко. Не буду вам мешать и всего этого слушать.

— Да, Госпожа, как прикажете.

— Благодарю, Ваше Величество — и повернулась к Анри — Это Первый Король Ашеров, Лювирис. Познакомься, Анри. Ты Высший Маг, ты все поймешь. — и снова к королю — У Вас есть ровно один час, Ваше Величество. Через час я уйду из этого Мира. Если сможете, попробуйте остаться, если нет, Вам придется последовать за мной дальше.

— Хорошо, Госпожа. Я понял и попробую.

Повернулась и ушла в лес. Мужчины остались сами.

Чтобы согреться, занялась танцем со стилетом и четко считала время. Через полчаса кинула поисковик к полянке. У жарко пылающего костра сидели трое: Анри, Арис и Лювирис. Значит, дед вернул внука и времени им понадобится больше. Значит, надо придумать как оставить его здесь, в его Мире.

Попрыгала еще полчаса, успокаивая нервы и приводя мысли в порядок. Метнула поисковик на полянку. Арис сидел молча. Анри что-то ему говорил. Лювирис расхаживал по полянке, заложив руки за спину. Прислушиваться не стала. Убрала поисковик так же быстро, как и кинула.

Сконцентрировалась, нарисовала разовый портал. Король, почувствовав мои действия, тут же появился рядом.

— Госпожа, останьтесь! — попросил Лювирис — Он все понял.

— Нет, Ваше Величество. Мне очень жаль. Это невозможно. — покачала я головой — Попробуйте остаться в своем Мире. Я не буду Вас звать. Я хочу поставить точку на всем этом — и добавила торжественно — Своей Волей и Силой, я, Богиня Дарина, полноправная Хозяйка и сюзерен этого Мира, приказываю Вам, Первый Король Мира Ашеров Лювирис остаться в своем Мире в доступных Вам обличьях с полным сохранением магических сил, знаний и возможностей, исключая правление Миром.

Знак Божества сам появился между нами, ярко вспыхнул и исчез, подтвердив мои слова.

Время истекло. Шагнула в портал…

Глава 7. Мир Драконов

Опять сидела на широком подоконнике в своей квартире любимого маленького городка и тупо смотрела на спешащих куда-то людей, несущиеся машины, перемигивающиеся светофоры. Капли дождя катились горькими слезами по оконному стеклу. Вдоль тротуаров и дорог фонари то включались, освещая переливчатые потоки воды, то выключались и окутывались серо-белесой мглой. Поток машин и людей иногда редел, иногда подолгу оставался хлопотливым, как разворошенная муравьиная куча. Не хотелось ни думать, ни чувствовать, просто смотреть немигающим взглядом на чужую суету в полной тишине пустой квартиры.

«Финита ля комедия», как говорят французы. «Прошла любовь, завяли помидоры» или что-то в этом духе. Теперь я враг номер раз королевской семьи Мира Ашеров и одновременно невеста принца Ариса.

Дурдом.

Надо будет как-нибудь придумать способ и вернуть ему Кольцо Невесты. Тогда помолвку можно будет отменить «по техническим причинам», которых накопилось в изобилии.

Уже была неделю дома и неделю лило, как из ведра. Часто забиралась на подоконник и смотрела на плачущую погоду. Хорошо, хоть деньги дома в тайничке оставались, смогла закупить продуктов, а то пришлось бы нырять в какой-нибудь из Миров за чем-нибудь, что можно продать и жить некоторое время спокойно, как это обычно делают все маги, если жизнь прикрутит.

Сильно я не страдала, было просто грустно. Не то что тогда, когда после Алтаря вернулась и жить не хотелось. Теперь все иначе. Теперь я была совсем в другом положении и состоянии.

Кольцо Невесты сняла, как только сообразила, что оно еще на моем пальце, и повесила на цепочку на шею. Хорошо, что цепка старинная, длинная, толстая. Купила ее как-то по случаю в одном из Миров, да так и не одевала ни разу. Валялась неизвестно где, а теперь вот сама нашлась, пригодилась.

Хнала, что Ашеры будут искать меня, что могут даже открыть «осеннюю охоту», ведь теперь я не «Хозяйка их Мира», теперь можно и это, но не боялась. Главное сейчас прийти в себя от пережитых эмоций и событий, и успеть к следующим Источникам и Ключам.

Надо будет купить какую-нибудь неказистую машинку в хорошем состоянии и тогда можно будет мотнуться к друидам, а там через Алтарь и свою Сферу попробовать пройти к другому Источнику. Лишь бы не встретить Его. Не хочу видеть, слышать, чувствовать… Не хочу. Пусть живет, как знает. Не мое это дело «в звездах ковыряться». Он Принц, будущий Король, недостатка в выборе претендентки на вторую половину кровати и седалища в виде трона не будет. Все равно обязанности перед Миром выполнять надо: сына родить, да бабу любить. Вот и пусть рожают и любят. Меня это не касается. Вот только Кольцо Невесты надо вернуть, а то и жениться не сможет, бедный. Комплект-то бриллиантов не полный, может осечка выйти с ритуалами, которые так важны для него и его Мира.

Может уйти в другой Мир? А оттуда шагнуть напрямую в его гостинную или спальню, оставить Кольцо и уйти другим путем? А это мысль! Надо будет обдумать как это провернуть. Пусть только дождь закончится. Заладил, зараза!

На кухне настаивался свежий борщ, котлетки тушились с приправами и чесночком, картошка-толченка, втягивала в себя масло, в духовке допекался торт. Бутылка «Карнавальной Ночи» охлаждалась в холодильнике. Сегодня у меня праздник Грусти. Утоплю в вине любовь и память, послушаю Штрауса, может потанцую на развалинах эмоций. Так будет лучше для всех.

В дверь неожиданно постучали. Рефлекторно наряглась и взглянула объемно — черт их знает, этих Ашеров, могут расстараться и быстро найти.

Фуф! Нет, слава Богам. Всего лишь соседка с пустым стаканом. Точно или за солью, или за сахаром, лишь бы поболтать. Вот же надоела! И как отвадить?! Гаркнуть на нее, что ли? Может гадость какую сказать и поругаться? Хм… Не поможет. Пробовала уже. Больше, чем на полгода не хватает. Надо будет другой рецепт на ее приставучесть придумать.

Стук повторился. Может быть меня дома нет?

Нет. Запахи же, да музыка играет. Придется открывать.

— Дариночка! — на весь подъезд орет дорогая соседка — Я знаю, ты дома! Мне сахарку бы пару ложечек, а то извелся весь! А на улице дооождиик! Может выручишь, а?

Придется открывать.

Щелкнула замком, открыла дверь.

— Здравствуй деточка! — вошла соседка с масляной улыбочкой, протягивая перед собой пустой стакан.

— Здрасте, теть Вер, давайте стакан, насыплю Вам сахара.

— Ой, уж пожалуйста, Дариночка, а то такой дождь, такой дождь! А ты, деточка всегда такая добрая! Вот жалко только, что дома редко бываешь, все по командировкам, да на выездах! Не бережешь ты себя, Дариночка! Разве же можно столько работать?! А я так за тобой скучаю! Так скучаю! — тараторила она.

Взяла стакан, вежливо улыбнулась, пошла на кухню, насыпала сахар до полна и замерла, неожиданно вдохнув запах ландышей…

Резко обернулась.

Потеснив тетю Веру, в прихожую вошел Арис, следом Анри.

— Вот, Дариночка, вот эти молодые люди тебя спрашивали, пока ты на базарчик ходила. А я смотрю симпатичные молодые люди, к себе пригласила, чайком попоила, да про жизнь поговорили. А когда борщиком и котлетками запахло, я и говорю им, что Дариночка наша наверняка уже дома, на кухне хлопочет, гостей ждет… — глазки быстро бегают, увидела взгляд Анри, тут же выхватила у меня стакан с сахаром, побежала к двери — Ну, спасибочки, Дариночка, дай Бог тебе хорошего жениха, да мужа любящего, да деток побольше. А за борщиком я попозже зайду, уж больно вкусно пахнет он у тебя…

И юркнула за дверь.

Это же сколько они у нее сидели-то? На рынок я с самого утра ходила! А уже полдень! В душе скривилась от ее слов, как от зубной боли. Стерва болтливая! Представляю что она им наплела, пока «чайком поила». Вот уж повезло с соседкой! Не приведи Боги!..

Анри закрывает дверь, щелкает замком.

Необыкновенно серьезные лица, еще более серьезные глаза. Руки за спиной, подбородки выбриты до синевы, волосы уложены, как на показ мод, длинные черные кожанные плащи, белые шелковые рубашки с расстегнутыми воротниками, черные брюки, лакированные туфли. «Гитлеррюгенд» или «Налоговая». Загляденье одним словом.

И я — высокие меховые тапочки-тигрики, подвернутое ниже колена трико, ножны со стилетом на ноге, трикотажная обтягивающая майка с коротким рукавом, фартук в ландышики с кармашками, коса заплетена, завязана вокруг талии, утяжеленный свинцом конец косы в кармашке фартука, чтобы не болтался и в духовку не попал, а то бряцает громко, еще стекло разобъет.

Да уж… видок что надо.

Очень даже хорошо. Увидят контраст, быстрее уйдут.

Молчу. Они тоже. Внимательно разглядывают меня и мои хоромы. Жду, пока оглядятся. Снова смотрят на меня.

— Как вы меня нашли? — холодно спрашиваю.

— Войти можно? — спрашивает Анри.

— Уже вошли…

Сняла фартук, выключила печку, открыла духовку. Пахнуло сдобой. Прошла в комнату, выключила музыку Штрауса.

Сняли плащи, повесили на вешалку, прошли в комнату, сели в кресла. Огляделись. Может помолчат, поглядят как живу и уйдут? Не королевское это дело по таким трущобам шататься. — подумала с надеждой — С дворцом не сравнить. Во дворце-то оно как ни крути, а лучше. У него спальня больше, чем вся моя квартира вместе с прихожей и лестничной площадкой. Такой разве что туалет. Да и то, наверное, побольше будет.

— Зачем вы пришли? — еще холоднее спрашиваю, помня как расстались всего несколько дней назад.

Арис на мгновение прикрыл глаза. Кадык судорожно дернулся.

Волнуется, что ли? С чего бы? Пришел к кровному врагу, вроде бы волноваться не должен. Это мое дело волноваться и минуты последние отсчитывать. А он пришел по праву. По Праву Мести, по Праву Крови. Да, пришлось им попотеть, чтобы вычислить где живу.

— Дарина, я был не прав — хрипло сказал Арис — Я не думал… не знал, что перед тобой был такой выбор. Король Лювирис все нам рассказал. Ты в очередной раз спасла меня, а я этого не понял. Я хочу извиниться.

Брови сами поползли вверх. Едва успела поймать и вернуть на место.

— Вы были правы, принц Арис, и Вам совершенно не за что извиняться. Вы все правильно поняли и все правильно сделали. Мотивы моих действий в данный момент не имеют значения. Факт остается фактом: я с удовольствием убила Вашу родную бабку, мать Вашей матери. Вы имеете право на кровную месть, Ваше Высочество. Я знала на что шла и не жалею о случившемся.

Он прикрыл глаза рукой, оперев ее о колено, хмуро молчал.

— Дарина, король Лювирис все рассказал и нам, и королевскому Совету. — сказал Анри — Мы все считаем, что ты сделала самый правильный выбор из всех возможных и я уполномочен поблагодарить тебя от имени всех Ашеров за принятое решение. Благодаря этому мы все избежали катастрофы и гибели королевской династии и всего нашего Мира.

Так. Молодцы, классно вывернули. Я бы так не додумалась.

— Уважаемый господин Анри, — пристально посмотрела ему в глаза — я, безусловно, во много раз глупее и неопытнее Вас в любой области жизни. Но даже моего мизерного интеллекта хватает на то, чтобы понять какую ответственность я взяла на себя, принимая решение и поступая так, как поступила. Ни один Мир не станет благодарить законную невесту за хладнокровно расчитанное убийство родной бабушки жениха. Любой Мир признает, что после такого акта помолвка автоматически расторгается, а убийца становится кровным врагом всей семьи и достоен возмездия. Вы за этим пришли?

Сняла цепочку с кольцом с шеи, положила на журнальный столик перед Арисом. Бриллиант жалобно мигнул, но я не поддалась на провокацию.

— Теперь, Ваше Высочество, Вы можете называть дату, время, место и вид оружия.

Анри потер лицо руками, глянул на Ариса сквозь пальцы.

Минута молчания. Прямо как за поминальным столом.

Арис вздохнул, убрал ладонь от лица, хлопнул себя по коленям, встал, пристально глянул мне в глаза.

— Хорошо, Дарина. Пусть будет как ты хочешь. Завтра. В полдень. Большой Тронный Зал королевского дворца Ашеров. Любовь.

Замерший во время его слов Анри придушенно рыкнул. Я оторопела.

— Что это значит? — недоуменно спросила — Объясните, Ваше Высочество.

— Это значит, что вид нашего оружия Любовь. Попробуй меня победить. — нарисовал портал посреди комнаты — Пошли Анри. Завтра будешь моим секундантом.

И шагнул в портал.

— Ваше чувство юмора, Ваше Высочество, меня всегда поражало, но сейчас Вы превзошли самого себя… — буркнула себе под нос.

Анри с самой серьезной рожей последовал за Арисом.

* * *

Ну, едрена мать, а! Вот же ж гад какой!!! И ведь не возразишь ничего! Каждый знает, что Любовь самое сильное оружие! Даже Ненависть ей уступает!

Поймал на слове, как дурочку какую-то!

Ну и что мне теперь делать?! Что он себе воображает? Какой это поединок любви против любви?! Чушь какая-то, черт возьми! Как мне его победить, а?! Да не существует в природе такой победы! Как он вообще себе представляет такой «поединок»?! Это же курам на смех!

Я сидела в тихом шоке в том же кресле, что сидел Он, крутила в руках Кольцо Невесты и растерянно пялилась в золотисные волны портала.

Стук в дверь вырвал из раздумий. Глянула в ту сторону, решила не открывать ни под каким предлогом. Увидела, что Ашеры забыли плащи. Ну и черт с ними!

— Дариночка! — забарабанила соседка — Дариночка! Открой детка! Это я, тетя Вера! Я за борщиком! Дариночка! Открой! Я знаю, что ты дома!

Вот же, блин! Не отстанет же!

Встала, махнула рукой закрыть портал. Ноль. Опля! Жезлом он его нарисовал, что ли?! Сосредоточилась. Нет, не жезлом. Тогда почему не убирается? Проверила — разовый. Давно уже потухнуть должен был, а он и не собирается… Односторонний, что ли?

Тетя Вера молотила в дверь и истошно орала. Ну и куда ее тут впускать?! Чтобы портал увидела и вообще разум потеряла?! Еще мне тут властей да ученых не хватало! А эта же разнесет по всему Миру такую новость…

Еще раз сосредоточилась, произнесла заклинание. Ноль реакции.

Тааак…

Спокойно, дорогая, спокойно. Сейчас разберемся.

Портал разовый, так? Так. Жезлом он его не рисовал, так? Так. Обычно разовый портал голубой или серебристый, так? Так. А этот почему желтый?

Подошла ближе. Золотистые искорки метнулись ко мне. Отпрыгнула. Задумалась.

Что же ты сделал, Арис, а? Неужели……

Поднесла руку ближе порталу. Золотистые искорки метнулись ко мне. Убрала руку.

Вот же зарраза! Ну и зачем он это сделал?

Тетя Вера изошлась под дверью. Пришлось кинуть заклинание «забытья» с самопроизвольной деактивацией через полгода. Больше нельзя, а то напрочь память отшибет. Стук и крики прекратились.

Так. И что теперь делать? Придется идти в его Мир? Прямо сейчас?

Этот Ашерский умник создал портал из мужской части Силы Источника и его теперь ни фига не уберешь, пока не уравновесишь женской частью.

Лекарь, блин! Лечит он меня от гордыни, блин! Любовью, блин! Из любви ко мне нарушил равновесие с таким трудом восстановленного Источника, а я теперь из любви к нему должна вернуть это равновесие. Будто мне больше делать нечего. Вот же блин, а!?!

Поединок начался до назначенного времени. Закрыть портал отсюда не удастся никоим образом. Только с той стороны. Наверняка ждет на выходе с еще какой-нибудь очередной гадостью. Нашел с кем тягаться. Он Высший Маг, а я со своим четвертым уровнем… До Высшего мне еще шесть уровней грести, а это как до северного полюса пешком. И «божественные способности» не помогут…

Можно, конечно, игнорировать, но если он начнет с той стороны усиливать отток Силы из Источника в портал, через сутки я там костьми лягу, а равновесия не восстановлю. Зря, что ли, столько сил потратила на восстановление Источника и Ключа?!

Ну и на фиг я задерживалась здесь так долго? Что, не знала, что, если захочет, то найдет в любом Мире, если остановлюсь где-то дольше, чем на двое-трое суток?! Знала! Может не знала, но чувствовала. Значит, ждала, пока найдет и придет?! А себе рассказывала сказку, что отдохнуть и восстановиться надо? Дождалась. Дальше что? Морочить мозги взрослому мужику, который в тысячи раз умнее, сильнее и мудрее меня и который меня любит всей душой, всякой ерундой? Чего я выкаблучиваюсь, интересно мне знать? Как вижу его, так «шлея под хвост попадает»… То приревовала к бабке, прикрывшейся моей личиной, то обиделась на слова сказанные не мне…

Что мне надо? Чего я хочу? Чтобы отвернулся и забыл на фиг? Чтобы женился на другой? Чего мне не хватает? Или «с жиру» бешусь?

Тут бы радоваться надо, что вообще глянул, да скорее на руки подхватывать, пока не передумал, да бегом к алтарю тащить, пока не опамятовал и не удрал с криком «помогите!», а я выпендриваюсь, будто малолетка какая… Если бы не любила, еще куда ни шло, а так… вообще не понимаю что творю…

Как-то я странно думаю сейчас. Не как обычно. Может это действие его магии? Или мужской части Силы Источника, красующейся в моей гостиной? А может все вместе…

В любом случае я должна решить для себя хочу ли я быть рядом с ним всю жизнь или нет? Если да, то нужно идти к нему и говорить об этом. Если нет, то надо просто исчезнуть навсегда и не пудрить ему мозги. Эмоции эмоциями, а мозги все же должны быть на месте. Заклинаниями и Силой махать каждый дурак научиться может, а вот думать, это привилегия немногих.

Вот, допустим, откажусь сейчас от него навсегда, исчезну, порву с ним все отношения. Дальше что? Что меня ждет, кроме боли души и одиночества? Холодная подушка и ожидание смерти? Беготня по Мирам и вот эта квартира? А на старости лет застарелый ревматизм и телевизор, как единственный собеседник?

А с ним… Да что тут сравнивать… Эх…

Я бы на его месте давно бы послала такую дуру подальше. А он терпит, любит, «лечит»… Блин, лекарь!

Ладно. Пойду к нему… Если простит мою дурость, выйду замуж и буду счастлива. По крайней мере постараюсь сделать так, чтобы счастлив был он. Ведь все и так находится в равновесии, будет счастлив со мной он, буду счастлива и я.

Эх, Ашерский принц, Ашерский принц… что я делаю…

* * *

Вышла в гостиной Ариса с Кольцом на пальце. В чем была. Пусто. Только балконная дверь открыта и легкий бриз развевает занавеси.

Потянулась к Источнику, позвала Силу, нейтрализовала портал. Обернулась, почувствовав взгляд.

Арис стоял в дверях спальни, как был одетый, привалившись к косяку, скрестив руки и ноги, внимательно смотрел на меня. Я молчала, опустив глаза, теребила косу, боясь взглянуть на него.

— Встреча завтра — спокойно сказал он — Зачем ты пришла?

— Закрыть портал… — тихо шепнула, не поднимая глаз.

— Закрыла?

— Да.

— Что еще ты хочешь, Дарина? — в голосе металл.

— Я пришла извиниться, Арис. Я была не права. Прости…

— Тебе не за что извиняться, Дарина. Ты ни в чем не виновата.

Мельком взглянула на него. Строгое спокойное лицо, серьезные глаза, поза все та же. Холоден, как айсберг в океане.

Ледяная волна облила с головы до ног. Все. Это все. Конец. Доигралась.

— Мне уйти? — тихо спросила.

— Уходи — спокойно ответил.

— Можно я тебя поцелую на прощанье? — вышептала еще тише.

— Нет.

Понимающе кивнула, закусив губу, чтобы не расплакаться.

Все. Вот и исчезла. Навсегда.

Нарисовала серебристый портал, последний раз глянула на него, на мгновение встретилась с сине-зелеными глазами. Показалось, что в них мелькнула мольбы остаться. Но я не глухая, сказал уходи, значит уйду. А то, что показалось, так лучше перекреститься, может казаться перестанет.

Ушла, оставив Кольцо Невесты висеть в воздухе.

* * *

За окном лило, как из ведра. Я смотрела на улицу и думала о том, какая я дура. Серые облака затянули небо и от этого было еще тоскливее.

Ну, что ж. Что заработала, то и получила. Жизнь продолжается.

Собрала дорожную сумку, поискала последнюю баклажку для воды, теппо оделась. Сложила в плетеную корзину все, что приготовила и купила на базаре, постучала к соседке, отдала ей провизию. Сказала, что уезжаю в командировку, может быть надолго. Отдала запасной ключ, вернулась домой.

Портал вывел на террасу в Мире Змеелюдей. Полюбовалась солнечным днем, пошла наверх. Слуга узнал меня, попросил подождать, пока доложит, пригласил в гостиную Глории.

— Дарина! — обрадовалась она — проходи, дорогая! Как хорошо, что ты пришла!

— Здравствуй, Глория — обняла ее — Я тоже рада тебя видеть. Как себя чувствуешь? Как малышка?

— Что-то ты совсем не радостная — заметила подруга — Что-то случилось? Что-то с Арисом?

— С ним все нормально. Жив, здоров. — отвела взгляд.

— А с тобой?

— Со мной тоже. Я по делу, Глория.

— Вы что, поссорились? Ну-ка расскажи, что случилось! — потребовала она.

— Нет, Глория. Не спрашивай. Все нормально. Все, как и должно было быть. Прости… Я действительно по делу. Мне нужен конь, доехать до портала.

— До какого портала? Куда ты собралась?

— Глория, это не важно. Дашь коня?

— Нет. Пока не расскажешь. Да ты сама не своя, подруга моя дорогая! А ну-ка, давай рассказывай! — настаивала она — Наверняка с Арисом, как всегда, поссорились. А в этот раз из-за чего?

— Глория, я не хочу об этом говорить. Мне так плохо… Я должна что-то делать, куда-то ехать, бежать. Если я сейчас что-нибудь скажу, я умру. Я не могу, Глория. Прости. Я пойду… — поспешила к двери, не поднимая головы.

— Дарина! Арис…

— Не говори мне ничего о нем! Никогда не говори! — чуть ли не бегом выскочила из гостиной, не видя ничего и никого.

Пока седлала первого попавшегося коня, руки тряслись, как нанятые. Еле застегнула подпруги, закинула сумку через седло, вскочила верхом, дала шенкелей и понеслась к порталу-озеру. Мне было все равно куда он ведет, к кентаврам, за Черту или за Грань. Лишь бы двигаться куда-нибудь. Лишь бы там было опасно, чтобы не было времени думать о Нем…

* * *

До озера-портала было рукой подать, как что-то огромное прыгнуло сбоку. Конь дико завизжал, скаканул в сторону и дал такого козла, что я ласточной вылетела из седла вместе с сумкой, больно ударилась ладонями и коленями, покатилась по траве, стукнулась о какой-то пень, да так и осталась лежать, тихо постанывая скорее от испуга, чем от боли.

Подольше полежать не удалось, где-то близко перетаптывались кони. Замолчала, прислушалась. Три лошади топтались на одном месте. Хотела неслышно подняться, оперлась на руки и уткнулась взглядом в начищенные до блеска сапоги. Подняла голову и молча упала лицом в траву, желая провалиться сквозь землю.

Он стоял спокойно, скрестив руки на груди. Ждал. Молча.

Собралась с силами, встала. Молча. Глаза строго вниз.

— Далеко собралась? — ледяной ветер на равнине теплее этого голоса.

— Тебя не касается — буркнула под нос.

— Завтра в полдень наша встреча — ледяной металл резанул по нервам — Придется тебе дождаться ее в моем обществе, как бы неприятно тебе это ни было. Я слов на ветер не бросаю.

— Я помню. Завтра буду вовремя. Мне няньки и сторожа не нужны — шагнула обойти.

Свиснул коротко, Подъехали всадники. Один соскочил с коня, быстрым шагом подошел. Анри. Арис взял меня за руку, открыл золотистый портал, шагнул с моей рукой туда.

Удар жесткой мужской энергии вышиб дух и сознание.

* * *

Очнулась на постели. Пахло ландышами. В темноте горела свеча, мятущемся пламенем.

Арис спал рядом на животе, обхватив руками подушку. Анри сидел развалившись в кресле, позаимствованном из гостиной, с моей стороны кровати. Пристально смотрел немигающим взглядом. Закрыла глаза, провела руками по телу. Раздели до белья. Добрые. Стилет в ножнах на ноге. И на том спасибо.

Открыла глаза. Холодный взгляд Ариса. Будто и не спал еще секунду назад. Закрыла глаза.

— Можно мне встать? — тихо спросила.

Молчание. Расценила, как знак согласия.

Поднялась одним движением, ярко полыхнуло вокруг, чуть не упала от неожиданности. Сильная рука подхватила за талию. Проморгалась.

Арис стоял рядом в одних плавках, спокойным холодом смотрел на меня. На его шее и руке поблескивали бриллианты Жениха. Увидела на своей руке браслет и кольцо, лапнула пальцами за шею, ухо. Ожерелье и серьги были на положенном месте.

Так. Что это может значить?

Пошла в туалет. Вымыла руки, не сводя взгляда с отражения. Камни слепили глаза блеском, переливались светом. Ошейник, блин. Гадость какая…

Зачем он это сделал?! Он же ясно дал понять, что между нами все кончено. Завтрашняя встреча никаких Украшений Жениха и Невесты не требует. Тогда зачем?!

Вернулась в спальню, забралась под одеяло, закрыла глаза. Арис гибко лег рядом, не касаясь меня. Анри так и не шелохнулся.

Бесплодные размышления ни к чему не привели, только разболелась голова и вскоре провалилась в сон.

Проснулась с первыми лучами солнца. Сладко потянулась в дреме, мявнула от удовольствия, улыбнулась и открыла глаза. Улыбку и удовольствие стерли ледяные глаза с зелеными прожилками. Лицо такое же, как вчера.

Анри в той же позе спал в кресле. Ясно. Просто сторожили, чтобы не удрала.

Ладно, проверю на вшивость твою холодность. Лекарь, блин…

Повернулась в Арису, долго рассматривала его черты, лаская взглядом. Едва касаясь кончиками пальцев погладила руку, плечо, дотронулась до ключицы, шеи, заглянула в глаза, чуть улыбнулась, по тому же пути вернула руку на место. Сине-зеленые глаза остались теми же, но в то же время в них что-то изменилось. Мимика не шелохнулась, но кожа лица изменила оттенок, губы стали темнее с четко очерченнй окантовкой.

— Какой ты красивый, Арис — едва слышно шепнула — Я и не знала, что настолько…

Глаза моргнули, на мгновение в них появилось недоверие, удивление, недоумение, губы дрогнули, по телу прокатилась мышечкая волна. Но лишь на мгновение.

Я закрыла глаза, повернулась на спину и еще тише прошептала:

— Я люблю тебя… безумно… прости меня… любимый…

Дыхание коснулось моих губ, тепло от руки кожи на животе…

— Арис!

Резкий окрик Анри отбросил принца назад.

Удивленно открыла глаза. Арис лежал в той же позе, с тем же выражением лица, но глаза были другими. Анри стоял разъяренный, бледный, сверкал на Ариса глазами, тяжело дышал открытым ртом.

Так. Это что значит? Что вообще тут происходит? — медленно начала соображать, срочно прикрыв глаза — Очень похоже на «живца». Ритуал какой-то? Или что? Я ни о чем подобном не знаю…

Перешла на второе зрение, глянула сначала на Анри. На его груди и лбу проступала четкая вязь магической печати. Такого рисунка я не знала, не мой уровень знаний. Аура трехцветная: внутренний слой серебристо-лазурный, средний чисто белый, внешний, самый тонкий, ярко-морковный.

Глянула на Ариса и про себя ахнула: он был весь опутан чарами Магии Любви. Внутренний слой ауры ярко пульсировал, уничтожая заклинания слой за слоем. Им на смену появлялись все новые и новые. Он боролся. Я встревоженно глянула ему в глаза, там мелькнуло предупреждение.

Так. Значит, все-таки это ритуал и мешать своей помощью нельзя. Он должен справиться сам. А я в нем выступаю, как та «наживка», на которую должна «клюнуть рыба». Если правильно думаю, то о чем может говорить такое испытание? О профпригодности мага, его силе воли, умении противостоять действиям чар, его интеллекте и разуме, не теряющем ясности мышления даже при…. О, блин! Так это Испытание Принца Крови на право в будущем стать королем этого Мира! А это значит, что он согласился на ритуал вчера, после нашего разговора и принял решение о виде поединка, где оружием должна быть Любовь!

Исходя из того, что вижу, если логически подумать, то он специально поддался внешнему воздействию Магии Любви. Судя по качеству и рисунку оплетающих его заклинаний кидают их далеко не простые маги, а если это действительно Испытание, то работают Высшие Маги.

Если самое серьезное, самое сильное оружие это Любовь, а условием ритуала, похоже, должно быть противостояние Ариса чарам ради истинного чувства, то роль «живца» заключается в том, чтобы вывести его из равновесия, если я правильно понимаю. То есть, получается, что под действием чар он не имеет права ко мне прикоснуться, пока не освободит истинное чувство от присутствия Магии Любви.

Ужас! Я бы точно такое не выдержала! Так что до Высшего Мага мне еще долго учиться.

Ну и какой смысл в этом ритуале?

Так. Надо подумать.

Если вспомнить пословицы и афоизмы относительно смысла жизни мужчины, то первой на ум приходит вот эта: «посадить дерево, построить дом, любить женщину, родить сына». А, если интерпретировать это для принца или короля Мира, что получится? «Деревом» может символизироваться его личная подготовка к правлению: знания, интеллект, воля, логика, умение принимать мгновенные решения. «Дом» может символизировать весь Ашерский Мир с его подданными, законами и так далее. «Любовь к женщине» символ личных эмоций, которые могут затмить и разум, и волю, и интеллект, и знания, и логику мышления, то есть все, если возьмут верх, а баба окажется полной дурой. Тогда принятие любых важных решений под действием эмоций может быть ошибочным или чреватым неприятными или даже пагубными последствиями для всего Мира и его подданных. Значит, этот ритуал должен показать насколько наследник престола владеет собой в принятии правильных решений и не смогут ли вызванные обстоятельставми жизни эмоции повлиять на его разум, волю, логику и справедливость, не затмит ли любовь, как символ самой сильной эмоции души, его рассудок в ущерб политики Мира? Тааак. Серьезно закручен сюжет… Бедный принц…

Значит, моя роль в этом «спектакле» это роль куртизанки перед упорным клиентом? Или роль «скромной девицы на выданье»? Или и то, и другое, и еще, может быть, что-то третье, о чем даже не догадываюсь?

Если так рассуждать, то смысл этого испытания ясен, смысл этого «поединка» тоже, смысл символа оружия также. Осталось сообразить какую роль все же отвели мне. Ну, думаю, это будет видно чуть позже.

Так. С этим все ясно.

А какая роль у Анри? Охранника? Наблюдателя-контролера? Или благодетеля? А может все вместе? Ну, Ариса остановил, с меня глаз не спускал, магическими печатями обвешан. Интересно, зачем? Чтобы не попасть под действие чар, если кто из магов промажет по Арису и попадет в него? Вполне. Вязь печатей вполне похожа на охранно-ограждающие, а там черт его знает как на самом деле.

Так. С этим тоже почти понятно.

А что с Украшениями? Как можно расценивать их присутствие? Ведь одели их на меня тогда, когда была в отключке. Зачем? Как один из защитных атрибутов? Или по какой-то другой причине? На этот вопрос точно ответить не смогу. У этих Ашеров так все замороченно, что без объяснений не разберешься, а сейчас для объяснений, как понимаю, времени и возможностей нет. Ладно, наберусь терпения и подожду. Всему свое время. А пока буду наблюдать и действовать по ситуации.

А вообще, это здорово! — мелькнула шальная мысль — Это же такая возможность пококетничать вволю, чисто по-женски, что просто прелесть! Раньше как-то и времени на это не было, да и мысли работали совсем в другую сторону. Это же такая возможность проверить и саму себя на что способна! Ой, как интересно! А еще интересно было бы проверить насколько ревнив Арис. Он ведь никогда таких чувств не показывал. Думаю. Что пару моих взглядов в сторону ему не повредят, а мне дадут массу информации. А может он не ревнив совсем? Ладно, посмотрим. А то понесло опять черти куда…

Поймала себя на блуждающей по губам улыбке, открыла глаза.

Решила попробовать оба варианта поведения: и «куртизанки», благо фильмов и примеров из жизни насмотреться успела, и «скромницы». Я не была ни одной, ни другой, поэтому попробовать стоило, пока условия «поединка» позволяли.

Взгляд Ариса был такой же внимательно холодный, но меня это уже не волновало.

Не валяться же тут до обеда, то есть до времени «встречи». Солнышко встало, и мне пора. Надо зарядку сделать, тело разбудить, да и мозги тоже не мешало бы заодно включить, а потом водичкой холодной полить, чтобы не думало, что на курорте тут.

Откинула одеяло, гибкой волной встала с постели. Глянула на простынь, брови удивленно взлетели вверх. Опа! А между нами-то кинжалище лежит! Интересно! Глянула на Ариса с понимающей улыбкой. Его мимика и выражение глаз едва заметно изменилось, типа, «я тут ни при чем», вернулось к прежнему. Повернулась к Анри.

— Где моя одежда? — спросила.

Он молча показал жестом.

Удивилась еще больше, но теперь откровенно рассмеялась, взяв в руки предложенную одежду. Значит, все-таки «куртизанка». Совершенно прозрачные, от середины бедра, шаровары, украшенные узким пояском с камнями и такими же манжетиками внизу, и короткий топик с более чем откровенным декольте.

Ладно. Сами напали, сами и отбивайтесь — подумала.

Одела. Снова спросила Анри, не посмотрев на принца.

— Есть какое-то ограничение в моих передвижениях?

— Апартаменты принца и балкон — лаконично ответил Высший Маг.

Кивнула, пошла обследовать те двери, назначение которых не знала. Поиски привели к успеху. Одна из дверей из спальни вела в удобный тренировочный зал, половина которого была занята татами. Как раз то, что нужно. Ашеры пришли следом, стали в уголке, сложив руки на груди. Ну, прям, сиамские близнецы, блин!

Внимательно осмотрела спортивные снаряды, опробовала каждый на свой лад. До свисающих с потолка колец не допрыгнула, как ни старалась. Пришлось сходить за стулом. Так достала.

Повисла на кольцах, подумала, что стул теперь будет только мешать, зацепила его за спинку ногами, отбросила в сторону. Вот так.

Сосредоточилась на воспоминаниях времен учебы, тренировок по спортивной гимнастике, акробатике. Забыла про «неподвижные изваяния» Ашеров в углу, повторила подряд три комплекса упражнений на кольцах, спрыгнула двойным пируэтом на татами, сразу же перешла к растяжке мышц после силовой нагрузки. В голове зазвучала музыка «вольного упражнения на ковре», повторила его. Вроде бы разогрелась.

Прошла к стене с оружием, с отполированными мужскими ладонями рукоятями, выбрала нужное, разложила по ковру так, чтобы оказывались под рукой в нужный момент движения. Их угла выкатила мишень на колесиках, поставила у края татами. Еще раз шагами проверила расположение оружия на ковре. Так, на два кинжала меньше, чем надо. Заменила их короткими деревянными мечами. Прикинула на вес, покрутила в руках, привыкая. Положила где нужно. Завязала косу боевым узлом, крутнула головой.

Ну, вот. Теперь имитация реального боя.

Сосредоточилась.

Сначала визуализация возможной ситуации: количество противников, степень опасности, уровень агрессивности, скорость их движений. Визуализация условий окружающей местности — выбрала лесную поляну с нависающими ветвями, густым кустарником, временя суток поздний вечер.

Медленный вдох-выдох с закрытыми глазами. В сознании появились образы врагов, поймала ритм их движений первыми двумя покачиваниями тела, включилась, пошла…

Открыла глаза, когда последний из воображаемых врагов был убит. Медленный вдох, еще медленнее выдох. Повернулась к мишени. Вогнанные в дерево острия изображали силуэт человека, деревянные мечи улеглись крестом между ними, Стилет торчал точно посередине, одним лезвием касаясь скрещенных деревяшек.

Выдернула оружие, вернула Стилет в ножны на ноге, остальное развесила там, где брала, откатила мишень на место.

— Спасибо — сказала обоим «изваяниям», проходя мимо них в спальню, а оттуда в душ.

Слава богу, в душ за мной не пошли.

Прополоснула белье, прозрачный костюмчик, высушила заклинанием вместе с волосами, заплела косу, вернулась в спальню. Господа ждали меня в гостинной.

Перед моим появлением о чем-то говорили. Слышала их голоса, но когда открыла дверь из ванной, замолчали. Видно было по блеску глаз и живописной мимике обоих, что обсуждали что-то эмоциональное. Теперь лица каменые, глаза внимательно холодные. Ну, и ладно.

Подошла к столу, налила в стакан томатного сока, отпила глоток, глянула на напольные часы. Половина десятого. Еще два с половиной часа. Вышла на балкон, встала у баллюстрады, мелкими глотками, размазывая привкус помидоров по рту, выпила сок. Ашерам пришлось тоже выйти на солнце.

Чем заняться еще два часа пятнадцать минут? Разговаривать со мной не разговаривают, книжки под рукой нет, телека тоже. Таращиться на манящее море, когда нельзя выходить, не хочется. Остается только медитация.

Повернулась к «наблюдателям» спиной, села на широкие перила в лотос, замкнула круг энерго обмена тела, углубилась с самосозерцание без эмоций и мыслей. Так званная медитация «покоя». Интересное состояние наступает в этом безмыслии: обостряется чувствительность внешнего мира, время измеряется внутренними биологическими часами по ритму работы органов с максимальной нагрузкой, солнечное время ощущается кожей и внешним слоем ауры, лунное — корнями волос на голове и средним слоем ауры. Любое вторжение в аурическое свечение ощущается когда у вторгающегося только начинает возникать такое намерение. Это очень удобно для медитирующего, потому что дает достаточно времени, чтобы успеть вывести часть сознания из медитации для физической реакции на вторжение.

Намерение Анри подойти восприняла сразу, легким движением плеча показала, что поняла. Он остановился с поднятой для шага ногой, поставил ее на место. Поэтапно вернула сознание в физическое тело, выныривая из собственной глубины, плавно потянулась, возвращая кровообращение в конечности, обернулась к Ашерам, мягко спрыгнула на каменные плиты балкона, вопросительно взглянула на Анри. Он жестом пригласил в гостинную.

В центре гостиной стояли обе королевы Мира Змеелюдей, Глория и Стэлисса. Обе строгие, если не сказать суровые. Взгляды серьезные, спокойные.

Вот же гадюки! Спелись с котами! Блин!

Остановилась напротив них. Арис и Анри с двух сторон сзади. Оба спокойные, как удавы. Мне после медитации тоже вроде как волноваться было не о чем, поэтому молча стояла и созерцала объемным зрением окружающих.

Мужские тела чуть наклонились вперед, выдавая намерение шагнуть. На полдвижения опередила их. Следующий шаг, следующий… Довели до королев, не приблизившись ни на сантиметр.

Королевы присели в книксене перед испытуемым, отдавая дань уважения его решимости. Он в ответ поклонился. Дамы развернулись, подхватили меня под руки, куда-то повели. Замершие принц и Высший Маг пристально смотрели вслед. Дверь широко распахнулась и тут же закрылась. В прихожей нас ждал открытый портал.

* * *

Вышли в ярко освещенной комнате с множеством высоких окон и огромных зеркал. В центре комнаты стояла Веда с холодными глазами и замершей мимикой.

— Приветствую тебя Невеста моего сына Дарина! — торжественно сказала королева Веда громким голосом — Сегодня ты должна показать своему Жениху всю силу своей Любви в присутствии королевских особ и всего королевского двора! Ты должна доказать Миру Ашеров, что действительно любишь принца Ариса и можешь овладеть его Любовью в любой момент и в любой ситуации. Потому что Миром Ашеров могут править только Любовь и Счастье. Таков Закон Супружества Королевской Династии.

Ни один мускул не дрогнул на тренированном столетиями лице королевы, не дрогнул голос, когда увидела свою кровницу, ни одной посторонней искорки не проявилось в глазах. Я искренне позавидовала такой выдержке и с уважением присела в реверансе.

— Благодарю тебя, Богиня Дарина, за то, что ты избавила меня и мою семью от грозившего нам позора моей матери и рада, что ты победила ее в честном поединке. Благодаря тебе, Богиня, моя семья и наш Мир остались целы и невредимы. Я рада, что ты согласилась войти в нашу семью супругой моего сына.

Ее глаза говорили о другом. Она была моим врагом. Кровным, беспощадным, жестоким врагом. Она знала, что я не дала шанса ее матери на поединок. Знала и лгала о благодарности. Не было никакой благодарности. И никакой радости. Надо быть с ней осторожнее.

— Благодарю, Ваше Величество — спокойно ответила — Надеюсь, мы с Вами найдем общий язык.

Еще раз поразилась ее выдержке, услышав ответ:

— Я тоже на это надеюсь. Я не желаю зла своему единственному сыну и не хочу его одиночества. Только поэтому ты еще жива, Богиня.

Мы скрестили взгляды и ни одна не уступала, пока Стэлисса не закрыла от меня королеву, став между нами.

— Я рада, Дарина, что ты приняла вызов на «поединок Любви». Я очень горжусь тобой.

— Стэл, ты как всегда добра ко мне — улыбнулась ей глазами.

— Я тоже рада, Дарина, и очень горжусь тобой — добавила Глория — Я бы на такое не решилась ни за что.

— Решилась бы, — успокоила ее — если бы у тебя не было выбора, как у меня.

Четыре служанки внесли платье. Одного взгляда на него мне хватило, чтобы понять, как решила отомстить мне королева за смерть своей матери. Мороз пробежал по шкуре. Снять одним махом заклятия, наложенные на нити, из которых было изготовлено то, что только примерно можно было назвать платьем, не реально. Обезопасить себя, свое тело от экзекуции королевы? Едва сосредоточилась на усилении внутренней оболочки ауры, магические шары освещения над зеркалами ярко запульсировали.

— Здесь нельзя использовть Силу и Магию — раздался ровный голос Веды за спиной Стэлиссы — Иначе испытание будет провалено, а ожерелье срежет голову нарушительнице Закона.

Молодец, королева — подумала уважительно — «не мытьем, так катанием» добивается своего. Да, веселый будет полдень у меня. Вот же сука! Мне бы и в голову не пришло так мстить. Да… Опыт дворцовых интриг у нее колоссальный. Тут «с вилами против танка не попрешь»…

Служанки раздели и одели. Мне оставалось только вовремя шевелить конечностями, чтобы не мешать их стараниям.

Платье было только названием, что оно платье. Спереди оно начиналось от темных пятнышек груди, прикрытых ярко красными чайными розамисотканными из тончайших нитей. Центральная часть живота открыта, на пупке здоровенный бриллиант, крохотные бриллиантики редкими искорками поблескивают на коже между цветами. Спина голая до самого низа. Верхняя часть «платья» плотно облегает тело, как вторая кожа. Расклешеный низ такой же, как и верх, и без подъюбников, то бишь прозрачный. В общем, я была, как и прежде, голая, не считая стрингов, прикрытая гипюровыми розами.

Крепилось эта пародия на платье к телу портняжной магией намертво, пока хозяйка сама не снимет его, нажав на конкретные камушки в строгой очередности, снять его было невозможно.

Прическу сделали замысловатую, оставив несколько коротких локонов, подчеркивающих рельеф шеи. Босоножки впереди переплетены серебристой тонкой вязью, по центру украшеной крохотными розочками, с высоченными прозрачными шпильками.

Заклинания, соткавшие платье, пока не активированы и, скорее всего, были расчитанны на элемент страха ожидания. Вполне возможно, что Веда не предполагала, что я увижу рисунок заклинаний сразу и попробую принять меры, хотя на всякий случай предупредительную сигнализацию в осветительных шарах расположила. Стерва.

Представляю что со мной будет, когда активируются все заложенные в основу нитей заклинания. Мороз снова пролетел по коже от одной мысли об этом. Арису было проще, он мог работать внутренним словем ауры, сжигая или нейтрализуя брошенные на него заклинания. Я не могла даже этого, Веда могла не врать насчет ожерелья. Уличить я ее ни в чем не смогу. Наверняка у нее есть контр-заклинание анулирования наложенных на платье заклятий. Высших Магов рядом нет, Арису и Анри не до меня. Глория и Стэл этого не видят. Веда все верно расчитала. Она очень умна и осторожна, поэтому для меня здесь полный пролет в самозащите. Если активируются заклинания, когда выйду «на подиум», придется туго, а может быть совсем хреново. Если вообще выдержу уготовленную «мамусей» месть.

* * *

Часы на главной башне пробили двенадцать раз. Где-то зазвучала музыка, королевы встали передо мной, Веда в центре и чуть впереди. Двери отворились и мы сразу попали в бальный зал с боковой стороны, рядом с троном.

Что творится впереди я не видела, обзор закрывали королевы, но боковым зрением видела слева полный зал аристократов, плотно стоявших друг к другу, тут же присевших и склонившихся в глубоких поклонах. Справа девять Высших Магов Мира, в центре которых стоял Анри. И тут я увидела деда! Он стоял в сторонке, рядом с королем Лювирисом и королевой Лилией. Я так обрадовалась, что чуть было не повернула голову. Дед едва заметно отрицательно покачал головой. Как бы нечаянно, подбила рукой прозрачное платье сбоку, чтобы оно обратило на себя внимание деда, показала глазами.

Дед понял, пристально глянул на платье, нахмурился. Молчаливый разговор видели Лювирис и Лилия. Первый Король насупил брови не хуже деда. Лилия побледнела, закусила губу, глянула на мужа. Выражение лица деда чуть изменилось на знакомое с детства «терпи, потом разберемся». Я отвела глаза, поняв свой приговор.

Остановились.

— По Закону Королевского Рода Мира Ашеров сегодня Невеста Принца должна показать подданным Королевской Династии и гостям Короны свою любовь к Наследнику Престола, а он, в свою очередь, обязан доказать силу своей любви к Невесте и непоколебимую волю владения собой! — раздался знакомый голос правящего короля — Бал открывают Жених и Невеста, господа!

Королевы скользнули вправо и мы увидели друг друга.

Арис стоял в десятке метров от меня Прозрачная свободная рубашка с длинными рукавами, белые брюки в обтяжку ниже талии, белые остроносые туфли, гладко зачесанные назад волосы. Пристальный взгляд на меня. Зрачки расширились и сузились по-кошачьи, «длинно моргнул» с выдохом сквозь стиснутые зубы.

Ну, что ж. Представление началось. Интересно, кто из нас доживет до его окончания и в каком виде?

Улыбнулась зовущей улыбкой, медленно протянула к нему руки, едва заметно подалась вперед. Волна телом сверху вниз. Остановилась. Плавно опустила руки.

Теперь, если слушать музыку, должен быть встречный шаг Ариса. Он не шевелился. Смотрел на меня не мигая. Мышцы на животе медленно напрягались и расслаблялись. Грудная клетка в такт им раздвигалась и сужалась.

Двойное дыхание — поняла его действия — пытается взять себя в руки. Молодец, я тоже так поступаю, когда надо быстро овладеть собой. Надо, наверное, тоже приготовиться к атаке королевы таким же образом.

Не долго думая, приступила к выполнению этого же упражнения, вызывая выброс адреналина в кровь с помощью добавочного стимула — эмоции страха. Может смогу купировать хоть немного будущую боль.

Музыкальные такты, отведенные его встречному движению закончились и я присела в глубоком реверансе, шагнув на шаг вперед, низко опустила голову. Задержалась в этой позе на полтакта, подняла голову и поймала его взгляд, нежно улыбнулась. Медленно поднялась, в такт музыке обернулась вокруг себя, поворачивая голову так, чтобы не потерять его взгляда.

Снова его очередь и снова он стоит. Дыхание углубилось.

Первый удар заклинания «страсти», брошенный кем-то из магов, Арис пропустил. Глаза вспыхнули сине-зеленым огнем… Но он успел взять себя в руки, шагнул и поклонился, став на одно колено. Рубашка прилипла к телу от пота, ребра ходили ходуном. Медленно встал, выпрямился. Улыбка играла на губах.

Не дай Бог мне такую улыбочку во сне увидеть, заикой же проснусь!..

Еще один реверанс, поворот, книксен. Когда же?! — бьется в висках мысль.

Удар заклинанием «влечения» вспыхнул ярким пятнышками на среднем слое ауры. Успел отбить. Умничка!!!

Преклоняет колено, сердце на ладонь, протянутые руки ко мне — удар «веретеном любви», отбивает бросившему, маг ищет глазами меня, шагает, на втором шаге успевает снять обратный удар, возвращается на место.

Маги расходятся по кругу, берут в кольцо.

Капли пота скользнули по вискам жениха. Глаза смотрят только на меня.

Улыбка, прозрачный подол чуть выше, перетекла на колени, руки к груди, склонилась едва не коснувшись лбом пола, пропуская на собой «улыбку любви», выпрямляюсь «сердце из груди на ладонях», умолющий взгляд, зовущая улыбка.

Когда же хлеснет боль?! Ожидание выматывает больше, чем сама акция. Веда была права со своей стороны, когда готовила эту кару — думала, улыбаясь Арису.

В такт музыке одновременно поднимаемся. Шаг навстречу друг другу, книксен-легкий поклон — три удара заклинаний не достигают цели, разлетаются искрами сзади и по бокам. Над моими плечами проносятся еще два, и силовая волна обдает шею колебанием воздуха, вспыхивают между нами радужными звездочками. Ожерелье грозно подрагивает на шее то плотнее прилегая к коже, то чуть расслабляясь.

Последний шаг, его рука касается голой поясницы, вторая одновременно подхватывает мою ладонь.

Вот оно! Удар болью до темноты в глазах при первом касании его руки! Вот на что были настроены активаторы! Хорошо, что была хоть немного готова. Спасибо Арису, подсказал своим дыханием что надо сделать.

Пропустила полтакта, пока светлело в глазах и медленно выдыхала. Платье розами вгрызлось в тело, будто там не тончайшая ткань, а по меньшей мере шипы или острые зубы.

Арис с улыбкой ждал, пока положу вторую руку ему на плечо. Положила.

Боль резанула такая острая, что у меня вырвался непроизвольный стон. Казалось, что вместо шипов теперь впиваются острые бритвы, повторяя изгибы каждого цветка, прилегающего к телу. Арис расценил это иначе, чуть надавил ладонью на поясницу, прижимая к себе и одновременно отбивая летящие в него со всех сторон заклинания. Те радужными фейерверками осыпались не долетая до нас.

Я задыхалась от боли, сквозь зубы неслышно стонала, старалась отодвинуться от принца как можно дальше. По прикрытому розами телу текло что-то теплое, то ли пот, то ли кровь. Тонкий заклятый капрон между цветами не промокал, зато роза четко отпечаталась на его рубашке на груди. Я с ужасом смотрела на нее, представляя в каком состоянии теперь его белые брюки. В туфлях стало скользко и липко, старалась их удержать на ногах.

Каким-то десятым чутьем поняла, что разговаривать с ним до конца танца ни в коем случае нельзя. А тут еще и ожерелье начало постепенно придушивать. Видимо, заклинания, вплетенные в него вступали в конфликт с теми, что на платье и что летели в Ариса.

Из последних сил боролась с болью, затапливающей сознание, из последних сил переставляла ноги в скользких туфлях. Мне казалось, что этот танец вечный, что он никогда не закончится и эта музыка будет звучать, пока не упаду.

Наконец, музыка замолчала и я поняла, что мы стоим. Сжала крепко его руку и плечо, отдыхая от боли. Он ждал, не понимая что это я так в него вцепилась.

— Принц Арис Испытание Любви прошел с честью! Подданные Короны могут быть уверены, что их принц владеет собой настолько, до даже Любовь не в состоянии затмить его разума! Принц Арис Ардерис достойный Наследник Престола! — объявил громко король Гранд.

Придворные дружно заорали «Ура!», «Слава Принцу Арису!» «Слава Королевскому Дому!», «Слава династии Первого Короля!».

— Бал открыт! — провозгласил мажордом по знаку короля.

Снова заиграла музыка, теперь придворные закружились в вальсе, перестав обращать внимание на нас.

Отпустила его плечо и руку, покосилась на полированный до идеального блеска паркет. Рисунок половины нашего танца можно было прочитать по темно-кровавому следу моих туфель.

Арис, не обращая внимания на себя, повел меня за руку к трону.

Лицо короля Гранда медленно вытягивалось. Он мельком глянул на Веду. Та, прикрывшись веером, удовлетворенно сверкала глазами.

— Поздравляю принц! — сказал Гранд сыну — Ты хорошо держался. Ты прошел и это Испытание.

— Спасибо, отец! Спасибо мама! — поклонился обоим.

И тут увидел бывшие белыми штаны, прозрачную капроновую рубашку, теперь в смазанных красных розах. Медленно поднял на меня взгляд, не веря своим глазам.

— Это осквернение чистоты твоих намерений со стороны твоей невесты, сынок — уверенно сказала королева.

Король и королева смотрели на сына. Веда выглядела счастливой, хоть ее мимика была гневной. Это было с моей стороны прямое оскорбление наследника престола во время Ритуала, которое простить он не имел права. Подошедшие Лювирис, Лилия и Дед молчали, ждали моей реакции. Анри кусал губы.

— Ты знаешь что ты обязан сделать, Арис — добавила королева — Делай! Или это сделаю я.

Она в упор смотрела на сына, а он смотрел на свою испачканную одежду. Медленно перевел взгляд на то место, которое соответствовало самому яркому отпечатку на его брюках. Задумчиво коснулся кончиками пальцев платья на животе. Я непроизвольно вздрогнула от резко вспыхнувшей режущей боли. Арис глянул на меня и сразу же на свои пальцы, испачканные свежей кровью. Сине-зеленое пламя разгоралось в глазах, когда он глянул на меня.

— Зачем ты это сделала? — спросил он внешне спокойно.

Я молчала и не отводила взгляда.

— Я спрашиваю… зачем… ты… это… сделала? — едва сдерживая ярость повторил Арис, чеканя слова и не отводя от меня глаз.

— Так получилось… — сказала я, отвечая взглядом на взгляд.

— Я не тебя спрашиваю, Дарина! — рыкнул на меня принц — Я спрашиваю свою мать, королеву Веду. Зачем?!

— Арис, погоди! — взмолилась я, боясь того, что могло вот-вот произойти — Арис, это я хотела пошутить! Арис! Давай поговорим!

— Молчи, Дарина! Я не с тобой разговариваю! — снова рыкнул он, не отрывая глаз от меня.

В сине-зеленом пламени появились проблески Огня. Я смотрела в его глаза и не знала что делать. Краем глаза увидела короткий взмах дедовой руки и сбоку Ариса открылся портал. Он его не заметил. Взгляд был прикован к моим глазам. Я поняла жест помощи деда и тут же воспользовалась моментом: с неожиданной силой всем телом толкнула разъяренного принца в портал, крепко обхватив его руками. Задохнулась от боли…

* * *

Мы проскользили по полу гостиной. Арис в ярости тут же вскочил на ноги. Я висела на его шее, как обезьяна на ветке, и не собиралась отпускать, пока он не успокоится. Каждое касание резало тело и нервы острой болью, но, видимо, адреналина в крови было достаточно, так что боль была вполне терпимой.

— Пусти, Дарина! — рыкнул Арис, пытаясь убрать мои руки, но я еще сильнее держалась за его шею — Зачем ты это сделала? А?! Ты понимаешь, что я должен теперь тебя убить за оскорбление Принца Крови во время Ритуала?! Пусти, Дарина!

— Не пущу. — сказала упрямо — Убить можно и так. Я тебе разрешаю.

Арис зарычал в ярости, еще раз попытался вырваться. Не удалось, слава Богам. Еще один такой рывок и я останусь без рук.

— Пусти, Дарина! Тебе же больно! — тише прорычал он.

— А платье поможешь снять? — с трудом выдохнула.

— Да.

— Даешь Слово Принца?

— Даю.

— И не будешь искать виноватых?

— Дарина! — рванулся Арис и мои руки разлетелись в разные стороны.

Упасть не дал, подхватил на руки. Придушенная ожерельем, охнула от боли, схватилась за горло, закашлялась.

Арис тут же поставил меня на пол, убрал руки, глянул на свою, теперь уже качественно, пропитанную кровью одежду, выругался и плюнул в сторону, уперев руки в бока. И тут заметил, что ожерелье меня душит.

Реакция была мгновенной. Арис схватил свою цепку и резко перекрутил ее ладонью у себя на шее. Вены надулись, он начал потихоньку отпускать цепку. Дышать стало легче, пока совсем не отпустило. Я потерла шею, виновато глянула. Арис помог напиться из графина, у самой руки тряслись, как будто кур крала, хлебнул воды и сам.

— В какой последовательности нужно нажать на цветы? — спросил он Только не нажимай пока ничего!

Показала.

Через портал появились Дед и Анри. Оба хмурые и злые.

— Спасибо, Деда! — поблагодарила его, едва завидев обоих.

— Молодец, что сообразила, — похвалил дед — а то этот «убивец» натворил бы дел — глянул на Ариса.

— Это еще не конец — парировал принц — Я этого так не оставлю.

— Ты обещал платье снять! — припомнила ему.

— Ты вот что, жених — рыкнул Дед — не кипятись. Ты теперь не один и сам собой распоряжаться уже не можешь. Вон с ней решать будете, когда остынете оба. А пока эту гадость снять надо, а то невеста твоя кровью истечет и останешься вдовцом, так и не став мужем!

Арис хмуро глянул на деда, но промолчал.

Втроем подробно расспросили меня что и как происходило, как активировались заклятия, какие ощущения были, когда и как зареагировало ожерелье, внимательно осмотрели раны в виде контуров роз там, где платье касалось тела только спорадически, то есть на ногах. Арис скрипел зубами, бегал по гостиной, пока его не выгнали в душ и переодеваться. Анри пошел с ним по приказу деда, чтобы не придумал телепортироваться к мамаше.

— Сильно ты ее достала, внученька — тихо сказал дед — теперь от нее любой гадости жди. Смотри, деточка, будь осторожна, следи, чтобы ни она, ни ее прямые подчиненные к тебе не приближались, пока не поженитесь.

— Не поженимся, деда. Это я тебе точно могу сказать — скривилась от боли, коснувшиь локтем тела, где платье плотно прилегало к коже.

В дверь без стука вошли Лювирис и Лилия.

— Извините, что задержались, Госпожа моя, господин Стар, — сказал Лювирис — Пришлось присутствовать при отвратительном семейном скандале, но выбора у нас не было. Сейчас сюда придет Гранд, скажет как снять это платье. А где принц?

— С Анри в душе — выдохнула в ответ, кривясь от боли.

— Ну, тогда я пойду к ним. Надо мне с правнуком словом мужским перемолвиться.

И вышел в дверь спальни.

— Ну, я тоже отдохну от этой головоломки, и ты отдохни, Даринка — сказал дед и пошел за Лювирисом.

Мы с Лилией остались одни.

Королева присела передо мной в реверансе, поднялась.

— Дарина, я благодарна тебе за все. И в первую очередь за мужа…

Удивленно на нее посмотрела.

— А я благодарна Вам, Ваше Величество, что Вы меня тогда не выдали, когда увидели кольцо у меня на пальце… Ой, я забыла, извините, я пока шевелиться не могу.

— Можно я попробую снять твое платье? — спросила Лилия, обходя меня по кругу и внимательно присматриваясь к цветам.

— Попробуйте — вздохнула с надеждой.

Лилия еще немного походила вокруг, нажала на несколько бриллиантов на ожерелье и последним на крохотный камешек над тем, что прикрывал пупок. Платье свободно скользнуло на пол, Лилия резко рванул меня к себе, подальше от платья, неожиданно сильным движением разорвала полосочки стрингов, кинула на «розы», подтолкнула ногой туда же туфли. Кучка полыхнула яркой вспышкой, нещадно завоняло паленой мертвечиной. Лилия закрыла меня собой.

Мужчины всей толпой выскочили из двери спальни, первым, конечно, Арис.

— Дарина!!!

— Здесь она, Арис! — позвала его Лилия — Здесь! Не волнуйся! Анри, дай халат! — приказала королева Лилия.

Арис развернулся, одним прыжком оказался рядом. Лилия сделала шаг в сторону. Я как раз распускала волосы, чтобы ими прикрыться, пока взгляды не обратились ко мне. Не успела. Так и застыла с поднялыми к голове руками.

Все смотрели на глубокие кровавые розы на коже, кровоточащие в некоторых местах довольно обильно.

А я смотрела на Гранда и Веду, остановившихся в открытых входных дверях. Она была заплакана и растрепана. Он держал ее крепко за локоть, лицо грозное, неумолимое. Оба вытаращились на меня.

Все! — подумала лихорадочно — Напрасно Гранд ее сюда привел. Надо что-то делать, иначе Арис ее убъет! Но что?!!!

Ничего лучше придумать не смогла, как закатить глаза и «упасть в обморок». Как и расчитывала, Арис успел подхватить. Не глянув на родителей, молча, со мной на руках, ушел в спальню. Анри, с халатом в руках, закрыл за нами дверь.

Я тут же открыла глаза, обхватила жениха за шею.

— А в ванную меня донесешь?

Он остановился от неожиданности:

— Ты притворилась — констатировал факт.

— Да.

— Чтобы я ее не убил.

— Да.

— Спасибо — скрипнул зубами и понес в ванную.

* * *

Стояла под струей ледяной воды и тряслась от холода. Арис весь забрызганный водой, отбивающейся от моего тела, заканчивал ритуал очищения организма от токсинов заклятий. Делать его можно было только под струей свободно текущей холодной воды, будь то водопад или душ, или что-то подобное. Я молча терпела, хоть зуб на зуб давно уже не попадал.

Дед стоял в сторонке, время от времени добавлял то одно заклинание, то другое, изменяя стандартный ритуал на более подходящий случаю и в то же время помогая Арису разобраться в хитросплетениях сотворенного магией платья, которое чуть меня не убило. Арис все ловил на лету и тут же продолжал дальше. Дед довольно кивал головой. Я только слушала, мотала на ус, запоминала в меру своих замерзших возможностей то, что выпевал и произносил Арис. Это был совсем другой уровень магической работы, до которого мне еще далековато.

Окончательно посиневшую, вытащили из ванной, в четыре руки растерли полотенцами, завернули в махровый халат, высушили заклинанием волосы, одели мои пуховые носки, отнесли в спальню и положили под теплое одеяло.

— Останься с ней — велел Арису дед — а я принесу горячего вина.

— Я… — начал было Арис, но дед перебил.

— Нечего тебе пока там делать — строго сказал он — Подождут, если надо. Лучше своей хрупкой половиной займись, согреть ее надо, а то еще заболеет ненароком. Зря, что ли, старалась тебя оттуда увести?

Арис согласно кивнул:

— Спасибо, Учитель. Так я и сделаю.

Учитель?! Так мой собственный дед его Учитель?!! Ах, ты ж… не знаю даже как назвать этого своего родственника! Так, значит, ты все подстроил с самого начала!!

Арис заглянул мне в глаза, потрогал ледяные руки, коснулся губами носа, тут же занырнул под одеяло, распахнул халат, обнял, прижал к себе. Его тело было горячим, одурительно пахло ландышами и еще чем-то неуловимо тонким и необычайно родным. Мысли о деде унесло в непонятную даль.

Я дышала его запахом, согревалась от его тепла и радовалась, что не потеряла его из-за собственной дурости. Постепенно зубы перестали стучать и я начала согреваться. Открылась дверь, вошел дед с парующим кувшином и двумя глиняными толстостенными чашками. Дернулась и попыталась отползти от Ариса, но он держал обеими руками, крепко прижав к себе.

— Господин Стар, Учитель, — обратился он тихо к деду, тот вопросительно глянул своими мудрыми глазами — я не могу оставить Дарину. Поговорите, пожалуйста, с королем Лювирисом, чтобы он вместе с Вами сегодня же провел Обряд Супружества. Я больше не могу рисковать. И не хочу.

— А меня что, даже не спрашивают?! — возмутилась таким оборотом ситуации.

— Нет — ответил Арис, даже не глянув.

— Нахал!

— Да.

— Даже ждать, пока Дарина поправится не будешь? — поднял брови дед, игнорируя мое возмущение…

— Я сам ее вылечу, но уже без всякого риска. Мать на своей свадьбе я видеть не хочу — решительно сказал Арис — ни под каким предлогом.

— Ты хорошо подумал? — спросил дед, наливая вино в кружки.

— Да.

Принц приподнялся на подушках, увлекая меня за собой, взял у деда кружку, отдал мне, вторую взял себе.

— А мнение своей невесты спросил? — покачал головой дед — Ладно. Вы тут поговорите, а я поговорю там. Потом обсудим вместе что и как делать.

И вышел.

От горячего вина прокатилась по телу горячая волна, стало жарко.

— Ты не против, любовь моя, если мы сегодня поженимся? — тихо спросил Арис.

— Против — буркнула, глотая горячее вино с корицей и гвоздикой.

Он облегченно вздохнул, прикрыл глаза:

— Я буду самым счастливым Ашером, Дарина. И я сделаю тебя самой счастливой супругой на свете. Это я тебе обещаю, любимая.

Я пила вино крохотными глотками и насуплено молчала. Меня разозлила вся эта дурацкая ситуация и сам Арис, решающий за меня такие важные вопросы.

— Скажи мне что-нибудь, любимая — попросил он ласково.

— Какой у тебя намечается следующий ритуал?

— Свадьба — улыбнулся.

Они меня быстрее всей компашкой в гроб загонят, чем замуж. А эта королева-кошка глазыньки мои красивые выцарапает, чтобы на сыночка не пялилась без ее позволения. Нет. Замуж я не пойду. По крайней мере сегодня.

— А кроме? — не отставала от него.

— Ритуал Права Наследия Трона Принца Крови.

— А этот какой был?

— «Победить зверя в себе».

— А тот когда?

— Через полгода-год.

— Ашерский или нормальный?

— Ашерский. А почему ты спрашиваешь?

— Да вот думаю, успею ли очухаться в промежутке от одного ритуала до другого.

— Дарина…

— Да, Арис?

— Что с тобой происходит?

— Ничего, Арис. Радуюсь, что поединок уже закончен, а я еще жива. Хоть и изрядно потрепана.

— Дарина, когда ты станешь моей женой…

Вскочила с кровати, расплескав вино по простыни и одеялу, в добавок ко всему прочему еще и обожглась. Со злостью поставила кружку на прикроватную тумбочку.

— Арис, я пришла сюда не замуж выходить, а на поединок, как твой кровный враг. Поединок закончен. Я свободна. Если ты не удовлетворен исходом, назначь другое время и другое место. Это, Арис, настроение поединка, а не счастливой свадьбы! Когда ты мне предложишь не «бой в Крыму все в дыму», а день свадьбы, тогда я и буду настраиваться на день свадьбы, а не умирать и выживать. А вот в этом виде — распахнула халат с отпечатавшимися на внутренней стороне кровавыми розами по белизне хлопка — мне впору пару недель голяком походить, пока раны закроются и корки отпадут, а не в свадебное платье обряжаться и томно вздыхать под аккомпонимент собственного голоса «да, согласна»! Так что, извини, жених мой любезный, мне пора отчаливать и зализывать раны где-нибудь в сторонке от вашей семейки. Спасибо за помощь в снятии последствий заклинаний, но мне пора.

Он смотрел на меня ошалелыми глазами, совершенно растерявшись, медленно начал подниматься, но я бросила халат навстречу его движению и нырнула в портал.

* * *

«Кровавые мальчики перед глазами» слабая пародия в сравнении с теми, что «скакали» передо мной. Я еще долго стояла, поддавшись дикой ярости, пока напряжение не стало отпускать, тряся телом, как тот поп грушей. Прямо «пляска Святого Вита! — подумала, наблюдая за телом отстраненной от ярости частью сознания. Реакцию надо было переждать. Иначе могло бы закончиться печально для меня самой. Выброс такого количества адреналина и эндорфинов в кровь бесследно для человеческого организма не проходит, а хотя бы частичная их нейтрализация никому еще не помешала. Поэтому стояла, не шевелясь, поддавшись физиологическим реакциям, наблюдала и ждала.

После «трясучки» навалилась безумная усталость. Ноги подкосились и я кулем свалилась на каменный пол. Закрыла глаза и постаралась максимально расслабиться, не мешая телу приходить в себя. Сознание отключилось само.

Первым, что увидела, были длинные белые волосы и знакомый рукав халата Учителя.

— Выпей, танцорша! — скомандовал он спокойно, протянул мензурку с какой-то гадостью.

Ну, вот, ему и рассказывать ничего не надо, сам все считал с памяти и восстановил полную картинку, пока в отключке была. Мне бы так научиться! Эх…

Попробовала приподняться на локтях, но сил не хватило. Скрипнула от досады зубами, закрыла глаза, восстанавливая дыхание после бесполезного усилия. Учитель косо глянул, повернулся, легким движением приподнял мою голову одной рукой, влил гадость в рот. Проглотила, чуть не вывернуло, задержала дыхание. Придержал, пережидая приступ тошноты. Выдохнула, задержала дыхание, пока не застучала кровь в висках от нехватки кислорода. Отпустило, осторожно глубоко задышала.

— Грэтта! — позвал старую дракониху Учитель — Грэтта, забирай ее с глаз моих долой и чтобы завтра была на ногах, и готовая к работе.

— Хорошо, Старейшина — услышала знакомый голос старой опекунши.

Старческие руки подхватили, вынесли из пещеры, привычно кинули в бездонную пропасть. В свободном полете вниз поблаженствовать не дали. Грэтта подхватила когтистой лапой, понесла на восток.

* * *

Высоко в горах, над глубоким ущельем, зеленел густой растительностью широкий уступ. Небольшой водопад со временем вымыл естественное углубление в скальной породе и оно теперь выглядело, как аккуратное озерко кристально чистой воды. В зарослях прячется небольшой деревянный домик из трех комнат, удобной кухоньки и санузла. Местные его называют «Домик Созерцания». Редко кто из драконов появляется здесь, а если уж появляется, то для этого должна была быть очень серьезная причина.

Драконы предпочитают жить в своих домах-пещерах в человеческом облике, кроме самых старых или ленивых, у кого нет сил или желания все время трансформироваться.

Снаружи их дома выглядят, как пещеры, но внутри ничем не уступают эксклюзивным виллам человеческого Мира. Драконы любят роскошь, красоту, драгоценные камни, блеск изящного благородного металла, уют и изысканность.

Грэтта спланировала на небольшую лужайку перед домиком, попутно бесцеремонно скинула меня в ледяную воду озерка, не обращая внимания на «мое тяжелое болезненное состояние». Садистка! Сама по инерции пробежала несколько шагов по траве, сложила крылья и обернулась милой старушкой.

Распласталась на поверхности воды с закрытыми глазами. Отдалась приглушенному шуму водопада, звук которого почему-то всегда исчезал, едва отплывешь чуть в сторону от падающей с высоты воды, в глубине ущелья и не нарушал общей тишины и комфорта «райского уголка» зеленого уступа.

Через час с лишним, если судить по солнцу, послышался голос Грэтты:

— Дарина! Давай, выходи! Нечего мерзнуть понапрасну. С тобой уже все нормально, по ауре вижу.

Гребанула к берегу, вышла по щербатым камням на траву, эябко поежилась. Быстро сняла одежду, которую одела на меня драконья старушка пока я валялась без сознания, прополоснула ее, выкрутила и раскинула сушиться на кустах. За спиной хлопнули крылья. Проводила огромную драконью тень взглядом. Знает мудрая Грэтта, что сейчас мне лучше побыть одной. Спасибо тебе, моя дорогая опекунша, за это.

Села на камень в лотос, лицом к водопаду, выровняла дыхание, погрузилась в созерцание. Ровный поток воды падает в каменную чашу, по краям разбрызгивается каплями, они ударяют о поверхность, разбиваются на мелкие осколки, те весело скачут в разные стороны, перемигиваются искрами солнечного света.

В ровном потоке выделяются отдельные струи, как сытые змеи перевиваются, сплетаются, снова расползаются, не нарушая общей гармонии движения.

Весь поток это жизнь. Полная, мощная, быстрая. Отдельные потоки, как эмоции, чувства, мысли, ощущения. Там, где падающая вода вбивается в поверхность озера, похоже на человеческую или любую другую жизнь, которая появилась, заявила о себе миру, «я есмь», «я существую. А брызги, как те следы жизни каждого существа, которые проявляются в общем горниле мироздания и исчезают…

Легкий ветерок дунул на брызги. Над поверхностью мелькнула несмелая радуга и исчезла.

Зачем они так со мной?!.. — прорвалась чуждая созерцанию мысль. Сознание жадно уцепилось за нее и понеслось вскачь, нарушая внутреннюю гармонию. Образы, картинки, короткие «фильмики» последних событий проносились в голове, вызывая бурю эмоций. — За что они так со мной?… — обида подкатывает к горлу, душит комком, сталкивается с внутренним покоем, разлетается брызгами, оставляя усталость, тянучую тоскливую боль… — Что плохого я им сделала?…. - капли жизненной силы тяжело капают из кончиков пальцев в воду… тяжелеют руки… плачет душа…

Вовремя поймала себя на этом, ушла еще глубже в свое «Я», присмотрелась со стороны к бушующему потоку мыслей, вызванных эмоциями.

Правду говорят, что эмоция худший советчик. Особенно, когда взрывается неожиданной, мощной волной, несет на своем гребне рассудок, комкает мысль, играет судьбой…

Интересно, а что бы на моем месте сделала Веда, его мать и дочь своей матери, если бы перед ней стал такой выбор: либо жизнь сумасшедшей матери, либо жизнь собственного сына и третьего не дано? Кого бы она выбрала и кого из двоих, не моргнув глазом, убила? Сына или мать? Прошлое или будущее? Я выбрала будущее и получила свою толику кровной мести за прошлое. Я убила давшую жизнь королеве и спасла будущее Мира, того, кто даст будущее следующим поколениям. А что бы сделала она?…

Выбор штука сложная. И всегда входит в расчет либо эмоция, либо рассудок. Третьего не дано.

И как в этом случае выходить замуж, имея кровницей мать жениха? Как сказать свое «Да» во время супружеского ритуала в святыне, когда в этот же день едва не погибла от руки свекрови?

Безусловно, став женой Ашерского принца, я бы получила все, что хотела и даже больше. Потому что я Богиня? Или потому что Арису нравлюсь в экстремальных ситуациях?

Арис за эти пару с лишним веков создал в своей душе и сознании какой-то идеал женщины, которую хотел бы видеть рядом с собой, как и любой, кто думает о своем будущем, о своем личном, интимном, самом близком, желанной «половине» своей мечты. Каким-то образом я оказалась чем-то похожей на его идеал. Но только чем-то. Этого оказалось достаточно, чтобы его воображение дорисовало остальное.

Он не принял меня настоящей, такой, какой я являюсь на самом деле и которую показала ему, когда он приходил в себя после первого проявления мощи Бога Огня. «Моя Дарина не такая» — сказал Он тогда Анри… Не такая. Такая это та, которая в экстриме, а не такая, которая ласковая, добрая, покладистая, нежная, любящая. Значит, он любит не меня, а тот кусочек идеала, который увидел во мне в определенной жизненной ситуации.

На самом-то деле никакая я не бой-баба и мне тоже хочется нежности, спокойствия, любви, ласки, тепла, стабильности во всем, хочется спрятаться под надежной защитой любимого, почувствовать себя просто слабой женщиной у крепкого мужского плеча…

А такой Он меня не воспринимает. Тогда какой смысл выходить за него замуж? Чтобы всю жизнь играть ту, кем не являюсь?

Нет, этого я не хочу. Просто не смогу быть тем кусочком, который ему нравится во мне. Семейная жизнь она на всю жизнь, до конца. Столько времени создавать искусственный экстрим и жить на адреналине никто не выдержит. Даже я и даже он. Да и незачем. Пусть будет, как будет, но спешить «под венец» нет смысла и необходимости. Надо «делом заняться», как сказал бы дед. Вот и займусь. Некогда хандрить и соплями умываться по дорогому жениху, который предложил руку и сердце не той. Пусть спокойно в себе разберется, потом решать будем.

* * *

Вышла на берег, когда окончательно устала от плавания и нырков на глубину.

Вот сколько раз здесь ни была, сколько раз ни ныряла, стараясь достать дно, так ни разу и не смогла. Сегодня мне показалось, что где-то на глубине справа мелькнул свет. Надо будет отдохнуть и попробовать еще раз.

Развалилась на траве, расслабилась и, неожиданно для себя, заснула.

Приснился Драгир. Он спланировал с закатного неба прямо в озеро, поплыл в глубину, свернул вправо, вынырнул в воздушном кармане боковой ниши скалы, вылез на небольшой каменный карниз человеком. На его поясе висели ножны очень похожие на ножны Стилета. Он отцепил их, стараясь как можно меньше касаться камней, украшающих и ножны, и рукоять меча. Спрятал в нише. Снова обернулся драконом, с гулким всплеском нырнул в воду, выплыл на поверхность озера и свечой взлетел вверх.

Проснулась в холодном поту, подскочила на ноги, не понимая еще сон это или явь. Оглянулась. Закат. Еще немного и будет темно.

Неужели это мой Рин?!! Риндал?!!

В кровь плеснуло адреналином, сердце застучало, как бешенное. Не долго думая, прыгнула в воду, сильными движениями погребла вниз. Уши заложило. Голову сдавило. Я должна проверить! Я должна знать!

На одном упорстве доплыла до света справа, выскочила из воды, как пробка из бутылки, на каменный карниз. В голове шумело, легкие радостно хватали воздух ртом. Руки и ноги тряслись от напряжения, предвкушения, неожиданной нагрузки спросонья. Отдышалась двойным дыханием. Прошла к нише.

— Риндал! — позвала любимый Меч из прошлой жизни — Риндал! Иди ко мне! Рики здесь! Риндал!

Протянула руку, коснулась кончиками пальцев ножен, но взять не удалось, что-то крепко держало. Пустила туда поисковик, заглянула. Да, это была мой Риндал и заклятие «камня» на нем. Блин! Ну, Драгир! Умудрился заклясть мой волшебный Меч! Гад-переросток!

Постояла, подумала. Решила рискнуть. Сосредоточилась, ударила по камню Стилетом, усилив его острие заклинанием «точка». Кусок камня, образующего нишу, отвалился. Коснулась Стилетом ножен, потом рукояти меча, позвала душой и эмоцией, подставила руку, поймала освобожденные ножны. Каменный уступ, на котором стояла обвалился и я плюхнулась вместе с ним в воду. Не долго думая поднырнула под острый гребень скалы, рванулась вверх.

Показалось, что озеро вдруг превратилось в водоворот и вот-вот затянет меня за собой в бездонную чернь ущелья. Из воды выскочила, как ошпаренная, дыхание вырывается со свистом, глаза бешенные, руки крепко сжимают оружие. Перекатилась через голову, удирая неизвестно от чего, но подальше от воды. Надо мной пронеслось три стрелы заклинаний нейтрализации, обдали волной сил стихий. Аха, защита. Обернулась к большей опасности. Дух-охранник таял в воздухе. Обернулась назад. Блин!

Трио «бандуристов» стояли в боевых стойках: Учитель, дед и Арис.

Вот черт! И сюда добрались. Это вообще против всех правил. Никто не имеет права беспокоить удалившегося в Домик Созерцаний! Начальству видимо закон не писан даже здесь!

Недовольно нахмурилась. Отвернулась, пошла к домику в надежде, что где-то там найду что-то из одежды.

— Дарина! — окликнул Учитель.

Обернулась.

— Может быть я оденусь все-таки сначала?! — возмущенно глянула на него.

— Успеешь — отрезал он — Что ты опять натворила?!

Да что же это за напасть такая?!! Опять я крайняя?!!

— Это мой Риндал — показала меч в ножнах — Его когда-то спрятал в озере Драгир. Я увидела это во сне после медитации. Проверила. Остальное очевидно. Теперь могу идти?

— Теперь можешь одеться. — милостиво разрешил Учитель — Здесь.

Учитель взмахнул рукой и кучка холщовой одежды упала к моим ногам. Башмаки шлепнули по заду, когда склонилась за штанами. Потерла зад, хмуро засопела.

Значит, под надзором, чтобы не удрала. Интересно, что ему наплели дед и Арис? — подумала, одеваясь. Против Высшего Мага и двух Старейшин пырхать мне было не с руки. Задавят, как паршивого котенка, и не поморщатся.

Стилет вернулся на место. Вытянула клинок, тот приветственно блеснул, подмигнул рубиновым глазком, улыбнулась ему в ответ, на душе потеплело. Вылила воду из ножен, прицепила на талию за длинный ремешок, вернула меч на место. Натянула башмаки. Повернулась к молча наблюдавшей за мной тройке, подошла, также молча уставилась на них.

— Я вижу, ты уже восстановилась полностью — сказал Учитель — Что собираешься делать дальше?

— Источник. Ключ. — односложно ответила, не отрывая от него взгляда, будто деда и Ариса здесь не было.

— В этом Мире?

— Да.

— Сама?

— Да.

Учитель переглянулся с дедом.

— Сама не сможешь. Там двойное начало — заявил Учитель и кивнул на Ариса — Вдвоем у вас получится. Да и в остальных Мирах то же самое.

— Это почему интересно?! — удивилась возмущенно — У Змеелюдей прекрасно справилась сама. У Ашеров тоже. Здесь будет то же самое, как и в других Мирах.

Дед и Арис молчали. Учитель хмуро смотрел на меня.

— Ты в Ключ с ним вместе у Ашеров входила? — строго спросил Учитель.

— Да. Ну и что?! Это была необходимость! Я не могла позволить ему умереть!

До моего сознания начало доходить что я тогда сделала. Холодный пот потек по лицу и спине. Глаза чуть не вылезли из орбит. Спасая Ариса, я замкнула энергии Сфер Алтаря на нас двоих! Теперь ни он без меня, ни я без него не могли войти в Поток Силы для его восстановления! И Алтарь отзывался нам двоим, и не однажды! Вот дура-то! Это же такую дуру поискать днем с огнем не найдешь!

В сердцах закусила губу, сжала кулаки впиваясь в ладони когтями.

— Вот именно — подтвердил Учитель — Хорошо, что догадалась сама. Теперь не станешь отрицать очевидного.

Смотрела пустыми глазами в небо, в душе ломала себя, принимая очевидное.

— Ты жалеешь об этом? — тихо спросил Арис, коснувшись моей руки.

— Нет, не жалею — ответила равнодушным голосом — Ашерский Трон не может остаться без наследника.

— Хватит язвить, Дарина! Не вынуждай меня прибегать к наказанию! — рыкнул Учитель и добавил уже обращаясь к обоим — Через час можете отправляться к Источнику, а в полуночь к Ключу. Это самое оптимальное время в этом месяце.

Мы с Арисом молча кивнули.

— Пойдем, Абарар, нам тут больше делать нечего. — сказал Дед — Пусть молодежь сама разбирается между собой. Нам с тобой еще надо приготовиться к их действиям.

— Да, ты прав, Стар. Нам пора — сказал Учитель, взмахнул рукой и овал засиял холодным серебром. Дед открыл портал. Туда они и ушли один за другим. Марево рассеялось.

Молча пошла к домику, игнорируя Ариса.

— Дарина…

— Не разговаривай сейчас со мной, Арис — буркнула раздраженно.

— Хорошо…

Ушла в дальнуюю комнату домика, достала из шкафа плед и подушку, свернулась калачиком на софе, мгновенно уснула.

* * *

Снилась погоня. Дикий ужас охватывал все мое существо. Сейчас догонят! Сейчас схватят и лучше бы убили, чем ЭТО!

— Лаурааа! — крикнула я, что есть мочи, узнав беглянку.

Она оглянулась, встретилась со мной глазами полными ужаса…

Я вскочила на ноги и понеслась к озеру. Арис вбегал в домик на мой крик. Скользнула под его рукой, подбежала к воде, не теряя концентрации на контакте во сне, открыла портал в воде, крикнула, крепко держась сознанием за ее образ:

— Лаура! Прыгай! Лаурааа!

Перепуганные глаза отразились в воде. Кобыла не раздумывая прыгнула, выскочила рядом.

— Стооой! — заорала я, но она от страха не услышала и, проскакав несколько десятков метров, вломилась в кустарник и полетела в пропасть.

С места сорвалась в полет, ринулась за ней, взмахнула над полянкой крыльями, увидела падающую фигуру, и тут же сложила их. В пропасть падали двое: Лаура и Арис, крепко ухватившийся за ее шею, когда, видимо, пытался ее остановить. Вывернуться, чтобы сесть ей на спину он не мог. Перепуганная еще больше кобыла вырывалась из сильных рук. Создать портал где-то внизу и спасти ее и себя, не мог тем более. Лаура не давала ему шанса даже повернуть голову, чтобы наметить место портала.

Господи! Как же хорошо, что я могу быть драконшей! — мелькнуло в голове — Спасибо Учителю, что неустанно гонял меня во время тренировок по трансформации.

Когтистая лапа схватила кобылу, но тут Арис сорвался с ее скользкой шеи и полетел вниз. Поймала. Облегченно развернула огромные кожистые крылья, спокойно полетела вверх.

Опустила обоих на траву, спланировала чуть дальше, стала на ноги, обернулась к ним. Девушка-златовласка и Арис смотрели на меня ошалелыми глазами.

— Дарина?!!

— Дарина?!!

— Вам только дуэтом петь, господа — недовольно прокомментировала их голосовую реакцию на мою трансформацию — хорошо получается. И не смотрите на меня так, будто у меня рога выросли. Пантокрина у меня в организме для этого явно не хватает. — глянула с досадой на их лица — Ну что вам не так? Белую драконшу никогда не видели, что ли?!

По их лицам поняла, что не видели, махнула рукой и ушла на кухню. Времени было еще достаточно, чтобы соорудить легкий перекус перед тем, как отправляться к Источнику. Оказывается спала я от силы минут пять.

Через несколько минут в кухне появились «прыгуны в пропасть». Я как раз начала резать салат из свежих овощей. Покосилась на обоих.

— Спасибо — дуэтом сказали оба.

Хмыкнула, покачала головой.

— Арис, порежь, пожалуйста хлеб — мельком глянула на него, продолжая резать салат — Кто за тобой гнался, Лаура?

Арис кивнул, взялся за дело.

Златовласка побледнела, опустила глаза:

— Король кентавров и его сын…

— Чего хотели? — не поворачиваясь спросила ее.

Молчание.

Обернулась. Два здоровенных мужика держали девушку за руки и за волосы. Тот, что помоложе приставил острие кинжала к ее горлу. Кенна умоляюще смотрела на меня.

— Так что хотели? — повторила вопрос тут же вспомнив, что забыла закрыть портал, который открыла кобыле, ринувшись за ними в пропасть.

Боковым зрением увидела, что Арис, резавший хлеб на столике у шкафа, растаял в воздухе.

— Не твоего ума дело, магичка — прорычал старший, нехорошо скалясь — Тебя за компанию тоже…

Договорить он не успел, рухнул на пол первым, второй упал следом. Лаура отлетела ко мне, а Арис проявился между телами с кинжалом, который только что держал в руке тот, что помоложе. Принц внимательно рассматрел клинок, поднял на меня глаза.

— Представляешь, Дарина, — задумчиво сказал он — уже лет десять разыскиваю свой кинжал по Мирам, который пропал из моей личной оружейной во дворце Змеелюдей. А он, оказывается, у одного из тогдаших гостей… Ну. Надо же… Клептомания, что ли…

— Это король и его сын? — кивнула на лежащих.

— Да — опять одновременно ответили Лаура и Арис.

Кивнула.

— Уже входит в привычку. Это хорошо… Отойди от них, Арис, пожалуйста.

Он отошел на пару шагов, вопросительно поднял брови.

Подняла глаза в потолку, вспоминая заклинание, которое однажды слышала от деда, по памяти сплела формулу, повторила еще раз. Опуская глаза вниз, боковым зрением увидела какими восторженными глазами смотрит Арис мимо меня. Туда, где стояла Лаура. Скосила глаза на нее и увидела такой же ответный взгляд. В сердце что-то кольнуло, к горлу хотел подкатить комок, но я не дала. Щелкнула искорками из пальцев по лежащим телам, прошла к ним, подобрала с пола две крохотные статуэтки кентавров, оглянулась на жениха и Кенну, вышла на улицу.

Вот и приехали. Готов клиент.

— Лаура! — позвала Кенну — Можно тебя на минутку?

Тишина. И тут до меня дошло. Она завладела его сознанием с помощью своих врожденных чар кобылы Смерти! Так вот как они уводят за Грань Богов и Королей!!!

Вернулась в кухню. Арис обнимал златовласку за плечи, медленно склонялся к ее губам. Бриллиант обручального Кольца Невесты резанул отбелеском света по его глазам, когда я, совершенно не думая, прикрыла ладонью губы Лауры.

Арис отшатнулся, будто ему кувалдой заехали промеж глаз, замотал головой, растирая лицо ладонями. Придавила красавицу за горло, впилась взглядом в ее глаза и тихо шепнула:

— Еще раз применишь свои чары к моему жениху, отдам кентаврам или сама порву на лоскуты. Поняла?!

Она хлопнула глазами, я чуть ослабила хватку, давая говорить.

— Прости, Дарина, я нечаянно. Он такой красивый, что…

— Удавлю… — еще тише шепнула ей — Даю Слово.

Между нами полыхнул знак божества.

Отпустила паршивку, оглянулась на жениха. Он все еще тер глаза и лоб, стараясь справиться с наваждением. Я сурово глянула на Лауру. Она тут же очистила его ментал на уровне «смертельной частоты», на которой работала с его сознанием и эмоциями. Арис замер, оторвал руки от лица, со ужасом глянул на меня.

Я поливала растительным маслом и доправляла салат приправами, сделала вид, будто ничего не заметила. Лаура дорезала хлеб, виновато косясь в мою сторону.

Арис решительно шагнул ко мне, открыл рот что-то сказать, но я тут же сунула ему в руки салатницу:

— Поставь на стол салат, Арис, а я достану тарелки и вилки.

Отошла к серванту, начала доставать посуду, а сама внимательно наблюдала за обоими объемным зрением. Он постоял на месте, косо глянул на Лауру, пошел к столу. Лаура туда же понесла хлеб, глянула на Ариса. Он отвернулся от нее, пошел ко мне.

Вот паршивка! Продолжает свое!

Мое заклинание было готово и я им щелкнула по златовласке. Статуэтка осталась на полу.

— Давай тарелки — сказал он тихо, избегая смотреть в глаза.

— Я сама отнесу. А ты поставь чайник, пожалуйста. Чаю горячего хочется — спокойно сказала.

Ну, хоть совесть еще не потерял, уже радует — усмехнулась про себя.

Подобрала статуэтку, поставила тарелки на стол, привычным движением отправила все три фигурки в драконий перстень. Пусть отдыхают, пока я занята. Потом разберусь, как время будет. Вышла на полянку, присмотрелась к координатам портала, запомнила, закрыла. Вода снова стала водой.

Вернулась в кухню.

Арис набрал в чайник воды, поставил на плиту, активировал кухонное заклинание огня. Постоял немного, решительно повернулся и, не увидев Лауру, крутнул головой. Я спокойно накладывала салат в тарелки.

Промолчал, подошел, присел к столу. Поставила перед ним тарелку, положила вилку. Поднял на меня глаза.

— Приятного аппетита, Арис — кивнула ему и принялась есть.

— Приятного аппетита — с трудом выдохнул он.

Кусок в горло ему явно не шел. Ковырял вилкой в тарелке, так и не притрагиваясь к еде.

Ну, это его проблема. — подумала про себя — Минут через двенадцать надо отправляться к Источнику. Будет голодным прыгать в Поток. Ничего, это полезно, схуднет на пару кило, только и всего… Будем считать, что у принца сегодня разгрузочный день. Блин! Красавец нашелся! Даже Кенна млела. Дурдом.

Съела свой салат, поднялась с пустой тарелкой. Поймал за руку, поднял грустные глаза:

— Дарина… я…

Смотрела на него спокойно, без эмоций. Его растерянная придавленность мне не нравилась. В том, что произошло его вины не было и я не хотела его унижения, но и пускать такие вещи на самотек тоже нельзя. А вдруг все же выйду за него замуж? Рогатость мне точно не пойдет, в зеркале не помещусь и прическу, опять же, делать не удобно. Но и в таком состоянии с ним входить в Поток Силы искаженного Источника было нельзя.

— Арис, нам с тобой сейчас прыгать в Поток, а ты думаешь черт знает о чем. Успокойся. Съешь салат, выпьем чай и пойдем. У нас не так много времени.

Бледное лицо, пушистые ресницы, закушенная губа, чуть дрожащая рука…

Отставила на стол тарелку, шагнула к нему, прижала «буйну голову» к груди, погладила одной рукой волосы, второй спину, успокаивающими движениями. Замер, потом нерешительно обнял за талию, вздохнул судорожно. Поднял темно-синие с ярко-зелеными прожилками умоляющие глаза:

— Простишь? — шепнул тихо.

Посмотрела внимательно, спокойно, тихо ответила:

— Подумаю, когда будет время. Но если останешься голодным и из-за твоего состояния пролетим сегодня с Источником и Ключом, даже думать не буду.

Носом уткнулся в мой живот, шумно потянул воздух, отпустил руки.

— Буду есть и менять настроение — кивнул и повернулся к тарелке.

Пока заваривала чай, наливала в кружки, мой красавчик-жених успел и съесть, и вымыть свою тарелку.

Вернулись с чаем за стол.

— Арис, сегодня надо будет изметить последовательность входа в Поток — сказала задумчиво.

— Как?

— Ты войдешь с востока, а я с запада. Насытим каждый свою полярность и выйдем ты на запад, а я на восток. Думаю, что так будет в этом Мире правильно.

— Почему? — спросил задумчиво он.

Да ни почему — подумала — Не хочу с тобой сливаться эмоционально. Не хочу чувствовать твою вину и не хочу показывать тебе свои чувства. Не хочу и все тут. Будем считать, что это моя интуиция так срабатывает. А может так оно и есть. Это Мир Драконов, им Любовь не нужна. Пусть правят Мудростью. Этого будет вполне достаточно.

— Так мне подсказывает интуиция — ответила вслух — Все равно потом сюда еще раз возвращаться. Наверное тебе еще Посвящение у Драконов проходить надо будет, как Богу Огня. Они же в трех стихиях, поэтому для тебя это будет важным.

Он покачал головой:

— Дарина, я не Бог Огня. Ты ошибаешься.

— Безусловно, ошибаюсь. Я ведь тоже не Богиня Счастья. Просто магиня-воин четвертого уровня, которая по совместительству сопровождает принца Мира Ашеров в его случайных путешествиях и по ходу пьессы выполняет работу Богини. Поэтому с тобой полностью согласна.

— Не издевайся, пожалуйста…

— Угу… — кивнула, допивая чай — Я тебя тоже об этом не так давно просила. Забыл уже?

— Помню. Но ты Богиня, как ни крути…

— Ладно, принц. Думай что хочешь, а я свое знаю…

Ополоснула кружку, ушла в туалет. Ашер проводил меня задумчивым взглядом.

Когда вышла, кухня сияла чистотой. Ожидая Ариса из той же части домика, прибрала в той комнате, где заснула всего лишь на несколько минут.

* * *

Огромное каменное плато с одинокой конусообразной скалой у самого края ярко освещалось Потоком Силы Источника. Портал вывел прямо к скале. Там стояли все девять членов Совета Мира Драконов во главе с Абараром, Призрачным Драконом, самым старейшим из них, моим Учителем. Рядом с ним стоял Дед, заложив руки за спину, исподлобья недовольно поглядывал на меня.

Игнорируя его взгляд, пошла к западной стороне колодца Силы. Арис отправился к восточной. Драконы недоуменно переглянулись, потом воззрились на Деда. Тот недобро сузил глаза, медленно пошел ко мне, пока раздевалась.

— Ты что вытворяешь, паршивка, а?! — рыкнул на меня приглушенно — Каждым Миром должны править Любовь и Счастье! А ну марш к нему немедленно! В Поток войдете рука об руку. И не умничай мне тут, а то отхлестаю при всех по голой заднице!

— Мудрость тоже может править не хуже Любви — отгавкнулась, зная уже, что проиграла.

Черт бы побрал этого деда вместе с этим Учителем!

— Ты что, со мной спорить собралась, а?! — еще грознее и от того тише рыкнул Дед.

— Не пойду — попробовала все же настоять на своем.

Звонкий шлепок по голому заду разнесся по всему плато.

— Ой! — отскочила, прикрываясь руками.

Рук явно не хватало и я в который раз клялась себе немедленно похудеть до костей, как только вот это закончится, чтобы в следующий раз Дед отбил себе ладонь или, хотя бы, поцарапал об кости.

Арис тут же оказался рядом, обеспокоенно смотрел то на меня, то на Деда.

— Бери ее в охапку, Арис, и отсюда заходите вместе. А то ишь, умная нашлась тут! Командовать взялась, малявка!

Арис долго себя упрашивать не заставил, взял за талию, легко вспрыгнул на край колодца и тут же шагнул в Поток.

В этот раз мы падали вниз. Дед ошибся, а я была права. Это меня порадовало.

Глянула Арису в глаза. Он понял, выпустил из своих объятий. Взяла его руки, потянула их вверх. Падение замедлилось. Приложила ладони к ладоням, остановились. Арис вслушивался в мои ощущения, эмоции, чувства, как когда-то, во время Первого Танца это делала я.

Ослабила давление на его ладони. Начался подъем, еще ослабила, еще быстрее вверх, едва касалась кончиками пальцев, еще быстрее. Отняла руки, не опуская их вниз, понеслись вверх с головокружительной скоростью, пока не выстрелили телами высоко в небо.

Обоих закружило в танце Силы, круговороте Музыки Сфер. Тела повторяли движения друг друга, подчиненные Силе и Музыке, не приближаясь ни на йоту, но и ни на йоту не удаляясь. Сила запела вместе с нашими душами и голосами, вместе с Музыкой Сфер, вместе с Радостью Жизни. Мы оставались тайной друг для друга, притягательной, зовущей, объединяющей и одновременно были единым целым.

Поток изменил свой цвет на ярко-желтый. Мы медленно опустили руки и ноги коснулись каменного плато.

Молча пошла к своей одежде, не глядя на деда и Учителя, Арис пошел к своей, также молча оделись, молча ушли в портал.

* * *

В домике ушла в последнюю комнату, свернулась калачиком на софе и тут же заснула, уставшая до чертиков.

Через три часа проснулась по внутреннему будильнику в спальне на широченной кровати. Вторая подушка примята и пахнет ландышами. Вставать не хотелось, глаза не открывались, но надо было отправляться еще и к Ключу. Выбора, как всегда, нет.

Сползла с кровати, с закрытыми глазами пошлепала босиком в туалет, а оттуда в ванную. Долго плескала холодной водой в лицо и думала о том, что проще было бы нырнуть в озеро, но разбираться сейчас с драгировским духом-охранником моего меча не было ни сил, ни желания. Распустила растрепавшиеся волосы, поискала расческу, не нашла. Вышла в кухню, где позвякивала посуда. Арис наливал крепкий чай. Оглянулся на меня.

— Привет — улыбнулась полусонно.

— Привет, счастье мое — ответил.

— Ты расческу не видел случайно? А то я ее не нашла…

— Пойдем, покажу — улыбнулся в ответ и повел назад в ванную — Вот она.

Расческа лежала на самом видном месте.

— Ой, — виновато глянула на него — Спасибо.

— Ты просто еще не проснулась — тепло улыбнулся, чмокнул в висок.

— Угу… — кивнула сонно и начала расчесываться — Сейчас проснусь…

Постоял немного рядом, пошел в кухню, оставил дверь открытой.

Пока расчесывалась и заплетала косу, глаза не открывала, удерживая дрему сознания, продлевая отдых. Коса закончилась, кинула ее на спину, с мявом потянулась и еще несколько раз плеснула в лицо водой. Глянула в зеркало и ужаснулась: на носу вскочил красный прыщик, глаза сонно-пьяные, под глазами усталые синяки, губы припухшие после сна. Ну и рожа. Аж передернуло. Глянула в кухню, встретилась глазами с Арисом. Он как-то странно смотрел на меня и странно улыбался, поднял вверх большой палец, кивнул. Я покачала головой, отводя взгляд в зеркало. Брешет, гад! — подумала.

Чай был сладкий, душистый, вкусный. Сознание постепенно возвращалось в норму, даже начало соображать.

— Как будем с Ключом работать? — спросил Арис.

Пожала плечами.

— Не знаю. Наверное, надо по очереди заходить. Только я пока не знаю кому лучше идти первым.

— А что думаешь?

— Не очень-то еще думаю, — скривилась, отпивая глоток чая — но из того, что удается, получается странная картинка: здесь испокон веков правит патриархат, драконши вообще не при делах. Они всю жизнь занимаются детворой, домом, хозяйством и прочими «радостями» женской жизни. Но им это или нравится, или они просто другого не знают. В принципе, по идее, заходить должен первым ты. По этому раскладу я могу проявиться в Ключе только на несколько секунд. А вот если они хотят, чтобы в их Мире, как и в других, правили Любовь и Счастье, то нужно заходить вместе. А это тоже чревато, потому что тогда их дамы со временем поменяют древние устои и каждая будет стараться занять более удобное седалище рядом с мужем и подержать скипетр власти в семье хоть немножко, пока не отберет совсем… В общем, не знаю… А ты что думаешь?

Арис усмехался моим словам.

— Думаю, что заходить надо вместе- сказал он — Потом сами пусть разбираются кому что надо. Абарар сказал же, что хотят, чтобы в их Мире тоже были Любовь и Счастье, как главная правящая сила. Может быть они хотят поменять устаревшие традиции. Мне твой Учитель сказал, что они много тысячелетий ждали такого сочетания сил, как у нас с тобой.

Пожала плечами:

— Вполне может быть. С этими драконами всегда сложно разобраться чего они хотят. Говорят одно, имеют в виду другое, делают третье…

— И как решим? — спросил Арис, допивая чай.

— Давай на месте посмотрим, там и решим. Думаю, что Ключ сам скажет что ему надо после восстановления Источника.

Арис задумчиво глянул на меня:

— Да, ты права. Интуиция, чаще всего, лучший советчик.

В дверь вошел Учитель.

— Время, господа. Портал к Ключу готов. Дарина, с тобой хочет поговорить твой дед. Он на полянке. А мне нужно перекинуться парой слов с принцем.

Кивнула, молча вышла.

Дед стоял на берегу озерца, заложив руки за спину, любовался водой. Подошла, стала рядом.

— Портал ты открывала? — спросил тихо Дед.

— Да.

— Куда?

— К кентаврам.

— Для кого? — подозрительно глянул дед.

— Для одной знакомой — увильнула от ответа.

— И где она теперь?

— В безопасном месте.

Минутное молчание.

— Почему ты не хочешь выйти за Ариса? — спросил Дед, глядя на воду.

— Он любит Богиню, Дед, а не меня…

— А ты его?

Промолчала.

— Не потеряй его, внученька. Он твой талисман счастья.

— Как получится, дедуль, это от меня не очень-то зависит… — вздохнула глубоко — Насильно мила не будешь…

— К чему это ты? — косо глянул на меня Дед.

— Настоящую меня он не знает и знть не хочет, деда. Я для него любима только в виде эксцентричной идиотки. А семья это совсем не поле битвы, если я правильно понимаю. По крайней мере для меня это так.

— Полем битвы тоже бывает — задумчиво сказал дед.

— Согласна. Но в моей семье такого не будет.

Дед удивленно глянул на меня и промолчал.

Из домика к нам направились Учитель и задумчивый Арис. Тоже мозги прополоскал Учитель. И, как всегда, опять из-за меня. И когда это кончится? Прямо как какая-то кость поперек горла всем…

— Пора, господа — сказал Учитель — Время вышло.

* * *

Портал вывел в ущелье.

Колодец Ключа был в три раза меньше, чем у Источника. Из него едва сочился призрачно-сероватый свет. Будто старался подделаться под цвет серых скал, пытаясь спрятаться от чужих глаз.

Члены Совета стояли в сторонке в человеческих обличьях, внимательно наблюдали за нами. Дед тоже был среди них и хмро смотрел на меня, но не подходил и не вмешивался в наши действия.

Взяла Ариса за руку, вместе обошли Ключ, понаблюдали за Потоком энергии. У меня создалось такое ощущение, что внутри колодца есть что-то чужеродное, что-то древнее, то, чего там быть никак не должно. Глянула на Ариса. Брови нахмурены, губы поджаты. Ответил беспокойным взглядом.

— Что это? — тихо спросил.

— Не знаю — так же тихо ответила — Что-то знакомое, но понять за измененным Потоком Силы не могу. А ты что чувствуешь?

Арис прислушался к себе, еще раз обошел колодец. Остановился рядом, скрестил руки на груди.

— Там что-то опасное — задумчиво сказал.

Теперь я пошла вокруг, внимательно прислушиваясь к себе и Ключу.

В одном месте сверкнул камень на рукояти Меча. Странно. Вернулась на несколько шагов назад. Опять прошла, уже внимательно присматриваясь к камням на ножнах и рукояти. То же самое. Отступила на пару шагов, вынула Стилет, пошла. Оба камня на рукоятях медленно подсветились темно-красным. Ранда?! Мизерекордия той Дарины?! Может это Драгир туда ее кинул? Ведь спрятал же Меч, может и нож спрятал?… Позвать, что ли? А если она в теле жертвы? А если в теле жертвы, то с веками энергия Источника сроднила их и простым призывом вытащить не удастся. Нужно только вручную отделять, а это чревато летальным исходом для меня… Значит, если в теле жертвы, то тело придется тоже доставать. Выбора нет. Иначе Ключ не восстановить. Любой посторонний предмет в колодце Силы искажает ее поток и в Мир выплескивается вот то, что имеем сейчас. Вот же ж, черт побери! И за какие грехи мне все это?!!..

Арис не подходил, внимательно наблюдал за мной со стороны.

Подошла к принцу.

— Там моя Ранда, — сказала ему и пояснила — мизерекордия. Но она может быть и в теле жертвы или еще в чем-нибудь. Арис, давай сделаем так. Я войду, заберу оружие, а если что, ты меня вытащишь. Если нормально пройдет, то со вторым заходом вместе вытащим труп.

— Нет! — категорически сказал он — Тобой я рисковать не могу. Лучше я сам пойду.

Мягко взяла его за руку, заглянула в суровые глаза:

— Арис… послушай… это МОЯ мизерекордия. Мне она вреда не причинит, а для тебя она смертельно опасна.

— Нет, Дарина — упрямо мотнул головой.

Обняла его за талию, прижалась, положила голову на грудь. От неожиданности он остолбенел. Сердце громко грохнуло в Ашерской груди. Погладила по спине. Забилось часто и мощно. Глубокий вдох, медленный выдох. Его теплые ладони легли на мои плечи.

— Арис… пожалуйста… — жалобно протянула — со мной ничего не случится — заглянула в растерянные глаза — Ааарис… все будет хорошо. Мне очень нужна твоя поддержка. Пожалуйста…

Качнул головой…

— Хорошо — уступил со скрипом зубов — Только будь осторожна.

Уря! Вот она хваленая женская хитрость! Что только ни сделает вовремя использованная ласка!

— Арис, — попросила, заглядывая в глаза — только ты должен быть эмоционально спокоен. Пожалуйста. Ты же знаешь, как я сейчас чувствую тебя… А когда нож будет в моей руке, я позову тебя и мы вместе закончим это дело, хорошо?

Что может быть действеннее умоляющего женского взгляда?! Только такой же взгляд ребенка. Слава Богам, я уже не ребенок, буду учиться пользоваться врожденными женскими талантами. Душа улыбалась от приятной, хоть и крохотной, но победы.

Медленный недовольный выдох. Серьезный взгляд.

— Хорошо. Буду спокоен. — кивнул.

— Тогда раздеваемся — улыбнулась благодарно и первой сбросила одежду и оружие.

Потопталась на месте, рассматривая Поток и ожидая, пока он тоже будет готов. Вернулась в последний момент за стилетом, прицепила ножны к ноге, клинок взяла в руку.

— Это чтобы ты был спокоен — ответила на вопросительный взгляд.

Да и я тоже — подумала про себя.

Стала на край колодца. Арис замер рядом. Нежно пожала его руку, подбадривающе глянула в глаза, шагнула в Поток. Опустила голову вниз, начала снижаться. Долго опускаться не пришлось.

Несколькими метрами ниже, в Потоке Силы, висело мужское тело, оплетенное мощным заклятием Огня, которое удерживало его на месте и давало искажения энергии Ключа. Моя мизерекордия торчала в его груди. Распятый смотрел на меня немигающим взглядом.

Застыла от неожиданности. Он медленно закрыл веки и снова открыл их. О Боже!!! Он жив?!!! Тысячелетия?!!! Это НЕВОЗМОЖНО!

Пулей вылетела вверх, прямо на Ариса, по пути успев заткнуть стилет в ножны. От моего толчка он соскочил на каменную плиту, но меня поймал и удержал.

Почувствовав надежные сильные руки, перевела дыхание. Мелкая дрожь страха тряхнула телом. Арис молча прижал к себе, успокаивая эмоцией и теплыми губами на щеке. К нам торопились члены Совета. Учитель и Дед неслись впереди.

— Что случилось, Дарина?…

— Что случилось, внученька?!

Арис поставил меня на каменную плиту.

— Там… мужик… дракон… Драгир… с моим… в сердце… живой… моргает… — пыталась объяснить, но ничего не получалось.

Тело сотрясалось, выпуская напряжение, панический ужас. Пыталась взять себя в руки, но мне это никак не удавалось.

Не долго думая, Арис подхватил меня на руки, как маленького ребенка, медленно куда-то понес, слегка покачивая, зашептал на ухо что-то успокаивающее о теплом море, о ласковых волнах, о легком ветерке, о цветах, о ярком солнышке, о любви… Я крепко ухватилась за его шею, как за единственное спасение, закрыла глаза, и изо всех сил старалась избавиться от медлено закрывающихся и открывающихся перед мысленным взором век.

Наконец, пришла в себя настолько, что смогла разговаривать.

— Спасибо, любимый, — вырвалось непроизвольно из глубины души, поспешно изменила тон и добавила — мне уже лучше. Я могу уже говорить. Спасибо, Арис.

Несколько шагов и поставил меня на ноги перед драконами и дедом, но рука осталась на плече, как моральная поддержка. Молчаливое внимание, тишина вокруг.

— Арис сказал, что в Ключе есть что-то опасное, я проверила свои ощущения. Для меня опасности там не было. В одном месте отреагировали камни на рукоятях оружия. Они, обычно так реагируют на артефакты. Я прислушалась к ощущениям и поняла, что внутри колодца моя, то есть не моя, а Богини Дарины, мизерекордия, но в чем-то постороннем, то ли в теле, то ли еще в чем. Спустилась немного вниз. Совсем немного. А там опутывающее заклятие Огня держит тело Драгира… то есть не Драгира, конечно, а мужчины очень похожего на Драгира, как если бы тот был помоложе. В груди по самую рукоять торчит моя мизерекордия. Я присмотрелась к заклятию, но я такого не знаю. А мужик вдруг моргнул и глаза живые, полные удивления и боли… Я испугалась… Извините… — опустила глаза.

— Хорошо, что вернулась — похвалил дед.

— Там заклятие или заклинание? — уточнил Учитель.

— Заклятие…

— Нарисовать сможешь по памяти? — спросил дед.

— Не знаю, — покачала головой, пожала плечами — рисунок рассмотреть не успела.

— Надо вернуться туда — сказал Учитель — и разобраться что за рисунок.

— Как ты, Дарина? — спросил дед.

— Сама не пойду — замотала головой.

— А я и не отпущу — спокойно сказал Арис — Господин Стар вероятно хотел спросить, отдохнула ли ты настолько, чтобы составить мне компанию. Если нет, то отдохни, я схожу сам.

— Нет! — вцепилась я в его руку — Я тебя одного туда не отпущу! Там Ранда, она для тебя опасна! Я с тобой!

Арис попытался скрыть довольную улыбку, драконы и дед заквохтали, как куры, отворачиваясь и прикрывая рты рукой. Я смутилась и нахмурилась. Надо повнимательнее следить за своим языком.

— Тогда пошли? — спросил Арис.

— Пошли — кивнула облегченно.

Вскочили на край колодца, шагнули в Поток, опустились вниз, максимально близко к распятому. Он смотрел на нас и в его глазах разгоралась надежда.

Арис присмотрелся к вязи заклятия, достал Жезл Власти.

— Прикажи ножу, Дарина, чтобы оставался на месте, пока не скажу — тихо сказал он.

Приказала. Небольшой рубин чуть подсветился красным.

Арис начал распутывать заклятие. Осторожно, медленно, не торопясь. Использовал Жезл, пасы, голос, эмоции, чувства. Это была работа виртуоза, Мастера своего дела, Высшего Мага. Он учитывал все: и состояние распятого, и тысячелетия плена между жизнью и смертью, и измененные виды колебаний энергии, и чистые ее всплески, и энергии восстановленного Источника, и общий баланс сил Мира, и множество других параметров, даже мое дыхание и наши обручальные кольца. Я бы столько не учла. Не тот уровень и не тот опыт.

До моего сознания вдруг дошло насколько он выдержан эмоционально, насколько его воля сильна. Ведь ни разу за все это время он не показал своего преимущества надо мной, как Высшего Мага, Мастера, просто мудрого Ашера. Я почувствовала себя полной дурой, истеричной, неуравновешенной малолеткой, которая даже не понимает насколько ей повезло в жизни, что встретила его.

Нахлынула и затопила волна любви, нежности, благодарности, радости, счастья, что я могу к нему прикоснуться, быть с ним просто рядом, любоваться его мастерством, чувствоваль тепло, слышать его голос, вдыхать его аромат, смотреть в его глаза. И тут же защемило сердце от одной мысли, что могла бы никогда его и не встретить, никогда не узнать, что он существует, никогда его не полюбить.

— Даринааа, очнись, любовь моя — в который-то раз тихо повторил Арис, искоса поглядывая на меня и пряча улыбку — потихоньку тяни мизерекордию из раны, а я буду следом заживлять.

— Да, прости… задумалась… — покраснела, смутившись от того, что он мог заметить мой взгляд и понять о чем я думаю, когда он занят важным делом.

Как могла медленно понянула нож из раны.

— Еще медленнее — тихонько подсказывал и успокаивал Арис — не волнуйся, спокойно, все хорошо.

Процедура заняла много времени, но все же завершилась успешно. Арис подхватил мужчину под локоть, меня за талию и мы поднялись вверх.

— Дай мне твой мизинчик, счастье мое — шепнул Арис — мы должы капнуть по капле своей крови в Ключ, чтобы искупить вину покушения на убийство, тогда Ключ очистится.

Молча подала руку. Арис особым способом сплел наши пальцы, чиркнул острым концом навершия Жезла по двум мизинцам. Собрал кровь плоской стороной острия, произнес Слово и с Жезла Бога Огня капнула в Ключ огненная капля.

Несколько секунд ничего не происходило и вдруг сквозь нас к небу рванул чистый золотисный луч.

Меня снова затопила волна такой любви и нежности, что я застонала от счастья и в ответ выплеснула свои эмоции. Арис отпустил локоть спасенного, легонько подтолкнул его к краю колодца, подхватил меня на руки, кружась в Потоке Силы, тихо шепнул:

— Этого я и хотел, любовь моя. Этого я так долго ждал. Теперь все будет хорошо.

Он шагнул из Потока Силы, плавно опустился на каменную плиту около наших одежд, поставил меня на ноги.

Меня пошатывало, как после качественной пьянки…

* * *

Как только мы с Арисом оделись, драконы потянулись к открытому Учителем порталу, поддерживая под руки мужика из колодца. Дед пропустил нас вперед, одного за другим, прошел следом и закрыл за собой портал.

Вышли в комнате Совета.

Драконы, в человеческих обличьях, рассаживались за круглым столом. Нас с Арисом тоже усадили. Послушники и Ученики принесли напитки, поставили перед каждым изящные кружки с горячим травяным чаем.

Спасенный оказался старшим братом Драгира. Звали его Дармиром. Он рассказал как оказался в колодце Ключа.

Его смертельно ранил Драгир мизерекордией Богини Дарины во время ссоры из-за перстня их отца. Но это был лишь предлог. Чтобы замести следы, сумасшедший Драгир опутал тело брата заклятиями Огня и сбросил в колодец Ключа много веков назад. Смерть так и не наступила из-за живительной энергии Ключа, омывающей снизу тело Дармира. Для него в этом состоянии понятия времени не существовало и он никак не мог себе уяснить слов членов Совета о том, сколько времени прошло с того злополучного момента, а когда понял, красиво побледнел. Учителю пришлось похлопать его по щекам.

Я смертельно устала и смотрела на всех, как сквозь мутную пелену, почти не понимая о чем они говорят. Глаза сами закрывались и я куняла носом, спохватываясь, когда голова срывалась с подставленной ладони вниз, открывала в очередной раз глаза и ловила на себе внимательный взгляд Ариса.

Усилий воли не хватило и я благополучно заснула за столом, перестав обращать внимание на присутствующих.

Во сне пахло морем, свежим бризом и чайными розами, смешанными с запахом лесного ландыша. Я потянула носом приятный воздух, открыла глаза. Темное небо усыпано мириадами звезд. Млечный путь перечеркнул полнеба. Дыхание Ариса над ухом, сильные руки куда-то несут. Я обнимю его руками за шею, целую нежную кожу, кудряшки смешно щекочут нос. Счастливо улыбаюсь, шумно вдыхаю любимый запах.

— Как ты замечательно пахнешь, любимый… — шепчу ему на ухо, едва касаясь его губами — Я так люблю твой запах… так бы и нюхала всю жизнь… Я так люблю тебя, родной мой…

Закрываю глаза, глажу непослушные кудряшки волос на затылке, глажу чисто выбритую щеку.

— И я люблю тебя, родная моя — останавливается Арис, нежно целует — больше жизни люблю… и боготворю… ты моя и я никому тебя не отдам…

Улыбаюсь, смотрю в его глаза-звездочки, радуюсь счастливому сну.

— Ты так редко мне снишься, любимый — жалуюсь ему — Снись мне почаще, пожалуйста… Мне так хорошо с тобой… Я так счастлива, когда ты вот так рядом, хотя бы во сне… Хочешь, я буду много спать?! А ты мне будешь сниться? А хочешь, я вообще в летаргию уйду и тогда мы совсем не будем расставаться и ссориться?! Ведь во сне и ты, и я, мы совсем другие, чем в жизни. — бормочу горячечно, спрятав лицо в его шею и прижавшись грудью к его груди — Во сне ты такой добрый, нежный, ласковый… Мне с тобой так хорошо! Я чувствую себя такой защищенной, как когда-то в детстве…

Закрыла глаза, прижалась губами, вдохнула глубоко:

— Как жаль, что это только сон…. Как жаль, что это не может быть правдой…

Сознание успокоенно поплыло и померкло…

* * *

Проснулась неожиданно. Резко открыла глаза, огляделась.

Где это я?

Соскользнула с постели, выглянула в окно: парк, пляж, море, запах чайных роз, знакомые завитушки баллюстрады. Сплю еще, что ли? То Арис под звездным небом на руках носит, то теперь вот это. Бывают же такие сны, когда спишь, что-то снится, просыпаешься вроде бы, а попадаешь в другой сон. Как сон во сне. На самом деле я-то уснула в комнате Совета Мира Драконов. Это я точно помню. Проснусь в худшем случае там же, а в лучшем в Домике Созерцания.

Ну, сон так сон. Из того, что был перед этим, попала сюда. Теперь его адо сделать управляемым. А то в прошлом молола языком что Боги на душу положили. Если бы Арис в реальном мире такое услышал, вот бы удивился.

Накинула легкий халат, вышла в гостиную и увидела у окна, в кресле-качалке, сидела коловева Веда, рассеянно смотрела в окно.

— Добрый день, Ваше Величество — улыбнулась Веде.

— Смотря для кого он добрый — хмуро ответила королева — Я ждала, пока ты проснешься, Дарина. Решила с тобой поговорить прежде, чем свершится непоправимое.

Я молча смотрела на нее, ожидая продолжения. Веда поднялась, с хрустом захлопнула веер, шлепнула им по ладони, шагнула ко мне, прищурив глаза.

— Ты должна исчезнуть навсегда из жизни моего сына. — приказным тоном начала королева — Ты должна навсегда исчезнуть из жизни и памяти нашей семьи. Ты должна покинуть наш Мир и никогда здесь больше не появляться.

— Нет проблем, Ваше Величество. Исчезнуть, так исчезнуть. — согласно кивнула во сне — Я к Вам в жизнь и память не набивалась. Не я за Вами бежала и умоляла приютить несчастную сиротку. Вы сами лично пришли за мной. Тем более я не набивалась в Вашу семью. Мне мало удовольствия доставляет смотреть на Вашу, королева Веда, физиономию, когда Вы передо мной корячите важную персону. Это для своих подданных Вы королева, а для меня просто напыщенная баба, которая сама не знает что делать со своим статусом.

Веда открыла рот и шлепала губами, будто ей не хватало воздуха или не находилось слов для ответа. Наконец-то, хотя бы во сне, я могла высказать ей все, что думаю на ее счет и я смело продолжила:

— Ваш Мир я с удовольствием покину прямо сейчас, как только скажу то, что хочу сказать давно лично Вам. Мои отношения с Вашим сыном Вас лично не касаются. С этим мы разберемся как-нибудь сами. Я не лезу в Вашу личную жизнь, не лезьте и Вы в мою. Если Вы посмеете мне еще раз указывать что мне делать с моим женихом, я не посмотрю, что Вы его мать и пошлю подальше. Королева не указ Богине. Ясно?! А если и тогда не поймете, то я вас тут всех построю и посчитаю на первый-второй. И Первый Король Вашего Мира мне поможет. Так что, уважаемая королева Веда, закройте Ваш прелестный ротик в мою сторону и молчите им в тряпочку.

— Отдай Украшения — прошипела Веда, сверкнув острыми зубами и миндалевидными кошачьими глазами.

Я скрутила ей дулю и выствила перед собой:

— Вот, видели? Не Вы мне их одевали, не Вам их и снимать. А теперь мне пора. Вы мне надоели, Ваше Величество, со всеми Вашими закидонами. А уж платьице лично Вам я никогда не прощу и отплачу сторицей. За это можете не сомневаться, дорогуша.

Веда презрительно скривилась:

— Не воображай себе, магичка, что я поверю в ту сказку, которую ты и твои змеиные подружки скормили моим мужчинам! Я ни за что не поверю, что ты Богиня!

Я открыла сбоку портал и глянула на нее:

— А мне плевать во что Вы лично верите, а во что нет. Это Ваша личная головная боль и проблема. Меня это не касается и никоим образом не интересует. Пока, кролева. — махнула ей ручкой — Халатик как-нибудь подкину, если буду мимо проходить или решу ради экскурсии Ваш Мир посетить.

Глянула на портал, его кто-то закрывал. Кто-то, кто намного сильнее меня.

Арис!!!

Прыгнула в сужающееся отверстие блеклого цвета и меня понесло…

* * *

Чертов Ашер! Блин! Какого черта лез закрывать портал?! А?! Трактория выхода из-за этого изменилась и теперь я черт знает где!

Стоп! Стоп! Стоп!!!

Минуточку! Так это не сон?!!!

Зажгла «шарик ведьмы», осветила окружающее пространство.

Так…

Спокойно, Дарина! Спокойно! Паниковать будем потом.

То, что я находилась под поверхностью земли, ясно было без вопросов. Вернее, не земли, а скалы.

Я сидела на камне в узкой штольне, где разминуться двум тачкам с добытой рудой было бы сложно. Перекрытия и крепежные опоры были гнилыми и не внушали доверия. Рудник выглядел заброшенным давным давно.

Кинула поисковик в обе стороны. Один ушел в недра горы, второй скользнул к выходу наверх.

Было холодно и сыро. Где-то пищали то ли мыши, то ли крысы. Меня это особо не волновало.

Осторожно поднялась на ноги, перешла на эфирное зрение, чтобы заранее увидеть неровности, провалы и присыпанные каменной крошкой трещины. Легко побежала за поисковиком.

Чертов Ашер! — ругалась про себя — Уволок в свою «золотую клетку», раздел, забрал оружие, оставил голой и босой, блин! Зато в бриллиантах и легеньком халатике! Гад! Еще и портал мне испортил! Зарраза! Даже не знаю где нахожусь! Ну и как теперь отсюда выбираться?

Зато Веде высказала все, что хотела — довольно ухмыльнулась — По ейной королевской морде поехалась ее же дерьмом. Стерва! Я тебе еще припомню и ритуал и платьице! Благодари Богов, что ты еще не моя свекруха! Я б тебе показала кузькину мать по-человечески!

Что-то меня растащило на «замуж». Как вижу его, так и начинает такая дребедень в голову лезть, что потом только удивляюсь. Вот все-таки странные мы, бабы, семь пятниц на неделю. Дурдом конченый.

А брюлики жениху надо бы вернуть. Только вот как их снять, понятия не представляю. У них там, вроде бы, такое с ними не предусмотрено, чтобы нацепить, а потом снимать. Как же! Кто ж от счастья такого откажется?! На это только такая ненормальная, как я, способна. Ничего, придумаю что-нибудь. Не буду же я в брюликах и голяком по чужому Миру разгуливать! Неправильно поймут же. А делать из меня молодой здоровый труп рановастенько. Вот выберусь и придумаю что-нибудь эдакое.

Добежала до подъемника шахты, глянула вверх. Вдалеке виднелось пятнышко темно-серого неба. Утро или вечер, интерено? Стала босыми ногами на полуистлевшую платформу. Та рассыпалась в труху. Блин! Вот же невезуха! Дернула за толстый канат, отскочила в проход. Мелькнуло, грохнуло, заклубилась пылюка. Прикрыла лицо полой халата, отступила в штольню, дожидаясь, пока осядет пыль.

Чтобы не терять времени даром, кинула поисковик на звук крысиного писка. Крыса бежала вдоль каменной стены штольни и пищала во весь голос. Аха! Удирает. Значит тут пахнет жаренным! Мне тоже надо бы поторопиться! Не известно какую волну вызвало мое перемещение сюда. Может пошла такая отдача, что разнесет тут все к чертовой матери. Все же Высший Маг руку приложил, черт бы его побрал!

Крыса удирала, как с тонущего корабля. Ей вторили товарки, проскакивая в узкий мокрый проход. Примерилась к ширине прохода. Блин! Моя задница тут точно не пройдет. Блин! Выберусь, точно похудею до костей! И кости похудею!

Толщина каменной стены примерно около трех метров. Выходит на пологий откос, поросший пожухлой травой и редкими карликовыми деревьями. Ударить сюда и выбраться или перенестись наверх через отверстие шахты?

Нет. Теперь можно и порталом наружу. Открыла. Шагнула.

* * *

Наученная горьким жизненным опытом, едва выйдя из портала, упала на траву, откатилась, осмотрелась. Не увидев и не прочувствовав опасности, замерла, прислушалась. Тихо. Поднялась сначала на четвереньки, потом во весь рост. Огляделась вокруг.

Внизу, вдалеке виднелась деревенька. Мне туда. К ночи дойду.

Глянула на горы и кровь застыла в жилах. Оттуда шла волна отдачи нарушенных моим вторжением потоков магической энергии этого Мира! Как воздушное марево раскаленного солнцем воздуха надвигалась неумолимая Сила!

Чертов Ашер!!! Какого черта ты лез?!!! Снесет же к чертовой матери все живое вместе с неживым! Как теперь ЭТО остановить, а?! Я же не смогу! У меня же только четвертый уровень! Я такого не умею!

Очертя голову понеслась не вершину горы, чтобы был лучший обзор, лихорадочно перебирала в памяти все, что мне было известно за годы обучения и ничего придумать не могла.

Вдруг в памяти возник образ Живого Замка, ритуал, Древние Знания Бореля. Заклинание всплыло в голове само. Запела, подчиняясь инстинкту, протянула руки навстречу волне. Сконцентрировалась на ней, ударила Силой Источника Драконов, которой было наполнено мое тело, пропела последнее Слово Приказа. Волна остановилась в неподвижности, закрутилась воронкой и ушла в горный массив.

Перед глазами полетели метелики на оранжево-красном фоне. Из последних сил побежала вниз по склону, ничего не видя. Ноги сами перебирали стопами по траве.

Тряхнуло основательно. Упала, покатилась вниз по склону…

* * *

Очнулась от того, что кто-то вливал мне в рот какой-то горький отвар, осторожно поддерживая голову.

Застонала, открыла глаза. Поплыло оранжево-черным. Закрыла. Тошнота подкатила к горлу, рванула наружу горькой желчью. После спазма поплыло сильнее. Сил сопротивляться не было. Расслабилась. Канула в черноту.

И так несколько раз подряд.

Очередной раз очнулась ранним утром. Солнце едва начало пробиваться к небу. Серость рассвета грустно светлела. Пожилая женская фигура что-то терла в ступке перед окном. Тихий шелест губ выдавал деревенскую магию. Ауры у нее не было. Странно для деревенской целительницы…

Старушка почувствовала взгляд, повернулась, ревматично прихрамывая подошла, села рядом.

— Ох, и досталось тебе, девонька — покачала она головой — как жива-то осталась, сердешная?… На-ка выпей отварчику. Полегчает маленько.

Попробовала подняться на локтях, не смогла. Холодный пот облил с головы до ног. Обессиленно упала на подушку из трав, закрыла глаза. Во рту сухо, горько, муторно. Старушка не мешала, только наблюдала внимательно.

— Хорошо, — покивала головой старушка — Воля у тебя сильная, девонька, и жить ты теперь хочешь. Ничего, милая, ничего. Выкарабкаешься…

Сама приподняла мне голову, напоила травами. Половину из них я узнала, остальные нет. Ну и черт с ними. Тошнота отступила. Провалилась в сон, как в холодную прорубь.

Сколько раз это повторялось, не знаю. Посчитать не подумала. Забыла, что можно посчитать, забыла, что можно думать.

Снова пришла в себя от звенящей тишины в доме и знакомого позвякивания колодезной цепи, накручиваемой на бревно. Бряцнуло ведро о край колодца, далеко брехнула собака.

Медленно повернулась на бок. Затошнило. Продышалась глубоко. Вроде отпустило. Еще медленнее села с закрытыми глазами. В голове плыло, тело дрожало от слабости. Темная пелена затопила сознание.

Следующий раз села в постели, когда почувствовала, что хочу в туалет. Старушки в комнате не было. Встала на ноги. Шатнуло. Во рту сразу стало сухо.

Ничего, прорвусь.

Шатаясь, как пьяная, дошла до ведра с водой. Трясущимися руками набрала туеском воды, напилась. Полегчало. Дошла до двери. Устала до изнеможения. Привалилась к косяку. Отдышалась.

Пока дошла в туалет в конце огорода, садилась отдыхать на землю несколько раз. Дошла все же. На собственном упорстве. Назад добиралась тоже в несколько присестов, но уже полегче. Вовремя догадалась включить энерго обмен с природой. Мне было жаль цветы, траву и деревья, но себя было жальче. Им я свой заем силы верну, как только восстановлюсь.

Вернулась в хату, еще раз напилась ледяной воды, облегченно улеглась и теперь уснула выздоравливающим сном.

Старушка удерживала в постели, не позволяла вставать, гладила по голове, рассказывала сказки, пела какие-то мелодии дребезжащим голосом.

Одна сказка привлекла мое внимание. Она была про зачарованные украшения удравшей из-под венца невесты, которая попала в чужой Мир и спасла его от гибели, а за это Дева Источника освободила ее от украшений невесты. Злой, жестокий жених прибыл а своем черном, как ночь, коне, и потребовал от Властителя Мира показать ему всех молодых девиц, чтобы найти и забрать свою невесту в свой черный замок, но без украшений найти ее не смог и уехал восвояси.

Старушка заботливо ухаживала, поила травами, бульонами, водила к нужнику за избой и, главное, ни о чем не расспрашивала. А хоть бы и расспрашивала, рассказать мне все равно было нечего. Поэтому я вообще молчала.

— Как зовут тебя, деточка? — много раз повторяла она вопрос — Ты хоть разговаривать-то умеешь? Иль немая совсем?

Бабка назвала меня «даром божьим», постепенно это прозвище перешло в Дару, да так и осталось.

— Ох, Дарочка, — приговаривала она — это ж жалость-то какая! Красота-то неземная, а немая… Тебе бы, детонька, голосок бы колокольчиком, да смех радостный, весь Мир бы наш у ног твоих лег… А уж король бы сразу прислал сватов для нашего принца. А он у нас красааавец! — причмокивала бабка губами и хитро подмигивала — Как раз под стать тебе, Дарочка!

Я молчала. Мне хватало одного принца выше крыши. Чуть не угробил, гад! На принцев и прочих коронованных у меня была теперь аллергия. От одного слова «принц» передергивало в душе. Но бабке об этом знать было не обязательно.

Силы тела постепенно восстанавливались, только мысли замерли. Думать совсем не хотелось. Сказывалось полное энергетическое и общее истощение после остановки волны отдачи древними заклинаниями Бореля.

Бабка Устинья с утра до ночи хлопотала по хозяйству, я старалась понемногу помогать ей. Многому у нее научилась: она что-то делала из того, что я не умела, внимательно смотрела, повторяла за ней. Бабка снова что-то показывала, я снова повторяла. Она радовалась, что помощь появилась. Вечерами, при каганце, ставили кудели, пряли пряжу.

Иногда бабка брала меня с собой в лес собирать травы, цветы, коренья. Я с удовольствием слушала ее рассказы о природе, о качествах и натурах растений этого Мира, училась по-здешнему подходить, думать, работать с эмоциями, когда собиралась сорвать цветочек, листочек или выкопать корешок.

Ее практические методы в корне отличались от тех, которые я знала с детства и изучала в Школе и Академии.

Бабка Устинья, так она мне назвалась, все сетовала, что передать мне свои заклинания и молитвы не может, потому как «такая красота и немая», а все надо проговаривать или петь, утирала краешком платочка влажнеющие глаза. Ей нравилось расчесывать мои длинные волосы, заплетать их то так, то эдак, украшать цветами и травами.

* * *

Однажды, когда мы сидели на улице, она возилась с косой, а я перебирала собранные на рассвете расстения, бабка Устинья заколола косу высоко и вдруг ахнула и схватилась за сердце. Обернулась к ней. Она смотрела на меня широко открытыми глазами, прижав руки к груди. Я удивленно подняла брови.

— Дарочка! Так это у тебя настоящие бриллианты! А я думала стекляшки какие! Может ты и есть та самая невеста из сказки с заколдованными украшениями невесты, а? Может ты и говорить-то не можешь из-за них, а? Не может же быть такого, чтобы такая красавица всем одарена была, а речью людской нет!

Я покачала головой, вернулась к травам.

В этот день бабка с меня глаз не спускала. Я не обращала на нее внимания, занималась хозяйством.

Чуть окрепнув начала уходить в лес, а еще позже, в горы. С каждым разом все дальше и дальше. Но вечерами возвращалась.

Бабка Устинья останавливала меня, когда я слишком сильно увлекалась то колкой дров, то подправкой соломы на крыше, но я старалась не замечать ее ворчания и завершала начатое. Умения и навыки начали возвращаться быстрее, но думать все еще не хотелось.

Иногда приходили люди, просили снадобья от хворей, да для хозяйских нужд. Она спокойно давала и не просила оплаты. Тогда я пряталась, старалась не попадаться посторонним на глаза, чтобы не видели, не болтали языками, еще беду какую наболтают.

* * *

Однажды проснулась на рассвете, выскользнула на поляну перед домом. Легкая мокрая завесь держалась в воздухе. Роса. Пробежала по поляне, лесу, покаталась по траве, вернулась мокрой, когда небо посветлело. Теперь я знала, что вот-вот настанет мое время уходить. Старушка стояла на пороге, крестив руки на груди, задумчиво наблюдала за мной.

— Роса это хорошо, — одобрительно сказала она, когда я подошла — роса, она силу дает, душу лечит. Глядишь и тебе, деточка поможет.

— Спасибо на добром слове, бабуля. И вообще, за все Вам спасибо великое — впервые подала голос и поклонилась ей в пояс.

— Ой! — пошатнулась бабка — Счастье-то какое! А я-то думала, что ты немая, деточка! А у тебя и голосок-то какой красивый!

— Мне бы одеться, бабуля…

Скользнула мимо нее в избу. Она пошла за мной, позвала к сундуку со старыми одежками.

Взяла то, что она дала, надела. Старые вылинялые порты и широкая мужская косоворотка были как раз тем, что надо. Бабка понимала, что мне лучше в девичьем платье не показываться. Потом греха не оберешься.

Теперь бабка болтала без умолку, рассказывала и про покойного старика, и про загинувшего где-то в городище сына, и про свою загубленную в лесах жизнь. Болтала о молодости, о парубках, что за ней толпами ходили, о своем выборе мужа. Я слушала и молчала.

Лицо Ариса то всплывало в памяти, то снова затиралось серым пятном. Я не мешала памяти, не мешало сознанию. Пусть делает само что нужно.

В той предрассветной росе я вспомнила себя. Будто фильм просмотрела о своей жизни. Вспомнила, что на мне еще лежат обязанности и, пока я не выполню то, что должна, не смогу вот так, беззаботно, как эта бабулька, жить в глуши, варить травки, пользовать деревенских и ни о чем не думать.

С того дня мне начали сниться сны, как воспоминания картин из прошлого, как будто я была сторонним наблюдателем и в старой избушке на хуторе, и в Мире Змеелюдей, и у Ашеров, и у Драконов…

За Арисом тосковала как-то тихо, ровно, на одной ноте, как по зеленой листве опавшей осенью на землю багряным ковром, как по воде, унесшейся по каменистому руслу к морю, как по далеким звездам чужих Миров, как по прошлому, которого уже не вернуть…

Я хотела его забыть, хотела, чтобы он забыл обо мне. Надеялась на Веду, на Гранда, на Анри, на красавиц королевского двора, которые помогут ему сделать верный выбор, вернуться в «достойную принца жизнь», как хотела Веда.

Бабка замечала мою подавленность, но не лезла. Лишь однажды, когда я не могла встать целый день с соломенного тюфяка от накатившей слабости, подошла, тихо присела рядом, погладила по руке и сказала:

— Зря ты так убивашься за ним, деточка. Любит он тебя и ищет.

Этого я боялась больше всего. Пусть не ищет. Пусть не любит. Пусть забудет. Пусть… пусть… пусть…

Испуганно на нее глянула и тут же взяла себя в руки.

— Не знаю о ком говорите, бабуля. Меня любить и искать некому. Наверное я просто еще больна.

Утром молча ушла к полянице дров, взялась за топор, чтобы больше не разговаривать с Устиньей на нежелательные темы.

Поленья разлетались в разные стороны. Увлеклась, поддавшись ритму ударов, не заметила как начала перебрасывать топор с руки на руку, оборачиваться и бить с разворота, подкидывать поленья и резкими ударами разрубать в полете, ловить половинки, перебрасывать на поляницу, поддав под каждое полено обухом топора. Выбрасывала эмоции, протест души и не замечала, что делаю.

Очнулась от ощущения взглядов. Бабка Устинья оторопело смотрела на меня, открыв рот. Рядом с ней стоял здоровенный мужичина, как-то незаметно для меня, подъехавший на подводе и теперь пялился с таким же открытым ртом. Я стушевалась, юркнула за сараюшку, оттуда ушла в лес. Вернулась, когда стемнело.

Старушка оказалась понятливой, больше с вопросами не лезла.

* * *

Как-то вечером, когда повечеряли вареной картошкой с луком и кислым молоком, бабка Устинья спросила:

— Хочешь, деточка, я тебя колдовать научу?

— Зачем?

— Суженого увидишь…

Комок подкатил к горлу, затошнило. Выскочила из-за стола и молча ушла в лес. Там легла на полянке на траву, тоскливо уставилась в небо.

Звезды перемигивались, танцевали хороводы, верещали сверчки, ухал, перелетая с места на место филин, как ребенок плакал удод. Ближе к полуночи залился трелями соловей и распевал до утра.

На зорьке, как только погасла последняя звездочка, вернулась к хате. Зашла сразу в хлев, подоила корову. Процедила молоко, напилась вдоволь. Остальное поставила в прохладу «ледника», вырытого чуть в стороне от хаты.

Мигающий в окне каганец сказал, что бабка Устинья уже не спит.

С удивлением услышала приглушенный говор. Замерла.

— … В лесу ее нашла, милок, в лесу. В самом начале лета. Уж почитай месяца три. Я тогда пошла к обвалу, что в горах случился намедне, думала, может помощь кому нужна. И нашла ее, голубушку, без памяти. В халатике вот ентом лежала, сердешная. Как глянула на нее, всем Богам помолилась, что девочка жива осталась. Это ж красота-то такая жить должна, и людям для счастья, и Богам на радость. Только жить-то она не хотела. Думала, и не выхожу ее. Ан-нет, Боги оглянулись, помогли. А вчера, после вечери, как кто меня, старую, за язык потянул, про суженного Дарочку мою спросила. Так она аж побелела вся. Сразу молча выскочила из хаты и в лес убежала, да там, видать, и осталась. Ох-ох-ох! Что же это я, старая, болтанула-то лишнего…

— А в какую сторону ушла, не заметили? — спросил резанувший по сердцу голос.

— Да я, милок, и не знаю. Шмыгнула-то быстро, только и видели ее.

— И часто она так вот в лес на всю ночь уходит?

— А, почитай с тех пор, как в росах поутру омылась и заговорила, так и начала уходить в лес, да на звезды смотреть. Это, милок, уж седьмицы две, как случилось. А вчера нас с Семеном так напугала! Семен-то за травками для жонки своей приехал, а Дарочка дрова взялась колоть, а потом смотрю, вся в лице поменялась, да как начала с топором чудеса творить! И так то полено разрубит, и эдак. Мы с Семеном аж рты раскрыли, да так полдня и простояли на нее глядючи. А она все рубила дрова и рубила, да нас как будто и не видела совсем. Только топор в ее нежных ручках, как бабочка летал. Вон полную поляницу намахала. В жизни мы ничего такого не видели. А потом как увидела нас, так снова в лес убежала. Вернулась-то как стемнело. А я тут язык свой дурной подложила. Ох-ох-ох… беда-то…

— Это она Вам сказала, что ее так зовут? — спросил Арис.

— Нет! Что ты! Что ты! Это я ей имя дала. Она ж, как Дар Божий, мне на пути попалась. Вот я и подумала Дарочкой ее назвать. Она ж все молчала и молчала. Я и думала, что красота-то немая, а оказывается нет. Просто говорить не хотела… А что, нельзя было?

Молчание. Тяжкий выдох.

— Да, — сказал тихо Арис — Так и есть. Она и правда Дар Божий…

— А как же звать-то ее? — спросила бабка Устинья.

— Дарина — тихо и как-то по-особому сказал Арис, так, как никогда при мне моего имени не называл — Ее зовут Дарина… Дар Богов…

— Ох, имя-то какое красивое, надо же! И я угадала, значица, с именем-то… — обрадовалась бабка — А сам-то ты какой красавец! Прямо под стать ей! Вот бы пара была! А уж детки какие красивые получились бы! Загляденье просто!

Он почувствовал всплеск энергии, когда я открыла портал, одним прыжком выскочил на улицу. Рука тянулась с контр-заклинанием, но я уже шагнула в голубое марево.

— Дарииинаааа! Стооой! — услышала замирающий за спиной крик.

Глава 8. Мир Волков-оборотней

После нескольких запутывающих след переходов сердце молотило, как бешеное, в голове слегка кружилось, подташнивало. Эх!.. Опять не расчитала силы. Опять свалюсь на пару месяцев где-нибудь в глуши. А мне это не на руку. Надо отдыхать после каждого перехода. Теперь уже можно. Теперь след не оставлю.

Последний раз вышла в каком-то лесу, без сил повалилась на траву, отдышалась. Решила перевести действие подчистки следа в автоматический режим, а для этого нужно было держать готовое заклинание портала всегда активным в ладони, выпускать его на время перехода с нужной корректировкой и втягивать назад, сбрасывая энергии распада по ходу траектории, чтобы сразу восстанавливать материю пространства и не расходовать понапрасну силы. Тогда следа точно не останется. В голове уже созрела формула и теперь пришло время ее проверить на практике.

Так. Пора начинать думать.

Без оружия и снаряжения не обойтись. Правильно было бы вернуть своё. Одёжкой и обувью разжиться тоже не помешало бы.

Оружие, наверняка, у Ариса в апартаментах. Значит, мне нужно туда. Тем более, что его сейчас нет дома. Он в гостях у Устиньи.

Но сначала надо во дворец Глории, позаимствовать что-нибудь подходящее у Стэлиссы или порыться в своём гардеробчике, если он ещё там остался. Но еще раньше надо попасть к любому чистому Источнику и восстановиться в Потоке Силы. Иначе рухну где-нибудь «ни за понюшку табаку».

Бегать от Него по Мирам я не собираюсь. Как говорил дед, займусь делом, а не дурью и, чем быстрее его закончу, тем быстрее отдохну где-нибудь в глуши, «куда вороны не долетают, а псы задницами гавкают». Справлюсь и сама со Сферами Алтаря и их проявлениями в каждом из основных Миров. А не справлюсь, значит, так и должно быть.

Настроение резко поменялось. Откуда-то появились силы, решительность, ясность мышления, холодная ярость, спокойная и размеренная. Та, что не затмевает сознания, не нарушает внутреннего и внешнего покоя. Та, что лежит намного глубже всех эмоций, чувств, ощущений. Расчётливая, логическая, беспристрастная. Та, что дает силы жить, думать, действовать.

Любовь спряталась за ней. Как за каменной стеной.

Открыла портал, шагнула.

* * *

Мои апартаменты в Мире Змеелюдей остались на месте. Никто их не занял, никто в них не входил после того, как Арис ушёл в свой Мир. Он был здесь последним. Его запах и следы присутствия ещё ощущались. Ещё пахла ландышами моя постель, где он спал, когда я ушла. Ещё лежала на полу его запанка от рубашки, а на каминной полке стоял бокал со следами его губ, увлажнённых вином…

Долго лежала в ванной. Спокойно, даже с удовольствием, привела себя в порядок, выбрала удобную одежду, обувь, необходимые мелочи. Сложила все в небольшой рюкзачок, открыла портал.

Вышла в Зале Источника. Деловито разделась, прыгнула в Поток Силы, уравновесила энергообмен тела, ауры, ментала, максимально насытила их. Плавно опустилась рядом с одеждой, медленно натянула её на себя.

Интересно, почувствовал он, что я вошла в Источник или нет? Этот Источник восстанавливала без него. Вполне может и не почувствовать. Разве что лёгкую вибрацию энергии общего фона Алтаря. Ну и пусть. Это меня не касается. Эти вибрации появляются регулярно по разным причинам и совсем не обязательно должны быть связаны со мной.

Снова открыла портал. Шагнула.

Вышла в Его спальне.

Так и есть. Моя дорогая тройка: меч, стилет и мизерикордия висели на стене в изголовии Его кровати. Камни блеснули приветственно.

Охранные заклинания игнорировала. Своё беру, не ворую. Сняла ножны с крючков. Стилет прицепила к ноге, меч на пояс, мизерикордию на руку.

На пороге спальни проявился встревоженный Анри. Сине-зелёные глаза широко распахнулись в удивлении.

— Дарина?!!

— Привет, Анри — кивнула ему завязывая косу боевым узлом — Вот заскочила забрать свои вещи. У вас же тут не камера хранения. Надеюсь ты не против.

Анри быстро овладел собой.

— Тебя ищет Арис — серьёзно сказал он.

— Я знаю — холодно глянула ему в глаза.

Сняла те Украшения, которые могла снять и положила их на прикроватной тумбочке, кроме ожерелья. Оно не расстёгивалось.

Анри молча смотрел. Хмурое лицо, поджатые губы, руки в карманах.

— Подскажи, пожалуйста, по старой дружбе, Анри, как снять Ожерелье, которое вы на меня одели, когда я была без сознания? Не хочется портить такие ценные вещи неумелыми действиями. Сам же знаешь, ломать не строить, много ума не надо. А хозяину могут пригодиться для другой невесты, которая более подходит его положению в обществе.

— Дарина, они не снимаются до второго дня после свадьбы.

— Ты хочешь сказать, что они снимаются только после секса? — сверкнула на него глазами.

— Да — подтвердил он — И никак иначе.

Медленно выдохнула грудью и животом одновременно. Также медленно вдохнула, прикрыв глаза. Задержала дыхание, унимая эмоцию. Глянула на Высшего мага.

— Анри, по логике вещей, если что-то одевается, то это что-то обязательно должно сниматься. Я не могу выцветать в Мирах в бриллиантах королевского Дома Ашеров когда выполняю свои прямые обязанности. Неужто это не понятно?

Он пристально смотрел на меня, плотно сжав губы. Желваки ходили ходуном, руки сцеплены за спиной. Не хватало только покачивания с пятки на носок и обратно.

— Дарина, не делай этого — с укором сказал он — Чего тебе не хватает? Что он должен сделать, чтобы ты перестала трепать ему нервы? Скажи! Он все сделает ради тебя! Больше, чем все! Не убивай его, Дарина! Ты же любишь его, а он тебя. Что тебе ещё для счастья надо?

— Хватит, Анри. Если желаешь знать, спроси об этом королеву. Она точно все знает — перебила его еще холоднее — Я не желаю больше слушать эти глупости о любви, счастье и прочей белиберде. Это все сказки про белого бычка. В реальной жизни ничего подобного не существует и существовать не может. Принц Арис меня не знает и не воспринимает такой, какая я есть на самом деле. Такая я для него «дубль». Магиня-воин бывает магиней-воином только на работе, а дома она обычная женщина, а не вечная бой-баба. Он любит не меня, Анри. Он любит свой идеал, на которую я случайно оказалась чем-то похожей. Семейная жизнь, Анри, это не поле боя, это уют, покой души, умиротворение эмоций, это нежность, глубокое уважение друг к другу, это тихое счастье, а не вечный бой, где целью каждого из супругов является стремление выжить самому и растоптать партнера. Мне боя хватает на работе. «Мой дом — моя крепость», Анри. В своём семейном доме я боя не допущу, Анри. Его никогда не было в моем отчем доме и его никогда не будет в моем собственном доме, если этот дом когда-нибудь будет. Арису нравятся те мои качества, от которых я стараюсь избавиться, поэтому нам не по пути, Анри. Он ещё найдет себе свой идеал. У него время есть. Век Ашеров долог, а у людей короток. А я человек, Анри. И моя жизнь вряд ли протянется ещё тридцать человеческих лет, а по-ашерски мизерных три года.

— Ты не права, Дарина, — твёрдо сказал Маг — Он любит тебя всякой.

Я приподняла бровь и ляпнула наобум:

— Ты о себе говоришь, Анри? Или о нем?

Высший Маг смотрел на меня все также пристально, но глаза были другими.

Ого! — поняла я — Так ты влюблён в меня! Вот это новость! Вот уж о чем не могла подумать, так об этом. Надо же! Разрешил чувству завладеть собой, заведомо зная о своем полном провале. Силен, что тут скажешь…

— О нем — смотрел мне в глаза Анри.

— Извини, Анри. Мне некогда. Передай мою благодарность принцу Арису за сохранность моего оружия.

— Дарина, я не выпущу тебя отсюда, пока ты не поговоришь с ним.

Я нехорошо усмехнулась:

— Анри, уж не хочешь ли ты сказать, что принудишь меня остаться здесь против моей воли и заставишь разговаривать с тем, с кем я разговаривать не хочу?

— Дарина, я Высший Маг и я смогу задержать тебя до прибытия Ариса.

— Попробуй, Анри, попробуй — покачала осуждающе головой — Боги в помощь.

И перешла в покои королевы Веды без портала.

Ура! Ещё один шажок на пути моего собственного развития! Такая «чистая» телепортация никогда мне ещё не удавалась.

* * *

Веда сидела перед зеркалом, рисовала губы помадой, когда я появилась за её спиной и пристально посмотрела на ее отражение. Бывшая Страж мгновенно развернулась. В руке вместо помады сверкнул кинжал.

Я усмехнулась, цмыкнула языком.

— По Вашему требованию я ушла и оставила Вас и Вашу семью в покое — нехорошо улыбнулась ей — Как Вы и хотели, я исчезла в Мирах. Вы же, пальцем о палец не ударили, чтобы остановить своего сына и прекратить его преследования меня по Мирам.

— Погоди, Дарина!

Кинжал исчез также быстро, как и появился. Веда встала, шагнула ко мне. Теперь в моей руке блеснул стилет. Королева остановилась.

— Хорошо — примирительно сказала она — Я не подойду. Дарина, прошу тебя, выслушай меня.

— Нет смысла, королева. В прошлый раз Вы все сказали, а я все услышала. Я пришла узнать только одно: как снять Ожерелье и вернуть его вашей семье, чтобы исчезнуть из вашей памяти? Ответьте на мой вопрос и я уйду.

— Погоди, Дарина! — воскликнула королева — Ты не поняла! Это был обязательный Ритуал перед Ритуалом Супружества!

Портал открыла за своей спиной, чтобы в любой момент уйти.

— Меня это уже не интересует, королева. Никто из вас не удосужился меня об этом предупредить. Теперь играйтесь в свои Ритуалы сами. Это Ваш цирк и Ваши обезьянки. Меня это не касается никоим образом. — с горечью сказала я и добавила — Любовь не требует ритуалов, королева. Любовь требует ответного искреннего чувства другого сердца, а не показательных ритуалов. Только тогда приходит Богиня Счастья, улыбается влюблённым и преподносит им свой Дар.

— Дарина! Погоди! — с отчаянием в голосе воскликнула королева.

— Гожу. Вы готовы помочь мне снять ожерелье, Ваше Величество?

— Я не знаю, Дарина! Такого в истории Мира Ашеров ещё не было! Дарина! Не отказывай ему!

— Прощайте, королева. Мне больше нечего Вам сказать. Ожерелье я верну, как только найду способ его снять.

И шагнула в портал за спиной в тот момент, когда рядом начал открываться золотой портал Ариса.

* * *

Вышла из портала недалеко от дома бабки Устиньи, среди зелёной листвы кустов дикого ореха, на косогоре.

Солнце клонилось к закату, подсвечивало золотом горы, красовалось радужными полосами на небосклоне, уходило на покой, уступая место звёздам и луне.

Я сидела под кустом орешника, щёлкала созревшие орехи и внимательно осматривала двор. Сторожевиков Арис оставил немеряно. «Силки на дичь», так сказать. Разумно. Он «охотник», я «дичь». Пока. Ничего. Это скоро пройдет. Анри и Веда ему расскажут, а фантомы воспроизведут картинку со звуком, прям как в кино. Будет принцу развлечение на вечер.

Хоть он и высший маг, и Бог Огня, и принц своего Мира, и будущий король, я тоже не пальцем деланная, учусь у всех помаленьку уму-разуму. Особенно у него. А бабка Устинья мне нужна позарез. Она знает где расположен Источник. Пусть пальцем тыкнет, а я уж как-нибудь найду. Но мне кажется, что это где-то в горах. Может ошибаюсь…

В сумерках сожгла травку, что показывала Устинья, прошептала местное заклинание короткого зова. Ждала недолго. Бабка косолапо вывернула из-за дома, приложила руку козырьком ко лбу, увидела меня, поковыляла в горку. Я поднялась навстречу.

— Дариночка! — упала мне на грудь, обняв за плечи, пахнуло ландышами — Как же ж ты исчезла-то, деточка! Как хорошо, что ты вернулась, Дариночка моя! А он-то так убивался, так убивался! Так переживал, что не успел тебя остановить! А ты, деточка, и правда Богиня? Или это только для него такая?

Хммм… Что это с ней?… И эти ландыши… Но этого не может быть! Я бы почувствовала!..

— Я магиня, баба Устинья, обычная магиня-воин.

— А он кто тебе? — прижала она руки к лицу, покачивая головой, жалобно смотрела.

— А он… — запнулась, не зная как ответить — он принц… — глянула на небо — настоящий… — и постаралась перевести разговор в другой русло — Баба Устинья, покажите мне дорогу к Источнику — попросила, заглядывая в глаза — Надо же мне снять как-то заколдованные Украшения. Может и не найдет он меня… как в той сказке, что Вы рассказывали…

Бабка охнула, прикусила кончик платочка:

— Ох, ну-да, ну-да… — забормотала — Только далеко это… Вон там, в горах. Туда дней пять пути, если пешком. И места там дикие. Троли всякие водятся, да нежить кишит. Опасно там, детонька, ой, опасно!

— Ничего, бабуль, я привычная. Не в первый раз по таким местам ходить. А Ключ к нему где?

— А Ключ, детка, рядышком. Только завален он камнем огромным. До него теперь не добраться.

— Покажете, баба Устинья? — попросила опять.

— Так мы ж с тобой там борец-траву собирали, Дариночка! Это же в той балке и есть. Помнишь ту здоровенную каменюку, посреди ущелья?

— Да — кивнула.

— Так под ней же Ключ Силы и замурован. Ты сама-то туда не ходи ночью. — остерегла бабка — там нечисть всякая на свои шабаши собирается в полнолуние.

— Ну, до полнолуния ещё далеко — усмехнулась такой заботливости — Не съедят они меня, бабуль. Я сама кого хочешь съем, если понадобится.

— Ты бы осталась на ночь-то, Дариночка, а утром бы пошла, да и я бы с тобой сходила — начала меня уговаривать бабка — страсть как посмотреть хочется…

— На что, бабуль? — поздно поняла, что это все-таки он….

— На то, как ты будешь сама Ключ восстанавливать — сказал Арис, убирая высококачественный мОрок — Без меня.

Я усмехнулась, куснула губы, осмотрела темнеющий небосвод;

— Да уж… С моим четвёртым до Высшего Мага далеко… Не удалось, но попробовать стоило…

— Попробовала.

— Да.

— Есть еще какие-нибудь каверзы в запасе?

— Пока нет, но будут. На это я талантливая.

— Заметил. Пошли, ужин готов.

Подхватил мою сумку, перекинул через плечо, и насвистывая какую-то песенку пошёл к хате.

Пошла следом. Проигрывать тоже надо уметь. Не падать же мордой в грязь и стоить из себя истеричку-малолетку.

* * *

Бабка Устинья хлопотала, накрывая стол, Анри с шуточками и смешочками помогал ей, когда мы зашли в хату друг за другом. Арис кинул мою сумку на лавку у порога, прошёл к столу, спокойно уселся, жестом пригласил присоединиться.

— Ой, Дарочка, деточка, а я уж и не чаяла свидеться! — обрадованно воскликнула бабка Устинья — ты так исчезла неожиданно! А Арис-то твой так переживал, так переживал, что просто жуть! Да что ж ты так хмуришься-то, Дарочка моя, а? Ты ж посмотри какие красавцы-женихи оба, хоть один, хоть другой, как на подбор, выбирай любого! Оба хоть сейчас под венец готовы! — брякнула бабка — Вот сейчас их накормим-напоим, а потом и выбирать будем….

Уж очень хитрыми были у неё глаза. Я попыталась сдержать улыбку, прикрыла губы рукой, хмыкнула, но тут боковым зрением увидела их застывшие бледные мины, буравящие друг друга взглядами, прыснула смехом, подхватила деревянную миску для солений и выскочила из хаты. Там дала себе волю и расхохоталась от души. Ох, уж эта бабка, мудрая голова! Все вычислила сразу, не то что я, дурная!

Опустилась в «ледничок», набрала свежемоченой капусты, огурчиков, помидоров, яблок и грибочков. Вернулась в хату. Старалась не поднимать глаз, чтобы опять не рассмеяться, но улыбка так и дразнила губы, пока доставала три дня тому испечёный мною же хлеб, резала его, да подавала к столу.

Ашеры сидели молча, оба хмурые, бледные. Друг на друга не смотрели.

Ели молча, только бабка не могла угомониться, радуясь гостям. Рот не закрывался ни на минуту. Одно рассказывала Ашерам всякие небылицы про меня, а уж про топор так вообще все уши прожужжала.

Я поклевала овощей, памятуя о толстой заднице, которая ни в одну щель не проходит, когда надо, и ладошку деда, которой пора обязательно поцарапаться в следующий раз о мои кости. Первой встала из-за стола, заварила травяной чай, прикрыла чистым полотенечком, оставила настаиваться.

Ашеры ели вяло, пока бабка не сказала, что и то Дарочка готовила, и то солила, и то мочила, и то пекла, тогда дело пошло на лад и два здоровых мужика умели со стола все, что было.

За занавеской я переоделась в свои холщовые порты и мужскую рубаху, переплела косу по-домашнему, как любила бабка Устинья, вернулась к столу, подала чай с печеньем. Мужики, как меня увидели опять перестали есть, застыли с огромными глазами, как под заклятием. Бабка хитро наблюдала, придуряясь полной деревенщиной, а глазки так и сверкали с одного на другого. Я только удивилась такой перемене в ней.

— Приятного аппетита — буркнула недовольно и выразительно глянула на каждого отдельно.

Отвели глаза, принялись за чай с печеньем.

Намазала одну печенюшку тоненько домашним маслом, откусила кусочек, придвинула масло с деревянным ножичком, вырезанным из липы специально для этой цели, к Ашерам. Оба покосились на меня, повторили, попробовали. Так печенье было вкуснее и не крошилось.

После ужина бабка Устинья хотела подсуетиться с уборкой, но я не дала. Прибралась сама и вынула недокрученную пряжу. Одну кудель с веретеном подала бабке, вторую взяла себе. Глянула на Ашеров, праздно сидящих на лавке. Молча сходила в сараюшку, принесла два кривых ножа для резьбы ложек и две приготовленные на ложки щепы.

— Здесь не принято дурака валять вечерами — сказала обоим.

Вернулась к бабке, села напротив неё и принялась за работу. Застучали и запели веретена, в такт друг другу, засучилась пряжа из нежного козьего пуха. Древесная стружка завивается в колечки под умелыми руками. Все заняты делом.

Яркие лучины потрескивали по углам, из открытых окошек повевало легким ночным ветерком.

— Баба Устинья, расскажите что-нибудь — попросила ее, чтобы прервать молчание.

— А давай вместе расскажем нашим гостям, детонька? Помнишь ту балладу, что тебе напевала, когда первый раз с тобой из лесу вернулись?

Усмехнулась ее хитрости, покачала головой:

— Это про колдуна страшного, да принца прекрасного, что ли?

— Да про девицу-красавицу с украшением заколдованным — поддержала бабка…

Арис на мгновение замер. Я усмехнулась, покрутив головой.

— Ну, не знаю, бабуля, я не все слова помню… — попыталась отказаться.

— Ничего, я напомню, если что, — потешила старушка.

— Ладно, пусть будет по-вашему, баба Устинья.

И старушка начала балладу загадочным голосом. Временами я тихонько подпевала ей, пока обе не увлеклись и не запели речетативом на два голоса.

Ашеры увлечённо строгали себе ложки, внимательно слушали. Баллады сменяли одна другую, пока я не припомнила «Балладу о Беовульфе».

После первого же куплета, бабка, замахала на меня руками:

— Тише! Это петь нельзя, деточка!

— Почему? — удивилась её реакциии.

— Оборотни за это тебя разорвут, деточка… Это же Песнь о ПрОклятом Короле. Не призывай его дух, детка. А то беду накличешь…

— Хорошо, не буду — наконец-то догадалась я в каком Мире нахожусь.

Оказывается меня, благодаря вмешательству дорогого принца в заклинание портала, занесло в Мир волков-оборотней. Покосилась на Ашеров. Даже виду не подали, что услышали, сосредоточенно строгали чурки, не поднимая глаз.

Тааак. Коты и собаки… Блин… И что теперь делать? Эти котяры, хоть и здоровенные, но тут же и волки не меньше, наверняка. Ашеры точно знают куда попали, но вон смотри и ухом не ведут оба. Будто их это и не касается.

Молчание долго не продлилось. Бабка Устинья поболтала ещё немножко о соседях из деревеньки и отвела высоких господ спать на сеновал. Мы с ней улеглись на свои топчаны. Бабка долго стонала, вздыхала, потом спросила:

— Дарочка, детка, а принц и его друг, они же из не из этого Мира. Если они с тобой пойдут, вы же не дойдете. Волки не пропустят. Да и тебе достанется, не дай Боги…

Я встала, оделась, пошла к двери.

— Ты куда, Дарочка? — приподнялась на локте бабка.

— Пойду поговорю с ними — тихо ответила — Может смогу уговорить вернуться в свой Мир.

— Нужное дело — прошамкала бабка — Поговори, образумь их. Нельзя котам по нашему Миру шастать.

Вышла на улицу, тихо прошла по двору, переключившись на ночное зрение, скользнула в дверь амбара. Ашеры мгновенно оказались на ногах.

— Зачем вы пришли сюда? — спросила обоих.

— Ключ и Источник — сказал Арис — За нас это никто не сделает. Ни ты, ни я не можем входить в изменённый Поток Силы поодиночке. Ты это знаешь.

— В Мире Змеелюдей я справилась без тебя — возразила.

— Тогда мы еще не были единым целым — напомнил Арис — После перенастройки Алтаря через Ключ Мира Ашеров, это стало невозможно, ты это прекрасно знаешь, Дарина.

— Вы должны уйти в свой Мир, господа — твёрдо сказала обоим — Здесь для вас слишком опасно.

— Это исключено — сказал Арис — Этот Мир также опасен и для тебя.

— Для меня нет — ответила — Я уже была волчицей. Они это чувствуют. Меня они не тронут.

— Я не уйду — упрямо повторил Арис.

— Я тем более — поддержал его Анри.

— Странно, — глянула на них по очереди — Я думала, что вы мудрые Ашеры, а не упертые, как…

Повернулась и вышла, хлопнув за собой дверью. Все равно не о чем дальше разговаривать. Если эти двое что-то решили, то переубеждать их бесполезно.

Вернулась в избу, улеглась на топчан, прикрылась домотканным пледом. Тяжело вздохнула. Он, конечно, прав про изменённые Потоки, но мне не хотелось, чтобы он рисковал. Втроем с целым Миром не справиться. Количеством задавят, как только Ашерский дух почуют…

Бабка ворочалась на своём топчане, покряхтывала, иногда охала-ахала. Я удивленно подняла голову, ведь раньше она так себя никогда не вела. Перейдя на ночное зрение, оторопела. Бабка на топчане была не одна! И совсем не бабка!

Бесшумно соскользнула с топчана, подхватила свои одёжки и оружие, сумку с лавки, тихонько приоткрыла дверь, бочком протиснулась наружу, стремглав пробежала по двору, заскочила в амбар.

Ашеры, завидев меня в таком виде, вскочили на ноги.

— Что случилось, Дарина?!

Я лихорадочно одевалась, цепляла оружие, крутила косу вокруг головы.

— Она не бабка… и она там не одна…

Ашеры расслабились, спокойно вернулись в горизонтальное положение на сене. Арис закинул руки за голову, Анри сплел пальцы на груди, дружно засвистели вальс Штрауса. Я покосилась на них. Невинные рожи смотрят в потолок и дуют в губы.

Вот гады! Могли бы и предупредить!

Нет, не могли. Я им не дала шанса. Сама виновата. Вот же дура, а?! Этот сразу раскусил что к чему и тут же прилетел спасать. Спаситель, блин.

Ну и черт с вами! — нахмурилась раздражённо — Осенью надо будет подать документы в Академию на следующий курс повышения квалификации. Может хоть до пятого уровня дотяну и на год от вас обоих избавлюсь. Заодно, может поумнею… Делать нечего, пойду к Ключу. Не стоять же тут истуканом рядом с этими свистунами.

Резво повернулась к двери, шагнула и уткнулась носом в ландышевую грудь. Вскинула возмущённо голову, получила нежный поцелуй и полетела вверх тормашками в сено. Следом прилетела сумка, шмякнулась рядом.

— Охолонь, магиня, — буркнул Арис и снова завалился на сено рядом с продолжающим насвистывать вальс Анри.

Пока выкарабкалась из мягкого сена, решимость отправляться к Ключу перед полуночью прошла. Еще немного повозилась, устраиваясь поудобнее и пряча сумку в перстень драконов, побурчала что-то по поводу вредных котяр, распускающих лапы куда ни попадя и швыряющих нежных девиц со всего маху на самое твёрдое во всем амбаре сено. Наконец, угрелась и уснула.

* * *

Утро выдалось на редкость пасмурным. Холодным. На улице лило, как из ведра. Капли шумели по крыше, жухлой траве, беспокойным листьям крон. Захотелось зарыться глубже в сено и снова заснуть, но тут услышала приглушённый разговор.

— Отдайте «дар богов» нам и уйдете из нашего Мира спокойно — сказал низкий мужской голос — Никто не причинит вам вреда, Ашеры.

Упс! Надеюсь это не про меня.

— Пошли выйдем, Фрост — услышала слишком спокойный голос Ариса — Один на один, как в старые времена.

— Арис, ты меня что, за дурака держишь?! С тобой один на один?! Я не самоубийца, Ашер! Отдай «дар богов» и расстанемся друзьями. Наверняка какая-нибудь безделица.

Фуф… не про меня…

— Значит, ты даже не знаешь о чем просишь?

— Любимая женщина попросила, вот и исполняю. Отдай игрушку, Арис, дай бабу-то порадовать…

Шелестнула солома, меня схватили за шкирку, кинули вниз. Поймал Арис. Осторожно поставил рядом, прижал к боку.

— Помнишь её, Фрост?

Молодой мужчина отступил на шаг, внимательно ко мне присмотрелся:

— Так это же та девочка-выпускница, на которую мы все каждый день бегали любоваться, пока гостили в Академии! А она тут при чем, Арис?!

— Познакомься, Фрост. Это Дарина, моя невеста — ответил Арис.

Мужчина привалился плечом к дверному косяку, напряжённо думал. Жилы на его лбу нешуточно вздулись, обещая через минуту прорваться, если он немедленно не прекратит это занятие.

— Дарина, Богиня Счастья… Дар Богов… Что-то такое я слышал о твоей помолвке от Берда. Все-таки ты держишь своё слово, Ашер. Как только увидел первый раз, так сразу и сказал: «А вот и моя будущая жена!». Молодец! — понятливо протянул Фрост — Поздравляю, Арис. Я бы тоже не отдал. Ты прав.

Ах, вот как?! Прям как увидел, так сразу и жена?! Ненормальный какой-то… — подумала — и я вместе с ним…

— Дарина, — обратился ко мне Арис — познакомься, пожалуйста, это Фрост, мой однокашник по Академии и очередной «прОклятый король» Мира волков-оборотней.

— Доброе утро — поздоровалась с королем, удивлено хлопнув глазами на уверенного в себе Ариса.

Фрост был также высок, как Арис и Анри, но пошире в плечах, помощнее в кости. Восточные черты лица, длинные густые бакенбарды, то ли зачёсаны, то ли просто растут к острым ушам, волосы на голове начинаются мысиком, направлены назад, открывая высокий лоб, губы ярко очерчены, немного полноваты для этого типа лица, волевой подбородок с ямочкой посередине, мощная шея борца, серый лёгкий плащ на толстой цепочке, застёнутой на груди, камзол со множеством заклёпок, в обтяжку брюки, высокие сапоги со шпорами.

— Очень приятно познакомиться, Дарина, — шаркнул ногой и поцеловал мою руку король — Я был Вами восхищён до глубины души, когда мы гостили в Академии. Очень приятные воспоминания. Надеюсь потанцевать на вашей с Арисом свадьбе. Этому старому холостяку давно пора жениться.

— Я Вас там не заметила, Ваше Величество — ответила ему, игнорируя разговоры о свадьбе.

Он улыбнулся и отпустил мою руку.

— Какими судьбами к нам, Арис? Да ещё и в компании с невестой и Главным Высшим Магом Мира Ашеров? — спросил заинтересованно — Привет, Анри.

— Привет, Фрост, — ответил Маг.

Арис отпустил меня и я ретировалась за его спину, вытаскивая из волос солому. Анри встал рядом с ним.

— Мы сейчас проходим по Мирам, где есть Источники и их Ключи, восстанавливаем их и удаляем причины искажений — объяснил Арис — Дарина попала сюда случайно, а мы следом за ней. Твоя Дама сердца спасла мою невесту, а потом рассказала мне о своих неприятностях. Наши цели схожи, Фрост, и мы с удовольствием поможем вам освободить твою Даму Источника от заклятия.

— Это мне нравится, Арис. Наконец-то мы тоже сможем пожениться с моей Устиньей! И, само собой разумеется, вы приглашены на нашу свадьбу, которая состоится сразу же, как только она будет свободна. Господа, я и мой народ будем служить вам помощью по мере сил.

Пока мужчины разговаривали дождь прекратился и я выскользнула из амбара, сходила в конец огорода, пошла к хате. Изнутри доносилось тихое пение молодого голоса.

* * *

Стройная шатенка расчёсывала перед зеркалом длинные волосы и напевала старинную балладу. На моё появление она резво обернулась, замолчала.

— Привет, Устинья — буркнула тихо — Не могла раньше сказать? Перепугала меня ночью насмерть.

Она звонко расхохоталась.

— Дарина! Не обижайся! Я не знала, что он придёт, а потом уже не могла. Сама понимаешь, не до тебя было. Как я поняла, мужчины договорились между собой, коль ты пришла сама.

— Да что мне обижаться — пожала плечами — Я тут оказалась самая дурная. Все все знают, все все понимают, а я, как слепой котёнок, тыкаюсь туда-сюда и никак не соображу что происходит.

Устинья улыбалась, глядя на меня.

— Тебе сколько лет, Дарина? — спросила она.

Я косо глянула на неё, расплетая волосы:

— Есть разница?

— Безусловно — кивнула она.

— Двадцать пять — и прикусила язык, вспомнив вдруг, что мой день рождения сегодня, на закате.

— Это Ашерских лет или человеческих?

— Человеческих — ответила ей — а при чем тут возраст?

— Моему телу, Дарина двадцать девять. Это в двадцать раз больше, чем по-человеческим меркам. А это и жизненный опыт, и знания, и понимание жизни совсем другие, чем у тебя. Не сердись, Дарина. Это правда.

Я расстроенно вздохнула:

— Ты права, Устинья, ты права… — грустно сказала, понимая какая временная пропасть отделяет меня от них от всех.

Устинья выскочила на двор и сразу же оттуда донесся дружный мужской хохот, весёлые возгласы, бряцание цепи о ведро у колодца, плески воды, остроумные реплики и снова хохот. Устинья щебетала громко, радостно, звонко хохотала вместе с ними, счастливо повизгивала.

Мне стало грустно и страшно одиноко. Захотелось убраться куда-нибудь подальше, залезть в какую-то нору, чтобы не нашли, не увидели, не заметили, прошли мимо. Захотелось раствориться в толпе, забыть их всех. И чтобы забыли меня.

В общем настроение, как всегда в день рождения. Но им об этом знать незачем. Кто должен был знать, не знает, и не пожелал знать, а остальные перебьются. Да и мне нечего показывать, что на душе творится, незачем портить настроение другим.

Решила отвлечься, заняться делом, пока другие веселятся. Переоделась в свою холщину, взяла большую миску, скользнула в огород за домом. Веселье не накормит, а есть с утра захотят все. Устинье сейчас, наверняка, такие мелочи в помолодевшую голову не приходят, а мне все равно делать нечего. Набрала овощей и зелени на борщ и для завтрака, оставила их на столе около дворовой печки. Подхватила подойники, пошла на зов коровы и коз. Парное молоко поставила в крынках на столе. Собрала в курятнике яйца. Растопила печку, поставила кастрюльку с яйцам на огонь. Кинула в кастрюлю побольше засоленную намедне половинку курицы, поставила туда же. Принялась чистить овощи мизерикордией.

К колодцу не ходила, чтобы не напоминать о себе лишний раз. Веселиться вместе со всеми не хотелось. Было грустно и одиноко на душе. И кто придумал этот день рождения? Да ещё и круглую дату…

— Дарина! — услышала громкий голос Ариса — Ты где?

Вспомнил, блин… — буркнула про себя.

Он вывернул из-за угла дома, раздетый по пояс, мокрый, счастливый, когда расставляла тарелки и еду на столе. Взяла себя в руки, усилием воли изменила мимику.

— А я думал, что ты переодеваешься, не хотел мешать. Все ждал, что выйдешь к нам. А ты тут…

— А я здесь. — кивнула — Сейчас яйца сварятся и можно будет завтракать.

— Давай помогу — предложил Арис.

Молча придвинула миску с овощами и ведро с очистками. Арис достал кинжал, принялся помогать. Я покосилась на его очистки, хмыкнула. Он вопросительно глянул:

— Дарина, я что-то не так делаю?

— Если ты будешь столько срезать с каждой картошины, то пойдешь копать картошку сам — ответила не глядя на него.

Арис картинно достал кусочек шкурки картошки, которую чистила я, сравнил со своим. Хмыкнул, почесал затылок, виновато глянул. Протянула свою мизерикордию, забрала у него кинжал.

— Понял, спасибо — кивнул он и принялся за работу.

Рукоять кинжала еще сохраняла тепло его руки. Я вслушалась в него и тёплая тоска охватила сердце. Тряхнула головой, сбрасывая наваждение, взяла разделочную доску, принялась за нарезку овощей.

Тра-та-та-та-та — застучал кинжал по доске. Арис оторвался от очистки, поднял голову, заворожённо уставился на свой клинок в моей руке. Не обращала внимания, хоть и видела его реакцию боковым зрением. Реакция понравилась и в душе усмехнулась.

Остальная компания появилась в полном составе. Весёлые, счастливые, мокрые после обливаний колодезной водой. Остановились у стола.

— Первый раз в жизни вижу, чтобы принц Арис помогал на кухне! — воскликнул Фрост — Он даже в Академии ни разу не попадался за свои проказы так, чтобы его отправили на кухонную трудотерапию. А тут, гляньте-ка! Дарина, что ты с ним сделала?! Может слово какое волшебное знаешь?

Покачала головой:

— Не знаю, Фрост, а и знала бы, не сказала.

Общий хохот огласил поляну.

Отложила кинжал, подошла к печи, сняла пенку с закипающего бульона, бросила в кастрюлю три очищенные картошки, чтобы сварились и потом растолочь в зажарке, и часть порезанных овощей, добавила соли. Отодвинула с открытого огня кастрюлю. Подхватила пустую бадью, пошла к колодцу. Анри отобрал ведро.

— Я сам принесу — глянул в глаза и чуть дольше, чем требовалось задержал руку на моей ладони.

Мизерикордия воткнулась в деревянную бадью по самую рукоять между пальцами Анри. Я оглянулась. Арис, набычившись, молча смотрел на Высшего Мага, протянул руку. Анри вытащил мизерикордию из дерева, отнёс принцу, что-то тихо сказал, поклонился, Арис так же тихо ответил. Одно слово. Анри сбледнул с лица, не поднимая глаз, пошёл мимо меня к колодцу.

Ого! — обалдела я, провожая мага глазами и уставившись на принца — Вот это ревность! Даже к Анри! А глаза были… ужас!.. Не знала, что он так умеет смотреть… Хорошо, что увлечённые друг другом влюблённые ничего не заметили.

Испечёный пару дней назад хлеб, хранился в специальном берестяном коробе сбоку печки в хате. Приподняла крышку, достала каравай с припечёной слегка корочкой, прикрыла остальной хлеб чистой тканью, почувствовала сильные руки на талии, замерла.

Повернулась к нему с буханкой хлеба в руках.

— Что с тобой, Дарина? — спросил принц обеспокоенно — У тебя плохое настроение?

— Пусти, Арис. Нормальное у меня настроение. Пусти.

— Посмотри мне в глаза, Дарина — попросил.

Глянула. Разжал руки, молча пошёл во двор. Мог и не смотреть! Сама знаю, что взгляд у меня не из радостных.

Захватила миску для солений, вернулась к столу во дворе.

— Анри, порежь хлеб, пожалуйста — отдала ему буханку — а я солений и сыра принесу.

— С удовольствием, Дарина — улыбнулся Анри и тут же нахмурился, встретившись взглядом с принцем.

— Арис, почисть, пожалуйста, ещё чеснока — смягчила мгновенно возникшее напряжение — А то этого не хватит.

— Хорошо — ответил спокойно — Сколько?

— Еще головку, если можно — ответила и пошла в огород, к отдельно вырытому подвалу.

Спустилась в «ледник», наполнила миску соленьями, сверху положила кружок домашнего сыра, перевела дыхание. Выходить из «ледника» не хотелось до зимы. Ну, может не до зимы, а, хотя бы, до завтра…

Просвет прохода загородила тень. Арис гибко соскочил в погреб, остановился, буравя меня взглядом.

— Ты его любишь? — спросил сквозь зубы.

— Кого? — не поняла я.

— Не притворяйся, Дарина — рыкнул принц — Я спрашиваю, ты его любишь?!

— Арис, ты о ком говоришь? — ещё раз переспросила, не понимая вопроса.

И тут до меня дошло! Я расхохоталась.

— Ты что, с ума сошёл?! Я тут с этой любовью не знаю что делать, а ты… — и прикусила губы, испуганно на него глянула.

И кто меня за язык тянет?! Вот же дура!

Он облегчённо выдохнул, порывисто сграбастал с объятия, уткнулся лицом в волосы. Я замерла от неожиданности его поведения.

— О, Господи! Дарина, любовь моя! Я так испугался! — шептал он мне в шею — Я думал с ума сойду от ревности! Слава Богам, Счастье моё! Слава Богам!

Его сердце молотило со страшной силой, он весь дрожал и прижимал меня к себе все сильнее и сильнее.

— За-да-вишь! — выдавила из себя придушенно.

Железная хватка тут же ослабла. Хоть вздохнуть смогла. Отодвинула его, уперевшись в грудь ладошкой, глянула в глаза.

— Я не люблю его, Арис. И никогда не любила. Успокойся, пожалуйста. У тебя соперников нет. Анри хороший парень и верный друг. Да и то не мой, а твой. И он мне очень нравится, как друг, но не больше. Я очень ценю его и очень уважаю. Он «Верное Сердце», Арис. Но между вами я никогда не встану. Это исключено. Напрасно ты на него нарычал. Ты был не прав.

— Я видел как он на тебя смотрел. Он тебя любит, Дарина — глухо сказал принц — Он сам мне в этом вчера признался, когда я его придавил после просмотра фантомов.

— Хуже было бы, если бы он меня ненавидел.

— Это да — согласился Арис.

— Ты ведь слышал, что я вчера ему сказала, когда была во дворце.

— Да, — не отрываясь смотрел мне в глаза — Ты не права, Дарина. Я люблю именно тебя. И чем больше я тебя узнаю, тем больше убеждаюсь, что ты тот идеал настоящей Женщины, о котором я даже не мог мечтать, потому что не мог представить себе, что такое бывает. Это правда, Дарина.

— Пойдем завтракать, Арис.

— Ты не веришь мне — грустно сказал он.

— Я не знаю, Арис… Мне нужно подумать…

— Хорошо, Счастье мое. Думай сколько хочешь. Только обещай мне, что никого больше не полюбишь… — улыбнулся он.

Горько усмехнулась, пожала плечами, покачала головой:

— В моей семье, Арис, все поколения мужчин и женщин влюблялись только один раз в жизни. Так будет и со мной. Или ты, или никто.

Он прикрыл глаза, с трудом проглотил комок, согласно кивнул.

— Пойдем, любимая. Нас уже заждались.

* * *

Завтрак прошёл весело. Арис искрил остроумными шуточками, Фрост и Анри не отставали, Устинья хохотала колокольчиком. Мне смеяться совсем не хотелось, приходилось держать улыбку. Хорошо, что могла время от времени отходить к печи.

Убирали со стола Арис и Анри, перекидываясь шуточками. Устинья с Фростом ушли кормить живность, я дожаривала заправку и резала капусту.

— Дарина, почему ты такая грустная? — спросил Анри, вытирая посуду полотенцем.

— Нет, тебе показалось. — покачала головой.

— Арис, посмотри какие у нее грустные глаза — кивнул на меня.

— Не говори глупостей, Анри. — огрызнулась на него — Обычные глаза.

— Нет, грустные! — настаивал он.

— Угу… — кивнула — Ещё скажи, что грустные, как у беременной коровы, и я замычу…

Ашеры расхохотались, а я подхватила кастрюлю с готовым борщом и понесла в «ледник». Арис догнал, ловко перехватил, отнёс сам.

Фрост и Устинья вернулись под ручку, довольные и счастливые. Вряд ли они занимались кормёжкой скота и птицы, судя по их виду.

— Ну, что, господа, отправляемся к Ключу? — спросил Фрост.

Я кивнула и пошла переодеваться. Устинья чмокнула любимого в щеку и побежала за мной.

— Дарина, я так счастлива! — щебетала она — Ты даже себе не представляешь! Король сделал мне предложение! Я теперь буду королевой нашего Мира!

— Поздравляю — улыбнулась ей — Ты будешь достойной королевой. Вы прекрасная пара, Устинья. У вас будут красивые и умные детки. Я очень рада за тебя.

— Ты знаешь, я уже придумала, каким будет моё свадебное платье…

И Устинью понесло.

Я слушала вполуха, кивала, иногда улыбалась, а сама думала о Ключе. Если там такой «здоровенный каменюка», то как его удалить оттуда? Если он пролежал там столько времени, то вполне может оказаться, что его удаление сможет вызвать очередную ударную волну Силы, которая разнесет все живое в клочья вместе со всеми нами. Везде мы с Арисом начинали от Источника и все проходило нормально. Наверное, то же самое нужно делать и здесь. Не наверное, а скорее всего…

Устинья болтала про будущую свадьбу и из фона этой болтовни вбилось в уши какое-то слово, от которого тренькнул и завыл зуммер опасности в душе. Я мгновенно насторожилась, но никак не показала виду.

Опасность исходила от Устиньи!

Моё женское чутье взвыло, как ненормальное, как только проанализировала происходящее на данную минуту, вспомнила, что у неё не было ауры, глянула теперь вторым зрением и опять ее не нашла. Страшная догадка ударила по мозгам. Осталось только проверить ошиблась моя интуиция или нет. Для этого нужно было задать ей вопрос, требующий сравнительного анализа для ответа. Но и его надо было задать так, чтобы не вызвать у неё сигнал тревоги.

— Ой, как все же здорово, что вы поженитесь — поддержала ее последние слова — Знаешь, мне кажется, что тебе бы пошли к такому платью украшения из розовых бриллиантов, пришитых в виде маленьких хризантемок, и чтобы по центру был прозрачный большой бриллиант, а вот здесь, здесь и здесь — показала на себе — на самом краешке по крохотному голубому бриллиантику. Это был бы шедевр! Я бы на твоём месте так и сделала.

— Ты думаешь? — обернулась она к зеркалу, пробуя представить как бы это выглядело.

Я внимательно следила за ее мыслью, натягивая сапожки. Мысли не было ни в глазах, ни в ментале. Нигде и никакой. Вообще. Она не могла представить предложенную мною картинку! Моя догадка подтвердилась и мороз пробежал по коже.

— Ой, я что-то подумала и мне показалось, что твой вариант все же лучше — поспешно добавила с улыбкой — а как будет у вас в спальне?

Устинья снова защебетала, как только я перевела тему разговора, получив подтверждение своему предупредительному зуммеру.

Мы вышли с ней во двор, но в дверях я незаметно чиркнула её платье мизерикордией. Мужчины болтали о чем-то своём, мужском, дожидаясь, пока мы будем готовы. Оглянулись на нас, расплылись в улыбках.

— Ой, девочки! Как вы замечательно выглядите! — воскликнул Фрост — Иди ко мне, моя прелесть! Как же ты хороша!

Устинья радостно кинулась в объятия возлюбленному. Я остановилась, зыркнула на Ариса. Он насторожился, шагнул ко мне. Я остановила его взглядом. Анри поймал предостережение и тоже предельно расслабился.

Платье не заду Устиньи было безнадежно испорчено.

— О, Боже! Устинья! — расстроенно воскликнула я, всплеснув руками — что с твоим платьем?! Ты, наверное, где-то им зацепилась! Там такая дыра! Да еще и на самом видном месте!

Она оглянулассь на себя, увидела дырку, стыдливо закусила губку, прикрыла зад ладошкой.

— И что же теперь делать? — чуть не плача вопросила она.

— Сходи переоденься — предложила ей — или зашей дырку, а мы тебя подождем.

— Да? Ой! Я быстро! Минутку и я буду готова! — воскликнула она и побежала обратно в хату.

Арис внимательно смотрел на меня.

— Прыгай на меня немедленно и держись! — сказала одними губами.

Не раздумывая ни секунды он прыгнул, вцепился в шею. Я распахнула крылья, оттолкнулась от земли мощными лапами, подхватила когтями обалдевших Анри и Фроста, взлетела с места ввысь и понеслась в сторону гор.

Внизу раздался яростный крик, но было поздно. Добыча ускользнула из рук нежити.

* * *

Летела до тех пор, пока солнце не начало клониться к закату. Сверху, на одном из пологих склонов, высмотрела блеснувший горный ручей и удобную полянку, окруженную кустами и деревьями. Описала полукруг, снизилась, разжала лапы. Фрост и Анри покатились по траве. Я пробежала по инерции пару шагов и упала под тяжестью Ариса. Он тут же вскочил и поднял меня.

— Кинь в воду, — прохрипела ссохшимся горлом.

Арис правильно понял, подхватил меня на руки и бегом отнес в ручей. Я жадно напилась и блаженно закрыла глаза. Ледяная вода приводила в чувства, охлаждала человеческое тело, только что бывшее драконьим, уравновешивала температуру работы органов, восстанавливала дыхание кожей после панциря шкуры.

— Арис, что с ней? — подскочил Анри.

— Погоди, не мешай, — тихо ответил Арис — пусть придет в себя. Займитесь пока ужином и костром…

Он бережно поддерживал меня на плаву, не давая погрузиться в воду с головой.

Наконец, почувствовала холод, в голове прояснилось. Открыла глаза.

— Как ты, родная? — услышала голос Ариса и увидела его синие в зеленую полосочку глаза.

— Нормально… Вроде бы… — прислушалась к себе — Да, нормально. Пошли на берег, а то замерзла.

Он тут же вытащил меня из воды, поставил на сухое. Трясущимися от холода пальцами открыла крышечку перстня, выудила оттуда свою дорожную сумку, увеличила. Зубы стучали от холода. Достала сухую одежду и полотенце. Арис помог раздеться, насухо растер кожу. Стало тепло. Оделась в сухое и чистое. Прополоснула снятое, развесила на ветках, подошла к принцу.

— Спасибо тебе, Арис — коснулась кончиками пальцев рубашки на груди — Спасибо за доверие.

— Ты спасла нам всем жизнь, любимая, — благодарно обнял он меня — Это тебе спасибо.

— Если бы ты не прыгнул не думая, я бы не успела…

— Я тебе полностью доверяю, Счастье мое…

Мне бы так — подумала…

* * *

Вернулись Анри и Фрост. Принесли двух только что освежеванных зайцев и сушняк. Развели костер, подвесили над огнем тушки. Все расселись вокруг костра. Молча. Анри изподтишка кидал на меня удивленные взгляды. Я не обращала на них внимания, чтобы не спровоцировать ненужные вопросы.

— Дарина, что все это значит? — напряженно спросил местный король, буравя меня взглядом.

Помолчала, глядя в огонь, потом спросила:

— Фрост, ты женат?

— Нет, — удивленно глянул — А ты за меня замуж, что ли, хочешь?

Арис и Анри тут же напряглись. Я подняла ладонь, показывая, что волноваться не о чем.

— А какие в твоем Мире законы для королей? — игнорировала его раздражение — Скажи, пожалуйста, это важно.

— Получить полное образование, пройти все Посвящения, жениться, родить сына, потом изучить свой Мир — недовольно, но все же ответил он, повинуясь взглядам Ашеров.

Я покивала, любуясь огнем.

— Дарина, что все это значит? — повторил свой вопрос Фрост.

— У тебя есть сын? — игнорировала его вопрос повторно.

— Нет.

Глянула на него, потом на Ашеров по очереди.

— «Получить полное образование, пройти все Посвящения, жениться, родить сына, потом изучить свой Мир». Вот такая последовательность. Не другая. Странно, не правда ли? — процитировала его слова и спросила — Ты знаешь что-то о «прОклятом короле»?

— К чему это ты, Дарина? — разозлился он.

— Ответь, когда спрашивают — сквозь зубы выцедил Арис.

Анри давно расслабился и не сводил глаз с Фроста, не забывая поворачивать тушки зайцев, жарящиеся над огнем костра. Тот глянул на Ашеров исподлобья, куснул губу и ответил:

— Ходят разные варианты сказки о короле, выдавшем беглянку злому принцу-колдуну. Я лично слышал как минимум десяток.

— Ты получил полное образование? — спросила дальше.

— Да.

— А с Посвящениями как?

— Осталось два.

Покивала головой.

— Знаешь что сказала Устинья, когда я начала петь балладу «О Беовульфе»?

— Что?

— Господа Ашеры, помните?

— Она сказала, что это петь нельзя, чтобы не призывать дух прОклятого короля — напомнил Анри.

— «Оборотни за это тебя разорвут, деточка… Это же Песнь о ПрОклятом Короле. Не призывай его дух, детка. А то беду накличешь» — процитировал по памяти Арис.

— Да — кивнула, глянув на принца благодарно — Когда я вернулась из амбара, после короткой беседы с принцем и магом, ты был там. Ты пришел, как «прОклятый король», Фрост. Ты нарушил Заповедь королей своего Мира и пробудил Проклятие. Ты стал прОклятым королем, Фрост, и не понял этого, даже когда об этом говорили Арис и Анри при тебе о тебе — глянула ему в глаза — Ты уже бывал в этой хате, Фрост? Ты уже спал с этой бабой до этой ночи хотя бы еще один раз? Ты хоть помнишь, как оказался в этой хате, да еще и с ней в постели, Фрост? Уж не сон ли эротический тебе снился и вдруг перешел в реальность, что ты так лихо включился в процесс, Фрост? Да так, что тебе это даже не показалось странным. Тебе, как магу и оборотню. А ведь меня не было от силы три минуты. Не так ли, господа Ашеры?

Внимательно наблюдала, как он вздрагивает от каждого моего вопроса, как расширяются зрачки Ашеров.

— Ты нарушил Закон, обязательный для всех королей твоего Мира и попал в капкан Проклятия. То есть в капкан Устиньи… — вздохнула, глядя на заход солнца — Это она проявление Проклятия королей твоего Мира, Фрост. Она выдала себя своей болтовней, когда мы с ней переодевались. Я только сравнила ее слова, которые она говорила накануне, сказку, которую она рассказала, когда я лежала полупритомная в ее хате и балладу, которую мы с ней вместе пели вчера вечером перед твоим появлением. Для полной уверенности мне осталось задать всего лишь один вопрос, на который женщина ответить может только подумав по-женски, то есть создавая эмоциональный мыслеобраз, основанный на мыслеобразе полученной в вопросе информации и проследить за ее менталом и эмоциями. Она не смогла, Фрост. У нее отсутствовал ментал и женские эмоции. Она не смогла создать простейший мыслеобраз, на который способна любая девчонка. У нее были только шаблоны, которые не поддавались преобразованиям. А у живых женщин любой расы так не бывает. Женщины думают не так, как мужчины. У нас своя логика, логика эмоционального мышления, подкрепленная мыслеобразами, которые изменяются каждую минуту, да что там минуту, каждое мгновение жизни. Поэтому мы такие и поэтому мужчинам так трудно понять нас. Одна женщина всегда эмоционально и ментально почувствует другую. Я тоже почувствовала. Только почувствовала я не женщину рядом с собой, а смертельную опасность для вас и для себя.

Помолчала минуту. Никто не нарушил тишину. Мужчины обдумывали мои слова. Их лица были хмурыми.

— И еще, господа. Она вытягивала из вас всех ваши жизненные силы, как это делают иногда молодые и не опытные вампиры, потерявшие осторожность. Поэтому она помолодела на несколько часов. Это было ее ошибкой, которая бросилась мне в глаза, а вы, наверное, приняли это за трансформацию скрывающей свой возраст и красоту, от греха подальше, молодой девушки — снова помолчала, припоминая наш короткий разговор, потом добавила — Она спросила сколько мне лет. Я ей ответила. Тогда она сказала: «Моему телу, Дарина двадцать девять. Это в двадцать раз больше, чем по-человечески. А это и жизненный опыт, и знания, и понимание жизни совсем другие, чем у тебя.». Как это может быть, если она не способна мыслить? Получается только набор шаблонов и ничего больше. Еще я сравнила. Если вы с Арисом однокашники, то и возраст у вас должен быть примерно один и тот же. А она, оказывается, старше вас в два раза поэтому выглядеть, как едва оперившаяся малолетка, не должна. Да и полотно, из которого была сшита одежда, делалось на станке, а не вручную. Тогда так не делали.

Фрост начал соображать, отбросил обиду за то, что вырвала без спросу из когтей любимой, внимательно слушал.

— Арис, мы всегда начинали работу с Источника и заканчивали ее Ключом, и все проходило нормально. А сегодня нас нахально толкали к Ключу, заваленному камнем неизвестно когда. Убери мы камень без чистого Источника, и нас разнесло бы всех так, что и места мокрого не осталось… Мне это показалось странным и, наверное, именно это меня насторожило. А потом одно наложилось на другое… Я специально разрезала ее платье на самом видном месте, когда мы проходили через двери. Спасибо Арису за то, что без раздумий послушал меня и сделал так, как попросила. Этим он дал нам шанс вовремя удрать оттуда. Это все, господа…

— Нет, не все — материализовался из воздуха дед — Есть еще кое-что, что вы все должны знать.

Оглядел нашу четверку медленно, стараясь каждому заглянуть в глаза. Я предостерегающе чуть качнула головой, глазами показала на закат. Дед насупился и упрямо сказал:

— Я не понимаю тебя, внученька…

Резко повернулась к нему, топнула ногой и глухо рыкнула:

— Деда, прекрати! Мне не пять лет. Оставь это в покое!

Все повернулись ко мне, увидели мой разъяренно-укоризненный взгляд, направленный на деда. Отвернулась к закату.

Дед похмыкал, покряхтел, но промолчал. Выдохнула облегченно.

— Деда, а что еще ты хотел добавить об Устинье? — перевела тему в другое русло.

Дед обвел нас всех внимательным взглядом и сказал:

— Ты все правильно поняла об этой нежити, Дарина. Только ты не знала, что настоящая Устинья покоится между жизнью и смертью в самом Источнике, как это было с Первой Королевой Стэлиссой. Если вам удастся вернуть ее к жизни, вы снимете Проклятие с королевского рода этого Мира. Но тогда вам придется успеть проделать весь Ритуал в течении одного светового дня. А это значит, что вам надо освободить тело настоящей Устиньи из Источника, восстановить поток Силы, уничтожить камень, закрывший Ключ, Восстановить Ключ и соединить его энергию с энергией Источника, и добраться до дворца до захода последних лучей солнца. Порталом пользоваться при нарушенном равновесии энергий Мира будет нельзя, а расстояние от Источнника к Ключу большое. Использовать нарушенную энергию пространства будет тоже нельзя из-за нежити у Ключа. Поэтому придется обходиться своими силами. Значит, должна лететь драконша.

Все глянули на меня. Я понятливо кивнула.

— Бывало и хуже, деда — ответила тихо — Я выдержу.

— Дарина, внученька, ты никогда раньше не была так долго драконшей. Для тебя это будет серьезным испытанием. После Источника нужно будет перенести всех к Ключу, причем, очень быстро, сразу удалить камень и войти в Ключ. Около Ключа нет воды, где ты могла бы отлежаться и прийти в себя. Потом нужно забрать всех, долететь до дворца и Фросту успеть сесть на Трон в короне со скипетром и жезлом до того, как померкнет последний луч солнца…

Дед помолчал, давая всем время осмыслить услышанное и добавил:

— Кроме тебя, Дарина, никто из присутствующих не может так быстро передвигаться, не используя магию. Только у тебя есть облик драконши. Поэтому, дорогая, надежда только на тебя. Ребята тебе в остальном помогут. Только ты должна хорошенько отдохнуть перед тем, как приниматься за эту работу.

Арис сидел, закрыв лицо руками, жадно хватал ртом воздух. Анри, закусив губы, напряженно смотрел в костер. Фрост сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев, не сводил взгляда с Ариса.

Я понимала чем мне это грозит, но на карте стояла жизнь целого Мира и я не могла отказаться от этой работы.

— Хорошо, деда, я это сделаю — спокойно сказала, приняв окончательное решение.

— Нет, я не согласен! — глухо рыкнул Арис, сверкнув яростно глазами на деда — Я категорически против! Это безвозвратное преображение в драконшу! Навсегда! Она не сможет измениться даже в Мире Драконов! Это приговор, Учитель! Приговор и ей, и мне!

— Я тоже против! — поддержал его Анри — Как Вы можете, господин Стар?!! Она ведь Ваша родная внучка! Я против! Абсолютно и категорически!

— Я тоже категорически против, Старейшина! — глухо рыкнул Фрост — Дарина этого не выдержит! Она слишком юнна и хрупка для такой работы! Это не под силу даже нам троим, если мы объединимся вместе! Я против! Пусть остается это чертово Проклятие. Я согласен с ним. Оставьте в покое внучку, господин Стар. Она не заслуживает такого наказания.

Дед молчал, грыз травинку, смотрел в огонь. Арис снова закрыл лицо руками.

— Дед… — тихо спросила я — какой у меня шанс остаться собой? Только скажи честно…

Дед хмуро пожевал губами, вздохнул тяжело, глянув мне в глаза:

— Мизерный, Дарина…

— Сколько? — упрямо повторила вопрос, не сводя с него взгляда.

— Один из тысячи… — опустил глаза дед.

Сердце ухнуло в пятки. Закусила губу, встала, отошла к ручью. Села на берегу, бездумно глядя на блестящую в лунном свете воду. Пахнуло родными ландышами. Арис присел рядом, обнял за плечи, зарылся лицом в волосы.

— Ты мне поможешь, Арис… — тихо сказала я — Ты и Анри… Тогда будет три шанса из тысячи. А это уже кое-что…

— Нет, Дарина. Я против. Ты не можешь на это согласиться…

— Я уже согласилась, Арис. Иного выхода нет. Ты ведь тоже ни за что не отступил бы. Вот и я не отступлю. Я Богиня, Арис. Богиня Счастья. Значит, вернуть этому Миру Счастье моя прямая обязанность.

— Нет, Любовь моя! Нет… Я прошу тебя, не делай этого! — глухо говорил он уткнувшись в распущенные волосы.

— Арис, все будет нормально — погладила его по плечу — Я выдержу. Ты Бог Огня. Ты мне поможешь. Анри Высший Маг, Фрост король этого Мира. Вместе мы сила. Вместе мы справимся, Арис… Все будет хорошо. Поверь мне. Все будет хорошо…

Он молчал, тяжело дышал. Я чувствовала как разрывается от боли и горя его душа, как мечутся мысли, ища выход, но никак не могут его найти. Все его существо было против моего решения, но отменить его я уже не могла.

— Пойдем к остальным, Арис. Пойдем. Не переживай так, любимый мой Ашер, все будет хорошо.

Он заглянул в глаза, горько улыбнулся:

— «Любимый мой Ашер»… — задумчиво повторил за мной — Я хочу, чтобы ты всегда меня так называла, родная моя! Я так этого хочу!

— Посмотрим, принц Арис, мы с тобой еще не женаты — улыбнулась, коснувшись кончиком пальца его подбородка — Так я буду называть только своего мужа. А ты пока мне еще не муж, уважаемый принц Ашеров.

— Но я им буду — уверенно сказал он и чмокнул мой палец.

Я довольно улыбнулась и покивала головой:

— Именно это я и хотела от тебя услышать.

— Ну, ты хитруля, Счастье мое! Поймала все же меня на игре слов, — улыбнулся в ответ Арис — Хорошо. В этот раз ты меня уговорила. Мы сделаем эту работу, любимая. Сделаем! И все будет хорошо!

Как хорошо вовремя сказать нужное слово — подумала я — Как же много значат для каждого из нас слова, интонации, эмоции, мимика. Как резко может измениться настроение от одного только взгляда или воспринятой от другого человека эмоции!.. Господи! Как же я еще мало знаю!.. Нет. Сдаваться я не собираюсь, я не одна и это мне поможет.

* * *

От тени дерева отделилась стройная женская фигура в длинном сером платье, шагнула нам навстречу.

— Здравствуй, моя Малютка — тихо сказала она с виноватой улыбкой на губах.

— Мам?!! — остолбенела я, не веря своим глазам.

То, что это была моя мама я ни на секунду не сомневалась. Ее ауру, ее запах я не перепутала бы ни с кем. И я рванулась к ней, но Арис не пустил, поймав меня за талию.

— Дарина, нет! Это Богиня Тени. Я тебя к ней не пущу! — твердо сказал он, не выпуская меня из рук.

— Ты с ума сошел, Арис! — взвилась я, изворачиваясь всем телом, как та змеюка — Пусти! Это моя мама! Отпусти сейчас же!

— Не пущу! — уперся принц — Богиня Тени не безопасна для живых! Не пущу!

— Пусти ее, Бог Огня — улыбнулась мама — Я не причиню вреда своему ребенку. Я пришла поздравить ее с совершеннолетием. У нее сегодня день рождения.

Арис растерянно разжал руки и я оказалась в объятиях мамы.

— Здравствуй, моя Малютка — прижала меня к себе мама — здравствуй, родная моя. Как ты выросла за эти годы! Я так рада тебя видеть, доченька…

— Мама… — судорожно вздохнула на ее груди — Я так соскучилась… Я знала, что вы живы! Я так хотела вас с папой увидеть! Как он? Где он?

— Все хорошо, донюшка. Он сейчас держит границу между Гранью и живыми Мирами, чтобы мы с тобой могли увидеться в твой День Рождения. Вот тебе подарок от нас, девочка моя — сняла с пальца тоненькое дымное колечко, подала мне его на раскрытой ладони — Пусть оно принесет тебе счастье, родная моя.

Взяла кольцо, одела на палец и почувствовала себя такой же защищенной, как в детстве. Улыбнулась матери:

— Спасибо, мам. Я всегда буду его носить.

— От тебя, доченька моя, теперь зависит, каким оно станет. Это «колечко совершенннолетия девушки» в нашем роду и передается от матери к дочери. Ты тоже отдашь его своей дочери, когда она достигнет своего совершеннолетия — только теперь мама обратила свой взор на Ариса — Познакомь меня, доченька с твоим женихом.

Смущенно глянула на мать, перевела взгляд на Ариса:

— Мам, познакомься, это Арис Ардерис, принц Мира Ашеров, Бог Огня Жизни и мой жених. Арис, познакомься, это моя мама, Богиня Тени Лиз.

Мама улыбнулась, протянула руку Арису. Он уже вполне владел собой. Стал на одно колено, поцеловал ее руку:

— Простите меня за мое поведение, Богиня, я не знал, что Дарина Ваша дочь.

— Ты правильно поступил, Арис. Я была бы удивлена, если бы ты поступил иначе и ни за что не допустила бы, чтобы ваша с Дариной свадьба состоялась, если бы это было так. Но ты показал мне, что ты ее по-настоящему любишь и готов ради нее на все, даже противостоять мне. Я рада такому выбору дочери и от себя лично, и от своего супруга, отца Дарины, Короля Мира Теней благославляю вас. Я знаю, Арис, что только ты сможешь сделать нашу дочь счастливой. Богиня Счастья и Любви должна сама быть счастлива, чтобы ее Любовь и Счастье проявились в Мирах. Надеюсь ты это знаешь, Арис.

— Знаю, Богиня, и сделаю для этого все от меня зависящее — склонил голову жених.

— Донюшка, у тебя сейчас такой период жизни, — сказала мама — когда зло Миров, как мошкара слетается на твой свет. Ты должна выдержать и не допустить ошибки. Твой жених поможет тебе в этом. Держитесь друг друга и не позволяйте никому вмешиваться в ваши отношения и вашу жизнь. Особенно с добрыми намерениями. Мне пора, дети мои. Мой супруг уже подает сигнал, что пора закрывать границу. Я не прощаюсь, дорогие мои. Мы скоро увидимся.

— Мам?! А мне можно к вам в гости?

— Нет, доченька. За-Грань тебе еще рано. Мы сами будем время от времени наведываться к вам в гости.

Она поцеловала меня в лоб, подошла к Арису и сделала тоже самое, шагнула в тень и исчезла.

Арис повернулся ко мне, а я все смотрела туда, где только что стояла моя мама, которую я увидела впервые за столько лет.

— Дарина… — позвал Арис.

С трудом оторвала взгляд он тени, глянула ему в глаза, все еще не веря самой себе и тому, что видела маму и даже с ней разговаривала.

— Да, Арис?

— Твоя мама Богиня Тени, а кто твой отец? — спросил он.

— Папа Бог Грозы, а теперь король Мира Теней — ответила задумчиво — Они давно живут За-Гранью. Они и воплощались-то только для того, чтобы на свет родилась я. А потом ушли… В мой День Рождения…

— Давно это было?

— Давно. Пятнадцать лет назад. Я еще маленькая была… Поэтому я не люблю свой день рождения… Прости, что не сказала тебе. Я просто не могла…

Он обнял меня, нежно прижал к себе, глубоко вздохнул:

— Девочка моя родная, все будет хорошо. Теперь мы вместе… Теперь все будет иначе… Теперь твой День Рождения будет для тебя самым счастливым днем в году! Я сделаю все, чтобы так было, любовь моя…

Нежный поцелуй развеял горечь сердца, дал веру, силу и надежду. Не хотелось отрываться от его губ, его тела, его рук…

— Прими и мой подарок, любимая — шепнул Арис, переводя дух и с сожалением отпуская меня — Это колечко моей души, Дарина, моей любви к тебе.

Он коснулся области своего сердца, взял мою руку и одел на палец тоненькое колечко золотистого света. Меня охватила такая волна восхищения, любви, верности и преданности, что я от неожиданности покачнулась. Арис поддержал под локоть, с улыбкой заглянул в глаза.

— Теперь ты понимаешь мои чувства к тебе, счастье мое?

— Да, — растерянно глянула ему в глаза — я думала, что ты только играешь со мной, потому что я Богиня…

Арис рассмеялся, прижал меня к себе:

— Нет, любимая. Я не играю. Я просто всем сердцем люблю тебя. Теперь ты мне веришь?

— Да, Арис, верю…

* * *

Мы вернулись к костру. Дед все также молча сидел с травинкой во рту, смотрел в огонь. Анри и Фрост о чем-то ожесточенно ругались, но тут же замолчали, как только завидели нас издалека. Дед мельком глянул, понимающе кивнул.

— Господа, давайте подумаем и решим, как нам лучше поступить, как распределить роли и как разумнее использовать наши силы — предложила я, сразу переходя к делу.

— Дарина, ты с ума сошла! — возмутился Анри — Арис, куда ты смотришь?!

— Дарина, Арис! Даже речи об этом быть не может! — воскликнул Фрост.

— Успокойтесь оба — охладил их пыл Арис — Мы все решили. Мы это сделаем. Наша задача будет помочь Дарине по максимуму.

— Мне кажется, что самой большой проблемой будет камень на Ключе. Как вы думаете, как лучше с ним поступить? — спросила задумчиво.

Обсуждали долго, пока не пришли к единому мнению. Дед согласился телепортировать нашу компашку поближе к Источнику на рассвете, откланялся и исчез. Меня завернули в единственный, отыскавшийся в моей сумке, плед, по бокам развалились Ашеры во втором облике, в ногах улегся могучий волчара Фрост.

Я приказала себе спать и тут же отключилась, не думая ни о чем. Знала, что охрана у меня более, чем надежная.

* * *

Едва начал светлеть край неба, мы с Арисом уже кружили вокруг колодца Источника, вслушиваясь в ощущения, всматриваясь в реакции артефактов. Я больше слушала свою женскую интуицию, зная от деда, что тело настоящей Устиньи находится внутри колодца, пыталась понять, представить себе, при каких обстоятельствах девушка могла попасть внутрь Потока Силы, что произошло с ней до того, как она упала внутрь. Но не смогла.

В какое-то мгновение почувствала эмоциональное присутствие, но оно тут же пропало. Может показалось? Вроде бы нет. Походила еще по тому же месту. Ничего. Прошла дальше. Снова то же самое, но оттенка эмоции не разобрать.

— Арис, отойди, пожалуйста, подальше — попросила его.

Он вопросительно глянул, но послушался и отошел к остальным.

Пошла по кругу. В одном месте ударило эмоцией дикого ужаса, ненависти и мести одновременно. Отошла. Интересно, к кому? Ко мне? Прошла еще раз. Теперь эмоция была направлена на Ариса. Удивленно приподняла брови, а он-то тут при чем?! Прошла дальше. Не он… Ясно.

Надо мне остаться здесь одной. Может все-таки удастся контакт с ее духом, как тогда со Стэлиссой. Значит, надо отправить отсюда мужиков подальше, чтобы не мешали. С духом я справлюсь как-нибудь сама.

Решительно подошла к мужчинам и безапелляционным тоном сказала:

— Господа, извините, но мне нужно остаться здесь одной. Самое большее на сутки. Через сутки я к вам присоединюсь. Арис, не смотри на меня так. Без тебя или без совета с тобой я в Поток не пойду. В этом можешь быть уверен. Она хочет поговорить со мной наедине. Вы мешаете. Вернитесь на поляну, где мы ночевали. Я приду туда или позову вас, как только что-то узнаю.

— Дарина, это опасно — хмуро сказал Арис.

— Не более опасно, чем все это дело, — ответила ему с улыбкой — но если мне удастся с ней поговорить, то наш шанс повысится.

— Дарина, ты не можешь оставаться здесь сама — сказал дед — Это безрассудно.

— Дед, возможно ты и прав. Но я знаю одно: бабы между собой всегда договорятся, если правильно построить разговор. А ваше присутствие может все испортить. Арис, ты же мудрый Ашер, ты же знаешь, что я права.

Принц молчал, поджав губы, внимательно смотрел на меня. Анри со злостью пнул камень, скривился от боли. Фрост был не просто зол, он пылал гневом. Дед молча открыл портал.

— Будь осторожна, внученька — сказал он и первым шагнул в голубое марево.

Фрост жалобно глянул на меня, с досадой махнул рукой и последовал за дедом. Анри подошел, поцеловал руку, глянул в глаза с такой тоской и болью, что мне стало его жаль.

— Будь осторожна, Дарина — тихо сказал он — Мы будем ждать.

— Хорошо, Анри. Все будет нормально. Не переживай.

Кивнул, ушел в портал.

— Я жалею, что согласился с тобой — хмуро сказал Арис — Я не могу тебя оставить, Дарина.

— Арис, она не пойдет на контакт, если ты останешься. Она боится и ненавидит мужчин. С ней что-то произошло, Арис. Что-то страшное. Я должна с ней поговорить. Может это поможет нам восстановить Источник без особых усилий. Нельзя терять такой шанс, Арис.

— Я понимаю и только поэтому уступаю тебе — кивнул расстроенно — Будь осторожна, Дарина. Обещай, что при певом намеке на опасность уйдешь к нам.

— Обещаю, конечно — согласилась — Вы тоже там будьте настороже.

— Конечно.

Он хотел меня поцеловать, но я уклонилась.

— Не сейчас, Арис. После разговора с ней.

Он молча кивнул, шагнул в портал. Тот мягко погас. Я осталась одна.

* * *

Этот Источник отличался от других. Он был квадратной формы, с немного вытянутыми в стороны углами. Края не выступали над общей поверхностью горы. С одной стороны лежал камень в виде удобного седалища лицом на восток, как будто приготовленный специально для того, чтобы сидеть, созерцать горы и восход солнца.

Чуть в стороне громадилась куча живописно разбросанных камней, заросших эдельвейсами. Такого количества этих редких горных цветов, растущих в одном месте, мне видеть не приходилось. Помнилось, как в годы ученичества, когда выезжали на практические занятия в горы, мы устраивали соревнования, кто больше соберет эдельвейсов и лазать за каждым цветком приходилось по таким кручам, что иной раз даже не знала, как сползти вниз.

Села в лотос рядом с камнем-сиденьем у Источника, уравновесила дыхание, расширила аурическое свечение, обострила восприятие. Взгляд устремила на восход солнца.

Вскоре небо подсветилось розово-желтым, проступила прозрачная бездонная голубизна. Солнце взошло.

Внутренняя тишина открыла возможность слушать мир в совершенно новых для меня диапазонах, воспринимать стихии совсем иначе, чем раньше, видеть эмоциями живые существа, которых раньше никогда не замечала, чувствовать аномальные потоки энергий всем своим существом, а не только одним энерго телом, и лишь отмечать их движения, но никак не реагировать. Состояние ассоциировалось с хрустальной прозрачностью воздуха, глубиной высокогорного озера, тишиной безвертренной погоды дикой местности. Немного захватывало дух и в то же время раскрывало душу миру и Мир раскрывался навстречу моей душе.

Солнце поднялось в зенит, тени исчезли.

Стройная полупрозрачная красавица появилась передо мной, в нескольких шагах, склонилась в земном поклоне.

— Здравствуй, Богиня! — поздоровалась она.

— Здравствуй, Устинья — ответила ей.

— Я ждала тебя, Богиня. Я молила тебя прийти…

— Я пришла, Устинья…

— Я устала, Богиня, и хочу умереть Освободи меня от жизни….

— Я Богиня Счастья и Любви, Устинья. Я не могу убивать…

— Я не верю в Счастье, Богиня. Для меня счастье это смерть…

— Счастье это Жизнь, Устинья. Смерть это мрак и тлен, холод и забвенье.

— Я хочу забыться, Богиня…

— Что с тобой случилось, Устинья? Можешь мне об этом рассказать? Присядь напротив меня и расскажи свою историю.

Девушка опустилась на колени, с выпрямленной спиной, не поднимая глаз заговорила:

— Я родилась в Мире Орнитов, Богиня, и была счастлива ровно до того дня, как к нашему королю приехал гость из другого Мира. Едва он увидел меня, воспылал стратью и уговорил отца отдать меня ему в жены. По закону нашего Мира мы должны были обручиться с моим женихом и ровно через год пожениться. В назначенный день он одел на меня Украшения Невесты и покинул наш Мир. Целый год я пыталась узнать хоть что-нибудь о моем женихе, но все мои старания оказались тщетными. Те, кого я просила узнать для меня хоть что-нибудь о том Мире, где мне суждено было доживать свой век, и о моем женихе, куда-то бесследно исчезали. Ровно через год за мной приехал мой жених, весь в черном и на черном коне, будто не на нашу свадьбу ехал, а на мои похороны. После свадьбы он посадил меня в седло перед собой и увез в свой Мир. То, что мне пришлось пережить, Богиня, в самом страшном сне пусть не снится никому — перед моими глазами мелькали картинки тех издевательств, которые перенесла бедняжка в руках садиста, а девушка продолжала свой рассказ — Трижды я бежала из его Замка и трижды меня возвращали. В четвертый раз мне повезло немного больше и я попала в этот Мир. Добрые подданные отвели меня к своему королю и он дал мне приют, заботился обо мне, любил, как родную дочь. Но мой супруг разыскал меня и потребовал у короля вернуть ему жену. Когда король не согласился, супруг прислал депешу с нешуточными угрозами и королю пришлось уступить. В отчаянии я выбралась ночью через окно и побежала куда глаза глядят. В этом Мире я не могла изменить свой облик на свой родной и, как ни старалась, оставалась человеком. Вскоре мой побег обнаружился и началась погоня. Из последних сил я добралась сюда с украденным кинжалом в руке. Обернулась и увидела у подножия горы всадников. Один из них был в черной одежде и на черном, как ночь, коне. В отчаянии я прокляла и его, и короля этого Мира, предавшего меня, ударила себя кинжалом в грудь и упала в колодец. С тех пор мое тело лежит здесь ни живо, ни мертво, а дух боится и ненавидит всех существ мужского пола.

Я молчала, обдумывая то, что увидела и услышала от нее, потом сказала:

— Знаешь, Устинья, прошло очень много веков с того времени, когда жил твой супруг и прОклятый тобой король. Их давно нет, а твое Проклятие осталось на их потомках. Из-за него страдает и не видит Счастья целый Мир ни в чем не повинных жителей, предки которых были к тебе так добры. Я говорю и о стариках, и о малых детях, и о молодежи, и о матерях, и об отцах. Целый Мир страдает из-за одного подонка, который заставил страдать тебя. Из-за одного, Устинья.

Девушка потупилась.

— Разве можно лишать счастья сотни тысяч и миллионы тех, кто ни в чем не виноват из-за кого-то одного? — продолжила я — Ты ведь тоже была счастливой, Устинья, и ты знаешь что такое настоящее счастье. Твой супруг лишил счастья только тебя, а ты лишила его целый Мир. Ты должна искупить свою вину перед этим Миром своей жизнью, а не смертью, Устинья. Поэтому умереть ты не можешь. Каждый должен платить за содеянное и получать сполна и за свое добро, и за свое зло. Я помогу тебе вернуться к жизни и дам шанс восстановить справедливость. Когда твоя вина будет искуплена, ты сможешь поступить так, как тебе будет угодно.

— Что я должна буду сделать, Богиня?

— Ты вернешься к жизни, Устинья, выйдешь замуж за потомка того, кого ты прокляла и родишь ему детей столько, сколько сможешь, воспитаешь их вместе с мужем в счастье и любви. Потом ты будешь свободна от моей воли.

— Как прикажешь, Богиня. Я исполню твою волю и искуплю свою вину.

— Возвращайся в свое тело, Устинья, и не мешай мне возвращать его к жизни.

— Да, Богиня — поклонилась в пояс девушка и исчезла.

Арис! — кинула эмоцию Зова.

Портал мгновенно открылся. Все трое, во главе с дедом, появились у Источника.

Молча поднялась, пережидая, пока пройдет волна коликов в теле от долгого сидения, подошла к краю Источника. Сосредоточилась на формуле медленной левитации и потянула тело Устиньи наверх. Поток Силы послушно вынес его на поверхность, а я переместила его на каменное плато рядом с колодцем. Глянула деда:

— Я должна вытащить кинжал и вернуть ее к жизни. Могу я воспользоваться Силой Источника?

Дед отрицательно покачал головой.

— Только своей личной — ответил он — пока не будет полностью снято Проклятие.

Кивнула.

Арис шагнул ко мне, но я остановила его жестом. Это должна была сделать я сама. Так обещала, а обещания надо выполнять. Фрост не сводил восхищенных глаз с тела настоящей Устиньи, одетой в старинные одежды.

Нож вошел не глубоко и по моему мнению не мог задеть жизненно важных органов. Сразу было видно, что оружием девушка не владела Поэтому я, не долго думая, резко выдернула его из раны и тут же наложила руки, шепча заклинания остановки крови и регенерации тканей. Через несколько минут девушка открыла голубые глаза, хлопнула ресницами:

— Богиня, я жива? — нежным голоском поинтересовалась она.

— Жива, как я и обещала. Встать можешь?

Она попробовала подняться. Фрост оказался шустрее остальных, подхватил под руки древнюю принцессу.

— Это король этого Мира, Устинья — сказала я — Его зовут король Фрост. Я говорила тебе о нем.

Девушка подняла глаза на короля, но меня эта мезансцена уже не интересовала. Я торопливо начала раздеваться, тут же уменьшив стопку одежы и оружие, затолкала их в драконий перстень. Время начало отсчет по минутам. Каждая из них была дорога. Арис понял и быстро снимал свои одежды. Взявшись за руки мы шагнули в Поток, погрузились в колодец.

У самого дна я запела ноту своей Сферы. Арис подхватил. Вместе открылись друг другу и Миру. Рванувшая вверх Сила вынесла высоко в небо, мягко опустила рядом с Источником. Арис натянул брюки, глянул на Анри. Оба одновременно прыгнули ко мне, ухватились крепко. Я расправила крылья, взмахнула ими, подхватила Фроста и Устинью лапами и полетела к Ключу. Дед смотрел нам вслед, прикрыв глаза рукой от ярких солнечных лучей, второй махал на прощанье.

* * *

Скорость полета была слишком медленной. Это понимала с глубокой тоской в душе. Все-таки я не была настоящей драконшей и мои силы были ограничены. А тут еще четыре тяжелых тела надо было донести до Ключа. Носить вообще-то никогда никого не носила до того случая в Мире драконов, когда в пропасть упала Кенна с Арисом на шее и сегодняшнего дня. Сначала я даже не почувствовала их веса, но потом, с каждым взмахом крыльев, они казались все тяжелее и тяжелее, а бросить было нельзя.

Вспомнила свою ноту Сферы и сконцентрировалась на ней, выпевая ее душой. Арис почувствовал, подхватил голосом. Вплел свой голос и Анри. Лететь стало легче, даже скорось увеличилась.

Махала крыльями и цеплялась сознанием за мелодию. От напряжения и страха уронить кого-нибудь из них судорогой свело ноги и шею. Работали только крылья. Да и то, все реже и тяжелее. Вспоминая когда-то прочитанные описания полетов птиц, лекции полетов у драконов, старалась попадать в воздушные потоки и по мере возможности отдыхать. Но это снижало скорость и я снова ломала себя и быстрее начинала двигать крыльями. Душа цеплялась за мелодию, за эмоции Ариса и Анри, за подаренное вчера световое колечко души любимого. Сознание иногда проваливалось на короткие мгновения в глухую пустоту и возвращалось снова.

Я летела и летела, пока вдалеке не показался заветный камень в лощине и немного в стороне хатка нежити-Устиньи. Спланировала вниз. Усилием воли разжала затекшие лапы у самой земли. Пробежала по инерции пару шагов и упала в изнеможении.

— Дарина! Очнись! — испуганно звал Арис — Вернись ко мне, любимая! Открой глаза, родная моя! Дарина! Очнись!

Да здесь я — подумала устало — Никуда не делать. Чего кричать-то?…

— Дарина! Очнись! Измени облик! — говорил с другой стороны Анри.

Зачем? — не поняла о чем это он — Мне и так хорошо. Вот только отдохну немного…

— Дарина! Богиня моя! Измени облик сейчас же! Умоляю тебя! Дарина!

Приоткрыла один глаз. Арис… Какой он маленький…

— Дарина! Открой глаза! — кричал с другой стороны Анри.

Открыла второй глаз… И Анри такой же…

— Вернись в человеческий облик, Дарина! — крикнул Фрост в самое ухо.

Раздраженно повернула голову к нему, дохнула огнем, чтобы не орал. Фрост отскочил. Пламя попало на каменюку, раскалило его сверху, швырнуло в сторону.

Что это со мной? — просветлело в голове — Пора в Ключ, а я еще в теле драконши?

Сосредоточилась на трансформации, чуть пошатываясь поднялась на ноги, открыла глаза. Арис обхватил, прижал к себе, что-то бормоча себе под нос. Слов я не разбирала, только звуки его голоса.

— Раздевайся быстрее, Арис — сказала ему.

Он тут же отпустил меня. Оглянулась. Фрост и Анри отбивались, швыряя заклинания с неимоверной скоростью, от целой своры нежити во главе с постаревшей за это время ложной Устиньей. Настоящая Устинья держалась за пояс Фроста и пряталась за его спиной.

Арис развернул меня к себе, подхватил за талию, шагнул в Поток Силы Ключа. Сознание вернулось в норму, распахнула эмоции навстречу любимому и Сила запела, соединяя Ключ с Источником и своей Сферой в Алтаре. Нежный поцелуй придал уверенности в успехе. Благодаря ему или с его помощью мои силы восстановились почти полностью. Арис вынес нас из Потока и мы плавно опустились рядом.

Нежить наседала. Их оказалось слишком много для двоих магов. Они яростно отбивались, используя свои собственные резервы энергии, и силы их иссякали с каждым заклинанием.

— Уходим, Арис! — вывернулась из его рук — Держись!

Успел ухватиться, взмахнула крыльями, схватила одной лапой Анри, второй Фроста с Устиньей, свечой взмыла вверх под яростный вой нежити.

* * *

Я не знала в какой стороне находится королевский дворец, а отправлять луч поиска «в белый свет» было глупо. Пустая трата сил и энергии. Закрыла глаза, завалилась в разворот по кругу, отдаваясь во власть «поиска по-наитию». Замахала крыльями в ту сторону, куда потянуло заклинание и интуиция…

У драконов все иначе, — вспомнила лекцию Учителя о способностях драконьего народа — невозможно скрыться от дракона или спрятать от него что-то. Если дракон захочет, то он всегда это найдет. Маги ищут душой, а драконы всей своей сутью. А от сути скрыться невозможно…

Таак…

Фрост-корона-скипетр-жезл-дворец-закат — связала в уме искусственно составленный ассоциативный ряд. Переключилась на «поиск сутью». Интересно, как это я раньше не понимала о чем говорит Учитель?! Ведь это так просто! Как же можно было искать иначе, когда есть способ намного проще и вернее?! Драконий способ.

Открыла глаза, мощно взмахнула крыльями, полетела стрелой. Силы прибывали с каждым взмахом крыльев. Мне вдруг понравилось быть драконшей. Радость полета охватила душу, я улыбалась свежему ветру, солнцу, простирающейся под брюхом равнине, поросшей лесом, укрывающим деревеньки и городишки. Возделанные поля колосились зерновыми. А вон и стадо коров! Я же не ела со вчерашнего вечера! — вспомнила и, сложив крылья, ринулась в пике, предвкушая вкусный обед…

«Дарина! Любимая! Очнись! Не делай этого! Нам нужно во дворец!» — волна любви, нежности, тоски, жажда прикосновения, поцелуя… поцелуя… поцелуя…

Он только что целовал меня! Арис! Эти ландыши… ласковые губы… сильные, нежные руки… синие с зелеными черточками глаза…

Фрост-корона-скипетр-жезл-дворец-закат — услужливо пропела память закодированную фразу. Над самой землей раскрыла крылья, взмыла вверх, едва не выронив ношу из лап. Понеслась дальше, к королевскому дворцу.

Солнце наполовину скрылось на горизонте. Небо повторяло красоту радуги, прощаясь в солнечным светом. Редкие облачка напоминали смешные мордашки драконят. Улыбнулась радости материнства, понеслась стрелой к последней черте обязанностей, связывающих меня с прошлым и сверкающей грани счастливого будущего! Оставлю эту ношу там, где обещала и вернусь в поднебесье, к своим облачкам-драконятам! Мои желанные малыши! Мое Счастье! Моя Радость! Сердце защемило от любви, забилось сильнее…

А вон и дворец сверкает золотыми куполами в последних лучах заходящего солнца! В последних лучах… Что-то такое было связано с ними… Ах, да! Фрост-корона-скипетр-жезл-дворец- закат!

На бреющем подлетела к дворцовому парку. Расфуфыренный народ гулял под ручку по аллеям. Где-то я это уже видела… Где? В дворцовом парке Глории? У Ашеров? АШЕРОВ!?! Арис!

«Дарина, любовь моя, очнись! Умоляю тебя! Вспомни меня! Мне без тебя не жить! Счастье мое! Умоляю, очнись! Вспомни меня! Прошу тебя! Вспомни дворец Глории, где мы познакомились, наш первый Танец Любви и первый поцелуй! Вспомни наш домик на хуторе, куда я прибежал к тебе белым котенком! Вспомни наше обручение! Помнишь, как плавали в море и гуляли до утра по парку?! Любимая очнись!..»… Арис?!

Придворные разбегались в разные стороны при виде белой драконши, дохнувшей огнем от воспоминаний, навеянных душой Ариса или кем-то смутно знакомым, так похожим на него…

Тормознула крыльями, зависла в воздухе, разжала лапы, выпуская наземь неудобный груз. Как курица прошла по аллее, складывая крылья на спине. Почувствовала еще седока. Села, поджав под себя ноги, положила голову на каменные плиты, распростерла крыло, чтобы смог безопасно сойти на землю. Подождала, давая ему время сойти на землю. Раздраженно тряхнула загривком. Кубарем слетел со спины. Успела переместить крыло, чтобы не ушибся. Скосила глаз для проверки. Благополучно приземлился на ноги, пробежал по траве, развернулся.

— Дарина! — закричал мужчина, будто его режут — Дарина, погоди! Не улетай!

Любовь, отчаяние, страх неслись волной вместе с криком.

— Дарина! Подожди! — истошно кричал кто-то сзади.

Обернулась. Бежит второй. Любовь и тоска хлеснули по нервам.

— Богиня! Подожди! — орал третий, волоча за собой бедную девушку едва перебирающую ногами в пышных одеждах.

Испугалась. Глянула на первого одним глазом, подняла голову, раскрывая крылья. Встретилась глазами со стариком-магом, неумолимо надвигающимся на меня. От его напора попятилась, пригнув голову почти к земле, зашипела, как испуганная кошка.

— Дарина! Я люблю тебя! — кричал один голос.

— Дарина! Я люблю тебя! — вторил ему второй.

— Я тебя, паршивка, сейчас, как в детстве, выпорю! — заглушил общий шум голос старика.

Крики придворных подняли суматоху.

Попятилась, оглядываясь по сторонам, выискивая свободное место для взлета, чтобы хватило хоть один раз взмахнуть крыльями. А там поминай как звали. Но до такого места было еще несколько шагов назад.

— Не стреляааать! — заорал третий мужчина, но стрелы уже полетели.

— Донюшка! — позвал родной до боли голос — Малютка моя! Дариночка! Вернись!…

Оглянулась. В тени дерева стояла призрачно-прозрачная тень МАМЫ. Мама! Слезы подкатили к горлу. Как же мне не хватает тебя, родная моя! Дай мне прижаться к твоим коленям! Погладь ласковой рукой по голове, как в детстве! Вскочила на резвые ноги, протянула руки…

Стрелы ударили сзади. Я закричала от горя и боли, что не успеваю до нее добежать, не успеваю прижать к губам родную руку… сознание померкло…

* * *

Приходить в себя категорически не хотелось. Цеплялась за забытье, как утопающий за соломинку. В нос пролез противный запах лекарств и крови. Постепенно дошло, что лежу на животе. Спина и задница разрывается огненной пульсирующей болью, будто тысячи огненных стрел засели в теле и каждую кто-то раскачивает на свой лад, то вгоняя глубже в рану, то резко вырывая из нее.

Стон подавила задержкой дыхания.

«И раненый в жопу Чапаев плывет» — пришла почему-то на ум фраза из прикола-песенки — Не представляю, как он мог плыть, если раненный был аж так! — бредово подумала, ожидая, что с мордой дело обстоит никак не лучше, чем с задницей. Оказалось, что лучше. Морда по крайней мере не так сильно болела.

Осторожно открыла глаза и тут же закрыла. По двум причинам. Первая — слишком яркий свет. Вторая — встретилась с сине-зелеными глазами.

— Арис! — крикнул Анри.

Движение резкой волны воздуха, запах ландышей, пробившийся сквозь окружающий нос смрад. Затошнило. Уткнулась в подушку, чтобы не вырвать, вякнула от острой боли сзади. Батогами меня били, что ли?

Спазмы рвоты сотрясли тело. Рвать нечем. Просто воздух со слюной. Даже желчи нет. Странно. Что это?

Открыла заслезившиеся от натуги и боли глаза

— Ну, слава Богам! — услышала голос Ариса — Теперь хоть домой отнести можно. Открывай портал, Анри, и осторожно бери под ноги.

Сам подсунул руки под таз и грудь. Хотела рыкнуть, типа, куда лапы тянешь?! Не успела. Сознание выскользнуло из головы быстрее, чем додумала фразу.

* * *

Проснулась от лучика солнца, пролезшего в глаз между ресницами. В носу защекотало. Смешно чихнула в подушку.

— Доброе утро, деточка… — услышала знакомый голос.

Веда?!.. Резво обернулась.

Королева отложила книгу, с улыбкой подошла ко мне, присела на край кровати.

— Как ты себя чувствуешь, милая?

Заботливый голос, добрые глаза, ласковая улыбка.

Снится, что ли?! Веда такой не может быть! Мы же с ней как кошка с собакой! Наверное просто добрый сон — решила я.

— Наверное, доброе — ответила на всякий случай настороженно — Как всегда, хорошо — огляделась, нюхнула воздух, пахло морем — Где я?

Она погладила меня по руке. Все та же ласковая улыбка и доброта в глазах не исчезали.

— Не волнуйся, Дариночка, ты дома. Все хорошо. Твоя мама недавно ушла, теперь я с тобой. — объясняла мать Ариса ласковым голосом — В сумерках она вернется. Мы чередуемся с ней. Богиня Тени Лиз не может быть с тобой рядом, когда светит солнце. Поэтому днем сижу с тобой я.

Недоверчиво посмотрела на нее, прикусив губу. Помотала головой, не веря своим глазам и ушам.

— Вы мне снитесь? — спросила тихо.

— Нет. Это и правда я, Дарина — улыбнулась Веда — Это не сон.

Глянул на нее в упор:

— Королева Веда не такая — уверенно сказала ей — Королева Веда ненавидит и презирает меня из-за своего сына, из-за его любви ко мне… А Вы совсем другая. Значит, это сон.

Веда вздохнула:

— Это я, Дарина. Прости меня, девочка моя, я была глупа и ревнива. К своему стыду я должна признаться, что безумно ревновала своего сына к тебе. Меня постигла та же участь, что и многих матерей единственного ребенка. Я слишком долго ждала его появления на свет и слишком ревностно любила его. Я никак не могла принять то, что он уже вырос и любит ту, кого выбрало его сердце. Для меня, в моем сердце, он был все еще малышом, которому нужна моя опека, материнская любовь, защита… Ты, деточка, помогла мне избавиться от моего заблуждения. В какой-то момент я поняла, что со мной что-то не так. Несколько сеансов психотерапии и я избавилась от своей глупости, от своей болезненной ревности. Я снова стала собой… Теперь между нами, деточка, не будет непонимания. Теперь мы будем с тобой так же близки, как и ты с твоей мамой. Она у тебя просто замечательная. Мы с ней очень подружились, пока ты выздоравливала от ран.

Я удивленно приподняла брови. От ран?!

— От каких ран? — спросила ее.

— Ты не помнишь что произошло с тобой в Мире волков-оборотней? — мягко спросила Веда.

Задумалась. Вспомнила надрывно зовущего Ариса, бегущего Анри, крик Фроста «Не стрелять!», летящие стрелы, выпущенные впопыхах охраной, маму в тени дерева, острую радость и желание прижаться, почувствовать ее запах, ласку родной руки, первые шаги ей навстречу, распахнутые руки, море взорвавшей сознание боли… вонь лекарств и запах ландышей…

— Мне снилось, что я была драконшей… И мы с Арисом… Анри… Фростом… Там была еще Устинья… Дед… — с натугой выуживала из памяти картинки-мыслеобразы — Значит, это тоже был не сон. Я была драконшей и не могла снова стать собой. Только, когда увидела маму… Она меня звала…

Села на постели, не стесняясь своей наготы, просто не воспринимая ее, как что-то ненормальное, вспоминала происшедшее и не замечала, что говорю вслух обрывками, непонятно, сумбурно…

Веда подсела ближе, обняла за плечи, прижала к себе, нежно гладила по голове. Впервые я почувствовала себя спокойно рядом с ней.

— Ваше Величество, а Фрост успел сесть на трон? — подняла на нее глаза.

Веда улыбнулась:

— Успел, деточка, успел. Проклятие снято. Они ждут, пока ты выздоровеешь, чтобы сыграть свадьбу. Мы тоже приглашены, как и все коронованные семьи всех Миров. Но вы с Арисом и Анри почетные гости. Устинья сразу согласилась выйти за него замуж — с улыбкой сообщила Веда.

— Еще бы, — кивнула с усмешкой, опустив глаза — попробовала бы она не согласиться.

— Так это твоих рук дело, дорогая моя?! Я почему-то так и думала — рассмеялась королева — Ребята рассказывали, что ты с ней долго разговаривала перед тем, как вытащить ее тело из Источника.

— Было дело — не стала отпираться и спросила — Долго я болела?

— Раны зажили давно и следа не осталось. Но мы держали тебя в гипнотическом сне почти месяц. На этом настояли твои родственники и твой Учитель.

— А как Арис и Анри? С ними все в порядке? — запнувшись на имени принца, но все же спросила.

— Все хорошо с ними, Дариночка — рассмеялась Веда и рассказала — Поначалу было не отогнать обоих от тебя, но потом нам с отцом и твоим дедом все-таки кое-как удалось выставить их из спальни. Так они обосновались в гостиной и дежурили по очереди ночами, в ожидании улучшения твоего состояния. А когда опасность для твоей жизни миновала, занялись какими-то делами, о которых ни слова никому не говорят. И все равно постоянно прибегают справляться, как ты себя чувствуешь.

Улыбнулась ей, тепло глянула в глаза. Они светились добром и радостью.

Удивительно! — подумала — Оказывается у нее красивые глаза…

— Спасибо Вам большое, Ваше Величество…

— Называй меня, пожалуйста, по имени, Дарина, как ты по имени называешь Глорию и Стэлиссу — попросила она.

— Они мои подруги…

— Я очень хочу стать твоей подругой, Дарина, что бы ни произошло. — сказала королева и серьезно глянула на меня — Я хочу искупить перед тобой свою вину. Особенно за то платье. Как вспомню, так такой стыд и омерзение к себе охватывют, что просто слов нет. Я была отвратительной Ашеркой и просто глупой женщиной. Мне стыдно за себя, Дарина. Я очень хочу, чтобы ты меня простила за прошлое — виновато глянула на меня королева — Для меня это очень много значит. Пожалуйста, Дарина.

Искренность?! От Веды?! — подумала удивленно — Какую еще каверзу она мне готовит? Она прекрасная актрисса и идеальная интриганка и политик, это я знаю. Но что ей нужно теперь? Раскаялась?! Не верю!

— Я не знаю, Ваше Величество — искренне ответила ей — Может быть со временем я попробую… Не требуйте от меня слишком много… Я благодарна Вам за помошь и не сержусь на Вас, но поверить Вам пока не могу. Я должна подумать, Ваше Величество…

— Подумай, конечно, Дарина. Я приму любое твое решение — ответила она с грустной улыбкой и честными глазами.

Я спрыгнула с постели. В голове чуть повело, но в общем-то чувствовала себя вполне нормально. Залежалась, наверное, — подумала — надо разбудить тело и все вернется на круги своя. Мне бы еще в тренировочный зал Ариса пробраться, вообще было бы здорово.

Мощные струи воды приятно били по коже, пробуждали силы и хорошее настроение. Осмотрела себя в зеркале, кожа была ровной и гладкой. Только на одной груди, вокруг, соска, там, где прилегала гипюровая ткань, остался едва заметный след «розового» платья. Как напоминание, что ли? В общем-то выглядела я как обычно, разве что чуток похудела.

Накинула халат, открыла в соседнюю со спальной дверь, прошла в гардероб. Порылась в вещах, нашла бриджи, легкую майку и спортивные тапки на тонкой подошве, оделась.

В спальне никого не было, в гостиной была одна Веда, наливала сок в стаканы.

— Тебе какой, Дарина? — спросила.

— Томатный, если можно…

— Ты оделась, как на прогулку — заметила королева.

— Я хочу пройтись к морю — ответила ей.

— Любишь море?

— Очень — залпом выпила сок и через балкон, бегом, спустилась в парк.

Веда проводила меня задумчивым взглядом. Я сделала вид, что не заметила.

* * *

Парк был пуст в это время суток, только уборщики виднелись то тут, то там.

Добежала до лагуны, взмокла, как мышь. Все-таки небольшая слабость в теле присутствовала. Это раздражало и одновременно радовало, ведь я снова была собой, снова была человеком.

Надо будет потренироваться в трансформации, чтобы в следующий раз не было таких неприятностей — думала, когда плыла на всех парах подальше от берега — Надо научиться контролировать любое тело и подчинять его себе независимо от времени использования облика. Надо будет попробовать трансформации в другие облики, которые мне до сих пор не были доступны. Ну, хоть бы в кошку-Ашерку. Интересно, что из этого получится? Или в рыбу посерьезнее. Надо будет освежить в памяти ихтиологию и попробовать. А то что-то я тормознула в развитии последнее время…

Легла на воде, распластавшись под солнышком…

Интересно, что опять задумала Веда? Просто так в подружки захотела? Так я и поверила. Нашла дуру. Просто так такие мадамы свои души и ментал не изменяют. Значит, надо ждать очередную подляну. Может быть даже и не ее руками. Наверное теперь будет осторожнее, чтобы даже подозрений на нее не пало, а то сынок обидится. Эх…! Может за Анри замуж выйти назло этой семейке? Или обоих послать?

Я понимаю, что Арису давно пора жениться и собственную детвору растить. Впрочем, Анри тоже. Но мне-то замуж совсем не хочется, хоть я и понимаю, что возраст поджимает… Эх… мужу тапочки, «ноги мыть и воду пить», в глазки заглядывать, угождать, забыть про свои желания, потребности, нужды….. Это же вся жизнь закончится, вся свобода накроется медным тазом. Одни обязательства, ломания себя, наступания на горло своей песне, полная зависимость, ограничения и привязанность к одному месту… Караул!..

Нет, замуж не хочу. Может быть мне в «старых девах» лучше! Может мне хочется остаться в гордом одиночестве и на старости лет писать мемуары о беспокойной юности, молодости и зрелости. Ему надо, пусть он и женится. Оба пусть женятся. А я буду иногда к ним в гости приезжать, как к старым друзьям, играть с их детьми, плавать в море, отдыхать в горах. Так будет лучше.

Медленно погребла к берегу, стараясь держать тело максимально расслабленным.

Что-то со мной не так… Что? Изменились мысли, эмоции, чувства. Какое-то все притупленное, не важное, не нужное, поверхностное, чужое. Будто и не касается меня. Будто смотрю на все со стороны. И мне совершенно все равно, что он может жениться на другой, иметь с ней детей, любить их и вспоминать меня, как старую знакомую… Странно… Я ведь так сильно его любила… А теперь в душе тишина…

Интересно, смогу я снять теперь Ожерелье Невесты, когда нахожусь в таком состоянии или нет? Надо будет попробовать, как только выйду на берег. Может быть это и будет показателем, что я полностью изменилась, так долго пробыв в теле драконши?… Может быть из этого состояния нет пути назад и я все-таки осталась внутри драконшей в теле человека?… Может быть так и должно было быть?… Может это Судьба шутит?… Может быть…

* * *

Тенистая аллея парка пуста. Шла и раздумывала все о том же, как вдруг немного впереди открылся портал и из него появился король Гранд собственной персоной.

— Доброе утро, Дарина — поздоровался он.

— Доброе, Ваше Величество — ответила.

Пошел со мной рядом по аллее.

— Я рад, что ты снова с нами, Дарина.

— Спасибо, Ваше Величество.

— Как ты себя чувствуешь?

— Спасибо, хорошо.

— Виделась уже с Арисом?

— Нет.

— Они с Анри на рассвете вернулись из военного лагеря. Трое суток там проводили смотр войск. Теперь оба спят.

Молча кивнула, медленно шагала со сцепленными за спиной руками.

— Ты разговаривала с Ведой?

— Королева говорила со мной.

— И что ты решила?

— О чем? — не поняла я.

— О свадьбе — пояснил Гранд.

— Придется ехать — пожала плечами.

— Куда? — не понял король, остановился и подозрительно на меня глянул.

— На свадьбу, конечно — ответила спокойно.

— Дарина, ты о чем говоришь? — спросил Гранд.

— О свадьбе Фроста и Устиньи, о чем же еще?

Гранд хмыкнул, в два шага догнал меня.

— Я не о той свадьбе говорю, Дарина.

Ах вот в чем дело… — подумала — Ну и что я ему скажу? Что изменения во мне произошли необратимые? Или что я не собираюсь замуж вообще? Или о том, что мне все равно на ком будет женат его сын, лишь бы не на мне? Что? Зачем он лезет не в свое дело?! Какого черта всех волнует когда свадьба, если мы сами ничего не решили?! Я ничего не решила! Что за дурные привычки у народа лезть не в свои дела?! Может быть он меня увидит после всего драконского и даже смотреть в мою сторону не захочет!

— На такие темы мы с Ее Величеством не говорили — отрезала тихо.

Гранд удивленно на меня посмотрел:

— Как ты думаешь насчет ближайшей субботы? — спросил в лоб.

— А сегодня какой день?

— Вторник.

— Нет, Ваше Величество, в субботу не получится. У меня деловая встреча. Как-нибудь в другой раз. — разозлилась на его беспардонность.

— Дарина, ты что, издеваешься надо мной?! — от возмущения остановился король.

— Каков вопрос, таков ответ, Ваше королевское Величество — спокойно пошла дальше.

Гранд схватил меня за руку, развернул к себе, яростно сверкнул глазами:

— Если ты издеваешься над ним, то это не значит, что я позволю тебе издеваться надо мной! Сколько же можно «кровь пить» из того, кто любит тебя всей душой?! Я не позволю, чтобы мой сын так страдал даже из-за Богини! Ты обручена с ним и носишь бриллианты Невесты! Ваша свадьба в субботу и ни днем позже! Тебе ясно?! Или я воспользуюсь своей властью и заставлю его жениться на другой!

Я смотрела на его разъяренное лицо, на сверкающие глаза и мне было жаль и его, и Ариса. Жаль как-то отстраненно, без особых эмоций. Он попал в десятку и, сам не ведая того, поставил точку на теме о свадьбе. Пусть «воспользуется своей властью и заставит его жениться на другой». Перо в зад, скажу, что аист.

Молча покивала головой, глянула ему в глаза.

— Ясно.

— Вот и славно. — отпустил мои плечи Гранд — Готовься, девочка. В субботу в полдень Ритуал.

Гранд заложил руки за спину, повернулся и пошел, разглагольствуя о том, сколько будет гостей и какой пышной будет свадьба. Я стояла и смотрела ему вслед. Ожерелье оттягивало шею. Без труда расстегнула замок, бриллианты скользнули в руку.

Гранд заметил, что меня рядом нет, обернулся, удивленно поднял брови, прошел несколько шагов ко мне и встретился со мной глазами, как наткнулся на стену. Я молчала и просто смотрела ему в глаза. Ни эмоций, ни слов, ни мимики. Просто смотрела. Побледнел. Подошла к нему, взяла за руку, не сводя глаз, положила Ожерелье в ладонь.

— Воспользуйтесь своей властью, король. И командуйте своей женой, а не мной. Ясно?

Выпустила из ладони портал, шагнула в него, на другой стороне вернула портал в ладонь. Следа не осталось. В этом я была уверена на все сто процентов.

* * *

Хатка лже-Устиньи выглядела заброшенной, дворик зарос высокой травой, поисковик не нашел ни одной живой души, кроме звериных, на много верст вокруг. Ключ был чист, энергия струилась ровным потоком, наполняя Мир радостью, счастьем, любовью. Нежить исчезла из этого Мира благодаря нам с Арисом.

Меня это вполне устраивало. По крайней мере смогу спокойно восстановиться, отдохнуть от всех, прийти в себя, заняться самообразованием. Да и Арис привыкнет к статусу мужа с молодой супругой, успокоится, остепенится. Папаша-то сказал, что своей властью воспользуется. Не станет же Ашерский король словами разбрасываться.

Все. Хватит об этом. Достаточно переливать из пустого в порожнее.

В хате все было по-прежнему. Нашла свои холщовые штаны и рубаху, переоделась, отправилась для начала в коровник. Вычистила стойла, насыпала свежей соломы, пошла искать корову и коз.

Одичали. Замучалась, пока разыскала. Пока поймала, взмокла. Зато свежего молока оказалось вдосталь. За коровой ходил следом маленький теленок, у коз появились козлята. Куры кинулись к корму, будто голодали целую вечность, налетали друг на друга, толкались, громко квохтали.

Обнесла все постоянным охранным кругом, аккуратно расположила сторожевики. До вечера ухайдокалась так, что едва коснулась головой подушки, заснула мертвым сном.

Трудотерапией занималась до субботнего полудня, потом решила посмотреть на свадьбу Ашерского принца. Обещано кино, значит должно быть. Стало интересно, как же я эмоционально зареагирую на его женитьбу. Неужто в сердце ничто не дрогнет? Пока там была мертвая тишина. Будто все эмоции и чувства умерли.

Подошла к полной кадке, нарисовала в воздухе овал, плеснула на него три пригоршни воды, произнесла заклинание, дунула на остекленевшую поверхность, приказала:

— Дворец Ашерского короля. Покои принца.

Отражение помутнело, потом картинка стала четкой.

Пусто. Идеальная чистота и ничего более.

— Святилище дворца Мира Ашеров!

Тишина и пустота. Даже свечи не горят.

— Покои короля Ашеров Гранда и королевы Веды!

Король Гранд ходил из угла в угол по гостиной, стучал себя кулаком по ладони и кусал губы. В кресле у окна сидела королева Веда, покусывая кончик веера, внимательно следила за мужем.

— А если ее не найдут? — спросила взволновано.

— Не каркай, Веда! Найдут! Не могут не найти! Не могла же она раствориться в воздухе! Наверняка в каком-то из Миров скрылась! Ее ищут лучшие маги Академического Совета, весь Совет Старейшин, ее Учитель, драконы! Все! И я, и ее дед на уши поставили всех и все! Ее найдут, Веда! Еще немного и найдут!

— Где Арис?

— Ищет! Как только она отдала мне Ожерелье, он почувствовал это и тут же прыгнул в портал. В чем был! Они разминулись в долях секунды! Я до сих пор понять не могу, как она это сделала и куда исчезла! Анри выпрыгнул сразу же за Арисом. Арис увидел Ожерелье у меня в руках и тут же вызвал фантомов. Он так глянул на меня, что у меня поджилки затряслись! Они с Анри молча переглянулись и ушли в один портал. Все! Больше я не видел ни одного, ни другого, Веда!

— Я верю в Ариса, Гранд, я верю, что он вернет свою любовь — уверенно сказала Веда, с улыбкой на лице — И я верю в Дарину…

— Принц Ашеров Арис! — приказала изображению.

Картинка изменилась. Арис и Анри сидели в покоях королевы Глории и беседовали с ней и Стэлиссой.

— Здесь она не появлялась, Арис — качала головой Глория — Мы бы сразу сообщили тебе об этом. Можешь не сомневаться.

— Может Дарина вспоминала про какое-нибудь место, о котором я не знаю? Может что-то говорила? — напряженно спрашивал принц.

— Все, что она говорила, ты знаешь дословно — ответила Стэл — Арис, а как же так случилось, что ты ее не чувствуешь?

— Она сняла бриллианты. Даже ожерелье умудрилась расстегнуть, когда отец ее разозлил — хмуро сказал Арис — У нее нет ничего из моих подарков, кроме одного колечка.

— Может попробовать поискать кольцо, которое ты дарил ей на Совершеннолетие? — задумался Анри.

— Я тогда не подумал и отдал ей «кольцо души» с односторонним действием… — буркнул Арис — Эх… знал бы где упасть, соломки бы подстелил. Это она может найти меня в любую секунду с его помощью, но не я ее… Задержите ее, Ваши Величества, если она появится, и сообщите мне Зовом.

— Безусловно, Арис. Если получится. Ты же знаешь, что задержать Дарину у нас шансов нет, если даже ты не можешь этого сделать…

— Вы дамы мудрые — сказал Анри, — вы придумаете как это сделать. Даже не сомневаюсь.

— А вы куда теперь? — спросила Глория.

— Пока прочешем ваш Мир, может и найдем где, а там посмотрим — ответил Анри.

— Вы же не забудьте, через два дня свадьба Фроста и Устиньи — напомнила Стэл — Там она тоже может появиться. Поздравить-то их она должна. Это без сомнений.

Арис остро глянул на Стэл, задумался, кивнул головой.

— Да, Вы правы, Стэлисса. Это вполне реально. Спасибо за подсказку…

Отражение в зеркале затуманилось, медленно прояснилось снова, подчиняясь моей молчаливой воле.

Теперь это был кабинет деда.

Кустистые брови торчали в разные стороны, яростные глаза, нервно ходит из угла в угол. Открылся портал, появился Призрачный Дракон. Дед резко обернулся.

— Ну, что? — рыкнул дед.

— Ничего — зло огрызнулся Учитель — Как и не было ее никогда на свете. Ни следа, ни присутствия ни в одном из Миров. Я даже хозяйку Кенн Эльвиру расспрашивал, говорит, что ни за Чертой, ни за Гранью ее нет и не было. Она врать не могла. Сама поддалась элексиру и заклинанию правды. Что он ей такое сказал, что она исчезла отовсюду?

— Приказал ей выходить замуж сегодня, да еще и с рукоприкладством! Идиот! Она же его размазать могла по той дворцовой дорожке, на которой стоял, что и следа бы не осталось! Я сам ее воспитывал, знаю как ее заставлять что-то сделать, когда она к этому не готова или не хочет!

— Он что, совсем дурак, этот король?! — вытаращил глаза Учитель — Какого черта он вообще к ней полез?! Она толком не проснулась после целого месяца гипноза и ее сознание еще не до конца человеческое! Там же эмоции гуляют черт знает в какую сторону! Да и мысли путаются между драконьими м человеческими! Она же может и не понимать сейчас как сильно любит Ариса, а он ее!… Вот же идиот этот Гранд… — забегал по кабинету деда Учитель.

Дед рыкнул, стукнул ладонью по каминной полке. Та обвалилась с грохотом. Махнул рукой, восстановилась.

— Стар, если ее сознание одновременно и драконье, и человеческое, то у нас нет шансов — в раздумье сказал Учитель — Она может быть где угодно, даже в соседней комнате. Ее никто не обнаружит, если она этого не захочет. Если это так, то у нее полное равнодушие ко всему и всем, а без проявления эмоций она ничем себя не выдаст. Поэтому ее «нет нигде». Куда она может пойти, Стар, как думаешь?

— Абарар, если бы я мог себе педставить куда она может пойти, разве я делал бы тотальный поиск по Мирам?!

— Это я так, Стар, просто переживаю — нахмурился Учитель — Но ведь посмотри, паршивка какая! Придумала же способ телепортации, что даже намека на след не остается! Раньше ее по следу вычислить было, как два пальца оплевать, а теперь ни малейшего шанса! Представляешь себе ее теперешний уровень?

Дед в сердцах махнул рукой.

— Даже не говори мне об этом…

— А как там Арис? — спросил Призрачный.

— Ищет. Потом разнесет на хрен все, что попадется на глаза. Это же Бог Огня, Абарар, да еще и не укрощенный. Тут такое начнется, что мало никому из нас не покажется! Думаешь почему я так волнуюсь?! Ни он, ни она вообще непредсказуемые и не управляемые! Эта парочка настоящая гремучая смесь, но если будут вместе лучшего соединения Сил придумать невозможно.

Плеснула водой на овал, помутнел и исчез.

Итак, что я имею? — думала, развалясь на солнце в обнаженном виде — Гранд поплатился за свой язык, испугался, поднял на уши всех и теперь исходит в переживаниях. «Ищут пожарные, ищет милиция, ищут не могут найти…», — вспомнила стишок Маршака — Дед начал тотальную облаву по Мирам и, наверняка, включил все свои возможности, а их у него ой как много. Это же не халам-балам, а спецслужбы Высшего Совета Миров, плюс всех рас во всех Мирах… Арис и Анри прочесывают все подряд сами. Но Учитель сказал, что в этом состоянии обнаружить меня невозможно, даже если буду находиться рядом. А как же драконы, которые «могут найти все, потому что ищут своей сутью»? Значит, все-таки не все? Что бы я сделала, если бы захотела найти такую, как я? Наверное, применила бы самый простой способ вызова, через отражающую поверхность с концентрацией на внешнем виде, голосе, манерах. Так, надо попробовать найти себя таким способом, а то еще придет такая мысль кому-то из простых магов, и «дичь поймают».

Вот же ж… «дичь»… дали бы отдохнуть, очухаться и искать бы не надо было. Если бы не Гранд, я бы не ушла оттуда. И какого черта лез, да еще и под такое настроение… А то получилось, что я неблагодарная свинья. Ко мне со всей душой, а я со всей задницей…

Надо будет сходить к Веде и поговорить с ней, чтобы прекратили весь этот переполох. Через пару недель сама появлюсь, если ничего не случится. Только надо будет выбрать момент, чтобы она была одна. Она тетка умная, найдет способ остановить «искателей». Да и Арис с дедом успокоятся. А то нашли себе занятие, будто кроме этого им и делать нечего… Сама к деду не полезу, а то получу по самые уши…

После обеда еще раз заглянула в кадку, теперь уже пользуясь «водяным зеркалом» в самой емкости.

Арис и Анри разделились и скакали верхом в Мире Змеелюдей. Гранд подписывал документы в своем кабинете. Веда гуляла по парку в сопровождении придворных дам. Учитель сосредоточенно вычерчивал на пергаменте какую-то схему. Дед проводил совещание Совета.

Рано. Не время. Загляну попозже еще раз.

Взяла оружие, ушла в лес потренироваться в ограниченном деревьями и кустами пространстве. Через два часа вернулась, облилась ледяной водой из колодца, переоделась в Ашерскую одежду, в которой прибыла сюда. Еще раз заглянула в кадку.

Арис ужинал в какой-то таверне, хмуро поглядывая на мелкого сухонького змеечеловека, суетящегося у входа. Залюбовалась его статью, движениями, мимикой. Какой же ты сильный и красивый, Арис! Как же я тебя люблю…

Он тут же вздрогнул, что-то почувствовав, глаза пробежались вокруг, сознание метнуло поисковиков во всех направлениях. Я прихлопнула эмоцию на корню. Арис качнул головой, не найдя подтверждения своему ощущению, продолжил трапезу.

Так вот как ты меня находишь, принц Ашеров! — дошла, наконец-то, до меня техника его поиска — Надо будет взять этот способ на вооружение. Но скорость реакции у тебя, дорогой, просто умопомрачительная! Нужно будет потренироваться и мне…

Анри сидел на коне, разговаривал с каким-то хуторянином.

Гранд принимал душ, а Веда читала книгу, сидя в кресле на балконе. Самый момент.

* * *

— Добрый вечер, Ваше Величество — поздоровалась, появляясь из портала перед королевой — Наконец, я застала Вас одну.

Бывшая Страж мгновенно оказалась на ногах с кинжалом в руках. Поняв, что это я, она облегченно выдохнула и немедленно спрятала оружие.

— Слава Богам! Дарина! Это ты! Куда ты пропала? Тебя все ищут!

— Как раз по этому поводу и пришла к Вам — спокойно сказала — Скажите всем, кому нужно, что я никуда не делась и искать меня не нужно. Я остановилась в хатке лже-Устиньи, в Мире Волков-Оборотней и ни от кого не прячусь. Мне просто нужно немного побыть одной, прийти в себя, совладать со своим сознанием и отдохнуть. Больше ничего.

— Гранд себе места не находит, что влез куда его не просили — доверительно сообщила королева.

— Я узнала об этом только сегодня утром, Ваше Величество, поэтому я здесь. Успокойте мужа. Все нормально. Просто он попал не в то время и не под то настроение, и я решила уйти, чтобы не натворить беды. Он, конечно, был не корректен, но, думаю, это из-за того, что он не знает меня и не представляет как на меня действует любого рода принуждение. Это как красная тряпка для разъяренного быка. Надеюсь, впредь он будет осторожнее.

— Безусловно, Дарина. Твой дед и Учитель ему популярно все объяснили. Я все сделаю, Дарина. Останешься на ужин?

— Нет, Ваше Величество. Я вернусь к себе. Мне сейчас там лучше. Да и разговаривать ни с кем не хочется.

— Хорошо, Дарина. Я все передам, как ты хочешь — сказала Веда — Я на твоей стороне, Дарина.

Глаза Веды были честными и эмоция, исходящая от нее, подтверждала ее слова. Я искренне удивилась.

— Спасибо, Ваше Величество — кивнула и подала ей руку.

Она пожала ее, благодарно улыбнулась. Начало нашим отношениям было положено.

— Ты будешь на свадьбе Фроста и Устиньи? — спросила Веда, когда я повернулась к порталу.

— Да, конечно — кивнула в ответ и усмехнулась — Я не могу не пойти на их свадьбу. — помедлила немного и спросила — Можно мне взять какое-нибудь платье из гардероба?

— Дарина, гардероб твой, делай с ним что хочешь — улыбнулась Веда.

— Спасибо, Веда, — кивнула ей — Я зайду попозже за ним.

Веда улыбнулась, облегченно выдохнула и кивнула.

— И тебе спасибо, Дарина, что зашла и все объяснила. И за имя спасибо.

Я кивнула в ответ и шагнула в портал, не оставляющий следа.

* * *

Теперь можно было спать спокойно. Веда сделает все, как надо.

За вечер чувствовала касания нескольких осторожных поисковиков и долгое ощущение присутствия Ариса. Наверняка воспользовался тем же методом, что и я. Я не обращала особого внимания, сосредоточившись на рукоятке деревянного ножа, которую взялась выстругивать под свою руку для тренировок пока еще было светло. Как стемнело, легла на одеяло, расстеленное на сочной траве у дома. Долго смотрела на звезды, пока не уснула.

На рассвете побегала по росе, сделала зарядку, потренировалась с оружием, облилась ледяной водой из колодца, радостно повизжав. Оделась в холщу, занялась живностью. После легкого завтрака взяла лукошко и отправилась в лес по грибы. Через час вернулась с полным лукошком, сварила грибной суп, но есть не хотелось. Завалилась на одеяло загорать.

Сосредоточилась на Библиотеке.

— Росс… — позвала Духа Знания — Росс…

— Да, Госпожа — откликнулся он.

— Дай мне все, что есть по истории Богов, по очереди — приказала.

— Да, Госпожа.

Книги появлялись рядом, на одеяле, одна за другой. Углубилась в чтение.

Прежде никогда не придавала значения этому предмету и вообще этой теме, считала ее изучение не нужной тратой времени, но оказалось, что тема довольно интересная, обширная и очень информативная.

Оказывается Боги появляются в реальных воплощениях только при крайней необходимости, когда законы мироздания нарушены и возникает необходимость восстановить равновесие. Тогда и появляются в каком-то из Миров, чаще всего в том, где кроется причина нарушения энерго баланса. Всегда это пара, он и она, как материальное отображение мужского и женского начала, которые в итоге должны объединиться и постепенно восстановить равновесие.

Характеры этих божеств, их возможности и наклонности зависят от уровня и глубины дисбалланса взаимодействия энергий в мироздании. И только в крайних ситуациях возникает необходимость воплощения Бога Огня и Богини Счастья в один период времени. Да и то, совсем не факт, что они встретятся в физических телах и, тем более, соединятся в единую семью, то есть объединят свои энерго усилия.

Постепенно до меня начало доходить смысл происходящего: что наша встреча с Арисом была далеко не случайной, а давно запланированной и точно расчитанной мудрыми умами. И мы, ведомые ими, в любом случае должны были встретиться рано или позже. Что дед воспитывал меня, как свою внучку и магиню-воина, готовил всю жизнь к встрече с принцем Ашеров, воспитывал так, чтобы из мягкотелой девчушки, рыдающей от одного вида заболевшего котенка или щенка, получился вот такой монстряка, как сейчас, который будет под стать характеру Бога Огня, и то, что он одновременно, был и остается Учителем Ариса, говорит само за себя. То, что моим Учителем стал Призрачный Дракон Абарар, который уже много тысячелетий никого не учит, а старая Гретта заботится обо мне и воспитывает во мне характер Женщины, тоже говорит за себя.

Цикл Посвящений, которые каждому из нас нужно было пройти и которые ограничивали наши жизни определенными рамками поведения, понимания, морали и много чего еще, тоже не из пальца высосаны. Все имеет свой смысл и свое предназначение. Дед и его компания все расчитали задолго до моего и Ариса рождения, и планомерно претворяли в жизнь все, что от них зависело, чтобы получить хоть минимальный шанс на восстановление баланса нарушенных потоков энергий мироздания. Чтобы вся эта энергетическая и материальная махина не развалилась просто так в один прекрасный момент. И чтобы этого достичь нужен полюбовный союз между мной и Арисом.

Нужны наши отпрыски, которые будут продолжателями начатого давным давно дела. Для них тоже, небось, партии супружеских союзов давно расчитаны.

Хорошо, что дед и его единомышленники все устроили так, чтобы между нами возникли глубокие обоюдные чувства. Хотя, вряд ли они на это расчитывали. В итоге мы были бы поставлены перед фактом и необходимостью такого союза. А воспитанные именно так, а не иначе, согласились бы на супружество, даже если бы совсем не пришлись друг другу по вкусу.

Дед и Абарар считают, что мы оба совершенно непредсказуемы и, пока не соединились в супружестве, представляем собой как угрозу для мироздания, так и единственный выход из создавшейся ситуации. Поэтому они так торопятся нас поженить. «Укротить», так сказать. Оба знают, что если хоть один из нас заартачится, то этот призрачный шанс, который они столько времени вынашивали и на который надеялись, исчезнет бесследно.

Значит, мы с Арисом изначально поставлены в те условия, когда выбор просто не может существовать, если для нас хоть в малейшей степени важна жизнь как таковая, а об этом своевременно позаботились наши воспитатели.

Дед и Учитель видимо нервничают от того, что ситуация ухудшается и откуда-то исходит серьезная угроза, а чем дольше я сопротивляюсь, тем хуже она становится. Интересно, что же это за угроза и откуда она исходит? Что-то заставляет же меня взбрыкивать и удирать от замужества в самый последний момент. Но что это? Чему или кому я подчиняюсь в своих эмоциях и даже не подозреваю этого?

Если все обстоит так, а не иначе, то выбора просто нет незачем оттягивать свадьбу и продолжать избегать неизбежное, играя на руку тому, что не только мешает развитию Миров и всего мироздания в целом, но и разваливает его. Я сама должна предложить побыстрее пожениться и этим объединить наши силы и возможности.

Хм…

Солнце пекло не на шутку и на коже уже можно было жарить яичницу, но я не обращала на это внимания и читала дальше. Выставленное на солнце молоко к вечеру должно было скиснуть и увлажнить припаленную шкуру, заодно снять температуру, если такая вдруг решит появиться, можно будет без труда.

Несколько раз обливалась колодезной водой, охлаждая тело и снова ложилась на солнышке. Хоть «бледной сперахетой» не буду выглядеть на собственной свадьбе, как все эти придворные бледные немощи.

Закончив работу по хозяйству, весь вечер смазывала кожу кислым молоком и продолжала читать. Даже для этого перешла на ночное зрение, пока не устала окончательно и «шарики за ролики» на зашли в голове. Заснула снова под звездами, на прохладном ночном ветерке.

На рассвете снова искупалась в трех росах, управилась по хозяйству, потренировала тело и отправилась к Источнику. Пора было сделать подарок молодым на свадьбу.

* * *

Источник светился чистым серебром устремленного ввысь Потока Силы.

Подошла к эдельвейсам, сорвала один, воткнула в волосы. Полюбовалась видом гор, ожидая, пока солнце поднимется на ту позицию, которая была мне нужна.

Подошла к Источнику, села на краю колодца в «открытый» лотос, распахнула душу навстречу силе, запела Песнь Любви. Я старалась учесть все, на что у меня хватало ума и опыта в наблюдении за семейными парами, на что у меня хватало эмоций и силы души. Старалась вложить в свой подарок все пожелания, которые могла дать Богиня Счастья для тех, кто только начинает свою семейную жизнь.

Мне было трудно это сделать без собственного опыта, но я очень старалась и делала все, что позволяло мое воображение и представление о счастливой семейной жизни, любви, счастье.

Когда открыла глаза, на ладонях лежали два колечка серебристого металла — материализованных пожеланий молодым. Спрятала подарок в драконий перстень. Удовлетворенно улыбнулась, поднялась на ноги. Вернулась через портал к хате.

Делать было нечего, решение уже принято, колебаний никаких.

Захотелось искупаться в море, попрыгать в воду со скалы, понырять на глубине, а исполнить это с полным комфортом можно было только в Мире Ашеров. Но если уйду без предупреждения, то дорогой жених опять взбаламутится и начнет дергаться. Значит, надо оставить записку.

Понятия о пергаменте, а, тем более, о бумаге, у лже-Устиньи не было, поэтому я нарвала травы и выложила на столе словами: «Я на пляже, в лагуне, что напротив твоих апартаментов».

Усмехнулась, представив лицо Ариса, когда он это увидит, шагнула в портал. Чего он от меня не ожидает, так это записки. Ничего, пусть привыкает. С него я тоже буду требовать отчета где был, да что делал, когда стану его женой. Жизнь со мной ему медом не покажется. Это точно.

* * *

Искрящееся солнечными бликами море звало и манило. Отошла подальше от любопытных глаз отдыхающих на пляже придворных, разделась и поплыла подальше от берега. Самый солнцепек провела в воде, подмерзла и вернулась назад. Песок был раскаленным, а кожа обоженной, хотелось пить. Оделась и пошла по парковой аллее к балконной лестнице.

Стеклянная дверь в гостинную и окна апартаментов Ариса были открыты настежь. Занавески летали то внутрь, то наружу от сквозняка. Постучала, чтобы не входить без спроса, но никто не ответил. Зашла внутрь.

В гостинной никого. Выпила стакан сока.

В спальне тоже никого.

Арис обнаружился в гардеробе. Он спал, подложив руки под голову, оперевшись на туалетный столик с зеркалом. Растерянно уставилась на него. Сердце сжалось от любви и жалости впервые с того момента, как пришла в себя, побыв драконшей.

Это что, он все это время сидел у зеркала и смотрел на меня?! С ума сошел, что ли?! — думала с колотящимся сердцем — Вот же ненормальный влюбленный Ашер! Это же надо было придумать такое! Это же ни в какие ворота не лезет! В каком виде он завтра на свадьбе Фроста появится?! А до нашей, так вообще в тень превратится!

Коснулась плеча, тихонько позвала:

— Аарииис, проснись…

Из глубокого сна мгновенно вскочил на ноги, толком не проснувшись, неверяще уставился на меня.

— Дарина?!

— Да — кивнула — пошли со мной.

Потер лицо, не спрашивая куда его веду, пошел следом, слегка пошатываясь, как пьяный. Остановилась в спальне, повернулась к нему.

— Раздевайся — сказала.

— Зачем? — растерялся спросонья жених.

Закусила губы, чтобы не расхохотаться. Он взъерошил волосы рукой, еще раз потер лицо, смутился. ВАУ! Арис смутился?!!! Обалдеть!

Отвернулась к окну, не в силах сдержаться, беззвучно хохотнула, повернулась к нему.

— Спать будешь — объяснила — Отдохнуть тебе надо.

Он явно не понимал, что я от него хотела.

— Арис, — терпеливо объяснила — тебе нужно выспаться. Раздевайся, ложись и спокойно спи. Никуда я от тебя не денусь. Буду рядом или на пляже. Ложись и отдыхай.

— Ты серьезно говоришь? — не поверил он.

— Серьезнее некуда. Ложись. Когда отоспишься, поговорим о свадьбе. А пока спи.

Арис потряс головой, коснулся моего плеча, убеждаясь, что это я, а не морок.

— Может тебя поцеловать, чтобы точно удостоверился, что это я? — усмехнулась.

— Поцелуй… — еще более растерянно ответил он.

Подошла, обняла за шею, поднялась на цыпочки, нежно коснулась губ.

— Теперь веришь?

— Нет, — шепнул он — не верю. Это не ты…

— А кто? — шепнула в ответ.

— Не знаю…

Нежное объятие, ласковый поцелуй… пьяно счастливые глаза, радостная улыбка…

— Теперь верю…

* * *

Арис спал, как убитый до рассвета. Иногда заходила в спальню, смотрела как на будущего супруга, пробовала себя представить его женой, но как-то не укладывалось в голове, что так вскоре и будет, что мы с ним будем неразлучны, что проживем всю жизнь в мире, любви и согласии. Не представлялось и все тут.

Бену строго настрого приказала никого ни под каким предлогом не пускать, даже если камни с неба посыпятся. Сама окупировала личную библиотеку Ариса и запоем читала до утра, подвесив крохотный осветительный шарик над страницами.

Некоторые трактаты по Высшей магии и работе с менталом были мне не понятны, но я старательно запоминала прочитанное, надеясь на то, что потом разберусь и все это пригодится, когда освою остальное. А осваивать было что.

Кресло для чтения было удобное, особенно в паре с пуфиком, на который положила ноги.

Пробуждение принца с певыми лучами солнца обозначилось шумным потоком воды в душе. Отметила это про себя, не отрываясь от очередной книги. Оставалось дочитать чуть-чуть и мне хотелось успеть до того, как он прийдет сюда.

Последней в книге была представлена схема октаграммы, о которой писалось в трактате. Я водила пальцем по линиям, запоминала надписи на древнеарамейском, когда почувствовала взгляд. Подняла глаза.

Арис привалился к дверному косяку, задумчиво смотрел на меня. Мокрые кудряшки, зачесанные назад, роняли капли на широкие плечи, стекали струйками по мускулистой груди до инкрустированного металлическими фигурками пояса обтягивающих брюк, впитывали в ткань.

— Доброе утро — поздоровалась, откладывая книгу.

— Я думал, что ты мне приснилась…

— Разочарован? — улыбнулась.

— Нет. Рад.

— Я тут у тебя немного похозяйничала. Извини, если что — поднялась и начала раскладывать книги по местам — Сейчас все положу на места, как было.

Его серьезный взгляд следил за каждым моим движением. Смущенно опустила глаза, замерла с книгой в руках. Положила ее на стол.

— Не смотри на меня так…

— Как?

— Будто через минуту вынесешь мне смертельный приговор…

По спине пробежали мурашки. До пяток.

— Ты хотела поговорить о свадьбе? — с хрипотцой в голосе спросил он — Или мне это приснилось?

— Хотела…

— Говори.

— Ну, сегодня свадьба Фроста и Устиньи — попыталась увильнуть от разговора, неожиданно чего-то испугавшись, отвела глаза в окно.

— Только об этом? — спокойно спросил Арис.

Сердце упало в пятки и доставаться оттуда никак не хотело. Пересилила себя, ответила:

— Нет.

— О чем еще?

— О нашей свадьбе — хрипло каркнула вдруг высохшим горлом и с трудом проглотила подступивший комок.

Молчание. Сердце бухает в груди, отсчитывая минуты жизни. Тонкая ткань кофточки вздрагивает в страхе при каждом ударе. Дыхание заперло в груди. Глянула в его серьезные глаза. Похолодела.

— Ты думаешь она будет? — спокойный голос говорит, как о вчерашнем супе, острый взгляд буравит мое лицо.

— Ты передумал?

— Да.

В глазах потемнело. Удержала себя в руках.

— Почему? — тихо спросила.

— Ты подчиняешься давлению со стороны, но сама выходить за меня замуж не хочешь. А я не хочу брать тебя силой. Такое супружество не нужно ни мне, ни тебе. Ты отказалась от меня и вернула Украшения Невесты. Я это принял и согласился. Для себя я решил, что нам лучше остаться друзьями до лучших времен. Если эти времена наступят.

Кивнула.

— Извини. Не знала.

— Теперь знаешь.

Опустила глаза, опять кивнула.

— Да, теперь знаю. Пусть будет так, как ты решил.

Вышла из-за стола, подошла к нему, мельком глянула в глаза. Отошел в сторону, пропуская. Сложил руки на груди, будто чего-то ждал. Кинула из ладони портал, на деревянных ногах пошла к нему.

— Ты ничего не хочешь мне сказать, Дарина? — глухо спросил он.

Пожала плечами. Получилось какое-то дергание. Самой противно стало от своего жалкого вида. Повернулась к нему:

— Ты уже все сказал, Арис. Ты передумал жениться на мне. Значит, так и должно быть. Я этого заслуживаю, Арис. Ты прав. Сама виновата… Будь счастлив…

Кивнул.

— Буду.

— Удачи тебе Арис…

— И тебе удачи, Дарина…

Шагнула в портал.

* * *

Мне не о чем было плакать. Сама заслужила «от ворот поворот». Он абсолютно прав и совершенно верно поступил. Я бы на его месте сделала это намного раньше. Теперь только покорно приняла его решение, полностью согласилась с ним.

Прав был и его отец, когда наорал на меня в аллейке.

Ни один мужчина не выдержит столько издевательств со стороны любимой, какой бы золотой она ни была и как бы он ее ни любил. Терпение не безразмерно и не безгранично. В один момент оно может лопнуть. Вот и лопнуло. И правильно. Таких, как я надо вовремя ставить на место. А то слишком много из себя вообразила, как та обезьяна, что никак не могла выбрать в какую очередь за подарком Судьбы становиться, то ли для умных, то ли для красивых….

Прав был дед, когда говорил, что мы с ним идеальная пара, а «неукрощенными» представляем опасность для всех и для всего. Идеальная пара не получилась и Мудрецы мироздания потеряли свой шанс, на который столько времени надеялись и которого так добивались.

Сама виновата. От него я отказалась сама, когда вернула Украшения Невесты. Плюнула ему в лицо за его любовь и заботу. Плюнула и размазала. И по заслугам получила. По ушам тоже. Молодец Арис. Так мне и надо.

Черт возьми! Что же это такое, а?! Что-то со мной творится не то и не так. Будто сама не понимаю что творю, думаю, говорю. Будто кто-то управляет мною без моего ведома. Будто временами становлюсь сумасшедшей. Будто это и не я вовсе. Может быть мне нужна помощь медиков или психологов-магов? Такое поведение, как мое, совершенно не нормально. Мне нужно найти причину, причину в себе или окружающем мире. Лучше в себе. Мне нужно понять кто или что дергает за веревочки моего сознания и поступков. Кому не выгодно, чтобы мы были вместе? Каким способом этот кто-то воздействует на меня? Зачем? Какая у этого кого-то в этом цель?

Шла по улице, безразлично разглядывала витрины и думала, но найти ответы на свои вопросы никак не могла. Мне нужна была помощь кого-то более мудрого, более опытного, более знающего. Но кого? К Ашерам не пойду, дед тоже по ушам даст, к Учителю боюсь из-за облика драконши…

В витринах магазинов мегаполиса красовались бальные и свадебные платья. Цены атомные. Но на свадьбу Фроста и Устины идти все равно в чем-то надо. Поэтому зайду и куплю что-нибудь поприличнее.

Увидела знакомый вензель королевского дома вампиров, зашла в магазин. Продавщицы презрительно скривились и отвернулись. Подошла к манекену понравившегося платья. Примерно мой рост, примерно мои объемы. Только в талии широковато. Ушью. Время еще есть.

— Сколько стоит это платье? — спросила громко.

— Пошла вон отсюда! Тебе оно не по карману!

— Откуда знаешь? — спросила машинально.

— Да по тебе же видно — с наглой улыбкой повернулась ко мне одна из продавщиц — Ни гроша за душой, а туда же.

Девицы-продавщицы заржали. На мгновение мелькнули вампирьи зубки у той, что отвечала.

— А если Виктории скажу? — приподняла бровь.

— Какой еще Виктории?! — поднялась вторая вампирша и, подбоченившись, пошла на меня — Вали отсюда, деревенщина, пока цела!

— Королеве вампиров Виктории — спокойно нажала голосом, используя Зов.

— Ты! Замухрышка! Мы тебя тут сейчас уроем за одно только имя, которое ты произнесла своей паскудной пастью!

Две других тут же окружили меня ощерив клыки.

— Что здесь происходит? — раздался мелодичный голос — Кто меня звал?

— Я звала — глянула на проявляющуюся королеву.

Продавщицы-вампирши замерли.

— Дарина?! — опешила она — А говорили, что ты погибла!

— Жива, как видишь. Рада тебя видеть, Вика. Мне нужна твоя помощь. — улыбнулась ей.

— Опять куда-то вляпалась? — рассмеялась она.

— Ты, как всегда, права — улыбнулась в ответ.

— Торопишься?

Кивнула.

— Чем могу помочь? — глянула серьезно.

— Мне нужно шикарное платье на один вечер. Бальное.

— На бал собралась?

— На свадьбу.

— К кому, если не секрет?

— Вы, наверняка, туда тоже приглашены — улыбнулась ей — На свадьбу Фроста и Устиньи.

— Да. Приглашены. Ой, Дарина, что же мы тут стоим! Пойдем к нам. Вик, как всегда мечется между рубашками. Пойдем, поможем ему одеться, а то он опять пойдет на торжество злой, как сто голодных вампиров. Там и поговорим.

— А платье?

— Да будет тебе платье! Пойдем!

Продавщицы потеряли дар речи. Виктория взяла меня под руку, мельком глянула на них:

— Еще раз замечу подобное с именитыми гостями и покупателями, отправлю туда, откуда вас вытащила. Ясно?!

Те мелко затрясли головами.

* * *

Виктория провела меня порталом в гардероб Виктора.

— Виик! — пропела вампирша сладенько — Посмотри, кого я тебе привела на ужин! Ты будешь необычайно счастлив!

Я тихо засмеялась ее шутке, вспомнив о том, как плохо было Виктору, когда он обучал своего младшего сына пить кровь в самых крайних случаях, когда стоит вопрос жизни и смерти.

Виктор что-то глухо пробурчал из шкафа.

— Виик! — звала жена — Ну выгляни же!

Из шкафа выбрался Виктор с тремя рубашками разных цветов наперевес. Встал как вкопанный, увидев меня.

— Дарина?! Ты…

— Жива — подтвердила с улыбкой.

— Ну слава Богам! Скажи, Дарина, какую рубашку одеть? — деловито вытянул он руки.

Глаза медленно изменялись.

Доходит до сознания, что ли? Или что? — догадалась я.

— Дарина!!! — заорал Виктор, кинул рубашки и облапил меня крепко своими длинными ручищами — Так ты жива?!!!

— Жива-жива, Вик — рассмеялась в ответ на его радость.

— Ты где пропадала-то? А то тут такие сплетни ходят, что просто страсть какой ужас! То ли Алтарь тебя растворил в себе, то ли ты Алтарь, то ли вы взаимно-полюбовно друг друга того…, то ли просто исчезла… то ли убили тебя… А на самом деле что случилось?

— Вик, я потом расскажу. Мне нужен будет ваш совет и, может быть, помощь. Это очень серьезно. Но сейчас надо собираться на свадьбу.

— О! — удивился он — Ты тоже к Фросту-прохвосту идешь?

— Да — засмеялась рифме Виктора — Иду.

— Тогда, девочки, выберите мне рубашку и галстук, и отправляйтесь одеваться. А то я тут полдня ищу одежду и ничего выбрать не могу. Уже извелся весь.

Виктория со смехом нырнула в шкаф, через пару секунд вынесла нужную рубашку, галстук, носовой платок и носки.

Хых… — подумала — Семейная жизнь…

— Вот, дорогой, это как раз подходит к моему платью.

— Спасибо, любовь моя! — чмокнул ее в губы — Не смею вас больше задерживать. Надеюсь, что через полчаса будете готовы.

Мы с Викторией переглянулись, дружно расхохотались и ушли в соседнюю дверь.

Через час мы были готовы.

Виктория одолжила мне великолепное бальное платье из светло-кремового шифона, с открытым лифом, усыпанном камнями в форме роз, пышным подолом, по низу которого так же блестели бриллиантовые контуры тех же цветов, вкручивающиеся сережки-розочки и шпильки в волосы с такими же навершиями. Прическа получилась чудесной. Легкий макияж довершил дело. За туфлями нужного оттенка, высоты шпильки и платформы Виктория гоняла бедного «ребенка» аж трижды.

— Тебе так хорошо в этом цвете, да еще и с загорелой кожей! — восхищалась она — На шею обязательно надо добавить тоненькую ниточку бриллиантов. Вот эту, например.

Застегнула затежку, отошла полюбоваться.

— Замечательно, Дарина! Там будут королевские семьи всех Миров! Я тебе там быстро жениха найду! Есть там парочка довольно подходящих кандидатов — приговаривала Виктория, крутясь вокруг меня и перекалывая шпильки в моей прическе так, чтобы они были более видны — Там такой мальчик есть! Ууу!!! Закачаешься! Принц Ашеров! Загляденье! Вот с ним вы были бы парой хоть куда! Я тебя с ним познакомлю, моя дорогая! Красавчик и умничка! Арис зовут! Он тебе точно понравится! Или принц Мира Орнитов, Берд. Тоже прелесть, но Арис все же лучше. Это я тебе, как разбирающаяся в мужиках женщина говорю. В общем, познакомлю с обоими. Сама выберешь.

Щеки вспыхнули, но я промолчала. Решила отложить разговор до возврата со свадьбы. Незачем всем этим портить народу настроение и заставлять думать о моих проблемах, когда нужно веселиться и танцевать?

— Ну вот — протянула разочарованно Виктория — Ты как всегда в своем репертуаре! Ничего, этот тебя из задумчивости быстро выведет. Ой, Даринка! А как он танцует! Ооо!!! Я только однажды с ним танцевала на каком-то балу и осталась в восторге!. Не танцует, а парит! Сказка! До сих пор мороз по коже пробегает от одного воспоминания о его прикосновениях во время танца! Ничего, я заставлю его с тобой потанцевать! Сама убедишься! — и понизила заговорчески тон — А какие губы у него… мммм… Если бы не Виктор, так и зацеловала бы красавца!

— Виктор, наверное, заждался — напомнила ей о времени, уводя разговор в сторону от Ариса — О! Виктория! Ты просто неотразима! — восхитилась я ее внешним видом, когда она сбросила пелерину.

— Тебе нравится?

— Просто неподражаема! — честно сказала, восхищаясь вампиршей.

— Ну, хорошо. Тогда пошли. А то и правда Виктор заждался. Еще разозлится и тогда весь вечер будет испорчен!

Мы вышли в гостиную. Портал уже был готов, Виктор в нетерпении прохаживался мимо него то и дело поглядывая на часы.

* * *

Дворцовый холл был огромен. Деревянный пол навощен и начищен до зеркального блеска. Мраморные колонны, стены, перила широченной лестницы увиты живыми цветами. Гости прибывали и сразу проходили в Тронный зал, чтобы не создавать толчею в холле. Мы прошли вслед за ними. Здесь собиралась самая высшая знать Миров во главе с их правящими королями и королевами и их семьями.

Оказалось, что общительные вампиры многих из них знают. Они со многими раскланивались, представляли меня, как свою давнюю приятельницу, с которой по счастливой случайности были приглашены на бал. Я старалась не смотреть по сторонам, чтобы ненароком не увидеть холодный взгляд Ариса.

Попробовала оторваться от вампиров и затеряться среди придворных, но Виктория была начеку и, не доверяя больше любимому мужу опеку надо мной, сама взяла меня под руку, когда я в очередной раз попыталась улизнуть в какой-нибудь уголок, чтобы остаться незаметной.

— Дарина, у меня есть план и я должна его выполнить! — на ухо шепнула радостная Виктория — Мне страшно интересно как он отреагирует на тебя.

— Вика, не делай этого — ответила просительно — Я не хочу ни с кем знакомиться.

— Я не дам тебе остаться старой девой, моя дорогая! Ты его как увидишь, сразу влюбишься! Это я тебе гарантирую! — шептала вампирша — А вон и он! Стоит около трона рядом со своим Главным Магом. Тот, что в темном фраке это Арис. Наверное они почетные гости короля Фроста… Ну, Дарина, ну, посмотри же на него! Глянь какая лапочка!

Я смотрела на нее и держала одну их своих дежурных улыбок.

— Ты неисправима, Виктория!

— Дарина, я хочу, чтобы ты была счастлива, как и я.

— Оставь эту затею, Виктория, хотя бы на сегодня, пожалуйста.

— У тебя кто-то есть? — вопросительно зашептала она, делая большие глаза.

— Об этом потом, Вика — улыбнулась дежурно — Не на балу же мне тебе исповедоваться.

— Ой, как интересно! — сверкнула глазами королева вампиров — Теперь я от тебя не отстану, пока ты мне все не расскажешь! Но с ним я тебя все равно познакомлю! План есть план и его надо выполнить, коль он уже есть!

— Кажется, сейчас начнется церемония — обратила внимание подруги на начавшееся у трона шевеление — Вам с Виктором пора пробираться ко всем коронованным особам.

— Пойдем с нами — предложила Виктория.

— Нет, я не королева и мне там не место. Я останусь здесь, а когда все закончится, присоединюсь к вам — пообещала искренне.

Виктория и Виктор двинулись к королевскому обществу, расположившемуся у трона. Дед тоже был там. Пока он меня не заметил, встала за высоким господином с широченной спиной и его необъятной дамой, и изредка выглядывала в щелочку между ними.

Арис и Анри методично просматривали зал, так сказать, веером. Один с одной стороны, второй со второй. О чем-то тихо и серьезно переговаривались. Надеюсь, что эти двое выбирают себе партнерш для танцев. Веда и Гранд делали то же самое, но по-своему, как опытные Стражи, тренированные веками. Надеюсь, что они делают это просто по привычке.

В принципе, зачем им меня искать? Мы с Арисом разошлись, как в море корабли и он решил остаться мне просто другом. У них своя, королевская жизнь, у меня своя. Ни я к ним, ни они ко мне не имеем никакого отношения. Заодно желание Веды исполнится в соответсвии с ее мечтами и не нужны будут психотерапевты, чтобы соглашаться с выбором сына.

Ну, вот, опять начинается та же фигня со мной — поймала себя на ненормальности, почувствовала ненавидящий взгляд, поймала ниточку, посмотрела. Вэрдис. Может быть это его штучки? Из-за чего? Неужели из-за Яйца Глории?! Если это так, то мне надо серьезно заняться этим вопросом.

Ладно, подумаю об этом после бала.

Глория и Стэлисса окружили Иритурия и тоже шарили глазами по залу, перебрасываясь короткими фразами. Эти тоже были необычайно серьезными и явно кого-то искали. Рядом с ними стоял король Личей Вэрдис. Значит, помирились. Значит, не он. Но почему тогда такая ненависть?!

Ну, может так и положено среди королей — не помнить старую вражду и делать вид, что никогда ничего не случилось? Я же не знаю, как там у них принято.

Это первая королевская свадьба, на которой я присутствую. Интересно, как пройдет Ритуал? Какой он будет?

Заиграла торжественная музыка и из боковой двери вышел Главный Жрец Мира. Из других дверей вышел король Фрост со своей невестой Устиньей. Он вел ее медленным, торжественным шагом к Жрецу, держал ее вытянутую вперед руку на своей.

Зашуршали в реверансах платья, глухо стукали колени кавалеров об пол в приветствии своего и чужого короля.

Фрост и Устинья остановились рядом с Арисом и Анри. Оба отрицательно чуть качнули головами.

Ясно. Все-таки искали меня. Вполне может быть. Фрост-то приглашал и меня, как почетную гостью. Наверное по его просьбе искали. Но выходить туда уже поздно. Останусь пока здесь.

Король повел невесту к Жрецу. Придворные и гости начали подниматься во весь рост. Я последовала их примеру.

Церемония началась.

* * *

Два часа шла церемония и два часа кумушки за моей спиной громким шопотом обсуждали жениха и невесту на все лады, пока их кто-то сбоку не одернул.

— … объявляются мужем и женой! Поцелуйте супругу, Ваше Величество! — провозгласил последнюю ритуальную фразу главный жрец и снова заиграла музыка.

Женатый теперь король повел супругу в центр зала для Первого Супружеского Танца. Главный жрец присоединился к приглашенным коронованным особам, о чем-то зашептался с дедом. Приглашенные поспешно расступились. Господин и госпожа, что стояли впереди меня, пошли к стене, проталкиваясь, сквозь расступающихся гостей. Повернулась и тоже отошла к стене…

Оркестр играл вальс. Счастливая пара кружилась в танце.

Мне совершенно ничего не было видно, но это даже хорошо. Значит, меня тоже не было видно с возвышения. Я поблагодарила в душе родителей за свой рост. Хоть как-то придался.

Танец закончился. Король и королева прошли к Трону, сели.

Второй танец танцевали короли и королевы. Арис закружил Глорию. Он что-то ей говорил, она весело смеялась, отвечала ему, он похохатывал в ответ. Я их видела только мельком, да и то, только тогда, когда они попадали в ту часть зала, которая была мне видна крохотным кусочком.

— Бал открыт, господа! — прокричал громко мажордом, когда закончился второй танец.

Кавалеры зашевелились, закрутили головами, выискивая партнерш для танца. Я низко опустила голову, чтобы какому-нибудь желающему потанцевать не пришло в голову меня пригласить.

— Можно пригласить тебя на этот танец, Дарина? — услышала голос Виктора.

Подняла голову, кивнула. Он взял мою ладонь и повел в центр.

Ашеры, дед, змеелюди, как мне показалось, впились в меня глазами. Фрост с супругой смотрели с радостными улыбками. Я ответила улыбкой и кивнула молодым.

Виктор закружил меня в танце.

— Вик, а ты здорово танцуешь — улыбнулась ему, стараясь снять напряжение — Почему никогда раньше мы с тобой не танцевали? Я и не думала, что ты так здорово ведешь.

Виктор масляно улыбался, кивал головой:

— Ты еще мало меня знаешь, Дарина! Но ты, моя дорогая, танцуешь не хуже моей Виктории! Ты просто обворожительна!

— Вик?! Ты делаешь мне комплименты?! — искренне удивилась и удивленно расхохоталась — Это что-то новенькое в нашем знакомстве!

— Я только начал, Даринка. Дальше будет хуже. Я на тебе буду пробовать свое Мастерство обвораживания молодых красавиц в танце! — с лукавым видом подмигнул.

— Вик, я тебя умоляю — не могла не засмеяться — Ты мне больше нравишься в бою или когда учишь меня уму-разуму…

Мы улыбались друг другу, весело болтали. Виктор осмелел и начал творить такие пируэты, что танцующие останавливались и отходили в сторону, понимая как неуклюже смотрятся рядом с нами. В итоге в центре зала остались кружиться только мы с Виктором.

Вампир ликовал.

— Дарина, вот сколько тебе предлагаю присоединяйся к нам, а ты все не хочешь. Даже сам готов грызануть твою прекрасную шейку ради такого дела! Такая партнерша для танцев пропадает! Уму не постижимо!

Расхохоталась его старой шутке. В этот момент музыка закончилась и в тишине зала остался звучать только мой смех. Я тут же сконфуженно заткнулась. Виктор поклоном поблагодарил меня за танец, Я присела в реверансе.

Король поднял руку, дав сигнал оркестру молчать. Громко сказал:

— Господа! В этот счастливый день празднования нашего Супружества, нас почтила своим вниманием и лаской Богиня Счастья и Любви Дарина! Позвольте Богиня пригласить Вас к Трону, как одну из самых почетных гостей нашего Мира!

Виктор сверкнул глазами, мило улыбнулся, подставил ладонь и повел к королевскому Трону под взгляды всего собравшегося общества. По ступенькам.

— Скажи нам с супругой что-нибудь, Дарина — попросил Фрост.

Кивнула с улыбкой. Король и королева встали.

— Дорогие молодожены, король Фрост и королева Устинья! Поздравляю вас с самым счастливым днем в вашей жизни! — громко произнесла рабочим голосом — Вы нашли друг друга и соединились в Священном Супружестве! Теперь вы единое целое на всю жизнь! Желаю вам радостной Любви, великого Счастья, истинной Мудрости и многочисленного потомства! Пусть счастливые улыбки и веселый детский смех украшают вашу семейную жизнь! Пусть Боги будут к вам милостивы и хранят вас от бед! Пусть ваши подданные гордятся вами и берут с вас пример! Счастья и Любви вам, дорогие мои!

Раскрыла ладони и протянула их к ним. Над каждой появилось серебристое колечко, добавила тихо, чтобы услышали только они:

— Это ваши Кольца Счастья с моими пожеланиями от всего сердца, дорогие мои. Подставьте руки и «Кольца Счастья» сами найдут себе место.

Фрост и Устинья протянули навстречу руки и кольца сами оделись им на пальцы.

— Благодарю, Богиня — сказала Устинья — Ты вернула меня к жизни, любви и счастью! Спасибо тебе великое!

— Благодарю, Богиня. Ты спасла мне жизнь и дала любовь. Я счастлив, что встретил тебя в своей жизни! — сказал Фрост.

Улыбнулась обоим, подобрала юбки и сошла со ступенек вниз, где ждал меня Виктор. Он снова подал мне ладонь и проводил в королевскому обществу.

Ашеры не сводили с меня глаз все это время. Особенно Арис. Он избуравил мне всю спину, пока я поздравляла молодоженов и шла с Виктором в сторону королевской кучки.

— Добрый день, ваши Величества — поздоровалась согласно этикету, стараясь не смотреть на Ашеров — Очень приятно видеть вас всех.

Ответили в том же стиле. Только молодая девица, по всей видимости принцесса, стояшая между Арисом и Анри, злобно зыркнула и промолчала.

— Дарина! Дорогая! Как мы рады тебя видеть! — кинулись обниматься Глория и Стэлисса, не стесняясь остальных, хоть это и не было принято этикетом.

— Я тоже рада вас видеть — сдержанно улыбнулась им, едва отвечая на объятия и помня их разговор с Арисом, который мне случилось увидеть и услышать.

От Иритурия отделаться символикой не удалось. Он засыпал комплиментами, поцелуями рук и шуточными предложениями руки и сердца вместе с седалищем рядом с собой. Я привычно отшучивалась занятым местом у его бока, хитро косясь на Стэлиссу, и смеялась его остротам.

Случайно встретилась глазами с Ведой. Она одобрительно махнула ресницами. Глаза сияли радостью встречи и добром. Я ей ответила тем же, хоть и с некоторым удивлением.

— Господин Арис, — обратилась Виктория к принцу со счастливой улыбкой великой интриганки, готовой к «исполнению плана» — позвольте вам представить мою давнюю подругу Дарину. Мы знаем друг друга так давно, что даже теряюсь в счете лет! Она такая замечательная, что я уверена, вы ее полюбите так же, как и мы с Виктором! Дарина, познакомься с принцем Арисом из Мира Ашеров — счастливо улыбалась Виктория.

Не поднимая глаз сделала книксен. Арис учтиво поклонился.

— Господин Арис! — не отставала Вика — Ну, что же это Вы вдруг стали таким серьезным?! Приглашайте девушку танцевать! Она обязательно должна оценить, как Вы замечательно ведете в танце! Я ей Вас так расхваливала целых полдня, как самого замечательного партнера в танце!

Арис был поставлен в ситуацию, когда выбора не было. Остальные смотрели на него в немом ожидании. Он шагнул ко мне, склонил голову, протянул руку:

— Позволь пригласить тебя на танец?

Мне показалось, что ему проще было бы повеситься, чем приглашать меня. Я его искренне пожалела, но отказать никак не могла. Весомого предлога не было.

— Да, конечно — ответила чуть невпопад, едва коснулась пальцами его руки, и практически сама пошла на паркет.

Он обнял меня одной рукой за талию, я положила руку ему на плечо, пальцы едва коснулись его ладони. Закружились танце. Поднять глаза так и не решилась, смотрела на светло-бежевую кружевную рубашку.

— Извини — сказала серьезно — Это случайность. Я не думала, что Виктория опять начнет меня к кому-нибудь пристраивать и знакомить. Да еще и выберет объектом именно тебя.

Он промолчал.

Танец длился целую вечность. Но и у вечности есть конец. Последний аккорд затих, увидела его легкий поклон туловища, присела в книксене. Подала руку проводить назад. Подвел к остальным, еще раз поклонился.

— Позвольте пригласить Вас на следующий танец, госпожа Дарина? — поклонился Анри.

Глянула на него. Он улыбался, а глаза были серьезными.

— Да, конечно — подала ему руку.

Повел танцевать. Закружились. Его рубашка была тоже кружевой, только чисто белая.

— Почему ты не сказала ему, что ты не согласна с его решением? Почему ты не сказала, что любишь его больше жизни?! Почему ты не настояла на свадьбе?!!! — более, чем эмоционально выдал Анри.

Промолчала.

— Он ждал от тебя только одного слова: люблю. Почему ты его ему не сказала? — тихо рычал Анри.

Нервы напряглись до предела, зазвенели, как перетянутые струны, готовые вот-вот лопнуть…

— Почему ты боишься это ему сказать, Дарина?! Он же с ума сходит по тебе!

Неожиданно сильно закружилось в голове. Я оступилась и чуть не упала. Анри поддержал. Со мной что-то происходило и я не понимала что.

— Что с тобой, Дарина? Ты побледнела…

— Извини, Анри… Что-то происходит… Со мной что-то не так… Выведи меня… Быстрее…

Волны слабости накатывали одна за другой, будто из меня кто-то тянул жизненные силы, будто вытягивал их мощным потоком, торопясь побыстрее закончить с ошибкой природы Дариной…

Главный Маг Мира Ашеров тут же повел меня из зала без лишних слов, коротко оглянувшись назад. Довел до дамской комнаты, растерянно остановился. Дрожащей рукой открыла дверь. Перед глазами все плыло, как в тумане. Анри смотрел на меня с немым укором и беспокойством.

В голове мутилось все сильнее, во рту и горле высохло. Боковым зрением увидела, как Арис выскочил из двери Тронного зала, побежал к нам…

Дамы дружно обернулись к открывшейся двери.

Обернулась к угрозе. На меня двигалась волна, предшествующая сияющему абсидиановой чернотой сгустку заклятия «Смерти». Рефлекс самосохранения кинул из ладони портал. Последнее, что видела, были глаза любимого… Прости….

Content

Маслова Галина Николаевна
Сказания Дарины. Книга вторая

Глава 1. Опять хуторок…

Глава 2. Королевский дворец

Глава 3. Королевские тайны

Глава 4. Две королевы и три короля

Глава 5. Ключ Источника

Глава 6. Мир Ашеров

Глава 7. Мир Драконов

Глава 8. Мир Волков-оборотней