Засецкая Татьяна Евгеньевна

Ставка — Жизнь

Что ни толкуй Вольтер — или Декарт,

Мир для меня — колода карт,

Жизнь — банк: рок мечет, я играю

И правила игры я к людям применяю.

М.Ю. Лермонтов

Переплетая судьбы

И путая пути,

Рок играет с нами

В игру под названьем Жизнь….

Я

Знаете, что сказал карточный шулер, когда его поймали и приставили к горлу нож, когда ему грозила смерть?

Он сказал: «Моя жизнь — это игра в карты вместе с Судьбой. И поверьте мне, она ещё больший шулер, чем мы все вместе взятые. Она тоже потасовывает карты. И если она захочет, мне выпадет смерть, даже если она уже ушла. Или же наоборот. Если на стол уже летит карта с моей смертью, Судьба незаметным движением руки, если захочет, поменяет её, и на стол упадёт карта с жизнью».

Все только посмеялись над ним. А когда собрались его прирезать, то появился патруль, и шулер в суматохе скрылся, забрав и выигрыш, и свою жизнь.

А Судьба скромно тупила глазки, пряча в рукаве карту с его смертью.

Я

Часть первая

Делайте ваши ставки!.

История — собрание фактов, которых не должно было быть.

Станислав Ежи Лец

Признайся: ставя на красное и черное, ты все же не теряешь надежды выиграть на зеленое!

Станислав Ежи Лец

Званый вечер. Красиво украшенный зал в императорском дворце. Банкет в самом разгаре. Играет незатейливая спокойная музыка, а приглашённые сидят за своими столиками и, попивая вино, разговаривают о повседневных и ничего не значащих вещах. Кроме одного стола близ балкона, за которым сидят двое мужчин лет сорока и ведут спор.

— Ну и где же твой хвалёный агент с синим обсидианом? — ехидно выпытывал у собеседника высокий, стройный мужчина в строгом костюме тёмно-синего цвета. У него были такие же синие хитрые глаза и красивое лицо.

— Не волнуйся, — уверял его собеседник — мужчина высокого роста, слегка худощав с серыми льдистыми глазами, одетый в серебристый костюм, который строгим никак нельзя было назвать, улыбка у него та ещё, а у глаз был самый что ни на есть демонический прищур, — скоро будет.

— Ну-ну, — злорадно протянул мужчина с синими глазами и отхлебнул из пузатого бокала добротного виски.

В этот момент к тому, что был в серебряном костюме подошёл слуга и что-то прошептал на ухо. Человек кивнул и, отправив слугу исполнять приказ, победно воззрился на соседа по столу. Тот лишь вопросительно приподнял бровь. Через несколько минут в зале появилась фигура, с ног до головы закутанная в чёрный плащ из очень дорогой и хорошо выделанной кожи. Лицо скрывал глубокий капюшон, но из-под него немного жутковато блестели совершенно чёрные глаза с невероятными красными искрами. Фигура проплыла между столиками и остановилась перед уже знакомым нам мужчиной с серыми глазами. Вновь прибывший почтительно склонил голову, и раздался мелодичный приятный с хриплицой голос.

— Мэтр.

— Кей, — кивнул в ответ тот, — моё поручение?

На это складки плаща чуть колыхнулись, и оттуда вынырнула изящная рука, укутанная в ту же чёрную кожу, только перчатка была без пальцев, и можно было увидеть, что кожа была на удивление белая, словно мрамор, и конечно принадлежала эта рука девушке, если только там не стоит представитель ставной расы эльфов. Мэтр взял листок, быстро пробежал глазами по строчкам, написанным петельчатым, небрежным подчерком, и поднял задумчивый взгляд на фигуру, которая так и оставалась стоять, не шелохнувшись под заинтригованными взглядами всех присутствующих в зале — ей это было просто до фонаря.

— Идём, — сказал, вставая из-за стола и отправившись на балкон. Двери за ними беззвучно закрылись, разочаровав придворных сплетников. Там Мэтр облокотился о перила и задумчиво осмотрел открывшийся на столицу вид — мощёные улицы, расходящиеся лучами от дворца и образующие невероятный лабиринт большого города, добротные дома, в которых горели ночные огни, облака, плывущие по тёмному небу за горизонт.

— И что же ты хочешь мне сообщить? — он повернулся к фигуре. — И сними, наконец, этот плащ, он меня раздражает!

— А сказать я тебе вот что хочу, — произнесла фигура, и капюшон послушно сполз с головы, открыв взгляду невероятно красивое лицо молодой девушки с бледной кожей, алыми губами, идеальной линией бровей, красивым носом и причёской-ёжиком угольно-черного цвета с алой, словно свежая кровь, полосой в стиле молнии от виска. Потом плащ был снят окончательно, а там скрывалось красивое гибкое тело, затянутое в чёрную кожу, именно из неё были сделаны донельзя облегающие штаны и куртка, на ногах были высокие мягкие сапоги из всё той же кожи, а под курткой была надета шёлковая рубашка кровавого цвета, расстёгнутая чуть ли не до пупка, таким образом был достигнут эффект самого большого декольте, из которого видно все, что только можно и нельзя (и размерчик подходящий). — Они отказались.

— Что? — не поверил своим ушам Мэтр.

— То! — в тон ему ответила девушка по имени Кей. — Я припёрлась, а они мне шиш на постном масле в рожу, стрелу под рёбра и лезвие к горлу!

— Черт! — воскликнул он, и кулак опустился на гранитный поручень. — Меня Крис просто съест без соли! Этот камень мне нужен позарез! — сказал и повернулся к девушке, которая вопросительно на него посмотрела, а у самой в глазах уже плясали самые злобные чёртики. — Ты меня поняла?

— Это то, о чём я думаю?

— Да! — уверенно ответил он, но, заметив очень нехороший красный блеск в глазах собеседницы, добавил:

— Лишних жертв быть не должно, можешь делать, что хочешь, но только с верхушкой, невинные пострадать не должны, — девушка заметно сникла, — камень — обязательно, в кратчайшие строки!

— Всё будет тип-топ! — заверила Кей и собралась уже уходить, но Мэтр её перехватил.

— Отправишься утром, а сейчас ты составишь мне компанию.

— Без проблем, но ты уверен, Айлен?

— Ты со мной, тебе ничего не сделают, — уверенно ответил он и приветливо одним движеньем руки распахнул двери в зал.

Девушка пожала плечами и, соблазнительно покачивая бёдрами, направилась к столику, за которым скучал мужчина с синими глазами, названый Крисом.

— Крис, представляю тебе Кей — мою подопечную, — произнёс Айлен. — Кей, это Крис, мой коллега.

— Очень приятно, — очаровательно улыбнулась она и охотно подала руку для поцелуя.

— Взаимно, — улыбаясь, ответил тот.

Следующий час прошёл за ничего не значащей беседой ни о чём и распитием различных напитков. Зал постепенно отходил от столь эффектного появления Кей в нём, и удивлённые взгляды улеглись, вытесненные завистливыми и восхищёнными. Мужчины смотрели на неё, а точнее на отдельные её части, и втихую пускали слюнки, дамы бросали в её сторону завистливые взгляды, которые они пытались завуалировать в презрение, но это у них мало получалось. Потом музыканты проснулись и стали играть мелодию знойного Эстленского танго.

— Потанцуем? — произнёс Айлен и протянул руку Кей. Та, не долго думая, согласилась, с кошачьей грацией встала из-за стола и, провожаемая самыми недвусмысленными взглядами мужчин, направилась в сторону площадки для танцев красивой и призывной походкой.

Когда они стали танцевать, остальные пары просто ушли, оставив их наедине с музыкой. И во время танца весь зал с содроганием сердца смотрел на них, задерживая дыхание на особо чувствительных местах.

Эстланское танго — очень страстный танец, и никто не знает полного его исполнения, если же это не профессиональный танцор. Там очень много скрытых приёмов, которые неопытный взгляд просто не замечает, но танец уже теряет свою ауру. Но они танцевали так, будто делали это каждый день. Различные па, дорожки шагов, резкие движения, наполненные страстью, плавные повороты, излучающие нежность, короткие мимолётные взгляды и продолжительные дуэли. Всё это было. Всё это завораживало и заставляло замирать всем телом, заставляло колотиться сердце в бешеном ритме, заставляло кровь бежать быстрее. Красивый танец.

А они танцевали и не замечали всего этого — ни взглядов, ни сложности. Они делали это, как воин отбивает сложные удары чисто механически, как маг плетёт сложную защиту намертво вбитыми в мышцы пассами.

Вот и последний пируэт, последняя нота, последний шаг. И партнёрша выгибается на руке своего партнёра. Всё застывает.

— Вот я думаю, — тихо, так, чтобы услышала только она, произносит Айлен, — сколько на тебе сейчас оружия.

— А зачем тебе это? — также тихо спрашивает Кей.

— Да вот, хочу узнать, долго с тебя это всё снимать или нет, — усмехается он и поднимает её назад. Зал с облегчением вдыхает воздух и приходит в себя.

— Поверь, долго возиться будешь, здесь нужна тренировка, — отвечает она, и они отправляются к столику.

— Что, уже проверяла? — с самым похабным выражением глаз спрашивает он.

— Да, нашлись такие, — со злорадной улыбкой произносит она.

— Это было потрясающе! — произносит Крис, прикладываясь к её руке сладким и нежным поцелуем.

— Благодарю! — отвечает она. — Я пойду, завтра предстоит очень тяжёлый день, — поворачивается к Айлену и, запечатав на его губах лёгких поцелуй и забрав плащ, уходит из зала, соблазнительно покачивая бёдрами, до такой степени соблазнительно, что хочется сорваться с места, догнать и…. Но лучше этого не делать. Вы ведь слышали, сколько на ней оружия….

* * *

Зал совещаний. Во главе круглого стола сидит император Толиар — высокий мужчина со смуглой кожей, мужественным лицом в обрамлении золотых кудрей и жёлтыми глазами. Дальше сидят первые министры и советники, а также два небезызвестных мага — Крис и Айлен. Сидят напротив друг друга и изредка бросают отнюдь недружелюбные взгляды в стороны друг друга.

Они слушали очередной доклад и скучали, как двери открылись, и в зал прошла Кей. Она была без плаща в таком же кожаном костюме, алой рубашке и с походной сумкой через плечо. Прошла уверенной грациозной походкой. Встала лицом к императору, поприветствовала его резким кивком и повернулась к Айлену. Все смотрели на неё настороженно, и только маг сидел донельзя довольный произведённым эффектом.

— Мэтр, ваше поручение выполнено, — произнесла она и, подойдя к магу, вынула из декольте кулон синего обсидиана, который и вручила ему.

— Хм, — усмехнулся он, кивком благодаря Кей и обводя притихшее собрание победным взглядом. — Молодец! Пресветлый император, — обратился он к главе стола, вставая с места, — позвольте представить вам того, кому мы обязаны огромным количеством артефактов. Кей. Мой агент, который и выполнял большинство заданий.

Первым справился с потрясением император. Он встал из-за стола и прошёл к девушке. Та склонила голову в знак почтения. Император улыбнулся и поцеловал её руку.

— Рад знакомству, — сказал он и обратил взгляд на мага. — Айлен, я одного не могу понять, почему мы не познакомились раньше!

— Мой император, это моя вина, — ответила Кей, мужчина удивлённо на неё посмотрел. — Я не хотела афишировать себя. Всё-таки при моей работе известность может стать причиной смерти.

— Да, я согласен, — улыбнулся ей император и отправился назад.

— Можешь идти, — произнёс маг.

— Хорошо, — кивнула она. — И, Айлен?

— Да?

— Меня не будет две недели — это отпуск. В это время меня не существует. Пока! — она отправила офигевшему магу воздушный поцелуй, залихвацки подмигнула удивлённому императору, от чего тот в ступор впал окончательно, и, чётко развернувшись, продефилировала из зала так, что её провожали восхищённые взгляды.

* * *

— Значит, нам нужен Небесный коготь, — задумчиво протянул маг по имени Айлен и потёр подбородок. В этот момент он думал о том, что Кей совершенно не вовремя вздумалось отдохнуть. Она здесь так нужна. Но её сейчас фиг найдёшь, а если найдёшь, то будет ещё хуже. Так что…. Либо ждать либо посылать другого. Ждать некогда…. — У тебя есть кто-нибудь? — он спросил своего коллегу Криса, который сидел в точно такой же позе и мысли у него были похожие.

— Признаю, твоя Кей — самый лучший вариант, но её нет…. Так что, будем обходиться подручными средствами. Есть у меня кандидатура. Думаю, справиться.

— Давай — посылай, всё равно вариантов нет.

На том и порешили.

* * *

На город — второй по величине после столицы — опустилась ночь, укутав лабиринты улочек и громады домов звёздной шалью. Ветер гулял по закоулкам, а в небе светил тонкий рожок обновляющейся луны, заливая всё загробным и таинственным светом. Изредка где-то на окраинах брехали шавки, кто-то кричал в подворотне, и крик этот эхом разносился по округе. Из таверн и других менее приличных забегаловок доносился смех, стук кружек, треньканье на инструментах, а из некоторых крики и шум очередной драки.

Именно в это время двери одной из таверн открылись, заставив всех присутствующих оторваться от своих занятий, и вошёл высокий, подтянутый мужчина с мужественным лицом, чуть сползшей вправо улыбкой и чертовским прищуром. У него были короткие тёмно-каштановые кудри и светло-карие с прозеленью глаза. Одет был в походную добротную одежду — штаны, сапоги, рубашка, куртка и плащ, висевший на руке, в которой он держал седельную сумку. Мужчина обвёл взглядом зал и свободно прошёл к стойке к хозяину сего заведения, которое называлось «Чёрная жемчужина». Когда он подошёл к стойке на него уже никто не обращал внимания, и поэтому ему удалось без проблем и сложностей заказать выпивку и ужин. Единственным место, где было свободно, оказался стол у окна. Когда он подошёл ближе, то заметил сумку и очень дорогой плащ с курткой, которые лежали на лавке. Он удивлённо осмотрел зал, но никого не обнаружил и решил занять место. Когда он приблизился к столу вплотную, то его амулет на шее, который реагировал на всякого рода заговоры, отчаянно засигналил, оповещая о том, что на этих вещах лежит ТАКОЕ заклинание против воров, что последних, при попытке присвоить чужую собственность, может отправить прямиком к чертям в живом виде. Он ухмыльнулся про себя и, свалив свои вещи рядом, сел ждать заказ, который впрочем, не задержался.

Расправившись с бараниной и отхлебнув из кружки гномьего пива, он углубился в свои мысли, но не надолго. Его внимание привлёк смех в противоположном углу таверны, где собрались почти все посетители, побросав вещи на местах. Он встал и протолкался сквозь толпу. Там стоял довольно большой стол, покрытый качественным войлоком тёмно-зелёного цвета. Напоминал этот стол — поле. По краям и в серединах сторон были вырезаны лузы (всего шесть), к которым крепились мешочки, в некоторых уже было несколько шаров. По всему столу были разбросаны в беспорядке шары размером с кулак. Он усмехнулся теперь уже в открытую. Эту игру он знал. Название она носила заковыристое — Б» ил» ли» й» ард. Придумали её гномы, совершенно недавно — лет пять назад. Заключалась она в том, что игрок с помощью специальной тонкой палки под названием кий загонял шары, которых на поле в зависимости от сложности было 10, 13, 15, 20. При этом, тоже в зависимости от сложности, присутствовал ещё один шар — вышибала — посредством которого и выбивались другие шары, при этом вышибалу забить в лузу было нельзя. Располагались шары с помощью специальных устройств в различных формах — треугольник, круг, ромб, а то и чего похлеще. Игроки (соперники) по очереди, в зависимости от договорённости, принимали ходы и били. И побеждал тот, кто забил больше всего шаров. Вот такая игра и происходила сейчас на его глазах.

Играли двое — мужчина, средних лет с ловкими руками, скорее всего шулер, одетый в простые штаны и рубаху тёмного цвета, который сейчас и бил. И девушка — высокая ростом, с причёской ёжиком в облегающих до неприличия набедренных штанах и ярко-алой рубахе, которая с интересом смотрела на потуги соперника примериться и попасть в лузу. У него это плохо получалось. Как, вы, наверное, узнали, девушкой этой была Кей.

Ему стало интересно.

— Что он так дрожит? — с недоумением спросил у соседа. — Не забьёт и не забьёт, потом отыграется!

— Какое тут отыграешься! — отмахнулся от него тот. — Она бьёт каждый раз так, что сама по нескольку шаров забивает, а ему шиш достаётся!

И тут, словно в подтверждение словам, мужчина всё-таки ударил. Шар, а они играли с вышибалой, столкнулся с другим, который отлетел прямо в лузу. Игрок ухмыльнулся, но вышибала срикошетил от кромки стола и полетел прямиком в противоположную лузу. Этот шар провожали взгляды всех присутствующих, а он, задержавшись на несколько мгновений на самом краю лузы, свалился в неё. Мужик разочарованно взвыл и, со злостью бросив кий на стол, пошёл вон из таверны. Все заржали и стали расходиться. Судя по разговорам, играть с этой бестией не соглашался никто.

— Ну-у-у-у, — разочарованно надула она свои алые губки. — Вот так всегда! Войдёшь во вкус — и никто не хочет!

После этого она собралась уже уходить. И тут у него в голове что-то перемкнуло. Он подошёл к столу и, улыбнувшись своей кривоватой улыбкой, сказал:

— Сыграем?

Она подняла на него удивлённый взгляд невероятно-чёрных с красными искрами глаз.

— Не боишься? — и улыбка у неё неплохая — само ехидство в чистом виде.

— Нет, — покачал он головой и взял кий.

— Хорошо, — ещё раз ухмыльнулась она и тоже взяла свой. — Правила?

— Вышибала, играем по промахам, — начал он перечислять, а она внимательно слушала. — Максимум шаров.

— Кто первый?

— Жребий, — пожал он плечами. Она кивнула и достала монетку. Он тут же почувствовал, что она заговорена на нечувствительность к магии. Всё честно. Монетку подкидывал трактирщик. Все с напряжением смотрели, как она летит, переворачиваясь в воздухе, как катится по войлоку, как застывает на одном месте и крутиться вокруг своей оси, как падает… императором вверх. Он улыбнулся. Везёт.

— Прошу, — сделала она изящный приглашающий жест рукой к столу. Он прошёл, внимательно глядя ей в глаза.

Ладно. Игра началась.

Он выбил два шара одним ударом, но после того, как остальные шары застыли, поморщился — расклад не радует. Если бить, то только рикошетом. Он собрался — все равно делать больше нечего, — примерился и ударил. Шар отлетел, ударился о бортик и полетел в сторону лузы, но он явно кривил. Мужчина подумал уже, что всё, но шар столкнулся с другим и срикошетил в противоположную лузу. Он перевёл дух и мельком глянул на девушку, а та с уважением ему кивнула. Он снова примерился и ударил по шару скользящим ударом. Сейчас он шёл на риск — но других вариантов не было. Вот шар влетел в лузу, а вышибала, встретив на своём пути преграду в виде другого шара, отскочил и тоже залетел в лузу.

Не повезло.

Он кивнул своей сопернице, которая заинтересованно рассматривала расклад. Делала она это довольно долго, но торопить её он не стал. Наконец, она очнулась и подошла к столу. Она поставила вышибалу на место, обозначенное на поле, и, примерившись, очень сильно ударила по нему так, что он отлетел в сторону бортика, где шаров не было. Отскочив от бортика, вышибала полетел в сторону самого большого скопления шаров. Врезавшись в них, он пролетел до самого бортика и полетел назад. После этого врезался ещё в один шар, поменяв направление, и направился в сторону другого шарика, задел того лишь вскользь, но и этого хватило, чтобы шар отлетел к лузе и, немного потрепав нервишки, упал в неё. В результате, когда вышибала застыл, в лузах оказалось четыре шара. Мужчина с уважением посмотрел на неё. Это ведь на сколько нужно вымерять силу и точку, чтобы провернуть такую комбинацию! Она, в то время как остальные отходили от шока, внимательно посмотрела на поле, потом можно сказать легла на стол, отчего у него проснулись все инстинкты — она стояла к нему спиной, а штаны обтягивали до неприличия. А когда он представил, что видели зрители, к которым она стояла лицом, то…. Там ведь ТАКОЙ вырез…. Немного поёрзав, чтобы устроиться поудобнее — и тем самым заставив всех мужчин пустить слюни, — она прицелилась и ударила по шару. В результате чего в лузы улетело ещё несколько шаров, но самого процесса не видел никто. Вот вам и шулер. Следить надо. После этого удара она несколько раз обошла вокруг стола, что-то прикидывая, а на столе оставалось восемь шаров. Она остановилась напротив него и, улыбнувшись многообещающей улыбкой, склонилась над столом…. Какой там Б» ил» ли» й» ард!!!!! Когда ТАКОЙ вырез и ТАКИЕ формы!!!!!! Вот такая мысль пронеслась у него в голове. Когда он пришёл в себя, то на столе оставалось лишь пять шаров, которые располагались каждый напротив своей лузы. Дальше было дело техники. Она стояла и вновь что-то просчитывала. Потом, не отрывая взгляда от стола, обратилась противнику:

— Вышибалу выбиваем или оставляем?

— Оставляем, — произнёс он, настороженно глядя на неё. Девушка серьёзно кивнула, даже не глянув на него.

Она вновь легла на стол, закинув даже ногу, и ударила по вышибале. Шар сорвался с места, а дальше…. Как она это сделала — не известно, но шар коснулся по очереди всех пяти шаров, отправив каждого в лузу, и одиноко застыл на краю последней, так и не свалившись в неё.

Все поражённо застыли, а потом грянул дружный смех. Мужчина подумал, что прокололся, решив с ней сыграть.

— Ну и что же я тебе должен? — спросил он.

— Угости девушку выпивкой, и ты свободен, — улыбнулась она, и они вместе направились к столику. — Я Кей!

— Я Дейв, — он пожал её руку и удивился — она была очень хрупкой на вид, на самом же деле хватка, что надо. — Где научилась?

— Да, так, — туманно ответила она, блаженно закатывая глаза, — есть учитель. За знакомство? — подняла она кружку с элем.

— За знакомство, — подтвердил он и уже не удивлялся тому, как и в каких количествах она хлещет спиртное. Всё-таки если девушка на расплату долга просит угостить выпивкой, значит, она умеет пить….

Пьянка закончилась только под утро….

* * *

В зале народу было мало — только случайные посетители. Хозяин «Чёрной жемчужины» стоял за стойкой и пересчитывал вчерашнюю выручку. Да, неплохо он заработал, очень даже неплохо. А всё благодаря той девице, которая появилась здесь два дня назад посреди ночи — злая, уставшая, весьма помятая и в пыли. Он даже побоялся с ней связываться, так как сам бывший вояка и лисью походку зверя он отличить может даже в пьяном состоянии. Хотя у него были мысли, что проблем будет…. Но как ни странно проблем не было. Пришлось только готовить ей ванну, что весьма проблематично среди ночи, но…. Это того стоило. На утро, а точнее к вечеру, когда она вышла, то была в самом радушном состоянии, поела и умотала куда-то по делам, заплатив за прошлую ночь (хотя была только половина) и за следующую вперёд. Когда вернулась, а это был уже вечер, выпила за здорово сказать целый кувшин лучшего вина и отправилась покорять Б» ил» ли» й» ард. И это у неё получилось. Через час в таверне было не протолкнуться, пиво текло рекой, ставки — огромные, а она играла и забивала. А после игры с приезжим мужиком, у которого тоже была лисья походка, они так напились…. Хотя по ним и не скажешь! Профи — одно слово! Перед тем, как пойти спать, девка сказала, что ей должны принести записку утром, и чтобы он, хозяин, эту записку принял, но разворачивать не смел, а то друзья у неё большие садисты и не любят, чтобы их письма читали другие. Он усердно закивал — слово клиента — закон, тем более, слово хорошо платящего клиента.

От таких мыслей его отвлекла фигура в плаще, которая вошла в зал и прошествовала к стойке. Он сглотнул, похоже, пожаловал тот самый знакомый — садист.

— Чем могу быть полезен? — вежливо спросил он.

— В вашей таверне остановилась девушка по имени Кей? — спросил хорошо поставленным голосом с хриплицой вошедший и снял капюшон. У хозяина таверны ком застрял в горле. Перед ним стоял самый настоящий вампир — высокий, хорошо сложенный, красивое лицо, смуглая кожа, длинные кровавые волосы, собранные в конский хвост, неопределённого цвета глаза — ярко-синие, но с кроваво-красным ободком вокруг невероятно большой радужки, идеальная линия губ, дорогой тёмный костюм.

— Э…. - помимо воли вырвалось у мужчины, на что вампир ухмыльнулся, показав клыки, и пояснил:

— Высокая, волосы чёрные, ёжик, алая прядка, одевается преимущественно в чёрную кожу, умеет играть в Б» ил» ли» й» ард, — наконец добавил он, бросив мимолётный взгляд в сторону стола.

— Да, она здесь, но после вчерашнего…. - договорить он не успел.

— Как всегда с кем-нибудь надралась, — изрёк вампир. — Впрочем, это не важно. Вот записка, — он вынул из кармана куртки свёрнутый листок с печатью, — передать лично ей, когда будет в духе. И, — он собрался уже уходить, но задержался и глянул на трактирщика, — надеюсь, вам не нужно объяснять, что письмо конфиденциально, — а потом вышел.

Трактирщик перевёл дух. Такого ещё не было.

* * *

Под вечер, часиков в пять, по лестнице застучали лёгкие шаги, и в зале показалась Кей — выспавшаяся, а значит, добрая. Она, остановившись на последней ступеньке, очень заразительно зевнула и потянулась всем телом с грациозностью пантеры. Да и походила она на пантеру, как никто другой — затянутая в чёрную кожу до неприличия, высокая, стройная, гибкая. Мечта! Все мужчины, что были сейчас в таверне, с уважением на неё посмотрели — такие девушки, которые не боятся так ходить, либо ненормальные, либо великолепные воины. В это же время по лестнице стал спускаться и Дейв — приезжий, который всё-таки по дурости сыграл с ней вчера и прокололся. Он как раз застал её на лестнице. А когда увидел, как она потягивается, то чуть не свалился с лестницы вперёд головой.

— О, Дейв, привет! — радостно махнула она рукой, когда заметила его. — Как спалось после вчерашнего? — после этого заявления все с завистью посмотрели на воина, а трактирщик ухмыльнулся — что подумали зрители, это понятно, но только он знал, что, напившись, эти двое отправились в обнимку до своих дверей и потом просто разошлись по номерам.

— Башка малька трещит, — справился он с собой и тоже доковылял до стойки, где девушка уже заказала себе «завтрак».

— Э-э-эх, — протянула она, с сожалением глядя на него, — никто не умеет пить без похмелья, кроме вампиров и чертей.

— А ты откуда знаешь? — не поверил он ей.

— Проверено на собственном опыте, — похлопала она его по плечу и направилась к столику, но была остановлена трактирщиком, который вспомнил про вампира.

— Извините, — окликнул он её, — приходил один че…. - собрался уже было сказать «человек», но осёкся и быстро исправился, — ваш друг и передал вам письмо.

— Правда? — искренне удивилась она и взяла записку с печатью. — Когда он приходил?

— Часов пять назад, — задумчиво произнёс мужчина и ушёл на кухню.

— Вот зараза! — она двинула кулаком по стойке так, что все бутылки, стоявшие на ней, подпрыгнули чуть ли не до потолка, но не разбились. Все покосились на неё с ужасом, а Кей прошла за столик, села на лавку и, закинув ноги наверх, разломала печать.

Письмо было написано острым петельчатым подчерком. Было там всего несколько строк сего содержания:

«Ми, не обижайся, мне срочно нужно уехать. Дело не требует отлагательств. Я понимаю, что ты из-за меня взяла отпуск, но….

Я очень по тебе соскучился, ОЧЕНЬ!!!! ПРОСТО ЗВЕРСКИ!!! Не видел тебя чёрт знает сколько! Но у меня проблемы, которые нужно срочно решить.

Не знаю, на сколько это. Только не обижайся и не сердись. Я знаю, я сволочь, подлец, предатель, придурок, идиот, свинья и так далее и тому подобное, но всё равно скучаю, сильно….

Надеюсь, скоро увидимся.

Береги себя.

Прощай….»

— Подлюга, предатель, придурок, эгоист, эксплуататор!!!! — заругалась она, скомкала послание и выкинула в окно. Тут же сверкнула яркая вспышка — письмо самоликвидировалось. — Скучает он…!!!! Я ему устрою…!!!!

— Что-то случилось? — поинтересовался Дейв, садясь за стол и с опаской косясь на разъярённую девушку, из глаз которой чуть ли красные искры не сыпались

— Дейв, скажи, — опёрлась она о стол и нависла над воином, аки гора. Тот лишь боязно на неё смотрел, готовый драпать или защищаться, — я красивая?

Это повергло его в ступор. Он сидел и хлопал на неё глазами. Ну…. Что он мог сказать? Что все мужики будут штабелями у её ног укладываться, стоит ей только пройтись перед ними? Что после вчерашней игры, а в особенности её полежалок на столе все слюнями давятся и он в том числе? Вместо этого он сглотнул и произнёс:

— Конечно.

— Ну вот!! — взвыла она и в отчаянии плюхнулась на лавку. — ВСЁ!!! — она двинула кулаком по столешнице так, что официантка, нёсшая их заказы, чуть не уронила подносы. — Пусть только попробует заявиться ко мне!!! Мне параллельно, какие там у него дела!!!! Мне глубоко фиолетово, что он занят!!!! — выговорившись, она глубоко вздохнула и стала за обе щеки уплетать свой завтрак.

Воин, немного посидев и посмотрев на её резкую перемену настроения, тоже принялся за еду.

— А куда ты едешь? — спросила она его.

— В пограничье.

— По службе?

Он угукнул и стал дожёвывать блин.

— Как ты смотришь на то, чтобы я проехалась с тобой?

— Ты? — не поверил он своим ушам и даже оторвался от еды. — Зачем тебе это?

— Да так, — она провела рукой по голове, взъерошив волосы, — я здесь должна была встретиться с одним гадом, но у него дела. И встреча сорвалась. Поэтому у меня полторы недели ещё свободны — а что делать, я не представляю. Одной шляться тоже не резон. Ну, так как?

— Да я не против, — пожал он плечами. — Мне там в одно место надо, штучку одну забрать, и всё.

— Вот и ладушки, — пропела она и, разом допив пиво, вышла из зала.

Дейв хмыкнул. Странная она какая-то. Резкие перепады настроения. Кого-то напоминает, но вот кого? А чёрт её знает? Плюнул он, наконец, и ещё раз ухмыльнулся. По её словам Чёрт её знает!

* * *

Следующие полторы недели пронеслись совершенно незаметно для обоих. И за это время они успели натворить такого….

Началось всё с того, что в одну ночь, когда они были в сутках пути от пограничья, на них напали. Нет. С ними ничего серьёзного не случилось, но Дейву пришлось выложить ей всю информацию о том, куда, зачем и по велению кого он едет.

— Меня послал мой, как бы выразиться, работодатель за артефактом под названием Небесный коготь.

— Хм, — она озадаченно смотрела на огонь, а в голове появилась догадка. — То есть, ты пашешь на Империю?

— Ну, да.

— Ладно. Я тебе помогу, — отвечает и заваливается спать, а воин сидит и тупо хлопает на неё глазами.

— Не понял.

— Что тут непонятного?

— На кой тебе это?

— У-у-у-у… — провыла она, поднимая на него взгляд чёрных глаз. — Да там такая охрана наворочена, что одному не пройти! Ты загнёшься!

— Но мне известно, про ловушки!

— Про ловушки тебе известно, но ты их видел? Знаешь, как их обезвредить? — ехидно осведомилась она. А до Дейва дошло.

— А ты откуда про ловушки знаешь?

— Да я несколько месяцев по всему континенту шлялась, выясняя про местонахождение этого артефактика и про то, как он охраняется! А прусь я из-за того, что когда Айлен узнает про то, что я знала, но не помогла тебе, то он мне такую козью морду покажет и по головке так погладит, что…. - продолжать она не стала, а только выразительно уставилась на воина.

— Хм, то бишь, ты тоже на Империю пашешь? На мага Айлена?

— Угу. А ты на кого?

— На Криса.

— Это такой с синими глазами?

— Ну, да!

— Приятный мужчина. Встречались.

— Где?

— Я спать! Всё!!!! — она зевнула и, потянувшись, укрылась одеялом.

Дейв тоже вскоре завалился спать. Про охрану они уже не думали, так как устали да и спят оба очень чутко, а Кей так вообще почти не спит. Просто мозг отдыхает, а слух работает, а он у неё тонкий. Так что если что — то, как только так сразу.

Дальше последовал визит в заброшенный храм, где и был спрятан нужный им артефакт. Храм находился под старым и тоже заброшенным замком. В общем, они пробрались внутрь, открыв проход в храм непосредственно с помощью головы (Дейв с лёгкой руки Кей ударился этим «сильным» местом о стену), обезвредили все ловушки (терпким и нелёгким путём проб и ошибок) и добрались до главного зала, где находился…. Орден фанатиков, поклоняющихся какому-то демону, в количестве ста человек. Ну-у-у-у….. То, что было дальше, — не поддаётся никакому описанию. Проще говоря, они вдвоём заметно укоротили список членов этой секты (раза в три), вытащили артефакт из-под самого их носа и слиняли из подземного храма как раз в тот момент, когда замок, стоящий сверху, рухнул вниз.

Они долго ржали….

А потом отправились назад…..

* * *

Зал, предназначенный для военных советов, не пустовал. В нём в данный момент находилось трое мужчин — император и двое его магов — Крис и Айлен. Все были в радушном настроении и обсуждали то, что они смогут всем утереть нос, когда у них в руках окажется Небесный коготь. И тут из-за дубовых дверей послышался подозрительно знакомый возмущённый мужской голос:

— Я всё понимаю, но ответь, за каким чёртом нужно было рушить замок? — при этом голос приближался.

— А что ты на меня то смотришь? — так же возмущённо отвечал ему подозрительно знакомый женский голос. — Я что ль его рушила?

— А кто ж ещё? Не я же!!! — после этого двери открылись, и пред глаза магов и императора явились источники этих шумов. А именно Дейв и Кей, которые шли быстрым шагом и спорили на ходу.

Маги, когда увидели их вместе, просто окосели.

— Император, — почтительно поприветствовали они императора, который странно разглядывал эту парочку, и повернулись к магам. И только тут они заметили состояние последних. Дейв застыл и стал опасливо коситься на выпавших в астрал мужчин.

— Что молчишь? — ткнула его под рёбра Кей. — Артефакт отдавай и пошли! Покажу тебе тот приём!

— Какой? — тут же пришёл в себя воин.

— Про который ты меня пилил всю дорогу, за исключением моментов, когда мы спали.

— А! — просиял он и быстренько отдал магу медальон — Небесный коготь. Кей в это время уже развернулась и пошла прочь. — Эй!! Меня подожди!

— Ага! Счас! Сам догоняй! — донеслось из коридора. Дейв поспешно кивнул всем присутствующим и помчался вдогонку за девушкой.

Через несколько минут голоса в коридоре стихли, ещё через несколько минут маги пришли в себя, судорожно сглотнули и, обречённо поглядев друг на друга, произнесли одновременно:

— Что это было?

— Это был Дейв, — ответил Крис.

— И Кей, — ответил Айлен.

Они ещё раз сглотнули, ещё раз глянули друг на друга и одновременно взвыли:

— Спелись!!!! — после чего они упали в кресла и выпили по кувшину вина одним махом.

— А что сейчас произошло? — придя в себя и прокашлявшись, произнёс император.

— Наши агенты, они… — Айлен не договорил, зато его коллега продолжил за него:

— Встретились, сработались, и теперь нам….

— Хана, кирдык, кабздец, звиздец и полный аут, — закончил за него Айлен и они, повторно взвыв, выдули ещё по приличному количеству вина.

— Почему? — наивно поинтересовался император, впрочем, заранее зная ответ.

— Они поодиночке доставали нас до печёнок, а теперь, когда эти двое спелись…

— Вот, — обличающе ткнул пальцем в Криса Айлен, — а ты предлагал соединить их в пару!

— Каюсь, был неправ! — поднял руки синеглазый маг.

— Что делать?

— Пока ничего! А вот когда эти двое ещё и сопьются, то…. - господа маги понимающе переглянулись и закатили глаза.

— А почему вы уверены, что они сопьются? — поинтересовался император.

— А потому что после удачного задания…

— Идёт более удачная пьянка.

После этого в зале воцарилась гробовая тишина, а Небесный коготь так и остался лежать на столе….

* * *

Лучик солнца проскользил по полу и перебрался на огромную кровать, которая находилась в большой и хорошо обставленной комнате на втором этаже довольно неприметного дома. Выглядел этот дом, мягко говоря, плачевно, но внутри был обделан по высшему разряду. Ну так вот. Лучик солнца пробежался по шёлковым простыням тёмно-зелёного даже ближе к чёрному цвета и запрыгнул на нос спящей девушки. Имя этой девушки было Кей. Лежала она поперёк кровати, а голова её, впрочем, как и всё остальной покоились на довольно большом теле мужчины. А имя ему было Дейв. Спала девушка практически одетой — за исключением отсутствия рубахи, а мужчина так вообще только куртку снять и успел. Нахальный лучик перепрыгнул с аристократического носика девушки на её длинные чёрные пушистые ресницы, которые тут же дрогнули. Кей приоткрыла слипающиеся глаза, помянула «ласковым» словом тех, кто придумал утро после пьянки и, отвернувшись от окна, снова устроилась на широкой мужской груди, даже не поинтересовавшись, а кто это. Лучик солнца обиделся на столь нелестный отзыв о себе любимом и перепрыгнул на лицо мужчины, решив поиграть с тем. Мужчина пробурчал что-то невнятное и, покрепче прижав к себе девушку, перевернулся на другой бок. На это лучик совершенно обиделся и через несколько мгновений вся комната была полна светом. Дейв поморщился от мысли, что нужно вставать, но глаза открыл…. И тут же закрыл их назад. Он увидел перед собой макушку с короткими чёрными волосами и ушки, которые от мочек и до кончиков были проколоты серёжкам разного стиля. Потом он попытался вспомнить, а что же вчера было? Но память, с горем пополам выдав информацию о том, что на двадцатом тосте за компанию они выпили ещё по одному кувшину гномьей настойки, затихла. Дальше память молчит, как партизан на допросе. Бросив сие бесполезное занятие, он попытался было осторожно убрать руки с талии девушки, но та сама по себе ещё сильнее прижалась к нему и, промурлыкав что-то неразборчивое, но очень похожее на «Пошли всех к чёрту!», вновь затихла. Он замер, как громом поражённый. Но это продлилось недолго. Кей сама потянулась все телом и, заразительно зевнув, встала, посмотрела заспанными глазами на Дейва, который в растерянности разглядывал её бюст, потом развернулась, прошествовала к шкафу и скрылась в этом чуде столярного искусства. Вышла она оттуда уже в чистых штанах из всё той же кожи, босиком и, на ходу застёгивая рубашку, вышла из комнаты, бросив ошарашенному воину, что кухня вниз по лестнице и направо.

Дейв, придя в себя и приведя мысли в порядок (похоже это было на то, как нерадивая горничная убирает всю пыль под кровать и ковёр), с огромным усилием сполз с воистину огромной кровати, застеленной тёмно-зелёным шёлком, осмотрел себя в зеркале, висящем на стене напротив и, констатировав тот факт, что пьянка удалась на славу, отправился вниз. Прежде чем выйти из комнаты воин удивлённо замер и уставился на картину, висящую на стене напротив окна. Картина была довольно большой и невольно притягивала взгляд. Но поразило воина не это. Картина совершенно не подходила по стилю этой комнате, но всё равно невероятно вписывалась. На ней было изображено озеро, закованное в голубой лёд. По бокам озеро окаймляли деревья, покрытые толстым слоем снега, который переливался синими цветами. А на заднем плане было изображено чистое звёздное небо и огромная полная луна. Это был портрет Зимы — холодной, красивой, завораживающей, но не богатством уборов, а смертельной красотой, такой, которая есть у смертельной схватки.

Дейв поймал себя на том, что он смотрит на эту картину неотрывно. Он очнулся оттого, что ему почудилось, будто он и вправду вдыхает морозный воздух. Воин покачал головой и усмехнулся. Наверное, это последствия вчерашнего.

Спустившись по довольно широкой лестнице, половицы которой едва слышно скрипели под его поступью, он отправился на кухню, откуда уже доносился сладкий аромат чего-то съедобного. Войдя в кухню, он увидел довольно молодую девушку, которая вовсю суетилась у плиты. Рядом с ней, но не мешая, стояла по-прежнему босая Кей с мокрыми волосами, хотя с её причёской они уже были почти сухими, и что-то усиленно мешала. Он застыл на пороге, не зная, что делать. В этот момент служанка развернулась, держа в руках поднос с блинами, и увидела его. От неожиданности она подскочила, вскрикнула и выронила поднос. Дейв с сожалением подумал, что блинов он не ел давно…. Но, вопреки всему, с блинами ничего не случилось. Кей каким-то невероятным движением оказалась опустившейся на колено, а на подставленной изящной, тонкой аристократической ручке покоился поднос с их завтраком.

— Простите, таинт, я виновата, — покаянно произнесла служанка, опустив голову.

Кей встала, поставила поднос с блинам на стол и посмотрела на девушку.

— Мила, ну что ты как маленькая? Ничего страшного не случилось. И при том, это Дейв тебя напугал, извини, забыла предупредить.

После этого служанка успокоилась и вновь стала колдовать с едой. Кей села за стол и призывно махнула воину.

— Мне бы помыться.

— Тебе не помыться, а отрезвиться надо, — ухмыльнулась он и кинула ему пузырёк с прозрачной жидкостью. — Ванна налево от лестницы, всё уже готово. Это выпьешь, когда залезешь в воду, и не вздумай запивать.

Дейв благодарно кивнул ей и отправился по указанному адресу.

В то время как воин расслаблялся в огромной ванне, больше напоминающей мини-бассейн, раздался стук в дверь. Мила пошла открывать, а, открыв, увидела уже знакомого нам мужчину с высоким ростом и льдистыми глазами.

— Таинт, это к вам, — произнесла девушка, пропуская императорского мага в дом.

— Спасибо Мила, можешь идти, — кивнула ей Кей и кивком поприветствовала своего непосредственного начальника.

Айлен сел за стол и задумчиво оглядел свою подопечную, а та показалась ему очень уж радостной. Не к добру это всё….

Успел подумать он и уже было собрался поинтересоваться у неё, как прошёл вечер, как сзади раздался голос воина:

— Кей, то средство просто супер, что это? Дашь рецептик?

Медленно оглянувшись, Айлен увидел и самого Дейва, на котором были штаны, не застёгнутая рубашка и полотенце, которым он вытирал мокрые волосы. Маг открывал и закрывал рот, не в силах произнести ни слова, а в голове у него уже проносились картины того, как он и его собрат по несчастью Крис тихо умирают от разрыва сердца, вызванного очередной выходкой этой парочки….

— Извини, но я поклялась молчать, — скорбным тоном ответила воину Кей и запихнула себе в рот ещё один блин целиком. — А кстати, Дейв, это Айлен — мой начальник, — добавила она, прожевав и тут же запихнув в рот ещё один блин.

— Рад познакомиться, — произнёс воин и протянул магу руку. Тот автоматически её пожал и наконец-то вышел из ступора.

— Кей, девочка моя, а что он тут делает?

— Как это что? — не поняла она, прожевав блин и примериваясь к очередному. — Завтракает.

Воин в это время уже успел налить себе чая и теперь сидел за столом, уплетал за обе щёки приготовленные Милой блины и закатывал от блаженства глаза.

— А почему здесь? — закипая, уточнил Айлен.

Кей посмотрела на него, как на умственно отсталого, и, вздохнув и прожевав блин, объяснила:

— Айлен, я что, должна была выставить его из дома, как только он проснулся, не покормив и не предоставив возможность освежиться, после вчерашнего? Ты изверг! — изрекла она, наконец, и, встав из-за стола, налила себе чая. А Айлен переваривал новость.

Ну, всё, прощай жизнь, я тебя любил! Подумал он.

— Кстати, а ты зачем пришёл то? — опомнилась Кей, сев за стол.

— Да у нас к тебе есть задание.

— Какое? — оживилась она и навострила уши.

— И ты не будешь возмущаться по поводу того, что тебе нужно отдохнуть после предыдущего задания? — подозрительно уставился на неё Айлен.

— Неа, — небрежно махнула она рукой и отхлебнула чая. — Так, что за задание?

— Вот, — сказал маг и достал из воздуха довольно увесистую папку, которая хлопнулась на стол, обдав всех ворохом пыли. Кей расчихалась, а маг и воин закашлялись.

— Это что? — подозрительно покосилась на этот древний гремуар Кей, тыкая в него пальчиком и капризно морщась.

— Информация, — прокашлявшись, ответил имперский маг. — Здесь всё, что известно. Выезжай в ближайшее время, нужен не срочно, но не затягивай. Надеюсь, всё есть?

— Да, только коника пусть сегодня пришлют и предупредят охрану западных ворот — уеду сегодня поздно, — серьёзно кивнула она.

— Тогда, удачи, — склонил голову Айлен и тут же исчез из дома, воспользовавшись телепортацией.

— Нда, — протянула Кей, уставившись на папку. Скандал, конечно, для порядка следовало устроить, но делать всё равно нечего. И при том, встречаться со своим одним знакомым она не хотела, а если останется, то точно встретится.

Вздохнув, она сграбастала папку со стола и направилась на застеклённую веранду, бросив воину через плечо, что выход он найдёт. Дейв, проводил её восхищённым взглядом и, доев блины и захватив свою одежду, отправился к себе. Да и к начальнику заглянуть стоит.

* * *

Тук-тук, тук-тук….

Тук-тук, тук-тук….

Тук-тук, тук-тук….

Тук-тук, тук-тук….

Мерный перестук копыт убаюкивал, зелёные кроны деревьев перешёптывались и качали листьями, приглашая отдохнуть в своих тенях, а не мчаться сквозь эту жару под палящим солнцем….

Всадник тихо шипел сквозь зубы ругательства, но стойко переносил все условия. До родового замка нужно добраться как можно быстрее, и тогда можно побыстрее будет оттуда слинять. И что понадобилось родителям?

— Если они снова собрались меня женить, я утоплюсь, — издал он нервный смешок, вспомнив прошлые разы, и ударил коня каблуками. Породистый жеребец заржал и прибавил ходу.

В открытые специально по случаю его приезда ворота он влетел, словно метеор, и с великим удовольствием, оставив коня на попечительство конюха, вступил под прохладные своды замка, носящего древнее название Эзэн» Тэллэс» ъ. Несмотря на то, что сейчас он возвращался сюда неохотно, он всегда любил эту громаду, которую перелазил в своё время вдоль и поперёк. В детстве он любил здесь играть, ходить по тайным ходам и пугать слуг, на пути которых выныривал из стены. Здесь он получил свой первый урок, во дворе он впервые почувствовал сладость сраженья, пусть и учебного, впервые почувствовал сладость первого поцелуя и лёгкого увлечения. Здесь он нянчил своего младшего брата и именно здесь они всегда были вместе… в детстве. Эти стены могут многое поведать о прошлом и, скорее всего, могут рассказать будущее. Эти стены могут преподать множество уроков и дать много советов. Могут…. Но никогда этого не сделают, потому, как они умеют хранить тайны, которые им доверяет его семья уже более нескольких тысяч лет. Сумрак в коридорах расслаблял, и в памяти всплывали картины из прошлого. Вот здесь он вылетел из очередного хода и напугал служанку, которая разбила их семейный фарфоровый сервиз, так любимый матушкой. Крику было…. Здесь он преподавал урок младшему брату, а здесь преподавали урок ему. А в этой нише он впервые поцеловался. А тот фонтан, который находится за дубовыми дверьми в просторном зале, он чуть не развалил по камушку, когда его не пустили на поиски семейного артефакта. Не развалил, потому что фонтан — это тайный ход, выводящий в рощу с восточной замковой стороны…. Много тогда было шуму….

Увлечённый воспоминаниями он сам не заметил, как подошёл к кабинету отца. Мужчина смутился, но, проверив своё чутьё, говорящее, что отец там и не один, взялся за резную ручку и открыл тяжёлую дубовую дверь. В комнате стоял полумрак — единственное большое окно было плотно закрыто тяжёлыми тёмно-синими бархатными шторами. За столом в огромном кресле сидел высокий мужчина с угольно-чёрными волосами по плечи, бледной кожей, аристократическим лицом и глазами ярко-синего цвета. Его губы искривились в улыбке, как только стала поворачиваться ручка двери.

— Явился, — ехидно произнёс он, глядя на вошедшего. Казалось, они одного возраста, но на самом деле сидящий в кресле был чуть ли не в четыре раза старше вошедшего.

— Наконец-то! — прозвенел колокольчиком по комнате красивый женский голос. Женщина, на вид которой было лет двадцать пять-тридцать, сидела на небольшом диванчике, затянутая в бардовый шёлк платья. У неё было красивое лицо с тонкими ниточками бровей, выразительные бардовые глаза и упрямый подбородок. Ярко-алые длинные волосы, струящейся волной спускающиеся ниже талии, были свободно распущены по плечам и создавали невероятный кровавый водопад. Она с ехидством рассматривала вошедшего, про себя отмечая, что, не смотря на жару, он не выглядел уставшим, хотя такая жара на вампиров, пусть даже и таких старых, действует пагубно.

Да, вошедший был вампиром, впрочем, как и все находящиеся в этой комнате и почти все в этом замке. Самый влиятельный клан вампиров этой империи.

— Я получил сообщение, — мягко произнёс он. — Что произошло?

— Как это что? — спросила женщина, лукаво глядя на сына. — Через две недели Ночь Чёрного Солнца.

Вошедший взвыл. Только не это! Опять придётся тащиться в какое-нибудь королевство, чтобы провести всего одну ночь в обществе своих «братьев»! Ууууууу….

И из-за этого он тащился сюда, при этом разозлив Камину! Из-за этого он теперь не знает, что она с ним сделает, когда он вернётся! А он вернётся! Потому что она ему не безразлична! И плевать он хотел на все попытки матери (отцу это по фене) его женить и на все запреты!

Прочитав в его глазах всё, что он о них думает, родители переглянулись и ухмыльнулись улыбками профессиональных садистов.

— Не волнуйся, — сладенько пропела женщина, а мужчина безрезультатно пытался скрыть улыбку, — на этот раз мы никуда не поедем.

— Правда? — против воли вырвалось у него.

— Правда, — кивнула она, сверкнув в темноте глазами.

— А в чём подвох?

— Ты что, сынок! — картинно всплеснула она руками и посмотрела на него с выражением оскорблённой невинности на лице. Мужчина в кресле всхлипнул, сползая под стол. Женщина кинула в его сторону уничтожительный взгляд и снова воззрилась на сына. — Как можно!

— Маааам! — протянул он, просмотрев на неё невинными глазами голодного дракона.

— Что, сынок? — похлопала она ресничками.

Мужчина в это время всё-таки не выдержал, и по кабинету разнёсся заливистый смех.

— Извини, дорогая, — простонал он в ответ на возмущённый взгляд супруги.

— Так в чём же подвох?

— Сынок, на этот раз мы никуда не едем, так как нам выпала большая честь принимать наших «братьев» у себя в Эзэн» Тэллэс» ъ, — произнеся сию фразу, женщина стала любоваться непроницаемой маской, которая застыла на прекрасном лице её старшего сына. А ведь он так похож на отца. Мечтательно подумала она.

Потом маска сменилась на поистине детское разочарование. Казалось, он вот-вот расплачется.

— Сын, не делай такое лицо, — насмешливо протянул мужчина. — Тебе, как наследнику, полагается встречать гостей. Что тебе стоит провести две недели в родном замке?

— Правильно! А можно и не две недели! К нам приедет столько девушек…

— Мааам, — страдальчески взвыл он, опускаясь в стоящее напротив стола кресло. — Хватит меня сватать!

— Но…. - попыталась возразить женщина.

— Паааап! Ну, объясни маме, что я не хочу жениться!

— Извини, — одними губами прошептал мужчина и, смущённо пожав плечами, подбадривающе улыбнулся.

— Вот видишь! — тем временем продолжила женщина. — Тебе уже около пяти сот лет!

— Ну и что? — вяло отозвался он, уже привычно отключаясь.

Всё! Понеслось! Именно такой разговор происходил у него с матерью каждый раз, когда он прибывал в замок. Каждый раз старая вампирша вещала сыну про то, что он уже достаточно взрослый, чтобы жениться, что она старая и уставшая от жизни женщина, которая хочет понянчить внуков, что это его увлечение (это она про его великолепную карьеру шибага — охотника за древностями) до добра не доведёт и так далее, и тому подобное. Каждый раз вампирша повторяла это, и каждый раз он усердно кивал ей в ответ, но делал всё рано по-своему.

Когда этот разговор завершился, он с великим удовольствием покинул кабинет и направился в свою комнату, где принял долгожданную прохладную ванну.

Ему просто ничего не оставалось, как быть эти две недели в замке и принимать высокопоставленные семейки. Ладно братишка здесь — хоть не так скучно будет. Уж они то найдут, чем заняться….

— Что, опять матушка пыталась тебе кого-нибудь сосватать? — спросил его Рональд, когда они уже под закатными лучами сидели на крепостной стене.

Он в ответ только угукнул и с тоской посмотрел на кровавые облака, плывущие по небу в даль. Вот бы тоже драпануть отсюда куда-нибудь подальше и Ми с собой в охапку захватить, а то ведь не уедет так.

— И?

— Что и? — посмотрел он на брата.

— Как это что? Получилось?

— А ты как думаешь?

— Нет.

— Ну, вот и ответ.

— Тогда что такой кислый?

— Рон, мне уже надоело выслушивать всё это каждый раз, когда я приезжаю домой!

— Да не нервничай ты! А… — вдруг оборвался он на полуслове.

— Что? — но брат его не слушал. Он смотрел на горизонт, и лицо его постепенно озаряла улыбка. — Ты чего?

— Знаешь, — задумчиво произнёс он. — У меня появилась идейка, как отвадить матушку от идеи твоей женитьбы!

— Да? — неверяще спросил он.

— Да! — таким же тоном ответил Рон.

— И в чём же она заключается?

— Смотри, мама хочет тебя женить, при этом её не волнует, кто будет твоей невестой, так?

— Так, — кивнул он.

— Ну, вот и всё! Тебе нужно привезти пред светлые матушкины очи какую-нибудь девушку, которая ей стопроцентно не понравиться, и представить её своей невестой! — воззрился он на своего старшего братца.

— Ты что, с ума сошёл?! Да мама её в порошок сотрёт, потом невинно улыбнётся и скажет, что она ей не понравилась!

— А ты найди такую, которую не сотрёт! — показал ему язык Рон.

— Да где же я её возь…? — договорить вопрос он не успел. В голове появилась ИДЕЯ.

Нужна девушка, которая не понравиться маман? Пожалуйста! Нужна девушка, которую не сможет стереть в порошок одна из сильнейших вапиресс мира даже в гневе? Пожалуйста!! И всё это один человек!! Точнее одна девушка — Ми!!!!

— Что, по роже вижу, что выход найден! — воззрился на него брат.

— И не только! — зловеще ухмыльнулся он. Ну, всё!! Он свободен! — Да ради этого я готов даже просидеть здесь две недели!

— Что б ты, Зэн, без меня делал? — спросил Рон и спрыгнул со стены, его старший брат спрыгнул следом и вот они уже вместе шагают по каменным плитам замка.

— А ты то не боишься? — хитро прищурился Зэн, когда они подошли к лестнице.

— Чего? — замер Рон, настороженно следя за тем, как старший брат не торопясь поднимается по ступеням.

— Того, что маман займётся тобой, — спокойно бросил он через плечо и последовал дальше. Рональд так и остался стоять у начала лестницы с отвалившейся челюстью и расширившимися глазами, в которых плескалась какая-то подозрительная обречённость, а в голове уже зрел план собственной отмазки или на худой конец побега.

Две недели, несмотря на все ожидания, тянулись невероятно медленно. Изредка в замок приезжали главы других кланов со своими подопечными, и тогда Эзэниэлу приходилось вылезать из их родовой библиотеки, в которой он безвылазно сидел, штудируя древние рукописи на предмет потерянных артефактов, и показывать всё гостям. Рональд возвращался в замок только под утро — довольный, словно наевшийся сливок кот, — и сразу же заваливался спать до заката. Родители носились по замку с умопомрачительной скоростью, раздавая приказы направо и налево и в сотый раз перепроверяя готовность к ритуалу. Гости почти всё время проводили в своих комнатах, отдыхая от дневной жары, которая, казалось, только усиливалась, и выбирались на воздух только ночью. К нему пытались подбить клинья несколько довольно красивых вампиресс, находя самые различные причины, чтобы остаться с ним наедине. Он скрипел зубами, но терпел.

Это был обычный день, когда Зэн, сопроводив прибывших до их покоев, снова сидел в библиотеке и рыскал по самым верхним полкам в поисках дневника одного его предка, описание которого он нашёл в дневнике другого своего предка. И в момент, когда в коридоре у библиотеки раздался возмущённый женский вопль и отборный мат его братишки, он висел в нескольких метрах над полом, сосредоточенно вчитываясь в витиеватые закорючки своего прапрапра… дедушки, пытаясь понять смысл. В следующий момент, захлопнув дверь и подперев её собой, в библиотеку влетел весьма помятый и запыхавшийся Рон с огромными глазами. Зэн от неожиданности выронил книгу из рук и, неловко покачнувшись, сам свалился следом, впрочем, извернувшись в воздухе так, чтобы нормально приземлиться.

Далее в комнате повисла гнетущая тишина, которая нарушалась только прерывистым дыханием младшего брата. А в следующий момент раздался стук в дверь, от которого Рональд посерел, и красивый женский голос промурлыкал, при чём сопровождалось это каким-то звуком, подозрительно напоминающим скрежет точимых о дерево когтей:

— Ронни, миленький, открой дверь.

Рон посерел ещё больше (хотя это было в принципе невозможно) и собрался было уже падать в обморок. Эзэниэл решил вмешаться, пока его горячо любимый братишка не откинул копыта (а кто возглавит род после ухода маман с папан на пенсию? На счёт своего будущего у него уже имелись планы, и в них не входило управление кланом), и, мягко оттерев плечом брата к шкафу, чтобы того не было видно, открыл дверь…. И еле успел увернуться от загребущих ручек вампирши, на которых красовались огромные ярко-алые когти.

— Ронни, ну что ты… — возмутилась было она, но, заметив, что перед ней стоит совершенно другой вампир, осеклась и смущённо опустила глаза. — Простите, а можно Рона?

— Я своего братика уже сутки не видел, сам бы хотел с ним побеседовать, — и глазом не моргнув, соврал он, отмечая про себя на будущее, что девушек вампиресс нужно держать подальше от себя — на двери явно проступали борозды, оставленные когтями.

— Но как? — расстроилась она. — Я же точно видела, как он влетел сюда!

— Простите, но его здесь нет.

— Аааа…? — хотела она задать вопрос, но, взглянув на непоколебимого Зэна, вздохнула, развернулась и пошла по коридору, принюхиваясь, словно ищейка.

Вампир захлопнул дверь и воззрился на своего младшего брата, который даже не дышал во время разговора.

— Она ушла, — насмешливо кивнул Зэн на немой вопрос братишки и, закрыв дверь на запор, опустился в кресло. Рон всё так же стоял, облокотившись о стенку, а потом медленно сполз по ней и сел на пол, вытянув длинные ноги.

— Фуууух, — облегчённо выдохнул он, проводя по волосам, и с благодарностью посмотрел на старшего брата, который сам того не подозревая спас ему жизнь. — Я твой должник.

— Что, всё так плохо? — поднял бровь Зэн.

— Не представляешь, — покачал он головой. Потом встал и, налив себе полный бокал виски, опустился в другое кресло.

Зэн, поразглядывав братишку несколько минут, поднял книгу с пола и вновь погрузился в чтение. Рон, огромными глотками истребляя спиртное, растёкся в кресле и думал о том, что он теперь из замка не вылезет, пока все гости не разъедутся, ведь покрывать его никто не будет. А выбраться из замка просто так не выйдет, так как родители предусмотрели его (и не только) тягу к побегам и перекрыли все тайные выходы. Теперь ещё осталось решить, как добраться до собственной спальни, в которой он мог бы окопаться до ритуала.

Так они и сидели в полутёмной библиотеке, занятые своими мыслями, пока не приехала очередная делегация. Зэн с тяжким вздохом оторвался от книги и, запрятав её в карман, поднялся с кресла встречать прибывших, которые по идее должны были быть последними.

Но вот день ритуала настал. Зэн его чуть не пропустил, так как он таки добрался до самого интересного места, в котором описывается древний семейный артефакт, который был добыт его далёким предком в пещере одного дракона. Этот артефакт, а точнее артефакты, представляли собой парные браслеты, выполненные из белого золота. На них не было никаких украшений, кроме рун неизвестного происхождения и значения. Его предок был магом и он предположил, что эти браслеты — телепортатор. Определил он это по исходящей от браслетов силе, но активировать их он так и не смог. А потом записи обрываются, из чего можно сделать вывод, что предок Зэна канул в лету, прихватив с собой и браслетики. Хотя очень может быть, что его предок наконец-то нашёл способ активировать заклинание и телепортировался подальше отсюда.

Подумать над этим как следует ему не дали. В его комнату влетела маман и, нагло вытащив его из кресла, за шкирку потащила в подземный зал, не обращая внимания на все его трепыхания. В конце концов, он сдался и просто повис в руках вампирши.

* * *

Кей, матерясь на нескольких языках сразу на весь дворец, шла по коридорам по направлению кабинета своего начальника. За эти дни она устала как собака. Придворные, впрочем, встречающиеся редко, так как девушка шла переходами слуг, шарахались от неё в сторону. Слуги уже привычно вжимались в стены или же сворачивали с дороги их придворного шибага. Все знали её крутой нрав, а если ещё и настроение паршивое — так вообще туши свет. А сейчас у неё было даже не паршивое настроение, а отвратительное.

Всё дело оказалось в том, что этот самый свиток, за которым её послал Айлен, оказался не у подводных жителей, а у эльфов. А эльфы (ЕСТЕСТВЕННО!!!!) отдавать его отказались. Ну а вы бы отдали национальное достояние подозрительной личности с волосами пепельного цвета и эльфийской внешностью? Конечно, нет! Вот и остроухие были такого же мнения! Не удивляйтесь, Кей просто сменила на время внешность, а то ещё, не приведи Боги, эльфы её запомнили (а это, несомненно, случилось бы) и покатили бы бочку на империю! Да Айлен бы её в салат покрошил за такую подставу! Вот ей и пришлось красть этот свиток из хранилища одного из самых влиятельных эльфийских домов. Её изрядно потрепало, пришлось запутывать следы, срочно избавляться от дорогостоящего амулета, полностью меняющего не только внешность, но и ауру, и во все ноги драпать в столицу, чтобы слить свиток начальству и забыть.

У девушки было только одно желание — помыться, так как во время дороги шанса такого не было, и выспаться по аналогичной причине.

— Простите, а вы к кому? — поинтересовался у несущейся девушки новый секретарь мага, а точнее сказать очередной.

Кей, которая уже подошла к дверям, остановилась, как вкопанная. Секретарь — смазливый парень лет двадцати — инстинктивно напрягся и отступил на шаг назад. Да, естественно, Кей понимала, что его просто не успели предупредить, и, может, в другой раз она бы вежливо ему разъяснила, кем она является, но в данный момент, как уже было сказано, она была не в духе, далеко не в духе. Поэтому парню не повезло.

Сам же парень об этом даже не подозревал. Он сейчас как-то не обратил внимание на это. А ещё он просто не захотел вспомнить то, что говорил ему его знакомый. А именно вот что. Его знакомый наказывал ему, чтобы он ни в коем случае и никогда ни при каких обстоятельствах и ни под каким предлогом не вставал на пути у придворного шибага, шефство над которым несёт Айлен. Но он про это даже не вспомнил. Естественно, ему и в голову не пришло, что такая умопомрачительная девушка может быть придворным охотником за древностями. И, честно говоря, он сейчас вообще ни о чём не думал, кроме как о самой этой девушке, которая показалась ему совершенной, мечтой мужчины, идеалом. Картинку не портили даже волосы, остриженные чуть ли не под корень. Но зато какого они были цвета….

Кей медленно повернулась вокруг себя и посмотрела на парня своими удивительными глазами, в которых сейчас отражалась долгая и мучительная смерть секретаря Айлена. Девушка словно загипнотизировала его. Да, ему было страшно. Но глаза притягивали. Да, он хотел отвести взгляд, а ещё лучше сбежать куда подальше. Но глаза этой незнакомки не хотели отпускать, они погружали в себя, словно в омут, в самой глубине которого тлеющими угольками вспыхивали красные искры. И секретарь летел к ним, летел к этим уголькам. Вот, ещё мгновение и он прикоснётся к ним и ощутит их уходящее тепло. Но стоило ему протянуть руку, как угольки вспыхнули и вокруг него уже бушует красное, сжигающее дотла, выпивающее все силы так, что даже закричать не выходит, пламя. Была только боль и ревущее пламя вокруг.

И если бы Кей не взяла себя в руки, то Айлен бы лишился своего нового секретаря. Она вдруг пришла в себя. Сначала её затопила ярость — всесильная, но слепая. А потом пришло понимание, что этот мальчик и правда ни в чём не виноват, что она сейчас может убить совершенно невинного человека. Раньше она тоже убивала, и чувства вины не было, но не сейчас. Наверно, вмешалась-таки совесть, которая видимо, уезжала очень далеко или впадала в летаргический сон. Так или иначе, но Кей потушила огонь в своих глазах. Потом прикрыла их, давая отдых, иначе они начинали слезиться, и, стараясь говорить нейтральным голосом, произнесла:

— Я к Айлену по его поручению.

Парень словно очнулся. Вот вокруг него бушует необузданная огненная стихия, и вот он уже опять стоит в коридоре дворца и разговаривает с прекрасной незнакомкой.

— Я могу идти? — она, не дожидаясь ответа, уже взялась за ручку, как расслышала голос.

— Простите.

— Что? — процедила она сквозь зубы, подавляя навязчивое желание подойти и врезать ему.

— Мага Айлена сейчас нет, он ушёл ещё утром и не сказал, когда вернётся.

Кей заскрипела зубами, а из горла вырвался глухой рык. Она, переборов себя, открыла дверь в кабинет своего начальника, бросив на стол завёрнутый в тряпицу свиток, вышла назад и громко хлопнула дверью. Уже почти скрывшись за поворотом, она остановилась и бросила через плечо, стоящему в ступоре парню:

— Скажи, Кей приходила. Задание на столе. Отчёт он пусть засунет себе в… — и, произнеся сию речь и подмигнув обалдевшему парню, отправилась к себе домой. Гнев прошёл и настроение резко поползло вверх.

А парень просто стоял в ступоре и бездумно смотрел в стенку, думая, что эту девушку он уже никогда забыть не сможет. Впрочем, не он один.

* * *

Кей, вдоволь нагулявшись по вечерней столице, зашла в свой домик. Последние два дня можно было с гордостью назвать раем. Да, именно раем. Её никто не доставал, даже воры и грабители ей не попадались на дороге, и она даже невольно думала, что они уже кончились. Жизнь текла тихо и размеренно, на дворе было лето. Жара наконец-то спала, и теперь было просто тепло. Айлен заперся у себя в кабинете и сидит там безвылазно с того самого момента, когда его новый секретарь передал ему о посещении Кей. В общем, имперский шибаг просто отдыхала и наслаждалась жизнью. Правда, девушке было бы ещё лучше, если бы на дворе стояла зима.

Она всегда любила зиму — морозную, снежную. Когда с небес падают пушистые хлопья, а под ногами хрустит мороз. Когда воздух свежий и острый, словно сталь. Когда всё вокруг переливается, блестит, словно кто-то рассыпал звёздную пыль по земле. В такое время Кей ни за какие деньги не загнать домой. Она круглыми сутками ходит по улице и просто любуется этим состоянием природной полудрёмы, вдыхает морозный воздух и смотрит на такие яркие и такие близкие и в то же время далёкие огоньки звёзд. Некоторые считают, что звёзды вмешиваются в судьбы тех, кто ступает по этой земле, некоторые же полагают, что это не так. Кей относилась к первой группе. Она искренне верила, что звёзды не просто наблюдают со своей высоты, что они принимают непосредственное участие в судьбах других. Она не была ярой сторонницей, но и отрицать это она не бралась.

Однажды она не удержалась от соблазна, а точнее её соблазнил на это один нахальный вампир, когда они в одном городке встретили цыганский табор, и сходила к гадалке. Кей — не такой человек, судьбу которого можно прочитать по глазам, не говоря уже о лице. Пожалуй, это удалось только двоим: вампиру, который каким-то непостижимым образом почувствовал её прошлое, и цыганской гадалке, той самой, из городка с ярмаркой. Тогда Кей, чтобы проверить истинность слов женщины, предложила ей для начала попробовать рассказать её прошлое. И цыганка рассказала. Она рассказала даже то, что сама девушка хотела бы забыть. Она рассказала всё, а потом предсказала, что Кей потеряет себя. А на вопросительный взгляд гадалка произнесла слова песни, которую любят петь барды в трактирах:

Такого снегопада…

Такого снегопада

Давно не помнят здешние места,

А снег не знал и падал…

А снег не знал и падал…

Земля была прекрасна, прекрасна и чиста…

Раньше Кей как-то не прислушивалась к этой песне, она казалась девушке неинтересной и очень уж банальной. Но после этого случая с гадалкой Кей внезапно полюбила эту песню. Она знает её наизусть. Эта простая на первый взгляд песня для неё стала чем-то вроде девиза по жизни, после того, как девушка открыла второй смысл этой песни. И теперь зима у неё навевает простой тихий мотив и знакомые слова, которые вырезаны у неё в сердце осколком льда.

Именно такие мысли проносились в голове девушки, когда та поднималась по лестнице в своём доме, которая даже ни разу не скрипнула под лёгкой поступью своей хозяйки. Кей зашла в спальню и посмотрела на картину, которой недавно поражался Дейв. Эта картина была принесена из одного задания почти сразу, как только она поступила на службу к Айлену. Она всегда висела в спальне и всегда она погружала в себя. В этой картине словно был собственный маленький мир вечной зимы, вечных снегов и вечных звёзд. Кей любила эту картину. Она помогала девушке расслабиться, прийти в себя, принять решение. Она была подружкой, которой можно было рассказать всё, что наболело. И главное, эта картина напоминала девушке о любимом времени года — о зиме.

— Тебе идёт такая улыбка, — раздался сзади обволакивающий и убаюкивающий тихий голос. Кей не вздрогнула — к его внезапным появлениям из ниоткуда она уже давно привыкла. А на счёт улыбки — она и сама не заметила, что стоит и улыбается. Вообще не понятно, как это увидел он, стоя за спиной.

Дальше по комнате вновь разлилась тишина.

— Ты обиделась? — раздался тот же голос, только уже чуть ближе, и в нём слышалось скорее утверждение, чем сам вопрос.

Кей не ответила, она просто стояла и смотрела на картину. А тот, кто так беспардонно влез к ней в комнату, покаянно вздохнул, качнув головой, от чего кроваво-красные волосы, затянутые в хвост, слегка качнулись.

— Прости, пожалуйста. Я получил послание от родителей, в котором говорилось о важном и срочном деле. Я не мог им отказать, это мой долг — хоть изредка выполнять волю родителей, — он усмехнулся и посмотрел на девушку. Та так и стояла, словно статуя. — Ми, — сказал он, подходя ещё ближе, — я не видел тебя дьявол знает сколько.

— И что? — битым хрусталём разнёсся по комнате холодный голос девушки.

— Я соскучился, — совсем тихо прошептал он, подходя совсем близко и обнимая её за плечи. Кей попыталась высвободиться, но это привело лишь к тому, что он развернул её лицом к себе и дальше своих рук не выпустил.

Девушка встретилась с синими с кровавым ободком глазами вампира, в которых сладким мёдом разливалась нежность, и пыталась заставить себя отвлечься. Но вся её решимость с каждым мгновением всё уменьшалась и уменьшалась. Тем временем глаза вампира становились всё глубже и глубже, и она уже просто не могла отвести от них своего взгляда.

— Это банальное совращение, — сказала она, но получился шёпот. Сейчас она ругала себя за то, что не может применить на него силу, а этот наглый вампир нахально этим пользуется. На это он только улыбнулся, блеснув клыками, и коснулся кубами уха.

— Прекрати, — хрипло сказала она, тщетно пытаясь его оттолкнуть. На все её дальнейшие попытки освободиться вампир только ухмылялся. — Если не перестанешь, я применю силу, — сделала она ещё одну попытку и почувствовала, что это была последняя — ещё на один такой подвиг она просто не способна. К сожалению, вампир тоже это почувствовал и, победно блеснув глазами, проскользил губами по её шее.

— Зэээн, — протянула она, чувствуя, как остатки самообладания испаряются.

— Что? — поинтересовался вампир, отрываясь от её шеи и непонимающе глядя ей в глаза. А у самого в глазах уже бегали нахальные чёртики.

— Я не шучу.

— Да? — состроил он огорчённую физиономию и оглядел девушку с ног до головы откровенным взглядом. — И сколько на тебе этого добра?

— Много.

— Врёшь.

— А ты проверь, — нахально заявила она, вставая в позу и наконец-то приходя в себя. Вампир ей ответил тааааким многообещающим взглядом и, ещё раз окинув всю её хрупкую фигурку уже профессиональным взглядом, принялся за нелёгкое дело обезоруживания Кей.

Первым делом на пол полетели наспинные невидимые ножны с парными клинками. Потом невидимые набедренные ножны с изящной катаной. Затем вампир опустился на одно колено и резким движением вытащил из невидимых ножен на высоких сапогах девушки длинные кинжалы, которые можно было использовать, как для метания, так и для ближнего боя. Всё это добро было свалено ровной кучкой на полу.

Вампир встал и задумчиво посмотрел на Кей. Та ответила ему вопросительным взглядом. Вампир ухмыльнулся, и дальше на пол полетела кожаная куртка девушки, несколько различных кинжалов, дроты, иглы, пчёлки, звёздочки, кастет. В общем, после повторного обыска кучка выросла раза в три.

Вампир с уважением покосился на гору оружия, которою девушка с лёгкостью таскает на себе. Кей вопросительно приподняла бровь.

— Всё?

Вампир прищурился, а потом подошёл к ней и, решительно притянув к себе, впился в губы. Через несколько мгновений он резко прервал поцелуй и выплюнул изо рта острый треугольничек, а по его губам стекла капелька крови.

— Ты закончил? — снова спросила она, не обращая внимания на гаденькую ухмылку вампира.

— Пожалуй, да, — облизнулся он, оглядывая Кей с ног до головы. Надо отдать ему должное. Девушка стояла в сапогах, штанах и коротеньком «топике» — новом изобретении эльфов.

— Отлично, — отозвалась она и хотела уже уйти, но вампир преградил ей дорогу, и теперь она вновь была в надежном плену его рук.

— Зэн, ты нарываешься на грубость, — спокойно произнесла она, впрочем, не делая попыток высвободиться.

— Ми, — проникновенно прошептал он, склонившись к её уху, — у меня к тебе есть деловое предложение.

— Да? — подняла она на него глаза. — Я тебя внимательно слушаю.

— Претворись моей невестой.

— Что? — вырвалось у неё. Девушка стояла и непонимающе смотрела на до неприличия серьёзного вампира. Он что, издевается? Но по глазам того было видно, что нет. Кей стояла не в силах произнести ни слова с округлившимися глазами, а вампир всё это время терпеливо ждал, когда пройдёт ступор.

— Как это? — просипела она, всё ещё не до конца придя в себя.

— Просто хочу отвадить маман от идеи моей женитьбы.

— То есть, ты хочешь привезти меня в свой родовой замок, где полным полно вампиров, чтобы меня там на ленточки порезали! — возмутилась она и, собрав всю свою волю в кулак, вырвалась из объятий вампира. — Спасибо тебе большое! Ты всегда такой заботливый! — съязвила она, распаляясь ещё больше.

— Ми, ты не поняла, — слабо попытался возразить вампир, уже инстинктивно отступая к окну.

— Чего я не поняла? Того, что ты от меня избавиться решил? — наступала она, а в глазах уже разгорался кранный огонь. Девушка даже и не заметила, как гнев затопил всё. А вот вампир заметил. Он уже один раз видел последствия того, что может произойти, если его подругу вовремя не остановить. Но вот только бочки холодной воды сейчас под рукой нет. А ведь именно этим он приводил её в себя в прошлый раз. А бегать за водой просто нет времени. И ведь не факт, что он сам сможет справиться с девушкой, когда она в таком состоянии.

Пока Зэн лихорадочно думал над тем, как утихомирить Кей, та медленно, но верно приближалась к нему с невероятной грацией и пластичностью пантеры. И вот, когда их разделяла пара шагов и когда Кей уже бросилась к вампиру, Зэн принял самое оптимальное решение, которое пришло ему на ум. Он тоже бросился ей навстречу, каким-то чудом увернувшись от её выпадов, впился губами в её губы и поцеловал. Некоторое время она трепыхалась и глухо рычала, но потом вампир почувствовал, что мышцы расслабились, и рычание превратилось в довольное мурлыканье. Он с огромным трудом заставил себя оторваться от её губ и посмотрел ей в глаза.

— Всё?

— Угу, — кивнула она, довольно щурясь, словно наевшаяся сливок кошка на солнце. — И ещё кое-что.

— И что же? — поинтересовался он, уже склоняясь к ней.

— Ты должен….

— Угу, — отозвался он, касаясь губами её виска.

— Мне объяснить, — вампир пробормотал что-то в знак согласия, скользя губами от её виска вниз, — что значат твои слова, — договорила она, уже обнимая его и распуская волосы вампира. А те рассыпались по плечам кровавым водопадом.

— Всенепременно, — прошептал он, переходя к шее Кей. И стоило ему коснуться бьющейся жилки на её шее, как тормоза просто отказали, впрочем, не у него одного. Кей решила, что отношения можно будет выяснить и как-нибудь в другой раз.

В общем, серьёзный разговор был временно отложен на неопределённый срок.

* * *

В комнате царил полумрак. На улице уже вовсю светило солнце, но в спальне было прохладно и темно. Тяжёлые заговорённые шторы плотно закрывали большое окно, не пропуская ни одного самого маленького и нахального лучика света, которые старались проникнуть внутрь, чтобы разбудить парочку, лежавшую на огромной кровати, застеленной тёмно-зелёным шёлком. Впрочем, будить нужно было только девушку, которая лежала, уткнувшись остреньким носиком в шею мужчине и обнимая того. А он же просто лежал, наслаждаясь тишиной и мерным дыханием девушки, машинально проводя рукой по незаметной полоске шрама на её плече.

Это стало уже привычкой. Каждый раз, лёжа с ней, он удивлялся, как ему хорошо и спокойно. По телу растекалось тепло и уверенность в настоящем. Хотелось просто улыбаться во все клыки, не боясь привлечь к себе излишнее внимания и напугать кого-нибудь излишне впечатлительного. Хотя, кого пугать? Ми? Да у неё самой клыки не хуже будут, если захочет.

Он невольно усмехнулся и почувствовал, как сердце девушки сбилось с мерного медленного ритма и пошло по новому, почти такому же, но более приспособленному к нормальной жизнедеятельности. Она сжала его ещё сильнее, словно мягкую игрушку так, что он невольно охнул, и улыбнулась, касаясь губами его шеи в опасной близости от сонной артерии, и он явно почувствовал наличие немаленьких клыков.

— Доброе утро, — улыбнулась она, с трудом пытаясь заставить глаза открыться до конца.

— Уже день, вроде, — он вернул ей улыбку и легонько чмокнул её в нос. Она недовольно поморщилась, пытаясь не замурлыкать от удовольствия.

— Да?

— Да, — кивнул он, наблюдая за личиком Кей, на котором отражалась тяжёлая умственная деятельность.

— Ну и о чём мы так усердно думаем? — поинтересовался он, прерывая затянувшуюся паузу.

— А тебе зачем? — сказала она, настороженно прищурившись.

— Решил, может, чем помочь смогу? А то у тебя с утра соображалка слабо работает, — усмехнулся он и приложился губами к её подбородку.

— Какой же ты всё-таки противный нахальный упырь, — беззлобно протянула она.

— Да, но ты забыла, что я ещё умный, сообразительный и до умопомрачения красивый! — ответил он, ни чуть не обидевшись.

— И самонадеянный!

— Угу, — кивнул он с самым серьёзным видом.

— Противный ты, уйду я от тебя, — грустно вздохнула она, сдерживая ухмылку людоеда и отползая к краю кровати.

— Это почему это? — встрепенулся вампир, без труда её догнав и прижав к кровати своим весом в весьма невыгодном для неё положении. — И к кому?

— А вот это не твоё дело! — заявила она с выражением на лице, которое принято называть «а мне всё до фонаря».

— Сам выслежу и порву на ленточки эту сволочь! — по-зверски усмехнулся вампир с видом садиста со стажем.

— Да? — прищурилась Кей.

— Да! — самым решительным тоном произнёс он.

— Интересно будет посмотреть, как ты сам себя на ленточки рвать собрался, — ехидно заметила она, с удовольствием наблюдая за спектром эмоций на обычно бесстрастном лице вампира.

— И ещё про меня что-то тут возникает, — посетовал вампир, возведя очи к потолку, и, не давая Кей вставить очередную колкость, закрыл ей рот долгим поцелуем.

С трудом оторвавшись друг от друга, они вновь улеглись на кровати в прежней позе. Кей млела от удовольствия и водила рукой по груди вампира. Но тут её пальцы наткнулись на небольшой шрам от рваной раны прямо под сердцем, если конечно у вампиров оно присутствует. На мгновение она замерла, но и этого мгновения хватило, чтобы Зэн насторожился.

— Что-то случилось?

— Нет, — отозвалась она, чуть приподнимаясь, чтобы успокаивающе заглянуть в удивительные глаза вампира. — Просто наткнулась на кое-что.

— Да, и на что же?

Вместо ответа она провела пальцами по шраму и вновь опустилась на его плечо. Он с минуту лежал неподвижно, а потом покрепче прижал девушку к себе.

— Ми, а ты помнишь, как мы познакомились?

Это был глупый вопрос, естественно, она помнила.

— Конечно, — отозвалась она, положа руку на шрам. Он накрыл её ладонь своей. — Такую встречу трудно забыть….

На самом деле история их знакомства не обошлась одной встречей. Их было две. Но зато какие!!..

Первая встреча произошла десять лет назад в самом начале карьеры Кей в качестве шибага, а точнее сказать в качестве имперского шибага. Тогда Айлен послал свою протеже на довольно лёгкое на его взгляд задание. Нужно было достать скипетр — накопитель силы. Находился этот скипетр в храме Бога Кровавой Луны. Этот культ был ответвлением от движения вампиризма. В давние времена помешавшиеся на власти вампиры создали этот культ, но потом свои же собратья, которые, как известно, очень свободолюбивы, прикончили их, и культ умер. Как оказалось, не умер. Просто заснул на много столетий. Его возродили фанатики, которые, наслушавшись легенд о совершенной расе бессмертных, захотели стать такими и обратились к этому божеству. Деятельность их никому не мешала и поэтому на них просто плюнули, не забывая впрочем, изредка корректировать их действия, чтобы не вышло ничего непредвиденного.

Вот именно туда и отправилась молодая, но сильная Кей. Храм этого бога был создан вампирами, и именно поэтому он находился под землёй. А точнее он находился под невысокими горами. Входов в него было много, как утверждалось, они были проложены под землёй, чтобы даже молодые и восприимчивые к солнцу вампиры могли примкнуть к своим собратьям. Некоторые из них были завалены, о некоторых не знали, а некоторые до сих пор действовали. На самом деле, чем ближе было к сердцу храма, тем запутаннее был лабиринт, и не знающий мог годами ходить по кругу, даже не подозревая об этом. Но девушке не было страшно. Её подгоняло любопытство. Как и любой уважающий себя шибаг, она просто не могла пройти мимо такого склада неразгаданных тайн. И поэтому девушка упорно шла вперёд, не страшась темноты, которая ей совершенно не мешала в силу её способностей, и возможности заблудиться, уж что-что, а выход она отыщет в любом состоянии.

И вот, темно, тихо, словно в гробу, и прохладно. Стены словно скрадывали звуки, хотя должны были наоборот добавлять гулкости. Бесконечные коридоры, ответвления и ходы, из которых выглядывала всё та же непроглядная тьма. И постоянная опасность наткнуться на какого-нибудь монстрика — фанатики не скупились на охрану своих святынь от именно таких личностей, как Кей.

А вот и долгожданный поворот, который ведёт к главному залу. Кей с облегчением вздохнула и пошла чуть быстрее, всё же опасаясь нападения из многочисленных ходов и ниш. Но нападения не было. Девушка усмехнулась про себя, она ожидала другого. И тут её зрение мигнуло, на мгновение оставив девушку в непроглядной тьме. Кей остановилась и прислушалась к своим ощущениям, но потом успокоилась. Айлен предупреждал, что со способностями могут возникнуть некоторые проблемы. Девушка двинулась дальше и уже почти вошла в коридор, который оказался очень узеньким — двое с трудом могли бы разойтись, — но тут она совершенно неожиданно для себя натолкнулась на кого-то. Впрочем, этот кто-то тоже не ожидал никого здесь увидеть. Они одновременно встали в боевые стойки, напряжённо всматриваясь в глаза друг друга.

— Ты кто? — раздался довольно красивый мужской голос.

— У меня к тебе такой же вопрос, — отрезала она, а сама лихорадочно просчитывала пути отступления — уверенность уверенностью, а подстраховаться не помешает. Её противник совершал аналогичные действия.

— Я первый задал — тебе отвечать, — заявил он.

— Вообще-то девушкам принято уступать, — ухмыльнулась она.

— Я и уступаю, — вернул он ей ухмылку. — Отвечай первой.

— А ты… — договорить она не успела — оборвалась на полуслове.

До её тонкого слуха донёсся вдруг отчётливый рык и шум ступающих по каменным плитам лап. Девушка резко побледнела. Резоры. Эти твари чем-то напоминают смесь дикого кабана с мантихорой. Совершенно кабанье тело, только не в пример больше — с приличного быка. Лапы и голова большой кошки со всеми вытекающими последствиями — клыки в несколько рядов и длинные когти, режущие почти любой металл. Прибавьте к этому огромную манёвренность, необычайную силу и скорость и получите смертельно опасного зверя. Да один такой Резор способен на многое, а тут их минимум три.

Кей представила всё, что этот монстрик с ней сделает, и решила, что ему лучше не попадаться, а поэтому надо драпать. Вот только задать драпака ей не позволяет преградивший дорогу тип. Девушка взглянула на своё препятствие, которое мало чем сейчас отличалось от неё самой. Он тоже услышал и тоже понял, чем это грозит лично ему. Конечно, регенерируют вампиры поразительно быстро. Но когда тебя порвут на маааленткие кусочки, да половину из этого ещё и съедят… тут никакая регенерация не поможет. Поэтому он усиленно соображал, а как же слинять отсюда. Да ещё и дорогу преградили. Когда они встретились глазами, то прочитали свои собственные мысли в глазах противника и, кивнув друг дружке, одновременно сорвались с мест и рванули каждый в свою сторону, тут же забывая, про недавнюю встречу.

Далее Кей благополучно добралась до главного зала. Вот только скипетр забрать у неё с первого раза не получилось — его постоянно держал в своих загребущих ручках их верховный жрец. И она решила рискнуть — ну какой же шибаг не любит риск!

Кей позволила себя поймать, обыскать и связать. Остаться безоружной она не боялась, так как уже тогда таскала с собой приличный арсенал. А фанатики смогли найти только парочку пчёлок да меч, который висел на бедре не сколько ради дела, столько ради устрашения. Остальное оружие было тщательно запрятано по невидимым и неосязаемым ножнам. Ну вот. Девушку привязали к столбу, который стоял у подножия страшноватой статуи. Статуя эта изображала какого-то монстрика, очень похожего на минотавра, только морда у него больше походила на человеческое лицо, хотя рога были внушительные и загнутые назад. Одет демон был в какую-то хламиду, а за спиной у него были видны огромные нетопыриные крылья. И возвышался этот «Бог» метра на четыре, если не на пять. Кей уважительно присвистнула — такую махину затащить сюда — это тебе не хухры-мухры. Её привязали, а вещи её тут же и бросили. Кто-то хотел там пошуровать, но у них уже пришло время ритуала, и поэтому в зал резко стал набиваться народ, одетый в серые хламиды с капюшонами на головах. Сначала стоял непонятный гул голосов, которые обсуждали наличие привязанной к столбу беззащитной (на первый взгляд) «девы». Но жрец — довольно неприятный тип высокого роста с резким лицом, пронзительным взглядом выцветших серых глаз и противным скрипучим голосом — предупреждающе поднял руку, призывая всех к порядку. Как ни странно, гул тут же смолк, и по залу разлилась тишина.

— Братья мои, — начал свою обличающую речь верховный, а Кей недовольно поморщилась от звука его голоса, — я вижу, вы обескуражены тем, что к жертвенному столбу привязана эта дева, — зал одобрительно зашумел. Верховный вновь поднял руку, и вновь народ благоговейно затих. — Прошу, не поддавайтесь зрительному обману! Эта безобидная дева пыталась выкрасть, — тут он сделал трагическую паузу и обвёл притихший зал торжественным взглядом. Кей про себя удивилась, как этот сморчок-переросток умеет повелевать толпой, а также, что нужно будет предупредить Айлена, чтобы они убрали эту секту куда подальше, а то, глядишь, и войну устроят. Пока девушка делала для себя пометки на будущее, тип продолжил капать на мозги: — выкрасть наш символ! — и он потряс в воздухе накопителем силы. Зал недовольно зашумел, и в Кей полетели яростные взгляды, ПОКА только взгляды. — Но этого у неё не получилось. И теперь она поплатиться за свою дерзость! Как только наша Покровительница — Луна осветит знак, — который, кстати, находился на потолке в виде семи конечной звезды с вставленным внутрь зеркалом, — она умрёт во славу нашего Бога и послужит благим целям! — зал вновь одобрительно загудел, а потом вновь смолк, из чего Кей сделала вывод, что ритуал начался.

Верховный жрец воздел раки к потолку, закатил глаза и, выдав очень длинную фразу на непонятном даже Кей языке (а таковых просто в природе не существует, из чего она сделала вывод, что верховный сморчок пользуется методами знахарей-шарлатанов — неси какую угодно бурду, только неразборчиво и с проникновенным выражением на лице), незаметно наступил на плитку на помосте, которая слегка вдавилась в пол, и послышался странный звук. Потом что-то подозрительно щёлкнуло и… ничего не произошло. Верховный жрец заметно занервничал — видимо, ритуал был испорчен, и пьеса не удалась.

Вокруг повисла напряжённая тишина, жрец со страхом обводил зал взглядом, а все присутствующие наблюдали за ним. И вот девушка поняла, что более благоприятного шанса улизнуть не будет, но нужно, чтобы они на что-то отвлеклись, но вот на что…. И тут как по заказу по залу раздался оглушительный звук ударившегося о камень металла. Как только гулкий звук затих, все повернулись назад и увидели мужчину, который стоял к ним спиной, замерев и вжав голову в плечи. А потом он медленно повернулся и выругался на самого себя.

Вот чёрт! Чтоб эту железяку в солёной воде оставили! Он вообще не думал, что сюда попадёт, но оказалось, что нужный ему камень, который излучает бледный, но очень яркий свет (извиняюсь за каламбур), находится именно в главном зале, а не в малом. И как на зло, именно этот камень был задействован в очень простом и гениальном механизме — кто-то наступает на рычаг, который находится под плиткой на полу у статуи, камень поливается водой и начинает светиться, при этом свет его с помощью нехитрых приборов льётся точно на зеркало, являющееся центром семи конечной звезды на потолке. И вот, придя в зал, он увидел такую картину — фанатики привязывают к столбу его недавнюю знакомую. Да, помогать ей он не собирался — сама попалась, пусть и симпатичная — всё на месте, талия — загляденье, личико — приятное, бледная кожа, чёрные глаза и волосы ёжиком. Но он не занимается благотворительностью! Камень он вытащил и стал по-тихому отходить к единственному выходу. Передвигаясь в тенях от факелов по стеночкам, он добрался до выхода…. Но есть такое отличное слово ПОЧТИ. А ещё есть красивая такая птичка обломинго. Уже расслабившись, он нечаянно задел огромное металлическое блюдо, которое было прислонено к стене. И именно это блюдо и издало тот противный звук. И, как не хотел он этого делать, а незнакомой девушке вампир всё-таки помог.

Кей, пока все были заняты разглядыванием мужчины, встреченного ею недавно, ухватилась за верёвки, подтянулась и встала на столб, сняв перевязанные замысловатым узлом верёвки с крючка. Потом она, быстренько перерезав эти верёвки достаным из сапога ножом, спрыгнула вниз, схватила свою сумку, выхватила из рук очумевшего жреца накопитель силы и драпанула чуть ли не по головам к выходу. И всё это происходило в мёртвой тишине.

Вампир вообще ничего не понял, когда мимо него промчалась та самая девчонка, которая ещё пару секунд назад была примотана к столбу. Очнулся он только оттого, что почувствовал хлёсткую пощёчину на левой щеке и услышал звук этой самой пощёчины. Посмотрев перед собой, он узрел уже бегущую подальше отсюда девушку. И вампир решил, что это она делает правильно, и покинуть сие не гостеприимное место ему тоже не помешает. И он тоже смазанной тенью бросился следом за отдаляющейся фигуркой девушки. Вскоре они уже бежали, можно сказать, бок о бок. Вылетев на уже знакомый перекрёсток, они бросились в противоположные стороны, но потом, резко крутанувшись, припустили в другие стороны, чуть не столкнувшись снова. Отбежав на приличное расстояние, но всё ещё находясь далеко от выходов, каждый из них почувствовал, как по их следу идут резоры.

Кей смачно выругалась и прибавила ходу, но твари не отставали, а наоборот только сокращали расстояние. И вот, когда уже клыки стали клацать у её пяток, девушка с обречённостью стала рыться в сумке, в надежде найти хоть что-то, что бы ей помогло. И это что-то не замедлили появиться. Она нащупала рукой шероховатое стекло небольшого флакончика с прозрачной жидкостью. Расцеловав сосуд, Кей оглянулась и, смерив расстояние, бросила флакон назад себя, предварительно выдрав пробку зубами. После чего припустила со всей дури. А через несколько мгновений грянул оглушительный взрыв и коридор ощутимо тряхнуло. А девушка невольно подумала, что слышала два взрыва. Но раздумывать над этим у неё уже не было времени — она резво переставляла ноги, и уже через каких-то полчаса была у входа, где оставила свою лошадку, которая спокойно щипала травку в соседней рощице. Кей поблагодарила всех известных ей богов, что лошади Его Величества не пугливы, и, забравшись в седло, погнала лошадь подальше, а то не хватало, чтоб эти чокнутые фанатики достали её в дороге.

С вампиром, который бежал в точно противоположную сторону, случились те же самые события. За ним тоже гнались резоры, он тоже их подорвал, кстати, похожей смесью, и также вылетел через полчаса на улицу, где забрался на своего коня, поблагодарил папочку за то, что он вывел породу не пугливых лошадей, и поскакал подальше от катакомб Бога Кровавой Луны, опасаясь погони. Фанатиков он не боялся, а вот их «милых» зверушек он ещё раз лицезреть не хотел.

Вот такой была их первая встреча.

Вторая состоялась через несколько месяцев после происшествий в катакомбах Бога Кровавой Луны. И состоялась она на тракте в постоялом дворе под названием «Горящий очаг».

В свои полноправные владения вступила богатая на позолоту и ливни осень. Природа, разомлевшая от летних лучей солнца, неторопливо готовилась погрузиться в серебряный зимний сон и надеть на себя новые белые пушистые сугробы. Только готовилась. Пока деревья щеголяли уже заметно поредевшими золотыми нарядами. Небо, по которому поспешно из ниоткуда в никуда бежали облака, погоняемые пастухом-ветром, становилось всё ниже и ниже. Постоянно с него накрапывал маленький, но занудный дождик, а иногда природа совсем уж расщедривалась, и на землю проливались холодные осенние дожди, прибивая пыль и смывая всю прелесть сброшенных листьев.

В такое время совершенно не хочется не то что из дома выбираться, а из кресла у камина. Хочется сидеть, укутавшись в мягкий плед, смотреть, как в огне пляшет саламандра и слушать убаюкивающий и одинокий шум дождя. Хочется поддаться соблазну и последовать примеру природы, которая готовиться уснуть. Хочется….

Но не можется….

Как уже понятно, все нормальные люди и нелюди в такую погоду сидят дома у тёплых каминов с огромным запасом вин и провианта, собираясь провести этот период, погрузившись в сладкую полудрёму. Но в том то и дело, что нормальные. А вот ненормальные как раз и не сидели по домам у тёплых каминов с бокалом красного вина в руке, хоть очень и хотелось.

В постоялом дворе, который находился на торговом тракте, который сейчас был пуст, народу было немного. В основном это были наёмники, ученики магических академий, которые решили загнуть пару неделек учебного года, и простые путники, которым взбрело в голову по такой погоде куда-то ехать. Всего-то человек двадцать-тридцать. Для довольно большого заведения это было совсем немного.

Хозяин сего заведения сидел рядом со стойкой и представлял собой довольно упитанного мужчину, которому было близко до пятого десятка лет. Внешность он имел самую заурядную — короткие каштановые пряди обрамляли простое смуглое лицо и падали на карие глаза. И звали его Терренс.

Зал тихо шумел, посетители сидели за столиками и обсуждали что-то своё. За первым к дверям столиком сидела троица наёмников — здоровенных мужиков в обычной одежде и с обычными мечами, вопреки всем сказкам и рассказам вели они себя дружелюбно, видно, на них тоже действовала засыпающая природа. В другой стороне зала сидела четвёрка адептов примерно второго курса — три парня и девушка; приехали они ещё два дня назад и уже заметно нервничали — видимо, кого-то ждали. Изредка они раскрывали карту на весь стол и водили над ней зелёным кулоном — делал это молодой эльф. А потом дружно ругались в полголоса — искомое находиться не желалось. Эта компания тоже внимания к себе не привлекала, хотя была довольно пёстрой — грациозный эльф, высоченный тролль, человеческий парень и девушка, смахивающая на вампиршу. Потом сидели несколько путников, которые заняли комнаты только на ночь, затем две компании молодых людей, которые сняли номера на два дня и теперь слаженно чистили оружие, готовясь как минимум гномий банк грабить; изредка из-за их столов доносился раскатистый и заразительный смех. Но вообще они тоже внимания не привлекали. Ещё несколько постояльцев были в своих комнатах и выбираться не собирались, предпочитая спокойно отдохнуть от шума и гама. Как вы уже поняли, это всё было обычным делом для Терренса, а вот одинокая фигура в плаще, которая разместилась в само дальнем углу так, что ей был виден весь зал, невольно притягивала взгляды всех присутствующих.

Старый вояка, который на своём веку повидал многое, сразу заприметил в этой девушке, а это была именно девушка — средний рост, точёная фигура, всё на месте, приятное лицо, бледная кожа аристократки, алые губы, ведьминские глаза и короткие, по-мужски остриженные черные, словно вороново крыло волосы, — опасного, смертельно опасного хищника. Она прибыла сегодня и, сняв комнату и заказав себе поесть, так и сидела в одиночестве, надвинув на глаза капюшон кожаного плаща. Честно говоря, она была очень похожа на вампиршу, но ещё какое-то внутреннее чутьё подсказывало Терренсу, что девушка вампиром не была, а мужчина привык доверять своему чутью.

Сама же Кей сидела за столом и мучительно размышляла, что же делать!!! Айлен её достал! Захотелось отдохнуть, но как? Просто шляться по империи она не хотела, по крайней мере, в такую погоду. Возвращаться — тем более. Поэтому сейчас она просто сидела и не обращала внимания ни на что. До какого-то момента.

Уже под вечер снаружи раздалось конское ржание, и через пару минут в зал вошёл мужчина в плаще, с которого стекали струйки воды. Он снял плащ, и тут же оказался под перекрёстным огнём взглядов всех присутствующих. Как же, настоящий вампир! А посмотреть было на что. Он был высок, строен, со смуглой кожей, красивым лицом и удивительными синими глазами с кровавым ободком вокруг большой радужки. А волосы и вовсе были кровавого цвета и спускались ниже лопаток. Он мимоходом оглядел весь зал и скользящей походкой подошёл к стойке. Взгляды постепенно отлипали от него. Заказав поесть и комнату, он стал искать свободный столик, но все уже были заняты. И вампир решил, что всё равно подсаживаться к кому-то придётся. И тут его взгляд наткнулся на неприметную фигуру в плаще в дальнем конце зала. Она сидела неподвижно, из-под надвинутого плаща не было видно ничего, и казалось, что незнакомый тип просто дремлет, но вампир был просто уверен, что тому в плаще понадобиться доля секунды, чтобы в случае опасности отбить любой удар. Именно туда он и последовал.

Подойдя к столу, он вежливо поинтересовался:

— Свободно?

Фигура вздрогнула от неожиданности, и вампир уже решил, что переоценил возможности незнакомца, вот только последующее и его заставило вздрогнуть.

— Свободно, — раздался довольно приятный женский голос, и именно он и потряс вампира. А потом незнакомка подняла глаза на него, от чего капюшон сполз и открыл всем лицо красивой девушки.

Синие глаза с кровавым ободком встретились с чёрными, в глубине которых всё ярче вспыхивали алые искры.

Несколько мгновений в зале стояла гробовая тишина. Все разглядывали странную парочку, а вампир с девушкой — друг друга.

Но, наконец, вампир справился с собой и, ухмыльнувшись во все клыки, произнёс:

— Какая встреча!

— Да уж, как тесен мир! — в тон ему ответила девушка, тоже ухмыльнувшись, показав чуть заострённые клыки.

— Надо же! И, правда! — продолжил ломать он комедию. А девушка в свою очередь решила подыграть.

— Как здоровье? «Резоров покормил?» — вместе с вопросом был слышен и подтекст.

— Великолепно! «Аж умерли от удовольствия!» — ответил он и сел, так и не отрывая от неё взгляда. — А у вас?

— О, чудесно! «Не дождётесь!»

— Рад! «Это поправимо».

— Взаимно!

Потом разговор исчерпал себя и они продолжили сидеть, молча глядя в глаза противника. Сейчас они этим безмолвием решали, будут ли драться. И ответ был явно положительный. Так как два шибага в одном храме — это слишком. И если тогда они просто разбежались, то сейчас ничто не мешает им наверстать упущенное. Наконец, девушка моргнула, а вампир спросил:

— Прямо здесь?

— Мне зал жалко.

— Аналогично.

— А на улице дождь, — это она ещё мягко сказала. Там был не просто дождь, а ливень, только молний да грома не хватает, а ещё воя волков.

— Мокнуть не хочется, — кивнул вампир.

— Душ ещё никому не повредил, — улыбнулась она.

— Вы, несомненно, правы, таинт, — пафосно кивнул он и, сняв плащ и сумку, поднялся с лавки. Девушка тоже сняла плащ, и они вместе прошли на улицу, провожаемые недоумёнными взглядами. Ведь со стороны их разговор казался вполне мирным. Но вот когда кажется, креститься надо.

Выйдя на крыльцо, они оба задержались. Ливень перерос во что-то большее. Теперь с неба лился сплошной поток воды, который плотной стеной ограждал эту странную парочку от улицы. От двери тянуло теплом и запахом свежего ужина, а с улицы ветер навевал сырость и холод. Но выбор был сделан, и вампир и девушка, поморщившись, вышли под дождь.

Ноги вязли в жиже, которая в обычное время становиться почти каменной, издавая чавкающий звук. Вода тут же промочила одежду и стала стекать за шиворот холодными змейками. Волосы вампира потускнели и теперь облепили его аристократическое лицо. Противники разошлись на десять шагов и застыли напротив друг друга безмолвными статуями. Вокруг было тихо. Совершенно тихо. Казалось, кто-то выключил звук: не было слышно ни звуков из тёплого зала, ни шёпота дождя, ни свиста ветра, ни ржания лошадей в конюшне. Даже время на какой-то миг замедлило свой безостановочный ход, чтобы рвануть вперёд с двойной скоростью, дабы наверстать упущенное. Казалось, именно этого и ждали противники. Они сорвались со своих мест в одно мгновение, отбрасывая из-под ног слякоть и жижу, и нанесли удары, которые являлись зеркальным отражением друг друга. Дальнейший бой напоминал невероятную пляску теней и бликов от вспышек искр, высекаемых сталкивающейся с невероятной силой сталью; невероятную схватку отражений, действующих слаженно, словно после долгих совместных тренировок. Дорожки шагов, выпады, блоки, расцветающие смертельные лепестки лезвий, короткие росчерки, точно отмерянные удары, сталь, рассекающая стену дождя, горящие глаза противников и всё учащающийся ритм сердец. Это было завораживающе, красиво и смертельно опасно для обоих. И вампир, и девушка с самого начала знали, что этот бой может стать последним для одного из них. И, наверное, так бы и случилось, если бы вдруг они не услышали обрывок разговора, который произошёл между маленьким мальчиком и его отцом, наблюдавшими за этим боем. Противники в это время стояли со скрещенными клинками и смотрели друг другу в глаза.

— Папа, а когда я вырасту, я буду таким же? — спрашивал мальчишка лет восьми, показывая на парочку, которая застыла в недоумении.

— Сынок, чтобы так драться, нужно учиться десятилетиями.

— Ууууу… — разочаровался мальчишка и с завистью уставился на противников. А вампир и девушка уже не дрались. Они стояли рядом, можно сказать плечом к плечу и поражённо наблюдали за разговором. Мальчик смутился, покраснел и спрятался за отца.

А противники, вдруг очнувшись, настороженно уставилась друг на друга. Но, спустя несколько долгих мгновений, они улыбнулись друг другу, и вампир протянул девушке руку.

— Эзэниэл, просто Зэн.

— Камина, Кей, — кивнула она и ответила на рукопожатие.

После этого они отправились в зал. Проходя мимо мальчишки, Кей улыбнулась ему и, присев рядом, сказала:

— Если очень захотеть, можно добиться чего угодно, — и, подмигнув ошарашенному мальчишке и взъерошив его волосы, прошла в тёплое помещение.

Ни она, и вампир не обратили внимания ни на мокрую одежду, ни на настороженные взгляды окружающих. Они вроде и забыли уже о том, что всего несколько минут назад готовились убить друг друга. Сейчас они сидели за столом и, попутно уплетая ужин, рассказывали друг другу, как же они выбирались из подземелий Бога Кровавой Луны, весело смеясь над сценой бегства из главного зала ритуалов. Они просидели так весь вечер и всю ночь, заметно сократив запасы вина и узнав друг о друге и всё, и ни чего. Они с удивлением понимали, что некоторые вещи видят под совершенно одинаковым углом, а в некоторых у них возникали споры, чуть ли не доходившие до драки. Речь текла легко и непринуждённо. И расстались они у дверей своих комнат если не друзьями, то и не врагами, уж точно.

Вот такой была их вторая встреча. После неё они начали как-то пересекаться, иногда вместе ходили на дело, а иногда просто разговаривали. И постепенно они стали теми, кем являлись на данный момент.

Прошло десять лет, а они оба хорошо помнят эти две встречи, изменившие жизнь и судьбу обоих. И, несомненно, они оба будут помнить эти две встречи, даже если судьба разведёт их по разным игровым столам.

Они лежали, наслаждаясь друг другом и выпивая эти мгновения до дна. Каждый раз они расставались на неопределённый срок, прощаясь навсегда; каждый раз, вновь встречаясь, они выпивали дарованную им вечность досуха. Они оба хорошо понимали, что с такой работой нельзя быть уверенным в завтрашнем дне. Назначая день следующей встречи, каждый из них понимал, что кто-то может и не появиться. И каждый раз, если кто-то из них задерживался, то сердце предательски сжималось. Сколько бы они не уверяли друг друга в том, что их отношение — лишь лёгкое увлечение, они сами в это не верили. Слишком уж спокойно было в объятиях друг друга.

— И всё же ты не человек, — спокойно проговорил мужчина, обнимая девушку.

— С чего ты это взял? — промурлыкала она, блаженно закатывая глаза.

— А с того, что человек не может мурлыкать как кошка, — улыбнулся он. И вправду Кей издавала звуки, подозрительно напоминающие урчание кошки. Девушка только посильнее прижалась к нему, вдыхая такой знакомый аромат.

— А тебе не нравиться?

— Почему? Очень даже нравиться, — ответил Зэн, касаясь её макушки кубами. — Экзотично.

— А хочешь, — заискивающе заглянула она к нему в глаза, а у самой уже разгорались озорные огоньки в глубине зрачков, — я тебе устрою экзотичную смерть? — и как бы невзначай провела ногтем от его виска и ниже, почти добравшись до сонной артерии. Но её рука была перехвачена. И вампир, целуя её запястье, ухмыльнулся, блеснув клыками:

— Кстати, что насчёт моего предложения?

— Какого? — состроила ему глазки девушка.

— Насчёт невесты, — напомнил он, с удовольствием отвечая на её взгляд ещё более страстным.

— Знаешь, Зэн, — она тут же посерьёзнела и, выбравшись из его объятий, села на другой край кровати, подтянув ноги к подбородку и обняв их руками. — Это не смешно.

— Ми, да ничего тебе не сделают, — произнёс вампир, с явным неудовольствием переворачиваясь на бок, чтобы лучше видеть девушку. — Матушка, конечно, не ангел, но убивать она не будет.

— Ага, только покалечит, — невесело усмехнулась она. — Зэн, нет! Я уже сказала! С вампирами, тем более высшими, я не связываюсь!

— А как же я? — хитро прищурился он.

— В другом плане, — ответила она, сохраняя серьёзный тон, да и шутить она не собиралась.

— Ми, откуда такая боязнь вампиров? — спросил он, проделывая нехитрый манёвр подползания ближе к девушке. Та его приём быстро раскрыла и переместилась на другой край кровати.

— Зэн, просто я панически боюсь… — тут она запнулась и уперла взгляд в простынь. Вампир воспользовался случаем и, приблизившись, поднял её лицо за подбородок, заглядывая в глаза.

— Ми, чего ты боишься? Скажи! Я ведь с самого начала наших отношений понял, что ты, несмотря ни на что, опасаешься меня! Хотя неоднократно я стоял у тебя за спиной! Неоднократно мы выручали друг друга! Мы неоднократно с тобой дрались, дрались по-серьёзному! Почему? Что такое? Я что, что-то не так делаю? — он не требовал. Просто просил, искренне переживая. И она это видела.

Поколебавшись несколько мгновений, она всё же решила рассказать ему.

— Зэн, понимаешь, я ведь не помню кто я на самом деле. Последним моим воспоминанием является боль. Ужасная, всепоглощающая боль. Айлен говорил, что у меня были стёрты в порошок почти все кости, что я была трупом, что во мне не было крови. Зэн, он меня с той грани вытащил.

— Ми, я это знаю, — произнёс он, смотря в её глаза и не узнавая ту самую сильную и рассудительную девушку в той, что сидела рядом с ним — такая большая перемена произошла. Сейчас перед ним сидела уставшая и напуганная девушка, которая хочет только одного — покоя.

— Зэн, ты не понимаешь. Я не знаю, кто это со мной сделал, но при упоминании вампиров всё моё существо рефлекторно сжимается в комочек и тихо дрожит, подвывая. Я просто боюсь. У этого страха нет причин, он просто есть, — уже прошептала она и отвела взгляд от таких родных синих глаз с кровавым ободком, которые лучились теплом и заботой.

— Ми, я не дам тебя в обиду, никому и никогда, — прошептал он и привлёк её к себе, обняв. Девушка покорно прильнула к нему и, положив голову на плечо, стала перебирать кровавые волосы, рассыпанные в художественном беспорядке по плечам.

— Но если тебе нужно, то… — начал уже было она, но он приложил к её губам палец и покачал головой.

— Поговорим об этом потом, — он улыбнулся и подарил ей лёгкий поцелуй, за которым последовали ответные. Девушка с лёгкостью приняла эстафету, с удовольствием забывая в плену его рук о недавнем разговоре и о том, что ей вновь пришлось пережить. Она действительно боялась. Как других вампиров, так и его, Зэна, такого близкого и родного. С которым она неоднократно цапалась сама, с которым неоднократно ходила на дело, который неоднократно спасал ей жизнь и которого она спокойно могла пустить себе за спину. Пожалуй, он был единственным, кому она доверяла, как себе и даже больше. И всё равно, иногда её охватывал необъятный и ничем не обоснованный ужас. И сейчас после его слов стало действительно легче.

Страх не ушёл, он просто притупился, на время. Он вернётся, позже, когда они вновь расстанутся, чтобы через какое-то время вновь ждать встречи и вновь бояться: «А вдруг не придёт…».

Из сладкой полудрёмы девушку вывела странная возня внизу. Она полежала несколько минут, прислушиваясь. Голоса сначала были невнятными и приглушёнными, а потом она смогла различить суть и самих говоривших — они вышли на улицу, а дверь на балкон была открыта из-за жары.

Разговаривали Мила и посланник из дворца. Суть разговора заключалась в том, что её (Камину) срочно вызывает к себе Айлен. А Мила пытается ему втолковать, что её хозяйка, то бишь главный имперский шибаг, сейчас спит и будить её она не собирается. На что посланник отвечал, что уже десять утра, и что господин маг (это он про Айлена) не намерен ждать, пока она проснётся.

Когда спор уже перешёл на повышенные тона, Кей решила вмешаться, всё равно будет не уснуть. Стоило ей приподняться, как руки вампира обвили её талию, прочно пригвоздив на прежнее место.

— Куда-то собралась? — спросил он, не открывая глаз.

— Зэн, пусти, я сейчас.

— Куда? — он недовольно открыл глаза, но девушку выпустил.

Кей слезла с кровати и, закутавшись в шёлковую простыню, стянутую с возражающего вампира, вышла на балкон. Перепалка внизу набирала обороты и, похоже, доставляла удовольствие потенциальным спорщикам. Посланцем оказался высокий юноша в придворном камзоле (и как в такую жару он в нём не сварился?) с довольно милой внешностью. Мила, естественно, это заметила и теперь во всю строила ему глазки, на что посланник совершенно не возражал. Полюбовавшись на эту картину, Кей усмехнулась и, прокашлявшись, спросила:

— Что здесь происходит? — она и без этого уже всё знала, но для порядка нужно хоть иногда выглядеть обычной.

— Таинт, — кивком поприветствовала её девушка, — этот молодой человек, — кивнула она посланцу, — утверждает, что вы срочно нужны уважаемому дворцовому магу Айлену, и поэтому вы немедленно должны явиться во дворец. А я пытаюсь ему объяснить, что вы отдыхаете….

— Спасибо Мила, — улыбнулась она девушке, — ты всё правильно сделала. А ты, посланник, — со смешком произнесла она, от чего оба молодых человека залились краской, — можешь передать Айлену, что я буду через час.

— Но….

— Если он хочет видеть имперского шибага, а не невыспавшуюся злую девушку с неординарными способностями в неглиже.

— Да, конечно, — удручённо кивнул юноша и, кинув прощальный и многообещающий взгляд на служанку, удалился за ограду, где его ждал конь.

— Мил, сваргань что-нибудь перекусить, только по-быстрому, — сказала она и скрылась в комнате. Вампира на кровати не оказалось. Зато, как только она отошла от окна, его руки нежно обхватили её за плечи. Вампир прижал её к себе и уткнулся в макушку. Кей блаженно закатила глаза и с удовольствием откинулась на его широкую грудь.

— Куда это ты собралась? — прошептал он.

— Мне нужно во дворец, — объяснила она и повернулась к нему лицом, не разрывая объятий. — Это быстро, — Кей улыбнулась и провела рукой по его щеке. Вампир подался за её рукой и прикрыл глаза, казалось, он сейчас заурчит от удовольствия.

— Неужели ты бросишь меня здесь одного, — с патетическим надрывом воскликнул он, бухаясь на колени перед девушкой. — А вдруг сюда случайно забредёт какой-нибудь охотник на вампиров? — он «затрясся от страха» и умоляюще посмотрел в глаза Кей.

— Да, — притворно вздохнула она. — Что же делать? А если он и впрямь тебя встретит? Ах! Ужас! — и выгнув спину, она приложила руку ко лбу, собираясь упасть в обморок. — Бедный охотник!

— А я что, не бедный? — возмутился вампир и, вскочив с пола, поднял девушку на руки.

— Поставь меня на пол гнусный кровопийца! — заверещала она. А вампир только зловеще рассмеялся и положил её на кровать, придавив собственным весом. Кей с лёгкостью опрокинула его на спину и оказалась сверху. После чего подарила ему пламенный поцелуй и поспешно скатилась с кровати.

Вампир с сожалением и восхищением смотрел, как девушка одевается в свою кожу, при этом распихивая по одежде оружие. Постепенно горка оружия, лежащая на полу, уменьшалась и уменьшалась, пока на полу не остались лежать невидимые ножны с клинками, мечом и длинными кинжалами.

— Ми, — спросил вампир, тоже одеваясь, — зачем тебе столько оружия, если ты идёшь во дворец?

— Как это зачем? — спросила девушка и, убрав кинжалы в ножны на сапогах, подошла к нему. — А вдруг.

— Да, — согласился он, обнимая её, — с твоим талантом оружие тебе пригодиться всегда.

— Это точно, — кивнула она и, поцеловав вампира, отправилась вниз. Мужчина направился за ней, на ходу застёгивая рубашку.

Когда они спустились, на столе уже стоял горячий чайник, и Мила дожаривала яичницу. Когда девушка увидела вампира, она застыла с расширившимися глазами, уставившись на него.

— Мил, не обращай внимания, — улыбнулась девушка, загораживая Зэна собой. — А ты перестань смущать девочку, — это она уже вампиру. — И к стати, — вспомнила она, уже сев за стол, — Зэн, ты уже уходишь или как?

— Или как, — ответил он, за обе щеки уплетая завтрак. И не смотрите так на меня. Да! Вампиры тоже едят! Не одну же кровь им пить! Они вполне нормальные! И кто сказал, что вампиризм распространяется через укусы! Это же не бешенство!

— Тогда, не смей девочку обижать! — миролюбиво предупредила она, вставая и на ходу допивая чай.

— Есть, — козырнул он. Девушка уже проходила мимо него к двери, как он схватил её за руку и, притянув к себе, поцеловал. — Давай быстрее.

— Есть, — скопировала она его и вышла на улицу.

* * *

Айлен был в своём кабинете в обществе своего коллеги Криса. Мужчины пили коньяк из толстых стаканов и что-то обсуждали. Судя по тому, что разговор утих, стоило девушке войти, предметом их спора была она.

— Вызывали? — спросила Кей, закрывая дверь.

Айлен кивнул и приглашающим жестом указал на кресло перед столом. А в соседнем уже сидел, задумчиво разглядывая девушку, другой маг. И почему-то, Кей этот взгляд не понравился.

В кабинете повисла напряжённая тишина. Взгляды двух магов были устремлены на девушку, от чего та морщилась — всё-таки взгляды самых сильных магов империи — это тебе не хухры-мухры.

Девушка кашлянула. Маги, наконец, очнулись и разговор начал Айлен.

— Кей, у меня к тебе задание.

— Это я уже поняла.

— Нет, не поняла, — в голосе мага сквозили рокочущие нотки. — Это действительно сложное задание. Сложное и опасное.

— Айлен, — перебила она мага, — говори, в чём суть!

— Тебе нужно найти артефакты, которые называются «Дары Вилиора». Это парные браслеты для предплечий, изготовленные из белого золота. Из украшений на них есть только руны. Это очень древний и мощный артефакт. Находиться он где-то в Восточных губерниях. Точно мы сказать не можем, но где-то в районе замков бывшей знати, — Айлен посмотрел на сосредоточенную девушку, ожидая реакции, но её не последовало. Обычно она громко возмущалась насчёт того, что её посылают непонятно куда, но сейчас она молчала. Маг подумал, что это из-за присутствующего Криса, но потом отмёл эту мысль, так как Кей его коллега не страшен.

Сама Кей не замечала на себе заинтересованного взгляда начальника. Она словно выпала из реальности, а в душе билось неприятное предчувствие беды. Почему-то при упоминании об этих браслетах у Кей заныли все шрамы, которые остались «из прошлой жизни». Девушку охватила непонятная тревога. Она не могла понять, что же именно вызвало такую реакцию, но могла сказать точно, что где-то раньше она с этими артефактами встречалась. Более того, она была просто уверена, что с ними связан какой-то ключевой момент её судьбы, что-то переломное.

— Что ещё? — спросила она бесстрастным голосом.

— Вот, — задумчиво произнёс Айлен и, достав и ящика тонкую папку, положил перед своей подчинённой.

— Когда отправляться?

— Как можно быстрее.

— Пусть завтра после заката приведут лошадь. Мне нужны амулеты, полный набор. Предупреди стражников на южных воротах, где-то в полночь я отправлюсь.

— Хорошо, — кивнул он.

— Можно идти?

— Да, — вновь кивок. Девушка с непроницаемым лицом удалилась.

После нескольких минут молчания тишину нарушил голос Криса.

— Знаешь, у меня такое чувство, что твой шибаг знает об этих артефактах больше нас с тобой, более того, что она уже их видела.

— Знаешь, — так же задумчиво произнёс Айлен, всё ещё смотря на дверь, — у меня тоже появилось такое чувство.

— И? — поднял бровь его собеседник.

— Что и? Будем ждать.

— Будем, — эхом отозвался Крис, и в кабинете вновь стало тихо, как в склепе.

Девушка же шла и размышляла над тем, почему упоминание об этих браслетах вызвало у неё такую бурю чувств. Но ответа на этот вопрос так и не нашлось.

Кей зашла в дом и, оставив папку в шкафу на кухне, отправилась наверх. Вокруг была тишина. Девушка не заметила, как преодолела лестницу и зашла в спальню. Там поперёк кровати, раскинув руки и закрыв глаза, лежал вампир. Грудная клетка мерно поднималась и опускалась, дыхание было ровным. Кей усмехнулась и совершенно неслышно подошла к кровати. Вампир даже не шелохнулся. Она просто встала перед ним и в задумчивости стала его разглядывать, хотя за эти десять лет изучила его всего с ног до головы. Изящные черты лица, которые некоторым могут показаться надменными, сейчас были такими обычными и безмятежными, что невозможно и представить, что перед вами лежит вампир. Длинные красные волосы разметались по тёмно-зелёному шёлку, выделяясь на его фоне кровавым пятном. Даже сейчас чуть приподнятые уголки губ.

Кей села на край кровати и, улыбнувшись, провела по его лицу, убирая непослушные прядки. Тут ресницы вампира дрогнули, и через пару мгновений взгляд девушки наткнулся на взгляд его удивительных глаз. Он не сказал ни слова, просто приложил к своим губам её руку и прижался к ней щекой, прикрыв от удовольствия глаза. А потом вопросительно посмотрел на девушку. Та только улыбнулась и, прежде чем он смог озвучить свои вопросы, накрыла его губы продолжительным поцелуем, при этом обнимая и поудобнее устраиваясь на нём. Естественно, все вопросы выветрились из головы, а разговаривать и вовсе расхотелось. Правда, в его голове промелькнула мысль, что что-то не так, но её быстро заглушили другие инстинкты, так что на время весь мир сузился до просторов одной комнаты, и все проблемы ушли на второй, третий, а то и четвёртый план.

Но серьёзный разговор между ними так и не состоялся. Они просто не могли оторваться друг от друга, каждый раз, когда появлялась время для разговора, они тратили это время на… не разговоры. Солнце постепенно клонилось к горизонту, а потом и вовсе скрылось, передав бразды правления далёким звёздам. Потом и звёзды стали гаснуть, не в силах противостоять первым лучам дневного светилы, и небо стало окрашиваться в тёплые тона. Солнце неторопливо поднималось по голубому небу. Постепенно это небо затягивалось облаками, а к вечеру и вовсе тяжёлыми тучами, но дождя не было. В воздухе витала свежесть. Всё готовилось к хорошему ливню, но неумолимый ветер всё гнал тучи дальше и дальше, не позволяя им остановиться.

Девушка и вампир проснулись только часам к шести вечера, но вставать не торопились. Они как всегда просто лежали в объятиях друг друга, наслаждаясь теплом и спокойствием, прощаясь на неопределённый срок.

— Ты куда? — возмутился вампир, когда девушка собралась вставать.

— Пить охота, — пояснила она, выбираясь из кольца его рук.

— Не уходи, — прошептал он и коснулся её губ лёгким поцелуем.

— А что такое? — в недоумении замерла она, настороженно глядя в его глаза.

— Мне и так уже пора, — вздохнул он и сжал её ещё крепче, зарываясь носом в её короткие волосы.

— Почему?

— Встреча, — грустно улыбнулся он и вновь её поцеловал.

— А плюнуть на неё с высокой колокольни никак? — спросила девушка, с удовольствием отвечая на его поцелуи. Вампир только покачал головой, не в силах оторваться от неё.

Правда через пол часа он всё же с тяжким вздохом сожаления выбрался из кровати и стал одеваться, подбирая разбросанную по полу одежду. Девушка, завернувшись в простынь, с восхищением наблюдала за этим процессом, а когда вампир уже застёгивал рубашку, она всё-таки встала и подошла к нему, проведя рукой по рубашке от плеча до сердца. Вампир подхватил её и, прижав к себе, накрыл её губы смачным поцелуем, после чего с сожалением отпустил.

Девушка сжала его руку и улыбнулась, возможно, слишком уж много чувств отразилось на её лице, так как вампир, собравшийся уже уходить, вернулся и пристально посмотрел ей в глаза.

— Ми, ты ничего не хочешь мне рассказать? — задал он вопрос. Девушка только улыбнулась ещё раз и, порывисто его обняв словно ребёнок, прошептала:

— Возвращайся.

— Я вернусь, — улыбнулся он после того, как справился с удивлением, приподнимая её подбородок и лёгко касаясь губ. — И ты будь осторожна, — его взгляд посерьёзнел. — Я не хочу, вернувшись, увидеть здесь чёрную розу и бокал красного вина.

— Не увидишь, — пообещала она.

Вампир пристально посмотрел ей в глаза и, ещё раз поцеловав, скрылся в окне. А девушка так и осталась стоять.

Думаю, нужно разъяснить, что означают слова вампира. Просто с их работой не заешь, выживешь или нет. Поэтому у них есть договор. Если погибает Кей, то на кровати будет лежать чёрная роза — её любимый цветок — и красное вино — их напиток. Если же что-то случиться с Зэном, то Кей получит букет из двадцати пяти кровавых роз и одной чёрной. Они договорились об этом довольно давно. И каждый из них очень боится, хотя и не признаётся в этом, что когда настанет время встречи, увидит или чёрную розу с вином или такой букет.

А Кей тем временем спустилась вниз и, устроившись в кресле, стала читать информацию об её объекте. Она сама не знает, почему не рассказала ничего Зэну, ведь он наверняка что-нибудь посоветовал бы ей. Просто Кей вдруг отчётливо поняла, что с этим она должна разобраться сама. И что-то подсказывало ей, что Зэну об этом знать не нужно.

Прочитав довольно маленький объём информации, девушка поняла, что дело это очень запутанное. Мало того, что было неизвестно, в каком именно замке находятся артефакты, так ещё и не известно, есть ли они вообще. А, судя по информации, эти браслеты больше напоминали миф. Но Кей отчётливо осознавала, что артефакты есть, и что она их обязательно найдёт, даже если понадобиться перекопать весь материк.

Кей собралась и, захватив с собой еды, вышла из дома. Во дворе её уже ждал осёдланный конь. Девушка забралась в седло и, окинув свой особняк прощальным взглядом, пришпорила жеребца, направляя его к воротам. Айлен стражников предупредил, и девушку выпустили из ворот, сразу, как только увидели метку шибага. Кей помчалась по ночной дороге вдаль. Отъехав на довольно приличное расстояние, она почувствовала на себе пристальный взгляд знакомых глаз. Девушка обернулась и посмотрела на городскую стену, но там никого не было. Отругав себя и поставив себе диагноз — паранойя, она понеслась дальше, подгоняемая предчувствием, что скоро она узнает всю правду о своём прошлом.

* * *

Зэн же направился на встречу с очень старым вампиром поговорить насчёт того самого артефакта, упоминание о котором он нашёл в дневнике своего исчезнувшего предка. Встреча была назначена в довольно приличном доме.

Вампир вежливо постучался в дверь и зашёл в просторное помещение, которое освещалось только слабо горевшим светильником. Из мебели здесь был огромный камин, в котором полыхал огонь, несколько кресел у камина, небольшой столик с напитками и напольные часы, показывающие, что времени половина девятого вечера. В одном из кресел сидел мужчина с молодой внешностью и глазами, из которых выглядывала сама вечность. Вампир внимательно осмотрел вошедшего и поинтересовался.

— И чем обязан вашему визиту?

— Я хотел узнать, нет ли у вас информации об одном артефакте.

— Хм, интересно, — протянул вампир и жестом попросил Зена сесть в кресло.

— Вы поможете?

— Смотря какой артефакт тебя интересует.

— Меня интересуют парные браслеты из белого золота, которые ранее находились у моего предка — Корнелиуса Селен. Он был магом и предполагал, что они способны телепортировать на огромные расстояния, но он внезапно пропадает вместе с браслетами. И потом о них нет никаких записей.

— Хм, браслеты из белого золота, — произнёс вампир и уставился задумчивым взглядом на саламандру в огне. — Пожалуй, я что-то слышал о таком артефакте, — наконец произнёс он после долгих раздумий. — Только вот связан он был не с кланом Селен.

Зэн неподвижно сидел в кресле и ничем не выдавал своего интереса, но всё равно превратился в один сплошной слух.

— Это произошло лет десять-двенадцать назад, — продолжал вампир. — Клан Малис тогда просил у нашего клана разрешение на полномасштабную охоту. Оправдывались они тем, что кто-то смог выкрасть их фамильный артефакт — парные браслеты из белого золота. Полномасштабную охоту им открыть не разрешили, но искать преступника позволили. Они тогда несколько месяцев рыскали по империи, а потом резко ушли. Никто не знает, нашли они вора или нет, нашли они артефакты или нет, но известно одно — один из замков, принадлежавший старым дворянам, был превращён в руины и сравнен с землёй.

В комнате воцарилась тишина. Вампир замолчал и, отпив из бокала вина, вновь стал смотреть на саламандру. Зэн же сидел и напряжённо обдумывал полученную информацию. Но у него ничего не получалось. Наконец, он встал и, положив на столик свёрток, вышел из комнаты, а старый вампир усмехнулся про себя, подумав, что нужно забрать дневник из родовой библиотеки, а то потомки все артефакты отыщут, а ты потом ходи и доказывай, что ты не виверна.

Зэн направился по своим делам и, забрав пару вещичек, решил навестить Кей. Только вот девушки дома не оказалось. Решив её подождать, он разлёгся на кровати, но её по-прежнему не было. И вдруг его кольнула какая-то странная тревога. Он рванулся на улицу и через пару минут уже был у ворот из города. А там, на горизонте уже почти у самой кромки леса виднелась всё удаляющаяся фигурка. Зэн стоял на городской стене и смотрел на неё. Он хотел сорваться с места и догнать её, остановить, вернуть. И она бы вернулась. Но он не стал этого делать, хоть сердце и подсказывало ему, что в ближайшее время должно что-то случиться. Он просто стоял и смотрел на то, как силуэт Кей растворяется вдали, думая о том, почему она ничего не сказала про задание, ведь наверняка именно для этого её и вызвали во дворец. Вдруг он словно почувствовал, что девушка собралась оглянуться и за долю секунды до того, как её взгляд мазнул по городской стене, спрыгнул вниз….

* * *

Прошло уже две с половиной недели с того момента, когда Кей покинула столицу. Уже две с половиной недели она в пути. За это время девушка успела узнать многое и сейчас она едет к той самой заветной цели.

Да, она нашла тот самый разрушенный замок. До него оставались сутки пути, и она была намерена преодолеть их в самые короткие сроки.

Лошадь ровно бежала по дороге, оставляя после себя пыльную завесу. Солнце беспощадно палило, стараясь иссушить одинокого путника, который мчался вперёд, изредка скрываясь в тенях редких рощиц. Небо было чистое, голубое. В нём парили стервятники в надежде на добычу. О дожде или прохладном ветерке даже и думать было нечего. Девушка ехала, подставляя лицо потокам воздуха, и думала. Мысли вертелись самые разные. От той, когда же скроется солнце. До той, а что будет потом.

Сосредоточиться на чём-то не давали обрывки фраз, которые бегали по всей голове, словно тараканы, и совали во-в-сюда свои носики; табуны мыслей проносились, словно по плацу, обгоняя друг друга, будто лошади в забеге. Но всё равно на грани сознания вертелась какая-то другая мысль. Она словно не попала под общую раздачу и не успела в закрывающиеся двери. И теперь вынуждена колотить кулаками в тонкое, но крепкое стекло из горного хрусталя, пытаясь перекричать гомон других мыслей, чтобы сказать девушке что-то очень важное. Но стекло не поддавалось, да и другие мысли умолкать не хотели. В голове была фирменная каша. И Кей хотелось взять и вытряхнуть её в помойку. Или же взять веник и разогнать все ненужные и пустопорожние мысли по углам, чтобы наконец-то услышать одинокую мысль на грани сознания. Но вытряхнуть мысли из головы было невозможно, да и веника такого ещё не изобрели, чтоб его испугались мысли, порождённые её богатой и двинутой фантазией. Да они скорее веник сгрызут, чем его испугаются, а ещё вероятнее будет картина, на которой от мыслей убегает сам веник, крича, что контракт он разрывает, и пусть она сама разбирается с этими монстрами.

Девушка усмехнулась и покачала головой. Что-то правда фантазия у неё разыгралась. Она решила остановиться и отдохнуть. Лошадь с удовольствием углубилась в тень небольшой рощицы. К великой радости Кей там обнаружился родничок. Девушка с наслаждением подставила голову под ледяные струи, потом набрала воды во фляги и дала напиться лошади. Улёгшись в корнях какого-то развесистого дерева, она вновь принялась копаться внутри своей головы. Теперь мысли её слушались и не разбегались в разные стороны. Вскоре все они были разложены по полочкам, и в голове оказалась полная пустота. Но на грани сознания всё ещё колотила кулаками в стекло одинокая мысль, беззвучно открывая и закрывая рот. Кей сосредоточилась.

А мысль…. Мысль оказалась не такой уж и важной. Кей даже захотела выкинуть её обратно, понимая, почему её не пустили сразу. Но та упиралась и вылезать из головы не хотела.

А твердила она, что случиться что-то плохое. Что девушка не должна ехать в этот замок, по крайней мере, одна. На вопрос — а с кем? — она отвечала — а вампир? На это Кей отмахивалась, говоря, что нечего ему об этом знать. Вот вернётся, тогда и поговорят. На что мысль ехидно отвечала — а если не вернёшься? Кей только отмахивалась, но вот тревога в душе всё же зародилась. Мысль наконец-то ушла, но послевкусие от неё осталось самое поганое и противное. И вот тогда Кей и вспомнила о своём чувстве во время того, когда она уезжала из города. Ведь она чувствовала на себе взгляд. И она готова голову на отсечение отдать, что это был взгляд синих глаз с кровавым ободком, принадлежащих вампиру. Тогда она не придала этому значения, обозвав себя шизофреничкой. Но сейчас…. Сейчас она поняла, что это не было ложной тревогой. Он действительно видел, как она уезжала.

А что если она и правда не вернётся?

Настроение девушки резко упало. Кого-кого, а Зэна она терять не хотела. Этот вампир нагло впёрся к ней в душу, и она к нему привязалась.

Что же я наделала? Пронеслась у неё мысль, и сердце предательски сбилось с ритма. Кей мысленно наорала на себя и, резко вскочив, отправилась дальше, нещадно погоняя лошадь и не обращая внимания ни на жару, ни на стервятников, ни на солёные слёзы, капающие из глаз.

Что есть — то есть. Ставка сделана, и остаётся только сидеть и ждать, пока остановиться колесо рулетки. Даже если вашим крупье является Судьба. И даже если ставкой является ваша Жизнь.

* * *

Кабинет императора заливал яркий свет солнца. Плотные шторы были убраны. Сам император в задумчивости полулежал на диване, вертя в спущенной к самому полу руке бокал с янтарным виски. Он лежал и пытался поймать за хвост одну мысль, воспоминание, которое постоянно ускользало из-под самого его носа. Взгляд его упирался в потолок. Император будто бы искал на нём ответ.

А думала коронованная особа об этом шибаге Айлена. Увидев впервые эту женщину, император увлёкся. Она просто притягивала к себе. При желании такая женщина могла встать во главе империи. Ну, или не совсем во главе. К примеру, женой императора. И спокойно контролировать ситуацию через супруга. Да, перед ней все будут на коленях ползать и хвостами вилять, только бы она на них посмотрела. И вот именно из-за этого непонятного влечения он не заметил ещё одной детали. Её лицо показалось ему знакомым. Довольно знакомым. И вот сейчас он пытался вспомнить, где же видел её.

Толиар усмехнулся, когда вспомнил первую их встречу на совещании.

Роковая женщина. Даже не женщина, хищница на охоте.

Тут раздался стук в дверь. Император вяло откликнулся, и в открывшуюся щель просунулась голова его секретаря.

— Да, Олаф, — вздохнул император. Мечты — мечтами, но дела ещё никто не отменял, а выходных императору не полагается.

— Мой император, — почтительно склонил голову тот, полностью входя в помещение, — вам послание от князя Эльреда, он….

Но секретарь не успел договорить. Толиар вдруг сорвался с места, разлив по пушистому ворсу ковра напиток, и бросился мимо него в дверь, пробурчав себе под нос, что-то типа «Князь Эрад, сказка на ночь….». Слуга так и остался поражённо стоять, уставившись на то, как удивлённые лакеи открывают двери перед озабоченным императором. А тот несся напролом, не обращая внимания ни на кого.

Толиар на одном дыхании долетел до старого крыла дворца, которая была отведена под хранение реликвий и остального ненужного хлама, который давно уже нужно выкинуть. И император впервые возвёл хвалу министру культуры, за то, что тот категорически отказался выкидывать старую рухлядь. Мужчина, немного поплутав по древним коридорам, наткнулся, наконец, на довольно старую массивную резную дверь. Тронул ручку — заперто. Чертыхнувшись про себя, он вытащил довольно дорогую брошь из вышитого камзола и, оглядевшись по сторонам в поисках ненужных глаз, присел перед замочной скважиной. Через несколько минут раздался приглушённый и будто бы недовольный щелчок, после которого дверь с натужным скрипом поддалась и открылась, впустив мужчину в старую, длинную галерею с портретами различных князей. Император побрёл меж расписных колонн, рассматривая развешанные по стенам картины. И тут он наткнулся на колонну с выщерблиной от арбалетного зазубренного болта. Он хорошо помнил этот болт. Помнил, как с энтузиазмом и упорством тащил сам арбалет из отцовской коллекции, как тащил его сюда, в старую часть замка. Как с восторгом рассматривал узоры и гладил тетиву. Помнил он и младшего брата, который с таким же восторгом смотрел на него и на арбалет. Помнил он и то, как из-за дверного хлопка спустил курок. Как этот самый, зазубренный болт просвистел в миллиметре от головы брата. Как брызнула крошка от колонны. И помнил глаза отца в тот момент, когда он отбирал из рук его, тогда ещё десятилетнего мальчишки, тяжёлый арбалет. Помнил, как уносили испугавшегося брата. И помнил слова отца:

— Я не буду тебя ругать, так как знаю — это бесполезно. Я сам был мальчишкой. И знаю — стоит что-то запретить, и хочется испробовать это ещё больше. Я просто скажу тебе, чтобы ты представил, каково тебе было бы, если бы ты попал в брата. Он бы погиб. И, уверяю тебя, твоя жизнь тоже закончилась бы. Вы бы оба погибли от вот этого болта.

И старый император поднял с пола зазубренный болт.

— Отец, кто это? — мальчишка поражённо замер, уставившись на портрет позади отца. Ведь он и раньше видел эту картину. Но только теперь, когда отец встал рядом, он понял, что мужчина, изображённый на портрете, очень похож на отца.

Старый император оглянулся и замер. Потом обнял сына за плечи и произнёс, прижимая к себе:

— Это твой дядя. Мой старший брат.

— Если он старший, то императором должен быть он. И где он сейчас, почему мы о нём не знаем?

— Да, ты прав. Он должен был стать императором, но…. - мужчина судорожно втянул воздух, отводя взгляд. — Он отказался от наследования престола и уехал в наш старый замок, который принадлежал нашему роду, ещё до вступления на престол. И он снова стал князем. Из рода Эрад….

Он замолчал.

— Отец, а где он сей…?

— Пойдём, сын, я тебе расскажу.

И император, правда, рассказал всё. Оказалось. Его старший брат влюбился в женщину, которая не могла стать его женой по причине своего происхождения. И он отказался от престолонаследия. У них всё шло хорошо. И через год появились на свет близнецы — мальчик и девочка. Вскоре после этого его жена исчезла. Может, она сбежала, может, была похищена. Никто не знает. Но её не нашли. Через год после этих событий оппозиция предприняла попытку свержения правящего рода. У них ничего не вышло. Но брат и его семья, а заодно и весь замок был уничтожен. Как и многие другие замки князей. После этого его отец взошёл на трон.

Император выбежал из галереи и полетел назад, пока не наткнулся на слугу. Велев мальчишке посыльному привести в портретную галерею обоих магов, мужчина бросился назад.

— Мой император, что-то случилось? — маги ворвались в двери одновременно. Они были запыхавшиеся и обеспокоенные.

— Подойдите сюда, — позвал их Толиар. Мужчины переглянулись и подошли к своему правителю, который в задумчивости рассматривал портрет.

— Что такое?

— Взгляните, — он кивнул на картину.

Маги дружно повернули головы и стали рассматривать портрет. А на нём был изображён статный широкоплечий золотоволосый мужчина с пронзительными чёрными глазами, одетый в дорогой камзол. Он стоял, обняв за плечи красивую женщину с чёрными смоляными кудрями, белой кожей и большими глазами какого-то непонятного тёмного цвета. Даже не тёмного, а цвета запёкшейся крови. Она как-то вымученно улыбалась, словно боялась чего-то. А мужчина ободряюще её поддерживал, и при этом в его глазах светились алые искорки любви. Они составляли противоречивую, но великолепную пару.

И маги бы долго ещё рассматривали сей шедевр, если бы не ехидный голос императора.

— Господа маги, и что же вы думаете?

— Это великолепная картина… — уже начал было Айлен, но под насмешливым взглядом правителя сник.

— Господа, маги, вам эта женщина никого не напоминает?

Айлен с Крисом синхронно повернули головы в сторону портрета. И теперь увидели. Только после слов Толиара до них дошло, что на них с портрета смотрела Кей. Да, чуть другая, с длинными волосами. Чуть постарше. Но именно Кей, имперский шибаг.

— Невозможно, — прошептал Айлен, невидящим взором уставившись на картину.

— Ну и? Что вы можете сказать в своё оправдание?

— Мой император, — Айлен опустился на одно колено и приклонил голову, — я не знал. Когда я нашёл Камину, она была практически мертва. Вытянув её с той грани, я не смог вернуть ей память. Она ничего не помнит из своей жизни до смерти. Я не смог пробиться до её воспоминаний. Я прошу прощения.

— Хм, — император поднял мага с пола, — разбираться, кто виноват, будим потом. А сейчас скажите-ка мне, господа маги, куда была отправлена Кей?

Маги переглянулись, и их глаза расширились.

— Отправляй Дейва.

— Он не успеет, — покачал головой Крис.

— Тогда сами!

— Я там никогда не был.

— Рассчитаем по карте! — упрямо мотнул головой Айлен. — Кей — моё лучшее творение, и я не собираюсь её терять!

— Господа маги, — прекратил уже готовый начаться спор холодный голос императора. — Не забывайтесь. Прежде всего, Камина — моя двоюродная сестра. Если всё сойдётся. А я в этом, почему-то не сомневаюсь.

— Да мой император, — почтительно склонил голову Крис.

— Да, мой император, — повторил его движение Айлен. И троица пулей вылетела из галереи, бросив последний взгляд на вымученно улыбающуюся женщину.

* * *

Одинокий трактир на пустынном тракте. Народу — кот наплакал. Хозяин с удручённым видом стоит у отполированной до блеска стойки и со злобой смотрит на входные двери. И чёрт бы побрал Пресветлого Императора строить новый тракт! Ведь и так хорошо было! А что крюк, так это ничего страшного! А теперь! Честным людям работы нет!

Тут, прервав мрачные мысли мужчины, на улице послышалось конское ржание, а через пару минут в помещение вошёл человек в плаще, тихо шипя себе под нос ругательства. Подойдя к стойке, посетитель скинул капюшон, скрывающий лицо, и трактирщик увидел, как ярко-алые волосы ложатся волной по плечам, а пугающие глаза невероятного цвета смотрят на него с лёгкой тенью недоброжелательности.

— Мне нужна комната, бадья горячей воды и ужин, — хорошо поставленным голосом с лёгкой хрипотцой сказал он.

А мужчина незаметно сглотнул, во все глаза уставившись на клыки, которые вновь прибывший даже не пытался скрыть.

Вампир.

Трактирщик лишь кивнул и выдал ключ. А новый постоялец кинул, уже поднимаясь по лестнице, несколько золотых.

Сам же Зен, лишь войдя в комнату, завалился на кровать, только и успев, что сбросить плащ. Он уставился в потолок бездумными глазами и ещё раз крепко выругался.

Вот уже уйму времени он потерял на то, чтобы расспросить о событиях десятилетней давности, а нужный объект, оказывается, был под самым его носом! Да ещё и эти люди говорить не хотели, пока он не покажет лицо! А стоило показать, как все шугались, а более впечатлительные так вообще в обмороки грохались! Чтоб им всем икалось и не только!

Но дело было сделано! Теперь осталось лишь добраться до замка, а точнее его развалин. А на это у него уйдёт максимум сутки, если конечно, лошадь отдохнёт. Всё-таки, даже лошади его отца не выдерживали такого темпа езды.

* * *

Знаете, иногда в жизни бывают моменты, когда ты противоречишь сама себе. С одной стороны ты хочешь одного, а с другой — совершенно другого. Иногда тебе просто не терпится рискнуть и получить хороший выброс адреналина, и в то же время ты боишься того, что же произойдёт после того, как ты рискнёшь. И ты стоишь в полной нерешительности, пытаясь заставить себя выбрать что-то одно. Но выбирать не можется, и не хочется. Ведь знаете, есть такая поговорка, не бывает безвыходных ситуаций. Хоть один выход всегда есть. Просто этот выход может вам не понравиться. Вот и сейчас.

Ведь был выбор, хотя Кей и уверяла себя, что поворачивать некуда, и пути назад нет. Да мосты сожжены, но можно и переплыть. Она стояла и пыталась заставить себя шагнуть вперёд, под полуразрушенные своды старого замка. В темноту, сырость. Где стоит отчётливый запах гнили. Где под развалившейся крышей тихо воркуют голуби, а может и вороны или летучие мыши. Туда, где скрыта тайна. И самое страшное в том, что это её тайна. Её собственная. Та, что она спрятала очень дано, думая, что погибнет. И она ведь хотела её узнать, хотела узнать, кто она? Но с другой стороны, она боялась. Ей было страшно узнавать всё. А вдруг….

Но она не позволила этим пораженческим мыслям захватить себя в свой уничтожительный водоворот. Она мотнула головой и отвесила себе мысленную оплеуху. Затем глубоко вздохнула, будто собиралась нырять. Хотя почему будто? Она и вправду собралась нырять. В прошлое.

Она на секунду прикрыла глаза, собирая волю в кулак. И тут же перед её внутренним взором предстало знакомое и такое родное лицо Зэна. Близкого и любимого. Она улыбнулась и прошептала «Вернусь, даже из другой игры, вернусь». И, распахнув глаза, ступила на каменные плиты, покрытые многолетним пушистым покровом мха.

Она шла, и её приглушённые шаги гулким эхом разносились по старинным и полуразрушенным коридорам, отражаясь от грубо выложенных каменных стен и улетая далеко, за грань. Девушка шла, она никуда не спешила и не боялась заблудиться. Она шла, ведомая чем-то непонятным, пока непонятным. Она шла, разглядывая всё вокруг, а перед глазами вставали картины этих же стен, этих же залов, этих же коридоров и этих же галерей. Только не разрушенных. А почти новых, но уже не живых. Заброшенных. Но по-прежнему великолепных. Она шла и разглядывала великолепную лепнину, мраморный пол и стены, на которых мозаикой были выложены сцены из древних баллад о рыцарях и драконах, и прекрасных принцессах, заточённых в башнях, о прекрасном лесном народе и древних чудовищах, что охраняют леса, о подводных жителях, что исчезли уже миллионы и миллиарды лет назад. Она шла, а духи просыпались, оживали и охотно показывали ей картины прошлого. Не своего. А прошлого этого древнего замка.

Девушка шла и видела снующих лакеев, сплетничающих служанок, веселящихся детей, прекрасные пары, что кружились в волнующем танце под огромной витражной крышей. Она видела самого князя, сидящего в стороне и смотрящего куда-то в окно, вспоминающего свою погибшую жену. Она видела и его жену, что сидела у детской кроватки, в которой лежали близнецы — мальчик и девочка, — и беззвучно плакала, прощаясь с самым дорогим, что было у неё в жизни, навсегда. Она видела много всего. А потом и мастеров гномов, что строили замок, видела, как они выкладывают стены, как закладывают фундамент, как меряют площадку, как… спорят до хрипоты, пытаясь решить, как же заложить проход в древние катакомбы, обнаруженный на относительно небольшой глубине.

Кей очнулась, когда врезалась носом в кладку. Она осмотрелась и не увидела ничего. В этом коридоре на стенах не было даже колец под факелы, не говоря уже о самом освещении. Но она и так всё видела. И эта кладка показалась ей знакомой. Она прислонилась к стене и стала водить по шершавой поверхности камней. Тут её палец наткнулся на что-то острое. Она вздрогнула и почувствовала, как на подушечке указательного пальца набухает капля алой крови. Внезапно с лёгким и едва заметным щелчком один из камней чуть-чуть вдавился внутрь кладки. Кей присела на корточки и с большой осторожностью стала продавливать камень дальше. Потратив довольно много времени на это, девушка, наконец, просунула руку за «стену». И тут же стена будто испарилась. Её просто не стало. Раз. И вместо холодной шершавой поверхности под пальцами у тебя пустота.

Кей от неожиданности повалилась на пол. И весьма удачно. Над головой просвистело зазубренное лезвие. Девушка удивлённо поморгала, но потом собралась с духом и отправилась дальше. Она инстинктивно придерживалась то одной, то другой стены, упиралась в какие-то камни, обходила стороной довольно обычные на вид плиты. Она будто бы знала, что, когда, откуда и почему должно вылететь. Хотя…. Почему будто? Она действительно знала это….. Когда-то…. В прошлой партии в рулетку с судьбой….

* * *

Одинокий странник спешился со своего коня и упал на колени перед бьющим из земли ключом. Вокруг зелёными кронами шумели деревья, лесная живность сновала туда сюда, впрочем, не подходя к небольшой полянке у пруда, так как чувствовала опасность, исходящую от человека… или нет?

Зен, напившись ледяной воды, устало развалился прямо на траве, не заботясь чистотой костюма, хотя он, костюм, видал и лучшие времена. Мужчина безразлично смотрел в небо, по которому ветер гнал белые облака. В голове не было никаких мыслей. Хотя… нет, была одна. Но эта мысль преследовала его всё время, что он выехал из столицы. И заключалась она в том, что с Каминной происходит что-то серьёзное. Только что…?

Внезапно мужчина резко подскочил, и вся его фигура напряглась.

А что если она вспомнила своё прошлое? Ведь… ведь она же сказала, что подсознательно боится высших вампиров. А вдруг она вспомнила что-то связанное с вампирами, что-то из-за чего у неё теперь есть этот страх? Вспомнила и… и отказалась от их связи? А что если…?

Последнюю мысль додумать ему не дали. Над дорогой, а точнее над кустами, растущими у дороги, открылся бурый портал, и оттуда вывалилось трое мужчин.

Вампир тут же подобрался и непроизвольно встал в скрытую боевую стойку, так как опыт общения с теми, кто внезапно появляется из порталов прямо у него перед носом во время поиска очередного артефакта, у него был большой. Но прибывшие мужчины даже не замечали вампира. Они с руганью выбрались из зарослей и придирчиво принялись осматривать свой внешний вид. И по этому внешнему виду вампир определил, что двое из мужчин — маги, а третий — воин, причём мастер. Вдруг воин резко повернулся в сторону Эзениала, машинально ложа руку на рукоять клинка. Маги только теперь заметили вампира и тоже принялись его разглядывать. И тут до Зена дошло, что один из магов кого-то ему напоминает….

Точно! Вампир еле удержался, чтоб не хлопнуть себя по лбу. Одним из магов оказался непосредственный начальник Ми — Айлен. Но… что он тут делает? Если только….

Троица удивлённо разглядывала вампира, как вдруг Айлен позволил себе лёгкую улыбку.

— Здравствуй, Эзениэл.

Вампир кивнул. Всё правильно. Маг знает его, так как видел в компании Кей.

— Ты Кей случаем не видел?

— Нет.

— Хм…. А мы сейчас где находимся?

— В дне пути от бывших владений рода Эрад. А в чём дело?

— День пути….

— Значит, нам пора, — заключил воин и нетерпеливо посмотрел на второго мага.

— Да, действительно, — кивнул тот и бросил беглый взгляд на вампира, — следует поторопиться. Времени почти не осталось. Прошло уже достаточно времени, чтобы Камина добралась до родового замка.

Айлен кивнул на слова Криса, кивнул застывшему Зену и, резко развернувшись, зашагал по дороге. Остальные бросились следом. Вампир несколько минут переваривал информацию, а в голове у него роились мысли о том, что здесь делает Кей. И тут догадка пронзила сознание, а в голове всплыл разговор со старым вампиром и его проказливый взгляд при словах о таинственном воре, который украл браслеты у соседнего клана.

Ведь Камину нашли примерно в то же время, когда и произошло это событие….

Мужчина бросился к лошади, которая не успела ещё толком отдохнуть, и помчался догонять ушедших.

* * *

Коридор, напичканный ловушками, закончился странным помещением, пол которого был выложен большой разномастной плиткой. Лишь изредка попадались фрагменты, схожие по рисунку. В противоположной стене тёмным зевом чернел круглый проход. Кей, ничего не понимая, поставила ногу на пол. И как только девушка это сделала, из стены вырвалась струя огня, которая охватила примерно половину помещения. Кей испуганно отпрянула, а потом в памяти всплыла фраза…беги по воде…. И девушка стала рассматривать рисунки на плитках. На глаза почти сразу попалась небольшая плитка с нарисованной водной руной, а потом ещё дальше и ещё одна. И шибаг рискнула. Она спрыгнула, приземлившись на плитку с водным знаком. Как только она это сделала, проход, из которого пришла Кей, закрылся стеной, которая к тому же ещё и поползла на неё. Девушка кинулась вперёд, но на середине комнаты знаки на плитках стали меняться, а выход стал закрываться. Плюнув на всё, Кей бросилась, не разбирая, на что наступает, к выходу и успела проскочить, оставив только там клочок куртки.

Оглядевшись в следующем помещении, девушка несколько минут неподвижно стояла. Перед ней было три прохода, из которых одинаково сильно пахло смертью. Сделав шаг вперёд, Кей в нерешительности остановилась, не зная, куда же идти. Вдруг перед глазами встал этот же коридор, только с горящими факелами….

В густой, как патока, тишине раздавались быстрые шаги сапог по каменному полу. Эхом разносилось отрывистое дыхание, а также обрывки бессвязных фраз.

Молодая девушка бежала по правому коридору, судорожно оглядываясь назад, и вздрагивая от через чур сильных ударов собственного сердца.

Она бежала, хотя сил не было. Она бежала, всё наращивая темп, так как чувствовала приближающуюся погоню. Но вот за очередным поворотом девушка внезапно навалилась всем телом на стену, и пол ушёл из-под её ног. Она провалилась вниз, не издав ни единого звука, а плита встала на место, и вновь воцарилась тишина. О недавнем присутствии здесь кого-то живого говорили лишь следы в пыли….

Кей потрясённо уставилась в глубину бокового коридора, размышляла мгновение, а потом бросилась туда. Ночное зрение выхватывало серые, сырые стены, ноги иногда шлёпали по набежавшим лужицам, и звонкое и какое-то зловещее эхо разносилось повсюду, заставляя нервно оборачиваться. Кей брела вперёд, как и в том видении. И, как и в видении, её преследовали. Тут она подошла к месту, которым и закончилось видение. Вначале Кей размышляла, а стоит ли соваться туда, а потом обозвала себя безвольной трусихой и навалилась плечом на стену. Вначале не произошло ничего, и девушка подумала, что видение ни что иное, как плод её больного воображения, как вдруг плита под ногами внезапно провалилась вниз на несколько сантиметров и с противным скрежетом стала отъезжать в сторону. Девушка успела встать на ровную поверхность, и увидела перед собой тёмный провал, из которого несло затхлостью, и дунул поток холодного ветра. Внезапно перед глазами девушки всё поплыло, и она буквально свалилась в темноту, успев услышать, как плита встала на своё место, и подумать, что выхода может и не быть.

Дальше Кей с минуту летела куда-то, постепенно набирая скорость. Перед глазами шибага вновь пронеслось видение, которое стало накладываться на реальность….

Девушка со смачным плюхом падает в воду довольно большого подземного озерца….

Кей рыбкой вошла в ледяную воду и почти моментально достигла дна….

Девушка вынырнула и, пару минут похватав ртом воздух, медленно поплыла к видневшемуся берегу….

Камина двинулась по склону дна вверх, потом осторожно высунула голову из воды и, убедившись, что никакой опасности нет, встала….

Девушка, выбравшись на берег, скинула сумку, порылась в ней и, достав что-то завёрнутоё в тряпицу, направилась к стене огромной пещеры, с потолка которой она и свалилась….

Кей удивлённо осмотрела пещеру и двинулась туда, куда пошла девушка из видения, словно бы переживая всё то заново….

Девушка подходит к стене и, разодрав о стену костяшки пальцев, прикладывает кровоточащие ранки в небольшому углублению в стене. Через пару мгновений кусок стены исчезает, открыв пустую нишу. Девушка, помедлив, кладёт свёрток туда и уходит. Ниша за её спиной вновь превращается в сплошную монолитную стену….

Кей разрезает ладонь кинжалом и прикладывает к скале. Открывается ниша, в которой лежит бесформенный свёрток. Когда девушка, забрав свёрток, отходит, ниша скрывается. А Кей удивлённо смотрит на лежащие на её руке браслеты…. Те самые….

Девушка заворожено смотрит на браслеты, а потом, находясь в каком-то трансе, медленно проводит по ним пальцами, ощущая, как каждый символ наливается неведомой силой. Со стороны это смотрелось завораживающе — в полной темноте в огромной пещере медленно разгорается какой-то холодный и нагоняющий животный страх свет, который проникает в каждый уголок твоего сознания. Источник этого света держит в руках девушка, чья кожа начинает светиться изнутри таким же светом, будто бы вместо крови у неё по венам бежит этот странный свет. Сама же Камина чувствовала, как тело приобретает непонятную лёгкость, а разум начинает угасать, медленно поддаваясь неизвестному напору. Вначале у неё всё поплыло перед глазами, а потом в мозг сотнями острейших иголочек впились лучи яркого света, ослепив, заставив закричать от невыносимой боли и, наконец-то, принеся покой….

В пещере вновь стало темно…. Темно и пусто…. Только вода в подземном озере всё ещё хранила память о случившемся….

* * *

Четверо мужчин быстро шли по дороге в полном молчании. На лицах обозначилась крайняя озадаченность и тяжёлые раздумья. Один из них вёл под уздцы лошадь, которая явно была вымотана, но продолжала беспрекословно слушаться своего хозяина. Вдруг по округе разнёсся грохот с той стороны, в которую двигалась странная компания. Все вздрогнули, а потом тот, что вёл лошадь, бросил уздцы и бросился вперёд с нечеловеческой скоростью…. А на его губах застыл шёпот:

— Ми….

* * *

Когда маги и воин подошли, а точнее будет сказать, подлетели к пригорку, то заметили на нём одинокую фигуру вампира, который стоял, устремив пустой взгляд вниз — на равнину, в которой ранее стоял великолепный замок рода Эрад, а теперь лежали лишь руины… нет, остатки руин. Лишь бесформенная груда неживого камня, ранее бывшая домом для одних и теперь ставшая… могилой для другой….

— Не успел… — прошептал вампир, сжимая кулаки и собираясь броситься туда, чтобы найти… чтобы спасти… чтобы….

— Она мертва, — на его плечо легла рука мага с серыми глазами, — уже ничего не сделаешь.

Вампир скинул руку мага и шагнул вперёд, но…. Лишь шагнул… дабы никто не видел его лица, так как хвалёная выдержка подвела сейчас, и на его лице было крупными буквами написано всё, что творилось внутри… дабы никто не увидел, как по щеке довольно-таки старого вампира скатывается одинокая слеза… дабы никто не увидел, как дрожат его губы и как в глазах отражается расколовшаяся вдребезги душа….

Вдруг солнце скрылось за плотной пеленой облаков, подул холодный ветер, взметнув кроваво-красные волосы вампира, и с неба упала пушистая белая снежинка.

Взгляд вампира впился в неё, будто бы она знала ответы на все вопросы и могла совершить невозможное. Но не только вампир следил за ней. Все остальные провожали эту маленькую снежную звёздочку глазами, пока та не приземлилась на зелёную траву и не растаяла, превратившись в прозрачную каплю холодной воды.

И вампир подумал, с тоской, которая засела на дне его удивительных глаз навсегда, что Камина всегда любила зиму, и это было взаимно.

Снег падал, не обращая внимания на то, что сейчас не время и не место. Снег падал, постепенно укрывая груду камней белым саваном. Снег падал — так оплакивала утрату своей подруги серебряная зима, ведь она не умела плакать, и поэтому падал снег. Снег падал и, касаясь кожи четырёх мужчин, застывал на них прозрачными слезинками.

Каждый из стоявших в тот момент на холме думал одно и то же. Камину не забудет никто. Так как в жизни каждого она успела основательно засесть.

А вампир… он грустно усмехнулся своей мысли. Ведь внутри было пусто, казалось, сердце не бьётся, и причина простая. Просто Ми заняла большую часть его сердца, если не всю… а теперь Камины нет… и сердца тоже нет….

Такого снегопада…

Такого снегопада

Давно не помнят здешние места,

А снег не знал и падал…

А снег не знал и падал…

Земля была прекрасна, прекрасна и чиста…

Часть вторая

Вскрываемся, господа!.

«Лечь-встать» — всего лишь быт новобранцев. «Умри-воскресни!» — вот это жизнь!

Станислав Ежи Лец

— Что?! — у отца и у брата отвисли челюсти, а матушка лишь подошла и поцеловала в щёку, заставив склонить голову.

Зен кисло улыбнулся матери, а потом посмотрел на отца.

— Только повидаюсь с одним вампиром в столице и тут же вернусь… с невестой, — потом он опустился на колено перед матерью. — Мам, только прошу, не нужно критиковать мой выбор, хорошо?

— Я уже на всё согласна, — вздохнула женщина, проводя ладонью по алым волосам сына.

— Тогда до встречи! — Зен поднялся, учтиво поклонился отцу и брату, приложился губами к ладони матери и чеканным шагом вышел в коридор. И там уже прислонился щекой к каменной стене, прикрывая глаза.

Кто бы зал, чего ему стоило это такое простое на первый взгляд решение. Но менять что-то уже поздно. Раз уж он решил изменить свой образ жизни и бросить карьеру шибага, то он так и поступит. Раз уж он решил жениться, значит, он женится. Правда, невесты пока даже на примете нет, но это не проблема. Кандидаток куча — выбирай на любой вкус. Всё равно не одну уже не полюбит, так как чтоб полюбить, нужно сердце, а сердца нет — оно разлетелось на кровавые ошмётки в момент, когда рухнул замок. И сшить его без шрамов не получилось. Да и то, те шрамы больше похожи на уродливые рубцы.

Вампир вздохнул, отлепился от стены и направился к конюшням, нащупывая во внутреннем кармане плаща старый дневник одного его предка — пора бы вернуть его владельцу.

* * *

— Вы уверены? — император Толиар стоял с бледным лицом, а в голове мужчины раненым соколом билась мысль «НЕТ!!!».

Имперские маги стояли напротив него с опущенными головами, не смея произнести и слова.

— Я проверил весь район, — ответил Айлен. — Она мертва.

— Свободны! — выдавил император, не соизволив даже обернуться. Маги, не став испытывать нервы и себе, и императору, быстро исчезли из кабинета. Император так и стоял, отстранённо наблюдая за движением облаков.

А потом в толстую входную дверь врезалась дорогая, гранённая алмазами, статуэтка из тончайшего хрусталя. Осколки застучали по паркету, словно застывшие в лёд капли дождя.

* * *

— Фуууу!..

Донеслись крики из дальнего угла помещения.

Мужчина, сидящий за угловым столом и молча уничтожавший уже третий кувшин самогона, хмуро глянул в сторону бильярдного стола.

Помимо воли захмелевший мозг выдал сцену игры с Кей. И мужчина скупо улыбнулся, а потом допил остатки и твёрдой походкой вышел на улицу.

Когда он вернулся, то на скамье лежала уже одна сумка — только его. И тогда Дейв улыбнулся и подмигнул тени, мелькнувшей за окном.

Истинный шибаг всегда держит данное слово и выполняет заказ… даже если прошло более десятка лет….

* * *

Зен постучался в толстую дверь, и та через пару минут открылась, позволяя увидеть хозяина дома.

— Здравствуй, Эзениэл! — вампир кивнул и с готовностью впустил посетителя.

— Здравствуй… — Зен внимательно всмотрелся в глаза стоящего напротив мужчины, а потом усмехнулся, — Корнелиус.

Тот же совершенно не выглядел удивлённым. Вампир лишь приподнял бровь.

— Я хотел вернуть, — Зен достал из плаща книгу и, помедлив, протянул мужчине. Тот как-то непонятно рассматривал наследника рода, и в его глазах промелькнул огонёк лукавства.

— Спасибо! Сегодня просто день возврата утерянных вещей какой-то!

Зен потрясённо молчал, а потом вампир облокотился рукой о стену. Рукав сполз и Эзениэл замер. На руке вампира блестел браслет из белого золота, который идеально подходил под описание парных браслетов из дневника.

— Но…. Как? — только и смог выговорить Зен.

А в голове ураганом проносились мысли о том, что эти браслеты навеки остались похороненными под замком. Только вот…. А похоронены ли?..

— Шибаг всегда выполняет задание, — вампир пожал плечами. — Тебе ли этого не знать?

— То есть… — выдохнул Зен, но вампир покачал головой, предупреждая слова, и улыбнулся, кивая на комнату, в которой состоялась их прошлая встреча.

Зен медленно вошёл, бесшумно ступая по ковру. Он в нерешительности остановился за креслом, в котором сидела…. У вампира просто не хватало сил обойти кресло вокруг. Но этого не понадобилось делать. Девушка резко встала, оборачиваясь, и застыла, встретившись взглядом с вампиром.

Не известно, сколько бы они так простояли, но комнату, которая до этого освещалась всполохами огня в камине, вдруг озарило холодное мерцание, и Зен перестал ощущать своего предка.

— Браслеты и вправду оказались телепортационными, — сказала Камина, разворачиваясь лицом к огню. — Для этого просто нужна была кровь.

Тишина, прерываемая только треском дров и ровным дыханием.

Внезапно раздался сбивчивый шёпот «Ми», и руки вампира развернули девушку лицом к себе и прижали к груди. Он гладил её по встрёпанным коротким волосам и повторял её имя. А девушка просто мяла пальцами рубашку вампира, щекой ощущая гулкое биение его сердца.

— Я хочу тебя пригласить на свадьбу, — проговорил вдруг вампир, отстраняя девушку.

Та непонимающе посмотрела на него и покачала головой.

— На свою свадьбу, — добавил Зен.

— И кто же невеста? — спросила Камина, делая шаг назад.

Вампир шагнул следом.

— Пока не известно, но я больше и больше склоняюсь к одному варианту… — он кинул на девушку изучающий взгляд, а потом подхватил под локоть и потащил вон из комнаты.

— Куда? Что за..? — девушка стала было возмущаться, но вампир решительно пресек все попытки.

— Пошли познакомлю!

Девушка просто опешила от такого заявления и поэтому прекратила вырываться. Но потом всё же пришла в себя и собралась заехать вампиру в нос, но он уже остановился и резко крутанул девушку вокруг её оси. Та озадаченно уставилась на своё встрёпанное и растерянное отражение в огромном зеркале в тяжёлой оправе.

— Как она тебе? — вампир наклонился к самому её уху и заговорщицки подмигнул.

— А как же матушка?

— А она уже на всё согласна! — отмахнулся вампир, почти касаясь губами шеи девушки.

— А невеста? — ехидно спросила Камина, уклоняясь от поцелуя.

— Думаю, мы сможем договориться, — задумчиво протянул Зен, а потом резко привлёк девушку к себе и, заключив объятия, поцеловал, с удовольствием отмечая, что объятия стали взаимными.

Чувствуется, у клана вампиров скоро наступят весёлые дни….

Январь — Октябрь, 2008 год, Валдай

Content

Засецкая Татьяна Евгеньевна
Ставка — Жизнь

Часть первая Делайте ваши ставки!.

Часть вторая Вскрываемся, господа!.