Лаура Дэниелз

Звездное танго

1

Миловидная рыженькая девушка повесила телефонную трубку и с заученной улыбкой посмотрела на стоящую по ту сторону конторки Даффи.

– Простите, не расслышала. Еще раз назовите имя, пожалуйста.

– Даффи Ричардсон.

Девушка опустила взгляд на лежавший перед ней раскрытый журнал. Ее аккуратно причесанные стриженые волосы поблескивали, форменный салатового оттенка халатик был безукоризненно выглажен.

– Даффи Ричардсон… Даффи Ричардсон… Хм, что-то не нахожу. – Она перевернула страницу и вновь пробежалась взглядом по столбцу имен. – Вероятно, Даффи – это сокращенный вариант, а полностью вас зовут?..

– Дафна.

Рыженькая снова углубилась в журнал.

– Странно… Вы уверены, что сегодня ваш день?

Даффи недоуменно нахмурилась.

– Простите?

– Вам назначено на сегодня? – уточнила рыженькая.

У Даффи сильнее забилось сердце: этот визит имел для нее большое значение.

– Да, конечно. Я позвонила вчера, и мне сказали прийти сегодня в девять утра.

Рыженькая на минуту задумалась.

– Вчера дежурила Полли. Возможно, она не внесла ваше имя в журнал. Знаете что, подождите минутку, я кое-что выясню, ладно?

– Да-да, конечно. – Даффи готова была ждать сколько угодно, только бы ее вопрос решился положительно.

Рыженькая вышла из-за конторки, чтобы тут же исчезнуть за углом, в коридоре.

Даффи тем временем огляделась, потому что толком не успела этого сделать, когда вошла сюда. Впрочем, смотреть было особо не на что. Обычная приемная частной клиники: чисто, аккуратно, мягкие кожаные диваны вдоль стен, журнальный столик с кипой глянцевых журналов, две небольшие пальмы у окон и конторка, за которой минуту назад сидела симпатичная рыженькая приемщица в медицинском халате. Из пациентов присутствовала лишь дама бальзаковского возраста, комплекция которой навевала мысли о липосакции.

– Доктор Найтли примет вас, – прозвучало рядом.

Обернувшись, Даффи увидела успевшую вернуться рыженькую. Та изобразила улыбку.

– Вообще-то у доктора Найтли сейчас должна быть пациентка, но она не пришла, из-за чего образовалось небольшое окно в графике приемов. Благодаря этому доктор Найтли может уделить вам внимание.

– Спасибо, – в свою очередь улыбнулась Даффи. – Где находится его кабинет?

Рыженькая кивнула за угол.

– По коридору направо, там увидите дверь с номером два, это и есть кабинет, в котором доктор Найтли ведет прием.

Еще раз улыбнувшись, Даффи двинулась в указанном направлении.

О том, что в этой клинике образовалась вакансия, она узнала абсолютно случайно. Вернее, речь шла даже не о вакансии, а о некоем объеме работ, на выполнение которых требовался месяц. Именно такой срок Даффи задумала провести в Миннеаполисе, поэтому неожиданная информация о возможности временного трудоустройства очень ее обнадежила.

Сейчас, направляясь по коридору к кабинету доктора Найтли, Даффи думала о том, как удачно подслушала разговор двух парней, которые, как и она сама, являлись финалистами конкурса видеоочерков, посвященных родному краю, носившего название «Земля, которую люблю». Правда, упомянутые парни стали лишь лауреатами конкурса в отличие от Даффи, которой посчастливилось занять первое место – чем она очень гордилась, потому что видеоматериалов было прислано немало и пришли они из всех уголков штата Миннесота.

Разговор, о котором идет речь, Даффи подслушала невольно во время фуршета, устроенного организаторами конкурса после вручения наград.

– Не хочешь подработать? – произнес один из парней, коротко стриженный, с множеством мелких серебряных украшений на ушах и бровях, а также с поблескивающим в ямке под нижней губой шариком.

– Не знаю… – вяло отозвался другой, с неприметной внешностью и неопределенного оттенка волосами. – А что за работа?

– Так, снять кое-что на видео.

– Придется куда-то ехать? – без особого интереса спросил второй.

Стриженый качнул головой.

– Нет, все здесь, в Миннеаполисе, на Беллфорд-стрит. В частной клинике доктора Найтли, если тебе известно это имя.

– Еще бы, – кивнул собеседник. – Моя мать мечтает к нему попасть.

– Сначала можешь попасть ты! – хохотнул стриженый.

– Типун тебе на язык… Я вообще не понимаю, зачем над собой экспериментировать.

– Погоди, вот постареешь, отрастишь второй подбородок, тогда поймешь.

– Лучше постараюсь остаться худым… Что же там снимать, в этой клинике?

– Понятия не имею, – пожал стриженый плечами. – Известно лишь, что работы примерно на месяц, поэтому, если желаешь…

Но приятель не проявил энтузиазма.

– Боюсь, ничего не выйдет, на следующей неделе я улетаю в Нью-Йорк. А откуда ты узнал, что доктору Найтли потребовалось что-то снять на видео?

– Сюзи сказала. У нее в клинике доктора Найтли подружка работает, вот она и…

Парни продолжали разговаривать, но так как при этом удалились от Даффи, то она больше ничего не разобрала. Однако услышанное дало немало пищи для размышлений. А главное, надежду на то, что не придется сразу возвращаться из Миннеаполиса домой, в Брикстон, и терпеть там ворчание тетки, которое наверняка продолжится до самого приезда Билли.

Даже тогда, посреди людного и шумного фуршета, Даффи улыбнулась, когда в мозгу возникла мысль о Билли Питтсе. Да и могло ли быть иначе? Ведь это ее жених – человек, за которого она через два месяца выйдет замуж, чтобы провести вместе всю жизнь и, если повезет, умереть в один день. Впрочем, о смерти Даффи думала меньше всего. Наоборот, с приятным волнением предвкушала совместную жизнь.

Но сначала предстояло как-то провести два оставшихся до свадьбы месяца, что представляло собой некоторую сложность.

Конечно, Даффи могла вернуться в Брикстон, никто ей этого не запрещал, но дело в том, что она жила не с родителями, а с теткой.

Родители Даффи, Ширли и Эндрю, до некоторого времени тоже проживали в Брикстоне, но в прошлом году, продав дом, уехали в Австралию. Подобному поступку предшествовали длительные уговоры со стороны Марты, сестры Ширли. В течение двух последних лет Марта прельщала Ширли рассказами о том, как хорошо той будет в теплом климате, где отсутствуют морозы, сырость и прочие проявления погоды, пагубно влияющие на людей, страдающих от ревматизма. Ширли же, несмотря на сравнительную молодость, относилась именно к этой категории граждан. Еще в юности ей случилось сильно простудиться, и с тех пор ее стали мучить – периодически то исчезая, то возобновляясь – ревматические боли.

Разумеется, непросто решиться на такой серьезный шаг – все бросить, сняться с насиженного места и уехать за тридевять земель, тем более с двумя дочерьми, старшей Даффи и младшей Полли. Однако Марта была красноречива, а ревматизм Ширли не сдавался, и в конце концов, взяв всю ответственность на себя, Эндрю объявил о продаже дома.

Когда на усадьбу нашелся покупатель, Марта подыскала подходящий, почти за ту же цену, дом в окрестностях Кингстона – где проживала со своей, состоявшей из мужа и сынишки, семьей, – и переезд состоялся. Правда Даффи с самого начала заявила, что ни в какую Австралию не поедет: у нее уже два года продолжалась помолвка с Билли и не за горами была свадьба. Оставалось лишь дождаться, когда Билли вернется из Ирака.

Билли Питтс имел от роду двадцать пять лет, состоял в капитанском звании и считался лучшим снайпером части. Последнее абсолютно по праву, так как он с ранней юности охотился с отцом в окружающих Брикстон лесах, где и усовершенствовал меткость стрельбы.

Контракт Билли истекал еще не скоро, но этим летом ему обещали отпуск, поэтому они с Даффи назначили свадьбу на август.

Нечего и говорить, что Даффи с нетерпением ждала дня, когда, после известной церемонии, сменит девичью фамилию и станет называться миссис Питтс. А пока жила у тетки – вдовой бездетной сестры отца, – которую звали Рут. Впрочем, если бы даже та носила какое-нибудь другое имя, на ее характере это вряд ли сказалось бы. Он остался бы таким же скверным.

Порой Даффи спрашивала себя, не из-за дурного ли нрава женушки так рано отправился на небеса ее муж, Джерри Бенч?

Если Рут и Джерри своего пилила так же, как меня, неудивительно, что он предпочел сменить дислокацию, размышляла Даффи, стараясь пропустить мимо ушей очередную порцию теткиного ворчания.

Недовольство же та проявляла часто и по любому поводу. Или, с точки зрения Даффи, вообще без такового. Вернее, умудрялась находить его, что называется, на пустом месте. То Даффи не так расставила в шкафчике вымытую после ужина посуду, то не на тот крючок повесила полотенце в ванной, то надела коричневые туфли, взяв при этом черную сумочку – что, по мнению Рут, являлось преступлением против законов гармонии.

Словом, предлог, позволяющий излить желчь в окружающее пространство, отыскивался часто, порой несколько раз на дню. Нечего и говорить, что приятного в этом было мало, во всяком случае для Даффи. Сама Рут, скорее всего, находила в бесконечном брюзжании какое-то удовольствие, из-за чего положение лишь усложнялось.

Стоит ли после этого удивляться, что Даффи старалась большую часть времени проводить вне теткиного дома?

Как правило, она засиживалась в библиотеке, на месте своей работы. А когда возвращалась, – не оставаться же там до утра! – из спальни Рут доносилось нечто наподобие: «О, явилась! Раньше не могла прийти? Шастаешь ночью, что люди подумают…».

Суждения людей, по большому счету, были Даффи безразличны, и это тоже выводило Рут из себя. Та не понимала, как можно не считаться с мнением окружающих.

Окончательно ситуация испортилась, когда Даффи выиграла видеокамеру. Произошло это совершенно неожиданно. Просто она зашла за продуктами в центральный супермаркет, как обычно ничего такого не подозревая, и вдруг оказалась в центре всеобщего внимания. Через минуту выяснилось, что она стала десятитысячным покупателем, в связи с чем ей положен приз – цифровая видеокамера. Подарок тут же был вручен, после чего Даффи подвели к микрофону и попросили сказать несколько слов. Растерявшись, она пролепетала нечто в том духе, что, мол, ей и прежде нравилось делать покупки в этом супермаркете, а теперь она станет заглядывать сюда еще чаще. Сотрудники магазина поддержали ее жизнерадостными аплодисментами, к которым присоединились также присутствовавшие в тот момент покупатели.

Происшествие настолько выбило Даффи из колеи, что она забыла, зачем пришла, в результате чего покинула супермаркет без покупок. Поэтому по дороге домой вынуждена была завернуть в другой магазин. Там, к счастью, обошлось без эксцессов, чему Даффи порадовалась: на тот момент ей хватало потрясений, пусть даже приятных.

Поначалу она не знала, что делать с видеокамерой, но мало-помалу научилась обращаться с ней, а потом вошла во вкус и принялась снимать все подряд, даже тетушку Рут. Та ворчала, но, так сказать, не выходя за привычные рамки. Однако когда у Даффи начался вынужденный отпуск – по причине капитального ремонта здания библиотеки – и она стала пропадать с видеокамерой неизвестно где, Рут разошлась не на шутку.

– Что происходит?! Где тебя носит?! Как ты себя ведешь?! – восклицала она.

– Боже правый, да что я такого сделала? – в свою очередь спрашивала Даффи, не чуявшая за собой никакой вины.

– Не понимаешь? Хорошо, объясню: вместо того чтобы готовиться к свадьбе, ты где-то шляешься!

Последнее слово оскорбило Даффи.

– Я всего лишь хожу по городу и снимаю, – хмуро произнесла она.

– По городу! – ахнула Рут. – Как это понимать? Бродишь по улицам как бездомная? Меня позоришь?

– Тебя? Почему?

– Вот и мне хотелось бы знать – почему? Разве я плохо обращаюсь с тобой? В чем-то тебе отказываю? Лишаю крова или куска хлеба?

Ну, началось! – мрачно подумала Даффи.

– За кров спасибо, а на хлеб я сама зарабатываю.

Однако Рут предпочла пропустить замечание мимо ушей.

– Но людям ведь не объяснишь! Они невесть что подумают. А на чужой роток, как известно, не накинешь платок, и пойдут гулять сплетни – мол, родная тетка девочку изводит!

Верно сказано, усмехнулась про себя Даффи, прежде чем произнести:

– Да что ты так всполошилась, никто ничего такого не думает, все видят, чем я занимаюсь!

Но на Рут не действовали никакие доводы.

– Вот именно! Все видят, что вместо того, чтобы готовиться к свадьбе…

– Ты это уже говорила, – буркнула Даффи. – Не далее как минуту назад.

– И повторю! – взвилась Рут. – Потому что это чистая правда! Что сказал бы твой Билли, если бы узнал, чем ты тут занимаешься?

Тон Рут был таким, что можно было подумать, будто Даффи в самом деле замечена в каких-то неблаговидных поступках. Кто же такое стерпит?

Скрипнув зубами, она сдержанно произнесла:

– Послушай, Рут, со всем уважением к тебе я вынуждена заметить, что ты делаешь из мухи слона. Мое поведение не выходит за рамки пристойности, поэтому у Билли нет повода для нареканий.

– Лишь потому, что он ничего не знает!

Даффи удивленно заморгала: логика Рут была абсолютно непонятна.

– Что-то я не соображу, чего ты добиваешься?

– Чтобы ты прекратила бродить по улицам со своей игрушкой!

– С видеокамерой?

– Ну да!

– Но почему?

– Потому что это недостойное занятие для девушки, которая вот-вот выйдет замуж. Если бы тебе было лет четырнадцать, на подобное времяпрепровождение еще можно было бы закрыть глаза, но сейчас я не могу смириться с этим твоим увлечением…

– А если бы я была парнем, а не девушкой? – подозрительно нахмурилась Даффи.

Рут пожала плечами.

– Тогда другое дело.

– Интересно, в чем же отличие?

– Ну, парням больше дозволено… и вообще…

Услышав подобную сентенцию, Даффи задохнулась от негодования, но все же ей кое-как удалось справиться с собой и она произнесла:

– Тетя, возможно, ты забыла – на дворе двадцать первый век! А ты пичкаешь меня какой-то средневековой чушью. Неравенство полов давно кануло в Лету!

Рут смерила Даффи взглядом.

– Знаешь что, золотце, пока ты живешь в моем доме, я несу за тебя ответственность перед твоими родителями. Вот когда приедет Билли и ты выйдешь за него замуж, я умою руки. А пока…

– А пока я намерена поступать, как сочту нужным, тетя! – с вызовом произнесла Даффи. – Я уже совершеннолетняя, так что нечего шпынять меня по пустякам. А если тебе не терпится избавиться от моего присутствия, то так и скажи, я найду себе другое жилье.

По выражению, промелькнувшему в глазах Рут, было заметно, что подобного поворота она не ожидала. Даффи готова была поклясться, что в голове тетки сейчас вертится нечто наподобие: «Другое жилье? Это чтобы все решили, будто я выгнала на улицу родную племянницу? Ну нет, только этого недоставало!».

– Э-э… не нужно ничего искать. Просто веди себя чуть… мм… аккуратнее.

Даффи пожала плечами.

– Хорошо.

Она понятия не имела, что подразумевается под подобным пожеланием, но перемирие ее устраивало. Ей требовалось несколько спокойных дней, чтобы смонтировать видеофильм, который она впоследствии отправила на конкурс, носивший название «Земля, которую люблю».

Разумеется, ей тогда невдомек было, что ее фильму присудят первое место, а сама она станет призером упомянутого конкурса…

2

Дверь с блестящей металлической цифрой «2» отыскать оказалось несложно. Возле нее выстроилось вдоль стены четыре стула, в данный момент пустовавшие. Скользнув по ним взглядом, Даффи на миг задумалась, потом коротко и негромко постучала.

– Войдите! – донеслось из-за двери. Голос был женский.

Даффи отворила дверь и переступила порог.

– А, наконец-то… Что же вы опаздываете? Ведь следующей пациентке придется ждать, что вряд ли придется ей по вкусу…

Глядя на сидевшую перед компьютером миловидную девушку в светло-зеленом медицинском халате – вероятно, все сотрудницы клиники имели приятную внешность, – Даффи нерешительно переступила с ноги на ногу.

– Да я, собственно…

– Ну что там, Лиз? – донеслось из смежной комнаты, дверь которой была закрыта. – Сколько еще ждать? Этак у меня весь график приема пойдет наперекосяк…

Голос принадлежал мужчине.

Вероятно, это и есть Роджер Найтли, промелькнуло в мозгу Даффи.

Девушка за столом на миг замерла, и на ее лице появилось виноватое выражение. Затем она недовольно покосилась на Даффи, всем своим видом показывая, что именно та является причиной недовольства ее шефа, и, повысив голос, произнесла:

– Все в порядке, доктор Найтли! – Потом гораздо тише добавила, глядя на Даффи: – Ну, идите же, он не любит, когда опаздывают на прием!

– Я не…

– Ступайте! – настойчиво повторила Лиз, не дав ей договорить.

Впрочем, Даффи и сама прекрасно понимала, что лучше не злить потенциального работодателя, ведь последствия могут оказаться пагубными в первую очередь для нее же.

Роджер бросил хмурый взгляд на обрамленные ониксом настольные часы. Он терпеть не мог, когда кто-то опаздывал, не соблюдались договоренности, что-то шло не так, как планировалось, – словом, когда нарушалось привычное течение жизни. А еще – когда все это случалось в понедельник, как сейчас.

И Лиз еще смеет уверять, что все в порядке!

Впрочем, что возьмешь с девчонки, у которой только и мыслей, что о новом ухажере…

Роджер нетерпеливо побарабанил пальцами по столу, и в этот момент порог кабинета робко переступила пациентка.

Ну наконец-то! – подумал он, меря ее взглядом.

– Вам на какое время назначено?

– На девять.

Хм, приятный голос, промелькнуло в голове Роджера. Низкий, грудной, из тех, что мне нравятся… Только все это не имеет никакого значения, она опоздала, а я этого не люблю.

Роджер Найтли не принадлежал к категории врачей, которые обхаживают пациентов. Скорее, наоборот, те обхаживали Роджера. А ведь среди них порой попадались известные личности! Больше всего было киноактеров, которые не ленились ехать в Миннеаполис из разных концов страны: все потому, что, несмотря на относительную молодость – ему было всего тридцать четыре года, – Роджер Найтли считался непревзойденным пластическим хирургом. Он не сомневался, что данное обстоятельство дает ему право диктовать условия, и многие были с этим согласны. Потому что получали от него именно то, чего хотели.

– На девять… А сейчас сколько? – Роджер вновь устремил взгляд на часы. – Четверть десятого!

Пациентка растерянно заморгала, что привлекло внимание Роджа к ее глазам – большим, выразительным, с золотистыми искорками, мерцающими в их бархатистой серой глубине.

Поймав себя на том, что разглядывает глаза своей визави, Роджер нахмурился еще больше. Что это с ним сегодня? Ведь он давно уже не смотрит на пациенток как на женщин.

– Меня задержали в приемной, – неуверенно пояснила Даффи.

Родж мрачно кивнул.

– Отговорка всегда найдется. – Затем, повысив голос, произнес в сторону двери: – Лиз, дай карточку!

– Несу! – раздалось в ответ.

Лиз появилась так быстро, будто стояла под дверью в ожидании, когда позовут.

– Пожалуйста, – сказала она и, положив карточку на стол, удалилась.

Роджер просмотрел записи, затем вновь перевел взгляд на пациентку, одновременно изо всех сил стараясь справиться с возникшим с самого утра раздражением. По опыту он знал, что если оно вскоре не исчезнет, то весь день может пойти насмарку.

Счастье, что девица не пытается кокетничать, подобно иным пациенткам, которые во время предварительного осмотра то и дело устремляли на Роджера томный взгляд, в значении которого не усомнился бы и младенец.

Знали бы они, как мало действуют на него избитые приемы!

Если подобное происходило, Роджер всем своим видом показывал дамам неуместность заигрывания, после чего те, как правило, оставляли бесплодные попытки разжечь его и смущенно утихомиривались. Он же радовался, что избежал дополнительных проблем.

Роджер пригляделся к девушке внимательнее, пытаясь угадать, что привело ее к нему. Ведь кто, как не он, пластический хирург, чье мастерство признано многими, обязан разбираться в тонкостях женской внешности.

Итак, с какой же проблемой может к нему обратиться эта девица? На вид ей лет двадцать, что немного странно, потому что к хирургическому исправлению внешности обычно прибегают женщины постарше. А у этой к тому же на первый взгляд все в порядке. Даже более того – всякий назвал бы ее если не красавицей, то уж миленькой наверняка. Не высокая и не низкая, именно такого роста, который больше всего импонирует мужчинам. Фигура стройная, но со всеми положенными изгибами и выпуклостями. Общие очертания силуэта оставляют впечатление изящества. Словом, нормальная девушка из плоти и крови. Непонятно, что навело ее на мысль о визите в клинику пластической хирургии. Разве что какой-нибудь изъян скрывается под одеждой?

– Итак, ваше имя? – вопросительно произнес Роджер.

– Даффи Ричардсон.

Показалось ему или в голосе девушки прозвучал оттенок удивления, словно он, Роджер, должен был знать ее.

Странно.

Слегка нахмурившись, Роджер вновь всмотрелся в лицо пациентки. Возможно, это восходящая звезда кинематографа, о которой он пока ничего не слышал? Или какая-нибудь статистка, сыгравшая два-три крошечных эпизода и возомнившая себя настоящей актрисой?

– Даффи Ричардсон… – медленно повторил он. – Вы актриса?

Ее ресницы изумленно взлетели.

– Не-ет… Почему вы так решили?

Роджер слегка растерялся.

– Ну, вы так назвали свое имя, словно оно обладает известностью, и…

– Я победительница конкурса видеоочерков «Земля, которую люблю».

Роджер удивился еще больше.

– Земля?

– Это может быть что угодно, – поспешно произнесла Даффи. – Просто там была тема родного края, а вообще…

– Понятно, – сказал Роджер, на самом деле не поняв ничего. – Что ж, раздевайтесь и приступим к делу.

Брови Даффи изумленно взлетели.

– Простите?

Может ли быть, что у такой молодой девушки плохо со слухом? – подумал Роджер. А впрочем, всякое встречается.

– Пожалуйста, разденьтесь, – отчетливо произнес он. – Я осмотрю вас.

И без того огромные серые глаза Даффи Ричардсон, казалось, увеличились еще больше, щеки порозовели, губы приоткрылись, но с них не слетело ни слова. Она лишь стояла и смотрела на Роджера.

– Что? – с плохо скрытым раздражением спросил тот. – Пока не осмотрю вас, я не смогу принять решения. Ведь это не шутки, речь идет о важных вещах!

– Да, но я не думала… – Выдавив это, Даффи умолкла, но затем заставила себя продолжить: – То есть прежде я никогда не… – И вновь слова будто засохли на ее языке: машинально обведя взглядом кабинет, она увидела у стены кушетку, а чуть дальше, в углу, гинекологическое кресло.

Вероятно, она пытается сказать, что прежде не бывала на приеме у врача-мужчины, догадался Роджер. Боже правый, неужели еще придется уговаривать ее?

Он терпеть не мог пациенток, стесняющихся своей наготы. Правда, большинство относилось к этому спокойно, воспринимая как своего рода неизбежность или жертву, которой требует красота. Но порой встречались излишне трепетные дамочки, даже в зрелом возрасте изображавшие девическую застенчивость. Вот с ними-то и приходилось труднее всего.

Мысленно чертыхнувшись, Роджер сдержанно заметил:

– Если не желаете, чтобы вас осматривали, то я не настаиваю на продолжении приема.

– Но…

– Без осмотра я не смогу дать окончательный ответ по интересующему вас вопросу. Это обычная процедура, все ее проходят, так что…

Он замолчал, и в кабинете воцарилась тишина. Прикусив губу, Даффи лихорадочно размышляла над тем, как поступить. Выбор был невелик: или подчиниться осмотру, или взять билет на поезд и уехать домой. Вернее, к тетке Рут с ее вечными беспочвенными придирками.

Представив себе, что еще два месяца придется терпеть бесконечное ворчание по каким-то надуманным поводам, причем не имея возможности удирать в библиотеку – потому что ремонт там кончится лишь к осени, – Даффи прикусила губу сильнее.

Но… раздеться перед этим импозантным молодым мужчиной? Пусть даже он и доктор…

Неужели здесь всех принимают на работу подобным образом? – подумала Даффи. Вероятно, и та рыженькая в холле, и находящаяся за дверью ассистентка, а также прочие сотрудники – все прошли подобную процедуру? Возможно, такая практика существует и в других медицинских учреждениях?

Роджер пристально наблюдал за странной пациенткой. Та стояла, словно аршин проглотив, и, казалось, даже не дышала. Потом нервно провела языком по пересохшим губам, и в мозгу Роджера промелькнула мысль, что она пытается преодолеть приступ паники.

Как же она решилась на хирургическое вмешательство?

Не успел Роджер подумать об этом, как Даффи спросила тоненьким и дрожащим от волнения голоском:

– Где здесь… э-э… раздеваются?

– Вон там, за ширмой.

Даффи обернулась и действительно увидела ширму, мимоходом удивившись, как это не заметила ее сразу.

Пока она шла раздеваться, Роджер продолжал рассматривать ее, думая о том, что у него давно уже не было такого интересного случая. Чтобы пациентка настолько боялась даже не самой операции, а простого осмотра? Хм…

В течение нескольких последних лет Роджер только и делал, что рассматривал обнаженных женщин. Разумеется, мужчины тоже приходили к нему с какими-то проблемами, но дам было больше. Он избавлял их от явных и воображаемых дефектов, возвращал стройность, изящество линий, убирал ненужное, прибавлял необходимое, добиваясь лишь одного – совершенства. И понимая, что оно практически недостижимо. Однако пациентки обретали желаемое, чувствовали себя помолодевшими, похорошевшими и поэтому испытывали к Роджу искреннюю благодарность. За ним прочно закрепилась репутация талантливого хирурга. Со временем его стали считать престижным, и тогда к нему пришел настоящий финансовый успех.

С профессиональной точки зрения Роджер был доволен почти всем, особенно результатами своей хирургической практики. Что же касается жизни вообще, тут все оказалось несколько сложнее.

Чем дальше, тем все прохладнее он становился к женщинам. Манерных же просто не переносил. И никогда не заводил романов с пациентками. В этом смысле ему было вполне достаточно одной истории, которая приключилась еще в те времена, когда его, начинающего пластического хирурга, мало кто знал. Жизнь преподала ему хороший урок, а он в свою очередь сделал выводы.

В настоящее время Роджер воспринимал женщин – как бы кощунственно это ни звучало – скорее как некий материал, из которого он, подобно скульптору, делал произведение искусства. Но вовсе не такое, в которое мог бы влюбиться. В этом смысле его ситуация ничем не напоминала некоторые истории древности. С тем же успехом Роджер мог быть автомехаником и чинить поврежденные автомобили. Или реставрировать их. Женская нагота не имела для него того значения, которое придавали ей прочие мужчины. Ведь он смотрел на женщин лишь как на пациенток, не более того. Они сменяли друг друга на его операционном столе день за днем, день за днем… Год за годом…

3

– Простите, а до какой степени нужно раздеться? – прозвучало из-за ширмы.

Робкий вопрос вывел Роджера из задумчивости. Сколько еще пациентка намерена там сидеть?

– Полностью, разумеется.

Послышалось ему или за ширмой тихо ахнули?

– Пожалуйста, поторопитесь, – настойчиво произнес Роджер, добавив про себя: вы у меня не одна.

Раздался едва слышный шорох, и странная пациентка наконец вышла из-за ширмы.

Едва Роджер увидел ее, у него перехватило дыхание.

Будь я проклят! – промчалось у него в голове. Она прикрывает грудь!

Он уже не помнил, когда видел что-либо подобное. А если и видел, то, вероятнее всего, в кино, а не в реальной жизни.

Возможно, благодаря целомудренному жесту, а может, и еще из-за чего-то, но Даффи Ричардсон вдруг показалась Роджеру такой юной, естественной, живой…

Вдобавок она как будто еще и дрожала…

Роджер стиснул зубы. Откуда взялась эта реакция? Словно из матерого зубра он в мгновение ока превратился в неопытного юнца.

Не сходи с ума, сказал себе Роджер. Лучше начинай осмотр, время не стоит на месте!

– Опустите руки, – велел он и поспешно прокашлялся, удивляясь, почему вдруг охрип.

В следующую минуту ему довелось пожалеть о своих словах: помедлив долю секунды, Даффи все же опустила руки и ее грудь открылась его взору.

Боже правый! – подумал Роджер. Чтоб я пропал!

Он понимал, что врачу не пристало так таращиться на пациентку, но ничего не мог с собой поделать. Он, сделавший столько пластических операций, добиваясь совершенства, вдруг увидел его! Причем когда меньше всего ожидал…

Грудь Даффи была полной, упругой, стояла торчком и едва заметно подрагивала под воздействием сердцебиения. Она показалась Роджеру едва ли не идеалом красоты. Зрелище просто завораживало. Впрочем, стоит ли удивляться, ведь, как правило, он видел женскую грудь расплывшейся, обвисшей или ненормально вытянувшейся. А тут…

– Теперь руки вверх, – выдавил он.

И только сейчас осознал, как глупо звучат слова, которые до последнего момента произносил почти каждый день. Ведь команду «Руки вверх!» обычно отдают пленным.

Даффи вновь немного помедлила, но подчинилась. Глаз она не поднимала, щеки ее были пунцовыми от смущения.

Заставив себя сосредоточиться, Роджер взглянул на грудь Даффи профессиональным взглядом, но, к счастью, не заметил никакой патологии. Впрочем, чтобы сказать наверняка, требовалась пальпация.

Роджер шагнул вперед.

Пожалуй, никогда еще он не проводил осмотр, испытывая такие противоречивые и будоражащие чувства. Когда прикоснулся к этой удивительной подрагивающей груди, первой мыслью было: дьявол, а перчатки? Но в следующее мгновение с его губ слетел вздох облегчения – перчатки были на руках. Тем не менее сам факт, что он забыл элементарное правило, неприятно удивил Роджера. Такого с ним уж точно никогда не случалось!

Стиснув зубы, он быстро обследовал грудь.

– Все в норме.

– Что? – пискнула Даффи.

– Можете опустить руки, – избегая встречаться с ней взглядом, произнес Роджер.

Впрочем, он напрасно старался, Даффи сама боялась на него взглянуть.

Однако осмотр еще не кончился. Роджер бегло оглядел тело Даффи, не обнаружил никаких изъянов и обронил:

– Повернитесь.

Она неохотно повиновалась.

У Роджера пересохло во рту. Лоб и ладони, наоборот, увлажнились от испарины. В глубине тела, между бедер проскочил сладостный импульс.

Дьявол!

За годы работы Роджер лицезрел столько обнаженных женщин, сколько кому-нибудь иному не удалось бы повидать за всю жизнь. И ни разу у него не возникло естественной, но абсолютно недопустимой для врача мужской реакции. Однако сейчас в его сознании вспыхнул такой соблазнительный образ, что впору бежать под холодный душ…

Дьявол!!!

Мотнув головой, Роджер прогнал крамольные мысли. Затем задумался о том, что же привело к нему эту девушку. Ведь из-за чего-то же она пришла сюда!

Вероятно, он что-то пропустил.

– Можете повернуться.

Все так же, не поднимая взгляда от коврика, находящегося под ее босыми ступнями, Даффи встала лицом к Роджеру.

Тот вновь осмотрел ее тело. Ничего. Правда, ареолы сосков довольно широки, возможно она хочет их уменьшить? Или задумала что-то изменить на самых интимных участках тела? Тогда придется усадить ее в гинекологическое кресло…

От этой мысли по спине Роджера побежали мурашки. Он не чувствовал в себе сил выдержать подобное испытание. Каким-то загадочным образом обычный врачебный осмотр приобрел налет интимности, а Роджер оказался не готов к подобному повороту событий. Но нельзя же показывать свою растерянность пациентке!

– Хорошо… – хрипловато произнес он. – А теперь скажите, что бы вам хотелось изменить во внешности.

Едва услышав эти слова, Даффи залилась краской. На ее щеках и так пламенел румянец смущения, сейчас же лицо стало просто пунцовым. Но на этом дело не кончилось: она покраснела вся, с головы до ног!

Роджер не поверил собственным глазам. Ничего подобного он никогда не встречал. Зрелище его заинтриговало и… зачаровало.

Что? Зачаровало? Ну нет, спасибо! Только не это. Однажды он уже прошел через нечто подобное, повторений не требуется.

– Я… не понимаю, – выдавила Даффи. И вновь прикрыла грудь, обхватив правой рукой левое плечо.

О боже, она меня доконает! – пронеслось в голове Роджера. Снова прикрывается… И дрожит… И не понимает… Интересно, что я такого непонятного сказал?

Машинально проведя языком по пересохшим губам, он произнес:

– Вам что-то не нравится в вашей внешности, верно? Расскажите мне об этом, чтобы я мог решить, сумею ли вам помочь.

Ему и в самом деле было любопытно, что именно вызывает нарекания у такой безукоризненно сложенной девушки. В изгибах тела которой к тому же таится столько эротики…

Когда эти мысли проплыли в его мозгу, Роджер стиснул зубы и ругнул себя, попутно напомнив о необходимости оставаться бесстрастным в любой ситуации.

– Но… я не могу сказать, чтобы мне что-то так уж не нравилось, – пролепетала Даффи. – Поэтому мне не нужно помогать.

Роджер воззрился на нее сверху вниз.

– То есть как? Зачем же вы пришли на прием?

– Чтобы устроиться на работу.

Это еще что за чушь? – сердито подумал Роджер.

– Что же вы морочите мне голову?! Зачем тогда я вас осматривал? – Стремительно шагнув к столу, он взял карточку. – Как, говорите, вас зовут?

– Даффи Ричардсон! – пискнула она, желая провалиться сквозь землю, но по какой-то странной инерции продолжая стоять.

– А здесь указано Эмилия Хасби… Подтяжка ягодиц… – Роджер гневно взглянул на дверь. – Лиз! Снова витаешь в облаках?! Чью карточку ты мне принесла?!

За дверью послышались звуки поспешных шагов, затем она распахнулась и на пороге появилась Лиз.

– Простите, доктор Найтли, я немного напутала, принесла карточку пациентки, опоздавшей на прием. – Она покосилась на Даффи. – А это девушка, о которой говорила Терри. На нее карточка еще не заведена, но, если нужно, я сейчас же и сделаю…

– Мне не нужна карточка, мне нужна работа! – с нотками отчаяния в голосе воскликнула Даффи.

Роджер и Лиз одновременно посмотрели на нее.

Это явилось последней каплей. Издав звук, похожий на мышиный писк, Даффи повернулась и опрометью бросилась за ширму.

Поспешно одеваясь, Даффи слышала, как доктор Найтли выговаривал Лиз за невнимательность, но волновало ее не это, а вопрос, как она могла так оплошать. Ведь следовало сразу изложить цель визита, а не идти на поводу у той рыженькой… Терри, кажется, а также Лиз и самого доктора Найтли. Если бы она с самого начала проявила настойчивость, то не угодила бы в такую двусмысленную ситуацию.

Застегнув дрожащими пальцами молнию на джинсах и надевая лифчик, Даффи подумала, что до сих пор ощущает на груди профессионально выверенные прикосновения Роджера Найтли – теплые, несмотря на то что он был в медицинских перчатках. Однако сейчас Даффи казалось, что грудь горит, а в местах прикосновений остались пылающие отпечатки.

Впрочем, она вся словно дышала жаром – и лицо, и остальное тело, включая даже пальцы ног. Ее будто сунули в микроволновую печь, по счастью тут же вынув обратно. Но и этого оказалось достаточно, чтобы она едва не испеклась.

Словом, в нынешнем состоянии Даффи приятного было мало. В какой-то момент ей показалось, что она сейчас умрет. Правда, не от жара, а от стыда.

Задыхаясь, как после подъема по лестнице на верхний этаж небоскреба, она натянула белый трикотажный топ и, разглаживая его, сунула ногу в босоножку… затем еще и еще. Обуться удалось лишь с четвертой попытки. Зато теперь Даффи была полностью одета, и уверенности у нее прибавилось. Впрочем, не настолько, чтобы она могла невозмутимо выйти из-за ширмы и предстать пред светлые очи доктора Роджера Найтли. Ее бросало в пот от одной лишь мысли об этом.

Такого подавленного состояния Даффи еще не испытывала никогда в жизни. Правда, и ситуаций подобных у нее не случалось.

И о чем я только думала? – вертелось в ее мозгу. Он сказал «раздевайтесь», и я разделась! Как последняя кретинка… С другой стороны, разве он не понимает, что вышло недоразумение? Конечно, глупо было с моей стороны беспрекословно выполнять все, что мне говорят, но откуда мне знать, каковы порядки в этой клинике? И потом, он врач, ему не привыкать к зрелищу раздетых женщин…

Тут на Даффи с новой силой нахлынули унизительные воспоминания, и она прижала ледяные пальцы к вспыхнувшим щекам.

Если бы о случившемся узнал Билли…

Даффи на миг зажмурилась. Нет, Билли не узнает о ее позорной оплошности. Сама она скорее умрет, чем признается, а больше рассказать некому.

Нет-нет, ни за что! – промелькнуло в ее мозгу. Билли и так возражал против моей поездки в Миннеаполис. С победой на конкурсе видеоочерков поздравил, но ехать не советовал. Мол, пусть перешлют премию на мой банковский счет. В этом смысле они нашли бы общий язык с Рут! Кажется, Билли до сих пор не понимает, зачем я отправилась в Миннеаполис…

Даффи вспомнила, как убеждала его в необходимости своего присутствия на церемонии награждения.

– Я должна там побывать! И ничего страшного в этом не вижу. Что со мной случится? К тому же Миннеаполис большой город, там столько интересного! Хоть какие-то новые ощущения, а то все одно и то же…

М-да, узнал бы Билли, какие новые ощущения она испытала несколько минут назад! Да он пришел бы в бешенство, представив, как его невеста, без пяти минут жена, голая красуется перед неким Роджером Найтли, пусть даже тот и пластический хирург!

Нет, хоть у нее и нет от Билли секретов, о сегодняшнем происшествии лучше ему не рассказывать. Для его же спокойствия. Ведь расстроится, начнет нервничать, а там, в Ираке, это небезопасно. Хоть военные действия вроде бы утихли, но бдительность никогда не помешает…

Не успела Даффи подумать об этом, как ее сознание кольнула мысль: что же я здесь стою?! Ведь давно пора выйти!

Когда Лиз удалилась в приемную, Роджер стянул латексные перчатки, сел за стол и уставился на карточку, где было указано имя Эмилии Хасби. Его взгляд скользил по буквам, но перед внутренним взором маячило совсем другое: изящное тело Даффи Ричардсон. Девушки, которая не нуждалась в пластических операциях.

И как это я мог подумать, будто она желает что-то исправить в своей внешности! – проскочило в его мозгу. Нужно быть последней дурехой, чтобы с таким формами хотеть чего-либо подобного…

В этот момент Даффи Ричардсон показалась из-за ширмы. Полностью одетая.

Роджер испытал укол разочарования.

С другой стороны, чего он хотел? Недоразумение выяснилось – раздеваться ей больше нет нужды.

– Значит, вы пришли не по поводу устранения недостатков внешности, – произнес Роджер лишь бы что-то сказать.

– Конечно… кхе-кхе… Конечно нет.

Как она мило краснеет…

– Хорошо, что же вам от меня понадобилось?

Даффи нервно одернула топ, не подозревая, что благодаря этому тот еще больше обтянул красивую высокую грудь.

– Ведь я уже сказала: мне нужна работа.

Роджер заставил себя перевести взгляд с ее груди на лицо.

– Но почему вы решили добиваться трудоустройства именно здесь, в моей клинике?

Выдержать прямой взгляд доктора Роджера Найтли оказалось Даффи не под силу. Она машинально отвела глаза… но лишь затем, чтобы наткнуться взглядом на гинекологическое кресло, которое, разумеется, стояло на прежнем месте, сразу за кушеткой. Увидев его, Даффи подумала о том, чего благополучно избежала: ведь осмотр мог включать и исследование наиболее интимной зоны ее тела!

Эта мысль обожгла мозг Даффи будто кипятком. Она даже вздрогнула. И покраснела еще больше.

Что за наказание!

– Я… мм… случайно узнала, что вам требуется человек, который мог бы выполнить определенную работу, – с запинкой произнесла Даффи спустя минуту. – Вроде бы на месяц, насколько я поняла.

– Мне нужен человек?! – удивленно вкинул бровь Роджер.

Даффи нахмурилась.

– Возможно, не лично вам, но вашей клинике. А мне крайне необходимо получить работу именно на этот срок. Поэтому я и пришла.

Ее больше требовалось трудоустройство на два месяца вместо одного, но в крайнем случае устраивал и такой вариант. Второй месяц можно прожить на деньги, заработанные в течение первого. А там приедет Билли, они поженятся – и все проблемы решатся.

4

Роджер откинулся на спинку вращающегося кресла.

– Хм, интересные новости я узнаю. И какую же работу вы собирались выполнять?

Собирались!

Даффи очень не понравился тот факт, что слово прозвучало в прошедшем времени, однако она решила не сдаваться.

– Точно не знаю, но, насколько поняла, работа связана с видеосъемкой. Что-то нужно снять на видео.

Только сейчас в голове Роджера начала понемногу выстраиваться логическая цепочка.

– Погодите, не потому ли вы упомянули о каком-то конкурсе, что ли?

Она кивнула.

И Роджер увидел, как колыхнулась под трикотажем белого топа ее полная грудь. Он стиснул зубы.

– Да-да, о конкурсе, – подтвердила Даффи. – Я сняла и отправила на суд жюри видеофильм, которому позже присудили первое место. Полагаю, это может служить рекомендацией, достаточной для того, чтобы вы именно мне поручили выполнение этой работы.

– Какой работы? – механически спросил Роджер.

Даффи взглянула на него с удивлением. Сейчас она, к счастью, была одета, поэтому чувствовала себя увереннее.

– Не знаю какой. Той, где требуется видеосъемка.

Внезапно Роджер испытал вспышку гнева. Причем непонятно даже, на кого он разозлился – на Даффи или на себя самого. Как бы то они было, он вдруг сердито воскликнул:

– Если вы пришли сюда в поисках работы, то зачем раздевались?

Эмоции Роджера оказались заразительными. Даффи тоже вдруг почувствовала прилив раздражения.

– Потому что вы с ходу решили осмотреть меня! Вспомните, вы сами велели мне раздеться!

– А вы так сразу и подчинились!

Даффи почувствовала, что ее уши вновь загорелись, но сделала над собой усилие и произнесла:

– Ведь вы мой потенциальный начальник… и потом, откуда мне знать, вдруг это требование санитарных норм. Ведь у вас клиника, медицинское учреждение…

Заметив, что Роджер Найтли прищурился, Даффи вновь почувствовала себя очень неуютно. Через минуту выяснилось, что не напрасно.

– Вы всегда раздеваетесь по первому требованию начальства?

Этот вкрадчивый вопрос вновь заставил Даффи покраснеть с головы до ног. Правда, сейчас заметной была лишь краска на лице, остальные части тела были скрыты одеждой – кроме разве что рук.

– Разумеется, нет, – как можно спокойнее ответила она, решив не поддаваться на провокацию.

Проще всего вспылить, повернуться и уйти… А потом что? Взять билет и укатить к тетушке Рут?

– Значит, для меня было сделано исключение? – усмехнулся Роджер Найтли.

Даффи нервно сплела пальцы.

Хорошо ему потешаться, у него все в порядке, промелькнула в ее мозгу сердитая мысль. И потом, он сидит, а я стою… как школьница перед экзаменатором!

– Только потому, что вы врач. В противном случае вам никогда не удалось бы заставить меня раздеться! – Все-таки последнюю фразу она произнесла с вызовом.

К ее удивлению, Роджер Найтли улыбнулся шире, при этом в его глазах промелькнуло какое-то странное выражение.

– Так уж и никогда! – хмыкнул он.

Даффи гордо вздернула подбородок.

– Уж поверьте!

– То есть если бы вашим начальником был не врач, вы не стали бы выполнять требование раздеться?

– Ни за что!

– Хм, интересная история, – протянул Роджер. – Прежде я как-то не задумывался о преимуществах своего положения…

Повисла пауза, во время которой Даффи размышляла о том, что разговор все дальше уходит от предмета, имевшего для нее сейчас решающее значение, – от работы. Нужно было как-то вернуть беседу в прежнюю колею.

– Э-э… но остальные приказы я готова выполнять беспрекословно, – негромко обронила она.

– Это какие же? – последовал вопрос.

– Те, что будут иметь непосредственное отношение к работе.

– Вы в самом деле надеетесь получить здесь какую-то работу? – прищурился Роджер.

И встретился с прямым взглядом Даффи.

Они смотрел друг на друга несколько напряженных мгновений. Даффи пришлось нелегко, но все-таки она выдержала взгляд, глаз не отвела. Ее нынешняя ставка была высока, а нерешительность равнялась провалу.

Однако это не означало, что Даффи удавалось сохранять внутреннее спокойствие. Наоборот, ее волнение достигло предела. Дыхание усилилось настолько, что грудь вздымалась под его воздействием.

Роджер заметил это, и его воображение мгновенно дорисовало остальное, то, что было скрыто под надетым на Даффи белым топом – завораживающую картину наготы.

Даффи была шатенкой со светлым оттенком кожи, но кончики ее груди имели темную окраску. В данный момент это притягательное зрелище было недоступно взору, но все еще трепетало в памяти Роджера.

Он вдруг подумал, что предпочел бы видеть Даффи Ричардсон обнаженной. Затем подавил вздох: вряд ли ему еще когда-нибудь удастся полюбоваться ее наготой.

Ну и замечательно! – проплыло в его голове. Что-то я чересчур бурно реагирую на самые обычные вещи.

Роджер действительно не на шутку обеспокоился тем, как сильно задела его нагота пациентки. Правда, сейчас уже ясно, что это не пациентка, но все равно подобная реакция для врача недопустима.

– Конечно, надеюсь получить работу, – твердо произнесла Даффи. – Для этого и пришла сюда.

Роджер нетерпеливо пошевелился в кресле.

– Послушайте, объясните наконец, что вы подразумеваете под словом «работа»?

– Как, ведь я все рассказала! Мне неизвестно, в чем именно заключается суть работы, знаю лишь, что она связана с видеосъемкой. И что вам требуется человек, способный справиться с подобной задачей. А я и есть такой человек!

Роджер задумался. Он действительно задумал снять нечто наподобие фильма или скорее учебного пособия, которое собирался показать в университете студентам, слушавших курс его лекций, посвященных пластической хирургии. Однако проблем с видеосъемкой у Роджера не существовало, ею занималась ассистентка Лиз, та самая, что перепутала сегодня карточки.

Интересно, кто распускает слухи о моем проекте? – промелькнуло в его голове. Впрочем, почему слухи? Я не делаю секрета из своих задумок… Да и не о них, судя по всему, идет речь, а о работе видеооператора. Кто-то вместо меня решил, что я нуждаюсь в подобном специалисте.

– Неужели вам настолько нужна эта работа, что вы готовы оголиться, только бы ее получить?

– Я… – Даффи вскипела негодованием, и хотела было выплеснуть его, но, едва начав говорить, умолкла. Спорами с потенциальным начальством многого не добьешься. – По данному вопросу я уже все объяснила, и даже не один раз. А работа мне действительно необходима. Постоянно я проживаю в Брикстоне, сюда приехала для участия в церемонии награждения, проводимой по результатам конкурса видеоочерков. Пока остановилась в гостинице, но поищу недорогое жилье, потому что хочу задержаться в Миннеаполисе на некоторое время. Вообще-то меня устроил бы срок в два месяца, но на худой конец сойдет и месяц.

Роджер рассматривал ее, чуть склонив голову набок, и ему казалось, что он научился видеть сквозь одежду. Несмотря на то что Даффи Ричардсон была полностью одета, она виделась ему обнаженной. И это будоражило его сверх всякой меры.

Дьявол, пора избавиться от нее, пока я не наделал глупостей! – сердито подумал он.

– Не понимаю, зачем вы мне все это рассказываете. Живите в Миннеаполисе сколько хотите, я-то здесь при чем?

Даффи прикусила губу. Как же он не поймет!

– Чтобы жить в Миннеаполисе, нужно иметь источник существования. Поэтому, как только мне стало известно, что в вашей клинике возникла потребность в ком-то, кто способен справиться с ролью видеооператора, так я сразу же пришла сюда.

Родж пожал плечами.

– Похоже, вы обратились не по адресу. На вашем месте я просто уехал бы домой и не создавал бы себе проблем.

Даффи покачала головой.

– Не могу. Дело в том, что именно дома и сосредоточены все мои проблемы. Через два месяца приедет из армии мой жених и я выйду замуж, а до того времени вынуждена жить у тетки.

Замуж! Вот оно что… Даффи Ричардсон скоро станет женой какого-нибудь местного Рэмбо, который в силу своей ограниченности не будет способен оценить должным образом ее красоту…

Стоп, стоп, стоп! Это еще что такое? Какое ему дело до отношений некой девицы – о существовании которой еще двадцать минут назад он даже не подозревал – с ее же собственным женихом!

Роджер стиснул кулаки, впившись ногтями в ладони. Через минуту, кое-как справившись с приступом какого-то мерзкого чувства, – боже правый, неужели ревности? – он с показным безразличием обронил:

– Ну и живите себе у тетки, не вижу проблем…

– Не могу, – вздохнула Даффи. – Она так меня пилит, что я боюсь не дожить до свадьбы.

Роджер вновь нетерпеливо пошевелился в кресле.

– Ничем не могу помочь… Вакансий у меня нет, так что… отправляйтесь домой!

Даффи застыла. Неужели она ошиблась? Вроде бы все правильно: клиника пластической хирургии доктора Роджера Найтли. Да и сам он – вот, сидит напротив, за столом! В чем же дело?

Неужели ему настолько не понравилось, что я разделась? – вспыхнуло в ее мозгу. Но этим скорее должна быть недовольна я, чем он. Нет, пусть думает обо мне что хочет, а домой я не поеду! Тем более что дома у меня нет.

Даффи осознавала, что в ее жизни наступил очень острый момент. Причем худшее позади, так как что может быть хуже абсолютно ненужного, как оказалось, оголения перед этим красивым, уверенным в себе человеком? После такого остается лишь умереть со стыда. Поэтому терять Даффи больше нечего, теперь она готова на все.

Домой? Как бы не так!

Впрочем, выбор еще оставался. Можно попрощаться, покинуть клинику а затем и Миннеаполис, увезя домой – к тетке! – приз за лучший видеоочерк. Но одна лишь мысль об этом вызывала у Даффи внутренний протест.

Значит, оставалось одно: уговорить Роджера Найтли дать ей эту работу, убедив его в способности справиться с заданием наилучшим способом.

Даффи вздохнула глубже, словно перед прыжком в холодную воду, и посмотрела прямо Роджеру Найтли в лицо…

Тот вертел авторучку, но, почувствовав на себе взгляд, поднял голову. Правда, при этом постарался удержать глаза в районе подбородка Даффи Ричардсон. Этот участок ее тела казался Роджу безопасным – выше груди, ниже глаз.

Но он ошибся: в области подбородка ему на глаза попались губы. Розовые, словно чуть припухшие, манящие…

Дьявол!

Поспешно переместившись выше, Родж словно наткнулся на взгляд бархатисто-серых глаз. И прочел в нем беспокойство.

Что такое, почему она так волнуется? – промелькнуло в голове Роджера. По-моему, у меня более серьезный повод для тревоги, я подошел к грани, за которой заканчивается нормальное общение врача и пациентки, что таит в себе угрозу профессиональной непригодности. Это мне нужно волноваться, а не ей!

Однако затем течение мыслей Роджера приобрело иное направление.

Возможно, ей нужна работа, потому что она осталась без денег? – подумал он. Одна в большом городе, где неоткуда ждать помощи… Не потому ли она с такой беспрекословностью восприняла мое требование раздеться?

– У вас проблема с деньгами? Нечем заплатить за билет? – хрипловато спросил он. – Хоть это и не мое дело, но я готов дать вам необходимую для проезда сумму.

Даффи качнула головой.

– Благодарю, но дело не в деньгах. Вернее, не только в них. Говорю же, мне невмоготу жить с теткой. Поэтому я хочу задержаться в Миннеаполисе до возвращения Билли. Это мой жених…

Роджер нахмурился.

– Ну, если дело не в деньгах, то… э-э… остальное меня не касается. Собственно, меня вообще не касаются ваши проблемы. Так что всего хорошего, Лиз вас проводит.

5

– Нет-нет, не прогоняйте меня!

Горячность, с которой Даффи выпалила эти слова, заставила Роджера прищуриться.

– Почему?

– Я уже сказала Билли, что не вернусь в Брикстон до самого его приезда.

– Ах вот оно что, – хмыкнул Роджер. – Ну так позвоните ему… или как вы там общаетесь…

Даффи кивнула.

– Верно, по телефону.

– Тем более не вижу проблем. Позвоните и скажите, что вернетесь домой раньше. А сейчас простите, мне некогда…

– Нет. Дело ведь не только в Билли, есть еще моя тетка… – Даффи тяжко вздохнула, и ее красивая грудь – прямо на глазах Роджа – чуть приподнялась и опустилась вновь.

Он быстро отвел взгляд.

– Хоть дядька, я-то здесь при чем?

– Да, но…

– Послушайте, вы отнимаете у меня время! Нам больше не о чем разговаривать!

Решительно встав из-за стола, Роджер направился к двери, распахнул ее и остался на пороге, многозначительно глядя на Даффи.

Но та снова упрямо покачала головой. Она видела любопытный взгляд сидевшей за компьютером Лиз, но он ее не смутил.

А Роджер рассчитывал, что в присутствии его ассистентки Даффи Ричардсон постесняется настаивать на своей просьбе! Как видно, напрасно: та не собиралась уходить.

– Конечно, я тут опростоволосилась, – сдерживая волнение, произнесла она, – но для меня это ровным счетом ничего не значит. Всякий может ошибиться, верно? Ведь вы, доктор Найтли, тоже не сразу сообразили, что я не пациентка. Потому и вышло это… недоразумение. – Даффи прерывисто вздохнула. – Какая-нибудь другая девушка на моем месте, наверное, давно бы бросила все и ушла…

– Вот именно, – буркнул Роджер.

Даффи лишь мельком взглянула на него, затем, разглядывая собственные ногти, продолжила:

– Но мое нынешнее положение не позволяет мне поступить подобным образом.

– Вы настолько толстокожая? – усмехнулся Роджер.

Даффи вновь устремила на него взгляд.

– Послушайте, я всего лишь угодила в дурацкое положение, только и всего. Если бы вы с самого начала не были настолько безапелляционны… Словом, я сейчас чувствую себя полной идиоткой, но дело не в этом…

Роджер и сам испытывал неловкость из-за того, что все так получилось, но не мог не признаться хотя бы самому себе, что увидел сегодня завораживающее зрелище. И догадывался, что еще не раз вспомнит его. Правда, он скорее умер бы, чем рассказал кому-нибудь о своих чувствах.

На миг прикусив губу, Даффи произнесла:

– Кроме всего прочего, мне очень хочется попробовать себя в том деле, для которого вам требуется видеосъемка. Пожалуйста, дайте мне шанс! – На последней фразе она умоляюще взглянула на Роджера.

– Я не… э-э… нет, не могу.

– Но ведь это всего на месяц! Не так уж долго… Даже говорить не о чем.

– Это по-вашему, а я рассуждаю иначе.

– Как?

Не ожидая, что услышит подобный вопрос, Роджер слегка растерялся. Почему он должен распространяться перед кем бы то ни было о своих соображениях?

Думая так, Роджер словно настраивал себя на решительный отпор, хотя в глубине души чувствовал, что непосредственность Даффи Ричардсон обезоруживает его.

Но тогда мне тем более не нужно ее присутствие! – промчалось в его мозгу. Ей не место в моей клинике. Чтобы каждый раз, встречая эту пташку, я вспоминал, как видел ее без одежды? Ничем хорошим это не кончится!

Видя, что Даффи смотрит на него в ожидании ответа, он проворчал:

– Долго объяснять. А если коротко, то ничего у вас не выйдет, места у меня вы не получите.

Но и после этого Даффи не сдалась.

– Возможно, вы думаете, что моя победа на конкурсе видеоочерков ничего не стоит, но, уверяю вас, я все же кое-что умею и… – На миг умолкнув, она с мольбой произнесла: – Доктор Найтли, пожалуйста, позвольте мне взяться за эту работу, она мне нужна позарез!

– Вот наказание… – поморщился Роджер. – Я не отрицаю вашей компетентности, да только вы мне не нужны!

И тут неожиданно подала голос Лиз:

– Ошибаетесь, доктор Найтли, вам придется кого-то нанять для видеосъемок.

Роджер хмуро взглянул на нее.

– Это ты о чем?

Лиз поправила на груди медицинский халат.

– Наверное, вы забыли, я ведь ухожу в отпуск. Значит, вам придется или на время прекратить съемки, или пригласить видеооператора.

– В отпуск?! – Брови Роджера мрачно сошлись у переносицы. – Ведь он у тебя в июне!

Лиз с улыбкой кивнула.

– Верно, через три дня. Даже через два, если не считать нынешнего.

Роджер озадаченно потер подбородок.

– В самом деле?

– Сегодня двадцать девятое мая. Потом тридцатое, тридцать первое – и все, я свободна! – Последние слова Лиз почти пропела, но тут же спохватилась. – Кхе… простите.

Роджер знал, что Лиз собирается провести отпуск с одним банковским клерком, которого хотела бы видеть своим мужем. Поэтому предстоящий совместный отдых в последнее время занимал все ее мысли.

– Если хотите знать мое мнение, – вновь заговорила Лиз, – то скажу, что все очень хорошо устраивается. Оператора не придется искать, он сам пришел! Вернее, она… И вдобавок победительница конкурса. По-моему, это кое о чем говорит.

– Лиз! И ты туда же…

– А что? По-моему, все замечательно. Я так просто уверена, что ваша новая сотрудница справится с задачей.

Даффи готова была поклясться, что, произнося эти слова, Лиз слегка подмигнула ей.

– Новая сотрудница?! – сердито воскликнул Родж. – Я еще ничего не решил!

Возможно, кто-то другой на месте Лиз и сник бы под грозным взглядом шефа, однако она была не из тех, кого легко выбить из седла.

– Что тут решать… – пробормотала она, будто ни к кому не обращаясь. – Все ясно как день. И потом, мнению жюри конкурса наверняка можно доверять. Вряд ли оно ошибочно. Так что перед вами готовый специалист, чего еще желать?

Похоже, Лиз права, мрачно подумал Роджер. Если она уйдет в отпуск, мне все равно придется искать человека, способного произвести видеосъемку. Если же я сейчас заключу контракт с Даффи Ричардсон, одной проблемой будет меньше.

Впрочем, Роджер знал, что напрасно успокаивает себя. Если он примет на работу Даффи Ричардсон – пусть даже временно, – проблем у него только прибавится. Ведь придется постоянно контролировать себя, не откликаться на зов, идущий от тела этой идеально сложенной девушки…

Не успел он подумать об этом, как ощутил этот самый отклик, несмотря на то что даже не смотрел сейчас на Даффи Ричардсон!

Что за наваждение!

Роджер вновь мрачно воззрился на Лиз.

– Чего еще желать? Возможно, и так, но ты прекрасно знаешь, какова специфика моего фильма. Тебе-то не привыкать к съемкам подобного рода, а человек со стороны может не выдержать работы в условиях пластической операции.

Лиз задумалась, правда лишь на мгновение.

– Но вы не сможете делать операцию и одновременно снимать ее на видео.

– Нет, но…

– Вам поневоле придется устроить перерыв в съемках, подождать, пока я не вернусь из отпуска.

– Об этом не может быть и речи! За месяц я упущу столько интересных случаев…

Лиз расплылась в улыбке. Судя по всему, она лишь внешне соблюдала субординацию, а в действительности не особенно боялась своего шефа.

– Видите! А тут помощник сам идет в руки.

Роджер задумчиво покосился на Даффи, разговор, однако, продолжая с Лиз.

– Ведь я могу поручить съемку кому-нибудь другому…

Та пожала плечами.

– Ваше право. – Затем проворчала в сторону: – Только что-то пока, кроме меня, никто не брался за эту работу…

Скрепя сердце Роджер вынужден был с этим согласиться. Другие сотрудники вежливо отклоняли попытки привлечь их к процессу видеосъемок. Он же, хоть и являлся хозяином клиники, настаивать не мог, так как умение владеть видеокамерой не входило в объем требований, предъявляемых при приеме на работу.

Похоже, меня приперли к стенке, проплыло в его голове. Все одно к одному, будто нарочно! Видно, придется все-таки согласиться с доводами Лиз.

Он в упор взглянул на Даффи.

– Вы когда-нибудь присутствовали на хирургической операции?

Даффи прекрасно осознавала, что от ответа зависит решение проблемы, однако соврать не смогла.

– Нет. Вообще-то я библиотекарь, а видеосъемка – это мое хобби. – После секундной паузы Даффи добавила: – Но сейчас я свободна, потому что в нашей библиотеке идет ремонт!

Услышав подобный ответ, Роджер на миг зажмурился, так как его мозг озарился хоть и сомнительным, но очень ярким видением: уставленные книгами стеллажи, на фоне которых находится сидящая за столом обнаженная Даффи Ричардсон.

Никогда не видел такой соблазнительной библиотекарши! – пронеслось в голове Роджера.

Он стиснул зубы, прогоняя совершенно неуместную картину, затем заставил себя произнести:

– Но вам придется снимать весь операционный процесс. И при этом вы не должны говорить, что не переносите вида крови, что это выше ваших сил, падать в обморок и все такое. Словом, не должны создавать проблем. Понятно?

Даффи готова была сама взяться за скальпель, только бы получить здесь работу.

– Абсолютно понятно, – уверенно кивнула она. – Можете на меня рассчитывать.

С сомнением скользнув по ней взглядом, – какое счастье, что сейчас она одета! – Роджер пожал плечами.

– Хорошо, Лиз отведет вас в приемную, где мой секретарь оформит договор. Только учтите, нянчиться с вами никто не станет. Малейшая оплошность, и я откажусь от ваших услуг – подобный пункт будет внесен в текст контракта.

– Согласна! – выпалила Даффи.

Лиз сразу встала из-за стола.

– Идем со мной, сейчас же все и сделаем. – Затем она взглянула на шефа. – Каким числом пометить договор?

На миг задумавшись, тот буркнул:

– Сегодняшним, каким же еще… Раз уж все так получилось…

– Сделаем.

Лиз кивнула Даффи, призывая следовать за собой, и направилась к двери.

Поспешно, словно промедлением боясь спугнуть удачу, Даффи зашагала в том же направлении. При этом в голове ее вертелось нечто довольно двусмысленное: выходит, все-таки не напрасно я раздевалась!

– Не переживай, ничего ужасного тебе снимать не придется, – ободряюще улыбнулась Лиз, когда они с Даффи оказались в коридоре.

– Правда? А что же доктор Найтли меня пугает?

Лиз весело махнула рукой.

– Не обращай внимания, у него порой случаются перепады настроения. Вероятно, тебя угораздило попасть не в лучший период. Вдобавок произошла путаница, одна из пациенток не явилась на прием, но в то же время прибыла ты… Словом, любой на месте Роджа впал бы в раздражительность. Я имею в виду доктора Найтли, между собой мы зовем его Роджем, что ему прекрасно известно.

– Насчет раздражительности все верно, – осторожно произнесла Даффи, – но…

Лиз пристально взглянула на нее.

– Тебя что-то смущает?

– Некоторые слова доктора Найтли. Ведь я действительно никогда не присутствовала на операции – ни на пластической, ни на какой-либо иной.

– Ну… ничего, привыкнешь. И потом, Родж слегка сгущает краски. В действительности работа не такая уж сложная. Поставишь камеру на штатив, настроишь, как скажут, и выйдешь в коридор или соседнюю комнату. А если понадобишься, тебя позовут. Вот и все!

Если Родж сгущает краски, то Лиз, похоже, разбавляет, подумала Даффи. Интересно, зачем ей это нужно?

Ответ не заставил себя долго ждать. Взявшись за ручку двери с табличкой «Приемная», Лиз взглянула на Даффи.

– Вовремя ты появилась! Я, признаться, опасалась, что из-за этих съемок Родж не отпустит меня в июне в отпуск. А мне нужно именно в июне. Очень нужно! В этом году мы с женихом решили отправиться отдыхать вместе. Вернее, официально мы пока не считаемся женихом и невестой, но… надеюсь, после этой поездки мой Никки наконец сделает мне предложение.

Ах вон оно что!

Даффи улыбнулась.

– Желаю удачи. А я выхожу замуж через два месяца.

– Счастливая, – вздохнула Лиз.

– Не переживай, у тебя тоже все сложится хорошо, вот увидишь.

Лиз кивнула.

– Спасибо. Ну, идем оформлять договор?

6

Роджер так и стоял на пороге своего врачебного кабинета, глядя на дверь, за которой скрылись Лиз и Даффи Ричардсон, пока вперевалочку не вошла Джоан Гизер.

– Здравствуй, Родж, как хорошо, что ты не занят. Мне срочно нужна твоя подпись на этих бумагах. – Она взмахнула полупрозрачной пластиковой папкой.

Бухгалтер Джоан Гизер, пятидесяти семи лет от роду, работала в клинике Роджера Найтли со дня ее основания. И даже была первой здешней пациенткой, что являлось для нее особым предметом гордости. Тогда Роджер лично сделал ей липосакцию.

Правда, стройной Джоан оставалась недолго – всего полгода. Ровно настолько хватило у нее терпения сидеть на диете. Потом она махнула рукой на предписания Роджа и вновь стала есть все, что ей нравилось. А любила она многое, по большей части именно то, чего ей рекомендовалось избегать, – острое, копченое, жирное и сладкое. Причем в рабочие часы ей еще как-то удавалось справляться с аппетитом, но, вернувшись домой, она тигром набрасывалась на мясные рулеты, ветчину, паштеты, рыбные деликатесы, сдобу, торты и, разумеется, мороженое, которое обожала. В итоге произошло то, чего и следовало ожидать: Джоан не только быстро вернула прежний вес, но также набрала множество дополнительных фунтов.

– Учти, никакой липосакции я тебе больше делать не стану, – говорил Роджер, видя, как она пускает насмарку его труды.

– И не нужно, – отмахивалась Джоан. – Мой муженек наконец-то от меня сбежал, так что сейчас я свободна и вольна есть в свое удовольствие.

Ее действительно бросил муж, по настоянию которого она в свое время и прошла процедуру липосакции. Самой ей подобные эксперименты были не нужны. Она нравилась себе такой, какая есть, и ни к чему иному не стремилась. Роджер подозревал, что Джоан втайне даже рада своему незамужнему положению. Очевидно, с годами она пришла к выводу, что все мужчины мира не стоят одной хорошо приготовленной отбивной.

– Идем к столу, – проворчал Роджер. – Не на колене же мне подписывать бумаги…

Джоан пристально взглянула на него.

– Я и не имела в виду чего-либо подобного. – Проследовав за Роджером к столу и подождав, пока тот сядет, она вкрадчиво спросила: – А что это за девушка, которую Лиз повела в приемную?

Роджер в этот момент подписывал первый документ, его рука раздраженно дернулась, поэтому последнюю линию он черкнул почти до края бумажного листа. Джоан отметила про себя данный факт.

– Новая сотрудница, – коротко произнес он.

– А, понятно…

На самом деле у всякого, кто оказался бы сейчас на месте Джоан, возник бы вопрос, почему это Родж так нервничает.

Немного подождав, Джоан обронила:

– Медсестра?

Роджер уже просматривал другую бумажку.

– Кто? – вскинул он взгляд.

– Новенькая. Кстати, как ее зовут?

– Даффи.

– А дальше? Что это из тебя приходится вытаскивать слова будто клещами!

– Я же читаю, видишь?

– Да, конечно…

– Ну Ричардсон! И что?

– Ничего, – хмыкнула Джоан. – Какой-то ты нервный сегодня… Что-то случилось?

– Да! Э-э… нет. Так, небольшое происшествие, в результате которого мне пришлось принять на работу эту самую Даффи Ричардсон.

– Разве нам нужна еще одна медсестра?

Роджер подписал бумагу.

– Нет, с медсестрами у нас порядок.

– Кто же тогда эта девушка? Неужели врач? Такая молоденькая…

– Она будет выполнять обязанности видеооператора. В течение месяца, пока не вернется из отпуска Лиз.

– Вот оно что… – Джоан положила перед Роджером очередной документ. – Почему же ты злишься? Ведь, насколько я понимаю, все замечательно улаживается: тебе не нужно прерывать съемки фильма, вместо Лиз поработает другая девушка.

– Я бы предпочел, чтобы этой ситуации не возникло вовсе.

– Да, хорошо бы, но ты ведь не лишишь Лиз отпуска.

Роджер вздохнул.

– К сожалению, это невозможно.

Вновь пристально взглянув на него, Джоан спросила:

– В чем же все-таки причина твоего недовольства?

Роджер повертел авторучку.

– По большому счету причин нет. Просто день как-то не задался с самого утра. Одна пациентка не пришла, вместо нее явилась другая, я предложил ей раздеться, начал осмотр, все как обычно… И вдруг выясняется, что ее интересует возможность устроиться сюда видеооператором, а не вопросы, связанные с исправлением недостатков внешности…

– Это ты о новенькой? – спросила Джоан. – Она пришла к тебе поговорить о работе, а ты заставил ее раздеться? Ха-ха-ха!

Роджер скрипнул зубами.

– Не вижу ничего смешного.

– Брось, мы здесь одни, поэтому можно на минутку забыть о политкорректности. По мне, так это просто анекдот: девушка пришла, чтобы устроиться на работу, а ты ей – раздевайтесь! Ха-ха-ха…

Предпочтя не реагировать, Роджер молча подписал очередную бумагу и с мрачным видом протянул Джоан.

Та взяла, ладонью другой руки промокая выступившие на глазах слезы. И тут ее посетила смутная догадка о том, что Родж чего-то недоговаривает. Чего-то такого, из-за чего он и впал в раздражительность.

Но что это может быть?

Джоан вгляделась в лицо шефа, пытаясь разгадать секрет, но попытка не увенчалась успехом. Тот сидел с бесстрастной физиономией, и проникнуть в тайну застывшей маски ей не удавалось.

Боже правый, неужели здесь что-то личное?! – сгорая от любопытства, подумала Джоан.

– Ладно, прости, если что не так сказала… А что эта Даффи Ричардсон профессиональный видеооператор?

Роджер на миг задумался, вспоминая детали разговора.

– Нет, просто любит это занятие. Вообще-то она библиотекарь.

– Как же ей удастся совмещать две работы? – недоуменно сморщила Джоан лоб.

Роджер взглянул на нее с удивлением.

– Какие две работы?

– Ведь Даффи должна будет и в библиотеке сидеть и операции снимать.

– А, ты об этом… В библиотеке ремонт, поэтому сейчас Даффи свободна. – Тут в глазах Роджера промелькнула какая-то мысль, и он произнес: – Постой, ты думаешь, что Даффи из Миннеаполиса? Нет, она из Брикстона.

Джоан вскинула брови, затем кивнула – мол, понятно.

– Гостит здесь у кого-то?

– Э-э… насколько я понял, она пока живет в гостинице. А что?

– Нет-нет, ничего, я просто так спросила. Значит, это девушка из провинции… Наверное, захотелось вырваться куда-нибудь, проветриться, вот она и приехала сюда…

Роджер покачал головой.

– Ошибаешься. Даффи Ричардсон стала победительницей конкурса видеофильмов… что-то там о родном крае… и поэтому ей нужно было присутствовать на церемонии награждения.

– Хм, вот почему ты взял ее на работу, – усмехнулась Джоан.

Почуяв подвох, Роджер взглянул на нее исподлобья.

– Почему?

– Все-таки хоть какая-то гарантия, что все будет сделано как надо, – пояснила та.

– Ну да, – вяло подтвердил Роджер. – Ну да…

Он даже себе самому боялся признаться, что основным фактором, повлиявшим на решение внять мольбам Даффи и дать ей возможность задержаться на месяц в Миннеаполисе, являлась красота ее тела.

Пока Роджер размышлял, Джоан занималась примерно тем же. Свидетельством тому стал следующий ее вопрос:

– У Даффи совсем никого здесь нет?

– Откуда мне знать? Я вижу ее впервые в жизни. – Хотя предпочел бы не видеть совсем, добавил Роджер про себя. – Но если она живет в гостинице, то, думаю, ни родни, ни знакомых у нее в Миннеаполисе нет.

– Наверное, нелегко ей с непривычки, – вздохнула Джоан. – Ну да ничего, ты будешь рядом, в случае чего дашь девчонке совет.

Роджер бросил на Джоан сердитый взгляд.

– Ты это брось! В няньку я превращаться не собираюсь.

– Никто тебя и не заставляет, – поспешно произнесла та. – Просто это в порядке вещей, когда местные жители подсказывают что-то людям, впервые оказавшимся в их городе. Иными словами, я всего лишь хотела сказать, что ты… ну не оставишь девчонку без внимания, что ли…

Угадала, мрачно подумал Родж. Только будущее время здесь ни к чему, потому что мое внимание уже словно приклеилось к этой Даффи Ричардсон, откуда она только взялась на мою голову!

– А она миленькая, – негромко заметила Джоан.

– Тебе-то откуда знать! – Фраза вылетела раньше, чем Роджер успел сообразить, насколько двойственен ее смысл. Ведь Джоан не видела Даффи обнаженной, это испытание выпало ему.

К счастью, Джоан осталась глухой к нюансам.

– Я успела рассмотреть ее в коридоре, – пояснила она без всякой задней мысли. – Редко встретишь девушку, которая бы так радовала глаз. А эта просто очаровательна. Именно то, что я подразумеваю, когда описываю, какой хотела бы видеть твою будущую… – Джоан прикусила язык, явно не желая произносить какое-то слово, однако Роджеру не нужно было уметь читать мысли, чтобы понять, что она имела в виду. Твою будущую жену – вот что!

Вообще Джоан держалась с Роджером как подруга. Но иногда ее настроение менялось, и она принималась разговаривать с ним как мать. Роджер ничего не имел бы против – тем более что разница в возрасте у них составляла двадцать три года, – если бы во время подобных разговоров речь не заходила бы о его холостом положении.

Возможно, Джоан таким образом компенсировала неудачи собственной личной жизни, но в последние года два у нее развилось сильное желание женить Роджа. Эта идея не давала ей покоя, а страдал от нее Роджер.

Джоан считала, что он уже опоздал со свадьбой. Ему бы следовало создать семью лет в тридцать, а его нынешний возраст составлял тридцать четыре.

– Представь себе, у тебя в гостиной уже мог бы играть на ковре трехлетний карапуз! – говорила Джоан, мечтательно улыбаясь.

У нее самой детей не было, а следовательно, отсутствовала и надежда обзавестись внуками.

В разговоре наступила пауза. Роджер не смотрел на Джоан, прекрасно зная, что та не нуждается в поощрении, просто сидел и ждал, пока она заговорит.

Джоан разложила на столе подписанные бумаги, что-то проверила, затем собрала и сунула в пластиковую папочку. Потом зачем-то тяжело переступила с ноги на ногу, поскребла ногтем переносицу и все-таки сказала:

– Сама не знаю почему, но когда я увидела в коридоре эту новенькую, то вдруг представила ее себе в свадебном наряде.

Фраза повисла в воздухе – Роджер никак на нее не отреагировал. Выждав еще немного, Джоан добавила:

– Когда эта девушка пойдет под венец, она будет красивее принцессы.

– Да, наверное, – кивнул Роджер. – Если заведешь с ней приятельские отношения, у тебя наверняка будет возможность увидеть все собственными глазами.

– Что?

– Свадьбу. Уверен, Даффи пригласит тебя. Через два месяца она выходит замуж.

Стоило немного потерпеть, чтобы увидеть выражение, появившееся на лице Джоан после того, как она услышала эти слова.

– Замуж?

– Тебя это удивляет? – саркастически усмехнулся Роджер.

– Нет, но… за кого?

Как будто это не все равно!

– Ну, есть какой-то жених, вроде бы военный. Должен вскоре приехать из армии.

Джоан прищурилась.

– А ты, я вижу, зря времени не терял…

Брови Роджера удивленно подскочили.

– В каком смысле?

– Когда это ты успел расспросить девчонку о женихе, уж не тогда ли, когда она нагишом перед тобой стояла?

Роджеру показалось, что вся кровь, какая только была в его организме, прилила к лицу. Все-таки Джоан не так проста, как иной раз может показаться. С ней постоянно следует быть начеку, иначе, вот как сейчас, пропустишь весьма болезненный удар. Дело даже не в вызывающей по форме фразе, а в том, что после нее в мозгу вновь вспыхнул образ обнаженной Даффи Ричардсон!

– Еще что-нибудь есть на подпись? – скрипнув зубами, спросил Роджер.

Джоан качнула головой.

– Нет, это все. – Затем произнесла задумчиво: – Интересно, что это за жених, если способен находиться вдали от такой очаровательной невесты?

Роджер вздохнул, стараясь успокоиться.

– Если он на службе, то находится там, куда отправило его начальство.

– Ну да, конечно… – Захватив папку с бумагами, Джоан двинулась к выходу. На пороге оглянулась. – А все-таки жаль, что Даффи не свободна, правда?

Роджер метнул в нее гневный взгляд.

– Мне не жаль. Если хочешь знать, мне все это безразлично!

Тон подобного заявления вызвал лукавые искорки в глазах Джоан.

– Да верю-верю, что ты так кричишь?

– Потому что мы слишком долго разговариваем о вещах, которые мне неинтересны! Если у тебя есть вопросы, касающиеся предстоящего бракосочетания нашей новой сотрудницы, задай их ей самой. Думаю, она тебе все уши прожужжит!

Джоан на миг задумалась.

– А что, неплохая мысль…

7

Как человек здравомыслящий, Даффи осознавала, что, если бы не ее настойчивость, Роджер Найтли – или Родж, как его называли практически все, с кем ей довелось общаться в клинике, – ни за что не пошел бы ей навстречу. Даже несмотря на то, что ему действительно требовался видеооператор на время отсутствия Лиз.

Даффи почти физически ощущала стену отчуждения, которую Родж воздвиг между нею и собой, хотя не понимала, в чем провинилась перед ним. Возможно, тем, что осмелилась отстаивать свои интересы? Ведь кто она по сравнению с известным пластическим хирургом, к которому, по словам Лиз, ездят даже голливудские актеры?!

Если бы у Роджа был на примете человек, умеющий обращаться с камерой и обладающий навыками видеосъемки, он бы даже разговаривать со мной не стал, думала Даффи. С ходу указал бы на дверь, и на том бы все кончилось. Тем не менее, несмотря на совершенно идиотскую историю с раздеванием для совершенно ненужного осмотра, я добилась своего.

Размышляя над минувшим днем, она бродила по маленькому, окутанному вечерними сумерками гостиничному номеру, куда вернулась по окончании первого рабочего дня. Ее щеки до их пор розовели при воспоминании о злосчастном осмотре, но сердце пело: она остается в Миннеаполисе, к тетке возвращаться не нужно!

Взглянув на часы, она решила, что можно позвонить Билли. Если он сейчас свободен, то его телефон включен. В противном случае Билли позже увидит, что она пыталась связаться с ним, и перезвонит сам.

Билли ответил. Услышав его голос, Даффи обрадовалась так, будто они не беседовали не далее как вчера вечером.

– Ну как ты там? – спросила она.

Разумеется, ее не мог не беспокоить тот факт, что Билли находится в так называемой горячей точке, где его жизнь ежедневно подвергается опасности. Она не очень-то разбиралась в политике и не смогла бы сказать, нужно ли было отправлять войска в Ирак – споры по данному вопросу не утихли до сих пор, – но всем сердцем желала, чтобы все это поскорее кончилось и Билли вернулся на родину.

– Здесь полный порядок! – бодро откликнулся Билли.

Даффи догадывалась, что получила бы подобный ответ, даже если бы Билли пришлось одной рукой отстреливаться, а другой держать мобильник. Впрочем, она понимала, что откровенничать Билли не имеет права.

– А ты как? – спросил он.

– У меня тоже все хорошо. Даже лучше, чем можно было ожидать.

– То есть к тетке не возвращаешься?

– Нет! – радостно воскликнула Даффи.

Билли вполголоса выругался.

– Честно говоря, я надеялся на обратное. Кстати, звонил своим, они тоже никак в толк не возьмут, почему ты решила задержаться в Миннеаполисе.

Под «своими» Билли понимал родителей.

– Я сама еще не успела в это поверить, – хихикнула Даффи.

Скорее всего, родители Билли считают ее поступок взбалмошным: кому нужны подобные приключения, когда свадьба на носу? Да и у самой Даффи, наверное, не возникло бы идеи отсрочить возвращение к тетке, если бы та не пилила ее так сильно.

Впрочем, Даффи не собиралась объясняться с кем бы то ни было, даже с будущими свекром и свекровью. Исключением стал один лишь Билли, но ведь он был у нее на особом положении!

Сколько она себя помнит, они все время были вместе. Несмотря на четырехлетнюю разницу в возрасте, Билли проводил с Даффи очень много времени. Способствовало этому расположение их домов: они находились по соседству и между ними даже забора не было, его функцию исполняла живая изгородь.

Даффи и Билли играли в обоих дворах и на улице, вместе ходили в школу. А когда кто-то из сверстников пытался посмеяться над Билли, – дескать, связался с пигалицей, других девчонок, что ли, нет! – тот давал жесткий отпор.

Он вполне серьезно сделал Даффи предложение, когда та окончила среднюю школу и поступила в колледж. Ее подружки тогда еще даже не задумывались о чем-либо подобном. А Даффи сказала Билли «да».

Но это было, так сказать, предварительное предложение руки и сердца. Позже Билли повторил его – уже когда нанялся на армейскую службу. И вновь Даффи подтвердила, что хочет стать его женой.

А как же? Разве могло быть иначе?

Даффи не сомневалась, что их с Билли союз заключен на небесах. Она знала о своем возлюбленном все. Он то же самое мог бы сказать о ней.

Впрочем, сегодняшняя история с оголением перед посторонним мужчиной – пусть даже тот и врач – Билли известна не была. Да и вряд ли Даффи когда-нибудь решится поведать ему об этом случае.

– Значит, ты получила работу? – прозвучало в телефонной трубке.

– Да. Со мной подписали договор, и я, можно сказать, уже отработала первый день.

На самом деле это трудно было назвать работой. Большую часть времени Даффи провела с Лиз, которая вводила ее в курс дела, показывала отснятый материал и рассказывала об основных требованиях Роджа. А затем повела в пустую на тот момент операционную, где, собственно, и производилась видеосъемка.

– И что, тебе там нравится? – с плохо скрытым скепсисом спросил Билли.

– Немного непривычно, потому что я никогда не бывала в операционной, но очень интересно.

– Ох, лучше бы ты не выигрывала этой дурацкой видеокамеры, тогда бы у тебя не появилось тяги к съемкам и ты спокойно дождалась бы меня в Брикстоне!

Даффи прикусила губу. Слова Билли неприятно удивили ее: высказывание словно было выдержано в духе тетушки Рут.

Странно слышать это именно от него, хмуро подумала Даффи.

Впрочем, сейчас не время было объясняться. Скорее всего, дело просто в том, что Билли беспокоится за нее. Следующая его фраза подтвердила ее предположение.

– Я хотел спросить: эта гостиница, в которой ты остановилась, хоть приличное место? Или какой-нибудь дешевый клоповник?

Даффи усмехнулась.

– Не клоповник и не дешевый, во всяком случае для меня. На днях я надеюсь найти менее дорогое жилье. Возможно, какую-нибудь квартирку в пригородах.

– Хорошо, только проверь, чтобы соседи были нормальные. А то знаю я эти меблирашки, там всякий сброд – то пьянчуги, то любители уколоться, то затянуться косячком…

– Не волнуйся, такое окружение мне самой не нужно!

– Да ты и знать не будешь, сначала поселишься, а потом выяснится, что рядом живет невесть кто! – В трубке прошелестел вздох. – Ох не нравится мне все это…

Даффи тоже вздохнула.

– Постараюсь быть внимательней… Знаешь, я по тебе так соскучилась!

Билли сразу подобрел.

– Знаю, солнышко, сам скучаю. А до встречи еще два месяца!

– Да… – Немного помолчав, Даффи попросила: – Ты там тоже осторожней, ладно?

– За меня не переживай, я всегда осторожен. И вообще не грусти, время пролетит незаметно, месяц-другой – и мы увидимся!

– Даже оглянуться не успеем! – подхватила Даффи. – А впереди у нас вся жизнь. Что по сравнению с этим каких-то два месяца?

Билли понравился такой подход.

– Верно, солнышко, смешно даже говорить! Ну, пора завершать разговор… Целую.

– И я тебя, дорогой.

Нажимая на кнопку отбоя, Даффи улыбалась. Билли… Он такой хороший! А если и не понимает ее увлечений, то это со временем уладится. Непременно.

Что же касается родителей Билли, которые тоже не выражали восторга по поводу поездки Даффи в Миннеаполис, – для них даже не являлся аргументом факт ее победы на конкурсе видеоочерков! – так они начали ворчать еще до ее решения повременить с возвращением в Брикстон.

– Нечего тебе там делать! – напрямик заявила Меган, мать Билли. Разговор происходил в их доме, находившемся по соседству с прежним домом Даффи, тем самым, который ее родители продали накануне отъезда в Австралию. – Приз твой могут и по почте выслать, незачем тащиться за ним в такую даль.

– Но как же… – пыталась возражать Даффи, однако Меган не давала ей и рта открыть.

– Ничего не желаю слышать! Чушь все это, ненужные выдумки, детские капризы… Ну что такого может быть в Миннеаполисе, чего нет у нас? Воздух чище и трава зеленее?

– Там есть конкурс!

– Подумаешь, невидаль! Вон их сотнями по телевизору показывают, посмотри – и достаточно. И ехать никуда не нужно.

В каком-то смысле Меган была права – как всякий провинциал, который считает родные края лучше всяких прочих. И возможно, ей самой действительно не было нужды тащиться в Миннеаполис… но Даффи другое дело! Не Меган ведь получила первое место.

Впрочем, Даффи знала, почему та ворчит: вся подготовка к свадьбе ложилась на ее плечи. Ведь молодые отсутствуют. Жених на службе, невеста в другом городе. Кто позаботится о предстоящем торжестве, если не Меган?

Но это была лишь видимая часть айсберга. Даффи была уверена, что на самом деле Меган нравятся предсвадебные хлопоты, а бурчит она для порядка. Уезжая, Даффи пообещала, что рассылку свадебных приглашений возьмет на себя.

Ой, хорошо, что вспомнила! – промчалось в мозгу Даффи. Ведь этим действительно нужно заняться. Но не сегодня, разумеется…

Позже, чистя зубы на ночь, она смотрела в зеркало и думала о том, как после непродолжительного отсутствия вернется в родной Брикстон. Там будут знакомые с детства улочки, привычный круг общения и конечно же Билли – высокий, красивый, сильный… А главное, надежный и преданный!

И тут зеркало будто превратилось для нее в телевизионный экран, показав картинку из будущего: ее саму в белом наряде невесты и Билли в элегантном костюме, с розой в петлице.

Даффи мечтательно улыбнулась.

Ох как они будут мне завидовать – мои подружки! В Билли есть все, что должно быть в мужчине…

Уже лежа в постели, Даффи вдруг подумала, что очень хочет, чтобы в первую брачную ночь Билли смотрел на нее такими же глазами, как Роджер Найтли, когда она разделась сегодня в клинике…

8

Подъехав к клинике, Роджер не сразу покинул свой широкий приземистый «линкольн» – автомобиль, будто нарочно созданный для того, чтобы подчеркивать преуспеяние его владельца. Однако сегодня он задержался в машине не потому, что ему нравилось сидеть в шикарном, отделанном натуральной кожей салоне. Все было гораздо хуже: впервые за время своей практики он не хотел идти на работу.

Всему виной была новенькая – Даффи Ричардсон, из-за которой он вчера испытал столько противоречивых чувств.

И угораздило же меня брякнуть «раздевайтесь»! Роджер вздохнул. Будь я немного внимательней, ничего дальнейшего просто не произошло бы. Я не отреагировал бы так странно на женскую наготу, и у меня не возникло бы сомнений в своей способности оставаться в рамках профессиональной этики. Но случилось то, что случилось, и сейчас я сижу здесь, боясь войти в собственную клинику и оказаться лицом к лицу с этой самой Даффи!

Роджер посмотрел на наручные часы, тяжко вздохнул и открыл дверцу автомобиля. Не сидеть же тут до конца рабочего дня!

Он заглянул в приемную, чтобы спросить у своей секретарши, не назначено ли на сегодня каких-либо встреч, и, получив отрицательный ответ, двинулся в кабинет, где вел прием пациентов.

Лиз уже сидела за рабочим столом.

– Здравствуйте, доктор Найтли, – приветливо произнесла она, едва Роджер перешагнул порог.

– Привет, – буркнул он. – Что там намечено на сегодня?

– Два первичных пациента, затем Эмилия Хасби, которая не пришла вчера, и операция, назначенная на половину одиннадцатого.

– А, подтяжка ягодиц, – пробормотал Роджер.

Лиз взглянула на монитор.

– Э-э… нет, уменьшение объема груди.

– Я имел в виду случай Эмили Хасби, – сухо заметил Роджер.

Быстро посмотрев на него, Лиз вновь устремила взгляд на монитор.

– Ну да, понятно… Кстати, в ходе операции намечалась видеосъемка, кому вы ее поручите – мне или Даффи?

Роджер вздрогнул. Он совсем упустил из виду, что Даффи должна будет присутствовать в операционной. Не успела эта мысль возникнуть в его голове, как ее тут же вытеснила другая, паническая: я не смогу работать в присутствии Даффи Ричардсон!

А затем, без всякой паузы, в мозгу прозвучал чей-то хохоток: ведь она будет одета, идиот!

– Доктор Найтли?

Роджер нервно провел пальцами по волосам. Кажется, он на минуту утратил контроль над собой…

– Да, Лиз, слышу. Приходите в операционную вдвоем, поможешь Даффи освоиться.

– Даффи – это та вчерашняя девушка? – вдруг раздалось с порога.

Обернувшись, Роджер увидел рыжеволосую Терри, дежурившую в холле регистраторшу.

– Здравствуйте, доктор Найтли. Привет, Лиз. Я принесла тебе список пациентов, договорившихся по телефону о приеме н

– Всего месяц, – сдержанно ответил Роджер.

– Пока я буду в отпуске, – подхватила Лиз. Затем добавила, нимало не смущаясь присутствием шефа: – Доктор Найтли сначала не хотел брать Даффи, но ей удалось его уговорить. При этом она проявила завидную настойчивость.

– Наверное, она просто влюбилась в доктора Найтли! – кокетливо поглядывая на Роджера, хихикнула Терри. – Как многие другие женщины…

– Кто это тут влюбился в доктора Найтли? – вновь послышалось с порога. На сей раз там оказалась бухгалтер Джоан.

– Никто, – проворчал Роджер.

– Наша новенькая, Даффи, – одновременно с ним произнесла Терри.

Джоан вскинула брови.

– Как, уже? И она тоже?

Впрочем, удивление Джоан во многом было показным. Как и прочие сотрудники клиники, она прекрасно знала, сколько пациенток воспылало страстью к Роджеру после того, как тот сделал их красивыми. Но такова участь многих врачей. Психологам известен феномен, когда женщины влюбляются в тех, кто их лечит. Или, как в данном случае, исправляет недостатки внешности.

– Что за бред?! – сердито произнес Родж. – Во-первых, Даффи собирается замуж, а во-вторых…

– Верно, она мне тоже говорила об этом, – вставила Лиз.

– А во-вторых… – попытался закончить фразу Роджер, но его опередила Джоан.

– Ну, если Даффи еще только собирается замуж, то положение поддается корректировке.

Роджер хмуро взглянул на нее.

– О чем это ты?

Джоан слегка подмигнула Лиз и Терри.

– Ведь такой видный молодой мужчина, как ты, способен переиграть ситуацию в свою пользу.

– То есть? – еще больше нахмурился Роджер.

– Отбить Даффи у жениха!

Терри восхищенно пискнула.

Метнув в нее гневный взгляд, Роджер вновь повернулся к Джоан.

– Зачем мне ее отбивать?

Та с невинным видом захлопала ресницами.

– Чтобы затем жениться на ней, разумеется. Тебе давно пора обзавестись семьей.

Лиз и Терри притихли, словно почуяв приближение грозы, но Роджер отметил данный факт лишь мимоходом. Несколько мгновений он молча рассматривал Джоан, думая о том, что она слишком много себе позволяет. Дружба дружбой, но всему ведь есть предел.

– Вопрос своей женитьбы я как-нибудь решу сам, – тихо, но яростно произнес он. – А все, что вы наговорили здесь о Даффи Ричардсон, мне неинтересно!

Джоан поджала губы, явно раздосадованная тем, что Родж не пожелал поддержать шутливую дружескую болтовню.

– Как скажете, доктор! – сверкнула она взором.

– Вот именно.

Не встретив со стороны Джоан попытки настоять на своем, Роджер смягчился. Лиз и Терри заметили это, тем не менее последняя предпочла удалиться от греха. Неопределенно улыбнувшись, она обогнула стоявшую на пути тучную Джоан и выскользнула в коридор. Та проводила ее насмешливым взглядом, затем повернулась к Роджеру.

– Угомонись, дорогой, довольно метать громы и молнии. Всем известно, что пациентки тебе неинтересны. Вернее, ты находишь в них лишь предмет узкоспециального интереса, не более того.

Действительно, все сотрудники клиники знали, что Родж очень тактично, но твердо отклоняет попытки некоторых экзальтированных пациенток перевести отношения с ним в интимную плоскость. Разумеется, интрижки у него случались, но лишь непродолжительные и с теми женщинами, которые никогда не переступали порога его клиники. Прочие для Роджера словно не существовали. Да и с теми, кого он удостаивал вниманием, отношения заводил весьма поверхностные. К примеру, Джоан не помнила, чтобы у него был хотя бы один бурный роман. Зато знала, что принятая вчера на временную работу девушка пациенткой не является.

– Так когда же Даффи покажется в клинике? – выждав некоторое время, миролюбиво спросила она.

Ответил не Роджер, а Лиз.

– Вчера мы разговаривали, и я сказала, что раньше девяти ей здесь делать нечего. – Она быстро взглянула на Роджера. – Или вы хотели видеть Даффи раньше?

Я бы предпочел с ней вовсе не встречаться! – промчалось у того в голове. Спокойнее бы себя чувствовал…

– Хотели бы? – повторила Лиз.

Роджер хмуро взглянул на нее, и с его губ машинально слетело:

– Что?

– Ну, вам нужна Даффи до девяти или…

Лиз завершила фразу, но Роджер так и не узнал, как именно, потому что дальше не слушал. Его сознание словно затормозило на словах «вам нужна Даффи». Именно в этот, абсолютно неподходящий момент, посреди предваряющей врачебный кабинет комнаты, в присутствии Лиз и Джоан Роджер понял, что Даффи ему нужна – в том конкретном смысле, который вкладывает в это понятие любой мужчина.

Дьявол!

Даже сейчас, спустя сутки после вчерашнего досадного происшествия, перед внутренним взором Роджера вновь замаячил образ обнаженной Даффи Ричардсон. И одновременно область бедер пронзило сладостным импульсом – тоже знакомым всякому мужчине.

Что за наваждение!

Лиз так и не дождалась от Роджера ответа, потому что через минуту собственной персоной появилась та, о которой шла речь.

Вернее, сначала из коридора послышался голос Даффи и лишь потом порог перешагнула она сама, прижимая к уху сотовый телефон и продолжая разговаривать.

– Да-да, слышу, но… – Последовала пауза, во время которой собеседник, по-видимому, что-то втолковывал Даффи. Спустя минуту она произнесла: – Да, понимаю, и все перечисленное вами мне нравится, кроме… Нет, дело не в этом… И не в мелких недостатках… Да не нужно их устранять! Причина в другом… Да, конечно… И вновь повторю, что квартира мне нравится, единственным ее недостатком является арендная плата. Она мне не по карману, поэтому я вынуждена отказаться от вашего предложения. Э-э… нет, не передумаю. Ведь не стану же я богаче в ближайшие дни! Всего хорошего…

Закончив телефонный разговор, Даффи скользнула взглядом по присутствующим, на долю секунды остановив на Роджере.

– Простите, пожалуйста. Это мне позвонили из риелторской конторы… Я сегодня встала рано и уже успела съездить посмотреть квартиру, которая, к сожалению, оказалась дорога для меня…

Пока Даффи говорила, Роджер смотрел на нее и его раздирали противоречивые чувства: досада, что она никуда не исчезла, а пришла, как и положено, на работу, и восхищение – так как ее внешность не могла не произвести на него впечатления. Даффи выглядела так же трогательно, нежно, но одновременно и изысканно, как и вчера. Правда, с одним отличием: несмотря на украшавший щеки румянец, не похоже было, чтобы она переживала из-за вчерашнего недоразумения. Скорее наоборот – всем своим видом она демонстрировала стремление начать работу.

Роджер машинально стиснул кулаки, заметив это лишь тогда, когда ногти впились в ладони.

– Привет! – дружелюбно произнесла Лиз. – Так ты ищешь жилье?

Даффи вновь обвела присутствующих взглядом.

– Кажется, я не поздоровалась… Добрый день! – Она повернулась к Лиз. – Видишь ли, в данный момент я живу в гостинице, но это для меня дороговато, поэтому мне и пришлось обратиться в риелторскую контору. Правда, самая дешевая квартира из того, что они могут в данный момент предложить, все равно не по моему кошельку.

– Не отчаивайся, – включилась в разговор Джоан, – тебе следует обратиться в несколько контор сразу, тогда дело пойдет быстрее. – Затем в ее глазах промелькнула какая-то мысль, и, взглянув на Лиз, она вкрадчиво произнесла: – А ведь ты на целый месяц уезжаешь на море.

Та воодушевленно кивнула.

– Мы с Никки давно планировали выбраться куда-нибудь вдвоем, но получилось это только сейчас.

– И очень хорошо! – подхватила Джоан с какой-то странной многозначительностью в голосе.

Она словно интенсивно намекала на что-то, однако сосредоточенная на собственных делах Лиз не воспринимала ее усилий.

– Конечно, хорошо, я и сама рада без памяти, что у нас с Никки в этом году все так удачно сложилось.

Джоан нетерпеливо переступила с ноги на ногу, а потом решила действовать напрямик.

– Не только у вас с Никки, но и у Даффи! Даже удивительно, как вы все трое вдруг оказались связаны.

Лиз нахмурилась.

– Трое? Почему вы так говорите?

– Потому что ты можешь предложить Даффи пожить у тебя, пока сама будешь нежиться с Никки на морском берегу.

Лиз недоуменно сморщила лоб.

– У меня?

Джоан невозмутимо кивнула.

– В твоей квартире.

– Но… почему именно в моей? Ведь риелторские агентства вполне могут…

– В твоей, потому что ты уезжаешь, – сказала Джоан, приняв во внимание лишь вопрос Лиз, а остальное пропустив мимо ушей. – Квартира твоя все равно будет пустовать, вот я подумала: почему бы тебе не сделать доброе дело и не пригласить Даффи к себе?

Лиз с сомнением свела брови у переносицы – выстроенная Джоан конструкция, хоть на первый взгляд и несложная, оказалась довольно неожиданной.

Повисла пауза, и тут Даффи не выдержала:

– Не беспокойся, Лиз, я прекрасно справлюсь со своей проблемой сама.

Но та неожиданно улыбнулась.

– Нет-нет, зачем же… – Она кивнула Джоан. – Замечательная идея! А я все ломаю голову, кому бы поручить цветы на время моего отсутствия.

– Заодно Даффи и квартиру твою посторожит, – весело заметила Джоан. Затем добавила, взглянув на Даффи: – Кстати, ты напрасно думаешь, что твоя проблема легко решаема. Снять квартиру на один месяц не так уж просто. Владельцы жилья предпочитают иметь дело с долгосрочной арендой.

– Это правда, – подтвердил молчавший до того Роджер.

Все взглянули на него, ожидая продолжения, но он больше ничего не сказал.

Тогда Лиз вновь повернулась к Даффи.

– Решено, сегодня же заедем ко мне, посмотришь на мои апартаменты!

– Ой, спасибо! – радостно воскликнула Даффи. – Очень тебе благодарна. Правда, мне немного неловко, что так получилось…

– Что же тут неловкого? – пожала плечами Джоан.

– Но Лиз не собиралась сдавать квартиру. Получается, я навязалась. – После секундной паузы Даффи осторожно спросила у Лиз: – А какую сумму ты хочешь получить за мое проживание?

Та захлопала ресницами.

– Что ты, никакой платы!

– Но… – начала было Даффи, однако Лиз решительно прервала ее.

– Ведь ты сама только что сказала, что я не собиралась сдавать жилье. Значит, и доходов никаких не ожидала.

– Все равно мне как-то совестно пользоваться твоим гостеприимством.

– Глупости! – отмахнулась Лиз. – Впрочем, если ты так ставишь вопрос, то в качестве платы будешь поливать мои комнатные цветы. Этим ты избавишь меня от проблем.

– Я бы их и так поливала, – пробормотала Даффи.

– Ну и хорошо! – быстро произнесла Джоан. – Будем считать вопрос улаженным.

– После работы не убегай, уедем вместе, – добавила Лиз. – Посмотришь, где тебе предстоит провести следующий месяц… – Она вдруг умолкла и прикусила губу. – Ох, совсем забыла! Ведь мы с Никки договорились пройтись сегодня по магазинам, нужно кое-что купить для поездки.

– А на завтра нельзя перенести? – спросила Джоан.

– Завтра тридцать первое, последний день моей работы. Вечером мы уезжаем. – Лиз с извиняющейся улыбкой взглянула на Роджера. – Я даже хотела попросить у доктора Найтли разрешения уйти из клиники немного раньше, чтобы у меня было время собраться. Позволите? А вместо меня останется Даффи, ведь она уже наша сотрудница, пусть временная, но все-таки… Можно?

Роджер усмехнулся.

– Похоже, для тебя все складывается очень удачно: и отпуск проведешь, как давно хотела, и замена у тебя есть, и даже за цветами твоими присмотрят. Что ж, не возражаю, можешь завтра уйти раньше.

– Минутку! – подняла Джоан ладонь. – А когда же Даффи побывает у Лиз?

Роджер пожал плечами.

– Собственно, почему бы Лиз просто не написать адрес и не оставить ключ? Думаю, Даффи сама в состоянии отыскать свое новое жилище.

Джоан на миг задумалась.

– Хм, а что… пожалуй, это выход…

– Нет, так нельзя, – вдруг произнесла Лиз. – Если уж Даффи взялась ухаживать за моими комнатными цветами, я должна рассказать, как это делается. Цветов у меня много, и все следует поливать по-разному. А некоторые можно и вовсе оставить без полива – это зависит от того, какая в течение месяца будет погода.

– Иными словами, ты хочешь сказать… – вскинула Джоан бровь.

– Что так или иначе, а Даффи придется побывать у меня до моего отъезда.

Джоан дернула плечом.

– Когда – ночью? Знаю я, как ты ходишь по магазинам, мы с тобой однажды этим занимались – помнишь, когда ты помогла мне подобрать платье, в котором я позже отправилась на вечеринку к своим знакомым? А в тот день я добралась до дому лишь в начале двенадцатого ночи.

– Так что же делать? – пробормотала Даффи. – Ведь должен же быть какой-то выход?

Внезапно Лиз встрепенулась.

– А может, я… Хотя нет, так тоже не получится. М-да, вот история… Конечно, я могу написать детальную инструкцию относительно того, какой цветок как поливать, только, боюсь, это еще больше запутает дело. – Она с сомнением посмотрела на Даффи. – Ты хотя бы различаешь комнатные растения по названиям?

Та задумалась.

– Ну, знаю герань, фикус, алоэ и этот… как его… плющ. Или плющ не комнатное растение?

– Так, понятно, – вздохнула Лиз. – Бедные мои цветочки, нелегкое испытание вас ожидает…

Повисло молчание. Спустя минуту его неожиданно нарушил Роджер.

– Ладно, так и быть, отвезу тебя к Лиз сам, – сказал он, глядя на Даффи. – А ты и сегодня уйдешь из клиники раньше с тем расчетом, чтобы пройтись по магазинам и попасть домой хотя бы часам к шести. – Эта фраза предназначалась Лиз.

Услышав ее, та просияла.

– Спасибо, доктор Найтли! Вы просто душка! Сейчас же позвоню Билли и скажу, что все устраивается наилучшим образом.

– Но, учти, не позже шести часов ты должна быть дома, – строго уточнил Роджер. – Ведь ты живешь на углу Виктория-сквер и Паттерсон-стрит?

Лиз кивнула.

– В нашем доме, внизу, мебельный салон. Точный адрес: Паттерсон-стрит, дом семь, квартира тридцать три.

– Прекрасно, мне все равно по пути, так что я ничего не проигрываю.

Джоан расплылась в улыбке.

– Наоборот, даже выигрываешь!

– Что? – хмуро, словно ожидая подвоха, взглянул на нее Роджер.

– Душевное спокойствие, – не моргнув глазом пояснила она. – Ведь ты лично удостоверишься, что проблемы твоей новой сотрудницы благополучно разрешились.

Знала бы ты, о чем говоришь! – мрачно подумал Роджер. Какое там душевное спокойствие… Я лишился его вчера, с появлением этой самой новой сотрудницы – и, похоже, надолго. Мне бы не по городу раскатывать с Даффи Ричардсон, а держаться от нее подальше… Только как это сделаешь, если она еще целый месяц будет маячить у меня перед глазами?

– Ну все, марш по рабочим местам! – сухо произнес он. – Здесь все-таки клиника, а не клуб любителей живого общения. – С этими словами Роджер повернулся и двинулся к себе в кабинет.

Даффи шагнула следом.

– А мне что делать?

– Главная твоя задача – не мельтешить! – бросил Роджер на ходу. – Пока сиди здесь с Лиз, присматривайся… и готовься. В половине одиннадцатого съемка.

9

Он успел заметить промелькнувшую в глазах Даффи радость и не без удивления подумал, что она, похоже, любит свою профессию… Или ее нынешнее занятие следует назвать хобби? Ведь на самом деле она библиотекарь. Как бы то ни было, при одном лишь упоминании о видеосъемке взгляд Даффи оживился. Пожалуй, даже больше, чем когда она вчера говорила о своем женихе. Не означает ли это, что вопрос свадьбы окончательно еще не решен?

Вот-вот, чаще думай об этом, и тогда твой тайный интерес к Даффи Ричардсон многократно усилится. А к концу месяца настолько окрепнет, что ты будешь не в состоянии с ней расстаться!

Роджер скрипнул зубами, однако аргументов против доводов внутреннего голоса не нашел.

В этот момент в приемную вошла первая пациентка, и ее появление в значительной степени разрядило внутреннее напряжение Роджера.

– Добрый день, прошу сюда, – вежливо произнес он, жестом приглашая даму в кабинет. – Лиз, принеси карточку. Только будь внимательнее, ладно?

– Да, доктор Найтли.

Разумеется, Лиз прекрасно поняла намек: речь шла о ее вчерашней оплошности.

Впрочем, несправедливо было бы упрекать в чем-либо подобном одну Лиз. Вчера все только и делали, что совершали ошибки, включая самого Роджера…

Когда в начале одиннадцатого, окончив прием пациентов, он вышел из кабинета, Лиз объясняла Даффи суть цифровых и буквенных обозначений на полках, где хранились многочисленные папки. Судя по всему, Лиз воспринимала Даффи не только как видеооператора, но и как замену лично для себя на время своего отсутствия в клинике.

Бьюсь об заклад, что она усадит Даффи вместо себя за свой рабочий стол, подумал Роджер. Конечно, я могу возразить, но… зачем? Если уж взял девчонку на месяц, то пусть она проведет его в моей клинике с пользой для меня. В конце концов, плачу ей именно я, верно?

– Секундочку, не так быстро, я не успеваю записывать… – пробился сквозь его размышления голос Даффи.

– Да тут ничего сложного, можно и запомнить, – усмехнулась Лиз.

– Для тебя – конечно. Ты сколько здесь работаешь?

– Три года.

– Ну вот! А я только вчера здесь появилась.

Роджер невольно затаил дыхание, ожидая, что Лиз сейчас отпустит какую-нибудь шутку по поводу вчерашнего происшествия – мол, верно, появилась и с ходу оголилась. Но напрасно он этого ждал – Лиз лишь кивнула и на том дело кончилось.

Вероятно, на Лиз не так сильно подействовала нагота Даффи, как на меня, мрачно усмехнулся про себя Роджер. Будучи женщиной, она не увидела ничего особенного. Впрочем, строго говоря, и я должен был среагировать точно так же, но получилось по-другому.

– Ну-ка, красавицы, бросайте ваши занятия, пора готовиться к операции. Вернее, вам к съемке. Бери видеокамеру, Лиз, и…

– А мне свою брать?

Вопрос Даффи был обращен к Роджеру, так что ему пришлось взглянуть прямо ей в лицо. Ох какие у нее глаза! Они правда такие большие или это собственное восприятие играет с ним, заставляя все преувеличивать? Трудно сказать… Но глаза у этой девушки, как озера, в их глубине можно утонуть…

– Кхм… а ты захватила свою видеокамеру?

Во взгляде Даффи промелькнуло удивление.

– Конечно. Ведь мне предстоит работа, верно?

Похоже, она из категории ответственных сотрудников, промелькнуло в мозгу Роджера.

Людей, дружище, людей! – тут же прокатилось в его мозгу. А то у тебя в последнее время все то сотрудники, то пациенты, то коллеги. Даже в Даффи ты увидел прежде всего идеальную пропорциональность тела и будоражащую наготу, а не человека, нет… Но, как ни парадоксально это для тебя прозвучит, она хоть и красивая женщина, но одновременно человек, понимаешь какая штука…

Родж скрипнул зубами… и сразу поймал себя на мысли, что в последнее время делает это слишком часто. Если так пойдет дальше, то за месяц можно стереть зубы до корней.

– Правильно, поработать тебе придется как следует, – произнес он, заставив себя вновь посмотреть в серые глаза Даффи. – А камеру… захвати на всякий случай, возможно она пригодится.

Лиз и Даффи готовились к присутствию в операционной почти так же тщательно, как Роджер к самой операции. Под конец, взглянув в зеркало, Даффи не узнала себя. В стерильном светло-зеленом халате, в таких же бахилах, в шапочке, под резинкой которой прятались волосы, в марлевой повязке и медицинских перчатках, она больше всего походила не на видеооператора, а на… хирурга.

– Ну как тебе в этом наряде? – усмехнулась стоявшая рядом и одетая точно так же Лиз.

– Немного непривычно, но терпимо. А это надолго?

– Имеешь в виду, сколько продлится операция? Ну, думаю, минут сорок… Но потом еще зашивать…

Поправив на лице марлевую повязку, Даффи спросила:

– А что за операция?

Лиз машинально взглянула сквозь стекло двери в операционную, где в этот момент пациентку готовили к хирургическому вмешательству.

– Уменьшение объема груди.

Даффи удивленно вскинула брови.

– Уменьшение? До сих пор я слышала только об увеличении.

– О, здесь тебя ждет много сюрпризов! – усмехнулась Лиз. – Вообще-то уменьшение объема груди – это рядовая операция. Ей подвергаются женщины возраста от среднего и дальше. А вот об удлинении носа ты слышала?

Даффи тихо ахнула.

– Неужели и такое бывает?

– Представь себе! Я сама очень удивилась, когда узнала. Но, оказывается, подобная операция очень популярна у женщин из Арабских Эмиратов. Там удлиненный кончик носа эталон красоты.

– Ну что, готовы? – раздалось рядом.

Обернувшись, Даффи и Лиз увидели Роджера, тоже полностью готового к операции.

– Почти, – сказала Лиз. – Осталось взять видеокамеры, они сейчас дезинфицируются ультрафиолетом.

Роджер кивнул.

– Хорошо. Когда пациентке дадут наркоз, можете заходить. – С этими словами он толкнул локтем дверь и вошел в операционную.

– Ты боишься вида крови? – спросила Лиз.

Даффи задумалась. В самом деле, операция ведь подразумевает разрезы…

– Э-э… по-моему, нет. А что, это так страшно?

– Ну, некоторое количество крови всегда бывает, но ее сразу промокают, чтобы очистить операционное поле. Так что не переживай, никаких ужасов не ожидается. И вообще, ты быстро ко всему привыкнешь. А сейчас я открою вот эту дверцу… смотри, с помощью красной кнопки… и мы заберем наши продезинфицированные видеокамеры. Запоминай, скоро тебе все придется делать самостоятельно.

– Да-да, вижу… – Взяв свою видеокамеру, Даффи спросила: – Снимать будешь вручную?

– Уж это как скажет Родж. Но чаще всего я ставлю камеру на штатив. Их два, один стоит в операционной, другой в смотровом кабинете. Часто приходится снимать пациентов и до и после операции. Тогда лучше виден эффект. – Лиз вновь бросила взгляд сквозь застекленную дверь. – Пора! Родж сделал знак, что мы можем входить.

Вообще, Родж предпочел бы снимать сам. Что может быть лучше? Ведь кому еще, как не ему самому, известно, в какой момент и куда направить объектив видеокамеры!

Но, к сожалению, обойтись без помощника он не мог. И хорошо, что таковой – в лице Лиз – практически постоянно находился под рукой. Вторым положительным моментом являлось то, что не нужно было возиться с софитами – операционное поле освещалось несколькими мощными лампами.

Но в последнее время включился так называемый человеческий фактор: мысленно уже находясь в отпуске, Лиз витала в облаках и Роджу постоянно приходилось делать ей замечания.

А сегодня она и вовсе вела себя из рук вон плохо. Поставила видеокамеру на штатив, нацелила на грудь лежавшей на операционном столе пациентки и… отошла к окну!

Это было просто возмутительно.

Роджер чувствовал, как в нем с каждой минутой нарастает раздражение, и изо всех сил пытался справиться с ним. Ведь в подобном настроении нельзя браться за скальпель.

А я-то опасался чрезмерной реакции на присутствие в операционной Даффи! – в какой-то момент промчалось в его голове. Получилось же все наоборот – меня выводит из себя Лиз!

Но дальше произошло нечто и вовсе неожиданное. Поймав устремленный в спину Лиз гневный взгляд Роджера, от стены отделилась до поры державшаяся в сторонке Даффи.

– Что нужно сделать? – спросила она деловым тоном, не выказывая ни малейших признаков боязни или намерения упасть в обморок.

– Я перемещаюсь на другой участок, нацель камеру заново. Сейчас скажу, куда именно.

После того как ассистентки быстро сделали все необходимое для продолжения операции, Роджер начал было давать Даффи указания, однако с удивлением обнаружил, что в этом нет нужды. Проследив за его руками, та сама нацелила объектив в нужном направлении. А спустя несколько минут и вовсе сняла видеокамеру со штатива, приблизилась к операционному столу и принялась снимать манипуляции Роджера более детально и под разными углами.

В какой-то момент он поймал себя на мысли, что они с Даффи действуют в унисон. Это было очень непривычное ощущение. Обычно, когда требовалось снимать вручную, Роджер постоянно направлял Лиз, корректировал каждый ее шаг. Но сейчас все изменилось. Даффи выполняла подобную работу впервые, однако ей ничего не нужно было объяснять. Она, что называется, все хватала на лету. И даже более того – как будто предупреждала действия Роджера, причем молча, ничего не уточняя. Просто занималась своим делом и все.

Нечего и говорить, что Роджер был приятно удивлен данным обстоятельством. Он мог бы поклясться, что Даффи интересно работать. В отличие от нее Лиз во время съемки всегда скучала и даже не пыталась это скрыть. А сегодня и вообще устранилась от всего происходящего. Телом была здесь, мыслями же наверняка со своим Никки.

Означает ли это, что в отличие от нее, увлекшись работой, Даффи на время забыла своего жениха?

10

Роджер сидел перед компьютером в другом своем кабинете, когда дверь отворилась и вошла Кэт, секретарь.

– Простите, доктор Найтли, там пришла эта новенькая, Даффи Ричардсон, говорит, вроде бы вы собирались отвезти ее куда-то.

– Ах да! Я совсем забыл… – Роджер взглянул на наручные часы. – Что, половина шестого? А в шесть мы должны быть на месте… Скажи Даффи, что я уже иду.

Она ждала его у дверей приемной.

– Молодец, что напомнила, я слегка заработался и забыл, что нужно ехать к Лиз. – Роджер старался говорить нейтральным тоном и поменьше смотреть на Даффи. – Идем к автомобилю.

Когда они вышли на улицу, Роджер вынул из кармана дистанционный пульт и отключил охранную сигнализацию своего «линкольна». Затем машинально распахнул перед Даффи дверцу, чтобы та смогла занять переднее пассажирское сиденье.

Роджер всегда помогал дамам сесть в автомобиль, для него подобный жест, несмотря на всю его галантность, был механическим. Однако сейчас, поймав на себе заинтересованный взгляд Даффи, он сообразил, что, судя по всему, та не привыкла к подобной обходительности.

Вероятно, ее Рэмбо не опускается до подобных мелочей, с внутренней усмешкой подумал Роджер, подразумевая жениха Даффи. Армейским подобные тонкости непонятны.

Большая часть пути прошла в молчании. Уже свернув на Паттерсон-стрит, где проживала Лиз, Роджер спросил:

– Ну как тебе сегодняшняя съемка?

Лишь задав вопрос, он бегло взглянул на Даффи и неожиданно испытал такое чувство, будто ему в глаза ударил луч света – ее улыбка была ослепительна!

– Очень увлекательно! – с нажимом на первом слоге, улыбаясь до ушей, сказала Даффи. – Я не заметила, как прошла операция. Казалось, только все началось – и вот уже конец!

Роджер прищурился, пытаясь понять, серьезно она говорит или шутит. Вроде серьезно.

– И тебя ничего не… как бы это сказать… не смутило, не оттолкнуло?

– Самой странно, но нет, ничего. Меня настолько увлек процесс съемки, что на остальное я как будто не обращала внимания.

– Хм… – задумчиво произнес Роджер.

– Ведь в библиотеке, где я работаю, ничего подобного не бывает, – заметила Даффи словно в качестве объяснения. – Поэтому сегодняшнее событие совершенно новый для меня опыт.

– Что ж, я рад, – коротко обронил Роджер.

Что еще он мог сказать?

Квартира Лиз очень понравилась Даффи. Впрочем, чего-либо подобного и следовало ожидать. Похоже, ей нравилось вообще все.

Единственным, что вызвало ее возражения, стало намерение Роджера подняться вместе с ней к Лиз.

– Вам вовсе незачем утруждаться! – замахала она руками, видя, что Роджер тоже покидает автомобиль. – Спасибо, что подбросили сюда, а дальше я и сама прекрасно справлюсь.

Однако Роджер придерживался на этот счет иного мнения.

– А если Лиз еще не вернулась домой из похода по магазинам? Что ты будешь делать тогда?

Об этом Даффи не подумала.

– Как, но ведь она обещала…

– О да, обещать Лиз мастерица! – хмыкнул Родж. – Идем проверим вместе. Не бойся, я тебя не съем.

Даффи быстро взглянула на него, будто пытаясь понять, несет ли последняя фраза двойной смысл.

В этот момент Роджер тоже смотрел на Даффи, поэтому их взгляды встретились.

Голубые глаза Роджера – снившиеся не одной пациентке – сошлись с бархатисто-серыми глазами Даффи. Когда это произошло, оба заметно вздрогнули, потому что между ними словно проскочил разряд электрического тока.

С каким-то странным щемящим чувством Роджер наблюдал за тем, как розовые, словно чуть припухшие губы Даффи приоткрылись, а во взгляде промелькнуло растерянное выражение.

Он и сам был порядком обескуражен ощущениями, которые испытывал в эту минуту, да и вообще всем тем, что происходило с ним в течение последних суток – с того самого мгновения, как ему стало известно о существовании на свете Даффи Ричардсон…

Как ни странно, Роджер отвел взгляд первым. Даффи еще продолжала растерянно моргать, а он произнес, поворачивая к подъезду.

– Ну, идем же.

К счастью, квартира Лиз находилась на втором этаже, так что пользоваться лифтом не возникло необходимости. Роджер не знал, что было бы, если бы довелось оказаться с Даффи в таком тесном и замкнутом пространстве, как кабинка лифта. Ему казалось, что он не смог бы демонстрировать спокойствие и изображать безразличие. В подобных условиях у него не хватило бы на это сил.

Боже правый, что со мной происходит? – промелькнуло в голове Роджера, пока они с Даффи поднимались по лестнице. Почему я так сильно реагирую на эту девушку? Безумие какое-то… В ней тоже ощущается напряженность, но это понятно: ей неловко из-за истории с раздеванием. А я-то что?

Лиз оказалась дома. Открыв дверь и увидев за спиной Даффи Роджера, она удивилась, но ничего не сказала. Вернее, пригласила обоих войти.

– Ну вот, смотри, – сказала она, идя впереди. – Это кухня, можешь здесь готовить, пользоваться водой, холодильником и так далее. Все работает, проблем никаких. Теперь переместимся в гостиную…

– Ох какая красота! – воскликнула Даффи.

Лиз довольно улыбнулась.

– Да, это и есть мои комнатные растения, которые тебе придется поливать.

– Целая оранжерея! – покачала Даффи головой, с интересом разглядывая многочисленные горшки с цветами. Затем она озабоченно нахмурилась. – Как бы не запутаться…

– Не волнуйся, это только на первый взгляд сложно, а как дойдет до дела, все упрощается. Идем, я тебе объясню. Прежде всего запомни: водой из-под крана поливать нельзя…

Пока Лиз втолковывала Даффи правила обращения с комнатными растениями, Роджер прошелся по гостиной, разглядывая висевшие на стенах фотографии и репродукции картин.

– Ну что, поняла? – спросила наконец Лиз.

Чуть помедлив, Даффи кивнула.

– Как будто.

– Вот и хорошо. – Тут, по-видимому, Лиз посетила какая-то мысль, потому что она вдруг воскликнула: – Ох какая же я идиотка! Ведь если у тебя возникнут вопросы, ты в любой момент можешь позвонить мне по мобильному! Сейчас напишу тебе номер…

Пока Лиз искала блокнот и ручку, Роджер спросил:

– А как у тебя с соседями?

Лиз в этот момент рылась в ящике комода.

– Куда же я подевала… Что? В каком смысле?

– Я имею в виду, хорошие у тебя соседи или, может, какие-нибудь… – Не найдя с ходу определения, Роджер пошевелил в воздухе пальцами.

Лиз удивленно посмотрела на него.

– Соседи как соседи, нормальные. Вас интересует что-то конкретное?

– Ну, не скандалисты ли, можно ли им доверять, нет ли у них криминальных наклонностей и тому подобное.

Даффи, разглядывавшая большой, ощетинившийся янтарно-желтыми колючками кактус, на миг замерла. Почти то же самое говорил ей во вчерашней телефонной беседе о потенциальных соседях Билли. Но его слова были продиктованы беспокойством за ее безопасность. А почему об этом завел речь Родж? Ведь для него она лишь нанятый на временную работу сотрудник.

– Нет, ничего такого не замечала, – медленно произнесла тем временем Лиз. – Да я и не особенно общаюсь со своими соседями… кроме разве что Тая Ли. Так что вы напрасно тревожитесь.

Роджер пожал плечами.

– Я не тревожусь. Просто осторожность никогда не помешает.

– Ну если в этом смысле… Думаю, проблем у Даффи не возникнет. У меня во всяком случае их нет. А сейчас переместимся в спальню… Сюда, пожалуйста.

Роджер бегло оглядел смежную комнату. Спальня у Лиз была маленькая, уютная, почти все ее пространство занимала широченная кровать.

Зачем ей такой космодром? – подумал Роджер. Слишком много пространства для одного спящего. Впрочем, к Лиз наверняка захаживает этот ее банковский клерк.

А кто станет навещать Даффи?

Роджер и сам не знал, откуда в его голове взялся этот вопрос. Однако, появившись, он завис там подобно отказавшей компьютерной программе.

Что, если Даффи заведет себе ухажера? Жених ее далеко, а она ведь живой человек и, как у всякой женщины, у нее есть определенные желания – из разряда тех, что порой требуют немедленного удовлетворения…

Роджер стиснул зубы. Собственно, ему-то какая разница, заведет себе Даффи любовника или нет? Пусть над этим вопросом ломает голову ее жених!

– А кто такая эта Тая Ли? – спросил он у Лиз, стремясь отвлечься от навязчивых мыслей.

Та недоуменно сморщила лоб, но тут же рассмеялась.

– Не Тая, а Тай! Это парень – Тай Ли. Он китаец, живет этажом ниже. Когда-то давно его предки переселились в Америку, а он…

– Парень? – хмуро повторил Роджер.

Лиз пристально взглянула на него, затем усмехнулась.

– Не волнуйтесь, он не похож ни на вора, ни на убийцу, ни на сексуального маньяка. Тай Ли диджей, работает в дискотеке. Между прочим, он очень симпатичный, так что…

Симпатичный!

Роджер помрачнел еще больше.

– Странно, что этот Тай Ли живет здесь, вдали от китайского квартала.

Лиз пожала плечами.

– Ну и что тут такого? У Тая Ли разногласия с родственниками. Те не одобряют ни его увлечения американской музыкой, ни образа жизни. Вот он и поселился подальше от семьи – чтобы не мозолить родне глаза, ну и себе нервы не трепать. – Лиз повернулась к Даффи. – Ты его сразу узнаешь. Как увидишь самого красивого в нашем подъезде парня, знай – это Тай Ли.

– Коротышка, наверное? – не удержался Роджер.

Но Лиз качнула головой.

– Ничего подобного, он, пожалуй, повыше вас будет. Предки Тая Ли происходят из Северного Китая, местные жители там более рослые, чем на остальной территории.

– Вижу, ты неплохо изучила вопрос, – мрачно хмыкнул Роджер.

– Просто Тай Ли кое-что рассказывал мне о себе, о китайских традициях и тому подобное.

Роджер заметил, что Даффи с все большим интересом прислушивается к разговору, и пожалел, что завел его. А Лиз еще и добавила, будто нарочно:

– Если подружишься с Таем Ли, скучать тебе не придется.

Роджер стиснул зубы – в который уже раз!

– Насколько мне известно, у Даффи есть жених.

– Ах да… – Лиз на минутку обескураженно умолкла, но затем улыбнулась и даже слегка подмигнула Даффи. – Я ничего такого и не говорю… Если ты даже и поболтаешь с Таем по-соседски, это ни к чему тебя не обязывает. Впрочем, как и самого Тая, верно?

Заметив, что Лиз и Даффи обменялись заговорщицкими взглядами, Роджер внутренне напрягся. Одному богу известно почему, но ему это не понравилось.

Вероятно, настроение Роджера отразилось на его лице, потому что, взглянув на него, Даффи как-то сразу притихла и слегка нахмурилась.

Не понравилось, что в такую минуту я напомнил тебе о женихе? – усмехнулся про себя Роджер. А ты, золотце, наверное, даже забыла о его существовании, предвкушая развлечения с симпатичным соседом!

Он отдавал себе отчет в том, что чересчур вольно трактует возникшую ситуацию, но ничего не мог с собой поделать.

– Не понимаю, зачем Даффи вообще заводить знакомства, если срок ее здешнего пребывания ограничивается всего месяцем? – начал было Роджер, сверля Лиз взглядом, но Даффи поспешно прервала его.

– Спасибо за то, что все так подробно мне рассказала, в частности про Тая Ли, – с улыбкой произнесла она, тоже обращаясь к Лиз. – Я буду чувствовать себя увереннее, зная, что этажом ниже живет человек, к которому в случае чего можно обратиться. И… я очень благодарна тебе за приглашение поселиться здесь на время твоего отсутствия. – Затем прямо на глазах мрачного как туча Роджера Даффи потянулась к Лиз и они расцеловались. Спустя минуту Даффи повернулась к Роджеру. – И вам спасибо за помощь, за то, что доставили меня сюда. Это… очень любезно с вашей стороны. Мне неловко, что вы беспокоились из-за меня, поэтому я… больше не смею вас задерживать.

На первый взгляд слова Даффи не содержали ничего, кроме благодарности, однако Роджер уловил в них какие-то странные интонации. И еще взгляд… В нем определенно чувствовался холодок.

Да ведь она хочет избавиться от моего присутствия! – догадался Роджер. Ничего себе!

Тот факт, что его прогоняют собственные сотрудницы, показался ему до того обидным, что у него даже на миг перехватило дыхание.

– Ну что ты, рыбка, не стоит благодарности, – сухо произнес он. – Но, учти, на этом моя миссия заканчивается. У меня еще сегодня дела… вернее, встреча. Причем отнюдь не делового характера. – Роджер изобразил улыбку. – Ну вы понимаете… Так что я удаляюсь. Нехорошо заставлять женщину ждать. А вы уж тут сами как-нибудь, ладно? – Он бросил взгляд на наручные часы и с сокрушенным вздохом покачал головой. – Все, убегаю! – С этими словами Роджер двинулся в направлении прихожей, однако на полпути остановился и строго взглянул на Даффи. – На работу приходить вовремя!

Та удивленно заморгала.

– Разумеется. Как же иначе? В том, что касается работы, я всегда…

Роджер прекрасно знал, что Даффи нет нужды оправдываться. Сегодня в операционной она доказала свою надежность.

– Замечательно, – сдержанно произнес он. – Просто помни об этом. Кстати, тебе ведь придется добираться в клинику по новому маршруту, не запутаешься?

Даффи на секунду задумалась.

– Ну, я…

– Не запутается, – улыбнулась Лиз. – Я все расскажу. И даже провожу отсюда до ближайшей остановки автобуса.

– Если так, то… – Роджер умолк, не только не зная что сказать, но и зачем вообще начинал эту фразу.

Даффи улыбнулась.

– Не беспокойтесь, все будет в порядке, со мной в том числе.

Она переглянулась с Лиз – с которой, похоже, успела неплохо поладить, – затем обе повернулись к Роджеру и несколько мгновений смотрели на него, будто чего-то ожидая.

Чего-то! Разумеется, чтобы он ушел.

Однако Роджер все медлил. А пауза становилась все напряженнее.

– Опоздаете на свидание, – заметила Лиз, кокетливо склонив голову набок.

– Куда? – Роджер уже успел забыть свою выдумку. – А, верно… Что ж, всего хорошего! – Он повернулся и наконец ушел. У него было большое искушение хлопнуть за собой дверью, но он удержался в рамках приличий.

Оставшись наедине, Лиз и Даффи еще немного поболтали, потом тоже вышли на улицу. Как и обещала, Лиз проводила Даффи до остановки, объяснила, как добраться до гостиницы, а как – до клиники. Потом усадила в автобус, идущий по двенадцатому маршруту, проинструктировав относительно того, на какой остановке следует выйти.

– Дня через два освоишься, не волнуйся! – сказала Лиз напоследок. – Завтра же вечером переезжай сюда!

Они махали друг другу, пока автобус не удалился от остановки на значительное расстояние. Настроение у Даффи было замечательное, сердце пело – шутка ли, как все удачно сложилось! Кто бы мог подумать…

Всю дорогу к гостинице она с любопытством поглядывала в окошко, а в голове ее вертелись мысли о предстоящей работе в клинике. Позже они сменили направление – Даффи вдруг задалась вопросом, к кому это Родж отправился на свидание. Лиз говорила, что у него уйма знакомых из мира искусства, начиная с кино и заканчивая модельным бизнесом.

Правда, Лиз также отметила тот факт, что Родж принципиально не вступает в близкие отношения со своими пациентками. Вроде бы когда-то, еще в начале карьеры, он обжегся с какой-то женщиной и теперь, как говорится, дует на воду.

Задумавшись, Даффи едва не пропустила остановку, на которой ей нужно было выходить. Вернее, спохватилась только тогда, когда прозвучало название следующей остановки. Даффи бросилась к выходу, и водителю пришлось вновь остановить автобус. Но в общем и целом до гостиницы она добралась без приключений.

11

У Роджера возникло стойкое ощущение, будто Даффи заключает в себе сразу три отдельных образа. По крайней мере, сам он воспринимал ее, так сказать, в трех ипостасях.

То она была скромной библиотекаршей, вырвавшейся из-под опостылевшей опеки кого-то из родственников – тетки, кажется, – то смышленым, схватывающим все на лету и вникающим в суть операционного процесса видеооператором, которого вполне можно назвать соавтором будущего фильма, то обнаженной, почти не осознающей своей красоты и поэтому очень трогательной девушкой.

Первые два образа Роджер воспринимал спокойно, второй из них ему очень нравился, потому что всякого шефа устроила бы сотрудница, которая никогда не опаздывает на работу, со всеми одинаково приветлива и все у нее ладится.

Третий образ отравлял Роджеру существование. Нагота Даффи сладким ядом проникла в его подсознание, начав мерещиться во сне и наяву.

Разумеется, с того памятного дня Роджер больше не видел Даффи обнаженной, но этот нежный женственный образ возникал перед его внутренним взором всякий раз, когда он останавливал на ней взгляд наяву, – то есть очень часто.

Лиз благополучно отбыла в отпуск, и Даффи заняла ее место. Когда не было съемок, она сидела за столом в комнате, предварявшей врачебный кабинет Роджера, и даже по мере сил помогала ему вести прием пациентов.

Даффи являлась на работу в обычной одежде, но затем облачалась в салатового оттенка медицинский халат и становилась похожей на других сотрудниц. Однако Роджер воспринимал ее совсем иначе, потому что прекрасно помнил все, что скрывалось под халатиком.

Это были чертовски приятные воспоминания!

Однажды Даффи что-то отвлекло и она забыла переодеться. Роджер положил перед ней на стол некоторые бумаги, которые следовало отнести в бухгалтерию, и его взгляд сам собой устремился в вырез белого трикотажного топа, того самого, который был на Даффи в день ее появления в клинике.

– В бухгалтерию? – переспросила Даффи, поднимая глаза, и в этот момент увидела, куда смотрит Роджер.

Несколько мгновений тот еще оставался в неведении относительно того, что его, как говорится, поймали на горячем. Лишь когда заметил, что кожа на открытом участке груди Даффи розовеет на глазах – точно так, как в момент осмотра в его врачебном кабинете, – понял, что разоблачен.

А тут еще Даффи воскликнула с едва сдерживаемым возмущением:

– Доктор Найтли!

– Что?! – метнул он в нее сердитый взгляд. – Нужно переодеваться в халат, а не выставляться напоказ, если не хочешь, чтобы тебя разглядывали! Впрочем, под твоей кофточкой не найдется ничего такого, чего бы мне не приходилось видеть раньше!

Услышав это, Даффи покраснела еще больше, затем молча встала, сняла с находившейся за ее спиной вешалки медицинский халат, накинула и застегнула на все пуговицы.

Роджер сразу пожалел о своих словах, потому что чарующее зрелище исчезло. Но не просить же снять халат!

Ночью его вновь искушали во сне видения обнаженной Даффи Ричардсон.

Назавтра Роджера ждал еще один удар.

Выйдя около трех часов дня из своего кабинета, чтобы отправиться в другой и переговорить там кое о чем с секретаршей Кэт, Роджер застал Даффи за приятельской болтовней с Терри, которой вообще-то следовало находиться в холле, на своем рабочем месте.

Как понял Роджер, разговор шел о том самом Тае Ли, нижнем соседе, которого так расхваливала перед отбытием в отпуск Лиз.

– Выходит, ты тоже знаешь Тая? – услышал Роджер удивленный голос Даффи.

– Я познакомилась с ним в прошлом году на вечеринке, которую устроила у себя Лиз, – пояснила Терри. – Не знаю, как кому, а мне Тай Ли очень нравится. Редко встретишь такого славного парня, верно?

Ну держись! – усмехнулся про себя Роджер. Сейчас Даффи расскажет тебе, кто самый славный парень на свете – разумеется, ее жених.

Он был абсолютно уверен, что Даффи не поддержит мнения относительно неотразимости Тая Ли – в конце концов, разве не она так часто упоминала о своем милом… Билли, кажется? Поэтому ему померещилось, будто у него слуховые галлюцинации, когда Даффи сказала:

– Тай Ли не просто славный, он такой… – Последовала пауза, во время которой Даффи пыталась подобрать подходящее определение. – Даже не знаю, как это назвать… Честно говоря, Тай Ли меня просто очаровал.

Терри воодушевленно кивнула.

– Душка, правда?

В глазах Даффи вспыхнули искорки.

– Не то слово. На днях он меня здорово выручил. В плафоне перегорела лампочка, я хотела ее заменить, но, когда выкручивала, стеклянная часть отделилась, а цоколь остался в патроне. Долго я с ним промучилась, пыталась вывернуть и так и этак – без всякого успеха. И вдруг звонок в дверь: Тай Ли зашел вернуть диск с фильмом, который взял у меня накануне. Я мимоходом пожаловалась на свою проблему – и что ты думаешь? Тай сходил к себе, вернулся с плоскогубцами и в два счета вынул цоколь! Ну не прелесть?

С губ Терри слетел мечтательный вздох.

– Повезет же кому-то…

– Это ты о чем?

– Ведь Тай Ли когда-нибудь женится, вот я и говорю, что его будущей жене можно позавидовать. Муж у нее будет такой, какого редко встретишь – вежливый, обходительный, умный, умелый, интересный рассказчик, с чувством юмора, независимый и… – Терри продолжала бы еще, но ей пришлось остановиться, чтобы набрать в легкие воздуха. – А главное, он такой красавчик!

– Даже удивительно… – в свою очередь вздохнула Даффи.

Как показалось Роджеру, мечтательно.

– И это говорит девушка, у которой на носу свадьба! – вырвалось у него.

Терри и Даффи как по команде повернулись к нему.

– Ой, мы вас не заметили, доктор Найтли! – дрожащим от сдерживаемого смеха голосом пробормотала Терри.

Однако Роджер лишь скользнул по ней взглядом, остановив его на Даффи.

– Как ты думаешь, твоему жениху пришлось бы по душе, что ты засматриваешься на смазливого соседа?

Та сначала удивленно захлопала ресницами, потом тонко улыбнулась.

– Видите ли, я ведь замуж иду, а не в монастырь. По-моему, ничего страшного не произойдет, если я немножко полюбуюсь кем-нибудь. Да, как любой женщине, мне нравятся красивые мужчины – вот вы, например… – Даффи сама не ожидала, что брякнет нечто подобное. Откуда только взялась эта дурацкая фраза?! Будто кто-то на ухо нашептал… Дьявол, что я такое несу?! – вихрем пронеслось в мозгу Даффи. В ту же минуту она почувствовала, что заливается краской. Вот еще напасть – краснеть по малейшему поводу! Правда, сейчас повод был. Пустячная, но облеченная в слова мысль неожиданно приобрела слишком большое значение и совсем не тот смысл, который подразумевался изначально.

Осознав сказанное, Даффи испытала такое потрясение, что едва усидела на вертящемся кресле. Первым ее порывом было сорваться и бежать… Куда глаза глядят, только бы подальше от пристального взгляда Роджера Найтли…

Он вздрогнул, когда Даффи произнесла последнюю фразу. Что это? Почему она так говорит? Насмехается над ним? Поняла, что небезразлична ему, и теперь потешается? Но это ошибочное впечатление. Вернее, да, небезразлична, но не сама Даффи, а ее близкое к совершенству тело. В этом нет ничего личного. Это скорее похоже на чувство, с которым художник любуется произведением искусства, созданным другим мастером. В данном случае, самим Господом Богом…

Эк тебя занесло! – прокатился в мозгу Роджера чей-то ехидный хохоток. В какие высокие материи… Признайся лучше хотя бы самому себе, что от слов этой красотки тебя бросило в жар. Ничего личного… Кого ты хочешь обмануть, не себя ли? Напрасно стараешься. Да если бы эта девчонка только пальчиком тебя поманила, ты пошел бы за ней как теленок на веревочке! Ничего личного… Врать не нужно, вот что я тебе скажу!

Глядя на Даффи, Роджер увидел, что она вновь краснеет, и вдруг с удивлением обнаружил: с ним происходит то же самое.

Боже правый, когда это он последний раз розовел от смущения в присутствии женщины?

Не сиди истуканом, скажи что-нибудь! – зазвенело в этот момент в мозгу Даффи. Иначе Родж невесть что подумает! Да и Терри еще тут вертится, тоже может вообразить какую-нибудь чушь…

– Я… мм… не имела в виду что-нибудь этакое, – пробормотала она, не поднимая глаз. – Просто я… то есть вы… Как бы это сказать… – Видя, что зарапортовалась, Даффи растерянно умолкла. У нее не было ни малейшей идеи, что говорить дальше. И тут неожиданно пришла помощь, причем с такой стороны, откуда она меньше всего ожидала.

– Брось, дорогуша, не смущайся! – хихикнула Терри. – У нас тут только и разговоров, какой доктор Найтли неотразимый мужчина. Все пациентки от него без ума! – Она стрельнула взглядом в Роджера и снова издала смешок.

Как ни странно, вмешательство Терри разрядило обстановку. Это почувствовали и Роджер, и Даффи.

Правда, вернув самообладание, Роджер тут же напустился на ту, кто помог ему в этом.

– Терри! А почему ты болтаешься без дела?!

Однако если кого-нибудь здесь и трудно было смутить, то это как раз Терри.

– Ничего подобного, я именно по делу сюда пришла. Вот, видите? – Она взмахнула листом бумаги, прежде чем положить его перед Даффи на стол. – Список завтрашних пациентов.

– Ты могла отдать его еще полчаса назад, – сварливо заметил Роджер. – А вместо этого трещишь здесь как сорока.

– Мы по делу говорим, – невозмутимо возразила Терри.

Роджер смерил ее взглядом.

– Я все слышал: вы обменивались мнениями о китайце, который живет на первом этаже дома Лиз.

– Как! – воскликнула Терри. – Вы тоже знаете Тая Ли?!

Роджер скрипнул зубами, затем процедил:

– Наслышан. Я лишь хотел подчеркнуть, что беседуете вы не о работе, а о мужчинах.

Он заметил, что Даффи взглянула на него, но поспешно перевела взгляд на листок с именами пациентов.

Тут вновь подала голос Терри:

– Не сердитесь, доктор Найтли. Просто Тай Ли такой лапочка, что о нем трудно не говорить. Правда, Даффи?

Та молча кивнула.

12

Если не принимать во внимание небольших стычек, подобных описанной выше, а также некоторых шпилек со стороны Роджера, Даффи могла бы сказать, что довольна своим пребыванием в Миннеаполисе. С транспортом она освоилась быстро, в работе не сталкивалась с особыми трудностями. Как ни странно, именно видеосъемка в операционной и составляла для нее наибольший интерес.

А ведь поначалу Даффи думала, что Роджер станет поминутно указывать ей на недостатки в работе. На практике все получилось наоборот: очень скоро он вообще перестал вмешиваться в ход съемок. По большей части Даффи работала абсолютно самостоятельно. Предпочтение отдавала съемке вручную, штативом почти не пользовалась.

Позже, проведя некоторые разъяснения, Роджер поручил ей делать предварительные снимки пациентов, чтобы впоследствии было с чем сверять результаты пластических операций. Кстати, в том, что касалось непосредственно работы, он был очень доброжелателен, подробно отвечал на вопросы и вообще довольно охотно все объяснял.

Свободное от работы время Даффи тоже проводила с пользой. За несколько минувших дней посетила две картинные галереи, музей народного творчества, театр.

Именно после театра Даффи с грустью констатировала, что за месяц не сможет всюду побывать и осмотреть местные достопримечательности. На эту мысль ее натолкнула театральная афиша, которую она принялась изучать сразу после спектакля – так сказать, с новым интересом. Ей захотелось пересмотреть все пьесы, идущие в этом театре, а затем и прочие, которые ставили на других сценах. Вот тут-то ее и охватило разочарование – она поняла, что для осуществления подобных желаний у нее просто не хватит времени.

Тем же вечером, стремясь избавиться от печали, Даффи зашла перекусить в небольшое, но, как оказалось, очень хорошее заведение, где посетителям предлагалась китайская кухня. Впрочем, и все остальное тоже было китайским.

Увидев, куда попала, Даффи сначала хотела было повернуть обратно, но к ней уже приблизилась молодая миловидная китаянка в малиновом шелковом платье.

– Добрый вечер, прошу за столик!

Хм, а почему бы мне, собственно, не попробовать здешней еды? – подумала Даффи. Ведь блюда, которые подают в этом ресторанчике, наверняка привычны для моего соседа Тая Ли. Вот и узнаю, чем он питается.

Минутное замешательство кончилось тем, что Даффи последовала за улыбчивой китаянкой к свободному столику. И надо сказать, она не пожалела о решении отведать незнакомых блюд.

Китайская еда настолько понравилась Даффи, что на следующий день после работы она зашла в книжный магазин, находившийся почти напротив клиники, на противоположной стороне улицы. Заглянула туда Даффи с единственной целью – купить пособие по китайской кулинарии. У нее возникла идея попрактиковаться в приготовлении китайских блюд, чтобы затем угостить вернувшегося из Ирака Билли. Тот-то он удивится!

На стеллажах, посвященных кулинарии, нашлось немало интересующих Даффи пособий. Листая их, она размышляла о том, как Билли отнесется к китайской еде. Возможно, ему уже случалось пробовать нечто подобное, ведь за время армейской службы он немало путешествовал. Это она, Даффи, почти нигде не бывала. И, наверное, никогда не посетила бы китайский ресторанчик, если бы не покинула на некоторое время родной Брикстон.

Что ж, если даже Билли и пробовал китайскую еду, все равно удивится, ведь приготовлю ее я! – думала Даффи.

Ее выбор пал на книжку, в которой кроме детального описания процесса приготовления того или иного блюда были также фотографии продуктов, зелени, приправ, соусов, посуды, иногда порядком отличавшейся от привычных сковородок, кастрюль и сотейников.

Разглядывая изображения всего этого разнообразия, Даффи подумала, а не открыть ли в Брикстоне кафе, где подавались бы в том числе и китайские блюда. Конечно, для местных жителей они непривычны, но в том-то и штука, ведь экзотика весьма привлекательна. Тем более когда речь идет о еде, да еще такой вкусной.

Ведь если в Брикстоне не появится китайский ресторан, то многие так никогда и не узнают, что любят китайскую кухню! – промелькнуло в мозгу Даффи.

Решив как следует обдумать неожиданную идею на досуге, она направилась в ту часть огромного зала, где находилась касса. Разумеется, Даффи даже не подозревала, что по пути ее ждет небольшое приключение.

Все началось возле стеллажей, пестреющих суперобложками изданий, посвященных татуировке. Там толпились парни, на открытых участках тела которых тоже виднелись образцы этого оригинального изобразительного искусства. Один верзила выделялся тем, что его торс прикрывал лишь джинсовый жилет, а кожа была сплошь покрыта цветной татуировкой – от горла до пальцев на руках. Впрочем, не исключено, что и ноги выглядели точно так же, просто их скрывали джинсы. Украшенный замысловатыми сине-красно-зелеными узорами парень казался таким необычным, что к нему устремлялись взгляды многих покупателей магазина. Парень сам мог позировать для какой-нибудь глянцевой обложки.

Двигавшаяся к кассе Даффи так засмотрелась на него, что наскочила на кого-то. Причем столкновение получилось достаточно сильным – у посетителя даже вылетела из рук книга, которую он в тот момент рассматривал.

– Ой, простите, пожалуйста! – воскликнула Даффи, бросившись поднимать книгу, на обложке которой красовалось фото известной модели Шейлы Лав. – Вот, возьмите, пожалуйста! – Протягивая книгу, Даффи подняла глаза на покупателя… и вздрогнула: пред ней стоял Родж.

– Ты?! – ахнула она. – То есть… вы?

– Ты, – кивнул Роджер. – Так лучше. Ведь я тоже говорю тебе «ты».

Даффи растерянно заморгала. Она же просто оговорилась, ничего такого в виду не имела, у нее и в мыслях не было, да и вообще…

Или все-таки… Даффи прикусила губу. Если уж вести речь о мыслях, то про себя она Найтли иначе и не называла – только Роджем. Но это ничего не значило, потому что и прочие сотрудники клиники за глаза именовали доктора Найтли исключительно Роджем.

Вот именно, за глаза, промчалось в мозгу Даффи. Сказать же ему «ты» прямо – совсем другое дело. Как-то слишком интимно, что ли… А если продолжать говорить «вы», он, чего доброго, решит, что я его… ну, не боюсь, а, скажем, опасаюсь. Однако это будет ложное впечатление. С чего я должна его бояться? Да он мне и вовсе безразличен! У меня есть Билли, а больше мне никого не нужно…

Все еще чувствуя себя не в своей тарелке, Даффи сначала изобразила улыбку, затем пожала плечами.

– Хорошо, если вы так настаиваете… то есть… кхм… если ты настаиваешь…

Роджер кивнул.

– По крайней мере, так будет логично. И потом, мы не на работе, так что… – Он умолк, явно полагая, что говорить больше не о чем, вопрос исчерпан.

Даффи, наоборот, испытывала потребность что-то сказать. Молчание выводило ее из равновесия.

– Собираетесь… кхм… собираешься это купить?

Роджер недоуменно взглянул на нее.

– Прости?

Она кивнула на книжку в его руке.

– Тебя интересуют дивы из модельного бизнеса?

– А, ты об этом, – протянул Роджер, проследив за ее взглядом. – Как правило, нет… если только я не касался скальпелем их лица.

Даффи поежилась.

– Фраза прямо из фильма ужасов.

– Почему? – удивленно взглянул на нее Роджер.

Она усмехнулась.

– Послушал бы ты себя со стороны! «Если только не касался скальпелем их лица». Мне-то известно, что ты пластический хирург, а если бы здесь присутствовал кто-то посторонний, то одному богу известно, что подумал бы! – Прыснув, Даффи покосилась по сторонам. – Просто какой-то маньяк, да и только! – Затем она вдруг умолкла. – Постой, ты намекаешь на то, что делал пластическую операцию Шейле Лав?

– Не намекаю, мне это ни к чему. Я действительно кое-то подправил ей.

– И… э-э… написал об этом книгу? – осторожно спросила Даффи.

Губы Роджера изогнулись в саркастической усмешке.

– Я? Хм… Ну-ка прочти, что написано на обложке.

Он протянул книгу, и Даффи вслух прочла:

– «Дорога к подиуму», Шейла Лав. – Она на миг задумалась. – Выходит, автор книги Шейла?

Роджер кивнул.

– Именно. Я знал, что Шейла ее пишет. Она просила у меня разрешения опубликовать снимки, которые были сделаны мною до операции и после. Я не возражал, в конце концов это ее лицо. Если она желает обнародовать информацию о своих пластических операциях – это ее право.

Он не спеша поставил книгу на полку, а затем как будто слегка вздохнул. Или это только показалось?

– Что, не хочешь купить книгу Шейлы? – удивленно спросила Даффи. Но в следующую минуту рассмеялась. – Какая же я идиотка, ведь Шейла подарит тебе экземпляр! Верно?

Однако Роджер покачал головой.

– Не думаю. Мы с Шейлой не общаемся, так что вряд ли ей придет в голову отправлять мне свою книжку. Тем более такую…

Эти загадочные фразы не могли не пробудить в Даффи любопытство.

– Тебе не нравится содержание?

Он поморщился.

– Мне казалось, что Шейла собирается поведать миру о том, как развивалась ее карьера модели.

– А на самом деле это не так?

– Лишь до некоторой степени. Шейла довольно своеобразно восприняла мое разрешение на обнародование некоторой информации. В действительности она предала огласке то, о чем сам я бы не стал трезвонить на каждом углу: сведения о наших личных отношениях.

Брови Даффи удивленно поползли вверх.

– У тебя был роман с Шейлой Лав?

Роджер слегка дернул плечом.

– Тогда она еще была никому не известна и звали ее Рита Кроули.

– Никогда не слышала этого имени, – призналась Даффи.

– Не ты одна. Думаю, в этой книге, – кивнул Роджер на полку, – оно не упоминается. Шейла Лав не более чем псевдоним.

– Ах вот оно что! – задумчиво протянула Даффи.

Повисшую затем паузу она использовала для того, чтобы прислушаться к себе и понять, почему ее так сильно задело известие о том, что Роджер был близок с Шейлой Лав.

Мне-то какое до этого дело? – размышляла она. Меня любовные интрижки Роджера не касаются. Все мои мысли сосредоточены на Билли, я жду не дождусь, когда он вернется домой и мы поженимся!

Однако в глубине души Даффи понимала, в чем тут дело: она немного завидовала красоте и успешности Шейлы Лав. Самой ей не суждено иметь такой красоты и популярности, она ни разу в жизни не пройдется по подиуму, и ее не будет любить Родж Найтли.

Что-что? Не будет любить Родж? – тут же прокатилось в мозгу Даффи. Это еще откуда взялось? О, дорогуша, далеко ты зашла!

Даффи даже в жар бросило, когда она сообразила, что именно пришло ей на ум. Близость с Роджем? Но это же полная чушь! Бессмыслица. Абсолютная фантастика…

Фантастика – это в том смысле, насколько приятно все может быть? – вновь зазвенел в сознании Даффи чей-то насмешливый голосок.

В следующее мгновение перед ее внутренним взором вспыхнула яркая картина: растерзанная постель, скомканные простыни, а на них – она сама в объятиях Роджа.

Даффи замерла, в самое сердце пораженная и этим видением, и возникшим где-то в глубине тела сладостным откликом.

В этот момент Роджер нарушил молчание.

– А ты что здесь делаешь?

Его вопрос помог Даффи выйти из оцепенения.

– Зашла, чтобы купить книжку по кулинарии.

– Ну на эту тему здесь немало найдется литературы.

– Да, но меня интересовала не кулинария вообще, а одно конкретное направление. – Даффи повернула находившееся в ее руках пособие лицом к Роджеру. – Вот эта.

Прочитав название, Роджер невольно нахмурился.

– Что? Китайская кухня?

Даффи машинально взглянула на обложку.

– Да, китайская… а что?

Роджер прищурился.

– Зачем тебе это?

– Ну, есть идея научиться готовить китайские блюда, – скромно опустив ресницы, пояснила она.

– Это понятно, но зачем?

Вопрос показался Даффи странным, однако она решила ответить:

– Скоро приедет домой Билли… это мой жених, я говорила?

Родж усмехнулся.

– Да ты уже всем уши прожужжала рассказами о своем женихе!

Даффи искренне удивилась.

– Неужели я так часто говорю о Билли?

– Уж поверь! – хмыкнул Роджер. – Но что ты собиралась сказать? Приедет Билли и что?

Она улыбнулась.

– И я его удивлю!

Произнеся это, Даффи облегченно вздохнула: чем чаще она вспоминала Билли, тем бледнее становился возникший минуту назад в ее голове эротический образ.

– Накормишь своего жениха китайской стряпней? – усмехнулся Роджер.

Она кивнула.

– Конечно, если успею овладеть искусством приготовления подобной пищи, ведь времени до приезда Билли осталось не так уж много.

Роджер внимательно посмотрел на нее.

– А для начала опробуешь приобретенные навыки на своем китайском соседе?

После этого вопроса всплеск чувственности у Даффи быстро пошел на спад. Его вытеснило изумление.

– Не понимаю… – пробормотала она. – Ты имеешь в виду Тая Ли?

– Его. Ведь, насколько мне известно, других китайцев среди твоих нынешних соседей не числится?

– Не-ет, – протянула Даффи, пытаясь сообразить, к чему Родж клонит. – Но при чем здесь Тай Ли?

Роджер усмехнулся.

– Он китаец. Не потому ли ты вдруг воспылала интересом к китайской кухне?

– Не-ет, – точно с такими же удивленными интонациями повторила Даффи. – Просто вчера я зашла в ресторанчик, который оказался китайским, и меня там угостили такими вкусными блюдами, которых мне еще не доводилось пробовать. А сегодня ноги сами понесли меня в книжный магазин, где я надеялась найти какое-нибудь пособие по интересующему меня предмету. – Она тряхнула книгой. – И вот нашла! Осталось только научиться готовить. – Даффи вдруг на минутку задумалась. – Кстати, спасибо за идею. Я как-то не сообразила, что Тай Ли… э-э… то есть я хочу сказать, ведь он наверняка способен дать мне совет по части приготовления, да к тому же и не один!

У Роджера задергалась на скуле мышца.

– Рад, что оказался полезен.

Сухость тона, которым были произнесены эти слова, вновь неприятно удивила Даффи.

– Я что-то не так сказала? – осторожно спросила она.

Роджер открыл рот, чтобы ответить, но закрыл, затем открыл вновь, однако произнес явно не то, то собирался сказать:

– Ничего. Не обращай внимания. – Немного помолчав, он бросил взгляд на наручные часы. – Прости, мне пора. Иначе опоздаю на встречу.

– Приятное свидание? – брякнула Даффи, не успев вовремя прикусить язык.

– Э-э… да. Надо бы поторопиться, знаешь ли… Она не любит ждать.

– Та же девушка, что и в прошлый раз? – вновь механически спросила Даффи, а в голове у нее промчалось: ох что я говорю?! И главное, зачем?

Родж вскинул на нее взгляд.

– В прошлый раз?

Она, наоборот, опустила ресницы. Правда, почти сразу же заставила себя поднять глаза и пробормотала:

– Ну, помнишь, когда мы были у Лиз перед ее отъездом, ты тоже спешил на свидание. – Заметив во взгляде Роджера недоумение, Даффи быстро добавила: – Прости, это не мое дело и…

– Ах когда были у Лиз! Да-да, припоминаю… Нет, девушка другая. Я редко встречаюсь с одной и той же девушкой несколько раз подряд. – Он смерил Даффи насмешливым взглядом. – Ну, желаю успехов в освоении китайской кулинарии. До завтра.

– До свидания…

Эти слова Даффи произнесла Роджеру в спину, потому что, попрощавшись, он сразу повернулся и двинулся к выходу.

Когда он скрылся из виду, Даффи посмотрела на полку, где выстроились в ряд экземпляры написанной Шейлой Лав книги «Дорога к подиуму» с ее портретом на обложке. Шейла была такой же красивой, какой Даффи привыкла видеть ее на экране телевизора.

Интересно, что такого понадобилось исправить в этом лице, чтобы оно стало настолько очаровательным? – проплыло в мозгу Даффи. И как Шейла Лав выглядела, когда была Ритой Кроули? Когда в нее был влюблен Родж…

Рука Даффи сама собой потянулась к полке и взяла одну книжку. Несколько мгновений она всматривалась в изображенное на глянцевой обложке лицо, потом присоединила книжку к пособию по китайской кулинарии и двинулась к кассе.

13

Пока Даффи ехала домой в автобусе, она всю дорогу гадала, что же такого написала Шейла Лав, что вызвала недовольство Роджа. Впрочем, если она действительно предала огласке нечто личное, что известно лишь им двоим, чести ей это не делает.

Конечно, можно было полистать книгу прямо в автобусе – тем более что многие пассажиры коротали время, углубившись в газеты, журналы и книги, – но что-то удерживало Даффи от этого.

Да и прибыв в квартиру Лиз, она не сразу взялась за книжку Шейлы.

Пусть не думает, что я сгораю от любопытства! – вертелось в голове Даффи, пока она готовила себе ужин.

Правда, «готовила» слишком сильно сказано. Все готовка заключалась в том, что Даффи поставила в микроволновую печь контейнер, в одном отделении которого находился замороженный бифштекс, в другом жареный картофель соломкой, а в третьем смесь из отварной моркови, зеленого горошка и стручков фасоли.

Но, устроившись с полной тарелкой за кухонным столом, Даффи положила перед собой отнюдь не книгу Шейлы Лав – пусть много о себе не воображает! Призвав на помощь выдержку, она принялась листать пособие по китайской кулинарии.

Очень скоро ей попался рецепт приготовления блюда, которое подавали вчера в китайском ресторанчике. Внешне оно напоминало картофель фри – такая же соломка, только чуть более извивистая. Однако картофеля там не было и в помине. Кушанье готовилось так: нарезанное полосками куриное филе, предварительно обмакнув в кляр, обжаривали в кипящем масле, затем выкладывали на блюдо горкой и поливали кисло-сладким томатным соусом.

Даффи могла свидетельствовать, что в результате получалось просто объедение. По сравнению с этим китайским кушаньем подогретый в микроволновке бифштекс был профанацией кулинарного искусства.

Покончив с ужином, Даффи переместилась в гостиную, расположилась там на диване и раскрыла наконец книжку Шейлы Лав. Пусть Родж и недоволен этим сочинением, все равно интересно, о чем идет речь.

Держа книгу на коленях, Даффи листала страницы. Те изобиловали фотографиями Шейлы, но этого и следовало ожидать, ведь она модель, главным ее занятием является демонстрация одежды. Впрочем, на некоторых снимках Шейла представала почти в чем мать родила, единственной данью скромности являлись шелковый шарф, меховая накидка или боа из перьев.

Больше всего Даффи заинтересовали фотографии, о которых упоминал Родж: снимки Шейлы Лав до пластической операции и после. Даффи долго разглядывала их, испытывая странное ощущение: ей казалось, что после хирургического вмешательства Шейла Лав стала выглядеть более юной и свежей.

Даффи долго размышляла над этим парадоксом и в конце концов пришла к выводу, что Роджа не зря считают гениальным пластическим хирургом. Похоже, он действительно творит чудеса.

Текста в книге было немного, но все написанное выглядело искренним и откровенным, порой даже чересчур – тут Даффи вынуждена была согласиться с Роджем. Сама она, к примеру, никогда не стала бы описывать интимные подробности ночных бдений со своим Билли.

Интересно, зачем Шейле это понадобилось? – гадала Даффи. Вообще, откуда берется желание выставиться напоказ? Скорее всего, ею руководило стремление привлечь к себе еще большее внимание. Поэтому она и решила эпатировать публику повествованием о своих любовных похождениях, причем с обилием пикантных деталей. А до того, будут ли ущемлены подобными откровениями чувства партнеров, ей, похоже, дела нет…

Размышления о перипетиях жизни и карьеры Шейлы Лав постепенно привели Даффи к Роджу. Шейла много чего о себе рассказала, а вот интересно, каков в частной жизни Родж? Как существует вне клиники? Где живет – в квартире или в частном доме? Какая у него обстановка? Как одевается дома? К какому типу мужчин принадлежит – к тем, которые носят плавки, или к тем, кто предпочитает свободные трусы? И оставляет ли он их, скажем, когда ложится спать? А может, ему нравится укладываться без ничего?

Не успела Даффи подумать об этом, как воображение вновь подсунуло ей образ лежащего в постели обнаженного Роджа. Правда, на этот раз он привиделся один, без самой Даффи. Но и этого оказалось достаточно, чтобы у нее участилось дыхание.

А интересно, как на самом деле выглядит обнаженный Родж Найтли?

Строго говоря, интерес был вполне справедлив, ведь Родж видел Даффи без одежды, а она его нет.

Но…

Даффи зажмурилась.

Боже правый, о чем я думаю! – проплыло в ее голове. Это никуда не годится… Сумасшествие какое-то… Как будто мне больше не о ком думать! Как будто у меня нет жениха и я не выхожу замуж меньше чем через два месяца…

На этом бег мыслей Даффи прервался, она с беспокойством посмотрела на часы… и похолодела. Половина девятого! А ведь у них с Билли условлено, что в субботу она звонит в семь…

Нервно стиснув книгу Шейлы Лав, Даффи застыла в странном оцепенении. В ее голове словно полоскался транспарант с надписью: «Я забыла позвонить Билли!».

Роджер догадывался, что Даффи если не купила, то, как минимум, просмотрела книжку Шейлы, и поэтому находился в постоянном напряжении, ожидая вопросов. Или того, что Даффи начнет обсуждать книжку с Терри, которая каждый день приносила ей списки назначенных на прием пациентов и задерживалась, чтобы поболтать.

В понедельник начнется, думал Роджер. От расспросов не буду знать, куда деваться. Хоть в клинике не показывайся!

Но наступил понедельник, а Даффи ни слова не произнесла по поводу злополучной книжки. Но Роджер все равно нервничал, постоянно пребывая в ожидании. Ему неприятна была тема отношений с Ритой Кроули, то есть с Шейлой Лав, как ее все сейчас называли.

Однако, как ни странно, Даффи словно забыла и о случайной встрече в книжном магазине, и о самой книжке.

Прошел день, другой, третий, но ничего не изменилось. Ни единого вопроса о Шейле Лав так и не прозвучало. Сидя на месте отсутствующей Лиз, Даффи занималась обычными делами, а к Роджеру обращалась только в случае необходимости. Если была операция, Даффи перемещалась вместе с ним в операционную и занималась съемкой. Иными словами, действовала в рамках заключенного с ней договора.

Ну и замечательно, думал Родж. Мне и не нужны никакие разговоры. Ни о книжке, ни о чем-либо еще. Тишина и спокойствие лучше всего. Не очень-то хочется выслушивать рассказы о том, какой театр или картинную галерею она посетила или как ждет не дождется приезда своего ненаглядного жениха, чтобы тут же выскочить за него замуж. Раздражает, ей-богу!

Роджер действительно уже изрядно наслушался всего этого. Пусть разговоры велись не с ним, а с Терри или Джоан, если та приходила зачем-нибудь из бухгалтерии, но он-то находился рядом, за дверью, и много чего слышал – разумеется, не прислушиваясь, еще чего недоставало!

Правда, за минувшее со встречи в магазине время между Роджером и Даффи возник один инцидент, к счастью незначительный. Виной всему было, скорее всего, напряжение, в котором пребывал Роджер.

Вышло все так. Находясь в своем кабинете, за рабочим столом, Роджер крикнул Даффи, чтобы зашла к нему за оставленными накануне Джоан бумагами, которые следовало вернуть в бухгалтерию. Итак, позвав Даффи, он стал ждать ее появления, а она все не показывалась, хотя идти из смежной комнаты было два шага. Делать нечего, Роджер окликнул ее снова. Но результат оказался таким же. В итоге пришлось все-таки встать и выйти в соседнее помещение самому.

Как ни странно, Даффи была на месте и сидела, задумчиво уставившись в противоположную стену.

– Эй, с тобой все в порядке? – вновь окликнул ее Роджер.

Она вздрогнула, быстро повернулась к нему и настороженно замерла.

– Что молчишь? Язык проглотила? Скажи хоть слово!

Судорожно, как показалось Роджеру, вздохнув, Даффи выдавила:

– Да?

– Разве ты не слышишь, что я тебя зову?

– Э-э… нет. – Она заметно смутилась. – Я немного задумалась…

– Тщательнее мой уши по утрам, – сварливо произнес Роджер. – Я тебя два раза позвал! А ты все в облаках витаешь… Небось, снова грезишь о женихе?

Услышав это, Даффи окончательно вышла из оцепенения.

– Мой жених здесь ни при чем. И не нужно разговаривать со мной таким тоном. Говорю же, я просто задумалась.

– Тон у меня нормальный, – буркнул Роджер, который и сам толком не понимал, почему вдруг так взвился. – Вот, отнеси эти бумаги в бухгалтерию. А эту я не подписал, передай Джоан, путь еще раз все проверит, какая-то здесь неувязка.

Даффи встала, обогнула стол, приблизилась к Роджеру и взялась за протянутые бумаги. Но тот не отпустил их. Даффи подняла глаза… и едва заметно вздрогнула, словно натолкнувшись на его взгляд.

Он смотрел пристально, словно пытаясь решить какую-то загадку. Неожиданно Даффи поняла, что скорее умрет, чем опустит глаза под этим взглядом.

Они довольно долго смотрели друг на друга – с минуту, не меньше, – и в воздухе будто слышалось электрическое потрескивание. С каждым мгновением дыхание Даффи становилось все более неровным, грудь заметно вздымалась. Краем глаза Роджер видел это, и ему тоже пришлось судорожно втянуть воздух, чтобы успокоить ускорившееся сердцебиение.

Наконец он усмехнулся и отпустил бумаги.

– Что же ты стоишь? Ступай. Не задерживай меня.

Не задерживай?!

Рот Даффи изумленно открылся, лицо порозовело от возмущения. Затем она молча повернулась и вышла в коридор.

В тот день они больше не разговаривали.

Роджер ошибся – Даффи думала не о женихе, а о нем самом.

Когда он впервые окликнул Даффи из кабинета, она как раз пыталась понять, что случилось с ее воображением. Почему вдруг оно принялось подсовывать ей образ обнаженного Роджа? Да еще с такой настойчивостью? И почему сама она не выставила защитный барьер, а стала фантазировать на предложенную подсознанием тему?

Но стоило Даффи допустить эту оплошность, как она утратила способность спокойно разговаривать с Роджем. Да и прямо смотреть на него ей тоже было сложно. Когда он заговаривал с ней, она предпочитала блуждать взглядом по сторонам…

Кажется, мне не помешала бы хорошая промывка мозгов! – с досадой подумала Даффи, оказавшись в коридоре. Чтобы из головы исчезли все ненужные мысли.

Она сходила в бухгалтерию, отнесла Джоан бумаги, сказала то, что Родж велел передать на словах, и вновь вышла в коридор. Обратно двигалась медленно, продолжая размышлять.

Наверное, все дело в Билли, вертелось в ее голове. Я по нему скучаю, и это выливается в какие-то странные формы. Если бы Билли находился сейчас здесь, ничего этого не было бы.

Действительно, она с детства привыкла постоянно ощущать присутствие Билли. Когда тот нанялся на армейскую службу и уехал, она будто потеряла что-то. Да, они с Билли разговаривают по телефону, но, к сожалению, это не заменяет личного общения. А тут рядом с ней вдруг появился другой мужчина. Да еще такой, что вполне способен составить конкуренцию Билли. И если она не возьмет себя в руки, неизвестно чем все может кончиться. Вернее, известно, но об этом даже думать страшно. И опасно.

Надо постараться взять себя в руки, хмуро подумала Даффи. Отрешиться от окружающего, сосредоточиться на работе и терпеливо дожидаться возвращения Билли. Когда он приедет, все станет на свои места и я забуду о своих странных фантазиях.

Тут у Даффи вырвался тяжкий вздох: не замечать Роджа способен только слепой и глухой.

Но ты ведь невеста другого, дорогуша! – зазвенело в ее мозгу. Скоро выйдешь замуж за Билли и с того момента должна будешь хранить ему верность. Так что приучайся не обращать внимания на других мужчин.

Даффи прикоснулась к кольцу с маленьким изумрудом, которое Билли надел ей на палец, когда она согласилась стать его женой.

– Билли, – слетело с ее губ. – Билли…

С тех пор Даффи только и делала, что вертела на пальце кольцо, словно хранившее энергию ее жениха. Таким образом она будто ощущала его незримое присутствие, что помогало ей прогонять всякие посторонние, ненужные мысли. Ее даже перестали волновать эротические видения с участием Роджа. Почти. Во всяком случае, он гораздо реже грезился ей обнаженным, чему она была искренне рада. Постоянное присутствие Роджа в ее голове только усложняло жизнь.

Облегчение приносили лишь звонки к Билли. Даффи старалась разговаривать с ним как можно чаще.

А еще, пытаясь как-то развеяться, гуляла по вечерам с соседом – Таем Ли.

Сама Даффи не видела в этих прогулках ничего особенного, поэтому ее очень удивило, как среагировал на это известие Родж. Случайно услышав, как Даффи рассказывала Терри о вечерних променадах с Таем Ли, он почему-то рассердился. И не замедлил ее поддеть.

– А вот интересно, как твой жених относится к тому, что ты проводишь вечера с другими парнями? Неужели ему настолько все безразлично?

Услышав это, Даффи сначала напряглась, но быстро сообразила, что Родж нарочно поддразнивает ее. Поэтому ответила спокойно:

– Во-первых, ни с какими парнями я время не провожу, речь идет об одном только Тае Ли. А во-вторых, мой Билли мне доверяет.

Для самой Даффи времяпрепровождение с Таем Ли было менее опасным, чем коротание вечеров наедине с грезами о Родже. Она нарочно спускалась к Таю Ли и приглашала на прогулку, чтобы избежать рискованных размышлений о Родже.

Правда, от подобных ухищрений было не так уж много толку. Ведь все равно ничего нельзя было изменить в существующем положении. Весь день Даффи находилась с Роджем в клинике, а по ночам он посещал ее в снах или в воображении. И даже в выходные дни от него не было спасения.

В глубине души Даффи готова была признать, что выдавала желаемое за действительное, уверяя себя в постепенном утрачивании интереса к Роджу. Перед ней все чаще вставал вопрос, не совершила ли она ошибки, оставшись в Миннеаполисе? Возможно, гораздо безопаснее – хоть и менее приятно – было провести оставшееся до свадьбы время в доме тетки?

14

Не нужно было принимать Даффи на работу.

Нет, в том, что касается работы, претензий к ней никаких. Она замечательно справляется с обязанностями видеооператора, материал для фильма получается таким, что и он сам вряд ли мог бы лучше снять. То есть у девчонки хорошее чутье и все такое…

Но лучше бы она уехала в этот свой Брикстон и не маячила каждый день у него перед глазами. Даже одетая. Потому что и сквозь одежду угадываются очертания ее близкого к совершенству тела.

Роджер давно уже понял, что совершил ошибку, поддавшись уговорам Даффи и не устояв перед доводами собиравшейся в отпуск Лиз. Но лучше было вообще отказаться на месяц от видеосъемки в операционной, чем пребывать в каждодневном напряжении из-за постоянного присутствия рядом Даффи.

Конечно, в случае отказа от услуг видеооператора пришлось бы пожертвовать изрядной долей предназначенного для фильма материала, пусть даже хорошо снятого, зато его душевное спокойствие осталось бы нетронутым, а сам он сохранил бы привычное здравомыслие.

Так нет же, нужно было выбрать самый рискованный вариант!

А ведь он чувствовал, что не нужно брать на работу девушку, чья нагота так сильно подействовала на него.

Кажется, я сделал хуже прежде всего самому себе, мрачно констатировал Роджер. Если бы отказал Даффи, она отправилась бы восвояси, а я жил бы преспокойно дальше. А сейчас она не только почти постоянно находится у меня перед глазами, но я чувствую ее запахи, прикосновения – волос, рукава, воздушных завихрений, возникающих в результате движения. Вдобавок часто слышу ее голос.

Возможно, кому-то все перечисленное показалось бы недостойным внимания, однако Роджеру в самом деле приходилось нелегко. Он был человеком тонкой душевной организации, очень чутко воспринимал окружающее и не мог не реагировать на мельчайшие перемены. Наверное, подобные качества и сделали его высококлассным пластическим хирургом, но самому ему порой бывало трудно.

А ведь в подобном состоянии приходилось еще и работать! Вести прием, делать операции… Конечно, здесь на выручку приходил профессионализм, но сколько так может продолжаться?

Больше всего на нервы Роджеру действовало то, что с уст Даффи не сходило имя ее будущего мужа. Только и слышно – Билли, Билли, Билли…

Он долго терпел, но наконец взорвался:

– Ты прекратишь или нет?! Заладила как попугай: Билли, Билли, Билли… В ушах звенит!

Даффи и Джоан – с которой та минуту назад болтала – удивленно взглянули на него.

– Что ты вдруг взвился? – вскинула бровь Джоан. – Даффи даже не с тобой разговаривает.

– Еще недоставало, чтобы со мной! – запальчиво бросил Роджер. – В основном она трещит о своем ненаглядном женихе с тобой или Терри, но я-то рядом, за дверью, и все слышу. Ни у кого на моем месте не хватило бы терпения все это выслушивать. – Он сердито воззрился на Даффи. – Словно нескончаемую жвачку жуешь!

Та залилась краской, но, когда заговорила, в ее голосе прозвучала обида:

– Не думала, что настолько надоела тебе…

– Так задумайся наконец! Я больше не желаю слышать о твоем женихе, заруби это себе на носу!

Большие бархатисто-серые глаза Даффи влажно заблестели.

Ну вот, только этого недоставало, сейчас расплачется! – промелькнуло в голове Роджера. Его сердце на миг сжалось, но он стиснул зубы, подумав: ничего, как-нибудь переживет. Не я просил ее сюда устраиваться, а, наоборот, она меня уговорила.

Однако Даффи даже носом не шмыгнула, лишь сдержанно произнесла:

– Хорошо, учту.

– Будь добра!

С этими словами Роджер ушел в свой личный – не в тот, где он принимал пациентов, – кабинет.

По прошествии какого-то времени он подумал, что все же не следовало ему обращаться с Даффи так круто. Пожалуй, следует как-то смягчить ситуацию, возможно даже извиниться. Объяснить, что периодически у него накапливается нервозность и все такое. А потом в качестве компенсации за инцидент пригласить Даффи на чашку кофе, а то и в ресторан…

– Гм, неплохая идея, – пробормотал Роджер себе под нос, откидываясь на спинку вращающегося кресла. Затем он взглянул в нижний правый угол монитора, где обозначалось время. До конца рабочего дня оставалось всего ничего. Вот прямо сейчас и поговорю с ней, решил Роджер.

Закрыв программы и выключив компьютер, он вышел в приемную, отпустил секретаршу Кэт домой, затем направился в коридор и зашагал к своему врачебному кабинету.

Однако его миролюбивым замыслам не суждено было осуществиться. Перешагнув порог предваряющей кабинет комнаты, он обнаружил, что Даффи болтает с кем-то по телефону. Причем не по своему мобильнику, а по стационарному.

В следующую минуту Роджер сообразил, что собеседником Даффи является мужчина. Это понял бы и идиот – по тому, как она произносит слова, как улыбается, кокетничает…

А ведь рабочее время еще не кончилось!

Роджер мгновенно вскипел. Благие намерения вновь с завидной предсказуемостью сыграли роль плит, которыми вымощена дорога в известном направлении.

– Послушай, я взял тебя в свою клинику не для того, чтобы ты тут болтала со своим женихом!

Услышав гневный возглас шефа, Даффи поспешно повесила трубку и растерянно пробормотала:

– Я не с Билли говорила…

Однако эта фраза лишь подлила масла в огонь.

– О боже мой, снова! – вскричал Роджер. – Кто обещал, что я больше не услышу этого имени?!

– Какого и… – начала было Даффи, но осеклась на полуслове.

– Да-да, золотце! – с ехидной улыбочкой кивнул Роджер, к этому моменту окончательно забывший о намерении извиниться. – Того самого! Имени твоего жениха!

– Но я не с ним…

– Ты используешь офисный телефон не по назначению, – процедил Роджер сквозь зубы. – А может, в этот момент сюда звонят пациенты? А может… – Он умолк, потому что в голову ничего больше не пришло. Кроме того, ему было прекрасно известно, что пациенты звонят обычно в начале рабочего дня, а не в конце. – А может, еще что-нибудь… пока ты здесь хаханьки устраиваешь! – Родж все-таки не мог оставить фразу незаконченной. Вот тебе, пожалуйста! – мрачно проплыло в его голове. Называется, извинился. К нему вновь подступило знакомое раздражение.

Даффи плотно сжала губы, уговаривая себя сохранять спокойствие. У Роджа сегодня явно плохое настроение, но, как говорится, с кем не бывает.

– Это был не… э-э… не тот, о ком ты думаешь, – спустя минуту осторожно произнесла она, старательно избегая имени Билли.

Роджер пристально взглянул на нее.

– Что? Ты говорила не с женихом?

Она покачала головой.

– Нет.

– Но с кем же тогда ты так кокетничала?

– Да я не… Словом, я просто беседовала.

– С кем? – сухо повторил Роджер.

После некоторой паузы Даффи неохотно произнесла:

– Ну с Таем Ли.

Роджер замер от неожиданности. Выходит, она действительно болтала не с женихом?

Тем временем, не дождавшись от него никакой реакции, Даффи продолжила:

– Мы договорились в воскресенье вместе поужинать. Тай обещает угостить меня каким-то традиционным китайским блюдом. А потом я приготовлю что-нибудь. Думаю, это будет коронное блюдо моей мамы – свинина с луком, запеченная в духовке под шубой из тертого сыра.

Роджер растерянно моргнул – раз, потом другой. Вот так сосед-китаец! Ну и прыть… Да и Даффи хороша! Невеста, называется!

– Где же вы собрались ужинать – неужели у Тая Ли дома?

– Да, – с оттенком удивления подтвердила Даффи.

– И тебя данный факт совершенно не смущает? Ты хотя бы знаешь, что представляет собой этот Тай Ли?

Она пожала плечами.

– Он много рассказывал о себе, так что…

Роджер прищурился.

– Когда это он успел много о себе рассказать?

– Ну, мы ведь гуляем по вечерам, да и вообще…

Ах да, они гуляют! Он и забыл…

– Не слишком ли много времени ты проводишь с этим парнем? – мрачно обронил он.

Даффи неожиданно улыбнулась.

– Много или мало – какая разница? Тай Ли знает, что я скоро выхожу замуж.

О да, это сильный сдерживающий фактор! Роджер даже поморщился от наивности произнесенных Даффи слов. Как будто кого-то когда-то останавливало подобное соображение!

– Значит, Тай Ли только угостит тебя ужином и все?

– Что же еще? – повела Даффи бровью. – Через недельку я его угощу, это будет справедливо.

Несколько мгновений Роджер всматривался в ее ясные бархатисто-серые глаза. При этом в голове его вертелся вопрос: действительно ли она так наивна, как кажется? Спустя минуту он прогнал эту мысль. По большому счету мне нет до личной жизни Даффи никакого дела. Пусть она встречается, с кем хочет и так часто, как только ей заблагорассудится. Отвечать за похождения перед женихом ей. Что касается меня, то вмешиваться в дела Даффи не стоит. С какой стати?

Если девчонке охота, пусть набивает себе шишки, подумал Роджер. В конце концов, это ее жизнь. Пускай набирается опыта.

– Ну если ты действительно полагаешь, что так будет справедливо, так тому и быть, – медленно произнес он.

– Конечно, а как же еще? – Похоже, Даффи искренне не понимала, почему Родж сердится.

Он и сам этого не понимал. Нервозность же свою объяснял тем, что не владеет ситуацией.

Ужин был назначен на шесть вечера. До встречи с Таем Ли Даффи располагала свободным временем, которое решила провести с пользой. Ей давно хотелось пройтись по тому участку набережной Миссисипи, где местные художники выставляли картины. Даффи каждый день, кроме воскресений, проезжала мимо этого пятачка на автобусе, направляясь в клинику. И вот сегодня, ближе к вечеру, она наконец приехала сюда целенаправленно. Ей очень хотелось приобрести какую-нибудь картину, чтобы затем повесить в гостиной их с Билли общего дома.

Даффи прогуливалась по набережной, разглядывая выставленные на продажу полотна, когда в ее сумочке зазвонил сотовый телефон. Вынимая его, она пребывала в полной уверенности, что сейчас услышит знакомый голос.

Так и вышло – прозвучавший в трубке голос действительно был знаком Даффи, но принадлежал он не Билли, а совсем другому человеку. Роджу.

– Здравствуй, – отрывисто произнес тот. – Ты мне нужна.

«Ты мне нужна». Стоило смыслу этих слов проникнуть в мозг Даффи – а заняло это всего долю секунды, – как ее охватил чувственный трепет. Когда мужчина произносит «ты мне нужна», то подразумевает «я тебя хочу», это известно каждой женщине. Удивительно ли, что Даффи замерла и даже на миг зажмурилась, наслаждаясь эхом хрипловатого голоса Роджа?

Впрочем, да – удивительно. Именно потому, что речь в данном случае шла о Даффи, которая с нетерпением ждала возвращения из дальних краев своего жениха, чтобы отправиться с ним под венец. В таких обстоятельствах любому покажется странным волнение, всколыхнувшее ее душу из-за каких-то трех слов.

– Я… э-э… – Она настолько растерялась, что у нее выскочили из головы все мысли.

– Даффи? – раздалось в трубке. – Слышишь меня?

– Да, – сдавленно произнесла она.

– Очень хорошо. Возникло срочное дело, я сейчас еду в клинику, и ты приезжай тоже.

Даффи заморгала.

– Но…

– Да-да, знаю, сегодня выходной, но, повторяю, дело срочное, так что не задерживайся. Раньше приедешь – раньше освободишься.

Взглянув на наручные часы, Даффи прикусила губу. До ужина с Таем Ли оставалось меньше полутора часов.

Пока она размышляла, вновь послышался голос Роджа.

– У тебя дома есть диски с отснятыми материалами?

– Нет, все в клинике, – чуть удивленно ответила она.

– Ясно. Что ж, жду тебя.

После этого в трубке запищали гудки. Даффи зачем-то подождала еще немного и лишь потом нажала на кнопку отбоя.

– Жду тебя… – передразнила она Роджа. – Хоть бы сказал зачем!

Ей было неловко перед самой собой за вспышку чувственности, возникшей после фразы «Ты мне нужна». Если и нужна, то вовсе не для того, о чем можно было подумать.

Конечно, не для того! – насмешливо зазвенело в ее голове. А ты что вообразила?

В эту минуту Даффи вдруг отчего-то стало так обидно, что даже слезы навернулись на глаза. Но она пересилила себя и не расплакалась. В самом деле, не реветь же здесь, на набережной, где люди прогуливаются и любуются картинами!

И потом, Родж для того и нанял меня, чтобы я помогала ему, подумала Даффи, шмыгнув носом. Так что придется ехать. Только вот как быть с ужином у Тая Ли?

15

Когда она приблизилась к клинике, роскошный приземистый «линкольн» Роджа уже стоял у крыльца.

Как это он опередил меня, ведь я ехала не из дому, а с набережной? – промелькнуло в мозгу Даффи.

В этот момент дверца автомобиля отворилась. Через мгновение показался Родж. Он оглянулся и увидел Даффи.

– А, ты уже здесь!

– Я думала, что мне придется тебя ждать, – сдержанно произнесла она, подходя к «линкольну». – Ты ведь, если не ошибаюсь, живешь дальше от клиники, чем я в данный момент?

– Я ехал не из дому, а от своих родителей. Они живут в трех кварталах отсюда.

Неожиданно для себя самой Даффи улыбнулась.

– Ты по воскресеньям навещаешь родителей?

Роджер пристально взглянул на нее.

– Да, иногда. А что, ты усматриваешь в этом что-то особенное?

Она слегка пожала плечами.

– Нет, просто… у тебя такой круг знакомств, люди из мира кино и прочее… а ты предпочитаешь проводить воскресенья с родителями.

– Не каждое воскресенье, но, случается, заезжаю к ним. Семья остается семьей, даже если человек добивается в жизни определенного статуса, разве нет?

– Да, но… – Даффи умолкла, едва начав. Как-то неловко было признаваться, что ее растрогал этот новый образ Роджа. Из модного пластического хирурга тот вдруг превратился в заботливого сына.

Роджер вновь взглянул на нее и, не дождавшись продолжения, кивнул в сторону крыльца клиники.

– Идем. – И сразу же двинулся вперед.

Даффи осталось лишь последовать за ним.

Поднявшись по ступеням, он с помощью специального устройства отключил электронную сигнализацию и открыл дверь пластиковой карточкой-ключом. Затем отступил на шаг, пропуская Даффи вперед.

– Прошу!

Войдя в холл, она вдруг подумала о том, что сейчас во всей клинике, кроме них с Роджем, нет ни единого человека. Эта мысль заставила ее нервно облизнуть губы. Через минуту, справившись с собой, она произнесла:

– Куда дальше? Во врачебный кабинет или…

– Да, во врачебный. Ведь отснятый материал у тебя там?

Даффи кивнула, при этом мельком отметив, что Родж запер входную дверь на задвижку.

Затем они направились в кабинет.

– Наверное, удивляешься, что я вызвал тебя? – негромко обронил Роджер, когда Даффи села за стол и принялась вынимать из ящика компакт-диски с произведенными в операционной видеозаписями. – Или злишься?

Она пожала плечами.

– Конечно, я не ожидала, что придется сегодня выйти на работу… И потом, вечером я ужинаю с Таем Ли…

– Подождет твой Тай Ли! – твердо произнес Роджер. Он считал, что большой беды не будет, если Даффи опоздает на этот ужин. Или совсем его пропустит – так даже лучше.

– Но…

– И без возражений! Я тебе плачу, следовательно, вправе распоряжаться твоим временем. Хотя, заметь, не злоупотребляю этим. Просто сегодня возникла экстренная ситуация. Мне позвонил ректор университета, где я читаю на медицинском факультете лекции. Ему известно, что я снимаю фильм, который собираюсь показывать студентам в качестве пособия по своему предмету. – Роджер на миг умолк и почти машинально пересчитал компакт-диски. – Да… так вот у ректора возникла идея использовать некоторые мои материалы для другого фильма, рекламного, который будет рассказывать о проводимой сотрудниками университета научной и практической работе. Это понятно?

– Вполне. – Даффи кивнула на стопку компакт-дисков. – Здесь все, что снимала я, а диски Лиз находятся вон в том шкафу. – Она встала. – Полагаю, теперь я могу идти?

– Ну нет! Зачем бы я тебя вызывал, если бы все было так просто? Мне нужно отобрать материал для показа ректору, и ты должна в этом участвовать. Без тебя я не обойдусь.

Роджер говорил уверенно, но на самом деле его грызли сомнения. Едва увидев пять минут назад Даффи, он испытал волнение, явно носившее чувственный характер. Поэтому сейчас в его мозгу вертелся вопрос, не опрометчиво ли он поступил, создав ситуацию, при которой они с Даффи остались наедине.

– Но у меня ужин с Таем Ли, мы договорились о нем заранее и…

– Ничего не желаю слышать! Садись за компьютер!

Однако Даффи осталась стоять.

– Что такое? – мрачно спросил Роджер.

– Ничего, – буркнула она. – Конечно, деньги мне платишь ты, но нельзя ли разговаривать немного вежливее?

Роджер смерил ее взглядом.

– Что тебе не нравится?

– Приказной тон! Ведь можно попросить – мол, пожалуйста, и все такое…

Разумеется, можно! Роджер скрипнул зубами. Только если я начну тебя просить, ты мне откажешь, найдя для этого множество поводов. А так тебе просто приходится подчиняться! – подумал он, а вслух сказал:

– Раньше мой тон тебя не смущал. Что, не терпится отправиться на свидание к этому своему Таю Ли?

Ресницы Даффи на миг распахнулись, но в следующую минуту она их опустила.

– Это не свидание, а всего лишь совместный ужин.

– Ну да, и все…

– И все! – негромко, но с вызовом произнесла она. – Тебе прекрасно известно, что у меня есть жених!

Выставив этот тяжеловесный аргумент, Даффи посмотрела прямо Роджеру в глаза. Тот в свою очередь устремил взгляд на нее.

Так они с минуту стояли и смотрели друг на друга.

В конце концов Роджер усмехнулся.

– Ладно, твоя взяла… Пожалуйста, присаживайся, а я пока принесу для себя стул, пора заняться делом.

Даффи промолчала, зато начала действовать. Пока Родж ходил в свой кабинет за стулом, она включила компьютер и поставила первый снятый ею диск.

Вернувшись, Роджер обогнул стол, поставил стул и сел рядом с Даффи. Она даже не взглянула на него, только спросила:

– Собственно, что требуется сделать?

Он посмотрел на экран.

– Нужно отобрать по нескольку фрагментов соответственно на разные виды операций. Что здесь у нас?

– Уменьшение объема груди, – ответила Даффи с таким знанием дела, что он усмехнулся про себя. – Это первая снятая мною операция.

– Да, узнаю… Ну вот, а теперь надо найти еще две-три подобных, затем скопировать и перенести в отдельный файл наиболее интересные фрагменты. Создай новый файл, озаглавь и приступим…

Некоторое время они занимались отбором нужных кадров, затем диск закончился. Потянувшись за другим, Даффи невольно приблизилась к Роджеру. Тот ощутил такой знакомый, присущий ей одной аромат – в котором смешивались запахи туалетного мыла, чистой кожи, а также чего-то неуловимо женского, – и напряженно замер, но желания отодвинуться не испытал. Даже наоборот, ему вдруг захотелось уткнуться носом в шелковистые волосы Даффи и сидеть так, сколько она разрешит.

Даффи же, казалось, полностью сосредоточилась на деле, забыв о присутствии Роджера. Впрочем, нет, ведь время от времени они переговаривались.

Так продолжалось до тех пор, пока не настал черед операций, производимых на лице. Роджер выбрал несколько фрагментов и счел это достаточным, как вдруг Даффи негромко обронила:

– А я бы кое-что добавила сюда.

– Да? Что же?

Она мельком взглянула на него.

– Все это, конечно, хорошо, но здесь не хватает изюминки.

– Ну? Я слушаю.

– Я имею в виду фотографии, которые напечатала в своей книге Шейла Лав. Они чрезвычайно выразительные.

Роджер нахмурился.

– Это ты о чем?

– Разумеется, не о снимках, изображающих Шейлу Лав на подиуме во время демонстрации моделей одежды. – Даффи кивнула на монитор. – Я бы присоединила сюда фото лица Шейлы Лав до и после того, как над ним потрудился ты. Эти снимки демонстрируют твой талант во всем объеме.

Глаза Даффи поблескивали воодушевлением, однако взгляд Роджера словно потускнел.

– Не думаю, что это хорошая идея.

– Но как же! Такой удивительный и, главное, заметный эффект!

Роджер качнул головой.

– Нет, не хочу.

– Но без этих фотографий картина получится неполной. Зрители не увидят всего, на что ты способен, не смогут оценить твоих способностей и…

– Говорю нет – значит нет!

Даффи пристально посмотрела на него. Он ответил ей прямым взглядом, но затем отвернулся.

– Те два снимка в книге Шейлы очень показательны, – негромко произнесла Даффи. – Они выражают всю суть твоего мастерства.

– Ну и что… Мне давно не нужно ничего никому доказывать. Ко мне выстраиваются очереди клиентов… впрочем, это ты и сама знаешь.

Даффи знала, но все никак не могла угомониться.

– Эх, такие снимки! Ну почему ты не хочешь присоединить их к остальному материалу?

– Не хочу – и точка! Мне не доставляют удовольствия воспоминания, связанные с Ритой Кроули… или Шейлой Лав, если угодно. И я не собираюсь специально привлекать всеобщее внимание к тому периоду своей жизни.

– Но ведь это ради дела! – Даффи сама не понимала, почему ее настолько задевает нежелание Роджера показать свой талант в самом выгодном свете. – В твоих же интересах!

Он мрачно взглянул на нее.

– Нет.

– Ах так? Тогда… тогда… я ухожу! Заканчивай работу сам! – Даффи с самым решительным видом встала с вращающегося кресла, но уйти ей не удалось, потому что дорогу перегородил также поднявшийся Роджер.

– Никуда ты не уйдешь!

– Еще как уйду! У меня, к твоему сведению, выходной…

Она попыталась обогнуть Роджера слева, но ее действие было заведомо обречено на провал. Между столом и стоявшим у стены шкафом оставалось достаточно места, чтобы пройти, но там стоял Роджер и уходить не собирался. Другим же своим краем стол упирался в стену.

Немного подумав, Даффи двинулась вправо, однако Роджер, усмехнувшись, сделал то же самое.

– Пропусти! – сердито произнесла она.

Он лишь головой покачал.

– Ты не можешь удерживать меня силой! – возмутилась Даффи.

– Почему ты так думаешь?

– Потому что… потому что… так нечестно!

Произнеся последнее слово, Даффи сделала рывок, очевидно надеясь застать Роджера врасплох, но он не дремал. В результате они столкнулись друг с другом, Даффи грудью прижалась к его торсу, а он механически обвил ее руками за талию.

Дальше произошло нечто странное. Оба испытали такое чувство, будто земля на несколько мгновений перестала вращаться, время застыло, и в воцарившейся тишине слышалось лишь отчаянное биение двух сердец.

Глядя Роджеру в глаза, Даффи чувствовала себя совершенно беспомощной. Способна была лишь стоять и моргать. В конце концов ее приоткрытые губы дрогнули, что привлекло к ним внимание Роджера. Несколько мгновений он смотрел на них, затем перевел взгляд на напряженно расширенные глаза Даффи. Так прошло еще несколько мгновений. А потом вдруг – неожиданно в первую очередь для себя самого – Роджер наклонился и прикоснулся к этим трепетным губам.

Даффи вздрогнула, попыталась отшатнуться, однако он не только не отпустил ее, но прижал к себе еще плотнее.

Она издала сдавленный возмущенный писк, уперлась ладонями в его грудь… однако именно в этот момент Роджер скользнул языком между ее зубов, углубляя поцелуй.

И тогда она обмякла. Сдалась. Уступила…

Какое блаженство… Такого сладостного поцелуя у Даффи еще не было. Он захватил ее всю целиком, каждую клеточку, каждый нерв… Планета будто слегка покачнулась, а потом возобновила движение.

Поцелуй был долгим и нежным, но в конце концов завершился. Впрочем, глотнув воздуха, Роджер вновь наклонился к губам Даффи, но она хрипловато шепнула:

– Нет…

Похоже, это короткое словечко относилось скорее к ней самой, чем к Роджеру, но он не стал настаивать и отпустил ее.

– Я… все равно должна идти, – пробормотала Даффи с дрожью в голосе, не поднимая глаз. – Тай Ли ждет меня…

Он стиснул зубы, но промолчал. Правда, через минуту все-таки произнес довольно резко:

– Что ж, ступай, остальное я доделаю сам.

Даффи взяла сумочку, накинула ремешок на плечо и остановилась в нерешительности: Роджер все еще перегораживал путь.

Он удивленно посмотрел на нее, но в следующую минуту сообразил, в чем дело, и отступил в сторону.

Проходя мимо, Даффи сделала все возможное, чтобы не дотронуться до него даже краем одежды. Успешно справившись с задачей, она обернулась, заставила себя взглянуть на Роджера и негромко произнесла:

– Я действительно не могу остаться. Мы с Таем Ли договорились об ужине заранее, он старался, готовил и сейчас ждет меня. Не обижайся, ладно?

Пожав плечами, Роджер проворчал:

– Хорошо-хорошо, иди.

– Но ты правда не обижаешься?

– Нет.

Едва Роджер успел буркнуть это, как Даффи улыбнулась до ушей.

– Спасибо!

Дальше произошло нечто неожиданное: порывисто шагнув вперед, Даффи поцеловала Роджера в губы.

Через мгновение она отскочила от него, потому что между ними будто проскочил электрический разряд.

– Ой… – потрясенно слетело с губ Даффи, и она машинально прижала к ним пальцы.

Через минуту ее будто ветром сдуло.

16

Ох идиотка! Кретинка чокнутая, дура ненормальная!

Это были еще не самые сильные эпитеты, которыми мысленно осыпала себя Даффи, сидя в автобусе.

Надо же до такого додуматься – самой поцеловать Роджа! Какой безмозглой остолопкой нужно быть, чтобы по собственному почину, без всякого принуждения броситься ему на шею!

Ладно еще, Родж ее поцеловал – что получилось абсолютно случайно и, можно сказать, нечаянно, – но она-то уж никак не должна была это делать.

Балда бестолковая!

Примерно такие мысли одолевали Даффи, пока она смотрела в окошко автобуса, ничего за ним не видя. Воспоминание о треклятом поцелуе не шло у нее из головы. То есть она вспоминала оба поцелуя, но досаду вызвал второй. Первый же оставил после себя трепетное ощущение тепла и твердости мышц Роджа, к которым Даффи была прижата грудью.

Возникшее между ними в ту минуту притяжение было настолько сильным, что вызывало чувство паники. Счастье, что ей удалось вовремя удрать!

Впрочем, нет, все-таки она оплошала – перед тем как выскочить в коридор, поцеловала Роджа.

Даффи все пыталась отыскать объяснение своему порыву и с этой целью даже потрогала украдкой губы, но добилась лишь возникновения в глубине тела волны чувственности, а в душе – сильнейшего смятения.

Потом ей захотелось увидеть, какой сейчас видят ее окружающие. Вынув из сумочки пудреницу, открыв и посмотрев в зеркальце, она увидела собственную пунцовую физиономию, а также лихорадочный блеск страсти в глазах.

Очень мило.

Даффи зажмурилась.

Билли! – вспыхнуло в ее мозгу. Где ты? Мой дорогой, любимый, единственный…

Единственный?

Даффи чуть не застонала.

Остановку, на которой нужно было выйти, она прозевала, покинула автобус на следующей. Пришлось возвращаться до дома Лиз пешком.

– О, все-таки пришла! – весело воскликнул Тай Ли, распахнув дверь в ответ на звонок Даффи. – А я уж было решил, что ты передумала ужинать со мной.

– Извини, пожалуйста, – сконфуженно пробормотала она. – Меня срочно вызвали в клинику, отказаться я не могла.

– Что? На работу в воскресенье?! Куда смотрят профсоюзы?! Разве твоему начальству неизвестно, что рабства в этой стране больше не существует?

– Какого рабства? – недоуменно нахмурилась Даффи. Ее мысли сейчас витали вдалеке, поэтому она никак не могла настроиться на текущий разговор. – А, наверное, ты имеешь в виду…

Тай Ли вновь расплылся в улыбке.

– Ну да, войну Севера с Югом и все такое… Правда, тогда освободили темнокожих, а белые, вижу, все еще вкалывают по выходным!

– Э-э… нет, сегодняшний день исключение, у шефа возникло неотложное дело, которое он не смог бы уладить без меня.

– Это у вашего пластического хирурга? – прищурился Тай Ли. – Который знаменит на всю страну? Ну да, давай оправдывай его. Если он важная особа, то ему все дозволено.

Даффи опустила ресницы. Ей самой не нравились некоторые интонации собственного голоса.

Заметив ее реакцию, Тай Ли хитро усмехнулся.

– Эй, уж нет ли тут чего-то личного? Ты часом не задумала сменить жениха?

Даффи заметно вздрогнула.

– Ничего подобного! Что ты такое говоришь?

Тай Ли поднял ладони.

– Шучу-шучу!

Даффи улыбнулась, однако сердце ее тревожно сжалось. Конечно, дела обстоят не так, как говорит Тай Ли, но что-то такое возникло между ней и Роджем. Как ни верти, она устраивалась в клинику, чтобы обрести возможность задержаться в Миннеаполисе до приезда Билли, а вовсе не для того, чтобы целоваться с известным пластическим хирургом!

И не для того, чтобы терять голову, а вместе с ней и весь здравый смысл!

Да чушь все это, яйца выеденного не стоит! – говорил себе Роджер. Просто у меня давно не было женщины, в этом все дело. Проделки гормонов, не более того.

Действительно, в последнее время Роджер слишком глубоко ушел в работу, забыл, что следует отдыхать, расслабляться, менять обстановку. В результате стал излишне восприимчив, даже нервозен, отчасти утратил способность рассуждать здраво, контролировать себя.

Да, похоже, мне следует срочно найти женщину, барабаня пальцами по столу, думал Роджер.

Добыть на ночь подружку не составляло для него особого труда – приятельниц было много, некоторые сами липли к нему. Таковы преимущества и недостатки известности и определенного положения в обществе.

Собственно, отношения с женщинами у Роджера складывались просто: он использовал их, они извлекали пользу из него самого. Скупым его никто не назвал бы, так что…

Впрочем, было немало и таких, кто встречался с Роджером не из-за денег, а ради него самого, ведь не зря он слыл красавцем.

Одна бурная ночка – и я выброшу Даффи Ричардсон из головы, размышлял он. Давно следовало устроить с кем-нибудь свидание, потому что с этой девчонкой я скоро свихнусь. Какого дьявола она бросилась мне на шею?!

А сам ты зачем поцеловал ее? – прокатилось в его мозгу.

С моей стороны это было обыкновенным рефлексом. Примитивной реакцией на близость женщины. А вот с Даффи загадка. Разве она не почувствовала, как я напрягся, когда мы столкнулись? Не заметила перемены выражения в глазах? Не поняла, что все это означает вспышку страсти? Не ощутила моего состояния физически? Трудно поверить, что нет. А если так, то почему она не воспротивилась? Да, я ее удерживал, но если бы она не хотела целоваться, вряд ли бы у меня что-то получилось. Так что же с ней происходит?

Роджер лукавил, задавая себе подобный вопрос. На самом деле ситуация была ему предельно ясна: Даффи соскучилась по жениху, вот и бросается на шею тому, кто рядом. Какой мужчина устоит перед подобным искушением? Роджер с трудом представлял себе такого. И сам таковым не являлся.

Но отбивать невесту у другого? Нет, это делать он не собирался. Равно как и заводить с кем-то серьезные отношения.

Значит, нужно избавиться от Даффи и зажить как прежде, спокойно.

Да, но с ней подписан договор, в любом случае она останется в клинике до конца месяца, пока не вернется из отпуска Лиз. К счастью, до ее приезда осталось не так уж много времени. Что ж, придется подождать.

А пока найти себе подружку, ну хотя бы на пару часов.

Роджер вынул из кармана пиджака сотовый телефон, раскрыл и принялся изучать внесенный в память список номеров.

С кем бы скоротать ночку? Ну-ка, кто здесь… Ребекка? Нет, не хочу, красива но глупа как пробка. Кэтлин? Нет, эта трещит без умолку… Майя, Наоми, Лора… Гм, разве что Лоре позвонить?

Перед внутренним взором Роджера возникло прекрасное лицо Лоры – высокие скулы, томные, василькового оттенка глаза, губы как маков цвет, не изгибающиеся, а скорее кривящиеся в улыбке…

М-да, с Даффи Лору не сравнить. Та нежная, трепетная, искренняя, а Лора похожа на тигрицу – грациозная, холеная, но… холодная. Всерьез верит, что мужчины существуют на свете единственно для ее развлечения.

Нет, с Лорой Роджеру тоже встречаться не хотелось.

Из всех своих знакомых он, пожалуй, выбрал бы… Даффи.

Едва эта мысль возникла в его мозгу, как он замер, стиснув мобильник. Потом сердито захлопнул его и сунул в карман.

Ужин прошел замечательно. Тай Ли был весел, остроумен, смешил Даффи и даже отчасти помог забыть конфуз, касающийся поцелуев с Роджем. Вдобавок Тай Ли не представлял угрозы помолвке Даффи с Билли.

Даффи с самого начала заинтриговало поведение соседа. Тай Ли явно не чурался женского общества, но, подобно Роджеру, всерьез никем не увлекался. И не собирался менять образ жизни, о чем прямо сказал, когда они убирали со стола и мыли посуду.

Даффи высказалась в том духе, что, мол, нечасто встретишь парня, который так вкусно готовит и так ловко управляется на кухне.

Тай Ли действительно угостил Даффи каким-то очень вкусным китайским блюдом, названия которого она не смогла ни повторить, ни запомнить. Из чего оно приготовлено, тоже не поняла, но съела все до последней крошки.

– Как это тебя до сих пор не женила на себе какая-нибудь девчонка? – лукаво улыбаясь, обронила Даффи.

– Меня не так-то просто ухватить, – ухмыльнулся Тай Ли. – И вообще, идея брака меня не воодушевляет. Мне достаточно и общения с родней, чтобы я еще стремился обзаводиться супругой. От родителей я хотя бы могу уйти, а от жены не скроешься.

Он говорил так уверенно, будто давно все обдумал, поэтому у Даффи не возникло повода усомниться в его словах. Но тон Тая Ли словно предостерегал от дальнейших расспросов, поэтому, невзирая на снедавшее ее любопытство, Даффи предпочла сменить тему. Обсуждать личную жизнь Тая Ли было так же бессмысленно, как и в случае с Роджем. Да и не касается Даффи то, как смотрят на брак эти двое.

За кофе Тай Ли спросил, как дела у Билли, и Даффи неожиданно испытала затруднение с ответом. Раньше ей всегда казалось, что она точно знает, что и как с Билли, но в последнее время они общались урывками.

– Э-э… Билли не особенно посвящает меня в подробности своей жизни, – неуверенно улыбнулась Даффи. – Сам понимаешь, армейская тайна и все такое… Но вообще-то он ждет не дождется, когда сможет вернуться домой.

Тай Ли кивнул.

– Еще бы! Тут его ждет невеста, а в Ираке что хорошего? Жара, пыль и… – Он собирался произнести еще что-то, но осекся. Возможно, потому, что не хотел портить Даффи настроение.

Однако она все равно погрустнела, потом, извинившись перед Таем Ли, позвонила со своего мобильника Билли, но получила в ответ сообщение, что абонент недоступен.

– Идем прогуляемся, – предложил внимательно наблюдавший за ней Тай Ли.

На миг задумавшись, Даффи кивнула.

– А что, пожалуй! Почему бы нет…

Недолго думая, они вышли на улицу и отправились бродить по освещенным фонарями окрестным улочкам.

Здесь настроение Даффи улучшилось. Гулять с Таем Ли было одно удовольствие. С ним Даффи не испытывала никакого напряжения, чего не скажешь, например, о Родже. С Таем Ли было легко и приятно. Они говорили о чем угодно, а еще шутили и смеялись. Даффи не представляла, что точно так же могла бы прогуливаться с Роджем.

Она думала об этом, бредя рядом с Таем Ли, и вдруг остановилась. Тай Ли по инерции прошел еще несколько шагов, продолжая рассказывать смешную историю из своего детства, потом заметил, что Даффи рядом нет, и обернулся.

– Эй, что случилось?

Она качнула головой.

– Нет-нет, ничего. Так, кое-что вспомнила… Не обращай внимания. Так что сказала твоя бабушка?

Прогулка продолжилась, но Даффи почти не прислушивалась к рассказу Тая Ли. Ее поразила минуту назад пришедшая в голову мысль: она сравнивает Роджа и Тая Ли, а о Билли при этом даже не вспоминает! Как будто не он ее жених и не на нем должны сосредотачиваться все ее помыслы…

Даже ночью Даффи мучили эти размышления. Однако, как и накануне, отнюдь не Билли являлся их центром. Эту позицию вновь занял Родж. Несмотря на то что Даффи лежала в постели с закрытыми глазами, образ Роджа маячил перед ее внутренним взором, мешая уснуть. А еще больше досаждала мысль, что Родж наверняка с кем-то встречается. С какой-нибудь красоткой. Возможно, даже не с одной… Интересно, почему он так негативно воспринимает все, что связано с Шейлой Лав? Что такого она ему сделала? Вряд ли подобное отношение вызвано тем, что Шейла обнародовала интимные подробности своего с Роджем общения. В том мире, где они оба вращаются, это не является чем-то особенным. Тогда в чем кроется причина неприятия всего связанного с Шейлой?

А тебе обязательно нужно это знать, да, дорогуша? – наконец насмешливо прозвучало в мозгу Даффи. Без этого ты не уснешь?

– Усну! – сердито буркнула Даффи.

Затем взбила подушку, легла и с головой укрылась простыней.

17

Утро понедельника началось не совсем обычно: Роджер не явился в клинику к положенному времени. Правда, до начала приема пациентов еще оставалось около получаса, но сам по себе факт был из ряда вон выходящим.

– У себя? – после короткого приветствия спросила бухгалтерша Джоан, сразу же вперевалочку направившись к кабинету Роджа.

Однако Даффи покачала головой.

– Еще не приехал.

– Нет?! – Джоан остановилась и удивленно подняла бровь. – Странно… Не похоже на него. Он звонил, предупреждал, что опоздает?

– Нет, но вчера мы здесь занимались… – Даффи умолкла, с опозданием сообразив, что, во-первых, неправильно выстроила фразу, а во-вторых, наверное, вообще не нужно было ничего говорить.

Но Джоан уже насторожилась. И немудрено! У любого ушки встали бы на макушке после того, что брякнула Даффи.

– Да-да? – промурлыкала Джоан. – Чем вы здесь занимались вчера, в воскресенье? – Последнее слово она произнесла с тонкой улыбкой.

Даффи с показным безразличием пожала плечами.

– Родж вызвал меня на работу, чтобы я помогла ему рассортировать предназначенные для фильма материалы.

– Это надо было сделать именно в выходной день? – еще шире улыбнулась Джоан. Впрочем, ее тон был вполне дружелюбен, и даже создавалось впечатление, будто она приветствует внеурочную встречу Даффи и Роджа.

– Просто у Роджа возникло срочное дело, – стараясь говорить как можно спокойнее, пояснила Даффи. – Ректору университета, где Родж читает лекции, понадобились некоторые видеозаписи операций. Вот Родж и вызвал меня, ведь я сама снимала, поэтому лучше разбираюсь в том, где что искать.

– Вон оно что… – задумчиво протянула Джоан. – Возможно, он с утра и отправился в университет?

– Очень может быть. Хотя…

Договорить Даффи не удалось, потому что появился Роджер.

– Привет! – весело произнес он, кивнув Джоан и остановив взгляд на Даффи. – Ну как прошел ужин? Хороший кулинар твой сосед? Понравилась тебе его китайская стряпня?

Тон Роджа показался Даффи странным. С чего это он так развеселился? И почему поддевает ее?

Покосившись на Джоан, Даффи поняла, что та заинтригована не меньше, чем она сама.

– Да, Тай Ли замечательно готовит. Блюдо, которым он меня вчера угощал, очень мне понравилось.

– И вообще он хороший парень, верно? – прищурившись обронил Роджер.

Даффи внимательно посмотрела на него.

– Хороший.

– А после ужина ты по своему обыкновению отправилась пройтись на сон грядущий?

Она удивленно моргнула.

– Угадал.

– И тебе не страшно ходить одной по темным улицам? – качая головой, спросила Джоан.

– А она не одна гуляет, – усмехнулся Роджер.

– Конечно, мне составляет компанию Тай Ли.

Джоан сморщила лоб.

– Знакомое имя… Постой, это не тот ли парень, китаец, сосед Лиз? Кажется, она упоминала о нем…

– Именно он, – кивнул Роджер. – Даффи гуляет с ним, коротая время до свадьбы. Говорит, ее жених настолько доверяет ей, что не возражает против общения с посторонними парнями.

Слегка порозовев от смущения, Даффи бросила на Роджера взгляд.

– Билли действительно мне доверяет! И потом, не понимаю, что особенного в моих прогулках с Таем Ли?

– Тем более что он хороший парень! – хохотнул Роджер.

Даффи на миг обиженно поджала губы.

– Ты в этом сомневаешься?

– Нет, отчего же.

– Просто ты его не знаешь!

Роджер медленно покачал головой.

– М-да, бедняга Билли… – Он обменялся взглядом с Джоан, но Даффи почти не обратила на это внимания.

– Бедняга? Что ты хочешь этим сказать?

– Ну что… Пока Билли несет армейскую службу в Ираке, с его невестой прохлаждается кто-то другой.

Рот Даффи изумленно раскрылся. Джоан тоже удивленно моргала, переводя взгляд с Роджера на Даффи и обратно.

– Что значит – прохлаждается? Ты меня в чем-то обвиняешь?! – Голос Даффи дрожал от возмущения и обиды.

Роджер смерил ее ироничным взглядом.

– У меня нет оснований обвинять тебя, ведь я не твой жених. Но если бы был им, сто раз бы подумал, прежде чем позволять тебе ехать одной в большой город, где столько искушений…

– Позволять? – Даффи гордо вскинула подбородок. – Почему ты думаешь, что я спрашиваю у кого-то позволения? У меня самой хватит ума решить, что и как делать! И, к твоему сведению, если я ужинаю или гуляю с Таем Ли, это не означает, что мы потом вместе укладываемся в постель!

По лицу Роджера скользнуло выражение, значение которого трудно было определить.

– Нет? – тихо обронил он.

Глядя на него, Даффи усмехнулась.

– Самая большая ошибка – когда о других судишь по себе. Вероятно, тебе не привыкать проводить ночь с женщиной, которую ты ведешь ужинать, но это вовсе не означает, что и другие поступают точно так же!

– О, сколько сарказма! – блеснул взором Роджер. – Похоже, тебе небезразлично, с кем и как я провожу ночи, а?

Даффи вспыхнула. Ох эта треклятая особенность – краснеть в самый неподходящий момент! Заставляя себя успокоиться, она прерывисто вздохнула. Потом негромко произнесла:

– Равно как и ты неравнодушен к тому, с кем я ужинаю или гуляю.

Несколько мгновений они гневно смотрели друг на друга. Затянувшуюся паузу нарушила Джоан – она рассмеялась.

Тогда Роджер и Даффи повернулись к ней.

– Что тебя так развеселило? – сухо спросил Роджер. – И вообще, что ты здесь делаешь?

Джоан еще разок прыснула, потом утихомирилась.

– Вот, подпиши бумаги – и я пойду. – Когда она говорила, ее подбородок все равно дрожал от едва сдерживаемого смеха.

Размашисто расписываясь, Роджер мрачно поглядывал на Даффи. Наконец произнес:

– Если ты такая самостоятельная и независимая, может рискнешь составить мне компанию на одной вечеринке? Или тебе все-таки нужно спросить разрешения у жениха?

Даффи гордо выпрямилась.

– Когда и в котором часу я должна быть готова?

– Гм, неужели обойдешься без разрешения? – усмехнулся Роджер. – Ладно. Послезавтра в семь. Я за тобой заеду. Кстати, у тебя есть вечернее платье?

– Вечернее? – с сомнением протянула Даффи. – Даже не знаю…

Тут вновь подала голос Джоан.

– Не переживай, я помогу тебе выбрать наряд. У меня на примете есть один магазин. Сегодня же после работы и поедем, идет?

– Конечно, – с достоинством кивнула Даффи. – Буду очень благодарна тебе за помощь.

Роджер и сам не ожидал, что пригласит Даффи на вечеринку к Роду Сандерсу. Это была чистой воды импровизация. Просто ему самому предстояло побывать на дне рождения у Рода, музыканта-рокера, которому в свое время он выровнял искривленный в случайной уличной драке нос. Вот Роджер и подумал: почему бы не отправиться на торжество с Даффи?

Ближе к вечеру он разобрался в причинах, подтолкнувших его сделать подобное предложение. Это была своеобразная атака. На Даффи, с некоторых пор воцарившуюся в его мыслях.

Роджеру это не нравилось, вот он и задумал избавиться от наваждения. Однако реальные формы его замысел приобрел словно даже без его участия, на подсознательном уровне.

Прозрение пришло тем же днем, когда случилось нечто экстраординарное: Роджер порезался во время операции. Несильно. Можно сказать, лишь царапнул себя скальпелем, но, как бы то ни было, перчатка была повреждена, а на пальце появилась кровь.

Этого никогда бы не произошло, если бы рядом не находилась с видеокамерой Даффи.

Собственно, она ничего особенного не делала, просто, как обычно, снимала операцию, но Роджер остро ощущал ее присутствие. Порой ему даже мерещился аромат ее волос, хотя те были спрятаны под медицинской шапочкой.

Операцию он закончил, палец обработал антисептиком и залепил пластырем, а потом долго сидел у себя в кабинете, и в голове его висело: это она во всем виновата!

Подразумевалась конечно же Даффи.

Если бы Роджер не думал о ней днем и ночью, если бы его не преследовал во сне и наяву ее назойливый образ, он был бы менее рассеянным.

Каким-то чудом Даффи удалось нарушить защитный барьер, который Роджер выстроил вокруг себя после истории с Ритой Кроули, ныне Шейлой Лав. Прелестная Даффи умудрилась проникнуть за крепостные стены, и ее красота нашла отклик в его душе. Поэтому сейчас он был больше озабочен тем, как выдворить непрошеную гостью, чем собственными профессиональными делами.

Дьявол бы все это побрал!

Именно Даффи представляла собой источник начавшегося в жизни Роджера беспорядка. Было бы лучше всего, если бы она уехала домой и не околачивалась больше в клинике – не болтала бы с Терри и Джоан, не распространяла свои нежные ароматы, не торчала в операционной – пусть по делу, но все равно…

Да и в Миннеаполисе ей нечего делать. Незачем ходить по музеям, театрам и выставкам, ужинать с Таем Ли и прогуливаться с ним же по вечерним улицам. Нечего сводить его, Роджера, с ума.

Черт меня дернул подписать с ней контракт! – думал он. Теперь не знаю, как от нее избавиться.

Собственно, действие договора истекало всего дней через восемь, однако Роджеру этот срок казался огромным.

Он задумал избавиться от присутствия Даффи раньше. Но просто так прийти утром в клинику и заявить, что Даффи уволена, он не мог. Здесь требовался более тонкий ход. Она должна захотеть убраться сама.

Как это сделать?

После давешних поцелуев решение напрашивалось само собой: нужно затеять с Даффи игру. Усилить натиск, очаровать, добиться чувственного отклика…

А что, соблазнительная перспектива, размышлял Роджер. Убью двух зайцев сразу: и развлекусь, и от нежелательного присутствия избавлюсь. К тому же интересно, что из всего этого выйдет. Тем более что Даффи сама подставляется. Подумать только, как тесно она общается с этим Таем Ли! Даже странно, что между ними до сих пор ничего не возникло. Ну да ладно, если Даффи настолько в себе уверена, посмотрим, что она запоет, когда за нее возьмусь я!

Конечно, Роджер понимал, что его замыслы в отношении Даффи не особенно честны, однако не особенно переживал по данному поводу, считая себя обычным – из плоти и крови – человеком, которому вдобавок не чужд инстинкт самосохранения. Кроме того, его почему-то сильно задевала одна, периодически повторяемая Даффи фраза.

Значит, Билли тебе доверяет? – вертелось в его голове. Хорошо, золотце, посмотрим…

Джоан действительно отвезла Даффи в один небольшой, но обладающий богатым выбором магазин одежды, который ей самой в свое время показала Лиз. Там Даффи потратила значительную сумму из своих сбережений на элегантный романтический наряд из светло-розового шифона. В этом же магазине были приобретены и туфли в тон.

Платье гармонировало с бархатисто-серыми глазами Даффи и очень ей нравилось. Но, похоже, еще большее впечатление оно произвело на Роджера, когда через день он заехал за ней, как было договорено, в семь вечера. Увидев Даффи при полном параде, причесанную, с элегантным макияжем, Роджер на миг замер, и в его взгляде промелькнуло удивленно-восторженное выражение.

У самой Даффи в этот момент сладко сжалось сердце, будто в предвкушении чего-то светлого, пронзительно-приятного…

Проходившая в чьем-то загородном доме вечеринка, на которую они отправились в «линкольне» Роджера, в основном запомнилась Даффи шумом, музыкой и большим количеством веселых, шикарно одетых людей. Ей мельком подумалось, что не напрасно она купила платье, иначе в чем-нибудь другом выглядела бы здесь как служанка, а не гостья. А так они с Роджером смотрелись ничуть не хуже других, возможно даже лучше – она в бледно-розовом шифоновом туалете, он в смокинге, белой рубашке, галстуке-бабочке.

– А по какому поводу торжество? – догадалась спросить Даффи, с несколько ошеломленным видом оглядываясь по сторонам. Из-за звучащей в этом большом зале музыки говорить приходилось громко.

– День рождения, – чуть наклонившись к ее уху, ответил Роджер.

– У кого?

Роджер машинально скользнул взглядом по веселившимся гостям.

– У хозяина дома, Рода Сандерса.

Даффи вскинула ресницы.

– У музыканта?

– Ты его знаешь?! – В голосе Роджера прозвучало удивление.

– Слышала музыку, – пояснила Даффи.

Род Сандерс был любимым вокалистом Билли, но, разумеется, тот даже мечтать не мог попасть на подобное торжество.

– Что будешь пить – шампанское, мартини или виски с содовой? – спросил Роджер.

Только сейчас Даффи увидела, что к ним подошел официант с уставленным бокалами подносом.

– Э-э… шампанское.

Роджер подал ей бокал, а себе взял мартини.

Даффи немного нервничала в непривычной обстановке – к тому же она заметила несколько примелькавшихся на телеэкране лиц, – поэтому как-то механически поднесла бокал к губам и отпила сразу несколько глотков. Лишь заметив удивленный взгляд Роджера, сообразила, что ведь это шампанское, а не вода.

– Очень вкусно, – обронила она словно в качестве объяснения.

Роджер с улыбкой кивнул.

– Не волнуйся, расслабься, тебя здесь никто не съест.

Его тон показался Даффи излишне покровительственным, поэтому она внутренне напряглась, но не показала этого.

– Не беспокойся, я в полном порядке. – И вновь глотнула шампанского.

Роджер пристально посмотрел на нее.

– Ну как тебе здесь?

Вновь обведя взглядом зал, Даффи с чувством произнесла:

– М-да, в Брикстоне столько знаменитостей не встретишь! Интересно, скольким из них ты делал пластические операции?

Он рассмеялся.

– Только не думай, что всем! – Он хотел добавить что-то еще, но в этот момент рядом раздалось:

– Родж! Привет, дружище! Как это ты проскочил мимо меня…

Обернувшись, Даффи увидела человека, чье лицо показалось ей знакомым, но, кто это, она сообразила, лишь когда Роджер ответил:

– В твоем доме сегодня немудрено затеряться, столько гостей!

Да это же Род Сандерс! – вспыхнуло в мозгу Даффи.

А Родж уже обнимался с виновником торжества.

– Поздравляю, поздравляю! У меня для тебя подарок. – Он вынул из внутреннего кармана смокинга плоскую обтянутую черной замшей коробочку. – Ну-ка взгляни…

– Что это? – ахнул Род Сандерс, открыв крышечку, под которой сверкнул металл. – Неужели…

– Серебряные шпоры к твоим сценическим сапогам, – улыбнулся Родж.

– Боже правый! Я давно мечтаю… Где тебе удалось их достать?

– Привезли по специальному заказу из Арабских Эмиратов.

– Но это же… – Род Сандерс задохнулся от восторга. – Благодарю! Надену на ближайший концерт! – Затем он перевел взгляд на Даффи. – Вижу, ты не один. Кто твоя прелестная спутница?

– Это… коллега, – сдержанно ответил Роджер. – Даффи Ричардсон. Познакомься, Даффи, это Род Сандерс.

– Очень приятно, – негромко обронила Даффи и, немного подумав, протянула руку, которую Род Сандерс поцеловал со словами:

– Я тоже очень рад!

Роджер вдруг напряженно замер, глядя куда-то влево.

– Мне показалось, что там…

Выпрямившись, Род Сандерс взглянул в том же направлении.

– Ах да! Я так обрадовался твоему подарку, что совсем забыл… Тебе не показалось, там действительно стоит Шейла. Она просит тебя на два слова.

По лицу Роджера скользнула тень.

– Ты не предупредил, что Шейла тоже приглашена.

– Прости, я завертелся и как-то совершенно упустил из виду… – Похоже, Роду Сандерсу действительно было неловко. – Но ты ведь поговоришь с ней? Идем, я тебя провожу.

– Ладно, только… – Роджер взглянул на Даффи. – Побудешь немного одна?

Она кивнула.

– Иди, за меня не переживай.

– Я на минутку.

Губы Даффи тронула едва заметная усмешка.

– О, не торопись!

Когда Роджер и Род удалились на несколько шагов, Даффи тоже взглянула влево… и вздрогнула: там действительно стояла Шейла Лав. Мало того, смотрела прямо на Даффи, пристально, словно оценивая. Затем Род Сандерс подвел к Шейле Роджа и все трое двинулись в направлении стола с напитками, быстро потерявшись из виду.

Даффи осталась одна. Стояла с бокалом в руке, в отдалении от всех, ни с кем не общаясь. Вокруг смеялись, болтали и шутили гости Рода Сандерса. Некоторые поглядывали на Даффи не без интереса.

Спустя некоторое время с ней попытался завязать беседу какой-то толстяк, но она вежливо дала понять, что неплохо чувствует себя и в одиночестве.

Родж все не появлялся, по-видимому Шейла завладела им основательно.

От нечего делать Даффи допила шампанское. Спустя некоторое время вновь показался тот самый толстяк, который явно направлялся к ней. Не желая с ним разговаривать, Даффи двинулась в гущу гостей.

Там какой-то смазливый парень пригласил ее танцевать, и она со вздохом согласилась.

Роджеру было неловко, что он оставил Даффи одну – даже несмотря на то, что привез ее сюда, следуя плану вывести из равновесия и заставить удрать в родной Брикстон. Она выглядела такой беззащитной, когда он уходил, и такой… обворожительной, что возникало желание обнять и поцеловать ее прямо при всех! Но, разумеется, только для того, чтобы напугать и принудить покинуть клинику до окончания действия договора…

Ладно, подавив вздох, подумал Роджер, пусть побудет одна, не маленькая.

Даффи танцевала с третьим по счету парнем, и ей начало казаться, будто она не видела Роджа уже несколько часов.

Наконец, не без труда отделавшись от партнера по танцу, Даффи улизнула в дамскую комнату, чтобы немного освежиться и привести себя в порядок.

Выйдя, она отправилась искать Роджа, но безуспешно. Тогда она взяла у подвернувшегося официанта еще бокал шампанского и отошла в сторонку, чтобы обдумать положение. Впрочем, размышлять особо было не над чем. Как ни верти, а придется ждать окончания вечера. Ведь привез ее сюда Родж, значит, и уедут они вместе.

Так Даффи стояла, попивая шампанское, как вдруг вновь заметила того самого толстяка, который пытался завязать с ней знакомство в начале вечера. Тот ее пока не видел, но мог заметить в любую минуту.

Прикусив губу, Даффи направилась к находящейся чуть в стороне лестнице, ведущей, как вскоре выяснилось, на верхнюю террасу.

Там было хорошо, гулял прохладный ветерок, а в вышине мерцали звезды.

Кроме Даффи на террасе находилась какая-то парочка, но через несколько минут эти двое направились к лестнице.

Даффи поставила бокал с остатками шампанского на пластиковый столик, рядом положила сумочку, а сама подошла к деревянному парапету, уперлась руками, подняла лицо к темному небу и вздохнула полной грудью. От спиртного голова ее слегка кружилась, слух ласкала доносившаяся из зала музыка, и казалось, что дом плывет куда-то в темноте…

– Разрешите пригласить вас на танец?

Даффи замерла с закрытыми глазами. Прозвучавший сзади голос словно прикоснулся к ее нервам, но ласково и нежно. Принадлежал он Роджу.

Спустя мгновение она обернулась. Роджер без улыбки смотрел прямо ей в лицо. Его белая рубашка в темноте казалась голубой, глаза поблескивали.

– Да, – шепнула Даффи. – Только я не пойму, что это за музыка.

Роджер шагнул к ней и мягко заключил в объятия.

– Это танго.

– Гм, вот как… Но я не умею его танцевать.

Роджер наклонился к ней и тихо, касаясь губами мочки уха, произнес:

– А мы потанцуем, как получится.

Даффи ничего не ответила. Охваченная трепетом, она просто подчинилась действиям Роджера.

Конечно, они танцевали не танго, но какое это имело значение? Важны были лишь их ощущения, мягкая музыка и волшебная ночь. Роджер двигался с Даффи в такт ритму, легонько скользя ладонями по ее спине.

– Не жалеешь, что приехала сюда? – едва слышно спросил он в какой-то момент.

От избытка чувств у Даффи перехватило дыхание, поэтому она лишь качнула головой.

Роджер убрал с ее лица прядку волос.

– Прости, что надолго оставил тебя одну. Меня задержала Рита… то есть Шейла. Ей понадобились бумаги, подтверждающие наш развод, и…

От неожиданности Даффи сбилась с ритма, ее глаза изумленно расширились.

– Развод?! Вы с Шейлой были женаты?!

Роджер поморщился.

– Несколько лет назад. Брак длился меньше года. Потом мы развелись, но Шейла даже не удосужилась забрать документы. В ту пору ее интересовала только карьера.

– Шейла стала моделью уже после вашего развода?

С губ Роджера слетел вздох.

– После развода она стала звездой. Видишь ли, брак со мной понадобился ей лишь для того, чтобы с моей помощью исправить недостатки внешности. Ведь пластическая операция стоит дорого, а у Риты тогда с деньгами было туго… то есть у Шейлы. Вот она и окрутила меня, чтобы… – Он умолк и качнул головой. – Впрочем, оставим эту тему. Лучше скажи: ты действительно не сердишься на меня?

Даффи медленно покачала головой.

В ту же минуту Роджер скользнул ладонями вверх по ее спине, плечам, затем взял лицо в ладони.

– И ты… разрешишь мне поцеловать тебя?

Даффи задрожала. Несколько мгновений они с Роджером стояли и смотрели прямо друг другу в глаза. Наконец Даффи шепнула:

– Да…

Расширенные зрачки Роджера будто отразили вспышку внутреннего пламени. Больше ни слова не говоря, он наклонился, нежно прильнул к губам Даффи… а затем они оба вздрогнули, потому что рядом раздалась трель сотового телефона.

У Даффи вырвался нервный смешок.

– Ой, это ко мне! Наверное… – Имя Билли она проглотила. Высвободившись из объятий помрачневшего Роджера, она шагнула к столику, достала из сумочки телефон и поднесла к уху. – Да?

Но это был не Билли, а Лиз. Из сбивчивого разговора выяснилось следующее: Лиз застала своего возлюбленного с другой, поэтому срочно возвращается домой, а Даффи придется освободить квартиру.

– Извини, я понимаю, что поступаю с тобой нехорошо, – всхлипывала Лиз, – но просто никого не могу сейчас видеть! Мне необходимо побыть одной! Я… я… думала, что мы поженимся, а он…

– Хорошо-хорошо, не волнуйся, – сказала Даффи. – Когда, говоришь, вернешься? Завтра к часу дня… Ну и ладно, я что-нибудь придумаю. А у тебя еще все впереди, не горюй!

Она задумчиво положила мобильник в сумочку.

– Куда же ты пойдешь? – тихо спросил Роджер.

Даффи пожала плечами.

– Понятия не имею. Может, Тай Ли примет меня на несколько дней…

Тай Ли!

Роджер переменился в лице.

– С тем же успехом ты можешь пожить и у меня. Сейчас же поедем к Лиз, заберем твои вещи и… – Он умолк и посмотрел ей в глаза. – Согласна?

Даффи застыла. Если она отправится к Роджеру, это будет означать не просто проживание. Они оба знают, что между ними произойдет.

То, о чем Даффи грезила по ночам все последние дни…

И вдруг она поняла, что никогда не простит себе, если сейчас произнесет «нет». Никогда!

– Да.

Дальнейшего Даффи почти не запомнила. Все слилось в одну сплошную езду по ночной трассе и городским улицам. Был еще подъем на скоростном лифте вроде бы на самый верх-ний этаж. Наконец Родж ввел Даффи в свою квартиру, захлопнул дверь и они остались наедине.

Начала не было, они его просто пропустили, подобно давним любовникам. Сразу приступили к главному – на широкой кровати, с которой даже не сняли шелкового покрывала и оно приятно холодило пылающую кожу.

Это была самая бурная ночь в жизни Даффи…

Найти адрес клиники, о которой рассказывала Даффи, не составило большого труда. Он отправился туда, прямо как был, в форме, не переодеваясь в цивильное. Ему хотелось выяснить все как можно скорее. Боялся лишь, что никого не застанет, так как рабочий день близился к концу.

Но он успел.

Рыжеволосая девушка в холле объяснила ему, как пройти в кабинет, где работает Даффи Ричардсон. И он прямиком двинулся туда. Правда, в коридоре умерил шаг, чтобы не стучали ботинки. А возле двери остановился. Прислушался.

Он прибыл из такого уголка земного шара, где действовать приходилось быстро, решительно, но осторожно.

– До конца работы еще десять минут, – с улыбкой заметила Даффи.

Глаза ее сияли. Она и сама сгорала от нетерпения, но Роджер был похож на тигра, которого не подпускают к лакомому куску.

– Ну и что?! – хрипловато произнес он, заходя за стол. – Это моя клиника, и я вправе сокращать рабочий день! – Он взял Даффи под мышки, поднял с вращающегося кресла и прижал к себе во всю длину тела. – Прием пациентов окончен!

– Ты уверен? – игриво спросила Даффи. Ее голос тоже вдруг окрасился хрипотцой.

Роджер скользнул ладонью на область ниже ее талии – жест был подчеркнуто собственнический.

– Уверен! Или мы едем домой сейчас, или я не выпущу тебя из этого кабинета!

– Ну если ты так ставишь вопрос…

Договорить Даффи не успела, потому что ведущая в коридор дверь с треском распахнулась.

В следующее мгновение глаза Даффи расширились от ужаса – на пороге стоял Билли! И смотрел на руку Роджера, поглаживавшую ее ягодицы.

– Ты?!

– Не ожидала? – проскрежетал Билли.

Тут, словно опомнившись, Даффи отскочила от Роджера. Он обернулся.

– Что за…

– Так вот почему ты перестала мне звонить! – гневно воскликнул Билли. – А я-то думаю, что бы это значило!

Сглотнув, Даффи растерянно пробормотала:

– Ведь ты должен приехать только через месяц…

– Что, рано явился? – мрачно усмехнулся Билли. – Нашу часть вывели из Ирака раньше, чем ожидалось. Теперь мне не придется туда возвращаться. – Немного помолчав, он смерил тяжелым взглядом сначала Роджера, затем Даффи. – А теперь ты объясни мне, что здесь происходит. Это так ты готовишься к нашей свадьбе?

Даффи медленно покачала головой.

– Свадьбы не будет, Билли. Я не стану твоей женой.

Повисло тягостное молчание. Казалось, Билли что-то обдумывает. Наконец он поднял голову.

– Вот, значит, как? Ты нашла мне замену? Пока я там… ты здесь… с этим…

Неожиданно он бросился к Роджеру, сгреб лацкан пиджака, замахнулся кулаком…

Кажется, скоро пластическая операция понадобится мне самому! – успел подумать Роджер.

И тут его полоснул по ушам пронзительный визг Даффи.

– Нет!

Метнувшись к Билли, она повисла на его руке. Тот перевел взгляд на нее.

– А, защищаешь будущего муженька!

– Ошибаешься, мы с Роджем не собираемся жениться, просто я не выхожу замуж за тебя!

Билли опустил кулак.

– Не собираетесь жениться?

Даффи качнула головой.

– Родж здесь ни при чем. Все дело во мне. – Она подняла взгляд. – Я разлюбила тебя, понимаешь? А может, и не любила никогда… Просто ты всегда был рядом, и мне казалось…

– Разлюбила?! – Глаза Билли налились кровью. – Разлюбила… Ну-ка, знаешь что? Идем отсюда! Дома разберемся, кто кого разлюбил!

С этими словами он схватил Даффи за руку и поволок к выходу.

– Пусти! – одновременно крикнули Даффи и Роджер.

От неожиданности Билли остановился.

– Пусти! – повторил Роджер.

– Почему это? – с вызовом спросил Билли. – Даффи только что сказала, что вы с ней не собираетесь жениться!

Роджер вздохнул.

– Собираемся. Просто Даффи об этом еще не знает. Я не успел сделать ей предложение.

– Как это – не успел?

Роджер взглянул на Даффи.

– Так… Мы были заняты другим. – Он едва заметно улыбнулся. – А сейчас, кажется, выдалась свободная минутка, поэтому я спрашиваю: Даффи, согласна ли ты стать моей женой, чтобы в горе и в радости… и так далее… Согласна?

Та растерянно моргнула.

– Я…

Однако Роджер тут же ее перебил:

– Постой, я не то говорю…

– А! Видишь… – начал Билли.

– Тихо! – вновь одновременно повернулись к нему Роджер и Даффи.

– Я не так начал, – добавил Роджер, взглянув на Даффи. – Ты должна знать, что я… люблю тебя.

– Ты?! – выдохнула она.

Он немного смущенно улыбнулся.

– Я сам лишь недавно это понял. Кхм… Так вот, в связи с возникновением этого нового обстоятельства я и предлагаю тебе стать моей женой. Согласна?

С губ Билли слетело ругательство.

– Все, с меня довольно! – крикнул он, грубо толкнув Даффи к Роджеру. – Забирай! Мне такая жена даром не нужна! Боже мой, какое счастье, что все вовремя выяснилось! – С этими словами он повернулся, шагнул за порог и с треском захлопнул за собой дверь.

Роджер нежно прижал к себе минуту назад влетевшую в его объятия Даффи.

– Солнышко, я безумно хочу услышать ответ!

Она прерывисто вздохнула.

– Не могу поверить, что все это происходит наяву…

Роджер погладил ее по щеке тыльной стороной ладони.

– Уж поверь, малыш… Итак?

Даффи посмотрела ему в глаза.

– Ведь это по-настоящему?

Он кивнул. Серьезно, без улыбки.

Тогда, помедлив всего мгновение, Даффи шепнула:

– Да. – А когда глаза Роджера вспыхнули радостью, добавила: – Я ведь тоже тебя люблю…

Content

Лаура Дэниелз
Звездное танго

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17