Сергей Зверев

Реактор в кулаке

Когда военный самолет взмыл в небо, унося с собой группу, Роман почувствовал, как на него навалилась многодневная усталость. Задание было выполнено, и теперь они возвращались домой. Он закрыл глаза и хотел спокойно уснуть, прислонившись к обшивке самолета, но воспоминания недельной давности не давали ему этого сделать, заставляя в который раз прокручивать в памяти все последние события. Никонов вспомнил, как все начиналось…

– Разрешите доложить, товарищ капитан! – прозвучал громкий голос за спиной ротного. Вовсю шло очередное занятие по боевой подготовке.

– Валяй, – не поворачиваясь, ответил Никонов.

– Вас вызывают в штаб полка, – сообщил молоденький лейтенант.

– Что там? – слегка повернув голову, спросил Роман, продолжая наблюдать за тем, как его спецназовцы преодолевают очередное препятствие.

– Не знаю, но машина уже ждет вас на КПП, – отчеканил лейтенант.

– Сейчас буду, – глянул на него Роман, – можете идти! Сидоренко!

Один из бойцов подскочил к капитану, поправляя на ходу съехавшую набок каску.

– Я в штаб – остаетесь за старшего! Продолжать занятия! – распорядился капитан и, не дожидаясь ответа, развернулся и пошел в сторону КПП. Ну вот, очередное задание. И, скорее всего, срочное…

Оказавшись за воротами, Роман увидел стоящий неподалеку зеленый «уазик», возле которого топтался безусый курсант, пытаясь спрятаться в тени машины от жаркого июльского солнца. Увидев идущего к нему капитана, он сразу вытянулся по струнке.

– Вольно, курсант! Что, жарко в машине-то сидеть? – усмехнулся капитан, давно привыкший к любым перепадам температуры.

– Есть немного, товарищ капитан, – ответил курсант, садясь за руль.

– Что, гости в штаб пожаловали? – спросил Роман.

– Какой-то полковник из Москвы, – тихо сообщил тот.

– А почему шепотом? – усмехнулся капитан.

– Так ведь из Москвы, – паренек задрал вверх указательный палец.

– Понятно, – хмыкнул ротный и отвернулся к окну.

Он никогда не любил заранее гадать по поводу будущего задания, предпочитая не забивать себе голову лишними рассуждениями. У него и так хватало забот. В его подчинении находилось пятьдесят бойцов, многие из которых совсем недавно поступили на службу в спецназ. И ему надо было приложить немало усилий, чтобы в конце концов из них вышли настоящие защитники Родины. Ведь спецназ – это не просто армия, это элита армии, и здесь не бывает посторонних людей. Здесь служат только те, кто действительно решил посвятить себя служению Отечеству. И он знал, что это были не высокопарные слова – это была жизнь! Жизнь настоящих мужчин.

Когда они подъехали к трехэтажному зданию штаба, шофер повернулся к капитану:

– Мне приказано было доставить вас в штаб, а потом обратно в часть.

– Ну, тогда загорай, курсант, – хлопнув его по плечу, пошутил ротный и, выйдя из машины, уверенной походкой направился в штаб.

Оказавшись на втором этаже, где находился кабинет начальника штаба, Роман толкнул дверь в приемную. Сидевший за столом младший лейтенант посмотрел на ротного, потом, взяв трубку телефона, доложил:

– Товарищ генерал-майор, капитан Никонов прибыл! – Сказав «Есть!», он встал из-за стола и, открыв массивную дубовую дверь в кабинет, пригласил капитана: – Вас уже ждут.

Войдя в кабинет Роман, увидел сидевших за столом троих мужчин, двоих из которых он видел первый раз. Во главе стола сидел начальник штаба генерал-майор Виктор Степанович Волков. Это был настоящий русский богатырь, самый что ни на есть Илья Муромец. Двухметровый рост и косая сажень в плечах непроизвольно вызывали уважение любого, кто хотя бы раз сталкивался с Волком – так бойцы между собой называли генерал-майора. Несмотря на свой возраст, Виктор Степанович не «расплылся», как основное число коллег его ранга. Подтянутая фигура и неуемная энергия заставляли остальной офицерский состав соответствовать и равняться на своего начальника. О его боевых заслугах ходили целые легенды: Ангола, Афганистан, Вьетнам и даже Корея. Роману достаточно было один раз увидеть наградные планки на кителе генерала, чтобы понять – все, что о нем говорят, чистейшей воды правда. Там были практически все ордена и медали Советской армии – всего семнадцать боевых наград.

– Товарищ генерал-майор! Капитан Никонов по вашему приказу прибыл! – доложил Роман, покосившись на мужчин, сидевших по обе руки начальника штаба.

– Проходи, садись, капитан, – спокойно предложил генерал Волков, показывая на место напротив полковника. – Вот познакомься, – он показал на моложавого мужчину в костюме, – полковник Федеральной службы контрразведки Котов Станислав Андреевич!

Капитан и сам уже догадался, что сидящий перед ним мужчина и есть тот полковник, о котором ему по секрету рассказал шофер Серега. А вот второй мужчина больше был похож на гражданского человека. Вернее, Роман был даже уверен, что этот очкарик с пухлыми щеками был каким-нибудь мелким чиновником.

– А это, – генерал-майор показал на очкарика, – специалист в области атомных электростанций Фролов Семен Игоревич.

Роман с легким удивлением посмотрел на генерала Волкова. Потом, снова повернувшись к полковнику, протянул руку:

– Капитан Никонов, спецназ ВДВ Приволжского округа. – Роман по очереди пожал мужчинам руки.

Рука специалиста по атомным электростанциям оказалась мокрой и неприятной на ощупь. Это говорило о том, что он сильно нервничал.

– Я пригласил тебя, капитан, для того, чтобы поручить тебе одно очень важное и секретное задание, – начал генерал Волков. – На атомной электростанции, которая находится на границе с Казахстаном, готовится теракт, и ты со своей группой должен предотвратить его. Думаю, что тебе не надо объяснять, что это дело государственной важности? – Роман молча кивнул головой в ответ. – С подробностями этого задания, тебя ознакомит полковник Котов. – Начштаба снова показал на полковника, который уже открыл перед собой тонкую папку.

Котов был настоящим московским штабным офицером. Холеная внешность и холодный цепкий взгляд говорили о том, что полковник знал о боевых буднях офицера только по отчетам на бумаге. Капитан всегда недолюбливал подобных типов, которые даже и представления не имели, какой ценой выполнялось то или иное задание.

– Атомная электростанция, куда вам придется отправиться, капитан Никонов, – полковник посмотрел на Романа, – находится, как уже сказал генерал-майор, на границе с бывшей союзной республикой Казахстаном – в городе Горнореченске. Нам поступила информация, что там готовится теракт. Террористы планируют заложить взрывчатку под один из реакторов и взорвать его в День независимости Казахстана, который будет праздноваться… – полковник заглянул в папку, – через семь дней. Сам по себе взрыв реактора принесет не больше ущерба, чем взрыв реактора в Чернобыле, – цинично заметил Котов, – но этот взрыв на границе спровоцирует новый конфликт и, возможно, даже военный, а вторая Чечня нам не нужна! – Сделав ударение на последние слова, полковник посмотрел на генерал-майора.

– Понимаешь, Роман Георгиевич, – обратился к нему генерал-майор, – здесь пересекаются интересы многих стран, и поэтому террористы хотят сделать так, чтобы у правительства братской республики не оставалось сомнений, что этот взрыв был сделан нашей страной преднамеренно. Ведь в случае катастрофы погибнет не только маленький городок Горнореченск, то облако, которое унесет ветер в сторону границы, нанесет вреда в несколько раз больше, чем чернобыльская авария. Вокруг этой электростанции уже давно идут споры по поводу того, чтобы закрыть ее, так как она давно уже находится в аварийном состоянии из-за плохого финансирования. Так что это будет взрыв в прямом и переносном смысле этого слова, – продолжал объяснять генерал Волков. – С недавних пор все зарубежные средства массовой информации устремили свой взгляд на этот предмет спора двух государств. Так что, капитан, нельзя допустить, чтобы наша страна снова ввязалась в локальный конфликт, где опять начнут гибнуть наши солдаты. – Красноречивый взгляд генерал-майора Волкова говорил о том, что для него это были не пустые слова.

Капитан Никонов и сам всегда считал, что плохой мир лучше всякой войны. Ведь он сам принимал участие во многих военных конфликтах как на территории страны, так и за ее пределами. Ему не раз приходилось терять друзей и самому быть раненым, и он для себя уже давно сделал вывод, что лучше предотвратить конфликт, чем потом бороться с его последствиями. Причем платить за это жизнями людей.

– Я понимаю всю сложность и ответственность данной операции и готов приступить к ее выполнению, – четко и уверенно ответил ротный, смотря генерал-майору Волкову прямо в глаза.

Роман почувствовал, как после его слов висевшее в кабинете напряжение спало.

– Теперь приступим к деталям операции, – снова включился в разговор полковник Котов. – Сегодня военный самолет перебросит вашу группу в Горнореченск, где вас встретит полковник ФСБ в отставке Иващук Иван Петрович. Он сейчас заведует там частным охранным агентством и готов будет помочь вам в решении любого вопроса. Сами понимаете…

– Бывших чекистов не бывает, – вместо полковника закончил генерал Волков.

– Вот именно, – согласился Котов и продолжил: – Сама электростанция охраняется солдатами из близлежащей воинской части. Но, как вы сами понимаете, капитан, настоящего контроля там нет, так что провезти туда сто килограммов взрывчатки не составит для террористов никакого труда. На самой же электростанции есть наша сотрудница, которую мы внедрили в обслуживающий персонал станции. Вам надо будет с ней связаться на месте, и она поможет вам быстрее разобраться, где на самой станции террористы могут заложить взрывчатку. – Полковник посмотрел на очкарика, недвусмысленно давая понять, что тот может приступать к своей части инструктажа.

– Электростанция состоит из четырех реакторов, два из которых отключены уже несколько лет, но все равно представляют не меньшую опасность, чем два других работающих реактора, – торопливо стал объяснять специалист.

У капитана создалось такое впечатление, что очкарик хотел как можно скорее закончить свою миссию здесь и отправиться восвояси, так как, наверное, чувствовал себя не в своей тарелке среди военных людей.

– Сама электростанция – это огромный механизм, с многочисленными помещениями, начиная от центрального пульта управления и кончая бытовыми комнатами. Сами реакторы находятся глубоко под землей, и вход к ним осуществляется с помощью электронных ключей, которые есть только у начальника станции… – Спец покосился на полковника Котова.

– Если быть точным, то начальник может быть замешан во всем этом, – произнес полковник то, что побоялся сказать очкарик.

– Электронная система защиты обновляется каждый год, на случай проникновения туда посторонних лиц, и поэтому взломать ее не представляется возможным, – продолжил специалист, вытирая испарину платком. – Также на центральном пункте управления есть блокирующая система, которая срабатывает при определенной комбинации набранных цифр. Эта система перекрывает все бронированные двери, и никто уже не сможет выйти или войти в помещение, где находятся реакторы… – Он снова посмотрел на полковника.

– Эту комбинацию знают только два человека из специального отдела, который находится в Москве. Но это, капитан, только в самом крайнем случае. – Полковник прищурил глаза, и Роман понял, что такого случая он допустить не должен.

– Мне понадобится точная карта станции, – обратился Роман к генерал-майору Волкову.

– Последняя карта, капитан, была сделана в восьмидесятом году, – полковник протянул ротному файл с пожелтевшим от времени листком бумаги внутри, сложенным вчетверо, – но за это время на территории станции могли произойти изменения, как внешние, так и внутренние, так что вам придется ориентироваться на месте.

«Как всегда, одно и то же. Все надо решать самим», – вздохнул про себя капитан.

– Наш сотрудник, о котором я вам говорил ранее, поможет вам в этом. Светлана Синицына, специалист во многих вопросах.

Услышав имя и фамилию сотрудницы, Роман откровенно заулыбался, вспомнив свою одноклассницу с таким же именем и фамилией. Перед его глазами всплыло веснушчатое лицо отличницы, которая все свое время проводила в библиотеке, тогда как ее ровесницы уже давно встречались с парнями и бегали на дискотеку.

– Зря смеетесь, капитан, – одернул его полковник, – она действительно прекрасный специалист.

Капитан пожал плечами.

– Ничего не имею против вашего специалиста – просто фамилия смешная, – попытался объяснить он, но генерал строго сказал:

– Капитан Никонов! Посерьезней!

Полковник посмотрел на капитана, и Роман увидел, как в его глазах мелькнуло сомнение. Романа так и подмывало рассмеяться при упоминании смешной фамилии, но он напустил на себя серьезный вид.

– Извините! Продолжайте.

– А это все, капитан! Единственное, что могу добавить, – Котов закрыл папку, – с этого момента вы со своей группой полностью переходите ко мне в подчинение и обо всех своих действиях будете докладывать непосредственно мне. Я доходчиво объясняю? – Он покосился на генерал-майора, давая понять, что не допустит никакого нарушения субординации в отношении себя. – В Москве уже создан штаб, где кроме меня будут находиться люди, готовые проинструктировать вас в любом интересующем вас вопросе, если таковые возникнут. Так что можете звонить в любое время. – Полковник сунул под мышку свою папку. – Самолет вылетает через два часа.

– Я тоже все закончил, – заторопился очкарик, вставая из-за стола.

Когда Роман остался один на один с генерал-майором Волковым, тот поинтересовался:

– Кого хочешь взять с собой на задание, капитан?

– А кого можно?

– Задание серьезное, так что выбор людей без каких-либо ограничений. Возьми всех тех, кого считаешь нужным, капитан, тут уж я тебе приказывать не буду, – развел руками Волков.

– Разрешите идти? – Роман взял карту и встал с места.

– Иди, капитан, собирайся. Насчет оружия и обмундирования можешь себя не ограничивать. Я сейчас позвоню на склад – тебе выдадут все, что ты скажешь. Кстати, капитан, не торопись, – генерал сделал хитрое лицо, – нам недавно прислали кое-что интересное. Посмотри – я думаю, тебе понравится. Ну, все, иди, капитан, а то времени и так мало…

* * *

Первым, кого встретил капитан, когда оказался на базе, был взводный Сидоренко.

– Где бойцы? – спросил ротный, остановив подчиненного, который спешил на КПП.

– Первый и второй взвод на стрельбищах, остальные в спортзале железо тягают.

– А ты куда?

– Хотел кое-что выяснить у дежурного, – уклончиво ответил Сидоренко.

– Отставить! – скомандовал Роман и тут же, обняв его за плечо, по-дружески сказал: – Пойдем, Федор, разговор есть.

Никонову нравился этот парень. Будучи всего на пару лет младше самого капитана, он отличался от многих других не только тем, что точно знал свое предназначение в жизни, но и так же уверенно шел к своей цели. Роман помнил его слова, когда того принимали в спецназ: «Лучше умереть с честью, чем бесцельно прожить свою жизнь». Впоследствии он доказал это не только словами. Потом были задания в Чечне и Дагестане, где они бок о бок воевали с боевиками. За спокойствие в любых сложных ситуациях Сидоренко заслужил уважение остальных бойцов и вскоре был назначен взводным. Кроме всего прочего, Федор чуть ли не с пеленок занимался восточными единоборствами и мог любой предмет превратить в смертоносное оружие, чему и обучал своих бойцов. Когда пришло время пойти в армию, он, не задумываясь, попросился в десантуру, откуда потом и пришел к ним в спецназ. В отличие от других он не имел горы мышц и обладал средним телосложением, но свободно мог дать «прикурить» троим бойцам, отслужившим в спецназе не один год. Роман вспомнил один случай, который произошел в начале лета. Они с Федором возвращались домой, когда на них из-за угла выскочила толпа футбольных фанатов. Более двадцати разгоряченных молодых людей крушили все и всех на своем пути. Не привыкшие отступать перед опасностью спецназовцы преградили фанатам путь. Выхватив нунчаки, с которыми Федор никогда не расставался, взводный бросился в самую толпу обезумевших фанатов. Капитан видел, как гибкое тело взводного мелькало среди толпы, а фанаты отлетали в стороны, как тряпичные куклы. Не прошло и пяти минут, как на асфальте осталось лежать порядка десяти человек, а остальные предпочли ретироваться без оглядки. Вот таким был взводный Сидоренко.

– О чем ты хотел поговорить, Роман Георгиевич? – спросил Федор, когда они вошли в кабинет ротного и сели за стол.

– Я получил задание, и мы сегодня отправляемся на его выполнение.

– Что за задание?

Роман вкратце обрисовал картину будущей операции.

– Кого хочешь взять с собой? – поинтересовался взводный, когда капитан закончил.

– Группа должна быть небольшая – человек восемь, – пояснил капитан, – ты, я и еще человек шесть. Вот я здесь набросал список претендентов, посмотри – никого не забыл? – Роман протянул взводному листок бумаги, на котором мелким почерком было написано несколько фамилий.

Взводный пробежал глазами по листку.

– Начинаем подготовку группы? – Этот вопрос был его согласием со списком.

– Да. Собери всех возле склада, я буду там через десять минут. Пойду решу бумажные вопросы. – Ротный поднялся из-за стола.

Возвращаясь из бухгалтерии, капитан увидел стоящих возле склада бойцов, которые, несмотря на только что проведенные многочасовые занятия, о чем-то разговаривали, весело смеясь. Капитан знал каждого из них, со многими бывал на заданиях. С некоторыми служил не один год и мог быть уверен в каждом из стоящих здесь бойцов. Взять хотя бы литовца Шарандукевичуса, которого все называли Гансом. Несмотря на то что все бойцы были немаленького роста, Ганс был на голову выше всех остальных. Роман помнил тот день, когда прибалтиец первый раз появился у них в отряде, прибыв к ним со службы в ВДВ. Как и все прибалты, он все делал не спеша, если можно так сказать, и Роман тогда решил, что литовец станет постоянным объектом насмешек среди бойцов, которые не упускали возможности над кем-нибудь поржать. Но, к всеобщему удивлению, в первый же день пребывания прибалта в отряде случилось следующее. Один из бойцов, служивший в отряде уже третий год и имевший за плечами немалый боевой опыт, решил пошутить, сказав, что теперь придется увеличить время на сдачу нормативов специально для жителей Прибалтики. Но когда этот же самый боец, заканчивая марш-бросок, пришел пятым, то обнаружил, что Ганс пришел к финишу одним из первых. Дальше было то же самое. Шарандукевичус, спокойный и размеренный в обычной обстановке, менялся, когда дело касалось выполнения той или иной поставленной задачи, становясь настолько быстрым, что лучшие бойцы едва поспевали за ним.

Другой боец, Пашка, наоборот, был ниже остальных. Самый молодой боец в взводе Сидоренко. Когда он пришел в отряд, многие не сомневались в том, что этот «шпингалет», в котором рост был метр с кепкой, не выдержит и месяца – сбежит. Но они ошибались. Пашка оказался упертым до мозга костей. Совершая марш-бросок, он буквально вгрызался в землю всем, чем только можно, и шел, шел вперед. Вскоре матерые бойцы поняли, что из этого парня выйдет толк, и стали относиться к нему совершенно по-другому. А когда его взяли на операцию в Цхинвал, он, который сам-то весил не больше семидесяти килограммов, вынес из-под огня здоровенного бойца в центнер весом. Та операция много для кого стала боевым крещением. Многие бойцы в первый раз оказались в условиях настоящих боевых действий. Но спецназ на то и спецназ, чтобы выполнять те задачи, которые для других кажутся невыполнимыми. И именно на таких операциях становится понятно, кто настоящий боец, а кто нет.

Возвращаясь от генерала, ротный знал, кого возьмет с собой на это задание. Конечно же, в любой операции нельзя было обойтись без снайпера, каким был Константин Шилов, или, как его просто называли в команде, – Костян. Еще в школе он стал заниматься биатлоном и достиг неплохих результатов. Потом была армия и поездка в «горячую точку», после чего его пригласили к ним в спецназ. Такие стрелки от бога ценились во все времена. Следующим бойцом, кого капитан включил в список, был Мустафа. На самом же деле его звали Русланом, но так как он был полукровкой (отец у него был азербайджанец, а мать русская), то ему сразу дали такую кличку. В отряде всегда присваивали друг другу прозвища, и от этого было никуда не деться. Мустафа знал несколько восточных и кавказских языков, поэтому в условиях той разношерстной публики на казахстанской границе, куда они отправлялись, его лингвистические познания играли не последнюю роль. Кроме того, Руслан был отличным бойцом, не раз доказывающим свое превосходство над товарищами. И, наконец, еще одним незаменимым человеком в команде был Ткач. Специалист по взрывчатке, он не раз спасал жизнь бойцам, буквально шкурой чувствуя заложенную бомбу. В операции, где готовился взрыв на атомной станции, его присутствие было жизненно необходимо. Он мог обезвредить самую современную взрывчатку, постоянно экспериментируя на базе со всевозможными заокеанскими штуками, которые ему доставляли с очередной операции.

Капитан понимал, что в Горнореченске придется брать не численностью бойцов – в этом случае туда бы отправили всю его роту, – нет, им предстоит совершенно другое задание. Многие считают, что спецназ – это «пушечное мясо», которое может работать только в лобовых атаках. Нет! Спецоперации, проводимые группами спецназа, включали в себя проведение диверсионно-разведывательных операций в интересах группировок вооруженных сил на театре военных действий. Ими также решались задачи по захвату или уничтожению важных стратегических объектов (пункты государственного и военного управления, узлы связи, командные пункты, средства ядерного нападения, склады боеприпасов и так далее). Спецназ также проводил операции по устранению политических и военных деятелей, вооруженных отрядов, бандформирований, поиску и возвращению военнопленных. В данном случае им предстояло в таком городе, как Горнореченск, вычислить террористов, которые готовят взрыв на АЭС, и обезвредить их до того, как они решат закончить свою кровавую операцию. А для этого нужно было знать основы разведки и подобных тому вещей, о которых мало кто знает. Кроме наращивания мышц и умения стрелять из любого оружия каждый боец должен уметь вести партизанскую войну в стане врага. Хорошим примером в свое время был фильм «Рэмбо». Для многих он так и остался фантазией режиссера. И только немногие знают, что именно подобному мастерству обучают в элитных войсках Российской армии.

…Стоило только ротному приблизиться к бойцам, как смех и веселье сразу прекратились. Посерьезневшие, они ждали, что скажет командир. Каждый из них уже, конечно, догадывался, что впереди их ждет операция, но какая именно, никто не догадывался.

– Ну, что притихли? Может быть, я тоже хотел посмеяться с вами? – подойдя к бойцам, сказал Роман.

За многие годы службы в спецназе он отлично понимал, что самое главное в успешной работе – это настрой солдат. Каждый из бойцов всегда ориентировался на своего командира. И ротный это знал. Подойди он к ним сейчас с умным лицом и начни сыпать приказами, они могут воспринимать будущую операцию чуть ли не как предотвращение атомной войны и будут действовать соответственно. Поэтому Роман выработал свою индивидуальную технику общения с бойцами, которая, кстати, до сегодняшнего дня его ни разу не подводила. Данная операция тоже не была исключением. Он решил сообщить о тонкостях предстоящей операции по прибытии на место, тем более что она была в некотором плане засекречена.

– Слушай мой приказ, бойцы! Мы отправляемся на задание. Поэтому боекомплект и обмундирование – по первому уровню! На все про все пятнадцать минут! – скомандовал ротный и первым вошел в длинное здание военного склада.

Капитан Никонов не раз уже бывал здесь, но не переставал удивляться тому количеству оружия, которое здесь находилось. Тем более что его ассортимент обновлялся каждые три месяца. Чего тут только не было: пистолеты-пулеметы, штурмовые винтовки, гранатометы и многое из того, о чем в обычных войсках даже не догадываются. Кроме того, здесь также находились элементы снаряжения. Оптические и лазерные дальномеры, приборы ночного видения, радиопеленгаторы, радиостанции, всевозможные прослушивающие устройства, миниатюрные видеокамеры, наручные часы с множеством функций (от подрывной машинки до мини-компьютера) и многое другое, в том числе и такое, чему нет аналогов ни в одной зарубежной армии. Для каждой конкретной операции подбиралось свое оружие и также вспомогательные элементы снаряжения, поэтому Никонов и отдал приказ своим бойцам готовиться по первому уровню, который подразумевал в основном скрытые боевые действия, а значит, брать с собой нужно было только универсальное оружие.

Спустя час группа спецназа под руководством капитана Никонова уже садилась в военный самолет.

* * *

Роман даже и не догадывался, что в это же самое время за тысячу километров от их базы тоже шли приготовления бойцов некоего спецподразделения, которые готовились заложить взрывчатку под один из ядерных реакторов в городе Горнореченске. Их было пятеро. Все они прошли специальную подготовку на секретных базах США, базирующихся на территории Средней Азии. Каждый из них выполнил не одно секретное задание на территории разных стран. Это были мастера высшего класса. Любой из них мог в одиночку пробраться в любой закрытый город и захватить стратегически важные объекты. Война для них была образом жизни. Выполняя очередное задание, они не мучились угрызениями совести, если вдруг поступал приказ вырезать семью из четырех человек, двое из которых были маленькими детьми. Это были машины для убийства. Старшим группы был американец, скрывшийся под безликим именем Джон. В свои сорок лет он большую часть жизни провел на секретных базах, обучаясь военному делу, оттачивая искусство убивать. У него не было ни семьи, ни детей, и поэтому он не боялся покинуть этот мир, в котором его никто не ждал и ничего не держало. Это был бесстрашный убийца, у которого руки были по локоть в крови. Следующим наемником был коренастый ирландец. В свое время он был осужден за убийство и приговорен к пожизненному заключению, но ему предложили поработать на секретные службы. Недолго думая, он согласился. Наемники звали его Маньяк. Он не просто убивал людей, а постоянно придумывал какие-то изощренные способы убийства, зверея от вида крови. Многие бывалые наемники откровенно побаивались Маньяка за его безжалостность и извращенные кровожадные фантазии. Третьим наемником был кореец, в крови которого было намешано столько национальностей, что его свободно можно было принять как за китайца или японца, так и за казаха, которых в Горнореченске проживало немалое количество. Обучившись всем тонкостям восточных единоборств, Брюсли – так называли его в команде – почему-то решил направить свои знания совсем в другом направлении, став наемником. Четвертым бойцом этой страшной команды был араб Али. Многие годы он прожил в Ташкенте и поэтому знал о России не понаслышке. Будучи участником многих терактов, он был объявлен Интерполом в розыск в десяти странах. Али был специалистом по взрывчатке, и не только…

А вот пятым членом команды был русский парень Влад. После того как он был отчислен с пятого курса университета, его отправили служить в Советскую армию. Так как Влад отлично разбирался во всех электронных прибамбасах, он был назначен наводчиком на самый современный танк. А после была Чечня, плен и хорошая «промывка» мозгов. Приняв ислам, он еще какое-то время воевал – против своих же ребят, с которыми был призван служить. Потом боевики отправили его в Арабские Эмираты, где он прошел специальную подготовку, став наемником. С того времени прошло десять лет, и Влад уже смирился со своей судьбой, тем более что прекрасно понимал, что его ждет в случае возвращения на родину. Даже у самого незначащего человека есть свое прошлое, воспоминания, в которых он черпает утешение, а порой объяснения и оправдания своим нынешним мыслям и поступкам. Редко со временем люди становятся лучше, а уж счастливее и того реже. Но если есть позади хоть один момент, когда ты был обманут, обижен, разочарован, тогда уже и счет можно судьбе предъявить: вон, мол, как со мной обошлись. А что не с ним одним, никакого значения не имеет. Уравняться люди спешат в правах на счастье, а на несчастье охотников нет, тут каждый готов уступить место другому. Так было и с Владом. Вначале он думал, что во всем случившемся виноват сам, но по прошествии лет стал думать иначе.

Для выполнения задания в Горнореченске специально были подобраны бойцы, знающие не только русский язык, но и сам менталитет нашей страны. Всю эту страшную группу убийц перебросили через казахстанскую границу в Горнореченск, где для них была подготовлена штаб-квартира на окраине города, в одном из частных домов. Пробравшись под покровом ночи в дом, наемники остались незамеченными для остальных жителей этого пригородного поселка.

– Итак, господа, – начал Джон, когда вся пятерка расселась за старым деревянным столом, предварительно создав светомаскировку во всем доме, – вы уже знакомы в общих чертах с поставленной перед нами задачей. – Он выпустил облако дыма, прикурив толстую сигару. – Сейчас я объясню вам ваши задачи, для каждого из вас, – он окинул взглядом небритые лица таких же, как и он сам, бойцов, готовых за деньги выполнить любое задание.

– Начинай! Ты ведь теперь у нас за босса! – съязвил Маньяк, глотнув виски из плоской блестящей фляжки.

Подобное отношение среди наемников было само собой разумеющимся, так что никто не обратил на это внимания, продолжая смотреть на американца, который развернул перед собой карту города.

– Ты, Али, – американец прищуренным взглядом посмотрел на азиата, – завтра отправишься на местный рынок под видом коммерсанта, желающего открыть свою точку на базаре. Походишь, посмотришь что чего. Поговоришь с земляками. Наверняка половина рынка принадлежит кавказцам или азиатам. Нам понадобятся свои люди среди местного населения. А рыночные торгаши за доллары и маму родную продадут. Так что не скупись на угощения и подарки.

Посмотрев на Брюсли, американец задумался, видимо, не зная, какую роль поручить этому «узкоглазому», как он его называл про себя.

– Пойдешь вместе с Али, как его телохранитель.

Али и Брюсли, дослушав американца, встали из-за стола и молча отправились в другую комнату. У каждого здесь была своя миссия, и никого не интересовало, чем будет заниматься другой член команды, так что Али, выслушав свое задание, преспокойно отправился спать.

– На электростанции работает много молодых девушек, так что ты, Влад, с утра отправишься к станции, посмотришь все доступные ходы и выходы, а когда закончится смена, попробуй склеить кого-нибудь из персонала, – и американец хитро ухмыльнулся.

– А ты не боишься, Джон, что я могу попасть под наблюдение спецслужб? – спокойно спросил Влад, откинув рукой назад длинные вьющиеся волосы цвета свежескошенной соломы.

На фоне других сидящих здесь боевиков Влад казался посторонним человеком. Его правильные черты лица и голубые глаза отлично гармонировали с атлетически сложенным телом. И даже небольшая двухдневная щетина придавала его внешности дополнительный шарм. Он был воплощением мечты любой женщины, чем, собственно, и пользовался не раз.

– После того как в Союзе закончила свое существование такая организация, как КГБ, многие важные объекты остались без присмотра, так что насчет этого можешь не беспокоиться, красавчик, – пояснил американец. И тут же, повернувшись к Маньяку, продолжил: – А нас с тобой ждет поездка в гости к генеральному директору электростанции.

У ирландца загорелись глаза.

– Просто в гости. Без всяких твоих штучек, – предупредил его Джон, – всему свое время. Не переживай. Успеешь еще повеселиться. Я тебе обещаю. А сейчас всем отдыхать.

На следующий день, едва солнце показалось из-за гор, наемники уже были на ногах. После того как каждый из них побрился и принял душ, они стали открывать картонные коробки, в которых находились все необходимые для будущей операции вещи. Буквально на глазах с ними стали происходить невероятные превращения. Кто-то примерял дорогой костюм, кто-то начищал туфли, кто-то примерял золотые украшения. Влад, закончив раньше всех, спокойно наблюдал за остальными, качаясь на стуле. На нем были надеты новые джинсы и светлая майка, не скрывающая очертания его накачанного торса. На первый взгляд такой внешний вид делал из него обычного среднестатистического парня, но легкий аромат дорогого одеколона и часы «Rado» могли убедить любую женщину, что этот красивый мужчина не живет на одну зарплату. Когда же, наконец, все приготовления были закончены, американец достал из сумки пять паспортов и пять новеньких сотовых телефонов.

– Эти телефоны оборудованы не только системой защиты от прослушивания, в них также встроены специальные маячки, указывающие на место нахождения каждого из вас. – Он показал, как пользоваться специальной функцией. – Сейчас мы с Маньяком развезем вас по местам. Сбор через пять часов. Если кто-то из вас задерживается, должен немедленно сообщить мне об этом.

После этого Джон повернулся и пошел в сторону выхода, давая понять, что все указания даны и можно начинать.

Во дворе их ждал новенький «БМВ» последней модели. Сев за руль, американец достал из бардачка права на свое имя и положил их в карман. Когда наемники уселись в машину, американец открыл автоматические ворота и надавил на газ. До взрыва оставалась ровно неделя…

* * *

Как только военный самолет взмыл в небо, унося с собою группу капитана Никонова, Пашка начал травить свои бесконечные байки, которые так любили слушать бойцы.

– Так вот, значит! Иду я как-то раз по проспекту и вижу – надвигается на меня белоснежный двухъядерный агрегат, – он показал ладошками на свою грудь, недвусмысленно намекая на блондинку с пышной грудью.

Капитан сразу вспомнил свою Марию, которую всегда называл Марусей. Она тоже была женщиной в теле, правда, в отличие от героини рассказа Пашки – шатенкой. Они знали друг друга уже не один год, а в последнее время вообще жили гражданским браком. Годы Маруси приближались к тридцати, и она все чаще заводила разговоры о свадьбе и детях, в надежде построить настоящую семью. Но Роман никак не мог решиться на такой шаг, постоянно оттягивая решение этого вопроса на потом. И не потому, что Маруся ему не нравилась или была бы плохой женой. Нет. Просто в его душе еще жило воспоминание о Дарье, которую он любил больше жизни и которой в один миг не стало в его судьбе. Ему почему-то казалось, что он предаст ее, связав свою судьбу с другой женщиной. В памяти ротного всплыли самые прекрасные моменты его жизни, когда он молодым курсантом познакомился с очаровательной девушкой по имени Дарья. Он вспомнил, как бегал к ней на свидания, как дарил ей полевые цветы. Роман улыбнулся, вспомнив то счастливое время. А потом Дарья сообщила ему, что беременна. Как же он тогда был счастлив! Он просто парил в небесах, представляя, что у него будет ребенок от любимой женщины. Они уже строили планы о будущей свадьбе и успели даже разослать приглашения. А потом случилась авария…

Пьяный водитель в один миг лишил Романа любимого человека и его еще не родившегося ребенка. Дарья возвращалась из поликлиники как раз после того, как прошла УЗИ. Она хотела сообщить ему, что у них будет сын. Тяжелый грузовик, выскочивший из-за угла, не дал ей этого сделать…

Роман плохо помнит, что было потом, так как его сознание отказывалось верить в то, что теперь его Дарьи и его будущего сына больше нет. Все кончилось.

Единственное, что тогда помогло Роману выстоять перед потерей, это была поездка в Чечню. Там, под свист пуль и разрывы гранат, он смог выйти из этого тупика сознания, в котором находился несколько месяцев. Он лез в самое пекло, ища смерти, но судьба оберегала его, как будто бы готовя к чему-то еще. Шло время, и боль в душе понемногу утихала. В один момент он понял, что его предназначение – служить Отечеству, несмотря ни на что. И он пошел в спецназ, где очень быстро стал взводным, а потом и ротным.

Чтобы отвлечься от мрачных воспоминаний, капитан решил сосредоточиться на будущей операции.

«Значит, что мы имеем? – начал прикидывать он. – Некая группа неизвестной численности, скорее всего, уже находится в Горнореченске и ведет подготовку к взрыву на атомной электростанции. Чтобы понять планы противника, надо самому представить себя на его месте. Итак, передо мной стоит задача заложить взрывчатку под атомный реактор. Для начала мне надо будет наладить контакт с кем-то из персонала станции. После этого – каким-то образом завезти на территорию станции сто килограммов взрывчатки. А ее в кармане не пронесешь. Получается, нужен будет транспорт. Но ведь любой транспорт досматривается солдатами. Причем после последних терактов за этим следят очень строго. Соответственно, снова понадобятся свои люди среди охраны. На территории станции работают только проверенные люди, знающие друг друга в лицо, а значит, любой посторонний человек будет как белая ворона. Можно, конечно, на секунду представить, что террористы захотят с помощью оружия проникнуть внутрь, но тогда дальше КПП им не прорваться, так как стоящая рядом воинская часть будет поднята в ружье, и уже через пять минут любые, даже самые подготовленные «спецы» будут взяты под колпак. Нет, этот вариант отпадает, тем более что взрыв будет тогда эффективен, когда взрывчатка будет установлена под самим реактором. Ведь сами реакторы «запакованы» в специальные капсулы, защищающие их от всяких внешних воздействий. Находясь глубоко под землей, они становятся недоступными без специальных знаний всевозможных кодов и ключей. Значит, террористы любыми способами будут стараться завладеть этими кодами, – размышлял ротный, глядя на своих бойцов, которые смеялись, слушая Пашку. – Задача не из легких! Надо будет в незнакомом городе выйти на след хорошо подготовленных «спецов». И причем все это в короткое время. Ладно. Не впервой, капитан! Прорвемся!»

Пилот объявил о посадке. Смех и разговоры сразу прекратились, и бойцы, поправляя обмундирование, в одну секунду стали серьезными, понимая, что по прилете их ждет задание, где нужно быть собранными и готовыми к любым неожиданностям.

Самолет приземлился на одном из заброшенных аэродромов недалеко от Горнореченска. Как только крылатая машина закончила свой бег по бетонке, к ней подъехала «немка» – так бойцы называли микроавтобус «Фольксваген» с тонированными стеклами. Такие обычно можно увидеть в криминальных хрониках, когда показывают задержание каких-нибудь мафиози или наркобаронов.

Из «немки» вышел представительный седовласый мужчина и, представившись Иваном Петровичем, спросил:

– Кто старший группы?

– Капитан Никонов! – Роман протянул руку для приветствия.

– Полковник в отставке Иващук! – четко, по-военному ответил Иван Петрович. – Предлагаю, капитан, поскорее убраться отсюда, а по дороге познакомиться с остальными членами команды.

Без лишних слов Роман сделал поворот головы в сторону машины, и бойцы, подхватив свои сумки, быстрым шагом отправились в салон. После того как полковник по очереди познакомился с каждым бойцом, ротный поинтересовался:

– В штабе сказали, что вы будете помогать нам во всем?

– Совершенно верно, – кивнул головой полковник Иващук. – А что, есть вопросы? Или проблемы?

– Где вы собираетесь нас поселить?

Иващук сделал удивленное лицо.

– Вы что, не доверяете своему начальству?

– Почему же, доверяю. Просто люблю все знать заранее, чтобы быть готовым к любым сюрпризам, – пояснил Никонов, выдержав взгляд полковника.

– Никаких сюрпризов, капитан, не будет. У меня есть тренировочная база, где я готовлю элитную охрану для важных лиц нашего города. Так вот, там вас и поселю.

– А-а… – открыл было рот капитан.

– Неделю там никого не будет, – предупредил вопрос ротного Иващук. – Там есть все, что вам понадобится для операции. Вещи, связь, машины, оружие, – перечислил полковник, загибая пальцы. – Еще вопросы есть, капитан?

– Пока нет. – Ротный посмотрел на своих бойцов, которые незаметно показали ему поднятые кверху большие пальцы.

Все знали, что ротный любил проверять новых людей, независимо от их звания и должности, на «жесть», как говорили бойцы. Капитан с первых минут знакомства лез в бутылку, наблюдая, как реагирует оппонент, и сразу всем было видно, кто что собой представляет. В данном случае в полковнике чувствовались твердый характер и сила воли. И бойцы, и сам капитан сразу же оценили, кого им дали в помощники. Иващук был своим в доску!

* * *

– Тебя где лучше всего высадить? – повернувшись к Владу, спросил Джон, когда они, высадив на рынке других наемников, направились по направлению к атомной станции.

– На конечной остановке, – ответил Влад, который уже продумал, каким образом будет наблюдать за станцией.

Расположившись в ближайшей к объекту «высотке», на последнем этаже, Влад достал двадцатикратный бинокль, сделанный под обычный туристический, и стал наблюдать за подъездами к станции. Время от времени диверсант делал снимки встроенным в бинокль фотоаппаратом. Неожиданно он услышал, как открылась дверь и кто-то вышел на лестничную площадку. Влад продолжал смотреть в бинокль, незаметно отведя оптику от станции в сторону леса.

– Ты кого там выслеживаешь? – услышал он голос за своей спиной. – Ты что, шпион?

Повернувшись, Влад увидел перед собой старушку, которая с подозрением смотрела на него.

– Жена загуляла! Со своим начальником на природу поехала, – не моргнув глазом, ответил Влад.

– Ты посмотри, что делается?! От такого мужика загулять! – Она окинула Влада оценивающим взглядом. – А детишки-то есть? – поинтересовалась старушка.

– Двое, – вздохнул Влад.

– Вот сучка! – Старушка сплюнула себе под ноги. – Бросай ты ее. На что она тебе? – Она сочувственно дотронулась до руки наемника.

– Люблю я ее. – Влад театрально поджал губы.

– Ну, тогда терпи, – сказала на прощание пенсионерка и пошла к лифту, где ее ждало мусорное ведро, которое она собиралась вынести, перед тем как увидела стоящего около окна Влада.

Осмотр станции подходил к концу, и наемник решил больше не «маячить». Сделав последние снимки, он пошел вниз.

Выйдя из подъезда, Влад посмотрел на часы. Ночная смена на станции закончилась, и скоро автобус должен был привезти работников в город. Присев на лавочку недалеко от остановки, Влад стал ждать. Спустя какое-то время к остановке подъехал старый «ЛиАЗ», на котором большими буквами было написано «Горнореченская АЭС». Из него стали выходить мужчины и женщины, преимущественно пенсионного возраста.

– Да-а, – протянул Влад, – ну и кого тут кадрить?

Но тут из автобуса вышла стройная молодая девушка в светлом брючном костюме. Помахав кому-то рукой, она пошла в сторону супермаркета, находившегося неподалеку.

– То, что надо! – хлопнув себя по коленке, обрадовался Влад и направился вслед за девушкой.

В это утреннее время народу в магазине было не так много, и поэтому потерять «объект» Влад не боялся. Взяв блестящую корзину, он не спеша стал прохаживаться по отделам, бросая в нее различные продукты, совершенно не обращая внимания на цены. Девушка, за которой он наблюдал, наоборот, придирчиво относилась к выбору товаров, и Владу пришлось задержаться возле кассы, прежде чем интересующая его красавица подойдет к соседней продавщице.

– С вас тысяча триста пятьдесят рублей! – кокетливо сказала молодая продавщица, скользнув взглядом по сильным рукам наемника.

– Пожалуйста! – Влад протянул ей деньги, продолжая наблюдать за девушкой.

Сложив сдачу в портмоне, он вытащил из потайного карманчика заточенную как бритва монету и зажал ее между пальцев. В это время к остановке подошла маршрутка, и ее пассажиры буквально повалили в супермаркет, создав в дверях своеобразную «пробку». Пропуская вперед девушку, которая тоже в это время оказалась возле дверей, Влад незаметно «чиркнул» монетой по ручкам ее пакета. Не прошло и пары секунд, как всеобщему взору предстал весь ассортимент продуктов из пакета девушки. В дверях создалась и без того напряженная атмосфера, народ стал возмущаться. Смущенная девушка стала быстро собирать упавшие продукты, время от времени извиняясь перед стоящими в дверях покупателями. Влад, который, конечно же, оказался рядом с ней, стал помогать складывать все разлетевшееся в пакет без ручек, иногда бросая на ходу фразы типа: «Не нервничайте, товарищи! С кем не бывает…» В конце концов, им удалось выбраться на улицу.

– Спасибо вам. – Девушка посмотрела на Влада благодарным взглядом.

– Да бросьте, – отмахнулся наемник. – Подождите! А как же вы теперь понесете все это? – Он показал на пакет без ручек, который обнимала девушка. – Одну минуту. – Влад скрылся в дверях и уже через миг оказался снова перед «объектом», держа в руках новенький желтый пакет. – Кладите сюда ваши покупки.

Светлана с интересом посмотрела на стоящего перед ней мужчину. Его приятные черты лица, атлетически сложенное тело и пьянящий запах дорогого одеколона рождали в ней позабытые чувства. Ей захотелось прикоснуться к золотистым волоскам на его груди, которые выглядывали из-за ворота майки.

– Вот и все, – сказал Влад, переложив продукты в целый пакет.

Светлана посмотрела в его голубые глаза и почувствовала, как они буквально завораживают ее своей глубиной.

– Мне пора. – Она попыталась взять себя в руки, чтобы не наброситься на этого мужчину прямо здесь.

– Если понадобится помощь – звоните, – улыбаясь, сказал мужчина, и Светлана, не задумываясь, спросила:

– Куда звонить? У меня же нет вашего телефона, – но тут же смутилась и опустила глаза.

– Меня зовут Владимир! А это мой телефон. – Он протянул ей красивую визитку, на которой было написано: «Белоголовцев Владимир Игоревич. Московская недвижимость», а снизу номер сотового телефона.

Пробежав глазами по визитке, Светлана спросила:

– Вы здесь по делам? Или в отпуске?

Влад приподнял свои тонкие брови вверх.

– Ой! Извините! Светлана! – Девушка протянула руку, чтобы на прощание все-таки прикоснуться к этому притягательному мужчине.

– Я здесь по делам. И мне тоже пора, – Влад развел руками. – Приятно было познакомиться. До свидания! – Он посмотрел на нее своим гипнотическим взглядом, от которого Светлана чуть не задохнулась.

– До свидания, – смогла выдавить она и, повернувшись к Владу спиной, пошла в сторону многоэтажек.

«Позвонишь. Куда ты денешься?» – цинично подумал Влад, смотря вслед уходящей девушке.

* * *

Всю дорогу, пока «немка» тряслась по проселочной дороге, никто из бойцов не проронил ни слова. Все думали о предстоящей операции, и тут уж было не до шуток. Дорога до тренировочной базы, о которой говорил Иващук, заняла чуть больше часа, и когда наконец машина остановилась перед большими железными воротами, каждый почувствовал облегчение.

– Вот мы и на месте, – повернувшись к бойцам, сообщил Иващук, ожидая, пока ворота медленно отъезжали в сторону.

Въехав на саму территорию, они проехали еще несколько сот метров, прежде чем машина остановилась возле одноэтажного здания. Бойцы стали выходить из «немки» и оглядываться по сторонам. База действительно оказалась отличным местом для подготовки будущей операции, лучше и не придумаешь. По всему периметру она была обнесена высоким забором с «колючкой» наверху. Кроме того, вокруг забора росли высокие тополя, которые также скрывали от посторонних глаз все, что происходило внутри. Кроме сложной полосы препятствий, здесь были подземный тир и хороший спортзал с современными тренажерами.

– А вы здесь точно простых охранников готовите? – пошутил капитан, когда они осмотрели всю территорию базы.

– Не простых, а элитных, – ответил Иващук, которому явно понравилось, как оценили его детище. – А теперь пойдемте, я покажу вам вашу комнату отдыха.

Когда они вошли в одноэтажное здание и двинулись по коридору, Иващук стал рассказывать, показывая на комнаты:

– Здесь у нас актовый зал, – показал он на одну из комнат, где стояло порядка двадцати стульев и была небольшая сцена, – здесь у нас столовая, здесь душевая и туалет. А вот здесь, – он открыл очередную дверь, – вы будете проживать на время операции.

В небольшой комнате стояло десять застеленных кроватей, разделенных между собою прикроватными тумбочками. Напротив стоял большой плазменный телевизор.

– Располагайтесь, а мы с капитаном будем ждать вас в актовом зале, – сказал Иващук, посмотрев на Романа.

– На все про все десять минут! – скомандовал капитан, бросив свою сумку на ближайшую кровать.

Когда они вошли в актовый зал, Иващук закрыл за собой дверь и обратился к ротному:

– Давай, капитан, сразу уясним с тобой одну вещь, – полковник положил ему руку на плечо, – ты старший группы, и я не собираюсь претендовать на твои полномочия. Я здесь для того, чтобы помогать вам в разных вопросах. Так что давай не будем выяснять и постоянно доказывать окружающим, кто здесь главный. – Полковник посмотрел в глаза ротному и протянул ему свою руку.

– Договорились. – Капитан ответил на рукопожатие, почувствовав железную хватку полковника.

– Ну а теперь к делу. Бойцы уже знают, что им предстоит сделать и для чего они здесь?

– В общих чертах.

– Тогда так. Ты сейчас ознакомишь их с тонкостями предстоящей операции, а я, в свою очередь, расскажу о местных особенностях.

– Идет, – ответил Роман как раз в тот момент, когда бойцы стали заходить.

Когда все расселись по местам, капитан начал:

– Итак, перед нами стоят три задачи. – Роман поднял указательный палец вверх, призывая к вниманию. – Первое: надо вычислить террористов среди местного населения. Второе: надо выяснить, каким образом они хотят провезти взрывчатку на атомную станцию, чтобы впоследствии обезвредить их и их сообщников, если такие имеются; ведь мы не знаем, у кого, в конце концов, окажется кнопка взрывателя, возможно, это будет кто-то из персонала станции, которого подкупили. Третье: несмотря на то что наши противники – специалисты высшего класса, надо будет постараться взять кого-то из них живым. – Роман остановился и посмотрел на удивленные лица бойцов. – Да, да, именно живым, – повторил он. – Руководство не располагает сведениями о том, какая организация за всем этим стоит. А учитывая политическую обстановку в мире, надо обязательно знать, откуда исходит угроза и кто из наших врагов хочет, чтобы мы снова ввязались в новую войну на своей территории.

– С первым вопросом не совсем ясно, – подал голос снайпер Костян. – Этих боевиков можно вычислять месяцами, да и то никто не даст гарантии, что мы их обнаружим. Почему руководство не провело подготовительную работу?

– Ну, во-первых, о предстоящем взрыве стало известно только вчера. Поэтому на подготовку, о которой ты говоришь, не было времени. А во-вторых, в маленьком городе, таком, как Горнореченск, всегда можно вычислить новых людей, так что для каждого из вас тоже будет придумана легенда, чтобы мы своим появлением не вызвали подозрения и не спугнули боевиков. В противном случае они могут перенести свой теракт на другое время и место, и тогда никто не даст гарантии, что в следующий раз об этом станет известно заранее. Еще есть вопросы?

Молчание бойцов ответило лучше всяких слов.

– Вот и отлично. – Капитан посмотрел на полковника, давая понять, что тот может приступать к своей части этого военного совета.

– Вначале я хочу рассказать вам о положении в нашем городе. В смысле, о его невидимой жизни, – уточнил Иващук, встав перед бойцами. – У нас в городе существуют два клана – казахский и дагестанский. Оба они контролируют поставку наркотиков через казахстанскую границу.

– И вы так спокойно об этом говорите? – удивился капитан Никонов.

– Так было еще со времен Советского Союза и продолжается сейчас. Уходили одни – приходили другие. Там, где крутятся миллионы долларов, всегда найдутся люди, желающие их получить. В том числе и те, кто, наоборот, должен бороться с этим, – расплывчато объяснил Иващук, но всем и так стало понятно, кого именно он имел в виду.

– С этим все понятно, но ведь мы здесь по другому вопросу, а не для того, чтобы бороться с наркомафией. Ближе к делу, товарищ полковник, – обратился к Иващуку самый молодой член группы – Пашка.

– А рассказываю я вам это все для того, чтобы вы знали, с кем вам предстоит работать. Так как без их ведома здесь, в городе, даже мышь не проскочит, – опередил недовольство бойцов полковник.

– Да эти «наркоделы» нас в три счета продадут! – не дав полковнику договорить, все-таки возмутился капитан.

– Те, с кем нам предстоит встретиться, хоть и преступники, но очень серьезные люди, – спокойно ответил Иващук. – Причем я же не сказал, что вы будете иметь с ними дело на протяжении всей операции. Нет. Просто с помощью их сети распространителей мы сможем в кратчайшие сроки добыть нужную вам информацию, вот и все. О встрече я уже договорился, – закончил полковник.

Вся группа, во главе с капитаном, задумалась над сказанным. Каждый из них не раз участвовал в задержании подобных бандитов, а тут им предстояло чуть ли не считать их своими союзниками. Первым высказался капитан:

– Учитывая то, что вы сами, полковник, большую часть своей жизни прослужили в органах и, соответственно, знаете, о чем говорите, мы примем ваше предложение, но я хотел бы, чтобы вы тоже знали, что каждый из нас, – он показал на сидящих рядом бойцов, – будет действовать с учетом сложившейся обстановки. И если ситуация будет складываться не в нашу пользу, то ни о каком сотрудничестве с бандитами разговора быть не может. А сейчас к делу. – Роман снова встал перед бойцами. – Ты, Ганс, – капитан посмотрел на двухметрового прибалта, – отправишься на станцию под видом московского проверяющего. У тебя будут все полномочия по проверке всех объектов, так что ты сможешь беспрепятственно осмотреть всю станцию, чтобы выяснить возможные места закладки взрывчатки, ну и обстановки в целом. А так как директор, возможно, причастен к будущему теракту, то, соответственно, действовать с ним будем втемную. Мы с Федором сегодня же отправимся к нему и попробуем понять, насколько верны наши предположения по поводу его причастности к готовящемуся взрыву. Остальным пока ждать, – закончил капитан и, повернувшись к полковнику, спросил: – Когда должна состояться встреча с мафиози?

– Можно уже выезжать, – коротко ответил полковник, посмотрев на часы.

Собираясь к директору станции, капитан еще не знал, что у того уже были сегодня гости из числа наемников…

* * *

Николай Яковлевич Ежов начинал свою карьеру с обычного инженера на той же станции, где сейчас занимал пост генерального директора. Тогда, в далекие восьмидесятые, по приказу партии он молодым специалистом приехал сюда, в Горнореченск, со своей юной женой. В течение недолгого времени он смог продвинуться по служебной лестнице и стать заместителем директора по техническому обслуживанию станции. А потом наступили девяностые…

Николай Яковлевич помнит, как после развала страны они оказались на краю жизни. Бывший директор не смог перенести такие радикальные перемены и покончил жизнь самоубийством. Продумавши все, расчетливый Ежов развернул ситуацию в свою сторону и уже через месяц после смерти своего предшественника стал генеральным директором ГАЭС. С тех пор прошло почти двадцать лет, но Николай Яковлевич оставался на своем посту, несмотря на все катаклизмы, творящиеся в стране. Он смог сохранить не только основной коллектив, но и приумножить свое благосостояние за счет махинаций с государственным финансированием станции. Конечно же, с приходом последнего президента делать это стало не так-то просто, но Ежов за последние годы смог выработать своеобразный механизм, чтобы любая проверка ничего не заподозрила. В общем, у генерального директора на сегодняшний день практически не было проблем с тем, чтобы спокойно думать о своей приближающейся пенсии. Единственное, что несколько волновало Николая Яковлевича, так это его дочь от второго брака. Женившись в свои пятьдесят пять на молоденькой секретарше, он решил, что будет проще удержать около себя эту красавицу, если у них будет совместный ребенок. Но то ли он уже не мог произвести на свет здорового ребенка, то ли молодая жена оказалась недостаточно здоровой, но в результате у них родилась дочь со страшным заболеванием – белокровие. Это был страшный удар для Ежова, но директор станции был не из тех, кто так быстро сдается перед трудностями. Он отправил жену и дочь в Швейцарию, где находилась клиника по лечению белокровия. Все это происходило в условиях особой конспирации, чтобы избежать пересудов коллег и всевозможных проверок из Москвы – на какие, собственно говоря, деньги он отправил туда свою семью. Ведь всем известно, что операция за границей стоила не одну тысячу долларов. Да что там тысячу – десятки тысяч! С момента их отъезда прошло две недели, и из последнего звонка жены он узнал, что операция назначена на ближайшее время. Врачи обещали сделать все возможное, и это вселяло надежду в Николая Яковлевича.

С недавних пор они на лето переселялись в загородный дом, приобретенный у одного разорившегося коммерсанта. Неудачливый бизнесмен был своего рода эстетом, и поэтому Николаю Яковлевичу не пришлось переделывать здесь практически ничего. Зеленые лужайки украшали весь двор, где также находились фонтан и бассейн. В общем, все здесь располагало к душевному отдыху от мирской суеты.

В это утро он проснулся, как обычно, рано. Мысли о предстоящей операции дочери не давали ему покоя. Сделав все утренние процедуры, Николай Яковлевич сел завтракать. До приезда служебной машины оставалось еще достаточно времени, и он не спеша стал просматривать вчерашние газеты, которые не успел просмотреть накануне. Неожиданно дог, лежавший в ногах директора, поднял голову и навострил уши. Со стороны двора послышался какой-то шум, и в ту же секунду собака с лаем сорвалась на звук, выскочив на улицу. Николай Яковлевич, не торопясь, поднялся из-за стола, чтобы успокоить пса, но тут услышал, как тот, взвизгнув, затих. Ничего не понимая, директор шагнул к открытой двери, но вдруг перед ним буквально из-под земли вырос мужчина с пистолетом, следом за ним в комнату вошел второй.

– Назад, в дом! – скомандовал мужчина, угрожая пистолетом.

Директор попятился назад и, зацепившись ногой за ножку стула, не удержался и рухнул на пол. В его голове панически проносились вопросы: «Кто эти люди? Что им надо? Неужели это грабители?»

Один из мужчин с внешностью голливудского героя кинобоевиков подошел к Ежову и, протянув ему руку, сказал:

– Вставайте, Николай Яковлевич. Негоже директору такой большой станции валяться на полу, когда к нему пришли гости.

Еще не осознавая до конца, что же на самом деле происходит, Николай Яковлевич поднялся на ноги.

– Кто вы? – Он покосился на направленный на него пистолет.

– Мы друзья, – спокойно ответил «американец». – Давайте присядем за стол и поговорим, как цивилизованные люди, – предложил он. – Мое имя вам ничего не скажет, поэтому представляться нет смысла. Зовите меня просто друг.

Николай Яковлевич очень удивился последним словам «американца», как он прозвал для себя этого непрошеного гостя, и снова покосился на мужчину в дверях, который продолжал держать его под прицелом. Проследив за взглядом директора, «американец» махнул рукой.

– Не обращайте внимания. Пока вы будете вести себя благоразумно, он стрелять не будет. Итак, приступим. Буду с вами предельно откровенен, Николай Яковлевич, чтобы вы понимали всю серьезность наших намерений. Мы являемся представителями одной восточной организации, в которой сейчас проводятся работы по добыче урана, а проще говоря, по производству ядерного топлива.

Ежов сделал круглые глаза. Он стал понимать цель прихода этих людей.

– Я имею в виду в мирных целях, – поспешил его успокоить наемник Джон, а это был именно он. – Как вам известно, правительства многих стран видят в этом некую угрозу для себя, поэтому нам приходится действовать подобным образом. – Он показал на второго «гостя» с пистолетом.

Николай Яковлевич горько усмехнулся и кивнул головой в знак согласия.

– Что же вы хотите от меня? – Ежов развел руками, делая вид, что совершенно не понимает, о чем речь.

Джон пристально посмотрел на директора, помолчал, а потом, откинувшись на спинку стула, продолжил:

– Тогда, дорогой Николай Яковлевич, давайте я вам расскажу другую историю. – В его глазах промелькнула коварная искорка. – У вас есть дочь от второго брака, которая сейчас находится в Швейцарии. Нам известны причины, по которым она находится там со своей матерью, хотя вы и пытались скрыть от всех истинные мотивы, сославшись на хорошее образование за границей.

После сказанных Джоном слов лицо директора изменилось. Он вытащил носовой платок и вытер испарину на лбу.

– В доказательство своей осведомленности мы привезли вам кое-какие фотографии. – «Американец» положил перед директором несколько снимков, на которых были изображены жена и дочь Николая Яковлевича.

Теперь директор окончательно понял, что «попал по полной программе».

– Что вы хотите? – обреченно спросил он, посмотрев на Джона.

– А вот это уже другой разговор, – обрадовался «американец», утвердив свои локти на столе. – Нам нужно будет взять кое-какие образцы из реактора, и вы должны будете нам в этом помочь, – объяснил «американец».

Сказать, что Николай Яковлевич удивился, услышав его слова, это значит не сказать ничего. Он просто задохнулся от услышанного.

– И как вы себе это представляете?! – срываясь на крик, спросил директор.

– Не надо нервничать, – спокойно сказал Джон, покосившись на человека с пистолетом, – лучше подумайте о жене и дочери. Если вы откажетесь нам помогать, то больше никогда их не увидите. Кроме того, мы сделаем так, что вас обвинят в сотрудничестве с западными спецслужбами, и остаток жизни вы проведете в тюрьме. А мы все равно найдем человека, который нам поможет. Но мы не хотим прибегать к столь радикальным мерам, а предлагаем вам решить все цивилизованно.

Джон достал тонкую сигару и в течение нескольких секунд прикуривал ее, давая директору обдумать услышанную информацию. Это был своеобразный психологический ход с его стороны.

– При положительном исходе нашего сотрудничества мы готовы не только оплатить лечение вашей дочери, но и положить на ваш счет приличную сумму, после чего вы сможете безбедно провести остаток своей жизни. – «Американец» выпустил директору в лицо сладковатый дым сигары.

– Но ведь кроме меня на станции работает еще много народу, и я не могу ручаться за то, что кто-нибудь из них не заподозрит что-то неладное и не позвонит куда надо… Кроме того, доступ к реакторам осуществляется несколькими людьми, в том числе и с центрального пульта. Как быть с ними?

– Для этого, дорогой Николай Яковлевич, мы вам даем три дня, чтобы вы могли придумать, в качестве кого вы сможете провести нас на станцию и непосредственно обеспечить доступ к реакторам. У вас же существуют какие-то комиссии или проверки? Вот и решите, в качестве кого вы нас представите, – объяснил Джон, вставая из-за стола.

Николай Яковлевич остался сидеть за столом, обхватив голову руками.

– Да, и не вздумайте совершать опрометчивых поступков, – посоветовал Джон. – Лучше прожить безбедную старость, чем провести остаток жизни в тюрьме.

Когда наемники покинули дом, Николай Яковлевич стал напряженно соображать, как ему быть дальше. С одной стороны, он понимал, что посетившие его только что люди наверняка являются теми, за кого себя выдавали, и что их угрозы не пустой звук. Но, с другой стороны, никто не мог дать гарантию, что они выполнят свои обещания и оставят его в живых, когда все будет сделано. Да и где гарантия того, что кто-нибудь из его коллег не сообщит куда надо? «Нет, здесь надо действовать по-другому! – рассуждал директор. – Надо позвонить жене и узнать, как у нее дела, а потом уже сообщить куда следует!»

Набрав номер жены, он стал ждать. В течение нескольких минут никто не отвечал, и директор уже стал сомневаться в своем решении, как вдруг ему ответил сонный голос жены:

– Да, Коля. Что-то случилось?

– Нет. А почему ты так решила? – заволновался Николай Яковлевич.

– Да потому, что мы еще спим. У нас ведь разница во времени, – пояснила жена.

– Извини, пожалуйста, дорогая! Я просто хотел узнать. У вас все в порядке?

– Да-а, – сонно протянула жена.

– Ну, хорошо. Тогда не буду вам мешать, я только хотел убедиться, что у вас все хорошо, – заторопился директор и повесил трубку, окончательно убедившись в правильности своего решения.

Теперь ему оставалось только приехать на работу, где в его кабинете стоял специальный телефон, напрямую соединяющий его с отделом ФСБ, который был создан для экстренных решений таких вот вопросов, как сейчас. Быстро одевшись, он позвонил своему шоферу, чтобы узнать, когда тот думает за ним приехать.

– Я уже подъезжаю, – услышал он в трубке голос своего шофера.

– Давай быстрее – у меня срочные дела, – поторопил его директор и, убрав телефон, вышел на улицу, уже не в силах находиться в доме.

То, что он увидел во дворе, заставило его не только оторопеть, но и изменить свое первоначальное решение по поводу звонка «куда надо». Прямо у порога лежала его любимая собака с простреленной головой. С того момента, как к нему ворвались непрошеные гости, он совсем забыл о своем любимце. И вот сейчас, увидев бездыханное тело верного пса, Николай Яковлевич понял, к чему может привести его поспешное решение. Он вдруг до конца осознал то положение, в котором очутился. В этот момент зазвонил телефон, и этот звонок вывел директора из состояния ступора.

– Я уже подъехал, Николай Яковлевич, – сообщил шофер.

– Жди в машине – я выхожу, – приказал Ежов, лихорадочно соображая, что делать с убитой собакой. Наконец он схватил покрывало и, укрыв труп, направился к калитке, зная, как поступит дальше…

* * *

Когда закончился военный совет, полковник Иващук предложил бойцам:

– А теперь пойдемте, я покажу то, что вам наверняка пригодится, – и сам первый вышел из актового зала.

Когда они снова оказались в комнате отдыха, где стояли кровати, он подошел к шкафу и, открыв его, с довольным видом повернулся к бойцам.

– Здесь каждый из вас найдет одежду по своему размеру, тем более что многим из вас… – он посмотрел на капитана Никонова и Ганса, – она просто необходима.

В шкафу висели строгие костюмы и белоснежные сорочки разных размеров. На полках лежали аккуратно сложенные джинсы, майки и даже нижнее белье.

– Вот это сервис! – первым удивился Пашка, подходя к шкафу.

– И что, на меня тоже есть костюмчик? – спросил Ганс, рост которого составлял больше двух метров.

– Я же сказал – на всех! – подтвердил полковник. – Учитывая некую сложность операции, ваше начальство попыталось предусмотреть все варианты развития событий, а я, соответственно, смог подготовиться к вашему приезду, – пояснил полковник наличие одежды нужного размера.

– Так как мы с тобой, капитан, отправляемся сейчас на встречу с серьезными людьми, то думаю, что тебе тоже не помешает сменить свой боевой наряд на более строгий и гражданский.

Роман посмотрел на свою форму цвета хаки, потом на висевшие костюмы и наконец высказался:

– В общем-то, мне привычнее в своей одежде, но, как ты говоришь, полковник, серьезные люди неправильно нас поймут, если я приеду к ним в камуфляже. – Ротный усмехнулся. – Так что придется переодеться.

Когда все приготовления были закончены и «солидная» тройка вышла из здания, полковник показал на стоящую во дворе иномарку.

– Теперь она в твоем распоряжении, – улыбнувшись, обратился он к Гансу, – ты же теперь у нас проверяющий из Москвы…

– Документы не забыл? – поинтересовался капитан.

– На месте. – Ганс похлопал себя по нагрудному карману.

– Вот возьми. – Полковник протянул прибалту тонкую пачку российских и зарубежных денег. – Снимешь на неделю номер в гостинице, здесь тебе больше делать нечего – за тобой могут следить.

– Я буду постоянно на связи, так что докладывай обо всех результатах и в любое время, – были последние указания ротного.

– Понял. – Ганс убрал деньги в карман и, взяв у полковника ключи от машины, направился к иномарке.

– Ну что, капитан, нам тоже пора. – Полковник посмотрел на часы.

– Так я уже давно готов, начальник! – Роман выгнул пальцы, изображая блатного.

* * *

После того как Ганс преодолел расстояние от базы полковника и въехал в город, он припарковал машину на ближайшей стоянке и, достав из бардачка карту города, стал внимательно ее изучать. Сам по себе городок был небольшой, и поэтому это не заняло много времени. Буквально через пятнадцать минут он уже знал, где находится ближайшая к станции гостиница, куда он, собственно, и направлялся. Тронувшись с места, литовец не спеша поехал в ее направлении, разглядывая достопримечательности Горнореченска. Профессиональным взглядом он отмечал все возможные переулки и заброшенные стройки. В случае непредвиденных обстоятельств он должен был знать, где можно было укрыться не только самому, но и где можно было бы оставить машину, чтобы ее никто не смог найти. Это было одно из правил спецназовца, оказавшегося на чужой территории.

Гостиница, в которой решил остановиться Ганс, оказалась достаточно современной, несмотря на то что основные здания в этом городе оставляли желать лучшего. Позже он узнал, что эта гостиница с недавних пор перешла в частные руки и поэтому существенно отличалась от всех остальных. Сняв себе номер по поддельным документам, Ганс отправился на встречу с директором станции.

Сама атомная электростанция находилась вдали от города, и к ней вела всего одна дорога. По пути Гансу встречались разные машины, начиная от видавших виды «Жигулей» и кончая новенькими иномарками. Впереди него ехала большая фура, и судя по просевшим рессорам, она была загружена под завязку. Подъехав к проходной, он не спешил выходить из машины, а решил проследить, как будет обеспечиваться осмотр груженой фуры. Перед въездом на территорию существовал своеобразный карман, в который сейчас и загнали машину. В данном случае ее верхушка была видна, несмотря на высокие ворота, за которые она заехала. К удивлению спецназовца, не прошло и десяти минут, как фура спокойно проследовала на территорию станции. «Да, – удивился Ганс, – с такими темпами сюда можно не только провезти сто килограммов взрывчатки, но и вывезти один из реакторов».

Выйдя из машины, он уверенной походкой направился к проходной станции.

Предъявив липовые документы московского проверяющего, Ганс стал ждать. Он видел, как за стеклом проходной началась суета. Женщина, сидевшая за пультом, сразу же стала кому-то звонить. После этого к нему вышла другая женщина, в белом халате, и предложила проводить Ганса в кабинет директора. Документы, которые ему вручил полковник, были сделаны на имя некоего Александра Николаевича, и поэтому Ганс не сразу сообразил, к кому именно обращается женщина в белом халате.

– Разрешите, я вас провожу, Александр Николаевич, – обратилась к нему женщина. – Директора пока нет на месте, но он обещал сейчас подъехать, – начала оправдываться она.

Ганс напустил на себя строгий вид и, посмотрев на часы, покачал головой, заставив тем самым женщину еще больше разволноваться.

– У него сегодня какие-то дела в администрации, поэтому он и задерживается, – снова начала женщина, пока они поднимались по лестнице.

«Это даже хорошо, что директора нет на месте, – подумал Ганс, – будет время подготовиться к встрече».

Когда Николаю Яковлевичу сообщили, что на станцию прибыл проверяющий из Москвы, он не поверил своим ушам. Обычно о подобных проверках ему звонили заранее. «Да что же за день сегодня такой? Сначала эти незваные гости, теперь еще какой-то проверяющий, – думал директор, подъезжая к станции. – А может, оно и к лучшему? Смогу оттянуть время? Должны же они понимать, что присутствие проверяющего связывает мне руки, – рассуждал Ежов, вспоминая утренний разговор с наемниками. – Ладно, разберемся на месте!» – решил он, поднимаясь к себе в кабинет, где его уже ждал Ганс.

Оказавшись в приемной, директор спросил у секретарши, где находится проверяющий. Та вскочила с места и принялась объяснять, что провела его в кабинет и налила кофе. Отстранив секретаршу в сторону, Николай Яковлевич сделал глубокий вдох и вошел в кабинет.

В кабинете, в котором Ежов провел последние два десятка лет, в его любимом кресле сидел высокий широкоплечий молодой мужчина. По тому, как уверенно держался проверяющий, Николай Яковлевич сделал вывод, что это не какая-нибудь мелкая сошка, которую можно купить походом в ресторан и деньгами в конверте. Здесь пахло настоящей проверкой. Слава богу, что, перед тем как войти в кабинет, директор отдал приказ своим подчиненным навести порядок на своих местах и быть готовыми к предстоящей проверке!

Изобразив улыбку на своем лице, Ежов направился с протянутой рукой к инспектору.

– Здравствуйте! Как доехали? Прошу прощения за опоздание, но пришлось заехать в местную администрацию по делам, – стал объяснять Николай Яковлевич, следя за реакцией проверяющего.

Тот спокойно пожал руку и представился:

– Александр Николаевич!

– Николай Яковлевич! – Ежов остался стоять возле Ганса, который в упор смотрел на директора, стараясь понять для себя, насколько был прав ротный в отношении его связи с террористами. Пока директор держался молодцом. Был, конечно же, испуг в его глазах, но это был испуг по поводу проверки, и не более того.

– С чего хотите начать? – поинтересовался директор.

– С осмотра объекта.

– Как скажете. Прошу. – Ежов показал на дверь.

Проходя по стеклянному коридору, соединяющему два корпуса, Ганс обратил внимание на строительную бригаду, которая работала внизу.

– А это что? – поинтересовался Ганс, остановившись.

– Это? – растерялся директор, не ожидая проявления интереса проверяющего из Москвы к каким-то строительным работам на территории станции. – Это мы решили пристроить к главному корпусу еще одно здание. В связи с новыми технологиями в старом здании уже просто не хватает места для новых молодых сотрудников, – начал объяснять директор, но Ганс перебил его:

– Это ваши сотрудники?

– Не-ет, мы заключили договор с одной турецкой фирмой.

Ганс внимательно посмотрел на работающих внизу строителей. Это были молодые, хорошо сложенные парни в ярких желтых одеждах.

– Хорошо. Потом покажете мне все бумаги по этому договору, – сказал Ганс и пошел дальше.

«Похоже, что мне готовят замену, если он уже обращает внимание на такие вещи. Да, может, это и к лучшему», – подумал Ежов, вспомнив сегодняшнюю встречу в своем доме.

Ганс первый раз в своей жизни был на настоящей атомной станции, и ему было по-человечески интересно, как вообще происходит работа такого объекта. Когда они оказались в главном пункте управления, к ним сразу подошли несколько женщин и стали рассказывать о том, как, собственно, происходит управление всей станцией, включая обслуживание реакторов. Ганс внимательно слушал доклады сотрудников, иногда вставляя вопросы типа: «А как у вас обстоят дела с подачей основной мощности на первый реактор?» Перед тем как поехать на станцию, Ганс успел просмотреть в Интернете кое-какую информацию и поэтому, чтобы не выглядеть полным дилетантом, иногда задавал наводящие вопросы.

Но, кроме всего прочего, мнимого проверяющего интересовало то, как проводится охрана самих реакторов. Проходя мимо огромной массивной железной двери, на которой был нарисован радиационный знак, Ганс, остановившись, спросил:

– А здесь у вас что находится? – Он показал на дверь с огромным колесом посередине.

– Здесь находится вход в шахты, где стоят выключенные реакторы, – объяснил директор. – Хотите посмотреть?

– Откройте! – приказным тоном ответил Ганс, которому необходимо было посмотреть, каким образом происходит открытие замков.

Ежов посмотрел на одну из женщин, и она по внутренней связи отдала приказ:

– Маша, открыть вторую шахту!

Через минуту за массивной дверью что-то застучало, заскрипело, и вот колесо на двери стало крутиться. Когда оно остановилось, раздался звук, похожий на стук поднимаемой щеколды, только во много раз громче. После этого дверь немного приоткрылась, и подскочивший к ней мужчина в белом халате открыл ее настежь. Внутри оказался просторный лифт, готовый вместить в себя пару десятков сотрудников. Когда вся делегация оказалась внутри лифта, Ежов сам нажал на одну из многочисленных кнопок на прикрепленной к стенке панели. К удивлению Ганса, лифт мягко и бесшумно поехал вниз. На светящемся табло высвечивались не этажи, а метры, на которые спускалась делегация. Когда на табло высветилась цифра двадцать пять, лифт остановился, открыв свои высокие двери. Выйдя из лифта, они оказались в длинном помещении с множеством дверей, в конце которого находилась похожая железная дверь с большим колесом посередине. По наличию пыли и паутины на потолке Ганс сделал вывод, что это помещение не обслуживалось уже давно.

– Этот отсек не обслуживается уже несколько лет, поэтому не обращайте внимания, Александр Николаевич. – Директор обвел рукой своды потолка.

– Скажите, Николай Яковлевич, это вход в сам реактор? – Ганс показал на дверь в конце помещения.

– Совершенно верно, – подтвердил директор.

Ничего не говоря, Ганс направился вперед. Подойдя к железной двери, он увидел встроенную в нее клавиатуру с множеством кнопок, как на компьютере.

Повернувшись к Ежову, Ганс поинтересовался как бы между делом:

– Это система охраны?

– Да. Но она устарела. На работающих реакторах стоят самые современные системы, имеющие несколько уровней защиты. А эту мы планировали заменить немного позже, – на ходу соврал директор, который считал, что это совершенно необязательно.

– Хорошо. Давайте поднимемся наверх и посмотрим, как осуществляется охрана двух других работающих реакторов, – предложил Ганс, собираясь сравнить две системы охранного устройства, чтобы понять, где все-таки террористы могли бы заложить взрывчатку.

После того как осмотр был произведен и они с директором возвращались обратно, Ганс снова остановился перед стеклом и посмотрел на работающих внизу рабочих. Время приближалось к обеду, и июльское солнце нещадно светило на стройплощадку, накаляя асфальт. К этому времени рабочие уже сбросили верхнюю одежду и трудились с обнаженными торсами.

– Не рабочие, а прямо спортсмены какие-то, – показав на атлетически сложенных рабочих, сказал Ганс.

– Иностранцы! Что и говорить? Не то что наши, – согласился директор, все еще не понимая интереса проверяющего инспектора к этим рабочим.

– Я бы хотел прямо сейчас посмотреть на договор с этой бригадой, – задумчиво сказал Ганс, глянув на директора.

* * *

Капитан Никонов и полковник Иващук ехали на другой конец города, где находился загородный дом одного из «мафиози».

– Как думаешь решать поставленную задачу? – неожиданно спросил полковник, как будто бы только что не слышал о его планах на военном совете.

– А что, у тебя, полковник, есть какие-то конкретные предложения? – вопросом на вопрос ответил ротный.

– Дело больно непростое. Тут с наскоку и не решишь, как быть. С одной стороны, вроде бы все просто – вычислить боевиков и предотвратить готовящийся взрыв. А с другой стороны, мы пока не знаем, кто эти самые боевики и где находится взрывчатка. А может, она уже на станции? – Полковник повернулся и вопросительно посмотрел на Никонова.

– Согласен, времени у нас маловато. Поэтому надо будет действовать быстро и слаженно, сразу в нескольких направлениях. Надо за ближайшие два дня собрать как можно больше информации, чтобы определить наши дальнейшие действия.

– Думаю, что у террористов должны быть сообщники, или же они будут пытаться найти таковых. Иначе их задача становится практически невыполнимой. Как ни крути, а атомная станция – это тебе не какой-нибудь кинотеатр. Это охраняемый объект, куда так просто не попадешь. Согласен, капитан?

– Согласен. Поэтому и отправил на станцию своего бойца, чтобы он смог на месте оценить обстановку и понять, кто с нами, а кто против нас.

– Ты имеешь в виду директора? – поинтересовался полковник, выворачивая на проселочную дорогу.

– И его тоже.

Вдали показался красивый особняк из красного кирпича, больше похожий на какой-то замок из-за своих остроконечных крыш и башен.

– Так вот где обитают воротила вашего города, – рассматривая дом за высоким забором, сказал Роман.

– Тот, кто нам мешает, – тот нам и поможет! – процитировал слова из известной комедии полковник.

– А без них никак?

– Без них вы будете искать боевиков до второго пришествия. А времени, как ты сам успел заметить, у нас с тобой нет, капитан. Так что хочешь не хочешь, а без их помощи нам с тобой не обойтись, – хлопнув ротного по плечу, сказал Иващук.

Не успели они подойти к кованой калитке, как она тут же открылась перед ними, и здоровенный парень впустил их внутрь. По широкой дорожке, которая вела к дому, им навстречу шел седовласый мужчина.

– Здравствуйте, Иван Петрович! – протянул руку подошедший мужчина.

– Знакомьтесь, – полковник показал на капитана, – это Роман Георгиевич. А это Соломон Константинович, – представил Иващук седовласого мужчину.

– Очень приятно. – Мужчины пожали друг другу руки. – Прошу в дом, – предложил Соломон.

В большой комнате за широким столом сидело еще несколько мужчин почти одного возраста с хозяином дома. Когда церемония знакомства закончилась, Соломон спросил, обращаясь к полковнику:

– Какие проблемы привели тебя и твоего друга к нам, полковник?

– Нас интересуют некоторые люди, которые появились в нашем городе, – стал объяснять Иващук, – а с вашими связями мы бы нашли их гораздо быстрее.

– А кто эти люди? – спросил один из сидевших за столом «мафиози».

– Плохие люди.

Пока шел разговор между полковником и представителями наркомафии, Роман разглядывал каждого из присутствующих, которые, в свою очередь, тоже с интересом наблюдали за ним. Все они были одного возраста и, судя по поведению, одного статуса. Дорогие костюмы и золотые украшения доказывали это как нельзя лучше. Ротному не раз приходилось сталкиваться с подобными личностями. И вот сегодня ему впервые в жизни пришлось сесть с ними за один стол. И это его напрягало. Он хотел быстрее покончить с этим делом и поэтому, не дожидаясь вопросов, сам вступил в разговор:

– Эти люди – наемники западных спецслужб, которые прибыли сюда для выполнения одной операции. Их несколько, но, скорее всего, не больше десяти. Это подготовленные профессионалы, знающие свое дело, и поэтому вычислить их среди местного населения непросто.

Ротный обвел всех присутствующих взглядом хозяина, а не гостя.

– А если в ближайшие дни они не будут обнаружены, то сюда будет направлена дивизия ОМОНа, которая не оставит здесь камня на камне, включая весь нелегальный бизнес и всех, кто за этим стоит.

Капитан говорил громко и уверенно, зная, что только таким способом сможет заставить местных воротил серьезно отнестись к его просьбе. Он заметил, как в глазах «мафиози» скользнул испуг, и понял, что добился нужного результата.

– Какие структуры вы представляете? – спросил Соломон, прикуривая сигарету.

– Самые высокие!

На какое-то время в комнате повисла пауза.

– А у вас есть хотя бы фотографии? – поинтересовался один из воротил.

– Если бы у нас были их фотографии, то ваша помощь нам бы не понадобилась, – усмехнувшись, ответил Роман.

– Хорошо, мы попробуем, – за всех ответил Соломон Константинович, и капитан понял, что он здесь самый главный. – Как только что-то станет известно – мы дадим вам знать, – пообещал он, вставая из-за стола, давая тем самым понять офицерам, что разговор закончен.

Уже в машине полковник возмутился:

– Ты откровенно нарывался там в доме. Они могли бы запросто закопать нас прямо там, несмотря на чины и регалии. – Полковник явно нервничал.

– Пусть попробовали бы. – Никонов отвернулся к окну.

– Теперь куда? – решил сменить неприятную для обоих тему полковник.

– К агенту Синицыной, – Роман протянул листок, на котором был написан адрес Светланы.

* * *

К этому времени наступил час сбора наемников в съемном доме, который был специально оборудован для их пребывания в Горнореченске. Первыми прибыли американец Джон, старший группы, и ирландец по кличке Маньяк, которого тот брал с собой, когда отправился в дом директора станции. Следом появились азиат Али и кореец по кличке Брюсли, которых Джон отправлял на рынок под видом коммерсантов наладить контакт с местным населением. Не было только Влада.

– Опять, наверное, с какой-нибудь шлюшкой зависает, – недовольно высказался ирландец, которого женщины сторонились за его страшный внешний вид и смертельный холод в глазах.

– Приедет, расскажет, – пыхтя сигарой, успокоил его американец.

Как раз в это время зазвонил телефон. Посмотрев на экран, Джон усмехнулся.

– А вот и наш Казанова! Да, красавчик, я слушаю! Ты где? – Американец встал из-за стола. – Да, сейчас буду! Жди!

Джон схватил куртку и, бросив на ходу: «Всем ждать нашего приезда!» – вышел на улицу.

Еще издали Джон увидел Влада. Тот стоял на остановке с какими-то желтыми пакетами. Неожиданно возле него остановилась милицейская машина, и из нее вышел молодой лейтенант. Джон притормозил и, съехав на обочину, стал наблюдать за происходящим. Лейтенант, подойдя к Владу, сделал под козырек. Было понятно, что он попросил предъявить документы. Конечно же, с документами у Влада было все в порядке, Джон это знал; но вот то, что один из наемников попал в поле зрения этого лейтенанта, – это уже было плохо. После того как проверка документов затянулась и стало ясно, что обычной проформой здесь не обойдется, Джон решил вмешаться. Остановившись возле остановки, американец не спеша вышел из машины и направился к стоящим мужчинам. Лейтенант поднял голову и с интересом стал следить за дальнейшими действиями Джона, почувствовав неплохой навар.

– Что случилось, Влад? – игнорируя лейтенанта, спросил Джон.

– Ничего страшного. Обычная проверка документов.

– А вы кто, товарищ? Адвокат? – нагло спросил лейтенант, постукивая паспортом Влада по руке. – Разрешите ваши документы?

– Пожалуйста. – Джон протянул лейтенанту паспорт с заранее вложенными в него долларами.

Когда лейтенант открыл поддельный паспорт американца, Джон спросил у него:

– Надеюсь, с документами все в порядке?

Лейтенант немного опешил, увидев несколько сотенных американских купюр, но, тут же придя в себя, протянул назад оба паспорта, предварительно изъяв из них доллары.

– Да, с вашими документами все в порядке, – откозырял лейтенант и поспешил сесть в машину, которая тут же тронулась с места.

– Ты что, другого места больше не нашел, чем торчать на этой остановке? – зло спросил Джон, когда они остались одни.

– А что, у нас денег не хватит на подобные случаи? – ухмыльнулся Влад.

– Ничто не должно помешать выполнению операции, – строго сказал американец, садясь в машину. – Что-нибудь удалось заснять?

По дороге он узнал, что Влад не только сделал кучу снимков станции, но также практически подцепил одну из сотрудниц. Это было неплохое начало, и Джон вскоре позабыл о неприятном инциденте с милицейским патрулем.

– Кроме того, я думаю, что уже знаю, каким образом мы сможем доставить взрывчатку на станцию, – сказал Влад в конце своего рассказа. – Завтра еще раз все проверю для точности и тогда расскажу, что к чему. А пока… – И Влад сделал движение, означавшее «рот на замке».

– У нас тоже день не прошел впустую, – ухмыльнулся Джон, – мы сегодня общались с директором, и он согласился нам помочь.

– И долго пришлось уговаривать? – прищурился Влад.

– Обошлись малой кровью.

Влад резко повернулся к американцу.

– Только собака, – успокоил его Джон.

– Как думаешь, не соскочит? – задумчиво спросил Влад.

– Нет, – уверенно ответил наемник.

Еще он поведал Владу о том, как Али, прикинувшись заезжим коммерсантом, сумел познакомиться с местными торгашами, которые, в свою очередь, свели его с нужными людьми.

– Сам понимаешь, Влад, у этих нерусских все братья, кто проповедует ислам. Завтра Али узнает, кого из них можно использовать втемную и можно ли уже начинать операцию. Сроки поджимают, – уже серьезно предупредил Джон.

– Да-а, сроки поджимают, – повторил Влад, у которого на этот счет были совсем другие мысли…

* * *

Светлана Синицына жила в Горнореченске совсем недавно – чуть больше месяца. Тогда ее вызвал к себе полковник Котов и сказал, что она отправляется с заданием на атомную электростанцию. В ее обязанности входило выявлять всех подозрительных лиц, которые могли бы вступить в контакт с иностранными разведками. Дело было вполне обычным, и Светлана отнеслась к нему вполне спокойно, не зная истинной причины интереса начальства к этому объекту. Согласно специальному направлению, Светлана прибыла на станцию как молодой специалист, не вызвав ни у кого подозрения. Быстро входя в контакт с незнакомыми людьми, она уже через неделю смогла вычислить наиболее слабовольных кандидатов и отправила отчет в центр, ожидая, когда ее отзовут обратно. Однако время шло, а приказа возвращаться не было. Но такова участь разведчика – без приказа ни шагу, и поэтому Светлана все так же продолжала ходить на станцию, составляя отчеты о проделанной работе. И вот однажды вечером в ее квартире прозвучал звонок. Подняв трубку, она услышала только одно слово: «Пилигрим». Она прекрасно знала, что за этим сигналом последует звонок в дверь и, возможно, это будет курьер, сообщивший ей о том, что она может вернуться в Москву. Но стоило ей только открыть дверь и увидеть на пороге двоих мужчин, как ей стало понятно, что ее радость была преждевременной. Курьеры никогда не приезжали по двое. А это означало только одно – новое задание, на неизвестный срок.

Открыв дверь, Светлана молча впустила гостей и провела их на кухню. Включив специальное устройство, гасящее все прослушивающие и записывающие устройства в радиусе десяти метров, она спросила:

– Чаю хотите?

– Мы по делу, – резко сказал ротный.

– Одно другому не мешает, – спокойно ответила Светлана, ставя на стол посуду.

Ей не очень понравилось, как повел себя этот молодой мужчина, и она сразу сделала вывод, что он не из их ведомства. «Скорее всего, из какого-нибудь спецподразделения», – решила про себя женщина, посмотрев на Романа. Налив всем чаю, Светлана присела напротив капитана и, глядя ему прямо в глаза, сказала:

– Я вас слушаю. – Она сделала маленький глоток и поставила кружку на стол, давая понять, что готова выслушать любой приказ.

Будучи опытным агентом, Светлана все же оставалась женщиной и поэтому не выносила подобной грубости со стороны мужчин.

– Меня зовут Роман Георгиевич Никонов. Я капитан спецподразделения Приволжского округа, – представился ротный.

– Светлана Синицына, сотрудник Федеральной службы контрразведки, – с гордостью ответила девушка.

Она намеренно не стала называть своего звания, чтобы не давать еще один повод этому грубоватому капитану вести себя подобным образом.

– Мне поручено передать вам устный приказ полковника Котова о том, что вы должны всячески помогать моей группе, – начал ротный.

– В чем же заключается моя помощь?

– У нас у всех одна задача – предотвратить взрыв на атомной станции, – ответил капитан.

По тому, как изменилось выражение лица у Светланы, Роман сделал вывод, что она и представления не имела, какой теракт ожидает Горнореченск.

– На станции готовится взрыв? – удивленно переспросила девушка.

– Через несколько дней, – так же спокойно подтвердил капитан, как будто бы речь шла не о катастрофе, а о прогулке по морю.

Усилием воли Светлана смогла взять себя в руки и уже без сарказма спросила:

– Каковы мои действия?

– Сегодня на стацию был отправлен наш человек под видом проверяющего инспектора из Москвы. Так вот вы, Светлана, должны будете в течение самого короткого времени объяснить и показать нашему человеку все подходы к реакторам и иные возможные варианты проникновения. Кроме того, быть постоянно на связи, так как ваша помощь может понадобиться в любую минуту. – Капитан строго смотрел на девушку, которая еще не до конца пришла в себя от услышанного.

– Хорошо. Я все поняла.

– И еще. О предстоящем взрыве не должен знать никто. Повторяю – никто! Среди персонала есть люди, контактирующие с террористами, – пояснил Роман.

– Я поняла.

– Кстати, Светлана, а с вами никто не пытался наладить контакт в последнее время?

В голове девушки пролетел сегодняшний эпизод с порванным пакетом в супер-маркете. Она за секунду снова прокрутила его в своей голове и уверенно ответила, смотря капитану прямо в глаза:

– Нет. Если бы случилось что-то подобное – я бы заметила.

Влад, с которым она сегодня познакомилась в магазине, никак не походил на террориста. Да и сама ситуация была случайной. Как говорится – нарочно не придумаешь. Она снова вспомнила этого красивого мужчину с голубыми глазами, и ей очень захотелось, чтобы сейчас на месте неотесанного капитана оказался именно Влад. «А может быть, позвонить ему?» – пронеслось в ее голове. Но она тут же отказалась от этой затеи. Навязываться мужчинам, пусть даже и таким, как Влад, было не в ее правилах. Да и тем более с завтрашнего дня ее ждала серьезная и ответственная работа. «Готовится взрыв на станции», – вспомнила она слова капитана.

– Если у вас нет никаких вопросов, то мы уходим, – громко сказал ротный, возвращая Светлану к реальности.

– Пока вопросов нет. – Светлана посмотрела на полковника, который за время их разговора не произнес ни слова.

– Да, кстати, – спохватился Никонов, – это полковник в отставке, Иван Петрович. Он помогает нам в этой операции как неофициальное лицо.

Светлана кивнула головой.

– Будьте постоянно на связи, – еще раз повторил Роман, вставая из-за стола.

– Я поняла! – Светлану уже стал напрягать этот заносчивый капитан.

После того как за ними закрылась дверь, Светлана решила обдумать свои дальнейшие действия. За месяц, проведенный на станции, она успела выяснить, что управление работой реакторов происходит с центрального пульта, на котором трудятся посменно три человека. Низкая зарплата и задержки с выплатами в последние годы волей-неволей стали расхолаживать сотрудников. Уже не было должного отношения к безопасности объекта. Любой из сотрудников мог запросто покинуть центральный пульт, переложив всю ответственность на электронику. Текучесть кадров заставляла принимать на работу людей без особой проверки. Так что в данной сложившейся ситуации надеяться можно было только на себя. Капитан сказал, что кто-то из сотрудников может быть в сговоре с террористами, и Светлана решила проверить списки, в которых она отметила всех неблагонадежных коллег. Но тогда она еще не знала, что угроза исходила совсем с другой стороны…

* * *

После посещения атомной станции в качестве проверяющего из Москвы Ганс возвращался в гостиницу, когда увидел за собой «хвост». Темная «десятка» вела его вот уже десять минут. Ганс решил покататься по городу, чтобы проверить свои подозрения. В течение получаса он кружил по улицам, иногда останавливаясь возле каких-нибудь зданий. Его «хвост» двигался за ним по пятам, даже не пытаясь скрыть этого. В конце концов Гансу все это надоело, и он, остановившись возле какого-то ларька, вышел из машины, изобразив из себя покупателя. Время уже близилось к вечеру, и редкие прохожие спешили в свои дома до наступления темноты. Ганс понимал, что в городе, где налажена сеть распространения наркотиков, сложилась опасная криминальная обстановка, поэтому отсутствие посторонних людей на улицах играло ему на руку. Он не хотел лишний раз светиться, но выяснить, кто за ним следит, было просто необходимо. Подойдя к ларьку, он стал покупать сигареты, в отражении стекла наблюдая за происходящим за его спиной. «Десятка» остановилась прямо позади его иномарки, и из нее вышли двое парней. Забрав сигареты, Ганс не спеша пошел к своей машине. Парни из «десятки» преградили ему путь, один из них вплотную подошел к спецназовцу, держа руки в карманах спортивной куртки. «Интересно, что у него там? Нож или пистолет?» – подумал Ганс, спокойно наблюдая за действиями незнакомцев.

– Притормози, дядя, разговор есть, – сказал один из парней.

– Я спешу. – Ганс сделал попытку пройти дальше, но тут же почувствовал, как ему в бок уперлось дуло пистолета.

– Не дергайся, – угрожающе прорычал владелец ствола, – и садись к нам в машину.

«Не хотелось, но, видно, придется. Эх, ребятки!» – подумал Ганс, направляясь к «десятке».

В машине оказалось еще двое человек. Сев на заднее сиденье, спецназовец оказался зажатым между двумя мужчинами. Тот, который угрожал ему пистолетом, сел на переднее сиденье, повернувшись к Гансу лицом.

– Ты кто? – спросил он.

Литовец моментально оценил обстановку. В тесной машине было не так просто развернуться, но Ганс бывал и не в таких переделках. Прежде чем разобраться с этими «быками», спецназовец решил до конца выяснить, кого они представляют.

– О чем разговор будет?

– Ты что, не понял моего вопроса? Ты кто? И что делаешь в нашем городе?

«Наркодилеры», – понял Ганс.

Конечно, можно было просто объяснить этой шпане, что он проверяющий из Москвы, и спокойно разойтись с ними, но Ганс уже знал, что ротный сегодня разговаривал с местными воротилами, и поэтому у него были развязаны руки.

– Меньше знаешь – лучше спишь, – усмехнулся Ганс.

– А парень-то борзый, – вступил в разговор сидящий сбоку «бык».

Сидевший впереди отморозок достал из кармана «макаров» и, помахав им перед лицом Ганса, зло произнес:

– Ты что, не понял, с кем разговариваешь?!

Спецназовец только этого и ждал, когда оружие окажется в поле его зрения.

– Хорошо, хорошо, – изобразив на лице испуг, Ганс поднял руки на уровне груди.

Он видел, как парни почувствовали на секунду свое превосходство и расслабились. Это было их ошибкой. Резким движением Ганс ударил по запястью руки, в которой был направленный на него пистолет, почувствовав, как тот буквально вылетает из державшей его ладони «быка». В следующую секунду он ребром ладони нанес сокрушающий удар в кадык сидевшему рядом парню, от чего тот захрипел, схватившись обеими руками за горло. Не давая опомниться остальным, Ганс поймал в воздухе пистолет и тут же с размаху ударил им в переносицу соседу справа, почувствовав, как переносица провалилась вовнутрь. Сидевший на переднем сиденье парень не успел сообразить, что произошло, как его же пистолет уперся ему между глаз.

– Не думаю, что Соломону понравится ваша сегодняшняя выходка.

Имя одного из местных воротил, произнесенное спецназовцем, возымело свое действие.

– А теперь слушай меня, урод! – Ганс с силой вдавил дуло пистолета в лицо бандита. – Сейчас ты спокойно выйдешь из машины и пересядешь ко мне в иномарку, где мы и продолжим наше общение.

Бандит, который только что считал себя самым крутым на свете, теперь смотрел на спецназовца глазами, в которых, кроме ужаса, ничего не было.

– А ты, – Ганс с силой ткнул пистолетом в затылок шоферу, – забираешь своих дружков и исчезаешь вместе с ними из поля моего зрения.

Сказав это, Ганс открыл дверь и вытолкнул корчившегося бандита на улицу. Тот вывалился из машины, как мешок картошки, продолжая хрипеть. Перешагнув через него, спецназовец, не оборачиваясь, пошел к своей машине. Услышав за спиной звук мотора, он обернулся и увидел, как «десятка» сорвалась с места, оставляя на дороге уцелевшего «быка», с которым Ганс собирался поговорить. Кивнув головой на свою иномарку, Ганс открыл дверцу.

– Ты на кого попер?! – сразу стал наезжать спецназовец на бандита, когда тот сел в машину.

– Извини, сразу не разобрали, брат, – начал оправдываться бандит, – мы думали, ты чужой.

Ганс уже знал, что воротилы приказали своим шестеркам искать в городе чужих, и поэтому изображал из себя «своего».

– Грубо работаете! С такими темпами сами останетесь без башки! – Спецназовец помахал перед его носом пистолетом.

– Исправимся, старшой, – опустив голову, проговорил бандит.

– Ладно, свободен! – решил отпустить его спецназовец.

Бандит покосился на свой пистолет, который сейчас был в руках у Ганса.

– Те, кого вам надо вычислить, не какие-нибудь приезжие лохи, так что советую на рожон лишний раз не лезть, а сразу сообщить Соломону.

Парень закивал головой, как китайский болванчик.

– На! – Ганс протянул ему пистолет.

Спрятав оружие, бандит протянул руку спецназовцу:

– Еще раз извини.

– Свободен! – повторил Ганс, не отвечая на рукопожатие.

Теперь за свою безопасность он мог не переживать. «Сарафанное радио» быстро разнесет о нем информацию по городу. Теперь он был «свой среди чужих»…

Вернувшись в гостиницу, Ганс скинул тесные туфли и прямо в костюме завалился на кровать. Физической усталости он не чувствовал, а вот пообедать был совсем не против. Когда директор любезно предложил ему провести вечер в ресторане, Ганс отказался. И вот теперь он буквально слышал призывы своего желудка к принятию пищи. Спустившись вниз, литовец поинтересовался у администратора, где у них находится подобное заведение. Молодая и симпатичная девушка буквально пожирала высокого красавца глазами, объясняя ему, что у них в гостинице находится неплохой ресторан.

– Не Москва, конечно же, но готовят там прилично, – мечтательно сказала девушка.

– Спасибо, – поблагодарил ее Ганс, поправляя галстук, который ему уже давно хотелось снять.

Время близилось к вечеру, но в зале ресторана сидело всего несколько посетителей, и, скорее всего, не из местных, как определил для себя спецназовец. Пройдя к стоящему в углу столику, Ганс расположился на удобном кожаном диванчике. Подскочивший к нему официант протянул ему меню в красивом переплете и, отойдя на пару шагов, замер в позе истукана.

Сделав заказ, Ганс достал телефон и набрал номер ротного:

– Алло, командир. Это Ганс.

– Я уже понял, что у тебя?

– Конкретного ничего. Мне нужно, чтобы ты через полковника выяснил все о строительной фирме «Феникс».

– При чем здесь строительная фирма? – не сразу понял капитан.

– Она подрядилась выполнить некие работы на территории станции.

– И?

– Не нравятся мне эти строители, – пояснил Ганс.

– Хорошо, выясню. А что там с системой охраны? Разобрался?

– Пока только предположения, но думаю, что завтра получится узнать больше.

– Мы сейчас едем на встречу с агентом Синицыной, так что завтра у тебя будет помощник.

– Отлично. А то мне кажется, что директор не все мне хочет рассказывать и показывать, – обрадовался Ганс.

– Ну все. До связи, – попрощался ротный и положил трубку.

* * *

Утро следующего дня началось одинаково как для наемников, так и для бойцов спецназа. Обе группы готовились к предстоящей операции. Только задачи у каждой группы были свои.

– Хватит валяться! Подъем! – громко крикнул ротный, видя, что бойцы не спешат вставать с кроватей.

После завтрака все собрались в актовом зале.

– Приступаем к началу операции, – начал капитан, стоя перед бойцами.

– Наконец-то! А то я уже и вправду подумал, что мы сюда на отдых приехали, – высказался Мустафа.

– Спешишь повоевать? – усмехнулся капитан, зная несдержанность своего бойца.

– Нет, ну правда, командир. Второй день уже как неприкаянные, – поддержал друга Пашка.

– Вот с тебя как раз и начнем, – показав на него пальцем, сказал Роман. – Значит, так, боец. Переодеваешься в гражданку и вместе с Мустафой отправляешься на центральный рынок за продуктами.

Увидев удивленные взгляды бойцов, Роман пояснил:

– Походите там, посмотрите, что чего. Наверняка террористы захотят выйти на кого-то из местных. А так как Мустафа в тюркских языках дока, то думаю, что проблем у вас не будет. Походите, послушайте, может быть, удастся получить какую-нибудь информацию. Можете выполнять!

В это время во дворе послышался звук мотора, и через несколько минут в актовый зал вошел полковник.

– Всем привет, – поздоровался он и устало присел на стул.

– Ты, Костян, – Роман обратился к снайперу, – поедешь на разведку к станции. Нужно выяснить на всякий случай, можно ли попасть туда, минуя посты. Мы высадим тебя со стороны реки, чтобы ты свободно мог провести разведку и не боялся при этом быть замеченным. Выполнять!

– Не спеши, капитан, – вмешался в разговор полковник, – есть новости. Я сегодня уже с раннего утра на ногах, – пояснил он.

– Что за новости? – поинтересовался ротный. – Что-нибудь стоящее?

– Ты командир – тебе решать. Мне звонил Соломон и сказал, что вчера на рынке появились какие-то заезжие коммерсанты, вернее, один, а второй был у него телохранителем. Так вот этот коммерсант, так сказать, никакой не коммерсант.

– А кто? Террорист? – усмехнулся Роман.

– Люди Соломона проследили за ними до самого дома и выяснили, что в загородном доме, кроме него и его телохранителя, живет еще пара человек, – не обращая внимания на усмешку ротного, объяснил Иващук.

Капитан на секунду задумался, а потом, повернувшись к Федору, сказал:

– Собирайся! Поедем посмотрим на этих коммерсантов. Может, и вправду эти «наркоделы» сработали на «отлично» и смогли вычислить террористов, хотя, если честно, я сильно в этом сомневаюсь. Не могли такие «спецы» не заметить, что за ними следят.

– И еще, капитан, – продолжил полковник, – Соломон просил, чтобы твои бойцы больше никого не калечили.

– Пусть не нарываются, – отмахнулся Роман, уже зная от Ганса о вчерашнем инциденте с бандитами возле ларька.

Спустя некоторое время «немка» с бойцами отправилась в город. Первым решено было высадить снайпера Костяна. Полковник Иващук, много лет проживший в Горнореченске, прекрасно знал, где будет лучше оставить Костю, чтобы он мог свободно вести наблюдение за станцией. Проехав немного по бездорожью, они выехали к небольшой реке, которая текла в километре от станции.

– Вот здесь самая подходящая, на мой взгляд, позиция, – сказал полковник, выходя из машины. – Единственное, что может тебе помешать, – это какая-нибудь компания, собравшаяся выехать на пикник. Но, я думаю, тебя учить не надо?

– Не впервой, – ответил Костян, оглядываясь по сторонам.

– Погнали дальше, полковник, времени нет, – поторопил капитан.

Когда они снова въехали в город, Роман спросил:

– А где же остановились предполагаемые террористы?

– В коттеджном поселке. Ты, капитан, сейчас туда хочешь поехать?

– Нет, конечно. Вначале надо выяснить, действительно ли это те наемники, ради которых мы приехали сюда. Может быть, это обычные коммерсанты. Кроме того, даже если это и так, то все равно нам надо будет выяснить сначала, где находится взрывчатка, какова полная численность группы, и только после этого можно говорить об операции по их задержанию, – объяснил ротный.

Полковник Иващук молча кивнул головой, соглашаясь с доводами капитана.

– В первую очередь, нам надо поговорить с директором станции и выяснить точно, на чьей он стороне. Поэтому сначала завезем ребят на рынок, а потом уже отправимся к директору в гости. Надеюсь, он еще должен быть дома. Ты знаешь, полковник, где он живет?

– Это моя работа – знать все обо всех значимых людях в этом городе. Сейчас он проживает в своем загородном доме.

– Еще лучше. Меньше посторонних глаз. – Роман поправил кобуру под мышкой.

Остановившись возле рынка, ротный дал последние указания:

– Повторяю! Только наблюдение, и ничего больше. Это понятно? Вам надо будет только собрать информацию – и все. В случае непредвиденных обстоятельств сразу же звонить мне. Ясно?

– Конечно, ясно, командир! – ответили бойцы, выходя из машины.

– Ну все. Давайте. С богом!

* * *

Уже подъезжая к дому директора Ежова, капитан увидел стоящую возле ворот черную иномарку.

– Служебная машина здесь, значит, Николай Яковлевич еще дома, – повернувшись к ротному, сказал Иващук.

– Красиво жить не запретишь, – кивнув на новенький «Мерседес», ответил Роман.

В машине сидел молодой парень и читал какой-то журнал. Когда полковник, капитан и Федор вышли из машины и направились к калитке, он отложил журнал и достал телефон, но капитан остановил его:

– Не надо звонить – у нас назначено.

Парень внимательно посмотрел на Романа и медленно вернул телефон в карман.

Когда они вошли во двор, Ежов уже закрывал на ключ входную дверь. Услышав стук калитки, он обернулся, увидел приближающихся к нему мужчин и замер; на его лице вместо удивления отразился испуг. Эта перемена не ускользнула от капитана. Подойдя к директору, полковник протянул ему руку.

– Здравствуйте, Николай Яковлевич! Вот гостей вам привез ранних. Они хотят с вами поговорить. – Он показал на Романа и Федора, стоящих за его спиной.

– О чем? – недовольно сказал директор, придя в себя. – Мне некогда.

– Придется задержаться. – Капитан уверенно шагнул на ступеньку, ведущую в дом.

Директор посмотрел на полковника, которого знал еще раньше, но тот только пожал плечами, давая понять, что деваться некуда.

– Ну, хорошо, только недолго. Я действительно тороплюсь, – изменив тон, согласился Ежов, снова открывая ключом дверь.

Когда они расселись в одной из комнат дома, капитан представился:

– Меня зовут Роман Георгиевич. Я представитель одной из силовых структур. Не буду ходить вокруг да около. Скажите, Николай Яковлевич, в последнее время не случилось что-нибудь такого, о чем бы вы хотели рассказать?

Директор, который уже и так заметно нервничал, не мог больше сдерживать свои эмоции. У него стали трястись руки, которые он не знал куда девать. Даже невооруженным глазом было заметно, что взбаламученные словами капитана эмоции взяли над ним верх.

– Нет. У меня все нормально, и мне нечего вам сообщить, – буквально выдавил из себя Ежов.

– А почему вы так разнервничались?

– Это личное, – ушел от прямого ответа директор.

– Волнуетесь за успешный исход операции? – неожиданно спросил Роман.

Еще до отъезда в Горнореченск ему передали папку с личным делом Ежова, где были все сведения о нем и о его жизни, включая отъезд жены и дочери в Швейцарию.

После слов капитана директор напрягся, так что у него подскочило давление. Его лицо стало красным, и он стал часто дышать.

– Может, вам воды? – любезно предложил полковник, вставая с кресла.

– Да. Если можно.

В это время в комнату вошел Федор, который все это время находился во дворе.

– Роман, можно тебя на минутку?

Ротный скосил глаза на Ежова, который с жадностью выпил стакан воды и, откинувшись на спинку кресла, закрыл глаза, продолжая тяжело дышать.

– Ну, что там рассказывает наш уважаемый директор? – усмехнулся Федор.

– Пока ничего, но определенно что-то знает. Видел, как нервничает?

– Видел. Смотри, что я обнаружил, пока гулял по двору. – Федор показал рукой на бурые пятна крови на траве. – Но это еще не все. – Федор взял капитана за локоть. За домом он показал Роману кучу какого-то хлама.

– Что там? – не понимая, спросил ротный.

Федор откинул верхнюю тряпку, и капитан увидел породистого пса с простреленной головой.

– Судя по всему, она была убита день или два назад, – пояснил Федор, – и я думаю, что грохнул ее не директор.

– Думаешь, у него уже были гости?

– Скорее всего, – согласился Федор.

– Ну, тогда надо его «колоть»! – Повернувшись, ротный уверенной походкой двинулся в дом.

Когда он вошел в комнату, директор уже пришел в себя. Посмотрев на капитана, он бросил:

– Если у вас все, то не смею вас задерживать, потому что мне тоже некогда, – и встал с кресла.

– Хватит ломать тут комедию, Николай Яковлевич, если не хотите прямо сейчас оказаться на нарах! – резко сказал капитан, при этом рукой усадив его назад в кресло.

Директор попытался было снова встать и даже возмутиться, но железная хватка Никонова не дала ему сделать ни того ни другого.

– Кто был у вас вчера? – прямо в лицо спросил Роман, продолжая сжимать плечо директора.

– Никого у меня не было, – пытаясь освободиться, ответил Ежов.

Сейчас в его голове была только одна мысль: «Как быть?» Страх за свою семью и собственную жизнь пересиливал страх перед капитаном, тем более что ему было не совсем понятно, кого именно представлял этот молодой человек.

– Поймите, Николай Яковлевич, что мы не уйдем отсюда до тех пор, пока не получим ответы на все свои вопросы. Тем более что у нас есть все основания полагать, что вы вступили в преступный сговор с иностранной разведкой, – пояснил капитан уже более спокойным голосом, отпустив плечо директора.

После такого обвинения директор как-то сразу обмяк, а взгляд его стал потухшим и усталым.

– Вам лучше признаться во всем, пока еще можно все исправить. В противном случае вы не только потеряете работу, но и долгие годы проведете в тюрьме. А в вашем возрасте, Николай Яковлевич, это будет равно пожизненному заключению.

– Я еще ничего не успел сделать, – посмотрев на капитана испуганными глазами, прошептал директор.

– Начните с самого начала, – перебил его Роман, садясь напротив.

Через десять минут он уже знал и о появлении наемников, и о том, что они должны связаться с директором через три дня. А это говорило о том, что у них появился реальный шанс не только предотвратить готовящийся взрыв, но и взять террористов живыми.

Но ротный не знал, что играет по чужим правилам…

* * *

Не знал об этом и Влад, который этим же утром снова отправился наблюдать за станцией, чтобы окончательно выяснить, каким образом можно будет провезти туда взрывчатку. Дело в том, что буквально вчера он видел, как на станцию на «Газели» завозились стройматериалы. «Значит, там идет какая-то стройка», – рассуждал Влад. Именно на этой «Газели» он планировал доставить взрывчатку на станцию. Оставалось только выяснить, откуда привозятся эти стройматериалы и сколько раз в день «Газель» совершает заезд на станцию. Остальное было делом техники. У наемников в доме было все необходимое, начиная от поддельных документов и кончая полным театральным набором, с помощью которого любой наемник мог легко превратиться в кого угодно. Сегодня Влад решил не светиться на лестничной площадке, а поднялся на крышу многоэтажки, откуда и стал наблюдать за станцией. Не прошло и трех часов, как ему удалось узнать, что магазин, откуда возили стройматериалы, находился неподалеку от того дома, с крыши которого он вел наблюдение. Спустившись вниз, он решил посетить этот магазин, чтобы на месте выяснить все детали будущей операции. Когда он проходил мимо уже знакомого ему супермаркета, Владу пришла в голову одна идея. Время близилось к обеду, и он решил, что с пустыми руками ему будет труднее разговаривать с теми, у кого он решил узнать нужную ему информацию. Через десять минут он вышел из магазина с пакетом, в котором лежала литровая бутылка водки и всевозможная закуска.

Проходя мимо дверей магазина, Влад увидел вывеску «ОБЕД». Но помещение самого магазина его мало интересовало. Он направлялся на хоздвор, где, собственно, и находился склад стройматериалов и где работали грузчики, с которыми и собирался поговорить наемник.

– Здорово, пацаны! – подойдя к молодым парням, сидевшим на ящиках, поздоровался Влад. – Отдыхаете?

– Типа да. А что? – спросил один из парней, и Влад сразу понял, что он здесь за главного.

Еще с тех далеких времен, когда он не был наемником, а был обычным советским гражданином, он знал, что в России, где бы то ни было, всегда присутствует иерархия. И по большей части негласная. Начиная со школы он ощутил ее на себе. Потом была армия, где присутствовала та же иерархия в виде дедовщины. Да и в обычной жизни ее тоже хватало. Начиная от грузчиков и кончая дворниками. Каждый старался чем-то превосходить других таких же, как и он сам. Кто силой, кто умом, а кто и тем и другим сразу. Прошло много лет, но все осталось по-прежнему. Стоило только Владу начать разговор, как все сидящие на ящиках парни обратили свой взор на того, который ответил на вопрос наемника.

– А что так скучно отдыхаете? – весело спросил Влад, как будто был знаком с ними уже долгое время. – Вот, держите. – Он поставил на импровизированный стол полный пакет.

«Главный» слегка приоткрыл пакет и, увидев там водку и обилие продуктов, спросил:

– А что надо-то? Цемент подешевле?

– И цемент тоже, – согласился Влад. – Да вы угощайтесь, потом поговорим. Я никуда не тороплюсь.

Взяв валявшийся рядом ящик, Влад присел рядом с грузчиками. Выпив пару рюмок, «главный» снова обратился к Владу:

– Так что ты хотел, мужик?

– Поговорить надо, – кивнув в сторону, ответил наемник.

– Ну, пойдем, поговорим. – Парень встал из-за «стола». – Смотрите, все не выпейте, я сейчас вернусь!

– Да ты что, Макс! Мы же тебя уважаем! – послышались пьяные голоса.

Отойдя в сторону, Влад по-дружески обнял парня за плечо и, понизив голос, спросил:

– Мне нужна машина, кое-что отвезти надо. Сможешь устроить?

– Могу. Только вот бутылкой водки не отделаешься, – сразу предупредил Макс.

– С этим проблем не будет, – успокоил его наемник, достав портмоне. – Мне на завтра нужна «Газель», на целый день. – Он посмотрел на реакцию парня.

– На целый день не получится, – отрезал Макс. – Наша машина сейчас возит стройматериалы на станцию, – объяснил он, и Влад понял, что не ошибся. – ГАЭС заказала стройматериалы с доставкой.

– И долго еще будет возить? – как бы между делом поинтересовался Влад.

– Не знаю, но в ближайшие два дня точно не получится.

В это время во двор въехала машина, и из нее выскочили двое мужчин не старше сорока лет.

– Хватит отдыхать! – крикнул один из них. – Давайте грузите! Потом закончите!

– Ладно, мне некогда. Если надумаешь – приходи, – сказал на прощание Макс.

Уже уходя, Влад незаметно сфотографировал мужчин из «Газели» в разных ракурсах. «Лучше варианта и не придумаешь, – рассуждал он, отдаляясь от магазина. – На этой «Газели» можно не только завезти взрывчатку, но и самим попасть на станцию».

Теперь можно было спокойно ехать на «базу». Но на сегодня у Влада было намечено еще одно дело, поэтому возвращаться он не спешил…

* * *

Как только машина увезла ротного, Иващука и других бойцов, обдав Костяна облаком пыли, он внимательно осмотрелся вокруг. Место, которое они выбрали для разведки за станцией, было идеальным. Рядом текла небольшая речушка, на противоположном берегу которой возвышались горы (если их можно было так назвать). Здесь же росли разного вида деревья, а за ними небольшая поляна. Судя по изобилию разбросанных пластиковых стаканчиков и пустых бутылок, она не раз служила местом паломничества местной молодежи. Костян и сам сейчас очень походил на какого-нибудь туриста. Потертые джинсы, футболка и повернутая козырьком назад бейсболка никак не указывали на то, что перед вами хорошо обученный спецназовец, да еще и маститый снайпер. Маленький рюкзачок за плечами ни у кого не оставил бы сомнений, что Костян настоящий турист, решивший отдохнуть на природе. На самом же деле в этом рюкзаке лежали весьма специфические вещи, начиная с двадцатикратного бинокля и кончая тонкой прочной веревкой, которая могла бы выдержать груженый «КамАЗ».

Выбрав самое высокое дерево, Костян с легкостью пантеры взобрался на самую верхушку. Найдя там разветвленный ствол толстой ветки, он устроил себе своеобразную лежанку, на которой мог спокойно наблюдать за тем, что творится на станции. Достав бинокль, снайпер начал наблюдение. Даже невооруженным глазом было видно, что охрана такого стратегического объекта, как атомная станция, ведется далеко не надлежащим образом. Мало того, что стоящие по периметру вышки были пусты, так еще Костян увидел, как въезжающие на территорию машины практически не досматриваются молоденькими солдатами, которые передвигались, как сонные мухи под палящим июльским солнцем. По прошествии трех часов наблюдения Костян решил перекусить и уже даже достал пластиковый контейнер с лежащими там еще теплыми сосисками, как вдруг услышал звук приближающейся машины. Схватив бинокль, он направил его в ту сторону, откуда могла ехать машина, так как дорога к поляне была одна. Сквозь густую крону ближайших деревьев Костян увидел, как прямо на поляну на большой скорости несется черный джип. Снайпер решил проследить за ним. Через минуту джип остановился прямо под тем деревом, на котором спецназовец устроил себе лежанку. Так как Костян находился на самой верхушке, заметить его было не так уж просто или даже практически невозможно. На всякий случай Костян сложил все в рюкзачок. Из подъехавшего джипа вышли двое бритоголовых мужчин в спортивной форме. По их накачанным мышцам спецназовец сразу предположил, что эти ребята не принадлежат к «наркошам», которыми кишел весь этот маленький город. «Молодцы ребята! Хоть кто-то должен в этом городе оставаться нормальным!» – успел подумать Костян, но тут же изменил свое мнение, когда увидел, как в следующую минуту они стали вытаскивать за волосы молодую девушку лет двадцати.

– Вылазь, сучка, приехали! – выругался один из качков, бесцеремонно бросая связанную девушку на траву.

Руки и ноги девушки были перемотаны скотчем и им же заклеен рот, так что до снайпера доносились лишь обрывки непонятного мычания. «Так. Это не мое дело, – стал убеждать себя Костян. – Я здесь совсем по другому делу, а не для того, чтобы помогать незнакомой мне девушке», – отвернувшись, подумал Костян, как тут же до его слуха донеслись глухие удары по телу. Посмотрев снова вниз, он увидел, как два бугая как бы играючи пинают молодую девушку. «Твое задание следить за станцией», – продолжал убеждать себя спецназовец. Но тут он увидел, как один из качков присел рядом с девушкой и, закурив сигарету, стал прижигать ею открытые места молодой бархатной кожи. Костяну приходилось видеть и не такое, но это было там, на войне, а здесь, в мирном городке, где не рвутся снаряды и не свистят пули, это зрелище вызвало у него совершенно другие реакции. Чтобы не терять времени, спецназовец привязал веревку к ветке, на которой сидел, и в одно мгновение очутился как раз за спинами качков, которые продолжали издеваться над девушкой.

Спуститься неслышно не получилось. После того как ноги спецназовца коснулись земли, раздался еле слышный хруст прошлогодней сухой ветки, которая спряталась под зеленой травой. Оба качка одновременно повернулись на звук и удивленно посмотрели на неизвестно откуда взявшегося паренька с рюкзачком. Момент внезапности был упущен, и Костян решил действовать по обстановке.

– Ты откуда здесь взялся?! – поднимаясь во весь рост, спросил один из качков, одетый в светлую майку, на которой во всю грудь была ярко-красная надпись «NAYK».

Второй тоже последовал за своим корешем, на ходу доставая из кармана увесистый кастет.

Костян оценивал обстановку, не выпуская из вида громил, которые уверенно надвигались на него с явно не благими намерениями. Девушка, видя, что ситуация изменилась в ее пользу, попыталась отползти подальше от места ее истязания. Отталкиваясь ногами и помогая себе локтями, она преодолевала метр за метром, отползая к ближайшему дереву. Костян нисколько не удивился такой проворности, так как не раз видел, как люди в момент серьезной опасности проделывали и не такие фокусы.

– Ты что, язык проглотил? – ухмыляясь, спросил тот, который был с кастетом.

Он явно чувствовал свое превосходство, учитывая распиравшие его тело мышцы. К слову сказать, Костян тоже был не из щупленьких, хотя основное время проводил на тренировках по стрельбе. Как и любой спецназовец, он также владел несколькими видами рукопашного боя и не раз участвовал в спаррингах с бойцами подобного телосложения. «Мышцы в этом деле не главное», – любил повторять инструктор по боевым искусствам, обучая бойцов пользоваться силой, направленной против них.

Расстояние между качками и спецназовцем сокращалось на глазах, но Костян по-прежнему оставался стоять на месте. В своей голове он уже рассчитал все возможное развитие боя и поэтому только ждал, когда можно будет его начать.

– Зря ты здесь нарисовался, парень, – сказал качок в майке «NAYK» и попытался схватить спецназовца, но его рука смогла схватить только воздух. Костян поднырнул под протянутую руку и оказался у него за спиной.

– Да что ты с ним базаришь?! – возмутился второй и, размахнувшись, попытался нанести кастетом удар в голову снайперу.

Но Костян уже предвидел этот удар и поэтому отклонился в сторону, используя технику маятника. Он услышал свистящий звук возле своего лица и представил на секунду, чтобы было бы, если бы удар достиг своей цели. Качок никак не ожидал, что может промахнуться на таком коротком расстоянии, и поэтому вложил в свой удар всю силу. Промахнувшись, он по инерции последовал за своей рукой и, наверное, упал бы на землю, но тут его остановил резкий удар в пах, от которого у бугая глаза буквально вылезли из орбит. На какое-то время один из нападавших был обезврежен, и это уже давало Костяну некое преимущество. Второй оказался намного проворнее своего собрата. Увидев, как спецназовец с легкостью разобрался с его другом, он отступил назад и принял боевую стойку. По тому, как он это сделал, Костян понял, что перед ним серьезный противник, а не тот дилетант, который сейчас валялся на траве, поджав под себя ноги.

– Я смотрю, ты прям Чак Норрис какой-то, – пытаясь отвлечь внимание спецназовца, сказал нападающий качок и в то же мгновение сделал ногами «вертушку».

Костян даже не попытался поставить блок, так как их весовые категории были настолько разные, что можно было запросто на какое-то время остаться «без руки». Он просто сделал шаг назад, ловя подходящий момент. Не успел «NAYK» приземлиться на землю после своей «вертушки», как тут же снова пошел в наступление, делая резкие движения руками. Их поединок был похож на поединок двух боксеров, где один пытается загнать противника в угол ринга, а второй все время пытается уйти от удара, чтобы не оказаться в нокауте. После серии ударов по воздуху качок решил сменить тактику и, расставив руки в стороны, стал пытаться поймать Костяна. Отступая назад, спецназовец почувствовал, как его ноги нащупали какой-то пригорок.

«А вот теперь пора!» – подумал Костян и, присев на корточки, резко выпрыгнул вверх, выбрасывая вперед ногу. В ту секунду, когда качок сделал свое очередное хватательное движение, пятка спецназовца «поцеловала» его прямо между глаз, от чего голова откинулась назад с такой силой, что Костян на мгновение испугался, что сломал ему шею. «Трупы нам сейчас не нужны!» – подумал Костян, видя, как качок падает на спину, закатывая глаза. Сделав кувырок через голову, спецназовец вскочил на ноги, принял боевую стойку, повернувшись к поверженному противнику, но понял, что это уже ни к чему. Качок без движения лежал на траве с распростертыми руками. Подойдя к нему, снайпер положил палец на его сонную артерию. «Жить будет», – успокоился спецназовец и, поднявшись, поискал глазами девушку. Ее нигде не было. «Куда же она подевалась? Не могла же она со связанными руками и ногами сбежать?» – думал Костян, вертя головой в поисках девушки, ради которой произошло это столкновение с качками. Наконец он увидел торчащую из-за дерева ступню в босоножке и облегченно вздохнул. Обойдя дерево, Костян увидел перепуганное насмерть лицо девушки и, присев рядом, резким движением отлепил скотч с ее рта.

– Все кончилось, успокойся. Они тебя больше не тронут.

– Не подходите ко мне! – выпучив глаза, заорала девушка, и Костян понял, что она в состоянии шока.

Не задумываясь, он влепил ей приличную пощечину, от которой на щеке девушки сразу же проступил красный отпечаток. Костян знал, что такой способ самый эффективный, и не раз им пользовался. Испуг в глазах девушки сменился сначала удивлением, а потом ее как будто прорвало. Она стала рыдать навзрыд, а Костян, достав нож, резким движением разрезал скотч на ее руках и ногах. В это же время его взгляд уловил какое-то движение. Повернув голову, он увидел, что качок с кастетом немного пришел в себя и попытался встать. В два прыжка Костян оказался возле него и точным ударом в голову снова отправил его в забытье. Теперь время терять было нельзя, и он, подойдя к девушке, помог ей подняться.

– Надо уходить отсюда, – как можно спокойней сказал Костян.

Девушка по-прежнему продолжала плакать, но теперь она хотя бы стала понимать, что происходит, и послушно последовала за своим спасителем. Из открытых дверей джипа доносилась музыка с блатными напевами. Посадив девушку на переднее сиденье, Костян выключил магнитолу и, открыв бардачок, пошарил там рукой. Он не ошибся. Его рука натолкнулась на узкое горлышко плоской бутылки. Вытащив початую бутылку коньяку, Костян протянул ее девушке.

– На, выпей. Легче станет, – больше приказал, чем попросил он.

Девушка взяла бутылку и, сделав несколько глотков, отдала ее назад.

– А теперь валим отсюда. – Костян увидел, как качки стали приходить в себя.

Отъехав на приличное расстояние от злополучной поляны, Костян, повернувшись к девушке, спросил:

– За что они тебя так?

Коньяк подействовал на молодой организм девушки как самое лучшее расслабляющее средство, и она уже успела немного успокоиться. Посмотрев на спецназовца заплаканными глазами, девушка стала рассказывать:

– Я работаю в школе преподавателем русского языка и литературы. После института я сама попросилась в этот город, так как у меня здесь живет бабушка. С первых дней своей работы я стала замечать посторонних людей возле школы, а потом узнала, что они торгуют наркотиками.

– А как вы догадались, что они торгуют именно наркотиками? – удивился Костян.

– Я следила за ними из своего кабинета и делала фотографии.

– Вам надо было в детективы идти, а не учительницей работать, – решил пошутить Костян, но тут же извинился, видя, что девушке сейчас не до шуток. – Продолжайте.

– Когда у меня были на руках все доказательства, я пошла с ними в местное РОВД. Прошло некоторое время, но ничего не изменилось. Тогда я написала заявление в прокуратуру.

– И что сказали в прокуратуре? – спросил Костян, уже заранее предполагая, какой будет ответ.

– Сказали, что разберутся; но как торговали наркотиками возле школы, так и продолжали торговать.

– А потом что вы сделали?

– Я написала письмо в областную прокуратору.

– А они что?

– Пока не знаю. Я только вчера отправила письмо, – развела руками девушка.

– Понятно. Значит, таким образом они и отреагировали на ваш сигнал.

– Каким?! – испуганно переспросила девушка.

– Решили вас запугать, – соврал Костян, отлично понимая, что девушку привезли на поляну убивать.

Впереди показался пост ГАИ, и Костян остановил джип.

– Перелазьте на заднее сиденье.

Девушка без лишних вопросов подчинилась.

– Если я остановлю машину, ляжете на пол, чтобы вас не было видно, – предупредил Костян и, ударив по газам, направился вперед.

Стоявший на обочине гаишник поднял жезл, и Костян чертыхнулся про себя: «Не пронесло!» Но, к его удивлению, стоило ему только остановиться, как постовой стал крутить своей палкой, изображая вентилятор. «Наверное, номера увидел знакомые», – решил Костян и снова надавил на газ.

Оказавшись в городе, он свернул в какой-то переулок и остановил джип, загнав его за мусорные баки.

– Все, приехали, – повернувшись к девушке, сказал Костян, выключая зажигание. Достав телефон, он набрал номер ротного.

– Алло, командир! У меня тут случились форс-мажорные обстоятельства, поэтому если ты подъедешь и заберешь меня, я буду тебе очень благодарен, – подмигнув девушке, объяснил боец.

– Ты где? – без всяких лишних расспросов поинтересовался ротный.

– Седьмой тупиковый проезд, – медленно прочитал Костян название улицы на ближайшем доме.

– Жди, сейчас буду, – коротко ответил капитан и отключился.

– Сейчас за нами приедут друзья, и мы отвезем вас домой. Но если честно, я бы вам посоветовал сегодня же взять билет и уезжать из этого города, – уже серьезно сказал Костян.

Девушка внимательно посмотрела на сидевшего за рулем парня и спросила:

– А вы кто вообще? Агент спецслужб, который выполняет здесь какое-нибудь секретное задание?

– Да вы просто фильмов насмотрелись, – усмехнулся Костян. – Я обычный парень, которому не нравится, когда обижают таких красивых девушек. Меня, кстати, Костей зовут.

– А меня Алена, – опустив глаза, представилась девушка.

– Красивое имя, – задумчиво произнес спецназовец, пожалев, что их знакомство не произошло при других обстоятельствах.

Спустя час к ним подъехал микроавтобус, в котором сидели Иващук и капитан Никонов. И только после того как они высадили Алену возле ее дома, ротный спросил у своего бойца:

– Рассказывай, что там у тебя произошло.

После того как Костян поведал всю свою историю с освобождением девушки Алены, капитан высказал свое мнение:

– То, что девушке помог, – молодец, а вот то, что лишний раз нарисовался не там, где надо, – это уже плохо.

– Ну что же, мне надо было смотреть, как они ее там на куски начнут резать? – возмутился Костян.

– Ладно. Случилось – и случилось. Разберемся, – махнул рукой капитан, давая понять, что согласен с поступком своего бойца и сам поступил бы точно так же, окажись он в подобной ситуации.

* * *

Когда «немка» отъехала от дома директора, полковник обратился к капитану:

– Скажи, Роман Георгиевич, ты веришь в то, что Ежов действительно решил нам помочь, а не ведет двойную игру?

– Не могу ручаться на все сто, но думаю, что у него просто нет выхода. Одно дело, когда он решил, что его предательство может остаться в секрете, и другое, когда о нем уже знаем мы. Да я уверен, что он понимает: наемники не оставят его в живых после выполненной операции. Так что ему деваться некуда.

– Может быть, может быть…

– Что дальше, командир? – спросил Федор.

– А дальше продолжаем подготовку к операции. Мы до сих пор не знаем, где находится взрывчатка, а соответственно, не знаем, на станции она или ее еще должны туда доставить в ближайшие дни. В первую очередь надо проверить тех, кого вчера вычислили местные «наркоделы». Потом посмотрим, что скажет Ганс, он должен сегодня вместе с Синицыной вычислить все возможные места закладки взрывчатки. Ну и кроме всего прочего, узнаем, что нам расскажут Мустафа и Пашка, – объяснил ротный.

– Понятно… – протянул Федор.

– Так куда сейчас? – поинтересовался полковник Иващук.

– На предполагаемую базу террористов. Понаблюдаем со стороны. Благо, что машина у нас неприметная.

Остановившись на небольшом пригорке среди деревьев, полковник кивнул на ближайший дом:

– Это здесь.

Дом, на который показал Иващук, был обнесен высоким забором, и с близкого расстояния увидеть что-либо не представлялось возможным. С одной стороны был крутой склон, который без специального снаряжения было не преодолеть. С двух других была открытая местность, так что подойти к дому незамеченным можно было только со стороны калитки, но и там наверняка стояли камеры.

– Если это действительно база наемников, то место выбрали они, скажу я вам, превосходное, – рассматривая дом в бинокль, сообщил капитан.

– Остается только под покровом ночи, – предположил Федор.

– Другого выхода нет, – согласился с ним Роман, убирая бинокль. – Вернемся сюда, как стемнеет, – он посмотрел на часы, – тем более что осталось не так много времени.

В это время к дому подъехал новенький «Мерседес». Железные ворота отъехали в сторону, и он скрылся в глубине двора. Капитан снова взял в руки бинокль. Из машины вышли двое мужчин, и Роман шестым чувством определил – американец; их он не раз встречал в горячих точках. Другой же, наоборот, был азиатской внешности, с очень злым лицом. Даже на расстоянии Роман почувствовал, как тот буквально источает злость. Через минуту мужчины скрылись в доме.

– Действительно, не похожи на коммерсантов, – посмотрев на полковника, сказал ротный, – и явно иностранцы. Не могу, конечно, утверждать, что это те самые террористы, но проверить в любом случае надо. А вдруг они? Так что как стемнеет, Федор, мы вернемся сюда. Думаю, вдвоем управимся.

– Конечно. Лишний шум ни к чему, – согласился Сидоренко.

* * *

Когда часы показывали шесть часов вечера, Влад прохаживался возле супермаркета с букетом цветов. У него в кармане лежали два билета на сегодняшнюю премьеру в местный театр. Старенький «ЛАЗ» подъехал к остановке как раз в тот момент, когда Влад оказался спиной к нему. Услышав звук мотора, он повернулся и стал наблюдать. Люди с уставшим видом выходили из автобуса и, прощаясь друг с другом, разбредались в разные стороны. Светлана, которую дожидался Влад, вышла из автобуса самой последней. Остановившись возле супермаркета, она секунду подумала и потом направилась как раз навстречу наемнику.

– Здравствуйте, Светлана! А это вам! – Влад протянул красивый букет.

– Вы что, меня теперь все время будете караулить после смены? – Девушка хитро посмотрела на наемника.

– Не знаю. Может быть, – пожал плечами Влад.

– А цветы по какому поводу?

– Чтобы дарить цветы красивой женщине, никаких поводов не надо.

– Спасибо за комплимент. – Светлана с улыбкой посмотрела на Влада.

– Не хочу показаться навязчивым, но разрешите, Светлана, пригласить вас в театр, – предложил наемник, следя за реакцией девушки, почти уверенный в том, что она согласится.

– В театр? – Светлана задумалась.

– Вас что-то смущает или вы не любите театр? – засомневался Влад.

– Нет, театр я люблю, просто я не готова сейчас, после работы, пойти на премьеру в таком виде. Давайте лучше в кино? – неожиданно предложила девушка.

По сути, наемнику было без разницы, куда идти с этой девушкой, и поэтому он с легкостью согласился.

– С вами хоть на край света. – Он улыбнулся своей сногсшибательной улыбкой.

– Ну, тогда вперед! – скомандовала Светлана, беря его под руку.

После просмотра кинофильма они еще зашли в маленькое кафе, где выпили по стаканчику коньяку, весело обсуждая просмотренную только что комедию. Отказавшись от всякого транспорта, парочка решила пойти пешком. По дороге Влад не переставал смотреть на идущую рядом девушку, слушая ее рассказы. Ему уже давно не было так хорошо, как сейчас. Показавшаяся глупенькой простушкой при первой встрече Светлана на самом деле оказалась образованным и всесторонне развитым человеком, умеющим поддержать любой разговор. Кроме того, Влада тянуло к этой красавице с невероятной силой, сопротивляться которой у него не хватало сил. При мысли о том, что им в конце концов придется расстаться, ему становилось грустно. Он вспомнил про то, как жил раньше, пока не стал наемником. «А может быть, бросить все к чертовой матери и уехать вместе со Светланой куда-нибудь на край света? Завести семью и жить нормальной жизнью?! – промелькнуло у него в голове. – Паспорт у меня самый настоящий. Деньги есть. Что еще надо?»

Рассуждения Влада прервал голос Светланы:

– Вот мы и пришли. – И она показала на пятиэтажку, возле которой они остановились.

Влад, не в состоянии уже сдерживать свою страсть, притянул к себе девушку, и они слились в поцелуе. Парень почувствовал, что она тоже не хотела расставаться с ним. Ее губы и руки говорили об этом как нельзя лучше.

– Может, ты поднимешься ко мне? – тихо спросила Светлана, опустив глаза.

Ничего не говоря, Влад обнял ее за талию и подтолкнул к подъезду.

Не успели они подняться в квартиру, как страсть буквально с головой захлестнула обоих. Сбрасывая на ходу одежду, они оказались в спальне. Светлана просто задыхалась в объятиях этого сильного и красивого мужчины. В какой-то момент в ее голове промелькнуло: «А может, он действительно террорист, который хочет получить от меня нужную информацию? Ну и пусть! Даже если это и так, я все равно об этом узнаю. А сейчас…» – Она снова провалилась в пучину наслаждения, теряя голову…

После того как Светлана услышала мирное сопение Влада, она потихонечку приподняла одеяло и соскользнула с кровати. Пройдя на цыпочках в коридор, она подхватила брошенную наемником рубашку и, накинув ее на себя, сделала шаг к валявшимся рядом брюкам. Похлопав по карманам, она вытащила паспорт. Прижав его к груди, она прошла в комнату, где стоял ее ноутбук. Прикрыв за собой дверь, она стала «забивать» все данные, переворачивая тонкие листы паспорта. Набрав адрес полковника Котова, она нажала на клавишу «отправить». Закрыв крышку ноутбука, Светлана встала из-за стола и, повернувшись, увидела стоящего в дверях Влада.

– А вот брать чужие вещи нехорошо. Разве родители тебя этому не учили? – сказал Влад, и Светлана увидела, как в его глазах промелькнул холодок, от которого у нее по спине побежали мурашки…

* * *

Но ни Влад, ни Светлана не знали, что за их домом в данный момент наблюдали две пары глаз, пристально следя за тем, кто выходит из подъезда. Еще возвращаясь из кафе пешком, они видели, как мимо них медленно проехала патрульная машина. Но они были так увлечены друг другом, что не придали этому никакого значения. Наемник Влад, у которого внимание было тренировано настолько, что он не пропускал ни единой мелочи, тоже, будучи очарованным Светланой, не заметил, что этот же самый патруль ехал за ними до самого дома Светланы. А когда они остановились возле подъезда, патрульная машина встала невдалеке, выключив фары.

– Слушай, Стас, зачем мы тащимся за этой парочкой? – недовольно спросил молоденький милиционер у сидящего рядом лейтенанта.

– Тебе что, деньги не нужны? – рявкнул на него Стас.

– Да какие там деньги? Наверняка у него с документами все в порядке, а иначе не стал бы он прохаживаться ночью по городу, – обиженно ответил сидящий за рулем безусый милиционер.

– На хрен мне его документы?! Меня его доллары интересуют!

– И как, интересно, ты собираешься это сделать?

– Есть одна мыслишка, – задумчиво ответил лейтенант.

В это время в свете фонаря появились двое парней.

– На ловца и зверь бежит, – обрадованно сказал лейтенант и взялся за ручку двери.

Когда парни поравнялись с патрульной машиной, лейтенант выскочил из машины и преградил им путь.

– Далеко собрался, Сиплый?!

Парни явно не ожидали такого поворота событий и от неожиданности остановились как вкопанные.

– Что, язык проглотил? – сразу стал наезжать лейтенант. – Я спрашиваю, куда собрались? Обкуриться и забыться? – Он вплотную подошел к стоявшим парням.

– Домой идем, начальник, – пришел в себя один из них, которого звали Сиплый.

– А в карманах что? – Лейтенант схватил его за задний карман брюк. – В-о! Да у нас тут наркотики! – Лейтенант сунул ему под нос ладонь, в которой лежал пакетик с белым порошком.

– Это не мое! – хотел было возмутиться Сиплый, но лейтенант оборвал его:

– Не твое, говоришь? Сейчас поедешь вместе с нами на экспертизу, где у тебя в крови найдут остаточное действие наркотика, и тогда отпираться будет бесполезно. Так что не бузи, Сиплый! – Лейтенант взял его за воротник и, слегка дернув на себя, сказал: – Садись в машину! И ты тоже! – Он повернулся ко второму парню, который молча наблюдал за происходящим.

Посадив парней на заднее сиденье, лейтенант закрыл за ними дверь и, осмотревшись по сторонам, сам сел на переднее.

– Значит, так, Сиплый, – начал сразу Стас, – либо мы сейчас договариваемся, либо едем на экспертизу. Выбирай.

– Что надо? – спросил Сиплый, уже начиная понимать, что ему не отвертеться.

Мелкий распространитель наркотиков по кличке Сиплый не раз уже сталкивался с этим отмороженным лейтенантом и прекрасно знал, что если тот вцепится, то уже не отпустит, пока не получит то, что ему нужно. Причем используя любые методы.

– Вот это уже другой разговор. От вас требуется попугать одного заезжего фраера и скинуть ему нож, – стал объяснять Стас.

– У нас нет никакого ножа! – перебил его Сиплый.

– Слушай и не перебивай, – одернул его лейтенант, – нож есть у нас. – Он достал из бардачка кнопочный нож и щелкнул им перед лицом Сиплого.

– Да это настоящая подстава, начальник! Я на такое не пойду! Ты же меня с этим ножом и арестуешь, – замахал руками Сиплый, отстраняясь от лейтенанта.

– Мне нужен тот, кого вы должны будете попугать. Даю тебе слово, что как только мы возьмем его, вы отправитесь домой. И это тоже возьмете себе, – мент бросил пакетик с белым порошком на колени наркоману.

Пару минут Сиплый молчал, обдумывая предложение лейтенанта.

– А потом у нас не будет проблем из-за этого фраера? – спросил он наконец, понимая, что другого выхода у него нет.

– Я же тебе говорю, он заезжий, – успокоил его лейтенант.

Сиплый глубоко вздохнул и, посмотрев на своего товарища, сказал:

– Ну, хорошо, начальник. Но смотри, если это подстава – я пойду к Соломону.

Лейтенант пристально посмотрел на Сиплого, потом перевел взгляд на его друга, сидящего рядом, и, наконец, хлопнув его по плечу, ответил:

– Не боись! Не подставлю. Обещаю!

В течение часа они вчетвером сидели в машине, наблюдая за подъездом, куда вошел Влад. И вот в вечерней тишине раздался громкий звук домофона – и на пороге показался мужчина. Было видно, что он нервничал. Выйдя из подъезда, «объект» сразу закурил и, посмотрев по сторонам, пошел в темный проход между домами.

– Вот этот фраер. – Лейтенант показал на Влада через стекло. – Сейчас он зайдет в проезд между домами, а вы его там встретите. Как только мы подъедем и осветим вас фарами, бросишь нож ему под ноги. Понял?!

– Понял, – недовольно ответил Сиплый и, открыв дверцу, вышел из машины.

Влад действительно был немного нервным из-за того, что не мог понять, что же произошло в квартире Светланы, когда он на несколько минут задремал. Конечно, если она сказала правду, что хотела всего лишь проверить, женатый он или нет, то ничего страшного. Но вот если он просчитался и не смог вычислить, кем же на самом деле являлась эта девушка…

Рассуждая над ситуацией, Влад шел на остановку, с которой его должен был забрать Джон. Войдя в проезд между домами, Влад споткнулся об какой-то камень и, выругавшись, стал светить себе под ноги зажигалкой. Слабый отблеск одинокого фонаря освещал выход из проезда, и Влад, сделав несколько шагов, убрал зажигалку, привыкая к свету. Неожиданно перед ним выросли два парня, один из которых держал перед собой нож.

– Притормози, дядя! – Он протянул вперед нож, махая им перед лицом наемника. – Бабки есть?!

Влад не сразу понял, что они от него хотят, так как еще пребывал в своих размышлениях, но, увидев перед своим лицом лезвие ножа, среагировал моментально. Инстинкт самосохранения сработал быстрее, чем наемник успел решить, как быть дальше.

Резким движением Влад схватил одной рукой парня за запястье, а второй за локоть, одновременно сгибая руку с ножом в обратную от себя сторону. Нож бесшумно вошел в горло Сиплому по самую рукоятку. Не останавливаясь, наемник выдернул нож, при этом проведя им по всему горлу Сиплого, и с разворота ударил им в грудь второго парня, прямо в сердце. Сделав шаг в сторону, Влад смотрел, как нападавшие одновременно упали, сначала на колени, а потом беззвучно повалились на землю, так и не поняв, что же с ними произошло.

– …Я думаю, пора, – потирая руки в предвкушении очередной взятки, сказал Стас, поворачиваясь к напарнику. – Поехали! – скомандовал он.

Когда они въехали в проезд между домами, где Сиплый должен был подкинуть нож Владу, то увидели страшную картину. «Заезжий фраер», как его окрестил лейтенант, стоял с ножом в руке, а под ногами у него валялись мертвые наркоманы. Причем тело Сиплого еще дергалось в конвульсиях, а из разрезанного горла фонтаном била кровь.

Милиционеры застыли на месте, смотря на эту страшную картину через стекло машины. Первым пришел в себя Стас. Выхватив пистолет, он вышел из машины и направился к Владу.

– Ты что наделал, урод?! – показывая пистолетом на валявшиеся трупы, спросил лейтенант.

Влад понял, что теперь уже нет смысла останавливаться, иначе будет поздно. Когда Стас направил на него пистолет, наемник перевел взгляд на второго милиционера. Тот тоже вышел из машины и широко открытыми глазами смотрел на убитых парней. Раньше ему не приходилось видеть подобные картины, и поэтому он сейчас находился в состоянии шока, позабыв о безопасности.

– Брось нож, лицом к стене! – окончательно придя в себя, скомандовал лейтенант.

Влад выполнил его просьбу, но только первую половину.

Упав на колено, он увел свое тело с линии огня и в ту же минуту выбросил вперед руку, в которой опять находился нож. В следующее мгновение Влад оттолкнулся от земли и полетел на милиционера, выставив вперед руки. Нож попал Стасу в пах, и мент стал складываться пополам. В мгновение ока Влад оказался около него и, схватив его руку с пистолетом, направил ее на второго патрульного. Прозвучал выстрел, и молоденький милиционер, раскинув руки, упал возле машины. В его лбу зияла небольшая дырочка от пули. Вывернув руку Стаса, наемник подставил пистолет ему под подбородок и нажал на курок. Капли крови упали на лицо Влада, и он с силой оттолкнул от себя лейтенанта. Держа палец на спусковом крючке, Влад по очереди направил ствол на каждого из лежащих парней. Но на этом поле боя живых уже не было. Далекий вой сирены заставил наемника броситься к патрульной машине. Зажигание было включено, и ему оставалось только нажать на газ. Достав телефон, Влад набрал номер Джона. Приложив трубку к уху, он резко стал сдавать назад…

* * *

В это же самое время полковник высадил Романа и Федора недалеко от дома, где предположительно должны были находиться террористы.

– Я останусь здесь и буду наблюдать за входом. Если кто-нибудь подъедет, я сообщу вам об этом, – сказал Иващук, перед тем как спецназовцы покинули машину.

– Идет. – Капитан поправил пристегнутый к голени нож.

Закрыв за собой дверь, они бесшумно скрылись в темноте. Оказавшись возле высокого забора, капитан жестом показал Федору, что на заборе может быть сигнализация. Тронув ротного за плечо, Федор показал пальцем на стоявшее неподалеку дерево. Подняв кверху большой палец, капитан кивнул на дерево. Коттеджный поселок еще не был застроен полностью, и поэтому слабое уличное освещение давало спецназовцам возможность остаться незамеченными. Взобравшись на дерево, спецы осмотрелись. Во дворе, куда они собирались попасть, кроме дома были еще какие-то хозпостройки. Но, несмотря на это, большая часть пространства оставалась открытой. В любую минуту из дома мог выйти кто-то из террористов и заметить непрошеных гостей. Поэтому, прежде чем проникнуть в глубь двора, Роман и Федор внимательно изучили все возможные места укрытия. После этого капитан сделал несколько движений рукой в направлении дома, и Федор, кивнув, стал ползти по ветке, которая ближе всего находилась к забору. Оказавшись почти на самом краю ветки, Сидоренко почувствовал, как та стала прогибаться под его весом. До забора еще оставалось больше метра. Осторожно приподнявшись, он ухватился за верхнюю ветку, выравнивая равновесие. Последний раз примерившись к высокой стенке забора, взводный сделал два резких движения ногами и, оттолкнувшись от нижней ветки, буквально взмыл вверх. Федор все рассчитал верно. Нижняя ветка сработала как хорошая пружина, придавая полету человека приличное ускорение. Капитан видел, как его друг перелетел забор и, сгруппировавшись перед самым падением на землю, бесшумно опустился на ноги. Не задерживаясь на месте, он в два прыжка очутился возле стенки стоящей неподалеку хозпостройки. Капитан проследовал во двор тем же путем.

– Что дальше, командир? – спросил Федор еле слышно.

– Посмотри в сараях, а я проверю, что в доме.

Через секунду они разошлись в разные стороны.

Пробираясь короткими перебежками по светлым участкам двора, ротный оказался под самыми окнами дома. Ничто не нарушало вечернюю тишину. Встав во весь рост, Роман попытался заглянуть в окно, но это было не так просто. Современная постройка дома не давала возможности полюбопытствовать, что творится внутри. Но это не остановило капитана. Современное снаряжение спецназовца давало возможность бойцу находить выход в самых сложных ситуациях. Надев перчатки-липучки, ротный взялся за кирпичную стенку. Как человек-паук, он с легкостью передвигался по совершенно гладкой стене. Оказавшись на уровне окна, Роман осторожно заглянул внутрь. В огромной комнате, за круглым столом, сидели двое мужчин и о чем-то разговаривали. Перед одним из них на столе лежал девятимиллиметровый пистолет-пулемет «Скорпион» чешского производства, последнее время часто используемый террористами всех стран. Сам разговор расслышать было невозможно из-за современных пластиковых окон, но по жестикуляции капитан понял, что мужчины о чем-то спорили друг с другом. Осторожно спустившись на землю, он решил посмотреть, что там, у Федора, как в его ухе прозвучал голос полковника Иващука:

– Капитан, у нас гости.

– Понял, – ответил капитан. – Федор, ты слышал?

– Да, командир, я все понял.

В это время послышался звук отъезжающих ворот, и капитан моментально бросился за густой куст сирени, росший недалеко от дома. Упав на землю, он буквально слился с нею. Когда ворота полностью остановились, во двор въехала «Ауди». Ротный успел заметить, что в ней сидели двое мужчин. Машина остановилась возле дома. Никонов, не отрываясь, следил за происходящим. Первым дверцу открыл тот, кто сидел за рулем. Выйдя из машины, он не спешил заходить в дом, а достав сигарету, стал прикуривать, чиркая зажигалкой. Второй же вылез почти вслед за ним и, подойдя ко второй дверце, открыл ее настежь, при этом скомандовав: «Вперед!» То, что случилось в следующую секунду, могло ввести в растерянность любого, кто был бы на месте капитана. Из машины выскочила собака бойцовой породы и бросилась к кустам, за которыми прятался ротный. Но спецназовец на то и спецназовец, чтобы уметь рассчитать все возможные варианты развития событий. Расстояние между Романом и машиной было не больше пяти метров, но он смог в доли секунды просчитать все свои дальнейшие действия. Ведь в спецназе обучают понимать не только людей, но и животных, с которыми, кстати, приходится сталкиваться почти постоянно. В данный момент Роман понял, что собака долгое время ехала в машине, и поэтому, пока не сделает свои дела, ни о чем другом просто не может думать. Если, конечно, не столкнется с ним нос к носу. Ротный так же быстро вычислил направление ветра, который в данный момент дул на него, не давая псу поймать его запах и поднять лай. Пока голова капитана выдавала правильные решения, тело, в свою очередь, работало само по себе – на одних рефлексах. Собираясь на это задание, они с Федором снарядились на всякий случай несколькими видами оружия. В том числе и пистолетами-арбалетами (одна из новейших разработок военного НИИ). Пятизарядный пистолет-арбалет представлял собою небольшую конструкцию в виде пистолета и прикрепленного к нему железного основания с пружиной. Одним движением вся конструкция приводилась в боевую готовность, и бойцу оставалось только нажать на спусковой крючок. Ротный не пожалел, что взял его сегодня с собой. За те три секунды, пока собака преодолевала расстояние между машиной и кустами, капитан успел достать пистолет-арбалет и направить его точно в голову мчавшейся к нему собаки.

– Долго терпела! Видел, как понеслась? – услышал Роман голос одного из мужчин в тот момент, когда бойцовой пес огибал куст сирени и неминуемо должен был столкнуться с ним, как говорится, нос к носу. Как в последние минуты жизни, так и в минуты опасности в голове у человека пролетает вся его прошлая жизнь. Ротный уже несколько раз испытывал данный феномен, но так и не смог найти ему объяснение. Сейчас, когда через секунду ему предстояло встретиться с бойцовым псом, он вдруг вспомнил, как в детстве был в гостях с матерью у своих родственников в Сибири.

Тогда, будучи еще пацаном, он напросился со взрослыми в лес, где благодаря своему любопытству заблудился уже через час. Сибирские леса не хуже тайги. Чуть в сторону – и ты уже один среди высоких елей и сосен. Так случилось и с Романом, который, увидев ярко-красные ягоды, решил попробовать их на вкус и отстал от проводников в лице своих родственников. Будучи от природы не из робкого десятка, Роман не испугался, а, наоборот, решил сам найти потерявшуюся тропинку. После часа бесполезных поисков он почувствовал усталость и решил отдохнуть, присев возле большой сосны. Роман слышал, что диких зверей, нападающих на людей, здесь обитает очень мало, и поэтому, не опасаясь, задремал.

Мальчик не помнил, сколько прошло времени, но наступил момент, когда он почувствовал присутствие чего-то постороннего возле себя и, еще не открывая глаз, сладко потянулся. Делая этот бессознательный жест, Роман прикоснулся к какому-то теплому предмету. В следующий миг он получил сильный толчок в бок, как будто бы кто-то решил заставить его переменить положение. Приподнявшись, Роман заметил, что от него откатился темный шар, разбрасывая листья и ломая упавшие ветки. Открыв глаза и немного придя в себя, Роман увидел медвежонка из породы обыкновенных бурых медведей, каких он не раз видел на картинках. Он стоял на задних лапах и смотрел на него, как бы спрашивая, не опасно ли будет снова подойти поближе. Восторгу Романа не было предела, и он уже хотел броситься к медвежонку и схватить маленькое существо, но тут громкое ворчание предупредило его об опасности. Подняв голову, мальчик увидел медведицу, следившую сердитыми глазами за всеми его движениями. Каким-то шестым чувством Роман понял, что этого делать не стоит. Дуплистое дерево, давшее когда-то приют пчелиному рою, недавно было повалено бурей, и медведица с двумя медвежатами лакомилась медовыми сотами, оказавшимися в ее распоряжении, не переставая в то же время ревниво наблюдать за своим третьим опрометчивым малышом.

Человеческому уму непонятны и недоступны все побуждения, которые управляют действиями животных. Медведица, обычно свирепая, когда ее детеныши подвергаются опасности, мнимой или действительной, в данном случае не сочла нужным броситься на мальчика. Она оставила соты, подошла к Роману на расстояние двух метров и встала на задние лапы, раскачиваясь всем телом с видом сварливого неудовольствия, но ближе не подходила. К счастью, Роман и не вздумал бежать. Поэтому медведица вскоре опустилась на все четыре лапы и, собрав детенышей вокруг себя, позволила им сосать молоко. Когда один из медвежат оставил мать и начал кувыркаться и прыгать вокруг нее, Роман снова почувствовал сильнейшее искушение схватить детеныша на руки и поиграть с ним. Но, снова услышав ворчание, к счастью, отказался от своих намерений. Спустя некоторое время послышались крики людей, которые разыскивали Романа, и медведица, подталкивая впереди себя медвежат, скрылась в лесной чаще. Именно с того момента капитан понял для себя, что животный мир ненамного отличается от людского, и поэтому старался избегать подобных столкновений, когда на карту ставилось все.

«Извини!» – пронеслось в голове ротного, когда он нажал на курок арбалета. Каленая стрела вошла точно между глаз пса. Еще в горячке собака сделала несколько шагов и рухнула прямо возле капитана. Мужчины продолжали стоять и курить возле машины. После того как в сторону ротного полетели светящиеся огоньки окурков, один из них громко позвал пса:

– Ванесса! Ванесса!

Капитан напрягся, вжимаясь в землю, не переставая следить за мужчинами возле машины. Позвав собаку еще раз, один из мужчин двинулся к кустам, за которыми лежал Роман. Вступать в схватку с террористами не входило в его планы, и он лихорадочно соображал, как быть дальше. Тем временем мужчина подходил все ближе к кустам. Остановившись в полуметре от Никонова, мужчина снова позвал собаку, которая лежала возле ротного с торчащей стрелой во лбу:

– Ванесса! Ну, где ты там застряла?! Ко мне!

Капитан осторожно протянул руку, и потряс ближайшей веткой, изображая возню пса.

– Да оставь ты ее! Пойдем в дом! Сама прибежит – куда денется? – услышал ротный голос второго мужчины.

Напряжение нарастало. Хозяин собаки стоял не двигаясь, как будто бы почувствовал что-то неладное. Спецназовец напряженно следил за ним. Секунды ожидания тянулись невероятно долго, но вот мужчина развернулся и пошел в сторону дома. Роман облегченно вздохнул, смотря вслед удаляющемуся хозяину собаки. Через некоторое время он услышал, как хлопнула дверь.

– Как дела, Федор? – спросил Никонов, включив связь.

– У меня нормально. Как ты? – в свою очередь поинтересовался спецназовец, со стороны наблюдавший за происходящим.

– В порядке. – Капитан посмотрел на мертвого пса. – Встречаемся на исходной! – приказал ротный и бесшумно стал пробираться к кирпичному сараю, откуда они с Федором разошлись в разные стороны.

– Удалось что-нибудь обнаружить? – спросил Роман, когда они встретились.

– Ошибочка по ходу вышла, командир. Не похоже на террористов. Сарай, – он кивнул на стенку, возле которой они сидели, – под завязку забит мешками с гашишем.

Ротный удивленно посмотрел на своего подчиненного.

– Серьезно. Полный сарай.

Немного подумав, капитан отдал приказ:

– Уходим!

Уже возвращаясь на базу, он высказался по поводу проведенной разведки:

– Скорее всего, кто-то решил в обход местных воротил провернуть свои дела с наркотиками. А судя по объему, за этим стоят серьезные люди…

Это как болезненная потеря, как похороны чего-то дорогого: работаешь по версии, с полной отдачей, и все вроде бы выстраивается, и уже пахнет реальным результатом – и вдруг все лопается как мыльный пузырь. И ты – у разбитого корыта. То, что, возможно, они тянут пустышку, ротный почувствовал сразу, но и не проверить версию «наркоделов» было тоже нельзя.

В это время зазвонил телефон полковника. Достав трубку, Иващук стал разговаривать с кем-то, повторяя только два слова: «Так! Понял!» Через пять минут он попрощался со своим абонентом и, повернувшись к Никонову, весело сказал:

– Есть новости! По-моему, наши террористы засветились.

– Кто звонил.

– У меня в органах есть старый дружок, так вот я его попросил сообщать мне обо всех нестандартных происшествиях в городе.

– И что же такого нестандартного случилось? – поинтересовался Федор, наклонившись к полковнику, который сидел за рулем.

– Буквально полчаса назад в заводском районе нашли четыре трупа, – стал рассказывать Иващук, – два наркомана и два патрульных милиционера. Но самое интересное, что они были убиты одним человеком, причем очень профессионально. Эксперт констатировал смерть каждого из них с разницей в несколько секунд.

– Та-ак, – протянул ротный, – а это уже и вправду хорошие новости. Теперь, скорее всего, они должны будут затаиться и ждать. Ведь сейчас начнется операция «Перехват», и свободное перемещение по городу станет для них невозможным. А это даст нам некоторое преимущество во времени.

– Кстати, капитан, – спохватился Иващук, – тот, который убил эту четверку, скрылся на патрульной машине.

– Вот как? Интересно, далеко ли он на ней уедет?

– Да бросит, скорее всего, где-нибудь… – скривился Федор.

* * *

Предположения Федора оказались верными. Набрав телефон Джона, Влад выехал на трассу и надавил на газ. Встречные машины уступали ему дорогу, думая, что за рулем патрульной машины сидят милиционеры.

– Алло, Джон! Ты сейчас где?! – буквально закричал в трубку Влад, обгоняя очередную машину.

До того как будут обнаружены трупы милиционеров, ему надо было как можно дальше отъехать от места преступления. И поэтому он гнал что есть силы.

– Я подъезжаю на остановку, где мы договорились с тобой встретиться. А что?

– Быстро разворачивайся и подъезжай к кирпичному заводу.

– У тебя что-то случилось?!

– Случилось! – нервно ответил Влад и выключил телефон.

Через десять минут он уже ехал вдоль забора кирпичного завода, ища глазами машину американца. Наконец свет фар высветил черный «БМВ». Нажав на тормоза, Влад резко остановился возле иномарки, выскочил из патрульной машины, открыл крышку бака и стал запихивать туда кусок промасленной тряпки. В это время из «БМВ» выскочил американец и, подскочив к Владу, схватил его за грудки.

– Что стряслось!!! – заорал он ему прямо в лицо. – Почему ты на патрульной машине?!

– Накладка получилась! – Влад с силой оторвал руки американца и продолжил запихивать в бак тряпку.

– Мать твою!!! – выругался американец. – Ты что, убил их?!

Не обращая внимания на крик главного наемника, Влад достал зажигалку и поджег торчащую из бака тряпку.

– Все. Уходим! – крикнул он, отбегая от машины.

Отъехав на приличное расстояние, они услышали сзади громкий хлопок и, обернувшись, увидели, как патрульную машину охватило пламенем.

– Рассказывай, что произошло… – зло прошипел Джон, посмотрев на Влада.

– Меня хотели задержать, – отвернувшись к окну, начал наемник.

– И что?! Скрыться было нельзя? Обязательно надо было убивать этих копов, чтобы завтра мы даже нос не смогли высунуть из дома!!! – переходя на крик, бесился Джон.

– Если бы я дал себя задержать, тогда вся операция оказалась бы под угрозой! – заорал в ответ Влад. – Забыл, какой сейчас год?! Несколько нажатий клавиш – и мое лицо с подписью «особо опасен» высветится на экране компьютера!

Джон на минуту замолчал, обдумывая дальнейшие действия всей группы, которая по вине Влада оказалась в дурацкой ситуации. Он прекрасно знал, что теперь местные копы начнут проводить разные акции и надо будет приложить немало усилий, чтобы завершить начатое. Теперь опасность возрастала в разы, и Джон понимал это, как никто другой. Но и отложить операцию он не мог. Люди, которые ее заказали, мягко сказать, останутся недовольными. А по-иному говоря, попросту убьют. Так что взрыв должен был состояться в любом случае. Даже если для этого придется брать приступом эту атомную станцию.

Все это время Влад думал совершенно о другом. «Убивать меня им нет никакого смысла. Группа и так маловата для такой операции. Да и какая моя вина? Любой из них, окажись он на моем месте, поступил бы так же. Кому бы захотелось оказаться на нарах за свои делишки? – оправдывал себя Влад, покосившись на сидящего рядом американца. – А вообще как меня все это достало! Пора, наверное, заканчивать с такой жизнью, когда не знаешь, где окажешься завтра, да и окажешься ли вообще! Вот только не знаю, уйти до завершения операции или после?» – задавал себе вопросы наемник, уже давно решивший для себя завязать с прежней жизнью. А после сегодняшней встречи со Светланой в его мозгу что-то перевернулось. Ему вдруг захотелось все бросить и уехать с ней туда, где нет приказов убивать, взрывать, скрываться… Неожиданно Влад вспомнил похороны отца. Тогда он первый раз так близко соприкоснулся со смертью. Увидел в гробу застывшее, неузнаваемо помолодевшее лицо отца. Его скорбный, неподвижный в удовлетворенной полуусмешке рот, надменное выражение потустороннего спокойствия. Влад поразился тому, как подменяет смерть живые черты, накладывая вместо них свою вечную печать отчужденной тайны. «Но что же, что было в горьких складках его губ, сжатых так незнакомо? – думал тогда Влад. – Познание того, что не знали живые и весь этот суетный мир? Или он просто жалел всех остающихся на этой грешной земле?» И Влад, прощаясь, прикоснулся к каменной руке отца, веря, что надо дотронуться до покойника – и наступит облегчение, но это не помогло ему ни в тот день, ни потом. Можно было убедить себя, что живые всегда виновны перед мертвыми и что в век нервных перегрузок многим не хватает лишь одного шага на пути к добру. И этот шаг Влад решил сделать. Хотя, конечно, и осознание это пришло с большим запозданием, но он был точно уверен, что человеку никогда не поздно поменяться в лучшую сторону. Если бы он в тот момент знал, какая игра ведется у него за спиной, он бы не стал тянуть со своим решением…

* * *

– Всем собраться в актовом зале! – скомандовал ротный, когда они с полковником вошли в здание «базы».

Через минуту бойцы уже сидели в комнате, внимательно смотря на своего командира.

– Сначала я хочу выслушать доклад о проделанной работе! – начал капитан. – Костян, что удалось выяснить по наблюдению за станцией?

– Вся охрана станции состоит из небольшой горстки солдат, да и те находятся только у центральных ворот. Они ведут проверку въезжающих и выезжающих машин. По периметру стоят две вышки, но солдат я там не видел. В любом случае это ничего не решает. Попасть на станцию подготовленным террористам не составит никакого труда. А под покровом ночи – тем более. На самой территории ведется стройка. Пристраивают какое-то помещение к главному корпусу. Машина, на которой привозят стройматериалы, практически не досматривается, так что это еще один вариант свободного проникновения на территорию.

– У вас что? – Ротный посмотрел на Мустафу и Пашку, которых отправлял сегодня на рынок с целью получения полезной информации.

– Нам удалось выяснить, – начал первым Мустафа, – что за последние два дня на рынке появлялся один и тот же человек, представившийся заезжим коммерсантом.

– Опять коммерсант?! Что-то много для одного дня заезжих коммерсантов, – перебил его капитан. – Ладно, продолжай, Мустафа. Это я так – о своем.

– Так вот, нам удалось выяснить, что он искал машину для перевозки небольшого груза и готов был заплатить за это большие деньги по местным меркам. Еще он пригласил одного местного торгаша в кафе и, налив тому водки, поинтересовался, нет ли у него знакомых, которые бы работали на станции. Якобы он хочет выйти на кого-то из сотрудников и купить у них драгметаллы, которые есть на станции. Торгаш обещал помочь ему.

– А вы-то как узнали об этом? – удивился Роман.

– Обижаешь, командир! В моих жилах течет кровь истинного мусульманина, а это что-то да значит, – высокопарно ответил Мустафа. – А если серьезно, встретил своего дальнего родственника, он мне все и разузнал.

– Родственника?! – снова удивился ротный.

– Дальнего родственника. Очень дальнего, – уточнил Мустафа, и капитан понял, о чем он говорит.

– И когда же этот коммерсант обещал прийти за результатом?

– Завтра, – вступил в разговор Пашка. – Мы договорились, что нам сообщат о его приходе.

– Завтра, завтра… Все снова откладывается на завтра… – задумчиво произнес ротный. – Ладно. Пока всем отдыхать, а мы с полковником подумаем о планах на завтра. – Он посмотрел на Иващука, который со стороны наблюдал за военным собранием.

Когда бойцы вышли из комнаты, капитан обратился к полковнику:

– Что ты обо всем этом думаешь, Иван Петрович?

Полковник удивленно посмотрел на ротного, который за все время первый раз назвал его по имени-отчеству.

– Ну, если тебя и вправду интересует мое мнение, то я скажу следущее. Во-первых, судя по последним событиям в заводском районе, террористы должны залечь на дно. Хотя бы на несколько дней. Логично?

– Логично.

– Во-вторых, по своему опыту могу сказать, что здесь что-то не так. Слишком все очень просто и прозрачно. «Спецы» высшего класса – а других на это задание не послали бы – ведут себя как неопытные новички. Складывается такое ощущение, что кто-то специально ведет нас по ложному следу.

– После сегодняшней разведки я тоже так подумал, – согласился Никонов, подсев ближе.

– И главное, непонятно, почему они ведут себя так открыто? Приходят на рынок, ищут машину. Потом еще начинают искать людей из персонала станции. Нет! Здесь что-то не так.

– Да-а, при такой охране, как на ГАЭС, взрывчатку уже давно можно было переправить без поисков нужных людей. – Капитан подпер рукой подбородок, глядя на полковника.

– Вот и я думаю, что взрывчатка уже давно на станции. – Иващук поднял вверх указательный палец. – Так что, Роман, надо вам отправляться на станцию, а не пытаться найти террористов здесь.

– А если окажется, что это всего лишь наши предположения, а на самом деле взрыв готовят не такие уж и «спецы»? Тогда мы снова потеряем время. Да и Ганс говорит, что пока не заметил на станции ничего подозрительного.

– Ты спросил мое мнение – я ответил. А решать все равно тебе – ты командир.

– Я подумаю над твоими словами, Иван Петрович.

– Ну, думай, думай, капитан. – Полковник протянул Роману руку, давая понять, что разговор закончен.

Проводив полковника до дверей, капитан пошел в комнату, которую Иващук окрестил «комнатой отдыха». Войдя, ротный увидел, что бойцы смотрят местные новости, включив телевизор. Убавив звук, Роман обратился к ним:

– Значит, так, товарищи бойцы. Завтра Мустафа и Пашка оправляются на рынок и будут дожидаться мнимого коммерсанта, а после проследят за ним или за ними до самого конца, чтобы выяснить, где остановились сии господа барыги. В контакт не вступать – только проследить, – еще раз повторил ротный.

– Ясно, – ответил за двоих Мустафа как старший по возрасту.

– Мы с Федором отправимся на встречу с директором и попробуем встретиться с теми, кто пытается его завербовать.

– А мне что, опять тут сидеть и вас дожидаться? – недовольно высказался Ткач, специалист-взрывник.

– Твое время еще не пришло. Твое дело взрывчатка! Не забыл?

– Не забыл.

– Вот как найдем ее, тогда и покажешь, на что способен, – усмехнулся ротный, отлично зная, что Ткач не раз уже доказывал свое умение обезвреживать самые замысловатые взрывные механизмы. – А чтобы тебе было не скучно, с тобой останется наш освободитель молоденьких девушек. – Капитан перевел свой взгляд на Костяна.

Прошло еще какое-то время, прежде чем послышалось ровное дыхание спецназовцев, которые отошли ко сну. И только ротный все никак не мог уснуть, в который раз прокручивая в своей голове всевозможные варианты развития событий. Шел третий день их пребывания в Горнореченске, но они не продвинулись в своих поисках террористов ни на шаг. И это убивало капитана. В конце концов, устав решать эту головоломку, он выбросил все мысли из головы, решив, что утро вечера мудренее, и уснул крепким богатырским сном.

* * *

Вечер же наемников проходил не так беззаботно, учитывая последнюю выходку Влада, который, покинув квартиру Светланы, оставил возле ее дома четыре трупа.

После того как Джон рассказал, что произошло, сидевшие за столом наемники наперебой стали орать на Влада.

– Ты что натворил, твою мать?! – первым начал Маньяк, вскакивая из-за стола. – Ты хоть понимаешь, что сейчас начнется в городе, засранец ты эдакий?! – Он потянулся рукой к висевшему на ремне ножу.

– Так! Успокойся, Маньяк! Не хватало еще между собой пересобачиться! Хватит на сегодня трупов! – Джон встал на пути у ирландца.

– Да теперь из-за него вся операция может сорваться к чертовой матери! – продолжал злиться Маньяк. – Имей в виду, красавчик, – он погрозил Владу ножом, – если я не получу свои деньги из-за того, что ты вдруг решил немножко размяться, я тебя своими руками задушу!

Влад молча смотрел на взбесившегося наемника, отлично понимая, что любое возражение с его стороны может плохо для него закончиться.

– Что теперь будем делать? – спросил узкоглазый наемник по кличке Брюсли, посмотрев на американца.

– Завтра с утра копы начнут шерстить весь город, арестовывая всю местную шушеру, типа наркоманов и уголовников. У нас же с документами все в порядке, так что за это можно не бояться. У нас есть пара дней, пока они будут хватать всех подряд и пытаться выйти на убийцу своих коллег. Естественно, они ничего и никого не найдут, так как все свидетели уже ничего не смогут рассказать. – Он поднял глаза кверху.

– Документы документами, а ходить придется без оружия, – покосившись на Влада, сказал Маньяк.

– Ничего, походишь, – отмахнулся американец.

– Так что, Джон, продолжаем действовать по первоначальному плану? – удивленно спросил Влад, понимая, что его жизни пока ничего не угрожает.

– Ты обещал решить вопрос с машиной? – вопросом на вопрос ответил американец.

– С машиной все в порядке, – сразу оживился Влад и рассказал о своей сегодняшней встрече с одним из работников магазина стройматериалов.

– Значит, завтра отправишься к своему новому знакомому и наймешь эту «Газель» якобы для перевозки груза, – приказал Джон. – Если даже на станции усилят охрану, то проверенную уже не раз машину тщательно проверять не будут, а значит, на ней можно будет не только завезти взрывчатку, но и попасть туда самим.

Посмотрев на Маньяка, Джон добавил:

– Ты отправишься вместе с ним, чтобы он опять что-нибудь не выкинул.

– Уж я-то прослежу – будь спокоен, – зло ответил ирландец.

– Али и Брюсли отправятся к своим знакомым мусульманам и тоже наймут машину. Если у Влада опять что-то сорвется, – он, усмехнувшись, покосился на красавчика, – то у нас будет второй, запасной вариант. – А я, – американец снова перевел взгляд на ирландца, – отправлюсь с утра к нашему уважаемому директору, посмотрю, как он себя чувствует после нашей последней встречи. На этом, господа, заседание можете считать закрытым, – вставая из-за стола, объявил американец. Остальные наемники, тоже не торопясь, разошлись по комнатам отдыхать.

Прошло около двух часов, но Влад даже и не чувствовал приближение сна. В его голове сейчас была только одна мысль, которая не давала ему покоя: «Как быть?» Он так надеялся, что перед самой операцией сможет скрыться от своих подельников и, забрав Светлану, уехать из города. Он был почти уверен, что она согласится с его решением, и единственное, что его мучило, это то, как ему сделать так, чтобы Джон как можно дольше не узнал о его исчезновении. И вот теперь все его планы летели в тартарары. Мало того, что он успел обзавестись четырьмя трупами в этом городе, так еще теперь к нему приставили этого громилу Маньяка…

От обилия выкуренных сигарет Влад почувствовал, как его легкие просто требуют свежего воздуха, и решил выйти на улицу. Осторожно ступая по коридору, чтобы не разбудить остальных, он подошел к входной двери и тут услышал еле доносящийся разговор. Бесшумно открыв дверь, Влад выглянул на улицу. Во дворе никого не было. Голос доносился из-за дома. Прокравшись, как кошка, Влад увидел Джона, стоящего с телефоном у уха. Так как тот стоял к нему спиной, Влад остался незамеченным. Он уже хотел было вернуться назад, понимая, что, скорее всего, американец разговаривает с заказчиками взрыва, но какое-то шестое чувство заставило его остаться на месте. То, что Влад услышал в следующую минуту, заставило его не только удивиться, но и на ходу изменить все свои планы.

– Да, завтра начинаем операцию… – услышал Влад. – Нет, ни о чем не догадываются… Они по-прежнему не знают, что их используют втемную. Хорошо, я все понял…

Спрятавшись за углом, Влад еще какое-то время оставался стоять там, обдумывая услышанное. «Получается, что все это время Джон вел двойную игру, – рассуждал наемник. – Какая же на самом деле наша роль во всей этой операции? Неужели нас используют как отвлекающий маневр для спецслужб? А если это так, тогда завтра нас должны будут поймать», – неожиданно для себя понял Влад, и его охватила такая злость, что он готов был прямо сейчас пойти и разобраться с «начальником». Но он понимал, что после вечерних событий ему никто не поверит. «Нет. Здесь надо действовать, только рассчитывая на самого себя. Завтра я вам покажу, на что способен!» – решил Влад и пошел в дом. На пороге он встретил Джона, который сразу поинтересовался у него:

– Ты где был? – Он светил в лицо Владу маленьким фонариком.

– Да что-то не спится, вот и решил погулять перед сном, – равнодушно ответил наемник, поднимаясь по ступенькам в дом.

– Что-то я тебя не видел во дворе, – остановил его Джон.

– Так и я тебя не видел. – Влад выдержал прямой взгляд американца.

– Иди спать, завтра много работы! – приказал Джон.

«Действительно, работы завтра предстоит немало», – подумал про себя Влад, заходя в дом.

* * *

Не спалось в этот вечер и Светлане, которая ждала ответа от своего непосредственного начальника полковника Котова, после того как отправила ему паспортные данные Влада. Она еще раз вспомнила, как чуть не попалась, отправляя почту. Но в тот момент удача была на ее стороне. Стоило только ей закрыть ноутбук, как в комнату вошел Влад. Повернувшись, Светлана от неожиданности не смогла сдержать своего волнения, и ей пришлось импровизировать на ходу.

– А тебе разве не говорили, что брать чужие вещи нехорошо? – спросил Влад, и Светлана увидела такой холод в его глазах, что у нее мурашки побежали по телу. От прежнего Влада не осталось и следа. Перед ней сейчас стоял человек, готовый не задумываясь свернуть ей шею. Подобный взгляд ей приходилось видеть, когда она присутствовала на допросах разного рода террористов и наемников, за плечами которых были десятки невинных человеческих жизней.

– Я просто хотела проверить, не состоишь ли ты в законном браке, вот и все, – Светлана изобразила детскую невинность на своем лице.

– А зачем тебе это? – оторопел Влад, никак не ожидая подобного ответа.

– Я же честная девушка, Владик, и не хотела бы встречаться с женатым человеком, – сразу объяснила свои действия Светлана, подходя к наемнику и обнимая его за шею.

На Влада опять нахлынула волна страсти, и он, подхватив девушку на руки, понес ее в спальню. Чтобы до конца усыпить бдительность лежащего рядом с ней мужчины, Светлана принялась нести всякую женскую чушь о том, как она бы хотела завести настоящую семью и иметь детей. От подобных разговоров пытаются уйти все мужчины, и Влад в этом отношении не был исключением. Сказав, что ему пора, он позвонил по телефону и, попросив кого-то подъехать на ближайшую остановку, стал одеваться. После того как за ним захлопнулась дверь, Светлана бросилась в свою комнату и включила ноутбук. К этому времени пришел ответ от полковника Котова, где было написано, что информация проверяется, а учитывая позднее время, результаты будут готовы только утром. Ей ничего не оставалось делать, как выпить чашечку кофе перед сном, как это она делала всегда, и идти спать. Но когда она, оказавшись на кухне, достала банку, то обнаружила, что последний кофе был выпит еще с Владом. Светлане очень не хотелось идти сейчас в ночной магазин, но выхода не было. Сейчас она еще могла бы пережить отсутствие любимого напитка, но вот утром…

Натянув джинсы и кофту, она взяла телефон и отправилась в мини-маркет, находящийся неподалеку. Уже выходя из подъезда, Светлана услышала вой милицейской сирены. Сам мини-маркет находился на другой стороне дома, и, выйдя из подъезда, Светлана на минуту задержалась, решая, как ей пройти. Конечно, самый короткий путь был через проезд между домами, но она знала, что там плохое освещение, а идти в темноте, да еще в такое время, не очень-то хотелось, и поэтому, повернувшись в противоположную сторону, Светлана пошла в обход. Тогда она еще не знала, что в этот самый момент Влад расправлялся с милиционерами, и своим решением она спасла себе жизнь.

* * *

Утро следующего дня началось для бойцов спецназа с громкого приказа ротного:

– Подъем!

По тому, как бойцы вскочили со своих кроватей, можно было сделать вывод, будто бы они давно уже не спали, а лишь ждали приказа командира. Но, конечно же, все это было не так. Дело в том, что каждый из них за долгие годы службы в спецназе привык постоянно быть в боевой готовности, будь то раннее утро или поздний вечер. А при выезде на очередное задание эта готовность становилась острее.

Выскочив на улицу, бойцы сделали несколько кругов по периметру базы, после чего, выполнив физические упражнения, отправились принимать контрастный душ. В обычные дни, когда они находились в роте, а не на очередном задании, подобная утренняя разминка занимала не меньше часа, но сегодня у каждого из них было определенное задание, и времени было в обрез. В эти три дня, которые они провели на базе полковника, Ткач, которому все не находилось подходящего занятия, взял на себя обязанности повара. Естественно, он не готовил щи и не пек пирожки, но сготовить яичницу с колбасой или тушенкой таким же бойцам, как и он сам, было для него обычным делом. В принципе, так было всегда. Кто-то из бойцов всегда назначался ответственным за продовольствие, если, конечно же, само задание не проходило в полевых условиях, где им приходилось довольствоваться сухим пайком.

За годы работы минером Ткач привык все делать не спеша, даже если на это нет времени. В таких делах, как разминирование взрывного устройства, можно ошибиться только один раз. Причем, как это часто бывает, опасности подвергаешься не только ты один: это могут быть либо твои товарищи, которые находятся рядом, либо мирное население, которое порой даже и не догадывается, что в это время их жизни зависят от правильной работы специалиста. В современных фильмах-боевиках часто показывают, как такой специалист, сидя над взрывным устройством, думает, какой провод ему перекусить, чтобы остановить таймер, поставленный на определенное время, и в последнюю секунду перекусывает провод наугад. На самом же деле все происходит совсем по-другому. Специалист просто не имеет право ошибиться и, конечно же, не будет действовать вслепую. Для этого он должен изучать все последние разработки в данном направлении и знать разного рода «секретки», придуманные преступником. А в настоящее время, когда любой взрыв можно запросто спланировать на компьютере, надо чуть ли не каждый день следить за новыми технологиями. Еще, ко всему прочему, у специалиста по взрывчатке должна быть отлично развита интуиция. Он должен почувствовать замысел террориста, чтобы как можно быстрее приступить к обезвреживанию бомбы. Поэтому таких специалистов, как Ткач, можно было пересчитать по пальцам.

Пока бойцы занимались утренними процедурами, Ткач успел сделать дюжину бутербродов и заварить крепкий свежий чай. Прием пищи у спецназовцев тоже был своеобразным ритуалом, когда не действовали никакие приказы. Спокойно, без лишней суеты бойцы вошли в комнату, служившую столовой, и, рассевшись по местам, стали не спеша поглощать сделанные бутерброды. И даже если бы сейчас прозвучала ядерная тревога, никто бы из них не сдвинулся с места. Обед для бойца – это святое. Его могут отменить или перенести на более позднее время, но уж если спецназовец сел за стол, тут уж извини – все дела потом. Но тем не менее, постоянно живя в ускоренном ритме, каждый боец волей-неволей привык все делать быстро, и поэтому уже через пять минут все встали из-за стола и потянулись к выходу.

– Итак, все помнят свое задание или мне повторить? – спросил ротный, когда бойцы вышли на улицу.

– Тупых нет, – ответил Пашка.

– И склерозников тоже, – поддержал его Мустафа.

– Ну, тогда – вперед! – скомандовал Роман и первый пошел к машине, где их уже ждал полковник.

* * *

Арабский террорист Ибрагим сидел в своей резиденции и курил кальян. Многоходовая комбинация, которую он спланировал еще в начале весны, работала как часы. Когда ему позвонили люди из организации «Свободный ислам» и предложили устроить взрыв на территории бывшего Союза, он согласился не сразу. Нынче на дворе не восьмидесятые или даже девяностые годы. Теперь это другая страна, другой президент, другие спецслужбы… Десять лет назад организовать подобный взрыв было бы для него обычным делом. Но теперь Ибрагим внимательно следил за политической обстановкой в мире и прекрасно знал, что сейчас в России организации типа ФСБ снова приобрели полновесный государственный статус. Поэтому, чтобы решиться на такую операцию, как взрыв на атомной станции, надо было иметь не только смелость и отвагу, но и хорошую голову.

Своей головой Ибрагим пользоваться умел. В свои шестьдесят лет он не имел даже приводов в полицию, не говоря уже о том, чтобы получить огласку в связи с каким-нибудь терактом. Но, несмотря на это, за его плечами были такие операции, как взрывы в Буйнакске и Волгодонске, убийство многих политических деятелей многих стран и многое другое. Ибрагим всегда был мозгом всех операций, и поэтому его имя ни при каких обстоятельствах не всплывало в хрониках газет и отчетах спецслужб. Так как большинство людей он использовал втемную, все ниточки обрывались, даже не приблизившись к арабскому террористу. Он был очень осторожным и поэтому придумывал такие комбинации, что даже самые лучшие специалисты по расследованию понятия не имели о том, кто на самом деле стоит за многими терактами. В этот раз, прежде чем согласиться на предложение о взрыве в России, Ибрагим решил хорошенько подумать и пообещал дать ответ через три дня. Опасность была слишком велика, но велика была и оплата этой операции. Миллиардеры, состоящие в этой организации, не скупились, понимая всю сложность задачи. Ибрагим любил деньги. Они давали власть и возможность осуществления любой, даже безумной мечты. И еще он любил риск и азарт. Азарт игрока, начинающего свою игру с достойным соперником. Часто он, сидя у телевизора, слушал криминальные новости, в которых говорилось, что заказчики того или иного теракта не найдены, а исполнители убиты, и восхищался собственной совершенной работой.

Набросав для себя приблизительный план будущей операции, Ибрагим позвонил заказчикам и сообщил, что готов приступить к ее исполнению. Получив приличный аванс в несколько миллионов, он в первую очередь решил нанять группу из наемников. За годы своей террористической деятельности араб знал немало баз, где готовят подобных отморозков, готовых за деньги на любые преступления. Это были не просто бойцы. Это были машины для убийства. Но, несмотря на свое умение убивать и воевать, они плохо разбирались в тонкостях стратегии; не забивая себе голову лишними проблемами, они просто выполняли поставленную задачу, которая была расписана для них чуть ли не поминутно. Собрав на одной из своих секретных баз десятерых наемников, Ибрагим отобрал из них пятерых, знающих русский язык и разбирающихся каждый в своем деле. Старшим группы Ибрагим назначил американца Джона, которому пообещал в два раза больше денег, чем всем остальным. Араб знал, что американцы падки на деньги, и поэтому был уверен, что этот наемник сделает все, чтобы закончить операцию и получить свои доллары. Кроме того, Ибрагим посвятил его в некоторые свои планы, рассказав о том, что сама группа будет играть роль «обманки» для спецслужб, которые наверняка узнают о готовящемся взрыве. Террорист пообещал Джону, что когда тот выполнит свою часть работы, то он, Ибрагим, с помощью второй группы выведет его и не даст погибнуть. Араб был еще и хорошим психологом, многие годы изучал человеческую натуру и находил такие аргументы для убеждения людей, что они до последнего момента своей жизни верили ему как богу. Джон в этом смысле тоже не был исключением и ко всему прочему надеялся получить неуплаченные доллары своих собратьев по оружию, когда все закончится.

После формирования группы Ибрагим приступил ко второй части своего кровавого плана. Отправив на разведку двоих своих самых проверенных людей в Горнореченск, он уже через неделю знал о каждом сотруднике станции чуть ли не интимные подробности. Ибрагим рассчитал, что когда начнет работать группа Джона и на ее след выйдут спецслужбы, они в первую очередь отправятся к директору, у которого находятся ключи от входа в реактор. Поэтому Ибрагим избрал другой подход к этому вопросу. Он подстроил автокатастрофу одному из начальников смены на центральном пульте, а потом внедрил на его место своего человека. К слову сказать, Ибрагим собирал нужных ему людей по всему миру, кому помогая деньгами, кому – продвижением по службе, а кого просто ловя на каком-то серьезном проступке. Якобы помогая им безвозмездно, Ибрагим рано или поздно предъявлял счет, и люди понимали, что пришло время отдавать долги. Конечно же, они не выполняли какое-нибудь заказное убийство или теракт. Нет. Они играли роль маленького, но нужного винтика в большом механизме, порой даже не догадываясь о том, что, по сути, являются соучастниками страшных преступлений.

От человека, внедренного Ибрагимом, требовалось только набрать нужную комбинацию на клавиатуре центрального компьютера, чтобы привести в действие механизм, поставленный на взрывчатке. Конечно же, сам человек и не догадывался, зачем ему надо будет это сделать. После этого на территории станции должна начаться операция по задержанию группы американца, которая, конечно, не захочет просто так сдаваться и устроит перестрелку. Естественно, на станции начнется хаос. В это время начнется третья стадия операции. В начале лета Ибрагим узнал, что на территории станции начинается стройка, а через своих людей сделал так, чтобы организованная им фирма стала подрядчиком на это строительство. Основная часть тех, кто занимался строительством, действительно работали по профессии. Но были среди них двое законспирированных исполнителей теракта, которые, в свою очередь, тоже ничего не знали о своем истинном предназначении. Один из них должен был обнаружить вход в вентиляционную шахту лифта неработающего реактора и в нужный момент, когда начнется перестрелка, спустить в нее небольшую капсулу. Сама капсула была замаскирована под строительный инструмент, и даже те, кому надо было опустить его в шахту, не догадывались, что под его оболочкой находится портативная ядерная бомба, способная поднять в воздух многотонный реактор. Ибрагим знал, что когда на территории станции начнется перестрелка, весь персонал станции начнут эвакуировать. В этот момент человек на пульте, сам того не понимая, включит таймер на капсуле, который начнет отсчитывать тридцать минут до взрыва. За это время спецподразделение сумеет не только уничтожить наемников, но и обнаружит завезенную ими взрывчатку. Естественно, они решат, что операция закончена и взрыв предотвращен, а через полчаса случится настоящий взрыв, после чего не останется ни свидетелей, ни станции, ничего…

И это должно случиться именно сегодня. Он позвонил Джону и отдал приказ, чтобы не позднее шестнадцати часов по местному времени они были готовы заложить взрывчатку на станции.

Но американец оказался не таким простачком, за которого его принял Ибрагим, и решил подстраховаться на всякий случай. Его план, конечно же, существенно отличался от плана Ибрагима, но тоже состоял из отвлекающих моментов. Он решил действовать сразу в двух направлениях, используя две машины, на которых собирался завезти взрывчатку на станцию. Поэтому, когда он высадил Маньяка и Влада возле магазина стройматериалов, то не поехал к директору, как объяснил остальным, а отправился совершенно в другое место.

* * *

В это утро Светлана проснулась еще до того, как в окно ударили первые лучи солнца. Со вчерашнего дня – а точнее, вечера – ей не давала покоя только одна мысль: «Кто же ты на самом деле, Влад?» После прихода неотесанного капитана она вспомнила всех людей, с которыми так или иначе встречалась в последнее время и кто бы мог оказаться «засланным казачком». Но таких людей не было. Вначале Светлана отнесла Влада к случайным знакомым, так как подстроить такую встречу, какая случилась у них, просто невозможно. Но червь сомнения все-таки закрался в ее душу. А после того как Влад уже не случайно встретил ее вчера у остановки, Светлана отнесла его в список подозреваемых лиц. Конечно, после проведенного с ним прекрасного вечера, который закончился страстным сексом, ей не очень-то хотелось верить в то, что Влад не тот, за кого себя выдает, но Светлана за годы работы в Федеральной службе контрразведки научилась не поддаваться эмоциям, а следовать логике и проверенным данным. Поэтому стоило Владу задремать, как она тут же отправила его данные полковнику Котову на проверку. Кроме того, она увидела у Влада на плече наколку, которая, в свою очередь, тоже послужила поводом для проверки. На его плече был выколот российский герб, а снизу – ленточка с аббревиатурой танковых частей, хотя Влад говорил, что не служил. В разведшколе, где она проходила обучение, был специальный урок, на котором они изучали значение всевозможных наколок, от уголовных до армейских, включая в себя аббревиатуры разных террористических и религиозных направлений. Неожиданно мысли Светланы перенеслись в тот год, когда она еще девчонкой первый раз встретилась с представителем спецслужбы и он предложил ей пойти учиться к ним в разведшколу, с последующей работой в такой организации, как Федеральная служба контрразведки…

С самого детства Светлана не была похожа на других детей и вела свою, никому не понятную жизнь. В то время, когда все дети играли во дворе, Светлана сидела за книгами, которые читала запоем. Поначалу родители были очень рады тому, что их единственная дочь большую часть своего времени уделяет самообразованию, но с годами стали относиться к этому с опаской, так как Светлана стала настоящим аскетом. В десять лет она попросилась в секцию карате, и родители, конечно же, отказали ей, посчитав, что это не то место, куда должна ходить девочка. Но чтобы не рубить на корню стремление дочери к спорту, они записали ее в художественную гимнастику. Каждый день Светлана после школы ходила в спортзал, а возвращаясь домой, садилась за книжки. Так длилось три года, пока родители случайно не узнали, что Светлана не посетила ни одного занятия по художественной гимнастике, а все это время ходила на карате. Грандиозный скандал в семье ничего не дал, и им пришлось смириться с увлечением дочери. В четырнадцать лет Светлана стала ходить в тир и добилась неплохих результатов, после чего ей предложили поучаствовать в соревнованиях, где она заняла первое место. Тогда она еще не знала, что за ней уже начали пристально следить люди из отдела полковника Котова. После окончания школы Светлана с легкостью поступила в МГИМО, но не успела она проучиться там и один семестр, как однажды ее вызвал к себе ректор и сказал, что с ней хотят поговорить. После того как в кабинет вошел Котов (тогда еще майор), ректор, извинившись, вышел из своего же кабинета. Светлана поняла, что сейчас перед ней находится человек «оттуда».

– Здравствуйте, Светлана. Меня зовут Станислав Андреевич.

Он присел напротив Светланы и в течение нескольких минут пристально смотрел на нее. Светлана не смутилась и не отвела взгляд, как это обычно делают все девушки, а продолжала смотреть полковнику прямо в глаза. Закончив эту игру в «гляделки», Котов встал из-за стола и начал не спеша прохаживаться по кабинету.

– Скажите, Светлана, а почему вы решили выбрать именно профессию дипломата? – Он остановился и посмотрел на собеседницу, ожидая ответа.

– Во-первых, я считаю, что это одна из нужных и достойных профессий, а во-вторых, мне бы хотелось посмотреть мир, но не в качестве туриста, а в качестве наблюдателя. Кроме того, пусть это прозвучит несколько высокопарно, но мне бы хотелось послужить на благо нашего государства. А профессия дипломата даст мне эту возможность, – объяснила Светлана свой выбор.

– Я так и думал. Но знаете, Светлана, понимая ваши порывы послужить своей Родине, я хотел бы вам предложить другую профессию, где вы могли бы отдаться этому служению полностью. – Майор снова присел на стул напротив Светланы.

Если честно, девушка уже поняла, кто перед ней сидит и что он хочет ей предложить. Она в своих книгах не раз читала, как происходят вербовки агентов, и где-то в душе верила, что когда-то и ей сделают подобное предложение. Еще в далеком детстве, прочитав произведение Пикуля «Честь имею», она решила для себя, что непременно станет разведчиком. С тех пор она, как могла, готовила себя в этом направлении, позабыв обо всем на свете. И этот институт она выбрала именно потому, что знала, что всех дипломатов обязательно вербуют и дают всевозможные секретные задания. Поэтому, когда Светлана услышала последние слова майора относительно его предложения, она специально сделала удивленное лицо, чтобы скрыть свою радость, и спросила:

– И что же это за профессия, которую вы хотите мне предложить?

Майор Котов продолжал внимательно смотреть на девушку, как будто хотел прочесть ее мысли, не отвечая на ее вопрос. Потом, встав, он неожиданно предложил Светлане:

– Я хотел бы не рассказать вам об этой профессии, а показать кое-что, после чего вы решите для себя – надо вам это или нет.

Конечно же, майор уже тогда знал, что Светлана согласится на его предложение, и поэтому сразу повез ее в разведшколу, так сказать, на экскурсию.

С того дня жизнь Светланы изменилась полностью. Она стала учиться в разведшколе, с постоянным проживанием там. Родителям она сказала, что ее включили в программу по обмену со студентами из Америки, и теперь ей придется два года учиться за границей. Не сказать, что родители были безумно рады такому повороту событий, но, зная характер своей дочери, смирились. Они регулярно получали письма от Светланы о том, что ее учеба проходит хорошо, иногда даже получали от нее посылки с разными заморскими подарками и были уверены, что их дочь проживает в Лос-Анджелесе (как писала родителям Светлана). А потом случилось то, что перевернуло всю ее жизнь. Ее родители попали в страшную автокатастрофу, и в одночасье Светлана осталась одна во всем этом мире. На похороны ее не отпустили, объяснив это тем, что никто не должен видеть ее до истечения этих двух лет. Она должна остаться в памяти близких людей той девушкой, которую они знали раньше. Это надо было для ее дальнейшей работы. Светлана знала это, и поэтому могла переживать потерю своих родителей только в собственной душе. Она и сама понимала, что за два года, проведенные в разведшколе, в ней произошли существенные перемены как во внешности, так и в характере. И любой человек, знавший ее ранее, мог запросто увидеть эти перемены, которые никак нельзя было связать с обычной учебой за границей.

После этого события Светлана полностью отдалась своей новой профессии и достигла таких результатов, что даже сами учителя удивлялись, как человек, а особенно девушка, может содержать в себе такой кладезь знаний. К моменту окончания школы Светлана разговаривала на нескольких языках, владела многими единоборствами и умела делать то, что ее сокурсницы постигали только в течение нескольких лет. Светлана вспомнила свое первое задание, где ей пришлось первый раз стрелять в живого человека. Многим кажется, что убить незнакомого человека – это так просто, но когда доходит до дела, ты начинаешь осознавать, что не готов к тому, чтобы отнять у другого человека жизнь. Так было и со Светланой. Ей предстояло не просто убить человека, прицелившись в него через оптику винтовки. Нет. Ей предстояло лишить человека жизни, взяв в руки шприц со смертельным ядом, который она должна была вколоть ему в вену, изобразив из себя медсестру. Она на всю жизнь запомнила свои тогдашние ощущения…

Тряхнув головой, Светлана снова вернулась к реальности. Итак, если окажется, что Влад – один из террористов, за которыми охотится капитан, то ей предоставляется возможность приобрести другой статус в своем ведомстве. А именно, она бы смогла стать куратором и перестать выполнять всевозможные задания, связанные с вечными переездами, и так далее. «Если окажется, что Влад – террорист, я возьму его сама! – решила для себя Светлана. – Я сумею усыпить его бдительность и стреножить его, как лося!» Она не знала, что в данный момент обстоятельства складывались совсем по-другому, и далеко не в ее пользу…

Звонок телефона разорвал тишину комнаты. Это был Котов.

– Алло, Светлана! – прозвучал встревоженный голос шефа.

– Слушаю, товарищ полковник, – по-военному ответила агент Синицына.

– Этот человек, данные которого вы передали вчера для идентификации, является международным террористом. Все данные о нем я отправил вам по электронной почте. А звоню я вам, чтобы уточнить некоторые детали. Вы лично встречались с этим человеком? – Интонация в голосе полковника звучала недвусмысленно.

– Да, – коротко ответила Светлана.

– Значит, так, Синицына! Вам не надо предпринимать никаких действий по задержанию этого террориста. Вы свою работу выполнили – остальное за капитаном Никоновым.

– Но я смогла бы сама задержать его… – Светлана не хотела упускать своей возможности.

– Нет! Это очень опасно! Я не хочу рисковать своими людьми. Тем более что задержание всей группы террористов входит в задачу капитана. Вы свою работу уже выполнили – остальное не ваша забота, – сказал, как отрезал, полковник Котов, и Светлана поняла, что ей остается только подчиниться своему начальнику.

– Я поняла, товарищ полковник!

– Конец связи! – сказал полковник и отключился.

* * *

Когда Мустафа и Пашка оказались на рынке, они не стали сразу подходить к Сулейману, а решили понаблюдать за ним издалека. Казах Сулейман, к которому вчера обратились предполагаемые террористы, мог запросто «перепродать» спецназовцев. В это утро, как и во все остальные, здесь было настоящее столпотворение. Кроме покупателей, здесь сновали грузчики с коробками и тачками, создавая толчею. Но это было только на руку спецназовцам, которые не хотели себя обнаруживать до поры до времени. Не прошло и десяти минут, как они увидели, что к Сулейману подошли два типа, один повыше, другой пониже. По одежде их действительно можно было принять за коммерсантов, но вот лица вызывали сомнение. Цепкий пристальный взгляд, не упускающий ни одной детали, мог принадлежать только людям со специальной подготовкой. А еще очень бросалось в глаза то, как эта парочка двигалась, подходя к Сулейману. Несмотря на утреннюю толчею, они свободно лавировали в толпе, что говорило об их хорошей физической подготовке.

– А вот и наши коммерсанты, – тихо сказал Мустафа, кивая головой на парочку.

– Они такие же коммерсанты, как и мы, – хмыкнул Пашка, внимательно наблюдая за парочкой.

В это время Сулейман попросил соседа посмотреть за его торговой точкой и, показывая куда-то в глубь рынка, двинулся вместе с парочкой в направлении находившихся неподалеку складских помещений. Спецназовцам ничего не оставалось делать, как двинуться за ними.

– Далеко еще? – спросил Сулеймана один из наемников, когда они оказались за территорией рынка.

– Почти пришли, – заверил казах, испуганно посмотрев на террориста.

– По-моему, он нам голову морочит. – Брюсли схватил перепуганного Сулеймана за руку и резко дернул его на себя, заглядывая ему в глаза.

– Да вы что, ребята, все нормально! Все, как вы и просили. Машина и человек из персонала станции сейчас подойдут. – И он показал на одно из стоящих в ряд складских помещений.

Еще вчера Сулейман договорился со спецназовцем Мустафой, который оказался его дальним родственником, что он, когда придут эти двое коммерсантов, поведет их на свой склад, а там уж не его дело. Поначалу казах с легкостью согласился помочь своему дальнему родственнику, но вот сейчас стал сомневаться в своей роли во всей этой истории. Какое-то неприятное чувство закрадывалось и холодило душу. В какой-то момент ему показалось, что его ведут, как бычка на заклание. Казах попытался успокоиться и взять себя в руки. Ведь он действительно договорился и с машиной, и с одним знакомым мужиком, который работал на станции. Открыв гараж, который служил ему складом, Сулейман первый вошел внутрь, предварительно включив свет.

– Располагайтесь, а я сейчас пока позвоню.

– Кому ты собрался звонить?! – схватив его за руку, прошипел Али.

– Не нервничай, брат, я только узнаю, где сейчас находится машина и когда она подъедет, – как можно спокойней объяснил Сулейман.

При тусклом свете единственной лампочки было видно, как казах пытался скрыть свое волнение, но у него это не получалось. В гараже нарастало напряжение. Первым не выдержал наемник Брюсли. Выхватив пистолет, он подскочил к Сулейману и, уперев дуло ему в живот, процедил:

– Если что-то пойдет не так – я тебя завалю! Ты понял меня?!

Казах сделался белый как полотно и не мог произнести ни слова, смотря на наемника.

– Убери пушку! Ты что, с катушек съехал?! – подскочив к нему, заорал Али.

В это время дверь открылась, и в проеме показалась голова мужчины.

– Сулейман-джан, ты здесь?

Так как Брюсли стоял спиной к двери, то человек не смог увидеть, что наемник держал казаха под прицелом своего пистолета. Осторожно убрав оружие, Брюсли отошел в сторону, давая возможность хозяину гаража ответить мужчине.

Сулейман еще секунду приходил в себя и только потом ответил:

– Да, дорогой, заходи.

Знакомый Сулеймана переступил порог и остановился, привыкая к слабому свету в гараже. Тем временем наемники внимательно рассматривали его. Это был мужчина, которому было не больше сорока лет. Нездоровый цвет лица и глубокие морщины говорили о том, что он был любителем крепких напитков.

– Зачем звал, Сулейман? – спросил мужчина, оставаясь у дверей.

– Проходи, Михалыч, здесь люди с тобой хотят потолковать насчет одного дела, – пригласил его казах.

– Давайте, только быстрее, а то мне еще на работу сегодня надо, – подходя к наемникам, буркнул тот. – Кстати, Сулейман, у тебя ничего нет? А то я вчера перебрал немного. – Михалыч сделал недвусмысленный жест, указывающий на то, что он вчера перебрал.

– Есть, есть. Присаживайся. – Сулейман открыл железный шкаф, стоящий возле стенки, и извлек оттуда бутылку водки и нарезанный батон.

Наемники подождали, пока Михалыч осушит рюмку. Первым задал вопрос Али:

– Кем работаешь на станции, Михалыч?

Прежде чем ответить, тот жестом показал Сулейману, чтобы тот налил ему еще. Выпив вторую порцию, неожиданно спросил:

– А вы кто, ребята? Западные шпионы? – Он посмотрел на наемников уже посоловевшими глазами.

– А как ты догадался? – усмехнувшись, посмотрел на него Брюсли и, повернувшись к Сулейману, зло спросил: – Где машина?

– Сейчас подъедет, – испуганно ответил казах, все еще помня направленный на него пистолет.

– Вот и отлично. Тогда не будем затягивать нашу встречу, – положив руку на плечо Михалычу, сказал Али, посмотрев на своего напарника.

Пьяный Михалыч повернул голову и хотел что-то ответить на слова наемника, но сильные руки Али продолжили поворот его головы, и в гараже раздался характерный звук ломающегося позвоночника. Сулейман среагировал моментально, но все равно было поздно. Когда он бросился к двери, Брюсли, который стоял с ним рядом, сделал подсечку, и казах, не удержавшись, полетел на дощатый пол вниз лицом. Наемник в один миг оказался на спине Сулеймана и, приподняв его голову, перерезал несчастному горло острым ножом. Вытерев кровь о рубашку убитого, он со спокойным видом встал с дергающегося в конвульсиях тела и, повернувшись к Али, спросил:

– Нашел?

– Есть! – Наемник потряс потрепанным портмоне, где лежали документы и пропуск на станцию.

В это время за приоткрытыми дверями послышался звук подъезжающей машины, и наемники, не сговариваясь, направились к выходу. Выйдя на улицу, они увидели возле гаража старенькую «Газель», в которой сидел молодой парнишка. Прикрыв за собой дверь в гараж, наемники подошли к шоферу.

– Ну что, поехали, братан? – подмигнув парнишке, весело спросил Али.

– А где Сулейман? Я вроде бы с ним договаривался, – увидев двоих незнакомцев, спросил парень.

– Да это мы его попросили нанять для нас машину. А он сам не стал ждать тебя и убежал на свою точку. Утро, сам понимаешь, работы невпроворот, – убедительно пояснил Брюсли, открыв пассажирскую дверь.

– Мне, в принципе, без разницы, кого и куда везти. Мне самое главное, чтобы платили. Я беру пятьсот рублей в час. На сколько времени будет нужна машина?

– Часа на три. Поехали, – залезая в кабину, сказал Али.

– Деньги вперед, – сразу предупредил парень.

Али достал сто долларов и протянул их шоферу.

– Не бойся, не обманем. Держи!

Повеселевший парень запустил движок и, повернувшись к наемнику, поинтересовался:

– Куда едем?

– Выезжай на трассу, а там покажем. Здесь недалеко.

Все это время, пока наемники разговаривали с шофером, спецназовцы внимательно наблюдали за происходящим, выжидая удобный момент. По тому, что мнимые коммерсанты вышли из гаража одни, бойцы поняли, что, скорее всего, дело тронулось с места. Спецназовцы бросились к стоянке, где в это время находилось не меньше десяти частников-«бомбил». Чтобы не получилось осечки, Мустафа и Пашка заранее заплатили одному из них и приказали ему ждать их на выезде из рынка. Шофером оказался бывший военный по имени Алексей. Еще издали он увидел бежавших к нему двоих пассажиров и, включив мотор, стал ждать, пока они сядут в салон.

– Поехали, поехали, мужик! – закричал Мустафа, стоило им только упасть на заднее сиденье.

Проехав несколько десятков метров, Алексей спросил:

– За кем гонимся? Или от кого-то убегаем?

Спецназовцы переглянулись между собой.

В это время из-за угла показалась уже знакомая «Газель», и Пашка пояснил шоферу:

– Вот за этой развалюхой надо проследить.

– Понятно, – спокойно ответил Алексей и, включив транзистор, подождал, пока «Газель» отъедет на приличное расстояние.

– Где служите? В органах или в армии? – неожиданно спросил он, и спецназовцы снова переглянулись.

Заметив их удивленные лица, Алексей пояснил:

– Я сам отслужил пятнадцать лет, так что своих вижу за три версты.

Бывший офицер оказался очень разговорчивым, и через пятнадцать минут спецназовцы уже знали, что после армии он остался служить по контракту и успел даже поучаствовать в боевых действиях на Кавказе. Потом было ранение, он уволился на гражданку и стал подрабатывать таксистом. Закончив свой рассказ, Алексей посмотрел на своих пассажиров, ожидая от них подобного откровенного рассказа, но спецназовцы не имели права выдавать себя, хотя по всему было видно, что этот Алексей был нормальным парнем и своим в доску. В это время следовавшая впереди «Газель» свернула на автозаправку, и Алексей, пристроившись за ней, остановился возле соседней колонки.

– Дальше дорога ведет за город, и поэтому трудно будет остаться незамеченными, – повернувшись к своим спутникам, предупредил он.

Переглянувшись между собой, спецназовцы поняли друг друга без слов и, поблагодарив бывшего военного, покинули салон машины, незаметно подошли к затентованной «Газели» и в одну секунду оказались в кузове. Внутри лежали какие-то мешки, пустые ящики и много всякого хлама.

– Что дальше? – поинтересовался Пашка, когда «Газель» тронулась с места.

– Будем действовать по обстановке.

– Может, позвоним ротному? – предложил Пашка, доставая телефон.

– Не время пока, – остановил его Мустафа.

Через десять минут они почувствовали, как «Газель» затряслась по гравийке, и Пашка, отогнув тент, посмотрел на улицу.

– Едем в загородный поселок.

Мустафа молча кивнул в ответ.

Еще через некоторое время «Газель» остановилась, и спецназовцы, достав оружие, прислушались. Послышался звук открывающихся автоматических ворот. Когда машина вновь остановилась и перестал работать мотор, спецназовцы поняли, что они на месте. Когда хлопнули двери, бойцы услышали приближающиеся шаги к заднему борту машины.

– Что у тебя в кузове? – услышали они громкий голос.

– Да, считай, ничего. Хлам всякий, – прозвучал ответ, и в ту же минуту угол полога, свисающего над задним бортом, откинулся.

За те несколько секунд, пока кто-то снаружи приближался к заднему борту, спецназовцы успели сгруппироваться и набросить на себя валявшиеся на полу мешки, превратившись в неподвижный хлам, которого в кузове «Газели» было немало.

– Освободи там место для двух ящиков – мы сейчас, – прозвучал приказной голос.

– Сейчас сделаю.

Бойцы услышали, как кузов самортизировал под давлением чьих-то ног, и в ту же минуту послышался недовольный голос:

– Что тут убирать? Два ящика и так поместятся!

Спецназовцы напряглись, слушая, как шофер, шаркая ногами, приближается к краю борта, где они укрылись. Еще секунда, и он заденет кого-нибудь из них. Но тут парень вдруг остановился и, развернувшись, направился назад, по пути комментируя свои действия:

– Пойду отолью, пока никого нет.

Это был единственный шанс незамеченными покинуть «Газель», и спецназовцы, не задумываясь, воспользовались им. Не успел край тента упасть на борт, как они, скинув с себя мешки, вскочили на ноги. Обменявшись жестами, Мустафа и Пашка подошли к заднему борту и, отогнув тент, посмотрели, что творится снаружи. Они увидели, что машина стоит во дворе рядом с каким-то сараем, из-за которого доносилось характерное журчание, – там был шофер. Бесшумно спустившись на землю, бойцы бросились к стенке стоящего рядом одноэтажного здания. Журчание не прекращалось, и это говорило о том, что парень еще не закончил свои дела, а значит, у них еще есть несколько секунд. Не раздумывая ни секунды, Мустафа сделал «замок», сцепив между собой руки, и как только Пашкина нога опустилась на него, сделал резкое движение, и Пашка вмиг оказался на крыше сарая, не издав при этом ни единого звука. Все движения спецназовцев были отработаны до автоматизма, и каждый без подсказки знал, что ему надо было делать в следующую минуту. Оказавшись на крыше, Пашка взял приготовленный еще в машине ремень и, упав на живот, спустил один его край своему напарнику. Еще мгновение, и два бойца уже лежали на крыше, обмениваясь жестами. В это время послышался звук хлопнувшей двери, а следом за ним уже знакомый голос:

– Ну что, приготовил место?

– Да, да! – послышался голос из-за сарая.

В следующую секунду бойцы услышали звук, который нельзя было спутать ни с чем. Это был звук выстрела пистолета с глушителем. Спецназовцы обменялись взглядами, снимая оружие с предохранителей.

– Грузим ящики и звоним Джону! – сказал Али, открывая сарай.

– Что, нельзя было пристрелить его попозже? Теперь самим эти ящики грузить?! – возмутился Брюсли.

– Ничего, не переломишься!

Как только наемники скрылись в сарае, Мустафа достал телефон.

– Алло, командир! Это Мустафа! Мы обнаружили «гостей», они собираются грузить взрывчатку. Какие наши действия?

– Где вы находитесь?

– В загородном поселке, на двадцатом километре, – объяснил Мустафа, успевший изучить за последние три дня весь небольшой городок.

– Запомните номер машины и оставайтесь там – я сейчас за вами приеду. Все равно они не успеют попасть на станцию раньше нас. Тем более что там их уже ждут.

– Понял! Конец связи! – увидев выходивших из сарая наемников, сказал Мустафа и отключил телефон.

* * *

Когда позвонил Али и сказал, что они загрузили взрывчатку, Джон приказал им двигаться на выезд из города и ждать присоединения всей группы на одной из стоянок для большегрузных машин. После этого он связался с Маньяком и Владом и узнал, как у них продвигаются дела.

– Все в порядке, Джон! Прикупили десять мешков цемента, пару ящиков краски и еще всякой всячины, – весело перечислил наемник, поглядывая на Влада.

– Отлично! Подъезжайте, куда мы договаривались, я буду ждать вас там, – приказал Джон, выворачивая на трассу.

Пока все шло по плану, и он был доволен. Но все же до полного завершения операции было еще далеко, и он не собирался расслабляться раньше времени. Сейчас американец ехал на встречу с другими членами группы. Остановившись возле придорожного магазина, недалеко от того места, где ждали его Али и Брюсли, Джон в течение пятнадцати минут наблюдал за стоянкой, проверяя, все ли спокойно. Наконец, не увидев никаких подозрительных движений, он сел в машину и поехал на встречу.

– Что так долго? – недовольно высказался Али. – Мы тут не с апельсинами в кузове стоим!

– Не пыли! Так надо было, – отмахнулся американец, озираясь по сторонам. – Рассказывайте, как все прошло.

После того как наемники вкратце обрисовали последние события, Джон приказал:

– Давайте сюда документы этого Михалыча, надо будет их переделать под кого-то из вас. А вам придется подождать, пока я все сделаю.

– Да ты что, Джон! – вскинулся Брюсли. – Пока ты там будешь заниматься документами, нас тут повяжут к чертовой матери! Или ты забыл, что Влад натворил вчера ночью?

– Ничего я не забыл, поэтому и приказал вам загнать машину именно сюда, где вас ни искать, ни досматривать никто не будет, – спокойно объяснил Джон, убирая документы в карман.

– Что-то мне все это не нравится, – задумчиво сказал Али, провожая взглядом машину американца.

– Мне тоже, – согласился с ним Брюсли.

Покинув стоянку, Джон отправился на базу «выправлять» документы Михалыча на Влада. Теперь начиналась вторая и, наверное, основная фаза предстоящей операции. Оставшиеся на стоянке наемники даже не догадывались, что стали разменной монетой в игре своего командира.

Имея большой опыт в переделке документов, Джон был мастером своего дела. Уже через пятнадцать минут он держал в руках «старый новый» пропуск; с фотографии на него смотрело лицо Влада. Положив все документы в карман, Джон вышел и, спустившись в подвал дома, вынес оттуда небольшой пластмассовый ящик для инструментов, который можно увидеть в любой машине. Положив его в свой багажник, Джон сел в автомобиль и отправился на встречу с Владом и Маньяком, которые ждали его на выезде из города. Их машина, загруженная стройматериалами, вместе с шофером, у которого было все в порядке с документами, ожидала своего часа. А остальные документы, в том числе накладная на провоз стройматериалов на территорию станции, лежали сейчас в кармане американца, который спешил к ним на встречу. План, который придумал Джон, был идеален. Но неожиданные обстоятельства, которые произошли позже, еще раз доказали известную всем истину: человек предполагает, а бог располагает. Подъехав к сидящим в машине наемникам, Джон посигналил, давая понять, чтобы они пересели к нему в «Ауди». После того как захлопнулись двери, Джон, повернувшись к Маньяку, бросил ему на колени пакет.

– Переодевайся!

Достав документы на имя Влада, он протянул их наемнику.

– А это тебе! Теперь ты у нас снабженец и отвечаешь за доставку любого груза на территорию станции.

Пока Маньяк перевоплощался в грузчика, Джон осматривался вокруг. Неожиданно он увидел на обочине старенький «Москвич», хозяин которого торговал яблоками.

– Я сейчас, – сказал американец и, покинув машину, направился к продавцу яблок.

– Куда это он? – удивился Влад.

– А кто его знает? Он вечно что-нибудь придумает.

Уже через минуту Джон возвращался назад, а за ним шел мужик и нес полный ящик ароматных летних яблок.

– Поставь здесь! – показав на стоящую рядом груженую машину, сказал американец, доставая бумажник.

Расплатившись с продавцом, Джон постучал по стеклу своей машины и, помахав рукой, позвал наемников на улицу.

– Тебе что, витаминов не хватает? – ухмыльнулся Маньяк, кивнув на ящик с фруктами.

– Это возьмете с собой, и это тоже, – Джон открыл багажник и достал пластмассовый ящик, – положите его в кабину.

– Да на хрена нам эти яблоки?! – уже серьезно возмутился Маньяк.

– Положи, я сказал! – Главарь уже начинал нервничать.

Продолжая недовольно бормотать себе под нос, Маньяк схватил ящик и исполнил приказ американца.

– А теперь с богом! – посмотрев на часы, сказал Джон, хлопнув Брюсли по плечу.

Когда наемники снова вернулись в машину, шофер с удивлением посмотрел на изменившегося пассажира, коим был Маньяк.

– Сейчас я расскажу тебе, как себя вести. – Наемник достал внушительную пачку долларов и потряс ею перед носом молодого парня. – Как въедем на территорию, сделаешь так, чтобы твоя машина не заводилась в течение часа. После того как мы завершим свои дела, получишь еще столько же. – Маньяк выдернул несколько стодолларовых купюр и протянул их парню.

– За такие бабки я готов хоть всю ночь изображать поломку машины, – обрадованно предложил шофер, убирая в карман деньги.

– Делай, как сказано! Никакой отсебятины! – серьезно предупредил Маньяк и посмотрел на парня так, что у того мурашки побежали по спине.

– Да это я так. Пошутил.

Когда до станции оставалось рукой подать, Джон вытащил телефон и набрал ноль два.

– Алло, милиция! Говорит законопослушный гражданин Горнореченска. Хочу сообщить вам, что на северном выезде из города, на стоянке для большегрузных машин, стоит «Газель», в которой находится сто килограммов взрывчатки. Зачем и для чего – мне не известно. Во избежание лишних проблем имя сообщить не могу. Спасибо. До свидания.

После этого американец набрал номер Али.

– Алло, Али. Мы уже подъезжаем к вам – вы на месте?

– Да, сидим, ждем, как ты и говорил.

– Отлично. Сейчас будем. – Джон нажал кнопку разъединения. «Извините, друзья, но такова жизнь. Выживает сильнейший», – подумал про себя американец.

* * *

После того как Мустафа сообщил ротному, что они сумели вычислить террористов, капитан, положив трубку, обратился к полковнику Иващуку:

– Возвращаемся на базу! Заберем оттуда ребят, а потом в загородный поселок. Нашлись наши террористы. Загрузили взрывчатку и, скорее всего, через какое-то время отправятся на станцию. Но мы не будем ловить их по городу, а встретим прямо на станции, – уверенно объяснил ротный, повернувшись к полковнику. – Тем более, я больше чем уверен, что машины должно быть две. Для подстраховки, так сказать.

– Значит, решили идти ва-банк… – задумчиво произнес полковник.

– Похоже, что так! – согласился Никонов.

– Как думаешь попасть на станцию? – поинтересовался Иващук.

– Смеешься, что ли, полковник? Там же ходов и выходов по всему периметру – не сосчитать! – усмехнулся капитан.

Через час в «немке» уже сидела вся группа под руководством капитана Никонова в полном боевом снаряжении. Машина, делая небольшой крюк, направлялась к станции с обратной стороны, где не было охраны и их не могли бы заметить. Неожиданно зазвонил телефон; все посмотрели на полковника, так как свои телефоны на время операции спецназовцы отключили и пользовались только рациями, которые были вставлены в уши.

После короткого разговора Иващук объяснил, в чем дело:

– Звонил мой знакомый. Говорит – на один из пультов милиции поступил звонок от неизвестного, что на северном выезде из города стоит машина со ста килограммами взрывчатки.

– И как отреагировала доблестная милиция? Надеюсь, вызвали местный ОМОН на задержание? – поинтересовался ротный.

– Какой ОМОН, капитан? Здесь каждый день какой-нибудь обкуренный придурок звонит и говорит то о заминированном магазине, то о заминированном доме. Отправили для начала патруль, чтобы проверить достоверность звонка, – как-то равнодушно стал объяснять полковник, но капитан не дал ему закончить.

– Тормози, полковник! Никакой это не обкуренный наркоша! Это часть готовящейся операции! Сейчас этот патруль и сам погибнет, и еще вдобавок спугнет наемников, которые неизвестно еще как себя после этого поведут. Где эта стоянка?

– Мы ее только что проехали, – нажимая на тормоза, ответил полковник, удивленно смотря на капитана.

– Возвращаемся! Может, еще успеем до приезда патруля!

Когда впереди показалась стоянка, на которой находилось порядка двадцати фур, ротный скомандовал:

– Всем приготовиться!

Бойцы натянули на лица маски с прорезями для глаз. Еще издали Роман заметил приютившуюся между большегрузными машинами потрепанную «Газель». Полковник, не глядя на капитана, кивнул головой. Внутри салона стояла гробовая тишина. Все ждали только приказа ротного. Подняв руку, Никонов одновременно дал понять Иващуку, чтобы тот остановился, и бойцам, чтобы они приготовились к высадке. Когда машина полностью остановилась, ротный достал бинокль. Наведя его на кабину «Газели», он увидел сидящих там двоих мужчин, которые о чем-то спорили. Сделав знак «разбиться по парам», ротный скомандовал:

– Пошли! – и первый, выскочив на улицу, бросился к стоящему рядом длинномеру.

За ним следом выскочили все бойцы и вмиг рассредоточились вокруг «Газели», спрятавшись, как и командир, за ближайшие машины.

Рядом с капитаном оказались Федор и Ткач. Неожиданно дверь кабины открылась, и из нее показалась сначала чья-то нога, а потом и все туловище. На этот раз командовать не пришлось. Федор одним движением выдернул мужика из машины и, закрыв ему рот, придавил к колесу. По тому, как изменилось лицо шофера длинномера, было ясно, что он никак не ожидал такого поворота событий. Не говоря ни слова, Федор приложил палец к губам, а потом как бы на всякий случай помахал им перед лицом мужчины. Когда он убрал свою руку, мужчина закивал головой и, повернувшись к кабине лицом, зачем-то заложил руки за голову. Федор только пожал плечами, смотря на эту картину. В это время Роман и Ткач уже приблизились к машине, которая отделяла их от «Газели». Действовать надо было четко и слаженно, не дав террористам сделать даже малейшего движения, чтобы не подвергать опасности ни бойцов, ни других людей, которые могли оказаться поблизости. Пашка и Мустафа успели уже обойти «Газель» с другой стороны и только ждали команды начать задержание. Ротный поднял кверху руку и начал отсчет, отгибая один за другим пальцы. Когда вместо кулака командира в воздухе возникла пятерня, бойцы бросились к машине. Ничего не ожидавшие наемники не успели понять, что же с ними произошло, как оказались лежащими вниз лицом, придавленные коленками спецназовцев. Операция по задержанию казалась законченной, но тут случилось неожиданное. Послышался резкий визг тормозов, и перед спецназовцами остановилась машина с милицейским патрулем. Надо отдать им должное, они тоже среагировали моментально. В одну секунду они выскочили из своей машины и, направив на бойцов спецназа короткоствольные автоматы, закричали:

– Стоять! Ни с места! Оружие на землю!

В какой-то миг взор бойцов устремился на патруль, и это дало наемникам шанс на спасение. Пашка, который держал одного из террористов, слегка ослабил хватку и в тот же момент почувствовал, как его ногу обожгло что-то острое. В следующую секунду Али, а это был именно он, сумел освободиться из-под ноги Пашки и, выхватив пистолет, бросился бежать. В то же мгновение прозвучал короткий выстрел из милицейского автомата. Патруль, увидев перед собой непонятных людей в черной униформе без опознавательных знаков, принял всех за террористов, перевозивших взрывчатку. А когда Али вскочил на ноги, да еще и выхватил пистолет, нервы милиционеров не выдержали, и они открыли огонь. Реакция спецназовцев была быстрее, чем пули патруля. Вся пятерка бросилась под колеса рядом стоящей машины и залегла там, ожидая, пока прекратится стрельба. При этом ротный, который держал второго террориста, перекатился в укрытие вместе с ним, проведя удушающий прием.

Как только выстрелы прекратились, ротный хотел уже было крикнуть, что они свои, как вдруг услышал громкий голос Костяна. В суматохе капитан даже и не заметил, что того не оказалось в их числе.

– А ну, побросали оружие и сделали шаг назад!

Осторожно выглянув из-за колеса, ротный увидел своего бойца, который направил на патрульных скорострельный пистолет-пулемет «Бизон-2», пуля которого могла запросто пробить обычный бронежилет.

Судя по лицам патрульных, они знали об этом оружии и поэтому безоговорочно выполнили приказ спецназовца, отойдя к машине. Подобрав «АКМы», Костян не упустил случая облаять «синих», как они между собой называли милиционеров.

– Вы что, ослы, не разбираясь, палите по людям?! Вообще, что ли, страх потеряли? Вы хоть знаете, кого чуть не завалили, тупые ваши головы?!

Мужчины смотрели на Костю ничего не понимающим взглядом.

– Ну, что вылупились, как бараны на новые ворота?! Свои мы! Свои! – продолжал орать снайпер.

Ротный видел, что Костян появился с той стороны, куда рванул второй террорист, и поэтому даже не сомневался, что его боец не дал ему уйти. Подойдя к Костяну, Роман спросил:

– Где второй?

– Лежит под соседней машиной. Куда ему деться?

К ним, хромая, подошел Пашка.

– Сильно зацепило? – поинтересовался ротный, видя красное пятно на штанах бойца.

– Икру распорол, собака! – выругался Пашка.

– Двигаться сможешь? – с надеждой спросил командир, не желая терять боевую единицу в предстоящей операции.

– Смогу! – уверенно ответил Пашка, разрывая зубами пакет с бинтом.

– Помогите ему! – скомандовал ротный и снова повернулся к патрульным.

Когда Костян перестал орать на патрульных, один из них поинтересовался:

– А вы кто, ребята? Спецназ?

– Приграничный СОБР! – не задумываясь, соврал Никонов, не собираясь раньше времени раскрывать карты.

– Что-то мы о таком не знаем, – засомневался один из патрульных милиционеров.

– Теперь будете знать, – поддержал командира Костян.

– Что теперь делать? – покосившись на свои автоматы в руках снайпера, поинтересовались милиционеры.

– Вы забираете из машины взрывчатку, а мы – этих двоих. – Ротный кивнул на связанных наемников. – Когда закончим с ними, сможете их забрать, – объяснил капитан и тут же, повернувшись к бойцам, приказал: – Все! Уходим!

В это время к ним подъехал полковник Иващук, и спецназовцы, вернув патрульным оружие, потащили террористов в «немку».

Когда машина продолжила свой путь к станции, Федор обратился к командиру:

– Если я правильно понял, Роман Георгиевич, это только часть группы наемников?

– А ты вот у них спроси! – Ротный толкнул одного из террористов, которые лежали связанными на полу машины.

Федор схватил Али за волосы и с силой повернул его к себе лицом.

– Сколько вас в группе?

– Да брось, Федор! Все равно ничего не скажет! Они же смертники! – наступив тяжелым ботинком на спину наемника, сказал Мустафа.

Ротный достал из кармана свернутый вчетверо белый листок и, протянув его рядом сидевшему бойцу, приказал:

– Вот посмотрите и запомните! Это один из террористов, который пытался втереться в доверие агенту Синицыной.

На листке была фотография Влада, а снизу краткий перечень его преступлений за последние годы.

– Он может находиться среди персонала, так что смотрите в оба, чтобы не упустить его! Кроме того, надо обратить внимание на строителей, которые работают на территории станции. Есть сведения, что среди них тоже могут быть сообщники террористов, так как выяснилось, что эта зарубежная фирма какая-то темная.

– Так что, командир, взрывчатка, которую мы отдали «синим», липовая? – Пашка потер порезанную ногу.

– Судя по звонку на пульт милиции, это был отвлекающий маневр наемников. Поэтому поступим так! – Ротный обвел взглядом своих бойцов. – Как только окажемся на территории станции, Ткач и Федор отправляются в центральный блок, где их будут ждать Ганс и агент Синицына. Вчетвером они проверят все возможные места закладки взрывчатки, а заодно и обеспечат охрану главного центрального пульта, чтобы террористы не имели доступа к шахтам реакторов.

– А как же персонал? – Федор показал на униформу без знаков различия.

– Снимите маски и будете действовать как усиленная охрана объекта, так что ни у кого не возникнет вопросов по поводу вашего присутствия. К тому же вас постоянно будут сопровождать Ганс, которого уже знают как проверяющего, и Синицына, которая сама из числа персонала. Дальше! Ты, Пашка, останешься в машине вместе с этими наемниками!

– Да я нормально себя чувствую, командир! – Спецназовец хлопнул себя по раненой ноге.

– Не обсуждается! – отрезал ротный. – Остальные вместе со мной будут заниматься территорией. Надо нейтрализовать всех подозрительных лиц. Потом будем разбираться, кто строитель, а кто взрыватель. Главное – не дать создаться панике на станции, иначе, сами понимаете, в этом хаосе трудно будет понять, кто есть кто!

Тем временем полковник Иващук объехал всю огромную территорию станции и остановил «немку» возле кирпичного забора, в котором виднелась приличная дыра, в нее можно было просунуть голову.

– Ну что, готовы?

Бойцы как один подняли вверх большой палец.

– Пошли! – скомандовал ротный и первым выскочил из машины. Достав бинокль, присел возле проема в заборе. Понаблюдав немного за тем, что творится на территории, он повернулся к бойцам, которые сидели за его спиной с оружием на изготовку.

– Продвигаться будем парами до самой строительной площадки. Встречаемся возле этого здания! – Ротный, достав карту станции, ткнул пальцем в нарисованное одноэтажное здание.

– Смотри, командир! – обратил на себя внимание Ткач, ближе всех сидящий к проему.

Все бойцы повернули головы и увидели, как Ткач с легкостью отделяет кирпич за кирпичом. Проем увеличивался на глазах. От времени, дождей и солнца кладка уже изрядно рассыпалась, настолько, что весь забор можно было разобрать по кирпичику. Через пять минут в дыру можно было не только просунуть голову, но и пролезть человеку среднего телосложения. Когда проем превратился в настоящий проход, ротный посмотрел на своих бойцов:

– Ну, с богом, ребятки! Пошли!

* * *

Тогда спецназовцы еще не знали, что буквально полчаса назад к станции подъехала «Газель», в которой сидели наемники, а под сиденьем у них лежал пластмассовый чемоданчик с взрывчаткой.

Когда обе машины оказались около самой станции, их дороги разошлись. «Газель» поехала к воротам, за которыми проводился осмотр всех въезжающих на территорию машин, сам же американец свернул на стоянку возле здания руководства станции. Он не собирался проникать внутрь каким-то незаконным способом, так как у него в кармане лежал документ на имя главного прораба фирмы «Феникс», который ему передал заказчик взрыва, араб Ибрагим. В задачу Джона входило исполнение самой ответственной обязанности: ему надо было проследить, чтобы все прошло строго по плану и не было никаких осечек. Проследив за тем, как «Газель» въехала на досмотр, американец вышел из машины и уверенной походкой направился на КПП. Оказавшись внутри, Джон сразу же направился к огромной стеклянной витрине, за которой сидела уже немолодая женщина и лениво перелистывала какой-то журнал. Но стоило только наемнику подойти к окошку, как женщина, увидев перед собой представительного мужчину в костюме, сразу ожила.

– Здравствуйте! Я вас слушаю! Вы к кому?

Протянув документы на имя главного прораба, американец, улыбаясь, сказал:

– Я по просьбе Николая Яковлевича. Он попросил проконтролировать работу одной из наших бригад, которая работает у вас. Боится, что мы не успеем в срок.

Имя генерального директора подействовало на женщину безотказно.

– Да, да, конечно. Сейчас я вам только пропуск выпишу, – заторопилась она, делая запись в журнале.

«Вот Россия! Достаточно знать имя начальника, как тебя пропустят куда угодно!» – подумал Джон, наблюдая, как женщина выписывает ему пропуск.

– Вот, пожалуйста! – Наемник взял картонный квадратик, похожий на визитку. На нем стояла печать и аббревиатура ГАЭС.

Прозвучал щелчок, и американец уже взялся за блестящий турникет, как в эту минуту увидел, что в «стекляшку» к женщине вошел какой-то мужчина в военной форме. Наемник не придал этому значения, так как у него в руках уже был пропуск. Он уверенно шел ко второму турникету, за которым находился выход на территорию станции. Но тут случилось неожиданное. Американец услышал громкий и властный голос:

– Одну минутку, мужчина!

Джон остановился и, изобразив на своем лице удивление, повернулся на голос. В двух шагах от него стоял мужчина в форме, который только что вошел на проходную.

– Вы меня? – Джон показал на себя пальцем.

– Вас, вас! Вернитесь, пожалуйста!

В голове наемника пронеслось сразу несколько вариантов развития событий. Несмотря на то что с документами у него было все в порядке, из-за какой-нибудь мелочи весь его грандиозный план мог рухнуть в любую минуту. Наемник знал немало случаев, когда операции, готовящиеся не один месяц, проваливались именно из-за неучтенных мелочей. Сейчас перед наемником стоял пожилой военный в звании майора. Джону хватило одной минуты, чтобы сделать психологический портрет этого вояки. Он понял, что перед ним – человек, которому в свои годы не удалось подняться выше майора, и поэтому он считал виноватых в этом всех окружающих. Террорист видел, с каким властным недовольством он смотрел на дорогой костюм американца, уже заранее ненавидя его. Но подозрения в глазах майора наемник не увидел и поэтому, взяв себя в руки, спокойно переспросил:

– Вы это мне?

– Вам! Я начальник охраны и хотел бы проверить ваши документы! – пояснил майор, буквально сверля американца глазами. – Пройдемте!

Джону невыгодно было сейчас вступать в полемику с начальником охраны, и он послушно проследовал за майором в «стеклянную» комнату. Женщина уступила ему свое место за столом, а наемник протянул свои документы. Внимательно изучив их, майор поднял трубку телефона.

– Вы говорите, что сам Николай Яковлевич просил вас проследить за работой ваших подчиненных? – спросил майор, набирая какой-то номер.

– Именно так, – рассматривая кабинет, уверенно ответил наемник.

Настроение генерального директора Ежова сегодня было не из лучших, и поэтому, когда ему позвонил начальник охраны, он даже не дослушал его до конца.

– Конечно, пропустите, и пусть этот прораб разберется там, когда будет закончена наша стройка века! – нервно сказал директор и бросил трубку.

Майор понял, что зря решил проявлять излишнее рвение, и, вернув документы наемнику, разрешил ему пройти на территорию.

Уже выходя из проходной, американец увидел, как по лестнице со второго этажа спускается молодой высокий мужчина в белом халате, а рядом с ним шла симпатичная девушка. Джон скользнул по этой парочке взглядом и поспешил покинуть уже поднадоевшее ему здание. Ганс и Светлана Синицына тоже обратили внимание на подозрительного мужчину в костюме и решили узнать у начальника охраны, кто этот незнакомец.

* * *

Все то время, пока Джон преодолевал турникеты на проходной, «Газель», в которой кроме шофера находились Маньяк и Влад, осматривали в «кармане». Как только один из солдат подошел к машине, Влад открыл дверь и протянул ему документы. Внимательно изучив содержание, солдат попросил:

– Откройте тент!

Влад посмотрел на шофера, и тот, кивнув головой, выпрыгнул из кабины. Влад вышел вслед за ним. Стоило только шоферу приоткрыть тент, как в нос стоящим ударил аромат лежащих там яблок. Влад заметил, как солдат сглотнул слюну. «Так вот зачем нужны были эти фрукты!» – понял наемник замысел своего командира. Посмотрев в кузов, где, кроме стройматериалов, ничего не было, солдат не спешил уходить.

– Угощайся! – предложил Влад, беря из ящика пару краснобоких яблок и протягивая их солдату.

– Нам не положено.

– Да ладно тебе. Что я, сам не служил, что ли? – хлопнув его по плечу, сказал Влад и положил яблоки прямо на документы.

Солдат оглянулся вокруг, выискивая глазами начальство.

– Бери еще, пока начальства нет, – сразу все понял наемник и, забрав у него документы, стал накладывать тому в руки фрукты.

Когда руки солдата оказались полностью занятыми, Влад спросил:

– Ну что, хватит?

Солдат кивнул головой.

– Тогда мы поехали?

Любитель фруктов высунул голову из-за борта «Газели» и приказным голосом крикнул:

– Пропустить!

Вторые ворота медленно поехали в сторону, пропуская машину с террористами на территорию станции.

Молодой шофер, который уже не раз привозил сюда стройматериалы из магазина, сразу же направился к тому месту, где шла стройка. Пока все шло как надо, и наемники чувствовали себя спокойно. Подъехав к стройке, они увидели людей в желтой одежде, которые занимались каждый своим делом, не обращая ни на что внимания. Подъехав к пустому поддону, Маньяк с шофером стали выгружать цемент, а Влад тем временем стал знакомиться с обстановкой. Ему предстояло попасть внутрь центрального блока, куда он должен будет заложить взрывчатку. Неожиданно он услышал за своей спиной чей-то голос:

– А мы вроде бы не заказывали столько цемента.

Повернувшись, наемник увидел перед собой мужчину в чистом комбинезоне и с папкой под мышкой. «Наверное, прораб?» – успел подумать Влад, как тут же увидел идущего к ним американца.

– Нам сказали – мы привезли, – показав на Джона, равнодушно ответил Влад.

То, как повел себя американец, удивило не только прораба стройки, но и всех присутствующих. Джон стал кричать на прораба, даже не объяснив тому, кто он такой. Он играл свою роль, как хороший артист, изображая из себя разгневанного начальника. Через пять минут прораб уже стоял с опущенной головой и молча слушал нравоучения, даже не пытаясь возражать американцу. Когда же наконец все было закончено, Джон небрежно махнул рукой в сторону стройки.

– Идите и поторопите своих подчиненных, а то ползают как сонные мухи!

Прораб поспешил удалиться от взбесившегося начальника и сам принялся орать на строителей, несмотря на то что рабочий день уже подходил к концу. Когда наемники остались один на один, Джон тихо произнес:

– Бери чемоданчик и иди к той двери. – Он протянул Владу пластиковую карточку, которая служила электронным ключом. – Я тебя сейчас догоню.

Подойдя к Маньяку, американец отвел его в сторону, чтобы шофер не слышал, о чем они будут разговаривать.

– Через три минуты ждем тебя там, – он кивнул на железную дверь, возле которой уже стоял Влад.

– Понял!

После того как Джон, изображая из себя начальника, навел шухер на стройке, никому уже не было до них дела. Тем более что дверь, куда они направлялись, находилась за углом и была скрыта от посторонних любопытных глаз. Но наемники не знали, что в тот момент за ними пристально следили несколько пар глаз бойцов спецназа…

* * *

– А вот и остальные участники шоу, – повернувшись к бойцам, сказал ротный и, приложив руку к уху, повторил несколько раз: – Второй, Второй – я Первый. Гости вошли внутрь. Мы отправляемся за ними.

– Вас понял, Первый! – ответил Ганс и сразу же отключился.

Ротный достал из кармана электронные ключи, которыми его снабдил Фролов, специалист по атомным электростанциям, в кабинете генерала Волкова. Эта предусмотрительность сейчас была просто необходима, так как все двери здесь были оборудованы электронными замками. Капитан раздал бойцам ключи и предупредил:

– Огнестрельное оружие применять только в крайних случаях. Не забывайте, что здесь по меньшей мере около тысячи гражданских лиц. – Посмотрел на часы. – Дадим им еще три минуты, а потом отправляемся следом. Ты, Ткач, идешь со мной. Наверняка в том пластмассовом чемоданчике взрывчатка, так что у тебя появится возможность отличиться, – усмехнулся ротный. – Костян, занимаешь удобную позицию на крыше и будешь страховать всех нас оттуда. Мустафа и Федор, остаетесь следить за строителями и в случае проявления интереса к объекту нейтрализуете любопытных. Еще раз повторяю: стрелять только в крайнем случае.

После этого Никонов сделал круг рукой, давая понять, что все расходятся по своим позициям, и первым бросился к стоящему неподалеку поддону с кирпичами. Когда они с Ткачом оказались возле заветных дверей, за которыми скрылись террористы, капитан прислушался. За дверями не слышно было ни единого звука, и он уверенно провел электронным ключом по замку. Раздался еле слышный щелчок, и железная дверь приоткрылась, предоставляя возможность спецназовцам увидеть, что творится внутри. Длинный коридор освещался всего двумя лампочками, и в этом тусклом свете Роман увидел, как в конце коридора мелькнула фигура в белом халате. Подождав еще несколько секунд, они вошли внутрь и закрыли за собой дверь. Начиналась самая ответственная работа. Им предстояло обезвредить террористов до того, как они смогут привести в действие адскую машину.

В это же самое время Ганс и Светлана направлялись в отсек, который соединял действующие реакторы с неработающими. Именно оттуда можно было попасть в лифт, на котором террористы могли спуститься в первые два отсека. Второй же лифт находился на другом конце станции, и, чтобы достичь его, террористам надо было бы пересечь все помещение. Но в этом случае они не могли остаться незамеченными. Поэтому у них был только один путь – к первому лифту. Еще при первом осмотре всей станции Ганс сумел вычислить предполагаемый путь наемников, а сведения Светланы, которая проработала здесь не один месяц, только подтвердили его предположения. Сегодня утром они встретились с Никоновым, и тот обрисовал всю сложившуюся обстановку. Так как операция должна была начаться именно сегодня, капитан снабдил их не только средствами связи, но и оружием, которое они беспрепятственно смогли пронести на станцию. Теперь, когда операция вступила в силу, «шифроваться» Гансу не имело никакого смысла, и спецназовец, объяснив директору, кто он такой, приказал тому находиться в своем кабинете и не покидать его ни в коем случае. Ежову ничего не оставалось делать, как подчиниться его приказу.

Оказавшись возле входа в отсек, в котором находился лифт, Светлана и Ганс остановились. Посмотреть, что происходило внутри, не было возможности, а открыв дверь, они запросто могли столкнуться нос к носу с террористами. Взглянув вокруг, Светлана увидела стеллаж, на котором стояли какие-то подносы с пробирками. Схватив один из них, она показала спецназовцу глазами на дверь. Набрав нужную комбинацию, Ганс сделал вдох и дернул на себя ручку двери. Перед ним была небольшая площадка и лестница, ведущая вниз. Не услышав ничего подозрительного, они шагнули внутрь. Теперь им предстояло преодолеть расстояние от площадки до дверей лифта. Спецназовец приложил палец к губам и первым направился по ступенькам. Этой дорогой он шел еще в первый день своей мнимой проверки, и поэтому этот путь был ему знаком. Оказавшись возле дверей лифта, Ганс сразу же определил, что внутри никого нет, так как электронное табло показывало «ноль». Повернувшись, он посмотрел на Светлану. Та только пожала плечами, тоже ничего не понимая. Судя по времени, террористы уже должны были быть здесь. В следующую секунду боковая дверь открылась, и на пороге появился мужчина в белом халате. За ним следом появились еще двое, и у одного из них в руках был небольшой пластмассовый чемоданчик. Ганс в одно мгновение понял, кто эти мужчины. Сомнений не было – это террористы. Те, в свою очередь, тоже, скорее всего, не ожидали увидеть тут посторонних людей и поэтому остановились как вкопанные, соображая, как им быть дальше. Все это длилось всего несколько секунд, но для каждого из них это время показалось вечностью. Неожиданно за спиной спецназовца прозвучал голос Светланы:

– Влад! А ты что здесь делаешь?

Если еще секунду назад Джон думал, как ему поступить с мужчиной и лаборанткой, которые взялись непонятно откуда, то теперь уже не имело смысла оставлять их в живых. Резким движением он попытался выхватить пистолет, но было уже поздно. Светлана среагировала быстрее. Поднос с пробирками полетел прямо в лицо американцу, заставляя его закрыться руками. Зато наемник по кличке Маньяк оказался намного проворнее своего командира. После слов Светланы он понял, что их маскарад в виде белых халатов раскрыт, так как этот красавчик Влад встретил здесь кого-то из своих знакомых баб и сейчас смотрел на нее широко раскрытыми глазами. В то время, пока Джон пытался закрыться от летевших в него стеклянных пробирок, Маньяк выхватил пистолет и, направив его на Светлану, выстрелил. Но агент Синицына тоже успела оценить всю обстановку и поэтому, не дожидаясь, пока террористы придут в себя и начнут действовать, сама пошла в наступление. Бросив поднос в лицо одного из них, она тут же отпрыгнула в сторону, чем и спасла себе жизнь. Уже падая, Светлана увидела, как Ганс, выхватив мини-автомат, сначала ударил им во все еще удивленное лицо Влада, а потом с разворота саданул им по запястью стреляющего Маньяка. Двухметровый спецназовец знал, что после его удара никто не смог бы удержать в руках оружие, и поэтому уверенно повернулся к террористу спиной, для того чтобы решить вопрос с третьим наемником. Его мощный удар в пах американцу откинул того в сторону, припечатав к стенке. Площадь, на которой происходил этот неравный поединок, была мала для пятерых человек, и поэтому Гансу приходилось еще следить за тем, чтобы случайно не споткнуться и не зацепиться за чью-нибудь ногу. Откатившись в сторону, Светлана выхватила пистолет и направила его в голову американцу, который все еще продолжал держать в руках чемоданчик с взрывчаткой.

– Если шевельнешь хоть пальцем – вышибу тебе мозги! – грозно произнесла агент ФСБ.

Влад, схватившись за разбитый нос, с ужасом наблюдал за происходящим, понимая, что всем его планам «вовремя соскочить» не суждено сбыться. И только Маньяк был еще в полной боевой готовности, несмотря на то что Ганс сумел выбить у него из рук пистолет. Он сразу оценил ситуацию, в которой они оказались. С первых минут боя ирландец понял, что перед ними подготовленные бойцы спецподразделения и поэтому продолжать схватку не имело никакого смысла, тем более что сейчас перевес был на их стороне. Когда Ганс повернулся к нему спиной, наемник бросился к спасительной двери. Он знал, что с легкостью покинет станцию и сможет уйти от преследования. Оставалось только преодолеть длинный коридор. Рванув на себя ручку двери, он уже был готов бежать со всех ног, как вдруг в его голове все померкло, и он даже не успел понять, что же с ним произошло.

Перешагнув через поверженного наемника, Никонов – а это был именно он – буквально влетел на площадку, где только что произошла схватка его бойца и Светланы. Увидев лежащих Джона и Влада, ротный опустил автомат и, сняв маску, спросил:

– Как вы?

Светлана продолжала держать американца под прицелом, и в ее глазах капитан увидел благодарность.

В это время Влад попытался сделать движение рукой, и это было его ошибкой. Роман резким ударом ноги в тяжелом ботинке отправил его в глубокий нокаут. Без лишних слов Ткач подошел к американцу и аккуратно освободил его ладонь от ручки взрывоопасного чемоданчика.

– Вам лучше выйти. – Он посмотрел на командира.

– Забираем этих и уходим! – скомандовал ротный и, схватив обездвиженное тело Влада за шиворот, поволок его в коридор.

Ганс помог Светлане вывести американца и, положив того вниз лицом, сказал:

– Глаз с него не спускай!

Когда все террористы были обезврежены, Роман вернулся к Ткачу. Тот сидел перед открытым чемоданчиком.

– Ну, что там у тебя? – поинтересовался капитан, присаживаясь рядом с бойцом.

– Агрегат серьезный, но активировать его они не успели, так что сейчас выну взрыватель – и можно убираться отсюда, – объяснил спецназовец.

Ротный приложил руку к уху и отдал приказ другим бойцам, оставшимся на территории:

– Мустафа! Берешь Федора – и к нам! Поможете забрать террористов! Костян, остаешься на позиции!

– Взрывчатку нашли, командир?

– Нашли, нашли! Давайте к нам! – повторил ротный.

Не прошло и пяти минут, как по коридору уже бежали бойцы, стуча по полу тяжелыми ботинками. Оказавшись рядом с командиром, они оценили обстановку. На полу лежали три наемника, одного из которых Светлана держала под прицелом своего пистолета. Не успели они начать «паковать» террористов, как в наушнике командира прозвучал голос снайпера:

– Первый, Первый! Вижу нездоровое движение на территории. Мои действия?

– Доложи, как положено! Что значит «нездоровое движение»?

– Один из строителей с ящиком в руках направляется к зданию станции, – пояснил Костян.

Ротный среагировал моментально:

– Федор! Со мной! Остальные остаются здесь.

Костян лежал на крыше какого-то старого склада и наблюдал за территорией станции в оптический прицел своей винтовки. Поначалу все было спокойно, но Костян знал, что любая операция заканчивается только тогда, когда командир даст отбой. А до тех пор надо было оставаться в боевой готовности, тем более что сейчас они имели дело с хорошо подготовленными наемниками, от которых можно было ожидать чего угодно. Он понимал, что такая операция, как взрыв на атомной станции, должен был готовиться очень тщательно, и не исключал такой возможности, что на территории могла оказаться еще парочка наемников, прикрывающих отход основных террористов. Когда снайпер услышал, что террористы, находившиеся в здании, обезврежены, а взрывчатка найдена, он почувствовал некое облегчение, но все равно продолжал следить за территорией. И понял, что не напрасно. Костян увидел, как один из строителей, пока другие занимались своими делами, вошел в бытовку и уже через несколько минут вышел оттуда с каким-то ящиком в руках. Судя по тому, как он двигался, Костян сделал вывод, что ящик не пустой. Строитель шагал к углу здания, где Костян уже успел увидеть решетку вентиляции. Когда до нее осталось двадцать шагов, Костян вызвал командира:

– Первый, Первый! Объект движется к вентиляции! Осталось пятнадцать шагов! Мои действия?

– Никаких действий до последнего момента! Если окажется что это просто гражданский, а не террорист, у нас могут быть проблемы, – пояснил командир. – Пока только наблюдать и держать на прицеле. Мы уже выходим.

– Понял! Продолжаю наблюдение!

Тем временем строитель приближался с ящиком к решетке. Костян навел перекрестье прицела ему в затылок, но уже через секунду перевел его на правую ладонь. Остановившись, строитель поставил ящик и стал приподнимать решетку. Неожиданно возле него оказался второй. Костян не успел понять, откуда тот появился, но успел сообразить, что произойдет в следующую минуту. Пока мнимые строители пытались откинуть тяжелую решетку, из-за угла появились бойцы спецназа с оружием на изготовку. Ротный в одну секунду смог оценить происходящее. Он понял, что террористы, которых они только что задержали, были отвлекающим моментом, а настоящая взрывчатка находилась в этом ящике, который стоял сейчас под ногами парней, пытающихся откинуть решетку вентиляции. В голове у капитана возникла точная карта станции, и он понял, что эта вентиляция ведет в шахту неработающего реактора. Конечно же, в свое время никому и в голову не могло прийти, что в нее кто-то мог сбросить несколько килограммов взрывчатки. В те годы, когда это все строилось, и понятия не имели о каких-то там террористах.

– Оставаться на месте! – закричал ротный и бросился к террористам.

Те даже не отреагировали на крик, продолжая заниматься своим делом. «Смертники!» – мелькнуло в голове у ротного. Между ними оставалось три метра, когда один из них схватил ящик и уже занес его над шахтой, а второй, развернувшись к спецназовцам, открыл огонь из короткоствольного автомата, прикрывая своего напарника. Ротный уже представил, как ящик падает в пятидесятиметровую шахту, откуда достать его будет практически невозможно, как тут увидел, что парень как-то неестественно завалился на один бок, отводя в сторону ящик с взрывчаткой. В следующую секунду второй террорист бросился к нему, чтобы завершить начатое дело, но не успел сделать и шага, как его голова лопнула, словно спелый арбуз.

Костян стрелял разрывными пулями, попадая точно в цель. Когда один из террористов уже занес ящик над шахтой, снайпер сообразил, что, если он сейчас убьет его, тот вместе с ящиком полетит в многометровую шахту. Поэтому для начала Костян выстрелил ему в колено. Ногу террориста буквально оторвало, от чего, потеряв упор, он завалился на бок, отводя опасный груз в сторону. А вот со вторым Костян церемониться не стал.

Выскочив из укрытия, ротный и Федор бросились к террористу, который еще оставался жив и мог в любую минуту попытаться закончить свое дело. Несмотря на то что тот и так был тяжело ранен, ротный ударом приклада с размаху вырубил его. Рисковать было нельзя. Слишком много жизней стояло сейчас на карте.

* * *

После того как все террористы были обезврежены, Роман набрал телефон полковника Котова.

– Ваше задание выполнено, но мне нужно, чтобы сюда прибыл ОМОН, так как среди персонала могут еще находиться сообщники террористов, – пояснил капитан.

– Вы обезвредили взрывчатку?

– Зарядов оказалось три.

– Вы уверены, капитан, что обезвредили всех участников этой операции?

– Уверен! – Ротный посмотрел на лежащего под ногами американца.

Тот продолжал еще бормотать подробности всей операции, находившись под воздействием введенной ему «сыворотки правды». Этот препарат применялся только в исключительных случаях. Но данная операция была именно таким случаем, когда исключалась любая ошибка.

Вся операция заняла не больше часа, персонал станции даже и не понял, что в течение этого времени они находились на волоске от смерти. Возле вентиляционной шахты спецназовец Ткач обезвредил взрывчатку, которую должен был включить человек Ибрагима. Уже отъезжая от станции, Никонов увидел, как к ней подъехали несколько автобусов с зашторенными окнами.

Спустя два часа вся группа уже прощалась с полковником Иващуком.

– Ну что, полковник? Даст бог – свидимся? – Капитан протянул ему свою руку.

– Желательно при других обстоятельствах.

Когда самолет поднялся в небо, капитан Никонов достал из сумки литровую бутылку водки и, показав ее своим бойцам, спросил:

– Ну что, за возвращение?

Громко чокнувшись походными стаканами, спецназовцы в один голос произнесли:

– За нас! И за спецназ!

Content

Сергей Зверев
Реактор в кулаке