Ситникова Людмила

Гламурные розовые кролики

Людмила Cитникова

Гламурные розовые кролики

Одни люди от природы молчаливы, другие любят поговорить, но есть еще и третья категория граждан, у которых рот не закрывается ни на секунду. Вот именно к такой категории и относилась соседка Катарины Копейкиной – Вика Потапова. Девушка обладала удивительной способностью трещать без умолку несколько часов подряд и при этом совсем не уставала от собственной болтовни.

Причем болтала Виктоша обо всем на свете, молниеносно перескакивая с темы на тему. Например, она могла завести разговор о понравившейся кофточке, увиденной в магазине, а уже через мгновенье перескочить на пересказ нового фильма.

Аналогичная ситуация получилась и в этот раз. Примчавшись к Катке, Вика плюхнулась на мягкий диван, поджала под себя ноги и начала с упоением рассказывать о своем новом парне, с которым познакомилась на дискотеке.

Катарина слушала соседку вполуха, гадая, когда Потапова закончит свое бесконечное повествование.

И вдруг Вика выдала:

– Катка, ты себе не представляешь, какой он пупсик! Лапочка! Сюсечка! У него такие красивые глазки! Такой забавный носик! А от хвоста я вообще прибалдела.

Катарина замерла. Это что-то новенькое: парень с красивыми глазками и забавным носиком – куда ни шло, но вот чтобы у парней имелся хвост… Н-да, не иначе Вика познакомилась с мутантом.

– Ты сказала – хвост?

– Ага, – как ни в чем не бывало кивнула Потапова. – Он у него маленький, но зато очень пушистый.

Стараясь говорить как можно спокойней, Катка попыталась зайти с другой стороны.

– Хм… А где, если не секрет, у него растет хвост?

– Как у всех – сзади. Зачем глупые вопросы задавать? Можно подумать, ты никогда в жизни щенков не видела.

– Щенков? – у Копейкиной отлегло от сердца. – Ты мне про парня своего рассказывала, при чем здесь щенки?

– Здрасте, я про Серегу уже все сказала, а потом про песика начала. Ты вообще меня слушала или в облаках витала?

– Не злись. Просто ты очень много говоришь, я не успеваю вникнуть.

– А вот Сережа успевает. К твоему сведению, он назвал меня самой очаровательной говорушкой на свете.

Несколько секунд Вика хранила гробовое молчание – что уже само по себе казалось странным, – а затем, взяв Катку за руку, с мольбой в голосе произнесла:

– Мне кажется, у нас с Сережей любовь. Я жить без него не могу. Когда мы не вместе, я хожу как в воду опущенная. Пропала я, Катка, ой пропала.

– Когда вы познакомились?

– Месяц назад. Но это совсем не важно, необязательно знать человека долгие годы, чтобы понять, что он твоя половинка. Сережа из обеспеченной семьи, ему двадцать пять лет, он студент, имеет шикарную тачку, одевается как денди и ни капельки не жадный. Вот! – Вика шмыгнула носом. – Нам было так хорошо вместе!

– Почему было?

– Понимаешь, когда мы познакомились, то первую неделю посещали исключительно ночные клубы и дискотеки. А потом… Сергей предложил мне… сблизиться. Должна сказать, что это желание было обоюдным. Но возникла проблема: где, собственно, проводить бурные ночи? У Сергея нельзя, его мать очень строгая женщина, она считает, что девушка должна вступать в брак девственницей. Старомодное суждение, но ведь человека уже не переделать.

– Ты видела его родителей?

– Нет, но Сережка мне про них много рассказывал. – Вика тяжело вздохнула. – Ко мне, сама знаешь, парня привести нельзя. Мать, отец, бабка и три сестры. Мы и так по квартире передвигаемся, как муравьи.

– Если твой Ромео такой богатый, он мог бы снять квартиру для встреч.

– Я не сказала, что он богатый, я говорила – обеспеченный. Это разные вещи. Да, у него есть деньги, но, очевидно, не так много, чтобы можно было снять жилье. Иначе Сергей бы сразу предложил такой вариант.

– Значит, вы еще не сблизились?

– Ошибаешься. Я взяла ключи у Верки. Она как раз на пару недель в Египет упорхнула, и в ее двушке мы с Сережей… О! Какой же он классный, Катка!

– Если все так хорошо, в чем проблема?

– В том, что Верка из Египта вернулась, ключики назад забрала, и теперь мы остались без любовного гнездышка. Поэтому я к тебе и примчалась.

– С ума сошла?! Я не смогу пустить вас к себе. Ты забыла про Розалию?

– Твою гламурную свекровь я не забуду, даже когда впаду в старческий маразм. Но ведь речь не о квартире. У вас есть коттедж в Подмосковье, дай мне на один денек ключики. Обещаю, мы с Серым ничего не разобьем, ничего не повредим и вообще воспользуемся только одной спаленкой. Самой-самой маленькой.

– У нас в коттедже нет маленьких спален, – машинально ответила Копейкина, осмысливая слова соседки.

С одной стороны, ключи дать не жалко. Она давно знает Викторию, ей известно, что Потапова девушка аккуратная, исполнительная, и в принципе вручить ей связку ключей можно безбоязненно. Но, с другой стороны, Катка совсем не в курсе, кто такой Сергей. А пускать в дом посторонних, да к тому же тех, кого ты так и не увидишь, довольно-таки рискованное мероприятие.

– Ну, Кат, – ныла Вика, – вы же все равно в Москве, коттедж пустует. А нам с Серым он позарез нужен. Каточка! Миленькая! Войди в мое положение.

Десять секунд спустя Катка проговорила:

– Когда соберетесь возвращаться в город, обязательно закрути все вентили в стояке, выключи свет и не забудь выключить плиту.

– Да она нам не нужна! Мы не ужинать туда отправимся. Катка, ты прелесть, я знала, ты не подведешь. Ну, давай, давай скорее ключики.

Протянув связку, Копейкина покосилась на дверь.

– Смотри, не проболтайся Розалии! Если она узнает, нам обеим крышка.

– Катусик, я молчок! Я рыба! – Хохотнув, Вика чмокнула Катку в щеку и выбежала в коридор.

В это самое время из своей спальни вышла Розалия Станиславовна. Посмотрев на Вику сверху вниз, она прохрипела:

– Потапова, ты вся светишься, неужели выиграла в лотерею десять миллионов баксов?

– Лучше! Я влюбилась!

– В кого? В сына Рокфеллера?

– Расскажу в другой раз. Мне некогда. Кат, еще раз спасибо за ключики, завтра днем занесу.

– О каких ключиках речь? – встрепенулась свекровь.

– От вашего коттеджа. Мне их Катка дала, чтобы нам с Сергеем было где провести романтическое свидание. Ой, я, кажется, не то сказала, да?

Копейкина показала Вике кулак.

– Ну ладно, я испаряюсь, – распахнув входную дверь, Потапова понеслась к себе.

Розалия уперла руки в бока.

– Кошмар! Ты отдала ключи и даже не соизволила проконсультироваться со мной. А вдруг ее парень болеет сифилисом? Вдруг он заразный и его требуется поместить в специализированное медучреждение закрытого типа?

– Перестаньте. Никто ничем не болеет.

– Ты уверена? А где, позволь спросить, результаты его анализов? Чем ты думала, дурья башка? Мне плохо! Мое гламурное сердце не выдержит! А-а-а… О-о-о… Ну чего ты стоишь? Немедленно неси мне гламурные капли.

– А как они называются?

– Идиотка! Они называются «Бейлиз». Только смотри, не переборщи. Думаю, капелек триста будет вполне достаточно.

Пожав плечами, Катарина потопала к бару – за гламурными «каплями».

* * *

В одиннадцать утра раздался звонок.

– Кат! – кричала Потапова. – Это я.

– Ты уже дома?

– Нет… пока еще у тебя в коттедже. Слушай, ты бы не могла за мной приехать?

– То есть?

– Я не знаю, как обратно домой возвращаться. Приезжай.

– А где Сергей?

– Все расскажу при встрече. – Вика отсоединилась.

Почувствовав неладное, Катарина схватила сумочку и выбежала из квартиры.

В Подмосковье она приехала в начале первого. На участке стоял черный джип, а на крыльце, заламывая пальцы, тряслась Виктория.

– Почему ты так долго? – набросилась она на Копейкину. – Я места себе не находила.

– Что у вас стряслось?

– Не знаю, Катка, я ничего не понимаю. Вчера мы приехали в коттедж, Серега меня сразу в спальню потащил, он такой пылкий. В два часа мы заснули, а утром… Я проснулась в девять, а Сергея нет. Сначала подумала – он внизу, позвала, но никто не ответил. Я весь дом обыскала – пусто. Самое ужасное, что он ушел из дому босиком. Прикинь? Его туфли и носки остались лежать у кровати. Абсурд! И машина на участке. Не мог же Серый пешкодралом уйти? Да и с какой стати ему удирать?

– Почему ты не позвонила мне сразу?

– Надеялась, что он вернется. Постоянно трезвонила ему на сотовый – бесполезно.

– Домой звонила?

– Я номера не знаю. – Внезапно Вика вздрогнула. – Ой, вру, мне же Сережка несколько дней назад с домашнего позвонил.

Схватив сотовый, Потапова начала тыкать пальчиком по кнопкам.

– Сейчас-сейчас. Вот!

Трубку не снимали. Вика заревела.

– С ним беда стряслась. Катка, что теперь делать?

– Во-первых, не паниковать. Все это, конечно, очень странно, но попытаемся разобраться. Напиши мне его домашний телефон.

Пока Вика царапала на клочке бумаги цифры, Катарина обошла дом, а спустившись в гостиную, проговорила:

– Собирайся, мы возвращаемся в город.

По дороге Вика то и дело набирала номер Сергея.

– Почему он меня не разбудил? – сокрушалась девушка.

Ката притормозила.

– А ключи? Вчера вечером вы закрыли входную дверь?

– Конечно. Я лично замок закрывала. Ключики на журнальный столик положила, – Вика зажала рот кулаком. – Мамочки, утром же дверь была открыта, а ключи вставлены в замочную скважину!

– По крайней мере, теперь мы знаем, что Сергей покинул коттедж добровольно.

– Ты о чем?

Катка решила отмолчаться. Ситуация наиглупейшая. Девушка с парнем приехали за город, дабы с пользой провести время, и вдруг утром выясняется, что паренек испарился, причем испарился без обуви. Более того, он наплевал на свое авто, оставив его на чужой территории. На данный момент у Катки не имелось совершенно никаких мыслей и предположений, способных объяснить таинственное исчезновение Сергея.

Высадив Вику у подъезда, Копейкина вооружилась сотовым и принялась терпеливо давить на клавиши. На протяжении получаса телефон отзывался длинными гудками, но вдруг удача решила улыбнуться, и после очередного набора цифр Катарина услышала усталый женский голос.

Минуту спустя выяснилось, что голос принадлежит матери Сергея Сватова. Сообщив, что им необходимо встретиться, Катарина попросила даму продиктовать свой домашний адрес.

Не задавая лишних вопросов, Сватова назвала координаты и все тем же усталым голоском проговорила:

– Буду вас ждать.

* * *

Увидев жилище Сватовых, Катарина решила, что ошиблась адресом. Нет, ну а как иначе, если малогабаритная двушка выглядела так, словно в ней лет двадцать не проводился ремонт? Серенькие обои, судя по всему, клеили еще в советские времена, обшарпанный линолеум вообще стелили при царе Горохе, а двери выглядели настолько убого, что практически не оставалось сомнений – здесь обитают малоимущие люди.

Ката собственными глазами видела иномарку Сергея, и, думается, можно не сильно слукавить, сказав, что человек, который приобрел такое дорогое транспортное средство, ни за какие коврижки не станет жить в столь «скромных апартаментах».

– Наверное, я ошиблась дверью, – Копейкина глупо улыбнулась, ожидая, что стоявшая перед ней сутулая женщина предпенсионного возраста закивает и скажет, в какой квартире можно найти Сватовых.

Но этого не произошло.

– Я Ирина Сватова, – апатично молвила женщина. – Мать Сергея. Вы звонили именно мне.

Сглотнув, Катарина еле выдавила:

– А где ваш сын?

– Я его не видела со вчерашнего дня. Что-то случилось?

– Нет-нет, просто я… Понимаете, наверное, все-таки произошла ошибка. Тот Сергей, который мне нужен, живет в более… комфортабельных условиях. У него есть дорогой джип, а еще он…

– Так мой Сережа и ездит на дорогом джипе.

– Как?

В этот момент из комнатки вышла плотно сбитая девица и, равнодушно взглянув на Катку, буркнула:

– Ирина Леонидовна, я пойду. Спасибо за журнальчики.

– Не за что, Валюша. Как Сереженька приедет, я скажу, чтобы зашел к тебе.

Далее Ката завалила Сватову миллионом вопросов и теперь пребывала, мягко говоря, не в себе. Вкратце рассказ Ирины выглядел следующим образом.

Сергей Сватов в принципе был парнем неглупым, но его очень рано одолела лень-матушка. После окончания школы Сережка не захотел продолжать обучение – хотя вполне мог поступить в один из вузов, – а вознамерился стать рабочим человеком. За пять лет Сергей сменил восемь профессий, парня постоянно что-то не устраивало, и он, как говорится, находился в вечном поиске.

Ирина Леонидовна, вырастившая сына без мужа, трудится на двух работах. С сыном практически не общается – Сергей редко бывает дома. Где и с кем проводит время – неизвестно.

А недавно Сергей сообщил матери, что встретил своего школьного приятеля – Антона Рожкина. До девятого класса пацаны просидели за одной партой, а потом у отца Рожкина бизнес пошел в гору, и семейство перебралось жить за город. И вот спустя почти десять лет ребята случайно столкнулись в центре столицы. Антон вышел из машины купить пачку сигарет, а Серега стоял недалеко от палатки, пил пиво.

Как и полагается, встречу обмыли, поностальгировали по школьным временам, обменялись номерами мобильников и стали частенько созваниваться.

– А потом Антоша дал Сергею свою машину, – заключила Ирина. – Оформил на него доверенность, все как полагается. Мне Сергей рассказывал, что Рожкин-старший теперь миллионами ворочает. Успешный бизнесмен! И Антоша, видать, по его стопам пойдет, он сейчас на пятом курсе учится. Между прочим, Антон не только машину Сереже дал, но еще и деньжат по старой дружбе подкидывает, – Сватова смутилась. – Сереженька теперь хоть приоделся, стал таким модником.

– Он не работает?

– Ищет работу, – уклончиво ответила Ирина. – Сейчас не так легко на высокооплачиваемое место устроиться.

Катка переваривала услышанное. Ситуация немного прояснилась. Сергей Сватов, парень без гроша за душой, бездельник и лентяй, встретил друга, который начал спонсировать его деньгами. Сергей времени зря не терял. Приоделся, сел за руль шикарной тачки и познакомился с Викой Потаповой, представившись сынком обеспеченных родителей. Теперь понятно, почему у голубков не было постоянного места для свиданий. Сергей не имел денег, чтобы снять жилье. Но возникает еще парочка вопросов: во-первых, где сейчас Сватов, а во-вторых, с какой стати Антон Рожкин выступал в качестве доброй феи, снабдив бывшего одноклассника машиной и ассигнациями?

– Ирина Леонидовна, а кто та девушка, которая вышла из комнаты?

– Валюша. Наша соседка, она живет напротив. Моя несостоявшаяся невестка. Любит Валька моего Сережку с первого класса, бегает за ним хвостиком, а он, балбес, внимания на нее не обращает. А Валька невеста завидная, у нее и машина есть, и дача, и с работой повезло. Валюша у нас дипломированный психиатр. Это у них семейное. У Вали и отец, и дед тоже с медициной связаны были. А про деда вообще легенды ходили. Моя мать была с ним знакома и всегда называла его вторым Мессингом. Говорила, он мог загипнотизировать любого! Даже того, кто гипнозу не подвластен. Представляете?

– В какой квартире живет Валя?

– Я же сказала, ее дверь напротив.

* * *

Валентина оказалась менее разговорчивой, чем Сватова. Когда Катка предложила поговорить, девушка фыркнула и заявила:

– Я вас знать не знаю.

Пришлось выложить правду об исчезновении Сергея.

Валя побледнела.

– Ушел босиком? Но куда?

– Это я и пытаюсь выяснить.

– Маразм! Надо срочно заявить в милицию.

– Я хотела сначала переговорить с его родными.

– Что вы сказали Ирине?

– Ничего. Она ни о чем меня не спрашивала.

– Узнаю Ирину Леонидовну! Выболтает все на свете и даже вопроса не задаст. А вот вы поступили очень мерзко, когда дали своей соседке ключи от коттеджа. Устроили у себя публичный дом.

– Они любят друг друга, – возразила Катка.

– Ха! Любят! Не смешите меня. Сережка сам пока не знает, чего хочет. Путается с разными особами, а меня в упор не видит. Я его уже давно люблю, мне никто не нужен, кроме него. Сто раз предлагала Сергею жить вместе, сулила златые горы, мол, и счастье у нас будет, и достаток, ты только согласись взять меня в жены.

– А он?

– Смеялся. Говорил, что на роль соседки я подхожу идеально, но в качестве жены он видит другую девушку. Урод! Пришлось смириться с мыслью, что Серега никогда не будет моим, – Валя стиснула зубы. – Допрыгался. Где теперь его искать? Спутался с этой крысой – ни рожи ни кожи! Дядя Степа в мини-юбке!

– Напрасно ты обливаешь Вику грязью. Она не крыса, а насчет дяди Степы вообще перебор. Вика едва доросла до метра шестидесяти.

– Не знаю, о какой Вике речь, но я видела Серого в компании двухметровой вышки.

– Где и когда?

– Месяцев шесть назад, он тогда еще без колес был. Я частенько за ним по вечерам следила, – Валентина с вызовом посмотрела на Катку. – И не вижу в этом ничего зазорного! Ясно? Они все чаще по дешевым барам таскались. Пивом накачивались и к ней домой на автобусе хреначили.

– Для чего ты за ними следила?

– Не ваше дело, – Валя зло сверкнула глазами.

– Вика сказала, они знакомы месяц, значит…

– Значит, Серега запал на очередную потаскушку, а я опять в пролете.

Возразить Катарина не успела. В прихожей хлопнула дверь, и спустя несколько секунд в комнате Валентины нарисовалась низкорослая толстушка, от которой за версту несло перегаром.

– Доча, я дома, – заплетающимся языком проблеяла родительница.

– Снова накачалась? – взвизгнула Валя.

– Мы с Зинкой по рюмашке опрокинули. Че ты! У нее зять родил… То есть родился сегодня. Ну… не сегодня прям, а тогда еще… тридцать лет назад. Но в этот самый день. Вот! – высказалась толстушка.

Вскочив, Валентина подлетела к матери и, глядя ей в глаза, отчеканила:

– Немедленно разворачивайся и топай в большую комнату!

Секунд десять мамаша молча стояла, уставившись на дочь, а затем, выпрямившись, развернулась и как-то неестественно пошла по узкому коридорчику. Валя шествовала за ней.

Заинтригованная такой покорностью, Катка тоже посеменила по коридору.

В комнате мать остановилась у кровати.

– Садись, – гудела Валя.

Женщина села.

– Теперь ложись. Укрывайся одеялом. И спи!

Разинув рот, Катарина гадала, каким образом Валентине удалось так выдрессировать мамашу, что та по первому требованию дочери выполняет все ее приказы. Другая бы пьянчужка встала на дыбы, начала качать права, материться, а эта… Чудеса, да и только.

– Она всегда тебя слушается? – спросила Копейкина, когда они вновь оказались в комнатке девушки.

– Когда приказываю – всегда.

– И часто приказываешь?

– Случается. А ты разве не поняла? – она перешла на «ты». – Я ведь мамашку загипнотизировала.

– Как?!

– Очень просто. Я же не какая-нибудь Маня из деревни. Я человек ученый – далеко не глупый. Да у нас в семье все гипнозом владели: и папка, и дядька, но в особенности дедуля. Дед был первоклассным психиатром. Академик! Мечтаю пойти по его стопам.

Катке сделалось не по себе. Решив как можно быстрее ретироваться, она потопала к двери.

– Погодь. Что с Серегой-то делать? К ментам бежать надо.

– Непременно. Я отправлюсь к ним сразу, как только выясню одну важную деталь.

Прежде чем выйти на улицу, Копейкина нанесла повторный визит Ирине Сватовой. Ей требовался адрес или телефон Рожкиных. И снова Ирина не задала ни единого вопроса. Она провела Катку в комнату сына и достала с полки яркую визитку, на которой значилось: «А. В. Рожкин». Ниже прилагались номера двух мобильных телефонов.

* * *

Въезд в поселок преграждал шлагбаум. Лениво поинтересовавшись, к кому направляется Копейкина, тучный охранник кивнул:

– Нормалек, я предупрежден.

На участке Рожкиных также имелась своя охрана. Стоило Катке надавить на клаксон, как высоченные ворота начали медленно разъезжаться.

Выключив зажигание, Катарина открыла дверцу авто и увидела, как к ней со всех ног несется немецкая овчарка. Собака была настроена дружелюбно – об этом свидетельствовал непрестанно виляющий хвост.

И вдруг раздался пронзительный женский крик:

– Дверцу! Закрывайте быстрее дверцу!

Ката растерялась. Воспользовавшись ее замешательством, собака в мгновенье ока запрыгнула на переднее сиденье, осмотрелась и, схватив в зубы коробку из-под диска, дала деру.

– Стоять! Стой, я тебе сказала! – негодовала показавшаяся на лужайке женщина.

Но псина неслась по сочному газону, а потом скрылась в кустах жимолости.

– Я же вас предупреждала, – с укором произнесла незнакомка, приблизившись к Катке. – Дверцу надо закрывать сразу, иначе Поганка обязательно запрыгнет в салон и чего-нибудь стащит. Что она на этот раз утащила?

– Диск. Вернее, только пустую коробочку.

– Паразитка! Совсем собака распоясалась, никого не слушает – разбаловалась до безобразия. И ведь самое интересное, что никто понятия не имеет, куда Поганка вещи таскает. Мы весь участок обыскали – ничего. Зарывает их, что ли? Черт ее знает. И ночью от нее покоя нет. Если в доме находится, начинает носиться по коридорам как оглашенная, на улице гавкает на всю ивановскую, а в домик охранника вообще наотрез заходить отказывается. Соседи уже на нас косо смотрят, считают, что мы Поганку лупим нещадно, вот она и воет.

– Странное имечко для собаки.

– Для нее самое подходящее. А вы к Антоше приехали? – мило заулыбалась женщина. – Он вас ждет. В библиотеке. Мальчик много занимается, он у нас очень ответственный. Диплом пишет. Пойдемте, я вас провожу.

Пока они шли по дорожке, дама успела представиться. Ее звали Ниной Васильевной, она была тещей Рожкина-старшего, следовательно, Антону приходилась бабушкой.

В просторной гостиной Нина кивнула на дубовую дверь:

– Там у нас библиотека. Проходите, не стесняйтесь.

Ответственный мальчик Антон занимался довольно своеобразно. Откинувшись на спинку кресла, парень задрал ноги на стол и, смоля сигаретку, двигал головой в такт льющейся из наушников музыке.

Заметив Катку, он усмехнулся и вытянул вперед руку, указывая на стул.

– Ты Катарина, – пробасил он, снимая наушники.

– Она самая.

– А я Антоха. Будем знакомы. Слушай, а чего ты там по мобиле про Серого говорила? Я ни черта не понял: какой-то важный разговор, дело жизни и смерти.

Ката пересказала историю исчезновения Сватова.

– Во дает! – воскликнул Антон. – И куда этот дурень мог босиком отправиться? В ментовку уже заявили?

– Пока это делать бесполезно, заявление примут лишь спустя три дня после того, как человек пропал.

– А тачка где?

– Стоит на моем участке. Кстати, касательно тачки, от матери Сергея я узнала, что машиной друга снабдил ты. Это правда?

– Ну да. Серега сам машину попросил.

– И ты сразу написал ему доверенность?

– Доверенность на тачку и баксы были платой Серому за его усердие.

– Не поняла.

Антон затушил окурок.

– Я когда Серегу встретил, обрадовался до свинячьего визга. Он же у нас в классе был самым башковитым. С золотой медалью школу кончил. Ему бы в институт поступить, а он начхал на образование. Занимался неизвестно чем.

– Куда ты клонишь?

– Я как-то обмолвился Серому о своем дипломе: мол, геморрой полный, не соображаю ничего, как писать, ума не приложу. А он темой поинтересовался. А потом так хитренько заулыбался и говорит, что может за меня диплом написать. Я сначала не поверил, но Серый не врал. Котелок у него варит – будь здоров. Мы с ним быстренько устное соглашение заключили. Я ему в месяц полторы штуки баксов плачу и забываю про диплом.

– А машина? – напомнила Катка.

– Машину Серега попросил около месяца назад. Он с девушкой познакомился, захотел произвести на нее впечатление, выдав себя за парнишку с деньгами. А мне не жалко, у нас в гараже девять тачек ржавеют. Ездить на них некому. У меня самого четыре авто, меняю их по настроению. Я даже обрадовался, что у Сереги девушка появилась. Ему необходимо было отвлечься, чтобы забыть Жанку.

– Кто такая Жанна?

– Бывшая девушка Серого. Любил он ее очень, даже жениться собирался. Они были знакомы около полугода, но, по словам Серого, ему казалось, что он знает Жанку всю жизнь. Хорошая девчонка, на фотомодель чем-то походила: высокая, красивая, неглупая.

– А почему они расстались?

– Четыре месяца назад Жанка покончила жизнь самоубийством. Представляешь, ни с того ни с сего сиганула с крыши. Ночью забрела на приостановленную стройку, забралась на шестой этаж и… вниз грохнулась. На Серого было страшно смотреть, да мы все в шоке были. За два дня до ее гибели мы втроем в ночном клубе зависали, Жанка говорила, что на работе ей повысили оклад, смеялась, шутила. И вдруг… Честное слово, ее будто кто заколдовал. Другого объяснения я не нахожу. Серого ее смерть подкосила, он даже мой диплом на время забросил. Слава богу, потом встретил Вику.

– А зачем он наврал ей про свое материальное положение?

– А кому приятно признаваться в том, что ты безработный парень, не имеющий ни сбережений, ни отдельного жилья, ни тачки? С Жанной он познакомился еще до встречи со мной, там не было смысла вешать лапшу на уши, а Вике он решил пустить пыль в глаза. Говорит, если полюбит, то ей будет безразлично, богат я или беден. С машиной я Серому помог, деньгами тоже не обижаю, все у них идет тип-топ.

«Не совсем тип-топ, – думала Катка. – Иначе Сергей не драпанул бы из коттеджа утром, забыв надеть носки и туфли».

А тут еще некая Жанна, покончившая жизнь самоубийством. Странно, очень странно. Ну с какой стати здоровая девушка, у которой есть любимый парень, хорошая работа и прочие прелести беззаботной жизни, отправилась на заброшенную стройку?

Катарина прикрыла глаза. Непонятно, но когда Антон произнес слово «заколдовали», Ката почему-то вздрогнула. В голове что-то щелкнуло и тут же забылось.

– Антон, что тебе еще известно про Жанну?

– Немного. Она работала продавцом-консультантом в магазине женской одежды на Ленинградском проспекте.

Копейкина быстро занесла название магазина в блокнот.

– А ее семья?

– Вроде жила с родителями и младшей сестрой. Это, пожалуй, все.

Когда, попрощавшись, Катарина вышла в гостиную, Антон крикнул:

– А как быть с моей тачкой? Я могу ее забрать?

– Наверное, да, – неуверенно ответила Копейкина. – Когда надумаешь, позвони мне на сотовый.

На улице Катарина помахала рукой Нине Васильевне. Бабушка Рожкина виновато крикнула:

– Вы уж извините, но нам вряд ли удастся найти коробку от вашего диска. Считайте, она пропала в Бермудском треугольнике.

– Ничего. Невелика потеря.

Нина Васильевна хотела спрятать выпавшую прядь волос в бейсболку, но в этот момент рядом с женщиной нарисовалась Поганка. Встав на задние лапы, овчарка ловко стянула головной убор и бросилась наутек.

– Верни! Верни бейсболку, дрянь такая! Поганка! Владимир! Володя!

Из-за угла показался встревоженный охранник.

– Володя, немедленно посади эту сволочь на цепь! Немедленно!

Кивнув, охранник нахмурил брови и двинулся на Катку. Схватив ее за руку, он прогудел:

– А ну топай!

– Эй-эй, вы с ума сошли?! Что вы себе позволяете?!

– Вас велено на цепь посадить. Слышали, что сказала Нина Васильевна? Шевели граблями!

– А-а-а! – заорала Катка.

– Володя! – Нина топнула ногой. – Что ты делаешь?

– Так на цепь сажаю!

– Кого?!

– Так сволочь. Вы же сами попросили.

– Ты дурак, Вова! Поганку на цепь посади. По-ган-ку!

Охранник покраснел.

– Ой, извините, – заблеял он. – Ошибочка вышла.

– Да уж, ошибочка, – шипела Катка, растирая ноющее плечо. – Принять меня за сволочь и приковать к цепи… Хороша ошибочка, ничего не скажешь!

Выслушав от Нины Васильевны океан извинений, Катарина побрела к «Фиату». Поганка уже сидела у передней дверцы.

– Отойди, – обиженно проговорила Копейкина. – Из-за твоих выкрутасов меня едва не покалечили.

Овчарка начала гавкать. Тут же раздался голос Нины:

– Вова, вон она! Держи гадину!

Поганка понеслась вдоль дома, Владимир побежал к «Фиату».

– Гадина не я! – заголосила Катка. – Нина Васильевна имела в виду Поганку. По-ган-ку! Она за угол особняка забежала.

В себя Катарина пришла, лишь когда покинула территорию элитного поселка.

* * *

В понедельник утром к Катке прибежала зареванная Вика.

– Вчера вечером я позвонила домой Сергею, его мать согласилась встретиться со мной. Я поехала, и… выяснилось, что Сережа жил очень бедно… Он… Он обманывал меня.

– Сядь на диван, я тебе все объясню.

– Не надо ничего объяснять! – ревела Потапова. – Когда мы с Ириной Леонидовной разговаривали, позвонили из милиции. Труп Сергея Сватова был обнаружен на заброшенной стройке. Во внутреннем кармане джинсовки лежал паспорт. Ирину Леонидовну попросили приехать в морг на опознание. Я ездила с ней… Ката, это Сережа! Он покончил жизнь самоубийством!

Невероятно, но Сергей свел счеты с жизнью на той самой стройке, где совсем недавно умерла Жанна.

Катка впала в ступор. Начались суетные дни. Ее несколько раз вызывали к следователю, где она по пять раз пересказывала историю о том, как вручила Вике Потаповой ключи от собственного коттеджа.

Но больше всего ее выбило из колеи заявление следователя, что Сергей Сватов покончил жизнь самоубийством. Ведь на самом деле такого не могло произойти в принципе! И тому есть множество объяснений. Чтобы добраться от коттеджа до стройки, нужно потратить не менее часа, и то при условии, что вы сидите в салоне машины, а не трясетесь в общественном транспорте. Уже неувязка. У Сергея была машина, и если он решил покончить жизнь самоубийством именно на том месте, где погибла его любимая девушка, то он бы обязательно воспользовался джипом. Идем дальше. Какой нормальный человек выйдет из дому босиком? Пусть даже для того, чтобы свести счеты с жизнью. Джинсы-то Сергей натянул, рубашку надел, более того, даже не позабыл нацепить джинсовку. А обувь проигнорировал. Странно. Ну не заколдовали же его, в конце концов!

И опять Катарина вздрогнула. В голове загудело и, казалось, вот-вот всплывет нечто важное, но… К большому сожалению, нужная мысль опять ускользнула.

* * *

Бывшие коллеги Жанны – миловидная Леночка и красавица Тамара – в один голос твердили, что Жанка была не из тех, кто добровольно расстается с жизнью.

– Кто угодно, только не она, – безапелляционно заявила Лена. – У Жанны был стальной характер, она никогда в депресуху не впадала.

– Подтверждаю, – вмешалась в разговор Тома. – Любые проблемы Жанка встречала с улыбкой на устах. Она попросту не обращала на них внимания.

– Девчонки, а вы знали, что у Жанны есть парень – Сергей?

– Конечно. Видели его несколько раз, он к нам в магазин приезжал.

– Красивый парень. Для полного счастья ему деньжат не хватает.

– Между ним и Жанной не возникало ссор?

Лена нахмурила лобик.

– Не могу точно ответить на ваш вопрос. Хотя… Не думаю. По словам Жанки, у них все было в шоколаде.

– А если даже и ругались когда, – шмыгнула носом Тома, – так ведь живые люди. С каждым может случиться.

Из магазина Катка уехала ни с чем. Что, собственно, она узнала? Что Жанна не впадала в депрессии и не устраивала по каждому поводу истерик? Что ни разу не поругалась с Сергеем? Информации ноль, а вот вопросов миллион.

И ответы на них Катарина начала получать два дня спустя, когда приехала домой к родителям покойной.

Дверь открыла сестра Жанны – Олеся. Сообщив, что родителей нет дома, девушка пригласила Катку на кухню и после десятиминутной исповеди гостьи выпалила:

– Ленка с Томкой не соврали, Жанна и Сережа никогда не ссорились. – Затем последовала длинная пауза, и Олеся едва слышно прошептала: – За исключением того рокового дня.

– О каком дне речь?

– Моя сестра полагала, что, встретив Сергея, наконец обрела свою долгожданную половинку. Почти каждую ночь Жанка надоедала мне рассказами о парне, непрестанно перечисляя все его достоинства. Но вскоре от сестры я узнала о встрече Сережи с бывшим одноклассником Антоном. И вот с этого момента Жанна стала другой. Она загрустила, захандрила, а когда говорила о Сережке, в ее глазах уже не было блеска. Прижав Жанку к стенке, я услышала правду – она влюбилась в Антона Рожкина. Теперь я была вынуждена каждый вечер слушать ее рассказы о богатстве и связях Антона, о его перспективности, и так далее… Разумеется, Сергею Жанна ничего подобного не говорила, да и Рожкину не спешила признаваться в любви. На отчаянный разговор она решилась чуть позже. В тот день она попросила меня не отходить от телефона и, в случае если позвонит Сергей, сказать парню, что она неважно себя чувствует и не может взять трубку. Жанна даже сотовый дома оставила.

– А сама отправилась на встречу с Рожкиным? – спросила Катка.

– Верно. Она позвонила Антону, попросив разрешения приехать к нему домой. По закону подлости, в шесть часов к нам пожаловал Сергей. Я жутко перепугалась, стояла в коридоре как идиотка и лепетала про Жанкин недуг. Слава богу, он не собирался врываться в нашу комнату и быстро ушел, – Олеся сглотнула. – В одиннадцать вернулась Жанна – зареванная, с воспаленными глазами. Оказывается, сразу от нас Сергей поехал к Рожкину. Услышав, что Жанна больна, он решил скоротать вечерок в компании друга. А в особняке Сергей застал Жанку. Представляете его реакцию?

– Могу только догадываться.

– Вспыхнула ссора. Серега наговорил Жанке кучу гадостей, Антону в челюсть заехал, а тот только твердил, что все совсем не так, каким кажется на первый взгляд. Жанна несколько дней с Сережкой не встречалась, звонки по мобильнику игнорировала. Через неделю она сообщила мне, что вечером собирается встретиться с парнями и расставить все точки над i. Она планировала переговорить с Сергеем начистоту и признаться в чувствах к Антону.

– Погоди, а для чего звать на встречу самого Антона? Ну, захотела расстаться со Сватовым, так встретилась бы с ним тет-а-тет. Или она намеревалась с одним порвать и сразу же броситься в объятья другого?

– Именно так.

– Это глупо. Антон мог не разделять ее позицию. Извини, но, возможно, твоя сестра и даром была ему не нужна.

– Нужна! – закричала Олеся. – Ведь идея собраться всем вместе и поговорить исходила от самого Антона. Он попросил Жанну позвонить Сережке.

– Час от часу не легче. Выходит, Антон имел виды на Жанну?

– Выходит, так.

– Что было дальше?

– Я не знаю, до чего они договорились, – после встречи Жанка не стала со мной откровенничать. А через два дня она покончила жизнь самоубийством.

* * *

Катка рулила в коттеджный поселок к Рожкиным, намереваясь без обиняков спросить у Антона, с какой стати он вешал ей на уши лапшу. Ведь ни словом не обмолвился, что незадолго до самоубийства Жанна рассталась с Сереем. Умолчал, что девушка собиралась переметнуться к нему, забыл упомянуть и про откровенный разговор с Жанной и Сватовым. Ну ничего, больше Катка не позволит обвести себя вокруг пальца. Она узнает правду, чего бы ей это ни стоило.

Когда Владимир открыл ворота, Катарина была настолько погружена в собственные мысли, что напрочь забыла про Поганку. А овчарка времени даром не теряла. Затаившись в кустах, псина ждала, когда гостья выйдет из машины.

Как на грех, у Копейкиной затрезвонил мобильник. Произнеся «Алло», Ката вскрикнула.

Поганка подлетела настолько внезапно, что сотовый, выпав из рук, благополучно шмякнулся в траву.

Схватив трубку в зубы, Поганка улетучилась.

– Володя! Володя, ты это видел?! Мой сотовый! Его немедленно нужно найти! Там все телефоны… Боже! Я без него как без рук. Володя, ну сделай что-нибудь!

Пока охранник соображал, какие шаги необходимо предпринять, из-за угла особняка выскочила довольная Поганка.

– Иди сюда! – проорал Владимир.

Овчарка громко тявкнула.

– Поступим следующим образом, – Катарина взяла мужика за руку. – Дай мне свой мобильник, и я буду ходить с ним по всему участку.

– Зачем?

– Искать собственный сотовый. Наберу номер и начну прислушиваться.

Закипая от злости, Катка взяла телефон охранника и потопала в ту сторону, куда моталась неугомонная Поганка.

Слабую трель она услышала, приблизившись к двухэтажному кирпичному строению, служившему Рожкиным то ли баней, то ли домиком для гостей. С трех сторон постройка была окружена густым колючим кустарником, пробраться сквозь который не представлялось возможным. Но желание вновь заполучить телефон было настолько жгучим, что Катка, наплевав на длинные иголки, начала пробираться вглубь. Обогнув одну сторону дома, она застыла в изумлении. Чего здесь только не было! На метровом пятачке валялись размокшие от дождя журналы и несколько книг в мягкой обложке. Рядом покоилась вязаная шапочка и бейсболка Нины Васильевны. А еще коробочка из-под диска, мочалка, курительная трубка, сдутый мячик, резиновая игрушка, серебристая рамка, упаковка йогурта, пульт от телевизора, наушники, половник, статуэтка и многое другое. Похоже, Поганка тащила сюда что ни попадя. Это, так сказать, был ее личный склад украденных вещей.

Наклонившись за надрывающимся сотовым, Катка заметила розового кролика. Перед глазами замелькали черные точки, сердце едва не вырвалось из груди. Осторожно отогнув кролику одно ушко, она тяжело задышала и, забыв про мобильник, начала выбираться из потайного местечка Поганки.

– А я вас уже обыскался, – произнес шагающий навстречу Владимир. – Сотовый нашли?

– Э… Нет… Да.

– Не понял.

Копейкина побежала к «Фиату».

– Эй, а вы разве не к Антону приехали?

– Да… К нему… Вернее… Я приеду позже.

* * *

На протяжении часа Катарина вела бурную дискуссию с сухощавым следователем. Сначала он отмахивался, потом начал прислушиваться и в конце концов вместе с поджарым лейтенантом согласился наведаться в особняк Рожкиных.

Ступив в гостиную и увидев развалившегося на диване Антона, Копейкина быстро проговорила:

– Я не знаю, как в действительности умерла Жанна, но в том, что ты причастен к убийству Сергея Сватова, не сомневаюсь.

Гневный ответ Антона прервал следователь.

– Катарина Бориславовна утверждает, что у нее имеются неопровержимые улики.

– У нее? Да кто она вообще такая? Какие улики? Вы знаете, в чей дом ворвались? Да мой отец вас в порошок сотрет!

– Не горячись, – Катка вышла на крыльцо. – Следуйте все за мной. Правда, прежде чем увидеть улику, вам придется пожертвовать своей одеждой, но это того стоит.

Остановившись у кирпичной постройки, Катка кивнула на кусты.

– Надо пробираться туда.

– Разве вы не видите, она ненормальная! – голосил Антон. – У нее крыша поехала!

Первым «в путь» отправился лейтенант, далее сквозь кусты пробирался следователь, затем Катка и, наконец, Антон.

Разместившись на пятачке, Копейкина ткнула ногой в розовую тапочку в виде кролика, посмотрела на Антона и спросила:

– Узнаешь?

Рожкин уставился на тапочку.

– Ч-что это?

– Обыкновенная тапочка, – ответил лейтенант.

– Нет, она не обыкновенная, вернее, не совсем обыкновенная. Я со всей ответственностью заявляю, что данная тапка принадлежит мне.

– А как она здесь оказалась?

– Собака Рожкиных – большая любительница тащить приглянувшиеся вещички в свое потайное место.

– Намекаете, она принесла сюда тапку из вашего дома?

– Скорее всего, она утащила ее из машины Антона, когда тот вернулся домой. А вот как мои тапки попали в его авто – надеюсь, он нам сейчас объяснит.

– Не буду я ничего объяснять. Эта баба чокнутая! Неужели вы ей верите? Тапка может принадлежать кому угодно, такого дерьма сейчас на каждом шагу навалом.

Следователь сурово покосился на Катку.

– У меня есть свекровь, – начала Копейкина. – Она дама экстравагантная, да к тому же помешана на гламуре. Она и меня пытается превратить в гламурную особу, но, увы, у нее ничего не получается. Так вот, когда я приобрела симпатичные розовые тапочки в форме кроликов, Розалия заявила, что они выглядят как дешевка. А потом, недолго думая, она приказала нашей помощнице по хозяйству Наталье вышить на каждом кроличьем ушке монограмму. По ее словам, после этого тапки стали выглядеть намного гламурней. В шутку я их так и называла – гламурные розовые кролики. Если вы отогнете ухо кролику, то увидите вышитые инициалы – «КК». Что означает – Катарина Копейкина.

Лейтенант нагнулся.

– Она права. Есть монограмма.

– Из моего коттеджа в этих тапках мог уйти только Сергей Сватов. И раз один из кроликов оказался здесь – значит, Антону есть что нам рассказать.

– Это подстава! – завизжал Рожкин. – Она специально приволокла из своего дома тапку и подбросила ее мне. Меня оклеветали!

– Антон, за кого ты меня принимаешь? И потом, если бы я хотела тебя оклеветать, я бы подбросила тебе не собственную тапку, а ботинок Сергея. Я же говорила, что его обувка осталась у меня в коттедже. Мне кажется, у тебя нет выбора, придется сказать правду.

Антон сжал кулаки, закрыл глаза, а затем завопил:

– Хорошо! Я расскажу! Все расскажу! Но имейте в виду, это будет чистосердечное признание. Я сам… Сам решил во всем признаться.

Вздохнув, Катарина провела рукой по взмокшему лбу.

* * *

После того как Жанна с Антоном сообщили Сергею о своих чувствах друг к другу, Сватов впал в прострацию. Он ожидал чего угодно, но только не подобного откровения. В глубине души Сергей ни минуты не сомневался – Жанна перешла в другой лагерь не по любви, она польстилась на деньги Рожкина.

Два дня Сергей промаялся дома, прокручивая в голове всевозможные планы мести, а затем решил встретиться с Антоном. Мобильники друга были отключены, и Сергей набрал номер особняка. Уже через минуту Нина Васильевна говорила, что Антон уехал в московскую квартиру и, судя по всему, останется там с ночевой. Адрес столичных апартаментов она продиктовала Сергею с превеликим удовольствием.

Выпив у метро банку пива, Сватов побрел в сторону высотки. Пока лифт поднимал его на двенадцатый этаж, парень судорожно гадал, как лучше поступить: дать Рожкину в морду сразу, как только тот откроет дверь, или сначала все-таки стоит зайти в квартиру?

И вот Сергей уже у обитой бежевой кожей двери. Открывать не спешили, хотя Сватов отчетливо слышал доносившийся из квартиры шум. Через минуту он начал тарабанить в дверь кулаком.

– Антоха, я знаю, что ты здесь! Твоя бабка мне все рассказала. Открывай! Я все равно не уйду.

Бледный Рожкин появился на пороге спустя пару минут.

– Че так долго не открывал? – Сергей оттолкнул друга в сторону и по-хозяйски прошествовал в холл. – Ну, чего уставился? Приглашай в гостиную, угощай коньячком.

Антон не двинулся с места. На секунду даже показалось, что Рожкин окаменел.

– Серег, понимаешь… Я тут… Не один. Я с Жанной.

– А! Жанка уже согласилась стать твоей навеки? Круто! Меня она к себе целый месяц не подпускала. Оно и понятно, у меня денег нет, это вам, богатеньким папенькиным сыночкам, все подается по первому требованию.

Сергей подмигнул Рожкину и направился в гостиную.

– Хочу поздороваться с Жанет. Эй, Жанка, не хочешь сказать бывшему парню привет? Жанка, чего молчишь, язык проглотила? Ой, а ее здесь нет. Неужели она в спальне?

– Не заходи туда, – выдохнул Антон, но было поздно.

Сватов распахнул дверь и вздрогнул.

– Что с ней? – заорал он. – Почему она лежит на полу?

Антон сел на корточки, обхватил голову руками и заплакал.

– Жанка умерла. Я не хотел, все вышло случайно. Она открыла шкатулку матери, начала рыться в драгоценностях, а я… Я оттолкнул ее. Жанна упала и… умерла. Смерть наступила мгновенно. Это ведь несчастный случай, правда? Серега, я не хочу в тюрьму! Помоги мне! Помоги! Я хорошо заплачу. Каждый месяц по полторы штуки баксов. Клянусь! Без обмана.

Через минуту Сватов пробасил:

– Три тысячи!

На протяжении двух часов они решали, как лучше поступить с трупом. Сначала планировали отвезти тело в лес, затем возникла идея скинуть покойницу в речку, и вдруг у Сергея загорелись глаза.

– Я знаю одну заброшенную стройку. Можем все обставить так, будто бы Жанна покончила жизнь самоубийством.

Поздней ночью они сбросили безжизненное тело девушки с высоты шестиэтажного дома.

Возвращаясь назад, Сергей задал себе вопрос, а любил ли он по-настоящему Жанну, если согласился помочь Рожкину за три тысячи долларов в месяц? Вопрос так и остался без ответа.

Антон слово сдержал. Сергей ежемесячно получал деньги, и обоим казалось, что самое страшное уже позади.

Но жизнь непредсказуема. Сергей познакомился с Викой. На следующий день он приехал к Рожкину и заявил, что ему нужна машина. Причем заявил он это в приказном тоне. Против машины Антон не возражал, но у него появился первый страх. Сватов начинает чувствовать себя хозяином положения, а это опасно, очень опасно.

Не прошло и трех дней, как Сергей вновь дал о себе знать.

– Мне мало трех тысяч в месяц, накинь еще пятьсот зеленых. Плюс мне нужна квартира для встреч с Викой, не поделишься ключиками от своих хором?

– Квартира не моя, там часто среди недели появляется отец, да и мать не всегда в особняке ночует.

– О’кей! Ограничимся прибавкой.

Дальше – больше. Перед тем как Сергей с Викторией отправились в коттедж к Копейкиной, Сватов в очередной раз проявил непомерную жадность.

Услышав, что теперь с него требуют четыре тысячи, Антон вспыхнул:

– Тебя заносит!

– Ты мой должник. Не забывай, я ведь и в ментовку могу накапать.

– Ты сообщник. Если меня арестуют, ты пойдешь следом.

– Значит, будем сидеть в одной камере, – засмеялся Сватов.

Вечером, приехав в коттедж, Сергей скинул в гостиной джинсовку и, взяв Вику на руки, понес ее на второй этаж.

Все это время машина Рожкина следовала по пятам за джипом. А ночью Антон позвонил на сотовый Сергею и дрожащим голосом прошептал:

– Серый, беда! Срочно спускайся вниз. Я стою на крыльце.

Натянув брюки и рубашку, Сватов босиком побрел вниз. Вика продолжала спать сном ангелов.

Впустив Рожкина, Сергей нахмурился:

– Как ты меня нашел?

– Быстро иди в мою машину! У нас проблемы. Той ночью нас видели на стройке.

Сватова затрясло. Подняв валяющуюся на полу джинсовку, он хотел ступить на крыльцо, но вдруг вспомнил, что стоит босиком. Открыв шкаф, Сергей схватил первые попавшиеся тапки и, сунув в них ноги, пошел за Рожкиным.

А едва он сел в машину, как Антон нанес приятелю смертельный удар по затылку.

– Ты слишком многого хотел, – процедил Рожкин. – Мне легче расправиться с тобой, чем постоянно жить в страхе.

Антон отвез Сергея на ту же стройку. Только теперь он уже практически не нервничал. Если первое убийство было совершено не по злому умыслу, то второе было тщательно спланировано.

Перед тем как вытащить тело Сватова из машины, Антон заметил на ногах друга розовые тапочки. Выругавшись, он стянул обувку и швырнул их на пол авто.

А когда Антон прибыл в особняк и вышел из иномарки, держа в руках тапки, словно из ниоткуда возникла неугомонная Поганка. Выхватив одного кролика, собака помчалась по участку, унося новую игрушку в свою тайную кладовую.

Рожкин не особо расстроился. Раз Поганка стибрила тапку – значит, ее теперь днем с огнем не сыщешь. А если даже и отыщется крольчонок, Антону абсолютно нечего бояться. Подумаешь, какая-то там тапочка…

* * *

До последнего момента Антон пребывал в полной уверенности, что благодаря связям отца ему удастся отделаться малой кровью. Но Рожкин-старший заявил сыну, что он не намерен помогать убийце, даже если убийца является его родным отпрыском.

Антону вынесли приговор в виде двенадцати лет лишения свободы. Отбывать срок Рожкина отправили в колонию общего режима.

Content

Ситникова Людмила Гламурные розовые кролики

Людмила Cитникова Гламурные розовые кролики