Павел Фаенко

Вирус смерти

Эльза стояла на пороге дома со слезами на глазах.

— Наш малыш опять заболел!

Майкл зашел в гостиную прямо в туфлях, насквозь промокших от идущего на улице ливня и оставляющих грязные пятна на пушистом бежевом ковре. Поднявшись на второй этаж, он повернул по коридору направо и, стараясь не стучать каблуками по блестящему паркету из дорогостоящего натурального дерева, осторожно приблизился к двери, которая вела в детскую. Приоткрыв ее, он заглянул в полутемную комнату, освещенную лишь ночным светильником, стоявшим на маленьком столике.

Сын метался в кроватке, сбросив с себя одеяло и тихо бормоча в бреду.

Войдя в комнату, Майкл подошел к нему и, опустившись на колени, прислонился мокрой щекой к его горячей руке. Малыш тихо застонал и повернулся набок.

— Они летят, они уже близко… — прошептал он, не открывая глаз. Это конец нашей цивилизации…

— И давно это у него? — поинтересовался Майкл у заглянувшей в комнату жены. — Я ведь категорически запретил ему смотреть всю эту дребедень по ящику!

— Уже два часа! — ответила Эльза. — В последнюю неделю по гологравизору не было ни одного боевика или фильма ужасов. Я специально проверяла программу передач, когда это услышала… Двадцать минут назад улетела скорая помощь. Они поставили ему укол и сказали, что ничего страшного нет…

— Так я им и поверил! — вскочив на ноги, Майкл в ярости сорвал с себя мокрую туфлю и запустил ею в угол комнаты, сбив стоявшие на полу игрушки. — Проклятые врачи! Они, как пылесос только выкачивают из тебя деньги, но и пальцем не пошевельнут, пока ты не отправишься в мир иной! Вот тогда они покажут, на что способны, и вытащат тебя с того света, чтобы еще раз запустить руку в твой карман… Что же нам делать? Ему нет еще и пяти лет, а он выздоравливает лишь для того, чтобы снова заболеть!

— Возможно, ты снова начнешь ругаться, милый, но у меня появилась идея, — произнесла Эльза.

— Какая?

— Когда у нашего сына начался бред, я случайно бросила взгляд на гологравизор — по нему шла очередная мыльная опера. Сеанс прервали, и в комнате появилась полная темноволосая женщина неопределенного возраста с испанскими чертами лица. Она произносила какие-то заклинания, находясь в легком трансе и глядя помутневшими глазами прямо сквозь меня. Я была настолько этим шокирована, что почти полчаса просидела в кресле, не в силах подняться…

— Может, ты сразу же перейдешь к своей идее! — перебил жену Майкл.

— Эту странную женщину сменила очаровательная мисс, объяснившая, что перед нами выступала всемирно известный медиум Франческа Поло, которая прилетела из Испании в Нью-Йорк всего на две недели для исцеления людей с не поддающимися традиционному лечению болезнями… Она начинает принимать завтра с десяти утра в музее Соломона.

— А это неплохая мысль! Если за пять лет жизни нашего малыша врачи так и не смогли ему помочь, то мы можем попытаться изменить ситуацию, обратившись к медиумам… Боюсь только, что к утру перед зданием музея соберется огромная толпа страждущих и мы не сможем сквозь них пробиться.

— Что же нам делать? — огорчилась Эльза.

— Безвыходных положений не бывает! — успокоил ее Майкл. — Позвоню в студию, может, они сообщат, где с ней можно увидеться сегодня.

Он вышел из детской комнаты и спустился по лестнице в гостиную. Приблизившись к столу, он упал в мягкое велюровое кресло и нажал на кнопку голографона. Прозвучала мелодичная птичья трель, и прямо перед ним возникла очаровательная девушка.

— Компания «Си-Эн-Эн» благодарит Вас за использование нашей видеолинии и с нетерпением ждет Вашего заказа!

— Примерно три часа назад в одной из телепередач показывали медиума Франческу Поло, — сообщил девушке Майкл. — Мне нужно срочно соединиться со студией и узнать, не оставляла ли она своих координат.

— Хорошо, сэр! Подождите, пожалуйста, несколько секунд!

Девушка исчезла и перед Майклом возник Ниагарский водопад, извергающий на него бурные потоки воды. Они летели с немыслимой высоты, окружая его миллиардами разноцветных брызг и, потрясая пенящимися у самых ног голубыми волнами…

В другой раз он с удовольствием полюбовался бы этим красочным зрелищем, но в данный момент оно не вызвало в нем ничего, кроме раздражения. Он уже собирался наклониться к столу, чтобы напомнить о своей просьбе, когда пенные водовороты исчезли и перед ним снова появилось улыбающееся личико.

— Франческа Поло сняла двухкомнатный номер в отеле «Манхэттэн», приятным голосом сообщила ему — голограмма. — Если пожелаете, я могу Вас с ней соединить…

* * *

Плотные потоки дождя, хлеставшего по лобовому стеклу автомобиля, напоминали Ниагару. Дворники яростно дергались, едва справляясь с ливнем, освещенным мощными лучами фар и частыми вспышками молний.

Черный «форд» летел между крышами небоскреба в направлении отеля, вздрагивая от резких порывов бокового ветра, которые пытались закрутить машину в штопор и ударить ее об острый угол здания. Майкл управлял автомобилем с особой осторожностью, помнив, что погода была объявлена нелетной.

В свинцовом небе практически не было движения, и только редкие полицейские машины, попадавшиеся навстречу, снижали скорость, чтобы разглядеть светящийся зеленый значок на номере автомобиля, который означал, что ее владелец более пяти лет за рулем и имеет право на полеты в сложных метеоусловиях. Напомнив по радиосвязи о том, что летать в такую погоду опасно, они просили не приближаться близко к зданиям и, пожелав удачной дороги, следовали своим курсом…

Несмотря на свою молодость — Майклу было только двадцать девять лет, — он уже побывал в разных переделках и сменил множество профессий — от службы в армии и водителя частного такси, до служащего крупной химической компании. Он уже давно привык к подобным картинам природы и летал в любую погоду, получая огромное удовольствие от борьбы со стихией…

Эльза сидела на заднем сидении автомобиля, прижимая к себе завернутого в одеяло сына, — его все еще лихорадило. Майкл видел в зеркале заднего вида ее недовольное лицо, когда машина делала очередной крутой вираж. Ее губы разжимались, чтобы сказать по этому поводу что-нибудь колкое, но, заметив его пристальный взгляд, она замолкала…

Последний поворот, и «форд» ушел в глубокое пике, стремительно падая на крышу отеля. Восходящие потоки воздуха бросали его из стороны в сторону, пытаясь разорвать на части. В двадцати ярдах[1] от посадочной площадки, забитой стоявшими автомобилями, Майкл резко сбросил скорость и мягко приземлился почти у входной двери. Не выключая турбин, он выскочил из машины и, обогнув ее, приоткрыл заднюю дверцу. Взяв сына на руки, он побежал под защиту стеклянного купола, бросив ключи выбежавшему на порог швейцару…

Франческа Поло оказалась располневшей женщиной высокого роста с пронзительным взглядом черных глаз и низким грудным голосом. Она пригласила их на чашечку кофе, но Эльза вежливо отказалась.

— Мы не собираемся отнимать у Вас лишнее время!

— Не стоит об этом! — улыбнулась Франческа. — Я помогаю людям, а не стараюсь выкачать из них деньги. Мой талант дан мне от Бога, и я не могу использовать его с целью обогащения или во вред человеку… Присаживайтесь и расскажите мне вкратце о вашем малыше.

— Вот уже почти четыре года, как наш сын болеет, — начала свой рассказ Эльза. — Он родился слабым ребенком, поздно встал на ноги и начал говорить. Но самое страшное — у него постоянные простудные заболевания. Они переходят из одного в другое, перерыв между болезнями составляет не более двух недель. Мы обследовали его у лучших врачей, но все они только бессильно разводят руками. Анализы показывают, что у него полностью бездействует иммунная система и его организм не борется с инфекцией.

— А как его лечили? — поинтересовалась медиум.

— Врачи испробовали все современные лекарства: от новейших антибиотиков до мощных иммуномодуляторов! — с грустью в голосе ответила Эльза. — Все тщетно: в настоящий момент его уже ничто не вылечивает… Сегодня днем у него начался сильнейший жар, который так и не удалось сбить. Он метался по кровати и бредил, говоря что-то о конце цивилизации. Я увидела Ваш сеанс и, дождавшись мужа, уговорила его немедленно встретиться с Вами… Нам очень неудобно, что мы прилетели прямо в отель, но мы побоялись, что не сможем к Вам пробиться.

— Вы поступили правильно и не стоит извиняться за то, что здоровье сына для вас дороже пустых формальностей, — успокоила ее Поло. — Я специально оставила в студии свои координаты для подобного случая…

Громкий звук разбитого оконного стекла прервал разговор. Шторы разметались по комнате, и из уличной темноты холодными брызгами ворвался шквал ветра.

Франческа побледнела и, поднявшись из кресла, подошла к выбитому окну. Ночное небо разорвалось яркой вспышкой молнии и оглушительным громом, прерывистые раскаты которого затихли где-то вдали. Медиум в ужасе отпрянула от окна и повернулась к гостям. Прическа на ее голове рассыпалась и длинные черные волосы развевались в разные стороны под порывом сильного ветра. Ее лицо стало похожим на осклабившийся в жуткой улыбке череп, а глубоко запавшие глаза горели огнем.

— Это Знамение! — прохрипела она. — Мне нужно срочно осмотреть вашего сына! Мы пройдем с ним в соседнюю комнату, а вы подождете нас здесь…

Подойдя к дивану, она прикоснулась к руке лежавшего на нем ребенка. Тот вздрогнул всем телом и, сбросив одеяло, самостоятельно встал на ноги. Взяв медиума за руку, он ровными шагами, словно загипнотизированный, пошел следом за ней. Дверь за их спинами захлопнулась, и в комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь завыванием ветра да падающими на пол крупными каплями дождя…

Франческа посадила мальчика на стул и встала перед ним на колени. Он улыбнулся ей застенчивой улыбкой, в которой можно было прочесть и радость от встречи, и сожаление от собственного бессилия. Он хотел что-то сказать, но не смог открыть рот — дикая боль в горле сделала его своим рабом…

Он так ничего и не произнес, и по его щекам потекли горячие детские слезы. Медиум вытерла их своим платком и посмотрела малышу прямо в глаза. Он вздрогнул, увидев в ее взгляде что-то страшное и неотвратимое.

— Они летят!

— Да, малыш, они летят! — согласилась с ним Франческа. — И только мы с тобой сможем их остановить! Если бы ты только знал, сколько лет я тебя искала…

Душераздирающий детский крик острым ножом вонзился в тела Майкла и Эльзы. Они испуганно переглянулись, прочитав в глазах друг друга то страшное, о чем каждый из них только подумал.

Опрокинув кресло, Майкл вскочил на ноги и бросился в соседнюю комнату. Не повернув ручку, он с разбегу высадил дверь плечом и застыл прямо на пороге.

Их сын сидел на стуле неестественно прямой с пустыми глазами, которые смотрели куда-то вдаль, а у его ног лежало огромное тело медиума с запрокинутой головой и остекленевшим взором…

— Капитан, у нас тут что-то странное на экранах!

Александр Стюарт открыл глаза и сел на кровати, уставившись на голографическое изображение штурмана Макса Картера. Оно находилось от него в семи футах [2], но даже с такого расстояния была хорошо заметна вчерашняя щетина.

— Послушай, Макс! — проворчал он, недовольный тем, что его разбудили. — Если ты еще хоть раз забудешь побриться при заступлении на вахту, я сделаю это сам и, можешь поверить, — без крема и самым тупым лезвием, которое найдется на этой старой калоше!

— Обещаю исправиться, сэр! — улыбнулся штурман, ничуть не обидевшись на подобное проявление чувств.

— Но тебе все-таки лучше взглянуть самому…

— Сейчас приду! — пообещал ему Стюарт. — А пока я тут собираюсь, протри экран влажной салфеткой… В случае отбоя тревоги звони, не стесняйся!

— Уже пробовал, чуть защитный слой не испортил! — рассмеялся Картер. — Это крупный объект искусственного происхождения, так что тебе все-таки лучше спуститься.

— Бегу, только шнурки завяжу, чтобы не упасть по дороге! огрызнулся капитан. — Заложи его в наш компьютер и проверь на принадлежность к земным кораблям. И подними с постели Сэма, он может пригодиться.

«Только этого еще не хватало для полного счастья, — подумал Александр, оставшись в одиночестве. — Искусственный объект в Далеком поиске! Я еще понимаю, если бы это случилось в тысяче парсеках от Земли. Но здесь немыслимо! Ни один из возвратившихся на Землю кораблей еще не залетал так далеко».

Быстро одевшись, он вышел из своей каюты и спустился по винтовой лестнице в кабину управления.

Макс Картер и Сэм Гиббс сидели перед обзорными экранами, о чем-то оживленно споря. Похоже, бортинженер еще не спал — только этим можно объяснить, что он пришел раньше. Его каюта располагалась на другой стороне звездолета, а путь до центрального салона был неблизким. Но этому можно было найти и другое объяснение. Штурман мог доложить о произошедшем событии сразу им обоим, поставив капитана перед неприятным фактом, что он прибыл по тревоге после своих подчиненных.

Александр зашел в салон и сел в капитанское кресло. Внимательно оглядев незнакомый объект на экране, он спросил, не поворачивая головы в сторону Макса.

— Что показывают данные главного компьютера?

— Требуется еще приблизительно пятьдесят секунд на расшифровку, ответил штурман. — Объект появился на дисплее только двадцать минут назад. После того как стало ясно, что он полностью металлический, я сразу известил тебя и Сэма. Он примчался так быстро, словно на экранах возник публичный дом.

— Спасибо за удачное сравнение! — огрызнулся Гиббс. — Никогда не забуду твоего чувства юмора, особенно в мой адрес. Надеюсь, у меня еще будет возможность отблагодарить тебя хорошей дружеской шуткой.

— Конечно! — ответил, не моргнув глазом, Картер. — Можешь расписаться после моей смерти на могильной плите!

— Прекратите! — оборвал их капитан. — У меня от вашей болтовни уже голова раскалывается! Как только оказываетесь вдвоем, сразу же начинаете грызться, как кошка с собакой. Это что — новый способ выразить свои дружеские отношения?

— Мы просто не можем жить друг без друга и, как только встречаемся после нескольких часов разлуки, то начинаем петь дифирамбы! — сострил штурман.

— Хватит трепаться, лучше посмотри, что там раскопал наш компьютер! — перебил его Александр.

Макс наклонился над панелью управления и послал запрос. Прозвучала мелодичная трель, и на дисплее появилось изображение незнакомого космического корабля.

Взглянув на него, Стюарт удивленно присвистнул.

— Да это же «Принцесса Диана»! Вот уж не думал, что когда-нибудь ее увижу.

— Что еще за «Диана»? — удивился штурман, который знал наизусть все звездолеты и маршруты их следования за последние пять лет.

— Английский разведывательный крейсер, названный в честь трагически погибшей в конце двадцатого века принцессы Уэльской, — пояснил капитан. — Ушел в Далекий поиск в район Магеллановых облаков семьдесят три года назад и бесследно исчез…

— Но что он в таком случае делает в галактике Сомбреро, на другом краю Вселенной? — осведомился Картер.

— Не стоит ломать головы, в ближайшие дни мы об этом узнаем! успокоил его Александр.

— Экипаж нам этого уже не расскажет, а столь длительное пребывание в космосе не слишком благоприятно даже для электроники! — вмешался в их разговор Сэм. — Так что лучше отбросить бесплодные надежды и довольствоваться тем, что мы обнаружили пропавший звездолет…

— Странно, — удивился Макс. — На нем горят навигационные огни и он явно не похож на погибшее судно.

— Чепуха! — перебил его бортинженер. — Ни один корабль не имеет таких запасов продовольствия, а системы регенерации воздуха не рассчитаны на столь длительную работу. Впрочем, нам лучше проконсультироваться у дока.

— Не стоит, он сменился с вахты всего три часа назад, пусть отдохнет немного, — возразил Александр. — Я думаю, что за те пять дней полета, что нам осталось до сближения с «Принцессой Дианой», она никуда от нас не исчезнет.

— Если начнет убегать, догоним! — пошутил Макс.

— Пусть меня спишут на Землю, если я, штурман первого класса, позволю улететь из-под носа хорошенькой премии за подобную находку…

— Не слишком-то обольщайся! — приземлил его Гиббс. — Вначале найди и доставь на Землю «черный ящик», если он еще цел, а уж потом будешь до хрипоты торговаться с нашей фирмой о гонораре.

— Не паникуй раньше времени! — ответил ему штурман. — Я достану этот проклятый ящик, даже если тебе придется разрезать на куски весь звездолет…

— Спасибо за совет, Макс! — усмехнулся Сэм. — А то я не знал, чем мне заняться в ближайшую пару лет. Только не думай, что если я — бортинженер, то всю грязную работу придется делать мне, а вам останется только подсчитывать деньги за удовольствие Черта с два! Скафандр на тело, резак в руки — и полный вперед!

— Никто и не собирается заставлять тебя работать, с тем же успехом можно было попросить об этом шимпанзе! — огрызнулся Картер — Ставлю десять против одного, что, когда до стыковки с «Дианой» останется пару часов, ты в полной амуниции будешь нетерпеливо бить копытом у дверей шлюза.

— Парни! — воскликнул капитан, показывая пальцем на монитор.

Прозвучал громкий сигнал и рядом с изображением космического корабля возникла полученная с него радиограмма…

* * *

— Вот тебе и мертвый корабль с испорченной электроникой! прошептал пораженный Макс.

— Что это? — спросил Сэм, тщетно пытаясь разобраться в бессмыслице букв и символов на дисплее.

— Невозможно прочесть, — ответил ему Александр. — Похоже, их компьютер неверно кодирует сигналы и они не дешифруются.

— Ты думаешь, что это кто-то из членов экипажа? — удивился штурман.

— Пока не определить, но такое соотношение между словами, если это, конечно, слова, и паузами между ними свойственно человеку, а не машине задумчиво произнес Стюарт.

— Они могли записать эту радиограмму в память компьютера еще до своей смерти, — прозвучал хриплый голос из-за его спины.

— Черт, ну и напугал же ты нас, Рональд! — подскочил со своего кресла Александр. — Что за идиотская привычка появляться бесшумно, словно привидение! Еще одна такая выходка, и я привяжу тебе к ногам связку пустых консервных банок или повешу на шею колокольчик.

— Неплохая идея, я уже давно собирался сделать что-то подобное! поддержал его Сэм. — Может, начнем прямо сейчас, зачем откладывать!

— Вы, кажется, забыли спросить мое мнение, — нахмурил брови корабельный врач Беккер — Или вы хотите мучиться расстройством пищеварения до окончания полета?

— Да, с нашим доком шутки плохи! — усмехнулся Картер. — Не успеешь оглянуться, как окажешься в уборной и просидишь там безвылазно несколько суток.

— Мы немного отвлеклись от основной темы, — перебил его Рональд. Я не большой специалист по части техники, но что касается людей, в этом я кое-что смыслю. Отличить запись речи человека от его оригинала практически невозможно. Но если вы пошлете запрос на их звездолет, то сразу же почувствуете разницу! Машина может использовать человеческую речь из своей памяти, но она еще не научилась думать и выражаться, полностью его имитируя.

— Отличная мысль, док! — согласился с ним Александр. — Весь вопрос в том, сможет ли их корабельный компьютер распознать наши сигналы, если его собственные напоминают бред наркомана во время ломки?

— Можно рискнуть! — пошутил бортинженер. — В лучшем случае нас просто оставят без внимания, в худшем — мы подвергнемся жестокому артиллерийскому обстрелу.

— Это не боевой корабль, а исследовательский! — возразил капитан. На нем нет другого вооружения, кроме лазерных противометеоритных пушек. А их мощности, если они еще действуют, не хватит даже на то, чтобы прожечь в нашем защитном экране дырку с игольное отверстие!

— Тогда почему вы до сих пор не послали им запрос? — удивился Беккер.

— Наш компьютер уже вспотел, пытаясь расшифровать полученную бессмыслицу, — вмешался в разговор Макс — Ему требуется еще пять минут, чтобы представить нам свои аргументы.

— В таком случае объявляю корабельный консилиум открытым! торжественно сообщил всем собравшимся бортинженер. — Перед нами стоит единственный вопрос: что делать с обнаруженной посудиной. Вариант А: берем на абордаж, вспарываем брюхо и, вытащив «черный ящик», несмотря на возмущение их экипажа, мчимся домой за деньгами. Вариант В: пролетаем мимо как ни в чем ни бывало и стараемся не обращать на них никакого внимания…

— И, наконец, вариант С! — со смехом закончил штурман. Разворачиваемся на сто восемьдесят градусов и, игнорируя жалобные вопли о помощи, убегаем, поджав хвост от страха и послав их напоследок куда подальше…

— Эй, клоуны! — перебил их Александр. — Вам место не в космосе, а в уличном балагане! Не забудьте по возвращении на Землю написать это в своем рапорте на увольнение…

— Капитан, анализ полученного сигнала невозможен! — послышался приятный баритон главного компьютера. — В данной радиограмме нет ключевых слов, поддающихся дешифровке.

— Ты хочешь сказать, что это не человеческая речь, а набор бессмысленных символов? — удивился Стюарт.

— Это может быть сбой в работе компьютера или сознательно составленная программа, — прозвучал лаконичный ответ. — Вероятность того или другого девять к одному!

— Но кто ее, в таком случае, составил? — удивился Макс.

— Этого мы не узнаем до тех пор, пока не попадем на звездолет, отрезал капитан. — Подготовиться к передаче радиограммы на «Принцессу Диану».

— К трансляции готов! — компьютер выдал мелодичную трель и замигал разноцветными глазками на панели управления.

Александр нагнулся к микрофону и, четко выделяя каждое слово, произнес:

— «Принцесса Диана», я разведывательный крейсер США «Белый Ангел», код GS 5749, нахожусь от вас в пяти сутках полета… Сообщите свой код и справку-доклад о техническом состоянии корабля и здоровье членов экипажа!

Немой эфир наполнился шквалом свистящих звуков, и по дисплею поползли колонки знакомых иероглифов.

— Капитан, обнаруженный звездолет передал ту же радиограмму вплоть до последнего символа! — с опозданием в секунду выдал главный компьютер.

— Можете готовиться к раскопкам «черного ящика», — кивнул Стюарт астронавтам и, повернувшись к микрофону, приказал: — Передавай мое сообщение каждый час и записывай возможные изменения в ответах.

Вскочив из кресла, он вышел из кабины управления и, поднявшись по винтовой лестнице в свою каюту, упал на кровать лицом вниз.

Темнота обрушилась практически мгновенно, и он снова увидел надвигающиеся черные тела, которые пялились на него мутными белыми глазами и протягивали к его горлу свои длинные когтистые руки…

* * *

«Белый Ангел» приблизился к обнаруженному звездолету и, выключив маршевые двигатели, лег в дрейф…

Астронавты, позабыв о еде и отдыхе, провели последние сутки в кабине управления, не отходя от мониторов. Напрасно капитан пытался разогнать их по каютам: в Уставе не было параграфа, который бы запрещал свободным от вахты членам экипажа находиться на посту.

— До стыковки осталось двадцать пять минут! — Подал свой голос главный компьютер.

— Отключить автоматику и перевести крейсер на ручное управление! скомандовал Александр и, поймав на себе удивленный взгляд штурмана, пояснил: Мы еще не знаем, с чем имеем дело и я не могу Доверить столь ответственную задачу компьютеру.

— Ты думаешь, он может дать сбой? — удивился Kapтep.

— Нет, я опасаюсь другого! Во время стыковки может произойти что угодно, и только я вправе решать, как следует поступить в следующее мгновение.

— Чего ты боишься? — вмешался Гиббс. — Экипаж погиб, а электроника звездолета не окажет нам ни малейшего сопротивления.

— Меня пугают не мертвые астронавты, а то, что может нести в себе сам корабль, — задумчиво произнес Стюарт.

— Может, ты выразишься поточнее, — поинтересовался Беккер.

— Пока еще нет! — отрезал Александр. — Но я отвечаю за наш крейсер и за находящийся на нем экипаж и вправе доверять тому, что мне подсказывают чувства… Будь моя воля, я разнес бы эту старую посудину в щепки и последовал дальше своим курсом!

— Тебе именно это твои чувства подсказывают? — удивился Сэм.

— Да! — ответил капитан. — Но, к сожалению, я обязан выполнять еще и требования Корабельного Устава, иначе мы были бы уже очень далеко от этого места!

— Я не улечу, даже если мне придется повоевать! — с наигранной бравадой воскликнул штурман, разминая пальцы рук, словно боксер перед рингом.

— Вот этого-то я и опасаюсь! — ответил Александр и поставил точку в начавшемся споре. — Объявляю на корабле чрезвычайную ситуацию! Экипажу занять свои места согласно боевому расчету и приготовиться к стыковке!

Макс рухнул в кресло и занялся вычислениями. Рональд побежал в медицинский отсек за аптечками первой помощи, а Сэм поплелся в арсенал готовить оружие и скафандры.

На корабле воцарилась тишина, прерываемая лишь командами капитана и краткими ответами штурмана и главного компьютера, которые работали, как один организм…

«Принцесса Диана» стремительно приближалась, заполнив уже весь обзорный экран и заслонив собой бесчисленные звезды. Ее стыковочный шлюз с разведенными в разные стороны захватами напоминал открытый рот гигантского монстра, готовый сожрать любого, кто встретится ему на пути. Это ощущение дополнял корпус самого звездолета, похожий на огромное тело уродливого великана с непропорционально маленькой головой. Впечатление было настолько сильным, что у Стюарта, и так настроенного весьма агрессивно, похолодело в затылке.

«Почему? Почему мы не можем доверять своим чувствам? — подумал он с горечью. — Я кожей ощущаю враждебность этого корабля, словно кто-то, живущий во мне, кричит: „Берегись!“ Мои руки тянутся к пусковой кнопке боевых ракет, а я пытаюсь переубедить себя, утверждая, что существует что-то более важное на свете, чем жизнь и безопасность экипажа. Это то страшное, что сковывает мою волю и чувства в непомерно тяжелые кандалы, и оно называется всего одним словом — ДОЛГ! Мой служебный долг перед фирмой и перед Космической Гильдией… И он намного важнее, чем долг перед остальным человечеством, потому, что мне за него ПЛАТЯТ! Я не вправе действовать согласно своим чувствам до тех пор, пока у меня не будет материальных доказательств их реальности…»

Сильный толчок и грохот металла, сопровождаемый лязгом захватов, вывели его из плена мрачных размышлений.

Стюарт тряхнул головой, пытаясь понять, как можно было задуматься в такой ответственный момент, и лишний раз удивился тому, до какого автоматизма дошли его профессиональные навыки.

— Капитан, стыковка завершена! — сообщил корабельный компьютер.

— Подключиться к электронной сети звездолета, поставив наивысшую защиту от вирусов! — приказал ему Александр. — Проверить работоспособность главного компьютера, сделать анализ возможных неисправностей и способов их устранения… До полного выяснения этих пунктов дальнейший контакт с кораблем категорически запрещаю!

— Но, капитан! — возмутился Макс.

— Никаких «но»! — отрезал Стюарт. — Это мой приказ и он не подлежит обсуждению!

Штурман хотел что-то добавить, но, взглянув на Александра, осекся и молча опустил глаза…

Прошло две минуты. Затянувшееся молчание стало невыносимым. Макс попытался насвистеть веселый шлягер, но грубо сфальшивил уже на первых нотах и прикусил губу.

— Анализ закончен! — прозвучал голос из динамиков. — Главный компьютер находится в рабочем состоянии и не показал отклонений от нормы ни на одном из проведенных тестов.

— Что??? — непроизвольно вырвалось у капитана.

— Вся компьютерная сеть исправна вплоть до последнего датчика, сэр!

— Этого не может быть! — вмешался Макс. — Кто же в таком случае нес всю эту ахинею?

— Я обнаружил в главном компьютере рабочую программу: при встрече с любым космическим кораблем посылать эту радиограмму и отвечать ею на каждый последующий запрос.

— Кем даны эти указания? — осведомился Александр.

— Капитаном корабля, сэр! Именно он создал и заложил эту программу в компьютер.

— Но зачем? — удивился штурман.

— В программе ничего не сказано о причинах ее разработки и не заложен запрет на ее распознавание при прямом контакте с другим звездолетом. Похоже, что после стыковки это уже не имеет никакого значения.

— Запросить внутренние датчики о температуре и составе воздуха в салонах корабля! — приказал Стюарт. — Ты должен подключиться прямо к ним, а не принять на веру данные, которые тебе выдаст главный компьютер.

— Задание понял, сэр!

Александру показалось, что электронный мозг даже усмехнулся его хитрому плану не дать поймать себя в возможную ловушку.

Прошло всего пятнадцать секунд, хотя они и показались ему минутами.

— Капитан, компьютер «Принцессы Дианы» не имеет установленных ограничений на доступ к датчикам, — прозвучал доклад — Сняты показания по всему кораблю, они практически одинаковы. Средняя температура воздуха в салонах плюс тридцать девять градусов по Фаренгейту [3]. Содержание кислорода — два процента, углекислого газа — семнадцать.

— Корабль мертв! — объявил штурман вошедшим Сэму и Рональду.

— Я бы не стал так торопиться с выводами, окончательный диагноз врачи любят выносить только после вскрытия, — перебил его Александр и, повернувшись к бортинженеру, приказал: — Приготовить три скафандра высшей защиты, боевые автоматы и малый разведывательный робот!

— Что на тебя нашло? — вспылил Картер. — Ты боишься этой консервной банки, словно она набита ботулизмом!

— Это всего лишь мои предчувствия, — ответил Стюарт. — Но пока я капитан этого корабля, и вы будете действовать по моим приказам, даже если кому-то они покажутся дикими! Макс и Сэм, вы отправляетесь со мной на «Диану». Рональд заступает на вахту, сейчас как раз его очередь…

* * *

Неповоротливые скафандры высшей защиты тяжелым грузом облегали тела стоявших в шлюзе астронавтов. Гермошлемы, несмотря на большую застекленную Поверхность, сильно затрудняли обзор, не позволяя посмотреть куда-нибудь в сторону, — для этого приходилось поворачиваться всем телом. Согнутые в локтях руки были заняты массивными автоматами, стволы которых упирались в корпус робота.

Все с нетерпением ожидали, когда промежуточный тоннель, соединявший стыковочные шлюзы обоих кораблей, наполнится воздухом и электроника откроет дверь на «Принцессу Диану»…

Наконец, шипение газа прекратилось и входной люк разошелся в стороны, приоткрыв перед астронавтами черную бездну неизвестности.

Раздался тихий рокот гусениц, и разведывательный робот, словно маленький танк, вкатился в темное помещение, освещая его яркими лучами прожекторов. Макс рванулся следом за ним, но тут же замер, пойманный за руку капитаном.

— Это не тот случай, когда необходима спешка! — ответил Александр на его немой вопрос. — Вначале подождем доклада разведчика, а уж потом пойдем сами.

— Во входном шлюзе не обнаружено ничего, что может представлять опасность для жизни экипажа, — раздался механический голос в наушниках.

Капитан оттолкнул штурмана плечом и, включив свой фонарь, шагнул в опустевшее помещение. Робота уже не было, он укатил обследовать следующий отсек.

— На первый взгляд никаких повреждений, — удивился бортинженер, осматривая стены и потолок. — Даже обшивка салона не имеет трещин… Посмотрим, что будет дальше.

Сразу за шлюзом тянулся длинный тоннель с тускло мерцавшими лампами.

— Странно! — воскликнул Макс. — Спустя семь десятилетий корабль все еще имеет энергию, достаточную для поддержания всех его рабочих систем.

— Ничего удивительного, — ответил ему Сэм. — Запас термоядерного топлива на старых кораблях не ограничивался, а экипаж перед смертью не догадался выключить свет…

— Не кощунствуй! — возмутился Александр. — Имей хотя бы минимум уважения к этим людям, которые погибли в открытом космосе далеко от Земли!

— Прошу прощения! — смутился Гиббс. — Я не хотел показаться бестактным, а лишь пытался поднять настроение перед тем, что нам еще предстоит увидеть…

— Капитан, прошу зайти в отсек 7-В, — прозвучал равнодушный ко всему голос робота.

Переглянувшись, астронавты побежали к открытому в конце коридора люку, в котором мелькали яркие лучи прожекторов Они переступили порог салона и замерли — прямо у их ног лежали останки человеческого скелета с раздробленными костями…

* * *

— Вот так история! — задумчиво произнес Стюарт — Похоже, еда на корабле закончилась намного раньше кислорода.

— Ты думаешь, что это дело рук кого-нибудь из членов экипажа? удивился Сэм.

— Несомненно! — ответил капитан. — Кто бы это ни был, он обглодал даже сухожилия и расщепил крупные кости, чтобы добраться до мозга.

Он поднял с пола большую берцовую кость и направил на нее луч своего фонаря. В его свете сразу же стали заметны глубокие трещины, нанесенные каким-то остроконечным предметом. Внимательно осмотревшись вокруг, Александр пригнулся и вытащил из сплетения трубопроводов скомканный комбинезон, из которого с громким стуком выпал и покатился по полу оскалившийся в улыбке череп.

— Черт возьми! — прохрипел Макс. — До чего же Скверно было этим парням, если они дошли до каннибализма!

— Да, похоже, что их полет войдет в одну из самых мрачных страниц покорения Далекого Космоса! — покачал головой Сэм. — Честно говоря, у меня пропало всякое желание продолжать поиски. Если все так невесело с самого начала, то конец вряд ли будет стоящим!

— Не знаю, чей конец ты имеешь в виду, но я свой из скафандра высовывать не собираюсь! — сострил штурман. — Слава богу, что на нас костюмы высшей защиты, Пробиваемые лишь крупнокалиберными автоматными пулями… Как подумаешь, что с тобой может произойти то же самое, сразу же хочется палить во все стороны до тех пор, пока не кончится обойма!

— Ничего, — успокоил его бортинженер. — У меня есть парочка запасных. Можешь пострелять и за меня… А я лучше вернусь в свою каюту. Как сделаешь из этого крейсера решето, не забудь меня разбудить!

— Опять вы за свое! — возмутился капитан. — Вам что, языки подрезать или суперклея в рот налить?

— Прошу прощения, кэп! — смутился Гиббс. — Мы немного погорячились.

— Четыре грузовых отсека и центральный салон проверены, опасности не представляют, — раздался голос робота.

— Хватит трепаться, идем дальше! — скомандовал Александр.

— А как же быть с этим скелетом? — спросил его Макс.

— Пока оставим его здесь, может, будут еще и другие, — ответил капитан. — На обратном пути соберем все, что сможем, и захороним по нашим традициям.

— Но ведь они англичане, кэп! — возмутился Картер.

— Прежде всего, они — люди, которые погибли в космосе при исполнении своего служебного долга! — перебил его Стюарт. — А хоронить все равно придется по традициям США — на нашем корабле вряд ли найдется английский национальный гимн…

Достигнув конца коридора, астронавты вошли в открытые двери тускло освещенного медицинского отсека. В ярких лучах фонарей их глазам предстал настоящий первобытный хаос. Все шкафы были открыты настежь, на полу и операционном столе валялись сломанные хирургические инструменты. Вскрытые аптечки первой медицинской помощи с перепутанными бинтами и пакетами ваты лежали вперемешку с битыми ампулами и растоптанными таблетками. В самом углу отсека среди кучи мусора валялся покрытый пылью медицинский журнал с бурыми пятнами запекшейся крови.

Александр нагнулся и, подняв его с пола, положил в свой заплечный ранец. Ему не терпелось поскорее его открыть, но он понимал, что для этого сейчас не самое подходящее время.

«Потом, — успокоил он свою совесть. — Вначале нужно обследовать весь корабль, а уж затем заниматься чтением. Тем более что без Рональда я все равно ничего не пойму ни в их почерке, ни в написанной ими тарабарщине».

— Не желаете ли взглянуть сюда? — раздался в наушниках изумленный голос штурмана.

Только сейчас Стюарт обнаружил, что Макса и Сэма нет рядом. Ругнувшись про себя за подобную «инициативу», он вышел из медицинского салона и направился к яркому пятну света в конце коридора.

Подойдя ближе, он заметил, что фонари астронавтов освещают какие-то трещины в стене. Внимательно присмотревшись, он понял, что это был след от когтистой лапы, которая оставила глубокие порезы в твердом пластиковом покрытии. Пять длинных царапин тянулись на десять дюймов [4] сверху вниз и заканчивались рваным отверстием, словно кто-то проверял остроту своих когтей, вырвав напоследок крупный кусок пластмассы.

Картер достал из ранца нож и, с силой надавив на его рукоять, провел острым концом лезвия по обшивке, оставив едва заметную царапину. Глядя на этот скромный результат, Сэм удивленно присвистнул. — Кто бы это ни был, я уже начинаю сожалеть, что сейчас не моя вахта, — промолвил он, заикаясь. Подобная тварь явно не внушает доверия, даже если примять во внимание, что она давным-давно сдохла из-за отсутствия кислорода!

— Неплохой должен быть экземплярчик! — задумчиво произнес капитан, передернув затвор своего автомата. — Надеюсь, теперь у вас пропало желание разгуливать по кораблю в одиночку?

— Уж не самого ли дьявола они откопали? — проворчал штурман, разглядывая острое, как бритва, лезвие ножа.

Развернувшись к противоположной стене, он перевел рычаг своего автомата на одиночный огонь и, подняв ствол, нажал на курок. Прозвучал громкий хлопок выстрела и оглушительный грохот взрыва.

— Тебе что, заняться нечем? — возмутился Стюарт. — Какого черта ты устроил в звездолете стрелковый тир!

Вместо ответа Макс молча повесил автомат на плечо и подошел к внутренней обшивке, покачивая головой. Дыра от разрывной пули оказалась меньше той, что удалось вырвать когтистой лапе неизвестного чудовища.

Переглянувшись, астронавты пошли вглубь коридора…

— Вам не кажется, что мы уже давно не слышали доклада от нашего разведчика? — спросил Сэм. — Последний раз он заявлял о себе после выхода из центрального салона.

— R-57, сообщите о результатах разведки! — запросил капитан.

Полная тишина…

— Разведывательный робот R-57, требую немедленно выйти на связь и доложить обстановку! — повторил он. Безмолвный эфир не удостоил его даже писком.

— Дьявол! Кажется, сумерки начинают сгущаться! — проворчал Александр. — Сэм, в каком случае робот не будет подавать никаких признаков своего существования?

— Только если его кто-нибудь отключит! — пролепетал бортинженер. Вы хоть на секунду представляете, что это означает?

— То, что кроме нас на корабле есть кто-то еще! — ответил за всех штурман. — Только знакомый с техникой человек в состоянии добраться до кнопок управления на его спине… Капитан, какие будут указания?

— Возвращаемся на корабль! — скомандовал Стюарт. — Я не имею права без острой необходимости рисковать жизнью своего экипажа! В данном случае это совершенно бессмысленно. У нас достаточно роботов, чтобы найти «черный ящик», а уж потом мы его как-нибудь демонтируем. И, если на этом корабле есть живые люди, в чем я сильно сомневаюсь…

— А кто же, черт побери, тогда здесь может быть? — перебил его Макс.

— …то нам достаточно передать свое сообщение по внутренним трансляторам «Дианы»! — продолжил Александр. — Если они живы и в здравом уме, они сами к нам придут. Если нет, — крейсер так и останется пустой жестянкой, дрейфующей среди звезд…

— Вы хоть соображаете, что говорите? — раздался в наушниках возмущенный голос врача. — Эта старая развалина находится в космосе уже семь десятилетий с концентрацией кислорода, при которой дохнут даже амебы, а вы рассуждаете о психическом здоровье членов экипажа! Достаньте этот проклятый ящик и возвращайтесь назад, а уж лотом, если вам так страшно, разнесем это корыто в щепки!

— Может, поменяемся местами, если ты такой смелый! — крикнул бортинженер, сделав несколько шагов в конец коридора. — Легко рассуждать, сидя в полной безопасности на своем корабле. А ты заходи к нам, погуляешь немного, посмотришь на оставленные когтями дыры, а, там, глядишь, и за ящичком сбегаешь! А мы тебя в шлюзе подождем, чтобы помочь его донести, а не то ты себе спинку надорвешь…

Дикий крик прервал его на полуслове, сменившись бульканьем полившейся изо рта крови. Выпучив глаза, Сэм выронил из рук автомат и обхватил пальцами пятифутовый отрезок стальной трубы, который пробил скафандр высшей защиты и глубоко вошел в его грудь…

Все произошло слишком быстро, чтобы кто-нибудь успел опомниться. Выскочившая из-за угла коридора уродливая лоснящаяся тварь, не теряя времени, бросилась в сторону Макса. Раздался звон разбитого стекла, и черная когтистая лапа, пробив гермошлем, впилась ему в лицо. Подогнув колени, штурман молча повалился на палубу.

Одним прыжком чудовище оказалось в трех ярдах от капитана. Оно было около шести футов в высоту и стояло на задних ногах, словно человек, вытянув перед собой длинные руки. Все его тело блестело и переливалось в лучах фонаря, хотя оно и было черного цвета.

Стюарт похолодел от ужаса, разглядев уродливую голову с остроконечными ушами и белыми шариками глаз, которые смотрели вглубь его мозга.

«Вот он — мой кошмарный сон, преследующий меня долгие годы! Он стоит напротив, протягивая ко мне когтистые лапы и с его приоткрытых челюстей, ощетинившихся крупными острыми зубами, капает маслянистая жидкость. Он смотрит внутрь меня, но я ничего не могу прочесть в этих белых, лишенных зрачков подобиях глаз, прожигающих меня насквозь и отнимающих волю и способность к сопротивлению. Я не должен сдаваться, иначе весь этот кошмар выйдет за пределы моего разума…»

Мысли медленно ворочались в его голове, и Александр почувствовал, что теряет над собой контроль.

«Автомат! — вспомнил он. — В моих руках автомат Кажется, я уже передергивал его затвор… Нужно нажать на курок! Это так: просто — всего лишь нажать на курок и весь этот ужас исчезнет раз и навсегда!»

Чудовище как будто прочитало его мысли. Согнув руки, оно сделало шаг навстречу и слегка присело, готовясь к прыжку.

«Сейчас оно прыгнет! — испугался Стюарт. — Его острые когти разорвут мой скафандр, словно он сделан из обычной бумаги…»

Тварь резко оттолкнулась от пола и, распрямив задние конечности, взмыла в воздух.

«Нажать на курок! — Александр, словно загипнотизированный, смотрел на летящего монстра. — Нажать на курок! Нажать…»

Оглушительная очередь автоматического оружия вырвала его из оцепенения.

Яркие вспышки пламени осветили уродливое черное тело, пронзаемое вылетающими из ствола пулями. Попадая в цель, они расцветали огромными красными бутонами, разрывая чужую плоть и разбрасывая ее по всему коридору.

Мощная взрывная волна ударила Стюарта в скафандр и опрокинула на пол. Перед его глазами вспыхнул фейерверк разноцветных искр, и он потерял сознание…

* * *

— Как ты себя чувствуешь? — хриплый голос врача, казалось, звучал с того света.

Александр застонал и, повернувшись набок, с трудом приоткрыл глаза.

— Как будто по мне пробежала национальная команда по регби! пробормотал он опухшими губами.

— Ну, это не так уж далеко от истины! — усмехнулся Рональд. Он сидел рядом на стуле и всем своим видом показывал, что все в полном порядке. Тебе здорово повезло с реакцией! Если бы ты нажал на курок с опозданием всего на сотую долю секунды, мне бы пришлось оставить вас с Максом на съедение этой твари и улететь на Землю в полном одиночестве.

— Он жив? — удивился Стюарт.

— Конечно! Неужели ты сомневался в моих способностях? — упрекнул его Беккер. — Когда мне достается кандидат в покойники вместо остывшего трупа, у него еще есть какие-то шансы на выживание.

— Похоже, что скромностью в нашей команде уже никто не страдает! улыбнулся ему Александр.

— Скромность — удел слабых духом и неуверенных в себе людей! ответил корабельный врач. — Она не присуща нашей нации так же, как и узкие, косо посаженые глаза… Что касается Макса, то задача оказалась не столь сложной. Когда я прибежал на помощь, то сразу сообразил, что из вас двоих первым отдаст концы он, а ты можешь и полежать пару часиков. Поэтому я уволок его на наш звездолет и полностью отдал себя спасению его никчемной жизни.

— Ты хочешь сказать, что я остался валяться на «Диане» в полном одиночестве? — переспросил его капитан.

— Не совсем. Я выставил на твою охрану двух роботов и заложил в них программу стрелять во все, что движется, исключая, конечно, себя самого… Ты здорово стукнулся головой и так и не пришел в себя до тех пор, пока я не закончил заниматься штурманом.

— Как он?

— Теперь в полном порядке! Эта мразь задела ему крупную артерию на шее и, не окажи я вовремя помощь, его пришлось бы списать досрочно. Мало того, что она оставила ему шрам через все лицо, она еще и заразила рану какой-то слизью, которая выделялась у нее с когтей и изо рта. Эта слизь вызвала сильную местную реакцию тканей, перешедшую в гнойный процесс. Пришлось накачать его мощными антибиотиками и положить под капельницу.

— А какого черта ты меня под нее засунул? — удивился капитан, заметив на сгибе своей руки иглу с отходящей от нее прозрачной пластиковой трубочкой, по которой стекала густая желтая жидкость.

— Извини, небольшая мера предосторожности! — успокоил его Беккер. — Эта тварь все-таки успела до тебя дотянуться. Она разорвала рукав твоего комбинезона и сильно поцарапала руку. Несмотря на то, что рана была покрыта слизью, никакой реакции на яд у тебя не было. Но, я решил подстраховаться и вколол тебе порядочную дозу.

— Сколько уже прошло времени?

— Семь с половиной часов.

— Ты что, спятил?! — подпрыгнул на кровати Александр.

— Из всех членов экипажа на борту этого звездолета я единственный, за стопроцентное здоровье которого можно поручиться! — ответил врач, укладывая его обратно. — Я знаю, что для тебя это сильный шок, но, к сожалению, это правда! Ты пролежал без сознания почти шесть часов, пока я старался вытащить Макса из могилы, в которой он стоял одной ногой и уже заносил вторую. Он, как минимум, еще с неделю проваляется в реанимации под контролем приборов… Так что тебе пока придется командовать всего одним членом экипажа мной.

— Что нового на «Диане»? — спросил Стюарт, потирая ушибленный затылок.

— Пока ты лежал под охраной на палубе, трое оставшихся роботов прочесали ее вдоль и поперек, взламывая закрытые помещения и обыскивая каждую щель. Они нашли обглоданные останки еще двоих членов экипажа и, не без моего участия, демонтировали и доставили на наш корабль злополучный «черный ящик».

— Ты его вскрывал?

— Нет, я уже и так превысил свои полномочия, когда послал на это задание роботов, — ответил Беккер. — Не вини себя! Ты поступал правильно и принял все меры предосторожности, несмотря на то, что мы считали их чрезмерными.

— Сэму от этого легче не станет! — вздохнул Александр.

— Его уже не вернуть, — покачал головой Рональд.

— Но ты в этом не виноват и не пытайся доказать себе, что все могло быть по-другому!

— Я хочу встать, — промолвил Стюарт, протягивая ему руку.

— Хорошо, только полежи еще несколько секунд, мне нужно вытащить иглу…

* * *

Темный провал коридора пугал своей глубиной и неясностью. Затаив дыхание и стараясь унять подступающую дрожь, Рональд крался по чужому кораблю Две цепочки тусклых огней тянулись по стенам вдаль, словно взлетная полоса аэродрома. Но их слабого света было явно недостаточно, чтобы хоть что-то разглядеть в этом холодном и мрачном безмолвии.

Яркий луч переносного фонаря узким пучком упирался в пластиковые стены, перебегая от двери к двери и делая окружающий мрак еще непрогляднее. Прерывистое дыхание Беккера оседало на стекле гермошлема маленькими каплями росы, а тяжелый скафандр высшей защиты сковывал и без того напряженное тело.

«Я обязан узнать всю правду! — билась в его голове лихорадочная мысль. — Это не простое совпадение, этого не может быть. Не должно существовать, как не существует Ада!»

Рональд споткнулся о какой-то массивный предмет, валяющийся на палубе и упал на грудь, больно стукнувшись лицом о стекло гермошлема. В глазах вспыхнули разноцветные брызги, а из ушибленного носа медленно потекло что-то горячее и липкое.

«Кровь! Черт возьми, у меня пошла кровь!» — удивился врач, почувствовав стекающие на стекло гермошлема капли.

Встав на колени, он инстинктивно поднял руки вверх. Пальцы в перчатках уперлись в прозрачную преграду.

«Надо же! — разозлился он. — Теперь так и будет капать, пока не вернусь на свой корабль. И гермошлем, как назло, не снимешь, — окружающая атмосфера не позволит… Обо что это я так зацепился?»

Беккер от души выругался и поднялся на ноги, часто шмыгая носом. Искры в глазах потухли, и он с удивлением уставился в окружающую его темноту, освещенную лишь тусклым мерцанием корабельных ламп Сильно закружилась голова, и он был вынужден снова опуститься на колени, нагнувшись всем корпусом вниз. Это помогло, и он начал ползать по палубе на четвереньках, обшаривая ее в поисках фонаря…

Неожиданно его пальцы натолкнулись на что-то массивное и твердое. Неизвестный предмет был около четырех футов в длину и тускло поблескивал в слабом мерцании ламп. С большим трудом Рональд приподнял его с пола и только тогда сообразил, что перед ним была оторванная рука разведывательного робота R-57, которого они так и не сумели обнаружить. Именно об нее он и запнулся, разглядывая окружающие стены и не догадавшись посмотреть себе под ноги.

«Вот так история! — содрогнулся Беккер. — Ну и мощь у этой твари, если она смогла вырвать манипулятор, рассчитанный на поднятие тяжестей в тысячу фунтов [5], словно это обычная детская кукла! И где в таком случае остальной корпус?»

Наконец его ладонь наткнулась на фонарь. Поднеся его к лицу, Рональд заметил выбитое стекло и нащупал пальцами пустой цоколь от лампочки. Размахнувшись, он швырнул фонарь в ближайшую стену, послав ему вдогонку парочку крепких выражений, тайный смысл которых понятен только медикам. Мрачная перспектива прогулки в одиночку по чужому кораблю практически в полной темноте на какое-то мгновенье лишила его храбрости, и он уже подумал отказаться от своей безумной затеи…

Закрыв глаза, как будто это могло облегчить его участь, Беккер безвольно опустил руки и заставил себя расслабиться.

«Все в порядке, все в полном порядке! — успокаивал он самого себя. — Ничего страшного не произошло… Сейчас я успокоюсь! Медленный, глубокий вдох. Продолжительный выдох. Еще один глубокий вдох… Все в полном порядке… Сейчас я открою глаза и они, привыкшие к темноте, будут видеть ничуть не хуже, чем при ярком свете фонаря!»

Рональд приоткрыл веки. Тьма отступила, и он довольно отчетливо увидел длинный, освещенный тусклыми лампами коридор и темные проемы открытых люков по обе его стороны. Сделав еще несколько вдохов и выдохов, он окончательно успокоился и смело двинулся дальше…

В коридоре за медицинским отсеком ничего не изменилось. Темное пятно засохшей крови с валяющимся рядом куском трубы приковали его внимание. Нагнувшись, врач поднял тяжелый обломок и вместе с ним подошел ближе к свету. Бледное мерцание ламп осветило неровные края трубы. Теперь не оставалось ни малейшего сомнения, что монстр оторвал нужный ему кусок прямо перед нападением, так как на месте излома был виден еще не потускневший серебристый металл.

Беккер размахнулся и попытался изо всех сил бросить обломок вдаль коридора. Пролетев всего пару ярдов, труба с диким грохотом, от которого, казалось, задрожал весь корабль, рухнула и покатилась по палубе.

«Невероятно! — поразился врач. — Чтобы придать ей ускорение, достаточное для полета более десяти ярдов, да еще и пробить скафандр высшей защиты, необходима, как минимум, легкая артиллерия! Что же это за тварь и откуда она могла взяться на борту этого звездолета?»

Приблизившись к стене, Рональд начал разыскивать останки монстра, разбросанные взрывом по коридору. Он заметил уродливую конечность с длинными когтистыми пальцами, которая черным пятном выделялась на фоне отсвечивающей палубы, и уже нагнулся за ней, когда на его плечо легла чья-то тяжелая рука…

* * *

Яркий луч фонаря ударил Беккеру в лицо, заставив его отшатнуться.

— Посветить? — раздался рассерженный голос в его наушниках. — У тебя, кажется, возникли серьезные проблемы.

— Дьявол! — схватившись за сердце, Рональд медленно сполз по стене на пол и пожертвовал жизнью Сэма не ради пустой консервной банки с красивым названием.

— Я рад, что мы с тобой нашли общий язык, — успокоился корабельный врач. — Теперь, надеюсь, ты поможешь мне перенести останки этой твари в нашу лабораторию?

— Черта с два! — приземлил его капитан. — Ни я, ни ты не прикоснемся к ним даже перчатками и тем более не понесем на наш звездолет. Вскрытие будет произведено роботом прямо на «Принцессе Диане» Вся полученная информация будет записана через эфир, а сам робот вместе с останками твари и этой старой посудиной будут уничтожены с расстояния термоядерным взрывом. Я не допущу ни малейшей возможности занести инфекцию на наш корабль!

— Преклоняю перед тобой голову ты превзошел самого себя! съехидничал Рональд. — Остается сходить на наш звездолет, подготовить инструменты и запрограммировать робота. Не беда, за пару часов управимся!

— Не стоит так волноваться, — успокоил его Александр. — Полностью экипированный робот ожидает в конце этого коридора. Я ведь предупреждал, что догадался о твоем намерении и успел к нему подготовиться.

Гулкое эхо шагов по металлической палубе корабля проникало даже сквозь гермошлем. Оба астронавта уже дошли до центрального салона, когда лучи их фонарей высветили в углу оторванную руку робота.

— Совсем про нее забыл, — промолвил Беккер. — По пути сюда я об нее запнулся и, упав, разбил фонарь и расквасил себе нос… Я еще тогда вспомнил, что наши роботы так и не обнаружили первого разведчика. А ведь они прочесали весь крейсер вдоль и поперек!

— Наверное, они не слишком старались, — ответил Стюарт, поднимая свой фонарь вверх.

Потолок терялся из вида на высоте пятнадцати футов в хитроумном переплетении труб и электрических кабелей. Капитан прошел под ними не более семи ярдов, когда в лучах фонаря засверкала часть серебристого корпуса с выбитым серийным номером «R-57».

— Ничего не скажешь, силы у этой твари хоть отбавляй, — усмехнулся Александр. — Здесь абсолютно гладкие стены, не за что даже зацепиться. Единственный способ, которым робот мог оказаться в этом уютном гнездышке, если она его туда закинула.

— Но ведь он весит более тысячи футов! — изумился Рональд.

— Тысяча семьсот пятьдесят, если это тебя успокоит.

— Ничуть! Мне кажется, окажись перед ней тяжелый танк, она оторвала бы ему ствол, а потом перевернула вверх гусеницами, словно черепаху! Если в ее черепе есть хоть малейший проблеск разума, то с более опасным существом человек еще не сталкивался за всю историю своего существования…

— И ты в этом сомневаешься? — удивился Стюарт. — Она отключила нашего робота так быстро, что он даже не пикнул. Она не атаковала сразу нас троих, хотят даже в этом случае преимущество было на ее стороне. Нет, она расчетливо и хладнокровно убила Сэма из-за угла и только потом, воспользовавшись нашей растерянностью, одним ударом вывела Макса из игры и набросилась на меня. Я отчетливо помню, как эта тварь оттолкнулась от пола и прыгнула, протягивая ко мне свои острые когти. Не знаю, как все так удачно закончилось, но могу точно сказать, что моя реакция здесь совершенно ни при чем! В тот момент я был в таком шоке, что просто не мог нажать на курок, хотя и мечтал об этом. Кто-то внутри меня сделал это самостоятельно, растянув мгновения в секунды и согнув мой указательный палец.

— Ты прав во всем ее поведении слишком много человеческого! согласился корабельный врач. — Эта мысль не дает мне покоя с того самого момента, как я впервые увидел на мониторе ее изображение, заснятое камерой твоего гермошлема… Но пока все это только наши домыслы. Как любят шутить среди медиков, — вскрытие покажет, кто из нас был прав!

* * *

Темный экран дисплея ожил пробежавшей по нему полоской электрической помехи Капитан вывел яркость на максимум и устроился в кресле поудобнее — предстоящий сеанс должен был затянуться.

Он поймал себя на мысли, что первая встреча с инопланетным разумом, к которому человечество стремилось уже более века, прошла весьма неудачно Возможно, в этом виноват скучный сценарий. Но, скорее всего, он сам оказался бездарным режиссером, провалившим пьесу уже в первом акте. И теперь ему предстоит тяжелая участь — стоять перед публикой в томительном ожидании, когда закончится запас летящих в него тухлых помидоров.

Но это будет потом! А пока надо набраться смелости и, открыв занавес, выйти на сцену под свист и улюлюканье толпы, которая жаждет расправы за свои напрасно истраченные деньги…

Александр тряхнул головой, выгоняя из нее мрачные мысли. Еще рано бить тревогу! Конечно, по возвращении на Землю ему придется пройти через все это, но в данный момент его ждет более интересное занятие. Подглядывать в замочную скважину чужого мира и надеяться, что с другой стороны никто не воткнет ему острую спицу в глаз. Впрочем, об этом он уже позаботился достаточно.

— Я не пропустил ничего интересного? — спросил корабельный врач, заглядывая в кабину управления.

— Если не считать того, что несколько секунд назад я включил монитор, то нет! — кивнул ему капитан — Как там дела у Макса?

— Пока никаких изменений, — ответил Беккер. — Воспалительный процесс спал, температура тоже, но в сознание в ближайшую неделю он вряд ли придет… Ему здорово досталось! По возвращении на Землю ему придется обратиться к врачу по пластической хирургии, иначе на его лице останется огромный шрам… Я поставил ему новую капельницу — на ближайшую пару часов хватит. Если возникнут какие-нибудь проблемы, компьютер, который поддерживает его жизнедеятельность, достанет меня даже из-под земли…

Изображение на экране дрогнуло и приблизилось к лежавшему среди черных пятен бесформенному куску.

Сидя в своем кресле, капитан управлял всеми движениями робота дистанционно.

— Стоп! — вмешался врач. — Немного назад и вправо. Да, именно сюда… Похоже на кисть руки с локтем и частью предплечья. Этот объект меня интересует больше всего. Теперь пусть аккуратно отдирает это кровавое месиво от пола и едет в лабораторию «Дианы».

— Спасибо, что напомнил! — усмехнулся Александр. — А то я уже начал забывать, зачем мы его туда послали…

Тонкое лезвие скальпеля со скрипом прошлось по лоснящейся коже чудовища, не оставив на нем даже царапины. Капитан нажал на клавиши посильнее. Раздался отвратительный скрежет металла по стеклу и лезвие с громким треском отломилось.

— Может, автогеном попробовать? — пошутил он, повернувшись к изумленному врачу.

— Не стоит! — замотал головой Рональд. — Потом в этом пепелище ни черта не разберешь! Нужно использовать комплект пил самого робота, но вначале нам придется поменяться местами.

— Зачем? — удивился Стюарт.

— Я врач и кое-что смыслю в анатомии, — ответил ему Беккер. — А ты можешь перестараться там, где не следует.

— Не возражаю! — согласился с ним капитан. — Тем более что предстоящее зрелище окончательно отобьет у меня аппетит…

Тихое жужжание портативной пилы со сверхтвердыми алмазными зубьями перешло в пронзительный визг, когда ее лезвие коснулось бронированной руки чудовища. Облако дыма и сноп искр сильно затрудняли видимость. На какое-то мгновенье Стюарту показалось, что он даже почувствовал запах горелого…

— Ладно, посмотрим, чего мы добились, — сказал Рональд через десять минут.

Дым рассеялся, и на экране появилась толстая плечевая кость. Она переходила в сустав, а затем в локтевую и лучевую кости, которые заканчивались пятипалой кистью с острыми когтями. Сосчитав фаланги пальцев, врач повернулся в кресле и расплылся в улыбке.

— Чему ты так радуешься? — удивился Александр.

— Перед нами вовсе не чужой организм, как мы с тобой ошибочно думали!

— А что же? — удивился Стюарт. — Восставший прах Наполеона.

— Не думаю! — рассмеялся Беккер. — Хотя все может быть… Я хочу сказать, что это до последней косточки человеческая рука, правда, несколько видоизмененная.

— Что ты имеешь в виду?

— Кожа превратилась в хитиновый покров, настолько жесткий, что его не может прорезать даже острое стальное лезвие, — пояснил Рональд. — Мышцы увеличились в объеме, массе и, как мы уже заметили — силе. Что касается когтей, то они полностью состоят из хитина, а он считается самым твердым и прочным природным материалом.

— И ты считаешь меня полным недоумком, который поверит, что человек может превратиться в ЭТО? — содрогнулся Александр. — И как оно могло существовать, пусть даже в этом дьявольском обличий, без пищи и практически без кислорода на протяжении нескольких десятков лет?

— Я и сам в это не верю, но факты — упрямая вещь! — ответил ему Беккер. — Подождем вскрытия остальных частей тела. Может, мы найдем ответ в них…

Поднявшись в свою каюту, капитан добрался до кровати и повалился на нее прямо в ботинках. Подкатывала тошнота. Сотрясение мозга все еще давало о себе знать головокружением и болью в висках.

Стюарт лежал на спине с открытыми глазами, перед которыми мелькали отвратительные кадры вскрытия. Он так и не дождался его окончания, почувствовав, что не сможет в ближайшие сутки прикоснуться к еде.

Врач остался в кабине управления, сославшись на то, что сейчас его вахта и он хочет закончить вскрытие оставшихся кусков и еще раз просмотреть полученные видеозаписи. Александр махнул на все рукой и на нетвердых ногах ушел к себе в каюту.

То, что удалось узнать, поразило их до глубины души. У взорванного существа по сравнению с первоначальным человеческим телом произошло практически полное перерождение всех органов и тканей. Но все они были в наличии — в том или ином качестве. Легкие увеличились в объеме и стали занимать почти все свободное пространство тела. Органы пищеварения деградировали, превратившись в ненужные придатки, какими у обычных людей являются аппендикс и копчик.

Рональд сделал смелое предположение, что, оставшись без пищи, это существо быстро приспособилось к новым условиям и начало восполнять свою энергию прямо из космоса. Впрочем, сказать что-либо уверенно по тем немногим кускам, которые удалось собрать после взрыва, было практически невозможно.

Оставалось непонятным самое главное: был ли это в прошлом человек, или перед ними оказался прирожденный мутант.

Лежа в кровати, Александр ломал над этим голову более часа. Какая-то тревожная мысль не давала ему покоя, но он напрасно искал ее формулировку. Зациклившись на одном, мозг не мог выйти из состояния ступора…

Глаза слипались. Он уже начал проваливаться в темную бездну сновидений, когда из самых ее глубин всплыло единственное слово, которое мгновенно лишило его сна.

«ЖУРНАЛ! Черт побери, как же я мог забыть про медицинский журнал? Я положил его на „Диане“ в свой заплечный ранец и тщательно проверил замки, чтобы он не выпал по дороге… Какой же я идиот!»

Соскочив с кровати, Стюарт бросился в шлюзовую камеру. Спустившись на четыре палубы вниз, он промчался мимо двери медицинского отсека и, изрядно запыхавшись, добежал до люка, ведущего в шлюз. Распахнув шкаф со скафандрами, он начал разбрасывать их по палубе, пытаясь отыскать свой ранец.

— Дурак, полный дурак! — ругал он самого себя. — Я должен был начать с этого, как только пришел в сознание. А теперь я потерял несколько часов и, кто знает, может совершенно напрасно!

Наконец, его рука натолкнулась на корпус ранца. Рванув замки так, что по пальцам пробежали болезненные нервные импульсы, Александр распахнул его и достал покрытый пылью журнал. Быстро пролистав несколько страниц, он понял, что это именно то, что ему нужно.

Прижав книгу к груди, как это делают только с самым дорогим и близким сердцу предметом, Стюарт быстрыми шагами направился в свою каюту, зацепившись плечом за стоявшего в коридоре робота…

* * *

«Проклятая планета! Не дай вам Бог увидеть этот Ад!

На ней нет дня или ночи. Только серые туманные сумерки без начата и конца да мелкий моросящий дождь, который, кажется, идет с самого ее зарождения. Он не усиливается и не стихает. Он все время капает вам на голову и вы начинаете потихоньку сходить с ума. В этом умирающем царстве вечного потопа нет даже ветра и миллионы маленьких капель падают с неба вертикально вниз, не отклоняясь в полете ни на один дюйм.

То, что еще не залила вода, все равно нельзя назвать сушей. Это густая каша, состоящая из ила, грязи и песка. Она буквально напичкана плавающими шарообразными растениями, которые утыканы острыми шипами, словно стая дикобразов. Из ник выползают маленькие змееподобные твари и, яростно блеснув красными бусинками глаз, ныряют под воду. Мы пробовали убить одну из них из автомата, но попасть в нее сложнее, чем укусить себя за локоть. Наш штурман Кларк бросил в эту мерзость гранату — после взрыва ее останков так и не нашли.

Впрочем, я несколько забегаю вперед…

Так уж почудилось, что мне, корабельному врачу, пришлось заняться описанием всего, что мы увидели и пережили. Почему — об этом вы узнаете позже. Если вы держите в руках эту рукопись, значит, меня уже нет в живых и я ничего не могу добавить к тому, что уже изложил на страницах своего медицинского журнала.

Итак, начнем по порядку.

Во всем виноват наш штурман Кларк. Так, во всяком случае, считает большая часть экипажа, за исключением, конечно, его самого.

Раз уж наши предки придумали нести на корабле вахту, значит, в этом была какая-то необходимость. И спать в этот момент не рекомендуется.

А Кларк уснул…

Просто взял и уснул, словно его в этой жизни уже ничего не беспокоило. По крупному счету, так оно и есть. Более толстокожего существа я не видел за всю свою жизнь и не встречал подобного персонажа в кинофильмах. Все, что его волнует. — хорошо прожаренный окорок, несколько банок пива, да висящая над его кроватью голая толстозадая девка.

Этому „дитяти“ тридцать семь лет от роду. Десять из них он летает штурманом. Остается только ломать голову, как он еще не оказался за бортом этой неуютной посудины, имя которой — Жизнь!

Кларк заснул за пультом управления после пяти банок пива, которые он притащил с собой из каюты. Одно употребление спиртных напитков во время вахты было сильным проступком, а что касается остального.

Словом, когда содержание алкоголя в крови превысило его умственные способности, он захрапел перед экранами. И растекся в кресле, словно медуза, выброшенная волнами на солнечный берег Флориды.

Никто из астронавтов так и не узнал, что же ему снилось, когда по сигналу тревоги весь экипаж; во главе с капитаном прибежал в кабину управления.

Кларк дрых в кресле, свесив конечности, а экраны мониторов показывали, что мы оказались где-то у черта в заднице. Именно так выразился капитан после тщательного изучения всех приборов.

И мы, действительно, оказались где-то там поскольку вместо Магелланоеых облаков нас окружали какие-то незнакомые уродливые созвездия. Тод, наш капитан, разразился потоком многоэтажной брани, которая вырвала штурмана из глубин пьяного сна.

Он долго щурил на нас глаза, недоумевая, о ком идет речь и кто это мог уснуть на вахте. Не останови мы капитана, Кларку пришлось бы на пару недель сменить свою каюту на медицинский лазарет.

Тщательное изучение видеозаписей показало, что за три часа до тревоги перед нашим кораблем появилось какое-то разноцветное переливающееся облако. Сквозь его центр мы и умудрились пролететь благодаря нашему дежурному навигатору, досматривающему в этот момент свой увлекательный сон.

Мы повторили судьбу самой Дианы, машина которой на огромной скорости влетела в тоннель, ставший для нас роковым…

Впрочем, мы еще живы. Пока…

Мы облазили в напрасных поисках пространство в радиусе парсека, но так и не нашли выхода из этого мира. Если, конечно, он вообще существует. Капитан выдвинул гипотезу, что мы проскользнули в эту галактику сквозь какую-то „дыру“, которая захлопнулась за нашими спинами.

Мы оказались в ловушке. Никто не знает, насколько стабильна эта галактика и как часто в ней появляются подобные дыры. И, самое главное. — куда они могут вести. Так что, скорее всего, мы превратимся в очередной „Летучий Голландец“ и станем вечными скитальцами в бескрайних просторах Вселенной…

Удача!

Можно ли назвать этим словом планету, подвернувшуюся нам после семи месяцев странствий? Скорее всего, она — лишь та соломинка, за которую хватается человек, уже разменявший половину столь нужного ему воздуха на половину галлона мутной воды.

Так или иначе, но это было хоть что-то новое в этом бесцельном шатании в холодном вакууме, наполненном только мелкими частичками космической пыли. Но самый страшный вакуум был не за бортом корабля. Он находился в наших у мах, разъедая их сильнее самой крепкой кислоты и порождая гнев и отчаяние. И мы прекрасно понимали, что если не найдем себе занятие, наши кошмары выйдут за пределы сознания и уничтожат нас самих…

Именно поэтому наш капитан, как клещ, вцепился в эту планету.

Когда посланный метеозонд показал наличие атмосферы с высоким содержанием кислорода, наш корабль спустил паруса и бросил мертвый якорь в этой незнакомой лагуне…

Офицер Ричард Тайлер остался на звездолете. Капитан, я, Кларк и Джозеф — второй пилот, должны были первыми испытать на себе все здешние прелести. Мы вооружились до зубов, спустили шлюпку и, взявшись за весла, поплыли в неизвестность.

Не хочу, чтобы у вас складывалось впечатление, что мы превратились в беззаботных джентльменов удачи. Это не так. Никакой риск даже в таком случае, как наш, не был бы оправдан ничем, кроме попытки побыстрее свести счеты с жизнью. А среди нас не было самоубийц! Так по крайней мере, мы все тогда считали.

Метеозонд поставил нас перед выбором: либо высаживаться на планету самим, либо любоваться ее видом из космоса.

Ее поверхность… Впрочем, я уже описывал ее ранее и не желаю ничего добавлять к тому неприглядному зрелищу, с которым нам всем пришлось столкнуться. Наши роботы увязли бы в этом болоте по… Словом, основательно!

Приключения начались сразу же после посадки…

Наш плавающий транспортер завяз в грязи и ушел на дно всего за полторы минуты. Мы едва успели спастись, захватив с собой только оружие и боеприпасы. Если бы не Джозеф, оставшийся в тот момент в посадочном челноке и вытащивший нас из этого дерьма на канате, мы утонули бы вместе с броневиком.

Посовещавшись, мы решили больше не пользоваться услугами этого негостеприимного аэропорта и переместиться на длинный горный хребет в форме змеи, который виднелся в полутора милях [6] от нас.

Перелет не занял слишком много времени. Вскоре мы уже стояли на покатой бугристой поверхности, удивленно оглядываясь по сторонам. Каменная порода под ногами была необычайно твердой и скользкой, словно ее намазали жиром. Неповоротливые скафандры высшей защиты сковывали тела, превратив нас в неуклюжих червей. Мы передвигались с большой осторожностью, хватаясь руками за высокие остроконечные стебли. Они были ровными и очень крепкими, словно какой-то великан превратил эту скалу в гигантскую подушечку для иголок.

Штурман первым заметил огромную черную дыру в ста пятидесяти ярдах от нас. Она оказалась бездонной пещерой, идущей под небольшой уклон, наверное, к самому центру Ада. В бурые стены были настолько отшлифованы, что в ярком свете фонарей мы отчетливо видели в них свои отражения. Пока мы с капитаном переговаривались, Кларк ушел далеко вперед и свет его фонаря стал почти незаметен.

Безумец! Если бы он знал, что ему уготовила судьба, он не стал бы даже переступать порога этой пещеры, а уж тем более изображать из себя героя.

Мы хватились слишком поздно, — когда в наших наушниках послышался его перепуганный крик. Мы бросились вглубь пещеры, причем капитан все время кричал на бегу, что пристрелит его как собаку. Но когда мы, запыхавшись, достигли этого места, нашим глазам предстало кошмарное зрелище…

Я до сих пор не могу осознать весь ужас того, что мы увидели.

Представьте себе гусеницу, упавшую с ветки в муравейник и теперь беспомощно извивающуюся в сотнях маленьких цепких лапок. А теперь сильно увеличьте эту картину, пока гусеница не превратится в человека, а крохотные муравьи не станут гигантскими подобиями жуков величиной в полтора фута. И все это происходит у вас на глазах…

Вы видите, как от скафандра высшей защиты отделяется человеческая нога и уползает куда-то вглубь пещеры в челюстях одного из этих уродов. Эта жуткая картина сопровождается истошными воплями человека, которого еще минуту назад обещали пристрелить. Его тело дергается в беспомощных попытках освободиться, пока до вас не доходит, что оно уже мертво и лишь шевелится от десятков разрывающих его челюстей.

Весь этот ужас и сейчас стоит у меня перед глазами. Но теперь я прекрасно понимаю, что наш кошмар тогда только начинался…

Яркая вспышка пламени и оглушительный грохот взрыва вернули меня к действительности. Капитан размахнулся и бросил в груду копошащихся тел вторую гранату. Затем он, словно танк, поволок меня за собой к выходу из пещеры.

Сзади прозвучал второй взрыв. Боже, как медленно текли секунды…

Мы уже добежали почти до самого выхода, когда каменный пол под нашими ногами задрожал и буквально встал на дыбы, ударив нас в лицо. Повалившись друг на друга, мы покатились вглубь пещеры навстречу этому дьявольскому муравейнику. Вернее, покатился только я, так как Тод через пару ярдов умудрился вогнать крюк своего альпинистского снаряжения в чудом подвернувшуюся расщелину.

Я ехал вниз по гладкому полу пещеры на своей бронированной заднице, как на санях, и молился про себя, чтобы моя смерть была более легкой, чем у Кларка. Каким бы он ни был при жизни, он не заслуживал такой участи…

На огромной скорости я влетел в эту шевелящуюся уродливую кучу, разметав ее во все стороны. В тот самый момент, когда я уже закрыл глаза и приготовился умереть, пещера подо мной вновь перевернулась и я поехал в обратном направлении, яростно отпихиваясь от вцепившихся в меня жуков.

Видимо, я комментировал происходящие события вслух, так как мне не удалось вылететь из пещеры и утонуть в этом чертовом болоте. Капитан поймал меня за правую ногу в самый последний момент. Никогда не считал себя гибким человеком, но я извернулся змеей и вцепился обеими руками в канат, полностью забыв про жуков.

И совершенно напрасно! Всего через секунду я услышал в своих наушниках красочную речь Тода о том, что нужно тщательно стряхивать с себя дерьмо, прежде чем заходить в гости.

Один из этих уродов висел у него на ноге, а его быстро мелькающие челюсти напоминали острый нож:- сенокосилки. Из дыры в комбинезоне текла тонкая струйка крови.

Капитан орал вовсе горло, отбиваясь от этой твари второй ногой и вспоминая всех моих родственников вплоть до Адама.

Наконец, ему удалось сбить с себя жука и тот камнем рухнул вниз. Мне очень хотелось убедиться, что он увяз в болоте, но я не успел удовлетворить свое любопытство. Гора ходила ходуном и я уже начал опасаться, что Джозеф с посадочным челноком приказали долго жить, оставив нас в полном одиночестве.

Но нет: я услышал шум двигателей и, подняв голову, обнаружил челнок, висевший в десяти ярдах над нами. Из его приоткрытого люка выпал канат и мы с невероятным трудом умудрились за него ухватиться.

Сквозь лобовое стекло капсулы я увидел перекошенное от ужаса лицо Джозефа и понял, что произошло что-то из ряда вон выходящее. Наш второй пилот был конченым флегматиком, — вывести его из себя было совершенно невозможно. И, если уж он скорчил подобную мину, то наше дело — дрянь!

Забираясь по канату в капсулу, я краем глаза заметил, что гора, содрогаясь, поднимается из болота…

Но окончательно я постиг происходящее только в кабине челнока. В ста ярдах перед нами шевелились два огромных пучка щупальцев с массой желтых змеиных глаз. И все это росло из отвратительной бугристой морды величиной с футбольное поле.

Чудовище поднялось над болотной жижей и протянуло к нам свою бездонную зубастую пасть, с краев которой стекали водопады жидкого ила…

За нашими спинами захлопнулся люк, и Джозеф резко рванул штурвал на себя. Капсула взмыла с таким ускорением, что мы с Тодом, не успев занять свои места, повалились на пол, не в силах даже пошевелиться. Челнок уходил вертикально вверх и, только набрав огромную высоту, завис в воздухе.

Капитан, чертыхаясь, поднялся с пола, потирая ушибленный локоть. Сев в кресло, он взял в руки второй штурвал и переключил управление на себя. Мы с Джозефом не успели и рта открыть, как он вошел в крутое пике и, пролетев над гигантской змеей, всадил в нее ракеты от морды до самого кончика хвоста.

Волны огня и дыма неслись нам вслед. Капсула содрогалась от мощных взрывов, по капитан продолжал давить на кнопку, пока не кончился боезапас. Только после этого он набрал высоту и пошел на разворот полюбоваться зрелищем устроенной им оргии.

Дождь затушил пламя и прибил дым. Нашему изумлению не было границ: среди ила и грязи, извиваясь всем телом, лежало абсолютно нетронутое чудовище. С тем же успехом мы могли бы обстрелять его обычным горохом.

Дав волю своему языку. Тод направил челнок на орбиту, где нас поджидал звездолет.

Мы уже поднялись в верхние слои атмосферы, когда прозвучал сигнал тревоги. Бросив взгляд на приборы. Джозеф сказал, что на капсуле произошла утечка воздуха.

Давление резко падало, и вскоре нам пришлось надеть гермошлемы. Капитан оторвал маленький клочок бумаги и подбросил его вверх. Он поплыл к задней стене кабины и прилип к ее поверхности. Затем он смялся в комок и вылетел наружу сквозь крохотное отверстие, растущее прямо на глазах. Я нагнулся к нему и только тогда заметил острое кривое лезвие, которое просунулось внутрь и отрезало от обшивки еще один кусочек металла…

Это был жук.

Как он оказался на поверхности капсулы и сумел удержаться на ней во время полета, до сих пор остается для меня загадкой. Это самая цепкая, живучая и сильная тварь, что мы до сих пор видели. Но в тот момент нам было не до философских рассуждений.

Джозеф бестактно отпихнул меня от дыры и просунул в нее ствол своего автомата. Прогрохотала очередь, сопровождаемая визгом рикошетирующих пуль. Хотя они и не смогли уничтожить жука, они сорвали его с обшивки челнока и сбросили вниз.

Я не мог не ухмыльнуться, видя недоумение в глазах нашего пилота. Я-то видел этих тварей вблизи и помню, что взрывы наших: гранат причинили им не больше вреда, чем стакан холодной воды.»

Несколько страниц журнала было безжалостно вырвано.

«Бедный капитан!

Если бы мы только знали, чем все это закончится. Все наши попытки спасти свои жизни на этой планете не имели ни малейшего значения. Уж лучше бы мы погибли прямо на ней! По крайней мере, эта смерть была бы достойной человека.

То, что творится сейчас, напоминает отвратительный фильм ужасов…

После того, как я удалил из раны капитана всю слизь и сделал ему инъекцию антибиотика, я надеялся, что все будет в порядке.

Увы! У Тода начались какие-то странные судороги, сопровождаемые сильным жаром. Что-то происходило с его глазами, и он кричал, что вокруг него только черная тьма. Он все время твердил какие-то координаты и бредил тем, что смог бы вывести наш корабль из ловушки, но ничего не может увидеть и показать…

Его зрение и в самом деле меня сильно беспокоило.

Еще бы! Я никогда не видел, чтобы у человека стала рассасываться радужная оболочка вместе с хрусталиком. Всего за неделю его глаза превратились в кошмарные белые шарики Кожа потемнела и сделалась необычайно жесткой и грубой. Ногти на руках и ногах начали быстро расти, становясь все более острыми и твердыми. Несмотря на полный отказ от пищи, тело набирало силу и каждая мышца на нем стала хорошо видимой и мощной, как у культуриста.

Я слишком поздно сообразил, что все это значит…»

Далее шли обрывки вырванных листов и оставалась только одна страница.

«Эта мерзкая тварь уничтожила Джозефа и Ричарда. Сейчас она охотится за мной, поскольку я последний член экипажа, оставшийся в живых.

Дописываю эту страницу, закрывшись в медицинском отсеке. Надеюсь, что успею изложить свои мысли прежде, чем она до меня доберется.

Я наивно предполагал, что имею дело с необычного формой болезни и с ее странными симптомами. И не догадывался, что может существовать более простой способ завоевания чужих миров и уничтожения цивилизаций, чем их банальное истребление.

Для этого достаточно лишь ввести в организм специальный вирус и он сделает свое дело. Он создаст из любого существа монстра, который сможет приспособиться к самым невероятным условиям. Сотворив эту новую форму жизни, он будет плодить ее по своему образу и подобию до тех пор, пока чужой мир не превратится в хаос, заселенный ненужными уже убийцами. И тогда они начнут его переделывать, пока он не станет идеально подходить для своих новых хозяев. А потом весь этот кошмар, запрограммированный на самоуничтожение, исчезнет и превратится в ненужный строительный хлам. За несколько десятилетий он сотрется в пыль, оставив после себя идеальную планету для будущих хозяев, которые не замедлят прийти.

Потому, что у них на службе отлично спроектированный вирус.

Всего живого, что попадется ему на пути…»

Александр захлопнул журнал и задумался.

Если все, написанное в нем, — правда, то им угрожает смертельная опасность в лице Макса, который подвергся атаке этой твари. Хорошо, что он пока лежит в лазарете без сознания.

«Нужно срочно показать этот дневник Рональду! — решил Стюарт. — А мне необходимо принять кое-какие меры предосторожности».

Спустившись по винтовой лестнице, Александр пересек длинный тоннель коридора и остановился у приоткрытой двери медицинского отсека. Его сердце учащенно забилось от дурного предчувствия и ему стоило больших сил унять подступившую дрожь.

Распахнув дверь. Стюарт вошел внутрь.

Макса в лазарете не было. Вместо него в кровати лежало какое-то багровое месиво, а на маленьком столике для хирургических инструментов, выпучив глаза, стояла окровавленная голова корабельного врача…

Предчувствие?

Оно как всегда, сработало в нужный момент. Резко подогнув колени, капитан рухнул на пол лицом вниз.

Послышался приглушенный свист. Тяжелый нож, пролетев над его головой, разбил стекло встроенного в стену шкафа и воткнулся по самую рукоять в массивный пластиковый корпус медицинской аптечки.

Рывком перевернувшись на спину, Стюарт согнул ноги и с силой послал их прямо в живот прыгнувшего на него Макса Тот отлетел к стене и, стукнувшись об нее головой, медленно сполз на пол с закрытыми глазами.

Александр приподнялся, не отводя взгляда от штурмана, который неподвижно сидел в грех ярдах у стены. Встав на ноги, он уже хотел приблизиться к нему, но так и не решился сделать ни одного шага.

«Это ловушка! — заподозрил Стюарт. — Он хочет внезапно напасть на меня, когда я подойду убедиться, что он потерял сознание… Это старый трюк, но его можно легко проверить».

Вытащив из шкафа одну из медицинских аптечек, он бросил ее в Макса. Прозвучал глухой удар и голова Картера безвольно повисла, обнажив кровоточащую рану на затылке. Тело по инерции сместилось в сторону и, потеряв равновесие, упало на палубу.

Только теперь капитан заметил тонкий смазанный след крови, стекающий по стене от металлического кронштейна для подвешивания медицинского оборудования до того самого места, где еще мгновение назад находилась голова упавшего штурмана.

«Я вовсе не этого добивался! — расстроился Александр. — Вот и попробуй теперь доказать это комиссии по расследованию чрезвычайных ситуаций! Мы отправились на поиски новых миров, а нашли только проклятый Богом корабль и мерзкую тварь, которая перечеркнула наши судьбы… А я остался в полном одиночестве в пяти месяцах полета от ближайшей дыры ноль-пространства».

Все эти мысли вихрем промелькнули в его голове, пока он приближался к штурману Косой шрам через все лицо, оставшийся после похода на «Диану», сильно обезобразил его черты, придав им дьявольский облик.

Нагнувшись, Стюарт приложил два пальца к шее Картера и убедился, что пульса нет и в помине. Взяв кисть руки, он увидел сильно отросшие ногти, напоминающие острые когти хищных птиц и покрытые какими-то мелкими полупрозрачными каплями.

Но более всего он поразился, приоткрыв веки Макса. Из темных глазниц на него уставились два мутных белых шарика с едва заметными остатками радужной оболочки.

Александр в ужасе вскочил и, потеряв равновесие, упал прямо на штурмана.

«Дьявол! — содрогнулся он. — Все написанное в этом дневнике, правда! Этот вирус действительно существует! Капитан Тод стал его первой жертвой, уничтожив весь свой экипаж и передав эту заразу на наш корабль. Мой штурман превратился в зомби, главная задача которого — уничтожать все живое и способствовать дальнейшему распространению вируса. И он мог бы справиться с ней, если бы не кронштейн, ставший для него роковым… Обычный металлический крепеж, имеющий единственною цель — удерживать переносные системы жизнеобеспечения, помогая спасению человеческих жизней. По иронии судьбы он превратился в орудие убийства, но все же выполнил свое предназначение!»

Капитан усмехнулся и, поднявшись на ноги, вышел из медицинского отсека. Через пару минут он вернулся с толстым капроновым канатом в руках.

Перевернув Картера на живот, он принялся связывать его, плотно подгоняя виток к витку. Затянув последнюю петлю, он скрутил концы шнура за его спиной в тугой узел и только после этого облегченно вздохнул.

— Если ты думаешь, что я круглый идиот, Макс, то ты глубоко ошибаешься! — произнес Стюарт, перекатывая пленника на спину. — Я знаю, что ты еще не полностью превратился в того урода, с которым мы столкнулись на «Принцессе Диане». Но ты уже не человек и я не сомневаюсь, что твои способности идут намного дальше, чем у простых смертных… Так что поваляйся пока в бункере для отходов, а я тем временем сведу счеты с этим проклятым кораблем!

Взвалив связанного штурмана на плечи, он вышел с ним из лазарета и спустился на нижнюю палубу. Там он затолкал его тело в металлический бункер для мусора и плотно задраил его загрузочный люк.

— Не скучай, приятель, я скоро вернусь! — крикнул он сквозь толстый металл. — А ты пока поваляйся здесь и не вздумай дергаться. Одно резкое движение и я выброшу тебя прямо в открытый космос!

Похлопав рукой по люку, капитан направился в кабину управления, насвистывая себе под нос веселую мелодию…

Он не прошел и десяти ярдов, когда сзади него раздался громкий рокот гусениц. Оглянувшись, Стюарт увидел разведывательного робота, который мчался следом за ним. Его яркие прожекторы слепили глаза, а протянутые манипуляторы не оставляли ни малейшего сомнения по поводу его намерений.

Развернувшись, Александр бросился бежать. Центральный коридор тянулся, как минимум, еще на триста пятьдесят ярдов и заканчивался машинным отсеком. Если он не успеет до него добраться, робот раздавит его гусеницами и его тело будет напоминать кашу, оставшуюся от бедного Рональда…

«Проклятый Макс! — разозлился капитан. — Он оказался намного хитрее, чем я ожидал! Он знает устройство звездолета и все команды по управлению его оборудованием и вспомогательной техникой. Он превратился в коварного противника, который возглавил необъявленную войну всему человечеству. Но вначале он спровоцировал битву машин против собственного капитана, исход которой нетрудно предугадать».

Александр промчался мимо открытого люка, ведущего в шлюзовую камеру. На какое-то мгновение у него промелькнула мысль заскочить в него, но он сразу же отказался от этой возможности. Попав внутрь, он окажется в полной изоляции от остальных отсеков звездолета и потеряет над ним контроль…

Легкие судорожно хватали воздух и горели от перенапряжения. Ноги стали заплетаться, но Стюарт упорно бежал к концу коридора, который надвигался на него в ярких лучах льющегося из открытой двери света. До нее оставалось всего семь ярдов, когда свет неожиданно померк и грузный металлический корпус протиснулся наружу. Раздался визг гусениц и второй робот сорвался с места, помчавшись ему наперехват.

Александр взмахнул руками и остановился, едва не потеряв равновесие. Обернувшись, он увидел первого робота, которого отделяли от него всего тридцать ярдов. Практически на полпути виднелся открытый люк шлюза, ставший для него последней надеждой на спасение…

Капитан собрал всю свою волю в кулак и резко сорвался с места. Он летел, словно ветер, подгоняемый страхом, поднимающимся из самых глубин сознания и придающим дополнительные силы и без того быстро мелькавшим ногам.

«Я должен успеть! — подстегивал он самого себя. — Я обязан раз и навсегда остановить это кошмарное безумие и спасти наш мир от исчезновения!»

Открытая дверь и мчавшийся навстречу робот стремительно приближались. И то и другое было уже слишком близко друг от друга, когда Александр с разбегу вогнал свое тело в шлюз, захлопнув за собой люк.

Он обрушил всю тяжесть кулака на панель, управляющую электромагнитным замком и вручную перевел рычаг на блокировку.

Теперь он в безопасности. И одновременно в ловушке!

Он запер себя в шлюзе, из которого существует только, один выход на посадочном челноке в открытый космос. Но это означает потерю корабля и, как минимум два года странствий до ближайшей дыры ноль-пространства.

«Только без паники! — подумал Стюарт. — Еще не все потеряно. Можно попытаться отключить роботов через главный компьютер и снова взять власть в свои руки… Безвыходных положений не бывает! Есть ситуации, выход из которых тебе не по вкусу. Или не по зубам!»

Подойдя к встроенному в стене монитору, он нажал на кнопку. Узкая панель под ним отошла вниз, превратившись в клавиатуру. Включив систему, капитан вошел в главный компьютер и послал запрос.

Ответ его не порадовал. Доступ к управлению вспомогательной техникой звездолета был невозможен из-за отключения этой опции на панели самих роботов.

Громкий шипящий звук заставил его оглянуться. Во входном люке появилась узкая щель, сквозь которую с фейерверком ослепительных искр пробивалась раскаленная струя газового резака. Не сумев открыть дверь, роботы действовали в полном соответствии с рабочей программой, уничтожая встретившееся на пути препятствие. При их способностях и упорстве эта операция не отнимет у них больше десяти минут…

Александр повернулся к компьютеру. Кажется, выход из этой ситуации будет ему не по вкусу! Придется улетать, бросив корабль со всеми вещественными доказательствами. И уничтожить его, остановив это безумие в самом начале, пока оно не достигло Земли.

Пора!

Набрав известный только ему пароль, Стюарт увидел загоревшуюся на дисплее надпись, которая сопровождалась громким механическим голосом по всему звездолету:

— Система самоуничтожения корабля приведена в готовность! Введите время взрыва или отключите целиком всю систему.

Александр прикинул в уме цепочку своих дальнейших действий и поставил таймер на двадцать минут.

«Должно хватить! — успокоил он себя. — За это время я успею убраться на расстояние, достаточное для того, чтобы самому не сгореть в пламени термоядерного взрыва мощностью в триста килотонн».

— До уничтожения звездолета осталось девятнадцать минут и двадцать две секунды! — высветилось на экране. — Вы все еще можете отключить систему и предотвратить взрыв в течение последующих пятнадцати минут!

Дрожащие пальцы Стюарта снова забегали по клавиатуре.

— Вы ввели пароль и установили запрет на отключение системы. После вашего согласия она перейдет в автономный режим и отключить ее будет невозможно… Выполнять?

Александр помедлил всего секунду и вдавил клавишу.

— Система самоуничтожения звездолета перешла в энергонезависимый режим! — прозвучал равнодушный голос из стен. — С настоящего момента ее отключение невозможно. У вас осталось пятнадцать минут и тридцать три секунды для того, чтобы покинуть корабль!

Оглушительный удар тяжелым молотом обрушился на напряженные нервы Стюарта. Входной люк, сорвавшись с петель, отлетел к стене и, едва не задев его по дороге, с диким грохотом упал на металлическую палубу.

Оба робота попытались заехать в шлюз одновременно и, сцепившись между собой гусеницами застряли в дверях. Действуя по рабочей программе, они лишь мешали друг другу, пытаясь добраться до своей цели манипуляторами.

Один из них поймал капитана за рукав комбинезона и потянул его к себе. Александр рванулся назад. Раздался громкий треск рвущейся материи и он кубарем полетел в угол шлюза, оставив половину рукава на растерзание роботам.

«Кажется, представление затянулось! — подумал он, поднимаясь на ноги. — И публика попалась неблагодарная… Пора сваливать, пока они не оставили себе на память мою голову!»

Капитан прыгнул в открытый люк челнока и задраил его за собой. Усевшись в кресло, он пристегнулся к нему ремнями и включил пульт управления. Экраны мониторов ожили, выдавая стартовые параметры, которые Стюарт быстро проверял и корректировал.

«Черт! Некогда было подумать о провианте, — вспомнил он со злостью. — Придется пролежать в анабиозе до самой Земли, переведя капсулу в режим автопилота!»

В люк челнока, уже стучали чем-то тяжелым. Александр вывел изображение шлюза на монитор. Один из роботов, вцепившись мертвой хваткой в дверь, бил по ней свободным манипулятором. Другой подкатывал к капсуле с газовым: резаком, из которого показалась ослепительная голубая струя, оставляющая на экране яркие расплывающиеся пятна.

Грохот стартовых двигателей опрокинул несостоявшегося сварщика на пол, превратив его в груду оплавленного металла, которую выбросило в космос мощным потоком вырвавшегося из корабля воздуха. Но второй робот, вцепившись в капсулу, стартовал вместе с ней и продолжал бить по люку манипулятором.

Капитан бросил тревожный взгляд на мониторы До взрыва оставалось всего две минуты. Если он срочно не избавится от робота, тот найдет способ вывести капсулу из строя.

Развернув челнок, Стюарт направил его к звездолету. Прикинув расстояние и скорость, он пролетел под самым днищем крейсера, как под гигантским наждаком, уничтожив об него прицепившегося к люку робота.

Не останавливаясь, Александр увеличил скорость до максимума, пока неподвижные искорки звезд не превратились в лавину несущихся в него трассирующих пуль…

Черный космос расцвел ослепительным пламенем. Все краски, существующие в природе, слились воедино, догоняя его капсулу вместе с осколками корабля.

Челнок сильно тряхнуло. Раздался дикий грохот, словно весь мир восстал, переживая свою агонию.

Но Стюарт уже этого не слышал. Порвав удерживающие его ремни, он пролетел через всю кабину и, стукнувшись о заднюю стену капсулы, упал на холодный пластиковый пол…

— Прошу всех встать!

Александр поднялся со скамьи, окруженный с боков двумя верзилами, способными свернуть шею даже носорогу. Топот шагов отдавался в его напряженных нервах, вызывая подергивание правого века.

«Вот и настал тот час, когда я должен отвечать за поступки, которые я не совершал и доказывать этим олухам то, что, по их мнению, совершенно невозможно!» — подумал он с грустью.

— Прошу садиться!

Стюарт опустился на жесткую скамью, уверенно глядя в угрюмые лица судей.

«Вам не удастся меня сломить! — решил он про себя.

— Чтобы со мной ни случилось, я знаю, что поступал именно так, как этого требовали обстоятельства. Моя совесть чиста, а это единственное, что имеет для меня значение, после осознания того факта, что жители Земли теперь могут спать спокойно. Даже ценой жизни капитана звездолета, который оказался в грязных лапах того, что далекие от подобных проблем люди называют Правосудием».

— Заседание суда объявляется открытым! — прозвучал громкий голос арбитра. — Слушается дело Космической Гильдии против бывшего капитана Александра Стюарта об уничтожении им космического корабля «Белый Ангел» код GS 5749 вместе с тремя членами экипажа. Дело ведет главный судья Палмер. В связи с тем, что в данном случае нет ни одного свидетеля, мы предоставляем первое слово подсудимому. Прошу Вас вкратце рассказать суду присяжных о том, что произошло с Вами и членами Вашего экипажа.

— Хорошо, Ваша честь! — сухо ответил Александр.

— Вкратце это будет так. Мы встретили пропавший английский крейсер «Принцесса Диана» и обнаружили на нем невиданного ранее монстра, который уничтожил нашего бортинженера Сэма Гиббса и заразил штурмана Макса Картера каким-то вирусом. Всего за сутки Макс сам превратился в эту тварь и убил корабельного врача Рональда Беккера. Затем он напал на меня в компании двух роботов. Я вынужден был взорвать свой звездолет и улететь в посадочном челноке. Вот собственно и все! Высказав это за несколько секунд, Стюарт замолчал и с равнодушным видом опустился на скамью. Раздался громкий стук молотка, словно судья забивал выскочивший наружу гвоздь.

— Подсудимый, встаньте! Мы не давали Вам разрешения садиться и считаем, что Вы издеваетесь над судом!

— Издеваюсь? — удивился Александр. — Я рассказывал эту историю, как минимум, пятнадцать раз, заработав хорошие мозоли на языке. И если мне не поверили до настоящего момента, то не поверят и сейчас… Так что оглашайте Ваш приговор и закончим это пустословие раз и навсегда!

— Подсудимый Стюарт, суд присяжных сам решит, когда ему следует вынести вердикт! — возмутился Палмер. — Прошу Вас не вмешиваться в его справедливое решение и позволить спасти Вашу никчемную жизнь.

— Вот как? — Стюарт закатил глаза к потолку, изобразив на лице сострадание. — Как хорошо. Ваша честь, что Вас не было со мной на звездолете. А не то у меня могли бы появиться сомнения в необходимости спасения той части человечества, которая представлена Вами и Вам подобными. И Вы еще смеете говорить о справедливости! После того как назначили мне адвоката, проигравшего пять дел из семи с одним вничью в результате поданной апелляции!

Побагровевший судья, запутавшись в собственной мантии, вскочил из-за стола и гневно прокричал:

— Замолчите! Я требую немедленно прекратить это издевательство над судом и переношу заседание на завтра! Господа присяжные, прошу вас не опаздывать…

* * *

Спустя сутки Александр вновь сидел на скамье, ругая самого себя. Он хотел лишь быстрейшего окончания этого процесса, но, сам того не желая, своим поведением только отсрочил неприятную развязку.

«Сегодня я возьму себя в руки и спокойно отвечу на все их вопросы, какими бы дурацкими они ни были! — решил он. — Не стоит бранить людей лишь зато, что им было предначертано родиться ослами!»

— Прошу садиться! Заседание суда продолжается, — объявил главный арбитр. — Подсудимый Стюарт, я прошу Вас взять себя в руки и представить нам подробный доклад о том, что произошло с Вашим экипажем и по какой причине Вы взорвали свой звездолет.

— Хорошо, Ваша честь! — кивнул головой Александр. — Но вначале я хотел бы попросить Вас об одном одолжении… Я категорически отказываюсь от назначенного судом адвоката и хочу защищать себя сам!

— Это более чем странная просьба для подсудимого, но мы ее удовлетворяем, — согласился Палмер. — Адвокат Этсон, Вы свободны! Будут еще какие-нибудь просьбы к суду?

— Нет, Ваша честь!

— В таком случае мы хотели бы услышать Ваш доклад.

— … Мы находились в разведывательном полете в галактике Сомбреро. Я отдыхал после вахты, когда наш штурман Картер объявил на корабле тревогу. К нам приближался крупный металлический объект, который оказался пропавшим английским звездолетом «Принцесса Диана». После его идентификации мы послали стандартный запрос, на который нам ответили бессмысленным набором символов. Дальнейшие попытки установить контакт оказались безрезультатными и мы пошли на сближение. После стыковки я со штурманом и бортинженером высадился на корабль, взяв с собой для страховки киберразведчика…

— Вы послали свой экипаж на рискованное задание, которое могли выполнить обычные роботы? — осведомился главный судья.

— Нет, Ваша честь! — ответил Стюарт. — Во-первых, мы проверили состав воздуха на «Диане». Им не смогли бы дышать даже простейшие организмы, не говоря уже о животных и человеке! Во-вторых, нам предстояло разыскать и демонтировать «черный ящик», а это под силу только астронавтам. И, наконец, в-третьих, мы не заходили ни в один из отсеков корабля, пока он не был тщательно проверен роботом… В центральном коридоре мы нашли обглоданные останки одного из членов экипажа, а в медицинском отсеке мною был обнаружен журнал с записями их корабельного врача. Игнорируя мои требования, Макс и Сэм ушли далеко вперед, и я нагнал их только после того, как они заметили глубокие порезы от когтей в пластиковом покрытии стены коридора.

— Вы хотите сказать, что сверхстойкая, термически устойчивая пластмасса была поцарапана чьими-то острыми когтями?

— Не просто поцарапана! Порезы уходили почти на полдюйма в глубину и заканчивались рваной дырой, подобную которой не смогла сделать даже разрывная пуля из автомата.

— Благодарю Вас за уточнение! — съязвил арбитр, раскрывая толстую папку на своем столе. — Я хочу зачитать суду присяжных выписку из отчета главного специалиста по кораблестроению Дэвида Трентона: «Внутренняя обшивка „Принцессы Дианы“ представляет собой стойкую в ысокотемпературную пластическую массу, приближающуюся по своим защитным свойствам к хромированной стали. Оставить на ней заметные глазу царапины практически невозможно даже инструментом с алмазным напылением»… Что Вы можете сказать по этому поводу?

— Только то, что Вам не мешало бы самому посмотреть на подобные царапины! — ответил ему Александр. — А заодно пережить гибель своего экипажа от этих когтей!

— Подсудимый Стюарт, Вы отвлекаетесь от темы. Я прошу излагать только факты, оставив Ваши эмоции и соображения при себе!

— Хорошо, Ваша честь! — Александр слегка покраснел и бросил на судью взгляд, полный сарказма. — Как приятно спустя три года спячки в анабиозе вновь встретиться с милыми сердцу соотечественниками и узнать, что они тебе крайне признательны! Впрочем, Вы правы. Мои переживания слишком сильны, чтобы я выплескивал их на ваши беззащитные головы… Итак, я продолжаю. Мы стояли в центральном коридоре «Дианы», когда на нас набросилась эта тварь. Сначала она убила Сэма Гиббса, бросил в него обломок трубы с расстояния около десяти ярдов.

— В момент нападения вы все находились в скафандрах высшей защиты? — спросил его главный судья.

— Да, Ваша честь! Я знаю, куда Вы клоните и в чем-то с Вами согласен. Пробить подобный скафандр обыкновенным куском стальной трубы чрезвычайно тяжело!

— Это совершенно невозможно! — возмутился Палмер. — Согласно отчету Трентона, для того, чтобы этот обломок получил требуемое ускорение, им нужно выстрелить из пушки!

— Вы, наверное, посмеетесь надо мной, но в тот момент я подумал то же самое! — ответил ему Александр. — Тем не менее, это случилось… Непонимание или отрицание возможности того или иного события не мешает ему происходить!

Зал суда наполнился неодобрительным гулом голосов.

— Подсудимый Стюарт! — молоток вновь пришел в движение, призывая к порядку. — Вы все время забываете, что находитесь в суде! А суду нужны только факты, а не Ваши философские рассуждения… Отказавшись от адвоката, Вы должны теперь сами предоставлять убедительные доказательства своей невиновности в тех случаях, когда описываемые события вызывают сомнение или полностью выходят за рамки здравого смысла!

— Благодарю за столь высокое доверие, Ваша честь! — усмехнулся Александр. — Но, к сожалению, доказать ту или иную ситуацию чрезвычайно сложно по причине того, что все материальные доказательства в настоящий момент уже не существуют. Именно поэтому я и отказался от вашего адвоката. Он ничем не сможет помочь мне, а только осложнит Вашу «нелегкую.» задачу поиска справедливости!

— Подсудимый Стюарт, я требую прекратить Ваши бессмысленные разглагольствования и перейти к дальнейшему изложению фактов! — заявил арбитр.

— Я остановился на том, что этот монстр убил нашего бортинженера обломком трубы. Затем он напал на штурмана и одним ударом своей когтистой лапы разбил бронированное стекло гермошлема и распорол ему шею и большую часть лица… После этого он бросился на меня В момент нападения я выпустил в него очередь из своего автомата. Взрыв снарядов разорвал его тело в клочья и сбил меня с ног, в результате чего я сильно ударился головой о палубу корабля и потерял сознание…

— Вы были ранены при нападении? — спросил его главный судья.

— Да, Ваша честь! Чудовище порвало мне левый рукав комбинезона и сильно поцарапало запястье руки.

— Остались ли на месте ранения какие-нибудь выделения от напавшего на Вас существа? — переспросил Палмер.

— Как утверждал корабельный врач Беккер, царапина была полностью покрыта какой-то вязкой слизью, — ответил ему Александр. — Опасаясь за мое здоровье, он сделал мне инъекцию сильного антибиотика и оставил на пару часов под системой очистки крови.

— Оказывалась ли подобная медицинская помощь штурману Картеру, или этой чести удостоили только Вас? — осведомился арбитр.

— Нет. Ваша честь! Согласно заявлению Рональда Беккера, мы оба прошли одинаковую процедуру… После потери сознания я пришел в себя лишь спустя семь с половиной часов, поэтому я говорю с его слов и не могу подтвердить данные факты лично.

— Прошу присяжных обратить на это особое внимание! — заявил главный судья. — Подсудимый утверждает, что при нападении он был инфицирован, но это не привело его к заболеванию мнимым вирусом, как в случае со штурманом… Продолжайте?

— Рональд сообщил, что за те семь с половиной часов, которые я бил без сознания, он сумел спасти жизнь Максу Картеру и вместе с роботами разыскал и демонтировал «черный ящик» с «Принцессы Дианы».

— Какую информацию он содержал? — поинтересовался арбитр.

— Никакой! — ответил ему Стюарт. — Чтобы она существовала, необходимы, как минимум, какие-то электронные детали. А их в найденном «ящике» не было вообще! Он представлял собой обычную консервную банку с основательно выпотрошенным содержимым. Непонятно, зачем его вообще засунули назад в модуль, а не выбросили в бункер для мусора!

— И все это время вы находились в контакте с обнаруженным звездолетом? — спросил его Палмер.

— Наши корабли приглянулись друг другу! — улыбнулся Александр. Посудите сами: бравый американец «Белый Ангел» и очаровательная, хотя и несколько староватая английская леди «Принцесса Диана»… Разве это не романтично? Их объятия продолжались почти двое суток и их разлучила лишь смерть, как любят писать в наших дешевых бульварных романах!

— Вам бы сказки сочинять, Стюарт! — съязвил главный судья. — Такой талант пропадает… Переходите к изложению дальнейших событий.

— В ту же ночь мы с Рональдом произвели вскрытие кусков тела напавшего на нас существа, — сообщил суду Александр. — Я не силен в анатомии, но по окончании вскрытия врач заявил, что когда-то эта тварь была человеком, который подвергся чудовищной мутации. С его слов, внутренние органы и даже кости претерпели сильное изменение, но все равно были человеческими На мой вопрос, как этот монстр смог существовать несколько десятилетий без пищи, воды и практически без кислорода, он ответил, что организм приспособился к новым условиям и даже научился восполнять энергию прямо из космоса…

Судья Палмер поднял со стола лист бумаги и оглядел зал.

— Я хочу довести до суда присяжных выписку из заявления Международной Ассоциации Биологов: «…в настоящий момент ни одно из известных существ не обладает столь огромными возможностями по изменению строения своего тела. Описываемый случай превращения человека под действием вируса в чудовище с такими способностями абсолютно невозможен!»

— Невозможен? — вскричал Александр. — Макс почти перевоплотился в эту тварь менее чем за одни сутки! А это значит, что вирус уже хорошо знаком с человеческим организмом. Когда-нибудь он все равно доберется до Земли! И если ваши ученые из этой Международной Ассоциации Ослов не смогут найти противоядие, то наша планета превратится в огромный муравейник, где каждый будет вкалывать и умирать лишь для того, чтобы потом хорошо жилось новым хозяевам! Этот ужас пройден не только мной, но и экипажем «Дианы» Он изложен в предсмертных записках их корабельным врачом Жаль, что я не успел захватить из каюты этот дневник, хотя вы все равно сказали бы, что это подделка. Вы, как стая обезьян, отрицаете все, что хоть немного выходит за рамки здравого смысла и требует пошевелить мозгами!

— Подсудимый Стюарт! — возмутился главный судья. — Вы сильно искажаете факты и настраиваете против себя присяжных!

— Это не суда фарс! — крикнул Александр, вскакивая со скамьи. — Я очень хочу, чтобы до всех вас дошло, что я смог бы придумать в свое оправдание что-нибудь попроще и убедительнее, если бы в этом, действительно, была необходимость. Но я излагаю только те факты, которые на самом деле имели место. Я иду на это сознательно, чтобы попытаться привлечь внимание тех, кто может оказаться в подобной ситуации…

Охранники грубо схватили его за плечи и заломили руки за спину. Скорчившись от сильной боли, Стюарт все же нашел в себе силы поднять голову и выкрикнуть в зал:

— Запомните мои слова. «Принцесса Диана» не случайно попала в тот мир, за ней могут последовать и другие корабли! Мы все в огромной опасности, которая лишь временно отступила из-за гибели первых мутантов…

* * *

Шли третьи сутки заседания.

Судья Палмер заметно приободрился, — дело явно близилось к завершению. Слегка кашлянув, он стряхнул со своего плеча несуществующую пылинку и обратился к Александру.

— Капитан Стюарт! Мы внимательно выслушали Вашу историю… Ко задача суда заключается в том, чтобы находить правду, а не слепо верить тому, что утверждает подсудимый.

— Тогда зачем мы потратили на это целых три дня и тысячи долларов налогоплательщиков? — удивился Александр.

— Вот как раз это мы и собираемся выяснить! — заявил арбитр — Есть один факт, из-за которого Ваш и без того неправдоподобный рассказ оказывается обычным карточным блефом… Вы утверждаете, что в результате нападения роботов оказались в шлюзовой камере. Вы ввели в компьютер известный только Вам пароль и включили систему самоуничтожения звездолета, после чего улетели в разведывательной капсуле.

— Да! — подтвердил его слова Стюарт. — Все было именно так.

— Вы перечислили все действия в той последовательности, как они происходили, и не собираетесь отказываться от своих слов? — переспросил его главный судья.

— Нет, Ваша честь!

— В таком случае я вынужден ознакомить суд с еще одним заключением Дэвида Трентона, который подведет под этим делом последнюю черту: «… никто из членов экипажа, за исключением капитана, не знает о существовании и коде доступа в систему самоуничтожения звездолета Но есть одна деталь, о которой не знает даже капитан. В момент включения данная система автоматически извещает об этом все компьютеры разведывательных капсул с указанием точной даты и времени, и передает им всю имеющуюся информацию за последние тридцать суток. Данные посылаются в закодированном виде и не могут быть обнаружены никем, кроме специальной службы. Это сделано в целях контроля и держится в строжайшем секрете…»

Судья Палмер сделал театральную паузу. Убедившись, что она произвела должный эффект на слушателей, которые нетерпеливо заерзали штанами в своих пластиковых креслах, он встал из-за стола и огласил на весь зал.

— Специальная комиссия тщательным образом проверила содержимое компьютера, изъятого из разведывательной капсулы «Белого Ангела». В нем нет никаких указаний на то, что данный звездолет был взорван по приказу капитана с его последующим стартом на этом челноке. Что Вы можете сказать по этому поводу?

— Я уже все сказал, Ваша честь! — устало ответил Стюарт. — Я не хочу оправдываться и молю Бога лишь об одном: чтобы никто и никогда не смог лично убедиться в правоте моих слов…

Топот шагов по коридору неотвратимо приближался. Стукнула входная дверь, и Александр поднялся со скамьи, ощущая неприятную горечь во рту.

— Подсудимый Стюарт, суд присяжных вынес вердикт «ВИНОВЕН»! Вы лишаетесь офицерского звания и приговариваетесь к пожизненному заключению в колонии строгого режима на планете «Джейл-5».

На руках Александра защелкнулись массивные наручники…

* * *

Майор Грант сидел за изящным столом из красного дерева и пил утренний кофе, сваренный дежурным офицером.

Грузное тело, давно потерявшее свой первоначальный статный вид, покоилось в глубоком кожаном кресле, сделанном по специальному заказу. Глядя на эту огромную тушу, трудно было поверить, что всего десять лет назад этот человек был одним из лучших офицеров разведки, сводившим с ума многих красивых женщин.

Алану Гранту было тогда тридцать лет, и вся жизнь представлялась ему бесконечной чередой побед как на фронте, так и в глубоком тылу дамских сердец. Высокий, крепкого телосложения, он был большим знатоком своего дела и ходил в любимчиках у начальства. Ему доверяли самые сложные дела на новых планетах, с которыми он всегда справлялся, уверенно поднимаясь по служебной лестнице…

Вырвавшись в космос, человечество обрело долгожданный простор, но вместе с ним потеряло всякое чувство меры. Освоение найденных миров было делом нелегким и опасным. Большинство управляющих новыми колониями нарушали закон на каждом шагу, не гнушаясь даже заказными убийствами. Огромные расстояния и постоянная нехватка полицейских приводили к тому, что подобные грязные дела чаще всего сходили им с рук. Все это щекотало их нервы и создавало иллюзию полной безнаказанности…

До того момента, пока самые рьяные из них стали бесследно исчезать, не оставляя после себя даже окурка сигареты. По мирам поползли жуткие слухи о карающей деснице специальных служб, и волна насилия, захлестнувшая колонии, пошла на убыль…

Секретная служба существовала везде и всегда. Во все времена были свои «рыцари плаща и кинжала», хладнокровно выполняющие самую грязную на свете работу: выносить человеческий мусор. Итак, чтобы это не стало заметно окружающим.

Алан Грант был лучшим из них. Он легко и непринужденно вписывался в образ новичка, прибывшего в колонию в поисках работы, или в образ управляющего делами крупной страховой компании. Он всегда сам разрабатывал свои «легенды» и работал один, без всякой поддержки. Ему ничего не стоило стать «своим парнем» в местной забегаловке или на сборище у наркоманов. Он завязывал дружбу с десятками самых различных по характеру и образу жизни людей, развязывая им языки и выпытывая драгоценную информацию. Словно паук, он тихо и незаметно плел паутину, чтобы в нужный момент загнать в нее свою коварную жертву. Он находил убийц и тех, кто стоял за ними, разгонял притоны и громил подпольные заводы по производству наркотиков. И всегда делал это тихо и незаметно, бесследно исчезая и не оставляя после себя никаких улик…

Всего за пять лет он стал живой легендой ЦРУ, вызывая за своей спиной завистливые взгляды и перешептывания сослуживцев. В тридцать лет он уже был майором, полностью подтвердив данное ему прозвище «Счастливчик».

Он был молод, горд и высокомерен. Он был падок до красивых женщин и был не прочь поиграть в любовь, придумывая для этого очередные «легенды»…

Грант споткнулся в самый неподходящий момент на дочери Президента, с которой он познакомился в Белом доме на праздновании очередной годовщины «Четвертого июля». Николь пришла на торжественный ужин в роскошном черном платье, плотно обтягивающем ее стройное тело. Длинные волосы цвета красного дерева строились по оголенным плечам, а пронзительно-зеленые, как изумруд, глаза горели ярким огнем, придавая ей облик приготовившейся к прыжку тигрицы. Алан, сопровождавший в тот вечер своего шефа, не стал дожидаться ее нападения и сдался в плен добровольно. Он ничего не помнил о том, как его представляли Президенту страны и какие хвалебные речи в его адрес говорил шеф ЦРУ. Но он с фотографической точностью запомнил, как его познакомили с Николь, и заметил появившийся на ее щеках легкий румянец…

Весь вечер прошел, словно в тумане. Скучное сборище высокопоставленных чиновников, бизнесменов, политиков и соответствующие этому разговоры нагоняли на них тоску и уныние. Пытаясь уединиться, они несколько раз натыкались то на его шефа, то на ее отца. Все это ужасно нервировало Николь, и Грант рискнул показать чудеса своего таланта, уведя ее прямо из-под носа охранников.

Посадив очаровательную спутницу в свой новенький «Понтиак», он взмыл в воздух и повел машину навстречу заходящему солнцу. Николь положила голову ему на плечо, и Алан почувствовал, как впервые в жизни по его телу прокатилась волна электрического тока. Привыкший к легким мимолетным увлечениям, он был поражен этому новому чувству, которое разгоралось в его душе с силой проснувшегося вулкана Он потерял голову и пустился в самый соблазнительный и опасный в своей жизни роман…

Они гуляли в легких сумерках по аллеям городского парка, и Грант с вдохновением поэта рассказывал ей о новых мирах, на которых ему пришлось побывать, умалчивая лишь о цели их посещения. Впервые эта работа, занимавшая столь важное место в его жизни, вдруг стала казаться ему неинтересной и подлой. Он был вынужден врать о ней на каждом шагу, жутко краснея и радуясь про себя, что уже слишком темно, чтобы Николь смогла это заметить.

Несмотря на праздник, в парке было безлюдно: он не предназначался для подобных торжеств. Они так и гуляли вдвоем по пустынной неосвещенной аллее: она — в обтягивающем вечернем платье, он — в парадной форме офицера, подчеркивающей его крепкую фигуру. Николь держала Алана за руку и он ощущал в ладони всю теплоту и нежность ее стройного тела, об обладании которым он не мог даже мечтать…

Неожиданно из кустов в десяти ярдах от них сверкнула яркая вспышка и прозвучало громкое чавканье автоматического оружия, снабженного глушителем. Алан почувствовал, как в него впились огненные пчелы, все глубже и глубже вгрызаясь в плоть. Дьявольская сила подняла его над бетонной дорожкой и отбросила назад. Багровый закат и полная белая луна, слегка прикрытая грозовыми тучами, мелькнули перед его глазами и он упал на землю, ощутив вытекающие из тела горячие струйки крови.

Последнее, что он увидел, были три черные фигуры, которые выпрыгнули из кустов на отчаянно визжащую Николь…

Три месяца спустя Грант выехал из больницы в инвалидном кресле. Несмотря на то, что дочь Президента нашли буквально на следующий день после похищения благодаря имплантированному в ее тело микропередатчику, этот инцидент полностью разрушил его карьеру. Когда через пять месяцев упорных тренировок он смог не только подняться из кресла, но и начал ходить, начальство поставило его перед выбором, либо уйти в отставку без права на пенсию и пособие по инвалидности, либо перейти в другое ведомство и навсегда покинуть Землю…

Алан допил вторую чашку кофе и осторожно поставил ее на стол. Дорогой стол ручной работы из настоящего красного дерева — символ несостоявшегося романа с Николь.

Ее подарок!

Единственная вещь с Земли, которой он сильно дорожил. Он напоминал своим цветом ее пышные волосы, волнующий запах которых он так и не смог забыть…

Грант встал из-за стола и поправил на себе китель. Он с грустью вспомнил времена, когда его тело было стройным и крепким и вызывало завистливые взгляды окружающих.

До тех пор, пока из него не извлекли семь автоматных пуль.

Алана вычислили многочисленные «поклонники» его таланта, давно и безрезультатно охотившиеся за ним, и заполучившие в придачу еще и дочь Президента. И хотя похищение с треском провалилось, они отомстили ему самым жестоким образом, сослав в пожизненное заключение в качестве начальника тюрьмы на Джейл-5.

Планету-тюрьму, огромный астероид с искусственным тяготением, находившийся на таком расстоянии от местного солнца, что на его поверхности всегда свирепствовала зима. Фактически вся тюрьма располагалась внутри этого большого скалистого шарика, в длинных лабиринтах и шахтах, обжитых с невероятным трудом сотнями заключенных, которых выбросили с Земли на пожизненное заключение.

Планета, где не существовало пения птиц и шума прибоя, где не было заката солнца и где вместо голубого неба над головой светился белый пластик тюремных камер. Камер-одиночек, отделенных друг от друга только металлическими решетками да длинным коридором шириной в десять футов…

Грант надел фуражку и вышел из кабинета. Пора было идти на ежедневный обход тюремных камер. Сегодня прибывает корабль с новыми заключенными Очередная партия человеческого мусора, с которым он много лет боролся в качестве агента ЦРУ. Пока не превратился в обычного чиновника, единственная задача которого — следить затем, чтобы этот мусор не вырвался на свободу и не испортил мир людей.

Мир, привыкший к безмятежному спокойствию и размеренному течению жизни, не отягощенному насилием и войнами. Мир, настолько уверенный в том, что злу не место рядом, что он стал походить на кукольный театр, где все красиво, уютно и прилизано до отвращения. Мир, который уже давным-давно существует только ради себя самого, забыв о живущих в нем людях, об их проблемах и несчастьях. И ужасается каждому случаю взрыва или убийства, не понимая, что в этом есть и его вина. Мир, загнавший человека вглубь самого себя, откуда он уже не смеет высунуть носа из боязни, как бы чего не вышло.

Мир, похожий на сладкий сон наркомана, еще не осознавший, что пробуждение может не наступить…

И в этом мире все чаще и чаще стали появляться люди, которые хотели только одного: чтобы он очнулся от сна и посмотрел, наконец, себе под ноги, увидев растоптанные им души. Одни из них организовывали новые партии, которые правительство легко и быстро разгоняло, пользуясь законом о правопорядке. Другие, возомнившие себя Господом Богом, громили кинотеатры и рестораны, взрывали небольшие придорожные кафе и автомобили с видными политическими деятелями. Эти были наиболее опасны, так как не предлагали ничего, кроме насилия и смерти. Они заканчивали свой путь в камерах-одиночках на Джейл-5, землей обетованной для всех, чье разногласие с миром перешло в его разрушение.

Мир не нуждался в непокорных. Были и другие планеты с менее суровыми условиями, где они могли подумать годик-другой о своих проблемах и прийти, наконец, к выводу, что этот мир не так уж и плох, если он дает шанс на свободу. Большинство «отдыхающих» после нескольких месяцев усиленной физической работы, от которой они были давно отучены, понимали свою ошибку и начинали проситься на волю. Их отпускали, но только на длину поводка, навсегда привязанного к их слабовольной шее. И если кто-нибудь из них снова начинал подавать голос, удавку затягивали и помещали его на очередную, менее гостеприимную планету.

Джейл-5 была самой суровой из них. Последнее пристанище для убийц и для тех, чье Мировоззрение не менялось годами и уже начинало пахнуть паленым. Лучше посадить человека заранее, чем сделать это после того, как он взорвет пару-другую «мерседесов» с наиболее преданными миру чиновниками…

Алан шагал между двумя рядами клеток с полу людьми-полуживотными, заглядывая в их полные ненависти глаза и пытаясь разглядеть в них хотя бы намек на раскаяние.

Это был сектор «А». Отсек маньяков-убийц, которые желали только одного — человеческой крови. Каждый из этих уродов до помещения в клетки пристрелил, удавил или зарезал ради собственного удовольствия десятки невинных людей. Это был самый мерзкий и опасный вид мусора, которым можно было отравиться только от одного его вида…

Громкий свист и улюлюканье сопровождали Гранта всю дорогу.

Он уже давно перестал обращать внимание на этот «питомник с гориллами», как он сам его окрестил с первого же месяца службы в качестве «смотрителя». Этих парней старались не выпускать из клеток всей толпой во избежание несчастных случаев. Их выгуливали не более чем по десять человек, подбирая различных заключенных. Они развлекались по два часа в сутки в большом помещении специально оборудованного спортзала. Там они могли покачать свои мышцы, поплавать в бассейне или погонять по трек} на велосипедах. Но если только они затевали между собой драку, стены спортзала излучали мощные разряды энергии, которые мгновенно лишали заключенных подвижности. Эта мера предосторожности была предпринята Грантом в первый же месяц его назначения на должность начальника тюрьмы. Она дала ожидаемый результат — так называемые «несчастные случаи» практически прекратились.

Джейл-5 была тюрьмой повышенной надежности, — за тридцать лет существования с нее был совершен только один побег. Это произошло одиннадцать лет назад, когда один из маньяков сумел захватить в заложники начальника тюрьмы и вместе с ним улетел с планеты на военном корабле для перевозки заключенных. Поскольку он был полным психом и прикончил обоих пилотов, правительство страны решило не рисковать и пожертвовало дорогостоящим звездолетом вместе с находившимся на нем заложником. Но после того как в космосе произошел термоядерный взрыв, никто почему-то не спешил занять опустевшее кресло начальника тюрьмы на Джейл-5.

И тут правительству подвернулся майор Грант, который встал из инвалидного кресла после пяти месяцев упорных тренировок…

Алан дошел до конца сектора «А» и положил руку на прозрачную пластину датчика справа от двери. Ярко-красный луч лазера заскользил по его ладони, считывая изображение отпечатков пальцев и сравнивая его с данными компьютера. Раздался приглушенный щелчок электромагнитного замка и толстая металлическая дверь ушла в стену. Слегка пригнувшись, чтобы не стукнуться головой о проем, Алан вошел внутрь следующего отсека и тихим голосом приказал двери закрыться. Кроме него, подобную операцию мог проделать только начальник караула и старший офицер тюрьмы.

Это был сектор «В» — «родной дом» для всех, кто встал на путь терроризма, считая его единственным способом избавить этот мир от болезней. Грант называл этот отсек «приютом для шакалов». Впрочем, среди сидевших здесь заключенных попадались и такие, кто хотел только одного: прославить свое имя любым, пусть даже таким бесчеловечным способом.

Алан задержался в помещении всего на десять минут, неторопливо прохаживаясь вдоль клеток с «шакалами» и внимательно наблюдая за их реакцией. Убедившись, что в секторе «В» за ночь не совершено новых террористических актов, он вышел из отсека и по боковому коридору направился в посадочный модуль…

Открыв бронированную дверь, майор Грант приблизился к огромному стеклянному экрану, за которым находилась шахта для взлета и посадки небольших космических кораблей. В клубах густого дыма, опираясь на восемь посадочных стоек, перед ним стоял только что приземлившийся военный крейсер. Его ощетинившийся ракетными установками и лазерными пушками корпус сверкал в ярких лучах прожекторов, отбрасывая на пол многочисленные блики.

Входной люк открылся, и Алан увидел единственного заключенного, который вышел из звездолета в наручниках в сопровождении офицера и троих вооруженных охранников. Спустившись по трапу, они направились к выходу из шахты, громыхая по металлической палубе тяжелыми ботинками…

Грант внимательно пригляделся к заключенному. Перед ним стоял высокий брюнет с красивыми чертами лица и уверенным взглядом слегка насмешливых серых глаз.

Алан сразу узнал в нем бывшего капитана крейсера «Белый Ангел», который поверг весь этот спокойный и уверенный в своей незыблемости мир в шоковое состояние Его фотографии и ужасающий своими подробностями рассказ об инопланетном вирусе не сходили со страниц газет и журналов на протяжении последних пяти недель Ученые, медики, астронавты и политики говорили о нем, как о полном психопате, который уничтожил свой звездолет и вздумал поиграть в «опасных пришельцев».

Его обвиняли же не столько в таинственной гибели своего экипажа, сколько в покушении на самое сокровенное — спокойствие граждан этого мира, не желавших, чтобы по ночам им снились кошмары. А он лишил их этого безмятежного спокойствия, заставив почувствовать себя страусами, у которых в неподходящий момент отняли самую ценную вещь — песок под ногами…

«А этот парень не похож на убийцу или маньяка! — подумал Грант, глядя в глаза Стюарта. — Или он оказался здесь по ошибке, или я уже разучился разбираться в людях».

Офицер сделал шаг вперед и протянул майору пакет с документами. Открыв его, Алан быстро пробежал глазами по верхнему листу бумаги и удивленно спросил:

— Я должен содержать этого заключенного в секторе «В»?

— Да, сэр! — подтвердил начальник охраны. — Таково требование суда!

Грант повернулся к Стюарту.

— Для Вас оказана высшая честь: прилететь в одиночку в тюрьму строгого режима и сидеть в секторе террористов!

— У меня большие связи в правительстве! — усмехнулся Александр.

— Похоже на правду! — произнес Алан. — Добро пожаловать на Джейл-5, капитан! И, хотя у нас нет теннисного корта, ипподрома и клуба любителей воздухоплавания, в остальном этот астероид вполне сгодится на то, чтобы провести на нем остаток жизни!

* * *

Стюарта разбудил пронзительный рев тюремной сирены.

Он приоткрыл глаза и уставился на вспыхнувший белый пластик потолка, на котором крупными корявыми буквами было нацарапано неприличное слово. Сзади послышался резкий металлический стук и хриплый голос пробормотал:

— Эй ты, псих!

Александр даже не пошевелился, хотя и понял, что обращаются именно к нему. Он решил сразу же дать понять, кто он такой и заставить с собой считаться.

— Як тебе обращаюсь! — проворчал все тот же голос. Никакой реакции…

— Послушай, Стюарт! Ты хоть и крутой мужик, но, может, все-таки оторвешь свою задницу и поговоришь со мной?

Александр сильно удивился, но постарался ничем этого не выдать. Не поднимая головы, он громко спросил:

— Откуда ты меня знаешь?

— Откуда я тебя знаю? — усмехнулся заключенный. — Вы представляете, парни, этот клоун интересуется, откуда я его знаю?

Дружный хохот и недовольный шум голосов дал Александру понять, что вопрос, действительно, был глупый.

— Ты спрашиваешь, откуда я тебя знаю? — прозвучало из соседней клетки. — Да твое лицо мелькает на экранах гологравизоров и первых страницах газет вот уже целых пять недель! У тебя настолько высокий рейтинг, что пожелай ты выдвинуть свою кандидатуру на пост Президента США, тебе не придется заботиться об избирателях. Есть только одна проблема: ты заключенный, так что восхождение на вершину мира не состоится! Вместо этого ты угодишь прямо в Ад, а уж я позабочусь о том, чтобы это произошло как можно скорее!

— Я наступил тебе на больную мозоль? — спросил Стюарт.

Сзади послышался дикий хрип и Александру на мгновение показалось, что он слышит, как его собеседник в ярости грызет прутья решетки.

— И ты еще смеешь надо мной издеваться! — прозвучал гневный ответ. — Да знаешь ли ты, идиот, с кем имеешь дело?

Стюарт приподнялся на локтях и, повернув голову, посмотрел на парня в камере напротив. Его тело было чрезмерно худыми жилистым, на небритом лице нервно поигрывали сильно выдающиеся скулы. Он напоминал собой высокого тощего паука, у которого после многочисленных стычек с соперниками осталось всего четыре конечности. Но его прищуренные глаза пылали безумным огнем и отражали неприкрытую угрозу.

Заключенный стоял у входной двери, вцепившись побелевшими пальцами в прутья решетки и брызгал слюной при каждом слове.

— Я всю жизнь мечтал о том, чтобы прославиться! Я почти бесплатно работал в химической лаборатории, на протяжении четырех долгих лет таская из нее реактивы… Я — Эд Блейк, который взорвал знаменитую Эйфелеву башню! Про меня узнал весь мир. Я был самой популярной личностью в течение двух месяцев, до тех пор, пока ты не уничтожил свой чертов звездолет… Про меня забыли, а я так надеялся, что мое имя войдет в историю! Я ненавижу тебя до мозга костей и мечтаю только об одном: всадить свой острый нож в твою капитанскую спину!

Александр отвернулся от этого мерзкого зрелища и снова лег в кровать, глядя на матерное слово, нацарапанное на потолке. Похоже, что на Джейл-5 у него будет много поклонников. Нужно взять за правило почаще оглядываться, чтобы и в самом деле не заработать неприятностей…

Лязгнул замок двери, и грубый голос охранника скомандовал:

— Встать! Лицом к стене, руки за спину!

Стюарт поднялся с кровати, разглядывая здоровенного парня, который; держал указательный палец на спусковом крючке направленного в его сторону автомата. Не было ни тени сомнения, что любое неверное движение будет сразу же пресечено градом пуль.

На руках защелкнулись массивные наручники, и Александр усмехнулся до боли знакомому чувству скованности, которое овладело им по возвращении из рокового полета на Землю.

— А теперь выползай из камеры и топай направо по коридору! скомандовал охранник. — Тебе оказана высокая честь быть принятым в гости самим шефом.

— В последнее время все только и делают, что оказывают мне честь! усмехнулся Стюарт. — Этак и манию величия подхватить можно.

— Если даже подхватишь, наш доктор тебя быстро вылечит! — приземлил его солдат. — Захлопни свою пасть, с заключенными разговаривать запрещается!

И он толкнул Александра стволом автомата в спину…

* * *

Стюарт сидел на жестком стуле напротив изящного стола из красного дерева, который совершенно не вязался с окружающей спартанской обстановкой кабинета Его руки, свободные от наручников, были скрещены на груди.

Майор Грант прохаживался перед ним упругой походкой, которую было трудно ожидать от такого грузного тела.

— Капитан Стюарт, если мне не изменяет память, Вас зовут Александр!

— Да, это имя дал мне мой отец, несмотря на возражения матери. Я горжусь им и не нахожу в нем ничего плохого!

— Вы не догадываетесь, зачем я позвал Вас к себе в кабинет? поинтересовался Алан.

— Я думаю, что пришла моя очередь спросить Вас об этом, майор!

— Вы умный человек, Александр! — произнес Грант. — Умный, смелый и настойчивый… Вы сразу же произвели на меня впечатление, а я очень редко ошибаюсь в людях! Все дело в том, что мы оба являемся пленниками этой планеты, правда, в разных ролях.

— Я попал сюда не по собственной воле, что вряд ли можно сказать о Вас, майор! — заметил Стюарт.

— Вот тут Вы глубоко заблуждаетесь! — усмехнулся Алан. — Впрочем, в настоящий момент это не имеет никакого значения. Мы сейчас разговариваем о Ваших проблемах, и я мечтаю узнать о них как можно больше.

— Вы хотите, чтобы я рассказал всю историю, которая со мной приключилась, только потому, что у Вас сегодня жуткая скука и Вы не знаете, чем заняться?

— Нет, я никогда этим не страдаю! — рассмеялся Грант. — Каждый человек волен распоряжаться своим временем, как ему заблагорассудится… Но я очень хочу услышать Вашу историю из первых рук и иметь свое собственное, не отравленное цензурой мнение.

— А если я откажусь?

— Тогда Вы отправитесь в свою камеру, а я буду лишен возможности удовлетворить свое любопытство.

— А Вы не боитесь оставаться со мной без охраны? — спросил Стюарт. — Я ведь могу оказаться сильным типом с совершенно непредсказуемыми поступками.

— Ничуть! — успокоил его майор. — Может, моя фигура и не внушает доверия, но я вполне легко могу с Вами справиться, если у Вас появится желание это проверить.

— Не думаю, что оно вообще когда-нибудь возникнет! — усмехнулся Александр. — Конечно, я не такой магистр человеческих душ, как Вы, но снятые с меня наручники уже говорят о многом. В том числе и о том, что в Вашем отношении ко мне есть доля правды.

— Значит, мы все-таки сможем найти общий язык?

— Только в том случае, если Вы хотя бы немного увлекаетесь фантастикой. Иначе Вас стошнит на пятой минуте моего рассказа.

— У меня довольно крепкий желудок, — рассмеялся Алан.

— Не сомневаюсь! — сказал Стюарт и кивнул головой в сторону стола. — Можете включать свое записывающее устройство и поставить микрофон поближе…

— Это личная беседа. Александр! — перебил его начальник тюрьмы. — Я не хочу, чтобы у Вас возникла мысль, что я могу воспользоваться этим рассказом в корыстных целях.

— Я так не думаю! Насколько мне известно, эта тюрьма самого строгого режима. А Джейл-6 пока не существует ни на одной из космических карт нашего правительства.

— Зато она, наверняка, уже планируется в их умах, или в том, что их заменяет! — сообщил майор. — У меня есть весьма веские причины недолюбливать правительство, так что доноса от меня не будет.

— Это немного успокаивает! — изрек Стюарт. — Я уже и так довел их до исступления своими бесплодными попытками доказать, что в этом мире могут существовать даже самые невероятные вещи…

Он непринужденно откинулся на спинку стула и, сложив нога на ногу, задумчиво произнес:

— Все началось с того, что наш «Белый Ангел» отправился на поиски новых планет в галактику NGC 4594, известную под именем Сомбреро…

Поздно вечером Александр, сопровождаемый охранником, ввалился в свою камеру и, не раздеваясь, бессильно упал на кровать, практически мгновенно уснув.

Ему снились равнины Приатлантической низменности и великая река Потомак, которая выбрасывала на песчаный берег свои мелкие прозрачные волны. Стюарт ловил рыбу, стоя с удочкой по колено в воде…

Поплавок дернулся и затих, распространяя вокруг крупную рябь. Александр оторвал от него пристальный взгляд и увидел плывущее поперек течения почерневшее бревно с длинными корявыми сучьями. Оно стремительно приближалось, пока с силой не ударило его по ногам, опрокинув в воду. Стюарт погрузился в набежавшую волну, не находя дна, и неожиданно увидел над собой черное чудовище с уродливой головой и маленькими остроконечными ушами. Мутные белые глаза, лишенные зрачков, уставились на него, и изумленный Александр узнал в этой твари бывшего штурмана Макса. Когти его левой руки глубоко впились в плечо Стюарта, а занесенная для удара правая рука сверкнула в лучах солнца чем-то блестящим…

Александр испуганно вскрикнул и проснулся. Охранник стоял у кровати и, наклонившись, тряс его за плечо.

— Ты что, оглох? — проворчал он. — Я не могу растолкать тебя уже больше минуты! Поднимайся, руки за спину и топай в лазарет. Наш шеф решил, что пришло время познакомить тебя с тюремным врачом…

Стюарт молча шел по бескрайнему коридору, вспоминая приснившийся кошмар. Сильно болела голова, но он даже не мог прикоснуться к ней из-за наручников, которые сковывали его руки за спиной.

Вспомнился старый фильм о военнопленных, заснятый еще в середине двадцатого века во время войны с самой страшной болезнью — коричневой чумой, которую люди называли фашизмом… Иссохшие от голода тела, вкалывающие на непосильных физических работах в каменоломнях…

Все это кануло в прошлое вместе с крупными и мелкими войнами, которые неугомонное человечество вело еще более полутора веков. Но главное осталось — безграничная власть человека с автоматом над другим, единственным предметом в руках которого были сковывающие его наручники. И лагеря, где заключенные могли гнуть свои спины в каменоломнях, добывая полезные ископаемые для сытого и довольного мира, который считал отмену смертной казни самым великим достижением демократии…

Охранник ввел код шифра в электронную панель на стене и нажал на красную кнопку. Прозвучало тихое гудение электроприводов, и толстая металлическая дверь, ведущая в лазарет, разошлась в стороны, пропуская прибывших. Навстречу им вышла стройная девушка в белоснежном комбинезоне с необычайно миловидным лицом и дерзким взглядом карих глаз, слегка прикрытых локонами черных волос.

Глядя на нее, трудно было представить, что это небесное создание делает в тюрьме строгого режима.

Улыбнувшись очаровательной улыбкой, способной вызвать учащение пульса даже у каменной статуи, она кивком головы предложила им следовать за собой.

«А у этой девочки есть характер! — подумал Стюарт. — Неизвестно, как она здесь оказалась, но на этой планете она явно не лишняя».

Словно прочтя его мысли, «девочка» повернулась на каблуках и пронзила его своим дерзким взглядом.

— Капитан Стюарт, для меня большая честь познакомиться с Вами! произнесла она, слегка улыбнувшись, отчего ее немыслимые слова вдруг стали походить на правду. — Меня зовут Джесика Лукас. Я врач и по совместительству укротитель всего этого балагана.

Сильно смутившись, Александр все же выдержал этот взгляд, от флюидов которого мог растаять весь лед на обоих полюсах Земли. Единственно, о чем он сильно пожалел в этот момент — о своей неприятной роли заключенного и о том, что на этой планете невозможно пригласить девушку на свидание.

— Майор Грант попросил меня взять у Вас анализы крови, — произнесла Джесика, глядя ему прямо в глаза. — Он хочет выяснить некоторые моменты Вашего рассказа, который показался ему весьма правдоподобным.

— Вот как! — Александр слегка покраснел. — Эта гора протоплазмы решила взять мою грешную судьбу в свои потные руки и произвести собственное расследование?

— Зря Вы так о нем отзываетесь! — Джесика взглядом приковала к стулу охранника, который уже вскочил для защиты чести своего начальства и снова повернулась к Стюарту. — У Вас неплохое чувство юморе, Александр! Но Вы должны учесть, что здесь далеко не все его поймут и оценят… Советую Вам впредь соблюдать осторожность. Мне бы очень не хотелось делать Вам операцию, вставляя искусственную челюсть!

* * *

Огромная черная рука сверкнула в лучах солнца чем-то блестящим и резко пошла вниз, нацеливаясь в открытую шею. Громкий вой тюремной сирены замедлил ее движение и она растворилась в воздухе, не дойдя всего пару дюймов до горла…

Александр открыл глаза и боязливо огляделся. Мутная волна Потомака, которая захлестнула его тело мгновение назад, исчезла, сменившись бетонными стенами тюремной камеры. Белые глаза, буравившие его мозг, испарились вместе с вцепившейся в плечо когтистой лапой и с занесенным над головой лезвием.

— Что, приятель, опять свой крейсер взрывал? — раздался сзади хриплый голос Блейка. — Ничего, потерпи немного, скоро твои ночные кошмары закончатся!

Стюарт даже не повернулся в сторону решетки. Он лежал на спине, выпучив глаза и хватая воздух широко открытым ртом, словно выброшенная на берег рыба. Голову вновь сдавило в тиски, накатывая тупой пульсирующей болью. Александр застонал и обхватил ее руками, стиснув ладони и массируя пальцами виски.

Сзади послышался грохочущий звук дубинки по прутьям решетки, сопровождаемый властными криками.

— Подъем, уроды! Отрывайте свои ленивые потные задницы, сгребайте себя с постели и одевайтесь! Пришло время отрабатывать ночлег и пойло!

Это был верзила Джек, получивший кличку «Потрошитель». Здоровенный парень ростом в шесть с половиной футов, способный убить одним ударом кулака. Поговаривали, что за семь лет его службы в тюрьме нашелся лишь один смельчак, который рискнул ему нагрубить. Он заработал пять месяцев пребывания в камере тюремного лазарета всего за одну секунду. Больше подобных «экспериментов» не проводилось, видимо, так и не нашлось добровольцев…

— А тебе что, Стюарт, особое приглашение в конверте прислать? проворчал Джек, открывая дверной замок. — Подымайся и готовь себя к труду на благо нашей великой страны, которая позволила дожить твою никчемную жизнь!

— Я ее об этом не просил! — огрызнулся Александр.

— Все умничаешь? — усмехнулся охранник и тут же заорал ему прямо в лицо. — Встать! Лицом к стене, руки за спину! Тоже мне, нашелся любимчик шефа!

И он ударил Стюарта дубинкой между лопаток…

* * *

Огромные белые змеи, извиваясь и перекручиваясь, переползали в свете прожекторов перед неторопливо идущим транспортером, чтобы исчезнуть или закрутиться в спираль в снежной долине по другую сторону дороги. Трасса в семь ярдов шириной была приподнята на пятнадцать футов над остальной местностью, но даже так она периодически заметалась снегом во время наиболее сильных бурь…

Александр сидел, прикованный металлическими скобами к креслу у иллюминатора, который открывал дикие виды на планету, столь похожую на снежные полюса Земли. Транспортер слегка вздрагивал на крупных наносах снега и проваливался после них на жесткое полотно бетонного покрытия.

В салоне для перевозки заключенных сидело двадцать человек из сектора «В» и двое охранников с автоматами. Водитель и дежурный офицер, ответственный за перевозку, находились в отдельной кабине управления за толстой бронированной стеной.

Все были в легких скафандрах и гермошлемах, — атмосфера Джейл-5 была сильно разрежена и практически не пригодна для дыхания. Учитывая еще и низкую температуру, человек, оказавшийся на поверхности без защитного скафандра, мог выдержать не более минуты. Затем — смерть от удушья и превратившийся в кусок льда труп.

Планета не годилась для жизни уже потому, что на этом заснеженном астероиде диаметром всего в триста семьдесят миль была ничтожно малая сила тяжести. Единственная вещь, коренным образом менявшая всю картину, был термоядерный реактор, который поддерживал на планете искусственное гравитационное поле и давал энергию для всех ее систем. Но такая гравитация имела и крупные недостатки, основным из которых была полная невозможность использования летающих машин.

Находившаяся на поверхности мощная установка по производству кислорода давала его в таком количестве, что последние пять лет его избыток выпускали наружу, создавая атмосферу, пригодную для дыхания.

Пройдет еще не менее двадцати лет, прежде чем какой-нибудь смельчак, выйдя из-под земли, рискнет снять с себя кислородную маску. Еще предстоит создавать искусственный озоновый слой и микроклимат, сажать и выращивать деревья. А когда запас железной руды иссякнет и держать на планете заключенных станет экономически невыгодным, ее купит на аукционе какой-нибудь толстосум, вздумавший уединиться на ней от всего человечества…

Но все это будет потом. А пока по ее заснеженной поверхности ползет броневик, перевозя в шахту по добыче железной руды очередную партию заключенных…

Дорога пошла под уклон. Машина свернула с трассы и подъехала к огромному металлическому цилиндру, сиротливо сверкавшему среди окружающих его бескрайних снегов. Высокая бронированная дверь поднялась, впуская транспортер внутрь здания, и плавно опустилась обратно. Оба развалившихся в креслах охранника вскочили на ноги и стали по одному освобождать и выводить наружу привезенных рабочих. Там их принимали пятеро крепких ребят в скафандрах высшей защиты.

Это была служба каменоломен: по одному вооруженному охраннику на четверых заключенных. Столь высокая степень безопасности была обусловлена тем, что во время добычи руды узники пользовались мощными ультразвуковыми фрезами, способными легко отправить на тот свет незащищенного человека.

Пытаться сбежать во время горных работ было практически невозможно: даже если смельчаку удастся ускользнуть от пуль многочисленной охраны и выбраться на поверхность, запаса кислорода и энергии скафандров надолго не хватит. Броневик после высадки очередной партии рабочей силы сразу же возвращался на базу, до которой было пятнадцать миль глубоких снегов и лютого мороза. Да и улететь с этой планеты можно было только на корабле для перевозки заключенных, прибывающим раз в месяц с новой партией изгоев и продовольствием.

Ходили слухи, что на случай чрезвычайных ситуаций в недрах астероида спрятан громадный звездолет, способный вместить в себя всех, кто на ней находится. Но в них мало верили, потому, что никто из узников Джейл-5 никогда не присутствовал на каких-либо работах, связанных с этим кораблем…

Огромный пласт железного колчедана, оторвавшись от основной породы, рухнул на дно шахты, едва не придавив собой Александра. Он успел отскочить в сторону, выронив толстый ствол фрезы, который тут же засыпало крупными желтыми булыжниками. Стоявший в пяти ярдах охранник покачал головой и повертел пальцем у своего гермошлема, давая понять, что у Стюарта не все дома. Затем он повернулся к нему спиной и исчез в соседнем коридоре, откуда доносилась громкая возня, сопровождаемая истошными воплями в наушниках.

Взметнувшаяся при обвале пыль постепенно осела на дно шахты и Александр подошел полюбоваться зрелищем устроенного им разрушения. Четыре с половиной часа напряженной работы не пропали даром: оторванный от скалы пласт пирита составлял как минимум его трехдневную норму выработки.

Он нагнулся и стал разгребать руками крупные камни, засыпавшие ствол инструмента, когда неожиданно услышал в наушниках хриплый голос Блейка.

— Эй, Стюарт!

Не оборачиваясь, Александр наклонился вправо и, оттолкнувшись от кучи камней, прыгнул в темный проем образовавшейся при обвале ниши, уже на лету поворачиваясь всем телом в сторону опасности.

Эд стоял всего в двух ярдах за тем местом, которое он покинул мгновение назад, а мощная ультразвуковая струя взметала кучи камней и песка. Разъяренный неудачным нападением, Блейк развернулся и бросился на Стюарта, направляя на него ствол фрезы. Александр рывком поднял с земли толстый пласт колчедана и едва успел прикрыть им свою грудь, когда он задрожал в его пальцах, разлетаясь во все стороны откалывающимися мелкими кусками.

— Пришло время умереть, Стюарт! — лицо Блейка за стеклом гермошлема исказилось от дьявольской усмешки. — Похоже, я войду в историю как человек, освободивший мир от одного из самых знаменитых преступников!

Александр сидел у самой стены, прижатый к ней толстым стволом фрезы и отделенный от него лишь хрупким булыжником, который раскрашивался в его напряженных руках. Он смотрел прямо в ухмыляющееся лицо Блейка и видел в нем, как в зеркале, свою близкую смерть. Он прекрасно понимал, что должен закричать и позвать на помощь, но мужская гордость и подкативший к горлу комок страха не позволяли этого сделать. Он лишь плотнее прижимал кусок пирита к стволу направленного в его грудь оружия, ощущая быстро уменьшающийся вес камня и передающуюся телу вибрацию…

Собравшись с последними силами, Стюарт рванулся в сторону и, перехватив руками фрезу, воткнул ее в горную породу рядом с собой. Коротко взвизгнув, ствол начал вгрызаться в скалу, поднимая тучи пыли и мелких камней и сильно затрудняя видимость.

Эд взревел от ярости. Он извивался, как змея, упираясь в пол пещеры ногами и стараясь вырвать фрезу из рук Стюарта, который все еще сидел у стены шахты.

Из глубины коридора прозвучал громкий хлопок выстрела. Тело Блейка дернулось и сползло, придавив собой Александра.

* * *

Джесика Лукас сидела в кабинете своего шефа и неторопливо пила горячий утренний кофе. Майор Грант восседал в глубоком кожаном кресле за столом из красного дерева и слегка постукивал толстыми пальцами по его зеркальной поверхности.

Чашечка наклонилась в последний раз и осторожно опустилась на блюдце. Джесика улыбнулась и легким наклоном головы показала свою готовность перейти к деловому разговору.

Алан убрал руки со стола и, сцепив пальцы, сложил их на своем огромном животе.

— Если мне не изменяет память, Вы обещали доложить о результатах анализов Стюарта еще два дня назад?

Он нахмурил брови, надеясь произвести впечатление строгого начальника. Девушка снова улыбнулась и лукаво посмотрела прямо в глаза майора.

Догадавшись, что провести молодую сотрудницу ему не удалось, Грант непринужденно рассмеялся.

— Вас невозможно обмануть, Джесика! — заметил он. — Вы видите любого человека насквозь, а это очень редкий в наше время дар… Мне хочется задать Вам один нескромный вопрос: что Вы делаете в этом забытом Богом месте в компании убийц и сторожей-солдафонов?

— Вы задавали мне этот нескромный вопрос уже целых два раза! поддела своего шефа Лукас. — И я не вижу особых причин отвечать на него и в третий раз.

— Как всегда сдержанны и не в меру самолюбивы! — усмехнулся Алан, стараясь не обижаться на колкие шуточки свой сотрудницы. — Впрочем, Вы правы, Джесика! Я позвал Вас не для того, чтобы выуживать Ваши тайны, а для того, чтобы раскрыть другие, которые меня очень заинтересовали. Именно поэтому я и попросил Вас сделать анализы крови Стюарта и проверить состояние его иммунной системы… Вы должны были сообщить мне о результатах еще в среду. Но сегодня уже пятница, а за все эти дни Вы ни на одну минуту не покидали медицинской лаборатории и, судя по Вашим глазам, практически не ложились спать… Неужели анализы крови одного из наших заключенных смогли так сильно повлиять на Ваш жесткий режим дня расписанный у Вас буквально по минутам?

— Я бы сказала, что результаты его анализов в самое ближайшее время повлияют на все человечество, если бы сама не выносила слишком громких слов!

— Как прикажете Вас понимать? — удивился начальник тюрьмы.

— Буквально, господин майор, буквально! — ответила ему Джесика. Этот человек абсолютно, я подчеркиваю: абсолютно невосприимчив ко всем известным медицине бактериям и вирусам. Его Т-лимфоциты крови отличаются от Т-лимфоцитов нормального человека примерно так же, как наша планета Земля во всем ее разнообразии отличается от заснеженного астероида, на котором мы сейчас находимся.

— Что это значит?

— Он является сверхчеловеком, по крайней мере, с точки зрения медицины! — сообщила шефу Лукас. — Я спросила его, чем и когда он болел в последний раз… И знаете, что он мне ответил? Он сказал, что не помнит! Представляете, тридцатилетний парень не помнит, болел ли он чем-нибудь или нет! Но я-то абсолютно уверена, что он не в состоянии вспомнить то, чего никогда не было… Он не может заболеть! Ему это недоступно, как невозможно каменной статуе познать, что же такое холод!

— Вы в этом уверены? — переспросил майор Грант.

— Уверена ли я? — удивилась Джесика. — Да я скармливала его кровяным клеткам самые опасные бактерии и вирусы в таких дозах, что сама плазма должна была свернуться! И совершенно напрасно: они уничтожались в считанные доли секунды, не имея ни малейшего шанса на распространение. С тем же успехом я могла вводить их в пламя газовой горелки!

— Теперь я понимаю, почему у Вас ушло столько времени на анализы и вынужден попросить прощения за свою бестактность! — произнес Алан с достоинством.

— Я лишь хотел поскорее узнать, почему Стюарт не соврал на суде, что он не был ранен напавшим на него чудовищем. Хотя, ему все равно пришлось бы объяснять причину появления на своей руке шрама, которого не было до этого полета… Теперь та часть его рассказа, которая вызывала у меня наибольшее сомнение, становится совершенно понятной…

— Если только не принимать во внимание тот удивительный факт, что подобного состава крови не имеет ни один из живущих на Земле людей! — закончила за него тюремный врач. — Но есть еще одна причина, по которой я на два дня опоздала с докладом.

— Вот как? — удивился майор. — А я уже подумал, что сюрпризов больше не будет!

— Не знаю, как об этом лучше сказать… — Джесика слегка покраснела и, подняв на Алана глаза, выпалила.

— Я ввела себе в кровь сыворотку Стюарта!

— Что?!!!

Грант подскочил в своем кресле. Изящная кофейная чашечка из старинного китайского фарфора упала на пол и разлетелась по нему мелкими осколками.

— Вы с ума сошли! — закричал майор, позабыв, что перед ним сидит молодая девушка. — Это чудовищно! Неужели врачи так и не придумали ничего лучшего, как использовать себя в роли подопытных кроликов?

— Я была вынуждена поступить именно так! — заявила Лукас. — Вы все равно не дали бы мне разрешения на проведение подобного эксперимента, а у меня уже не оставалось другого выбора… Вы спрашивали, почему я оказалась на Джейл-5? Это очень мерзкая и грязная история. История того, как глава нашего медицинского концерна хотел использовать мое открытие не по назначению и заставил меня навсегда улететь с Земли…

— Я не выпытывал у Вас этого признания, Джесика! — перебил ее Алан. — И Вы можете остановиться в самом начале своего рассказа.

— Я уже сообщила главное! Но Вы должны понять, что я пошла на этот эксперимент не из женского любопытства, а ввиду крайней необходимости… Пять лет назад я с отличием окончила Гарвардский университет и устроилась в крупную медицинскую лабораторию. Мой шеф возлагал на меня большие надежды и я, как могла, старалась их оправдать. Я работала над созданием новых видов бактерий, способных внедряться в человеческий организм через воздух и переносить в себе искусственно выращенные макрофаги, подавляющие различные заболевания. Таким способом можно лечить людей, распыляя колонию бактерий над городами… За полтора года я вырастила устойчивую культуру, когда совершенно случайно узнала, что настоящим заказчиком моего проекта является военное ведомство. Мое открытие собирались использовать в противоположных целях! Я не смогла выдержать подобного коварства и уничтожила все результаты своих исследований… Шеф был крайне взбешен и сделал все возможное, чтобы для меня на Земле не осталось места… Но это было не самое страшное. Я до сих пор не могу понять, каким образом он это подстроил, но спустя месяц после скандала я обнаружила у себя первые признаки рака крови. За два последующих года болезнь сильно прогрессировала и к тому моменту, когда я получила анализы Стюарта, мне уже было нечего терять… Я ввела себе сыворотку в среду и все это время проводила подробное исследование собственной крови…

— И…?

— Я выздоровела! Более того, вчера я несколько раз вводила себе различные культуры весьма опасных бактерий и вирусов. Результат был один и тот же: их полное уничтожение! Я хочу продолжить этот эксперимент. Если мне удастся стабилизировать полученною сыворотку, то в скором времени человечество будет навсегда избавлено от болезней! Я бы хотела сообщить об этом на Землю, но, к сожалению, мое имя навсегда внесено в «черные списки».

— Не только Ваше! — заявил Грант. — Боюсь, что подобный доклад с моей стороны вызовет весьма нежелательный эффект. Да и не следует пока торопить события! У нас на Джейл-5 происходят крайне неприятные вещи и нам придется всерьез изменить наше отношение к Александру.

— С ним что-то случилось? — взволнованно спросила Лукас.

— А ведь он Вам нравится, не так ли? — поинтересовался у нее Алан.

Джесика слегка покраснела и скромно опустила глаза.

— Да… — еле слышно прошептала она. — Я почти уверена в его невиновности! И мне кажется, что он оказался всего лишь пешкой в чьей-то нечестной игре…

— На Стюарта было совершено покушение во время работы в шахте, сообщил майор и, заметив неприкрытый испуг в глазах девушки, успокоил. — Не волнуйтесь, Ваш Александр не пострадал! Но держать его в одном отсеке с террористами теперь нельзя. Придется освободить его от горных работ и поместить в новый сектор «Д». Он будет заселяться лишь через пару месяцев, а пока наш герой поживет там в полном одиночестве. Не думаю, что это вредно скажется на его рассудке — нервы у этого парня железные… О его местонахождении будут знать всего три человека: Вы, я и старший офицер тюрьмы — капитан Питер Рассел. Он будет следить за Стюартом и приносить ему еду. Никто кроме него не сможет открыть своей ладонью электронный замок у входа в отсек… Что касается прогулок и прочих «удовольствий», то их для Александра пока придется отменить.

— Почему с ним так жестоко обошлись на Земле? — поинтересовалась Джесика. — Ведь подобный анализ крови могли сделать в любой лаборатории, а он бы доказал его правоту по одному из спорных вопросов.

— Потому, что им это было не нужно, — совершенно спокойно ответил Грант.

— Кому?

— Толстокожим монстрам, неравнодушным к одной единственной вещи собственным деньгам! — пояснил свою мысль Алан. — Когда на карту поставлен погибший звездолет стоимостью в сотни миллионов долларов, кто-то должен ответить за его гибель, даже если она была случайной… Ну а при наличии малейших сомнений в том, что это не так, суд превращается в опереточный фарс, где все актеры уже подкуплены и где при любом сценарии и режиссуре должен быть только один финал: «Подсудимый виновен!»

— Но ведь это несправедливо! — возмутилась Лукас. — И мы еще называем эту подлость правосудием…

— Только один человек знает, что же произошло на самом деле! перебил ее майор. — Наша главная задача: спасти этого человека и попытаться доказать его невиновность, когда в наших руках появится достаточно неопровержимых фактов… И, кстати, Джесика! Я вовсе не осуждаю Вас за подобный эксперимент и хочу принять в нем самое активное участие.

* * *

Длинная автоматная очередь скосила двух охранников, которые выбежали на высокий подвесной мост. Перевалившись через перила, они полетели на дно шахты, выронив оружие и размахивая руками. Третий охранник успел упасть на пластиковый настил моста, который стал разлетаться в щепки от выстрелов. Вытащив из ранца гранату, он приподнялся и, размахнувшись, бросил ее в толпу нападавших. Но этот бросок приоткрыл его тело, и он рухнул на мостик, раздираемый десятками пуль.

Прогрохотал мощный взрыв, осветивший сражение яркой вспышкой и разметавший части человеческих тел по всему коридору шахты. Клубы едкого дыма и кровавые языки пламени огромными змеями стали расползаться вокруг, пожирая все на своем пути. Сработали пожарные датчики и с потолка хлынули потоки воды, прибивая пламя и растекаясь мутными ручьями среди одиноких островков, состоявших из обгорелых и окровавленных тел…

Капитан Питер Рассел сидел с радиотелефоном в руке, тупо уставившись на него немигающим взором. Только что вышедший на связь дежурный офицер из службы каменоломен сообщил о таинственном исчезновении одного из своих охранников. Он пропал вместе с четырьмя заключенными в течение последних пяти минут. Именно тогда он в последний раз делал свой регулярный доклад о состоянии работ, не содержавший даже намека на какие-либо проблемы.

Но все началось намного ранее…

Семь часов назад к астероиду приблизился небольшой космический челнок, который не подавал признаков жизни и не отвечал ни на одну из стандартных радиограмм.

Джейл-5 находилась вдалеке от обычных космических маршрутов и являлась запретной для полетов зоной. Ни одному звездолету ни под каким предлогом не позволялось не только совершать на нее посадку, но даже приближаться более чем на пятьсот тысяч миль.

После того, как выяснилось, что челнок неуправляем и должен упасть в непосредственной близости от тюрьмы, он был уничтожен взлетевшей наперехват ракетой. Произошедший в космосе взрыв был настолько силен, что само собой напрашивалась мысль о диверсии.

Обломки капсулы рухнули на планету всего в полумиле от шахты. Выехавший на поверхность броневик нашел исковерканные куски челнока без опознавательных знаков и без каких-либо признаков жизни на борту. Тщательное сканирование планеты не обнаружило на ней ни одного движущегося объекта и поднятую тревогу по приказу капитана Рассела хотели отменить. Подобные террористические акты неоднократно случались на других астероидах, и никто, за исключением начальника тюрьмы, не придал этому происшествию ни малейшего значения.

Именно Гранг не поверил в версию обычного террора. Носом шпиона он почуял опасность и приказал усилить караул.

Но это не помогло. Полторы минуты назад дежурный офицер каменоломен вышел в эфир и доложил о пропаже пяти человек…

Связи не было. Напрасно Питер проверял калибровку частот и гневно стучал по корпусу радиотелефона в тайной надежде, что нарушился контакт аккумуляторов. Доклад оборвался на полуслове, словно кто-то на другом конце линии внезапно выключил аппарат или взорвал его вместе с владельцем. И капитан Рассел не мог даже представить, насколько верным оказалось его последнее предположение…

Дежурный офицер лежал в луже крови на полу караульного помещения, сжимая в скрюченных пальцах разорванный корпус радиотелефона. Сильно поцарапанные стены и разнесенный вдребезги пульт управления шахтой наводили на мысль, что произошедший взрыв был внезапным и сильным. Останки двух охранников и самого заключенного, который запнулся за высокий порог во время броска гранаты, были разбросаны у входной двери. Сизые ленты дыма плавали в воздухе и медленно оседали в лучах единственной неповрежденной лампы…

Дверь распахнулась, и в комнату, словно огромное грозовое облако, ворвался майор Грант. Рассел вскочил из кресла, с виноватым видом протягивая застывшую в немом упреке рацию. Алан взмахом левой ладони выбил ее из рук перепуганного капитана и сгреб его за ворот кителя свободной правой рукой. Впервые за много лет Питер почувствовал всю мощь своего не в меру крупного шефа и смог лично убедиться в его громадных физических способностях. Задыхаясь от нехватки воздуха, он хотел что-то сказать, но из его сдавленного воротником горла послышалось только невнятное блеяние.

Грант встряхнул капитана еще раз и разжал пальцы. Питер едва удержал равновесие, чтобы не упасть на колени перед начальством. Резко нагнувшись, чтобы к голове прилила кровь, он поперхнулся собственной слюной и яростно закашлялся.

Алан толкнул Рассела назад в кресло и нагнулся над ним, яростно сверкая глазами.

— Чего ждешь, капитан? — прорычал он — Хочешь отсидеться за прочными стенами, пока все не выяснится само собой?

— Но мы даже не знаем, с чем имеем дело, — оправдывался Питер.

— С очень умным и хитрым противником! — перебил его майор. — В первую очередь он вывел из строя нашу систему радиосвязи с Землей, а уже потом напал на шахту и освободил работающих в ней заключенных.

— Но это совершенно невозможно! — запротестовал капитан — Как он смог выяснить местонахождение нашего передатчика, спрятанного под двадцатифутовым слоем снега?

— Мы посылали запрос на падающий челнок! — рявкнул Грант. — Не нужно быть гением, чтобы засечь координаты рации еще из космоса, а затем уничтожить ее на месте.

— Но ведь после падения челнока мы не обнаружили на поверхности ни одного постороннего объекта! — возразил шефу Питер.

— Тогда кто, по-твоему, бесчинствует сейчас в шахте? — заорал на него начальник тюрьмы — Полтергейст? Возьми свою ленивую задницу в руки и докажи, что ты боевой офицер, а не картонное пугало для непослушных мальчишек.

Капитан Рассел вскочил из кресла и, не оглядываясь, выбежал в открытую дверь. Алан разочарованно покачал головой и крикнул ему вдогонку:

— И не забудь взять с собой автомат! Он тебе наверняка понадобится…

* * *

Транспортер с Питером и десятью вооруженными охранниками на огромной скорости мчался к шахте. Машину сильно заносило на сугробах, которые то и дело попадались на бетонном покрытии дороги.

Подпрыгнув на очередном снежном бугре, броневик пошел юзом и едва не улетел с трассы Водитель в последний момент успел заблокировать одну из гусениц, и машина, помяв железное ограждение, развернулась поперек дороги, чудом избежав катастрофы. В салоне послышалась самая грязная солдатская ругань, которую только можно было ожидать в подобной ситуации.

Рядовой Джим Барни, проживший в тюрьме всего пару месяцев, но уже ставший «своим парнем», громко присвистнул и схватился за нижнюю часть скафандра. Раздался дружный хохот и один из охранников, стараясь перекричать шум моторов, ехидно поинтересовался:

— Что, Джим, штанишки испортил?

— Нет, парни! — оскалился новичок — Просто проверяю, не потерял ли я свое мужское достоинство!

Послышалось дикое ржание и дерзкий голос с другого конца броневика переспросил.

— Трудно, наверное, если никогда не имел, да еще и потерял?!

Капитан Рассел, который сидел в кабине вместе с водителем и слышал весь этот треп по селекторной связи, не выдержал.

— Заткнитесь, придурки! — крикнул он в микрофон своего скафандра Мы еще не знаем, в какое дерьмо вляпались, а вы уже устроили тут птичий базар… Сидите смирно и читайте про себя «Отче наш»!

Раздался гул недовольных голосов и чей-то громкий шепот:

— Вот сам и читай, если тебе так приспичило!

Питер открыл было рот, чтобы проучить зарвавшегося наглеца, но в этот момент броневик сверну л с трассы, и взору капитана открылся огромный цилиндр шахты с приподнятыми входными воротами и клубами выползающего наружу черного дыма.

Взяв в руки автомат, Рассел вставил в него полную обойму и дослал снаряд в ствол гранатомета.

— Приготовиться к возможному нападению противника! — приказал он Помните, что в шахте могут находиться наши люди. Без моей команды никому не стрелять!

Джим отключил микрофон вмонтированного в гермошлем передатчика и, нагнувшись к сидевшему рядом с ним сержанту Ричарду Каминскому, прокричал сквозь толстое стекло.

— Лишь бы он сам в штаны со страха не наделал! А то еще в этот момент и скомандовать забудет…

Броневик медленно въехал в узкий тоннель, окутанный плотным дымом с пробивающимися сквозь него языками желтого пламени. Включив фары, он приблизился к развороченной взрывом внутренней двери шлюза и остановился. Раздался тихий рокот, и из крыши машины выдвинулась инфракрасная камера, сканирующая окружающее пространство. Совершив оборот на триста шестьдесят градусов, она убралась назад, и безжизненный механический голос в кабине управления доложил, что опасности в пределах видимости не обнаружено.

Боковая дверь транспортера заскользила в сторону, и десять вооруженных парней один за другим покинули салон, заняв боевые позиции в радиусе семи ярдов.

Сержант Каминский короткими перебежками добрался до поврежденных ворот шлюза и застыл с автоматом наизготовку в пяти ярдах справа от них.

— Сэр, территория проверена и находится под моим контролем! доложил он капитану. — Вы можете покинуть транспортер и выйти наружу.

— Хорошо, сержант, я иду! — сообщил Питер. — Поставьте своих людей по обе стороны от ворот шлюза и приготовьтесь к открытию огня по моей команде!

— Есть, сэр!

По взмаху руки сержанта двое находившихся поблизости охранника резко сорвались с места и в четыре прыжка оказались у шлюза, встав на одно колено и направив стволы автоматов в темный проем двери.

Бронированная крыша транспортера медленно поднялась, и капитан Рассел грузно спрыгнул на пол. Подойдя к воротам, он поднял руку с транслятором и прокричал:

— Если у входа в шахту есть кто-то живой, бросить оружие и выйти с поднятыми руками! Даю двадцать секунд, после чего открываю огонь на поражение!

Время шло. Часы медленно тикали в груди солдат, которые до боли в глазах смотрели в темное пространство шлюзовых ворот, откуда медленно выплывали густые облака дыма.

— Огонь! — скомандовал капитан.

Две гранаты полетели в черную дыру, сопровождаемые плотным свечением трассирующих пуль. Взрывы прозвучали почти одновременно, осветив безжизненное пространство шлюза. Но даже этих коротких вспышек огня было вполне достаточно, чтобы заметить части человеческих тел, разбросанные по всему полу шахты и теперь уносимые новыми взрывами.

— Отставить! — рявкнул Питер. — Сержант, заводите людей попарно внутрь. Рядовой Барни, Вы остаетесь здесь и будете охранять наш тыл.

— Но сэр! — запротестовал Джим. — Почему именно я?

— Это мой приказ, идиот! — взорвался капитан Рассел, недовольный возражениями нахального новичка. — И не вздумай покинуть пост, расстреляю без трибунала!

Оставшись в шлюзе один. Джим первым делом выключил микрофон. После этого он дал волю своему языку, посылая командира в такие заоблачные дали, откуда он уже никогда не смог бы вернуться на грешную землю.

Еще бы!

Его, опытного солдата, владеющего боевыми искусствами и способного стрелять не только на звук, но даже на запах, оставили сторожевым псом у входа в эту грязную клоаку, в то время как другие смогут показать себя в бою.

Он ругался сложной многоэтажной бранью и даже пару раз ударил ногой по каменной стене рядом с входными воротами шлюза.

Какая-то крупная тень промелькнула за его спиной, но Барни даже не заметил ее, убитый нанесенным ему оскорблением. Автомат болтался у него на шее, а пальцы рук сжимались в кулаки, которыми он больше всего на свете хотел бы сейчас отдубасить ненавистного ему капитана.

Джим у же выплеснул большую часть своих эмоций и, взяв автомат, хотел повернуться к броневику, когда его голову в гермошлеме обхватили чьи-то сильные руки…

Отряд медленно продвигался вперед, разглядывая кошмарную картину сражения. Капитан Рассел замыкал шествие, изо всех сил пытаясь побороть приступ рвоты. Впервые в жизни он увидел, что может натворить взрыв мощной гранаты, которая попала в толпу людей. В этой кровавой каше с еще поднимающимися от останков теплыми испарениями, отчетливо видимыми в лучах фонарей, было практически невозможно разобрать, кто перед ними находится.

— Господи Боже! — воскликнул потрясенный сержант. — Такое впечатление, словно здесь поработала гигантская мясорубка…

— И мы еще пару гранат добавили! — прошептал кто-то из рядовых.

Прямо перед ними возникла небольшая пирамида из обрывков скафандров, гермошлема с разбитым стеклом пары торчавших космических башмаков и поблескивающего автомата с сильно погнутым стволом. И все это было увенчано выступающей из кучи окровавленной рукой в порванной перчатке, из которой выглядывали голые полусогнутые пальцы.

Капля крови упала откуда-то сверху и медленно растеклась по мертвому запястью. Сержант поднял голову и увидел свесившееся с подвесного мостика тело охранника, изрешеченное множеством пуль.

— Проклятье! — выругался Каминский и повернулся к стоявшему в семи ярдах капитану. — Чтобы здесь ни произошло, сэр, мы сильно опоздали…

Его слова потонули в грохоте мощного взрыва. Потолок шахты вспыхнул багровым пламенем и грудой камней обрушился вниз, засыпав двоих солдат. Остальные вместе с сержантом были отброшены взрывной волной и повалились друг на друга.

Все дальнейшее произошло в считанные мгновенья.

Капитан Рассел, устоявший при взрыве на ногах, развернулся и, выронив автомат, бросился к выходу. Он успел пробежать не более десяти ярдов, когда за его спиной раздался еще один сильный взрыв, бросивший его наземь. Уже падая, он повернул голову и с ужасом заметил, что места, на которое рухнули люди его отряда, больше не существует. Вместо них на полу возвышалась, осыпаясь камнями в облаке взметнувшейся пыли, огромная куча булыжников.

Питер закончил падение, стукнувшись гермошлемом об острый камень, выступавший из пола шахты Прозвучал звон разбитого стекла. Воздух вышел из замкнутого пространства скафандра, и наступило удушье. Рассел перевернулся на спину, ничего не видя вокруг и пытаясь вдохнуть сильно разреженную холодную атмосферу в разрывающиеся от внутреннего давления легкие. Затем он поднялся на колени и обхватил гермошлем руками, расстегивая его капризные замки нервно дрожавшими пальцами.

«Если я смогу его снять, то можно будет отсоединить воздушный шланг и взять его прямо в рот. — сообразил капитан. — Я должен спешить, пока не потерял сознание! Барни не мог не услышать такого сильного взрыва. Он прибежит на помощь! Нужно только снять с себя этот проклятый гермошлем, чтобы продержаться еще пару минут и у спеть добраться до броневика…»

Что-то ударило Питера в живот и он почувствовал, как его внутренности вывалились наружу через образовавшуюся скафандре дыру. Он ощутил острую боль и нестерпимый жар, который разлился по всему телу и лишил его способности сопротивляться.

Сильные руки встряхнули капитана и, сорвав гермошлем, схватили его цепкими пальцами за шею, постепенно усиливая хватку. Разноцветные пятна поплыли перед глазами Рассела, и он услышал над своей головой незнакомый хриплый голос:

— Твоя быстрая и легкая смерть зависит от того, как скоро я получу интересующую меня информацию…

* * *

Вот уже двое суток Александр находился в секторе «Д» совершенно один. Никто не приносил ему еду и не выводил по вечерам на прогулку.

Стюарта не пугало само одиночество, но его невыносимо терзал голод, скручивая желудок и отдавая ноющей болью во всем теле. Водопроводный кран с капающей из него питьевой водой стал единственным предметом, который все еще поддерживал контакт с остальным миром за прутьями решетки. Несколько раз Александр пытался привлечь к себе внимание, нажимая кровавой каше с еще поднимающимися от останков теплыми испарениями, отчетливо видимыми в лучах фонарей, было практически невозможно разобрать, кто перед ними находится.

— Господи Боже! — воскликнул потрясенный сержант. — Такое впечатление, словно здесь поработала гигантская мясорубка…

— И мы еще пару гранат добавили! — прошептал кто-то из рядовых.

Прямо перед ними возникла небольшая пирамида из обрывков скафандров, гермошлема с разбитым стеклом, пары торчавших космических башмаков и поблескивающего автомата с сильно погнутым стволом. И все это было увенчано выступающей из кучи окровавленной рукой в порванной перчатке, из которой выглядывали голые полусогнутые пальцы.

Капля крови упала откуда-то сверху и медленно растеклась по мертвому запястью. Сержант поднял голову и увидел свесившееся с подвесного мостика тело охранника, изрешеченное множеством пуль.

— Проклятье! — выругался Каминский и повернулся к стоявшему в семи ярдах капитану. — Чтобы здесь ни произошло, сэр, мы сильно опоздали.

Его слова потонули в грохоте мощного взрыва. Потолок шахты вспыхнул багровым пламенем и грудой камней обрушился вниз, засыпав двоих солдат. Остальные вместе с сержантом были отброшены взрывной волной и повалились друг на друга.

Все дальнейшее произошло в считанные мгновенья.

Капитан Рассел, устоявший при взрыве на ногах, развернулся и, выронив автомат, бросился к выходу. Он успел пробежать не более десяти ярдов, когда за его спиной раздался еще один сильный взрыв, бросивший его наземь. Уже падая, он повернул голову и с ужасом заметил, что места, на которое рухнули люди его отряда, больше не существует. Вместо них на полу возвышалась, осыпаясь камнями в облаке взметнувшейся пыли, огромная куча булыжников.

Питер закончил падение, стукнувшись гермошлемом об острый камень, выступавший из пола шахты Прозвучал звон разбитого стекла. Воздух вышел из замкнутого пространства скафандра, и наступило удушье. Рассел перевернулся на спину, ничего не видя вокруг и пытаясь ВДОХНУТЬ сильно разреженную холодную атмосферу в разрывающиеся от внутреннего давления легкие. Затем он поднялся на колени и обхватил гермошлем руками, расстегивая его капризные замки нервно дрожавшими пальцами.

«Если я смогу его снять, то можно будет отсоединить воздушный шланг и взять его прямо в рот, — сообразил капитан. — Я должен спешить, пока не потерял сознание! Барни не мог не услышать такого сильного взрыва. Он прибежит на помощь! Нужно только снять с себя этот проклятый гермошлем, чтобы продержаться еще пару минут и успеть добраться до броневика…»

Что-то ударило Питера в живот и он почувствовал, как его внутренности вывалились наружу через образовавшуюся в скафандре дыру. Он ощутил острую боль и нестерпимый жар, который разлился по всему телу и лишил его способности сопротивляться.

Сильные руки встряхнули капитана и, сорвав гермошлем, схватили его цепкими пальцами за шею, постепенно усиливая хватку. Разноцветные пятна поплыли перед глазами Рассела, и он услышал над своей головой незнакомый хриплый голос:

— Твоя быстрая и легкая смерть зависит от того, как скоро я получу интересующую меня информацию…

* * *

Вот уже двое суток Александр находился в секторе «Д» совершенно один Никто не приносил ему еду и не выводил по вечерам на прогулку.

Стюарта не пугало само одиночество, но его невыносимо терзал голод, скручивая желудок и отдавая ноющей болью во всем теле. Водопроводный кран с капающей из него питьевой водой стал единственным предметом, который все еще поддерживал контакт с остальным миром за прутьями решетки. Несколько раз Александр пытался привлечь к себе внимание, нажимая на кнопку оставленного ему передатчика, но так и не дождался ответа.

Последние сутки во входную дверь отсека несколько раз стучали чем-то тяжелым, словно перестал работать открывающий ее электронный замок. Стюарт прекрасно помнил, что при его переводе в сектор «Д», который состоялся всего неделю назад, и эту дверь открывал своей ладонью капитан Рассел…

— Тебе придется пару месяцев посидеть в одиночестве, Александр! сказал ему в тот день майор Грант.

— Я не хотел, чтобы Блейка убили! — заявил Стюарт, сообразив, что этот перевод связан с произошедшим вчера покушением.

— Я вовсе не собираюсь тебя наказывать, а лишь хочу спрятать от остальных заключенных, — пояснил Алан. — Но даже в отсеке «С» ты не сможешь быть в безопасности. Его парни обладают весьма неуравновешенной психикой. К счастью, новый отсек «Д» будет заселяться только через шестьдесят суток, так что у тебя будет много времени насладиться одиночеством. Постарайся провести его с пользой. Я имею в виду: вспомнить хоть какие-нибудь события, способные так сильно повлиять на твою иммунную систему. Если я не ошибаюсь, наш тюремный врач уже ознакомила тебя с результатами анализов.

— Да! — Александр слегка улыбнулся. — Вчера она выкачала из меня столько крови, что ее хватило бы на обед целой семье вампиров! Но даже после этого я не смог припомнить ничего особенного…

— Не спеши, у тебя будет достаточно времени для размышлений! перебил его майор. — Приносить тебе еду и, если будет возможность, выводить в вечернее время на прогулку будет капитан Рассел. На всякий случай оставляю тебе портативный передатчик, который имеет только кнопку вызова без возможностей ведения переговоров. Это не случайно: я не очень доверяю окружающим меня людям и, в первую очередь, самому Питеру Расселу. Но приходится с ним считаться, иначе я не смогу содержать тебя в этом секторе. Будь с ним немногословен, ему вовсе нет необходимости быть посвященным во все наши тайны…

Прозвучавший вдалеке тихий рокот прервал размышления Стюарта Он подошел вплотную к толстым прутьям решетки и увидел открывающуюся входную дверь. Вошедший человек даже издали не был похож на невысокого и худощавого капитана Рассела. Он был огромен и неторопливо вышагивал по коридору тяжелой косолапой походкой.

Александр отскочил в глубину камеры и стал лихорадочно оглядываться в поисках какого-нибудь предмета, способного стать для него оружием. Но тщетно: в помещении господствовала спартанская обстановка, и в нем не было ничего, что могло бы быть поднятым с пола или оторванным от стен.

Топот шагов за спиной прекратился, и Стюарт, обернувшись, увидел громадного лысого негра в легком защитном скафандре и с черными очками на лице, которые совершенно не вязались с тусклым освещением тюрьмы. Он стоял перед ним, разминая пальцы рук в перчатках и улыбался отвратительной улыбкой, обнажающей ровные белоснежные зубы.

— Ну вот мы и встретились, кэп! — произнес он неприятным хриплым голосом. — Ты даже не представляешь, каких трудов мне стоило тебя разыскать!

— Кто ты? — спросил его Александр, похолодев от дурного предчувствия.

— Кто я? — ухмыльнулся негр. — Эх, Стюарт! Как же ты быстро забываешь людей, которые служили тебе верой и правдой.

— Мы никогда не встречались! — возразил ему Александр. — Такую гориллу, как ты, я бы обязательно запомнил!

— Даже перед лицом своей смерти ты еще умудряешься шутить! — изрек незнакомец. — Это неплохое качество, но я все же советую тебе быть со мной повежливей. Хотя бы потому, что я могу обидеться и тогда твой конец будет мучительным и долгим!

— Ты все еще не ответил на мой вопрос! — сказал Стюарт, пытаясь придать своему голосу твердость.

— Хорошо, этот спектакль уже слишком затянулся! — согласился с ним негр. — Годы ничуть не изменили твоего упорного характера, и я даже рад, что мне пришлось иметь дело с таким ловким и умным противником!

Он задрал голову и захохотал над собственной шуткой. Черные очки соскочили с его лица и разлетелись вдребезги от удара о бетонный пол.

Негр поднял руки и, взявшись пальцами за шею, стал сдирать с себя кожу. Толстая резиновая маска бесформенным куском сползла с его черного лица и изумленный Александр увидел перед собой уродливую нечеловеческую голову с длинным косым шрамом и мутными белыми глазами, лишенными зрачков.

Стюарт остолбенел, потеряв дар речи. Он глядел в эти белые туманные дыры, ощущая их необозримую глубину, не выражавшую ничего, кроме смерти, и понимал, что его ночные кошмары стали явью и пробуждение не насту пит Неприятный холодок прокатился по его позвоночнику и расползся мурашками по всему телу.

Рот чудовища приоткрылся, и Александр увидел остроконечные зубы, загнутые вовнутрь и покрытые густой темной слизью, которая выделялась откуда-то из глубины пасти.

— Макс Картер!!! — выдавил из себя потрясенный Стюарт. — Но как такое возможно?

— А ты думал, что уничтожал меня, сделав лишь крохотную дырку в затылке? — прорычал монстр. — Если мне не изменяет память, на нашем корабле было два спасательных челнока! Мне не удалось тогда обезвредить систему ликвидации звездолета, но я предусмотрел твой побег и заранее отключил электронные блоки обоих капсул от главного компьютера, лишив тебя всех доказательств… Я выбрался из этого чертова бункера для отходов в тот самый момент, когда ты только отчалил от «Белого Ангела» в челноке. Я едва успел стартовать на втором, когда наш крейсер вспыхнул, словно сверхновая. К сожалению, во время этого взрыва часть полетного оборудования капсулы вышла из строя, и мне пришлось потратить уйму времени на ее ремонт… Если бы не эта досадная случайность, я бы избавил тебя от унижений, суда и тюрьмы еще три года назад!

— И ты все это время гонялся за моей тенью? — удивился Александр Зачем? Только не говори, что ты влюбился в меня с первого взгляда после того, как превратился в эту черную обезьяну!

— Все остришь?! — проворчало чудовище. — Нет, меня интересовал не капитан звездолета «Белый Ангел», а сверхчеловек, не поддающийся заражению вирусом!

— Откуда ты это знаешь? — поинтересовался Стюарт.

— Из медицинского журнала. Наш док перед тем, как потерять свою голову, сделал в нем весьма интересную запись, из которой следовало, что ты оказался равнодушен к проявленному вниманию. Ты был ранен на «Принцессе Диане», но попавшая в тебя слизь оказала не больше эффекта, чем чашечка крепкого кофе!

— И это повод для того, чтобы броситься за мной в погоню? усмехнулся Александр.

— Да! — рявкнул монстр. — Ты представляешь серьезную опасность на нашем пути. Ни один живой организм, кроме твоего, не способен сопротивляться попавшему в него вирусу! И я должен был узнать эту причину до того, как спуститься на нашу грешную Землю. Предстоящий с человечеством бой нужно тщательно продумать, и в нем не может быть слабых мест… Я рассказываю все это только потому, что ты уже все равно труп! Вопрос в том, насколько безболезненно ты умрешь. Капитан Рассел, например, предпочел быструю и легкою смерть, сказав, где ты находишься. Но я слегка переусердствовал, и он не успел сообщить, что только его отпечатки пальцев могут открыть эту бронированную дверь. Пришлось поморить тебя голодом лишние сутки, прежде чем я сам пришел к этому выводу. Поскольку он к этому времени уже не мог самостоятельно передвигаться, я позаимствовал его руку.

— А как ты очутился на этом забытом Богом астероиде? — удивился Стюарт.

— Я долетел до нашей галактики в тот самый момент, когда тебя уже осудили и сослали на пожизненное заключение в эту заснеженную дыру, — сообщило ему чудовище. — Пришлось инсценировать нападение на Джейл-5. выбросившись в космос с реактивным ранцем за плечами всего за двадцать секунд до взрыва ракеты. Ни один радар не в состоянии отличить падающие на планету обломки челнока от его пилота. Но дело это весьма тонкое и требует точных расчетов и хладнокровия!

— Спасибо за консультацию, Макс! — поблагодарил его Александр. Может, она мне еще и пригодится.

— Сомневаюсь! — возразил монстр. — Тебе осталось жить лишь пару часов. До тех пор, пока я не узнаю, где майор Грант прячет свой звездолет. К сожалению, капитан Рассел ничего не успел сказать мне об этом.

— Вот как? — удивился Стюарт. — А я-то думал, что мы с тобой попьем чайку и побеседуем о моих выдающихся способностях.

— Чаепитие не состоится! — отрезал Макс. — Я уже и так узнал все, что меня интересовало… После того, как мне не удалось заразить вашего майора и доктора, я понял, что ты каким-то образом передал им свои невероятные способности. К счастью, ваш милый врач вела кое-какие записи, которые помогли мне во всем разобраться… Вирус не может обойти твой иммунный барьер, кэп! Но ты вовсе не сверхчеловек. Ты всего лишь мутант. И я теперь могу убить вас троих и полететь на Землю без боязни, что вы нам помешаете.

— Так в чем же дело?

— В корабле, кэп, только в корабле! — ответило чудовище. — После того, как я уничтожил передатчик и связь с Землей стала невозможной, сюда в любой момент могут нагрянуть военные. Мы хотим улететь как можно быстрее, а для этого нам нужен спрятанный в недрах планеты звездолет. Мои ребята, перерожденные из наиболее подходящих заключенных, уже пытают твоего не в меру упитанного шефа. Я оставил себе только десять террористов из сектора «В», всех остальных мы уничтожили, чтобы они не мешали своим воем. Толстый майор умрет после того, как выдаст тайник с кораблем… Но тебе я приготовил кое-что поинтересней и думаю, что ты сможешь оценить это по достоинству!

* * *

Толстая ржавая решетка на бетонном полу слабоосвещенной комнаты с легким скрипом ушла в сторону.

Получив удар в спину, Александр полетел вниз головой в черную пропасть. Взмахнув руками, он перевернулся в воздухе и с оглушительным всплеском упал в ледяную воду, погрузившись на несколько футов в глубину. От неожиданности он выпустил часть воздуха из легких и, задержав дыхание, стал всплывать на поверхность, задев по дороге чью-то ногу.

Вынырнув, он судорожно закашлялся от попавшей в его легкие холодной воды и в слабом мерцании падающего сверху света огляделся по сторонам. Его окружали изъеденные трещинами каменные стены колодца диаметром около трех ярдов. Они поднимались вверх как минимум еще на двадцать футов и заканчивались толстыми прутьями уже начинающей задвигаться решетки.

Рядом с ним плавал кто-то еще. Александр чувствовал это по всплескам воды и тяжелому, как у загнанного зверя дыханию.

Огромная тень заслонила свет наверху и Стюарт услышал хриплый голос Макса:

— Я думаю, что тебе здесь понравится, кэп! Это место напоминает тот мусорный отсек, в который ты меня засунул три года назад. Жаль только, что этот колодец уже давно не используется по своему назначению, так что комплекс ощущений будет неполным… А чтобы тебе не было скучно одному, я пустил поплескаться в бассейн вашего милого врача. Ну а теперь, мальчики и девочки, мы поиграем в одну интересную игру. Она называется: попробуй, выживи! Ее условия чрезвычайно просты. Я открываю наверху пожарную помпу с водой, которая за несколько минут затопит эту комнату вместе с колодцем. А дальше вы можете делать все, что угодно… Я прощаюсь с тобой, кэп! Ты был порядочной занозой в моем теле, и я очень рад, что все уже позади! Спасибо за медицинский журнал, сестричка! Он оказал мне неоценимую услугу и избавил вас от нечеловеческих пыток. Ах, эта любимая черта всех врачей — заполнять неразборчивым почерком толстые пластиковые журналы… Я с удовольствием посидел бы здесь, послушав ваши крики о помощи, но меня ждут дела. Прощайте!

Топот шагов стих, сменившись рокотом закрываемой двери. Где-то наверху раздалось громкое журчание и сквозь прутья решетки хлынули потоки ледяной воды. Они обрушились на голову Стюарта мощным водопадом, полностью захлестнув его тело.

Вынырнув на поверхность, Александр стал разыскивать Джесику, но его пальцы натыкались лишь на скользкие каменные стены. Набрав полные легкие воздуха, он погрузился под воду, обыскивая руками окружающее пространство. Он нырял снова и снова, пока не нашел опустившееся на дно неподвижное тело. Подхватив его, он вынырнул на поверхность и подплыл к самой стене, где не так сильно бил водопад.

Девушка закашлялась и вцепилась в плечо Александра.

— Зачем? — удивилась она, стараясь перекричать шум падающей воды. Зачем ты меня спас? Через несколько минут мы все равно погибнем, стоит ли затягивать удовольствие?

— Я не хочу тебя потерять! — прокричал ей в ухо Александр. — Кроме того, у нас есть как минимум еще четверть часа на то, чтобы придумать, как отсюда выбраться.

— Это невозможно! Если только за это время ты не научишься дышать под водой или выламывать руками толстые прутья решетки.

— Я все-таки рискну! — заявил Стюарт. — Терять-то нам уже нечего! Старайся держаться у самой стены, здесь не такой сильный ливень… Мне НУЖНО ненадолго отлучиться.

— Ты куда? — спросила Джесика, схватив его за руку.

— Попробую поискать выход на дне этого каменного колодца!

Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, Александр нырнул в глубину, вытянув руки перед собой. Он тщательно ощупывал стены в поисках какого-либо отверстия или тоннеля, но тщетно — кругом был лишь скользкий холодный камень.

Вот и дно. Пальцы Стюарта наткнулись на кучу всевозможного хлама, разбрасывая его вокруг в поисках выхода. Что-то острое проткнуло ему ладонь, но он даже не обратил на это внимание.

Бесполезно: вокруг только ледяная пустота-каменные стены да осевший на дно мусор. Нет ни малейшего движения воды, подсказывающего, что она куда-то уходит.

Голова стала кружиться от нехватки кислорода, а в легких зашевелились многочисленные острые иглы. Не обнаружив ничего существенного. Александр с силой оттолкнулся от дна ногами и всплыл на поверхность.

Вода заметно прибыла, — до решетки оставалось чуть более десяти футов. Съежившаяся от холода Джесика плавала у самой стены, придерживаясь замерзшими пальцами за глубокую трещину между камнями.

— Ты что-нибудь нашел? — спросила она с надеждой в голосе.

— Нет! — грустно ответил Александр. — Ни дыры на дне, ни бокового тоннеля. Там нет ничего, чем мы смогли бы воспользоваться.

— Прости, что отругала тебя! Я не должна была этого делать. Хоть это и прозвучит с большим опозданием, но я рада, что поверила в твою невиновность… Жаль только, что мы теперь умрем.

— Если бы только мы! Я был нужен ему, чтобы узнать, насколько реальна опасность столкнуться на Земле с подобными людьми. Теперь он выяснил, что я всего лишь мутант и ему больше нечего бояться.

— Ты вовсе не мутант. Александр!

— Ты и в самом деле так считаешь? — переспросил Стюарт.

— Я? — удивилась Джесика. — Разве я что-нибудь говорила?

— Ты сказала, что я вовсе не мутант!

— Ты ошибаешься! — возразила девушка. — Хоть я никогда и не считала тебя мутантом, но я не произносила этой фразы.

— Ты абсолютно нормальный человек, Александр! Но ты обладаешь необычными способностями, которые начинают проявляться только в экстремальных условиях.

— Неужели это правда? — удивился Стюарт.

— О чем ты меня спрашиваешь? — поинтересовалась Лукас. — В последний раз я говорила тебе о том, что не произносила этой фразы. У меня создается впечатление, что ты разговариваешь с кем-то другим!

— Успокойся, Александр! — прозвучал тихий голос в голове Стюарта. Успокойся и, прежде всего, покрепче ухватись затрещины между камнями Ты разговариваешь сейчас со мной, а не с Джесикой… Только, пожалуйста, не говори вслух, ей пока еще рано знать о том, что в тебе происходит. Если ты захочешь ко мне обратиться, то сформулируй свою мысль в голове и я ее услышу… У нас осталось очень мало времени, и я не хочу потратить его впустую.

— Кто ты? — подумал Стюарт.

— Я — Франческа Поло!

— Это имя ничего мне не говорит!

— Я знаю, Александр! Это я заставила тебя забыть обо всем, что случилось с тобой в пятилетнем возрасте.

— Ты? — удивился Стюарт. — Так вот почему я не помню себя до шести лет! Я часто спрашивал об этом у своих родителей, но они только опускали глаза и отмалчивались… А что со мной произошло?

— Ты очень сильно болел, Александр! — сообщила ему Франческа. Твоя слабая иммунная система обрекла тебя на вечные муки… Но ты был ясновидцем: ты чувствовал приближение угрозы и часто в бреду бормотал о ней, наводя ужас на свою мать.

— Это невозможно! — возразил Стюарт — Сколько я себя помню, я никогда и ничем не болел, кроме головных болей.

— К сожалению, это правда! — ответила Поло. — Ты был неизлечим, и врачи опустили руки, не в силах тебе помочь…

— А ты?

— Я была медиумом. Я тоже знала об опасности, подстерегающей нашу планету. Ведь в тот момент «Принцесса Диана» с попавшим в лапы вируса капитаном уже подходила к границе чужой галактики, чтобы вынырнуть в известной части Вселенной… Я ездила по городам, принимая больных детей и давая им исцеление Я искала тебя, Александр, — мальчика с исключительными способностями ясновидца и полностью отсутствующим иммунитетом. Только в таком ребенке я могла возродить новое качество человеческой жизни, спроектировав его по собственным чертежам Я перенеслась в твое тело и наши души сделали его одним мощным организмом в борьбе против вируса. Все эти долгие годы я старалась не вмешиваться в твою личную жизнь, сделав это только дважды. Я выбрала для тебя профессию капитана космического корабля и отправила в этот роковой полет Прости, но я не могла посту пить по-другому, иначе бы жизнь на Земле уже исчезла…

— Ты думаешь, у нее еще есть шанс? — удивился Александр.

— Пока ты жив — да! — ответила ему Франческа. — Но сейчас мы должны прервать этот разговор и заняться вашим освобождением.

— Но как? — спросил Стюарт — Над нами осталось лишь два фута воздуха, прикрытых сверху толстыми прутьями решетки.

— Ты ясновидец, Александр! — напомнила медиум. — До сегодняшнего дня ты лишь пассивно наблюдал за своими невероятными способностями во сне. Ты никогда не пробовал увидеть что-нибудь сам, поскольку в этом не было острой необходимости.

— А что я должен увидеть? — поинтересовался Стюарт.

— Для начала нам нужно найти и отключить электрическую цепь пожарного насоса, поскольку воды здесь уже и так хватает. Закрой глаза и попытайся мысленно проникнуть сквозь стенки колодца. Выключатель должен быть где-то в соседней комнате, ведь вода стала поступать лишь через несколько секунд после того, как закрылась входная дверь…

Александр тряхнул головой и очнулся. Джесика плавала рядом с ним, ухватившись пальцами за прутья металлической решетки, которая находилась уже над самой головой.

Стюарт протянул руку и погладил девушку по холодной щеке.

— Все будет хорошо! — пообещал он — Я попробую что-нибудь сделать.

— Если можно, побыстрее! — взмолилась она. — А то у меня очень скоро закончится запас слов и воздуха!

— Только постарайся меня не отвлекать! — попросил ее Александр. Мне нужно сосредоточиться…

— Хорошо! — пообещала ему Лукас. — Буду молчать как рыба, в которую, как мне кажется, я превращусь всего через пару минут!

Стюарт закрыл глаза, стараясь не замечать холодного водопада, который лился ему прямо на голов).

Он увидел полупрозрачные стены колодца, сквозь которые проникал его разум. Мелкие частички камня быстро расходились в стороны, пролетая мимо него сплошным метеоритным дождем…

Вот и свет. Александр вырвался на свободу, в воздушное пространство полутемной комнаты, освещенной лишь слабым мерцанием единственной лампы.

Никого вокруг. Лишь мутная струя воды, которая хлестала из крупного отверстия в стене Стюарт рванулся к ней и на огромной скорости вошел в дыру, пробиваясь сквозь пенившийся поток. Он вихрем промчался по толстому напорному шлангу и оказался между бешено вращавшихся лопастей насоса, которые засасывали воду из огромного пожарного водоема Протиснувшись через твердый металл, он медленно пополз вдоль электрических проводов, ведущих в соседнее помещение. Еще один рывок сквозь толстую каменную стену, и он оказался в корпусе выключателя, остановившись перед двумя контактами с нависшей над ними перемычкой.

— Отличная работа! — прозвучал в его голове довольный голос медиума. — Я знала, что у тебя это получится.

— И что мне делать дальше? — подумал Александр, стараясь не потерять из вида выключатель.

— Это уже мои проблемы! — ответила ему Франческа. — Я дух, а это не пустые слова!

Стюарт увидел, как металлическая скоба, раскачавшись, пришла в движение и, вспыхнув в пламени электрической дуги, намертво приварилась к контактам…

— Александр! — послышался удивленный голос Джесики. — Извини, что отвлекаю, но наш потоп закончился.

— Я уже в курсе! — ответил ей Стюарт. — Но тебе придется набраться терпения и дать мне еще несколько минут.

— Теперь ты можешь распоряжаться моим временем, пока я не превращусь в безмолвный кусок льда, — пошутила заметно повеселевшая девушка.

— Надеюсь, что наше освобождение наступит немного раньше! обнадежил ее Александр и обратился к медиуму.

— А что делать теперь?

— Нам придется повторить все с самого начала! — ответила ему Франческа. — Но на этот раз мы займемся электронным замком решетки…

* * *

Стюарт шел по коридору сектора «В» вдоль опустевших клеток с открытыми дверцами. Остановившись на мгновение перед одной из них, он нагнулся и едва не присвистнул от удивления: мощный электронный замок был выломан вместе с засовом.

«Похоже, у этих парней возникают трудности только с бронированными стенами! — подумал он. — Интересно, а где они сейчас?»

— Макс ковыряется в электронных схемах тюрьмы, девять мутантов обыскивают снежные сугробы вокруг станции в поисках шахты звездолета, а десятый все еще пытает майора Гранта! — прозвучал голос Франчески.

— Откуда ты все это знаешь? — удивился Александр.

— Ты же сам разрешил мне использовать все имеющиеся у меня способности! — ответила ему медиум.

— Да, но не забывай, что уговор шел только о чрезвычайных ситуациях, когда мне действительно угрожает опасность! — возразил Стюарт. — Я не могу все время ходить с говорящим попугаем в голове, так ведь можно и рехнуться!

— Тебе виднее! — обиделась Поло. — Если ты считаешь, что в настоящий момент моя помощь не нужна, то я замолкаю, а ты можешь и дальше идти по коридору на цыпочках.

— Прости, я не хотел тебя огорчить! Я так привык во всем полагаться только на себя, что мне будет нелегко смириться с подобной опекой.

— Не нужно ложной скромности, Александр! Все, что ты делал до сегодняшнего дня, было просто великолепно Можешь мне поверить, вряд ли кто-нибудь другой на твоем месте смог бы повторить подобное!

— Ты мне льстишь, плутовка! — усмехнулся Стюарт. — Сознайся: тебе просто надоело дремать во мне без дела и ты хочешь показать, на что способна!

— Да, я сильно соскучилась по человеческой жизни со всеми ее трудностями, — ответила ему Франческа. — Но даю тебе слово медиума: как только битва с вирусом будет завершена, я покину тебя и больше никогда не напомню о своем существовании.

— Прекрасная перспектива! — огрызнулся Александр. — Одно из двух: или я погибну до этого момента, или так никогда и не обрету душевного спокойствия.

— Только не надо плакаться в жилетку! — съехидничала Поло. — Утри слезы и займись монстром, который пытает майора Гранта. Вам с Джесикой нужно срочно покинуть Джейл-5 на спрятанном звездолете. К сожалению, я не имею ни малейшего понятия, где он может находиться, так что тебе придется рассчитывать на свои собственные силы, которыми ты так сильно гордишься. Но не вздумай сцепиться с Максом, пользы от этой встречи не будет! Он — единственный мутант, который знает, на что идет… Кстати, у входной двери в сектор «А» лежит мертвый охранник с автоматом и практически полным боекомплектом в ранце…

Александр оглянулся и помахал Джесике рукой. Она приблизилась к нему, дрожа от страха и холода. Мокрый медицинский комбинезон плотно облегал ее стройное тело, подчеркивая его изящные линии.

— Нашел время девочками любоваться! — прозвучало в голове Стюарта. — Сейчас же займись делом, а то у вас возникнут серьезные проблемы! Максу надоело торчать в аппаратной комнате, и он пошел на поверхность возглавить раскопки. Он в любую минуту может повернуть назад, чтобы посмотреть на затопленную комнату, и тогда вам обоим конец. Вы не сможете устоять вдвоем против одиннадцати чудовищ…

Александр и Джесика почти бегом добрались до входной двери, ведущей в сектор «А». Стюарт переступил через высокий порог открытого люка и тотчас отпрянул назад, оттолкнув девушку в сторону.

— Тебе туда нельзя! — заявил он.

— Почему? — удивилась Джесика, пытаясь заглянуть в дверь из-за его плеча.

— Я не хочу, чтобы ты это видела! — отрезал Александр, прислонив ее спиной к стене. — Хоть ты и врач, но это зрелище не для женщины!

— Но я могу хотя бы узнать, что там такое? — заупрямилась Лукас.

— В этом помещении они собрали всех, кто еще был жив после нападения и устроили в нем настоящую резню, — сообщил ей Стюарт. — Я не думаю, что мы сможем пройти через коридор, не утонув по колено в крови. Придется пробираться в обход по боковому тоннелю. Но я должен зайти туда, чтобы забрать оружие.

Сказав это, он повернулся и исчез за дверью. Джесика пожала плечами и, подкравшись к входу, осторожно заглянула внутрь.

Длинный коридор между открытыми клетками был завален кучами набросанных друг на друга истерзанных тел, словно какой-то гигантский мясник в пьяном угаре вывалил на пол содержимое своей корзины. Потоки стекающей крови слились в одно огромное озеро, уже начинающее засыхать и протянувшее свои мелкие заливы почти до самой двери. Прямо среди них спиной к входу сидел Стюарт, оттирая рукавом солдатского мундира подобранный с пола автомат. Тщательно осмотрев оружие, он вытащил из окровавленной сумки несколько гранат и два магазина с патронами и рассовал боеприпасы по карманам своего тюремного комбинезона. Затем он поднялся на ноги и направился к выходу.

Весь этот немыслимый кошмар поплыл перед глазами девушки, и она медленно сползла на пол у входной двери…

Джесика очнулась от оплеух, которыми ее щедро одаривал Александр.

— Ну что, ты этого хотела? — спросил он сердито. — Неужели ты думаешь, что мне самому не хотелось грохнуться прямо на пол и поблевать в свое удовольствие? Еще как хотелось! Именно поэтому я и просил тебя не совать туда свой любопытный носик! Обещай, что впредь ты будешь слушаться меня беспрекословно до тех пор, пока мы не выберемся из этой идиотской истории.

— Если бы ты пообещал мне то же самое, я была бы безумно счастлива! — послышался голос Франчески.

— Да вы что, сговорились между собой? — рассердился Стюарт — Мне нужно искать звездолет, а вместо этого я стараюсь угодить двум не в меру привередливым особам, причем одна из них сидит у меня в голове, словно заноза!

— Если ты думаешь, что это комплимент, то он не удался! — обиделась медиум. — Между прочим, пока мы тут спорим, майор Грант в любую минуту может отдать Богу душу!

— Спасибо за поддержку! — огрызнулся Александр.

— Окажи мне одну услугу: помолчи хотя бы пять минут, а то у меня уже голова от тебя раскалывается…

Пробравшись по коридору, он остановился у приоткрытой двери и осторожно заглянул в караульное помещение. Связанный начальник тюрьмы лежал в разорванном кителе прямо на полу, а склонившаяся над ним черная получеловеческая тварь делала очередной разрез своим острым когтем на его багровом животе.

— Сто пятьдесят седьмой! — прохрипело чудовище.

— Интересно, шеф, что произойдет раньше: ты перестанешь сопротивляться вирусу и превратишься в одного из нас, или умрешь от потери крови? Удивительный у тебя организм: я сделал уже полторы сотни глубоких порезов, а ты все еще дышишь!

Стюарт отвернулся от этой тошнотворной картины, стараясь не выдать своих чувств. Возвратившись в коридор, он кивком головы подозвал к себе Джесику.

— Тебе придется выманить этого парня из комнаты, — сообщил он. — Я не могу стрелять в него прямо сейчас, иначе попаду в майора Гранта.

— А это неплохая идея! — воскликнула девушка. — Кажется, у рыбаков это называется ловлей на живца.

— Я знал, что тебе это придется по вкусу! — сказал Александр. Все, что нужно сделать, это привлечь его внимание, а затем vдрать в конец коридора…

— Еще чего! — возмутилась Джесика. — А если ты в него не попадешь, или твои выстрелы не окажл т должного эффекта? Что мне тогда прикажешь делать? Бегать крчгами по всей тюрьме, пока эта тварь не выдохнется?

— Если хочешь, мы можем поменяться местами! — невозмутимо ответил Стюарт. — Но в таком случае у тебя не будет возможности сбежать, если ты промахнешься!

— Что мне в тебе нравится, Александр, так это твоя способность трезво смотреть на вещи! — съязвила Лукас.

Обворожительно улыбнувшись, она повернулась к нему спиной и смело пошла по коридору в сторону караульного помещения. Стюарт спрятался за угол ведущего в соседний отсек тоннеля и передернул затвор автомата. Затем, подумав, он достал из кармана пару снарядов и вогнал их в ствол гранатомета…

Джесика развязной походкой приблизилась к открытой комнате и встала в дверях, похлопывая себя рукой по бедру.

— Привет, красавчик! — сказала она. — Я приглашаю тебя отдохнуть на рюмочку виски с приятной музыкой!

Не дожидаясь ответа, она развернулась и неторопливо ушла в глубь коридора, игриво покачивая бедрами.

Она удалилась уже на пятнадцать ярдов, когда до бывшего террориста дошло, что это был их тюремный врач. Взревев от ярости, он сорвался с места и вылетел из комнаты прямо на стоявшего с автоматом Александра.

Вспышки огня и грохот выстрелов разорвали полумрак коридора. Пули настигли чудовище во время прыжка и отбросили его далеко назад, уронив на пол. Стюарт опустил ствол автомата и застыл в ожидании…

Прошло несколько секунд, и монстр медленно встал, протянув когтистые лапы навстречу опасности. Обычные пули не нанесли ни малейшего вреда его бронированной коже.

Александр ждал, широко расставив ноги и направив автомат на мчавшуюся черную тварь. Она приближалась с каждым ударом своих быстро мелькающих лап и оказалась уже в семи ярдах от Стюарта, когда тот нажал на курок гранатомета. Прозвучал мощный взрыв и чудовище исчезло в вихре охватившего его пламени…

* * *

Джесика рылась в огромном стенном шкафу, выбрасывая на пол его содержимое в поисках медицинской аптечки. Крупные соленые капли текли по ее щекам За два года работы на Джейл-5 она успела привязаться к своему шефу и теперь не могла спокойно смотреть, как он умирает на ее глазах.

Майор Грант лежал на пластиковом полу, истекая кровью и судорожно хватая воздух ртом. Рваные края офицерского кителя открывали жуткий вид на его изуродованное пытками тело, которое превратилось в сплошную рану.

— Стюарт… Вам с Джесикой нужно срочно улетать. — Алан говорил с большим трудом, делая длинные паузы между словами. — Связь с Землей прервалась почти трое суток назад, так что в любую минуту сюда может нагрянуть спецотряд… Вряд ли эти парни станут разбираться в том, кто виновен в этом кровавом побоище… Скорее всего, они разнесут этот астероид на куски после первой же стычки с мутантами!

Александр опустился на колени и попытался приподнять грузное тело майора.

— Не трать время впустую! — остановил его Алан. — Я уже покойник счет пошел на минуты… В моем рабочем кабинете есть старинный стол из красного дерева… Я дорожил этой вещью больше всего на свете… Именно поэтому я спрятал в него пульт управления… Выход в тоннель к звездолету начинается у меня в кабинете… Запомни девятизначный код, который тебе нужно набрать на пульте: два… пять…

— Александр! — прозвучал в голове Стюарта встревоженный голос медиума.

Он отмахнулся от Франчески, как от назойливой мухи:

— Нашла время!

— семь… — медленно произносил майор Грант. — Один…

— Стюарт!

— Заткнись, старая ведьма! — проворчал Александр.

— девять…

— Сзади опасность! — выкрикнула медиум.

Одним прыжком Стюарт отлетел к стене и, упав на пол, повернулся к открытой двери. Очередь автомата вошедшего в комнату монстра пропорола тело майора и Медленно поползла к Александру…

Неожиданно он увидел пули, — неторопливо плывущие в воздухе, вгрызающиеся в пластиковый пол и отскакивающие от него в противоположный конец помещения. Они не спеша приближались к нему и Стюарт вдруг почувствовал, в каком бешеном ритме бьется в груди его собственное сердце. Краем глаза он заметил Джесику, нашедшую, наконец, не нужную уже аптечку, которая повисла в воздухе между ее руками.

«Черт возьми, эта бестия растянула мое время!» — догадался он.

Нагнувшись, Александр подхватил с пола оброненный автомат и, передернув затвор гранатомета, вогнал в него очередной снаряд.

Пули неслись к нему с пронзительным воем, словно встревоженный рой пчел в поисках разорившего улей врага…

До них оставалось чуть более полутора ярдов, когда Стюарт нажал на курок своего гранатомета. Он почувствовал сильный удар в плечо и увидел, как из ствола вылетел, вращаясь вокруг собственной оси, небольшой остроконечный цилиндр, окруженный полупрозрачным облаком раскаленных пороховых газов. Послышался нарастающий рев. Он становился все громче и громче и неожиданно исчез, оставив после себя лишь неприятную боль в ушах.

«Звук выстрела!» — осенило Александра.

Он сел на полу, уставившись на летящий в монстра снаряд. Ему оставалось еще почти три ярда до цели, когда Стюарт сообразил, что автоматные пули настигнут его раньше. Он был прижат к стене и отрезан от остальной комнаты вереницей приближающихся смертоносных пчел. Бежать было некуда…

«У меня нет выбора! — решился Александр. — Я должен перепрыгнуть через них, иначе они сделают из меня решето!»

Он вскочил на ноги и, с силой оттолкнувшись от пола, подпрыгнул почти на четыре фута. Рой пуль пролетел прямо под ним, поцарапав пластик паркета и умчавшись к задней стене комнаты…

Жуткая какофония обрушилась на голову Стюарта. Здесь было все сразу и испуганный крик Джесики, и свист пуль, и мощный грохот взрыва. Он упал на пол, обливаясь потом и чувствуя, как его выворачивает наизнанку. И все же он нашел в себе силы, чтобы повернуть голову к двери и убедиться, что вместо вошедшего получеловеческого существа остались лишь забрызганные кровью стены.

Топот бегущих по коридору ног заставил его вскочить. Толкнув подбежавшую Джесику на пол, он с третьей попытки выхватил из запутавшегося кармана гранату и, размахнувшись, бросил ее в открытую дверь.

Огненный вихрь ворвался в комнату Грохот взрыва еще не затих в ушах, когда Александр одним рывком поднял девушку с пола и, поставив ее на ноги, увлек за собой в окутанную дымом неизвестность…

Они пробежали по темному коридору всего пять ярдов, когда Стюарта схватило за левую ногу валявшееся на полу чудовище. Вцепившись мертвой хваткой в ботинок, оно волочилось за ним бесформенным куском, состоящим из головы, руки и части разорванного пополам туловища. Джесика хотела броситься на помощь, но Александр остановил ее взмахом ладони Свободной правой ногой он стал пинать вцепившуюся в него лапу, пока не понял, что тварь уже сдохла, захлопнув его ступню в капкан.

Стюарт сел прямо на каменный пол, тщетно пытаясь разжать скрюченные пальцы чудовища. Это не помогло. Выругавшись, он воткнул ствол автомата прямо в центр удерживающей его ладони и, передвинув рычаг на одиночный огонь, нажал на спусковой крючок. Прозвучал оглушительный выстрел, который сбил с него капкан вместе с ботинком. Александр прикусил губу, чтобы не закричать от боли — его ступню поцарапали острые когти чудовища.

— Ты как? — спросила его побледневшая Джесика — Бежать сможешь?

— Попробую! — Стюарт постарался изобразить на лице улыбку. — Не оставаться же здесь, очень уж публика неблагодарная… Нам нужно как можно быстрее добраться до кабинета майора Гранта. Насколько я помню, он представляет собой неприступную крепость с толстой бронированной дверью. Если эти твари еще не разломали стол, мы найдем в нем пульт управления.

— И что дальше? — поинтересовалась у него Лукас. — Алан успел сообщить только пять цифр кода. Потребуется целая вечность, чтобы найти нужную комбинацию.

— Давай сначала доберемся до пульта, а там будем решать, что с ним делать! — перебил ее Александр.

Надев на раненую ногу ботинок, он ослабил его застежки и обратился к медиуму:

— Франческа! Молчание.

— Поло!

Никакого ответа… — Ну, где же ты! — взмолился Стюарт.

— Прости, Александр, но в настоящий момент твоей жизни ничего не угрожает! — сообщила ему медиум. — Если это произойдет, я обязательно тебя предупрежу!

— Не сердись, я вел себя как последний мальчишка! Мне нелегко привыкнуть к мысли, что я теперь не один. Грант не успел сообщить мне четыре цифры кода, а без них я не смогу открыть потайную дверь. Что же мне делать?

— Ты уже дал Джесике исчерпывающий ответ по этому вопросу! напомнила Поло. — Вот и следуй ему сам…

Стюарт, прихрамывая, мчался по темному коридору, замирая перед каждым крутым поворотом. Осторожно выглянув из-за угла, он кивком головы подзывал к себе девушку и бежал дальше.

«Пульт! Что делать с пультом? — сверлила его голову неугомонная мысль. — Вот тебе и сложное математическое уравнение с четырьмя неизвестными! Как сказала Джесика, нужно потратить целую вечность на его поиски. А у нас, в лучшем случае, лишь пять-десять минут. Похоже, эти уроды побросали свои бессмысленные раскопки и возвращаются назад В любую минуту они могут напасть на нас и тогда…»

— Ложись! — послышался встревоженный голос медиума.

Где-то сзади прозвучала автоматная очередь, освещая коридор яркими вспышками. Александр поймал Джесику за руку и увлек ее на пол. Пули со свистом пронеслись над их головами, выбив искры и куски щебня из каменной стены.

Лежа на полу, Стюарт передернул затвор гранатомета и загнал в него последний снаряд. Откатившись на пару футов назад, он прицелился в ослепительное пятно выстрелов и нажал на курок, а затем, резко перевернувшись, накрыл своим телом девушку.

Пол содрогнулся от чудовищной силы взрыва. Облако дыма и пламени взметнулось вверх и гигантским огненным драконом расползлось во все стороны. Какой-то массивный предмет просвистел в воздухе и с глухим стуком упал рядом с ними. Лукас повернула к нему лицо и закричала от ужаса — прямо перед ней, выпучив мутные белые глаза, лежала уродливая получеловеческая голова. Совершенно лысый черный череп украшали с боков два остроконечных уха. Крупный нос с двумя дырами ноздрей переходил в огромную пасть, утыканную загнутыми вовнутрь зубами, с которых капала темная слизь…

— Вставай! — Александр, нагнувшись, тряс Джесику за плечо и кричал ей прямо в ухо: — Выходи из этого шока! Они возвращаются и, если мы не успеем добежать до кабинета начальника тюрьмы, то нам обоим конец!

Перепуганная девушка сидела на полу, отползая от уставившейся на нее головы и по-детски всхлипывая.

— Да не смотри ты на этого слизняка! — Стюарт изо всех сил пнул голову ногой, и она, словно футбольный мяч, полетела во мрак коридора. — Нам нужно бежать, детка!

Он поднял Джесику на руки и, сильно прихрамывая, быстрым шагом пошел вдоль правой стены. Автомат болтался на ремне за спиной, больно ударяя его по лопаткам…

Наконец, глаза девушки приобрели оттенок разума, и она вырвалась из рук Александра, уверенно встав на ноги.

— Я уже в полном порядке! — сообщила она. — И никогда, слышишь, никогда не смей называть меня деткой!

— Хорошо! — усмехнулся Стюарт. — Я знал, что это словечко приведет тебя в чувство! Мы уже почти у цели: кабинет майора Гранта находится за этим тоннелем…

* * *

Перешагнув через порог и закрыв за врачом толстую бронированную дверь, Александр замер, удивленно оглядываясь по сторонам. В кабинете начальника тюрьмы стоял настоящий первобытный хаос, если только это слово хоть как-то характеризовало валявшиеся на полу обломки. Перевернутое вверх дном кожаное кресло Гранта было изрезано на длинные тонкие полоски, словно кто-то из бывших заключенных проверял на нем остроту своих отросших когтей. Стола не было и в помине, — от него осталась лишь бесформенная куча щепок.

— Вот вам и выход! — прошептала Джесика, бессильно опускаясь прямо на пол. — Теперь можно открыть дверь и позволить им оторвать наши головы…

— Я бы не стал так торопиться! — ответил ей Стюарт. — Это довольно мучительная смерть и ее лучше приберечь напоследок.

Нагнувшись, он подобрал с пола крупный кусок красного дерева, который еще совсем недавно был ножкой антикварного стола ручной работы. Глухой удар во входную дверь заставил его обернуться. Он посмотрел на Джесику и прочел в ее глазах неприкрытый испуг.

Стук все усиливался, словно кто-то, находившийся снаружи, решил взломать бронированную дверь прикладом автомата…

Наконец все смолкло.

Александр сделал шаг навстречу сидевшей на полу девушке и протянул ей руку. Она вскочила на ноги и бросилась ему на шею. В дверь забарабанили автоматные пули.

Стюарт усмехнулся и крепко прижал Джесику к себе, погладив ее по волосам, словно ребенка.

— Не бойся, дорогая! — прошептал он. — Мы будем здесь в полной безопасности до тех пор, пока не умрем от голода.

— Или пока они не найдут, чем взорвать эту дверь! — закончила за него Лукас.

— Этот вариант тоже не исключен. — заметил Александр — Хотя и маловероятен, если судить по толщине металла, из которого она изготовлена…

Его слова потонули в грохоте раздавшегося за броней взрыва. Дверь вздрогнула и в ее толстом металлическом каркасе появилась едва заметная щель.

— Похоже, эту часть тюрьмы тоже делали заключенные! — пошутил Стюарт, разглядывая полученный результат. — Не хочу тебя расстраивать, но, возможно, ты и права.

— Уж лучше бы я ошибалась! — огрызнулась девушка. — Может, ты все-таки прекратишь любоваться этой злосчастной дверью и займешься поисками пульта!

— Где? Ты же сама видишь: от стола Гранта остались лишь мелкие щепки. Эти твари нашли пульт и забрали его в надежде, что смогут в нем разобраться.

— Я так не думаю! — возразила Джесика. — Насколько я знаю своего шефа, он не мог не предусмотреть такой возможности!

— Почему ты так решила? — спросил ее Александр, стараясь перекричать грохот второго взрыва.

— Когда меня отправляли на Джейл-5, я наводила о нем справки у своих немногочисленных друзей на Земле, — ответила Лукас. — Он несколько лет прослужил секретным агентом ЦРУ и стал начальником тюрьмы только из-за провала какой-то серьезной операции.

— Так вот почему он говорил, что попал сюда не по своей воле! воскликнул Стюарт. — Если он сумел спрятать пульт внутрь деревянной детали стола, а не просто в пространство между стенками, тогда эти уроды могли его и не найти — они ведь крушили все подряд, а не искали конкретную вещь… Подбирай все крупные щепки, что сможешь найти и передавай их мне.

Прозвучал еще один взрыв, сбивший их с ног.

— Проклятье! — выругался Александр, поднимаясь с пола и отряхивая свой комбинезон от мусора. — Похоже, этих монстров нет особых проблем со взрывчаткой! — Наверное, они добрались до оружейного склада, — сообщила ему Джесика. — Хотя его может открыть только капитан Рассел.

— Мою дверь тоже мог открыть только он! — возразил Стюарт. — Но, как выяснилось, его оторванная рука вполне успешно справилась с этой нелегкой задачей. — Тогда в их распоряжении будет все, что они пожелают, — заметила девушка, поднимая с пола крупные щепки. — Подожди, я, кажется, что-то нашла! у Она протянула Александру сломанную ножку стола. Он взял ее в руки и, внимательно осмотрев со всех Сторон, заметил неприметное крохотное отверстие в ее толстом основании.

— Мне нужна длинная иголка или что-нибудь тонкое и острое! произнес он, оглядываясь по сторонам. — Я хочу попробовать воткнуть ее в это отверстие…

Мощный взрыв за стеной маленьким облаком дыма ворвался в комнату. Стюарт подошел к прогнувшейся бронированной двери, недовольно покачивая головой. Металлический каркас отошел от стены, приоткрыв крупную щель, сквозь которую просачивались струйки серого дыма. Вырванный взрывом кабель электропроводки свисал вниз, ощетинившись пучком торчавших во все стороны хромированных проводов.

— Эврика! — воскликнул обрадованный Александр.

Он перекрутил несколько раз толстую нить провода и, отломив ее, повернулся к двери спиной. И сделал всего один шаг, когда пол под ногами, зашатавшись, ударил его в лицо…

Стюарт открыл глаза и увидел над собой озабоченное лицо Джесики.

— Слава богу, ты пришел в себя! — обрадовалась она.

— Дверь вот-вот рухнет и я уже стала подозревать, что мне придется отбиваться от этих чудовищ в одиночку.

— Не волнуйся, дорогая! — успокоил ее Александр.

— Из нас двоих они сожрут меня первым. Так что у тебя еще есть возможность сбежать и лишить их десерта!

Он поднял свою голову и, не в силах сопротивляться возникшему чувству, поцеловал девушку в губы. Она не отстранилась и, закрыв глаза, тихо прошептала:

— Похоже, ты и сам не прочь полакомиться! Может, оставим это на потом, а пока попробуем разобраться с пультом, если только он и в самом деле существует.

— Не возражаю! — согласился с ней Стюарт.

Присев на поду, он взял в руки сломанную ножку стола и осторожно вставил острый конец проволоки в отверстие. Прозвучал еле слышимый скрип. Часть полированной деревянной поверхности отошла в сторону и на ладонь Александра упала тонкая пластиковая карточка величиной полтора на два дюйма Он поднес ее поближе к глазам, разглядывая многочисленные мелкие кнопки и крохотный экран.

Закончив осмотр, он нажал на кнопку «Включение».

Экран загорелся надписью: «Введите пароль!»

Клавиши были слишком малы, поэтому Стюарт поднял с пола тонкую щепку и надавил на кнопку с изображенной на ее поверхности двойкой.

На дисплее возник вопрос: «Вы согласны на занесение в код пароля цифры два?».

Помедлив, Александр нажал на кнопку подтверждения.

Экран подмигнул и выдал: «Введите вторую цифру пароля!»

Стюарт ввел пять, затем, после повтора всей процедуры, — семь, один и девять. После ввода девятки — последней известной ему цифры, он остановился и стал ждать….

Прошло несколько секунд и на дисплее загорелось: «У Вас осталась одна минута для ввода оставшихся четырех цифр! В случае отказа или нажатия неверной кнопки пароль аннулируется и пульт подлежит уничтожению!»

— Дьявол! — вскричал Александр. — Вот этого я и опасался больше всего. Эта штука слишком умно сделана, чтобы ее можно было обмануть простым подбором кода!

Он равнодушно смотрел на экран, который отсчитывал последние секунды. Их оставалось всего семь, когда электронное табло секундомера исчезло и показалась цифра три. Последовал запрос, тройку сменила восьмерка, а затем четверка и ноль…

Дисплей вспыхнул зеленым светом и на нем появилась надпись: «Пароль принят! Вы получили доступ ко всем системам тюремного комплекса „Джейл-5“. Выберите интересующую Вас информацию:

1. Электрические схемы комплекса.

2. Термоядерный реактор.

3. Искусственная гравитация.

4. Доступ в базы данных главного компьютера.

5. Экстренная эвакуация персонала.

6. Прочие возможности».

Александр уставился на экран, словно трехлетний ребенок на новейшую модель реактивного истребителя. Проглотив подступивший к горлу ком, он обратился к Поло:

— Если я правильно понял — это опять твои чудеса?! Но ведь майор Грант умер, так и не успев сообщить мне последние четыре цифры. Откуда они известны тебе?

— Пули попали в тело, а не в голову! — напомнила ему медиум. Человеческий мозг не умирает мгновенно, а продолжает жить до тех пор, пока в нем не происходят необратимые процессы из-за кислородного голодания тканей. Но даже после его смерти какое-то время еще остается биополе, которое несет в себе основную информацию… Впрочем, я уже и так слишком многое тебе рассказала. Вам с Джесикой следует поторопиться: через пару минут эта хлипкая дверь уже не будет являться препятствием!

Стюарт вдавил щепкой цифру «пять».

Пол под его ногами задрожал и стал опускаться вниз, образуя крутую лестницу из полированных плит. Александр, оказавшийся на грани одной из них, не удержал равновесия и, взмахнув руками, кубарем покатился вниз, едва не выронив по дороге пульт.

Вскрикнув от удивления, Джесика устремилась вслед за ним, перепрыгивая через несколько ступенек. Спустившись на десять ярдов, она помогла Стюарту подняться, и они пошли, пригибая головы, по низкому каменному тоннелю, освещенному протянутым по его потолку тусклым световым жгутом.

Затхлый воздух коридора отдавал сыростью, а изъеденные трещинами мокрые стены были покрыты толстым слоем плесени.

— Они специально не стали подводить сюда вентиляции, чтобы не рассекретить местоположение корабля, — пояснил девушке Александр. — Скорее всего, этот крейсер полностью автономен, включая запасы воздуха, воды и продовольствия. Именно по этой причине никто из офицеров тюрьмы и заключенных никогда его не обслуживал.

— Ты не боишься, что он может оказаться непригодной к полету жестянкой? — взволнованно спросила Джесика. — Ведь этот корабль должны были поставить сюда еще до появления первых заключенных.

— Это не важно! — успокоил ее Стюарт. — Запаса энергии на звездолетах при отключении его основных рабочих систем хватит как минимум на сто двадцать лет. Меня беспокоит другое — как мы попадем внутрь корабля?

Казавшийся бесконечным сумрачный коридор вспыхнул вдалеке крохотным белым пятном, которое все росло и росло, пока не превратилось в гигантский бетонный бункер. В свете прожекторов перед изумленными беглецами предстал огромный крейсер, покрытый толстым слоем нетронутой пыли. Его ощетинившийся антеннами корпус почти задевал металлические плиты, закрывавшие выход на поверхность астероида.

Александр поднял голову вверх, любуясь звездолетом.

«Вот это махина! — подумал он. — Пожалуй, оторваться на нем от погони не составит особых проблем, но вот скрыть такую громадину в космосе не удастся. С тем же успехом можно прятать Статую Свободы!»

Стюарт обошел корабль вокруг в поисках шлюза, но так его и не обнаружил. Тогда, повинуясь интуиции, он приблизился вплотную к корпусу и прикоснулся рукой к его пыльной поверхности. Раздался приглушенный рокот. В пяти ярдах от него большая полукруглая плита отошла в сторону и плавно опустилась на бетонный пол бункера, приоткрыв освещенный вход, в котором чернело отверстие люка.

— Поторапливайтесь! — прозвучало в голове Александра. — Дверь в кабинет начальника тюрьмы уже взорвана и через несколько секунд мутанты будут здесь!

Стюарт повернулся к Джесике и, схватив ее за руку, потащил за собой на корабль. Они взбежали по крутым ступенькам трапа и уже спрыгнули в шлюз, когда из темной дыры тоннеля загрохотала автоматная очередь. Пули просвистели всего в двух футах от них, вдребезги разбив стекло одного из висевших у входа гермошлемов.

Александр изо всех сил толкнул девушку в спину, и она перелетела через порог внутреннего люка, упав в коридор корабля. Стюарт едва успел укрыться за угол металлического шкафа, в который тотчас забарабанили автоматные пули. Он оказался в ловушке, отделенный от спасительного внутреннего люка пятью ярдами, которые находились под непрерывным огнем мутантов.

Осмотрев оружие и, убедившись, что гранатомет пуст, Александр порылся в кармане своего комбинезона и вытащил из него последнюю гранату. Дождавшись, когда визгливый стук от пуль по металлу прекратился, он осторожно выглянул наружу.

Двое монстров бежали к трапу корабля, третий только выскочил из тоннеля. Повернувшись к внутренней двери звездолета, Стюарт крикнул Джесике:

— Закрой входной люк! Его кнопка должна быть где-то рядом с тобой… Поторопись, у меня осталась последняя граната!

Девушка кивнула ему головой и исчезла в глубине коридора.

Секунды застучали в висках Александра оглушительным грохотом тяжелых космических башмаков. Он выглянул из своего укрытия, но леденящий душу визг пуль заставил его вновь спрятаться за шкафом…

Наконец, рокот электромоторов дал ему понять, что люк поднимается вверх. Стук пуль по металлу прекратился — приподнявшись, трап перекрыл монстрам сектор обстрела.

Стюарт выскочил из-за шкафа и, размахнувшись, бросил последнюю гранату прямо на ступеньки трапа, по которым уже карабкались зловещие черные фигуры. Они заметили его слишком поздно. Огненный вихрь разорвал их тела в тот самый момент, когда они направили на него стволы своих автоматов.

Клубы едкого дыма заполнили все пространство шлюза, и Александр, закашлявшись и выронив бесполезное оружие, бросился в коридор корабля, так и не дождавшись, когда люк окончательно захлопнется…

* * *

Огромная металлическая дверь кабины управления разошлась в стороны, и беглецы упали в высокие кресла пилотов, пытаясь отдышаться после бешеной гонки по длинным коридорам и лестницам.

— Ты уверен, что сможешь им управлять? — спросила Джесика, разглядывая обилие приборов и кнопок.

— Да! — ответил ей Александр. — Меня учили летать на всех типах кораблей, в том числе и на военных А это очень крупный боевой крейсер.

— Значит, на нем должно быть мощное вооружение, чтобы разнести этот астероид в клочья! — обрадовалась девушка. — Не пора ли нам поменяться местами и объявить этим уродам настоящую войну?

— Сейчас посмотрим, — сказал Стюарт и щелкнул тумблером главного компьютера.

Приборы на пульте ожили, перемигиваясь разноцветными лампочками. Низкий гудящий звук ударил в уши, а затем сменился ровным пением проснувшейся электроники. Покрытый пылью обзорный экран мигнул и засветился, отражая сильно увеличенную панораму бетонного бункера. Вокруг корабля не было ни души и только у его основания валялись исковерканные взрывом черные останки мутантов.

В правом верхнем углу дисплея загорелся список основных команд. Пальцы Александра забегали по клавиатуре: «Вывести на экран полный перечень вооружения и его запасы!»

Прозвучал короткий звуковой сигнал и перед ним появилась огромная таблица, заполненная сплошными нулями.

— Дьявол! — вскрикнул он со злостью в голосе. — Эти умники на Земле решили перестраховаться и сняли с крейсера вооружение, оставив лишь лазерные противометеоритные пушки. А с их мощностью не может быть и речи ни о каком уничтожении астероида. В лучшем случае, мы только лед на нем растопим!

— Но мы не можем оставлять здесь этих чудовищ! — возмутилась Джесика. — Неужели не найдется какого-нибудь способа превратить этот кусок замерзшего камня в пыль?

— Попробую поискать, — ответил Стюарт, доставая из кармана пульт.

Включив питание, он выбрал раздел «Доступ в базы данных главного компьютера» и послал запрос: «Вывести на экран все имеющиеся возможности уничтожения тюремного комплекса!»

Дисплей мигнул пару раз красным светом и выдал: «Тюремный комплекс „Джейл-5“ является устойчивым объектом и не имеет устройства самоуничтожения ни прямым, ни косвенным способом!»

— Врешь! — огрызнулся Александр. — Все созданное руками человека обладает такой возможностью — именно в этом кроется великая ошибка прогресса! Даже если в комплексе не установлено взрывное устройство, то есть еще термоядерный реактор.

Он подвел курсор к соответствующему разделу и нажал на кнопку ввода. На дисплее загорелась надпись:

«Реактор работает в экономном режиме.

Выдаваемая мощность — 25 %. Возможные изменения в программе:

1. Снижение мощности до минимальной величины (10 %).

2. Рабочий режим (50 %).

3. Выход на максимальный уровень (95 %)».

Немного подумав, Стюарт послал запрос: «Требую прямого доступа в систему электронного управления термоядерным реактором!»

Экран вспыхнул красным светом и изрек: «Доступ запрещен!»

— Черт! — проворчал Александр. — С детства обожаю эти компьютерные игры-головоломки! Никогда не знаешь, где спрятан ключ, пока он не падает тебе прямо на голову… Попробуем поискать в другом месте.

— А ты не боишься, что пока мы тут сидим, эти твари заберутся на наш корабль? — прервала его Джесика.

— Нет, — успокоил ее Стюарт. — Я задал главному компьютеру рабочую программу — отслеживать малейшее движение за пределами звездолета. Если снаружи кто-то появится, то я узнаю об этом первым!

— И что ты будешь с ними делать? — со смехом в голосе поинтересовалась Лукас. — Погрозишь им пальцем или выплеснешь на них чашечку горячего кофе?

— Я включу двигатели корабля на прогрев и приготовлю из них праздничное рагу по случаю нашего отлета! — ответил ей Александр и мысленно обратился к Поло.

— Мне нужна твоя помощь!

— Так скоро? — удивилась медиум. — Я вся внимание!

— Я не могу сейчас отвлекаться! Попробуй проникнуть в систему термоядерного реактора и выяснить, что может дать сбой в его работе Только ничего не трогай без моего разрешения!

Стюарт вновь включил пульт управления тюрьмой и открыл карту электрических схем комплекса. Отыскав среди них план реактора, он обнаружил электронный блок, который регулировал его рабочий режим в зависимости от мощности гравитационного поля.

«А ведь это выход! — подумал Александр. — Эта планета имеет ничтожно малую силу тяжести, которая компенсируется искусственной гравитацией. Если попробовать отключить это устройство, реактор должен отреагировать на резкое изменение гравитации сбоем в работе!»

Стюарт выключил карту электрических схем тюремного комплексам вошел в раздел «Искусственная гравитация». Оглядев перечисленные возможности, он послал запрос в главный компьютер: «Прошу дать прямой доступ в систему управления!»

Вспыхнувший зеленый свет показал, что подобная операция возможна.

— Александр! — прозвучало в его голове. — Вынуждена тебя огорчить. Я ничего не могу понять в этих запутанных лабиринтах трубопроводов и резервуарах с гелием. Зато я здорово зарядилась энергией…

— Рад за тебя! — перебил ее Стюарт. — Кажется, я нашел выход. Примерно в пяти ярдах от компьютера, управляющего стабильностью плазмы, находится электронный блок, который подключен к установке искусственной гравитации. Тебе нужно найти его и уничтожить, остальное я сделаю сам! Поторопись, пора уже взлетать. Просто удивительно, что к нам еще не пожаловали незваные гости!

Проникнув в систему команд главного компьютера, Александр заложил в него новую программу. Через десять минут тюремный комплекс Джейл-5 перейдет в режим перегрузок, в результате чего сила тяжести на планете в течение пятнадцати минут вырастет более чем в два раза. Термоядерный реактор будет переключен на максимальный режим работы и в него начнет поступать повышенное количество гелия и трития. Затем установка искусственной гравитации отключится и на астероиде наступит состояние, близкое к невесомости. Если к этому моменту электронный блок управления реактором будет выведен из строя, резкое падение силы тяжести на планете приведет к неконтролируемому изменению электромагнитного поля плазмы, вследствие чего произойдет термоядерный взрыв.

«Лишь бы мы успели к этому времени улететь как можно дальше от астероида!» — подумал Стюарт, нажимая на кнопку подтверждения ввода программы.

Экран пульта мигнул желтым светом и выдал количество оставшихся до начала операции секунд.

— Александр! — прозвучал довольный голос медиума. — Я нашла то, что ты просил и пережгла электрическую цепь блока. Если ты не возражаешь, я ненадолго отлучусь для заключительного осмотра тюремного комплекса.

— Хорошо! — ответил ей Стюарт. — Только не вздумай там застрять! Через девять минут наступят перегрузки, а мы должны улететь до этого времени. Я боюсь, что реактор может выйти из-под контроля еще до отключения установки искусственной гравитации.

— Не волнуйся! — успокоила его Франческа. — Ты забыл, что я — дух! Я смогу нагнать вас даже после того, как этот каменный шарик превратится в газовое облако…

Испуганный крик Джесики вывел Александра из транса. Он увидел ее широко открытые глаза и трясущуюся руку, которая указывала на что-то за его спиной.

Сильные пальцы схватили Стюарта за шею и, словно невесомую детскую куклу, одним рывком подняли из кресла. Его ноги повисли в воздухе, а в уши ворвался хриплый голос Макса:

— Я тоже хочу улететь на Землю, кэп! Только не делай такие удивленные глаза… Ты всегда был чересчур осторожен. Я знал, что ты не начнешь поиски звездолета, если все будет идти слишком гладко. И тогда у меня появилась гениальная идея разыграть небольшой спектакль с твоей персоной в главной роли… Я упрятал вас с сестренкой в колодец, чтобы затем инсценировать побег. Я держал для этой цели одного заключенного из сектора «С», пообещав оставить ему жизнь. Он должен был спасти вас в самый последний момент, но оказалось, что ты каким-то образом сделал это сам… Я продумал и подстроил абсолютно все: от трупа офицера с оружием и запасом гранат до подробного плана погони. Мои парни все время наступали вам на пятки и норовили пристрелить, несмотря на то, что я приказал им оставить вас в живых… Я вообще удивляюсь, как это все сработало! В тот момент, когда эти болваны, позабыв об осторожности, с пеной у рта бросились на штурм звездолета, я дождался взрыва твоей последней гранаты, чтобы незаметно проникнуть внутрь. Даже немного жаль, что это славная погоня так быстро закончилась… Должен признать — ты всегда был хорошим стратегом! Твоя ошибка заключалась лишь в том, что все, что ты делал, ты делал по моему сценарию… Ты был достойным противником, кэп, но как это и бывает на настоящей войне, побеждает сильнейший!

Вскочив на ноги, Джесика с диким криком набросилась на монстра, пытаясь разжать его руки. Он толкнул ее плечом, и девушка, пролетев через всю кабину, упала на пол.

Дьявольская черная маска и бездонные туманные дыры вместо глаз и изменили внешний облик Картера до неузнаваемости и только огромный косой шрам через все лицо, который достался ему по наследству от капитана «Дианы», напоминал о том, что это зловещее существо когда-то было штурманом. Но теперь все человеческое в нем исчезло, и оно стало безжалостным орудием убийства послушной марионеткой во власти проживающего в нем вируса…

Макс держал Стюарта за горло левой рукой, постепенно усиливая хватку, и тот почувствовал, как его позвонки начинают хрустеть от сдавливающих шею тисков. Правая рука чудовища, поднявшись вверх, стала стремительно приближаться к его горлу пятью острыми лезвиями когтистых пальцев.

— Александр! — прозвучал голос Франчески. — Мое время пришло. Я должна выполнить свое обещание!

Мощное фиолетовое пламя вырвалось из головы Стюарта и охватило тело монстра. Вспыхнув, он засиял ослепительно-белым светом и лопнул, словно огромный мыльный пузырь…

* * *

— Тебе не кажется, что пришло время объясниться? — спросила Джесика, разглядывая висевшее в кабине сизое облако дыма.

— О чем это ты? — прохрипел Александр, поднимаясь на колени и растирая пальцами изрядно посиневшую шею.

— Брось валять дурака! — обиделась девушка. — Вначале ты останавливаешь потоки воды в колодце, потом открываешь его железную решетку, а теперь превращаешь поймавшую тебя тварь в облако дыма! И все это — просто так, не шевельнув даже пальцем. Только не надо заговаривать мне зубы и придумывать какую-нибудь чепуху, вроде живущего в тебе духа!

— Хорошо! — усмехнулся Стюарт. — Но если ты так настроена по отношению к духам, мне будет довольно трудно рассказать тебе правду… И все же давай оставим это на потом, как ты сама любишь говорить! Сейчас нам нужно срочно улетать, иначе мы будем присутствовать на собственных похоронах в этом гигантском бетонном крематории.

Он бросил взгляд на пульт корабля и быстро вскочил на ноги, одним прыжком оказавшись в кресле пилота Пристегнув ремни, он, как сумасшедший пианист, забарабанил пальцами по клавишам панели управления.

— Что случилось? — поинтересовалась Джесика, опускаясь в соседнее кресло.

— Так, мелочи! — отшутился Александр. — Вот уже две минуты на астероиде увеличивается гравитационное поле.

— И что дальше?

— Через тринадцать минут установка искусственной гравитации отключится и произойдет термоядерный взрыв, — объяснил Стюарт. — Если мы до этого времени не успеем улететь на безопасное расстояние…

— То превратимся в облако раскаленной плазмы вместе с астероидом! закончила за него Лукас.

По корпусу корабля пробежала легкая дрожь — его турбины включились на прогрев. Бетонный пол бункера на экранах исчез, сменившись ярким свечением раскаленных газов, окруженных плотными облаками белого дыма.

Александр вновь застучал по клавишам и ввел в компьютер программу: «Убрать люк над звездолетом».

На дисплее показались огромные металлические плиты, закрывавшие выход на поверхность астероида. Между ними появилась небольшая щель, которая все расширялась по мере того, как плиты расходились в стороны под градом летевших сверху камней. Этот поток все увеличивался, пока не превратился в сплошной каменный ливень, забарабанивший по электромагнитному щиту корабля.

— Они спрятали крейсер под скалой! — воскликнул Стюарт. — Вот почему эти уроды так ничего и не нашли на раскопках. Идея неплохая, но что мы будем делать, если скала застрянет…

Его слова потонули в грохоте мощного удара, от которого содрогнулся весь звездолет. Огромная каменная глыба, не удержавшись на краю отъезжающей плиты, рухнула вниз, упав на щит корабля и полностью перекрыв собой выход на поверхность.

— Какое роскошное надгробие! — съязвил Александр. — У нас осталось всего девять минут, чтобы покинуть это гостеприимное кладбище и убежать от термоядерного взрыва, да еще в условиях возрастающей силы тяжести. Именно она виновна в том, что эта чертова скала упала прямо на нас, а не отъехала на плите…

— Даже если ты и прав, то нам от этого не легче! — перебила его Джесика. — Перед нами встал выбор: отключить заложенную тобой программу и вернуться в тюремный комплекс, или погибнуть вместе с астероидом.

— Нет, есть еще один путь! — изрек Стюарт. — Пробиться на поверхность!

И он ударом кулака вдавил кнопку включения лазерных противометеоритных пушек.

Громкий шипящий звук ворвался в корабль, разрывая барабанные перепонки. Мощные лазерные лучи били сразу из четырех стволов по свалившейся на электромагнитный щит каменной глыбе. Она крошилась крупными кусками, которые скатывались на дно бункера по краям защитного поля. Фейерверк ярких вспышек слепил глаза, но Стюарт смотрел на бушующее пламя, подмечая, как уменьшается в размерах скала и бросая косые взгляды на дисплей секундомера…

— Старт!

И без того возросшая сила тяжести обрушилась с утроенной силой, вдавив Александра и Джесику в глубокие кресла. Крейсер медленно, словно не желая расставаться с уютным домом, вынес заметно похудевшую глыбу на поверхность и, сбросив ее со щита, взмыл в усыпанное звездами черное небо…

— До взрыва осталось тридцать пять секунд! — невозмутимым голосом сообщил корабельный компьютер.

— Пошел ты знаешь куда! — непроизвольно вырвалось у Стюарта. Он тут же прикусил губу, побоявшись, что электронный мозг может неадекватно воспринять эту фразу. — Включить максимальное ускорение, не принимая в расчет безопасность экипажа!

Повернув голову к сидевшей в соседнем кресле девушке, он улыбнулся ей и, перекрикивая оглушительный рев турбин, успокоил:

— Все будет хорошо! Мы успеем, мы обязательно успеем!

Она ответила ему лишь кивком головы, стараясь не показывать своего волнения. Ее веки были прикрыты, а пальцы рук судорожно вцепились в кресло.

Крейсер рвался ввысь, словно жертва, убегающая от неминуемой смерти. Грохот турбин затмил все звуки, включая оглушительное биение сердец, с неимоверным трудом проталкивающих кровь сквозь сдавленные сосуды.

Огромный заснеженный астероид медленно удалялся, пока не стал похож на крохотный бейсбольный мяч. Неожиданно он исчез, превратившись в ослепительно-белую звезду, окутанную быстро разрастающимся светящимся облаком.

Космос содрогнулся от чудовищной силы взрыва и крупные каменные осколки полетели прочь от бывшего астероида, пытаясь обогнать звездолет…

* * *

— Напомни, чтобы я поблагодарила тебя за увлекательное шоу! произнесла Джесика, вытирая платком льющуюся из носа кровь.

— Не стоит, — прервал ее Александр. — Оно еще только начинается!

— Как понимать твое заявление? — возмутилась Лукас.

Стюарт нажал клавишу селекторной связи и тишину салона прорезал прилетевший из глубин космоса властный приказ:

— Неизвестный крейсер! Назовите свой идентификационный номер и ложитесь в дрейф. В случае неповиновения или попытки к бегству мы открываем огонь!

— Что все это значит? — вскрикнула Джесика.

— Этот сигнал исходит от военного корабля, который проник в звездную систему Джейл-5 с целью выяснения обстоятельств внезапного прекращения радиосвязи. — пояснил Александр. — Похоже, наш крейсер не зарегистрирован ни в одном из существующих космических реестров. Я жутко удивлен, что они не уничтожили нас сразу же после того, как астероид превратился в сверхновую v них глазах!

— Тебе не кажется, что нам следует принять их требования и рассказать обо всем, что случилось? — спросила Лукас.

— С тем же успехом мы можем объяснять принцип работы современного компьютера неандертальцу! — усмехнулся Стюарт. — Эти угрюмые парни с крупными бицепсами и куриными мозгами с куда большим удовольствием поверят в побег из тюрьмы, чем в существование космического вируса и мутантов. Однажды я уже играл по правилам и понял, что эта игра всегда в одни ворота — в свои собственные!

— И что же нам делать теперь? — поинтересовалась Джесика.

— Бежать! Не воевать же с человечеством только потому, что оно, как страус, упорно не желает замечать опасности. Тем более что нам даже обороняться нечем: я практически сжег противометеоритные пушки. Да и толку от них было мало — электромагнитный щит их корабля явно превосходит наш собственный.

— Ты думаешь, нам удастся удрать от военного крейсера? — удивилась Лукас.

— Можно попытаться, рисковать-то нам нечем! — заметил Александр. Если нар поймают, то нам грозит пожизненное тюремное заключение, теперь уже на «Джейл-4». Но, скорее всего, нас просто превратят в пыль после того, как сожгут наш электромагнитный щит.

— Ничего не скажешь, прекрасная перспектива! — воскликнула Джесика — Может, прекратим эти бессмысленные разговоры и приведем твой безумный план в действие?

— Одно другому не мешает! — совершенно спокойно ответил ей Стюарт. — Я уже вывел крейсер на максимальную скорость. И выключил их ругательства, чтобы они тебя не пугали.

— Благодарю за проявленное внимание! — улыбнулась девушка. — А что, если они предложат нам какой-нибудь третий вариант?

— Вряд ли! Впрочем, если ты хочешь, то можешь поискать белый флаг. Хотя я не у верен, что он является штатным средством на наших военных кораблях!

— Что мне в тебе нравится, — съязвила Джесика, — так это способность шутить даже во время падения в пропасть!

— Нужно же чем-то заняться в это время, — не моргнув глазом, ответил Александр. — Особенно, если пропасть глубокая!

Крейсер дернулся и завибрировал. — прямо перед ним вспыхнула ослепительно-красная звезда, сквозь которую он пролетел на огромной скорости. Тысячи мелких осколков разорвавшейся ракеты впились в электромагнитный щит, сгорая в его энергетическом поле.

Стюарт приказал автопилоту отключиться и, переведя управление звездолетом на себя, взял в руки штурвал.

— Что ты делаешь? — удивилась Джесика.

— Пытаюсь спасти наши жизни! — пояснил Александр. — Автоматика не может совершать резкие изменения курса за малые промежутки времени, а именно это я и собираюсь делать.

Он рванул штурвал влево и девушка вцепилась обеими руками в кресло, чтобы не повиснуть в воздухе на удерживающих ее ремнях. Справа по курсу вспыхнуло и расцвело немыслимыми красками огромное кроваво-красное облако. Корабль вздрогнул от взрыва и тотчас сменил курс, уклонившись вправо. Еще один взрыв прозвучал почти сразу за этим маневром, на этот раз уже с левой стороны.

— И долго мы будем так болтаться? — поинтересовалась Лукас.

— Еще десять минут! Нам нужно отойти на безопасное расстояние, чтобы открыть ноль-пространство и нырнуть в него.

— Десять минут! — ужаснулась девушка. — Да я не дам и одного шанса из миллиона, что мы продержимся хотя бы с минуту!

— Спасибо за столь высокую оценку моих способностей! — пошутил Стюарт. — Но так и быть, на первый раз я тебя прощаю.

— А ты не боишься, что они последуют за нами? — спросила его Джесика.

— Они хоть и военные, но не полные психи! — усмехнулся Александр. Ни один крейсер не станет входить в ноль-пространство, открытое другим звездолетом. По теории вероятности, он может вынырнуть из него где угодно, в том числе и в неизвестной части Вселенной! Вот только куда он точно не сможет попасть, так это в мир, в который отправился первый корабль. Этому парадоксу так и не нашли объяснения, но испытывать его на собственной шкуре уже никто не желает…

Крейсер содрогнулся от взрыва Яркая вспышка на обзорном экране ослепила глаза, оставив после себя сплошное темное пятно. Истошный вой сирены ворвался в салон, взвинчивая и без того натянутые нервы.

— В нас попали? — испугалась Лукас, затыкая уши ладонями и стараясь перекричать пронзительно воющий звук.

— Пока еще нет! — успокоил ее Стюарт.

— Тогда что это было?

— Они частично разрушили наш электромагнитный щит, — сообщил Александр. — Он поврежден примерно на двадцать пять процентов. Еще три таких попадания и…

— Что и…? — переспросила Джесика.

— Нам придется искать себе новый звездолет! — сказал Стюарт.

— Как это искать? — поинтересовалась девушка. — Ты говоришь так, словно мы находимся в космическом супермаркете: «Заверните нам, пожалуйста, вон тот кораблик. Нет, соседний, у этого мне цвет не нравится!»

— Знаешь, наше длительное общение заметно повлияло на твое чувство юмора! — усмехнулся Александр.

— И сильно подорвало психику! — закончила за него Лукас. — Может, ты все-таки объяснишь свою гениальную идею?

— Уже через четыре минуты мы сможем уйти в ноль-пространство, произнес Стюарт. — Если мы скроемся в нем на этом звездолете, в любой части Вселенной, где бы мы ни вынырнули, нас тотчас уничтожат. В нашем крейсере есть два посадочных челнока с полным запасом горючего и провизии. Я хочу улететь на одном из них, оставив корабль на растерзание этим парням. Пусть немного постреляют, это пойдет им на пользу! Пока они будут сжигать электромагнитный щит звездолета, мы успеем незаметно открыть ноль-пространство и уйти в него. Только это нужно сделать в момент взрыва крейсера, тогда ни один прибор не у спеет зарегистрировать наш побег.

— Ты именно это имел в виду, когда говорил, что я ничего не знаю о твоих способностях? — осведомилась Джесика. — Идея неплоха, но как это будет выглядеть на практике?

Корабль вновь сменил курс, уходя от очередного взрыва.

— У тебя осталось примерно пятьдесят секунд, чтобы добежать до челнока, — сообщил Александр. — Сразу за кабиной управления повернешь налево и по первой лестнице спустишься вниз. Там будет отсек 5-А — в нем находится шлюзовая камера посадочной капсулы. Запомни: именно 5-А, а не «В», или «С»! Я пока остаюсь здесь, чтобы уклоняться от выстрелов… Как только окажешься в челноке, сразу же сообщи мне об этом по внутренней связи и я спущусь к тебе…

Сильный взрыв за бортом прервал разговор. Стюарт рванул штурвал влево, уводя корабль от бушующей в космосе огненной бури.

— Беги! — крикнул он, повернувшись к перепуганной Джесике.

Отстегнув ремни, девушка одним прыжком перемахнула через свое кресло и бросилась к выходу. Протиснувшись сквозь узкое пространство открывающихся дверей, она выскочила в коридор и с разбегу ударилась о противоположную стену. Оттолкнувшись от нее руками, она повертела налево и помчалась по коридору, подгоняемая бьющимся в груди секундомером.

«Семь, восемь, девять…» — считала она под быстрое мелькание ног, — «десять, одиннадцать…»

Вот и шахта лестницы.

Не останавливаясь, Джесика ухватилась за пластиковые перила руками и съехала по ним на нижнюю палубу.

«Пятнадцать, шестнадцать, семнадцать…» — билось ее сердце.

Впереди по коридору уже показалась надпись «Отсек 5-А», когда пол ушел у нее из-под ног и девушка полетела в находившуюся справа от нее открытую дверь. Больно стукнувшись об огромный стенной шкаф со стоявшим на его полках оборудованием, она не удержала равновесия и рухнула на палубу.

Сверху прямо на нее посыпалось что-то тяжелое Пол резко наклонился, и Джесика покатилась в обратную сторону, сопровождаемая грохотом догоняющих ее массивных приборов. Вылетев в коридор, она упала на опустившуюся горизонтально стену и поползла по ней на коленях, прикрывая голову руками.

Прогремел еще один взрыв.

Корабль вновь изменил курс, вернувшись в нормальное положение, и девушка съехала со стены на пол, придавленная каким-то громоздким предметом. Сбросив его с себя, она вскочила на ноги и застыла, прочитав крупные буквы на его блестящей пластиковой поверхности — «Медицинская лаборатория».

— Господи! — воскликнула она. — Это как раз то, что мне нужно!

Схватив тяжелый ящик за ручку, она поволокла его за собой по коридору…

— Где ты была! — раздался сзади возмущенный голос Стюарта. — Я ждал тебя больше минуты и понял, что что-то случилось. Для чего тебе этот допотопный чемодан?

— Помоги отнести его в капсулу! — попросила Лукас.

— Зачем? — возмутился Александр. — У нас и так места в обрез!

— Давай оставим объяснения на потом!

— Опять на потом? — проворчал Стюарт. — Интересно, наступит ли когда-нибудь это таинственное «потом»?

Взвалив громоздкий ящик на плечо, он помчался по коридору, стараясь не отставать от Джесики. Дверь сектора разошлась в стороны и они вбежали в шлюз, запрыгнув в открытый люк челнока. Захлопнув его за собой, они рухнули в кресла пилотов и пристегнулись ремнями…

Александр быстро проверял прибор за прибором, изучая готовность капсулы к старту. Обзорный экран показывал только черную пустоту космоса, подглядывающего за ними миллионами равнодушных глаз. Но это зрелище было слегка завуалировано сиреневой пеленой щита, который порождал вокруг звездолета яркие электромагнитные всплески.

— Я заложил в компьютер программу совершать частые хаотичные повороты от основного курса, — сообщил девушке Стюарт. — Это не позволит им вести прицельную стрельбу. Программа отключится уже через пятнадцать секунд и тогда нам обеспечено прямое попадание. Наш электромагнитный щит перестанет существовать. Мы должны успеть покинуть корабль до того момента, когда в него попадет следующая ракета…

Мощный взрыв прервал его на полуслове, стараясь вытрясти все живое, что еще оставалось внутри звездолета. Сиреневая пелена щита вспыхнула в последний раз и погасла, обнажив усыпанную звездами бездну.

Раздался оглушительный рев турбин Капсула сорвалась с направляющих и вылетела из крейсера, стремительно уносясь прочь.

Александр держал штурвал правой рукой, почти касаясь кнопки искривления пространства указательным пальцем левой. Холодные капли пота текли у него по лбу и щекам, но он не обращал на них никакого внимания. Он смотрел на экран, на котором уже показалась очередная ракета. Она приближалась к кораблю, оставляя за собой светящийся огненный вихрь.

— Еще немного, — произнес Стюарт, глядя на резко сокращающееся расстояние. — Осталось всего семьсот ярдов!

Прямо перед капсулой возникла огромная черная дыра, окруженная закручивающейся в спираль туманностью. Потоки раскаленных газов и оплавленных кусков бывшего крейсера полетели вдогонку и, настигнув челнок, швырнули его в образовавшееся отверстие…

* * *

— Принеси мне бренди! — прошептала Джесика, тщетно пытаясь поднять затекшую руку. — Если, конечно, его можно найти на этой убогой посудине…

— Это челнок с военного корабля, дорогая! — заметил Стюарт. — Так что, скорее всего, здесь есть только виски.

— Тогда двойную порцию безо льда и тоника! — попросила его Лукас. Если я срочно не выпью, меня стошнит уже через пару минут.

— А если выпьешь, то минутой раньше! — пошутил Александр.

Джесика одарила его высокомерным взглядом и, отстегнув ремни, с трудом встала из кресла, тотчас упав обратно.

— Мне кажется, тебе пока еще не стоит вставать! — заметил Стюарт. Полежи минут пять, а уже потом пойдешь искать себе выпивку Можешь налить и мне, думаю, что это не повредит.

— Сейчас не время пить! — рассердилась девушка. — Где мы находимся?

— В Солнечной системе, примерно в девяти сутках полета от Земли.

— Ты полагаешь, нас уже ожидает Президент с оркестром? — съязвила Лукас.

— Я не думаю, что мы станем национальными героями… Но в чем я нисколько не сомневаюсь, так это в том, что мы с тобой получим в подарок красивые браслеты и уютный коттедж с прочными решетками на окнах! Лучше отказаться от этих сомнительных лавров величия и дожить свои жизни простыми смертными.

— У тебя есть план, как незаметно проскочить мимо земного патруля? — осведомилась Джесика.

— Конечно, но я расскажу о нем только перед самой посадкой, чтобы не пугать тебя заранее! — ответил ей Александр.

— Как всегда, это будет что-то экстравагантное! И все же, спасибо за заботу! По крайней мере, я проведу эти дни с пользой для дела.

— Какого дела? — удивился Стюарт.

— У меня тоже есть свои маленькие секреты! — усмехнулась девушка, открывая крышку принесенного ящика…

Прошло восемь дней.

Все это время Александр провел в кресле за пультом управления, стараясь держаться как можно дальше от наиболее оживленных трасс. Джесика с запасом воды и провианта закрылась в тесной кабине изолятора, опустив жалюзи и отключив внутреннюю видеосвязь, чтобы не отвлекаться от своего таинственного дела. Стюарт несколько раз пытался заговорить с ней через плотно задраенный люк, но так и не дождался ответа…

Он сидел перед обзорным экраном, закинув ноги на приборную панель и пил баночное пиво, когда люк изолятора медленно приоткрылся и из него показалась бледная, словно привидение, Джесика. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что за эти сутки она практически не ложилась спать. Усталые покрасневшие глаза и сильно окунувшееся лицо выдавали ее жуткое состояние. Окинув капсулу затуманенным взором, она покачнулась и стала медленно оседать на пол.

Александр вскочил на ноги. Недопитая банка пива, перевернувшись несколько раз в воздухе, упала и покатилась по пульту, забрызгав его пеной Подбежав к девушке, он успел подхватить ее бесчувственное тело и бережно усадил его в кресло второго пилота.

— Ну что ты наделала? — взволнованно спросил он. — Разве можно доводить себя до такого состояния?

Открыв медицинскую аптечку, Стюарт раздавил пальцами ампулу с нашатырным спиртом и поднес ее к носу Джесики. Слегка застонав, она отпихнула его руку от своего лица и медленно открыла глаза.

— Ненавижу этот запах! — прошептала девушка, пытаясь изобразить на лице улыбку. — Не волнуйся, теперь все будет хорошо.

— Зачем ты так над собой издеваешься? — поинтересовался Александр.

— Так было нужно! — перебила его Лукас. — Но теперь все уже позади и я могу сказать, что добилась того, о чем мечтала!

— Чего? — удивился Стюарт.

— Когда-то, еще на Земле, я пыталась создать совершенно новый вид бактерий, способный внедряться в человеческий организм через воздух. Они должны были переносить искусственно выращенные макрофаги, которые бы подавляли наиболее опасные заболевания. Но жизнь внесла свои коррективы и я была вынуждена уничтожить свое несостоявшееся открытие… Уже в тюрьме я экспериментировала с клетками твоей крови и поняла, что если смогу создать для них устойчивые бактерии-переносчики, то навсегда избавлю человечество от многих болезней. Эта идея вертелась у меня в голове все время, пока мы убегали от мутантов, а затем от преследовавшего нас корабля. И если бы меня не забросило взрывом в лазарет и на меня не свалился ящик с медицинской лабораторией, эта мысль еще долго не смогла бы найти свое применение. За прошедшие восемь суток я получила жизнеспособную культуру клеток собственной крови и смогла ее стабилизировать… Ты понимаешь, что это значит?

— Что ты изобрела универсальное лекарство! — ответил Александр.

— Да, но это еще не все! Враждебный вирус никогда не сможет внедриться на Землю, так как у ее жителей будет против него устойчивый иммунитет! У меня было слишком мало времени, но я успела вырастить почти четверть унции новой культуры. Если выпустить ее в атмосферу Земли, всего через пару месяцев она будет присутствовать в организме каждого человека.

— А что произойдет с микробным балансом нашей планеты? осведомился у девушки Стюарт.

— Его это не коснется. Эта культура способна существовать только в иммунной системе человеческого организма, уничтожая возбудителей болезней и даже раковые клетки. Она не действует на нормальную микрофлору людей, потому что она так мною спроектирована. Кроме того, она не может видоизменяться или превращаться в болезнетворные формы, — это я тоже предусмотрела. Нам остается лишь выпустить ее в атмосферу Земли, чтобы человечество в последний раз переболело легкой формой простуды. Именно таким образом бактерии-переносчики внедряются в иммунную систему людей.

— Грядет Великая Чума! — усмехнулся Александр. — Ты просто молодчина, но сейчас нужно немного поспать. Я разбужу тебя перед посадкой на Землю, а пока шагом марш в постель и не высовывай носа из-под одеяла…

Горячие губы коснулись щеки Джесики, и она приоткрыла глаза, улыбнувшись сидевшему рядом с ней Стюарту.

— Пора вставать, соня! — усмехнулся он, погладив ее по голове. — Ты проспала почти пятнадцать часов. Приглашаю тебя полюбоваться зрелищем нашей необычной посадки!

— А что у нас будет на этот раз? — поинтересовалась Лукас. — Ты сообщишь правительству, что Земля заминирована, а сам посадишь челнок во время всеобщей паники и бегства?

— Идея неплохая, но оставим ее на самый крайний случай! — изрек Александр. — Я предлагаю покинуть капсулу в тот момент, когда она войдет в атмосферу Земли. Поскольку мы не станем сообщать свои позывные, челнок будет уничтожен ракетой земного патруля, а мы опустимся в океан с помощью реактивных ранцев. Ни один локатор не в состоянии отличить нас от падающих обломков капсулы!

— И как такая «безобидная» идея пришла тебе в голову? — изумилась девушка.

— Если честно, то это вовсе не моя идея. Этим трюком воспользовался Макс, чтобы попасть незамеченным на Джейл-5. Я просчитал на компьютере все необходимые параметры и даже траекторию нашего полета. Вероятность риска не так уж и велика!

— Только не называй мне конкретных цифр! — взмолилась Джесика Насколько мне известно, еще ни один астронавт не пытался приземлиться из космоса с помощью реактивного ранца!

— Просто это никому не приходило в голову, — успокоил ее Стюарт. У нас будет уникальная возможность попасть в книгу рекордов Гиннесса, правда, под чужими именами.

— Ты неисправимый оптимист. Александр! — воскликнула Лукас. — И это единственное, что меня немного успокаивает…

* * *

Земля на обзорных экранах увеличилась до гигантских размеров, заслонив собой сверкающий звездами космос. Челнок вошел в верхние слои атмосферы, и по его корпусу пробежала легкая дрожь.

Стюарт стоял в костюме высшей защиты у входного люка, помогая Джесике пристегнуть реактивный ранец. Затем он закрепил второй аппарат у себя за плечами и тщательно проверил удерживающие его замки. Надев гермошлем, он подошел к пульту управления и включил разгерметизацию салона. Послышалось громкое шипение, и воздух из капсулы начал стравливаться через предохранительный клапан.

Александр приблизился к крышке люка и вдавил кнопку отключения блокировки электронного замка. Теперь достаточно было лишь нажать на рычаг двери, чтобы она открыла доступ наружу.

— А что, если земной патруль запустит несколько ракет одновременно? — прозвучал в его наушниках взволнованный голос Джесики.

— Не запустит! — успокоил ее Стюарт. — Посадочные челноки не имеют электромагнитного щита, поэтому никто не станет тратить на них лишние заряды. Но даже если после взрыва капсулы к нам прилетит еще одна ракета, ее объемный детонатор не среагирует на столь малую массу, как наша…

Звук сирены истошным воем ворвался в разговор.

— С поверхности Земли запущена ракета! — сообщил компьютер челнока. — Осталось двадцать секунд до столкновения.

Александр распахнул люк и толкнул в образовавшееся отверстие Джесику, выпрыгнув следом за ней. Включив свой ранец, он схватил ее за руку и увлек за собой в хвост капсулы.

Они поднялись над челноком почти на четверть мили, когда он расцвел гигантским багровым букетом. Волны огня и дыма понеслись им вдогонку, погаснув всего в двадцати ярдах.

Сделав крутой поворот, Александр увлек девушку в сторону падающих обломков капсулы Догнав их, он выключил свой ранец и, все еще удерживая Джесику за руку, перешел в свободное падение среди крупных осколков летящего на землю хлама.

— И долго мы будем так порхать? — раздался в его наушниках веселый голос девушки.

Похоже, это приключение уже начинало ей нравиться.

— Еще сорок секунд, пока не попадем в плотные слои атмосферы, сообщил Стюарт. — Там уже никто не станет отслеживать падение обломков, да и мы вынуждены будем включить свои ранцы, чтобы не сгореть заживо.

— А мы не можем падать с включенными ранцами? — осведомилась у него Лукас. — Так было бы намного спокойнее…

— Нет, тогда у нас не хватит горючего при посадке! — пояснил Александр. — Мы опустимся в костюмах высшей защиты прямо в океан, так что риск будет сведен к минимуму. Не волнуйся, я очень точно рассчитал нашу траекторию и не собираюсь приводняться вдали от берега.

— Мне становится жарко! — пожаловалась девушка.

— Включи кондиционер костюма, — подсказал Стюарт. — Нужно продержаться еще около двадцати секунд, пока остатки капсулы падают сплошным потоком…

Летящие металлические обломки задымились, оставляя за собой прерывистые светло-белые полосы.

— Пора! — изрек Александр.

Сильный рывок реактивных двигателей за плечами вырвал Джесику из его рук, и она стала стремительно удаляться, превратившись в крохотную темную точку на фоне показавшиеся внизу облаков.

— Включай свой ранец!

— Ничего не получается! — ответила девушка. — Я несколько раз нажимала кнопку запуска, но все тщетно!

— Я сейчас тебя догоню, только не паникуй и ничего не делай! выкрикнул Стюарт.

— Хорошо! Поторопись — мой скафандр уже начинает дымить!

Включив двигатели на полную мощность, Александр нагнал падающую Джесику, которую окружал плотный шлейф белого дыма. Отстегнув от своего пояса портативный огнетушитель, Стюарт сбил со скафандра девушки мелкие языки пламени и, осмотрев ее ранец, обнаружил торчавший в электронном блоке крупный осколок металла.

— Нет! — закричал он в ужасе. — Все, что угодно, Господи, только не это!

— Что случилось? — спросила его Лукас.

— Твой ранец невозможно включить! — сообщил Александр. — В нем поврежден электронный модуль управления! Видимо, в момент взрыва капсулы я не успел отлететь на безопасное расстояние…

— Не вини себя! — перебила его Джесика. — Я уже сыграла свою роль и создала вакцину против вируса. Ты должен позаботиться о ней и распылить в теплых слоях атмосферы, чтобы воздух и ветер дали ей новую жизнь.

— К черту вакцину! — выкрикнул Стюарт, расстегивая на девушке ремни бесполезного ранца. — Это уже твоя задача, а я не собираюсь тебя бросать…

— Что ты делаешь? — удивилась она.

— Я хочу тебя крепко обнять! — заявил Александр. — И держать до тех пор, пока мы не упадем в океан.

— Ты сошел с ума! — ужаснулась Лукас. — Мощности твоего ранца не хватит на двоих! Неужели ты хочешь разбиться вместе со мной?

— Нет, я хочу тебя спасти!

— Меня уже невозможно спасти! — заупрямилась девушка. — Я была обречена с того самого момента, когда на Джейл-5 высадился первый мутант. Ты и так слишком долго занимался моим спасением, выслушивая одни лишь упреки!

— Все женщины одинаковы! — перебил ее Стюарт. — Они никогда не покажут своей благодарности, чтобы Be уязвить собственную гордыню… Но я не хочу тебя потерять и не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось!

— Зачем? Зачем тебе это нужно? Ты должен спасать человечество, а не меня!

— Любовь — единственное, что имеет значение в нашем безумном мире! Только она одна нуждается в спасении! А я люблю тебя и не позволю умереть этому чувству вместе с тобой!

— Ты полный псих, Александр, но мне кажется, что я тоже в тебя влюбилась! — призналась ему Джесика. — Никогда не думала, что скажу эти слова мужчине, но теперь, перед лицом смерти я уже не стыжусь это сделать…

Белый туман облаков окружил двух взявшихся за руки людей, затуманив их лица за стеклами гермошлемов. Они смотрели друг другу в глаза, понимая во взглядах гораздо больше, чем могли бы сказать даже самые громкие слова.

Неожиданно ровное пение турбин реактивного ранца смолкло.

— Что случилось? — прозвучал в наушниках взволнованный голос Джесики. — У тебя кончилось топливо?

— Нет! — успокоил ее Стюарт, — Я временно отключил ранец, чтобы сэкономить горючее для посадки. Нас ожидают сильные перегрузки и нам следует заранее к ним приготовиться.

Он отстегнул от своего скафандра карабин и защелкнул его на поясе девушки. Затем он отмотал несколько ярдов капронового шнура и привязал Джесику к себе.

— Вот теперь мы с тобой сможем вдоволь покувыркаться! — пошутил Александр, глядя в ее наполнившиеся слезами глаза. — Не волнуйся, все будет хорошо!

— Только не забудь выпустить на свободу бактерии, — напомнила ему Лукас. — Вряд ли они останутся в живых, если мы с тобой погибнем!

Стюарт достал из бокового кармана контейнер и отвинтил его железную крышку. Вытащив стеклянную ампулу с мутной белой жидкостью, он раздавил пальцами ее запаянное горлышко. Сотни мелких капель полетели вверх, подхваченные сильным потоком воздуха.

— Как сказал бы Господь: плодитесь и размножайтесь! — произнес он с пафосом. — А мы вынуждены вас покинуть, чтобы заняться спасением собственных жизней…

Синяя рябь океана с одиноким крохотным островком стремительно приближалась, пока на ее поверхности не стали заметны покрытые пеной волны.

Александр изо всех сил прижал девушку к себе и включил ранец на полную мощность. Взревев, он выбросил две огненные струи, затормаживающие их падение. Пронзительный вой аппарата начал заметно возрастать, пока не оборвался на самой высокой ноте.

Два связанных веревкой тела, подняв огромный фонтан брызг, рухнули в океан, так и не разжав удерживающие друг друга руки…

* * *

Солнце уже садилось за горизонт, окрашивая светящуюся водную гладь в причудливые багровые оттенки.

Ласковые волны накатывали на белоснежный пляж, унося с собой стайки мелких песчинок. Стройные пальмы шелестели своими кронами в теплом потоке дующего с океана ветра, а с небес доносились пронзительные крики чаек.

Александр приоткрыл глаза и с трудом повернул голову, ощущая неприятную дрожь во всем теле. Он поднял руки, чтобы снять с себя гермошлем и неожиданно наткнулся пальцами на собственные волосы.

Веселый смех прозвучал где-то рядом, и он повернулся к нему, увидев сидевшую на песке Джесику.

— Привет! — воскликнула она. — Ты так долго был без сознания, что я уже стала опасаться за твою жизнь. Что я только с тобой ни делала, пока не поняла, что твой организм должен самостоятельно выйти из шока.

— Честно говоря, я не ожидал, что мы с тобой попадем в Рай! — произнес Стюарт, сев на песок и разглядывая первозданную красоту окружающей природы. — Может, мы и в самом деле заслужили эту милость! Осторожно поднявшись на ноги, он покачнулся и побрел по песку, опираясь на плечо идущей рядом девушки.

— Что это за остров? — поинтересовалась она, заглядывая ему прямо в глаза. — Ты ведь не зря рассчитал траекторию нашего полета, раз мы оказались в столь чудесном месте? Я никогда не видела ничего подобного!

Александр обнял ее за талию и повел по берегу в сторону далеких гор.

— Мои родители развелись, когда мне исполнилось только семь лет… Они были очень сильными личностями, но так и не научились жить одной семьей. Каждый из них хотел быть первым, и это обрекло их брак на гибель… Отец всегда учил меня, что жизнь — это непрерывная борьба за поставленную перед собой цель. Если бы он только знал, что его слова станут моей судьбой, он, наверное, придумал бы что-нибудь получше… После развода он стал вести уединенный образ жизни, все больше и больше, отдаляясь от остального общества. Поначалу его дела, шли не очень хорошо, но со временем он многого добился и осуществил свою давнюю мечту. Он выкупил у правительства маленький остров в Карибском море и уединился на нем от всего человечества.

— Ты хочешь сказать, что мы сейчас находимся на этом острове? удивилась Лукас.

— Да… Я знаю, что мы сможем переждать здесь какое-то время, пока накал страстей по взорванному астероиду спадет и мы достанем себе новые документы… Жаль, что мне не суждено больше отправиться в космос капитанов звездолета, но, с другой стороны, так даже лучше. Я настолько устал от погони за призрачным счастьем, что сейчас, когда оно рядом, я боюсь его потерять!

— Уже стемнело… — сказала девушка. — Может, нам следует отправиться к твоему отцу?

— Мы пойдем к нему на рассвете, — прошептал ей в ухо Александр. Не стоит упускать такой чудесный вечер. Я знаю здесь одну уютную пещеру. Мы слишком многое откладывали на потом и, как мне кажется, оно уже наступило!

Примечания

1

Прим. автора. 1 ярд = 3 футам = 91,44 см.

2

фут = 12 дюймам = 30,48 см.

3

Четыре градуса по Цельсию

4

1 дюйм = 1/12 фута = 2,54 см

5

1 фунт = 453,6 г.

6

миля = 1,609 км.

Content

Павел Фаенко
Вирус смерти

Примечания