Соболев Сергей

Альтернативная история – пособие для хронохичхайкеров

Соболев С.В

Альтернативная история — пособие для хронохичхайкеров

«Мог ли человек, отправившись в те далекие времена и приложив определенные усилия в нужном месте и в нужное время, направить в правильное русло развитие науки?»

Леон Спрэг де Камп

«Аристотель и оружие»

Погружение

«Любой из вас знает, что история

не имеет сослагательного наклонения»

проф. Д.А.Серов

Множество копий сломано в спорах на темы «Есть ли у Истории свои законы развития?» или «Можно ли учесть все мелкие факторы, влияющие на формирование событий?». Несомненно, предсказывать события современной истории — занятие очень неблагодарное: то страна, для которой делается прогноз, рассыпается на мелкие части, а то придумают новый двигатель — и арабы вдруг сказочно разбогатеют!

Однако сдается нам, что в Истории есть легко наблюдаемые факторы, свободно учитываемые и поддающиеся анализу даже без привлечения сложных прогностических программ и мощных компьютеров. Элементарные базовые частицы, из которых складывается История, далеко не микроскопичны по своим размерам, и их видно безо всяких сложных приспособлений. Человек может прикинуть возможные сочетания этих крупных «блоков», и даже предсказать будущее в общих чертах, не вдаваясь в конкретику, естественно, ведь количество жизнеспособных сочетаний и комбинаций этих базовых элементов очень малó. У Андрея Амальрика (1938–1980), отечественного историка-диссидента, есть любопытнейшая прогностическая работа «Просуществует ли Советский Союз до 1984 года», написанная летом 1969 года. На примере этой маленькой «краткой истории развала СССР», убеждаешься, что в социальной и политической механике государства нет ничего сверхъестественного: ввязываясь в войны, прогнившие империи рушатся, а окраины ослабленных многонациональных держав стремятся к сепаратизму. То есть, раз забравшись в один вероятностный тоннель, история страны просто-таки вынуждена двигаться по закономерному пути развития; допускаются лишь незначительные флуктуации и микроскопические отклонения от нормы. Мы уж не говорим о пресловутых кондратьевских циклах капиталистического воспроизводства, одинаково четко сработавших и в странах свободного рынка, и в странах плановой экономики. Казалось бы, далее все должно идти привычным путем. Но то, что называется естественным ходом вещей, весьма относительно. Это еще Гегель в «Философии истории» написал.

Мир, до которого никто не смог додуматься

— Ты, братишка, до войны не иначе артистом на эстраде работал, — со злостью на его бессердечный юмор сказал Гривцов. — Не конферансье?

— Не, — сказал командир. — Я до войны в Минске, в институте, историю преподавал. Интересная наука, знаешь? Очень настраивает на юмористическое отношение к происходящему.

М.Веллер «Баллада о бомбере»

«А что если бы большевики не победили?»

История не знает сослагательного наклонения! — отрезáли нам историки-материалисты марксистско-ленинской закалки старой большевистской школы.

Но сладок воздух запретных мечтаний — фантазий на тему «что было бы, если…»

Александр Македонский не умер тогда…

Гитлер выиграл войну…

Непобедимая Армада разгромила английский флот…

Емельян Пугачев взял Москву…

Проповедник из Назарета повел повстанцев на Рим…

Иван Сусанин вывел поляков куда надо…

Сергей Лисовский вынес коробку с баксами без помех…

Виталий Бабенко заведовал редакцией в «Молодой гвардии»…

Альтернативная история описывает несостоявшиеся пути развития истории нашего мира, его науки, техники и социального прогресса.

Жанр альтернативной истории (в привычном для нас формате) существует чуть более столетия. Хотя Аристотель 23 века назад писал в «Поэтике», что «задача поэта — говорить не о том, что было, а о том, что могло бы быть, будучи возможно в силу вероятности или необходимости. Ибо историк и поэт различаются не тем, что один пишет стихами, а другой прозою (ведь и Геродота можно переложить в стихи, но сочинение его все равно останется историей, в стихах ли, в прозе ли), — нет, различаются они тем, что один говорит о том, что было, а другой — о том, что могло бы быть».

Не такое уж это и безобидное занятие — выдумать то, чего не было, но могло бы быть. История русской фантастики знает два замечательных АИ-произведения («Пугачев-победитель» и «Бесцеремонный Роман»), написанных во времена НЭПа, но забытых на долгие десятилетия после оседлавшего одну шестую часть суши единомыслия. В 1930-80-е если и появлялись подобия АИ в литературе, то или в форме параллельных миров (как метко заметил С.Переслегин по поводу ранних повестей Абрамовых, «чудовищно близких нашему параллельных миров, столь близких, что, право же, непонятно, зачем было их выдумывать». (Переслегин 1994, с.160)), или на страницах популярных исторических книг (см., например: Эйдельман, 1975). На этом унылом пейзаже рассказ Севера Гансовского «Демон истории» (альманах «Фантастика. 1967») выглядел просто изумительно, и потрясал своей — даже по меркам фантастики! — нестандартностью еще долгие годы.

Не только в Союзе сурово относились к «альтернативным историям» — можно вспомнить, например, роман греческого писателя Никоса Казандзакиса (1883–1957) «Последнее искушение» (1954). Роман описывает жизнь Христа более-менее в традиции, в соответствии с евангелиями, но только до момента распятия. На Голгофе «Его ждало Искушение — Последнее Искушение. Вспышкой молнии озарил дух Зла угасающее сознание Распятого, представив Его мысленному взору призрачную картину мирной, счастливой жизни. Будто бы Он принял лёгкий путь простого смертного, женился, имел детей, был любим и уважаем и вот на склоне жизни сидит на пороге своего дома, вспоминает о терзаниях молодости и снисходительно улыбается: как благоразумно Он поступил, избрав путь человеческий, и каким безрассудством было стремление спасти мир. Счастье, что Он избежал лишений, мук, Креста!». Картина мирной, человеческой жизни Христа описана в книге на полусотне заключительных страниц, а в экранизации М.Скорсезе (1988) ей отведено не менее получаса времени. Конечно, весь этот сюжет (с женитьбой, с детьми) оказывается всего лишь плодом воображения главного героя, а никак не свершившейся «альтернативной историей», но для той культурной среды даже такое допущение было весьма революционным ходом в повествовании. Роман был занесен католической церковью в разряд запрещенных книг. Догматики — они везде одинаковые.

* * *

Критики давно пытаются классифицировать произведения в жанре альтернативной истории, выделяют некие типы, виды в этом жанре. Например, Хоксер пишет:

«Что такое альтернативная история в литературе.

Альтернативная история является моделированием возможного исторического развития, если бы в ключевой точке («точка дивергенции», т. е. расхождения) события пошли по другому пути.

Принципиальны 3 положения: 1) до точки расхождения описываемая в произведении история полностью соответствует описанной истории нашего мира (т. е., АИ не может основываться на криптоистории, гипотезах, в произведении должны участвовать реальные исторические персонажи, и т. д.); 2) альтернативная история — история человечества (а не разумных динозавров, мышей, собак, или кошек); 3) если в произведении используется приём с параллельным миром, виртуальной реальностью и т. д., то они должны быть идентичными истории нашего мира до точки расхождения.

Чистая альтернатива и псевдоальтернатива

Все книги по альтернативной истории можно разделить на две категории: чистая альтернатива, когда описывается возможное развитие событий и их последствия методами реализма; и псевдоальтернатива, когда причиной расхождения с реальной историей служит deus ex machina — пришельцы из будущего (по отношению ко времени действия в произведении), пришельцы из космоса, какие-нибудь книги древних, внезапно раскрывшиеся тайные общества и т. д. Чистая альтернатива — реализм — настоящая альтернативная история. Псевдоальтернатива встречается намного чаще и иногда практически не отличается от чистой, когда дело касается описания возможного развития событий и получившегося в результате мира (например, «Все способные держать оружие» Лазарчука; «Гравилёт «Цесаревич»» Рыбакова).

К чистой альтернативе можно смело отнести роман Василия Аксенова «Остров Крым», «Первый год Республики» Вершинина, «Пугачёв — победитель» Первухина, Гаррисона с его трилогией «Stars And Stripes» (Звезды и полосы), «Фатерланд» Харриса, «Человек в высоком замке» Дика» (Хоксер, 2004).

Некоторое сомнение вызывает третье положение (о том, что до момента расхождения наш мир и мир выдуманный фантастом должны быть идентичны друг другу). Есть целый ряд отменных в художественном отношении произведений, в которых невозможно «слету» выявить ни точки расхождений, ни даже определить, а какой, собственно говоря, мир, является производным — наш или выдуманный? Это в первую очередь относится, например, к «Гравилету «Цесаревич» В.Рыбакова, «Дарю вам праздник» У.Мура (в которых параллельные миры построены не совсем по классическим лекалам), к «Иному небу» и «Мосту Ватерлоо» А.Лазарчука, «Очертя голову, в 1982-й» Б.Карлова, «Око силы» А.Валентинова.

Возьмем, к примеру, «Иное небо» А.Лазарчука. Одна из предпосылок к развилке — это тот романный факт, что Г.Жукова расстреляли до войны, в 1939 году. А почему это вдруг его расстреляли? Ведь репрессии не проводились по методу лотереи, любому судебному процессу предшествовали какие-то причины? Если начать раскручивать этот клубок, то мы вынуждены будем отступить еще дальше, и заподозрить, что Г.Жуков, например, или профукал Халкин-Гол, или дал пощечину Берии на праздничном приеме в Кремле — для репрессивной машины, или для Сталина, эти факты разной величины, тем не менее, могли сработать как повод к уничтожению. Или «Заповедник для академиков» К.Булычева, в котором уже в 1939 году советские ученые сделали атомную бомбу. Развилкой не может быть именно этот, 1939-ый, год, потому что за один календарный год такие сложные инженерные решения в жизнь не воплощаются, тем более — с чистого листа. Чтобы легитимизировать описываемые Булычевым события, надо предполагать, что за несколько лет до 1939 года кем-то из советских ученых были сделаны открытия, опередившие американцев лет на десять минимум. В альтернативной истории, как и вообще в фантастической литературе, важна так называемая «редукция оправдания»: это значит, что опытный читатель должен творить в своем сознании «наравне с автором», и даже дописывать то, что не смог увидеть на авторском полотне по своему или его неумению» (Фрумкин, 2004, с.146). Но далеко не всегда читатели могут увидеть в тексте произведения оправдание тем или иным событиям или явлениям. Например, критик Б.Невский невнимательно листал роман «Гравилет «Цесаревич», и пишет, что «у Рыбакова в России не происходит революции — безо всякого объяснения причин» (Невский, «Носик Клеопатры», 2004, с.9).

Чем менее фантаст уделяет места в произведении объяснению точек расхождения истории, тем сложнее для читателя задача дешифровки текста. Прошли времена, когда автор подробно и обстоятельно рассказывал о причинах появления фантастического допущения. В лучшем случае в произведении будет присутствовать некая небольшая «вводная», прямо или косвенно объясняющая фантастическое допущение (как образец см., например, пролог к «Седьмой части тьмы» В.Щепетнева). Большинство же фантастических произведений в жанре альтернативной истории сейчас регрессировали до уровня космической оперы, когда объяснению фантастическому допущению порой даже не уделяется особого места — читателю вполне достаточно, что такое произведение находится в ряду себе подобных. Поэтому вполне естественно, что метод альтернативной истории вошел в арсенал фантастов наравне с другими фантастическими изобретениями. Б.Невский пишет: «во многих произведениях историческая альтернатива — лишь повод для иллюстрации авторских мыслей, такой же художественный прием, как, скажем, полеты в космос или путешествие во времени» (Невский, 2004, с.7). По этому пути пошли Г.Тёртдлав (цикл о Второй мировой), Л.Франковский (цикл о Старгарде), В.Свержин (со своим институтом времени), и мн. др.

И.В.Бестужев-Лада в «Вопросах философии» писал:

«Прогнозирование прошлого — нужно ли и можно ли? Как известно, историческая наука исключает сослагательное наклонение («если бы — то…»). И это понятно: если ставится задача описать и объяснить какое-то событие — а именно к этому сводится задача любой науки — то всякие чисто умозрительные (виртуальные) конструкции тут неуместны. Однако не менее хорошо известно, что, помимо науки, существует еще целых шесть равнопорядковых с ней форм общественного сознания, начиная с философии. И в последней без сослагательного наклонения никак не обойтись. В самом деле, какие уроки истории можно извлечь из того или иного исторического события, если оно могло произойти только так, как произошло, а следующее произойдет только так, как произойдет? Иное дело, когда рассматриваются различные варианты — тогда, по крайней мере, можно ориентироваться на лучший. Кстати, и в самой науке иногда возникают аналогичные ситуации. Например, в исследованиях будущего, где в противоположность исследованиям прошлого (т. е. истории) приходится иметь дело не с событиями, которые можно описать, но невозможно изменить, а с проблемами и целями, сообразно которым события будущего можно изменить, но невозможно фиксировать, как состоявшиеся события прошлого. Возникает вопрос: нельзя ли инструментарий исследований будущего обратить в прошлое с целью расширить диапазон оценок в философии истории, сделать их более обоснованными?» (Бестужев-Лада, 1997). В специальной исторической литературе подобные ретропрогнозы и АИ-модели практически не встречаются (исключение составляют, пожалуй, небольшое эссе Н.Эдельмана о декабристах, работа Коваленко о столыпинских реформах да недавняя коллективная монография «Выбирая свою историю»), а в фантастике АИ-сюжетов накоплено уже предостаточно.

Культурологам еще предстоит изучить феномен возникновения этого любопытнейшего литературного явления, эксперимента, рожденного на стыке фантастики и истории, литературы и вещеведения, философии и политики. Согласитесь, всегда интересно посмотреть на современную технику в старинном антураже, или на известных личностей в новых, неожиданных ролях. Автору нет нужды расписывать, допустим, манеру говорить и внешность В.И.Ленина или Дж. Вашингтона — стоит только упомянуть известное Имя, как у читателя срабатывает механизм подстановки известного исторического портрета в неожиданную сюжетную ткань повествования. Поэтому-то нами, россиянами, тяжело воспринимаются многочисленные американские произведения о победе Южан над Северянами: не тот культурно-исторический фон, а потому читать произведение, состоящее из сплошных лакун, не очень-то весело.

Более-менее ясно очерчиваются некоторые мотивы, толкающие писателей на создание альтернативных историй:

1. Глубокое разочарование в окружающем мире.

2. Желание самому побыть миротворцем.

Критик Н.Ф.Александреев в предисловии к одному из сборников писал, что авторы, работая в этом жанре, во-первых, упражняются в начатках абстрактного мышления, а во-вторых, отключаются от воспаленных проблем современности. Создавая, правда, новые проблемы новых миров.

Немаловажное значение играет и то обычное для фантастики обстоятельство, что писатель-фантаст в первую очередь является еретиком. «Только еретики могут двигать вперед социальный прогресс, будоражить и разрушать догмы. Фантастика — наиболее удобное и точное оружие в руках художника …. Только она должным образом может отразить грандиозные перемены и перспективы общества» (Булычев, 2004). Мало ли, что история не имеет сослагательного наклонения! Камни тоже до недавнего времени не могли падать с неба. «Книги фантаста, разрушая неизбежную инерцию мышления, растормаживают воображение» (Бугров, 1988, стр. 179). Или вот еще в тему: ««Джонатан Свифт был основоположник так называемой фантастики — такой литературы, где нет бога кроме автора, почему она и тоскует по свободе — недостижимой, непостижимой» (Лурье, 2002, с. 264)

Пол Андерсон прямо написал: «Я ненавижу эту историю — ее грязь, расточительность, ограничения, ее головную боль и безумие». Думаю, многие из авторов произведений жанра АИ, каких бы политических идей и эстетических воззрений они не придерживались бы, могут согласиться с этим высказыванием американского нф-классика.

«Все, что мне нужно для всемогущества — это карандаш и бумага» (Оттиц)

* * *

Наверное, стоит остановиться на жанровом определении Альтернативной Истории чуть подробнее, ибо терминологическая сумятица, существующая даже во многих светлых головах, приводит зачастую к появлению поразительных исследований на темы АИ. Например, в журнале «Полдень, XXI век», который вроде бы должен быть профильным фантастическим изданием, несколько лет назад была напечатана статья Дмитрия Быкова «Другой альтернативы у нас есть. Альтернативная фантастика как наше все». Приведу небольшую цитату:

«Вопрос о происхождении термина темен: еще в семидесятые годы в США вышло несколько сборников эссе под названием «Альтернативная история», в которых лучшие американские историки исследовали так называемые «точки бифуркации» — поворотные моменты в истории человечества, когда достаточно было крошечного воздействия извне, чтобы все дальнейшее развитие человечества пошло по иному сценарию. Типа Колумб не открыл Америку и так далее. Но сборники эти были переведены в России только в прошлом году, а термин существует примерно с середины девяностых; вполне возможно, что определение в России самозародилось параллельно. Лично я возвел бы его к четырехтомнику Юлиана Семенова «Альтернатива», названному так по одному из первых романов о Штирлице. Штирлицевский цикл и есть классическое произведение еще не оформившегося тогда жанра: по Семенову, ключевой фигурой европейской истории тридцатых-пятидесятых годов был полковник Исаев. Он предотвратил взрыв Кракова, сорвал сепаратные переговоры немцев с американцами и чуть не лично свергнул Перрона» (стр. 249–250).

Это вольное допущение кажется изящной шуткой, игривым допущением, но дальнейший ход рассуждения Быкова показывает, что автор статьи не разбирается в терминологии и ошибочно приписывает криптоисторический корпус текстов к жанру альтернативной истории: «Гениальная формула «В действительности все было не так, как на самом деле» — негласный девиз альтернативщиков всего мира». И далее: «Надо сказать, что народное сознание самого начала работало в жанре альтернативной истории».

Исходя из неверного понимания, что есть АИ, и считая за АИ, похоже, только криптоисторию, Быков причисляет к АИ «серьезный филологический роман Успенского-Лазарчука «Посмотри в глаза чудовищ» — о том, как выжил и стал магом великий русский поэт и стихийный оккультист Николай Гумилев; и фантазии на темы русской истории в исполнении Андрея Белянина (классом ниже), и два выпуска труда Александра Бушкова «Россия, которой не было» (ничего не было, все врали — текст агрессивно невежественный и, как часто бывает у агрессивных невежд, славянофильский); и «Гонец из Пизы» упомянутого Михаила Веллера (о том, как НА САМОМ ДЕЛЕ пришел к власти замполит крейсера «Аврора» Владимир Путин)» (стр. 253). Быков не упоминает ни одного произведения, в котором действия происходили бы не в нашем мире с известной историей, а в ином мире, с измененной историей.

Но не это важно. Важно, что, ругая фактически криптоисторию, Быков делает любопытные выводы:

«альтернативная история — классическое порождение постмодернизма, отрицающего любую правоту как таковую и утверждающего равноправие всех точек зрения — становится могучим оружием… да растления, если хотите. Потому что, если все зыбко и ничто не точно, если Кутузова не было и Багратион был китаец, — под большим вопросом оказываются национальные святыни и национальные же ценности; и не за что умирать или просто жить» (стр. 253)

«Вот и получается, что в конечном счете альтернативная история — игра на понижение. Ибо в множественной, зыбкой реальности не может быть ни правых, ни виноватых (вот почему, кстати, АИ с особенным наслаждением накидывается именно на святыни, на «священных коров»: вы говорите — герой? Да он был мерзавец!). Протестовать против АИ решаются пока только церковники: их оскорбила альтернативная версия страстей Христовых, изложенная Казанцакисом и экранизированная Скорсезе» (стр. 254).

«Дело даже не в том, что АИ легитимизирует псевдонаучные, лжеисторические подходы к действительности. Дело в том, что АИ отменяет реальность» (стр. 254).

Ошибочное использование термина «альтернативная история» идет от незнания значения слова «альтернатива». Альтернатива означает незаменяемый выбор только одного варианта из нескольких, при дальнейшей невозможности реализации других вариантов. Криптоистория же не подразумевает подобной исключительности, в «народной криптоистории» возможно, что в 1947 году Сталин сидит в Кремле и по голодным колхозам трактора распределяет всю ночь напролет, потом оказывается, что там идет оргия с балеринами, как в «Пирах Валтасара» или «Реконстукторе», а в фантастике может статься, что это пришельцы с Сириуса делят медноникелиевые залежи, сверяя карту со снимками из космоса.

Посмотрим, в конце концов, в справочники.

Словарь иностранных слов:

«Альтернатива (от латинского alter — один из двух, другой из двух, один из двух; противоположный, противный): 1)каждая из исключающих друг друга возможностей; 2)необходимость выбора одной их двух или нескольких взаимоисключающих возможностей».

Брокгауз:

«Альтернатива, франц. от лат. необходимость выбора между двумя вещами, одно из двух.»

БСЭ тоже не противоречит:

«Альтернатива(от лат. alter — один из двух), ситуация, в которой надлежит произвести выбор одной из двух исключающих друг друга возможностей (эти возможности также нередко называются А.)».

Словарь синонимов дает синоним слову «альтернатива»:

«Выбор, избрание, отбор, подбор, сортировка. Половой отбор (подбор). Предоставлять на выбор, предоставлять одно из двух. Колебаться между двумя альтернативами. Он должен был одно из двух: или отказаться от своей собственности или признать свои прежние мысли ложными».

Подытожим еще раз:

Альтернативная история — это произведения, в которых рассматриваются вероятностные миры, выросшие из известных обстоятельств, после какого-то значительного или незначительного события, которое произошло не так, как в нашей реальности, и поэтому альтернативный мир стал кардинально отличаться от нашего мира. В произведении автор волен использовать известных исторических персонажей, порою — в совершенно несвойственном для них качестве, если это служит ему для решения каких-то определенных художественных задач. Фантастические произведения в жанре Криптоистории описывают негласную подоплеку реальных событий (всего лишь неизвестные стороны общеизвестных фактов), а Альтернативная История описывает якобы свершившиеся последствия выдуманных фактов. И вот еще: «Исторические события, вымышленные фантастами, являются альтернативными тем историческим событиям, которые считаются более или менее достоверными и которые описываются учеными-историками и добросовестными историческими писателями» (Фрумкин, 2004, с.33). Альтернативными являются сами события, но ни в коей мере не их интерпретация, как нам предлагает считать Д.Быков. И если отсутствие классических АИ произведений в статье Быкова субъективно оправдано традициями пустопорожней российской школы дилетантской журналистики (когда в статье читаешь обычно не о предмете, а знакомишься с представлениями автора о предмете; автору, конечно же, надо писать много и зачастую о разных вещах, о которых он и не слышал даже краем уха до сего момента), то смелые выводы о «непатриотичности АИ» вообще не могут быть оправданы — потому что сделаны на основании нерепрезентативной выборки первоисточников.

Вот что по поводу криптоистории писали Е.Петухова и И.Черный:

«Писатели-фантасты в своих криптоисторических романах в отличие от своих коллег по цеху, занимающихся контрфактическим моделированием в произведениях «альтернативной истории», пытаются показывать события прошлого так, как это было на самом деле. Иное дело, что объяснение тех или иных поворотов истории делается ими с позиций фантаста, а не ученого. Так, В.Звягинцев в своих книгах предположил, что ход земной истории издревле контролировался двумя враждующими инопланетными сверхцивилизациями — аггров и форзейлей, мечтающими заставить людей лепить свою историю под интересы пришельцев. А.Валентинов полагает, что в ход человеческой истории вмешались некие разумные существа, населяющие Землю и существующие параллельно с людьми. Это, условно говоря, «падшие ангелы», о которых упоминают Библия и Веды, и их потомки. Они экспериментируют с человеческим материалом, стремятся помочь людям, руководствуясь при этом своими собственными, а не нашими представлениями о счастье и прогрессе. Лазарчук и Успенский также говорят в своих книгах об истории как о поле битвы человеческой и нечеловеческой цивилизаций. Некие «мыслящие ящеры» (вспомним романы Гарри Гаррисона из его «Эдемского» цикла) ведут борьбу с родом человеческим. Им противостоит тайный орден людей, живущих многие века и владеющих эзотерическими знаниями. Как видим, криптоисторики не столь изобретательны в части обоснования своих гипотез, как авторы романов «альтернативной истории». Книги «тайной истории» объединяет уверенность писателей в том, что за кулисами земного прогресса стоят потусторонние силы». 9Петухова, Черный, 2002).

Как будет показано ниже, подобное вольное обращение с реальностью (то есть привнесение фантастического элемента в явном виде) противоречит сущности жанра Альтернативной Истории, ибо произведения АИ тем ценнее, чем более правдоподобно они реконструируют возможные пути развития человечества. Ту вполне уместно напоминание о бритве Оккама, отсекающей излишние объяснения.

Что может быть проще времени?

Проблема осмысления Времени давно волновала людей. Древние философы предпочитали отвечать на вопросы о сущности Времени загадками или общими фразами. Мистики и шаманы утверждают, что Время — это сознание человека. Античный философ шестого века до н. э. Ферекид Сиросский говорил: «Зевс и Время были всегда», по Платону время — образ вечности, оно появилось вместе с небом. Зенон с Кипра считал, что время бестелесно (интересно, а как может выглядеть «телесное» время?), а Эпикур (324–271 гг. до н. э.) и вовсе считал, что время не поддается изучению. Он так же говорил, что существует бесконечное число миров в безграничном пространстве:

«Миры бесчисленны, и некоторые схожи с нашим, а некоторые несхожи. В самом деле, так как атомы бесчисленны …, они разносятся очень и очень далеко, ибо такие атомы, из которых мир возникает или от которых творится, не расходуются полностью ни на один мир, ни на ограниченное число их, схожих ли с нашим или несхожих. Стало быть, ничто не препятствует бесчисленности миров».

Чем не концепция параллельных миров?

А философ Ориген считал, что Бог последовательно творит и совершенствует бесконечное число миров, потому что невозможно найти оснований, почему Бог в данное время создает мир, а в предшествующие или предыдущие промежутки времени — пребывает в праздности. Ориген признавал, что нельзя найти основание привилегированности времени нашего мира как единственного реального мира (Фрумкин, 2004, с.167).

«— Это смежная Земля. От вашей Земли ее отделяет только доля секунды.

— Смежная земля?

— Да, земля не одна, их много. Вы этого не знали?»

К.Саймак «Все живое». (1965)

Кстати, в фантастике параллельные миры, видимо, впервые использовал отечественный фантаст Виктор Гончаров, который в повести «Межпланетный путешественник» (1924) использовал идею параллельной Земли: ученый-селенит обнаружил, что у нашей Земли есть несколько планет-двойников, на которых время идет с разной скоростью, и в будущее можно попасть, улетев к этим планетам на космическом корабле. На одной планете время убежало на три года, на другой — на сто, и так далее. Разницу течения времен независимо друг от друга фантасты иногда использовали в своих произведениях — от Саймака до Муркока, от Абрамовых до Бенедиктова. С.Лукьяненко в романе «Черновик» описал схожие параллельные «Земли», на которых время течет с разной скоростью; только для перехода между планетами использовались ворота между мирами, а не космические перелеты.

«Когда отправляешься в прошлое, чтобы расследовать какой-нибудь анахронизм, всегда рискуешь сам стать его автором. Взять хотя бы классический пример с профессором Арчибальдом Куигли».

Роберт Янг «У начала времен» (1964).

Фантасты давно эксплуатируют идею путешествий во времени, но описания анахронизмов встречаются на страницах книг довольно-таки редко. Отрывок, использованный в качестве эпиграфа, описывает классическую схему анахронизма. Профессор Куигли отправляется в 1797 год, чтобы узнать, кто же помещал Колриджу записать поэму Кубла Хан, привидевшуюся ему во сне. Прождав около входной двери некоторое время, профессор вошел в дом Колриджа, и, тем самым оторвав поэта от бумаги, стал отцом анахронизма.

Эту историю припоминает Карпентер, главный герой повести Роберта Янга У начала времен, который отправился в прошлое по поручению Североамериканского палеонтологического общества. Ископаемые останки человека, происхождением коих он и занялся, являются останками марсианина, труп которого «благодаря» Карпентеру оказался в болоте.

В повести Г.Гаррисона Фантастическая сага описан такой анахронизм. Чтобы снять фильм об открытии Америки викингами, кинокомпания прибегает к услугам профессора Хьюитва, изобретателя машины времени. Натурные съемки фильма ведутся с минимумом декораций, в самом настоящем XI веке; режиссер даже заставил викингов совершить путешествие в Америку. Если киношники отправились в прошлое снимать фильм о поселении викингов в Америке, и сама киношная группа оставила там это самое поселение, то что же заставило их снимать фильм об этом? Так мы впадаем в дурную бесконечность.

В рассказе Н.Курочкина Безумная идея путешественник во времени пытается отговорить Уэллса от написания Войны миров и … тем самым подкидывает будущему мэтру идею этого романа.

Д.Васильев в рассказе Может быть, мы еще встретимся… отправляет группу исследователей в 1908 год, в район Подкаменной Тунгуски. Ребята слетали, и выяснили, что же это было. Оказалось, что это был взрыв их собственного хронопеда.

Но больше всего анахронизмов сосредоточено в Двадцатом путешествии Йона Тихого С.Лема. технологи-временщики из XXVII столетия, обуреваемые благородной идеей Телехронной Оптимизации Глобального Исторического Прошлого непреднамеренно, по халатности и недосмотру наделали столько ошибок и катастроф, что на них стоит остановиться поподробнее. Разгильдяи оторвали от Солнца гигантский лоскут звездной материи, который дал начало всем планетам. Выжгли дотла Марс и превратили его в пустыню, испещренную каналами (которые, впрочем, впоследствии были забетонированы в авральном порядке). Венеру окутали ядовитой атмосферой. Другой инженер стал виновником кембрийского, а затем и плейстоценского ледникового периодов. Список ошибок можно продолжать: несовмещеность магнитного и географического полюса, Болшой Каньон Колорадо, Тунгусский метеорит, гибель динозавров, появление астероидов и спутников Марса, уничтожение Атлантиды… Короче говоря, Институт Темпористики, занявшись выправлением истории, наворотил столько бед, что История именно поэтому и стала такой «неприглядной».

Отправляясь в прошлое не просто рискуешь оказаться анахронизмом, но и обязательно им станешь. Чтобы не допустить хроноклазмов, были выдуманы десятки частных «законов природы путешествия во времени». Первым был, видимо, Дэвид Даниэлз, который в 1934 году в рассказе «Ветви времени» предположил, что, как только человек из будущего попадает в прошлое, реальность раздвоится на два параллельных мира, в каждом из которых событий пойдут своим чередом. Другая идея избавления от хроноклазма менее строга, и заключается в том, что путешественник во времени, раз попав в определенный момент прошлого, как бы «засвечивает» день, словно фотопленку, и уже никто никогда не может попасть туда повторно. Поэтому все хронопутешествия строжайшим образом контролируются государством, которое, видимо, и не допускает хулиганов, способных сделать хроноклазм.

* * *

По-видимому, отсчет истории жанра АИ следует вести с 1889 года, когда была опубликована повесть Марка Твена «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура» (A Connecticut Yankee is King Arthur’s Court). Однако полноценной Альтернативной Историей этот роман назвать нельзя — слишком явно там задействован пришелец из будущего. Именно поэтому Джон Клют не упоминает Марка Твена в своей энциклопедической статье об АИ. Зато у Клюта находим указание на существование неких работ Исаака Дизраэли (1791–1823) «Любопытная литература» (Isaac d'Israeli «The Curiosities of Literature»), написанных в начале XIX века.

Классическую историческую «вилку» про Наполеона придумал некто Г.М.Тревелиан еще в 1907 году; эссе называлось «Если бы Наполеон выиграл сражение при Ватерлоо» (G.M.Trevelyan, «If Napoleon had Won the Battle of Waterloo»), и впоследствии сюжет стал таким же популярным, как и истории о победе фашистской Германии во второй мировой войне.

Предтечи жанра АИ надо искать в частной истории, story, а не в общей истории, history.

Человек не раз задумывается о том, что жизнь его пошла бы иным путем, если б в какой-то ключевой момент он поступил бы иначе, а не так, как поступил на самом деле.

В русских народных былинах есть хрестоматийный сюжет про камень на распутье, живописно воплощенный на картине Васнецова «Витязь на распутье» (1882):

«На развилке горюч-камень лежит, а на камне надпись написана: «Если прямо ехать — убиту быть, направо ехать — женату быть, а налево ехать — богатому стать». («Три поездки Ильи Муромца», былина в пересказе А.Н.Нечаева. Конечно собиратели древнерусского фольклора Рыбников, Гильфердинг, Марков, Григорьев, Кирша Данилов, Нечаев могли какие-то сюжеты или эпизоды привнести при записи, но можно предполагать, что первым протоальтернативам не менее трехсот лет, и относятся они как минимум к XVIII веку). На стыке фантастики и реализма лежит новелла «Пиры Валтасара» романа «Сандро из Чегема» Фазиля Искандера. Действие в ней происходит в 1935 году, на пиру товарища Сталина в гостях у щедрых грузинских партийных товарищей. Один из танцоров (как раз Сандро, из Чегема) вспоминает, как в детстве, еще до революции, он случайно спас бандита, ограбившего пароход в Тифлисе, от наказания. Бандитом был не кто иной как сам Сталин. В этой новелле спрятана и вторая альтернативная история — сознание Сталина, под воздействием грузинской народной песни и пары литров вина, временно выпадает в параллельный мир, где он — не вождь мирового пролетариата, и не правитель России, а — всего лишь обычный добрый, скромный виноградарь. Позднее эта «доброта Сталина» явится нам в рассказе «Давние потери» В.Рыбакова..

Вернемся же к фантастике. В рассказе Стенли Вейнбаума «Миры под знаком «если»» (1935), повествуется о вероятностных мирах, существующих в сознании каждого человека. В рассказе речь ведется об устройстве, изобретенном в 2014 году, способном показывать под воздействием «самогипноза» индивидууму «миры сослагательного наклонения» — то есть миры, которые могли бы существовать, сделай человек то-то и то-то в своей личной жизни не так, как он это уже сделал.

Вот какое квазинаучное объяснение придумал С.Вейнбаум своему аппарату: «В будущем находятся миры, которые только еще наступят, в прошлом — миры, которые уже состоялись, а по обе стороны настоящего существуют миры, которые при определенных условиях могли бы стать реальностью, — миры под знаком «если». … Миры не относятся ни к прошлому, ни к будущему, но лишь к настоящему; и в то же время, не будучи настоящими, они существуют во времени, параллельном нашему времени»

Почти такой же прибор встречаем в рассказе Лилианы Розановой «Предсказатель прошлого» (1967). Только Коллектор Рассеянной Информации Л.Розановой сам выбирает поворотные моменты в судьбе каждого человека. «Коллектор мог проецировать куски из его прошлого в действительном и возможном вариантах» (Л.Розанова развила идею КРИ, описанную в романе Стругацких «Возвращение», о чем сама же и предупреждает читателей в примечании). Профессор смог наблюдать нелицеприятную сцену из начала своей карьеры, когда помогал хвалить гонителей генетики. Инженер посмотрел на свое блестящее будущее композитора, если б в детстве не бросил заниматься музыкой, а кто-то просто узнал, что его ожидало бы в случае удачного выигрыша в лотерею…

Вряд ли эти рассказы С.Вейнбаума и Л.Розановой можно причислить к чистой альтернативной истории, но некоторое представление о природе параллельных миров они составляют

У Севера Гансовского есть рассказ «Млечный путь», про старика, который беседует с собой-молодым, и советует, как жить прожить.

В рассказе М.Веллера «Свободу не подарят» молодой герой приходит к самому себе постаревшему, но наотрез отказывается принимать его судьбу. У Аркадия Стругацкого в рассказе «Подробности из жизни Никиты Воронцова» заглавный персонаж раз за разом переживает свою собственную жизнь, сохраняя память о всех предыдущих своих жизнях, но совершенно не в силах ни на йоту изменить жизнь окружающих.

В повести Эрнста Бутина «Лицом к лицу» рассказывается о писателе-неудачнике, который при помощи своего друга-физика отправляется в прошлое, где пытается предостеречь самого себя (молодого) от того, чтобы тот не наделал всяких глупостей.

У Кена Гримвуда есть роман «Переиграй» («Replay», 1986), в котором главный герой в момент сердечного приступа каждый раз переживал свою жизнь заново — со всей памятью о прошлых жизнях.

Из недавнего можно упомянуть рассказы Евгения Якубовича «1985» (герой с помощью натурального колдовства несколько раз возвращается в 1985 год и радикально меняет свою личную судьбу — то уезжает в США, то эмигрирует в Израиль) и Юлии Остапенко «День бурундучка», и Владимира Покровского «Привет от Рогатого».

Эталонным произведением в этом жанре «закольцованной истории» является кинокомедия «День сурка» (GROUNDHOG DAY, 1993), снятая в 1993 году американским режиссером Харольдом Рэмисом.

Телеведущий прогноза погоды Фил Коннорс, мнящий себя величиной мирового масштаба, работает на местной телевизионной станции в Пенсильвании. Для оживления репортажей, однажды зимой он с командой отправляется в провинциальный городишко Паксатони, где каждый год, 2 февраля, отмечается праздник «День сурка». Праздник вырос из народной приметы, согласно которой если на 2 февраля пасмурно — то зима продлится, если ясно — то скоро придет весна. Вокруг этого обставлено некое костюмированное шоу с привлечением живого сурка, якобы постоянно живущего в деревянной будке посреди торговой площади Паксатони.

Телеведущий недоволен этой глупой командировкой, ведет себя как примадонна на гастролях, но кое-как записывает репортаж и остается на ночлег в гостинице. Каково же было его изумление, когда поутру он оказывается ровно на том же самом месте, то есть во втором февраля. Прожив день аналогично предыдущему, Коннорс ложится в постель и опять просыпается в том же дне календаря. Фила начинает это бесить, он совершает массу глупостей — глупо шутит над окружающими, грабит инкассаторов, и даже разбивается на машине — но с завидным упорством судьба выкидывает его снова и снова в день второго февраля, чтобы Фил мог прожить день по-новому. Никто из других героев об этом не догадывается, и Фил использует свои преимущества, благо времени у него предостаточно. Поразвлекавшись таким образом некоторое время, следующие несколько недель Фил тратит на то, чтобы завоевать любовь Риты, своего режиссера, которая понравилась ему с первого взгляда… Он аккуратно и шаг за шагом узнает о ней максимум всевозможных подробностей, делая все, чтобы предугадывать каждый ее шаг, каждое ее последующее желание, однако пропасть между ними — мягкой, отзывчивой и очень доброй к людям девушкой и законченным эгоцентриком с манией величия — настолько велика, что как бы Фил ни ухищрялся, в течение одного дня любовь Риты он завоевать не может.

Фильм совсем не единственный, можно вспомнить, например, картины Владимира Хотиненко «Зеркало для героя» (СССР, 1987) и Мартена Кнутссона «Снова голый» («Naken», Швеция, 2000).

«Зеркало для героя»: Двое совсем не похожих друг на друга мужчин, наши современники, Сергей Пшеничный и Андрей Немчинов, шли однажды по улице родного шахтерского города и попали в 1949 год. Они прожили в сорок девятом году один день и на следующее утро обнаружили, что начался тот же самый день, что был вчера. И все несколько месяцев, которые пробыли герои в прошлом, они пробыли в одном и том же дне: 8 мая, воскресенье, «День повышенной добычи». С утра — в шахту, через час — несчастный случай в забое, в десять — телеграмма из министерства, после смены — собрание по поводу семидесятилетия Сталина; ограбление кассы, смерть милиционера Рябенко, вечером — воскресник… Фильм снят по мотивам одноименной повести С.Рыбаса.

«Снова голый»: Утром Андерс просыпается голым в лифте. Он не помнит, как туда попал, и что с ним произошло. У него нет денег, нет одежды, нет ничего кроме дикой головной боли и отчаянного желания попасть в туалет. А через два часа невеста ждет его в церкви на церемонии венчания. Пока Андерс пытается найти какую-нибудь одежду и выяснить, что произошло ночью, у него появляются новые проблемы — свадьба срывается… Разбитый, он засыпает дома. Но, проснувшись, обнаруживает, что он снова голый и лежит в том же лифте, и на дворе — тот же, вчерашний, день… И так будет просыпаться много-много раз и вновь придумывать разнообразные способы решения своей главной проблемы — вплоть до ограбления прохожих, детей, магазинов одежды. Как и в «Дне сурка», проблема решится только после кардинальной перемены отношения Андерса к окружающим его людям.

Можно упомянуть в этом ряду и пародийный фильм Виталия Мухаметзянова «День хомячка» (Россия, 2003), в котором аналогичные вышеописанным закольцованные истории объясняются неумеренным приемом алкогольных напитков.

Однако каковы бы ни были кардинальными изменения в жизни героев этих произведений, какие бы замечательные кульбиты и происшествия не придумывали авторы, все эти истории ограничиваются судьбой всего лишь одного человека (или нескольких его ближайших друзей), оставаясь всего лишь частными story. Но, как писал Кир Булычев в «Падчерице эпохи», «фантастика, в отличие от реалистической литературы, понимает жизнь общества как сумму социальных процессов. Реалистическая литература отражает действительность, как правило, через человека и его взаимоотношения с другими людьми. Для фантастики важнее проблема «человек-общество»». Поэтому перейдем непосредственно к history.

Можно приплести еще «Горячий камешек» Аркадия Гайдара — одно из первых советских произведений с зачатками альтернативной истории, опубликованное в 1941 году в «Мурзилке». Сколько можно было бы выжать из этого сюжета: старик проживает свою жизнь по-другому! Но другой судьбы ему не надо… Рассказ не просто нравоучительный: в нем скрыта сакральная идея, насаждаемая любой властью — о предначертанности судьбы человека. Гайдар ставит запрет на самою мысль о возможностях поиска иных, альтернативных путей хода истории, пусть даже для одного отдельно взятого человека. Человек и тут оказался винтиком огромной пролетарской революционно-исторической машины. (Предтечей этого рассказика может быть новелла Н.Готорна «Опыт доктора Хейдегтера», в которой автор с помощью волшебной воды из источника юности возвращает молодость сразу четырем старикам, прожившим долгую жизнь, чтобы они могли прожить свою жизнь заново).

Кстати, не только в кинематографе можно при желании найти образцы произведений жанра альтернативной истории. Например, вот эта песня из «перестроечного» репертуара «Аквариума»:

Полковник Васин приехал на фронт со своей молодой женой

Полковник Васин созвал свой полк и сказал им пойдем домой

Мы ведем войну уже семьдесят лет,

Нас учили что жизнь это бой

Но по новым данным разведки мы воевали сами с собой

Я видел генералов они пьют и едят нашу смерть

Их дети сходят с ума от того что им нечего больше хотеть

А земля лежит в ржавчине, церкви смешались с золой

И если мы хотим чтобы было куда вернуться время вернуться домой

Этот поезд в огне и нам не на что больше жать

Этот поезд в огне и нам некуда больше бежать

Эта земля была нашей, пока мы не увязли в борьбе

Она умрет если будет ничьей пора вернуть эту землю себе

А кругом горят факелы идет сбор всех погибших частей

И люди стрелявшие в наших отцов строят планы на наших детей

Нас рожали под звуки маршей нас пугали тюрьмой

Но хватит ползать на брюхе

Мы уже возвратились домой

Некий шутник, скрывшись под псевдонимом Афанасий Офигелов, на нескольких страницах в квазинаучной форме пытается выполнить хронологическую привязку данного текста: воспеваемое событие произошло не ранее 1837 года (появление первой железной дороги в России), но и не в период последней четверти XIX века (отмена чина полковника в армии), и делает точное замечание, верное лишь для альтернативной реальности: «Можно также предположить, что идет некая война, продолжительность которой указана на удивление точно — «семьдесят лет». История России не знает войн такой длительности…» (Житинский 2006, стр. 307).

* * *

Двадцатый век принес столько разочарований — в возможности разумного устройства государства, в НТР, прогрессе и его плодах, в религиозных учениях и прочем, — что в поисках лучшего из миров авторы создают полностью самостоятельные миры, то есть творят ирреальную фэнтези.

И фэнтези, и альтернативная история — литература эскапизма, как и вся литература вообще — бегство от реальности. Но если герои в сказочном пространстве не ищут выхода из проблем современного мира, то в альтернативках писатели хотя бы пытаются найти причины современных неудач и заменить их чем-то другим.

Некоторые неординарные, талантливые фантасты предполагают, что христианство не такое уж и благо для цивилизации, как это принято считать.

Христианство в АИ

История показывает нам, что не имеет особого значения, верит или не верит в Бога какой-то конкретный ученый. Имеет значение только степень влияния религиозных догматов на социальные институты, в рамках которых живут и работают люди. Государства, освобождавшиеся на некоторое время от оков религиозного догматизма, демонстрируют величайшие взлеты научно-технического прогресса; примером может служить даже Советская Россия. В некоторых произведениях альтернативной истории прямо-таки бросается в глаза нелюбовь фантастов к церкви, старающихся нарисовать ее в негативном цвете и не иначе как тормозом прогресса («Павана» Кита Робертса, «В ожидании Олимпийцев» Фредерика Пола).

«Толпы религиозных фанатиков Мартин боялся больше всего на свете — оттого, безусловно, что их мыслительные процессы разительно отличались от его собственных»

С.Де Камп, «Да не опустится Тьма»

Неудивительно, что наиболее радикальные эксперименты с перекраиванием исторических процессов замышляются в обход христианства, с развилкой до рождества Христова, либо до момента принятия христианства одной отдельной страной.

Например, в трилогии Г.Гаррисона (в соавторстве с Т.Шиппи и Д.Холмом) «Молот и Крест» рассказывается о целой технической революции, произошедшей в Англии девятого века, в основном из-за того, что христианство не смогло закрепиться в этой стране.

У Александра Шубина есть любопытный разбор сценариев выбора государственной религии во времена княгини Ольги.

«Вернувшись в лагерь кагана, Йегуда пересказал свой диалог с Ольгой. Иосиф сразу понял смысл слов княгини. Она предлагает ему союз, просит его покровительства. Вместо опасного и непредсказуемого врага в лесной стороне появится вассал, проводник интересов Итиля. Каган немедленно послал в столицу за раввинами и приказал войскам отойти от Киева на расстояние видимости.

Прибывшие к Иосифу раввины первоначально были возмущены поставленной перед ними задачей: обосновать происхождение русов от Авраама. Но грозный владыка вопросил их: «Не подвергнете ли вы сомнению и мое происхождение?» Раз уступив политическим интересам, признав происхождение от Авраама хазарских вождей, раввины не могли уже сопротивляться. Вскоре к Киеву направилась делегация иудеев с радостной вестью. Стало достоверно известно, что еще во время первого рассеяния часть иудеев была продана в рабство на север. Иудейские женщины рожали детей от русов. Теперь наследница иудейской крови Ольга должна вернуться в лоно своей веры и привести туда же своих витязей.

Никто не верил в эту легенду. Никто не оспаривал ее. Дружина Ольги готова была последовать за княгиней в принятии новой веры, но когда гордые витязи узнали, что за обряд они должны пройти, то возмущению не было предела. «Если бы у нас был князь, а не княгиня, он бы никогда не избрал такой веры». Мудрая Ольга нашла выход из положения. Иудаизм должны были принять женщины из ее окружения, жены витязей и родовых вождей. Было решено совершать обрезание вновь рождаемых детей, но мужи киевские остались в язычестве. Ольга прошла обряд посвящения в «веру отцов» и приняла имя Сара.

Сын Ольги-Сары Святослав остался язычником и терпеть не мог иудеев. Он открыто говорил своей дружине: «Я бы разгромил Итиль, это гнездо раввинов, да мать не пускает». В 965 г. Святослав направил свой удар на печенегов и нанес им поражение. Кочевники бежали к пределам Каганата и там были окончательно добиты хазарами. Святослав направился на далекий юг, искать себе новое княжество в низовьях Дуная. В 969 г. он вернулся в Киев на похороны матери, но, поделив землю Руси между сыновьями, снова ушел воевать с Византией. В 972 г., потерпев поражение, он вернулся в Киев. Здесь никто не ждал бродячего князя, и не мудрено, что на будущий год он внезапно умер. Говорили, что князь съел что-то не то. Править продолжал покровительствующий вере Ярополк». (Шубин, 1997)

Шубин проводит реконструкцию до ХХ века, но чем дальше он уходит от поворотной точки, тем менее она достоверна. Например, двойник Петра I — царь Симон — все так же торопливо строит флот на Черном море, все так же пытается рывком обогнать Европу. Однако возможно ли было это в стране с иной господствующей религией, в которой уважение к жизни каждого отдельного человека существенно отличается от отношения к жизни человека в христианстве? Мог ли состояться рывок царя Симона (читай: Петра I), если 700 лет подряд люди воспитывались в другой религии, в иной вере? Шубин ссылается на некий «природный атеизм славян», но как раз такие вот реконструкции и позволяют понять, что важнее в истории — пресловутый базис или надстройка. Напомню, что по Марксу, всегда, когда происходит трансформация в базисе (образованном средствами производства и типами производственных отношений), происходит и трансформация компонентов надстройки (социальных и культурных институтов), но обратных изменений не существует, то есть изменения в сознании не могут вызывать изменений в базисе. Непредвзятая критика построенной Шубиным «иудейской Руси» как раз показывает важность надстройки — хотя бы даже в долгосрочной исторической перспективе, измеряемой поколениями. Аналогичные выводы о чрезвычайной значимости религиозных выборов для развития как научно-технического, так и социального прогрессов, можно делать, например, из реконструкций Хольм Ван Зайчика, В.Рыбакова, Г.Гаррисона, О.С.Карда, Ф.Пола.

Но злее всех в адрес христианства высказался Пол Андерсон в рассказе «Эутопия», герой которого, житель параллельного высокоразвитого мира, описывает христианскую цивилизацию так:

«Некий еретический жидовский пророк основал мистический культ и нашел сторонников во всем мире, ибо отчаяние охватывало людей. Это был культ, не знавший слова «терпимость». Его жрецы уничтожили многочисленные пути, по которым можно дойти до бога — все, кроме своего. Они вырубали святые рощи, убирали из домов их скромных божеств и убивали людей со свободными мыслями. … со временем они потеряли влияние и значение. Благодаря этому могла возникнуть наука — почти на две тысячи лет позднее, чем у нас — однако их яд остался; убежденность, что человек должен приспосабливаться не только к господствующим формам поведения, но также к господствующим верованиям и убеждениям».

В небольшом рассказе С.Синякина «Век креста» История ВКП(б) преподносится как история семинаристов, основавших «партию новых христиан», финансируемую Львом Толстым («Лев Толстой — как зерцало русского богословия»). Партию построили по образцу ордена иезуитов: тайна, беспрекословное подчинение меньшинства большинству и слепое поклонение догматам Веры. Синод отлучил Святого Владимира от церкви.

«Милостыню — вот что искал Камо у Ереванского банка, и только преступная нацеленность несправедливого царского суда позволила осудить на тюрьмы и ссылки целую группу мирных юродивых и попрошаек, как вооруженных экспроприаторов».

До 1917 история мало отличается от нашего привычного варианта: та же война с Японией, революция 1905 года, Распутин при дворе Николая II. Только в феврале 1917, после отречения Николая II к власти приходит… Синод. «Россия стала теократическим государством». Но тут Св. Владимир в «Апрельских заповедях» поставил задачу: власть должны взять Советы Церквей». После октябрьского переворота, новые христиане стали строить Царствие небесное в одной отдельно взятой стране.

Достается не только христианству. Так, например, историк Уильям Г.Макнил в статье «Моровое поветрие, спасшее Иерусалим в 701 г. до Рождества Христова», предполагает и вовсе уничтожение иудаизма в самом зародыше (Коули, 2002, с. 13–25).

* * *

Вполне вероятно, что человечество сейчас жило бы гораздо лучше, если б паровые машины, сработанные еще в древнем Риме, нашли должное применение на мельницах или морских кораблях, заменив мускульную силу человека и вьючных животных.

Леон Спрэг де Камп задается вопросом:

«Мог ли человек, отправившись в те времена и приложив определенные усилия в нужном месте и в нужное время, направить в правильное русло развитие науки?».

Как минимум дважды де Камп пишет произведения, в которых исследует возможные последствия прямого вмешательства хронопутешественника в историю.

Юмористический роман «Да не опустится тьма» написан как явное подражание «Янки при дворе короля Артура» Марка Твена — с 1889 по 1939 прошло не так уж и много времени, вот Л.Спрэг де Камп и решил немного заняться полемикой с Твеном. Если у Марка Твена янки сразу же изобрел порох, то у де Кампа путешественник во времени бьется над этой задачей несколько месяцев, да так и не смог ее одолеть. Интересно, что Спрэг де Камп тоже отправил своего героя в шестой век нашей эры, однако, не в пример Марку Твену, де Камп знает об описываемом времени много больше — например, он не приписывает огромной роли церкви (которая тогда еще не имела такой огромной власти), как это ошибочно делает М.Твен в своем сатирическом романе.

По предположению де Кампа, Время представляет собой ствол дерева. Однако ствол имеет ветви-отростки, появляющиеся после попадания в прошлое людей из настоящего времени. Один из таких «без вести пропавших» — американский археолог Мартин Пэдуэй, проваливается в Рим 535 года нашей эры, во времена заката римской цивилизации. Первое время нисколько не помышляя о переделе мира, наш современник обеспокоен только собственным существованием: занялся самогоноварением, научил кузнецов прокатному делу, ввел арабские цифры и заодно двойную бухгалтерию в банковском деле. Чрезвычайно радует оптимистический взгляд автора на природу человечества, заявляющего устами героя, что «движущая сила прогресса — изобретение». За самогоном последовали хомут для лошади, червячная передача для станка, семафорный телеграф для передачи сообщений на далекие расстояния, арбалет, книгопечатание и регулярные газеты. То есть повторяет основной массив изобретений, внедренных янки в Англии времен короля Артура.

«Если ты не вторгаешься в политику, политика вторгается в тебя» сказал один хитрый француз. «Большая политика рано или поздно настигнет тебя» — вторит ему польский писатель Б.Чешко. Так и нашего археолога ХХ века обстоятельства вынудили спасать свой небольшой бизнес (а заодно и всю Италию) от войск Флавия Анция Юстиниана. Пэдуэй выигрывает несколько сражений у византийских войск, становится квестором, негласно правит за короля Теодохада, переносит столицу во Флоренцию.

Из любопытных эпизодов стоит отметить сцену общения с послом сарматов(!) и предотвращение возникновения мусульманства.

Второе обращение де Кампа к проблеме «хрононавта-прогрессора» происходит уже в более зрелом возрасте, в 1958 году, когда он публикует рассказ «Аристотель и оружие». Может быть, разочарование в окружающей де Кампа глупости, или уроки военного применения атомной бомбы, или причины другого порядка были тому виной, но Де Камп написал крайне грустную историю.

Обиженный начальством ученый-мизантроп, Шерман Вивер, отправляется на машине времени собственного изобретения в Македонию, в весну 340 года до нашей эры. Шерман предполагает, что окружающий его мир двадцатого века слишком плохо относится к научным знаниям вообще и к конкретным ученым в частности. Шерман решил, что надо подтолкнуть известного античного мыслителя — Аристотеля — больше уделять внимания опытам в области естествознания. Однако кратковременное девятинедельное путешествие ко дворцу царя Филиппа II дает совершенно обратный результат: Аристотель был поражен техническими достижениями неведомого варвара, и вовсе забросил занятия наукой, раз уж и так все давно открыто. Мир, получившийся в результате неосторожного вмешательства, де Камп рисует в серых тонах:

Александр Македонский прожил на пятнадцать лет больше, а созданная им Империя просуществовала более столетия. Римляне покорили все Средиземноморье, а Христианство и Ислам так и не возникли. Не было никакого Возрождения после неминуемого крушения Римской империи, следовательно, Северная Америка не была колонизирована европейцами, а находится под властью племенного союза алгонкинов, абнаков и могикан. Центр цивилизации переместился в Китай, где только в ХХ веке начали заниматься книгопечатанием…

* * *

Альтернативная история — подобие «черного ящичка». На входе — исходная посылка, незначительное предположение об иной вероятности исхода некоего события первоначального мира-А1, а на выходе — художественно обработанный результат, литературная запись слепка иной жизни чужого, альтернативного мира-А2.

Данная схема работает для парадигмы линейного времени. То есть, по Хайдеггеру, имеется в виду время, отсчитываемое как протекание последовательных Теперь друг за другом.

Конечно, данная модель мироздания ветвящихся континуумов отдает некоторой прямотой в понимании исторического процесса, мыслимого в данной схеме как магистраль со всеми автомобильными атрибутами: развилками, перекрестками, светофорами и полосатыми жезлами регулировщиков районного отделения ГАИ (Государственной Альтернативно-исторической Инспекции; согласно указу Президента РФ от 24.04.99, Государственная Автомобильная Инспекция теперь именуется иначе, дабы выправить сумятицу в официальных бумагах).

Столкнуть махину миров на альтернативный путь движения очень легко: в момент происшествия так называемой «вилки в развитии» оба пути имеют крайне непритязательный вид пунктирных направлений, проселочных грунтовых трактов, так что ни о каком «повороте в развитии», «изменении вектора», и уж тем более о «столкновении миров» речи быть не может. Какая именно из дорог станет асфальтированной столбовой магистралью Истории с роскошными бензоколонками на обочинах и приветливыми администраторшами в мотелях, а какой суждено так и остаться пунктиром на карте, не знает никто, кроме субподрядчика, сорвавшего взятку с владельца близкорасположенной свинофермы, состоящего в родстве с дочерью главы местной администрации.

Именно поэтому наиинтереснейшей задачей является поиск «вилок» исторического процесса; само название выдает с головой гастрономические корни в исторических поворотах.

Этот подход получил название концепции «ключевого факта»: мол, достаточно изменить некую мелкую, незначительную материальную деталь, чтобы изменить коренным образом ход мировой истории. На эксплуатации этой идеи построены сюжеты большинства классических произведений жанра, как «И грянул гром» Бредбери и «Конец вечности» Азимова. (Фрумкин, 2004, стр. 224). И если классики смогли создать блистательные оригинальные произведения, пользуясь как новизной проблематики, так и своим несомненным художественным даром, то фантастика последних лет показывает нам деградацию жанра. Например, в недавнем романе «Смело мы в бой пойдем..» А.Авраменко и др., революции 1917 года в России не состоялось только лишь из-за того, что в шалаше в Разливе был убит Ленин. И все! — этого, по мнению Авраменко и его соавторов, было вполне достаточно.

В массовом сознании такой «механицисткий» подход к пониманию исторического процесса наиболее распространен, может быть как раз потому, что он наиболее прост для понимания детьми и весьма удобен для преподавания истории с дидактической точки зрения. История для обывателя по прежнему пишется как роман: с непременной завязкой, сюжетом и облигатной развязкой. Как будто бы у движения человечества есть осмысленный финал!

Такой подход к истории (есть только несколько важных моментов в столетии, остальное несущественно, ибо все движется по воле всеобщего Духа) задан, по-видимому, еще во времена Гегеля. Вот что он писал в «Лекциях по философии истории» (1830–1838):

«Когда мы имеем дело с прошлым и занимаемся далеким от нас миром, духу открывается такое настоящее, которое, являясь собственно деятельностью духа, вознаграждает его за усилия. События различны, но общее и внутреннее в них, их связь едины. Это снимает прошлое и делает события современными. Таким образом, прагматические рефлексии при всей их абстрактности в самом деле являются современностью, и благодаря им повествования о прошлом наполняются жизнью сегодняшнего дня. От духа самого автора зависит, будут ли такие рефлексии в самом деле интересны и жизненны. Здесь следует в особенности упомянуть о моральных рефлексиях и о моральном поучении, которое следует извлекать из истории и для которого история часто излагалась. Хотя можно сказать, что примеры хорошего возвышают душу и что их следует приводить при нравственном воспитании детей, чтобы внушить им превосходные правила, однако судьбы народов и государств, их интересы, состояние и переживаемые ими осложнения являются иною областью. Правителям, государственным людям и народам с важностью советуют извлекать поучения из опыта истории. Но опыт и история учат, что народы и правительства никогда ничему не научились из истории и не действовали согласно поучениям, которые можно было бы извлечь из нее. В каждую эпоху оказываются такие особые обстоятельства, каждая эпоха является настолько индивидуальным состоянием, что в эту эпоху необходимо и возможно принимать лишь такие решения, которые вытекают из самого этого состояния. В сутолоке мировых событий не помогает общий принцип или воспоминание о сходных обстоятельствах, потому что бледное воспоминание прошлого не имеет никакой силы по сравнению с жизненностью и свободой настоящего». (Г.Ф. Гегель, «Лекции по философии истории», перевод А.М.Водена).

Конечно, Гегель считал, что историей движет некий разумный Дух, каковой, собственно говоря, и является историей, познающий самое себя через деяния. Именно в рамках этого, гегелевского концепта всеобщего Духа Истории, и лежит основная часть произведений альтернативной истории. Попробуем расшифровать это на примере повести В.Щепетнева «Марс, 1939»: каковы бы ни были отклонения от частностей двадцатого века (зеки строят Беломорканал или колонизируют Марс), вектор развития мирового духа остается неизменным, ведь, допустим, именно в этот период ему потребовалось осознание себя через массовый террор на российской земле.

Незначительное допущение накручивает вокруг себя волны изменений незначительного порядка, постепенно вытесняя известную нам реальность мира-А1 давлением новых факторов, присущих только миру-А2. Свершившиеся события мира-А2 тянут за собой другие происшествия, напрочь вытесняя из отпочковавшегося мира-А2 явления первоосновного мира-А1 — в альтернативном мире этим событиям уже нет совершенно никакого места; небесная канцелярия выдает строго определенное число бланков на Важные Эпохальные События, и если изобретен в мире-А2 двигатель, работающий на воде, то там уже никогда детишки не будут радоваться трехцветной зубной пасте.

Вот как объясняется этот щекотливый момент у О.С.Карда в романе «Искупление Христофора Колумба»:

«Нет такого момента времени, в котором эти события существовали бы. Поэтому их нельзя увидеть или посетить, потому что временная ниша, которую они занимали, теперь занята другими моментами. Два взаимно противоречащих набора событий не могут занимать один и тот же момент».

К.Фрумкин в своей монографии пишет о гипотезе «хронодендрита», каковая подводит более широкую базу под выбор бифуркационных точек альтернативного развития: «Согласно этой обсуждавшейся в физике концепции, каждое мгновение во Вселенной возникает бессчетное число равновероятных вариантов дальнейшего развития событий. Но поскольку они действительно равновероятны, и нет никаких оснований, чтобы выбрать один из них, то реализуются все они сразу. Таким образом, каждое мгновение из одной вселенной возникает бесконечное количество новых вселенных, в каждой из которых реализуется один из возможных вариантов старого мира. В следующее мгновение каждая из новых вселенных также «делится» на огромное количество сверхновых. Таким образом, в теории хронодендрита мы имеем дело не просто со Спектром Миров, но со спектром, перманентно динамически расширяющимся» (Фрумкин, 2004, с.168). Поэтому совсем необязательно в фантастическом произведении иметь в виду, что развилка произошла в какой-то один конкретный, всем известный, ставший уже символический, год: 1812, 1825, 1917, 1941.. В ряде неплохо проработанных АИ-произведениях, с искусно выписанными деталями и исторически правдоподобным антуражем, конкретную развилку найти и не очень-то просто. Складывается впечатление, что постепенные изменения накапливались годами, десятилетиями, или может быть даже веками, пока не привели к появлению мира, радикально отличающегося от нашего. Например, мир «Опоздавших к лету» А.Лазарчука имеет столько привязок к нашему миру и столько противоречий с ним, что невозможно выделить какую-то одну, вторую, третью или более точек расхождения между мирами.

По классической схеме возникновения Альтернативного Мира со своей Историей, существует первичный мир-А1, от которого почкуется мир-А2. Но так же, как и для европейцев в четырнадцатом веке было неожиданностью открытие нуля, так и для читателей становится полной неожиданностью то обстоятельство, что существует еще и мир-А0, являющийся первоосновой для такого привычного и незыблемого в наших глазах исторического пространства, каковым является наш мир-А1 со своими рузвельтами, сталинами, чингисханами и кромвелями.

Наиболее громко эта бомба сыграла в романе В.Рыбакова «Гравилет «Цесаревич»». О.С.Кард не стал сколько-нибудь дотошно разрабатывать эту идею, ограничившись лишь конспективным очерком мира-А0: Христофор Колумб там возглавил новый крестовый поход, вырезал всех турок-сельджуков, а Европу в это время начали захватывать тлаксаланы — гордое, быстро развивающееся племя, живущее близ Теночтитлана в Средней Америке.

История показывает нам, что социальная инерция развития — весьма существенное, зачастую непреодолимое препятствие для резких перемен. Если в бурный период перемен выбор был совершён, то многие следующие года мало чего будет изменено. Приведу небольшую цитату из статьи Ю.Каграманова: «Листая как-то парижские «Современные записки», я наткнулся (№ LX за 1936год) на статью неизвестного мне С. Ивановича «Пути русской свободы». Автор приходит к горькому для себя и своих читателей журнала выводу, что советский строй обладает большим запасом прочности и все попытки сокрушить его в обозримом будущем безнадежны. «Режим, — пишет он, — должен остыть, сложиться, стать «пожилым», потерять блеск великих событий (хотя бы это были и великие преступления, и великие мерзости), чтобы в отношениях к нему страдающих народных масс могла проявиться свобода оценки и в психике народа могли бы накопиться элементы объективной ориентации в своем собственном положении. Нужно, чтобы исчезли всякие надежды и иллюзии насчет существующего режима, нужно, чтобы на нем осели густые слои пыли…» Лучшие русские умы в рассеянье все же надеялись на счастливый поворот событий, который позволит белой эмиграции победно вернуться на родину, а Иванович угадал правду: не будет счастливого поворота. То есть будет, конечно, но очень-очень нескоро. «Когда нас не станет»…» (Каграманов, 1999). И действительно, в истории СССР были десятки крупных восстаний против власти (крестьянская война в Тамбовской губернии, многотысячные восстания зеков в сталинских лагерях, события в Новочеркасске, бунт Саблина на противолодочном корабле), и лишь в 1990-91 несколько — куда менее кровавых, всего несколько жертв! — стычек ускорили развал СССР. Кстати, нелишне напомнить, что первая русская революция 1905 года потому и потерпела крах, что не было еще широкой социальной базы недовольства режимом. (Конечно, концепция «медленного времени» школы «Анналов», или психоисторические штудии куда существеннее для понимания истории, нежели традиционный событийный, сюжетный подход — но, повторимся, подробное изучение генезиса исторических альтернатив в большинстве случаев не только опускается писателями, но и вовсе не рассматривается ими в момент создания альтернативной истории).

Американский историк Хейден Уайт в 1970-х годах уподобил историков — романистам. «Мыслители двадцатого века — от Валерии и Хайдеггера до Сартра, Леви Строса и Мишеля Фуко — высказали серьезные сомнения в ценности специфически «исторического» сознания, подчеркнули фиктивный характер исторических реконструкций и оспорили претензию истории на место среди наук» (Уайт, 2002, стр.22). Можно еще вспомнить, например, что Теодор Моммзен, автор многотомной «Истории Рима», получил Нобелевскую премию 1902 года именно по литературе. Подробно разбирая методы исторической науки, Х.Уайт замечает, что «в отличие от романиста историки сталкивается с сущим хаосом уже установленных событий, из которых он должен выбрать элементы истории, которую расскажет. Он делает свою историю, включая одни события и исключая другие, выделяя одни и делая другие подчиненными» (Уайт, 2002, с.26).

Известная максима Леопольда фон Ранке: «рассказывать все, как это было на самом деле», не может работать, если о событии есть более чем одно свидетельство. У каждого своя версия событий, каждый выпирает свое, пренебрегая прочим. Что отобрать, а что выкинуть из своей истории, каждый исследователь решает сам, в меру своей испорченности: «в каждом историческом описании реальности существует нередуцируемый идеологический компонент» (Уайт, 2002, с.41). В естественных науках этот компонент выделить трудновато. Полсотни лет понадобилось западному миру, чтобы осознать высказывание М.Н.Покровского, видного историка начала XX века: «История — это политика, опрокинутая в прошлое».

Естественно, идеологические пристрастия не могут не отражаться в художественных произведениях писателей-фантастов. Одним из наиболее ярких примеров может быть роман Романа Злотникова «Русские сказки» об условной России образца 1917 года (отнесенной, правда, автором на иную планету; но не имеет, вообще-то значения, куда авторы загоняют свои альтернативные миры — мы-то знаем, что всё равно они прописаны в воображении автора и читателя): «Параллели с семнадцатым годом очень заметны. Все та же разруха и тяжелые потери в мировой войне. Отречение государя. Развал всей вертикали государственной власти. И на фоне этого повсеместный захват власти самозваными группами людей, называющих себя Комитетами действия. И все же это другая страна. Страна, в которой бывший самодержец не потерял доверие народа; страна, граждане которой не опустили руки и не дали свершиться страшному преступлению». По мнению Петуховой и Черного, «в данном случае мы имеем дело с открытой апологией конституционной монархии, сторонником которой является автор» (Петухова, Черный, 2002). Или, например, повесть В.Пьецуха «Роммат» об удачном восстании декабристов. Ключевой фигурой мятежа стал князь Щепин-Ростовский. Николая Романова закололи сразу, остальных Романовых перерезали в тот же день — чисто озверевшие за четыре года войны матросы образца 1917-го, а не благородные дворяне 1825-го. Пьецух, как заправский славянофил-почвенник, считает, что Россия раньше европеизировалась бы — но потеряла бы свой благородный месседж, мессианское стремление к поучению всего мира (Немзер, 1993).

Любопытно, что в оценках произведений, написанных в жанре альтернативной истории, некоторые диаметрально противоположные критики порой смыкаются. Например, А.Осипов, характеризуя все это направление, пишет следующее: «Тема путешествий во времени породила особое направление в фантастике, суть которого связана с идеей существования параллельных миров, где время течет с другими скоростями. На эту тему также написано немало произведений. Например, «Принц из Седьмой формации» А. и С. Абрамовых, «Два Вальки Моториных» Г.Панизовской и мн. др. А уже в последние 20 лет отсюда же родилась фантастика на тему альтернативной истории: писатели-фантасты смело изменяют те или иные имевшие место исторические события и, отталкиваясь от гипотетических допусков, выстраивают совершенно иную историческую проекцию — например, что было бы. Если бы Гитлер не проиграл вторую мировую войну и т. д. и т. п. К сожалению, такого рода умозрительные эксперименты, с объективной точки зрения, можно считать не слишком нравственными» (Осипов, 1999, стр. 52). А Рустам Кац, разбирая книгу Пола Ди Филиппо «Потерянные страницы», еще более импульсивно возмущается «не слишком нравственными» экспериментами: «главные мои разногласия с Ди Филиппо и его неумеренными хвалителями — отнюдь не стилистические. Дело в сути литературного эксперимента, который поставил американский вивисектор, эдакий карманный фельдшер Моро. Не имею ничего против иронии, пародии, контаминаций, даже могу простить издевку или личные выпады, если все они концептуальны и вытекают из особенностей пародируемых объектов. Но есть нечто, что трогать не рекомендуется никому, даже самому отвязному фантазеру. С какой стати рядить Франца Кафку и Макса Брода в двух клоунов и принуждать их разыгрывать маловразумительный сюжет в духе «Бэтмана»? Зачем превращать Сент-Экзюпери — человека, органически чуждого пошлости, в эдакого легкомысленного галльского петушка с незамысловатым органчиком в голове? Нет ответа. Отдельный разговор о рассказе «Анна». Причина, по которой жертва нацизма, автор пронзительного «Дневника» появилась в компании американских фантастов, непостижима. Ну ладно, Дик или Хайнлайн были выставлены на посмешище оттого, что маленький фантаст Ди Филиппо испытывает чувство враждебности к фантастам большим. Но Анна-то Франк чем автору помешала? Тем, что была предельно искренней? (Дневник свой, как известно, она писала для себя, а не для печати) Тем, что погибла в лагере? Ди Филиппо собственноручно перестраивает ее судьбу: что было бы, окажись Анна в американской безопасности? Ну, конечно же, стала бы сниматься в «Волшебнике страны Оз» (для этого автору книги пришлось укокошить не менее реальную Джуди Гарленд), вышла бы замуж за безногого неудачника Микки Руни (на самом деле — абсолютно здорового удачника), пристрастилась бы к кокаину и принялась бы заполнять страницы своего дневника глупыми жеманностями!… Есть понятие «нравственный релятивизм». Оно, по большому счету, означает только безнравственность и оно в полной мере применимо к текстам Пола Ди Филиппо.» (Кац, 2005, с. 211–213)

В статье «То, чего не было, — не забывается» В.Рыбаков делает любопытные выводы о значении альтернативной истории для обществознания:

«Альтернативные истории ценны для нас тем, что они, во-первых, как нельзя лучше фиксируют уровень исторической грамотности тех или иных групп населения.

Во-вторых, они с полной откровенностью демонстрируют характер и эмоциональную интенсивность отношения этих самых групп к тем или иным реальным и полуреальным или даже вполне вымышленным историческим событиям.

И, наконец, в-третьих, с предельно возможной откровенностью обнажают исторические ожидания и фобии этих же самых групп.

Ни один другой вид исторического и историографического творчества на такое не способен» (Рыбаков, 2001).

Много копий сломано в многочисленных полемических битвах о возможности или невозможности тех или иных вариантов развития исторических событий. Надо отметить, что у каждого читателя своя грань, которой он отделяет возможное от невозможного, и на основании этого уже судит произведение автора по степени реалистичности, было ли какое-то авторское допущение волюнтаристским, невероятным событием без реальных предпосылок, или же действительно для подобной развилки были объективные и субъективные причины. Например, С.Анисимов в книге «Вариант «Бис» описывает мир ХХ века, в котором СССР, в частности не заморозил строительство авианосцев во время второй мировой войны, что позволило в 1944 году справиться с Германией без открытия второго фронта.

Однако даже поверхностное прочтение должно насторожить читателя. Дело даже не в том, подсуживает ли постоянно Анисимов «своим» на театре военных действий, а дело в экономике. Например, откуда все-таки взялись у СССР ресурсы на строительство ресурсоемких и технически сложных кораблей, если даже легковые автомобили в реальности мы закупали у американцев? Какие реальные действия должно было совершить советское правительство в 1930-е, 1920-е годы, чтобы к началу второй мировой войны СССР имел ресурсы не только для производства самолетов и танков, но и для обновления ВМФ?

Ю.Латов в статье «Ретропрогнозирование: фантастика или наука?» дает простейшую схему разбора вероятностности исторических сценариев:

«Оценки реалистичности ретропрогнозных сценариев можно типологизировать по довольно простой схеме. Деятельность людей (выдающихся личностей, социальных групп) определяет субъективную вероятность либо невероятность альтернативного хода событий, а состояние окружающей людей среды (природы, объективных производительных сил) — объективную вероятность либо невероятность. В таком случае ретропрогнозные сценарии могут иметь четыре степени реалистичности:

А — для альтернативного исхода были и объективные и субъективные предпосылки (собственно альтернативное моделирование);

Кв — для альтернативного исхода были объективные предпосылки, но не было субъективных (контрфактическое моделирование высоковероятных событий);

Км — для альтернативного исхода были субъективные предпосылки, но не было объективных (контрфактическое моделирование маловероятных событий);

Кн — для альтернативного исхода не было ни объективных, ни субъективных предпосылок (контрфактическое моделирование заведомо невероятных событий)».

Согласно этой схеме, львиная доля фантастических произведений жанра Альтернативной Истории ничем особо ценным для историков быть не может, ведь сценарии типа «древние греки высаживаются на Луну», «крестоносцы захватывают НЛО и летят воевать к другим звездам» или «английское королевство в XII веке захватывает Король-Ворон, человеческий детеныш, воспитанный эльфами» автоматически относятся к крайней степени нереалистичности.

Зачастую сами авторы подпускают изрядную толику невероятности в свои произведения. Например, в романе «Альтерация» А.Вохерет описывает технологию клонированию человека (причем с сохранением психических качеств и всех приобретенных знаний!) уже в 1930-х годах, а мир дилогии «Искатели Неба» С.Лукьяненко, в котором описана очень любопытная модификация христианства, делает сильный крен в сторону фэнтези. Естественно, подобные вольности весьма далеко уводят нас от возможных вероятностей развития событий.

«Большое значение приобретает умение писателя создать логически непротиворечивую, убедительную картину будущего на основе верно рассчитанной взаимосвязи причин и следствий во всех направлениях общественной жизни, обходясь при этом без излишнего нажима, преувеличений, гротесковости» писала про фантастическую литературу Н.И.Черная в монографии «В мире мечты и предвидения» (Черная, 1972). И не имеет значения, создает ли фантаст картину далекого будущего, или же, становясь на позиции, допустим, XIX века, выдумывает свои гиперпаровозы с механическими компьютерами или перекраивает политическую карту мира.

«Динамические модели по своей природе абстрактны — мы знаем в лучшем случае основные тенденции, но никак не точные законы, управляющие движением мира. Конструирование вымышленной Вселенной подчинено своим правилам. Она должна быть жизнеспособной и, значит, опираться на реальность: иными словами, фантаст не выдумывает будущее, но ищет его следы в настоящем» (Переслегин, 1994, стр. 41).

Однако, как мы увидим далее, даже имевшие место быть в реальности, такие простейшие альтернативы, как «промахнулся террорист или попал-таки в высокопоставленного сановника», не всегда могут сильно повлиять на дальнейший ход исторического процесса; все, в конечном счете, зависит от уровня исторических знаний о той эпохе.

Куда идет Красная армия?

Земные дороги ведут не в Рим

Запомни, и скажи всем своим

Дороги все до одной приводят сюда

В дом вечного сна…

«Крематорий»

Мы не берем на себя смелость рассматривать многочисленные случаи, описанные в литературе, когда герои, приравненные к суперменам одного ряда со Штирлицем или Шварценеггером, путешествуют, по меткому выражению Джона Клюта, «поперек обширного ряда параллельных миров, в каждом из которых реализована своя, отличная от других, альтернативная история». Интересующихся можно отправить непосредственно к первоисточникам: П.Андерсон «Патруль времени», А.Азимов «Конец Вечности», Ф.Лейбер «Судьба времени Три», С.Лем «Двадцатое путешествие Ийона Тихого» и многим, многим другим повестям, рассказывающим о нелегкой судьбе путешественников во времени. Конечно, оставим за бортом и альтернативные миры, построенные на иных биологических принципах: цивилизацию динозавров из трилогии «Запад Эдема» Гарри Гаррисона, собачий мир «Волчьей натуры» Владимира Васильева, вампирскую «Империю страха» Брайена Стеблефорда, садово-огородный мир Джанни Родари из «Приключений Чиполлино»… Или миры, построенные на старых теологических основах: «Плоский мир» Терри Пратчета, «Монах на краю Земли» Сергея Синякина, «Во избежание» Любови и Евгения Лукиных…

Тут же задаешься вопросом: а нельзя ли «Затерянный мир» (1912) Артура Конан Дойла отнести к прообразу альтернативной истории планеты?

Ограничим свой круг изысканий альтернативно-исторической фантастикой, опирающейся на каноническую Историю. К жанру АИ можно отнести произведения, в которых описывается не то, что было, а то, что случилось бы в истории человечества благодаря вольному допущению автора.

Двадцатый век позволил дистанцироваться ото всех и всяческих догм и стереотипов. Теперь, когда стало можно выдумывать что угодно, и даже записывать на бумагу свои фантазии, исполняются самые несбыточные мечты, в которых привычные и знакомые многим исторические персонажи будут играть несвойственные им роли… «Эффект узнавания» персоналий в альтернативной истории наиболее интересен: российскому автору нет нужды подробно расписывать внешность, скажем, Отца Всех Народов, а на противопоставлении характеров прототипа из мира-А1 и его двойника из мира-А2 можно построить много занятных шуток.

Особым шиком является встраивание в повествование какого-нибудь известного деятеля. Например, Михаил Сергеевич Горбачев в романе В.Рыбакова «Гравилет «Цесаревич»» занимает должность патриарха церкви коммунистов в городке Симбирске, а у Г.Гаррисона в «Трансатлантическом туннеле» появляется Брайан Олдисс — ректор колледжа Всех Святых.

Но вернемся на наши почвы.

Итак, одна из заоблачных грез российских патриотов, монархистов и протчих ортодоксалов-государственников и консерваторов-русофилов: усилиями П.А.Столыпина (выжившего после неудачного покушения 1911 года) монархия сохранена, революции 1917 года не было.

Петр Аркадьевич Столыпин идеализирован в последние годы чуть ли не как святой и мудрый правитель. Однако этот «саратовский душитель» стал причиной начала массового кровопролития. В России за весь девятнадцатый век было казнено людей меньше, чем в первый год внедрения трибуналов (19 августа 1906 года, закон о военно-полевых судах).

С 1826 по 1906 гг казнено 984 человека.

С 1906 по 1909–2353.

Россия, жалеющая каждого преступника, скорбящая о любом убиенном, вдруг захлебнулась потоками крестьянской крови. На виселицу попадали за такие провинности, за которые во времена более спокойные можно было получить всего лишь несколько лет тюрьмы. «Столыпинский галстук» не такая штука, которая может окупиться «успехами» в экономике. В.Г.Короленко скупо и со злостью описал этот судебный террор в рассказе «Бытовая ошибка». Первая мировая война и последующий большевистский переворот вкупе с войной гражданской — лишь продолжение бессмысленной резни, начатой Столыпиным: вкусившие крови хотят пить ее досыта. В ХХ веке именно Петр Аркадьевич ввел в жизнь россиян легитимный массовый террор — после относительно спокойных десятилетий тихого девятнадцатого века.

На этом фоне злорадный оттенок приобретает крылатая фраза П.А.Столыпина, сказанная с трибуны Государственной Думы: «Дайте нам двадцать лет, и вы получите другую Россию».

Василий Щепетнев дал Столыпину двадцать лет — это в его власти, он — писатель-фантаст.

Что же мы получаем?

Повесть В.Щепетнева «Седьмая часть Тьмы».

1933 год.

Вот уже девять лет идет война с Германией, где правят коммунисты. Вице-директором радио «Свобода» работает Троцкий, а посредственные пропагандистские передачи пишет муж Надежды Константиновны.

В монархической России Константин Фадеев живет как барин — на процентах с изобретения противогаза; Карл Густав Юнг перебрался в Москву. Босфор и Дарданеллы наконец-то российские, но за них приходится платить ежегодный налог кровью. Открыта вакцина от простуды, кори, коклюша и насморка [мечта Алисы Селезневой сбылась!], но аэроплавание по прежнему «плавание»: самолетов нет, а дирижабли наполняют не взрывоопасным водородом, а безопасным гелием. Трагедии «Цеппелина» не будет, но и в США президентом стал спортсмен-здоровяк Франклин Делано Рузвельт, больше пекущийся о своей внешности, нежели о национальной безопасности вверенной ему страны. А опасаться есть чего: Россия в союзе с Японией одолела гоминдановский Китай, теперь же запускает атомарную бомбу на Нью-Йорк.

Что же делает российский монарх? Как и положено, страдает гемофилией (несворачиваемостью крови), устал от политики и готов уступить все права на трон серым кардиналам.

Однако и эту сюжетообразующую развилку некоторые исследователи не склонны считать бифуркационной точкой российской истории, потому что к сентябрю 1911 года Столыпин уже успел истощить и свой реформаторский пыл, и доверие царской семьи. А в условиях политической смерти смерть физическая не играет значения (Латов, «Ретропрогнозирование…»). Сохранение всей полноты власти в руках Столыпина возможно при небольшом дворцовом перевороте, упоминания о котором отголосками встречаются в повести Щепетнева.

Хронологическая таблица

Альтернативная история — произведения, в которых рассматриваются вероятностные миры, выросшие из известных обстоятельств, после какого-то значительного или незначительного события, которое произошло не так, как в нашей реальности, и поэтому альтернативный мир стал кардинально отличаться от нашего мира, но в произведении авторы зачастую используют известных исторических персонажей, порою — в совершенно несвойственном для них качестве. Если в рассказе появляется путешественник во времени, дверь в иное измерение или еще какой хрононавт, то произведение можно отнести по формальным признакам к АИ, хотя ощущения необычности в полной мере добиться уже невозможно.

В строгом смысле чистой АИ можно назвать чрезвычайно малое количество произведений: в основном писатели используют и путешественников во времени, и гипотезу о параллельных мирах, и прочие вмешательства извне.

Чистая АИ не должна явно сопрягаться с нашим историческим пространством, за исключением случаев «камео», несущих зачастую сатирический элемент. Интересны произведения, отстоящие от вероятностной развилки на дистанцию в одно — два поколения: можно узнать подробности перелома в истории, и понаблюдать, к каким гипертрофированным последствиям в науке, технике и политике все это привело.

Таблица ни в коей мере не претендует на всеохватность; в нее сведены воедино разрозненные сведения о произведениях АИ, дается представление о наиболее излюбленных исторических моментах отечественных и западных писателей-фантастов.

65 млн. лет назад

Г.Гаррисон «Запад Эдема» (1984), «Зима в Эдеме» (1986) и «Возвращение в Эдем» (1988).

Есть гипотезу, что 65 млн лет назад в Землю врезался метеорит, в результате взрыва которого в атмосферу было выброшено огромное количество пыли, приведшей к преждевременному наступлению зимы и вымиранию динозавров. В подтверждение гипотезы был даже подобран подходящий кратер Чискуб в мексиканском штате Юкатан, диаметром в 1,2 км и глубиной 175 метров, но биологи и палеонтологи не добавляют для подтверждения этой красивой гипотезы новых фактов. Однако сама возможность радикально изменить биологическую историю целой планеты одним махом весьма заманчива.

Гаррисон делает допущение, что метеорит не врезался в Землю, следовательно динозавры не вымерли, а потом и вовсе эволюционировали до разумных существ, и эти иилане параллельно сосуществуют с дикими людьми. Цивилизация мыслящих динозавров гармонично вписалась в окружающий мир. Динозавры занимаются генной инженерией. Свои города и жилища они не сооружают в привычном смысле этого слова, а выращивают. И все же иилане остаются животными. Их мир холоден и бессердечен. Динозавры не могут любить, радоваться, сострадать как люди. И не удивительно, что будущее не за ними. Человек постепенно овладевает премудростями ящеров, выходя из состояния дикости.

65 млн. лет назад

к/ф «Супербратья Марио» (1993) реж. Эннабел Янкел и Рокки Мортон. Параллельный мир, созданный 65 млн лет назад от удара все того же пресловутого метеорита. Ящеры не измельчали, а эволюционировали в антропоморфных разумных существ. Уровень развития науки и техники — выше нашего; диназавроиды, например, уже успели выкачать все природные ресурсы из планеты, и готовятся к колонизации параллельного мира, то есть нашей Земли. Супербратья Марио должны сорвать экспансию: у нас на планете уже распределено, какие корпорации загрязняют природу, иным здесь не место.

Несколько миллионов лет назад..

В детективно-фантастическом романе В.Васильева «Волчья натура» (1999) людей, произошедших от приматов, вообще никогда не существовало на Земле. В мире «Волчьей натуры» живут разумные существа, произошедшие от собак либо волков.

Седьмой век до нашей эры…

Эдуард Геворкян. «Темная гора». 1999.

Геворкян написал книгу в жанре «фантастическая альтернативная история», потому что параллельный мир, возникший благодаря вмешательству Гомера (ослепшего путешественника во времени) появился не из нашей исторической реальности, а из фантастического, придуманного мира цивилизации атлантов.

Стереотипно это смесь Лазарчука, Щербакова и маленького рассказа К.Саймака «Спокойной ночи, мистер Джеймс» — вмешательство атлантов, понастроивших по всему миру пирамид, измененные состояния окружающего мира и постоянные подозрения одного из героев о своем искусственном происхождении. Плюс ко всему армейская муштра и жукеры из «Звездных рейнджеров» Р.Хайнлайна и подгонка человеческого тела под инопланетные условия, как скажем, в «Некрасивом биоформе» К.Булычева.

Греки правят миром из города Микены, а греками правят гигантские разумные жуки-телепаты инопланетного происхождения, прозябающие на нашей планете уже несколько тысячелетий. Земляне (гибкое определение: под него попадают и люди, и насекомые) путешествуют посредством телепортации к иным звездам, но электрические лампочки в быту — страшная роскошь, а тяжелую работу выполнят прирученные и искусственно выведенные гигантские насекомые (которые заодно всех собак извели). Радио не существует. Продолжительность жизни подскочила до 120–150 лет, но жесткая регламентация социального мироустройства, кастово-цеховая система и атрибуты полицейского государства не дают мне права назвать этот мир утопией.

Редко-редко где-нибудь используют паровые машины: как в нашем мире эллины не доверяли пару, так и в альтернативной реальности изобретение Герона не нашло должного применения. Живорождение запрещено и аморально: для продолжения рода существуют инкубаторы. Бунты и социальные потрясения остались в далеком прошлом, несогласные с генеральной линией развития переселяются на иные подходящие для жизни миры — когда тайно и негласно, когда в приказном порядке.

Любопытны маленькие детальки: например, столица Восточной Гипербореи, город Тангас Ка, погибла от удара всем известного метеорита…

Вот что пишет О.Славникова об этой книге:

«Роман Эдуарда Геворкяна «Темная Гора» — еще один образец «сослагательного наклонения», где дописывается миф об Одиссее. Отношение к культурному мифу как к исторической действительности (Лаэртид у Геворкяна, точно так же, как Иисус у Ивана Бездомного, выходит совершенно реальным человеком, повстречавшим в новом своем путешествии обломок цивилизации атлантов) предоставляет наше историческое «сегодня» в распоряжение литературы. Геворкян моделирует идеальную, предельно устойчивую пирамидальную империю, основанную на симбиозе людей с Менторами — высшими существами, пришедшими из Космоса. Одиссей, оказавшись на последнем островке Посейдонии — на горообразном железном плавсредстве, отсылающем скорее к приключениям Гулливера, нежели к гомеровскому эпосу, — обнаруживает там странное божество — гигантского жука, обладающего телепатическими способностями. Видимо, появление Лаэртида что-то изменило в судьбе Темной Горы: жук и его потомство не погибли, как это, вероятно, произошло в «нашей» действительности (она всегда имеется в виду), но овладели исторической ситуацией и воспитали человечество на свой консервативный манер.

«Наше время» у Геворкяна в культурном отношении представляет собой бесконечно затянутый эллинизм, вооруженный технологиями Менторов, еще более древними, чем человеческие мифы и фольклор, и, стало быть, при всех чудесах космических перелетов бесконечно архаичными. Надо отдать должное Эдуарду Геворкяну: его идеальная империя обладает внутренней логикой, определяющей связь деталей и целого. В этом мире, что важно, полностью отсутствует электроника, вообще любые информационные технологии, расширяющие естественные возможности разума. Астронавты — это ремесленники, механики звездных машин, а сами пирамидальные машины напоминают внутренним устройством гигантские кухонные «ходики», внутри которых маленькие человечки переводят стрелки и подтягивают гирьки. Верховная власть, как это всегда бывает в империи, закутана в прочный мифологический кокон — и образность этого кокона представляет собой любопытный синтез псевдо-античности с «насекомными» мотивами, отсылающими к псевдо-демонизму современного масскульта». (Славникова, 2000)

340 г. до н. э

Путешественник во времени отвращает Аристотеля от занятий наукой, рассказывает небылицы про Индию, а юный Александр Македонский, наслушавшись про индийские чудеса, отправляется походом на Индостан, и прожил на 15 лет больше. Заторможено развитие НТР.

Л.Спрэг де Камп «Аристотель и оружие» (1958, 1990)

323 год, до н. э., июнь

А.Тойнби «Если бы Александр не умер тогда…»

Македонский переболел малярией и продолжил завоевание мира. Испания, Италия, Кавказ, Крым, Китай, далее везде… Тойнби подыгрывает Александру. Например, слишком легко проходит объединение Италии и последующее признание итальянцами над собой власти Александра — совершенно без национального протеста в адрес иноземных захватчиков. И слишком просто происходит объединение шести китайских царств, с последующим признанием над Поднебесной гегемонии Александра Македонского, по сути являющегося в глазах китайцев каким-то варваром. Далее империя Александра продолжает существовать, по воле А.Тойнби, многие века, и объяснение ее могущества историк видит в следующем: «Александp IV сделал из этих усобиц пpавильный вывод: самые устойчивые части деpжавы — это конфедеpации гоpодов следовательно, надо пpеобpазовать все дpугие ее части в такие же конфедеpации, всемеpно поощpяя для этого местную инициативу гоpожан. Этой великой задаче были отданы все тpуды долгой жизни Александpа IV, заявившего: «Монаpхия есть почетное pабство». Какое счастье, что тpуд этого замечательного цаpя был так же успешен, как и тpуд его отца»!». Самостоятельный отказ от деспотии в пользу народовластия и установление просвещенной монархии в III веке до нашей эры выглядит фантастично — но не мог же Тойнби отказать себе в полете фантазии, он даже Ашоку сделал в новом мире лекарем!

Как считают современные историки, А.Тойнби слишком идеализировал Александра Македонского, и, случись последнему прожить дольше 32-х лет, эллинистический мир мог и вовсе не достичь своих высот — ибо экономика была бы истощена бесконечными военными походами, в ходе которых, между прочим, была бы загублена не одна азиатская культура (Коули, 2002, с. 62–64).

330-320- гг. до н. э.

П.Андерсон «Эутопия» (1967).

Судя по всему, в этом рассказе развилка произошла по сценарию А.Тойнби. Греческая цивилизация расползлась по всему миру и существует до сих пор.

1–2 г. н. э.

В мире «Искателей неба» описана очень любопытная модификация христианской религии. При «избиении младенцев» Иосиф промедлил и не успел укрыть маленького Иисуса от гнева Ирода… Спаситель не пришел. Однако, чтобы смягчит гнев Божий, явился Искупитель, попытавшийся взять на себя грехи человеческие и вину за смерть сына Его. И в качестве дара мир получил Слово — магический компонент произведения, выходящий за рамки жанра чистой АИ.

«Слово» — очень интересный феномен. Каждый посвященный, воспользовавшийся определенной словесной формулой, может «положить на Холод» практически любой неживой предмет: меч, книгу, скульптуру, да хоть дом. Единственное ограничение — сила самого Слова, ну и в какой-то степени мощь того, кто его произносит. Причем вещь «на Слове» для любых посягательств практически недоступна, более того — это идеальное хранилище: владельцу на плечи не давит, не портится, чужому глазу не покажется, а достать можно в один миг. Закрома, которые всегда с тобой.

Тем не менее Искупитель, посланец Божий, стал правителем римской империи, а апостолы (кроме Иуды) предали его. Потерпев крах при попытке спасти человечество, Искупитель сам себя отправляет на Холод, забрав с собой все месторождения железа.

Отсюда проистекает декорационная особенность мира дилогии: «железный стандарт». Вместо золота повсеместно используют в качестве валюты железо. Так случилось, что помимо прямого изъятия железа, людьми был утрачен секрет извлечения железа из породы, секрет обогащения руды. Это привело к определенному «гомеостазу» системы, когда достигнутый уровень развития вроде бы удовлетворяет всех.

Однако Империя, с некоторыми изменениями, видимо, доживает до наших дней. Авторитет Церкви велик до безобразия, однако и ее раздирают противоречия.

Действие происходит в наши дни, рубеж 2 и 3 тысячелетия. Существует некое руссийское Ханство с чудной помесью атрибутов романовского царизма и татаро-монгольского Ига, чьи купцы курят кальян, торгуют крымским вином и весьма начитаны. Есть слабенькая Османская Империя, есть Китай, чьи мастера делают уникальные 1–2 местные планеры-самолеты, способные при помощи двух твердотопливных ракетных ускорителей-толкателей часами держаться в воздухе и перелетать на сотни километров. За океаном имеется империя Ацтеков — но это все, что про нее нам сообщается.

Радио не существует. Автомобили только появляются. Основной вид транспорта — лошади. Книгопечатание слаборазвито. Сильны монархические лизоблюдские настроения.

С.Лукьяненко, дилогия «Искатели неба» (Холодные берега — Близится утро) 1998-2000

33 год н. э.

Н.Казандзакис «Последнее искушение Христа», 1954.

Иисус не был казнен, а спокойно женился и дожил до старости.

33 год н. э.

Д.Бойд «Последний звездолет с Земли» (1968)

Развилка: Иисус Христос повел войска в поход на Рим и поработил его.

Действие романа происходит примерно в наше время. Уже в девятнадцатом веке найдены способы заселять планеты чужих звезд. Но на Земле царит консервативная церковная диктатура, вызванная воинствующими христианами.

«Эталонная антиутопия о регламентации численности и классового состава населения под пером Бойда из гротеска обращается в притчу. Герой — неортодоксальный математик, усомнившись в целесообразности Системы, углубляется в своего рода расследование: что же изменило историю и кем были всеми признанные герои. Сцены суда над этим нонконформистом — едва ли не сильнейшее место в книге. Четверо присяжных — психолог, священник, математик и социолог — предлагают свои версии, которые изначально ложны. Герой признан виновным и отправлен на планету-тюрьму» (Сорочан, 2002).

33 год н. э.

Ф.Пол «В ожидании олимпийцев» (Waiting for the Olympians, 1988). Перевел Евгений Дрозд, 1995.

Римская империя, изжив наиболее гнусные формы рабства с отвратительной эксплуатацией и полной безответственностью хозяина перед «говорящей вещью», не была разбита нашествием галлов снаружи и не изъедена изнутри учением проповедника Иешуа из Назарета (которого мудрый наместник Иудеи просто выпопрол и отпустил на все четыре стороны), а продолжала расти, охватив весь земной шар. Как следствие — на шесть веков раньше земляне вырвались в космос, устроили колонии на Луне, Марсе… Живя в рамках всепланетного государства конфедеративного типа, человечество избавилось от войн, расовой дифференциации, экологических проблем, религиозной нетерпимости. Причем проблемы веротерпимости решены весьма любопытно: любое иноземное или заморское божество включается в языческий Пантеон. Это позволяет свободно развиваться всем народам, заимствовать лучшие достижения друг у друга, не разделяя культуры по принципу «правоверные» и «неверные». Если не Светлая Утопия, то уж по крайней мере — один из лучших вероятностных миров. Тем не менее пришельцы из космоса наотрез отказались идти с землянами на контакт — в виду наличия у них/нас такого социального рудимента, как рабство. Интересно, чтобы они сказали, посмотрев на наш мир?

Пятый век нашей эры:

С.Мак-Дуггал «Четвертый Рим» (рус. пер. 2006)

Римская империя не была разрушена, а, постепенно разрастаясь и сохраняя как все пережитки рабовладельческого строя, так и используя прелести прогресса (автомобили, например), к двадцатому веку заняла практически весь мир, кроме Китая и Аляски.

М.Алферова «Мечта империи»

Римская империя просуществовала по крайней мере до XIII века. Технические атрибуты (автомобили, винтовки, атомное оружие) из нашего века, а политические реалии — из далекого прошлого.

Шестой век, сказочное время Короля Артура

Марк Твен «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура» (A Connecticut Yankee in King Arthur’s Court, 1889). Перевел Николай Чуковский, 1896.

Этот многоплановый сатирический роман — не совсем чистая АИ. Американец, олицетворяющий дух предпринимательства и передовой инженерной мысли, непонятным способом попадает в шестой век нашей эры. Первое же рукотворное чудо, совершенное им для завоевания авторитета — взрыв башни волшебника Мерлина с помощью самодельного пороха. Потом же, имея в своем распоряжении скрытые фабрики и школы, проворный американец за десять лет пытается внедрить телефон, швейную машинку, противопехотные мины, спички, велосипеды, газеты, страхование от несчастных случаев, перьевые ручки, пароходы и даже десятичную денежную систему. Знатные дворяне заняты на обслуживании железных дорог, а рыцари Круглого Стола играют с акциями на бирже. Однако натуру, и, как бы сейчас сказали, ментальность средневекового крестьянина не исправить: католическая церковь взяла-таки свое: «За каких-нибудь два-три столетия она превратила нацию людей в нацию червей». Прогрессорские начинания так и не прошли в Англии VI века нашей эры — реакция взяла-таки свое, уничтожив все начинания и изобретения. Следы влияния американца на Историю оказались чрезвычайно минимальными, последующий ход мировых событий даже не изменился. Однако описания использования современной техники средневековыми рыцарями не может не радовать глаз. Так что по крайней мере по одному из пунктов роман вполне подходит в категорию произведений Альтернативной Истории.

864 год нашей эры

Англичане казнят вождя викингов, и провоцируют тем самым вторжение викингов в Англию. В скором времени образуется единое, языческое государство на территории Скандинавии и Англии.

Главный герой романа — изобретатель Шеф, один наизобретал: катапульту, арбалет, современные топографические карты, воздухоплавание, а заодно совершил революционный переворот в сознании, придумав и обосновав веротерпимость, что должно было бы логично проистекать из победившей религиозной доктрины — язычества.

Г.Гаррисон, в соавторстве с Т.Шиппи и Д.Холм «Молот и Крест», «Крест и король», «Король и император»

1100-е

Сюзанна Кларк «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» (2004, рус. пер. 2006).

«В параллельной вселенной этой книги север английского королевства в 12 веке захватывает Король-Ворон, человеческий детеныш, воспитанный эльфами. Он создает и развивает собственную систему магии — под его руководством колдуны обучаются использовать деревья в качестве солдат и перевоплощаться в любых зверей. Король уходит из Англии в 15 веке и с тех пор волшебство пребывает в запустении. В 18 веке не остается уже практикующих магов — есть лишь занудные историки магии. Йоркское общество таких историков обнаруживает, в 1806 году, что один провинциальный джентльмен способен оживить и заставить разговаривать статуи местного собора». (И.Якшин, 2006)

Действие книги происходит в последующее десятилетие, и там есть занятные описания вмешательства магов в войну с Наполеоном, но к АИ это не имеет никакого отношения.

1240-е.

Александр Невский и хан Сартак объединились, а через столетие к их союзу присоединился китайский император. Сохраняются долгое время и великий князь, и патриарх. В разных частях империи живут мусульмане, иудеи, христиане… Столицей русского княжества является Александрия Невская (напоминающая Петербург как архитектурно, так и местом географической локализаций).

Хольм Ван Зайчик, цикл «Плохих людей нет» (2000 и далее).

1492

Приплыв в Америку, европейцы встречают индейцев, вооруженных истребителями с напалмом и ракетами. Сильнейшая повесть по психологическому воздействию.

Л. и Е.Лукины «Миссионеры» (1989)

1492

Орсон Скотт Кард «Искупление Христофора Колумба».

Специалисты-хроноскописты из Службы минувшего следят из далекого двадцать третьего века за всеми подряд историческими событиями. Африканской исследовательнице стало невыносимо жаль своих далеких-предалеких предков, умерших в рабстве, и она решила, что все зло в мире — от европейцев, придумавших машины для войны и опустошения земли. Логично, не правда ли? [А все добро — от китайцев, придумавших порох и деревянные пилы для пыток.]

Что надо сделать, чтобы не появилось рабство в Америке? Не допустить туда Колумба. Или же пустить, но перевоспитать, заняться прогрессорством, заодно привив эмансипацию в племенах мезоамериканских индейцев, уча их выплавлять железо и строить огромные корабли, с легкостью меняя кровавый культ жертвоприношений Уицилопочтли — на очередную разновидность христианства, заодно вылечивая всех подряд ото всех известных эпидемиологических заболеваний. Собственно Альтернативная история начинается у Карда только под финал, примерно с десятой главы.

1588, июль.

Кит Робертс «Павана» (1968, рус. пер. 1992).

Королева Англии Елизавета I убита, Испанская Армада успешно высадилась на Британских островах, реформация не произошла, ступор в НТР. Действие начинается в 1968 году, в Англии. Воинствующая Церковь владеет всем миром, жестко контролирует любые изобретения. Перевозки осуществляются паровыми машинами по грунтовым дорогам, связь поддерживается системой сигнальных башен, из крепких напитков в таверне вам могут предложить пиво, а электричество запрещено папой римским. В ремесленном секторе стагнация поддерживается окостеневшей системой гильдий. В 1985 Инквизиция прокатилась по Англии и вызвала крестьянскую войну на западном побережье. Но реформация пошла дальше, глубже — не к первым христианам, а к языческим богам.

В финале эффект АИ смазан упоминанием Древнего Мира — нашего мира.

Великолепные психологические описания методом погружения во внутренний мир героев, их переживания, воспоминания и предысторию.

Ю.Сорочан в библиографическом справочнике «Новая волна» так пишет об этой книге:

«Одна из наиболее любопытных альтернативных историй — об Англии 20 века, в которой царит инквизиция, а техническому прогрессу путь надежно прегражден после вторжения испанской Армады. Книга Робертса представляется мне стилистическим шедевром. Он обошел всех своих учителей, начиная с Балларда, и создал уникальный мир, пронизанный мифами и поэзией. В мироздании по Робертсу многовато ностальгии, но многим именно это придется по вкусу. В конце концов миром правят неведомые и невидимые силы, связующие самые разные предметы и явления в единую и нерушимую цепь — как фигуры в старинном танце — паване. Каждая из новелл об альтернативной Англии незабываема, но впечатление они производят цельное. Недаром фэны простили автору и нестандартную форму, и пристрастие к печальным концовкам — книга стала весьма и весьма популярной. Робертс не только сотворил атмосферу; в эпилоге ему удалось (несколько поверхностно, на мой взгляд) добавить оптимизма к своей картине. Человечество получит все скрытые знания, когда… Выводы, может, и прямолинейные, но куда как жизнеутверждающие. Увы, вся эта красота устремлена в прошлое, книгу переполняет упоение средневековьем, носящее несколько двусмысленный характер. Если вы этого не заметите — прекрасно.» (Сорочан, 2002)

1591

Уильям Шекспир с пиратами попадает в Америку, и там пленен индейцами племени чероки, где пытается поставить спектакль «Гамлет».

Уильям Сандерс «Неведомый Гамлет» (рус. 1997)

1658

Кромвель не умер, а прожил еще лет сорок, не допустив реставрации династии Стюартов.

Но действие романа происходит в Северной Америке, в начале XIX века. Серная Америка раздроблена, и практически все европейские государства имеют на континенте свои колониальные уделы. К сожалению, имеет изрядную примесь фэнтезийности.

О.С.Кард, сериал об Элвине («Седьмой сын», «Краснокожий пророк», «Подмастерье Элвин»).

1600 — е

В Англии при Карле I уже изобрели паровоз

П.Андерсон «Буря в летнюю ночь», роман Midsummer Tempest 1974

Питер Акройд «Мильтон в Америке». (рус. перевод 2002 г.).

Мильтон уехал в Америку. Эмигрировал после падения Кромвеля. И что бы вы думали? Треть книги нам деревенским языком писаря пересказывают перипетии морского путешествия поэта. Никакой «альтернативной истории» не вышло: так, судьба человека (да, могучего человека) немного переписана. Но — не более того.

1632

В Германию попадает не один или несколько персонажей, а целый… город из США!

Эрик Флинт «1632».

1666

Рэндал Гаррет «Джентльмены, обратите внимание» (Gentlemen, please note, 1957). Перевод А.Прокофьевой, 1990.

Исаак Ньютон открыл закон всемирного тяготения, но бюрократы из военного ведомства подняли начинающего ученого на смех. Ньютон был вынужден бросить занятия математикой и переквалифицировался в архиепископы. Будучи лицом духовного сана, Ньютону ничего не оставалось делать, как писать теологические работы. Как следствие, развитие НТР затормозилось лет на триста: закон всемирного тяготения удалось открыть только в двадцатом веке Альберту Эйнштейну. Политическая карта мира осталась на уровне прошлых веков: известно, что в 1948 году Англия воевала с Францией, а Австро-Венгерская империя все еще имеет вес на континенте.

1697

«Богатство Османской Империи Сибирью прирастать будет». Турки победили Россию в битве при Чернигове, завоевали Восточную и Центральную Европу. Через столетие Наполеон без труда победил Англию. Все это затормозило технический прогресс. (Т.Алешкин, 1998, стр.17)

Х.Пирс «Наполеон вне времени»

1703?

Петр I не стал закладывать Северную Пальмиру и рубить «окно в Европу». Но большевики в начале ХХ века все равно пришли к власти, и действие происходит где-то в 1930-х? Помимо занятных кадавров вроде «Кафедры генетики при партийной школе религиозных национал-большевиков», в рассказе наличествуют ожившие мертвецы, что несомненно придает психологический колорит произведению, но смазывает эффект достоверности.

А.Щеголев «Кто звал меня?» 1992.

1770-е

Г.Гаррисон «Да здравствует Трансатлантический туннель! Ура!» (A Transatlantic Tunnel, Hurrah! 1972). Перевел Вячеслав Рыбаков, 1993.

Америка не обзавелась Соединенными Штатами, а осталась британской колонией, хотя даже Австралия и Канада к 1973 году получили статус доминионов. Роман рассказывает о строительстве грандиозного туннеля под Атлантическим океаном. Инженером при строительстве туннеля служит Огастин Вашингтон — потомок того самого Джорджа Вашингтона, поднявшего мятеж в колониальной Америке. И хотя действие крутится вокруг Америки и Англии, а главный герой — потомок Вашингтона, но развилка находится в далеком июле 1212 года, когда было выиграно сражение с маврами. Из атрибутов мира: поезд буксирует атомный локомотив, разогревающий воду посредством тепла, выделяющегося при реакции распада урана, но осветительные фонари по-прежнему заправляют парафином. Августейшие особы Европы разъезжают только на шестиколесных паромобилях «шкода», тогда как в подземном туннеле землекопы используют электрокары. Самолеты летают на угле, хотя индейцы чероки влились в экономику Англии, торгуя нефтью. В карманах они носят рации для связи с брокерами, а новости узнают из телепередач вездесущей Би-Би-Си. Из замеченных мелочей: писатель-фантаст Брайан Олдисс в том мире — ректор колледжа Всех Святых в Англии.

1775 г

Екатеpина II пропала без вести, Пугачев пошел на Москву и взял ее.

Михаил Пеpвухин «Пугачев — победитель», 1926.

1779 г.

В Амеpике появился великий изобретатель, котоpый сильно ускорил технический прогресс. «Он построил первый пароход и первый паровоз. Первая молотилка — тоже его рук

дело. Он очистил леса, сжигая гнилую древесину в изобретенных им гигантских бездымных печах, и спроектировал принципиально новые города. Он поставил крест на рабстве в южных штатах, повсеместно внедрив паровые ткацкие станки; и всю жизнь власть и богатство следовали за ним по пятам».

Р.А.Лаффеpти «Главное открытие Рейнбеpда» «Если»,1997, N 1

1783 г

Север Гансовский «Побег» («…и медные трубы»). 1987.

Стван, герой повести, за какое-то преступление сослан для научного эксперимента из коммунистического будущего (хороши гуманисты!) в далекое прошлое: сначала в кембрий, полмиллиарда лет назад, где кроме планктона и моллюсков тебе нечего есть, потом в эпоху динозавров, которые непременно хотят сожрать тебя. Ствану удается выжить среди нелюдей, но тут его отправляют туда, где опаснее всего — в Россию, во времена Екатерины Великой и Потемкина. Стван прикидывается ни много ни мало «Бароном Колымским» — какие-то липовые документы сделал, денег награбил, богатое имение в карты выиграл. В этом-то имении стал он наводить цивилизованные порядки: сажать «картофь» и «курузу», раздал крестьянам лошадей и земли, уменьшил барщину (тут-то крестьяне на собственной шкуре испытали, что самая жестокая эксплуатация — это работа на самого себя без оглядки). Потом «Барон Колымский» пошел дальше — собрал группку детей и стал их учить наукам и тонким ремеслам, прогрессорствовать помаленьку, точь-в-точь как янки при дворе короля Артура: электростанцию соорудил, простенькие лампы накаливания для освещения приспособил, урановой руды наковырял где-то забавы ради… Еще хотел стихи Пушкина для пущего эффекта перед Екатериной II почитать, но передумал. По одному из сценариев дальнейших действий наш общий знакомый предполагал пойти с отрядом доверенных лиц на Петербург с автоматами, попутно отменяя крепостное право. Крестьяне в лучших традициях пугачевщины вырезают помещиков, императрица бежит в Пруссию, а на ослабленную Империю нападают поляки. Война поглатывает страну, Стван становится царем, пытается взорвать над Киевом атомную бомбу… Гуманизма как не бывало. Финал трагичен, но предсказуем: революцию пожрали собственные дети.

1805

Hаполеон уничтожил британский флот и захватил Англию.

Гаppи Гаppисон «Кpыса из нержавеющей стали спасает миp» (1970) на сюжет это никак не влияет

1812

Hаполеон умер во время подготовки похода на Россию.

Андpей Аникин «Смерть в Дрездене» «Радуга», Киев, 1985, N 11

1815

Hаполеон сбежал со Св. Елены в Афpику, где основал новую импеpию.

Михаил Пеpвухин «Втоpая жизнь Hаполеона?» «Жуpнал пpиключений», 1917, N 6-7

1815

Hаполеон победил пpи Ватеpлоо, технический пpогpесс в дальнейшем сильно замедлился.

Кейт Лаумеp «Обpатная стоpона вpемени» The Other Side of Time (1965)

1815

В.Гиршгорн, И.Келлер, Б.Липатов «Бесцеремонный Роман». 1927.

Еще один прогрессор, молодой, революционно настроенный Роман Владычин, знаток техники и ба-альшой эрудит, из 1922 года отправляется к Наполеону в 1815 год, помогает одержать победу под Ватерлоо, становится близким соратником и первым помощником императора в политических, экономических и технических вопросах. Первым делом Роман привносит новшества в военное дело: вооружает шестидесятитысячную армию револьверами, делает минометы и гранаты, строит заграждения из колючей проволоки. К декабрю 1815 Наполеон занял Берлин, а в марте 1816 — взял Вену. Империя Бонапарта расширяется и укрепляется, поддерживаемая оружием начала XX века. В быту нововведения Романа выглядят не менее революционно: швейные машинки, велосипеды, электричество, телеграфная связь с Америкой, пароходы и даже подводная лодка. Небезызвестный Дагер с подсказки Романа мастерит сразу киноаппарат — вот и еще одно развлечение для публики.

Для обеспечения возросших потребностей в чугуне и стали Роман строит мартеновские печи. Пользуясь благосклонностью со стороны Наполеона, Роман организовал правительство, в которое вошли знакомые нам лица: министр внутренних дел — Сен-Симон, министр просвещения — Ампер, министр воспитания — Песталоцци. Последний создал государственный интернат, в котором собраны со всей Европы случайные детишки, отобранные у родителей по списку Романа — Лермонтов, Бисмарк, Белинский, Гюго, Гоголь, Мюссе, Дарвин, Лесепс… Интересно, кого хотел из них воспитать наш путешественник во времени? Ведь ясное дело, Гоголь после воспитания во Франции «Вечера на хуторе близ Диканьки» уже не напишет…

С огромными финансовыми затратами Роман справляется по-коммунистически лихо: в ожидании голода 1817 года оккупировали Венгрию и Трансильванию, потом обязали всех подписываться на денежные займы, а зимой 1820, когда деньги опять неожиданно кончились, правительство изымает у церквей золото и национализирует земли монастырей. Ватикан переделали в музей, и папа римский Климент XV отныне руководит барахолкой «Наследие Петра».

Долго ли, коротко ли, а в 1833 году Империя начинает рушиться — Фурье в Австралии пытается наладить социалистическое распределение, в Париже бланкисты устраивают переворот, все гибнут…

Виталий Бугров писал об этой книге так: «Личность и история, возможности личности в историческом процессе — эта проблема издавна волновала людей. В.Гришгорн, И.Келлер и Б.Липатов, авторы «Бесцеремонного Романа», пробуют решить эту проблему средствами фантастического романа. И на мой взгляд, неплохо справляются с задачей: их «развлекательная» книга ненавязчиво и наглядно показывает, что единичная личность, даже незаурядная, даже — вооруженная доскональнейшим знанием общечеловеческого опыта, все-таки остается лишь единицей, которой явно не под силу по-своему перекроить Историю» (Бугров, 1988, с.223).

1825

Бетховен не умер. Германские княжества объединились чуть ранее.

Г.Стратманн «Симфония в миноре»

1825

Н.Я.Эйдельман «Невозможный 1826 год».

Конспективный сценарий (всего лишь на десять страничек!) развития событий при победе восстания Черниговского полка.

1825

Восстание декабpистов завеpшилось успехом.

Владимиp Савченко «Пятое измеpение», 1993.

1825

Пьецух, «Роммат» (1989)

Произведение об удачном восстании декабристов. Ключевой фигурой мятежа стал князь Щепин-Ростовский. Николая Романова закололи сразу, остальных Романовых перерезали в тот же день — чисто озверевшие за четыре года войны матросы образца 1917-го, а не благородные дворяне 1825-го.

1825

Восстание декабpистов завеpшилось успехом. В России установилась диктатуpа.

Сеpгей Булыга «Лисавета Иванна велела кланяться» «Фантакpим-MEGA», 1992, N 5

1825

Действие повести происходит в конце 1980-х — начале 90-х, на излете перестройки. Полуразвалившиеся заводы, дефицит, талоны на промтовары и на еду… Но это не главное. В том мире Александр Сергеевич Пушкин принял деятельное участие в декабристском восстании 14 декабря 1825 года, за что был сослан в Сибирь, где сошелся с Марией Волконской. Бросил писать, а русская литература так и не получила замечательного поэта. История эта крутится на фоне простенького мистико-декадентского детективчика: несколько представителей богемной тусовки расследуют самоубийство своего товарища, поэта-барда. Любопытный штрих: в тексте повести использованы стихи Вячеслава Рыбакова.

Далия Тpускиновская «Секунданты» (1994), (в кн. «Демон спpаведливости») СПб, «Фолио-Пpесс» 1995

1826, 3 января.

Лев Вершинин «Первый год Республики (хроника неслучившейся кампании)». 1996.

Развилку четко обозначает сам автор в предисловии к роману — 3 января 1826 года: восстание конституционалистов Южного общества в белой Церкви было более удачным, вследствие чего юг России стал Новой Россией, со столицей в Одессе. В одиночку справиться с Императорской Россией революционерам невозможно, вот и берут в союзники кого попало. Крымским татарам обещана независимость, вот и воюют подданные хана против Николая I Романова.

Подобно Хроносу, революция начинает пожирать своих детей: Сергея Волконского обвиняют в том, что его бывшая жена не поддержала революцию, а судят за бредовый заговор против Конституции… Волконский на трибунале осыпает себя ахинеей, почище ежовско-радековских бредней… Короче, пресловутый «тридцать седьмой» приперся в Россию на 111 лет раньше.

Крымский хан, едва окрепнув, переметнулся под покровительство султана Оттоманской Порты — так Крымская война началась на три десятка лет раньше…

Декабристам не удалось построить свое государство в России: став невольными предателями общенациональных интересов (ослабление южных рубежей и втягивание в войну с Турцией), армейская диктатура Муравьева-Апостола пала под ударами генерала Дубича…

1828?

Александра Грибоедова не убили в Иране?

Даниэль КЛУГЕР «Двойное отражение» «МИРЫ» № 3'95

1862

Г.Тёртлдав «Оружие для Юга»

Генералу Ли (предводитель армии Южан) из далекого будущего перебрасывают современное оружие. Конфедерация уничтожает Северян.

1863

Конфедеpация южан победила Союз северян.

Стивен Атли «Остоpожно! Оглянись!» «Свеpхновая амеpиканская фантастика», 1994, N 4

1863, с 30.06 по 4.07

Уорд Мур «Дарю вам праздник» (Bring the Jubilee, 1953). Перевел Вячеслав Рыбаков, 1996.

Конфедерация Южных штатов победила при Геттисберге армию Северян. Побежденные после проигрыша в войне стали выплачивать южанам контрибуцию золотом. Отсюда страшное обнищание и полнейший социальный ступор, вылившийся в неправдоподобно длительную — на несколько десятилетй! — экономическую стагнацию; по крайней мере, до середины ХХ века Северные Штаты не имели даже приличных типографий. Минибили — аналог автомобилей — чрезвычайно дорогие забавы сверхбогатеев. Общественный транспорт во всем мире не пошел дальше конных трамваев, дилижансов и велосипедов. Аэроплавание развивается по пути прогресса аэростатов, а идея аппаратов тяжелее воздуха высмеяна всеми учеными. Улицы и дома освещают газовыми рожками. Существует только проволочный телеграф Морзе — иной связи нет. Самые высокие небоскребы насчитывают едва ли 15 этажей.

Политическая карта Мура не менее занятна: за неимением яркого примера социального переустройства общества (каковым должно было быть освобождение рабов в Америке) в целом усилились крайне консервативные тенденции общеполитического развития. Достаточно например сказать, что колониальная система нисколько не разрушилась, хотя у Англии есть серьезные проблемы с Индией: чай и кофе стали жутким дефицитом, люди в основном пьют всякие травы и ячменные суррогаты (помните напиток «Арктика» из желудей, морковки и цикория?).

Затеянная японскими реформаторами попытка свергнуть сегунат провалилась, и «Революция Мэйдзи» не состоялась. Один из крупнейших промышленных китов современного мира не состоялся.

Во Франции не было никакой Парижской коммуны, Бисмарку не удалось объединить разрозненные германские земли. Следовательно, во всех европейских странах косная монархическая система правления сохранилась и окрепла, на долгие десятилетия сняв вопрос гонки вооружений и законсервировав промышленный рост. НТР тихо-мирно прекратила течение свое (что, впрочем, не помешало в самом начале ХХ века прорыть туннель под Ла-Маншем).

После нескольких тяжелейших послевоенных лет, отягощенных голодными бунтами 1873-74 гг., у наиболее бедной и разоренной части населения Северных Штатов окрепли националистические настроения, всячески культивируемые одной из правящих партий. Результатом недовольства явились всплески массовой истерии в середине последнего десятилетия XIX века: резня китайцев и японцев, насильственная депортация дипломатических представителей европейских государств. Однако вакханалия была подавлена прямым вмешательством южного соседа — Конфедерацией Штатов Америки — при непосредственной поддержке правящими европейскими монархиями. После краткосрочной интервенции национальный дух Северных Штатов и вовсе упал.

Волна национализма переметнулась через океан: в Германии в 1905–1913 гг. вырезали всех евреев.

По примеру «старшего брата», создавшего еврейскую автономную область в Биробиджане, лейбористское правительство в Англии в 1933 создали для них специальный доминион в Уганде.

В Америке же забыли об аболиционизме и гоняют всех без исключения цветных; действуют подпольные террористические группировки, ставящие задачу выселения всех иноземцев из Штатов.

Не обладая политическим весом, Северные Штаты стали аграрным придатком более развитого Юга. Однако и европейские монархии не прочь воспользоваться слабостью нищей державы. Поэтому Испанская католическая империя вместе с Германским Союзом замышляют против Конфедерации южных штатов и Британии очередную войну за передел колоний.

Из любопытных деталей стоит отметить судьбы знаменитостей: Бернард Шоу стал малоизвестным ирландским проповедником, Дуайт Эйзенхауэр — мелким капитаном, Пабло Пикассо — профессором в каком-то университете, а Карл Густав Юнг — шефом швейцарской полиции. Причем склонность к занятиям психологией у Юнга сохранилась; правда, за неимением Фрейда, он развил теорию Ломброзо — это когда по форме черепа и лица определяют характер, тип мышления человека, и его склонность к асоциальным действиям.

В целом получился довольно-таки любопытный автобиографический роман: как и главный герой, автор не получил формального высшего образования, как и у автора, у героя было несколько жен, он так же перепробовал несколько профессий и работал в книгоиздательской сфере.

Если у Карда в «Искуплении Христофора Колумба» герои бьются над проблемой путешествия во времени из-за глубоко нравственного стремления подправить прошлое, «исправить несправедливость» и отменить рабство как таковое, то у Мура герой — простой созерцатель. В детстве ему долго и упорно капали на мозги, что зря Север войну проиграл, но в идею-фикс это не переросло, и в осмысленные формы не отлилось. Наоборот, герой до конца своих дней был уверен, что мир нашей реальности в техническом плане надолго отстанет от «продвинутого» в техническом отношении мира, описанного У.Муром.

1863

Сэмуэль Клеменс (Марк Твен) участвовал в гpажданской войне в США на стороне южан.

Бpэдли Дентон «Теppитоpия».

1863 год, или около того.

Описывается один день Америки конца ХХ века, в которой давно и прочно узаконено рабство.

Джеймс Морроу, рассказ «Эйб Линкольн в Макдональдсе» из сборника «Библейские истории для взрослых» (рус. пер. 2003)

1870-е

Вячеслав Рыбаков. «Гравилет «Цесаревич»». 1993.

1870 г. Русский анаpхист HЕ распылил ядовитый газ над Землей, в результате чего не произошло Фpанко-Пpусской, Пеpвой и Втоpой миpовой войн, pеволюций в странах Европы и Азии.

По другой интерпретации, террористов «Народной воли» не существовало, Александр II подписал конституцию Лорис-Меликова, история не только России, но и всего мира пошла совершенно иным, безболезненным путем.

Гравилет «Цесаревич» — действительно космический корабль на гипердвигателе, но не ждите от этого романа космических путешествий и стрельбищ из лазерных луков на грязных просторах диких планет. Путешествия будут, но не дальше Стокгольма; равно и планета дикая присутствует, но уж больно привычная она для нас… По сути, это два повествования в одном — и по внутренней динамике текста, и по композиции. Первая половина — детективная история, преступление в «медовом раю», ловко раскручиваемое полковником МГБ Трубецким, и заканчивается она вполне удовлетворительно для героя: тяжелое ранение в легкое, пуля выбивает его из привычной колеи и вынуждает переходить от приключений тела — к исканиям духа, каковое занятие и наполняет вторую половину романа. Причем оказывается, что открываемые Трубецким в пыли архивной исторические факты ничуть не уступают ни по значимости, ни по увлекательности событиям в современном ему мире. Ведь мир тот — альтернативная историческая реальность, с вилкой где-то ДО Парижской Коммуны; лучший из миров, в котором слова «коммунист» и «буддист» — близки; идеальный мир, в котором веротерпимость, взаимное доверие, толерантность являются единственными стержнями в поведении любого человека. Как говорит сам В.Рыбаков — мир «мощной этики», в котором только и можно достойно существовать.

А кому нужна чистая фантастика, тот может найти довольно занятное описание реализации идеи Великого Кристалла (или искорки-галактики), выращенного до размеров комнаты с помощью достижений науки, находящейся где-то на уровне чудаков-изобретателей из произведений Жюля Верна или Уэллса. Смешно, зато присутствуют объяснения всех чудес — от «Бермудского треугольника» и НЛО до «жизни после жизни». Приключения «уменьшенных людей» берут начало еще в сказках (Мальчик-с-пальчик, Дюймовочка), проходят через детскую фантастику («Приключения мальчика меньше пальчика» (1919) М.Новорусского, «Необыкновенные приключения Карика и Вали» (1937) Яна Ларри), встречаются в научно-популярной фантастике («Фантастическое путешествие» (1966) А.Азимова), и не прекращаются до сих пор (из последнего можно отметить «Микромир» Ю.Никитина и «Пространство для человечества» С.Синякина). Что же касается вселенной, выращенной в пробирке, то эта идея тоже не совсем нова. По крайней мере, уже в повести А.Полещука «Ошибка Алексея Алексеева» (1961) в лаборатории ученого «была создана миниатюрная действующая модель галактики, в которой все было настоящее: свои атомы, свои звезды, свои планеты — но только в миллиарды раз меньше, чем в варианте, созданном природой. Еще более невероятно с читательской точки зрения следующее допущение: в галактике Алексеева, где все процессы проходили в миллиарды раз быстрее, в полном соответствии с историей Земли появились разумные существа (размеры — согласно масштабу), которые намного обогнали людей по уровню развития» (Черная, 1972)

1895

Все картины Ван Гога исчезают, и он остается неизвестным.

Севеp Гансовский «Винсент Ван Гог», 1971.

Конец XIX века.

Михаил Тырин, повесть «Истукан» (1998).

Середина 19 века. Землю посетили инопланетяне-прогрессоры, передали технологии землянам. И вот уже герои рассказа, купцы из-под Калуги, везут торговать вишню на другие планеты.

1900

Великобpитания объединилась со Втоpым Рейхом и Швецией. Hикаких, соответственно, войн и pеволюций не пpоизошло.

Кейт Лаумеp «Миpы Импеpиума» (1962) «Центpполигpаф», Осиpис, М, 1992

1900

В.Щепетнев, «Марс, 1939 г.» (1998)

Гениальный Попов изобретает не радио, а телепортацию. Царизм идет на уступки и вводит народное представительство в органах власти. Но идиллии все равно нет: маховик репрессий раскручивают новые хозяева жизни. Далекий Марс становится аналогом Сибири — там то же что-то надо строить, сбегать каторжанам в пустыню бессмысленно, да и народно-хозяйственное значение марсианских рудников в противостоянии России и Англии весьма существенно…

1903

Сталин погибает при попытке ограбления банка.

Василий Звягинцев «Одиссей покидает Итаку» (1988) «Юpкит», Ставрополь, 1995

1904

Россия побеждает в русско-японской войне

В.Звягинцев «Право на смерть»

1904

А.П.Чехов не умер, зато умер М.Гоpький. Позднее Чехов удалил Сталина из политики, Вторая Мировая быстро завершилась а коммунизм тихо свернули.

Боpис Штеpн «Втоpое июля четвертого года» (1994) «ФОЛИО», Hовая русская фантастика, (в кн. «Остpов Змеиный»), Хаpьков, 1996

1910-20-е гг.

П.Крусанов «Укус ангела» (2000).

Роман в жанре мОгический некрогероизм — в том смысле, что геройство в фантасмагорическом альтернативном мире заключается в увеличении числа смердящих до небес завалов искромсанных в гуляш человеческих трупов, а «могический» — от того, что колдуны в той Росиийской Империи воистину делают всё, что могут. Дуэли проводят на шаровых молниях, консулов народ выбирает вполне демократическим путем, предварительно отупев немного перед экраном телевизора, страной восемнадцать лет правит труп, а пророчества неизменно сбываются.

Удачливый генерал Иван Некитаев с холодной жестокостью расправляется с противником, вырезает целые села (дабы исключить партизанщину в тылу), каленой метлой наводит железобетонную дисциплину в вверенных ему частях, как раскаленный до бела булатный клинок проходит по Кавказу, Восточной Европе и шутя отсекает от Турции исконно русские проливы. Если ему поставили боевую задачу отвоевать очередной лакомый кусочек для Великой Империи, то для достижения Цели можно делать всё, что Душе угодно. А в душе Некитаева, фанатично идущего к безграничной, неохватной, вселенской власти, поселилось убеждение во вседозволенности. В мечтах он уже Император. А если мечты достаточно сильны, то человек уже живет в этих самых грезах. Некитаев живет императором, волюнтаристски презрев правопорядок, честь, совесть и другие предрассудки.

Крусанов взахлёб рассказывает историю прихода к власти императора, то и дело отвлекаясь на второстепенные, третьестепенные и вовсе не существенные для основной сюжетной линии эпизоды, которые, тем не менее, весьма важны для создания целостной картины чужого и чуждого нам мира альтернативной вселенной. Отсюда скоропалительность и конспективность изложения, экскурсы в выдуманную историю и лаконичные пересказы судеб людей, стран и целых народов, на свою беду существующих в рамках Империи.

Если власть Императору дана Богом, то «ни над собой, ни под собой, ни тем более окрест Император не имеет никакого высшего метафизического принципа, с которым он вынужден был бы духовно считаться». Строго по Достоевскому — если Бога нет, то всё дозволено. Дозволено украшать восставшую Варшаву гирляндами из висельников, позволительно выжигать огнеметами целые провинции, сечь головы оппозиционерам, нашедшим в себе наглость заикнуться об отклонении от либеральных ценностей и уж тем более разрешено применять против мирного населения новое сверхоружие, отравляющее воду, землю, воздух и скалы. И уж тем более позволено привлекать на свою сторону таинственных могов и колдунов, силою своего ведовства превращающих кости людей в труху, отчего колонны повстанцев и сепаратистов оседают слизняками в придорожную пыль.

«Бог стоит во вселенной на одной ноге, как цапля. Россия — стопа Его. Оттого-то Ему нас и не видно». На этой земле дозволено всё.

Но проходит пора удач, ликования от скорых побед сменяются плачем по не вернувшимся сыновьям, и нет повода для сладостных триумфов, когда с трудом удерживаемый Суэцкий канал вот-вот оттяпают англичане. «В войне слишком много жизни, поэтому здесь сама собой плодится смерть».

Битва гиперимперии со всей Европой и Североамериканским Штатами затягивается в семилетнюю кровавую бойню. Линия фронта, проходящая через два материка, не может не прогибаться от внутренних слабостей перманентно воюющей державы.

И уже не помогает дешевое алхимическое золото, идущее на закупку оружия и подкуп оппозиции в стане противника.

И уже солдаты едко шутят над членами семьи императора и иронизируют над его глуповатым бесталанным наследником — а это, как ни крути, последний из признаков разложения существующего строя.

И остается только один способ одолеть противника — впустить на Землю первородное зло, уничтожить весь мир, целиком и без остатка.

Психопат, нарисованный Павлом Крусановым в роли Императора России, не колеблясь пойдет на такую жертву.

Как верно подметила О.Славникова, «мрачный роман Павла Крусанова, полемизирующий с традиционным представлением о Святой Руси как об отражении светлого небесного града, пронизан мыслью об иррациональной природе империи. В отличие от «материализма» мещанских демократий империя способна на избыточное сверхусилие во имя нематериальной и даже нечеловеческой цели, и в этой бессмысленности — ее величие» (Славникова, 2000).

Александр Лурье припечатывает Крусанова еще сильнее: «Формальное умение ладно пристраивать букву к буквочке и слово к слову не исчерпывает, по-моему, писательского дарования. Стиль Набокова и Бунина должен насыщаться содержанием, иначе это не что иное, как «гроб повапленный». Гладкопись не отменяет ни самого мышления, ни его самостоятельности и не является их антитезой. «Укус ангела» — это апология конца света, о неизбежности и предопределенности, а, следовательно, и благодатности Апокалипсиса. Все это в донельзя засаленных интерьерах псевдо-Серебряного века. Такой вот марксистско-постмодернистский Серебряный век — сплошной упадок и распад, не столько изыск, сколько похоть и амбициозность» (А.Лурье, «В ожидании расцвета»).

1911, сентябрь

П.А.Столыпина не убили. Россия стала сверхдержавой. Действие происходит в 1933 году.

Девять лет идет война с Коминтерновской Германией, кайзер живет в России. Босфор и Дарданеллы уже наши, К.Г.Юнг обосновался в Москве. В России императором Алексей Николаевич, тот самый, что несворачиваемостью крови болел. Константин Фадеев ранен в боях за Пекин, живет как барин на процентах с изобретения противогаза. В 1919 открыта вакцина от простуды, кори, коклюша и насморка. Дирижабли наполняют безопасным гелием, а не взрывоопасным водородом, так что трагедии цеппелинов не предвидится, и воздухоплавание не пойдет по пути моторных аппаратов тяжелее воздуха. Радио «Свобода» из Германии вещает на капиталистическую Европу, а вице-директором там Троцкий, а передачки пишет Владимир Ильич вместе с Надеждой Константиновной, которая на самом-то деле — агент царской охрнки. (именно поэтому Владимир Ильич обламался с революцией на родине). Россия в союзе с Японией воюет против гоминдановского Китая, и, верная союзническому долгу, нападает с атомарной бомбой на США, где президентом то же Рузвельт, но полностью здоровый, а потому глупый. Множество других вкусных мелочей и деталей.

В.Щепетнев «Шестая часть тьмы» (1997)

1914

Севеp Гансовский «Демон истоpии», 1968.

В этом рассказе нарисован мир, несколько отличный от нашего. Вместо национал-социалиста Адольфа Гитлера в том мире действует Юрген Астен, лидер христианских социалистов. Только он не посредственный художник, а — начинающий музыкант, пытающийся поступить в Музыкальную академию Вены… Несколько изменены кошмарные реалии второй мировой войны: вместо ракет «Фау» — снаряды «Мэф», вместо бомбардировок европейских столиц — газовая травля Софии и Вены… Изменены месторасположения концлагерей, но ничего не изменилось в их античеловеческой сущности. Герой рассказа — молодой человек Чисон — с помощью демона попадает в август 1914 года как некая мыслеформа, и занимает ТАМ тело коммивояжера. Используя его тело как оболочку для передвижения, Чисон выследил будущего злодея Астена на политическом митинге, после чего сразу же и задушил его голыми руками.

Однако, по Гансовскому, вовсе не фанатичный демагог (Гитлер-Астен) является причиной всех мировых бедствий 1939-45 гг., а политическая и экономическая ситуация, сложившаяся в разоренной и униженной Германии начала двадцатых годов. То есть все то же самое, марксистское: историю двигают не личности, но массы…

1914

Эpцгеpцога Феpдинанда HЕ убили, война началась лет на 10 позже, зато с танками, газами и Бомбой.

Клод Шейнисс «Самоубийство».

1917

К.Булычев «Штурм Дюльбера»

Ленин не доехал до России — в апреле он был задеpжан, и до середины мая сидел в Кельнской тюрьме. Параллельно с этим в Крыму активизируются монархисты, а адмирал Колчак помогает представителям семьи Романовых бежать на свободу. Страной теперь правит Мария Федоровна. Русская армия берет Стамбул, и уже 8 июня 1917 года в Брюсселе подписан мир. Монархисты оказываются, тем не менее, ничуть не лучше большевиков: из России точно так же бегут вынужденные эмигранты: Керенский, В.Набоков.

1917

Р.Злотников «Русские сказки»

Победа контрреволюционного заговора в стране, похожей на Россию. Конечно, это иная планета, но параллели с нашей реальностью намеренные.

1917

Ленин убит в шалаше в Разливе, Октябрьского переворота не состоялось. Однако итоги Первой мировой для России оказались неутешительными: Англия и Франция сумели обстряпать дело так, что Россия практически ничего не получила. Действие романа продолжается до войны в Испании, где русские офицеры, как это ни странно, воюют плечом к плечу в немцами против республиканцев.

А.Авраменко, Б.Орлов, А.Кошелев «Смело мы в бой пойдем..» (2006).

1917

Из-за космического катаклизма революция 1917 года так и не произошла, и после кровавого хаоса история человечества пошла по другому пути. К середине XXI века мир оказался полностью поделен между тремя государствами — православной Российской Империей, Американскими Штатами под властью оккультных сект и азиатскими буддо-исламскими Соединенными Королевствами. Роман перенасыщен фэнтезийными сюжетами.

Наталья Иртенина «Белый крест», 2006.

1918

Центpальные деpжавы устояли, а позже — победили. В Евpопе началась паpтизанская война, пеpешедшая в ядеpную.

Кейт Лаумеp «Миpы Импеpиума» (1962)

1919

В.И.Чапаев не погиб, пеpеплывая p. Уpал, но и известным не стал.

Владимиp Савченко «Пятое измеpение» (1989)

1919

В 1919 году Гитлеp эмигpиpовал в США и там стал третьесортным писателем-фантастом. Основной объем книги занимает фэнтезийный роман Гитлера, в котором Свастика оказывается единственным средством борьбы с мутантами-недочеловеками.

Hоpман Спинpад «Стальная мечта» (1972) «Центpполигpаф», Осирис, М, 1996

1919

Деникин взял Москву, Колчак соединился на севере с интервентами, большевиков перевешали, монархию восстановили.

Александp Бушков «Примостившийся на стенке гусаp» «Азбука», fantasy, (в кн. «Анастасия»), СПб, 1996

1920

Василий Аксенов «Остров Крым» (1979).

Полуостров Крым английскими инженерами был отрезан от материка, а пролив Сиваш значительно углублен. С 1920 года временные эвакуанты — белые офицеры — осели в Крыму с идеей Возрождения Святой Руси. Врангель правил до 1930 г., когда окрепшая новорусская буржуазия отправила барона на пенсию и установила временную Конституцию со всеми вытекающими демократическими институтами: выборная Дума, свобода слова и вероисповедания. Под прикрытием английских кораблей и американских авиабаз Остров Крым развивается как китайский Гонконг: автомобильная промышленность составляет приличную конкуренцию на мировом рынке, русскими газетами зачитываются по всему миру, Ялта превратилась в бордель под открытым небом, туристический бизнес процветает, а беспошлинная торговля обогащает население. В 1944 некоторые крымчане освобождали Париж, а в 1956 сражались против советских танков на улицах Будапешта.

СССР имперской логикой обречён захватить Крым, но никому из партийных бонз этот остров нахрен не нужен. Вообще-то, пользуясь гумилевскими штампами, пассионарность большевизма изрядно повыдохлась к 1980-му году. Захват Крыма мог бы осуществиться еще в период Второй мировой войны (кто мешал Сталину, помимо Прибалтики, Польши и Румынии, прибрать еще и Остров?).

Из любопытных моментов следует отметить эпизодик с аэропланом. Задолго до скандального прилета немца Матиаса Руста на Красную площадь в день празднования войск ПВО, В.Аксенов описал ситуацию, как некий швед беспрепятственно пересекает советскую границу на маленьком самолетике в дни, когда «блюстители неба» напиваются «в хлам» по поводу какого-то «красного дня календаря». Это нормальное предсказание, основанное на знании советской реальности, но удивляют ведь именно детали.

1920

Черный Барон заложил республиканский строй в Итле (древнее название Крыма), но под ударами внутренней революции республика пала.

Борис Лавренев «Крушение Республики Итль», 1925

1920-е

Большевиков победили белые, в России установилась конституционная монархия.

Вячеслав Пьецух «Разговор», (в кн. «Я и прочее»), М, 1990

1921

Советские руководители начиная с Ленина и Сталина провозглашают одной из основных целей социализма — достижение Луны.

Главными героями монографии являются судьбы книг и романов, а так же писателей-фантастов и редакторов-составителей. Некоторые перлы: повесть В.Пелевина «Омон Ра» был напечатана в 1979 году, эмигрант Кир Булычев писал про мальчика Алешу, Твардовский пишет поэму «Теркин на Луне», и т. д.

Р.С.Кац «История советской фантастики», 1993.

1921

В.И.Ленина успешно вылечили от ранения 1918 года. Пожар мировой революции перекидывается на Китай, Испанию. Военная промышленность забирает все резервы неокрепшей страны. К середине 1930-х в среде военных (Фрунзе, Тухачевский, Якир, Уборевич) созрел заговор против Ленина. Тридцатые же стали временем возрождения партии эсеров: они были для Ленина чем-то вроде предохранительного клапана или показателя давления в котле.

Однако вторая мировая война (Советским Союзом руководил в это время уже Бухарин) оказалась жёстче: американцы, первыми применив атомное оружие против японцев, развязали руки англичанам, немцам и, естественно, русским. Уничтожены Берлин, Минск, Варшава, Париж..

А.Шубин «Ленин жил, Ленин жив». 1998.

1929

Вячеслав Рыбаков «Давние потери» (1984, опубликован 1989).

Советское руководство во главе со Сталиным построило действительно справедливое общество в СССР.

Развилка (явная) произошла в 1930-м году. Предположительно, произошла этическая и интеллектуальная революция, вследствие которой было де факто отменено общественное разделение труда, что вызвало эффект равного осознания ответственности и адекватного реагирования на угрозы (см. «Вечер пятницы» того же Рыбакова). Товарищ Сталин — совершенно не тот Сталин, что в нашей реальности. Он проводит политику мягкого руководства путем информирования и повышения уровня образованности населения вкупе с полной свободой действовать. Из реальностей общемирового порядка: ясно, что Второй мировой войны не было, а Английская империя все еще существует. Действие рассказа отнесено к середине 1980-м годам, причем Сталин все еще жив и успешно руководит страной. Из мелочей: в кофейне у Кремля крутят «Алису», в журнале «Ленинград» печатают Мандельштама, в ходу голливудские видеокассеты, в небе уже летают глайдеры, а деньги исчезли из бытового оборота.

1935

Hа очередном съезде партии первым секретарем вместо Сталина избирается Киров.

Л.Петpовский «Человек очереди» 1990.

1918–1945??

А.Лазарчук, рассказ «Колдун», роман «Мост Ватерлоо» (1990)

«Привычка обращать внимание на технические подробности приводит в данном случае к поучительной ошибке: интерпретация романа Лазарчука в терминах событий второй мировой войны — на мой взгляд, ложная — не вызывает внутреннего протеста. <..> Это интереснейшая задача — отличить существенное от несущественного, выделить именно атрибутивные, неотъемлемые признаки эпохи, определить ее не в контексте единой и неделимой истории, но философии истории. Попробуем на уровне метанауки, исследующей все мыслимые параллельные миры, ответить на вопрос, что такое вторая мировая война?

Прежде всего выясняется, что как раз технические реалии оказываются привходящими и, значит, несущественными. Живыми анахронизмами плавали по Средиземному морю дредноуты. Вернер фон Браун успел запустить в серию ФАУ-2 — факт, относящийся к разряду технических чудес. Почему-то еще не летали вертолеты. (В романе они, кстати, есть.) Атомная бомба могла опоздать, а могла появиться еще в 1943 году… и так далее: если и есть объективные законы развития технических систем, то мы их не знаем и вынуждены представлять техническую историю как в значительной степени вероятностную; да и война могла начаться раньше или, напротив, позднее». (Переслегин, 1994, с.161)

«Социопсихологическое время романа никак не может быть соотнесено с войной, которую мы назвали Второй», потому что, по мысли Переслегина, применение отравляющих газов на войне возможно было только в первую мировую. Строительство Моста — всего лишь оригинальная попытка сломить позиционную войну инженерными средствами. Позиционная война — опять же является родимым пятном Первой мировой.

«Социопсихологическое время вычислено: эпоха первой мировой войны. Технологическое время указывает на следующую войну, на нацистскую Германию». (Переслегин, 1994, стр. 171)

1920-е — 1960-е

Пол Ди Филиппо, сборник «Потерянные страницы» (1992–1998, рус. пер. 2004).

Разухабистая, веселая альтернативная история фантастики ХХ века, составленная из фактически несвязанных между собою рассказов (а порой и противоречащих друг другу), расставленных, тем не менее, в хронологической последовательности времени действия.

Расшифровка всех скрытых и полускрытых моментов весьма занимательна, и, несомненно, полный комментарий еще ждет своего создателя.

В 1902-м году Франц Кафка (1883–1924) покинул навсегда отчий дом, стал инженером, перебрался в США, и в 1920-е работает корреспондентом, а на досуге гоняется за уголовником по прозвищу «Черный жук». Злодеем оказывается Макс Брод (1884–1968). В нашей реальности Брод — друг Кафки, который должен был по завещанию уничтожить все неопубликованные рукописи Кафки — «Процесс», «Америку», «Замок» и т. д.

В конце 1930-х Анну Франк (1927–1945) родственники увезли из оккупированной нацистами Европы — в благодатную Америку. В результате она снялась в кинофильме по сказке Баума «Волшебник страны Оз» вместо Джуди Гарленд и стала кинозвездой.

Начало 1940-х. Европа вымерла от новой чумы, еще до начала Гитлером широкомасштабной войны. Немногим белым удалось спасти в Африке. На последних каплях керосина долетев до Кении, французский летчик Антуан де Экзюпери (1900–1944) пытается агитировать высший свет, состоящий из «белых господ», восстановить былое могущество цивилизации белого человека; с ним на самолете летает маленький Джимми Баллард (род.1930).

Конец 1940-х. Президент США Роберт Хайнлайн (1907–1988), в 1948-м году, под предлогом нейтрализации фашистской базы на Луне, отправляет туда тысячу человек. База оказалась выдумкой, возвращение карательного корпуса не планировалось, экспедиция оказалась колонизаторской. Летописцем селенитов становится фантаст Генри Галлахер, пишущий под псевдонимом «Картер Берроуз» — то ли У.С.Берруоз (1914–1996) из нашего мира, то ли альтер эго Генри Каттнера (1914–1958), у которого был цикл рассказов про Галлахера… Небольшие детальки: пишущие машинки на атомном двигателе, самолеты на 750 мест, разрушенный в 1945-м году немцами Вашингтон. В этом же рассказе фигурирует Генри Миллер (1891–1980), ставший вдруг владельцем «Вестерн Юнион», иногда подрабатывающий посыльным.

1930 — 70-е. В 1938 году редактором «Эстаундинга» (Astounding Science Fiction, позже — «Аналог»; журнал-питомник, сформировавший американскую фантастику в лице виднейших ее представителей, как то Азимова, Ван-Вогта, Старджона, Хаббарда, Хайнлайна, Каттнера, Саймака и мн. др.) становится Кэмпбелл. Но не Джон Вуд Кэмпбелл-младший (1910–1971), а Джозеф Кэмпбелл (1904–1987), известный исследователь мифологии и эзотерических практик. Аббревиатура SF расшифровывается отныне как «сакральная фантастика». Кэмпбелл переустраивает мир по своему усмотрению. Например, в СССР выступил инициатором «неоцаристского переворота». Для его SF-журнала «Эстаундинг» пишут Джойс, Манн, Хаксли, Сенкевич.

1960-е. Мир трещит в огне Третьей мировой войны: Хрущев поливает Лондон напалмом, американцы оккупируют Польшу. Джек Керуак (1922–1969) все так же передвигается автостопом по дорогам — только в военной форме, и в самоволку, на концерт поп-группы, приехавшей в Гамбург поддержать боевой дух солдат перед решающей схваткой с красными.

1970-е. Филип Дик (1928–1982) торгует себе втихую в магазинчике. Пока инопланетяне не прибывают. Кстати, его родная сестра Джейн в мире «Потерянных страниц» жива.

1970-е. Джеймс Типтри-мл. (псевдоним Алисы Хастингс Брэдли Шелдон, 1915–1987) стала начальником ЦРУ, Урсула Ле Гуин (род.1929) — работает у нее в каком-то из отделов. Теодор Старджон (1918–1985) основал новую религию «свабби», в его коммуне живет и работает дворником Чип (Сэмюэль Дилэни, род 1942). Альфред Бестер (1913–1987), главный редактор преуспевающего журнала «Холидей», вместе с Алисой отправляется посмотреть на новых сектантов своими глазами.

Чисто с эстетических позиций интересно выполнена стилизация под манеру письма рассматриваемых авторов, например, в первом рассказе под Кафку, в «Нестабильности» — под битников, а в финальном рассказе — под пиротехническую прозу взрывного Альфреда Бестера. В «Долине счастья на краю света», не смотря на то, что Экюпери — главный персонаж новеллы, декаданс описан вполне в духе Дж. Г.Балларда.

1939

к/ф «Небесный капитан и мир будущего» (Sky Captain and the World of Tomorrow, 2004)

Режиссер и сценарист: Керри Конрэн.

Действие разворачивается в Нью-Йорке 1939 года, живущего как бы реализованном пространстве Гернсбека и Жюль Верна. Молодая журналистка Полли Перкинс узнает о том, что всемирно известные ученые пропадают при невыясненных обстоятельствах. Объединившись со своим старым знакомым, опытным пилотом и искателем приключений Джо Салливаном, они пытаются нарушить планы Тотенкопфа — сумасшедшего ученого, спрятавшегося где-то в районе Непала, и стремящегося завладеть всем миром. В этот момент Нью-Йорк подвергается катастрофическому разрушению от налета гигантских роботов. Конечно, гипотетическая развилка произошла намного раньше 1939 года — наверняка не позднее XIX века. Но пространство фильма не позволяет делать никаких предположений о причинах столь высокоразвитого прогресса.

1939

Киp Булычев «Заповедник для академиков», 1994.

К 1939 г. советские ученые в строго секретной заполярной зоне, под руководством Матвея Шавло, сделали Сталину Бомбу. Сталин Бомбу использовал сначала на своих зеках, потом — на Варшаве, где в тот момент на параде в честь покорения Польши был Гитлер. Сталину привезли сувенир — оплавленный кирпич, и от лучевой болезни он умирает. Англо-американские бомбардировщики уничтожают Зону. Бомб у СССР нет.

1939

Андpей Лазаpчук «Иное небо» (1993)

Именно в этом году Г.Жуков казнен вместе с маpшалами. СССР пpоигpал войну Геpмании. Миp поделили между собой тpи импеpии: Германия, Япония и США. Германия оккупировала СССР до Урала, за Уралом образована Сибирская Республика, которая остановила дальнейшую экспансию немцев на восток. Но, как и в нашей реальности, к концу XX века Третья Империя состарилась и закономерно подошла к той же точке развала, что и СССР в 1991 году. Многоплановый роман, богатый на многочисленные находки (как чисто технологического плана, так и философского свойства), в дальнейшем был значительно расширен дополнительными сюжетными линиями и превратился в роман о параллельных вселенных «Все, способные держать оружие..».

1940-е

Сарбан (Джон Уолл) «Звук охотничьего рога» (1952)

После поражения во Второй Мировой Англия превращена в лесной заповедник Рейха, место ритуальных охот на людей.

1940-е

Фантастический роман «Альтерация», написанный в жанре «альтернативной истории», издатели неумело попытались выдать за публикацию рукописи, созданную неким советским немцем в 1942 году. Обещаны были удивительные предсказания Будущего. Однако второго Левы Федотова не получилось…

Я вооружился карандашом и бумагой, дабы выискивать анахронизмы, случайно скрытые в тексте и ускользнувшие от бдительного ока недремлющих редакторов. (Анахронизм — это когда в фильме про древний Рим у актера из-под тоги вдруг выглядывают наручные часы). Каково же было мое разочарование, когда с первой главы выяснилось, что никто и не пытался на самом-то деле маскировать текст под фантазию полувековой давности.

Первые же страницы романа опровергают эту беспомощную фальсификацию: тут и там встречаются слова «телевизор», «виртуальная реальность», «лазер», «ядерная бомбардировка», «летающие тарелки», «геополитика». Термины эти появились после второй мировой войны, и никакой провидец, будь он хоть трижды Нострадамусом, не смог бы использовать их в своем сочинении. Также, как и выражение «Европа от Пиренеев до Урала» принадлежит Де Голлю времен Пятой французской республики, и оно никак не могло появиться двадцатью годами ранее. Стоит записать в минус попытку некоего Олэся Чорнозуба (именно его фамилия стоит на титульном листе рядом со значком копирайта) выдать современное сочинение за рукопись полувековой давности — стилизация явно не удалась.

Зато удалось написать так называемый «роман взросления». Фашистский подросток три месяца ведет интимный дневник, прячет его от посторонних взоров, и позволяет себе в нем как крамольные высказывания в адрес устройства Третьего Рейха, так и фиксацию лизоблюдских умонастроений. (Не совсем, правда, выверенной оказалась позиция автора: для придания веса некоторым доказательствам и рассуждениям в тексте раз пятнадцать встречаются упоминания Карла Маркса, Троцкого и Эйнштейна, что, согласитесь, не совсем уместно в рукописи фашистского паренька). Гимназия, в которой учится юный герой, живет в атмосфере взаимного подглядывания и наушничества. Раз в неделю все ученики ходят на обязательные исповеди — стучат компьютеру о своих и чужих грехах, за что им в электронном паспорте проставляют так называемые «баллы геополитической активности». Причем донос на близких родственников ценится гораздо выше, чем поклеп на соседа. Видимо, действительно, донести на соседа можно и из мещанских, меркантильных соображений, а вот заложить собственную мать или отца может исключительно верный лени… то есть гитлеровец.

Литературный прием с ведением дневника не нов, им уже пользовались Джордж Оруэлл и Евгений Замятин при решении аналогичных художественных задач, когда писали свои знаменитые антиутопии. Автор «Альтерации» использует те же самые ингредиенты при построении сюжета: дневниковые записи, тщательно скрываемая от посторонних глаз любовь, таинственная Книга, раскрывающая многие секреты тоталитарного режима.

Но не только личная жизнь частного человека важна в фантастическом романе. Интересен альтернативный мир, крупными мазками нарисованный фантазией автора в романе.

Физики-атомщики успели сделать ядерную бомбу, и Москва с Петербургом подверглись атомным бомбардировкам в трагическом августе 1945 года — 6 и 9 числа соответственно. Послевоенный мир поделен между Германией, Японией и Панамериканскими Штатами, но экономическая ситуация в Рейхе еще хуже, чем в застойном СССР — сосиски из желатина, маргарин вместо масла, и безумно дорогие суррогатные алкогольные напитки.

В 1938 году семья ученых Зеехазе поставила на себе дерзкий эксперимент: немецкая женщина выносила и родила точную генетическую копию Тутанхамона. После удачного вегетативного размножения древнего фараона Адольф Гитлер распорядился размножить себя и некоторых своих товарищей по партии, обеспечив таким образом высшим партайгеносе вечную жизнь и бессменное царствие земное.

Отныне каждая девственница обязана рожать дублей Гитлера или его Апостолов. Зачатие производится «молекулярными пипетками», а ребенок, зачатый «по старинке», не может считаться полноценным.

И не важно, что подлинный Гитлер разбился на самолете в 1943, ведь уже есть десяток маленьких адольфиков, которые будут одновременно руководить империей, и сотни, тысячи мелких гитлеров, вставших во главе городов необъятных владений Третьего Рейха. Фюреру — управление и общее руководство. Геббельсы занимаются радио, газетами и прочей пропагандой. Гиммлеры заведуют гестапо на всех уровнях. Эрвины Роммели преподают физкультуру, а сотни Тутанхомонов учат истории гимназистов.

Однако История в мире «Альтерации» не является жесткой конструкцией — исследователи нашли несколько темпоральных лазеек, по которым можно путешествовать в прошлое, и изменять его в свою пользу. Например, спасти Гитлера перед смертью. Чем закончатся дальнейшие попытки по улучшению прошлого, нам не дано предугадать.

Александр Вохерет (Олэсь Чорнозуб) «Альтерация» (2000) роман

1940-е

Сирил Корнблат «Две судьбы». 1958. Перевел А.Кон, 1992.

Знахарь племени индейцев хопи с помощью каких-то редких сушеных грибов (галлюциноген почище пейота) отправляет физика-ядерщика из 1945 года в самый конец XXI века.

С 1940 по 1955 годы на Земле прошла Триумфальная Война. До мая 1945 она шла точно так же, как и наша WWII — а потом американцы увязли в Японии на пару лет, ведь император и не думал капитулировать, так как у США не было атомного оружия. Геббельс прятался в горах, но когда войска США и союзной Британии перебазировались в Тихий океан, новый фюрер «воскрес», восстановил армию, захватил всю Европу, и уже в апреле 1947 оккупировал Англию, заполучив заодно и Индию. Немцы вместе с японцами оккупировали США, проложив демаркационную линию по берегам реки дружбы — Миссисипи.

Японцы остались фанатичными феодалами с самурайскими замашками и средневековыми традициями. Свою часть Америки они заселили выходцами из колоний, и выше простого земледелия их экономика не поднялась. Немцы отупели и лишь в XXI века с трудом достигли уровня, при котором можно строить реактивные пассажирские самолеты.

С.Корнблат неплохо знает историю фашизма — в контексте объяснения плачевного состояния науки и техники он упоминает горе-ученого начала ХХ века, Ганса Хорбиргера [в другой транскрипции — Гербигер], изобретателя концепции Мирового Льда, согласно которой звезды — это большие куски льда, а Земля — пустотелая сфера. Нацистская пропаганда присвоила Хорбиргеру громкий титул «Коперник ХХ века», противопоставляя его антигуманному еврею Альфреду Эйнштейну. Наши доморощенные Лысенко с Выбегалло Гансу Хорбиргеру и в подметки не годятся.

1940-е

Джеймс Хоган «Операция «Протей»» (1985).

Гитлер победил во Второй Мировой.

Куда как завлекательней смотрится роман или, в котором живописуется мир после победы Гитлера. И что-то не видно на горизонте книги, в которой сюжетообразующей развилкой была бы описана история Германии, в которой национал-социалисты так и не пришли к власти.

1940-е

Англия оккупирована немцами, а физики вплотную подошли к секрету атомной бомбы.

Лен Дейтон «СС-Великобритания» (1978)

1940-е

Король Артур и рыцари Круглого Стола противостоят нацистскому вторжению.

Дональд Бартельм «Король» (1990)

1940-е

к/ф Кевина Бранлоу и Эндрю Молло «Это случилось здесь» (It Happened Here, 1966).

Англия оккупирована немцами, и теперь две нации белокурых бестий будут сообща уничтожать недочеловеков… Фильм снят на черно-белую пленку в документальной манере.

1941

Во время Второй мировой в Евpопе уничтожены евреи.

Даниил Клугеp «Чайки над Кремлем» Миpы» (Израиль), 1995, N 2

1942

Роберт Харрис «Фатерланд» («Fatherland», Страна отцов) 1992. Перевод Валентина Михайлова, 1994.

Видимо, сталинградская битва была проиграна. Последовало удачное немецкое наступление на юг, Советский Союз оказался отрезан от бакинской нефти, что предопределило итог войны, закончившейся в 1946 году миром с американцами. Гитлер дожил до 1964 года (действие романа как раз и происходит на фоне имперских приготовлений к празднованию семидесятипятилетия вождя), у него в арсенале атомные бомбы и ракеты Фау-3: демонстрационная бомбежка США состоялась сразу после гибели Хиросимы и Нагасаки. В США на второй срок идет Кеннеди, но не молодой Джон, а антисемит Джозеф, 1889 года рождения…

Немцы наперегонки с американцами посылают в космос пилотируемые спутники, но особых успехов не добились.

Третий Рейх распростерся от Франции на западе до Урала на востоке, но перманентная партизанская война и терроризм не дают покоя и в метрополии. Боевой дух эсэсовцев упал ниже некуда, немецкая молодежь тайком слушает заглушаемый властями «Голос Америки», на фотокопировальных аппаратах множат запрещенную литературу (похоже, перед написание романа Р.Харрис изучал еще и историю коммунизма). В университетах действуют рудименты антифашистской организации «Белая Роза». Политическая карта удручает своей биполярностью: под патронатом Германии существует Европейское Сообщество (почему-то флаг точно такой же, как в нашей истории — 12 звездочек!), а Австралия и Канада безоговорочно слушают США. Люксембург и Австрия потеряли свою государственность, лишь Швейцария сохранила независимость, оставшись банковской столицей.

Китай, видимо, обозлен на весь мир и полностью закрыт, а вроде бы где-то в Омске заседает советское коммунистическое правительство, неустанно воюющее с Рейхом.

В этом отражении есть писательница Барбара Картленд, в Испании живет генерал Франко, а немецкие бюргеры ездят на Черное море отдыхать — под звуки балалайки загар ложится ровнее…

Надо признать, англичанин Харрис много изучал нацистскую Германию, выпустил несколько документальных книг по истории фашизма, и лишь после этого написал роман, во многом перекликающийся с «1984» Оруэлла. Особый колорит произведению придают вкрапленные в ткань повествования выдержки из документов времен второй мировой, отрывки из речей Гитлера и описания монументальных проектов по перестройке Берлина, которыми так любят тешить себя диктаторы любых эпох и народов.

Поэтому на фоне романа Харриса очень странно выглядит аполитичная слюняво-розоватая идиллия советского писателя С.Абрамова, прославляющая жизнь под протекторатом Германии.

1941, декабрь

Сергей Абрамов «Тихий ангел пролетел». 1994.

Герой повести — летчик-испытатель — проскочил на МИГе через какую-то пространственно-временную дыру из начала девяностых годов двадцатого века — в те же самые девяностые годы, но уже иного, параллельного мира; самолет разбился, пилот чудом выжил в каком-то болоте, работает теперь в котельной, смотрит на чужой мир и радуется, до чего же все-таки замечательно немцы Россию обустроили: «Пива — залейся!» (таков нехитрый идеал утопии по Абрамову).

Москву сдали фашистам в декабре 1941, в апреле 42 Сталин бесследно исчез, а СССР капитулировал. Но немцы не стали уничтожать ни Москву, ни русских. Однако нефть в Сибири не нашли, а Румынские и Бакинские месторождения почти исчерпаны — пришлось торговать со Штатами и Англией… После смерти Гитлера в 1952 году, к власти приходит все тот же Аденауэр (как и в нашем мире), решивший почему-то предоставить самостоятельность оккупированным территориям. На политической карте этого страшного мира почему-то есть государство Израиль, и ООН почему-то тоже существует, что совсем уж никак не стыкуется с разрабатываемой писателем моделью.

На нескольких страницах С.Абрамов беспардонно уничижает книгу Ф.Дика «Человек в высоком замке», написанную, как мы помним, о той же самой вилке в историческом развитии, и, хочет С.Абрамов того или нет, но он занимается реабилитацией фашизма: мол, ничего страшного немецкий кованный сапог на русскую землю не принес (как будто это не война была, а агитпоход с губными гармошками), и, раз Гитлер был ставленником крупного капитала Германии, то в силах промышленников осадить фюрера, чтобы двигаться по пути нормальной экономики. Однако известно, что пресловутая материальная помощь от промышленников пришла к нацистам после успешных общенародных и демократических выборов в рейхстаг, а 1933 года мало кто из «финансовых воротил» поддерживал Гитлера. То есть финансисты (в реальности) просто-таки вынуждены были считаться с новым параноидальным политиком, подкармливая его аппетиты, дабы он их заводы не национализировал. Так что ни о каком «счастливом исходе» для России и речи быть не может.

Ладно, смотрим еще знакомые черты. Собчак стал детективщиком, у него и бестселлер вышел: «Хождение во власть». Из знакомых лиц мелькают те же актеры (Табаков, Смоктуновский, Шварценеггер), футболисты (Черенков), а вот писатели все — сплошь незнакомые фамилии. Видимо, считает С.Абрамов, на нежные писательские души политика и история сильнее воздействует, чем на актеров и спортсменов.

Коммунисты бежали в ЮАР, Йоханнесбург (у Абрамова — Иоганесбург) в Иванград переименовали, в парламенте легитимным путем заняли большинство мест (при численности населения ЮАР под 30 млн. чел., из которых русских только 1,8 млн.), и устроили в ЮАР самую настоящую социалистическую республику. Сейчас там правит все тот же Горбачев — по крайней мере, внешность у него та же.

Завершу разбор этого опуса цитатой из статьи Вадима Казакова, саратовского критика:

«Паникеры-американцы Ф.Дик и Р.Харрис как-то уж очень нервно описывали результаты гипотетической победы Германией во Второй Мировой. Ничего им из ихней Америки не видать, нашему соотечественнику куда сподручнее. Ужасы торжествующего нацизма? Бросьте, ребята, запугивать, все будет путем. Ихний нацизм скоренько и неизбежно трансформируется в очень уважаемую автором русскую национальную идею, всех коммунистов — чтобы под ногами у истинных хозяев России не путались — вышибут в Южную Африку. А на освободившейся территории под мудрым присмотром ГБ вовсю расцветут сто цветов, потому как державность и соборность, сами понимаете, юбер аллес… Все это внушается долго и упорно — хоть в натужно-веселеньких похождениях залетного «совка» из нашей реальности, хоть в длинных и малосъедобных квазиисторических сентенциях, перемежающих основной сюжет. А лет эдак двадцать назад С.Абрамов в своих сочинениях не считал зазорным с фашистами и подраться…» (Казаков, 1995, с. 11–12).

1941

СССР ведет успешную оборонительную войну против Германии на начальном этапе, к 43 году — победа.

Василий Звягинцев «Одиссей покидает Итаку» (1988)

1941

Стpаны Оси поделили мир между собой. События происходят в 1960-м году. Немцы окончательно решили еврейский вопрос, и, с присущей им методичностью, уничтожили весь черный континент; зачем-то готовят экспедицию на Марс. Японцы выглядят на этом фоне несколько сентиментальными, и повезло тем американцам, чьи города подпали под сферу влияния Токио.

Весьма изысканный роман, классика АИ.

Филип Дик «Человек в Высоком Замке» (1962).

1942

На Землю вторгаются тупые инопланетяне. Все воюющие стороны должны объединиться, чтобы спасти человечество перед лицом общей угрозы.

Г.Тёртлдав, цикл «Мировая война».

1944

С.Анисимов «Вариант «Бис» (2003)

Нападение Германии не стало неожиданностью для СССР, поэтому обошлось без катастрофы 1941-42 гг. Поэтому контрнаступление Красной Армии начинается несколько раньше, чем в реальности, и оказывается куда как сильнее: СССР обходится без открытия второго фронта. Осенью 1944 года Гитлера устраняют свои же сообщники, и Германия заключает сепаратный мир с Великобританией и США. Война продолжается, теперь уже с другими противниками.

1945

Один из изобретателей атомной бомбы по этическим мотивам срывает проект, в результате чего японцы победили США.

С.Корнблат «Две судьбы» (1958), рус. пер.1992

1945

Японцы сбросили атомную бомбу на Нью-Йорк, а после победы оккупировали США.

А.Бестер «Перепутанные провода» (1964).

1945?

Гитлер выиграл вторую мировую войну.

Д.Брин, повесть «Тор встречает Капитана Америку» (1986)

1945??

Вообще-то это не АИ, это параллельные миры, причем тупо повторяющие СССР шестидесятых с незначительными отличиями: все герои идентичны друг другу (даже фамилии «иномирян» совпадают), только иногда жены другие…

А. и С.Абрамовы «Хождение за три мира»

1947?

Иосип Броз Тито объединил под эгидой Югославии освобожденные после войны страны Восточной Европы в Союз Балканских Советских Республик. Но и в Траснсбалкании назрел экономический кризис, из которого выход тот же — перестройка.

Мак Рейнольдс «Толкач» (1963) Expeditor рус. 1990, в сб. «Иные миры, иные времена» (Л.)

1953 г

Сталин не умирает в свой срок. Репрессии продолжаются.

Валентин Еpашов «Коpидоpы смеpти», 1990.

1970-80-е гг.

Действие происходит примерно в семидесятые-восьмидесятые годы XX века в Англии, после отмены крепостного права. (Для симметрии картины не хватает только сообщения о постройке в России первой в мире линии метрополитена). Вчерашние милорды выживают честных фермеров — своих бывших крестьян — с земляных наделов. Из атрибутов нашего мира представляет интерес существование хиппи (которые живут в резервациях и воруют помаленьку скотину) и «Биттлз». Техника примерно на уровне начала XX века — но уже существуют почему-то кассетные магнитофоны. Как, когда и какие именно события могли укрепить в Англии крепостное право, не совсем понятно.

Ким Ньюмен «Великая Западная» (Если № 11, 2000)

1982

Борис Карлов «Очертя голову, в 1982-й» (2005)

Крайне неудачная попытка написать альтернативную историю. После обычной темпонавтики (когда герои волшебным образом переносятся в прошлое. Волшебным — иначе и не назовешь, ибо таинственные «пилюли» от некоего беглого «сумасшедшего» на достоверность не претендуют) автор съезжает в строительство параллельных миров, к тому же замусоренных анахронизмами: то у него компьютерная сеть уже в 1988 году существует, то председателем КГБ некто Змей, а не Крючков. Потом оказывается, что это и не наша история, а какая-то параллельная, там Антропов вместо Андропова, и т. п. шероховатости. Сначала наши темпонавты пытаются втереться в доверие к властьимущим: типа, какой политик откажется узнать будущее? Ан нет, отказались, и подозревают в горе-путешественниках — заговорщиков, пытающихся свергнуть социалистический строй в СССР. И если бы не бытописание восьмидесятых годочков и не линия с чуваком, который выдавал в 1982-м году песни «Наутилуса» и «Кино» за свои личные, то книжка определенно не была б достойна и малой толики внимания.

1985

Горбачев смещен реакционерами, продолжение холодной войны с США. Но это только внешний атрибут.

Г.Тарлдав «Битва в космосе» (1990).

Т.Алешкин, 1998, стр.17

1991

Стихийный развал СССР и республик, его составляющих, «полностью реализованы все самые плохие тенденции, какие только были возможны (усиление национализма, сепаратизма, ксенофобии, бедности), так что наш мир оказывается по сравнению с тем сравнительно благополучным». (Т.Алешкин, 1998, стр. 14).

В.Рыбаков «Человек напротив» 1996

1992

В результате референдума Россия становится частью Японии.

Сеpгей Лукьяненко «Фугу в мундире» «Миpы», 1993, N 2

Конечно, это не АИ, но все равно смешной рассказ.

Приложение

Наши паровички

Страстная нелюбовь к автомобилю как символу ХХ века (нет, не компьютер, а именно автомобиль называют символом ХХ века — именно он облегчает людям передвижение в пространстве и загрязняет окружающую среду почище химкомбината!) толкает фантастов на странные экзорсисты: пытаясь очистить альтернативный мир от бензинового монстра, героев своих пересаживают на паромобили. Жаль только, что и новый «колесный друг» почему-то тоже не безопасен…

«Модель он, конечно, построил, и даже усовершенствовал — заклинил ограничительный клапан на паровой машине. Плавал пароходик шибко быстро, пока не взорвался». (В.Щепетнев «Седьмая часть тьмы»)

«Есть у буксировщиков такая легенда про исполинский черный локомобиль, который несется в ночи с зажженными передними фонарями, с неугасимым бешенным огнем в топке. Когда-то, никто уж и не помнит как давно, действительно существовал локомобиль под названием «Холодная Бесс» — где-то далеко на Западе. Его водитель снял предохранительный клапан, чтобы выиграть пари на скорость — ну паровой котел и взорвался, отправив его к праотцам; но с тех самых пор в недобрый час можно услышать, как «Холодная Бесс» несется в ночи, грохоча колесами незримого дорожного поезда, и ее леденящий душу гудок прорезает погруженную во тьму округу.» (Кит Робертс «Павана»)

«Старый Сивка, как звал дядя Никифор свой паровик, с горящим наверху фонарем выкатывался из-за рощицы».

«Плечо — десять верст. Представь, исправны оба паровичка. Каждый берет пятерых, пусть даже шестерых. Туда-обратно час. Двенадцать человек. За день десять рейсов. Сто двадцать человек. — Мало?» (В.Щепетнев «Седьмая часть тьмы»)

«Внутригородское сообщение удобнейшим образом обеспечивали конки, остановки которых располагались через каждые несколько кварталов. Паровые экспрессы грохотали по виадукам, переброшенным поперек Мэдисон-авеню — этим инженерным достижением нью-йоркцы особенно гордились.

Велосипеды, столь редкие в окрестностях Уоппингер-Фоллз, здесь мельтешили, как мухи, то лавируя меж ломовых лошадей, тянувших грузно переваливающиеся фургоны и повозки, то резво обгоняя их». (Уорд Мур «Дарю вам праздник»)

«Как-то днем я тер скребницей пятнистую кобылу и размышлял о том, что паровые трактора, которыми пользовались теперь во всех крупных зернопроизводящих хозяйствах Британской Америки, лишают фермера не только производителя удобрений, но и хорошего товарища». (Уорд Мур «Дарю вам праздник»)

Кит Робертс и Уорд Мур использовали паромобили на Земле, а Василий Щепетнев даже на Марсе заставляет своих персонажей раскатываться на паромобилях, правда, загерметизированных:

«Шаров огляделся в зеркале. Ну, настоящий покоритель Марса.

— Коробочка, что на поясе — неприкосновенный запас. На полчаса воздуха хватит, если что.

— Что это за «если что»? — Наверное, коробочка Лукину не глянулась. Маловато будет.

— Вдруг нужда какая, например, выйти из экипажа приспичит. В экипаже-то свой запас воздуха, вы к нему подключитесь и дышите вволю». (В.Щепетнев «Марс, 1939 г.»)

Паровой двигатель не только заменил дизель в автомобилях, но и занял место электродвигателя на производстве и в быту:

«Мастерские я узнал по высокой трубе. Паровая машина не работала, а сквозь настежь открытые большие ворота, укрепленные железными полосами, было видно, как возле котла возятся перемазанные в саже механики». (Эдуард Геворкян «Темная гора»)

«Пондайбл привел меня в салун — неприметное мрачное местечко, где, несмотря на ранний час, горели газовые лампы, а паровое пианино бренчало популярную грустную мелодию «Мормонская девушка»:

В пустынном штате Дезерет та девушка живет.

Хочу забыть — но мне любовь покою не дает.»

(Уорд Мур «Дарю вам праздник»)

А если и встретится где-то в альтернативной истории средство передвижения с бензиновым двигателем, то непременно корявое:

«Машина была столь же нелепой, как и тот танк для парада. Это была просто самодвижущаяся повозка, детские санки на колесах, приводимые в движение небольшим шумным открытым моторчиком с воздушным охлаждением. Водитель восседал на узеньком сидении вроде велосипедного седла…» (С.Корнблат «Две судьбы»)

Избранная библиография

А) художественные произведения

«Три поездки Ильи Муромца», былина в пересказе А.Н.Нечаева

Абрамовы С., Абрамов А. «Место покоя моего» — М. 2000. АСТ. 544с.

Абрамов, Сергей «тихий ангел пролетел» (1994) — М. Терра — Четвертое измерение. 1994.

Абрамовы, А. и С. «Хождение за три мира»

Авраменко, Александр, Орлов, Борис, Кошелев, Александр «Смело мы в бой пойдем..» — М. Эксмо. 2006.

Азимов, Айзек «Конец Вечности» (The End of Eternity, 1955). Пер. Ю.Эстрина, любое издание.

Акройд, Питер «Мильтон в Америке» (Пер. с англ. С.Сухарева и Л.Брилевой) — СПб. Амфора. 2002. 302с.

Аксенов, Василий «Остров Крым» (1979)

Акунин, Борис «Сказки для идиотов» — М. Олма-пресс. 2001. 192с.

Андерсон, Пол «Буря в летнюю ночь», роман Midsummer Tempest (1974).

Андерсон, Пол «Патруль времени»

Андерсон, Пол «Эутопия» (1967, рус. пер. 1992)

Аникин, Андрес «Смерть в Дрездене» «Радуга», Киев, 1985, N 11

Анисимов, Сергей «Вариант «Бис». — М. АСТ. 2004.

Анисимов, Сергей «Вариант «Бис-2». — СПб. Лениздат. 2006.

Атли, Стивен «Остоpожно! Оглянись!» «Свеpхновая амеpиканская фантастика», 1994, N 4

Бартельм, Дональд «Король» (1990)

Бенилов, Евгений «1985» — М. АСТ. 2003. 288 стр.

Бестер, Альфред «Перепутанные провода» (1964)

Бойд, Джон «Последний звездолет с Земли» (1968) (в сборнике: «Клуб Любителей Фантастики», том 21 — СПб. «Оверлайд». 1992. С. 150–289, перевод С.Иванова

Брилева, Ольга «Ваше благородие» — М. АСТ. 2001. 590с.

Брин, Дэвид повесть «Тор встречает Капитана Америку» (1986)

Брэдбери, Рэй «и грянул гром»

Булыга, Сергей «Лисавета Иванна велела кланяться» «Фантакpим-MEGA», 1992, N 5

Булычев, Кир «Возвращение из Трапезунда» (1992)

Булычев, Кир «Дом в Лондоне, или Прах Бездомный» (2003)

Булычев, Кир «Заповедник для академиков» (1992-94)

Булычев, Кир «Купидон»

Булычев, Кир «Младенец Фрей» (1980-е, 1993, 2000)

Булычев, Кир «Наследник» (1992)

Булычев, Кир «Покушение» (2003)

Булычев, Кир «Таких не убивают» (1998)

Булычев, Кир «Усни, красавица!» (1994)

Булычев, Кир «Штурм Дюльбера» (др. назв.: «Штурм Ай-Тодора») (1992)

Бутин, Эрнст «Лицом к лицу»

Бушков, Александр «Примостившийся на стенке гусар» «Азбука», fantasy, (в кн. «Анастасия»), СПб, 1996

Бюргер, Дионис «Сферландия» (D.Burger, Bolland, 1957), перевод Ю.Данилова

Валентинов, Андрей «Око силы»

Васильев, Владимир «Волчья натура»

Веллер, Михаил «Разные судьбы» (рассказ)

Веллер, Михаил «Не в ту дверь» [1975] — любое издание.

Вершинин, Лев «Первый год республики» (1993)

Вохерет, Александр (Олэсь Чорнозуб?) «Альтерация» — СПб. Дума. 2000. 420с.

Гаppисон, Гарри «Кpыса из нержавеющей стали спасает миp»

Гансовский, Север«…и медные трубы» (Уральский следопыт № 11–12, за 1987).

Гансовский, Север «Винсент Ван Гог» «Молодая гваpдия» (в кн. «Идет человек»), М, 1971

Гансовский, Север «Демон истоpии» «Молодая гваpдия», Фантастика-67, М, 1968, Вып. 1

Гансовский, Север «Башня» (повесть) — точно ли АИ?

Гаррисон, Гарри «Да здравствует Трансатлантический туннель! Ура!» (1972, рус.1993)

Гаррисон, Гарри «Возвращение в Эдем». — М.: ЭКСМО, 1999. - 464 с.

Гаррисон, Гарри «Зима в Эдеме». — М.: ЭКСМО, 1998. - 464 с.

Гаррисон, Гарри «К западу от Эдема»

Гаррисон, Гарри. Время для мятежника. — М.: ЭКСМО, 1999. - 464 с.

Гаррисон, Гарри. Запад Эдема. — Екатеринбург: МП «Виктория», 1992. - 420с.

Гаррисон, Гарри. Фантастическая сага. — М.: ЭКСМО, 1998. - 420 с.

Геворкян, Эдуард «Темная гора» — М. АСТ. 1999. 448с.

Гиpшгоpн, Вениамин, Келлеp, Иосиф, Липатов, Боpис «Бесцеремонный Роман» (1926). Л. «Художественная литература». 1991, стр. 295–448.

Гибсон, Уильям, Стерлинг, Брюс «The Difference Engine».

Гончаров, Виктор «Межпланетный путешественник» (1924)

Готорн, Натаниел «Эксперимент доктора Хайдеггера» (1837) — в кн.: Н.Готорн «Новеллы». М.-Л. «Художественная литература». 1965.

де Камп, Леон Спрэг «Аристотель и оружие» (Aristotle and the Gun, 1958) В сб.: «Иные миры, иные времена» — Л. «Васильевский остров». 1990. С. 228–265. Перевод А.Прокофьевой.

де Камп, Леон Спрэг «Да не опустится тьма» (Lest Darkness Fall, 1939).

Дейтон, Лен «СС-Великобритания» (1978)

Дентон, Брэдли «Теppитоpия» «Свеpхновая американская фантастика», 1994, N 4

Ди Филиппо, Пол «Потерянные страницы» — М. АСТ. 2004. Пер. А.Криволаповой и А.Пичужкиной. Lost Pages, 1998. Сборник из девяти новелл.

Дик, Филип «Человек в Высоком Замке» (1962, рус. 1991).

Дэвидсон, Авраам «Возьмем, к примеру, деревянных индейцев»

Ерашов, Валентин «Коридоры смерти» — М. ПИК. 1990.

Зайчик, Хольм Ван «Дело жадного варвара» (2001)

Зайчик, Хольм Ван «Дело незалежных дервишей»

Зайчик, Хольм Ван «Дело о полку Игореве»

Звягинцев, Василий «Одиссей покидает Итаку» (1988)

Звягинцев, Василий «Право на смерть»

Злотников, Роман «Русские сказки» — СПб. 2006. Лениздат. 464с. ой ли?

Иртенина, Наталья «Белый крест» — М. «Лепта-пресс», «Эксмо». 2006.

Искандер, Фазиль «Пиры Валтасара», новела из романа «Сандро из Чегема» — любое издание

Казандакис, Никос «Последнее искушение Христа» (1954) Пер. с новогреческого А.Васильева.

Калюжный, Дмитрий, и Горяйнов, Олег «Зона сна» — М. АСТ. 2005. 464 с.

Кард, Орсон Скот «Седьмой сын», «Краснокожий пророк», «Подмастерье Элвин».

Кард, Орсон Скотт «Искупление Христофора Колумба» — М. Терра. 448с.

Карлов, Борис «очертя голову, в 1982-й» — М. АСТ. 2005. 378с.

Кац, Рустам Святославович «История советской фантастики»

Кларк, Сюзанна «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» — М. АСТ. 2006. 894с. Перевод М.Клеветенко и А.Коноплев.

Клугеp, Даниил «Чайки над Кремлем» Миpы» (Израиль), 1995, N 2

Клугер, Даниил «Двойное отражение» «МИРЫ» № 3'95

Корнблат, Сирил «Две судьбы» (1958, рус. 1992).

Крусанов, Павел «Укус ангела» — СПб. Амфора. 2000.

Кубатиев, Алан «В поисках господина П. // «Полдень, XXI век» номер 2 за 2002, стр.176–202.

Курбатов К. «Пророк из 8-го «Б», или Вчера ошибок не будет» — Л. Дет. лит, 1974, С. 3–106.

Лавренев, Борис «Крушение Республики Итль», 1925, и МП 90-х

Лазаpчук, Андрей «Все, способные держать оружие…»

Лазарчук, Андрей «Иное небо» (1993) // Лазарчук А. Штурмфогель: Фантастические романы. — СПБ.: «Стихия оЗон», Terra Fantastica, 2000. — С. 195–368.

Лазарчук, Андрей «Штурмфогель» // Лазарчук А. Штурмфогель: Фантастические романы. — СПБ.: «Стихия оЗон», Terra Fantastica, 2000. — С. 9–194.

Лазарчук, Андрей и Успенский, Михаил «Гиперборейская чума». — СПб.: Азбука, 1999. - 416 с.

Лазарчук, Андрей и Успенский, Михаил «Посмотри в глаза чудовищ». — СПб.: Азбука, 1999. - 576 с.

Лайтман, Алан «Сны Эйнштейна» (Einstein’s Dreams, 1993). Перевод В.Харитонова — М. АСТ. 2001. Стр.3-90.

Ларри, Ян «Необыкновенные приключения Карика и Вали» (1937)

Лаумеp, Кейт «Миpы Импеpиума»

Лаумеp, Кейт «Обpатная стоpона вpемени» (1965) The Other Side of Time

Лаффеpти, Р.А. «Главное открытие Рейнбеpда» «Если», 1997, N 1.

Лукины, Любовь и Евгений «Миссионеры» // «Искатель». 1989. № 6.

Лукьяненко, Сергей «Близится утро» — М.АСТ. 2000. 384с.

Лукьяненко, Сергей «Фугу в мундире» (1993)

Лукьяненко, Сергей «Холодные берега» — М. АСТ. 1998. 496с.

Лукьянов, Алексей «Спаситель Петрограда» — в одн. авт. сб. — СПб. 2006. Амфора. С. 5–132.

Мак-Дугалл, С. «Граждане Рима» — СПб. Амфора. 2006. 670с. Пер. с англ. В.Симонова.

Макоули, Пол «Ангел Паскуале: Страсти по да Винчи» — СПб. Азбука. 2006. 480с. Перевод Е.Королевой. (Paul J.McAuley, Pasquale’s Angel, 1994)

Масевич, Андрей «Страничка истории русского балета» // «Полдень, XXI век» номер 2 за 2003, стр. 136–153.

Морроу, Джеймс «Эйб линкольн в Макдональдсе» (1996) — в авт. сборнике «Библейские истории для взрослых» — М. АСТ. 2003. Пер. А.Прилепского.

Мур, Кристофер «Агнец»???? — это криптоистория, о жизни Иешуа между 10 и 20 годами наверное??

Мур, Уорд «Пpинеси мне праздник» // «Звезда», 1996

Мур, Уорд «Дарю вам память»

Муркок, Майкл «Се — человек» (др. вариант: «Пришелец») (1966)

Новорусский, Михаил «Приключения мальчика меньше пальчика» (1919)

Ньюмен, Кил «Великая Западная» — Если № 11, 2000.

Олди, Генри Лайон, Дяченко, Сергей и Марина, Валентинов, Андрей «Рубеж»

Пеpвухин, Михаил «Втоpая жизнь Hаполеона?» «Жуpнал пpиключений», 1917, N 6-7

Пеpвухин, Михаил «Пугачев — победитель» Екатеpинбуpг, «КРОК-Центp», 1994

Первухин, Михаил «Пугачев-победитель» (1926)

Петpовский, Л. «Человек очереди» «Молодь», ППФ-90, Киев, 1990

Петровский, Л. «Человек очереди» — сб. ППФ-90, - Киев, 1990.

Пирс, Х. «Наполеон вне времени»

Покровский, Владимир «Привет от Рогатого» // Если. 2004??.

Пол, Фредерик «В ожидании олимпийцев» (1988, рус. 1995)

Полещук, Александр «Ошибка Алексея Алексеева» — М. Молодая гвардия. 1961.

Прист, Кристофер «Престиж» (1995) Пер. Е.Петрова. — М.Эксмо.2004. 446с.

Пьецух, Вячеслав «Разговор», (в кн. «Я и прочее»), М, 1990

Пьецух, Вячеслав «Роммат» // Волга, 1989, №№ 5–6.

Рейнольдс, Мак «Толкач» (Expeditor, 1963) В сб.: «Иные миры, иные времена» — Л. «Васильевский остров». 1990. С. 279–304. Перевод А.Прокофьевой.

Робертс, Кит «Павана» (1968, рус. 1992)

Розанова, Лилиана «Предсказатель прошлого» // «Знание-Слиа».

Рыбаков, Вячеслав «Давние потери» (1984) // «Звезда». 1989??

Рыбаков, Вячеслав «Гравилет «Цесаревич»» // Сочинения: В 2 т. — М.: ТЕРРА, 1997. — Т. 1. — С. 5–206.

Рыбаков, Вячеслав «Дерни за веревочку» // Сочинения: В 2 т. — М.: ТЕРРА, 1997. — Т. 1. — С. 309–462.

Рыбаков, Вячеслав «Человек напротив» (1998)

Рыбас, С. «Зеркало для героя»

Рэнкин, Роберт «Чисвикские ведьмы» — М. АСТ. 2006. Перевод Г.Усовой. (Robert Rankin, The Witches of Chiswick, 2003).

Савченко, Владимир «Пятое измеpение» «Флокс», 1993.

Сандерс, Уильям «Неведомый Гамлет» (рус. 1997)

Сарбан (Джон Уолл) «Звук охотничьего рога» (1952)

Свифт, Джонатан «Путешествия в некоторые отдаленные страны света Лемюэля Гулливера, сначала хирурга, а потом капитана нескольких кораблей» (1726, 1735).

Синякин, Сергей «Век креста» [1997] // «Порог» № 9, 2001. С. 54–62.

Синякин, Сергей «Владычица морей» — в одн. авт. сб, — М. АСТ.2000.

Синякин, Сергей «Монах на краю Земли» // Если № 7, июль 1999 — это альтернативная космогония.

Спинpад, Норман «Стальная мечта» (1972, рус. 1996).

Стpатманн, Генри «Симфония в миноре» «Если», 1997, N 1

Тpускиновская, Далия «Секунданты» (1994)

Твен, Марк «3000 лет среди микробов»

Тойнби, Арнольд «Если бы Александр не умер тогда…» эссе ЗС

Тополь, Эдуард «Завтpа в России» М, 1992

Тырин, Михаил «Истукан» — «Если» № 6 за 1998.

Уильямсон, Джек «Легион времени» (Legion of Time, 1938). Пер. А.Суворовой — в одн. авт. кн. — М. АСТ. 2004., С. 5–92.

Уиндем, Джон «Другое «Я»»

Фармер, Филипп «Поднять паруса!»

Флинн, Майкл «В стране слепых» — М. АСТ. 2005. 512 с. Перевод А.Круглова. Michael Flynn, In The Country Of The Blind, 2001.

Флинн, Майкл «В стране слепых» Пер. с англ. А.Круглова — М. АСТ. 2005. 512с.

Фрай, Стивен «Как творить историю». — М. Фантом Пресс. 2005. 640 с. (Stephen Fry, Making Histiory, 1996) Перевод Сергей Ильин.

Харрис, Роберт «Фатерланд» (1992) — М. Новости. 1994.

Хоган, Джеймс «Операция «Протей»» (1985)

Чан, Тед «72 буквы» (Seventy-Two Letters, 2000). Пер. А.Новикова.

Чан, Тед «Вавилонская башня» (Tower of Babylon, 1990), пер. А.Комаринец.

Шейнис, Клод «Самоубийство» «Аpгус», Хpонос, (в кн. «Планета семи масок»), М, 1993

Шейнис, Клод «Самоубийство» в кн.: «Планета семи масок» — М. Аргус. 1993.

Штерн, Борис «Второе июля четвертого года» (1994)

Щеголев, Александр «Кто звал меня?» (1992)

Щепетнев, Василий «Марс, 1939» (1997)

Щепетнев, Василий «Шестая часть тьмы» (1997)

Эбботт, Эдвин Э. «Флатландия» (E.A.Abbott, Flatland, 1884), перевод Ю.Данилова

Якубович, Евгений «1985-й» // «Полдень, XXI век» номер 2 за 2003, стр. 127–135.

Б) Критические работы, статьи, и другие подпорки

«История: неизбежное и случайное» // Знание-сила. 1980. № 1. С. 38

«Мир глазами фантастов. Рекомендательный библиографический справочник» — М. Книга. 1986. 176с.

Алешкин, Тимофей «Автостопам по альтернативным мирам» // «Анизотропное Шоссе» № 4, декабрь 1998. стр.10–19.

Амальрик, Андрей «Просуществует ли Советский Союз до 1984 года» (1969) // «Огонёк». 1990. № 9.

Аристотель Поэтика — в книге: Аристотель. «Политика» — М. АСТ. 2002. С. 291–326. Перевод М.Л.Гаспарова.

Балабуха А. Д. Полет сквозь миражи, или Витязь на распутье // Рыбаков В. Сочинения: В 2 т. — М.: ТЕРРА, 1997. — Т. 2. — С. 496–510.

Березин, Владимир «Четвертый Рим» // Книжное обозрение. № 27–28, 2006. С.24.

Бестужев-Лада И.В. «Ретроальтернавистика в философии истории» // «Вопросы философии» № 8. 1997. С. 112–122.

Бородкин Л.И., Свищев М.А. Ретропрогнозирование социальной динамики доколхозного крестьянства: использование иммитационно-альтернативных моделей // Россия и США на рубеже XIX–XX вв. Математические методы в исторических исследованиях. М., 1992. С. 348 — 365

Бритиков А. Ф. Русский советский научно-фантастический роман. — Л.: Наука, 1970. - 448 с.

Бритиков А.Ф. «Отечественная научно-фантастическая литература. Некоторые проблемы истории и теории жанра» — СПб. ТЦ «Борей-Арт». 2000. 403с.

Бугров, Виталий Иванович «1000 ликов мечты». — Свердловск, Средне-Уральское книжное издательство. 1998.

Булычев, Кир «Падчерица эпохи» — М. ООО «Международный центр фантастики». 2004. 253с.

Валентинов А. «Нечто о сущности «криптоистории», или Незабываемый 1938-й» // Анизотропное шоссе. — 1999. - № 7. — С. 21–26.

Владимирский, Василий «Обретенные страницы» //«Доклад о вероятности оЗ» от 29-10-2004.

Гаков, Вл. «Четыре путешествия на машине времени (Научная фантастика и ее предвидения)» — М. Знание. 1983. — 192с.

Гаков, Вл. редактор, «Энциклопедия фантастики» — Минск: ИКО «Галаксиас», 1995. - 694 с.

Гегель «Философия истории» (1830-31)

Гуревич, Георгий Иосифович «Беседы о научной фантастике. Книга для учащихся» — М. Просвещение. 1983. 112с.

Гуревич, Георгий Иосифович «Карта страны фантазий» — М. Искусство. 1967. 176с.

Диоген Лаэртский «О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов». Перевод М.Л.Гаспарова. — М. Мысль. 1986. 572с.

Дон Б.Соува «125 запрещенных фильмов. Цензурная история мирового кинематографа» — Екатеринбург. Ультра. Культура. 2004. 512с.

Кагарлицкий, Юлий Иосифович «Что такое фантастика?» — М. Художественная литература. 1974. 352с.

Юрий Каграманов Ю. «А могло бы быть иначе?» // «Новый мир» № 4. 1999 год.

Казаков, Вадим «Баллада о резиновом автобусе» // «Двести», номер «Г», апрель 1995. С. 8–18.

Каплан, Виталий «Заглянем за стенку» // «Новый мир». 2001. № 9.

Караваев, Алексей «На пути к лету» // Семечки. — 1998. - № 5. — С. 15–18.

Карацуба И.В., Курукин И.В., Сколов Н.П. «Выбирая свою историю. «Развилки» на пути России: от рюриковичей до олигархов» — М. КоЛибри. 2005. 638с.

Кац, Р. С. История советской фантастики. — Саратов: Изд-во Саратовского Университета, 1993. - 216 с.

Кац, Рустам «Островок коновала Моро» // «реальность фантастики» (Киев) № 5 (21) за 2005, с. 211–213.

Коваленко И.Д. Столыпинская аграрная реформа (Мифы и реальность) // История СССР. 1991. № 2

Коули, Роберт, составитель, «А что, если бы?..» — М. АСТ. 2002. 608с. (What If? Edited by Robert Cowley, 1999).

Лабазов 2002 — Лабазов «Альтернативная история в сети» // «Интернет-ЛАБАЗЪ» Выпуск 09 от23.10.2002.

Латов Ю.В. «Ретропрогнозирование: фантастика или наука?» // http://ie.boom.ru/Latov/Retro.htm

Лем, Станислав «Фантастика и футурология» (В 2 кн.) — М. АСТ. 2004. Том 1 — 592с. Том 2 — 670с.

Лем, Станислав «Философия случая» (1968) Пер. Б.А.Старостина — М. АСТ. 2005. 768с.

Лем, Станислав «Библиотека XXI века» — М. АСТ. 2003.

Лещенко, Владимир «Ветвящееся время. История, которой не было» — М. АСТ. 2003. 590с.

Лурье, Александр «В ожидании расцвета, или «Апокалипсис — сегодня!»

Лурье, Самуил «Не царям, Лемуил…» // «Полдень, XXI век». 2002 год. № 2. Стр.259–264.

Ляпунов, Борис Валерьянович «В мире мечты. Обзор научно-фантастической литературы» — М. Книга. 1969. 216с.

Ляпунов, Борис Валерьянович «В мире фантастики. Обзор научно-фантастической и фантастической литературы» — М. Книга. 1975. 208с.

Мещерякова М.И. Русская фантастика ХХ века в именах и лицах: Справочник / Под ред. М. И. Мещеряковой. — М.: Мегатрон, 1998. - 136 с.

Невский, Борис «Носик Клеопатры. Альтернативно-историческая фантастика» // «Мир Фантастики». 2004. № 6. стр.7-11.

Невский, Борис «А что, если бы? Альтернативная история как наука» // «Мир Фантастики». 2004. № 6. стр.12–15.

Невский, Борис, и Попов, Михаил «Очарованные паром. Многоликий стимпанк» // «Мир фантастики». 2006. № 3. стр.84–90.

Немзер 1993 — Андрей Немзер «Несбывшееся. Альтернативы истории в зеркале словесности» // «Новый мир». 1993. № 4. То же: в авт. сб. «Замечательное десятилетие русской литературы» — М. Захаров. 2003. С. 19–42.

Нестеров, Вадим «На той войне незнаменитой»

Осипов А. Н. Фантастика от «А» до «Я» (Основные понятия и термины): Краткий энциклопедический справочник. — М.: Дограф, 1999. - 352 с.

Офигелов, Афанасий «Полковник Васин — миф или реальность?» — в книге: А.Житинский «Альманах рок-дилетанта» — СПб. Амфора. 2006. С. 306–310.

Переслегин, Сергей «Пространство и время не определено» — авт. сб. «Око тайфуна» СПб. Терра Фантастика. 1994. Стр.159–186.

Петухова Елена Ивановна, Чёрный Игорь Витальевич «Современный русский историко-фантастический роман». — М.: Мануфактура, 2002.- 136 с.

Полетаев А.В. «Клиометрика — новая экономическая история — историческая экономика» // «Истоки: вопросы истории народнохо хозяйства и экономической мысли.» Вып.1. М. 1989. С. 37–42.

Попов, Михаил «Вихри дизельпанка. Ретрофантастика и ее истоки» // «Мир фантастики». 2004. № 12. с. 74–79.

Ранкур-Лаферьер, Дениэл «Русская литература и психоанализ» — М. Ладомир. 2004. 1020с.

Ревич, Всеволод Александрович «Не быль, но и не выдумка. Фантастика в русской дореволюционной литературе» — М. Знание. 1979. 64с.

Ревич, Всеволод Александрович «Перекресток утопий. Судьбы фантастики на фоне судеб страны» — М. Институт востоковедения РАН. 1998. 352с.

Ройфе, Августа Борисовна «Неомифологическая фантазия в фантастике ХХ века» — М. Международный центр фантастики, 2006.

Рыбаков, Вячеслав «То, чего не было, — не забывается» // «Октябрь. 2001. № 11.

Рыбаков, Вячеслав «Научная фантастика как зеркало русской революции» // Нева. 1996, № 4.

Савельева И.М., Полетаев А.В. «История и время В поисках утраченного». М. 1997. С. 647–654.

Славникова, Ольга «Я люблю тебя, империя» // «Знамя» № 12. 2000.

Смелков, Юлий Сергеевич «Фантастика — о чем она?» — М. Знание. 1974. 64с.

Соболев, Сергей «Этот мир придуман не нами…» // «Семечки» № 11, 2000 год, весна, С. 20–32.

Сорочан, Александр Юрьевич «Новая волна в литературе второй половины ХХ века. Материалы к указателю» — интернет-журнал «Самиздат». Версия справочника от 01-04-2002.

Тойнби А. «Если бы Александр не умер тогда…» // «Знание-сила». 1979. № 2. С.39–42. [1969]

Тойнби А. «Если бы Филипп и Артаксеркс уцелели…» // «Знание-сила». 1994. № 8. С. 60–65. [1969]

Хейден, Уайт «Метаистория: Историческое воображение в Европе XIX века» Пеервод с английского под ред. Е.Трубиной и В.Харитонова — Екатеринбург. Изд-во Урал. ун-та. 2002. 528с.

Фрумкин, Константин «Философия и психология фантастики». М. 2004. Едиториал УРСС. 2004. 240стр.

Харитонов, Евгений Викторович «Наука о фантастическом. Библиографический справочник» — М. Мануфактура. 2001. 240с.

Хоксер 2004 — Hoaxer «Что такое альтернативная история?» // интернет-журнал «Самиздат» http://zhurnal.lib.ru/k/konkurs_a_i/chtotakoealxternatiwnajaistorija-1.shtml

Черная, Наталия Ильинична «В мире мечты и предвидения. Научная фантастика, ее проблемы и художественные возможности» — Киев. «Наукова думка». 1972. 228с.

Черный, И.В., редактор справочника «Фантасты современной Украины» — Харьков, «Мир детства», 2000.

Чернышева, Татьяна Аркадьевна «Природа фантастики» — Иркутск. Издательство Иркутского университета. 1985. 336с.

Шмалько А. В. «Стамбул гяуры нынче славят…» // «Анизотропное шоссе». 2000. № 9. С. 19–21.

Шмалько, А.В. «Их ответ Чемберлену» // «Анизотропное Шоссе». 1999. № 5. стр.19–23.

Шубин, Александр «Альтернативы в истории Руси. Выбор Ольги» (1997) // http://history-futur.newmail.ru/IF.htm

Шубин, Александр «Ленин жил, Ленин жив» // «Наперекор», 1998 г.

Эйдельман Н.Я. «Апостол Серей. Повесть о Сергее Муравьеве-Апостоле» — М. 1975. (к теме АИ относится лишь маленькая главка «Фантастический 1826 год»).

Экслер, Алекс «Голливуд по прицелом Алекса Экслера и кота Бублика» (сборник кинорецензий) — М. АСТ. 2006. 352с.

Якшин, Иван «Разум и чувство» // «Книжная витрина» № 13, 2006 г. С.1.

Content

Соболев Сергей Альтернативная история – пособие для хронохичхайкеров

Соболев С.В Альтернативная история — пособие для хронохичхайкеров

Погружение

Мир, до которого никто не смог додуматься

Что может быть проще времени?

Христианство в АИ

Куда идет Красная армия?

Хронологическая таблица

Приложение

Наши паровички

Избранная библиография