Завтра Газета Газета

Газета Завтра 862 (21 2010)

Александр Проханов ПЯТАЯ ВОЙНА ПРЕЗИДЕНТА КОКОЙТЫ

Президент Эдуард Джабеевич Кокойты — сын осетинского народа. Он живёт среди заснеженных хребтов, цветущих фруктовых садов, клокочущих водопадов, дивных по красоте долин. Таких, как он, осетин — тысячи в окрестных селениях, в славном городе Цхинвале. Он похож на своих собратьев лицом, манерой говорить, направлением мыслей и чувств. Однако судьба выбрала его — одного из тысяч, уготовила ему одному славную и грозную судьбу.

Как и во всех осетинских семьях, в его в семье бытует грозное и страшное сказание о нашествии грузинских меньшевиков, двинувших из Тифлиса свои карательные полки в Южную Осетию, чтобы покорить и разгромить непокорный народ. С детства он слышал, как грузинские отряды врывались в осетинские селенья, изгоняли жителей, резали и насиловали женщин. Тогда люди, собрав весь свой скарб, обливаясь слезами, унося на себе раненых и убитых, двинулись прочь с насиженных мест в горы через перевалы, на другую сторону Кавказского хребта, в Россию, оставляя на этих горных тропах своих непогребенных стариков, детей и старух.

Взрослым юношей он пережил второе страшное нашествие грузинских войск, посланных Гамсахурдиа на покорение Южной Осетии. Он, как и все его сверстники, находился под градом грузинской артиллерии, разрушавшей дома и школы, громившей церкви и цветущие поселения.

Тогда, в 1992-м, он пережил катастрофу крушения великого Советского государства, распавшегося на обломки, где каждый обломок стал считать себя центром мира, и грузины, одержимые идеей грузинского мессианства, двинулись на покорение осетин и абхазов. В недрах той войны сложились осетинское ополчение, осетинская армия, а вместе с ней убежденность осетин, что лучше они умрут на этой земле все до единого, чем отдадут её незванным пришельцам.

Саакашвили, садясь на грузинский трон, обещал соотечественникам силой оружия вернуть в лоно крошечной грузинской империи Абхазию и Осетию. Первые шаги Саакашвили были связаны с наращиванием военной мощи Грузии.

Эдуард Кокойты был тем, кто в составе небольшого отряда молодых осетинских ополченцев остановил вторжение в Осетию моторизованной группы грузинских сил МВД. Тогда он впервые увидел уставленное ему в грудь дуло грузинского пулемёта, глядящие на него из-под касок глаза захватчиков. Он и его друзья не отступили, и вытеснили пришельцев за пределы республики.

Кокойты стал президентом в момент, когда силы республики находились на исходе, когда маленькая страна была заперта со всех сторон грузинской блокадой, когда не хватало продовольствия, финансов, а также политической воли, чтобы противостоять этому натекающему, сползающему с грузинской стороны оползню. Народ избрал Кокойты президентом в надежде, что этот человек, став лидером, организует моральный, политический, военный отпор неизбежной грузинской атаке.

Эта атака состоялась в августе 2008 года и имела страшный, тотальный характер. Захватившие позиции на вершинах окрестных предгорий грузинские танки, установки залпового огня громили со всех сторон лежавший в низине, как в чаше, небольшой городок, засыпая его пеплом, как будто это был пепел Помпеи.

В этом аду сгорал город, рушились храмы, чадили охваченные пламенем детские сады и школы. Цхинвальский университет был превращен в руины. Военный штаб, куда переместился президент, стал грудой страшных дымящихся развалин. Президент руководил обороной. Его можно было видеть и в центре города, и на периферии, где шли ожесточенные рукопашные схватки, где грузинские подразделения, планомерно выдавливая ополченцев, продвигались к центру города.

Его можно было видеть в момент, когда он вытаскивал на своей спине окровавленного раненого товарища. В момент, когда он возглавлял отряды, идущие укреплять самые слабые, поддавшиеся натиску участки обороны.

Он руководил слабеющей, отчаянно дерущейся осетинской армией, которая готова была погибнуть в Цхинвале до последнего воина, но не уступить врагу родных очагов. Он бился бы до последних мгновений, если бы не русские танки 58-й армии, которые, прокатив несколько сот километров, сквозь Рокский тоннель пришли на помощь истекающему кровью городу.

Вместе с ополченцами и частями российских войск он двинулся к границам Осетии, выдавливая захватчиков за территорию своей родины, преследуя их на пространствах Грузии, сея панику среди убегавших, потерявших волю к борьбе неприятелей.

Это была первая выигранная президентом Кокойты война, наполненная гулом стреляющих танков, стонами истекающих кровью раненых, рыданиями женщин среди горьких, под грохот артиллерии, похорон. Символом этой победной войны стало кладбище в самом центре Цхинвала, на территории школы, где на месте детской спортивной площадки выстроились памятники всем мученикам и героям, отдавшим жизнь за существование своей прекрасной маленькой родины.

Известно, что грузинские танки дошли до центра столицы. И один из них был подорван метким ударом гранатомётчика. Граната попала в боекомплект, и тот, сдетонировав под бронёй, разнёс машину захватчика страшным разрушительным взрывом. От танка оторвалась его башня и, проделав в воздухе огромную дугу, упала под портал близлежащего здания, вонзившись в бетон стальной пушкой. До сих пор на улице города среди цветущих деревьев и гудящих автомобилей видна эта зловещая стальная башня с утопленным в земле орудием — символ разгрома и поражения скороспелого грузинского "мессианства".

И была вторая война, которую вёл президент Кокойты наряду с первой. Бесконечные переговоры, взаимодействия с грузинами, которые подбирались к границам Осетии, засылали своих лазутчиков, своих наглых безапелляционных представителей. Переговоры с миротворцами, среди которых были и русские, и грузины. Беспрерывное оговаривание их статуса, просьбы о помощи. Преодоление раздражения по поводу того, что российские миротворцы, скованные своими уставами, были бессильны перед надвигающейся угрозой.

Это было время бесконечных переговоров с русскими военными, дипломатами, представителями разведки, которых он убеждал в неизбежности военного взрыва, призывал стоять на страже русских и осетинских интересов.

Это было время наплыва враждебных — в основном из Западной Европы — журналистов, которые симпатизировали Грузии, летящей в объятия НАТО. Что требовало постоянного бдения, постоянного ожидания подвоха, осторожной и точной борьбы с этими искушенными пропагандистами.

После разгрома грузин, когда еще дымилась столица Южной Осетии, когда еще не были убраны трупы, поднялся вал информационных и дипломатических акций, целью которых было выставить осетин зачинщиками этой кровавой бойни, объявить Россию страной-агрессором, а Грузию — невинной жертвой. То был массированный информационный удар, который приходился по России, по Южной Осетии и лично по президенту Кокойты.

Приезд в республику дипломатов из Европы, из Евросоюза, из ОБСЕ, их неприкрытая неприязнь, их неприглядная симпатия к грузинам, их стремление использовать народную драму, трагедию двух народов в своих глобальных европейских и панамериканских целях...

И в этих дипломатических встречах, в этих изнурительных, связанных с обманом и с диффамацией процедурах Эдуард Кокойты выстраивал в себе нового политика, новую политическую личность.

Эта борьба окончилась триумфом, признанием Южной Осетии со стороны России и затем, других стран мира.

На карте появился новый государственный субъект. И глава этого субъекта, этой небольшой, но уже независимой страны, оказался в вихре дипломатических скандалов, утонченных интриг, дипломатических, военных и спецопераций, имевших целью подавить его волю, подавить волю осетинского народа, представить их маленькое государство — временным, уродливым и неправомерным.

Из молодого, никому не известного боевого командира, Кокойты превратился в персону мировой политики. Его ненавидели, его имя называлось на конгрессах, вокруг него городились горы предвзятых сплетен и интриг.

Его обожали, ему внимали, его ставили в пример другим сражающимся за свою свободу народам. Он как президент независимой страны заключал союзные договоры с дружественной Россией, утверждал статус 4-й российской военной базы, которая расположилась на территории Южной Осетии.

Он встречался с представителями Федеральной службы безопасности России, с её пограничниками, когда демаркировалась граница между Южной Осетией и Грузией, и по всей этой границе выставлялись заставы, пропускные пункты. Российские пограничники взяли на себя нелегкий труд охраны этой горной, подчас неприступной границы.

Он выиграл эту войну, проведя свой народ через пропасти, через угрозу полного уничтожения, через бойни, пожары, оправдав ожидание людей, которые теперь видели в нем президента признанной во всем мире страны.

Признание Южной Осетии Россией означало конец страхам и подозрениям, связанным с угрозой полного уничтожения осетинского народа. И в этом был триумф президента, триумф его миссии. Южная Осетия и Россия сделали шаги навстречу друг другу и оказались рядом плечом к плечу, сложившись в Закавказье в неразрушаемую мощную силу.

Третья война, которую вёл и ведёт Кокойты, — это война за восстановление страны, за возрождение поруганной, покрытой пеплом и развалинами республики, возрождение человеческого довольства и счастья. Эта война, быть может, намного трудней тех первых двух войн, которые выиграл президент.

Страшный шок, который пережил осетинский народ, пройдя сквозь бойню нескольких войн, порождался угрюмым, подозрительным, печальным и унылым состоянием духа. Население, состоящее из вдов и сирот. Население, состоящее из ожесточенных мужчин, готовых к пролитию крови. В этом сжатом состоянии нация не может жить вечно. Либо она превращается в сгусток ненависти, сворачивается и исчезает, либо она начинает цвести, как цветет после весенних дождей цветок.

Цхинвал — это непрерывная и повсеместная стройка. На каждой улице, в каждом проулке — десяток ремонтируемых, возрождаемых домов. Рядом с милыми двухэтажными традиционными зданиями, окруженными галереями и резными балкончиками, построены превосходные коттеджи современной планировки, куда вселяются люди, потерявшие свои жилища.

Множество городов и областей России привезли в Цхинвал свои подарки — возведённые объекты. Строятся мосты и дороги, возводятся населенные пункты. Люди, бежавшие когда-то прочь от войны, возвращаются на свои пепелища и строят новую жизнь. Недавно главным цветом одежд был вдовий черный цвет. Это черное одеяние носили молодые и пожилые женщины, совсем малые дети. Президент поставил себе целью изжить этот скорбный траурный цвет из города. Пусть женщины носят нарядные платья. Пусть дети облекутся в свои разноцветные радостные убранства.

Он изо всех сил стремится переломить живущие в сердцах людей скорбную апатию, неотвязную тревогу, ночные военные кошмары. Он пригласил в город со всей России прекрасных музыкантов и исполнителей, организовал концерты и праздники, заражая воображение своих сограждан красочностью торжеств, великолепием нарядов, разнообразием персон и зрелищ.

Так, почти вручную, в разоренном городе запускалась общественная и культурная жизнь. Еще весь город в рубцах. Стены избиты пулями крупнокалиберных пулеметов, изрезаны ударами осколков. Но восхитительны и прекрасны десять детских садов, построенных заново, наполненных очаровательными воспитательницами и детьми, которые встречают своего президента рукоплесканиями, и детскими писклявыми голосами говорят ему: "Здравствуй, Джабеевич!" И тот подымает детей, целует их светлые лбы.

Зайдите в научно-исследовательский институт, и в одном из кабинетов, чей потолок исхлестан и изрезан пулями, под этими черными звездами войны вы увидите академика, философа, литературоведа Наси Григорьевича Джусойты, сидящего перед рукописью в теплой шапке горного пастуха. Он занимается переводами на осетинский язык Пушкина. Исследует таинственную музыку родного языка, спрягая ее с теми древними наречиями, созвучиями, что донесла до нас великая матерь-история.

Вы можете зайти на квартиру летописца недавней войны Алексея Георгиевича Маргиева. Без воды, часто без электричества, он сидит над своими фолиантами и собирает все сведения о прошедших кровопролитных сражениях. Вырезки из газет, свидетельства очевидцев, свои собственные наблюдения складывает в огромную книгу утрат и в огромную книгу побед. Он пишет эту книгу для будущих, еще не рожденных поколений, которые по этим трудам, по этим знамениям воссоздадут картину священной борьбы.

В спортивном зале, потолок которого испещрен ударами снарядов, среди закопченных и плохо вымытых стен собралась громадная толпа спортсменов — ведутся состязания по вольной борьбе. На ковер выходят недавние ополченцы, встречаются со своими сотоварищами с 4-ой российской военной базы. Спецназ МВД встречается в схватке с местным ОМОНом. В этих схватках, этих жёстких, иногда жестоких столкновениях еще чувствуется недавняя война, еще чувствуется страстная воля к схватке, к борьбе и к победе.

В кафедральной церкви Цхинвала, построенной в древнем кавказском стиле, в церкви, которую бомбили грузинские самолеты, вы можете встретиться с епископом Аланским Георгием. Его горький рассказ — о том, как грузинская церковь и грузинский патриарх благословляли грузинские части и грузинское оружие на истребление своего соседа — небольшого православного народа Южной Алании. Его горький рассказ о том, как некоторые представители русской православной церкви называют непримиримое непокорное стояние православных осетин, не желающих попасть под юрисдикцию окровавленной и безнравственной грузинской епархии, святотатством, а осетин — раскольниками и еретиками.

Эта третья война за восстановление поруганной родины будет выиграна президентом Кокойты. И только разгромленные, брошенные грузинами дома и поселения, которые скорбно и трагично чернеют среди цветущих яблоневых садов, напоминают о том, что здесь была беспощадная, на истребление, война.

Четвертая война пришла к президенту с неожиданной стороны. На восстановление Южной Осетии Россия направляет огромные средства. Из России прибыла группа администраторов и управленцев, которые взяли под контроль финансовые потоки. Сметы строительства домов, дорог, школ и мостов завышаются в десятки раз. Качество выполняемых работ из-за неправильного или неправедного расходования средств и материалов оставляет желать лучшего.

Претензии осетин к российским управленцам трактуются порой как неблагодарность осетин по отношению к пришедшим сюда русским созидателям. Это очень тонкое, мучительное и уязвимое место. И президент стремится рассказать обществу своей страны и России, что дружба между осетинским и российским народами является религией осетин, является святой проповедью.

Пятой войной, которую ведет президент Кокойты, и которую предстоит ему выиграть, — это сражение за объединение Южной Осетии и России. В осетинском обществе и патриотических кругах России ведется разговор о формах этого слияния. Не идет речь об автоматическом и упрощенном вхождении Южной Осетии в состав России как некоего административного образования. Речь идет о новой, еще не существующей конструкции, которая будет соединять в себе еще недавно целостные, а потом разрозненные пространства великой империи. Это соединение в новое союзное государство, в которое, помимо России, войдут Украина, Белоруссия, Казахстан, быть может, Киргизия, Южная Осетия и Абхазия, это образование будет иметь абсолютно новый, гибкий формат. Полюсами этого сложного мира могут Москва и Петербург, Киев и Минск, Новосибирск, Грозный, Цхинвал, Сухуми и Тирасполь.

Недавно прошедшая кровавая война, которая привела Россию в Закавказье, положила начало естественного, неостановимого процесса воссоздания традиционно имперской, российской государственности. Создание вновь большого российского пространства — создание этого сложного многомерного, имеющего общую историю конгламерата является предметом мечтаний, а также политических устремлений президента Кокойты.

Он убежден, что не только Россия нужна Осетии для поддержания ее жизнедеятельности, для сохранения ее независимости, для возрождения ее экономической, культурной, национальной силы, но и Южная Осетия нужна России. Она нужна России как пример того, что Россия, пережившая катастрофу 90-х годов, павшая ниц, вновь поднимается, вновь обнаруживает в себе традиционные для России силы и стремления, вновь дерзает наполнить своей национальной имперской энергией оскудевшее русло истории.

Южная Осетия нужна России как форпост, через который Россия, вышвырнутая из Закавказья, после нескольких десятилетий, вновь вошла в этот стратегически важный район земного шара, в район, где до недавнего времени господствовали враждебные силы, где, под зонтиком Шестого американского флота, выстраивалась стратегия НАТО.

Пройдут десятилетия, сменятся поколения политиков, в Осетии будут другие президенты и лидеры. Но роль Эдуарда Кокойты навеки закреплена в истории осетинского народа. Он вошел в нее как воин, как спаситель отечества, как духовный лидер, как вождь, который провел свой народ сквозь теснины и пылающие ущелья.

Он значительнее, интереснее и величественнее канцлера Коля, который благодаря предательству Горбачева и интригам Запада соединил две Германии и навеки остался в сознании немцев как канцлер-объединитель.

Кокойты, совершивший свой подвиг под пулями, под невиданным давлением истории, значительнее, ярче, чем Коль. Его можно уподобить Моисею, который вывел из плена свой народ, провел его по страшным пустыням, и через 40 лет сделал этот народ носителем государства и суверенной истории.

Пятнадцать покушений перенёс президент. Его пытались застрелить, зарезать, взорвать, утопить. Пятнадцать раз судьба хранила его. И вот он приглашает меня сесть в свой джип, сам садится за руль, и мы едем по извилистым горным дорогам, забираемся выше и выше, туда, где дремлют облака, где среди влажных сырых рощ и альпийских лугов белеет дивный прекрасный храм. Эту церковь президент построил в память своего прадеда, который жил тут, среди этих пастбищ, среди этих козьих троп, служа в маленьком ветхом храме. Нынешний храм напоминает белого лебедя, опустившегося среди темнозелёных дубрав. Купол храма покрыт сияющим золотом.

Президент стоит, любуясь сотворенным его усилиями дивом. И они чем-то похожи: этот крепкий плечистый, стоящий на горах собор, чья голова золотится на солнце, и этот невысокий, плотный седой осетин, чье имя — Эдуард Кокойты.

Детский трехколесный велосипед [1] оформленный яркими деталями.

[2]

ТАБЛО

l Новый виток информационной войны в связи с потонувшим южнокорейским корветом "Чхонан", в гибели которого международная комиссия из американских, британских, шведских и австралийских экспертов признала виновным КНДР, а также срочное проведение совместных американо-южнокорейских военно-морских маневров в Желтом и Японском морях вызывают в памяти исторические ассоциации со взрывом броненосца "Мэн" в Гаване 15 февраля 1898 года, Перл-Харбором и Тонкинским инцидентом, отмечают эксперты СБД. Подобное "силовое прощупывание" Пхеньяна, недавно заявившего о фактическом обладании термоядерной бомбой, что ставит под угрозу глобальную гегемонию США, было практически неизбежным, однако полномасштабная агрессия против Северной Кореи вряд ли состоится, поскольку Пекин, как показали результаты визита госсекретаря США Хиллари Клинтон в КНР, не намерен "сдавать" своего ближайшего союзника...

l Введенный Совбезом ООН режим санкций против Ирана, поддержанный Россией и Китаем, не будет иметь приницпиальных практических последствий, поскольку необходимые торговые операции Тегеран сможет осуществлять через третьи страны, в первую очередь Туркмению, такая информация содержится в аналитической записке, поступившей из Лондона…

l Переговоры министра финансов США Тимоти Гайтнера и главы ФРС Бена Бернанке с китайскими коллегами, посвященные проблеме поддержки доллара и падения евро, завершились практически безрезультатно, сообщили из Шанхая. В условиях глобальной неопределенности на основных финансовых рынках продолжают раскачиваться "качели", на которых осуществляются гигантские спекуляции со стороны спецструктур, обладающих инсайдерской информацией...

l Ракетно-бомбовые удары турецких ВВС по территории иракского Курдистана, не согласованные с американскими военными, еще раз продемонстрировали недовольство официальной Анкары нынешними внешнеполитическими приоритетами Вашингтона, которые "ничуть не изменились после ухода Буша-младшего и прихода Обамы". Как передают наши источники из Стамбула, национальные интересы Турции не позволяют ей принять новый геостратегический формат на Ближнем и Среднем Востоке, а также в Закавказье, возникший после оккупации Ирака…

l Согласно информации из Лос-Анджелеса, растущие разногласия между штатами США, вызванные углублением социально-экономического кризиса внутри страны и уже приведшие к "аризоно-калифорнийскому конфликту", если не будут приняты жесткие меры со стороны федерального правительства, могут в течение ближайших трех-пяти лет привести к распаду страны "по советскому сценарию"…

l Беспрецедентное празднование Дня славянской письменности в Москве 24 мая, которое сопровождалось перекрытием автомобильного движения в центре столицы, соответствует линии Кремля на усиление церковной составляющей своей внешней политики. Как отмечают наши инсайдерские источники, участие в праздничном Крестном ходе Патриарха Константинопольского Варфоломея можно рассматривать не только как "чёрную метку" для "Киевского патриархата" на Украине, но и как свидетельство серьёзного "дипломатического прорыва" на турецком и греческом направлении...

l Бюджетный план Великобритании на следующий финансовый год, представленный коалиционным правительством и предусматривающий дефицит примерно в 11% ВВП, "разрушает Евросоюз", а также ставит под вопрос политическое будущее канцлера ФРГ Ангелы Меркель как главного поборника евроинтеграции, считают наши источники в Мюнхене...

l Похороны скончавшейся на 96-м году жизни великой княгини Леониды Георгиевны в Петропавловской крепости, если таковые состоятся, будут свидетельствовать о продвижении действующей "властной вертикалью" РФ "монархической идеи" и "династии Кирилловичей" в качестве легитимных "наследников престола", а также собственности Романовых-Гольштейн-Готторпских, передают из Мадрида…

l Как сообщили из Парижа, провал на кинофестивале в Каннах фильма Никиты Михалкова "Утомленные солнцем-2. Предстояние" вызван не только его полной художественной несостоятельностью, но и нежеланием западного истеблишмента в любой, даже самой "антисталинистской" и "антисоветской", форме вспоминать о решающем вкладе Советского Союза в победу над гитлеровским Третьим рейхом...

Агентурные донесения службы безопасности «День»

[2]

Николай Коньков КРЕМЛЁВСКИЙ МОДЕРНИЗМ

24 мая президент Российской Федерации Дмитрий Медведев провёл совещание по бюджету силовых ведомств, на котором обозначил главные направления оборонной политики страны.

"Прежде всего нам нужно вкладывать деньги в модернизацию Вооружённых Сил. В 2008 году была утверждена их перспективная структура и состав, формируется новый облик армии и флота. И сегодня важно активно поставлять в войска новое вооружение, менять парк устаревшей техники... К 2015 году доля современного вооружения в частях и соединениях должна достичь как минимум 30 процентов, имею в виду части постоянной готовности, у нас, собственно, других и не будет к тому времени... При этом важно устранить дисбаланс между затратами на содержание и оснащение. В перспективе такой расклад должен быть где-то процентов 30 на 70 соответственно", — указал он.

Что действительно имел в виду наш верховный главнокомандующий, выяснится только по прошествии указанного времени. Но вопросов относительно сказанного больше, чем хотелось бы, поскольку буквально каждая президентская фраза требует расшифровки и комментария.

Прежде всего, конечно, удивляют масштабы поставленной задачи. Они означают, что с нынешних 0,05% ежегодных поставок новой (не современной даже, а просто новой) военной техники нужно будет выйти на уровень целых 5% — рост практически в сто раз. Разумеется, это нереально — но только если исходить из существующего штатного расписания наших Вооруженных Сил. А вот если провести их массовое сокращение со списанием техники, что, собственно, и подразумевают двльнейшие планы "военной реформы", — всё окажется в ажуре и шоколаде даже при существующем уровне закупок. О том же де-факто сказал и сам президент — кроме частей постоянной готовности (а это примерно 500 тысяч человек), других у нас к 2015 году не останется. Следовательно, вся "устаревшая" техника нынешних кадрированных частей (а это примерно 80% её общего объёма) будет попросту "утилизирована".

Когда-то давно, на заре дикого капитализма, считалось, что лучший способ борьбы с бедностью — физическое уничтожение бедных. По той же логике, лучшая модернизация Российской армии — это её физическое уничтожение? Но самое характерное — в другом. Акцент на модернизации военной техники (а тут есть, чем поживиться) оставляет в стороне вопрос о том, кто и как должен эту технику использовать. Если эксплуатационные расходы ("на содержание") военной техники планируется довести до 30%, это значит, что никаких учений не предполагается. Да и кого, спрашивается, чему и зачем учить? Социальные гарантии военнослужащим — это потом, отдельно как-нибудь. Интересно, когда и кого осенит простая мысль, что проще заключить договор с американской или китайской армией и вообще не тратиться на оборону?

Отношение всех этажей "властной вертикали" к собственному населению всё больше напоминает отношение к рабочему скоту — причем даже не хозяйское. "Норма эксплуатации" среднестатистического российского гражданина в 3-4 раза выше, чем в развитых капиталистических странах, реальные заработки почти в 10 раз ниже, а уровень потребительских цен — уже вполне сопоставим, причем цены и тарифы продолжают расти.

Когда премьер-министр Владимир Путин проводит совещание по ценам и требует перераспределить прибыли от одних монополистов ("ЕвразХолдинга") к другим (РЖД и "АвтоВАЗ") — это тоже проявление "кремлёвского модернизма", пересаживание участников басенного "квартета", никак не затрагивающее фундаментальных принципов функционирования задыхающейся отечественной экономики.

Страна еще терпит весь этот бесконечный марлезонский балет, но уже отказывает в доверии самым одиозным институтам действующей власти наподобие партии "Единая Россия", чьи представители с треском проиграли на выборах мэров крупных сибирских городов Иркутска и Братска, где победу одержали коммунисты. А между тем большой выборный цикл 2011-2012 годов всё ближе, и его результаты могут оказаться вполне постмодернистскими...

[2]

Александр Проханов — Эдуард Кокойты «У ОСЕТИН И РУССКИХ — ОДНА РОДИНА»

Александр ПРОХАНОВ. Эдуард Джабеевич, на карте мира появилась новое государство — Южная Осетия. Теперь, когда вашу республику признали Россия, Никарагуа, Венесуэла, Науру, думаю, процесс необратим — ваша страна стала субъектом международного права. Возникает полноценная государственность, то, к чему вы всегда стремились, то, что вы выстрадали бедой, кровью и терпением. Как сегодня выстраивается новая южноосетинская государственность, из каких компонентов она состоит? Как, выстраивая государственность, вы сами выстраиваетесь как руководитель?

Эдуард КОКОЙТЫ. Прежде всего, Александр Андреевич, хотел бы особо подчеркнуть, что признание Южной Осетии — действительно необратимый процесс. Он будет идти, как бы ни препятствовала этому часть международного сообщества, которая использует политику двойных стандартов по отношению к Южной Осетии и Абхазии. Эти силы сделали все, чтобы уничтожить Осетию, Абхазию, вооружая и поддерживая Грузию, по их вине на нашей земле пролилась кровь. Но южноосетинский народ выстоял. Выстояла Абхазия. Это говорит о том, что Южная Осетия и Абхазия — это не случайные государственные образования, а государства, образованные волеизъявлением народа. В этом сила наших молодых государств, которым, как многим другим странам, государственность на блюде не преподнесли.

Наши народы имеют хорошую генетическую память: ведь осетины имели свое Аланское государство. И абхазы имели свое государство. Сегодня мы делаем все, чтобы доказать мировому сообществу, что Россия поступила абсолютно правильно, справедливо и мужественно. Особо хотел бы отметить политическую волю, мужественность и решительность президента Российской Федерации, который подписывал указ о признании Южной Осетии. Это был не просто подписанный указ — это было торжество справедливости. И осетинский народ безмерно благодарен России, президенту Российской Федерации, председателю правительства за помощь и поддержку, за спасение малочисленного осетинского народа.

Государственные власти ЮО функционируют, и что касается демократических устоев, то в республике полное соответствие с нормами международного права как признанного и независимого государства. Мы и в дальнейшем будем делать все, чтобы убедить: вопрос признания Южной Осетии необратим, мы — не случайно образованное государство, у нас очень мощные устои, государственность, основанная на волеизъявлении народа. Мы не собираемся форсировать события по вопросам признания. Международная практика знает много примеров, когда те или иные государства долго не признавали.

А.П. Как вы могли бы коротко определить идеологию своего государства? Можно ли её определить, или она только витает в воздухе и не поддается определению?

Э.К. Безусловно, определяется. Многие задают вопрос: вы стремились к независимости? Ну, вот, свершилось. Вы — человек, который осуществил мечту жизни, как осетинский народ осуществил свою мечту. Да, я поклялся перед своим народом привести его к независимости и сделал это.

Но политические устремления и борьба народа Южной Осетии на этом не закончились. Если до сегодняшнего дня стояла задача обеспечить безопасность, сохранить жизнь наших граждан, то сегодня стоят другие задачи: созидания, строительства, восстановления республики. Мы должны, говоря о полноценном признании нашего государства, делать все, чтобы экономика Южной Осетии развивалась, народ жил в свободной и процветающей стране. Мы знаем, как это делать, и настраиваем народ, который больше не живет отложенной жизнью: от одной агрессии до другой. Поэтому идеология республики будет меняться: с военной на мирную — созидания и строительства.

А.П. Вы сказали об идеологии отпора, обороны, идеологии войны, осажденной крепости. Это очень мощная идеология, в ее недрах может рождаться новый тип человека: и воина, и патриота, и певца, и художника, и политика. И такие люди, видимо, появились во время вашего стояния. Как все они будут теперь переходить на новые рельсы: благополучия, созидания, строительства? Этот процесс всегда происходит мучительно. Воин, который привык сражаться, умирать и убивать, должен, например, стать преподавателем в университете?

Э.К. Я с вами согласен. Наш народ прошёл огромную закалку. Сердце наполняется гордостью за мой народ, которому я служу и буду служить, где бы я ни находился, какую бы должность ни занимал. Наш народ не только воин, но и труженик, достойный самого высокого уважения. Он талантлив во всех отношениях. Осетия подарила миру ученых, деятелей искусств. И это не только дело прошлого. У нас есть талантливая молодежь. Песни, написанные нашими молодыми композиторами и исполняемые молодыми певцами, прошедшими через испытания, вызывают слезы радости и гордости, что народ не сломался. Люди не ушли в окопную жизнь — они живут современной, нормальной, полноценной жизнью. Наша молодежь, а за 20 лет выросло целое поколение, в основном была лишена детства, юности. Но не ожесточилась. И сейчас, в условиях мирной жизни, проявляет свой талант. Наши дети выиграли несколько международных фестивалей, стали лауреатами, завоевали гран-при.

У нас есть молодые писатели, которые повествуют о жизни Цхинвала, цхинвальцев. Их работы быстро расходятся, потому что произведения талантливы, а тема злободневна.

Всего два года мирной жизни дали нам такие результаты. А впереди, я уверен, у нас долгая мирная жизнь, и каждый человек, который до сегодняшнего дня был озабочен только одной задачей — защищать родину, семью, сейчас свою энергию, знание, талант может реализовать в мирной жизни.

Конечно, есть у нас проблемы. Проблема кадров, например. Но и ее благодаря Российской Федерации мы решаем. Начиная с 2002 года, когда я стал президентом, ежегодно в престижные учебные заведения России принимают выпускников осетинских школ, которые, получив образование, возвращаются в республику квалифицированными специалистами.

Кроме того, мы были вынуждены приглашать специалистов, прежде всего из России, и с этим вопросом я обращался к руководству Российской Федерации. Россия оказывает нам всестороннюю колоссальную помощь, хотя не она разрушала наши дома.

Европейская комиссия, возглавляемая Хайди Тальявини, наконец, сделала официальное заключение, где прозвучала оценка того, что произошло в августе 2008 года: агрессию начала Грузия. Но Грузия не самостоятельно все это затеяла. Это европейские страны и Америка вооружали Грузию, подталкивали ее к конфликту, провоцировали, и поэтому не менее виноваты перед народом Южной Осетии и несут такую же ответственность, как Грузия.

Мы, еще до начала агрессии, встречаясь с представителями таких международных организаций, как ЕС, Парламентская ассамблея НАТО, выражали свою обеспокоенность тем, что нищая Грузия, которая сидела на европейских дотациях, превращалась в одно из самых милитаризованных государств в мире. Но к нам не прислушивались. Эти страны вместо того, чтобы воспользоваться всеми своими рычагами для прекращения войны, наоборот, подталкивали Грузию, рассчитывая на то, что за несколько часов Южная Осетия будет взята, что станет очередной пощечиной России.

Но вышло иначе. Россия не просто сделала решительный шаг — она показала всему миру, что с её интересами надо считаться, и обижать граждан Российской Федерации никому не позволено. Это главный урок августа 2008 года для всего международного сообщества.

И другой урок. Россия взяла на себя ответственность за настоящее и будущее Южной Осетии, восстанавливая республику. Тогда как международное сообщество смотрит со стороны. Недавно мы предоставили возможность посетить республику делегации Европейского союза, сопредседателям женевских дискуссий.

Замечу, что на территорию Южной Осетии европейских наблюдателей мы не допускаем, наученные печальным опытом, когда наблюдатели ОБСЕ, которые практически скрывали информацию о действительном состоянии дел, занимались на территории республики не объективным докладом о ситуации, а разведкой и шпионажем против нашей республики. Поэтому мы допустим на нашу территорию те международные организации, которые признают республику Южную Осетию самостоятельным государством, и те международные гуманитарные организации, которые зарегистрированы в РФ.

Когда представители ЕС, сопредседатели женевских дискуссий посетили страну и увидели объем строительства, то были поражены. Не знаю, насколько им это приятно, но объем восстановительных работ в Южной Осетии, по их собственному признанию, их поразил.

А.П. Вчера вы сели за руль, посадили меня рядом и показали, по существу, театр военных действий. Показали место, где вы на спине вытаскивали раненого, который потом, к сожалению, скончался. Вот место, где вы пытались закрыть прорыв грузинских танков. Вот место, где упал сбитый русский летчик, которого пришлось спасать из-под обстрела. Показали кладбище на территории школы, где похоронены три поколения погибших. И я чувствовал, как вы были закручены в этот вихрь войны, борьбы, крови, сражения: вокруг вас рвались снаряды и пули. Сейчас вы заняты абсолютно другим делом — утончённой, мучительной, сложнейшей международной дипломатией: там и психология, и политика. Страшно оступиться — это дипломатическое минное поле. Вы связаны со строительством: детские сады, материалы, стоимость, зарплаты. Это совершенно другая жизнь. Как вам этот переход лично дался? Как вы отодвинули на задний план воина, свою роль верховного главнокомандующего и превратились в республиканского прораба, строителя?

Э.К. Ответ простой: очень большая любовь к моему народу и желание служить ему помогает мне. Надо воевать— буду воевать. Нужно строить, созидать, буду строить, созидать. Практически все я пропускаю через сердце, и у меня Осетия болит вот здесь. Есть много патриотов на словах. Любить родину на расстоянии— это не патриотизм. Говорить красивые слова за родину во время мирных праздничных застолий — это тоже не патриотизм. Те, кто любили Осетию, остались здесь. Все, кто считал своим долгом защитить народ и не опозориться перед памятью предков и перед будущими поколениями, проявляют настоящий патриотизм, защищая страну, восстанавливая ее.

Сейчас нам навязали грязную идеологическую войну. К сожалению, некоторые выходцы из Южной Осетии давно забыли о ней, а сейчас, когда страна стала самостоятельным признанным государством, которой Россия оказывает помощь, вдруг вспомнили. Когда появились определенные перспективы, все тут же полюбили Южную Осетию.

К тому же полюбили те люди, которые попытались через Южную Осетию отмыть российские деньги. Но они нарвались на очень серьезное сопротивление. Сегодня бороться с этой коррупционной системой тяжело, потому что коррупция и грязная идеология слились воедино.

Мы слышим много оговоров со стороны разномастных подрядчиков, которые приехали сюда якобы с благими намерениями — помочь. Не хочу на всех бросать тень, есть много порядочных подрядчиков. Мы безмерно благодарны всему российскому народу. Много объектов в республике восстанавливают субъекты РФ: правительство Москвы отстроило целый микрорайон, который назвали Московским, тамбовчане построили детский сад и несколько домов, тюменцы, архангелогородцы построили школу, Санкт-Петербург оказал содействие в восстановлении больницы. Если я кого-то из субъектов РФ не назвал, пусть меня простят. Их много: Саратов, Самара, Ульяновск...

Однако появились и те, кто приехал сюда только, чтобы "пилить" российские бюджетные деньги. А мы не дали им такой возможности. И это вызывает раздражение. Мы даже в неловком положении оказываемся, когда нам говорят: это российские деньги, а мы — россияне. Вы что, контролируете наши деньги?

Мы хотим не контролировать, а спрашивать за качество и за целевое использование. Нашим службам технического и строительного контроля приносят сметы, которые завышены в 21 раз! Если я позволю своим подчиненным подписать такой документ, с какой совестью я в сторону России буду смотреть? Как я своим сыновьям в глаза буду смотреть? Как мои сыновья своим сверстникам из России, которые себе в чем-то отказали ради нас, будут в глаза смотреть? Многим этого не понять, потому что они не прошли через Цхинвал.

Я неоднократно обращался и к Счетной палате РФ, с которой у нас прекрасные теплые отношения, полное понимание и поддержка с ее стороны и лично Сергея Степашина. Например, после первого же его приезда в Южную Осетию 4 крупных подрядчика покинули республику: они уже "наследили" в разных субъектах РФ.

Нашими контролирующими органами только за четыре первых месяца восстановления Южной Осетии была пресечена попытка списать через сметы 1 миллиард 586 миллионов рублей. Это вызвало раздражение и недовольство определенных сил, пошли публикации и в отношении Кокойты, и в отношении Южной Осетии, различные обвинения нас в коррупции…

Коррупционные схемы мы здесь быстро пресекаем. К сожалению, даже приглашенные мною специалисты хотели внедрить мошеннические схемы. Но у них это не получается. Сегодня 18 подрядчиков, работающих в ЮО, находятся в Челябинске и Озерске. Создается впечатление, что кроме Челябинска и Озерска, в России больше нет специалистов, а это не так.

К нам прибыла "команда специалистов" помогать восстанавливать Южную Осетию. Их задачей была помощь в воспитании местных молодых кадров. А вместо этого наши молодые кадры должны были покинуть те направления, куда были назначены.

То есть уже первая задача — поднять экономику республики, обучить кадры Южной Осетии, — поставленная руководством РФ, провалена. Нельзя простить, что ради своих шкурных интересов эта так называемая команда провалила программу восстановления домов для ветеранов Великой Отечественной войны к 65-летию Победы. Сегодня эта программа практически сорвана по вине приглашенных строителей, которые возглавляли здесь ГУПы. У Счетной палаты, ведущей проверку, есть претензии к министерству финансов Южной Осетии. А министр финансов — приглашенный специалист. Есть претензии к ГУПу (государственное унитарное предприятие — ред. ) по восстановлению Южной Осетии…

Безусловно, данные вопросы мы решим, это для меня дело принципа: обязательно каждый ветеран, потерявший своё жилье, получит новый дом. Узнав о непростых жилищных условиях конкретного ветерана, я этот вопрос решаю моментально: выделяю квартиру за счет средств президентского фонда и лично вручаю ключи ветерану.

Когда наши правоохранительные органы начали заниматься расследованием, они вскрыли коррупционную систему по отмыванию денег: в одном кабинете сидят три челябинца и озерские — и решают свои дела.

Прошла коррупционная схема: 105 миллионов бюджетных средств, которые не должны были пускаться на восстановление, прошли через ГУП. ГУП выдал кредит. Это уже нарушение: ГУП не имеет права кредитовать. 105 миллионов пошли на закупку стройматериалов. Поставлены три подписи — и в течение 5 минут мы теряем 42 миллиона! Настолько были завышены цены на стройматериалы! Проверка нашего Комитета государственного контроля, экономической безопасности, прокуратуры республики Южная Осетия, УБЭП, выявила, что стоимость на все стройматериалы, завозимые на территорию республики через фирмы, включенные в коррупционные схемы, была в целом завышена на 78%.

Когда мы это пресекли, люди, задействованные в цепочке, оказались на территории РФ. И там заявляют, что, видите ли, неблагодарные осетины преследуют граждан РФ и вызывают антирусскую истерию.

Вы, Александр Андреевич, уже несколько дней находитесь в Южной Осетии. Вы замечали недоброжелательное отношение? Пусть это останется на совести этих непорядочных людей, которые подключили серьезные пиар-кампании, создали сайты для борьбы против нас.

Для чего они сюда были направлены? Чтобы помочь республике или очернять её?

Когда нарастал скандал, я собрал приглашенных специалистов нашего правительства и парламент, по ходу разговора были серьезные разногласия. Сегодня уже группа депутатов занимается расследованием этих вопросов. А тогда я просто хотел поговорить, обсудить ситуацию, объяснить, что мы и сами умеем считать, контролировать, строить, созидать. И без них мы 20 лет работали, не осрамили и подняли республику.

И тогда прозвучали слова одного из наших депутатов, заместителя председателя нашего правительства, который пресек попытки, не побоюсь этого слова, разжечь межнациональную рознь. Он заявил им: "Уважаемые приглашенные специалисты, для нас "группа специалистов из Озерска и Челябинска" — это еще не вся Россия и даже не Озерск и Челябинск. И ваши действия никогда не вызовут у нас антирусских настроений. Мы любим русский народ. А вы — не лучшие представители русского народа. И не по вам будут судить о русских и русском народе".

Это ответ людям, которые пытаются навязать коррупционную систему, чтобы отмывать деньги, а потом свести борьбу с попытками воровства к "антирусским настроениям".

Я доволен тем, что эти системы не сработали здесь. И в результате строятся дома, детские сады, школы, и многие другие жизненно важные объекты, что вы сами видели.

Противоядие мы найдем. Выработается у нас иммунитет против такого рода деятелей. Но самое главное и ценное, что у нас есть, это отношение к России и к русскому народу. Я как-то сказал: "Запомните, уважаемые приглашенные пиарщики! Тему осетино-российских отношений, отношения Южной Осетии к России, пожалуйста, не трогайте. Для нас это святое. Мы никогда не позволим на этом спекулировать".

А.П. Когда я со стороны наблюдал за той войной, которая развязана против вас, то различил три компонента. Возможно, трудно отличить один от другого, но они прослеживаются. Первый компонент связан с тем, о чем вы только что сказали. Видимо, какие-то не политические, а хозяйственные силы, находящиеся в России, не довольны тем, что их бьют по рукам и не дают им осуществить контроль над финансовыми потоками. Это недовольство выливается в проплаченную, видимо, ими, антикокойтскую пропаганду.

Второй компонент, мне кажется, связан с тем, что среди российского истеблишмента прозападного образца, а также грузинского лобби, что одно и то же, существует силы, которые и в то время симпатизировали Грузии, а не российским войскам в Южной Осетии. Они по-прежнему остаются на дотациях, возможно, даже финансовых, а не только идеологических. Они развязывают эту кампанию, пытаясь воздействовать на вас.

Третий компонент связан, возможно, просто с политической борьбой. Обиженные политические конкуренты — это часть технологий любой политической борьбы. Технологии бывают как светлые, так и черные.

Эти три фронта сливаются в общий фронт против вас. Вам приходится сражаться с достаточно сложным комбинированным противником. Вероятно, более сложным, чем тот, с кем вы сражались восьмого-девятого-десятого здесь?

Э.К. В 2001 году меня избрали президентом. Мы начали встречи с населением, с силовыми подразделениями республики. Нужно было поднять дух, укрепить людей в вере. Я встречался со спецназом министерства обороны Южной Осетии, и первым моим лозунгом был такой: "Ребята, позади Россия, нам отступать некуда". И сегодня позади Россия. Нам отступать некуда.

Сегодня Южная Осетия является своего рода витриной для международного содружества. Я уже говорил, что приехали европейские представители, увидели и не могли скрыть свои эмоции: вон сколько строится! В первую очередь это социальные объекты. Грузия тоже получает помощь от Запада, но она направляет все на укрепление вооруженных сил, наступательного потенциала.

Бог им судья. Я не буду об этом сегодня говорить. Не надо недооценивать Грузию, ее коварство и решимость в любой момент взять реванш. Но в любом случае все же эти вопросы сегодня уходят на второй план. Потому что здесь, на территории Южной Осетии, находятся российские войска: российские пограничники и наши хорошо обученные подразделения, подготовленные и имеющие большой опыт войны. Они всегда готовы дать достойный отпор.

Другой вопрос: что самое важное сейчас? Сегодня нас пытаются лишить главного — консолидации нашего общества, единства. К тому же пытаются лишить самой важной поддержки — российского общества, народа. Враги просто изменили тактику ведения борьбы против Осетии. Все три компонента, о которых вы говорили, все три фронта, едины.

А так называемая оппозиция… Юго-осетинская политическая оппозиция находится здесь. Есть различные партии, они нормально представлены в нашем обществе. А те силы…

Для них — слишком высокая честь назвать их оппозицией. Это обидевшиеся люди, по-моему, никчемные, которые имели возможность проявить себя, когда были у руля в Южной Осетии. Одни сбежали в Грузию, другие отсиживались все это время в Москве. А вот теперь вспомнили Южную Осетию, понадобилась, полюбили...

Я им напомню, как они, крикуны сегодняшние, говорили: "Что за Южная Осетия? Куда Кокойты ведет наш народ? Да Россия никогда нас не признает. Надо наводить мосты с Грузией". Они это, наверное, забыли. А я не забыл. Они, наверное, забыли, в каких условиях жила Южная Осетия. Зарплата составляла 80-120 рублей, и люди месяцами не получали даже эту мизерную зарплату. Когда не было газа, свет давали 2 часа утром и вечером. Они забыли? А я не забыл и другое: я прекрасно знаю об их встречах и сепаратных переговорах с Окруашвили, сотрудниками МВД Грузии. Они единым фронтом действовали тогда тоже. Почему на форумы, посвященные Южной Осетии, не приглашают защитников Южной Осетии, депутатский корпус, представителей СМИ Осетии? Что это за форумы, посвященные Южной Осетии, без представителей республики?

Были попытки организовать здесь, в Цхинвале, массовые акции протеста, за которыми серьезно следили из США.

Но что получилось? Собрали 12 человек — вот все их лицо и все их возможности.

Народ Южной Осетии малочисленный, но не простой. У него очень высокая общественно-политическая культура, он прекрасно знает, кто и с какой целью делает что-то. Я рассчитываю на народ и в тех сложных вопросах, с которыми мы сегодня сталкиваемся. Не все идет, как хотелось бы. Но в любом случае сделано немало. Южную Осетию ведь разрушали не за 5 дней боевых действий, а 20 лет. Разрушения были огромные.

А возьмите советский период: уровень жизни в Юго-Осетинской автономной области Грузинской ССР был ниже всех. Коммуникации Южной Осетии — водоканал, канализационная система, энергетические сети — не обновлялись в полном объеме с 1957 года. Все это сегодня нужно восстанавливать.

В республике очень много ветхого жилья. Я понимаю хозяев домов, которые видят: у соседа был уголок 20-30 метров, а сегодня ему выстраивают новый дом в 125 метров, потому что он потерял все свое имущество. Это тоже является причиной для недовольства. Когда человек потерял жилье, сочувствовали, жалели, а сейчас уже с претензией: а когда нам восстановите?

Но программы восстановления ветхого жилья нет. Сегодня совсем другая задача: восстановить разрушенное жилье. У нас было полностью разрушено 429 домов и более 4 тысяч домов имели разные степени разрушения.

Наш противник сейчас использует другую тактику: вычислил болевые точки общества, пытается раскачать волну недовольства. И этому мы должны противопоставить открытую информацию. И не только в Южной Осетии, но и в России, поскольку противник начал использовать российскую площадку. Если раньше на нас оказывали информационное давление с площадки Грузии, то сейчас в информационном отношении они используют территорию РФ, где у этих лоббистов, этих фронтов есть свои покровители. Я признателен российским гражданам, которые разборчиво подходят к оценке ситуации.

Сегодня президент РФ, председатель правительства исколесили весь земной шар для того, чтобы поднять авторитет России, создать благоприятные условия для мирного развития не только России, но и в целом международного сообщества, чтобы создать равные условия, чтобы не было превалирования одного государства над всеми. Сделано очень много. И я, и народ Южной Осетии считаем своим долгом, как и во время войны, взять на себя ответственность и показать: где Россия — там есть победы, стабильность, созидание.

А.П. Совершенно очевидно, для чего Россия нужна Южной Осетии. Она нужна как гарант свободы, выживания. Она нужна как источник, через который республика получает мощные импульсы развития. Она нужна просто как матка родовая, в которой находится основная часть народа Южной Осетии. А для чего России нужна Южная Осетия, как вы думаете?

Э.К. Для нас, осетин, кто бы как ревностно ни относился, Россия была, есть и будет основным союзником и стратегическим партнером. Это прошло через многие века. И никогда осетинский народ не изменял клятве верности своих предков. Это что касается отношения к России со стороны осетинского народа.

А сейчас хочу сказать более глобально. Не Кавказ нужен России, это должны понимать все кавказские народы, а Кавказу нужна Россия. Как только укрепляются позиции России на Кавказе, здесь устанавливаются мир и стабильность, взаимопонимание, Кавказ процветает.

Стоит ослабить позиции России, на Кавказе начинаются войны. История не раз это показывала. Так сколько раз на одни и те же грабли можно наступать? И европейцы, с которыми приходилось вести переговоры, не раз слышали от нас: мы родственный с русским народом народ! И не изменим этим отношениям, какую пропаганду вы бы ни вели. Давайте будем исходить из уроков истории. Цинично в год юбилея Великой Победы многие пытаются организовать очередную ревизию истории. Нельзя же под свои политические амбиции перекраивать историю! Это трагедия! Как можно сегодня ставить под сомнение Нюрнбергский процесс, который послужил основанием определенной политической морали и международного права? Как это можно поставить под сомнение и приравнять солдата-освободителя Советской, Красной армии к гитлеровцам или их пособникам? Что делается сегодня в Грузии, в Молдове, в Румынии? Это преступление против поколений. Если люди забудут историю, они в дальнейшем будут совершать такие ошибки. Мой наказ и совет был европейцам: учитывайте историю. Считайте Россию здесь, на Кавказе, своей. С крепкими позициями России на Кавказе здесь всегда будет мир. Если кто-то хочет реализовать ваши геополитические планы, то только с учетом интересов РФ.

Как представитель малочисленного народа, приведу такой пример. Благодаря русским все северокавказские и северные народы России сохранили свою национальную самобытность, язык и культуру, традиции. А через что даже в советское время прошла маленькая Южная Осетия? Три раза Грузия нам навязывала свой алфавит. Нам запрещали разговаривать на своем языке, лучшие представители научной, технической и творческой интеллигенции были вынуждены покидать Южную Осетию, потому что им профессионального роста не давали. Грузию превращали в мононациональное государство. И практически все национальные меньшинства даже в советское время были вынуждены покидать Грузию. На сегодняшний день едва ли ни 90% населения Грузии — это грузины. Посмотрите, в каких условиях сегодня находятся проживаюшие на территории Грузии армяне, азербайджанцы. И сравните, какие условия создаются для национальных меньшинств, национальных автономных образований, национальных республик РФ? Это показатель, на который нужно обращать серьезное внимание. Вот в чем сила России.

А.П. Я ехал по вашему городу и видел, что здесь люди — это советские люди: ощущение советского. Я проехал по улице Ленина, по улице Сталина. Меня поразило, что наряду с памятниками великим южноосетинским поэтам, художникам есть бюсты Иосифа Виссарионовича и поставленные рядом с ними стяги. Это говорит о том, что советский мощный духовный комплекс сохранился. Но я понимаю, что в период Советского Союза были крупные влиятельные политические группы, которые стремились рассыпать Красную империю. Они действовали в направлении сброса окраин. Это была целая стратегия. Вся горбачевская перестройка — это сброс окраин, превращение великой Красной империи в огрызок, который именуется сегодня Российской Федерацией. В России, наверное, существуют влиятельные элитарные группы, которые говорят о необходимости сброса Кавказа как некого бремени для России. "Кавказ как источник постоянной нестабильности. Кавказ как объект непрерывных дотаций. Кавказ как непрерывный поставщик терроризма в Москву". Есть люди, которые говорят, что России Кавказ не нужен. Поэтому я и спросил, для чего России Кавказ? Я не хочу даже говорить, что сброс Кавказа, расшатывание Кавказа или отказ от Кавказа для сегодняшней России будет означать отказ от Поволжья, от Сибири, от всей огромной геополитической территории. Но почему России нужна Южная Осетия? Почему она вышла сюда с армией, с политикой, своей идеологией. Что она здесь достигает?

Э.К. Нашим недругам не надо никого пугать "имперскими амбициями" России. Это первое. Второе, что хочу сказать. Вы обратили внимание на бюст Сталина: это был первый бюст, который здесь установили после войны — возле памятника Пушкину. Наша культура, идеология очень тесно переплетены. Это не столько советское воспитание, сколько генетическая память об отношениях наших народов.

В Закавказье на сегодняшний день, безусловно, есть предательство, черная неблагодарность тех, кто в свое время именно благодаря России сохранились как народ, как государство. Грузии государственность подарила Россия, преподнеся на блюдечке. Нужно учитывать, что есть такие силы, которые пытаются разрушить Россию. Сегодня скажут — Кавказ не нужен, завтра еще… Вы своим вопросом совершенно правильно ответили на свой же вопрос.

Но в любом случае это сегодня нужно, чтобы еще раз показать силу и стремление России к миру, не к войне. Россию заставили, вынудили воевать в ЮО и Абхазии.

Сегодня создается "подбрюшье" России. Это Украина, Грузия, Прибалтика. Это делается, чтобы отрезать Россию, заблокировать ее от внешнего мира. Это большая геополитика. Никогда это никому не удастся. В том числе благодаря выбору на Украине, что является большой победой, прежде всего, украинского народа.

Как развалили Советский Союз? Идеологически, изнутри. Сейчас была такая же попытка развалить Россию.

От одного высокого осетинского политика в своё время я слышал упрек: почему я, молодой политик, выстроил такую жесткую позицию в отношении Грузии и лично президента Грузии Шеварднадзе, у которого "высокий международный авторитет"? Но этот человек разваливал Советский Союз! Он свою миссию вместе со "своим политбюро" выполнил. Сейчас у них другая задача, по тому же сценарию развалить Россию: Урал отдельно, Сибирь отдельно. И так далее. Кавказ вообще вычленить.

Кавказ — это не слабое звено России, это сильное звено России. Чеченскую республику использовали силы международного терроризма. И то, что чеченский народ проявил волю и отверг эти силы, то, что они сегодня делают — это пример всем. Чеченская республика и ЮО — этого своего рода Сталинград против сил международного терроризма и тех, кто пытается развалить Россию.

Если бы Россия не защитила ЮО и Абхазию, то произошла бы цепная реакция выхода субъектов РФ из состава России. Встали бы проблемы уже с субъектами РФ. Как себе эти горе-идеологи представляют: если бы Россия сдала ЮО и Абхазию, что было бы? Северная Осетия бы тихо сидела в составе РФ? Или родственные абхазам народы — кабардинцы, адыгейцы — так сидели бы и смотрели, как растерзали ЮО?

Можно закончить великие академии, быть академиком многих наук. Но самая большая академия — это народная академия. Традиции Кавказа — вот какую академическую науку надо выучить прежде, чем говорить о том, что надо разваливать Кавказ. Необходимо учитывать менталитет народов Кавказа. Защитив ЮО и Абхазию, Россия еще больше укрепила свои позиции и свой международный авторитет.

Та военная провокация была направлена против России в первую очередь. Все просчитали досконально. Попытки уже были предприняты в 2004 году, когда большая часть грузинской армии перешла на натовскую технологию, натовскую военную доктрину. Вооруженные силы Южной Осетии дали им достойный отпор. После чего агрессоры были вынуждены с позором спасаться бегством. После этого НАТО сделали свои выводы. Начали усиленно готовиться. Но духом они оказались слабы. Какая бы современная техника ни была, она не решает судьбу войны, если тот, кто ею управляет, не будет силен духом, идеологией, любовью к родине. Одними деньгами эти вопросы решить нельзя.

И выбрали время: начало Олимпиады, когда представители руководства России были на играх. Все было рассчитано: до утра решить вопрос, Россия и очухаться не успеет. Ошиблись только в одном: в мужестве и стойкости защитников Цхинвала.

Это еще раз говорит о духе наших народов, о советском воспитании. Даже дети, которые не помнят Советский Союз, прекрасно знают, как жили в СССР, потому что традиции этого воспитания мы соблюдаем. Какие бы ни были ошибки исторические, для нас традиции — святое.

Но я не вижу этого в Грузии. Начинают пересматривать историю той же Грузии. "Картлис цховреба квареи схуреба" — летопись Грузии. Каждый грузинский ученый в преддверии, видимо, получения звания академика, собственноручно правил в летописи события, которые происходили в 12-м, 13-м веке, переделывал их под свои "исторические" мысли.

Так нельзя обращаться с историей. Не надо забывать, сколько для Грузии сделала Россия, как Российская империя спасла Грузию. Грузинский царь Ираклий, о чем говорят грузинские летописи, посылал гонца за гонцом с просьбой принять в состав России. Пускай свою историю учат. И учат другие: что для них сделала Россия и насколько была сильна наша интернациональная идеология. В народе говорят: брат братом силен. А братские народы сильны братскими народами.

А.П. Есть память о великом пространстве, где живут народы, культуры как некие сочетания симфонические. То есть сочетаемые в гармонии. Когда потенциалы и возможности одного народа сложным творческим образом сочетаются с потенциалом другого народа, возникает цветение и имперская мощь, если говорить языком старомодным и не вкладывая в "империю" негативный смысл. Эта идея витает в российском обществе. Мы не забыли о мессианской задаче, которую выполнял и русский народ, и близкие к нему народы, воссоздания великого цветущего пространства. Теперь, когда меняется ситуация на Украине, когда Южная Осетия, Абхазия вырвались из-под страшного гнета, опять начинает формироваться концепция союза. Не Советского Союза и не традиционной империи, а сложного, адекватного XXI веку союза пространств, народов и стран. Как к возможности такой сетевой империи со столицами одновременно в Москве, Киеве, Петербурге, Цхинвале, если угодно, Астане, вы относитесь, как относитесь к идее более глубинной интеграции, союзной интеграции Южной Осетии и России?

Э.К. Безусловно, очень положительно. Мы будем стремиться к тому, чтобы войти в союз государств, который нужно создавать. Это цель нашей геополитики. Давайте проанализируем. Развалили Советский Союз — создали Европейский Союз. Именно те, кто разваливали Советский Союз. Разве случайно?

А что нам делать, как ни объединяться и ни возрождать новый союз? Пусть он не будет называться Советским Союзом, пусть не будет той коммунистической идеологии. А ведь в той идеологии было много хорошего, полезного, что мы должны перенимать, не отказываясь от положительного, например, вопросов воспитания молодежи, интернационального воспитания. За эти традиции нам надо сообща бороться.

Это наша с вами история, это было наше с вами государство, и нам есть, чем гордиться. Мы обязаны восстановить союз, как бы он ни назывался. Может, с другой идеологией, с другим союзным соглашением, союзным договором. Но политически и культурно это должно быть союзное пространство!

А.П. Спасибо за беседу.

[2]

Мераб Зассеев «СПАСИБО, БРАТЬЯ!»

РУСЬ

Кто шёл в веках и с Богом, и с мечтой,

Суровых лет покорно дни листая?

Я не знавал Америку святой,

А Русь — она всегда была святая.

К лицу ей справедливости уклад,

Россию не учите жить, не надо:

Она — планеты всей духовный клад,

Ей Божья милость — высшая награда.

А сколько горя сквозь неё прошло,

А сколько бед она снести сумела,

Из пепла возрождалась всем назло

И снова шла победно, гордо, смело.

Нет, никому её не обуздать,

Хотя на прочность силятся проверить.

Вперёд, Россия! Только так держать!

Ведь сказано: «В Россию нужно верить».

Довольно на чужих балах кружить

Свободному и гордому народу.

Довольно, чтоб весь мир учила жить,

Америка, без племени и роду!

Внимать её устоям нам нельзя,

Толкаться хватит у её порога.

Иная у России есть стезя,

Другая ей назначена дорога.

В пучине грешной прозябает мир,

Затравленно в просторах лжи летая.

Ему мамона — признанный кумир,

А Русь всегда была и есть святая!

СПАСИБО, БРАТЬЯ!

Отгремела война, в злых аккордах ракет и снарядов,

Клеветы и коварства сражён смертоносный союз.

Вот и сказке конец, что о мощи грузинских отрядов...

И восстал Ирыстон, вековой с себя сбросивши груз.

С неба сыпалась смерть — всё сметающим огненным «градом»,

Содрогалась земля, угасала надежды свеча,

Лишь Великая Русь встала верно с Осетией рядом,

Разрубив на века смертный узел — по-русски, с плеча!

И пускай кто-то гневно исходит на Западе ядом,

И не видит пускай чёрствый мир кровоточащих ран.

Наш поклон тебе, Русь, что всегда ты с Осетией рядом!

Одолеем мы вместе нападки зарвавшихся стран.

Да, изранена нынче Осетия. Да, небогата.

Да, войною истерзана, гибла, в подвалах жила.

Но и в прошлом, и ныне всё верит в Россию, как в брата,

И в войне, и в нужде, и в невзгодах с Россией была!

Так спасибо, Россия, дарящая новые дали!

Так спасибо, Россия, в надежду открывшая дверь!

Так спасибо, Россия! — в спасённом витает Цхинвале.

Осетины — друзья твои вечно, Россия, поверь!

[2]

Кавад Раш ЯЗЫК — МЕРА ВСЕХ ВЕЩЕЙ

"Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины, — ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык! Не будь тебя — как не впасть в отчаяние при виде всего, что совершается дома?.. Но нельзя верить, чтобы такой язык не был дан великому народу!"

И. С. Тургенев, июнь 1882 г.

В ШКОЛЕ, в далекой провинции, мы заучивали эти слова автора "Первой любви", "Вешних вод" и "Дворянского гнезда" наизусть, и веровали в них, как в ниспосланную свыше молитву, и вера эта с каждым годом подтверждалась и крепла.

Позже далось постигнуть, что язык и народ неразделимы. И что "великий, могучий, правдивый и свободный" язык мог создать только народ, наделенный теми же качествами. Стало ясно, что русский язык спасал нацию в любое лихолетье как некая таинственная, непостижимая духовная субстанция, запечатлевшая в себе тысячелетие трудов и переживаний народа и всех его сословий и групп, субстанция глубокая, как океан, и спасительная.

Но прошло время, когда мы, по словам святейшего патриарха Алексия II, перепутали европейские краны и вместо чистой воды присосались к западной канализации. Так началась "перестройка" ставропольского комбайнера, точнее, уголовное осквернение всех основ жизни под видом свободы, которые сразу же болезненно сказались на языке, который есть мерило и личности, и общества, и государства. При этом русский язык сам стал первым объектом изощренной и подлой атаки.

Главным врагом русского языка, и не его одного, стал медиабизнес. Сам этот исчерпывающий и убийственный термин принадлежит бывшему президенту Владимиру Путину. Именно так обозначил он занятие телевизионщиков, когда в связи с юбилеем второго канала его верхушка была приглашена на встречу в резиденцию Бочаров Ручей. Президент Путин имел основание на такой неологизм. Телевизионщики сами в 2001 году на своем съезде торжественно объявили о своем вхождении в рынок со всеми последствиями и признали телевещание также родом бизнеса. При чём тут свобода слова — осталось тайной.

Так народился еще один род бизнеса. Именно бизнеса, а не дела, не предпринимательства, даже не промысла или ремесла. Бизнес — именно это сладкое слово ласкает слух рыночников как порождение воровской эпохи с его словесными помоями, залившими страну чужими словами, нравами, понятиями, нечто вроде бубонного поветрия, вроде "ток-шоу" вперемежку с "кофе-хаузами", "макдональдсами", "саммитами", "Сити" и рекламами, которыми залеплена Златоглавая, как нечистотами, — все это с фальшивой подсветкой и иллюминацией для "пипла", который всё "схавает".

В эпиграфе из Тургенева слова "как не впасть в отчаяние при виде всего, что совершается дома", вдвойне актуальны. Дома крадут детей тысячами, убивают людей среди бела дня, воруют на всех уровнях, лгут, ежегодно заливают землю святой Руси кровью миллионов убитых в утробах матерей младенцев, пьют, сквернословят, разводятся и пускают слюну при мысли о турпутевках за рубеж — этих новых социальных знаках безродных плебеев. В такой атмосфере слова Тургенева о величии русского языка, а значит, и породившего его народа, мучительны для неудачников, застрявших в "этой стране".

Но еще никому на свете не удалось обмануть в слове. И для человека, склонного ко лжи, это серьезный повод ненавидеть словесность. Рано или поздно правда обнажается. Потому-то "в начале было Слово, и слово было у Бога", и слово есть высший дар человеку от творца. Он, этот дар, непостижим, правдив и таинственен. Экран так же беспощадно обнажает фальшь, как и слово. Если бы говоруны из телебизнеса или политологи догадывались о разоблачительных свойствах экрана, они никогда бы не полезли в объектив.

Медиабизнес глуп, как и всякий бизнес, поклоняющийся корысти и прибыли. Корреспондент и его хозяева не понимают, что слова, над которыми они иронизируют, произнесены не начальником Третьего отделения Собственного Его Величества канцелярии генералом Бенкендорфом (кстати, героем 1812 года), не министром, или, упаси Боже, Сталиным, а великим художником, который и сейчас входит в пятерку самых читаемых в мире писателей.

Спрашивается, что он вам плохого сделал, кроме того, что гениален и благороден?

Очень важно, что ни у одного из этих недругов русского языка не хватает кишки продолжить вслух тургеневскую характеристику родного слова. Вы никогда не услышите слов "правдивый и свободный", ибо они убийственны и разоблачительны для клеветника. "Великий и могучий" он с кривой усмешкой еще может выдавить, но не более. Признай он "эту страну" и "этот народ" и порожденный им язык великим, могучим, правдивым и свободным, и телебизнесмена разорвет от перегрева, оставив смрад. А чтобы не признать этого никогда, он включает иронию и сопутствующую ей двусмысленность.

ИРОНИЯ — явление всегда разрушительное и отчуждающее человека от явления, о котором он повествует. Если правда — от Бога, то ирония всегда от Его противоположности, от лукавого. Можете ли вы представить себе ироничного Христа? А вот для Иуды ирония органична, как и для Мефистофеля. Ирония всегда с подглядкой, всегда двусмысленна и всегда смотрит снизу вверх, она, в отличие от сарказма, не предполагает силы и равенства сторон. Ирония действует исподтишка и с кривой улыбкой — она классический настрой рабской натуры. Ирония — эмоция шулерская и вожделенная "юмористами". После девяностых годов, казалось, эта зараза пошла на убыль и гнездится в основном на НТВ, где даже в новостях глуповато усмехаются, острят и хихикают, превращая новости из великой державы в род пошлого не то капустника, не то балагана. И никто их не одергивает, ведь медиабизнес — вне контроля и критики. Кстати, разлагающей рабской иронией пронизаны все новостные передачи.

Именно ирония приниженных порождает анекдоты, которые в нашей бесправной жизни находят расцвет. Целое десятилетие почти каждая бездарь из телебизнеса просила собеседника рассказать анекдот или выпытывала, какой анекдот у него любимый, чтобы похихикать вместе. Интерес и даже страсть к анекдотам — верный признак отсутствия чувства юмора.

Можете ли вы представить Гоголя, рассказывающего анекдотец, или Чехова, хохочущего над анекдотом?

О сатанинской природе иронии хорошо осведомлен Пушкин. К Вольтеру, тогдашнему властителю дум российских полуобразованных помещиков и офицеров вроде "декабристов", поэт относился с беспощадной дворянской отстраненностью. Важнее всех писаний энциклопедиста Пушкин считал то обстоятельство, что "Вольтер был палками бит". Собеседник королей был оскорблен вельможей Роганом. Когда же энциклопедист явился к тому домой требовать удовлетворения поединком, вельможа просто велел слугам отогнать начитанного простолюдина Вольтера палками. Что те охотно и исполнили. Пушкин о трудах Вольтера писал, что тот свой "разрушительный гений" принес "в жертву демона смеха и иронии". Понимал ли Вольтер, что дворянин Роган проявил свое сословное право на иронию с помощью палок на спине философа-насмешника?

Государство, дух и язык призваны развиваться в единстве, чтобы защититься от всякой напасти. Русские правители очень хорошо чувствовали эту взаимосвязь и потому так упорно преследовали кривляющихся скоморохов как явление антихристианское и враждебное церкви, устоям самой жизни. В грамоте, посланной в Сибирь архиепископу Тобольскому царем Алексеем Михайловичем, читаем: "…скоморохов с домрами и с гуслями и с волынками и со всякими игры, и ворожей, мужиков и баб… в дом к себе не призывали… и никаких бесовских див не творили и всяких бесовских игр не слушали… А где объявятся домры, и сурны, и гудки, и гусли, и хари, и всякие гудебные бесовские сосуды и ты б те бесовские велел вынимать и, изломав те бесовские игры, велел жечь"

Воспеваемые "хохмачами" скоморохи были далеко не безобидной братией. Кроме обычного плутовства, краж, разврата и других пороков, им сопутствующих, они нередко выполняли роль разведчиков.

Ныне "…собираютца скоморохи и смехотворцы со многими бесчинными игроками… и веселятца бесовским веселием с плясанием и песньми нечистыми, аже сквернят человека и в последнюю поревают погибель…"

НЫНЕ КАЖДЫЙ ДЕНЬ из месяца в месяц почти круглосуточно на нашей телеэстраде "по действу диаволю… сатанинские песни припевати гласом и руками во длани плескати и ногами скакати". Такая эстрада в лошадиных дозах вперемежку со смехотворцами, церебрально-конвульсивными певцами и оголённо блеющими крашеными блондинками "веселятца бесовским веселием", и каждый день уничтожают русскую культуру, язык, народную нравственность и само государство.

И все это на фоне миллионов сирот, забитых панелей, воровства и пьянства, на фоне наркомании, разводов, абортов, безвестных могил, ждущих молитв, богослужений и очистительного, возрождающего покаяния и сыновьей любви. Как говорил у Гоголя несчастный сумасшедший Поприщин, женщина полюбила беса, "она выйдет за него, выйдет". И вышла, и рванула в секс-туры.

Язык объединяет людей, но он же, язык, способен стать страшным инструментом вражды и расчленения общества. Лучше всего это видно на примере внедряемого последние двадцать лет слова "чиновник" с отрицательным значением, как когда-то засаживали в атеистическую подкорку слово "царизм". При советской власти, с отменой чинов и табели о рангах, из обихода совершенно исчезло слово "чиновник". Никто его не употреблял. И медиабизнес, попав в руки "демократов", начал внедрять слово "чиновник" со всеми низменными оценками. В стране народилась как бы многомиллионная армия новых "врагов народа". До 1917 года чиновники делились на классы. Теперь, не восстановив ни границ, ни социального положения государственных служащих, всех воров, мошенников, карьеристов вперемежку с честными работниками стали огульно мазать словом "чиновник". Так создается вновь тоталитарное сознание погромщиков. То, что раньше обозначалось словами "буржуй", "эксплуататор", "кровопийца", "мироед", теперь называют словом "чиновник". Эту практику нельзя не признать общественно опасной и угрожающей существованию государства. Самое прискорбное, что эту наживку для слабоумных заглатывают почти поголовно власть предержащие, то есть те, против кого и направлено слова "чиновник" с отрицательным зарядом. Недавно, в апреле 2010 г., Святенко — дама, занимающаяся безопасностью, сказала в интервью третьему каналу о "высших чиновниках из МВД". Даже для дамы из сферы безопасности они уже не генералы, не офицеры, не руководящие сотрудники, но "чиновники из МВД".

Впрочем, власть предержащие бегут впереди забега не только в этом случае. Руководители всех рангов первыми внедряют бессмысленные и злокачественные слова-паразиты вроде "имидж", "саммит", "бизнес".

Медиабизнес не может сам себя шельмовать. Если в их лексике "чиновник" есть воплощение всего нечистого и чужого, то слово "бизнесмен" очень редко или почти никогда не подается с отрицательным значением.

Не должны руководители государства применительно к российскому предпринимательству употреблять слово "бизнес", вброшенное в употребление "новорусскими" мошенниками. Так же, как ни один священнослужитель, а тем более иерарх не имеет права употреблять еретические для православного слова "имидж" и "саммит".

"Имидж" внедряется намеренно, чтобы разрушить и убрать из употребления ключевое слово русской культуры — "образ". А с "саммитом" можно далеко зайти. Завтра иной иерарх из новых "обновленцев" может заговорить даже не о сретении образа Божией Матери Владимирской, и даже не о встрече ее, а о саммите.

НЫНЕШНИЕ иерархи употребляют слово "Стамбул". Для них это слово должно быть запредельно запретным. Немцы до сих пор называют Константинополь на свой манер "Царьград". Мы с обезъяньей впечатлительностью пишем, что Белая армия эвакуировалась в Стамбул в 1920 г. Между тем, этот город до 1923 года даже сами турки еще официально именовали Константинополь. Для православного священнослужителя город на Босфоре со святой Софией до скончания века носит только одно имя — Константинополь. Иначе скоро мы с безродной восприимчивостью, неровен час, Никео-Царьградский символ веры будем именовать никео-стамбульским.

Башкиры имеют законное право именовать свою страну "Башкортостан". Но это не значит, что мы вместо традиционной "Башкирии" тут же с холуйской угодливостью должны с трудом выговаривать "Башкортостан". Но как ни называй республику — "Башкирия" или "Башкортостан", чаще сейчас она фигурирует под омертвляющим, бессмысленным и безродным обозначением — "субъект федерации". Раньше на Руси понятия "княжество" и "земля" были синонимами. Были в нашем отечестве и княжества, и губернии, и уезды, и волости. За каждым названием волнующая история. Теперь отечество наше с приходом коррупционеров разворовано, расшатано и разделено на "субъекты". Чтобы еще более усилить отчуждение людей от своей родины, теперь Москва наша не "Белокаменная" и не "Златоглавая", не "дорогая моя столица", а на скороговорке новых дикторов чаще "мегаполис". У такого безродного мегаполиса не мог не появиться любимый уродец всех международных мошенников — небоскреб. Это сооружение, призванное своей фаллической доминантой раздавить Кремль, получило самое холуйски-угодливое и оскорбительное название за 850 лет истории города, а именно "Москва-сити".

Диву даешься, как же могла жить такая сверхдержава, как СССР, ни разу за семьдесят лет не употребив таких слов, как "чиновник", "мегаполис" и "субъект федерации", хотя Российская Федерация (РСФСР) здравствовала и даже насчитывала в два раза меньше пресловутых чиновников. Мы уже не говорим о таких агрессивных паразитах с бубонным потенциалом, как искусственно внедренных словах "имидж", "бренд", "банер", "саммит", "бизнес" и прочая нечисть. Вся скверна внедрялась под грохот и гогот эстрадного бешенства, пока шоувошь не проела Россию. Как говорят на Востоке: "вор любит шумный базар".

Насильственно внедряемые через медиабизнес чужеродные слова размножаются как трупные пятна на теле культуры. Они разъедают общество, расчленяют страну, разъединяют поколения, убивают язык и обессиливают армию и нацию. Политологи-балоболы, эти политические импотенты, вживляют через TV "пиплу" такие "чипы", как "политический класс", "элита", "правящий класс", чтобы, прикрывшись этими абстракциями, манипулировать подопытными зрителями и осуществлять контроль за историческим сознанием несчастного русскоязычного электората, одуревшего от алкоголя, эстрады, наркотиков и турпоездок. Благо, что церковники озабочены аляповато-красочными облачениями, а военные высотой и прихотливым изгибом тульи на фуражках.

Медиабизнес стал орудием разрушения языка и тысячелетних устоев при полном молчании общества и Церкви. Такое молчание в Смутное время святые подвижники называли безумным молчанием. Наш великий композитор Свиридов как-то назвал битлов исчадиями ада. По сравнению с нашей эстрадой битлы — пай-мальчики из хороших семей.

КОГДА ШАЛЯПИН в начале 30-х годов услышал песни Лидии Руслановой, он в восторге сказал: "Она поет по-нашему". Петь "по-нашему" — это то же, что думать и говорить "по-нашему". Русланова пела и в церковном хоре, потом — по госпиталям "германской" войны, а затем — на всех фронтах Отечественной войны. В 1948 году ее арестовали по "делу маршала Жукова". В застенке она сказала следователю: "За таким, как Жуков, пешком пойду в Сибирь".

Это был голос самого народа. Из тюрьмы Лидия Русланова вышла в 1953 году. Ее путь во многом схож с судьбой Клавдии Шульженко. Они обе пели "по-нашему", по-русски. Потом была Зыкина. До нее Иван Козловский, проведший отрочество в монастыре. А теперь Дмитрий Хворостовский, сибирский богатырь, чьи редкие выступления целительной вешней литургией омывают всю русскую землю, сметая на время все эстрадное бесовство. Но тех, кто поет и говорит не по-нашему, по сравнению с ними легионы, и народ отдан властями медиабизнесу на растерзание.

Борьба с русским языком как главным оплотом культуры и государства идет по всем направлениям днем и ночью, ежеминутно и без передышки. Духовная брань в истории не знает перемирий. "Слово гнило да исходит из уст ваших" (ЕФ.4,29), — учит Писание. Именно поэтому в язык внедряются гнилые слова вроде "имидж", "ток-шоу", "саммит", "регион" и сотни других. Теперь, повторяю, вы редко услышите о Москве "Белокаменная", "Первопрестольная", "Златоглавая" и даже столица, а чаще идиотское слово "мегаполис", чтобы создать отчуждение между человеком и его столицей, сердцем его Родины. Даже погоду теперь объявляют не по Москве и области, а "в столичном регионе". Больше нет в России ни областей, ни краев, ни земель, а только "субъекты федерации". Все эти термины, которые и словами-то не назовешь, вместе с матерщиной и сквернословием убивают душу языка и народа своей палаческой и злой природой. Не странно ли, что всегда находятся телезащитники сквернословия, как якобы проявления народности.

Не может быть "народность" антихристианской. Между тем все гнилые слова глубоко враждебны природе православия. "Образ" — одно из ключевых слов русской культуры и религии — глубокое и многозначное. Именно потому настойчиво внедряют мерзкое слово "имидж".

РЕКЛАМА есть абсолютное проявление насилия и лжи. Но помимо этого, каждая минута рекламы пронизана разрушением христианских ценностных устоев от наглого "ведь мы этого достойны" до призывов наслаждаться по любимой формуле сатаны "один раз живем".

Реклама объявила тотальную войну таким качествам духовного здоровья, как скромность, бережливость, смирение.

Идет война на истребление языка Пушкина. Чуткий Василий Розанов заметил: "Чтобы опровергнуть Пушкина — нужно много ума. Может быть, никакого не хватит. Как же бы изловчиться, — какой прием, чтобы опровергнуть это благородство?.. Как же сделать? Встретить его тупым рылом. Захрюкать. Царя слова нельзя победить словом, но хрюканьем можно".

Пытаются не только осквернить язык Пушкина, но и сам синеокий поэт, павший на поле боя у Черной речке за честь русской семьи, не дает покоя ущербным. Недавно по телевизору объявили слово в слово: "родина Пушкина Эритрея, там ему и памятник поставлен" (ТВ-3, 21 декабря 2008 г.). Мы-то думали, что его родина Москва. Всех тянет неодолимо пофамильярничать с Пушкиным, начиная с цветаевского "Мой Пушкин". Фамильярность не только главное и всё сильнее пронизывающее нашу жизнь зло, его даже можно назвать сверхзлом. Не случайно мы единственное в истории человечества общество, где люди обращаются друг к другу по половому признаку — "мужчина", женщина" — и все молчат: от властей, депутатов до писателей, учителей и всех прочих. А ведь если вдуматься, это страшное бедствие, растлевающее жизнь.

Из этой же злой природы — то самое ироничное о русском языке: мол, "великий и могучий". Иной может заметить, дескать, стоит ли огород городить, если и тявкнула какая-то телемоська по поводу величия русского языка. Нет, и еще тысячу раз нет. Все так называемые неологизмы, как и замаскированные атаки на язык, далеко не безвредны, и, повторяю, все они ещё и антиправославны.

Другое явное и агрессивное проявление хрюканья — это сквернословие и матерщина. Великий Пётр, человек глубоко религиозный, лучше всех в своем царстве понимал, что мат всегда есть оскорбление собственной матери и самой Божией Матери, чьим уделом является Россия. Потому святой Преобразователь бестрепетной державной рукой внес в воинский устав статью, из которой следовало:

"Кто будет Матерь Божию хулить и поносить… телесным наказанием наказан, или живота лишен быть, по силе хуления". Император-адмирал сознавал, в отличие от позднейших руководителей России, что нация и армия, которая сквернословит и матерится, лишается благодати и победы.

Когда апостол русистики Владимир Даль создавал свой "Толковый словарь живого великорусского языка", этот язык действительно был живым и цветущим. Кстати, во времена Даля только три славянских языка располагали литературными языками: русский, польский и чешский. Ни у сербов, ни у хорватов, ни у белорусов или даже болгар это обстоятельство не рождает агрессивного комплекса неполноценности. Беснуются только подзуживаемые западэнцами иные круги Украины, теряя чувство меры, а с ним и юмора. Сам Даль подписывал литературные работы псевдонимом "Казак Луганский". Ему и в страшном сне не могло привидеться, что кондовый русский город Луганск на землях Всевеликого войска Донского не будет в составе России. Сам Даль к малорусскому языку и его говорам, как и первый наш славист академик И. Срезневский, относился с любовью и живейшим интересом. Оба они знали, что малороссы, как и белорусы, вместе с братьями великороссами веками в творческом единстве творили русский литературный язык, который является их общим и высшим достоянием, как и православие. Лучше всех это сознавал великий русский писатель Гоголь, родом из малороссов. Словотворчество трех народов братьев шло из века в век задолго до "Слова о Законе и Благодати" (XI в.) митрополита Киевского и всея Руси Иллариона.

После 1917 года воинствующие безбожники внедряли казенно-уголовные новообразования, а главный безбожник Емельян Ярославский до самой войны нередко стоял на мавзолее рядом с самим Сталиным, и всех пережил при любых репрессиях.

Но самая смертная угроза над русским языком за две тысячи лет нависла именно в последние двадцать лет.

С тех пор, как в каждую семью вползло телевидение — и черный квадрат экрана заменил в каждой семье угол с образами, "великий, могучий, правдивый и свободный русский язык" под террористическим натиском "новаторов" стал сжиматься, перерождаться в конвульсиях и дичать. Вся страна от края до края заговорила телештампами, усеченным, упрощенным жаргоном. Впервые в истории при этом не оказалось народных слоев, которые творили бы язык в своей среде. Никто, ни на одном уровне, не противостоит умерщвлению языка. Учебники языка, литературы, истории, один другого пошлее, забили шестьдесят тысяч школ России. Медиабизнес, пресмыкающийся перед рынком, стал смертельным врагом всего живого и, прежде всего языка Пушкина, Жуковского, Тургенева, Чехова. Идею лагерного однообразия, уравниловки и упрощения — а всякое упрощение есть вырождение, по К. Леонтьеву — теперь унаследовал телебизнес.

Исчерпывающую характеристику этому явлению дал великий русский мыслитель Иван Ильин, и слова его имеют прямое отношение и к тем, кто намеренно разрушает и оскверняет русский язык, и к тем, слабым на головушку, не помнящим родства, кто бездумно поганит родной язык упрощением и холуйскими заимствованиями.

"Мысль — погасить это многообразие явлений, упразднить это богатство исторического сада Божия, свести все к мертвому единообразному штампу, к "униформе", к равенству песка, к безразличию после уже просиявшего в мире духовного различия, — могла бы зародиться только в больной душе, от злобной, завистливой судороги, или же в мертвом слепом рассудке. Такая плоская и пошлая, противокультурная и всеразрушительная идея была бы сущим проявлением безбожия. Почерпнуть ее из христианства, из Евангелия, в православии — было бы совершенно невозможно!" (И.А. Ильин "Основы христианской культуры").

[2]

Анна Серафимова ЖИЛИ-БЫЛИ

Попутчики — мужчина предпенсионного возраста и молодая семейная пара — зашли в вагон раньше меня и уже расположились. Здороваюсь. Мужчина предлагает мне нижнюю полку. Мне все равно, но он настаивает: "Куда годится, если мужики будут на нижних спать, а женщины — под потолок прыгать?" Благодарю.

Парень — крепкий, коротко стриженный, спешно отвечает на мое приветствие, чуть привстав. Жена с томным видом и невысказанной, но, как оказалось, как раз высказываемой, печалью на лице, неохотно буркнула, продолжая исповедь, прерванную моим приходом и приветствием.

"Понимаешь, это несправедливо", — хрупкая, с тонкой бледной кожей, тихим голосом, она всем своим видом зовет на борьбу с той несправедливостью, которая ее окружает. Так хочется защитить это слабое создание!

"Да не завидуй ты!" — приглушенным шепотом бодро призывает муж. "Ты не понимаешь! Ты никогда меня не понимаешь, — она смахивает накатившуюся слезу. — Я не завидую! Но это несправедливо! Она мужиков так раскручивает! Они ей такие подарки дарят каждый день! Я такие на день рождения сына не получила".

Парень в смущенном недоумении: "Откуда у нас деньги на такие подарки? Зато у тебя — семья, а у нее нету". "Вот именно, — хрупкое создание почти рыдает, — чужие мужики изыскивают возможности добывать деньги, чтобы делать подарки посторонней женщине, а твой родной муж ничего не предпринимает, чтобы обеспечить достойный уровень жизни своей жене! Обидно."

Парень покраснел: "Давай, пока на платформу выйдем". Пара удалилась.

Через несколько минут возвратившиеся уже улыбались. Поезд тронулся.

Муж угодливо дорассказывал смешной случай, как общий друг "въехал кому-то в зад", а оказалось, своему начальнику. И тот его уволил. Пара смеялась. "Он не внимателен, потому что у него Людка — мегера. Пилит его и пилит. Вот он и нервный. А у тебя жена такая хорошая, а ты не ценишь", — заключает молодая.

"Я ценю",— оправдывается парень. "Да? И в чем это выражается?" Уж жена-то может вывести на чистую воду бахвала и самозванца!

"Дак… Это… Ну. Как?" — речь неаргументированная. "Вот-вот, — подбадривающе поддакивает жена. — Сказать-то и нечего. Не ценишь. Если бы ценил, мы бы не в Египет еще до начала сезона ехали на 2 недели, а как Людка в круизах катались высшим классом, где "все включено". А то с завтрака опять в карманах колбасу таскать заставишь".

"Ты че? Я тебя в Болгарии не заставлял. Ты сама, мне стыдно было даже". Молодая начала всхлипывать: "Он меня стыдится! Спаси-и-бо-о! Вот уж спаси-и-бо-о! Другой бы счастлив был, что жена такая заботливая. А он…" Женщина берет мобильный, набирает номер. "Ты кому?" — интересуется уличенный в тайной неблагодарности и явно подозревающий неладное муж. "Маме!" — жена точно знает, чем и кем напугать. Он выхватывает телефон: "Чего ты скандал на ровном месте устраиваешь?" Видимо, нажал сброс вызова. Через мгновение раздался звонок. Жена ответила: "Да, мама, я. А Сережка не дал мне с тобой поговорить. Он мне заявил, что стыдится меня, что я — скандалистка и сумасшедшая. Вот такое начало отдыха". Муж сидел красный, как помидор, и чертыхался. Женщина включила громкую связь, чтобы он услышал тещины блины: "Ах он, скотына! Ехо щастье, что от меня далёко! Ну, приедете! Дюймовочка моя, не плачь, мама с тобой. А ты там достань сланци, что я тэбе подарыла, хороша у их резина. Она сейчас к случаю как раз, да со всей силы дай по роже его нахлой. Прям по роже дай, не по руке или спине. Он качок и не почует, только силы потратишь. А ну прямо шас, штоб я слышала, как он заорет, скотына!" — инструктировала теща южно-русским акцентом. Парень вскочил и убежал. Молодая продолжала сетовать: "Ты же знаешь, я ему все прощаю. Мамочка, спасибо, что ты меня поддержала. А то он ко мне так несправедлив! Целую". С печальным видом посмотрела в окно. Набрала чей-то номер. "Вика, я. Как, как? Не успели отъехать, он мне уже все нервы вымотал. Говорит, что если Людке мужики дарят подарки, значит, она того стоит. А я — не стою. Представляешь? И не хочет признавать, что это несправедливо по отношению ко мне. Устроил мне сцену и убежал. Куда он денется? В тамбуре. Первый раз, что ли, психует? Сам всегда виноват, а еще психует."

Минут через 10 набирает номер: "Напсиховался? Иди обратно. Я тебя прощаю. Я тебе сто раз говорила: не надо обращать внимание на то, что люди подумают, а надо на то, что я подумаю. Для тебя я — главный человек. Сегодня эти люди, завтра другие. Они моего мизинца наверняка не стоят, эти люди. Иди, я курицу достала."

Муж вернулся. Жена чмокнула его в щеку, тихим обреченным голосом констатировала: "У тебя несносный характер. Мы — просто противоположности: я — такая терпеливая, покладистая, а у тебя — вечные срывы. Работай над собой. А то и себя, и меня в могилу сведешь".

Пара примирительно ела. Жена комментировала: "Моя мама лучше готовит, чем твоя. Твоя чесноком не натерла, и не вкусно. И пироги она хуже моей печет." "Вот пусть бы твоя и готовила, — раздражённо отвечает муж. — А то только и слышу, как хорошо готовит, а придешь — одни бутерброды да магазинные пельмени".

"Ты все готов на мою маму свалить! Она — больная, у нее слабая конституция". "Это твоя мать больная?! И чего я на нее свалил? Сашка у моих всегда остается, твоя даже ни разу на выходной не взяла." Жена зарыдала: "Если человек не подает виду, что он очень болен, не значит, что он здоров. Мама из деликатности не жалуется на самочувствие. И ты этим тыкаешь ей! Это несправедливо! Никогда не признаешь мою правоту. Ты пойми, это очень обидно, что тебя не ценят, осуждают дорогих тебе людей. Я очень нежная, деликатная, а ты не ценишь такой подарок судьбы, постоянно обижаешь меня".

До полуночи молодая жена что-то бубнила супругу, и было слышно: "не ценишь…, другой бы на руках носил, пылинки сдувал…" И энергичные выдохи: "Ну! Да блин! А я чё? Дак я как?"

Милые бранятся, только тешатся?

Высококвалифицированный ремонт автофургонов [3] от компании «Спектор Моторс», у нас работают исключительно профессионалы.

[2]

Сергей Черняховский МЕДВЕДЕВ ПРОТИВ КОНОНОВА

Страсбургский так называемый "Суд по правам человека" вынес решение, поддержавшее обвинения нынешней неонацистской Латвии в адрес Василия Кононова.

Российские государственные структуры выразили свое несогласие и протест. Правда, заявили свою позицию относительно второстепенные структуры — МИД и Государственная дума. Первое лицо в государстве, президент Медведев, своей реакции официально не выразил. Но формально, как будто бы заявлено, что Россия это решение осуждает. И даже говорит, что это решение осложнит ее отношения со Страсбургским судом.

Впрочем, с самим страсбургским судом все предельно ясно — по сути, это самозваная группа политических хулиганов, настроенных предсказуемо антироссийски — один из инструментов антироссийской политики соответствующим образом настроенной части европейских элит.

Решение во многом было предсказуемым. Эта инстанция уже неоднократно принимала сугубо политизированные решения в ущерб России, поддерживая иски тех или иных представителей враждебных ей групп: как минимум можно привести в пример недавнее требование к России выплатить штраф более 200 тысяч евро по иску неких жителей Чечни.

Это решение было предсказуемым и потому, что находилось вполне в векторе прошлогодней постыдной резолюции ОБСЕ, приравнивающий нацизм и "сталинизм".

Все это — средство морально-психологического давления на Россию, привития ей чувства приниженности и неполноценности в отношениях с рядом иных стран.

Это нужно осознать и понимать — подобное давление будет продолжаться и продолжаться постольку, поскольку Россия, с одной стороны, будет стремиться упрочить свои политические и экономические позиции в мире, а с другой — будет проявлять готовность прислушиваться к подобным демаршам и пытаться, так или иначе, поддаваться на этот политический шантаж, в частности — корректируя в соответствии с предъявляемыми претензиями свои оценки истории.

В данном случае Россия оправданно возмущается. Строго говоря, после такого решения нужно не возмущаться — нужно официально объявить Страсбургский суд неофашистской организацией и прекратить с ней любое сотрудничество. Только России и ее руководителям нужно было бы более реалистично представлять, что она сама во многом содействует подобному давлению.

17 мая в Страсбурге осудили Василия Кононова и поддержали латышских фашистов. Но удивительно, если российские руководители не понимают, что в значительной степени это решение — вполне соотносится с высказанными за десять дней до этого президентом Медведевым заявлениями о вине Верховного главнокомандующего армии, в которой реально состоял Кононов, чуть ли не в государственных преступлениях.

Да, можно сказать, что утечка информации об этом решении была еще задолго до нелепостей, высказанных 7 мая Медведевым. Только подобные оценки он высказывал уже не в первый раз.

Решения европейских инстанций, при том, что они являются явно антироссийскими, — находятся в высокой степени соответствия с тем, какую линию проводит в этом вопросе нынешняя российская власть. Просто они идут еще дальше. 7 мая Медведев назвал преступником возглавившего борьбу с фашизмом Сталина. 17 мая страсбургские хулиганы от юстиции назвали преступником партизана и антифашиста Кононова.

Как точно в тот же день заметил Виталий Третьяков: "Сначала накануне Дня Победы сами объявляете Верховного главнокомандующего собственной Армии-победительницы преступником (причем без суда), а потом возмущаетесь, что сразу после этого Европейский суд по правам человека объявляет преступником советского партизана Василия Кононова.

И как теперь будете возражать? Слово не воробей — возвращается бумерангом... И не в руки... А знаете, кто теперь следующими будут обвинены в "преступлениях против человечества" и "военных преступлениях"? Правильно — уже солдаты Советской Армии времен Великой Отечественной войны. Ждите..." Кстати, уже почти дождались — 19 мая Суд Литвы официально легализовал и реабилитировал фашистскую свастику, признав её национальным символом Литвы.

Но ведь 17 мая состоялось не только осуждение Кононова.

В этот же день Пресненский — т.е. не Страсбургский и не литовский, а российский суд, отказал Евгению Джугашвили в иске к радиостанции "Эхо Москвы" по распространенной и оскорбительной клевете в адрес его деда. Причем то, что известное заявление Матвея Ганопольского было оскорбительной ложью, — уже вполне очевидно. Даже родственная "Эху" "Новая газета", стремясь смягчить очевидность лжи, смягчает то, что он сказал: со слов "Сталин подписал указ, разрешающий расстреливать детей с 12 лет как врагов народа" — меняя их на слова: "Сталин подписал документ, позволяющий расстреливать детей, начиная с 12-летнего возраста". Делает она это потому, что подлинные слова провокатора уж слишком расходились с действительностью хотя бы по чисто формальным основаниям. Правда, и эта транскрипция лжи Ганопольского — всё равно ложна. Точно так же, как правда и то, что никто не ждал от этого суда честного решения. По подобному же иску к "Новой газете" тот же ответчик суд уже проиграл — и понятно, что это не столько удивительное совпадение дефекта совести разных судей, а отражение воли современной российской власти. Уже тогда российское правосудие возвестило, что любую ложь можно признать личным мнением того или иного человека, и последний не понесет за неё ответственности, если эта ложь угодна президенту.

"В этом же духе было принято и решение по иску Виктора Семёнова и движения "Наши" к Подрабинеку по поводу его хамской статьи: "суд не постановил опровергнуть, то есть признал либо соответствующими действительности, либо не порочащими следующие фразы: о том, что "жалобы ветеранов — жлобство, низость и глупость", о том, что им "только кажется", что они "приватизировали патриотизм, любовь к России и заботу о ее будущем", о том, что им "только кажется", что отдых их "заслуженный и почетный", а также о том, что они, "верно", "и были вертухаями в тех лагерях и тюрьмах, комиссарами в заградотрядах, палачами на расстрельных полигонах". Единственное, что было признано порочащим и несоответствующим действительности в статье "Как антисоветчик антисоветчикам", — это фраза, которая звучит следующим образом: "Ваша родина — не Россия. Ваша родина — Советский Союз. Вы — советские ветераны, и вашей страны, слава Богу, уже 18 лет как нет". За что Подрабинеку было предложено уплатить истцу 1000 рублей. Что это решение нелепое и издевательское по отношению к Семенову, признали даже сам Подрабинек и его защитники".

За "честь Подрабинека" вступились Элла Памфилова и пресс-секретарь Президента Наталья Тимакова. В ответ на возмущение даже вполне прокремлевских структур они требовали, чтобы претензии к этому лжецу проявлялись не публично, а через рассмотрение иска в суде. Очевидно, хорошо понимая, что там есть достаточно возможностей для того, чтобы обеспечить нужный Подрабинеку и их патрону результат.

Теперь Медведев протестует против очевидной констатации, позвучавшей как раз из уст той же Памфиловой, о полной дискредитации судов. Он говорит: "Вы сказали, что суды себя во многом полностью дискредитировали. Я категорически против таких фраз, потому что за этим развал правовой системы и абсолютное неуважение к суду. Да, среди судей есть люди, которые взятки берут, люди, которые боятся принимать решения. Но как только мы говорим о том, что они себя дискредитировали, выход какой? Разогнать суды, новые набрать? Это уже у нас было в 17-м году. Поэтому в этом плане я просил бы всех быть максимально корректными, какие бы суды ни были — это наши суды, и мы обязаны исполнять их решения".

Опять Медведеву не нравится 1917 год… Только он никак не поймет, что если две трети населения дают Октябрьской революции положительную оценку, а менее одной пятой отрицательную — то в демократической стране он, Медведев, должен подстраиваться под мнение большинства, а не все общество — под его мнение. А если он с этим мнением не согласен и свое менять не намерен — то должен был бы уйти в отставку — если, разумеется, считает себя порядочным человеком.

Но дело в данном случае не в этом. Медведев имеет такие суды, какими они сделаны при его участии. Реально менять их он не хочет. Но если эти суды подлы и бесчестны, с какой стати граждане должны уважать и исполнять их решения? Каждому понятно, что тогда уж действительно лучше и с ними, и с создавшей их властью обойтись, как в 1917 году.

Если Медведев считает, что он вправе объявлять Верховного главнокомандующего армии, разгромившей фашизм, — преступником, а отечественные суды по его указанию или под воздействием его позиции — закрепляют эту точку зрения судебно и покрывают лжецов и преступников, ведущих пропаганду в этом же русле, — почему он считает, что суды других стран должны вести себя иначе?

Если армией, воевавшей с фашизмом и разгромившей его, командовал преступник, — значит, все его приказы были преступными, а его подчиненные, выполнявшие преступные приказы, тоже являются преступниками. Медведев объявляет преступником Сталина, Страсбург — его солдата. Всё логично.

Власть наивно думает, что можно Сталина осудить, но так, чтобы его солдат признать героями. Не получится. Во-первых, потому, что оно само нелогично и противоречит и истине, и здравому смыслу: объявляя преступником командира, вы обвиняете и его солдат в том, что они были солдатами преступника. И уж во всяком случае, даёте основание для таких обвинений тем, кто уже вполне безразличен к этому командиру, но кому — по тем или иным причинам — очень нужно и хочется уничтожить память о подвиге этих солдат.

Во-вторых, потому, что не позволят оппоненты. И уже не Сталина и коммунизма — а России.

Каждый раз, когда люди, взявшие на себя власть говорить от имени России, будут в чем-либо обвинять или за что-либо осуждать Сталина — их же внешние конкуренты будут продолжать и развивать их мысль — и обвинять или осуждать еще что-нибудь, дающее возможность унизить Россию.

Медведеву (либо его советникам) кажется, что если Россия осудит некое свое прошлое, подвергающееся нападкам извне, то субъекты этих нападок испытают к ней теплые чувства и свои нападки прекратят.

Этого не будет. Они их не прекратят — а станут наращивать. Любое отступление — поощряет противника. Это старая логика "поощрения агрессора".

Оппоненты вовсе не придут к выводу, что "Россия исправилась — с ней теперь можно иметь дело". Они сделают другой вывод: "Россия — дура, которая не уважает себя и свою историю. Причем дура — еще и слабовольная, которая ведется на примитивные разводки. А значит — нужно ее разводить дальше".

Поэтому, если говорить честно, то в принятии Страсбургскими хулиганами их решения по делу Кононова — среди прочего лично виноват и Медведев, своими нелепостями, в частности, от 7 мая, — поощривший эти решения.

Зато как раз в тот же день, когда Россию унизили в Страсбурге, — Медведев унизил ее и в Москве. В этот же день, 17 мая, он подписал Указ об увековечении памяти людоеда-Гайдара.

Вот интересно, что у человека в голове? Ведь собирается переизбираться на второй срок (или не собирается?): "Учитывая вклад Е.Т.Гайдара в становление российской государственности и проведение экономических реформ, постановляю:

1. Одобрить инициативу ряда организаций и общественных деятелей по увековечению памяти Е.Т.Гайдара".

Увековечили, правда, скромно: десять стипендий для студентов по 1500 рублей, присвоение его имени им же созданному институту, и одной из среднеобразовательных школ г. Москвы (стоит посочувствовать школьникам — задразнят). Но увековечили.

Для нынешнего президента России Сталин — преступник. А вот Гайдар — выдающийся государственный деятель. Выстроить государство, создать его промышленность с ядерными технологиями и потенциалом выхода в космос — это нехорошо. А добить экономику сверхдержавы, уничтожить ее государственные структуры, индустриальные и научные центры — это выдающееся достижение.

Даже если обращаться к любимой для представителей известного политического течения теме цены: уж крови на руках Гайдара в конечном счете куда больше, чем на руках Сталина. Результат только сомнительный.

Во всяком случае, по данным опроса Левада-цетра за декабрь 2009 г., — месяц смерти Гайдара, лишь 29% считали, что его "реформы" принесли стране больше пользы, и 48% — что больше вреда, при этом 23% сказали что они так или иначе выиграли от них, тогда как проигравшими себя признали 50%: людоед он и есть людоед. Тут уж нужно учесть и иметь в виду — вот кто кумир для Медведева. И тот, кто будет голосовать в 2012 году, должен хорошо подумать: не голосует ли он за второй 1992 год.

Что же касается основного — судьбы советского партизана и антифашиста Василия Кононова, то вот по этому вопросу Медведев так и не высказался. И будем честными: ветерана просто сдали наследникам гитлеровцев. Сдали те, кто ведёт сегодня борьбу против той Победы 1945 года. Против антифашистского наследия. И в частности, антифашиста, партизана и фронтовика Василия Кононова современным неофашистам из Латвии и Страсбурга сдал своей позицией внук двух фронтовиков Дмитрий Медведев.

Публикуется в сокращении. Полный текст — на сайте apn.ru

[2]

Екатерина Глушик ВЫ НАМ ПИСАЛИ...

По письмам, поступающим в редакции различных изданий, можно судить о состоянии общества, характеризовать те или иные его аспекты. Обращения, приходящие в адрес нашей редакции, — это приговор чиновникам! Просто-напросто обвинения, подкрепленные задокументированными доказательствами! Чиновники не исполняют своих прямых обязанностей, ни перед кем не отчётны и никакой ответственности за свое ничегонеделанье не несут. Они ничего не производят, но все изводят: время, силы, ресурсы. Чиновников в России уже в разы больше, чем было в СССР. А помнится, демократы с пеной у рта критиковали советскую забюрократизированность. К тому же, нынешние госслужащие не только ничего не делают, что бы помогало жить людям, но всячески мешают наладить жизнь самим гражданам. Мешают и своим числом, и уменьем пустить человека по бюрократическому кругу. А измываться над гражданами есть кому.

Население России составляет 142,2 млн. чел. На них, после путинской административной реформы, приходится 1,5 млн. чиновников. То есть на 1 тысячу россиян приходится 10,6 чиновников.

К примеру, при императоре Петре I в России один бюрократ приходился на 2250 жителей.

При становлении советской власти кадрам и их воспитанию уделялось особое внимание. В.И.Ленин считал: для того, чтобы служащие не превращались в бюрократов, необходимо соблюдать три условия: 1) сменяемость и выборность в любое время; 2) зарплата, равная средней зарплате рабочего; 3) контроль всех над всеми таким образом, чтобы все временно могли становиться служащими и никто не мог превратиться в бюрократа. Ленин полагал, что госслужащий не должен получать больше рабочего. Высшим служащим Совнаркома была установлена зарплата в 500 рублей в месяц, а средняя зарплата квалифицированного рабочего в 1917 г. была около 450 руб. (Но весной 1918 г. зарплату высших чиновников повысили и ввели различные льготы).

Во всём брежневском СССР, когда численность населения превышала современную численность населения России в два раза, было 1,755 млн чиновников.

Надо к тому же учесть, что в госсобственности были все предприятия, и их работа регулировалась госчиновниками, а техническая оснащенность была гораздо ниже — не было компьютеров, факсов, электронной почты.

При Горбачеве, в бытность его президентом СССР, один чиновник приходился на 220 жителей. А в 2005 году их уже было 1 на 109 россиян. Если еще в 90-х годах прошлого века чиновниками в России числились 1,9% всех работающих, то в 2005 году их было уже 4,6%.

В "новой России", рост численности чиновников в России, при падении численности населения, постоянно увеличивается: ежегодный прирост — от 50 до 150 тысяч.

Подсчеты, произведенные людьми дотошными, наводят на размышления: в 1999 году в стране насчитывалось 60 млн. работающих граждан, а в 2008-м — 72 млн. Значит, если в 1999 году чиновником был каждый 90-й работник, то в 2008-м — каждый 59-й. Ежегодно количество чиновников растет в среднем на 6,23%. Если взять сегодняшнее количество трудоустроенных (69,2 млн. человек) за постоянную величину, получается, что в 2037 году уже все работающие россияне станут чиновниками. Если же поставить задачу обеспечить чиновничьими должностями всех экономически активных граждан (75,6 млн.), то она будет выполнена в 2039 году, к 2049 году все 142-миллионное население России, в том числе пенсионеров и младенцев) можно будет записать в чиновники. А поскольку население сокращается, то такая грандиозная задача будет выполнена еще раньше.

К тому же, 16,5% чиновников занимают руководящие должности. При таких темпах в 2037 году начальниками станут 11,4 млн человек, или почти каждый шестой имеющий работу россиянин.

Даже в условиях финансового кризиса зарплата чиновников растет, опережая трудовое вознаграждение работников всех отраслей экономики России. Ныне средняя зарплата так называемых "слуг народа" по стране составляет 24 тысячи 100 рублей, что на 17,9% больше, чем в прошлом году.

Институт социологии РАН в докладе "Бюрократия и власть в новой России: позиция населения и оценки экспертов", констатирует: российская бюрократия не отвечает требованиям населения, она превратилась в "обособленную социальную группу", которая заботится только о собственном благе, считая себя не частью общества, а особой структурой над гражданами.

Показателен телесюжет о работе администрации одного из сельских районов. Вышестоящее руководство централизировала работу, соединив три управленческих структуры в одну, сократив и количество чиновников. Сэкономленные деньги, которых катастрофически не хватает на обустройство жизнедеятельности сельских поселений, пустили на насущные нужды людей. Любопытные детали: сокращение двух чиновников, сдача в аренду освобожденного крапивным семенем помещения позволила высвободить 2 миллиона рублей в год! В то время как на все про все для жителей (благоустройство и пр.) в бюджете было выделено 100 тысяч рублей. То есть месячная зарплата одного чиновника была фактически равна годовому бюджету на нужды всех жителей поселка! После сокращения двух чиновников на сэкономленные за год деньги восстановили рейсовые маршруты автобуса, стали регулярно расчищать дороги, отремонтировали клуб, что не делалось годами из-за нехватки средств… То есть осуществлено все то, что возложено на чиновников. Но сами они это делать не будут— не царское это занятие. А нанять рабочих для исполнения необходимых работ— денег нет, на зарплату, коммунальные платежи за помещение, в котором уютно сидели, все это шло.

На содержание одного чиновника уходил миллион рублей в год: это сумма, которая тратилась на все нужды поселка в течение 10 лет! Простым русским языком это будет так: чиновники на наши деньги за астрономические зарплаты портят нашу жизнь, ухудшая ее по прямым должностным обязанностям и штатному расписанию!

Если учесть количество чиновников, получается, миллиарды мы платим на то, чтобы не ходил транспорт, чтобы не расчищались дороги, не ремонтировались здания — деньги уходят на зарплату дармоедов...

Редакционная почта свидетельствует: изобретение чиновничества (а кто в стране главный чиновник, хорошо известно) заключается в том, чтобы заставить человека бегать по бюрократическому кругу с нулевым результатом в области желаемого. Но не совсем без такового: у просителя будут испорчены нервы, потрачены силы. В конце концов, подавляющее большинство людей плюнут и отступятся от требований выполнения чиновниками их прямых обязанностей. Да еще подорвут свое здоровье. А чиновники пускают людей по кругу, и поскольку вал бумаг и поручений растет, то для обработки их увеличивается и штат. Что и нужно! Создаются вакансии для дочек-сынков. Ну, как не порадеть родному человечку, не пристроить на теплое местечко? Проблемы, с которыми люди обращаются в органы власти и присутственные места, созданы, как правило, самими чиновниками. Или же эти проблемы возникли из-за уничтожения СССР. Но именно "ради счастья народа", ради его новых возможностей угробили Советский Союз! И после его кончины проблемы граждан увеличились в разы!

Так, Лидия Григорьевна Голикова из Московской области пишет: "Моя просьба прошла все инстанции: Федеральную службу государственной регистрации, Правительство Московской области, администрацию Щелковского муниципального района, администрацию сельского поселения Анискино Щелковского муниципального р-на Мос. Области. И как результат — ноль. Посещение приемной президента зародило вопрос: Для чего и для кого этот орган создан? Если постоять в данном учреждении в очереди с 6 утра до открытия, можно много услышать по поводу работы данного органа, волосы на голове начинают шевелиться, если кому-нибудь сказать — посадят без суда и следствия. Не понимаю, как можно расшевелить чиновников, чтобы они исполняли свои рабочие обязанности, а не личные, и выполняли законы. Пока не вижу никаких сдвигов, и кто бы мог на них повлиять".

Проблема, которую просит решить Лидия Григорьевна, состоит в следующем: она хочет зарегистрировать по месту фактического проживания в загородном доме на дачном участке, полностью пригодном для постоянного проживания, сына с семьей. Тот, военный, не имеет своего жилья, потому что получаемые по месту службы квартиры сдавал государству. Ему предстоит по окончании службы вернуться на место призыва — в двухкомнатную квартиру родителей, которые получали в свое время жилье с учетом сына, на тот момент курсанта военного училища. Сейчас в 2-комнатной квартире родителей 7 человекам двух семей жить невозможно. Есть справка о постоянном характере проживания в дачном домике, то есть подтвержден факт. Увидев по телевидению сюжет о принятии положения, разрешающего регистрировать людей в загородных домиках, захотела Лидия Григорьевна решить жилищную проблему сына.

Все круги чиновничьего круга, сравнимого с адовым, прошел человек. Положительный результат — ноль. Чиновники посылают отписки друг другу и гражданину, обратившемуся и надеющемуся на решение вопроса.

Из Волгограда от Мироненко Таисы Леонтьевны письмо — тоже о жилищном вопросе. "Я родилась в 1925 году на земле, на которой проживаю и по настоящее время, Дом, в котором я родилась, сгорел в войну. Сгорели документы. И отстроен заново в 1944 году. Суды всех инстанций мне отказывают в оформлении юридических прав на домостроение и на землю, ссылаясь на самовольный захват земли".

Как тут не вспомнишь "Дубровского"! Мол, документы сгорели? Чего же лучше? И как это вяжется со "зверствами Сталина", когда якобы людей даже за собранные колоски расстреливали? Вон — захватывали земли! В 1944 году состоялся захват земли!

"Архивы не сохранились, — продолжает Лидия Григорьевна. — Разве это моя вина? Неужели больше нельзя найти никаких свидетельств того, что дом, построенный в 1911 году и отстроенный после пожара в 1944 году, не является самовольной постройкой на "не принадлежащем нам земельном участке?"

Такая "принципиальная позиция властей" к "захватчикам русской земли" образца 1911 и 1944 годов объясняется, как предполагают жители, тем, что поселок, где расположены дома, выставлен на торги. И всеми способами чиновники сгоняют людей с земли!

"Обращение к президенту с просьбой о помощи также не увенчалось успехом, так как президент не вправе вмешиваться в судебные решения".

То есть соответствующие ведомства вопрос не решают, а президент не уполномочен вмешиваться в судебные решения. Хотя в конституцию, изменяя ее, вмешивается весьма активно. Но разве президент не имеет право вмешаться таким образом, чтобы заставить чиновников, то есть госслужащих, выполнять свои обязанности перед их кормильцами-налогоплательщиками? Лампочки мы и сами ввернем. А вы заставьте работать это крапивное семя.

Все эти обращения в редакцию в буквальном смысле слова омыты потом и слезами. Сначала люди в поте лица трудились, чтобы заработать квартиру, купить или отремонтировать дом, отстроить его после уничтожения, возделать дачный участок. Потом они мыкаются по инстанциям, обливаясь слезами от беспомощности, добиваясь положенного им по закону: юридического оформления, регистрации. К тому же законы страны, в которой они жили, изменились, и все инстанции сейчас нацелены не на помощь человеку, а на то, чтобы оттяпать у него то, что принадлежит по праву, и передать эффективным собственникам.

Ветеран труда Крайнего Севера Николай Михайлович Бреев, 1935 года рождения, отработал 38 лет в условиях Крайнего Севера в Магаданской области. Сдав свое жилье, он, согласно государственной программе "Север на Юг", в 1993 году переехал в город Белгород, был включен в список северян льготников-первоочередников на получение 100% безвозмездной субсидии из федерального бюджета. Все необходимые для перерегистрации очередности документы Бреев ежегодно предъявлял в жилищное управление Белгорода. Уже 17 лет совсем не молодой человек ждет решения своего жилищного вопроса, на положительный исход которого имеет все законные основания! За это время возвели виллы олигархам, скупили всю недвижимость на Лазурном берегу, списали все долги всем странам. А решить проблемы своих стариков — всё недосуг! При этом данные проблемы создает государство! И тоже, к письму пенсионер Крайнего Севера приложил документы: справки, чиновничьи отписки…

Письмо, пришедшее из Ростовской области от Капланова Амеди Мавлановича — это целая история мытарств человека, наглядное пособие по перемалыванию бюрократами человеческой жизни.

Стоит привести ответ на одно из обращений гражданина. Итак, из ответа Начальника 2 отдела управления по надзору за процессуальной деятельностью органов внутренних дел, юстиции и УФС младшего советника юстиции Т.Г.М.:

"Прокуратурой области рассмотрены Ваши обращения, поступившие из Управления Президента РФ по работе с обращениями граждан, о несогласии с решениями об отказе в возбуждении уголовных дел по фактам совершения в отношении Вас мошеннических действий... ...краже принадлежащих Вам двух коров, вымогательстве у Вас денежных средств заместителем начальника Зимовниковского отделения УФРС по РО Сидоренко СИ., отключении подачи электроэнергии в принадлежащем Вам КФХ, неполучении льготных лекарств, проведении в Вашем домовладении незаконного обыска, в ходе которого из домовладения были похищены 35 000 долларов США и золотые украшения, а также другим вопросам.

Установлено, что указанные обращения являются дубликатами Ваших обращений, поступавших ранее в прокуратуру области, на которые Вам даны ответы от 25.08.2008, 19.11.2008, 29.12.2008 и 29.04.2009, копии которых Вам направлены 18.06.2009.

Новых доводов, требующих дополнительной проверки, Ваши обращения не содержат, в связи с чем оснований для проведения дополнительной проверки по вновь поступившим обращениям, не имеется.

В соответствии с п.3.13 Приказа Генерального прокурора РФ № 200 от 17.12.2007 "О введении в действие инструкции о порядке рассмотрения обращений и приема граждан в системе прокуратуры Российской Федерации", дубликаты обращений приобщены к надзорному производству № 16-698-02.

В случае несогласия с данным ответом, Вы можете его обжаловать прокурору Ростовской области и в Ленинский районный суд г. Ростова-на-Дону".

Ни одна из жалоб не рассмотрена по существу, и ответ предлагает человеку посылать новую жалобу!

Юрий Спиридонович Белый из г.Новочеркасска Ростовской области обеспокоен положением, которое сложилось в крае по вине местных чиновников, погрязших в коррупции, окружившей себя откровенными бандитами, опирающимися на этнические группировки.

Даже в наши времена беспредела, когда не удивляешься ничему, поражаешься степени безнаказанности местных царьков. И ситуация складывается таким образом, что "именно они — ничего не предпринимающие предприниматели, взяточники-чиновники городской. Областной администрации, не замечающие ничего прокуроры, выносящие неправосудные решения. Определения судьи подвели ситуацию к тому, что люди уже создают комитеты самообороны от властей! Дальше уже некуда, только повторение событий 1962 года".

Но хочется напомнить праведно возмущающемуся нынешними безобразиями ветерану, что жители Новочеркасска в том далеком году вышли на улицы после того, как цены на пирожки в заводской столовой выросли всего на пару копеек. То есть положение попросту не сравнимое.

Автор письма — инвалид войны, аргументировано, опираясь на конституцию, законы РФ указывает на преступные действия или бездействия властей в случаях, требующих пристального внимания с их стороны. Посылает свои обращения во все, включая высшие властные — инстанции.

В ответ — куча отписок. "Необходимо объединить всех активных россиян с немногочисленными порядочными чиновниками, правоохранителями на очищение всех структур от продажных оборотней, космополитов, распродающих национальные богатства России. Иначе сбудутся все пожелания телеруководителей, руководящих нашей страной по телевидению— М.Тэтчер, З.Бжезинского — природные богатства, за которые умирали наши православные пращуры, пойдут в обмен на общечеловеческие ценности": болтовню, разврат, наркоманию, преступность",— считает ветеран.

В письме затрагивается большое количество проблем, которые буквально рукотворны. Сотворены руководителями города и края, что зарождается подозрение: названные в письме руководители— не враги ли коренного населения, уничтожаюшие и грабящие его с помощью пригретых этических группировок?

"Пишу обо всем с болью в душе. Так как в третьем поколении с оружием в руках защищал независимость нашей Родины от всякой погани. На службе отечеству (оба мы воспитаны родителями-фронтовиками) жена стала инвалидом 2 группы. А я инвалидом войны 2 группы… Отписками, уже полученными, можно оклеить стены 3-комнатной квартиры в качестве средства борьбы с тараканами, которые сдохнут от смеха все до единого".

Письмо Белых — яркий пример того, что наш народ отнюдь не смирился со своим положением раба и изгоя на собственной земле.

Но всё-таки, в подавляющем большинстве это касается людей старшего возраста, которые знали свои права и отстаивали их.

Другое дело, что власти борются не с преступностью, коррупцией, а с активной частью народа, желающего навести порядок в своем городе, поселке. Потому и все более ужесточаются меры, в том числе уголовной ответственности (закон об экстремизме, о проведении митингов и шествий), направленные против граждан, отстаивающих свои права на человеческое существование.

Или это и есть демократия? И не такому ли положению радостно улыбается главный чиновник России?

[2]

Валентин Пруссаков ИСЛАМСКАЯ МОЗАИКА

НЕДАВНО В ТЕГЕРАНЕ БЫЛО ПОДПИСАНО соглашение между Ираном, Турцией и Бразилией по обмену низкообогащенного урана на высокообогащенный. Казалось бы, эта договоренность должна снять одну из самых серьёзных претензий мирового сообщества к иранской ядерной программе. Однако Запад продолжает по-прежнему подозревать Иран в стремлении к обладанию ядерным оружием и не отказывается от воздействия на него посредством санкций.

В США тегеранское соглашение считают "расплывчатым". Как заявил представитель Белого Дома Роберт Гиббс, Вашингтон ждет от Тегерана "демонстрации желания соответствовать международным обязательствам". Если этого не будет, Ирану придется "столкнуться с последствиями, в том числе с санкциями". Гиббс отметил, что вывоз иранского низкообогащенного урана за пределы страны "можно назвать положительным шагом", однако прозвучавшие после подписания соглашения заявления Ирана о продолжении 20-процентного обогащения урана являются "прямым нарушением резолюции Совета Безопасности ООН".

В еврейском государстве трехсторонняя ядерная сделка не вызвала оптимизма изначально. Израильтяне высказывают опасения относительно того, что она лишь ослабит давление мирового сообщества на Тегеран, тогда как президент Ахмадинежад "не раз грозил стереть нашу страну с лица земли". Официальные лица Израиля говорят, что будут и в дальнейшем настаивать на введении жестких санкций против Ирана, так как "это единственный мирный способ остановить создание им ядерного оружия".

Следует заметить, что израильские СМИ с настороженностью восприняли тот факт, что участником соглашения с Ираном выступила Турция. Они напоминают, что турецкий премьер Эрдоган подверг резкой критике военную операцию израильской армии в секторе Газа зимой 2008-2009 годов. Газета "Гаарец" пишет о связях Турции с исламским движением ХАМАС и приходит к выводу о том, что обмен урана на турецкой территории — не самое безопасное для Израиля решение вопроса.

ВО ВРЕМЯ СВОЕЙ ПОСЛЕДНЕЙ ВСТРЕЧИ с большой группой слушателей высших дипломатических курсов при Дипломатической академии МИД РФ председатель Совета муфтиев России Равиль Гайнутдин, в частности, сказал, что "после того, как Россия стала наблюдателем в Организации Исламская Конференция, наши связи с исламским миром еще более укрепились. Россия назначила специальным представителем при ОИК нашего брата Камиля Шамильевича Исхакова. У нас происходят регулярные встречи и обмен мнениями. ОИК сегодня очень доброжелательно относится к нам... Я уверен, что наш президент и правительство заинтересованы в развитии и политического, и экономического, и культурного, и военного сотрудничества с арабским и исламским миром. Мы как религиозная организация с большим удовольствием принимаем гостей нашего президента. Совсем недавно мы принимали президента Ливана, который побывал с официальным визитом в Москве. К нам приезжают министры по делам ислама, министры иностранных дел, министры по делам туризма. Мы всегда открыты к взаимодействию и тем самым оказываем помощь и правительству, и президенту. Во время встреч президента с главами государств он также приглашает представителей исламского духовенства участвовать в них. Я часто бываю в Кремле во время переговоров, во время приемов в узком кругу. Тем самым Россия показывает исламскому миру, что она уважительно относится к своим верующим мусульманам.

Нужно сказать еще об одном моменте, — добавил Р.Гайнутдин. — В начале 90-х годов различные организации направляли молодежь из нашей страны на учебу. Они выезжали бесконтрольно, без благословения имамов, без одобрения духовных управлений. Поэтому мы даже не знали, кто кого приглашает и кто где обучается, кем они готовятся стать. В свое время мы обращались к президенту Ельцину с просьбой создать конкурентоспособную систему исламского образования в России, чтобы она была привлекательна для нашей молодежи, и чтобы она не выезжала за рубеж, а получала знания у себя в стране. Наша страна уникальна, у нас свой менталитет, своя богатая культура, наша страна многорелигиозна. Тот, кто посвящает себя духовному служению, должен знать, в каком государстве ему придется работать. Тот же, кто учился за границей, зачастую не может найти себе применения у нас в стране, потому что ему очень сложно бывает войти в российскую действительность. К сожалению, Борису Николаевичу тогда было не до нас. Заниматься подобными вопросами у него не было ни возможности, ни сил. С приходом к власти Владимира Владимировича Путина и Дмитрия Анатольевича Медведева ситуация изменилась. Сегодня мы создали несколько высших исламских учебных заведений. Сегодня мы контролируем выезд наших граждан в зарубежные исламские учебные заведения, встречаемся с руководством зарубежных исламских ВУЗов, контролируем их учебные программы, заключаем договоры о сотрудничестве с целью подготовки кадров мусульманских священнослужителей для работы в России. Мы настаиваем на том, чтобы наши студенты получали базовые знания у себя на родине, а самые способные из них, в том числе и те, кто хочет заниматься наукой, направлялись в проверенные исламские университеты для повышения квалификации".

В то же время Р. Гайнутдин подчеркнул: "В Москве крайне недостаточное количество мечетей. На сегодняшний день в Москве на 2 миллиона мусульман насчитывается всего пять мечетей, и они не удовлетворяют потребностей нашей общины. А в Пекине, например, где проживает около 250 тысяч мусульман, они имеют 70 мечетей… Я же считаю, что строительство храмов способствует оздоровлению нашего общества, его духовно-нравственному воспитанию".

[2]

Марина Струкова «ПО ВОЛЕ СЛАВЯНСКОГО РОКА...»

Представляем вниманию читателей «ЗАВТРА» стихи Марины Струковой — одного из самых ярких авторов современной русской поэзии, продолжающего лучшие традиции нашей классической литературы.

***

Немногим высокая тайна известна,

рассеяна светом во мгле.

За милую Родину — звёздную бездну

сражаемся мы на земле.

Распахнуты окна в России широко,

туда, где ни края, ни дна.

Мятежное Солнце — горящее око,

куда ни посмотрит — война.

И я воевала и в небо смотрела,

великую волю любя,

за смерть — против жизни, за дух — против тела,

за ангела — против тебя.

Прощай, удаляйся без лишнего спора

на запад покорного дня,

туда, где спокойны леса и озёра,

где враг не заметит огня.

Ведь здесь только ветер на каменном блюде

гоняет песок и века.

Ломаются церкви, ломаются люди,

обломки уносит река.

***

На кладбище героев и богов

великим завершение дорогам,

оно в тумане между двух миров,

мне потаённым кажется чертогом.

Здесь те, кто отдал жар своих сердец

борьбе духовной и грозе военной,

безвестный воин и святой мудрец,

и песни гордой витязь убиенный.

Здесь те, кто подлецу не уступил,

здесь те, кто веру не переиначил,

красиво умер, праведно почил,

и для Державы что-нибудь да значил.

И ты надейся не на нищий кров,

дух приучив к сраженьям и потерям, —

на дар земли, на свой подземный терем

на кладбище героев и богов.

И если правдой свято дорожил,

и бился словом горестным и честным,

своей стране ты службу сослужил,

и будешь вечно в воинстве небесном.

А за оградой твердых нет шагов,

а за оградой всё вино распили,

а за оградой все мечты забыли,

а за оградой всех врагов простили.

Покоятся все лучшие России —

на кладбище героев и богов.

ЮКИО МИСИМА

1.

Утром легко и беспечно

дух уничтожит тюрьму.

Жизнь человека — конечна,

но я бессмертье возьму.

Неколебимо и прямо

на внеземные круги

Будда выходит из храма.

Свиток прочитан? Сожги.

Видишь? — Отброшена маска.

Веришь? Не имидж — судьба.

Рядом шальную развязку

подстерегает толпа:

"Это писатель Мисима,

он заигрался в войну"…

Разуму невыносима

низость предавших страну,

трусы, бойцов презирая,

ждут заземляющей лжи.

Если ушли самураи,

значит, пришли торгаши!

2.

Может быть, в родине дело…

Может быть, в родине сна —

недостижимостью тело

испепеляет она,

небом чарует бесцельно,

мир погружая во тьму.

Власть совершенства смертельна,

но я бессмертье возьму!

Нужно героя доверье,

или мечта дурака,

чтобы вонзить в подреберье

длинную искру клинка?

Ждал утонченную прозу

апофеоз простоты,

тело раскрылось как роза,

высшей стяжав красоты.

И по лицу на мгновенье,

молнией, зримой едва, —

судорога наслажденья,

судорога торжества.

***

Себя ли обманывать стану,

когда на осколках броня?

Ни стаи, ни стана, ни клана…

лишь Родина есть у меня.

Ни храма, ни дома, ни дота…

разрушены все рубежи.

Не знаем искусство расчета,

не вывели формулу лжи.

Но я не уйду недостойно,

и ты не уйдешь из страны

туда, где сожгли бы спокойно

мы путеводитель войны.

Пускай только выси и дали

оставлены нам на земле,

над степью гореть не устали

знамения в облачной мгле.

И не изменились, как странно,

от бед ни сердца, ни умы…

Ни стаи, ни стана, ни клана.

Народом останемся мы!

***

Господи, для странника ты — путь

за иные дали и века,

и, летейских вод рассеяв муть,

золотая сеть для рыбака.

Господи, жнецу ты — лунный серп,

птице — небо, ратнику — броня,

спящей деве — нежный шепот верб,

только нет под крыльями меня.

Не спасет Святого Духа тень

от беды могуществом креста,

потому что избы деревень

я равняю с храмами Христа.

И в смятенье не найду ответ,

лишь на Русь весеннюю взгляну:

верю в Бога или в этот свет,

даль и вышину?

***

Звенит кровавая капель,

Господь грозит войной,

качает Ева колыбель

меж Солнцем и Луной.

И этот плавный, легкий взлёт

вовек продлится над

тем, что бежит, летит, течёт

с восхода на закат —

над кораблём в ограде льдин,

среди армад стальных,

между крестов и гильотин, —

не задевая их.

Пусть где-то пахарь бросил плуг,

погас в часовне свет,

но нет для Евы слова "вдруг",

сомненьям места нет.

Гремит труба, поет свирель,

Аттила ждет гонца…

Но не сорвется колыбель

с небесного венца.

***

Правда или напраслина?

Торжество или грусть? —

Если Русь будет счастлива —

это будет не Русь!

Знала я её, славила,

только, видит Господь,

никогда б не представила

Русь — не душу, а плоть.

Эту — робкой и кроткою?

Этот угль — на ладонь?

В очаге, за решеткою,

усмиренный — огонь?!

Птицу злую, свободную —

подкормить, приручить...

На скаку запаленную

тройку — остановить?..

Русь? — от пыли отмытая

бесконечных дорог.

Русь? — бездумная, сытая

и в стенах четырех.

Стихнет всё... Перемелется.

Камень станет мукой...

Только что-то не верится

в долгожданный покой.

***

Я — русская. Боль или радость

от этого дара судьбы?

Я — ветра пшеничного сладость.

Я — спелых колосьев усталость

и песня казачьей гульбы.

Но не разорвать потаённых

сетей вековечной тоски:

я — нежить могил осквернённых,

я — камень церквей затворённых

и цепь на запястье руки.

Мной русская ненависть правит.

И памятью предков сквозь сны

души моей боль не оставит,

и русскую истину славит

мой голос под солнцем войны.

***

Плывут туманы слева, справа,

как синий мёд.

И птица — китежская пава —

во сне поёт.

А я бреду сквозь пущи, чащи,

сквозь дождь и грусть.

Цветы духмяные блестящи,

да ну и пусть.

Здесь зелье каждому по вере

для добрых чар…

…Разрыв-траву ищу я, звери.

Разрыв — пожар!

Она раскроет все темницы

в туман лугов,

Спалит до утренней зарницы

дворцы врагов,

и задрожит душа народа,

и воспарит…

Что там горит у поворота?

Что там горит?! —

Скажи мне, китежская пава,

крыла раскрыв,

разрыв-трава? Слова

иль слава — разрыв?

Цветет неведомая сила

стальным пером.

Я стебель звонкий обломила.

И грянул гром!

***

Слушай, судьбина-бестия,

может быть, пригожусь.

В случае путешествия

я выбираю Русь.

Ставишь второе действие?

Бью по рукам с тобой —

в случае происшествия

я выбираю бой.

Звездное притяжение

и золотая твердь.

В случае поражения

я выбираю смерть.

НА ЗАСЕЧНОЙ ЧЕРТЕ

(Из цикла "Казачеству посвящается")

Не меня ты встречаешь под вишнями,

я служу на Засечной черте,

где холмы с караульными вышками,

чтоб костры зажигать в темноте.

Здесь товарищи к бою привычные,

но чужие на праздном пиру,

проклинают боярство столичное,

видят смерть, что красна на миру…

Азиатские полчища дикие

затаились в недальней дали,

затевают набеги великие,

алчут новых рабов и земли.

Будем биться с врагами умелыми,

чтоб на милую Русь не прошли,

грянусь оземь, пронизанный стрелами,

волком пряну с горячей земли…

Прибегу я шагами неслышными,

за туманами тенью замру,

посмотрю, как под белыми вишнями

на гулянье идёшь ввечеру.

А заметишь — не бойся, красавица,

золотистых огней в темноте.

Больше волк во дворе не появится,

он живёт на Засечной черте.

Где волнистые травы склоняются,

обвивая кресты и клинки,

да слезами в тиши разливаются

по оврагам глухим родники.

***

Я люблю тебя, степь.

Словно жизнь, словно смерть,

золотая и знойная твердь.

Ты мне мать, ты мне дом,

и курган со крестом

и рубеж с богатырским постом.

Нету кроме тебя

ни друзей, ни родни,

вся родня — над полями огни.

И никто не поможет,

никто не спасёт,

только ветер тоску разнесёт.

Я пойду далеко, я пойду высоко,

расступайся, туман-молоко.

Вот и солнце встаёт,

и пичуга поёт,

и душа до небес достаёт.

Помолись ты, мой свет,

буйным ветром побед,

переливами молний вослед,

чтоб летел надо мной

только ангел степной,

и не нужен мне спутник иной…

ПОЭТ

Мне всё равно, где буду прав —

В войне умов? В войне держав?

Ведь всех полей страшней, гляди,

то поле боя, что в груди.

***

Судьбы коварные изломы,

на острых гранях — вспышки света!

Мы — больше, чем народ.

Но кто мы?

Мир до сих пор не знает это.

Не объяснить любой науке

все виражи и завихренья

ветров, ломающих нам руки,

идей, палящих поколенья.

К нам дети чопорной Европы

идут, как в морг на опознанье,

но мы опять встаём из гроба,

отбросив злые предсказанья.

Мы торим новые дороги

от места взрыва — к месту взлёта,

как испытатели эпохи

с разбившегося самолёта.

Вновь строим храмы и хоромы,

сажаем лес — смотри, планета!

Мы — больше, чем народ!

Но кто мы?

На это не найти ответа.

***

За волной волна — травы светлые,

месяц катится в бледном зареве.

Над рекою в туманном мареве

огоньки дрожат неприветные.

Так порой на Руси случается,

волки-витязи, песни-вороны,

огляжу все четыре стороны,

а никто не ждёт, не печалится.

Нож булатный — моё сокровище,

мои сёстры — мечты далекие,

мои братья — костры высокие,

слева — верной тоски чудовище,

справа — был ли храм? И не вспомнится.

Волки-витязи, песни-вороны,

не с кем, кроме вас перемолвиться.

Перемолвиться — не отчаяться,

за удачей в бою отправиться.

Наше поле врагами славится,

пусть никто не ждёт, не печалится.

…У зверей есть норы и лежбища,

у людей дома над рекою.

Гляну в ночь и махну рукою:

Поле битвы — мое убежище.

***

От востока по тонкому льду

ветер звёзды сметает.

По степи далеко ли иду?

Сокол знает…

Посмотри, — распластал он крыла,

выше облака рыщет.

А вокруг окаянная мгла

вьюгой свищет.

Затянулись дороги в петлю,

враг вослед проклинает.

Крепко бога войны я люблю!

Сокол знает.

Прохожу, о России грущу

с песней грозной и честной,

волю вольную в мире ищу —

Град небесный.

Укрывает его высота

и огнями блистает…

Но не знаю, — войду ли туда?

Сокол знает!

***

Кровь текла в моих жилах, текла издалёка,

сквозь столетья по воле славянского рока.

В потаённых ручьях округ сердца журчала,

на горячей волне мою душу качала

и шептала душе, что по праву рожденья

ей великая доля дана во владенье:

благородного племени древняя слава,

и доверье Творца и святая Держава.

Мы с тобою богаты, безмерно богаты —

нам молитвы отцов как незримые латы,

бесконечная даль просит нашей охраны,

сотни трав исцелят воспаленные раны.

Кровь текла в моих жилах, текла издалёка,

холодела в предчувствии злого урока,

закипала она, когда Русь унижали,

застывала она на восточном кинжале,

проливалась на землю от пули устало,

в чернозём уходила, зарей расцветала.

И приказ её, что неизбежней победы:

Созидать и растить, знать пути и ответы.

Мы с тобою спокойны, по-детски спокойны.

В нас Россия живёт и проходит сквозь войны,

и прославится вновь, это может быть завтра,

безупречная кровь, безупречная правда.

***

Воля к жизни толпе дана,

этим чувством слаба страна —

тяга к сытости и углу

поклониться принудит злу.

Презирая земли дары,

мудрых книг избирай миры,

не считай золотые дни.

Волю к смерти в душе цени.

***

Где сокол вьётся, где ветер бьётся,

грядет Россия одетой в солнце.

Как наше знамя над племенами

грядет Россия одетой в пламя.

Пусть мир уставший её коснётся

умрёт и очнётся.

Мятется стадо и ищет брода,

но голос Бога, но голос Рода

летит над градом, грозой блистая:

вы нынче — стадо, а завтра — стая,

чей путь начертан и принят далью,

не вырубить сталью.

На нашей карте кресты и руны,

о нашей правде рокочут струны —

лучи от Запада до Востока,

чеканят пульс неземного рока,

и грохот эха уходит в душу

шквалом на сушу.

Лови момент, воплощай легенды,

в умах — смещаются континенты,

Столкнутся правды — вскипает лава

и зверство нрава, и месть, и слава.

Ждут удостоенных высшей меры

глиняные карьеры…

Где сокол вьётся, где ветер бьётся,

грядет Россия одетой в солнце.

Как наше знамя над племенами,

грядет Россия одетой в пламя.

Пусть мир уставший её коснётся,

умрёт и очнётся.

***

Не отрекусь от горечи былого —

развалин храма, смуты и огня.

И если Богом снова станет Слово,

то мой народ не обвинит меня.

Не устыжусь за мятежи и войны,

оправдывать стыдливо не начну

тех предков, что прожили недостойно,

но всё же не оставили страну.

Им — память да могильная ограда.

А мне — их злые, честные слова.

Пускай опять сомнительна награда

за простоту, что хуже воровства.

Я на престол кладу мечи и цепи

туда же, где терновые венцы.

Вина отцов нам неподсудна, дети.

Так неподсудны беженцам бойцы.

***

Красные ягоды, листья узорные,

белые хаты да пашенки черные,

реки бескрайние и полноводные…

Здесь и рождаются песни народные.

В них богатырская удаль былинная,

и каторжанская вольность звериная,

и скоморошья насмешка простецкая,

девичья грусть, похвальба молодецкая.

...Вечером звёзды горят небывалые,

люди сидят на крылечках усталые,

и с подголосками и переливами

песня плывёт над осенними нивами.

Падают вниз на дороженьки сорные

красные ягоды, листья узорные.

Скоро придут холода неминучие,

поразгуляются вьюги колючие.

Ах, до чего же ты, песня, печальная,

невесела была Русь изначальная,

да и сегодня терзается, плачется,

песню придумает, в песне упрячется,

словно в бездолии и непогодине

Родины нет, кроме песни о Родине.

***

Спой мне песню про черного ворона.

Расскажи, где живая вода.

Я ушла в чужедальнюю сторону

и назад не вернусь никогда.

В низком небе луна неизвестная,

нет на родине этой луны,

и холодное, злое, бесчестное

затуманило ясные сны.

Вспомню степи да рощи сосновые,

ночь не ночь, и страна не страна.

О высокую стену дворцовую

разобью я бутылку вина.

Разлетятся осколки гремучие,

покачнётся лихая земля,

и высокие травы колючие

заплетут основанье Кремля.

Заплетут чужедальнюю сторону,

ветер, стихни, и враг, отступи!

Спой мне песню про черного ворона,

словно я умираю в степи.

***

За посёлком вдоль дороги гладкой,

где трава дрожит,

с осторожной вкрадчивой повадкой

лисонька бежит.

Птица в проводах высоковольтных

оборвёт полёт,

упадет комком с небес раздольных —

лисонька возьмёт.

Ходит, бродит рыжая недаром —

голод — не порок.

На помойке за шоферским баром

что-нибудь да впрок.

Разогнали зайцев, лес зелёный

под пилой трещит.

И лисица брешет на червлёный,

на рекламный щит.

***

Высокий берег, медленный поток,

вишнёвый сад до самого обрыва,

и облака туманный завиток,

и вспышка грозового перелива…

Здесь гром и рок и колокол и Блок,

мне открывая бесконечность жизни

на Юг и Север, Запад и Восток,

сказали о свободе и отчизне.

Здесь голос крови нас на битву звал,

а после к миру вёл по божьей воле.

Кто хлеб растил, кто с немцем воевал,

а кто-то и учительствовал в школе.

Я скрою всё, что дома не на лад,

всё расскажу, что сладилось на славу.

От древних книг и дедовских наград —

заветы предков, строивших Державу.

Здесь наш очаг — негаснущий цветок,

семь поколений предков помнит глина,

высокий берег, медленный поток,

в ржаной пыли великая равнина.

***

Наша классика — Пушкин и АКМ.

Мало для решения всех проблем,

но хотя бы это осталось здесь,

чтоб немного сбить мировую спесь.

Всё ушло к чертям да ко всем смертям,

разгулялось времечко по костям.

Шпалы — в гниль, да в крошево весь кирпич,

разлетелось всё, что смогли достичь.

Тлеют клочья фото, расчетов, схем…

Наша классика — Пушкин и АКМ.

Посмотрю я Родину на просвет:

где стоит дворец, там России нет,

по подпольям мы, по дворам трущоб,

посреди камней городских чащоб.

И Европа, эх, дрессирует нас,

тыча пальцем в грязный больной Кавказ,

и ей всё не так, и везде бардак,

и она умна, а Иван — дурак.

Не отводит жадных холодных глаз,

а нужна ей эта земля без нас.

И огонь войны, как закат, доспел,

но для наших душ и для наших тел

есть защита круче любых систем:

Наша классика — Пушкин и АКМ.

***

Ты ищешь правду? Адовы круги

пройти придётся, мир виня порою,

друзья сдадут и не поймут враги.

Но это одиночество героя.

Под хор указов правды не найти,

ищи её вне стада, стана, строя,

и даже сгинуть на таком пути

считай за привилегию героя.

***

Кончилось время и мир исчислен,

если ты — пепел, то я — алмаз.

Цели бесцельны и смысл бессмыслен.

Апокалипсис — здесь и сейчас.

Делай, что должен и будь что будет.

Солнцу и сердцу известен рок.

Нас только избранный враг разбудит —

слишком высок болевой порог.

Демон идет по мечтам народов.

Крошево камня и схватка рас.

Кровь поднялась до небесных сводов,

Апокалипсис — здесь и сейчас.

Танец огня над большой дорогой.

Пламя скручивается в блик.

Перед рожденьем Руси сверхновой

в точку уходит простор на миг.

Сгинут все, кто нас ненавидел.

Пламя — в зрачках восхищённых глаз:

Я это понял! Я это видел!

Апокалипсис — здесь и сейчас!

***

Если завтра война, мы поплачем о милом,

перекрестим дымящийся дол.

Проведём бэтээры по отчим могилам,

чтоб могилы никто не нашел.

Подожжём златоглавый истерзанный город,

чтобы городом враг не владел.

И зазубренный серп, и заржавленный молот

зашвырнём за небесный предел.

Всё вино мы допьем и пройдём по бокалам —

никому нашу радость не пить.

Если завтра война, мы забудем о малом, —

честь и славу — за грош не купить.

Наш распахнутый мир будет светел и страшен,

голос крови сильней, чем закон.

Заминируем каждую пядь этих пашен,

динамит — под оклады икон.

Видишь, — выхода нет, поднимается ветер,

Русь уводит на облачный край:

впереди только битва и огненный пепел,

позади — очарованный рай.

***

Мы пытаем судьбу, и пытает

нас на прочность загадочный Бог,

за кого он живущих считает,

повышая небесный порог?

От исканий, сомнений, метаний

не уйти с безмятежной душой,

но сложнее любых испытаний

испытание правдой чужой.

[2]

Евгений Головин Я, ТЫ, ОН...

От Катулла до Готфрида Бенна поэзия так или иначе отражала "я". Без "я" — простого, делового, бытового, административного, официального, тайного, словом, художественного "я", стихотворение было немыслимо. Для подчеркивания скрытости или отдаленности "я" заменялось на "ты" или "он", для выражения воображаемого единомыслия с читателем "я" растворялось в "мы". Для передачи сложности или распада личности появлялось второе "я", как в строках испанского поэта Хуана Рамона Хименеса:

"Я" — не "я"

Я это он,

Кто идет рядом и я не вижу его,

И кого временами я забываю.

Он спокоен и молчалив, когда я говорю,

Он милостиво прощает, когда я ненавижу,

Он идет вперед, когда я боюсь сделать шаг,

Он непринужденно поднимется, когда я умру.

Стихотворение не так уж просто при внимательном чтении. Оно может относиться к двойнику, лучшему "я", к душе и даже ангелу-хранителю. Оно может относиться к вымечтанному или вычитанному субъекту, к шизофренической проекции "я" на киногероя или к воспоминанию о сновидении. Стихотворение побуждает размышлять о какой-то другой стороне жизни, о том, что никогда не приходило в голову. Мы нашли решение. Поэзия создается для размышления о бесконечном количестве людей, фактов, событий, взаимоположений, сновидений, ситуаций, проблем, теорий, фантазмов, которые нас не касаются, да и вообще никого не касаются. В отличие от прозы, поэзия расширяет область ненужного, никчемного, бесполезного, заоблачного до невероятных размеров. В отличие от кино и телепродукции, много стихотворных строк претендует на серьезность. И действительно, читая поэзию, удивляешься иной раз: как мало в мире важного и необходимого по сравнению с "мусорной свалкой" (образ) всего остального.

Поэзия в традиционном смысле. Стихотворение Хименеса не отмечено категорией времени, его можно без особого ущерба отнести к любой эпохе, его тема вечна: индивидуальные отношения с двойником или лучшим "я" или душой — можно по-разному назвать весьма условного героя стихотворения. Строки Хименеса, очень личные, очень сокровенные, не имеют ни малейшей связи с современной поэзией. Персонаж современного стихотворения целиком поглощен новой быстротекущей жизнью: он одинок, недоволен условиями бытия своего и большинства людей, хотя на последних ему наплевать, он устал бродяжить, ночевать в случайных отелях, продираться в безалаберщине и суматохе. Он может обращаться к себе на "ты", чтобы подчеркнуть бессмысленность и безликость собственного "я", но это "я" чувствуется в каждой строке. Такова "Зона" Гийома Аполлинера.

В конце концов ты устал от этого дряхлого мира

Пастух о башня Эйфеля стадо мостов блеет сегодня утром

Тебе надоело жить в греко-римской античности

Здесь даже автомобили выглядят очень и очень древними

Религия одна пребывает в своей новизне

Простая словно ангары аэропорта…

В современной цивилизации масс, проще говоря, во всеобщем мельтешении удобней называть себя "ты". Здесь всякий человек — ты, это самая демократичная форма. Когда "я" меняется на "ты", возникают дистанция, некоторое отчуждение, переадресовка собственных негативов на чужие, пусть воображаемые плечи. Автор стихотворения подразумевается ("я" почти совпадает с героем "ты"). Почти, да не совсем. Автор все равно невидимый сторонний наблюдатель, незаметный толпе в любом местонахождении. О нем ничего нельзя сказать, пока он отчужден. Он просто созерцатель действий и мыслей "я", которое для толпы — "ты". В "Зоне" Аполлинер увидел данное положение дел: участвуют в жизни, создают цивилизацию коллективы "ты", наблюдают за ними группы "я". Неконтролируемое "я" ведет к шизофрении, контролируемое — к творчеству:

Теперь ты в Париже один посреди толпы

Стадо автобусов мычит проносится мимо тебя

Жажда любви давит тебе горло

Как будто тебя никто не будет любить никогда

В другую эпоху ты бы ушел в монастырь

Вам неприятно и стыдно когда вас ловят на молитве

Тебе наплевать на себя словно адский огонь блистает твой смех

Искры этого смеха золотят дно твоего бытия…

Несмотря на "почти совпадение", минимальная дистанция остается. "Я" может совершенно не разделять смысл строки "ты бы ушел в монастырь". "Я" даже меняет обращение "ты" на "вы", что резко увеличивает дистанцию меж "я" и "ты". Личные местоимения исчезают, появляются неопределенные "вам" и "вас", не имеющие отношения к интимной интонации стихотворения. Читателю ведь все равно, что кому-то и где-то неприятно, когда его застают за молитвой.

Сближение "я" и "ты", исключительная роль "ты", частая идентификация "я" и "ты" — все это определило развитие данной цивилизации. Соответственно усугубилось отчуждение "он". К примеру, дурным знаком считается назвать присутствующего человека просто "он". Это местоимение значительно увеличило сферу своего влияния, потеряв дружеский контакт с человеком, но расширив свое действие в горизонтах незнакомого, враждебного, отдаленного, небывалого. "Он" названы зловещие рассказы Лавкрафта и Леонида Андреева. "Он" можно употребить, имея в виду минимально и максимально чуждое — от паука и мамонта до объекта внеземного, мифического, сновидческого. Отчуждение этого местоимения великолепно представил итальянский поэт Джузеппе Унгаретти в стихотворении "Остров":

К берегу, где вечер вечен,

Спустился он из древних чувственных лесов

И устремился дальше, и привлек его

Шум крыльев,

Освобожденный из биения сердца

Бешеной воды…

"Он" — это пастух, больше о нем автор не сообщает ничего. Он максимально удален в мифическое прошлое. "Древние чувственные леса", из которых тропинка ведет "к берегу, где вечер вечен" — эти выражения хорошо характеризуют пейзаж неведомого, вневременного мифа, действие которого происходит на островах Блаженных или на архипелаге Пэрия. Не исключено, что пастуху приснилось или привиделось нечто исключительное:

Призрак (пропал и снова расцвел)

Увидел он:

Это была нимфа,

Она спала вертикально,

Обнимая вяз…

Похоже, что пастух — наш современник, настолько поразило его галлюцинативное явление нимфы. "Он колеблется в душе своей от обмана к пламени истинному", то есть к реальности, надо полагать. И дабы удостовериться в положении вещей, он "пришел на луг",

Где тени собирались

В глазах девушек словно

Вечер к подножью олив.

Кто такие эти девушки — непонятно. Реальны они или призрачны — непонятно. Дальнейший текст, отказываясь от предыдущей зыбкости, через "никуда" уходит в "небытие" или, в лучшем случае, в прозрачную страну, где вода и воздух, сплетаясь и расплетаясь, образуют причудливые миражи. Пейзаж, в котором поначалу виделась сомнительная реальность, расплылся в совершенную неизвестность. Пастух — герой стихотворения — вместе с нимфой, рекой, девушками на лугу обретает модус полной загадочности. В конце стихотворения поэт вообще ставит под сомнение его человеческую экзистенцию:

Руки пастуха были стеклом,

Разглаженным вялой лихорадкой.

"Он" стихотворения Унгаретти удален максимально далеко. Очевидно, каждому личному местоимению присуща своя фантомальность. Устранив "я" и "ты", отодвинув "он" за пределы реального мира, Унгаретти достиг совершенной нейтральности. "Понимание" или "непонимание" утратило всякий смысл.

"Ты", ныне основное местоимение человеческого коллектива, не всегда было таковым. В прежние времена "Ты" с большой буквы употреблялось в обращении к Прекрасной Даме или к Богу в молитве или в секунды "высшей близости".Немецкому поэту Готфриду Бенну в стихотворении "Всегда молчаливый" удалось добиться непонятности и трансцендентности, используя обычное "ты". Но только в одной строфе мелькает возможность понимания "ты", мелькает, как след рыбы в воде:

Основанный в светлой дали,

Ты сам выбираешь путь.

Всегда молчаливый, едва ли

Ждущий чего-нибудь.

Это не фамильярное или обиходное "ты". Герою Бенна — одинокому, молчаливому, отчужденному — трудно выбрать путь. Он окружен загадочностью, как звезда — ночью. "Ты" просто личное местоимение, указующее неизвестно на кого. Может быть, на разочарованного завоевателя? Стихотворение, поэтизирующее "всегда молчаливого "ты", пронизано тревогой, безнадежностью, неведомостью:

Древни твои притязанья

Как солнце, ночь и мир.

Всё: мечты и познанья

Породил кошмарный делир.

В стихотворении нет ни одной законченной мысли или концепции, ни одного завершенного пейзажа. Всё — отрывочно, сбивчиво, двусмысленно. "Кошмарный делир" породил вообще все "мечты и познанья" в целом свете или только в голове героя? Этот герой, этот "ты" на протяжении шести строф предполагается и уничтожается, мы имеем дело лишь с его фрагментами и разрозненными атрибутами. Очевидно это важная персона, если у него древние притязанья, если его ждут и зовут:

Немыслимые эоны,

Гибель везде и нигде,

Зовы, песни и стоны

Тебе на темной воде.

Более или менее логично обосновать "ты" невозможно. Сплошная фрагментарность. Как только "ты" начинает оформляться, эти формы распадаются в непонятных призывах, резких, неизвестно куда нацеленных порывах, энигматических идеях и странных пейзажах:

Тропики в клочьях пены,

Деревья на дне морском,

Исступленной бездны

Изначальный закон.

Какое отношение к этой бездне имеет "ты" — совершенно неясно. Готфрид Бенн лишь отчасти разделяет высказывание Малларме, что "поэзия делается из слов, а не из мыслей", и совсем отрицает метод "автоматического письма" сюрреалистов. Его лирика отличается глубиной и продуманностью, сложность его стихотворений легко избегает какой-либо трактовки. Мы откровенно не поняли главной логической линии. Впрочем, это и не входило в нашу задачу. Мы просто хотели отметить непривычную функциональность личных местоимений в общем контексте современной поэзии, что отнюдь не облегчает ее понимания. Изменилась грамматическая когерентность стиха. Если раньше поэзию читали для удовольствия, теперь положение изменилось. Поэзию надо изучать. Вопрос "зачем?" иррелевантен.

[2]

Тит ТАК!

Всё сущее со временем становится дорогим и привычным, оцарапанным, благородно-поблекшим, страдальчески-вымученным и мудрым. В архитектурном и монументальном жанре, тем паче. И даже возьмем пресловутого Петра на Москва-реке. Разве не овеяли его сквозняки, метели и чахлые листики Нескучного сада, летящие по воздуху через тяжелое сито Крымского моста? Да и не под ним ли, не под Петром, что похож на восставшего здоровенного таракана, робко, пробно целовались парочки, спрятанные за кулисами зимы, скрытые за тяжелыми портьерами московского снегопада? И не сего ли Петра взрывали нетерпеливые дети. Обложив монумент со всех сторон шербетом, они, затаив дыхание, ждали, когда дрогнувший великан фатально рухнет, снеся чугунной головой гранитный парапет Кропоткинской набережной. Но шербет расклевали вороны. А дети сами превратились в часть композиции Шемякина на Болотной площади. Да, все это было, было, было! И будет нестерпимо жалко продавать чугунную громадину Зураба назад в Португалию, на цветной и безликий лом…

Стеклянные ларьки, повсеместно прилипшие к столичной сталинской старине… Простые, как надгробия, банковские здания, отлитые из бетона на месте содранных бульдозерами палат столичного центра… Пропитанные мрачной заморской мистикой бруски и пики громадного Сити… Всё это незаметно стало частью нашей жизни. Что ж, властители промежуточного века рухнут, их деньги превратятся в капустную гниль, а архитектурная оплетка исчезнувшей эпохи останется. Она будет хранить некоторое время память о прошлом, но не долго! Уродство вскоре превратится в странность, странность в экзотику, экзотика — в сказку.

Как только сгинет отвратительное содержание повсеместных архитектурных форм, мы — как народ — моментально полюбим эту дикую свистопляску. А стеклобетонную требуху используем по своему усмотрению. Превратим недостроенные небоскребы в колоссальные скворечники. Памятники людской дикости и алчности отдадим под райские птицефабрики. Тогда миллионы новых птиц поразят округу бесчинством на сотни верст. И над солнечным планшетом воробьиного города пронесётся весёлое чёрное облако и окутает знакомую разлапистую фигуру на Москве-реке — памятник шагающему неизвестно куда российскому Колумбу. И тот вскоре станет теплым и белым как мраморная античная статуя, затерянная среди развалин и зелени.

бухгалтерский учет бухгалтерские компании москвы [4] оказание услуг по бухгалтерскому обслуживанию

[2]

Андрей Смирнов ШНУР-РОК

РУБЛЬ. "Сдачи не надо" ("Союз") 2010.

Вспоминается определение Гарика Осипова (правда, по другому поводу) — "новые приключения Шнурика".

Осенью 2008 года Сергей Шнуров распустил группировку "Ленинград" и объявил о старте проекта "Рубль". С подзаголовком "антикризисный" — музыкантов стало раза в три меньше, "Рубль" — это квинтет. Сделать рубль конвертируемым — непростой ход, исходя хотя бы из экономической конъюнктуры.

1 февраля прошлого года вышел виниловый сингл с четырьмя песнями в качестве приложения к журналу "Русский Пионер".

25 декабря на сайте группы был выложен материал для сборки альбома "Сдачи не надо" — на данный момент там двадцать семь песен.

На странице http://www.ru-bl.ru/diy каждый мог и может сделать свой вариант альбома с порядком песен по личному усмотрению. Только два пожелания — "рекомендуемое количество треков — 13" и "пиратское распространение приветствуется".

Собственно, "Сдачи не надо" — это вариант Артемия Троицкого, который, опечалившись отсутствию пластинки, предложил свои услуги в качестве издателя. В итоге на диске имеется надпись — "выбор и расстановка треков осуществлены АК Троицким без ведома и противодействия СВ Шнурова". Троицкий пренебрёг пожеланием оставить "чёртову дюжину": "Сдачи не надо" — восемнадцать треков.

13 апреля Шнур вошёл в тревожные тридцать семь лет от роду, и почти через неделю альбом вышел в формате СD на "Soyuz Music".

"Ленинград" — был вполне эстрадным коллективом; "Рубль" — это двух-трёхаккордный рок, "мясо", "рубилово".

Там были шлягеры, здесь скорее — боевики. И совсем без дудок, на котором во многом зиждилось материальное и творческое благополучие группы "Ленинград".

Шнур всегда был соткан из цитат, здесь их тоже хватает, но источники вдохновения иные — от Игги Попа и "Rolling Stones", вплоть до "Metallica" и сибирского панка.

Изменился и "лирический герой", стал посерьёзнее, помрачнее. Что объяснимо, и это признаёт сам Шнуров — двадцать пять лет и тридцать семь — совсем разные вещи.

Стало больше социальной сатиры, почти публицистики. Впрочем, для Шнура — это не политика, скорее приметы времени, знаковые точки реальности, которые он своеобразно исследует.

"Дело в том, что и в "Ленинграде" был политико-сатирический посыл. Но когда он был обрамлен этой эстрадной музыкой, он не казался настолько злым, не выпячивался. Углы сглаживались музыкальной концепцией. А в "Рубле" музыка, наоборот, эти углы акцентирует, и поэтому они бросаются в глаза… Нет желания делать привязку к конкретным событиям, как поступают рэп-музыканты, которые не ловят дух времени, а цепляются, скажем, за то, что сигареты подорожали". (Из интервью Кириллу Решетникову, "Взгляд")

Но, говоря словами пластинки, глобально "ничего нового". Это тот же умник, циник, хулиган и игрок Шнур и недурная компания отвязных музыкантов. Больше внутренней творческой гармонии и меньше дармоедов с дудками и барабанами.

И слово иногда звучит резче и увесистее. Но в целом возникает проблема стиля. Подобное брутальное звучание — в первую очередь невербальный удар по мозгам. И приправа в виде смыслов, идей или матерных выпадов — дело десятое.

Тем более удачные и злые находки вроде "На х… не нужны старухи в мире позитивной прухи" перемежаются проходными или просто дурацкими. Где, как говорится, замах на рубль — удар на копейку.

Шнуров ориентирован на ёмкое высказывание, но здесь явно не хватает агрессии, категоричности. В итоге всё возвращается на круги своя — опять релакс для уставших менеджеров и "продвинутых интеллектуалов", жаждущих получить свою долю "подлинной" жизни.

От Шнурова всегда ждёшь большего, потенциал и понимание налицо. Из другого интервью: "Дело в том, что в нашей стране всё в кавычках. Недаром же "Единая Россия" пишется в кавычках. Шоу-бизнес тоже можно взять в эти кавычки. Понимаете, у нас всё "как бы": как бы политика, как бы президент, как бы экономика, как бы шоу-бизнес. "Как бы" — ключевое слово современности". ("Труд").

Понятно, что в такой ситуации сложно вывернуться и выдать нечто фундаментальное. И "Рубль" пока тоже останавливается на "как бы".

[2]

МОСКВА СОКРОВЕННАЯ

Москва не только многоэтажна, но и многослойна. Ее сокровенная фреска много раз подновлялась и записывалась, но всякий раз ее вечный и незримый контур таинственно проступал через нагромождения и напластования эпох. И каждая сгоревшая изба, каждый снесенный храм или залитый бетоном особняк — продолжают жить в ее странном нелинейном пространстве, сохраняясь в виде светового пятна, тончайшего абриса, легчайшего оттенка.

Печальная и светлая прогулка реставратора Соколова по вытесняемым из жизни уголкам старой Москвы — не реквием по городу и не обличительный манифест, направленный против разрушителей старины. Это тишайшая песня, молитва, длинною в жизнь. Такими людьми, такими интонациями — жива культура.

Выставка Игоря Соколова "Уходящая Москва" проходит в выставочном зале ГосНИИР по адресу: ул. Бурденко, 23. Тел: (499) 248-32-68.

[2]

Даниил Торопов АПОСТРОФ

Х.Т. ХАНСЕН. Политические устремления Юлиуса Эволы. — Воронеж-Москва: TERRA FOLIATA, 2009, 176 с.

И снова — Юлиус Эвола, один из главных мыслителей-традиционалистов, бескомпромиссный критик современного мира.

Герман Гессе: "Поразительный, интересный, но и очень опасный автор…"

Мирча Элиаде: "Одна из самых интересных личностей военного поколения. Он действительно человек потрясающих познаний".

Александр Елисеев: "Интерес, вызываемый его трудами, не случаен. Он заслужил его своей блестящей критикой современного мира, своей беспощадностью и абсолютным нонконформизмом, и, наконец, своей личной отвагой, готовностью продолжать борьбу в любых условиях. Под его пером рушатся многочисленные идолы прогрессизма, такие как индивидуализм, демократия, буржуазный псевдонационализм".

"Политические устремления Юлиуса Эволы", авторства австрийского писателя Хакля-Хансена — аккуратное и планомерное изложение творческого пути Эволы. Это первая политическая биография Эволы на русском языке. Адаптация на русский не обошлась без некоторых досадных "косяков", которые, впрочем, не влияют резко негативно на этот важный и интересный текст.

"Согласно Эволе, центром всех вещей является не человек, а Трансцендентное. Независимо того, какой проблемы касается мыслитель, он всегда ищет прямую связь с Абсолютом, то есть с той областью, которая находится за пределами обычного человека. Ведь сегодня человек занят одним, а завтра — совершенно другим, тогда как в соответствии с точкой зрения Традиции, принципы, формирующие фундамент нашего мира, всегда остаются неизменными".

Потому и учение о государстве, которое выдвигал Эвола, предполагало преодоление чисто человеческого элемента. Создание "нового человека" апеллировало не к массе, но к форме элиты-ордена. Основываясь на идеях Платона и даосизма, Эвола считал, что повелевать должны только те, кто обладает подлинной духовностью. Крайне далёкий от сегодняшнего дня ориентир.

Зигзаги парламентской демократии Эволе были тотально чужды, он никогда не принимал участие в выборах, далёк был и от партийной политики. В мире победившего либерализма Эвола не призывал к действию, его выбор — "аполитея" — тотально далёкая от политики позиция зрелого мыслителя.

Для Эволы главное — идеи и принципы, а не институты.

Интересны тексты и фигуры, повлиявшие на идеи Эволы. "В духовном и философском плане он избирает курс, всецело отличный, от того коим следует большинство сегодняшних интеллектуалов, чей путь проходит от Декарта к Гегелю, Марксу, Сартру и франкфуртской школе. Курс Эволы был таков: Платон, Сенека, Спиноза, Вико, немецкий идеализм, де Бональд, де Местр, Доносо Кортес, Ницше, Вейнингер, Шпенглер и Михельштедтер". Плюс — Артуро Регини и Рене Генон.

Принципиальный момент: "Эвола хотел выстроить единое, взаимосвязанное и поэтому неумолимое мировоззрение, которое включило бы все эти элементы и вело к целостности. Благодаря такой внутренней согласованности почти невозможно удалить один элемент и заменить его более "приемлемым". Один момент логически приводит к следующему, вынуждая либо принимать, либо отвергать это мировоззрение целиком".

Для Эволы современность тождественна упадку, он неуклонно подчёркивал неснимаемое противоречие между нашей реальностью и миром Традиции.

Не случайно одна из главных работ носит название "Восстание против современного мира" — также некоторые исследователи и последователи именуют жизненный и творческий путь Юлиуса Эволы.

"Эвола утверждает, что мир пребывает не в состоянии постоянного совершенствования, но скорее, в процессе нарастающего упадка. Причина такого положения дел — в возрастающей десакрализации жизни и истории. Священное, которое пронизывало и возвышало каждый аспект жизни в традиционном мире, от семьи до государства, было полностью утрачено и заменено чисто экономическими отношениями, повлекшими за собой небывалую механизацию и стандартизацию".

Главное острие критики Эволы было направлено на буржуазный мир во всех его проявлениях: "Именно бюргер повинен в том, что сегодня утверждение, которое посчитали бы ересью в иные, нормальные времена, представляется самой естественной вещью в мире: я имею в виду утверждение о том, что экономика есть наша судьба и предназначение, что прибыль суть цель всей нашей жизни, а сделки и торговля являются "деянием". Это на совести бюргера превращение всякой ценности в представления о доходности, преуспевании и комфорте, в единицы спекуляции, спроса и предложения, которые ныне составляют суть нашей цивилизации".

Несмотря на некоторые наивные ярлыки, взаимоотношения Эволы с консервативно-революционными режимами и их идеологами были более чем непросты. Характерный выпад против Розенберга — "Современный парадокс: расистское язычество = либеральное просвещение". Эвола критически отмечал наличие в этих движениях множества идолов современности, вроде апологии науки и ориентации на количественный принцип. Кстати, благодаря создателям серии "Библиотека расовой мысли" можно ознакомиться с работами фактических оппонентов Эволы, правых биодетерминистов. И надо заметить, давняя полемика актуальна и по-прежнему имеет место быть среди политических нонконформистов.

[2]

Андрей Фефелов МОСКВА. ПАРАД. 2037 ГОД

Культура, которая много лет жила "в предчувствии гражданской войны", постепенно переключается в другой, небывалый регистр. Россия, вступая в зону турбулентной нестабильности, озабочена не столько проблемами выживания и социальной амортизации, сколько принципиально новым этапом существования. Катастрофичность окружающей действительности уже никого не пугает и не вдохновляет. Полёт в чёрном грозовом небе среди блеска молний и вселенских гулов — стал для нас суровой повседневностью. Россия готовит себя к следующему этапу, она из бесконечных альтернатив грядущего выискивает для себя посадочную полосу. И это не затерянный в тайге крохотный запасной аэродром для аварийной посадки. Это континентальная магистраль или, как говорил архитектор Пчельников, — "Евразийский Бродвей".

Представленную на страницах "Завтра" сюиту Беляева-Гинтовта можно было бы назвать "В предчувствии имперского мира". Это как раз самое начало марафона утопий, о чем и спешит уведомить читателя наше футорологическое издание.

Смена политического и культурного дискурса — неизбежна. Впрочем, она уже случилась, и надо только подождать, когда, постепенно воспламеняясь, в данный процесс будут втянуты усталые, отсырелые зоны коллективного сознания, породив в результате новое общество.

[2]

Евгений Нефёдов ЕВГЕНИЙ О НЕКИХ

"На" Украине — или "в" Украине, мне смысла нет искать по словарю: ту землю вспоминая, я доныне о ней привычно: "дома" — говорю.

Звоню родным или пишу знакомым, встречаюсь с тем, кто был в родном краю, и первый же вопрос: "Ну, как там, дома?" — всегда непроизвольно задаю.

Со мною это слово — не для вида. Уж так сложилось, что за много лет на перепутьях жизни не забыто то место, где сошёлся клином свет.

Не гаснет этот свет, каким бы ветром его ни задувало в разный час, какие времена и километры ни отдаляют друг от друга нас.

Но той порою не казался длинным — такой привычный и знакомый путь: Москва — Донбасс, Россия — Украина. В любой момент — проблемы нет махнуть…

Да я, признаться, не бывал подолгу в родимом тополином городке, пока всё тот же зов: "Ну, как там, дома?" — однажды душу не сдавил в тоске…

А там — беда… До срока уходили отец и мать, последний бросив взор — в ту сторону, в какую проводили меня когда-то… Дальше вдруг разор —

Пришёл коварно, поразив, как громом, и разметав великую страну… И беспокойно я: "Ну, как там, дома?" — всё спрашивал глухую тишину.

Но дома — вмиг не стало. Ни в Донбассе. Ни в Киеве. Ни в преданной Москве. И двадцать с лишним лет ответ неясен: так что ж теперь мы строим не песке?

Куда идём? Что ищем? В чём повинны?.. И вот — с надеждой на иную жизнь — глядим на Беларусь и Украину. Смотри и ты, Россия. И учись.

Найди таких вождей для перелома, чтоб русские со всех концов земли спросили бы у нас: "Ну, как там, дома?" — а мы ответить, наконец, смогли —

Что сочтены деньки машины адской, что всем ворам, предателям — хана. Страна при них была — сплошной "Распадской", но впредь вовек не будет ей она!

Что заживут, даст Бог, семьёй единой, свалив, как страшный сон, страданий груз, Россия, Беларусь и Украина, и все — кто помнит наш родной Союз.

И сам я, той же памятью ведомый, сквозь бывшие границы средь равнин — у земляка спрошу: "Ну, как там, дома?"

А он ответит: "Дом у нас — один!"

В наших термо фургонах [5] внутренняя обшивка термо-фургона проводится из оцинкованного пищевого металла, одобренного Госсанэпиднадзором России.

[2]

Notes

1

http://www.veloruss.ru/gr5009.html

2

http://top.mail.ru/jump?from=74573

3

http://www.eurowagen.ru/service/repair/

4

http://www.rem-optima.ru/

5

http://www.eurowagen.ru/furgon/sandwich/

Content

Завтра Газета Газета Газета Завтра 862 (21 2010)

Александр Проханов ПЯТАЯ ВОЙНА ПРЕЗИДЕНТА КОКОЙТЫ

ТАБЛО

Николай Коньков КРЕМЛЁВСКИЙ МОДЕРНИЗМ

Александр Проханов — Эдуард Кокойты «У ОСЕТИН И РУССКИХ — ОДНА РОДИНА»

Мераб Зассеев «СПАСИБО, БРАТЬЯ!»

Кавад Раш ЯЗЫК — МЕРА ВСЕХ ВЕЩЕЙ

Анна Серафимова ЖИЛИ-БЫЛИ

Сергей Черняховский МЕДВЕДЕВ ПРОТИВ КОНОНОВА

Екатерина Глушик ВЫ НАМ ПИСАЛИ...

Валентин Пруссаков ИСЛАМСКАЯ МОЗАИКА

Марина Струкова «ПО ВОЛЕ СЛАВЯНСКОГО РОКА...»

Евгений Головин Я, ТЫ, ОН...

Тит ТАК!

Андрей Смирнов ШНУР-РОК

МОСКВА СОКРОВЕННАЯ

Даниил Торопов АПОСТРОФ

Андрей Фефелов МОСКВА. ПАРАД. 2037 ГОД

Евгений Нефёдов ЕВГЕНИЙ О НЕКИХ

Notes