ЖИТИЯ РОДИТЕЛЕЙ ПРЕП. СЕРГИЯ, СХИМОНАХА КИРИЛЛА И СХИМОНАХИНИ МАРИИ

Радуйся, родителей благих добрый и избранный плод

(Акафист, икос 1)

Среди сонма святых земли Русской особенно тихим и кротким светом сияют из глубины веков образы святых родителей преподобного Сергия Радонежского, вот уже шесть столетий глубоко почитаемых русским народом, преподобных Кирилла и Марии. Яркий пример христианского благочестия, целомудренного супружества, воспитания детей в вере и благонравии доныне являют они нам своим богоугодным житием.

До нас не дошли подробные свидетельства ни о их родителях, ни о детских и отроческих годах, ни о времени вступления в супружество. Известно лишь, что благочестивые супруги Кирилл и Мария принадлежали к знатному боярскому роду. В начале XIV века они жили недалеко от Ростова Великого, в небольшом селении Варницы, где находилось из поместье. Преподобный Кирилл состоял на службе у ростовских удельных князей. Тяжелые были тогда времена. За грех междоусобных кровопролитий Русь пала под ударами монгольской Орды. Народ страдал от своеволия грубых и гордых татарских чиновников, убивавших и творивших прочие беззакония.

Князьям то и дело приходилось ездить на поклон в Орду. Не раз и боярин Кирилл сопровождал своего князя в этих опасных путешествиях. Перед отъездом обычно писали завещание и прощались с близкими, так как многие русские люди там и головы свои слагали за веру Православную. Можно только догадываться, сколько скорби испытывала преподобная Мария, провожая мужа каждый раз как бы на смерть, сколько слезных молитв возносила она к Богу о нем и малолетнем их сыне Стефане. И не тщетны были эти молитвы. Господь хранил преподобного Кирилла. Супруги строго соблюдали все уставы церковные, любили храм Божий, особенно заботились о делах милосердия: помогали бедным, принимали странников, раздавали щедрую милостыню.

Суете княжеского двора они предпочитали простую уединенную жизнь в своем поместье, не пренебрегали и обычными сельскими трудами.

Впоследствии на том месте, где, по преданию, находился дом преподобных Кирилла и Марии, ростовский архимандрит Ефрем основал в 1427 году монастырь с соборным храмом в честь Живоначальной Троицы.

Необыкновенное знамение предшествовало рождению второго сына в благочестивом семействе. Однажды, когда его мать была в церкви, ребенок, к великому изумлению всех присутствовавших, трижды воскликнул громким голосом в материнском чреве: в начале чтения Евангелия, перед чтением Херувимской песни и в момент, когда священник возгласил: «Вонмем, Святая святым!» Духовно чутким сердцем своим поняла Мария, что явление это не случайно, и замешательство и ужас сменились убеждением, что это было особое указание Божие, которое она восприняла как призвание, и всеми силами души откликнулась на него.

Зная, что родители могут еще до рождения детей своих сообщить им задатки добра и привить с молоком добрые нравы, она «блюла себя от всякой скверны и от всякой нечистоты, постом ограждала себя, и всякой пищи скоромной избегала, и мяса, и молока, и рыбы не ела, лишь хлебом, и овощами, и водой питалась». Часто, удаляясь от людских взоров, благочестивая мать со слезами горячо молилась о будущей судьбе своего младенца. «Господи! Спаси меня, соблюди меня, убогую рабу твою, и младенца этого, которого ношу я во утробе моей, спаси и сохрани! Ты, Господи, охраняющий младенцы, да будет воля Твоя, Господи! И да будет Имя Твое благословенно во веки веков. Аминь».

3 мая 1314 года праведных родителей посетила великая радость: Господь дал им сына. Через сорок дней супруги принесли его в церковь, чтобы совершить над ним таинство Крещения. Благоговейный иерей Михаил, погружая младенца в купель, ощутил особую благодать Божию. Мальчика назвали именем апостола Варфоломея. Услышав рассказ Кирилла и Марии о чудесном событии в храме, иерей произнес знаменательные слова о том, что младенец «будет сосудом избранным, обителью и слугой Святой Троицы».

Вскоре Мария стала замечать в младенце нечто необыкновенное: когда ей случалось вкушать мясную пищу, ребенок не брал сосцов ее. То же повторялось по средам и пятницам. Иногда день, иногда два дня младенец не ел. Страх вместе со скорбью овладевал матерью и родственниками ее. И наконец они поняли, что не хочет дитя пить молоко, когда мясом питается кормящая его.

Взращенный постом во чреве матери, младенец и по рождении как будто требовал от матери поста. И Мария, действительно, стала еще строже поститься: она совсем оставила мясную пищу, и лишь после этого младенец, кроме среды и пятницы, питался молоком матери.

После Варфоломея у Кирилла и Марии родился третий сын Петр. Своих детей супруги воспитывали в Законе Божием, благочестии и целомудрии. Когда пришло время, боярин Кирилл отдал своих сыновей учиться грамоте. В то время на Руси воспитание детей велось в строго церковном духе, на чтении житий святых, под сенью храма Божия. Вся жизнь устроялась по Евангелию Христову, в благочестии и святыне, поэтому и нередко можно было встретить горячее детское благочестие, продолжительные со слезами молитвы, любовь к богослужению, усердное стремление подражать подвигам святых отцов. Обучение грамоте считалось делом священным, так как преподавалось толкование для уразумения Божественных Писаний и Таин Божиих. Школы грамотности учреждались попечениями епископов, которые поставляли только верующих, благочестивых и нравственных учителей. Они были примером для учеников, так как и сами любили Бога, любили закон Божий.

Епископом Ростовским тогда был Прохор, муж учительный и благочестивый. Под его руководством проходило обучение сыновей боярина Кирилла. Стефан и Петр учились успешно, а Варфоломею грамота не давалась, о чем печалились и родители, и отрок. Часто уединялся Варфоломей и проливал горькие слезы о своей неспособности. По ночам он вставал с постели и в горячей молитве испрашивал себе у Бога дар понимания науки. И Господь услышал молитвы святого отрока. Посланный однажды отцом в поле искать лошадей, Варфоломей увидел под дубом молящегося старца-монаха. Ему он высказал свою сердечную скорбь, прося святых молитв о даровании ему способности к учению. Старец, воздев руки, помолился о нем и дал отроку частицу святой просфоры «в знаменование благодати Божией и разумения Святого Писания». Варфоломей, зная, с какой радостью и любовью принимают родители странников и особенно монахов, упросил его посетить их дом.

Приняв благословение от старца, Кирилл и Мария предложили ему радушное угощение. Но гость сказал, что прежде следует вкусить пищи духовной, и направился в моленную, которая раньше имелась в каждом доме благочестивых князей и бояр. Старец дал Варфоломею книгу в руки, хотя тот отговаривался неумением, и велел ему читать псалмы. Произошло чудо: отрок начал читать спокойно и внятно. Родители же и братья его, услышав это, «удивились неожиданному его разуму и мудрости и прославили Бога, давшего ему такую благодать».

Святой гость благословил праведных хозяев и возвестил пророчески, что сын их «будет некогда обителью Пресвятой Троицы и многих приведет за собою к уразумению Божественных заповедей». Благочестивые бояре проводили странника за ворота, и вдруг он стал невидим. Они же, недоумевая, решили, что это ангел послан бы даровать отроку знание грамоты. В трепете возвратились они домой, сохраняя слова небесного посланника в сердцах своих. С Варфоломеем же произошла чудесная перемена: какую бы книгу ни раскрыл он – тотчас же начинал читать ее без всякого затруднения, понимая и смысл прочитанного. «Достоин был даров духовный сей отрок, который от самых пелен Бога познал и Бога полюбил… Он жил, во всем повинуясь своим родителям: старался повеления их исполнять и ни в чем не ослушиваться их, как и Святое Писание говорит: «Чти отца и мать свою и будешь долголетен на земле».

Подрастая, Варфоломей, как и в первые дни своей жизни, по средам и пятницам не вкушал никакой пищи, а в остальные дни питался только хлебом и водой. Он уклонялся от детских игр, шуток, смеха и пустословия, любил храм Божий и чтение священных книг, часто целые ночи проводил без сна в молитве. Видя такие подвиги своего сына, Мария сильно опасалась, что суровый образ жизни может повредить его здоровью, и убеждала сына смягчить строгость поста и своих подвигов. Но юный подвижник со смирением просил ее не отклонять его от воздержания, которое так сладко и полезно для его души. Удивилась мать разумному ответу отрока и более уже не мешала его доброму намерению, тем более, что и здоровье его нисколько не страдало от воздержания и поста.

Благочестивый боярин Кирилл под старость стал терпеть немалую нужду. Частые путешествия со своим князем в Орду, тяжелые дани и непосильные подарки ордынским вельможам, без чего не обходились эти путешествия, жестокий голод, и больше всего, как говорит преподобный Епифаний, «великая рать», или нашествие Туралыково в 1327 году, все это вместе отозвалось крайне неблагоприятно на его состоянии и довело его почти до нищеты. Земля Ростовская истощена была частыми набегами татар, а неурожайные годы вконец довершили оскудение. Многие ростовские жители стали покидать родные места, в числе их переселился и боярин Кирилл со всем своим семейством. По Промыслу Божию, семейство переехало в почти неизвестный тогда край, в село Радонеж, и поселилось там близ церкви Рождества Христова.

По обычаю того времени, Кирилл должен было получить поместье, но сам он, по старости, уже не мог нести службы, и потому обязанность эту принял на себя старший сын его Стефан, который, вероятно еще в Ростове, женился. Младший из сыновей Кирилла Петр также избрал супружескую жизнь, Варфоломей же, всей душой стремился к жизни подвижнической. «Отпусти меня, батюшка, с благословением, - говорил он, - и я пойду в монастырь». «Помедли чадо, - отвечал ему на это отец, - сам видишь, мы стары и немощны, послужить нам некому. У братьев твоих немало забот о своих семьях. Мы радуемся, что ты печешься, как угодить Господу Богу. Это намерение благое. Только послужи нам немного, проводи нас в могилу, тогда и иди с Богом в обитель святую». Так отвечал ему святой Кирилл, указывая на старость свою и своей супруги, а втайне, вероятно, имея в виду молодость сына, тем самым давал ему время еще испытать самого себя и утвердиться в святом намерении.

И благодатный сын повиновался. Он прилагал все свое старание угодить престарелым родителям, чтобы упокоить их старость и заслужить себе их благословение и молитвы. Между тем дух иночества нечувствительно сообщался от сына к родителям. В то время на Руси среди людей всех сословий был распространен благочестивый обычай принимать под старость монашество, чтобы приуготовить и очистить душу свою для жизни вечной. Последовали этому обычаю и праведные супруги.

В трех верстах от Радонежа находился Покровский Хотьков монастырь, который при недостатке монастырей в Московском княжестве в то время был обителью и старцев и стариц. Здесь, приняв сначала монашеский постриг, а затем схиму, преподобные Кирилл и Мария в непрестанной молитве и богомыслии проводили последние годы своей жизни. Есть предположение, что перед смертью они благословили Варфоломея на иноческий подвиг двумя иконами: Божией Матери Одигитрии и святителя чудотворца Николая.

Почти в то же время произошла важная перемена и в жизни их старшего сына Стефана. Жена его Анна умерла, оставив ему двух сыновей – Климента и Иоанна. Похоронив супругу в Покровском монастыре, Стефан не пожелал уже возвращаться в мир, но остался в Хотькове, чтобы принять монашество и вместе с тем послужить своим немощным родителям. Отягощенные болезнями и старостью схимники-бояре не долго подвизались в своем новом звании. Около 1337 года они с миром отошли к Господу. Дети почтили их слезами сыновней любви и похоронили под сенью той же Покровской обители, которая с того времени сделалась последним приютом и усыпальницей рода Сергиева. Здесь же впоследствии был погребен и младший сын преподобных Кирилла и Марии – Петр с супругой Екатериной.

Отдавая последний долг, Варфоломей неотлучно провел в Хотьковом монастыре сорок дней, поминая новопреставленных родителей на Литургии и панихидах. Помня о их страннолюбии, он все эти дни кормили нищих и раздавал милостыню. Благодатная радость, которой наполнилось сердце юноши после молитв о родителях, свидетельствовала о том, что их праведная жизнь была угодна Богу. Оставшееся наследство поручил он младшему брату Петру, а сам с родительским благословением – моленными иконами и книгами – решил искать пустынного жития.

Он уговорил старшего брата инока Стефана идти вместе с ним. Подражая древним подвижникам, они поселились в дремучем лесу на горе Маковец, поставили крест, построили церковь и келию. По благословению митрополита Феогноста церковь была освящена во имя Живоначальной Троицы в 1340 году.

Не выдержав трудностей пустынного жития, Стефан ушел в Москву в Богоявленский монастырь, где приобрел келию и стал жить, усердно подвизаясь в добродетели. Вскоре митрополит Феогност назначил Стефана игуменом Богоявленской обители, а великий князь и знатные бояре избрали его своим духовником.

Однако, что казалось Стефану тяжким и нестерпимым, то было легко и приятно для Варфоломея, душа которого с детства пылала Божественным огнем. И Господь хранил его Своей благодатью среди дремучих лесов Радонежских. 7 октября 1342 года игуменом Митрофаном Варфоломей в 28-летнем возрасте был пострижен в монашество с именем Сергий. Каждый день совершая Божественную литургию, игумен в течение семи дней причащал новопостриженного. Ликовала душа Сергиева и горела Божественным огнем, так как пребывала в нем первобытная чистота и невинность, потерянные первым Адамом. В 1354 году инок Сергий был рукоположен во иеромонаха епископом Волынским Афанасием, который замещал на митрополичьей кафедре святителя Алексия, отбывшего в Византию. Преподобный избрал путь спасения, путь жизни, путь Богообщения. Он пришел в пустынь, пребывал в молитве и посте, претерпел тяжелую брань от бесов, и Господь даровал ему крепкое оружие Духа Пресвятаго. Постепенно к нему стали стекаться иноки, жаждущие пустынного подвига. Так возник монастырь, превратившийся в великую Лавру. Известно, что племянник Сергиев, 12-летний отрок Иоанн, принял ангельский образ с именем Феодор и прожив 22 года в Троицкой обители, был первым в ней иконописцем, а потом архиепископом Ростовским.

Преподобный Сергий своим подвигом выразил глубинный смысл монашества. «Печальник земли Русской», святой Сергий предварил своим деланием завет сомолитвенника в вечности Серафима Саровского: «Стяжи дух мирен, и вокруг тебя спасутся тысячи».

Святой Сергий был достойной отраслью своих благочестивых родителей. Преподобные супруги Кирилл и Мария воспитали своего сына в благочестии, вложили в его душу любовь к Богу и Церкви, к труду, милосердию и родной земле. Приняв он них это богатое духовное наследство, Преподобный щедро передавал его русским людям.

На Святой Руси и за ее пределами все, кто обращается к преподобному Сергию, верят, что и его родители имеют великое дерзновение у престола Божия. Поэтому идет благочестивый народ к раке угодников Божиих, изливая перед святыми родителями свои скорби, радости, просит помощи, утешения, исцеления и благословения на добрую жизнь. Чувствуют православные, что слышат святые родители Сергиевы молитвы их, и еще больше укрепляются в вере, видя знамения и чудеса, совершаемые преподобными Кириллом и Марией.

Трижды молитвами их Хотьков монастырь был избавлен от холеры во время свирепствовавших эпидемий в 1771, 1848, 1871 годах. С конца XVIII века преподобные Кирилл и Мария почитались как местные святые, с этого времени их уже изображали с нимбами и читали перед мощами угодников Божиих особую молитву. Летопись Покровского Хотькова монастыря приводит свидетельства о том, как молитвенное обращение к преподобному Сергию и его святым родителям спасало людей от тяжких недугов.

Предание говорит о том, что преподобный Сергий заповедал, прежде чем идти к нему в Троицкую обитель, зайти в Покровский монастырь и помолиться об упокоении его родителей. И многие паломники, идущие из Ярославля и Владимира, нередко сначала миновали Троицкий монастырь, чтобы исполнить этот обычай, и уже потому, из Хотькова, снова возвращались к священным стенам Сергиевой обители.

И сейчас еще можно встретить старые обазки, на которых преподобный Сергий изображен в иерейском облачении, молящимся у гроба своих родителей, с кадилом в руке. Это памятник его сыновней любви к родителям, которым он послужил до самой блаженной… кончины. Часто святой игумен приходил в Хотьков монастырь, чтобы помолиться у гроба родителей, поклониться их святым мощам и совершить заупокойное богослужение.

Прославляя преподобного Сергия, почтим благодарной памятью праведных его родителей. Сия святая двоица явилась благочестивым корнем, давшим русской земле и всему миру чудный плод свой – Сергия великого, печальника и молитвенника о душах наших.

«Последуем же, верни, обычаю праотец наших и, к великому Сергию поспешающее, не минуем и святых родителей его; придем, поклонимся Кириллу и Марии и, мощи их лобызающее, не забудем, яко в годину лютых испытаний, егда храмы и обители от безбожник разрушахуся и сама обитель Хотьковская поругана и испразднена бе, святи сии, яко стражие вернии, под спудом возлежащее, сию, миру неведомым образом охраняста, чающее, да приидет час славы ея. Мы же к ним духовнии очи возводяще, тепле возопиим: преподобнии схимонахи Кирилле и Марие, молитеся ко Господу о земном отечестве вашем и о почитающих вас любовию».

Память преподобных Кирилла и Марии совершается 28 сентября… 18 января (ст. ст.), 6 июля (Собор Радонежских святых), а также в четверток седмицы Мытаря и фарисея.

Content

ЖИТИЯ РОДИТЕЛЕЙ ПРЕП. СЕРГИЯ, СХИМОНАХА КИРИЛЛА И СХИМОНАХИНИ МАРИИ