Элизабет Кейли

Гороскоп любви

1

– Если бы только мужчины знали, каких усилий стоит эта «естественная красота»! – пожаловалась Беатрис администратору своего салона красоты.

Линда понимающе улыбнулась и вернулась к бумагам.

Хозяйка может жаловаться сколько угодно, но она должна быть красавицей, иначе грош цена ее салону. Линда подняла глаза от бланков заявок на косметические средства и еще раз посмотрела на Беатрис Роллинг – владелицу салона красоты «Бель», расположенного в престижном районе восточного Бронкса. Линда относилась к мисс Роллинг с огромным уважением и даже отчасти преклонялась перед ней. Во всяком случае, Линда понимала, что у Беатрис можно многому поучиться.

Свой бизнес Беатрис начала в двадцать три года практически с нуля, имея за спиной диплом магистра Рокфеллерского университета, мечту детства и непомерные амбиции. С таким образованием Беатрис легко могла влиться в число «белых воротничков», консультировала бы фирмы или сидела в банке, но она предпочла начать свое дело. Тот факт, что в Нью-Йорке салоны красоты можно встретить чуть ли не на каждом углу, ее совершенно не беспокоил. Беатрис была уверена в себе. Она не просто планировала, она знала, что через несколько лет именно ее салон если и не станет самым лучшим, то уж точно войдет в двадцатку ежегодного обозрения журнала «Прически». Для этого нужно лишь хорошо поработать. А это Беатрис умела делать, какой бы легкомысленной и поверхностной ни казалась. Один из ее мужчин сказал: «Это не женщина, а противоречие» – и был прав.

Вот, например, сегодняшний день, несмотря на множество дел в салоне, она посвятила себе: обновила прическу, сделала маски для волос и лица, провела два часа на массаже и честно полчаса предавалась аромотерапии в затемненной комнате. Пять часов, проведенных в салоне, многие посчитали бы впустую потраченным временем, только не Беатрис. Выходя из салона, она чувствовала себя уставшей, расслабленной до беззащитности, но совершенно счастливой.

Эффектным жестом Беатрис поправила роскошные белокурые волосы, уложенные мягкими волнами, и бросила быстрый взгляд в одно из бесчисленных зеркал. Волосы, словно шелк, отражали рассеянный свет, отчего казалось, будто вокруг головы Беатрис распространяется легкое сияние. Приятного медового оттенка кожа лица сияла молодостью и свежестью. Огромные голубые глаза, оттененные длинными черными ресницами, смотрели прямо и открыто, но и не без доли игривости. Беатрис была довольна результатом.

– Мисс Роллинг, если поставщики… – начала Линда, но тут же была прервана изящным взмахом руки.

– Сегодня у меня выходной! – сообщила Беатрис. – Все проблемы я решу завтра, вторник – удачный день для переговоров.

Выходные у нее всегда «плавали» в зависимости от предсказаний гороскопов. Линда уже знала, что сегодня Беатрис должна посвятить день себе. Администратор пожала плечами, это не ее дело, ведь выходной для мисс Роллинг – святое, и все же Линда думала, что хоть иногда можно отойти от этого правила, все же это бизнес.

– Дорогая моя, – тоном старшей опытной подруги сказала Беатрис, – если ты хочешь сохранить молодость и красоту как можно дольше, научись отдыхать. Нет такой проблемы, что не могла бы подождать, пока ты делаешь маникюр. Женщины, которые этого не понимают, слишком быстро становятся похожими на мужчин. А этого мы никак не можем допустить!

Беатрис подмигнула девушке и довольно улыбнулась. Еще пару лет назад Линда с пеной у рта начала бы спорить с Беатрис, но она уже убедилась в правоте хозяйки. К удивлению Линды, ни один поставщик не расторг с ними контракт только потому, что мисс Роллинг делает укладку или массаж. Зато она всегда великолепно выглядела, да и чувствовала себя отлично. За три года работы у Беатрис Линда ни разу не помнила, чтобы хозяйка заболела. Даже в разгар гриппа, когда, казалось, во всем Нью-Йорке не было ни одного человека с носом нормального цвета, Беатрис была весела, здорова и свободно дышала.

– Наверное, вы правы, мисс Роллинг, но ведь этому не так просто научиться… – протянула Линда.

– Проще чем ты думаешь! – уверенно сказала Беатрис. – Нужно лишь очень сильно себя полюбить. Ладно, тебе нужно работать, а я еще должна успеть к доктору Моррану. Завтра обсудим твоих поставщиков. Пока!

Беатрис напоследок еще раз осветила холл салона своей улыбкой и выпорхнула за дверь. Линда задумчиво посмотрела ей вслед. Загадок в мисс Роллинг хватало с избытком, со многим Линда могла спокойно смириться: и с выделением обязательного выходного, и с упорным стремлением выглядеть не деловой леди, а ветреной красоткой, но страсти Беатрис к гороскопам Линда не понимала.

Каждую неделю мисс Роллинг приводила свои планы в соответствие с персональным гороскопом, который для нее разрабатывал астролог доктор Морран. Линда искренне считала его шарлатаном, но спорить с Беатрис не решалась. В конце концов, они живут в свободной стране, и, если мисс Роллинг так хочется приводить всю свою жизнь в соответствие с туманными пророчествами лжедоктора, запретить ей это никто не может.

Линда неодобрительно покачала головой, убедившись, что хозяйка ее не увидит, и вернулась к работе. У нее выходной еще не скоро.

А что, если и правда махнуть на все рукой и посвятить день себе? Пусть сестра сама разбирается со своими оболтусами, а мама переживет один семейный обед без моего обязательного присутствия, заодно сберегу себе нервы.

Она тихонечко вздохнула, понимая, что никогда не сможет жить так беззаботно, как Беатрис. Для этого нужно было родиться Беатрис Роллинг – белокурой бабочкой с ослепительно-яркими крыльями.

Сама же Беатрис и представить не могла, что ее слова так сильно повлияют на Линду! Ей просто вдруг захотелось поддержать девушку, помочь ей вырваться из порочного круга, куда та сама себя загнала. Всегда внимательная и аккуратная сотрудница нравилась ей, но иногда Беатрис становилось жаль Линду. Три года проработать на одном и том же месте, ни разу не попросить повышения зарплаты, смиренно выносить каждый выходной сопливых племянников и матушкины нравоучения. Беатрис взвыла бы от такой жизни!

Нет, она любила детей, особенно ей нравились чужие дети на фотографиях. Этакие умильные карапузы. Да и с родителями Беатрис повезло: они старались не мешать дочери, ограничиваясь звонком раз в месяц с отчетом о том, что дома все в порядке. И, несмотря на это, Беатрис знала, что ее отношения с матерью гораздо более сердечные и доверительные, чем у той же Линды.

Впрочем, Беатрис обладала еще одной очень полезной в современной жизни чертой: едва вопрос переходил в статус созерцательного и философского, Беатрис тут же оставляла его. Она предпочитала заниматься делом, решать те проблемы, что действительно важны сейчас, о вечном пусть думают другие, у нее и без того много дел.

Грациозной походкой Беатрис летела по тихой улочке спального района. Она неспроста открыла свой салон именно здесь. В дорогих многоэтажных домах жили «белые воротнички». Женщины проводили всю рабочую неделю на Манхэттене, запертые в душных офисах и строгих костюмах. И ехать на остров в выходные, чтобы сделать стрижку? Какой ужас! Уж лучше пройтись по чистой, засаженной деревьями улице, хоть на несколько часов сбиться с сумасшедшего темпа большого города, остановиться, сделать вдох и почувствовать, что ты женщина. А где это лучше всего ощущается, как не в салоне красоты? А вот и замечательное заведение буквально в двух шагах от дома.

Расчет Беатрис оказался верен. У салона уже был достаточно широкий круг постоянных клиентов, и все время появлялись новые. Высокое качество услуг, сравнительная дешевизна, приятная атмосфера делали заведение Беатрис популярным, а значит, прибыльным. В последние несколько месяцев она начала задумываться о расширении бизнеса.

Но об этом она собиралась подумать завтра, и то, если будет время, ведь за один день наверняка накопится гора неотложных дел!

Я становлюсь похожей на Линду! – осадила себя Беатрис.

Усилием воли она замедлила шаг, с интересом осмотрелась вокруг, подметила несколько восхищенных взглядов редких прохожих и окончательно пришла в себя.

У меня выходной. Сейчас съезжу к доктору Моррану и буду готовиться к свиданию с Дарелом. Он обещал нечто незабываемое. Интересно, что на этот раз?

С Дарелом Беатрис познакомилась несколько лет назад. Редкий мужчина не обращал на нее внимания, Дарел, как и все остальные, попытался пофлиртовать с ней, но в тот момент Беатрис строила «серьезные» отношения с одним из бесчисленных ухажеров, однако в который раз ничего не получилось. Беатрис пожала плечами и решила, что это просто не ее мужчина. И тут вновь появился Дарел. Их отношения развивались медленно, словно книжный роман: совместные прогулки, ужины в ресторане, свидания под луной, поездки на уик-энд в какое-нибудь тихое, забытое цивилизацией местечко.… Да и сейчас, хотя встречались они уже два года, что для Беатрис было личным рекордом, Дарел все еще удивлял ее, например тем, что до сих пор не предложил жить вместе. И она была благодарна ему, потому что не знала, как ответить на это предложение.

Но даже безмерно увлеченная собой Беатрис заметила, что в последние недели Дарела словно подменили. Он старался встретиться с Беатрис каждый день, а если вдруг не получалось, обязательно звонил, дарил шикарные букеты, шоколад, приятные мелочи и забавных плюшевых медведей (которых Беатрис тут же отдавала племянникам Линды) – в общем, старался изо всех сил вернуть в их отношения романтику. Беатрис с интересом наблюдала за этими попытками и гадала: может быть, он хотел задать главный вопрос? Но что же ей ответить?!

А может быть, спросить совет у доктора Моррана?

Беатрис даже замерла на секунду. Почему она раньше не думала об этом? Ведь каждый важный шаг она согласует с расположением звезд. Что бы ни говорили окружающие, как бы ни ухмылялись и ни переглядывались за спиной, Беатрис верила, что жизнь человека подчинена высшим законам движения. Разве человек не частица Вселенной? Но и научные, или псевдонаучные, объяснения Беатрис не слишком волновали. Еще будучи подростком, она увлеклась астрологией и поняла: правильно составленный гороскоп не может врать. Правда, сама Беатрис к этому моменту уже решила, что откроет салон красоты в Нью-Йорке, а распыляться на два дела она не собиралась, поэтому пришлось долго и мучительно искать астролога.

Это как с врачом – или вы нашли общий язык и тогда излечение пойдет быстрее, или вы как два крота на поверхности бродите, бродите, а результат нулевой.

Только переехав в Нью-Йорк, несколько раз серьезно разочаровавшись, Беатрис встретилась с доктором Морраном и вздохнула с облегчением. Вот он, ее астролог, а значит, дальше жить будет легче. К медицине или философии доктор Морран не имел ни малейшего отношения, а степень доктора получил по окончании Международного института астрологии.

Беатрис не раз убеждалась, что звезды могут подсказать, предостеречь, направить, и всегда старалась следовать их советам. Даже странно, что в таком важном деле, как личные отношения, она до сих пор не привлекла для консультации небесные светила.

Вытащив из сумочки телефон, Беатрис вызвала из записной книжки на дисплей номер и настойчиво дождалась, пока Дарел возьмет трубку.

– Милая, у меня совещание, – чуть различимо сказал Дарел.

Беатрис с усмешкой представила, как этот широкоплечий мужчина прячется под столом с телефонной трубкой у уха. Но тут же осадила себя, не дав фантазии разгуляться. Все же Дарел работает…

– Дарел, в котором часу ты родился? – спросила она.

В трубке несколько секунд была лишь тишина.

– В семь тридцать пять, ты все равно не отстанешь, – устало пробормотал он.

– Утра или вечера? – уточнила Беатрис. – Дарел, это очень важно!

– Утра, утра. Все, пока. Встретимся в семь.

– Целую! – счастливо пропела Беатрис и отсоединилась.

Теперь можно составить точный гороскоп для Дарела. Ну почему она раньше этого не сделала? Может быть, ей уже давно нужно было предложить Дарелу переехать, вдруг именно он ее судьба?

Беатрис подняла руку, и тут же рядом с ней остановилось такси.

Отношения у нас ровные, думала Беатрис, сидя в машине. Дарел явно старается угодить мне, ему нравится, когда мне хорошо, и мне нравится, когда ему хорошо. Мне кажется, мы отлично поладили бы. Ладно, скоро я все узнаю.

Салон доктора Моррана располагался рядом с кладбищем Гринвуд, вероятно, таким образом сам звездочет нагнетал мистицизм. Сам салон представлял собой несколько затемненных комнат, полных старых книг, звездных карт, глобусов луны и небрежно разбросанных листков, испещренных странными значками. Беатрис мало обращала внимания на весь этот мистический мусор. Доктор Морран сразу же понял, что перед ним не восторженная глупышка, а человек, достаточно хорошо разбирающийся в его ремесле. С этого момента Морран перестал изображать перед Беатрис помесь алхимика и мага, старался встречаться с ней в обычной тройке и даже шутил по поводу новой «мистической» книги или хрустального шара.

Беатрис была здесь постоянной клиенткой и являлась всегда в часы, назначенные доктором Морраном, поэтому администратор – или секретарь? Как назвать эту должность в астрологическом салоне? – пропускала Беатрис в комнату к доктору без вопросов.

Каждый раз, глядя на эту девицу с затуманенным взором, кучей оберегов на шее и постоянно грязными волосами, Беатрис искренне радовалась тому, что в ее салоне работает подтянутая и аккуратная Линда. Но доктору Моррану виднее, кого брать на работу, а серьезная Линда в этот интерьер никак не вписалась бы.

Беатрис кивнула девушке и прошла в кабинет астролога.

– Здравствуйте, мисс Роллинг! – обрадованно приветствовал ее доктор Морран. Он встал из-за стола и пожал руку гостье.

– Здравствуйте, доктор Морран.

Беатрис ослепительно улыбнулась, скорее по привычке. У нее ни разу не появлялось мысли соблазнить доктора Моррана, или хотя бы проверить на нем свои чары.

Она села в предложенное кресло и подождала, пока астролог усядется.

– И зачем я заказал это пыточное кресло? – с тоской спросил доктор Морран, ёрзая. – А все работа на публику.

– Но ведь публике нравится? – с улыбкой спросила Беатрис.

– Пока не жалуются. Я ваш гороскоп на следующие две недели закончил, мисс Роллинг. – Астролог решил перейти к делу, он выкроил для Беатрис всего десять минут в своем плотном графике. Поводов жаловаться на недостаток клиентов у него не было.

– С ним что-то не так? – с тревогой спросила Беатрис. Обычно доктор Морран отправлял готовые гороскопы ей по электронной почте – пример успешного союза мистики и электроники – и просил приехать лишь в тех случаях, когда звезды пророчили что-то важное.

– Наоборот! – Доктор Морран широко улыбнулся, предвкушая сообщить радостную новость. – Ваш гороскоп хорош, как никогда. Просто я хотел обратить ваше внимание вот на этот аспект. Подойдите ко мне, если несложно.

Беатрис кивнула и встала за спиной астролога. Он открыл на ноутбуке карту неба и принялся показывать на ней планеты и созвездия, под влиянием которых должны были пройти ближайшие две недели жизни Беатрис.

– Видите, под каким углом стоит Меркурий по отношению к Земле? Понимаете, что это значит?

– Важная встреча, – тихо сказала она, узнавая эту комбинацию.

– Да, верно, но если учесть то, что Венера сейчас в знаке Близнецов, мы можем сделать вывод: встреча носит романтический характер. И не просто романтической, мисс Роллинг. Видите, что творит Водолей? Скоро вы встретите свою судьбу.

Доктор Морран довольно улыбнулся, снял с крупного носа очки, глазки его вдруг стали маленькими, словно у поросенка. Беатрис поняла, почему доктор до сих пор не сменил очки на контактные линзы. Астролог подышал на очки, протер их, давая клиентке время обдумать его слова.

– И… как скоро произойдет эта встреча? – спросила она, еще до конца не осознавая свершившееся.

– В ближайшие несколько часов! – победно заявил астролог.

Беатрис недоверчиво – наверное, впервые в жизни! – посмотрела на карту.

– Так точно?

– Знаете, мне редко удается сделать такой точный прогноз, именно поэтому я попросил вас приехать. Вы одна из тех немногих, кто действительно способен осознать мой триумф.

Против воли Беатрис улыбнулась. Это действительно был триумф.

– Я хотел просить у вас разрешения показать ваш гороскоп на следующей конференции. Конечно, анонимно.

– Да-да, разумеется! – легко согласилась Беатрис, все ее мысли занимало предсказание.

А ведь она только собралась сделать гороскоп совместимости! Как странно иногда поворачивается жизнь…

– И что же мне теперь делать? – спросила скорее у себя Беатрис.

– Ждать и не упустить подарок судьбы. И не бояться! – ответил доктор Морран.

– Скажите, а это может быть уже знакомый мне человек?

Астролог задумался, внимательно разглядывая карту.

– Если бы не Меркурий… – пробормотал он. – Нет, мисс Роллинг, это незнакомый мужчина. Я уверен процентов на девяносто девять.

– Но ведь остается один процент, – улыбнувшись, сказала Беатрис.

Она уже взяла себя в руки и теперь была благодарна доктору Моррану за предупреждение. А что с этим дальше делать, астролог сказать не мог, теперь все зависит от решения Беатрис. Может быть, сюрприз Дарела вовсе не случаен?

– Ну что же, мне пора. Спасибо, доктор Морран.

– Что вы, это моя работа. Всего хорошего, мисс Роллинг. Полный гороскоп я вам уже отправил.

– До свидания! – попрощалась Беатрис и вышла из кабинета.

Она так глубоко погрузилась в свои мысли, что даже не кивнула администратору доктора Моррана. Впрочем, странную девушку это не должно было обидеть.

Беатрис вышла на улицу и в нерешительности остановилась. Ей нужно было подумать, что делать дальше. Доктор Морран так уверенно говорил о встрече с судьбой, да и сама Беатрис что-то смутно помнила о таком расположении планет, в частности, что это очень редкая комбинация. Да, наверное, она сулит важную встречу.

Но ведь я люблю Дарела, подумала Беатрис. Какая встреча может быть, если у меня уже есть любимый человек? А вдруг я ошибаюсь? Ведь не зря я никак не могу решиться…

Она осмотрелась и решила прогуляться по старому кладбищу, там ей всегда хорошо думалось. Беатрис была так глубоко погружена в свои мысли, что очнулась и принялась смотреть по сторонам, только когда услышала гудок клаксона. В следующий момент она почувствовала удар и, пытаясь удержать равновесие, неловко взмахнула руками. Нога подвернулась, но Беатрис в последний момент схватилась за бампер автомобиля и заметила, как побелел его водитель.

– Уф, – пробормотала Беатрис, уже понимая, что с ней все в порядке.

Мужчина выскочил из машины и бросился к ней. Он подхватила Беатрис под руку и трясущимися руками принялся отряхивать ее платье.

– Как вы себя чувствуете? – спросил он, чуть заикаясь.

– Все нормально, не переживайте! – ответила Беатрис. – Как ужасно! Я всегда внимательно перехожу дорогу, а тут вдруг задумалась.… Но со мной все в порядке, честно.

Мужчина вздохнул с явным облегчением. За его машиной уже скопилась очередь, и недовольные водители принялись сигналить.

– Садитесь в машину, я подвезу вас, – предложил он.

– Нет, что вы, я сама прекрасно дойду, – попыталась отказаться Беатрис.

– Садитесь. Вдруг это судьба?

Беатрис вздрогнула и внимательно посмотрела на него. Буквально десять минут назад доктор Морран сказал ей: «Ждать и не упустить подарок судьбы. И не бояться!» – неужели она посмеет ослушаться советов звезд?

Конечно, посмеет! Это Беатрис знала точно. Но почему бы сначала не разобраться? Да и водители сигналили изо всех сил.

– Поехали! – сказала она. – А то можно оглохнуть от этого шума!

Мужчина улыбнулся, открыл ей дверцу и сел за руль.

– Куда вас подбросить?

– Вообще-то мне нужно в Бронкс, но если у вас нет времени… – засомневалась Беатрис.

– Поехали! – не раздумывая, согласился он. – Кстати, меня зовут Ник Блейд.

– Беатрис Роллинг.

– У вас очень красивое имя, – сказал Ник, посмотрел на нее и добавил: – И глаза.

– Спасибо, – Беатрис почувствовал смущение.

Рядом с ней сидел очень привлекательный мужчина. Высокий, широкоплечий, его место было не в сутолоке большого города, а на борту яхты, а еще лучше бригантины. Чтобы ветер в лицо, хлопающие паруса над головой и расстегнутая белоснежная рубашка, открывающая позолоченную солнцем грудь, всю в бугристых мускулах….

Усилием воли Беатрис остановила разбушевавшуюся фантазию. Да, Ник очень привлекательный мужчина. Но мало ли она видела привлекательных мужчин? Бросаться ему на шею просто потому, что так велят звезды? Ну уж нет! Она верит предсказаниям, но есть еще самоуважение, а уж этим Беатрис поступаться не собиралась!

– Мне так неловко, что я вас сбил, – сказал Ник, уверенно лавируя в потоке машин.

Удивительно, он не нарушал правила, но ехал с приличной скоростью. И это в Нью-Йорке!

– Я сама виновата. Задумалась, не смотрела по сторонам. Честно скажу, со мной еще ни разу такого не случалось.

– Наверное, у вас были серьезные причины для такой задумчивости?

– Да, я была на консультации у своего астролога, и он сказал, что меня сегодня ждет важное событие, – призналась Беатрис.

Она впервые видела Ника и, кто знает, увидит ли его вновь. Но почему же так легко ему все рассказывать? А ведь разговаривая с Дарелом о предсказаниях звезд, Беатрис до сих пор смущалась, словно была неуверенной в себе маленькой девочкой. Наверное, все из-за того, с каким высокомерно-покровительственным видом слушал ее рассказы Дарел… Но ведь все так относятся к ее увлечению. Или не все?

– У вас есть личный астролог?

– Да, и я постоянно пользуюсь его услугами! До сих пор звезды давали мне только дельные советы, – с легким вызовом заявила Беатрис.

Она украдкой посмотрела на Ника. Как он отреагирует? Его лицо было совершенно спокойным, и она против воли залюбовалась этими немного неправильными, но очень привлекательными чертами: нос с легкой горбинкой, высокие выделяющиеся скулы, губы тонкие, очень красивой формы, но обо всем можно забыть, стоит только посмотреть в его глаза!

Многие девушки позавидовали бы таким густым и длинным ресницам. Но они совершенно не лишали Ника мужественности, просто делали его глаза очень выразительными! Но все равно даже такое сокровище было не главным. Сами глаза – светло-карие, теплого янтарного оттенка, совсем как у тигра, разве что зрачок человеческий.

Интересно, а тигры обладают гипнотизирующим взглядом? – вдруг подумала Беатрис и укорила себя за такие мысли. Что это с ней сегодня творится?

– А я вот никогда не читал гороскопы, – признался Ник, то ли не замечая, то ли игнорируя рассматривания.

– Может быть, вы и правы, – спокойно сказала она. – Те гороскопы, что печатаются в еженедельниках на последней странице, читать не стоит – глупая трата времени: ничего конкретного, а чаще всего просто ложь. Но профессионально составленный гороскоп совсем другое дело!

– Честно признаться, я не могу понять, как звезды могут повлиять на мои поступки.

Ник улыбнулся, совершенно искренне и открыто. На щеках его появились ямочки. Если бы не Дарел, я бы в него влюбилась! – подумала Беатрис, рассматривая эту чудесную улыбку.

– Человек сам принимает решения, не зря же у него есть свобода воли, – принялась объяснять Беатрис. – Звезды не могут руководить нами, они могут лишь указывать, направлять, помогать. Свою судьбу мы строим своими руками.

– Наверное, вы очень сильный человек, мисс Роллинг.

– Зовите меня просто Беатрис.

– Тогда я – просто Ник и на «ты».

– Договорились! А почему я сильный человек?

– Ты так уверенно говоришь о самостоятельности, свободе выбора. А мне всегда казалось, что те, кто верит гороскопам, слабовольные, зависимые люди и что предсказаниями они пользуются лишь потому, что не знают сами, как поступить.

– О! Поговорил бы ты с моей мамой! – рассмеялась она. – Я с пеленок твердо знала, что мне нужно делать.

– А я бы не отказался поговорить с твоей мамой! – вдруг сказал Ник.

– Странно, обычно мужчины боятся знакомства с родителями, – поддела его Беатрис.

– Ты не соответствуешь моим представлениям о любителях гороскопов, я не соответствую твоим представлениям о мужчинах, по-моему, у нас получилось очень интересное знакомство.

– Да, с этим сложно спорить, – согласилась Беатрис. – Кстати, звезды сегодня предсказывали мне интересную встречу!

– Серьезно?

– Серьезно!

– А мне предсказывали? – поинтересовался Ник.

– Для того чтобы ответить на твой вопрос, нужно составить гороскоп твоего рождения, а уж потом составлять ежедневные гороскопы.

– С первой частью все просто. Я родился восемнадцатого февраля шестьдесят пятого года. Теперь ты можешь составить мой гороскоп?

– В детстве я увлекалась астрологией, но потом поняла, что на все меня не хватит, – ушла Беатрис от вопроса, но дату рождения Ника запомнила. Мало ли…

– Были еще какие-то увлечения?

– Почему же были? Я всегда мечтала открыть свой салон красоты. И сделала это! Я даже поступила со стипендией в Рокфеллеровский университет.

– В Рокфеллеровский университет? – переспросил Ник. – Я тоже там учился!

– Когда?

– О! Это было давно. Думаю, мы не пересекались.

– Так уж и давно?

– Я его окончил почти пятнадцать лет назад.

– Да, мы не пересекались, – согласилась Беатрис. – Знаешь, даже жаль.

– И все же у нас есть кое-что общее! – торжественно заявил Ник. – У вас преподавал высшую математику профессор Корридж?

– Да. – Беатрис улыбнулась воспоминаниям.

– Удивительно. Он был ужасно старым, уже когда я учился!

– Мне кажется, он что-то вроде достопримечательности университета и будет преподавать вечно.

Ник рассмеялся.

– Мне еще ни с кем не было так просто и легко, как с тобой, – признался он. – Что ты делаешь сегодня вечером?

Беатрис огорчилась, думая, что придется отказывать Нику, а ведь и ей с ним очень легко и просто! Но тут у нее зазвонил телефон.

– Извини. – Она виновато улыбнулась и полезла в сумочку. – Алло?

– Беатрис, дорогая, мне так жаль, но сегодня вечером ничего не получится! – Голос у Дарела и правда был расстроенным. – Мне придется уехать на пару дней в Филадельфию. Ты же понимаешь, работа. Я очень виноват перед тобой, но ведь у нас еще будет много вечеров? Да?

– Да, конечно.

– Ты не обижаешься на меня?

– Ну что ты! Я все понимаю.

– Я позвоню, как только вернусь, – пообещал Дарел.

– Да, до встречи.

Беатрис закрыла телефон и задумчиво посмотрела на него. И как после этого можно не верить в судьбу? Она случайно встречает Ника, с которым ей так легко, будто они знают друг друга с рождения. И только он приглашает ее на свидание, как у Дарела появляются неотложные дела!

– Это был твой бойфренд? – спросил Ник, сразу же мрачнея. – Как же я сразу не подумал, что такая красивая девушка просто не может быть одна.

– Да, Дарел мой бойфренд, – спокойно ответила Беатрис. – Твое приглашение еще в силе?

– А разве… – Ник запнулся, не решаясь поверить своему счастью.

– Позволь мне самой разбираться со своей совестью, – мягко сказала Беатрис.

Я не делаю ничего плохого! – подумала она. Ник не предлагает мне остаться у него на ночь, замуж не зовет. И, может быть, мы с Ником станем друзьями. Я ведь знаю, что дружба между мужчиной и женщиной возможна. А Ник такой интересный!

– Мне будет очень плохо, если я пойму, что из-за меня ты страдаешь, – спокойно и веско сказал Ник.

– Но ведь это зависит только от тебя!

Ник задумался, потом махнул свободной рукой, улыбнулся и сказал:

– Сегодня нас ведет судьба, не так ли? – спросил он.

– Получается, что так! – Беатрис развела руками.

– Значит, не будем ей противиться. Ты попала под мою машину, я виноват перед тобой…

– Это я не смотрела по сторонам!

– Но за рулем был я. Мне следовало еще больше сбросить скорость перед светофором. В любом случае я должен искупить свою вину. Сегодня вечером я приглашаю тебя в ресторан.

– Отлично! Во сколько?

– Тебе будет удобно, если я заеду за тобой в половине восьмого?

– Вполне.

– А куда мне приехать?

– Сейчас поверни налево, потом через два квартала еще раз налево и остановись у желтого многоэтажного дома. Здесь меня и встретишь.

– Ты там живешь?

– Да. Хотела небольшой домик в пригороде, но пока не могу себе позволить.

– Превратности бизнеса? – сочувственно спросил Ник.

– Нет, просто пока мне здесь жить удобнее. Да и зачем одинокой девушке загородный дом? Ну вот, мы приехали. Спасибо, Ник.

– Не за что. Я просто обязан был тебя довезти.

– Хорошо, тогда спасибо за интересное знакомство и за подтверждение.

– Подтверждение чего?

– Того, что я права. – Беатрис открыла дверцу и вышла из машины. – До встречи!

– До встречи!

Ник помахал ей рукой и ловко выехал в сплошной поток. Беатрис покачала головой. И как только ему это удается? Сама она просто боялась садиться в Нью-Йорке за руль! Уж лучше такси.

Беатрис поднялась на лифте на четырнадцатый этаж. Едва двери открылись, у нее перехватило дыхание. Вся лестничная клетка была заставлена белоснежными розами. Она еле смогла подойти к двери и под ручкой нашла записку.

«Надеюсь, это хоть как-то меня извинит. Твой Дарел».

Беатрис вздохнула и посмотрела на цветы. Она сходит с ума! Зачем она согласилась на это свидание? Зачем ей Ник, если есть Дарел? Разве это цветочное сумасшествие не доказывает чувств Дарела? Что ей еще нужно?

Она покачала головой и открыла дверь. Жест Дарела тронул ее, но теперь предстояло куда-то поставить все эти цветы!

Стоило бы отказаться от встречи с Ником, думала Беатрис, наливая в высокую кастрюлю воду – у нее было еще множество цветов, а вазы закончились. Но у меня нет его телефона, и будет очень нехорошо, если он простоит под моими окнами, а я так и не выйду. Ладно, сегодня вечером схожу, но ничего Нику не позволю!

Беатрис улыбнулась своим мыслям. Она почему-то была уверена, что Ник сам себе ничего «такого» не позволит.

Она старательно готовилась к этому свиданию: ванна с ароматической пеной, укладка, яркий вечерний макияж и красивое платье. Ровно в половине восьмого Беатрис застегнула босоножки на сумасшедшем каблуке. Ник был выше ее не меньше чем на голову, поэтому Беатрис могла позволить себе каблук любой высоты.

Увидев ее, Ник не удержался и присвистнул.

– Выглядишь сногсшибательно!

– Спасибо, – с достоинством поблагодарила Беатрис.

Она и сама знала, что в этом алом платье целомудренной длины до середины колена, но с вызывающим вырезом она кажется королевой. Хотя зачем скромничать? Не кажется, а является.

Ник помог ей сесть в машину, и вскоре они ехали по оживленным улицам. Беатрис почти сразу поняла, что направляются они к Риверсайд-драйв, улице модных бутиков и ресторанов.

– Куда мы едем? – спросила Беатрис.

– Я заказал столик в «Герольде».

– Отличный выбор, – прокомментировала она.

Ресторан «Герольд» появился совсем недавно, но уже получил положительные отзывы прессы и критиков. Беатрис еще ни разу не была в этом престижном заведении, все не хватало времени.

Одета я в самый раз для «Герольда», подумала Беатрис, расправляя платье на коленях.

Но в ресторане, занимающем два этажа шикарного особняка, их ждало разочарование. Взмыленный метрдотель, рассыпаясь в многочисленных извинениях, сообщил, что произошла накладка и их столик уже занят, а другого не предвидится в ближайшие несколько часов.

– Мне так неловко! – причитал он. – В качестве извинения мы предоставим вам скидку на следующий обед в размере двадцати процентов.

Он с поклоном протянул Беатрис карточку с золотым тиснением, но она вернула дисконт, сообщив ледяным тоном:

– Не стоит. Больше я здесь не появлюсь.

И расскажу об этом случае всем, кому только можно! – мысленно добавила Беатрис.

Ник холодно кивнул головой расстроенному метрдотелю и подал руку спутнице.

– Мне тоже ужасно жаль, что наш вечер испорчен, – сказал он в машине. – Во всех заведениях, достойных тебя, столик нужно заказывать заранее.

– Тогда давай посетим какое-нибудь местечко, меня не достойное, – предложила Беатрис. Ей не хотелось терять этот вечер, кто знает, сможет ли она в следующий раз так легко забыть о Дареле?

Ник просиял.

– Я знаю один чудесный бар. Ты любишь пиво?

– Честно говоря, не очень.

– Тогда тебе мы закажем эгг-ног.

– С яйцами? – поморщилась Беатрис.

– Не думал, что ты такая капризная.

Ник широко улыбнулся. Через пару минут он припарковал машину, с трудом втиснувшись между потрепанным седаном и грязным «порше».

– Нам сюда, – сообщил Ник, указывая на неоновую вывеску, в которой не горели несколько букв. – Если ты, конечно, еще не передумала.

Беатрис огляделась вокруг и удивленно вскинула брови.

– Ты со своей чистой и дорогой машиной здесь так же чужероден, как и я в платье за полторы тысячи долларов.

– И зачем вы, женщины, отрываете ценники?

– Для меня важно, чтобы вещь была хорошей и шла мне. Жаль, но большинство таких тряпок стоит безумных денег. Мое платьице еще достаточно дешевое. Так мы идем?

– У тебя боевое настроение?

Беатрис вместо ответа широко улыбнулась.

Когда они вошли в темное помещение бара, точнее паба, музыка и голоса затихли и на странную пару уставились несколько десятков глаз.

– Привет всем! – беззаботно махнул рукой Ник и повел Беатрис к стойке бара.

– Мне как обычно, а даме какой-нибудь интересный коктейль, но без яиц, – сделал он заказ и лениво облокотился на стойку.

– Ты здесь явно не в первый раз. – Беатрис присела на высокий табурет и изящно скрестила ноги.

– Да. Мои предки из Ирландии. Я чту традиции семьи.

– Что-то ты не похож на ирландца, – усмехнулась Беатрис.

– У меня душа ирландца.

– Тянет на Изумрудный остров? – поинтересовалась она.

– Честно говоря, мне вполне хватает этого бара. Я американец, житель Нью-Йорка, в компании овец я быстро сошел бы с ума.

Подали их напитки, и Ник поднял бокал, предлагая тост:

– За то, чтобы мы всегда были там, где наше место.

Беатрис прикоснулась бокалом к кружке Ника и с опаской сделала глоток. Она не знала, что было в коктейле, но вкус, определенно ей понравился.

Ник принялся рассказывать о красотах Ирландии, где побывал еще в студенческие годы, но его повествование было прервано самым некорректным образом.

– Эй, Ник, приятель, что за цацу ты притащил к нам? – поинтересовался огненно-рыжий детина, в чьих корнях сложно было усомниться.

– Патрик, даром тебя назвали именем просветителя, ты как был неотесанным хамом, так и остался, – попенял ему Ник.

– Я еще никогда не знакомился с такими дамочками, и мне стало интересно. Так ты представишь нас?

– Действительно, Ник, пора бы уже и познакомить меня со своим другом.

Рыжий не уловил сарказма в ее голосе, но Ник все понял прекрасно.

– Знакомься, Беатрис, это Патрик, мой знакомый, – подчеркнул Ник. – Патрик, это мисс Роллинг.

В этот момент небольшой, явно любительский оркестр грянул какую-то быструю мелодию. Беатрис успела заметить, как в глазах Патрика заплясали чертенята.

– Такая ухоженная и богатая цыпочка явно не снизойдет до того, чтобы потанцевать с грубым и неотесанным Патриком? – поинтересовался он.

Ник приподнялся, явно чтобы дать пинка непрошенному гостю, но Беатрис жестом остановила его.

– Я не знаю этих танцев, – сказала она и, увидев на лице Патрика довольную ухмылку, добавила: – Но если вы будете вести, почему бы и нет.

Патрик поклонился и подал ей руку. Беатрис улыбнулась Нику, подмигнула ему и вышла на танцевальную площадку. Народ сразу же расступился, с интересом глядя на них.

Партнер положил обе руки ей на талию. Замешкавшиеся было музыканты грянули вступление, и через секунду вихрь стремительного танца увлек Беатрис. К ее удивлению, Патрик на самом деле оказался отличным партнером, а танец был не так уж и сложен: всего несколько повторяющихся па. Но зато как весело!

В мельтешении лиц, одежд, рук и тел Беатрис быстро потерялась. Музыка вихрем уносила ее, но отдаться танцу до конца не получилось: в круговерти ярких пятен Беатрис успела заметить, как Ник обнял за талию какую-то девицу и закружился с ней. Беатрис вдруг расхотелось танцевать.

Кто-то вдруг крикнул:

– Смена партнеров!

Она так и не поняла, как же получилось, что рядом с ней оказался не рыжий Патрик, а Ник. Но уже его сильные руки сжимали тонкую талию, его сердце билось на расстоянии нескольких сантиметров, его смех звучал в ушах.

Беатрис чувствовала, как безумие танца захватывает ее, кружит голову, сводит с ума. Она не хотела, чтобы музыка заканчивалась, не хотела, чтобы Ник разжимал объятия, она хотела быть ближе. И это желание было таким сильным, что Беатрис испугалась.

Танец закончился, музыканты раскланялись, собирая заслуженные аплодисменты. Танцоры покидали площадку, спеша утолить жажду кружкой-другой пива. В общей сумятице Беатрис тихо шепнула Нику:

– Бал закончен, часы пробили двенадцать. Пора уходить.

Ник удивленно посмотрел на нее, но ничего не ответил, лишь пожал плечами.

По дороге домой они не разговаривали. Беатрис не знала, что она хочет сказать Нику и действительно ли хочет, а Ник просто боялся нарушить ее молчание.

– Ты обиделась из-за Патрика?

– Что? – переспросила Беатрис, увлеченная тяжелым выбором: попросить Ника больше не звонить или не стоит. – Патрик? Нет, что ты! Это было интересное приключение. Да и вечер в итоге удался.

– Но ты все время молчала, вот я и подумал…

– Дело не в тебе, Ник, и уж тем более не в Патрике. Дело во мне. Нужно подумать, а думать лучше всего в тишине.

Беатрис вымученно улыбнулась, и Ник ответил ей такой же улыбкой.

– Мы еще встретимся? – спросил он.

Беатрис знала, что нужно сказать «нет», но вместо этого зачем-то продиктовала номер своего телефона.

2

Уснуть у Беатрис так и не получилось. Утром ужасно раздражала не столько тяжелая голова и несвежий вид, сколько сам факт: из-за случайной встречи с Ником ее сон был испорчен. Во-первых, Беатрис искренне считала, что на свете не существует мужчин, из-за которых можно было бы не спать ночами. Во-вторых, на ее взгляд, самые серьезные проблемы могли подождать, если речь шла об отдыхе. И поэтому внезапная бессонница была вдвойне удивительнее.

Смотреть на себя в зеркало Беатрис не хотелось. Она и так знала, что там увидит: глубокие тени под глазами, вдруг проявившиеся морщинки, осунувшееся лицо. И это сегодня, когда у нее важная деловая встреча!

Лучше бы я вообще не встречала этого Ника! – сердито думала Беатрис, накладывая макияж. И как я теперь буду выглядеть? Нужно надеть что-нибудь нейтрального спокойного цвета, слоновая кость или что-то в этом роде, чтобы лицо так сильно не выделялось.

Она тихонечко вздохнула и отправилась к огромному платяному шкафу. Беатрис мечтала о собственном доме еще и потому, что там легко можно было бы сделать гардеробную. Современной женщине, следящей за собой и за модой, просто необходимо иметь много места для личных вещей!

Зеркальные створки разошлись в стороны и открыли бесчисленные платья и костюмы на плечиках и коробки с обувью. Беатрис задумчиво посмотрела на содержимое шкафа, еще раз тяжело вздохнула и начала перебирать одну вещь за другой. Наконец она остановила выбор на деловом костюме строгого покроя цвета слоновой кости. Лодочки на шпильке, изящная сумочка и золотая брошь на лацкан – сегодня она будет придерживаться классического стиля в одежде. Не все же время блистать!

Беатрис скрутила волосы жгутом и закрепила их несколькими шпильками. Строгая раковина или просто пучок были бы перебором. Она владелица салона красоты, а не учительница математики.

Прощальный взгляд в зеркало у двери немного приободрил Беатрис. Все же выглядит она отлично! Пусть не такой молодой, как обычно, но ведь молодость сама по себе не может быть достоинством. Как, впрочем, и недостатком. Уже закрывая дверь, Беатрис вспомнила, что не взяла папку с документами. Она покачала головой и вернулась в квартиру. Ей только девичьей забывчивости не хватало! Ох уж этот Ник Блейд.

Все-таки зря я дала свой телефон, расстроенно подумала Беатрис. Стоило мне провести с ним вечер, и я сама на себя не похожа! Да и вчера, если бы меня увидел кто-то из знакомых, не узнал бы. Танцую в убогом пабе с неотесанным потомком ирландцев под любительский оркестр! Нет, определенно мне не следовало давать Нику свой телефон. И вдруг он позвонит мне, когда Дарел будет рядом? Как мне тогда объясняться?

Беатрис почувствовала жгучее желание немедленно сменить номер. Но слишком много людей, в том числе и партнеров, нужно было бы оповещать об этом. Смена номера была для нее непозволительной роскошью.

Такси уже ждало у подъезда, и Беатрис, изящно сев в машину, назвала адрес.

Пора выбросить из головы всякие глупости! – сердито сказала она себе. Не время.

Она ехала на важную встречу с управляющим банком. Беатрис уже давно задумывалась над расширением бизнеса и планировала во время этой встречи обсудить возможность и условия предоставления кредита.

Ощутив под рукой успокоительную прохладу папки с документами, Беатрис немного пришла в себя. Мужчины – вечером, днем – дела. Почему бы ей и впредь не следовать этому замечательному принципу?

Сегодня слишком важный день, чтобы думать о мужчинах, пусть и таких привлекательных, как Ник, подумала она и тут же почувствовала, что начинает сердиться на себя, а заодно и на Ника.

Когда он позвонит – а в том, что Ник позвонит, Беатрис не сомневалась ни секунды, – я сразу же скажу, чтобы забыл этот номер. Нет, так будет очень грубо, просто попрошу больше мне не звонить. Уверена, он поймет, ведь он знает о Дареле. А вчера у меня было временное помешательство, но сегодня все уже прошло, и мне не хочется испытывать судьбу. Уж лучше все оставить, как есть, пусть даже доктор Морран меня и не одобрит…

Беатрис тихонечко вздохнула, вспомнив, как замерло ее сердце, когда она узнала о скорой встрече с чудом. Как она томилась этим ожиданием, и как что-то, чему нет названия, расправило крылья в ее душе, едва она поняла, что Ник и есть то чудо.

Да, я откажусь от чуда, от подарка судьбы, да все равно как его назвать! Пока от этой встречи у меня только неприятности: перед важными переговорами я думаю о случайном знакомом, вчера вечером у меня и мысли не возникло о том, что можно еще раз просмотреть бумаги, перед Дарелом мне теперь стыдно, да и выгляжу я не слишком хорошо… Нет, нужно отказаться от Ника, на двух стульях усидеть невозможно. У меня есть любимое дело, есть любимый мужчина, что мне еще нужно? Романтики? Но Дарел готов хоть каждый день засыпать меня цветами и устраивать ужины, обеды при свечах и подавать завтрак в постель. Да и в постели у нас все отлично. Нет, мне определенно нужно расширять бизнес, а то я уже не знаю, чего хочу.

Машина остановилась, и Беатрис, самым строгим тоном отдав себе приказ выбросить все посторонние мысли из головы, вышла из такси.

Она не раз бывала в этом банке. С управляющим Бернардом Боуи у нее сложились теплые, можно даже сказать, дружеские отношения. Когда они познакомились, Беатрис обивала пороги банков, чуть ли не выпрашивая кредит на свой салон. Бернард был простым менеджером, и, когда он начал настаивать на том, чтобы все же выдать кредит мисс Роллинг, предыдущий управляющий просто умыл руки и предложил Бернарду стать поручителем Беатрис. Бернард согласился и не прогадал. Кредит Беатрис вернула раньше срока, ни разу не задержав ни один платеж, директора банка заметили хватку молодого менеджера и повысили его, а через несколько лет мистер Боуи стал управляющим.

Беатрис прошла через огромный зал со множеством окошек и столиков и начала подниматься по лестнице. Кабинет Бернарда находился на третьем этаже, подальше от обычной банковской суеты. Секретарь в приемной приветливо улыбнулась Беатрис и сообщила, что мистер Боуи уже ждет ее.

Мысли о работе вытеснили мысли о Нике, и Беатрис, несказанно обрадованная этим фактом, вошла в кабинет Бернарда.

– Как всегда пунктуальна, – поприветствовал ее Бернард, поднимаясь из-за стола.

– Я рада видеть тебя, Бернард.

– И я рад. – Он жестом предложил Беатрис присесть в мягкое удобное кресло и сам сел рядом. Бернард не любил разговаривать с людьми через стол. – Чай или кофе?

Беатрис покачала головой.

– Нет, спасибо. Как твоя очаровательная жена?

Бернард был, наверное, единственным мужчиной, кто за все время знакомства с ней не попытался перевести отношения в горизонтальную плоскость. Он искренне и преданно любил свою жену, на взгляд Беатрис, ничем не примечательную простушку. Вот только сиятельная Беатрис иногда ловила себя на мысли, что завидует жене Бернарда, довольной жизнью домохозяйке.

Бернард улыбнулся и сложил пальцы домиком. Эта привычка всегда смешила Беатрис, и сейчас она с трудом удержалась от смешка.

– Кларисса чувствует себя отлично, у нас будет мальчик, – доложил Бернард.

– Ой, как здорово! Поздравляю! – Беатрис была искренне рада этой новости.

– Я так понимаю, ты ко мне не с визитом вежливости? – перешел Бернард к делу.

– Мне на самом деле было интересно узнать, как у вас дела! – Беатрис немного обиделась. Да, она не считала Клариссу ровней себе, но тихая и скромная жена Бернарда ей нравилась хотя бы потому, что она его жена.

– Ладно, я ведь знаю, что ты собираешься просить у меня денег.

– Не у тебя, а у твоего банка, – поправила его Беатрис. – Послушай, Бернард, я сама люблю заниматься делом, а не пустым трепом, но ведь нельзя же прийти к другу, сказать: «Дай мне денег», и тут же уйти, особенно когда в его жизни скоро случится важное событие.

Бернард хмыкнул и чуть пошевелил пальцами.

– Извини, я не хотел тебя обидеть и очень благодарен за заботу. У нас на самом деле все хорошо, а, как ни странно, когда все отлично, рассказывать вроде бы и нечего. – Бернард развел руками и тут же соединил пальцы, словно боялся надолго оставить их порознь.

– Ладно! – Беатрис махнула рукой. – В конце концов, я ведь к тебе за деньгами.

– Все же решилась на расширение?

– Чем дольше я об этом думаю, тем меньше у меня остается решительности, – призналась она. – В двадцать лет все по плечу и есть убежденность, что все будет хорошо, а сейчас, вспоминая все, что было, начинаешь задумываться, считать, волноваться…

– Никогда бы не подумал, что ты можешь быть такой нерешительной.

– Я была бы нерешительной, если бы не пришла к тебе.

– Ты же принесла документы? Сама понимаешь, если бы это были мои деньги, я бы отдал их тебе, даже не задумываясь, но это деньги банка, и я не могу предоставить тебе какие-то особенные условия. – Бернард чуть виновато пожал плечами.

– Мне не нужны особенные условия, меня вполне устраивает обычный кредит на развитие бизнеса. Я приготовила все бумаги по списку, который мне прислали твои менеджеры. – Беатрис вытащила из папки документы и передала их Бернарду. – Там же бизнес-план. Честно говоря, в этот раз дать мне кредит совсем просто.

Бернард взял документы и начал их просматривать.

– В залог отдаешь помещение?

– Да, больше у меня ничего нет.

– Я думаю, все будет в порядке. – Бернард посмотрел на часы. – Через пять минут придет финансист, которого мы вызвали по другому вопросу, но, думаю, он не откажется посмотреть и твои бумаги. Если он скажет, что все в порядке и твой бизнес-план будет работать, я дам тебе деньги завтра же.

– Ну, завтра они мне и не нужны. Я рассчитала еще месяц пожить спокойно.

– Разве ты сможешь спокойно уйти, если я тебе предлагаю подождать немного и узнать все из первых рук? – хитро улыбнувшись, спросил Бернард.

Беатрис тяжело вздохнула.

– Давай чай!

Бернард ухмыльнулся, повернулся к интеркому и попросил две чашки зеленого чая с долькой лимона. Он уже хорошо знал вкусы Беатрис.

– Пока у нас чайный перерыв, расскажи, как твои дела, – попросил Бернард.

– Как всегда. – Беатрис пожала плечами. – Работа, дом, свидания с Дарелом.

– А мне ты показалась какой-то странной. Я уж подумал, будто Дарел наконец сделал тебе предложение.

– Дарел достаточно умен, чтобы не спешить. Я ведь все еще не знаю, что ответила бы ему. А раз не знаю, не стоит и спрашивать.

– Замуж тебе нужно! – вздохнув, сказал Бернард. – Ты слишком самостоятельная.

– Чем же это плохо? – искренне удивилась Беатрис.

– Чем самостоятельнее человек, тем сложнее ему жить рядом с другим. Ты ведь знаешь, как сильно мы с Клариссой зависим друг от друга. Если в течение дня я ни разу не позвонил домой, я начинаю плохо себя чувствовать, особенно сейчас. Что будет, когда родится ребенок, просто не представляю!

Беатрис ласково улыбнулась и погладила Бернарда по плечу. Он вздохнул и похлопал ее по ладони.

– Наверное, это и есть любовь, – тихо сказала Беатрис.

– Тогда мне понятно, почему Дарел никак не решится сделать тебе предложение, – хмыкнул Бернард. – Может быть, тебе поискать какой-то другой вариант?

– Зачем, если меня пока все устраивает? – удивилась Беатрис. – И потом я люблю Дарела.

– Угу! – хмыкнул Бернард.

– Что ты хочешь этим сказать?! – возмутилась Беатрис.

– Ты все равно не поймешь.

– Если один человек не понимает, это значит, что другой плохо объясняет, – ядовито сообщила она.

– Допускаю, – легко согласился Бернард. – А еще это может значить, что первый просто не дорос до объяснений второго.

Беатрис фыркнула и собралась сказать Бернарду какую-нибудь гадость, но так и осталась сидеть с открытым ртом. Дверь кабинета открылась, и на пороге появился Ник.

– О, мистер Блейд! – обрадовался Бернард. – А мы как раз ждем вас. Познакомьтесь, мисс Роллинг, это мистер Блейд, наш финансовый консультант.

– Да мы уже знакомы, – растерянно произнес Ник и как-то виновато улыбнулся.

– Вот как? – удивился Бернард и посмотрел на Беатрис, она лишь кивнула, ни на миг не отводя взгляд от лица Ника.

– Ну тогда все становится гораздо проще! – заявил Бернард, пытаясь разрядить атмосферу. Он чувствовал, как воздух в его кабинете электризуется, но не мог понять причину этого явления.

– Мистер Блейд, мне кажется, что вы меня преследуете! – язвительно заявила Беатрис.

– А мне кажется, что вчера вечером мы были на «ты», – парировал Ник.

– Вчера вечером мы были в пабе, здесь, если вы заметили, вполне рабочая атмосфера.

– Здесь рабочая атмосфера, и поэтому вы должны были догадаться, что я никак не мог преследовать вас. – Ник намеренно выделял местоимения и смотрел в глаза Беатрис, словно старался подавить ее волю.

– Э-э-э, мне неловко прерывать вас, – ледяным тоном сказал Бернард, постепенно возвращая себе уверенность, – но я не хочу, чтобы мой кабинет превратился в поле боя.

Беатрис и Ник мгновенно остыли и отвернулись друг от друга.

– Так уже гораздо лучше. Я понятия не имею, что спровоцировало вас, мисс Роллинг, на конфликт, и знать не хочу. Все, что мне нужно, чтобы мистер Блейд просмотрел ваши бумаги и решил, будет ли ваш бизнес-план работать. И в зависимости от этого я приму решение о кредите. Вы меня поняли, мисс Роллинг?

Беатрис глубоко вздохнула, явно чтобы успокоиться, и сказала:

– Да, мистер Боуи, я все поняла.

При посторонних, особенно в помещении банка, они всегда вели себя как малознакомые люди.

– Вот и хорошо. Мистер Блейд, прошу вас.

Бернард протянул Нику папку с документами Беатрис и сел за свой массивный стол. Беатрис прекрасно поняла, что именно он хотел этим сказать, и пристыженно замолчала.

Что же это такое?! – сердито думала она, украдкой рассматривая Ника. Стоит ему появиться в пределах видимости, и я сразу же начинаю делать глупости. Вот сейчас сорвалась при Бернарде, наверняка он теперь думает бог знает что! Да еще и Ник: «Вчера вечером мы были на «ты»! Теперь придется объясняться с Бернардом, а он непременно расскажет все Клариссе, они начнут доставать меня своими советами, не понимая, что другим их стиль жизни может и не подойти. Ну вот, сколько проблем из-за одного человека!

Беатрис тихонечко вздохнула и тут же наткнулась на тяжелый взгляд Бернарда.

А ему стоило бы идти не в банковские служащие, а в священники, обличать пороки и ереси, мрачно подумала она и отвернулась.

Несколько минут в кабинете было тихо, лишь Ник шелестел листами.

– На первый взгляд все в порядке, – наконец сказал он. – Более детальное заключение я смогу вынести только после внимательного ознакомления с документами мисс Роллинг.

– Мне достаточно вашего слова, – остановил его Бернард. – Мисс Роллинг наш давний клиент, а мы доверяем своим клиентам. – Бернард повернулся к Беатрис и сказал: – Как только все бумаги будут готовы, я сообщу вам, мисс Роллинг.

Она кивнула и встала. Мужчины тут же вскочили. Беатрис мстительно посмотрела на них. Ей захотелось еще несколько раз сесть и встать, но вместо этого она сказала:

– Спасибо, мистер Боуи.

– Не за что, мисс Роллинг. Я позвоню вам.

Интересно, как управляющий банком или как приятель? – подумала Беатрис, но уточнять не стала.

– До свидания, мистер Блейд, – сказала она, кивнула Нику и пошла к двери, вцепившись в сумочку так, будто та была спасательным кругом.

– Я провожу мисс Роллинг? – то ли спросил, то ли сообщил Ник и бросился открывать для нее дверь.

Бернард пожал плечами и внимательно посмотрел им вслед. Беатрис ориентируется в здании гораздо лучше Ника и уж выход-то точно найдет. Конечно, сам Ник это прекрасно понимает, но, вероятно, ему нужно поговорить с Беатрис наедине. Что ж, Бернард вполне мог позвонить себе такую роскошь, как ожидание.

Дарел не подходит Беатрис, подумал он, садясь за стол и вновь пролистывая принесенные ею документы. Слишком самовлюбленные, слишком самостоятельные, слишком похожие. Они просто не могут быть счастливы вместе. Интересно, что же такое произошло между Ником и Беатрис? У него, конечно, спрашивать неудобно, нужно будет на самом деле позвонить Беатрис и попытать ее. Что-то мне подсказывает, что девочке нужен дельный совет.

Беатрис летела по коридору во весь дух, словно опаздывала на самолет. Ник еле поспевал за ней. Наконец ему надоела эта погоня, и на лестничном пролете Ник схватил Беатрис за локоть и развернул лицом к себе. Беатрис возмущенно посмотрела на него и открыла рот, собираясь сказать какую-нибудь колкость, но Ник опередил ее.

– Какая муха тебя укусила? – недоуменно спросил он.

– Никто меня не кусал. Отпусти, я тороплюсь.

– Нет уж! Пока ты не объяснишь мне, что происходит, я тебя не отпущу.

– Мистер Блейд, у меня масса дел, я тороплюсь.

– Мисс Роллинг, ваши дела подождут, пока вы не объяснитесь! – саркастично сказал Ник.

Беатрис отвернулась и поджала губы.

– Ты зря думаешь, будто я пытался выследить тебя, – более мягким тоном начал он. – Я действительно не ожидал тебя увидеть в кабинете Боуи и растерялся так же сильно, как и ты. Разве я виноват, что делаю свою работу?

Он смущенно улыбнулся, дернулся, будто хотел развести руками, но в последний момент опомнился и локоть Беатрис не выпустил.

– Ладно, – ворчливо сказала она. – Я просто растерялась, увидев тебя, и тут же начала обороняться. Такая уж привычка. В Йорке овечкам не место.

– С этим сложно спорить, но я ведь не волк. Я не сделал тебе ничего плохого. Если ты обижаешься из-за паба, я просто хотел сделать тебе приятное. Мне казалось, ты любишь танцевать.

– Люблю. – Беатрис тяжело вздохнула.

Она могла бы отговориться предложенной Ником причиной, но вдруг поняла, что не может лгать этому мужчине. Дарелу может, а Нику нет. Ну как себя понять?!

– Ты ни в чем не виноват, а я веду себя как ребенок: укололась кактусом и решила, что виновато растение. Вчера я гордо заявила, что легко справлюсь со своей совестью, а сейчас поняла, что не могу предать Дарела. И надеюсь, что никогда не смогу.

– Так вот в чем дело… – пробормотал Ник. – Тогда я должен извиниться перед тобой. Я подумал, будто ты со мной играешь, чтобы заинтересовать.

Беатрис хмыкнула, давая понять, что ей все эти уловки ни к чему. Ник виновато пожал плечами и отпустил ее локоть. Беатрис не стала убегать, ничего глупее сейчас сделать было бы нельзя. Как раз замечательный момент, чтобы попросить Ника не звонить ей и вернуться к уважительному и отстраненному «мисс Роллинг» – «мистер Блейд».

– Знаешь, наверное, я должен был бы сейчас развернуться и уйти, пообещав не звонить и при случайной встрече переходить на другую сторону улицы, но мне так не хочется этого делать! Беатрис, можно, я оставлю за собой право на один телефонный звонок?

– Когда? – спросила она.

– Через неделю. Ты подумаешь, я подумаю и, может быть, мы найдем какой-то выход? Раз судьба один раз нас соединила, не может же она бросить все на полпути?

– Если есть путь, – со вздохом сказала Беатрис. – Ладно, позвони мне через неделю, а я пока подумаю, что дальше делать. Все же я привыкла прислушиваться к советам звезд.

Ник обрадованно улыбнулся, и Беатрис тут же принялась корить себя за то, что дала ему надежду.

– Договорились, – сказал Ник и отступил на шаг. Беатрис вдруг почувствовала себя страшно одинокой, брошенной. Если бы Ник сделал этот шаг к ней…

– Да, через неделю, – пробормотала Беатрис, надеясь через неделю уехать куда-нибудь подальше, чтобы не говорить ему «нет».

– До встречи! – Ник как-то криво улыбнулся и пошел обратно.

Типичный Водолей! Вообще-то неудивительно, что их так друг к другу тянет. Беатрис поморщилась и покачала головой. А может быть, это выход?

Уже через минуту она звонила доктору Моррану.

– Доктор Морран, это Беатрис Роллинг.

– Добрый день, мисс Роллинг. Вы не получили мое письмо? – сразу же забеспокоился астролог.

– Нет, с почтой все в порядке. Просто мне срочно нужна ваша консультация.

– Чем могу помочь?

– Я бы хотела приехать к вам.

– К сожалению, мисс Роллинг, я смогу принять вас только в половине шестого.

Беатрис бросила взгляд на часы. Почти шесть часов ожидания! Но выбора у нее не было.

– Хорошо, доктор Морран.

– А что за проблема, мисс Роллинг? Может быть, я бы уже сейчас смог что-то для вас сделать?

– Мне так неловко, доктор Морран, – пробормотала Беатрис.

– Что вы такое говорите, мисс Роллинг! Вы мой постоянный клиент, почему бы мне и не помочь вам? Так в чем дело?

– Мне нужно составить гороскоп совместимости с двумя мужчинами.

В трубке несколько секунд было тихо, наконец, видимо овладев собой, доктор Морран сказал:

– Продиктуйте мне их даты рождения и желательно место.

– Дарел – двадцать пятое июля шестьдесят третьего года, семь тридцать пять утра, Конкорд, штат Нью-Хемпшир. Ник – восемнадцатое февраля шестьдесят пятого года, больше ничего не знаю.

Беатрис расстроилась, она понимала, что без этих данных невозможно составить точный гороскоп.

– Хм, мисс Роллинг…

– Я понимаю, доктор Морран, но мне очень нужно узнать хоть что-то!

– Ладно, для примерного расчета данных достаточно. Правда, потребуется больше времени, но все же приезжайте сегодня.

– Хорошо, доктор Морран. Спасибо!

– Пока не за что.

Астролог отключился, и Беатрис вздохнула чуть свободнее. Ее деятельная натура в сложной ситуации всегда требовала каких-то шагов, не важно, были они успешными, провальными или просто бессмысленными. Беатрис не могла сидеть и ждать, она всегда должна была быть в гуще событий, в самом центре, иначе ей становилось физически плохо. Вот и сейчас, предприняв хоть что-то, она немного успокоилась и смогла подумать о том, что же делать дальше. Конечно, ожидание результатов изведет ее, но от этого можно отвлечься работой.

Беатрис остановила такси. Она знала, в салоне масса неотложных дел. Хотя бы те же поставщики, нужно договориться о встрече. Да и пора начинать переговоры с владельцем приглянувшегося помещения… Беатрис была почти на сто процентов уверена в том, что получит кредит.

За сорокаминутную поездку в такси она, увлеченная планированием рабочего дня и обдумыванием разнообразных вариантов решения встающих проблем, ни разу не вспомнила ни о Дареле, ни о Нике. И в салоне Беатрис не вспоминала бы о дилемме, если бы не Эллис – ее подруга и бухгалтер салона.

– Звонил Дарел, просил передать, что заедет за тобой в половине восьмого, – сообщила Эллис, когда у них появилась свободная минутка. – Он вернулся раньше из своей командировки.

– А что же он мне не позвонил?

– Он пытался дозвониться тебе на мобильный телефон, но ты с кем-то говорила, поэтому Дарел решил, что позвонить в салон и оставить для тебя сообщение будет проще.

– Ясно, – кивнула Беатрис и вернулась к бумагам, но ей почти сразу же пришлось оторваться от работы из-за пристального, изучающего взгляда Эллис.

– В чем дело? – недовольно спросила Беатрис.

– Что-то с тобой не так! – заявила подруга.

Беатрис пожала плечами.

– Главное, чтобы это не отражалось на работе.

– Это не может не отражаться на работе, – заметила Эллис. – Ты сегодня зарылась в бумаги, словно одержимая, и при этом умудряешься допускать ошибки.

– Где?! – всполошилась Беатрис.

– Ничего страшного, – поспешила успокоить ее Эллис, – просто опечатки, или – вот, например, как сейчас, – листы складываешь не по порядку. Раньше с тобой ничего подобного не случалось. Я начинаю беспокоиться, Беатрис.

Беатрис тяжело вздохнула и с грустью посмотрела на кипу бумаг на столе. Кажется, поработать сегодня не удастся. Какой смысл в работе, которую придется переделывать?

– Так в чем дело? – подтолкнула ее Эллис.

– Понимаешь, я встретила мужчину.

– Вот уж новость! – фыркнула подруга. – Я тоже каждый день встречаю мужчин. Мы же не в стране амазонок живем!

– Нет, ты не поняла. Я встретила интересного мужчину. – Беатрис выразительно посмотрела на Эллис.

– Так! И что это за мужчина?

– Его зовут Ник.

– Как вы познакомились? – Эллис запнулась и возмущенно сказала: – Мне что, каждую подробность из тебя вытягивать?!

Беатрис улыбнулась и немного расслабилась. Наверное, от этого разговора ей станет легче. Должно стать легче, ведь, когда озвучиваешь свои мысли, они становятся понятнее.

– Знакомство у нас было странное. Я переходила дорогу на красный свет, и Ник чуть не задавил меня.

– Весело! – с коротким смешком прокомментировала Эллис, но, судя по ее лицу, ничего веселого она не находила.

– Это ерунда! – отмахнулась Беатрис. – Интересно то, что буквально за десять минут до этой встречи я услышала от астролога предсказание важного знакомства.

Эллис пренебрежительно хмыкнула, показывая этим свое отношение к астрологии вообще и к астрологу Беатрис в частности.

– Ты можешь смеяться сколько угодно, но я не сразу поняла, что речь шла именно о встрече с Ником. Я слишком сильно испугалась, когда он чуть меня не переехал, потом Ник предложил подбросить меня, мы разговорились… Знаешь, Эллис, так меня еще не тянуло ни к одному мужчине.

Подруга внимательно посмотрела на Беатрис и покачала головой.

– Когда ты о нем говоришь, у тебя такое восторженное выражение лица, что мне становится страшно, – призналась она.

– Мне и самой страшно! – живо откликнулась Беатрис. – Ты не представляешь, как сильно меня к нему тянет! Когда мы танцевали, я чуть с ума не сошла! Если бы Ник предложил мне поехать к нему, я бы без раздумий согласилась.

Только произнеся это вслух, Беатрис поняла, насколько правдивы были ее слова.

Эллис недоуменно смотрела на нее. Она привыкла видеть в подруге сильную, цельную личность, не склонную к глубоким чувствам и порывам. Та Беатрис, которую она знала, ни за что не поехала бы с почти незнакомым мужчиной к нему домой. Даже не подумала бы об этом! Да, с подругой творилось что-то странное. Подобное влечение Эллис казалось ненормальным, чем-то вроде тяжелой психической болезни.

– Тебя нужно спасать! – заявила она.

Беатрис открыла рот, собираясь что-то сказать, но тут же захлопнула.

– Спасать? – наконец переспросила она.

– Спасть. Еще чуть-чуть, и ты наделаешь глупостей, о которых будешь потом сожалеть. Скажи честно, такой хмурый вид у тебя был вовсе не потому, что ты влюбилась. Ведь так?

– Конечно, – чуть слышно сказала Беатрис.

– Ведь есть еще Дарел…

Беатрис лишь тяжело вздохнула.

– Ясно. Ты испытываешь сильное сексуальное влечение к этому Нику, но тебе стыдно перед Дарелом.

– Он ведь любит меня.

– Интересная постановка вопроса! – хмыкнула Эллис. – А ты его любишь?

– Разве я стала бы с ним встречаться, если бы не любила?

– Вот видишь! Нельзя любить двух мужчин одновременно. Значит, Ника ты просто хочешь, а Дарела любишь.

Беатрис задумалась, но не смогла ничего возразить.

– Значит, тебе нужно решить, что важнее: удовлетворить желания тела или сохранить любовь, – закончила Эллис свою мысль.

– Если бы все было так просто! – пробормотала Беатрис.

– Для тебя всегда все было просто, ведь ты отлично знаешь, чего хочешь, – сказала Эллис довольно жестко, но она понимала, что сейчас с Беатрис нужно разговаривать только так.

– Знала, – поправила ее Беатрис. – А сейчас я совершенно запуталась и вовсе не уверена, что нельзя любить двух мужчин сразу.

– Что-то ты совсем не в своей тарелке. Знаешь, мне кажется, тебе нужно сравнить. Вчера ты встречалась с Ником, сегодня у тебя свидание с Дарелом. А потом тебе нужно будет взять тайм-аут и хорошенько подумать. Кстати, когда я в пятнадцать лет оказалась в подобной ситуации, моя мама сказала: «Найди третьего».

– Помогло?

– Нет, – призналась Эллис. – Только все усложнило. Пришлось рвать со всеми, несколько месяцев никого к себе не подпускать, ждать, пока успокоятся страсти, а уж потом вновь искать свою любовь.

– Умеешь ты поддержать!

– Но тебе не пятнадцать лет! Ты взрослая умная женщина, ты всегда гордилась тем, что сама все решаешь. Докажи теперь это. Сделай правильный выбор.

– Интересно, а что ты считаешь правильным выбором?

Эллис помолчала, раздумывая, имеет ли она право давать такие советы, но все же сказала:

– Я считаю, что синица в руках лучше журавля в небе. Особенно если журавль может оказаться фантомом.

– Все понятно. Ты за Дарела.

– Я не могу быть за Дарела или за Ника. – Эллис улыбнулась. – Я за тебя, Беатрис. Если ты решишь, что с Ником тебе будет лучше, я лишь порадуюсь тому, что ты счастлива.

– Спасибо, Эллис, ты настоящий друг, – искренне сказала Беатрис.

Эллис смущенно махнула рукой: мол, о какой благодарности может идти речь?

Они вернулись к работе, но Эллис то и дело замирала, закусывала губу и посматривала на Беатрис. В конце концов, Беатрис не выдержала и прямо спросила:

– Эллис, ты так смотришь на меня, будто у меня отросли ослиные уши! Говори. Ты же знаешь, я спокойно принимаю чужую точку зрения и так же спокойно отношусь к критике.

– Ты ее игнорируешь, – усмехнулась Эллис.

– Я ее фильтрую и выбираю только то, что может мне помочь, – поправила ее Беатрис. – Не уводи разговор в сторону. Итак, что ты хотела сказать?

– Знаешь, сейчас особенно заметно, как сильно тебе нужен управляющий.

Беатрис несколько секунд непонимающе смотрела на нее, потом перевела взгляд на горы бумаг по всему кабинету и разноцветные стикеры с неотложными делами.

– Ты работаешь больше всех в этом салоне, мы с Линдой успеваем справляться только со своей работой и не можем помочь тебе. Еще несколько недель в таком ритме, и от тебя останется бледная тень. Нужен управляющий, который взял бы на себя часть твоих обязанностей. Особенно сейчас, когда второй салон начинает обретать плоть и кровь.

– Я и сама понимаю это, Эллис.

– Ты ведь хотела пригласить Дарела?

– Хотела, но сейчас…

– Так вот, Беатрис, я не хочу вновь пускаться в рассуждения о том, кто лучше, Дарел или Ник. Я просто хочу сказать тебе, что управляющего лучше Дарела ты не найдешь. Подумай и об этом. – Эллис помолчала и улыбнулась. – Но только дома, – закончила она.

– Хорошо. А сейчас я все же займусь поставщиками, а то Линда чуть ли не плачет каждый раз, когда мне об этом говорит.

Беатрис всегда прислушивалась к словам Эллис. Вот и сейчас, по дороге к доктору Моррану, она повторяла разговор с подругой, вспоминая каждое слово, каждый взгляд, каждый жест. Понять, кого Эллис считает лучшим выбором, было не сложно, вот только почему-то Беатрис никак не могла согласиться с ней, хотя умом понимала, что следовало бы забыть о Нике и остаться с Дарелом.

Почему я решила, будто встреча и с Ником и есть то судьбоносное событие? – думала Беатрис. Может быть, настоящую встречу я и пропустила, увлеченная мистером Блейдом?

Но она понимала, что пытается обмануть себя. Если их встреча не была предначертана судьбой, то какой же должна быть та, правильная?

И все равно у меня есть обязательства перед Дарелом. Когда рядом нет Ника, я прекрасно об этом помню. Эллис права, мне нужен помощник, и лучше Дарела никто с этим не справится. Но не могу же я пригласить его к себе работать и одновременно сообщить, что мы расстаемся?

– Приехали, мисс! – окликнул ее таксист, выводя из задумчивости.

Беатрис расплатилась и пошла к салону доктора Моррана. Вся ее надежда была на совет звезд, но, если она не получит помощь и от них, Беатрис просто не знала, что делать дальше.

Неопрятная девица все так же жевала свою жвачку, видимо олицетворяя собой бесконечность. Беатрис вновь кивнула ей и прошла в кабинет доктора Моррана.

– Добрый вечер, – робко приветствовала она астролога.

– Добрый вечер, мисс Роллинг. Я уже кое-что сделал, правда, не все. Присаживайтесь. Подождете минутку?

– Конечно, – сказала Беатрис, садясь на стул.

– Посмотрим, посмотрим, мисс Роллинг… – пробормотал доктор Морран, внося данные в какую-то специальную программу для расчета астрологического прогноза.

Беатрис в который раз удивилась тому, как легко это, казалось бы, средневековое знание адаптировалось к современным технологиям. Она вытянула шею, пытаясь рассмотреть хоть что-то на мониторе, но тут же села спокойно.

Веду себя как девчонка! – сердито подумала Беатрис. Доктор Морран сам мне все расскажет, как только будет готов.

– Так-так… – протянул астролог.

Беатрис показалось, будто он пытается напустить мистического тумана и на нее, хотя раньше доктор Морран подобных попыток не предпринимал.

– Итак, ваш Ник – Водолей, во время его рождения…

– Простите, доктор Морран, – перебила его Беатрис, – общая характеристика личности, конечно, очень важна для меня, но сейчас важнее узнать, подходим ли мы друг другу.

Под внимательным взглядом доктора Моррана Беатрис чуть покраснела и отвела глаза.

– Ясненько, – пробормотал астролог и вновь погрузился в расчеты. – Сами понимаете, совершенно точный прогноз вот так, на ходу, я вам дать не могу. Пока только самые общие вещи. Все эти программы только для этого и хороши. Для точного прогноза мне нужно будет посидеть над картами, подсчитать, сопоставить, проследить, подумать.

– Сколько времени вам понадобится для анализа?

– Неделя. Или полторы.

Беатрис тяжело вздохнула.

– Вы же понимаете, астрология не терпит торопливых, да и работы у меня много, а здесь нужно будет сесть часов на пять, – извиняющимся тоном принялся объяснять астролог.

Беатрис стало неловко.

– Я все понимаю, доктор Морран, – поспешно сказала она, – но в общих чертах вы сейчас можете мне сказать хоть что-то?

– Ну в общих… – Доктор Морран обреченно вздохнул, сдаваясь перед напором клиентки. – Прогноз по этому вашему Нику…

– Он не мой, – перебила его Беатрис и тут же поймала осуждающий взгляд астролога. – Извините, – пробормотала она.

Доктор Морран кивнул, принимая извинения, и продолжил:

– Итак, по Нику. Совместимость неплохая, конечно, нужно будет поработать, чтобы притереться, но я не вижу никаких особенных причин для того, чтобы вы не могли быть вместе.

– А Дарел? – спросила Беатрис. В ее голосе слышалась тревога.

– Честно говоря, в первый раз такое вижу! Полное, совершенно несовпадение. Вы живете вместе?

– Нет, – ответила ошеломленная Беатрис.

– Хорошо, а то высока вероятность того, что один из вас просто убьет другого.

Беатрис никогда не могла понять, шутит астролог или говорит серьезно. А сейчас ей и вовсе не хотелось разбираться в этом!

– Значит, у нас полное несоответствие? – уточнила Беатрис.

– Увы, мисс Роллинг. – Доктор Морран глубоко вздохнул, словно собирался броситься в ледяную воду. – Я бы вам не рекомендовал строить серьезные отношения с этим мужчиной.

– Но ведь… – Беатрис растерялась.

Она не могла сказать, что именно хотела услышать от астролога. Позвонив ему, она не надеялась получить конкретный ответ, и все же услышать категоричное «нет» было неприятно.

– Мисс Роллинг, не стоит отчаиваться. Я вам не раз говорил, что звезды могут только посоветовать, решать человеку. Если вы любите этого Дарела, вы сможете построить с ним семью.

– Если бы я еще знала!.. – пробормотала Беатрис. Она тяжело вздохнула и встала. – Спасибо вам, доктор Морран, простите, что отняла время.

– Ничего-ничего! Я понимаю, такая сложная ситуация. Подробный гороскоп я отправлю вам по электронной почте. Там будут и мои комментарии, приложу карты и расчеты. Если хотите, можете сами все проверить.

– Нет, не хочу. Зачем проверять вас? До свидания, доктор Морран.

– До свидания, мисс Роллинг.

Беатрис заметила, что астролог как-то виновато смотрит на нее.

А кому приятно сообщать такие вещи? – подумала она, выходя из кабинета. И что же мне теперь делать? Может быть, последовать совету доктора Моррана и попытать счастья с Дарелом? Ведь все идет к тому, что он предложит мне руку и сердце. Дарел не имеет ни малейшего понятия о том, что у нас полное несовпадение, а если и узнает, не обратит внимания. Кажется, я начинаю ему завидовать.

Беатрис задумалась, но тут же приказала себе быть внимательнее. Второй день подряд попасть под машину будет слишком. К тому же у нее сегодня свидание.

Интересно, если Эллис заметила, что я не в себе, заметит это Дарел? И что будет делать? А если он начнет меня расспрашивать? Я не смогу рассказать ему про Ника и про прогноз! Я еще сама не до конца поняла все последствия и этой встречи и этого прогноза…

Беатрис вдруг стало страшно. Уже давно она на любые встречи шла без всякого волнения, зная, что сделает все возможное, чтобы встреча прошла успешно. А ведь свидание та же встреча, и вот сегодня она так волнуется…

Лучше бы ты и не появлялся в моей жизни, Ник Блейд! – устало подумала Беатрис и тут же покачала головой.

Опять она попыталась обмануть себя!

Домой Беатрис возвращалась усталая и разбитая. Ей казалось, что это ужасное состояние теперь постоянно будет преследовать ее. Поднимаясь в лифте, Беатрис мечтала только об одном: упасть на диван, завернуться в плед и уснуть. Плевать на косметику, дорогой костюм и прическу! Все, что ей нужно, – сон.

А мне сегодня еще нужно куда-то идти с Дарелом! – подумала она и тихонечко вздохнула. И не просто идти, а делать вид, что ничего не случилось, что у меня все хорошо, лишь немного устала. Хоть бы он проявил сострадание и предложил вернуться домой пораньше…

Беатрис достала ключи и принялась ковыряться в замке. К ее удивлению, дверь оказалась закрытой только на верхний замок, и то на один оборот.

Надо же, так я скоро буду забывать запирать дверь, недовольно подумала Беатрис.

Она вошла в квартиру и замерла на пороге.

Горящие свечи в прихожей образовывали тропинку, ведущую в гостиную. Там, в дверном проеме, виднелись сотни свечей, и от их неровного света в комнате было светло как днем.

Зачарованная Беатрис пошла по дорожке. В гостиной ее уже ждал Дарел с двумя бокалами в руках.

– Я ведь обещал искупить свою вину, – улыбаясь, сказал он и протянул Беатрис бокал.

– Боже мой, Дарел, как же ты это все… – пробормотала пораженная Беатрис.

– Если очень любишь женщину, сделаешь и не такое. – Он пожал плечами и влюбленными глазами посмотрел на Беатрис. – Ты устала. Хочешь принять ванну?

– Ванну? – переспросила она.

– Да, ванну. Эллис сказала, что у тебя сегодня был тяжелый день, и я решил, что ванна не помешает.

Дарел взял Беатрис за руку и повел в ванную комнату. И там везде были свечи! Саму ванну окутывала густая шапка пены, а весь пол был усыпан розовыми лепестками.

Беатрис почувствовала, как защипало глаза.

– Дарел, я так благодарна тебе, – прошептала она.

– Мне просто очень хотелось тебя порадовать.

– Ты не просто порадовал меня, ты меня спас!

– Не знал, что простая ванна так на тебя подействует еще до применения.

Дарел наклонил свой бокал и прикоснулся к бокалу Беатрис. Легкий звон наполнил воздух.

– За тебя, – шепотом сказал он и наклонился к Беатрис, чтобы поцеловать ее.

– Подожди!

Дарел отпрянул и удивленно посмотрел на Беатрис.

– Что-то не так?

– Нет, все отлично, просто… – Беатрис глубоко вздохнула. Она не могла обманывать Дарела! И если признаваться, то сейчас, ведь она приняла решение.

– Дарел, я чуть не изменила тебе, – скороговоркой выпалила Беатрис и принялась путано объяснять: – Вчера я познакомилась с Ником, он мне очень понравился… или не понравился… в общем, меня к нему страшно тянуло. Он чуть было не задавил меня и поэтому пригласил в ресторан. Дарел, я могла бы поехать к нему домой!

По щеке Беатрис побежала слезинка, отбрасывая мягкие блики от свечей.

Дарел взял ее лицо в ладони и вытер большим пальцем слезинку. Он улыбался, понимая, что уже все позади. Но Беатрис не желала успокаиваться, она уже плакала по-настоящему. Дарел смотрел на нее, поражаясь тому, как прекрасна эта женщина, даже когда она плачет: ни всхлипов, ни дрожащих губ, лишь прозрачные дорожки слезинок.

– Тише, милая, ты же не поехала с ним, – попытался успокоить ее Дарел. – И сегодня ты со мной. А даже если бы и поехала, я бы все понял, ведь я люблю тебя!

– Нет, ты не понимаешь! – воскликнула Беатрис и вырвалась из его рук.

Вино выплеснулось из бокала.

Беатрис несколько секунд смотрела, как расползается красное пятно по кремовым лепесткам. В этом была какая-то страшная, но завораживающая красота. Беатрис с трудом подняла глаза на Дарела. Ей нужно сказать сегодня все. Отступить она не может.

– Нет, ты не понимаешь, – спокойнее повторила она. – Еще пятнадцать минут назад я не знала, будем ли мы и дальше вместе.

– И что ты решила? – напряженно спросил Дарел.

Беатрис улыбнулась сквозь слезы.

– Не я решила, ты решил.

Она поставила бокал на туалетный столик и обвила руками шею Дарела.

– Ты решил, – прошептали ее губы и прикоснулись к губам Дарела.

Больше у Беатрис не было сомнений.

3

Этой ночью Дарел был так нежен, так ласков, так терпелив. Они уже хорошо знали друг друга, знали, как доставить удовольствие. Но даже в объятиях Дарела Беатрис то и дело вспоминала о Нике. Она думала о том, как хорошо быть рядом со знакомым и удобным человеком, как она устала от неожиданностей и сюрпризов. Ей не нужна страсть, ей нужна вот эта тихая любовь. Да, она никогда не сходила с ума от одного прикосновения Дарела, он не приходил в ее сны, не смущал ее мысли днем, но с ним все было просто и понятно.

Я привыкла все планировать и доверять только разуму, а не чувствам, думала Беатрис, слушая мерное дыхание Дарела.

Она приподнялась на локте и посмотрела на спокойно спящего мужчину. Дарел был красив, но совсем иначе, чем Ник. Если Ника легко было представить борющимся с яростной бурей, то место Дарела было только за антикварным рабочим столом. Ник превосходно смотрелся в костюме, но на Дареле костюм сидел так, будто он в нем родился. Черты Ника были четкие, крупные, определенные раз и навсегда. У Дарела было утонченное аристократическое лицо и такая богатая мимика, что это сделало бы честь профессиональному актеру. Беатрис знала, что в юности он был похож на ангела. Но сейчас в его лице не осталось и следа юношеской нежности, может быть, только когда Дарел спал… А Ник был похож на затаившегося тигра.

Два дня знакомства с Ником, и вся моя устоявшаяся спокойная жизнь летит в тартарары, подумала Беатрис, тихонько проводя кончиками пальцев по скуле Дарела. А что было бы, решись я встречаться с Ником? Впрочем, благодаря ему я наконец-то решилась сделать важный шаг. Интересно, понял ли Дарел, что теперь я готова ответить на его предложение?

Беатрис всмотрелась в его лицо. Спокойствие и безмятежность – вот чем был для нее Дарел. О каких войнах говорил доктор Морран? Они никогда не смогут причинить друг другу боль. Она тихонечко вздохнула и легла, прижавшись щекой к плечу Дарела.

Пусть я выгляжу очень молодо, но я уже не способна веселиться всю ночь напролет, а утром идти на экзамен. Я сделала правильный выбор. У меня есть дело, скоро оно потребует всех сил. Если рядом будет Ник, у меня их просто не останется. А Дарел меня поддержит. Он так тонко чувствует мое настроение, так точно угадывает мои желания. Для этого нужно провести слишком много времени рядом. Я не могу начать все сначала. И потом, я ведь люблю Дарела.

Она улыбнулась, устроилась удобнее и закрыла глаза. Завтра у нее тяжелый день.

Беатрис проснулась оттого, что ее желудок недовольно заурчал. Вчера она так и не поужинала, да и обед пропустила, и уже не могла вспомнить, был ли завтрак.

Открыв глаза, Беатрис улыбнулась. Дарела рядом не было, но на его подушке лежали три темно-бордовые розы. Беатрис вдохнула их чудесный запах и поняла, что сегодня будет прекрасный день. Жаль только, она не слишком любила розы, впрочем, внимание Дарела ей гораздо дороже обожаемых тюльпанов.

Она встала, набросила халат и вышла из спальни. В ванной шумела вода, значит, Дарел там. Беатрис деликатно постучала и, дождавшись ответа, открыла дверь. Прислонившись к дверному косяку, она любовалась своим мужчиной. С оголенным торсом, Дарел брился, что-то немузыкально напевая себе под нос.

– Доброе утро, любимая! – поздоровался Дарел, улыбнувшись пенной половиной лица.

– Спасибо за цветы, – сказала Беатрис, подходя к нему.

Она прислонилась к спине Дарела и прикрыла глаза.

– Если ты сможешь собраться за двадцать минут, мы успеем заехать в какое-нибудь кафе позавтракать, – предложил он, укладывая бритву в футляр.

Дарел никогда не оставлял своих вещей у Беатрис. Он предпочитал возить в бардачке своего шикарного «лексуса» туалетные принадлежности, но не покушаться на территорию своей женщины.

– Я соберусь быстрее, – пообещала Беатрис.

– Отлично, я пока просмотрю кое-какие бумаги.

Дарел стер остатки пены, поцеловал ее в щеку и вышел из ванной, позволяя Беатрис спокойно заняться собой.

До чего же мы похожи! – думала она, стоя под горячими струями душа. Каждую свободную минутку – делу. И даже несвободную…

Беатрис выполнила свое обещание и ровно через пятнадцать минут держала сумочку в руках, готовая к выходу. Волосы были уложены, макияж нанесен, платье сидело безукоризненно. Дарел улыбнулся ей, поцеловал руку и поднял с пола свой неизменный чемоданчик.

– Ты как всегда совершенна! – сообщил он.

– Спасибо, – просто ответила Беатрис. Зачем отнекиваться, если Дарел говорит правду?

– Недавно был в одном очень милом местечке, кстати, недалеко от твоего салона. Давай заедем позавтракать.

Беатрис кивнула и вышла из квартиры. Пока она запирала дверь, Дарел успел ответить на какой-то звонок. Он тревожно посмотрел на часы и сказал:

– Надеюсь только, мы не попадем в пробку. У меня сегодня собеседование.

– Собеседование? – переспросила удивленная Беатрис.

– Да, я все же решил сменить работу.

– Почему ты мне не сказал?

– Да как-то не было времени. – Дарел развел руками и нажал на панели лифта кнопку первого этажа. – О собеседовании я узнал только вчера, а вечером нам было не до разговоров.

– Действительно, – согласилась Беатрис и замолчала. Ей нужно было переварить эту новость. – Что за место?

– Одна небольшая брокерская контора. Зарплату они пообещали неплохую плюс процент от сделок.

– Э-э-э, а если бы я предложила тебе работу в моем салоне? – неуверенно спросила Беатрис.

Дарел удивленно посмотрел на нее, но тут же взял себя в руки. Он открыл дверцу машины для Беатрис, давая себе тем самым немного времени для размышлений.

– Извини, что я так внезапно, – сказала Беатрис, когда Дарел завел мотор. – Просто я не предполагала, что ты решишься так быстро поменять работу, и не успела подготовиться.

– Для меня это такая же неожиданность, Беатрис, – признался Дарел. – На моей нынешней работе знают, что я собираюсь уходить, конечно, они этим не очень довольны, но прекрасно понимают, что там у меня нет перспектив. И все же разговор предстоит неприятный…

Он немного помолчал, прислушиваясь к ровному шуму двигателя. Беатрис знала, как внимательно он относится к машине, впрочем, автомобиль отвечал ему взаимностью и ни разу не сломался.

– Я тебе уже говорил, что об этом месте в брокерской конторе узнал только вчера вечером. Меня это предложение ошеломило! Что уж говорить о твоем предложении.

– Действительно, нужно было тебя подготовить, – смущенно улыбнулась Беатрис. – И все же: что ты думаешь о работе у меня?

Он помолчал, выезжая из двора и сосредоточенно глядя на дорогу. Беатрис внимательно всматривалась в лицо Дарела, пытаясь понять, что же он сейчас чувствует. Но красивое лицо было непроницаемым, как маска.

– Ты уверена, что нам стоит работать вместе? – наконец спросил Дарел. – Это может испортить отношения. Мы ведь будем видеться каждый день, более того, в наших разговорах мы будем касаться только работы.

– Наши разговоры и сейчас только о работе, – заметила Беатрис. – Речь будет идти об одной и той же работе. Не вижу разницы. – Она положила руку на плечо Дарела и проникновенно сказала: – Наши отношения вчера пережили серьезный кризис. Мы его благополучно миновали. Разве совместная работа может что-то для нас изменить? Мы просто будем видеться чаще.

– Честно признаться, я боюсь, что после моего перехода к тебе видеться мы будем еще реже.

– Это вряд ли возможно! – фыркнула Беатрис. – Мне нужен управляющий, Дарел, очень нужен. Эллис права, когда говорит, что я взвалила на себя непомерную ношу. Ты отлично владеешь ситуацией, у тебя превосходное образование, ты умеешь ладить с людьми. Да все девчонки в моем салоне знают тебя и доверяют.

– Так уж и доверяют, – с сомнением пробормотал Дарел.

– Да, доверяют. Они ведь понимают, что я не буду встречаться с плохим человеком.

– И все же, Беатрис, это как-то… неправильно, что ли? Нельзя брать на работу близких людей!

– А если не близких, то кого же? Дарел, ты знаешь, как много значит для меня этот салон. У меня просто сердце кровью обливается, едва я представлю, что мне придется передать все текущие дела в чужие руки. Ты же знаешь, я просто не дам управляющему работать! Буду контролировать каждый его шаг, лезть с советами. В общем, сорву и его работу, и свою.

– Ну, знаешь ли, я на таких условиях работать не буду, – то ли шутя, то ли серьезно сказал Дарел.

– Так будет, если мне придется взять незнакомого человека.

– Почему бы не повысить Линду? Ты ее уже давно знаешь, она хорошая сотрудница, исполнительная, обязательная…

– В том-то и беда. – Беатрис тяжело вздохнула. – Линда исполнитель. Она по любому поводу будет спрашивать моего высочайшего соизволения. Линда очень хорошая девочка, но она не умеет сама принимать решения. Боюсь, должность администратора – ее предел.

Она помолчала, собираясь с мыслями. Беатрис совсем не так представляла себе этот разговор. Она должна была подготовиться, запастись аргументами и контраргументами, продумать все доводы Дарела, найти неоспоримые доказательства того, что ей нужен именно он, ведь сразу же было понятно, что Дарел не придет в восторг от этой идеи. Ну зачем он поторопился с этим собеседованием?!

– Дарел, ты единственный человек на этом свете, которому я могу доверить свой салон, – тихо, но четко сказала Беатрис. – Если ты не согласишься, я лучше и дальше все буду тащить одна, но не возьму чужого человека.

– Это уже звучит как угроза.

Беатрис прекрасно это понимала и испуганно посмотрела на Дарела. Она вовсе не собиралась угрожать или вызывать в нем жалость! Слишком долго они были вместе, чтобы у Беатрис остались иллюзии, будто такими методами можно повлиять на Дарела.

Она ожидала увидеть губы, сомкнутые в тонкую линию, нахмуренные брови, но Дарел улыбался. Беатрис вздохнула с облегчением. Теперь она была уверена, что Дарел согласится. Уже согласился.

– Так, может быть, мы вместе поедем в салон после завтрака и оформим все бумаги? – предложила она.

– Я еще не сказал «да», – заметил Дарел.

– Не терзай меня, пожалуйста! – попросила Беатрис. – Я же вижу, что ты согласен. К тому же я ужасно голодна.

Дарел удивленно посмотрел на нее.

– Ты хочешь съесть меня, если я не соглашусь? – поинтересовался он.

– Ты вынуждаешь меня идти на крайние меры! – драматично закатывая глаза, ответила Беатрис.

Они рассмеялись.

– Мне с тобой легко, как ни с кем другим, – сказала она, осторожно прикасаясь к плечу Дарела. – Мы станем отличной командой.

– Я в этом не сомневаюсь.

Беатрис улыбнулась и села спокойно, поправляя сбившийся ремень безопасности, чтобы он не помял платье. Все складывается очень хорошо. Дарел согласен работать у нее, значит, за салон можно не волноваться и посвятить все свое время расширению бизнеса. У нее и сейчас дел видимо-невидимо, а будет еще больше! Да и в личной жизни чувствовались новые веяния. За два года встреч они успели привыкнуть друг к другу, и даже секс стал немного пресным. Но история с Ником и спокойное отношение Дарела к проблеме, его помощь Беатрис оживили их отношения. И, может быть, не просто оживили, а перевели на другую ступень?

Сегодня она впервые всерьез задумалась о том, чтобы предложить Дарелу переехать к ней.

А может быть, совсем не плохо, что Ник появился в моей жизни? – подумала она. И в гороскопе говорилось вовсе не о встрече с новым мужчиной, а о важной встрече. В итоге встреча с Ником может оказаться определяющей в моей жизни!

Эта мысль очень понравилась Беатрис, вот только она сразу же вспомнила о гороскопе совместимости и помрачнела.

Но ведь доктор Морран сказал, что все зависит от человека, что звезды только предупреждают, решать я должна сама. А я решу попробовать. Подумаешь, препятствия!

Беатрис с трудом удержалась от того, чтобы не фыркнуть. Не хотелось объяснять Дарелу, чем она так раздражена.

Пожалуй, мне даже нужно сказать спасибо Нику. Если бы не эта встреча, я бы еще долго не смогла решиться ни на то, чтобы пригласить Дарела в свой салон, ни на то, чтобы пригласить в свой дом. Впрочем, с предложением жить вместе стоит подождать, поговорю с Дарелом позже. Сегодня с него и так достаточно потрясений.

Но чудесное настроение Беатрис постепенно начало испаряться, едва она подумала о том, что придется поговорить с Ником. Ей нужно извиниться и попытаться объяснить ситуацию. Правда, почему-то Беатрис казалось, что извинений не потребуется. Ник и так должен все понять.

Ничего он мне не должен! – уже раздраженно подумала она. Ник был готов отступить, едва понял, что у меня есть бойфренд, это я начала строить из себя бог весть что. «Со своей совестью я разберусь сама»! Вела себя как глупая девчонка.

Она недовольно покачала головой и поймала удивленный взгляд Дарела.

– Все в порядке, – с трудом улыбнувшись, сказала Беатрис. – Просто задумалась о том, сколько сегодня предстоит сделать.

– Странно, мне всегда казалось, будто ты радуешься работе.

Беатрис тяжело вздохнула. Дарел знал ее слишком хорошо, но раз уж начала врать, придется продолжать.

– Я ужасно устала. И, кстати, соглашаясь стать управляющим, ты оказываешь мне неоценимую услугу. Может быть, через пару дней я вновь начну радоваться работе, да еще и торчать у тебя за плечом!

– Этого я тебе не позволю! – то ли шутя, то ли серьезно сказал Дарел. – Буду подавать тебе отчеты каждый квартал и устно докладывать обо всем по вечерам.

– Договорились, – усмехнулась Беатрис.

Она понимала, что ей нельзя контролировать Дарела, этого он не потерпит. Да и как она может стоять у него за плечом, если сама долго и красноречиво рассказывала о том, как сильно доверяет Дарелу?

– Вот мы и приехали. Думаю, завтрак исправит твое настроение.

Дарел припарковался, и они пошли к небольшому уютному кафе с домашней кухней. Выбрав столик у окна, сделали заказ, причем Беатрис кроме яичницы с беконом, сандвича и салата с тунцом заказала еще огромный кусок торта.

– Я в последний раз ела больше суток назад! – пожаловалась Беатрис, правильно истолковав взгляд Дарела.

– Теперь я понимаю, почему ты ешь столько сладкого и не поправляешься, – усмехнулся он. – Сложно поправиться, живя сутки на одном куске торта.

Беатрис лишь махнула рукой, ей было не до разговоров: принесли заказ.

Покончив с завтраком и потягивая кофе, Беатрис поняла, что ее настроение значительно улучшилось. Они болтали о пустяках, пока Дарел не посмотрел на часы и не поднял многозначительно брови.

– Если мы сейчас же не уйдем отсюда, попадем в жуткую пробку, – сообщил он.

Беатрис кивнула и подозвала официантку.

– Как только приедем, сразу же подпишем контракт, и ты сегодня же приступишь к работе. – Поймав веселый взгляд Дарела, Беатрис смутилась. – Конечно, если ты не против, – добавила она.

– Не против, рабовладелица.

Под неободрительным взглядом Дарела Беатрис расплатилась за свою часть завтрака и уже собралась начать привычный спор о том, кто должен платить, как вдруг зазвонил ее телефон.

– Извини, – сказала она Дарелу и взяла трубку.

– Да?

– Беатрис, это Бернард. Ты сможешь приехать ко мне сегодня?

Ее сердце пропустило удар.

– Что-то не так с документами? – дрожащим голосом спросила она.

– Есть пара вопросов, но ничего катастрофического. Думаю, решим все на месте, – успокаивающим тоном сказал Бернард. – Я хотел сегодня же подписать с тобой договор. Или ты не хочешь получить свои деньги как можно быстрее?

– Конечно, хочу! Я тогда смогу начать переговоры с владельцами помещения…

– Беатрис, мне очень интересны твои планы, – прервал ее Бернард, – но у меня мало времени. Так что приезжай.

– Когда?

– Можешь до одиннадцати? А то в двенадцать у меня совещание.

– Я уже еду! – сказала Беатрис и отключила телефон.

– Куда ты уже едешь? – полюбопытствовал Дарел.

– Извини, но мне нужно срочно в банк. – Беатрис виновато посмотрела на него. – Бернард сказал, что уже сегодня я могу оформить документы на получение кредита.

– Хорошо иметь в приятелях управляющего банком? – подмигнул ей Дарел.

– Мне не нравится твой тон! – вскинулась Беатрис. Ей стало очень обидно за Бернарда, да и за себя. – Бернард ни за что не дал бы кредит, если бы не доверял на все сто процентов, особенно мне. Между прочим, к салону «Бель» у него требования гораздо выше, чем к прочим, и по тому, какие документы входят в пакет, и по тому, как они должны быть оформлены, и по ряду других параметров…

Дарел засмеялся и поднял руки.

– Не кипятись! Я вовсе не хотел обидеть Бернарда, и уж тем более тебя. Но, согласись, хорошо иметь такого друга, как Бернард?

– Хорошо, – мрачно согласилась Беатрис, она еще не отошла.

– Хочешь, я подвезу тебя? – предложил Дарел. – Мне все равно нечего делать.

– Подвези, – согласилась Беатрис. – Кстати, раз уж тебе нечего делать, можешь после того, как отвезешь меня в банк, ехать в салон и входить в курс дела. Эллис расскажет и покажет тебе все, что нужно.

– Ну точно рабовладелица! – воскликнул Дарел.

Дорога из-за утренних пробок заняла почти полтора часа. Все это время Беатрис рассказывала Дарелу, что ему нужно будет делать в салоне, что требует срочности, что может подождать, как лучше говорить с поставщиками, как с сотрудниками, а как с клиентами.

Когда Дарел припарковался у здания банка и Беатрис взялась за ручку дверцы, ей показалось, будто Дарел вздохнул с облегчением. Беатрис забеспокоилась, как бы он не передумал. Наверное, она слишком увлеклась. Окружающие вовсе не обязаны относиться к ее салону с таким же трепетом, с каким относится она.

– Знаешь, иногда мне кажется, что тебе пора завести ребенка, – вдруг сказал Дарел. – Ты относишься к своему салону, как к грудному, беспомощному младенцу.

Беатрис лишь развела руками, успешно подавив вопрос: от кого, собственно, Дарел предлагает ей завести ребенка? Лучше о таком не спрашивать, по крайней мере, сейчас.

– Мамашей я буду еще более сумасшедшей, – сказала она, погасив порыв. – И вообще, мне об этом думать пока рано.

Дарел пожал плечами, и по молчаливому согласию вопрос продолжения рода было решено отложить на неопределенную перспективу.

– Ладно, занимайся делами, привет Бернарду, – сказал Дарел. – Попробую выполнить хотя бы десятую часть всего того, что ты мне наговорила.

– Я уверена, что ты выполнишь не десятую, а большую часть моих заданий еще до того, как я вернусь, – улыбнулась Беатрис. – Она поцеловала Дарела и вышла из машины. – До встречи!

Дарел помахал в ответ рукой и завел мотор.

Беатрис поправила платье и пошла к входу в банк. Хватит быть просто счастливой женщиной, теперь она бизнес-леди, пора заниматься делами.

Она надеялась на приватный разговор с Бернардом. Еще вчера у нее появились сомнения по нескольким пунктам, и она хотела бы посоветоваться с управляющим. Но планы Беатрис были разбиты вдребезги, едва она вошла в кабинет мистера Боуи. Ей навстречу поднялся Ник и смущенно развел руками.

– Это была не моя идея, Беатрис, – стремительно краснея и от этого становясь еще милее, сказал он. – Мистер Боуи будет через пять минут. Здравствуй, – совсем неловко закончил он.

Беатрис закатила глаза и постаралась взять себя в руки. Она уже все решила, все решила! Пусть краснеет, сколько ему хочется, она будет вежливой, милой и доброжелательной, как и с остальными. И вообще, что странного в этой ситуации? Да, Ник в кабинете Бернарда, но он финансовый консультант, общаться она с ним будет, как с финансовым консультантом.

– Здравствуйте, – кивнула ему Беатрис.

В кабинете Бернарда отделаться от официального тона было не так-то просто!

– Я уже один раз просил тебя бросить привычку обращаться ко мне на «вы», – мягко попенял ей Ник. – Если вам с мистером Боуи нравится делать вид, будто вы малознакомы, это ваше дело. Но мы уже были на «ты», и я не собираюсь сдавать занятые позиции.

Он улыбнулся, и Беатрис почувствовала, как ёкнуло сердце. Воспоминание о вчерашнем вечере стало просто спасительным.

Я уже приняла решение, наверное, в сотый раз за сегодняшний день сказала себе Беатрис, и не собираюсь его менять только потому, что мое тело не желает слушаться.

– Хорошо, – спокойно сказала она. – Почему Бернард просил тебя встретиться со мной?

– Есть несколько провисающих моментов в твоем бизнес-плане… – неуверенно начал Ник, ожидая взрыва.

К его удивлению, Беатрис отреагировала совершенно спокойно. Она положила сумочку на столик и села в кресло рядом с Ником, сразу же превратившись в бизнес-леди.

– Раз ты здесь, значит, Бернард просил тебя показать мне эти провисания.

Ник просто кивнул.

– Что не так? – Беатрис собралась и внимательно посмотрела ему в глаза.

Странно, но ей удалось сохранить рабочий настрой. Наверное, потому, что Ник был так же серьезно настроен на рабочий лад.

Он ясно и понятно показал ей, где могут возникнуть неприятности, и даже объяснил, как, на его взгляд, можно их избежать. Все время объяснений Беатрис внимательно слушала его и понимала, что начинает восхищаться Ником. Он оказался специалистом высочайшего класса. Она и представить не могла, как много опасностей поджидает ее, а ведь образование, да и опыт у нее были почти такие же, как у Ника.

Видимо, природные склонности имеют огромное значение, подумала Беатрис, когда Ник закончил и смущенно улыбнулся. Смущение очень шло ему. Он сразу же становился моложе и… ранимее, что ли? Ужасно хотелось его обнять и защитить.

Не хватало только, чтобы Ник пробуждал во мне материнский инстинкт! – возмутилась Беатрис своим наблюдениям.

– Большое спасибо, Ник, за подробное объяснение, – искренне поблагодарила его Беатрис.

– Это моя работа, – пожал он плечами и тут же смущенно отвел взгляд. – Раз уж мы встретились, может быть, ты…

Он не стал договаривать, но Беатрис и так прекрасно поняла, что Ник хочет спросить у нее. Вот когда, оказывается, сложнее всего быть сильной! Что ж, это тоже урок.

– Прости, Ник, но я поняла, что Дарел очень дорог мне. Я люблю его.

– Ничего не поделаешь, – пробормотал он, старательно отводя взгляд.

– Я поступила очень дурно, дав тебе надежду, – продолжила Беатрис. – И мне стыдно, Ник. Наверное, если бы все было по-другому, мы могли бы попробовать.

– Не люблю сослагательного наклонения. Давай не будем об этом. Все так, как есть, – мягко сказал он. – Понимаю, звучит глупо, но все же я хочу спросить: мы можем стать друзьями?

– Мы можем попробовать, – пожала плечами Беатрис.

– Это хорошо, – просто сказал Ник. – А то я уже боялся, что мне придется смущаться каждый раз, когда ты приходишь к мистеру Боуи.

Беатрис улыбнулась.

– Я даже думаю, что, если мы встретимся вне здания банка, ничего страшного не случится, – уверенно сказала она.

– Еще лучше! Мне очень понравилось быть рядом с тобой. Я уже давно не встречал таких интересных людей, как ты.

– Спасибо, Ник.

Беатрис благодарно посмотрела на него и пожала широкую ладонь. Этот жест был немного более интимным, чем следовало бы, но Беатрис не чувствовала, будто сделала что-то неправильно.

– О, я смотрю, вы все же нашли общий язык!

Беатрис знала только один недостаток у Бернарда: он всегда появлялся не вовремя.

– Здравствуйте, мисс Роллинг! – приветствовал ее Бернард.

– Можно оставить этот балаган, – с трудом сдерживая смех, сказала Беатрис. – Ник нас уже разгадал.

– Вот как? – пробормотал Бернард.

Ник и Беатрис обменялись взглядами.

– Честно говоря, – сказал Ник, – все в банке, от директоров до уборщиц, знают, что вы близкие друзья, я, наверное, единственный, кто сказал об этом вам в глаза.

– О чем-то подобном я давно догадывался! – Бернард беззаботно махнул рукой. – Ну что, вы уже успели переговорить?

– Да, – ответила Беатрис, – я очень благодарна Нику. Если бы не он, у меня могли бы возникнуть серьезные проблемы.

– Ник отличный специалист, именно поэтому я и хотел, чтобы он просмотрел твой бизнес-план, – кивнул Бернард.

– Хватит комплиментов, – попросил Ник, – а то я совсем засмущаюсь.

– Это не комплименты, это констатация факта, – спокойно сказал Бернард. – Ну, раз все проблемы решены, не желаешь ли взглянуть на контракт, Беатрис?

– Конечно, желаю. А то я тебя хорошо знаю, загонишь меня в рабство! – притворно возмутилась она.

– Тебя загонишь, – хмыкнул Бернард.

– Я, пожалуй, пойду, – сказал Ник.

– Да-да, конечно, – откликнулся Бернард.

– Можно, я тебе позвоню? – спросил Ник у Беатрис.

– Разумеется! Мои друзья могут звонить мне в любое время, – с улыбкой ответила она.

Ник кивнул и вышел из кабинета. Бернард несколько секунд копался в каких-то бумагах на столе, наконец он нашел нужный договор и, держа его в руках, хитро посмотрел на Беатрис.

– Ну и что у вас происходит? – спросил он.

– Бернард, я еще вчера сказала тебе, что люблю Дарела. И, между прочим, подумываю начать жить с ним. Что может быть между мной и Ником при таких обстоятельствах? И вообще, дай мне контракт.

– Пока все не расскажешь, не дам!

– Взрослый солидный человек, а ведешь себя как ребенок! – возмутилась Беатрис.

– Ну и что? – Бернард оставался совершенно спокойным и все так же держал бумаги в руках вне досягаемости Беатрис. – Мне просто интересно, какую еще глупость ты хочешь сделать.

– Когда это я в последний раз делала глупость?

– Когда связалась с Дарелом.

– Вот еще! – фыркнула она. – Дарел замечательный мужчина и очень меня любит. Если бы ты только видел, какой он мне приготовил вчера романтический вечер! Везде свечи, в ванной лепестки роз…

– Мечта, а не мужчина! – ухмыльнулся Бернард.

– И что в этом плохого?

– Идеальных людей не бывает.

– Дарел не идеальный, я не тешу себя надеждами. Просто мы любим друг друга. Пока мне этого более чем достаточно. И, кстати, я сделала его управляющим в своем салоне.

Бернард недовольно покачал головой.

– Ты ему настолько доверяешь?

– Если не ему, то кому, Бернард? – устало спросила Беатрис.

– Ладно, пока ты хозяйка салона, я не буду ни о чем волноваться, – ворчливо сказал он. – Но, прошу тебя, смотри в оба.

– Неужели ты думаешь, что я дам свое детище в обиду?

Бернард улыбнулся.

– На защиту своего салона ты встанешь, словно тигрица, потому я и спокоен. Ты мне не безразлична, Беатрис, и я переживаю за тебя, и за твой салон, ведь он так много значит для тебя. – Бернард вздохнул и протянул ей контракт. – Читай.

Беатрис не стала отвечать. Да и что она могла сказать? Бернард так говорил лишь потому, что действительно волновался за нее. Иногда Беатрис казалось, будто Бернард стал для нее старшим братом, о котором в свое время так мечтала маленькая девочка. Во всяком случае, вел он себя точно так, как Беатрис это представляла.

– Вроде бы все в порядке, – сказала она, прочитав договор. – К тому же я верю тебе.

– Наш банк никого не обманывает. Дело в другом: ты согласна на эти условия?

– Ты же сам знаешь, что у вас лучшие условия! – Беатрис начала раздражаться. Почему вдруг Бернард ведет себя так странно?

– Ладно, тогда подписывай. Я просто хотел, чтобы ты все проверила несколько раз. Доверяй, но проверяй.

Беатрис махнула рукой, взяла ручку и принялась ставить на каждой странице свою четкую, без всяких завитушек подпись.

– Все, – сказала она, отдавая Бернарду договор.

– Отлично, мисс Роллинг. Мы рады вновь работать с вами.

– Когда будут деньги? – устало спросила Беатрис.

– Через три дня. Когда придешь к нам в гости?

– А Клариссе не тяжело сейчас принимать гостей?

– Моя дорогая жена сказала, что, если я сегодня не уговорю тебя прийти к нам, она просто не пустит меня домой. И, знаешь, мне совсем не хочется ночевать на улице.

Беатрис усмехнулась. Воля у тихой Клариссы была тверже камня.

– Я с удовольствием проведу у вас вечер, – сказала Беатрис, пожалев друга. – Когда?

– Суббота подойдет? – деловито спросил Бернард.

Беатрис подумала несколько секунд, вспоминая свой график, и кивнула.

– Договорились. Субботу оставляю свободной. Я пойду?

– Конечно. Рад был снова увидеться с тобой.

– И я рада. До субботы.

– Пока!

Беатрис улыбнулась Бернарду и вышла из кабинета, не успев заметить, как на его лице появилась хитрая улыбка.

4

Непреодолимое ощущение надвигающейся беды не покидало Беатрис уже несколько дней, и она никак не могла понять, в чем дело! Впервые за много лет все в жизни было определено. А Беатрис к этому вовсе не привыкла. Она решилась сделать важный шаг и пригласить Дарела в свою жизнь, и не только в жизнь. Благодаря новому назначению Беатрис смогла посвятить все свое время расширению бизнеса, спокойно подготовиться к важным переговорам и с успехом провести их. В среду она даже смогла встать не в половине шестого, как обычно, а в семь тридцать! Когда в последний раз она высыпалась, а не тратила на сон необходимый минимум, Беатрис уже и не помнила.

Что-то происходит? Или должно произойти?

Беатрис пыталась прибегнуть к испытанному методу и долго рассматривала еженедельный гороскоп от доктора Моррана, но в нем не просто не было предупреждений, не было вообще ничего необычного! Оставалось только «провести важные переговоры во вторник» и «быть осторожнее в обращении с бытовой техникой в четверг».

Прометавшись несколько дней в сомнениях, Беатрис наконец догадалась, что является причиной ее беспокойства. Гороскопы совместимости, которые доктор Морран обещал прислать в течение недели, она так и не получила.

В сотый раз за эту пятницу Беатрис проверяла электронную почту, но сообщений от астролога не появлялось.

Может быть, я не так поняла доктора Моррана? – думала она, мрачно рассматривая извещение «Новых писем нет». И вообще, теперь, когда я для себя все решила, этот гороскоп не имеет никакого значения. Я буду с Дарелом так долго, как это возможно. Если повезет, то всегда.

– У тебя такой вид, будто тебе должно прийти письмо с рецептом эликсира бессмертия, – кладя на стол Беатрис бланки заказов, заметила Эллис. – «Нью-Йоркский алхимик».

– Ты почти угадала, – мрачно откликнулась Беатрис.

Эллис внимательно посмотрела на нее и подкатила свой стул ближе. Подруга чувствовала, что разговор будет долгим, и не хотела стоять. Чуть ли не силой Эллис развернула Беатрис лицом к себе и посмотрела ей в глаза.

– В последние дни ты ходишь хмурая, как грозовая туча, – сказала Эллис. – Мне это очень не нравится. Может быть, расскажешь, что случилось?

Беатрис нервно пожала плечами. Что она могла рассказать? Хотя она нашла причину своих переживаний, язык не поворачивался назвать ее достойной мрачного настроения. Или дело вовсе не в гороскопе?

Она еще раз вздохнула и вновь пожала плечами.

Эллис посмотрела на часы, на бумаги на своем столе и махнула рукой.

– Работа никуда не денется, да и срочного ничего нет, – сказала она. – Посмотри, какая замечательная погода. Я не помню, чтобы март был таким теплым. Давай прогуляемся по парку, подышим свежим воздухом, да и перекусить там можно. Дарел жаловался, что ты отвратительно питаешься.

Она улыбнулась и потянула Беатрис за руку. После такого напора у нее просто не оставалось вариантов. Беатрис встала, взяла сумочку, легкий плащ и вышла следом за подругой.

В одном Эллис была права: такого теплого марта и Беатрис не помнила. Она даже пожалела, что захватила плащ. Солнце пригревало уже по-летнему, на деревьях парка начали распускаться почки, изумрудно-зеленая травка пробивалась к свету, и в душном, загазованном Нью-Йорке дышалось необычайно легко. Даже гнетущее предчувствие беды как будто отпустило душу Беатрис.

Они сели на лавочке в отдаленной и тихой части парка и несколько минут молчали. Эллис первой не выдержала молчания:

– Если хочешь, можешь ничего не рассказывать. Просто я привыкла, что у тебя всегда все в порядке. Конечно, это эгоистично, но твой безукоризненный внешний вид, твоя сияющая улыбка не оставляли других вариантов.

– Я плохо выгляжу? – тревожно спросила Беатрис.

Эллис улыбнулась.

– Ну вот, я уже узнаю прежнюю мисс Роллинг. Что случилось-то? Последствия не начавшегося романа?

– Понятия не имею, – призналась Беатрис. – Когда я приняла решение, мне стало так легко, а теперь эта тяжесть вновь вернулась. Но ведь я уверена в том, что хочу быть с Дарелом. Да и с Ником мы договорились остаться друзьями…

– Ты сама-то в это веришь? И, кстати, когда это вы успели договориться?

Беатрис рассказала о встрече с Ником в банке и их разговоре.

– Тебя все еще тянет к Нику? – спросила Эллис после минутного молчания.

– Да, – чуть слышно ответила Беатрис. – И я не могу с этим ничего поделать. Наверное, нужно было сказать ему, чтобы больше не смел думать обо мне.

– И, полагаешь, это поможет? – горько улыбнувшись, спросила Эллис. – Разве можно кому-нибудь запретить думать?

– Ты просто никогда не слышала, как я это говорю, – парировала Беатрис. – Но было бы глупо разговаривать так с Ником, если мне все равно придется видеться с ним. К тому же он очень помог мне.

– Беатрис, может быть, твои чувства – банальная благодарность?

– О нет, Эллис, это совсем не благодарность! Я спокойно отношусь к интимным связям, но использовать свое тело в качестве благодарности… – Беатрис не стала договаривать, Эллис и так должна понять ее.

– Ну ладно, половое влечение не самая большая беда, – сказала подруга. – Тебя ведь еще что-то тревожит?

– Да, – призналась Беатрис. – Меня тревожат гороскопы совместимости, но ты все равно считаешь все это глупостью.

– Беатрис, мы идем по кругу, – устало вздохнула Эллис. – Ты ведь сама несколько дней назад сказала, что человек сам выбирает свою судьбу, а звезды могут лишь посоветовать ему. Почему же ты дергаешься?

– Сама не знаю.

– Мне кажется, тебе стоит уволить Дарела, – неожиданно сказала Эллис.

Беатрис удивленно посмотрела на нее.

– Работая в прежнем темпе, ты загоняла себя, но времени для глупых мыслей у тебя совершенно не оставалось, – пояснила Эллис. – Теперь у тебя слишком много свободного времени. Как ни странно, это плохо влияет на тебя.

Несколько минут они молчали. Беатрис понимала, что с Эллис нельзя не согласиться. Если бы она приходила домой, валясь с ног от усталости, на мысли о Нике, о гороскопах и чувстве долга у нее просто не оставалось бы времени. Лишь бы смыть косметику и добраться до кровати!

– Не увольнять же мне Дарела на самом деле! – растерянно сказала Беатрис.

– Боюсь, это у тебя уже не получится, – усмехнулась Эллис, как-то странно поглядывая на подругу. – Дарел слишком увлекся делами салона. По-моему, домой он уходит только потому, что его выгоняет уборщица. Вы с ним так похожи!

Беатрис смутилась и отвела взгляд. Эллис лишь покачала головой, многозначительно хмыкнув.

– А я ухожу ровно в шесть и потом еще часов пять не знаю, чем себя занять, – расстроенно сказала Беатрис.

– Не хочешь обзавестись хобби?

– Например?

– Ну не знаю… – Эллис задумалась. – Ландшафтный дизайн, вязание крючком, разведение аквариумных рыбок… Да хоть прыжки с парашютом! Лишь бы тебе нравилось.

– Ты серьезно предлагаешь это мне? – поинтересовалась Беатрис. – Попробуй представить меня с клубком ниток в руках.

Эллис честно выполнила просьбу подруги и сразу же почувствовала, как ее настроение улучшается. Зрелище было слишком забавным, чтобы остаться равнодушной.

– А экстрима мне и в жизни хватает, – закончила Беатрис. – Вот только, может быть…

– Что может быть? – подтолкнула ее Эллис.

– Может быть, мне предложить Дарелу свою помощь? У него так много дел, что в последний раз мы были вместе в воскресенье ночью. Мне так одиноко уже давно не было! – пожаловалась она. – И самое ужасное, что я не могу ни в чем обвинить Дарела, я ведь сама вела себя точно так же. А если мы будем делить работу, сможем вместе возвращаться домой и проводить выходные.

– Беатрис, может быть, тебе сделать Дарелу предложение? – спросила Эллис, с удовольствием наблюдая, как у подруги расширяются глаза. Когда Беатрис полностью осознала сказанное, Эллис продолжила: – А что? Ты такая самостоятельная, что Дарел просто боится посягнуть на твое пространство. Если оставить право выбора за ним, он так никогда и не решится.

– Эллис, я еще не хочу замуж! – как-то испуганно сказала Беатрис.

– Почему бы и нет? – Подруга пожала плечами. – Ты сама говоришь, что тебе одиноко без Дарела, что тебе нечего делать. Вот и выходи за него. Сначала посвятишь себя организации свадьбы, путешествия, отдохнешь, кстати, потом нужно будет готовить мужу ужин, убирать квартиру, носить вещи в химчистку, а там, глядишь, и потомством обзаведетесь. А уж когда пойдут дети, для хандры у тебя просто не будет времени.

– Муж и дети – как лекарство от хандры? – усмехнулась Беатрис. – Я не готова сделать такой серьезный шаг просто потому, что мне вдруг стало не по себе. И потом, я совершенно не приспособлена для ведения домашнего хозяйства. У меня дома чистота и порядок только потому, что я там практически не живу. Не жила, – мрачно закончила она. – Сейчас подумываю, не нанять ли помощницу по хозяйству.

– Тогда предложи Дарелу хотя бы жить вместе. В вашей паре за рулем он, значит, ему придется отдать тебе часть обязанностей, чтобы вы могли вместе уезжать домой.

– Честно говоря, я уже собиралась предложить Дарелу переехать, вот только не знала, как он отреагирует, – чуть смущаясь, сказала Беатрис.

– Уверена, Дарел будет счастлив услышать это от тебя, – беззаботно откликнулась Эллис.

– А почему же он сам не предложит?

– Беатрис, ты слушаешь, что я тебе говорю? – Эллис покачала головой. – Иногда ты меня просто удивляешь! Вертишь мужчинами, как хочешь, а не понимаешь элементарных вещей!

– Объясни глупой девушке, – с улыбкой попросила Беатрис.

– Если бы ты дала себе труд подумать над вашими отношениями, вместо того чтобы хандрить и ждать советов от звезд, ты бы сама все поняла.

– Эллис, прошу тебя, не нужно нотаций, я не переношу такого тона и на инстинктивном уровне сразу же перестаю слушать, что мне говорят. Просто объясни.

– Хорошо. Дарел – самостоятельный, состоявшийся мужчина. Он слишком увлечен своей работой, чтобы обращать внимание на такие мелочи, как жилье. Ты все же женщина, пусть и совершенно ничего не понимающая в домоводстве, но квартиру выбрала для себя просторную и удобную. Ну и смотри: если Дарел преложит тебе жить вместе, где вы будете обитать?

– Конечно, у меня!

– И что получается? – спросила Эллис и сама же ответила: – Дарел становится нахлебником и приживалой. И как ты думаешь, он согласится на это?

– Нет, конечно, – не задумываясь, ответила Беатрис.

– А если предложение поступит от тебя, если ты все ему разжуешь и положишь в ротик? Беатрис, ты же женщина, ты должна быть умнее!

– Знаешь, Эллис, я всегда думала, что мне не придется прибегать к хитрости со своим мужчиной.

– Мужчина пробивает стену лбом, а женщина делает два шага в сторону и находит дверь. Такова жизнь. – Эллис развела руками. – Конечно, решать тебе, но я бы проявила инициативу.

Беатрис ничего не сказала. Она должна была обдумать слова Эллис. Многое казалось правильным, о многом она и сама догадывалась, но что-то мешало ей принять предложение подруги безоговорочно.

– Ладно, пойдем обратно, – сказала Эллис, посмотрев на часы, – мы так и не пообедали. Опять придется перебиваться шоколадкой, а ведь хотела накормить тебя полезной едой. Вот до чего доводит пустая женская болтовня.

– Не такая уж и пустая. Ты подкинула мне несколько интересных мыслей.

– Все, что угодно, лишь бы ты перестала ходить хмурая и удрученная. Сил нет смотреть на тебя в таком состоянии! И, кстати, твое подавленное настроение влияет на работу всего салона. А если мы еще и опоздаем с обеда…

– Пойдем, – с вымученной улыбкой согласилась Беатрис.

Беатрис серьезно задумалась над словами подруги. Особенно над тем, что ей нужно чем-то заняться. Когда они подходили к салону, в голове Беатрис оформилось решение поговорить с Дарелом, вот только о переезде в этом разговоре она не скажет ни слова – просто потому, что еще не готова. Такие решения за пятнадцать минут не принимаются. И, кстати, в гороскопе доктора Моррана было сказано, что сегодня ей не следует принимать серьезных решений. Утром она под любыми предлогами отказалась подписывать контракт с поставщиками, перенесла это мероприятие на завтра, так что резко изменить жизнь вечером будет как минимум глупо. Беатрис предпочитала быть последовательной.

В салоне Беатрис сразу же пошла к Дарелу, которому выделили небольшую комнатку под кабинет. В этом помещении еле умещался стол и компьютер, но Беатрис знала, как для Дарела важно иметь собственный кабинет, где ему никто не будет мешать.

Она постучала, дождалась разрешения и вошла.

– Беатрис? – удивился Дарел.

– А ты ожидал увидеть кого-то другого? – с улыбкой спросила она.

– Честно говоря, да. Просто я не думал, что ты будешь стучать.

– Это же твой кабинет. – Беатрис пожала плечами.

– Ты здесь хозяйка, – заметил Дарел.

– Это твой кабинет, и здесь я не хозяйка.

– Ладно, оставим этот спор, – улыбнулся он и тут же перестроился на серьезный лад. – Что-то случилось?

– Понимаешь, Дарел, у меня вдруг появилась масса свободного времени.

– Масса это сколько?

– Ты не поверишь, но я в семь вечера уже дома!

– Вот это да! – усмехнулся Дарел. – Если учесть, что домой ты добираешься минут за пятнадцать, значит, задерживаешься на работе. И где же свободное время?

– Разве ты не помнишь, что звонить мне раньше десяти было бессмысленно?

– Помню и очень рад, что теперь ты возвращаешься раньше. Беатрис, даже тебе нужно иногда отдыхать.

– Я уже наотдыхалась вволю! – фыркнула она.

– Может быть, мне пора подавать заявление об уходе? – пошутил Дарел, но, едва он увидел выражение лица Беатрис, улыбка сползла с лица. – Я тебе больше не нужен?

Беатрис всплеснула руками и попыталась подойти к нему, ближе, но в тесном кабинете это было слишком сложно сделать.

– Очень нужен, Дарел! – воскликнула она.

– Тогда к чему ты завела этот разговор?

– Я хотела попросить тебя отдать мне часть дел. Я могла бы, например, заниматься закупками материалов…

– Охотно верю, что ты могла бы делать это и еще много чего другого, но, Беатрис, ты доверила эту работу мне, чтобы заняться расширением бизнеса. Ты ведь и сама понимала, что все просто не потянешь! И, между прочим, это было твое решение.

– Я и сейчас уверена, что все сделала правильно, – с некоторой поспешностью сказала Беатрис. – Но, Дарел, я просто не могу сидеть дома сложа руки!

– Займись чем-нибудь, – спокойно предложил он.

– Начать прыгать с парашютом? – ядовито поинтересовалась Беатрис.

– Я бы попросил тебя обойтись без крайних мер. – Дарел улыбнулся и вышел из-за стола.

В один шаг он оказался рядом с Беатрис и обнял ее. Их глаза встретились, и Беатрис задохнулась от переполняющей ее нежности.

– Не прошло и недели с того дня, как ты попросила о помощи, и вот ты уже отдохнула и вновь стала «железной леди», готовой тащить и дальше непомерный груз. Но ведь я уже здесь, я уже успел влюбиться в твой салон почти так же сильно, как и ты. И, Беатрис, я не люблю останавливаться на полпути, но еще меньше я люблю, когда меня пытаются отстранить от дел. Ты сама очертила круг моих обязанностей, и я очень прошу тебя, не пытайся ничего изменить, иначе мне придется уйти.

– Ты пытаешься угрожать мне? – с наигранной веселостью спросила Беатрис, уже понимая, что согласится на любые условия Дарела.

– Ну что ты! Я просто пытаюсь объяснить тебе, что не смогу так работать. Прошу тебя, Беатрис, позволь мне заниматься обязанностями управляющего без твоего контроля. Или ты не доверяешь мне?

– Разумеется, доверяю! Просто я умираю без работы. И еще мне хотелось, чтобы мы проводили больше времени вместе, раз уж у меня появилось это время.

Дарел улыбнулся и прижал к себе Беатрис.

– Да уж, ситуация резко поменялась. Теперь я пропадаю на работе допоздна, а ты сидишь дома и скучаешь.

– Ты скучал?

Беатрис подняла на Дарела свои огромные голубые глаза, и он вспомнил, как совсем недавно, неделю назад, она смотрела так же и по щекам бежали слезы. Боже, как много изменилось с того дня!

– Только не надо плакать, дорогая, – попросил Дарел. – Да, иногда мне становилось скучно, но я понимал, как много значит для тебя твоя работа, и был готов мириться с этим небольшим неудобством.

– Мне тоже нужно смириться? – спросила Беатрис.

– Я не могу просить так много. – Дарел развел руками. – Я только могу пообещать, что через три недели, когда я разберусь во всем досконально, мы будем вместе уходить с работы. Ты потерпишь три недели?

Беатрис кивнула и с трудом улыбнулась.

– Веду себя как маленькая! То мне не так, и это не этак… – Она покачала головой и постаралась взять себя в руки. – Ладно, я пойду, ты и так потратил впустую много времени.

– Время, потраченное на тебя, не может быть бесполезным, – наставительно сказал Дарел. – Я же люблю тебя, крошка.

– И я тебя люблю.

Дарел поцеловал ее и наконец раскрыл объятия.

– Но ты права, мне нужно работать.

Он развел руками и виновато улыбнулся. Беатрис приподнялась на цыпочки и поцеловала его в щеку.

– Зайдешь ко мне перед уходом? – спросил Дарел.

– Конечно.

– Может быть, я справлюсь сегодня до шести, тогда я смогу проводить тебя домой, да и поток машин будет меньше…

– Я бы предпочла, чтобы ты остался у меня, – вдруг сказала Беатрис.

– Хорошо. Только утром мне нужно будет заехать к себе, сменить костюм.

– Ты не понял, Дарел, я хочу, чтобы ты остался у меня навсегда.

Дарел внимательно посмотрел на нее.

– Ты уверена в своем решении? – с сомнением спросил он.

– Конечно. Только, прошу тебя, не начинай разговоров о том, что мужчина не должен переезжать к женщине! У меня большая квартира, уверена, мы там поместимся.

– В этом я и не сомневался.

– Тогда в чем же?

– Я сомневался, готова ли ты к такому шагу.

– Готова, Дарел, уже давно готова, жаль только, что сама этого не понимала. И очень благодарна тебе за ожидание. И между прочим, если ты переедешь, мы сможем видеться хотя бы ночью.

– Ради этого я согласен на все! – заявил Дарел.

– Тогда я пойду. Дел у меня не много, но с ними нужно разобраться. До вечера.

– До вечера.

Довольная собой Беатрис вышла из кабинета. Все оказалось гораздо проще, чем она думала. И почему она никак не искоренит дурацкую привычку все усложнять? Подумаешь, гороскоп! Она ведь сама просила доктора Моррана сделать акцент на бизнес-аспекте, может, к личной жизни это предупреждение не относилось?

Почту она проверила ближе к концу рабочего дня и, разумеется, обнаружила письмо от астролога. Беатрис даже не стала его открывать и сразу же отправила в корзину. Какое теперь это имеет значение, если уже все решено?

Впервые она решилась пойти наперекор звездам. К удивлению Беатрис, она не чувствовала никакого беспокойства. Да, их гороскопы не совместимы, но их любовь поможет преодолеть даже эту трудность.

Я хочу быть рядом с Дарелом, а если я что-то решила, я непременно добьюсь этого, подумала Беатрис и удовлетворенно вздохнула.

Беспокойство, давящее на ее плечи, стало немного легче.

Деликатный стук, которым телефон извещал Беатрис о сообщении, оторвал ее от развешивания рубашек Дарела на плечики. Субботним утром он привез к Беатрис сумку со своей одеждой и две коробки личных вещей: книг, дисков, памятных безделушек, которые легко накапливаются даже у самого неромантичного человека.

Беатрис открыла телефон и, прочитав сообщение, сразу же почувствовала злость на саму себя.

– Дарел, дорогой, я совсем забыла!

– Ты о чем-то забыла? Удивительно! – В глазах Дарела плясали чертенята.

– Легко смеяться над счастливой и потому совершенно потерявшей голову женщиной! – попеняла ему Беатрис.

– Так о чем ты забыла?

– Я сегодня ужинаю у Бернарда.

– Это от него сообщение?

– Да.

– И что же он пишет? Если это не секрет.

– Напоминает, что они с Клариссой ждут меня в пять.

Дарел отвернулся к книжным полкам и задумчиво принялся переставлять альбомы с репродукциями. Беатрис с тревогой смотрела на его напряженную спину. Даже за их короткие и нечастые встречи Беатрис научилась разбираться в настроении Дарела. Все же эти встречи длились два года. Сейчас он был крайне недоволен.

Ужасно! Ну почему я забыла об ужине у Бернарда? – попеняла себе Беатрис. Предложила бы Дарелу переехать ко мне в воскресенье, ничего страшного не случилось бы. Как теперь мне выпутываться?

– Бернард хорошо тебя знает, – сказал Дарел, так и не поворачиваясь лицом.

Беатрис подошла к нему и прижалась к широкой спине.

– Да, ведь мы друзья, – тихо сказала она.

– Иногда мне кажется, будто Бернард знает тебя слишком хорошо. – Спина Дарела оставалась все такой же напряженной, словно он и не чувствовал ласки Беатрис.

– Неужели ты ревнуешь? – искренне удивилась она.

Дарел ничего не ответил, лишь недовольно повел плечами, как будто руки Беатрис ему мешали.

– Ты ревнуешь! – уверенно сказала она и рассмеялась. – Дарел, Бернард последний мужчина на земле, с кем я стала бы флиртовать, я уже молчу о романе. И потом, он слишком сильно любит Клариссу и их будущего ребенка, чтобы обращать на меня внимание. Это просто дружеский ужин и ничего более.

Она почувствовала, как мышцы Дарела расслабились.

– Да, ты права. – Дарел повернулся и обнял Беатрис, зарываясь лицом в ее волосы. – Сам не знаю, что на меня нашло. Кажется, я становлюсь собственником.

– Я не собираюсь просить тебя делиться мной с другими мужчинами. И скрывать от тебя ничего не буду. Ты ведь знаешь, Дарел, как сильно я тебя люблю.

– Знаю. И люблю тебя еще сильнее.

– Я подумала, может быть, сказаться больной и не пойти к ним? – предложила Беатрис.

Ей вовсе не хотелось лишать себя радости общения с Бернардом и Клариссой, но ради Дарела она была готова на обман. В конце концов, когда люди живут вместе, им приходится идти на уступки.

– Что ты! – Дарел осторожно взял пальцами ее подбородок, приподнял ее лицо, чтобы посмотреть в чудесные голубые глаза, и ласково улыбнулся Беатрис. – Разумеется, ты пойдешь к Бернарду и передашь от меня привет. Я же не рабовладелец. И ты свободный человек, а не моя собственность. Мне нужно извиниться перед тобой, я вел себя недостойно.

Беатрис улыбнулась в ответ.

– Знаешь, мне даже понравилось, что ты ревнуешь меня, – призналась она. – Разве есть более веское доказательство любви?

– А вот это мы сейчас можем проверить…

Дарел наклонился и впился поцелуем в ее губы. Беатрис почувствовала, как у нее дрожат колени, и крепче обняла Дарела, прижимаясь к нему всем телом. Да, наверное, это настоящее доказательство!

Через полчаса, обнаженные и утомленные, они лежали на диванчике в гостиной, прижавшись друг к другу, их даже радовало, что места мало, ведь так приятно чувствовать рядом тепло любимого человека.

– Послушай, Дарел, а что, если ты пойдешь со мной? – Беатрис приподнялась на локте и внимательно посмотрела на него. Странно, что это простое решение проблемы до сих пор не пришло ей в голову.

– Семейный ужин? – хмыкнул Дарел. – Думаю, пока тебе лучше сходить одной.

– Мне очень не хочется оставлять тебя.

– Боишься, что я испорчу что-нибудь?

– Дарел, ну как ты мог такое подумать?! – Беатрис легонько шлепнула его по обнаженному плечу.

– Не переживай, я просто пошутил.

– И вовсе не смешно! – обиженно сказала она.

– Не вижу ничего страшного в том, чтобы ты без меня отправилась в гости к друзьям. Тебе тоже нужно отдохнуть.

– Но как-то нехорошо получается, – подавленно пробормотала Беатрис. – Ты у меня дома, а меня нет…

– Наверное, мы все же поторопились с переездом, – задумчиво сказал Дарел.

– Почему?

– Ты воспринимаешь меня как гостя, а не как равноправного партнера. Я ни в коем случае не претендую на твое имущество, – поспешил сказать Дарел, – я просто считаю, что раз уж мы начали жить вместе, то должны делать это не как хозяйка и гость, а как… – Он запнулся, явно не зная, как закончить свою мысль.

– Как партнеры? – подсказала Беатрис.

Дарел несколько секунд задумчиво морщил лоб.

– Можно сказать и так. Конечно, не самое удачное определение, но нам обоим близка эта терминология. Я искренне надеюсь, что для тебя я не гость.

– И все же я буду плохо чувствовать себя, зная, что ты здесь один скучаешь! – продолжала настаивать Беатрис.

– Уже половина четвертого, пока ты соберешься, пройдет еще полчаса, я тебя провожу, а потом продолжу раскладывать вещи, думаю, еще на часок это меня займет. И потом, в твоей квартире есть величайшее изобретение человечества – телевизор. Я даже забыл, когда в последний раз видел его включенным! Посмотрю какое-нибудь шоу или фильм. В общем, Беатрис, не переживай, я найду, чем занять себя. Или ты думаешь, что, если бы я провел этот вечер в одиночестве на прежней квартире, мне было бы веселее?

– А ужин?

– Закажу еду в ресторане.

– Я так плохо готовлю, что ты согласен на ресторанную еду?

– Думаю, из тебя получился бы великолепный повар, если бы ты поставила себе такую цель, – спокойно сказал Дарел. – Но у тебя другие приоритеты. И не расстраивайся, для человека, подходящего к плите раз в год, ты готовишь просто отлично!

– Мне приятно слышать от тебя комплименты, но, если бы ты попробовал стряпню Клариссы, ты бы так не говорил.

– Когда-нибудь обязательно попробую. И, кстати, тебе стоит подготовить своих друзей к изменениям в твоей жизни.

– Вот уж правда! – усмехнулась Беатрис. – Боюсь, Бернард не сразу поверит в это.

– Я и сам до сих пор не верю, – признался Дарел. – Но тебе уже пора собираться, если ты не хочешь опоздать.

– Да, ты прав.

Беатрис потянулась и с сожалением встала с диванчика.

– Кстати, может быть, тебя подбросить? – предложил он, натягивая футболку.

– Ни к чему! – отмахнулась Беатрис. – Возьму такси. Я в душ, буду через десять минут.

Дарел улыбнулся и поцеловал ее.

– Я так рад, что мы вместе, – сказал он.

– Я тоже очень рада, – ответила Беатрис и почувствовала, что совершенно не кривит душой. Получается, предостережения доктора Моррана были не более чем выдумкой?

Нет, наверное, он просто что-то напутал, решила Беатрис, становясь под упругие горячие струи воды. Уверена, он что-то не так понял или ошибся в расчетах из-за спешки. Нужно будет найти время и самой просмотреть гороскопы.

Беатрис представила, какая тяжелая и кропотливая работа ей предстоит, и поёжилась.

Вот я себе и нашла хобби, подумала Беатрис, вытираясь огромным махровым полотенцем.

Через пятнадцать минут она поцеловала Дарела и вошла в лифт. Ей было очень приятно слышать, что дверь квартиры закрылась только после того, как лифт начал движение.

Нет, я не ошиблась, Дарел именно тот, кто мне нужен!

– За что тебя люблю, так за пунктуальность! – воскликнул Бернард, открывая дверь.

Он пропустил Беатрис в небольшой холл и поцеловал ее в лоб. Из кухни вышла Кларисса и обняла гостью.

– Боюсь, совсем скоро я уже не смогу никого обнять! – указывая на уже большой живот, сказала она.

– Кларисса, ты чудесно выглядишь! – совершенно искренне сказала Беатрис.

Она привыкла считать жену Бернарда серой мышкой, но беременность чудесным образом преобразила Клариссу. Ее формы стали мягкими, движения плавными, а в глазах появился удивительный блеск.

– Бернард, не выпускай ее из дому! – потребовала Беатрис.

– Почему это? – не понял он.

– Украдут.

Кларисса усмехнулась и тепло улыбнулась Беатрис.

– Идите в гостиную, а мне нужно еще десять минут, – сказала она, возвращаясь в свое царство.

– Может быть, тебе помочь? – спросила Беатрис.

Кларисса задумчиво посмотрела на нее и покачала головой. Она явно припомнила несколько веселых и не очень историй под общим названием «Беатрис на кухне».

– Я сама отлично справлюсь, – заверила она.

Беатрис понимающе хмыкнула и махнула рукой.

– У каждого свой талант. И я рада, что хотя бы у вас ем домашнюю пищу. Просто я беспокоюсь, что ты устанешь.

– Знаешь, Беатрис, я еще никогда не чувствовала себя так хорошо, – сказала Кларисса. – Сил у меня сейчас с избытком. Ой, я заболталась с тобой, а у меня соус может пригореть!

– Она чудо! – совершенно искренне сказала Беатрис.

– Я знаю, – спокойно ответил Бернард. – Не желаешь посмотреть новинки в моей коллекции марок?

Беатрис делано возвела глаза к потолку. На самом деле она относилась к хобби Бернарда с уважением, как и он к ее страсти к гороскопам, но так хотелось поддразнить друга!

– Странно… – пробормотал Бернард, вглядываясь в ее лицо.

– Что странно?

– Ты успешна в бизнесе и в то же время на удивление плохая актриса!

– Пойдем смотреть марки, филателист!

Просмотр новинок коллекции Бернарда занял не слишком много времени, несмотря на то что Беатрис уже почти полгода не открывала его альбомы.

– Много денег уходит на приданое малышу, – развел руками Бернард, правильно истолковывая удивленный взгляд приятельницы. – Сейчас я уже не имею права тратить так же много на свое увлечение, как раньше, ведь с рождением ребенка расходов только прибавится.

– Знаешь, Бернард, встретившись с Клариссой, я впервые не испугалась вида беременной женщины и представила себя в положении, а теперь ты все испортил!

– Когда решишь родить ребенка, составь бизнес-план, – посоветовал Бернард. – Мы с Ником его с удовольствием просмотрим и прокомментируем.

– Если я с кем-то и буду советоваться, то только с твоей женой! – парировала Беатрис.

– Стандартный набор развлечений? – поинтересовалась Кларисса, входя в гостиную.

– Ты положительно влияешь на Беатрис, – сообщил жене Бернард.

– Интересно, как же?

Кларисса протянула руку, и муж, понимая ее без слов, помог сесть на диван. Беатрис чуть не прослезилась. Она просто обожала эту пару за удивительную настроенность друг на друга. Часто она спрашивала себя, а говорят ли Бернард и Кларисса, когда рядом никого нет. Беатрис казалось, что им это совершенно ни к чему с таким-то чувством друг друга!

– Глядя на тебя, Беатрис задумалась о рождении ребенка.

– Я тебе говорила, что каждая женщина должна созреть для такого решения, – спокойно сказала Кларисса.

– Думаешь, я уже созрела? – поинтересовалась Беатрис.

– О нет! Ты еще ужасно зеленая! Думаю, чтобы ты созрела окончательно, нам нужно родить еще парочку детей и отдать их учиться в колледж. Может быть, тогда ты наконец-то поймешь, что в материнстве нет ничего страшного.

– К сожалению, я из тех людей, которые предпочитают ставить эксперименты на себе. – Беатрис развела руками.

– Ну и зря. Думаю, все дело не в желании Беатрис, а в том, что рядом нет подходящего мужчины, – резюмировал Бернард и беспокойно посмотрел на часы.

Беатрис удивилась, но посчитала невежливым спрашивать, почему хозяин дома беспокоится. Вряд ли за двадцать минут она успела надоесть.

– Кстати, Беатрис, ты собираешься устраивать личную жизнь? – спросила Кларисса. – Или новый салон окончательно поглотит тебя?

– Ох, Кларисса, я была бы этому даже рада, – призналась Беатрис. – Я пригласила Дарела управляющим, и теперь у меня слишком много свободного времени. Я домой возвращаюсь к семи!

– Удивительно. – Кларисса покачала головой. – Кстати, Бернард, бери пример с подруги. Ее, между прочим, беременный муж дома не ждет.

– Думаю, Беатрис от такого варианта не отказалась бы! – хмыкнул Бернард. – Послушай, а чем ты занимаешься с семи до отхода ко сну?

– Телевизор смотрю. – Беатрис тяжело вздохнула. – Я даже не представляла, сколько существует бессмысленных шоу и глупых фильмов!

– Можешь попытаться исправить ситуацию. Давай прикинем. Час ты тратишь на то, чтобы привести себя в порядок, час, чтобы добраться на работу и с работы, на работе ты часов десять, пять часов на сон и час на еду… В итоге остается целых шесть часов пустого времени. Потрать его на обновление сетки телевещания, – с серьезной миной предложил Бернард.

Дамы проигнорировали его выпад.

– А не хочешь завести себе хобби? – предложила Кларисса.

– Эллис уже советовала мне прыжки с парашютом.

– Это тебе не подойдет! – уверенно сказала Кларисса.

– Почему же? – поинтересовался ее муж.

– Потому что нельзя прыгать на шпильках и в деловом костюме. Да и укладка растреплется…

Беатрис рассмеялась первой. Ей нравилось такое общение с обменом острыми, но не обидными шпильками. Может быть, стоит чаще наведываться в этот дом? И уж точно следует познакомить Дарела с четой Боуи! Они должны понравиться друг другу, ведь Дарел начитанный, образованный человек, да и с чувством юмора у него все в порядке.

– Если ты, Бернард, хочешь приобщить меня к маркам, даже не мечтай! – уверенно сказала Беатрис.

– Такой кадр уходит, – притворно вздохнул Бернард.

– И потом мне лучше потратить свободное время на курсы кулинарии. – Беатрис смутилась и опустила глаза.

– Интере-е-есно, – протянула Кларисса и переглянулась с мужем. – Выкладывай, что у тебя случилось?

– Я даже боюсь представить причину, по которой Беатрис смогла бы заинтересоваться кулинарией! – воскликнул Бернард.

– Причина проста: Дарел переехал ко мне.

Ну вот, сказала, и стало легче. Это решение уже не кажется чем-то из ряда вон выходящим. В конце концов, пора бы и ей задуматься о семье, может быть, и о детях. Дарел – именно тот, кому она смогла бы родить ребенка.

Погруженная в свои мысли, Беатрис не заметила, как Кларисса и Бернард тревожно переглянулись.

– Я понимаю, что готовка не главное, – продолжала она, – Дарел ценит меня в первую очередь как человека.

– Ага, а во вторую как бизнесмена, – поддакнул Бернард.

– Бернард, – укоризненно сказала Кларисса и положила руку ему на плечо. – Беатрис взрослая женщина и сама может решить, с кем жить и чем заниматься.

– А насчет готовки ты не совсем права: голодный мужчина – страшное животное, – сообщил Бернард.

– Пока я не научусь включать плиту без риска спалить квартиру, придется нам питаться в ресторанах.

Беатрис сделала вид, что не заметила выпад Бернарда. Да, ей очень хотелось иметь старшего брата, но иногда Бернард слишком увлекался этой ролью.

– Все же домашняя кухня лучше, – заметила Кларисса.

– Никто и не спорит, – согласилась Беатрис. – Но в мои планы отравление Дарела не входит.

– А жаль, – мрачно сказал Бернард.

Кларисса одарила его еще одним укоризненным взглядом.

– Давайте не будем затевать этот спор, – попросила она. – Главное, чтобы Беатрис была с ним счастлива.

– Я счастлива! – уверенно сказала Беатрис.

– Вот и славно. И потом, Бернард, ты совсем не знаешь Дарела, как ты можешь судить о нем?

– Мне достаточно рассказов Беатрис.

– Ни за что не поверю, милый, будто Беатрис обсуждает с тобой своих мужчин! – Кларисса мягко улыбнулась и умоляюще посмотрела на мужа.

Бернард тяжело вздохнул и сдался:

– Наверное, ты права.

– Беатрис, как ты смотришь на то, чтобы мы познакомились с Дарелом? – спросила Кларисса.

– Я хотела привести его с собой, но Дарел отказался.

– Понимаю его. – Кларисса мягко улыбнулась. – Давайте договоримся так: вы с Дарелом придете к нам в гости через неделю. Мы посидим, поговорим, и уж тогда ты, Бернард, будешь делать выводы.

– И держать их при себе! – добавила Беатрис.

Звонок в дверь помешал Бернарду сказать какую-то колкость в ответ.

– Наконец-то! – воскликнула Кларисса.

– Да, ему далеко до пунктуальности Беатрис, – согласился Бернард и пошел в прихожую.

– У меня совершенно остынет соус к баранине! – посетовала Кларисса, как только муж вышел.

– И кто же этот негодяй, посмевший испортить твой соус? – зловеще поинтересовалась Беатрис, уже догадываясь, с кем сейчас в прихожей здоровается Бернард.

– Только не сердись, – попросила Кларисса. – Мы ведь не знали, что ты наконец-то решилась жить вместе с Дарелом.

– Понятно. Сводничеством решили заняться?

– В том числе, – спокойно ответила Кларисса. – К тому же мне очень хотелось познакомиться с Ником. Бернард только о нем и говорит в последние дни. Я решила, что нашей тройке совсем не помешает немного разбавления. И потом наконец-то за столом за мной будет ухаживать другой мужчина. Мы ведь так давно никуда не ходили! – Кларисса подмигнула гостье и улыбнулась.

– Ладно, – буркнула Беатрис. – Мне Ник тоже очень нравится. Я давно не встречала такого интересного человека.

Ник широко улыбался, но тут же помрачнел, едва заметил Беатрис. Он повернулся и вопросительно посмотрел на Бернарда.

– Дорогая, познакомься, Ник Блейд.

– Здравствуйте, Ник! – Кларисса приветливо улыбнулась и поднялась ему навстречу. – Бернард так много о вас рассказывал. И, заметьте, только хорошее.

– Спасибо, миссис Боуи. – Ник церемонно поклонился ей и протянул цветы.

– Ох, какая прелесть! – воскликнула она. – И, Ник, ради всего святого, просто Кларисса! Думаю, не будет ничего страшного, если мы перейдем на «ты». Ну, с Беатрис вы уже знакомы, так что все в порядке. Дорогой, помоги мне, пожалуйста, поставить цветы в воду. Я не достану вазу.

Хозяева испарились из гостиной, и Беатрис сразу же почувствовала неловкость.

– Добрый вечер, – сказал Ник, выглядевший таким же смущенным.

– Добрый, – согласилась Беатрис.

Ник замялся и, подойдя к камину, принялся рассматривать фотографии.

– Это очень счастливая семья, – сказал он. – Счастье просто витает в воздухе.

– Они не просто счастливая семья, – со вздохом сказала Беатрис. – Они еще и очень активная семья. Как тебе выходка наших хозяев?

– Я не знал, что ты будешь на ужине, – поспешил сказать Ник.

Беатрис улыбнулась и махнула рукой.

– Охотно верю. Они явно с умыслом собрали нас здесь, а теперь еще и сбежали. Нет, я допускаю, что Клариссе сложно достать вазочку, но ведь Бернард мог бы справиться и один!

Ник тоже улыбнулся и развел руками. От этой улыбки на его щеках появились милые ямочки, и сердце Беатрис пропустило удар.

– Все равно у меня такое чувство, будто я виноват перед тобой, – признался Ник.

– Господи, почему же?!

– Хотя бы потому, что без цветов.

– Это такая мелочь! Дарел просто заваливает меня розами, так что я привыкла и уже не прихожу в экстаз от букетов.

– Розы? – удивился Ник. – Это не твой цветок.

– Интересно, почему ты так решил?

– Не подумай, будто я хочу как-то плохо отозваться о Дареле…

– Говори уже!

– Роза – заносчивый и довольно чванливый цветок, хотя красотой может сравниться и с другими цветами. Это для тех, кому важно внешнее.

– Удивительно! – воскликнула Беатрис. – Я чувствую то же самое! А какие бы цветы, на твой взгляд, мне подошли?

– Кактус! – заявил Бернард, входя в комнату.

– Слушай, как тебе удалось заполучить в жены такую прекрасную женщину? – раздраженно поинтересовалась Беатрис.

– Он соблазнил меня кактусами, – усмехнулась Кларисса, ставя цветы на столик в гостиной.

Беатрис и Ник недоуменно посмотрели на нее.

– Я совершенно серьезно. Дарел притащил на первое свидание цветущий кактус вместо роз или орхидей. Разве после такого начала можно было отказаться от второго свидания?

– И какие же цветы он принес во второй раз? – поинтересовалась Беатрис.

– Он явился вообще без цветов. Честно говоря, я уже хотела уходить…

– Неправда, у меня были с собой цветы! – возразил Бернард, обнимая жену за талию и нежно поглаживая живот.

– Конечно! – усмехнулась она. – На купальнике.

– Да, на купальнике. Я хотел сделать тебе сюрприз.

– Купальник? – ошеломленно переспросил Ник.

– Бернард повел меня в аквапарк, – пояснила Кларисса.

– А раз это был сюрприз, я не мог просить Клариссу взять с собой купальник. Пришлось дарить.

– Знаете, что самое удивительное в этой истории? – спросила Кларисса.

Ник и Беатрис покачали головами.

– Он угадал размер. А теперь за стол, а то моя баранина превратится в подметку.

– Вот уж не думала, что ты у нас романтик! – сказала Беатрис, когда все расселись и Кларисса торжественно внесла баранину под белым соусом.

– Еще какой! – заверил ее Бернард.

– Знаешь, Кларисса все же святая. Я бы тебе этот кактус затолкала за шиворот.

– У меня был такой позыв, – призналась Кларисса, – но я решила дать Бернарду второй шанс. А после купальника и аквапарка поняла, что с ним никогда не будет скучно. Я ведь и теперь получаю не дежурные подарки, а сюрпризы.

– Сложно, наверное, соответствовать? – сочувственно спросила Беатрис.

– Нет! Я в нашей паре консерватор, потому дарю нужные и полезные вещи.

– Но очень приятные, – добавил Бернард.

– Зная Бернарда только в рамках работы, я бы никогда не подумал, что он способен на такие безумные поступки, – признался Ник.

– Да, наш Бернард настоящий тихий омут! – рассмеялась Беатрис. – А теперь – все тихо, я буду наслаждаться кулинарным шедевром Клариссы.

Рассказ об ухаживаниях Бернарда за Клариссой задал тему всему вечеру. Хозяин охотно делился так и не осуществленными идеями, Беатрис старательно их критиковала, Кларисса то и дело требовала, чтобы Бернард остановился, а то на ее долю ничего не останется, а Ник большую часть вечера сидел молча, внимательно глядя на Беатрис и чуть ли не конспектируя все ее комментарии. Кларисса, обеспокоенная молчаливостью гостя, то и дело втягивала его в разговор. Ник отвечал остроумно, спорил корректно, но было видно, что он целиком поглощен своими мыслями. И Беатрис, кажется, догадывалась, что это были за мысли.

К концу вечера Беатрис поняла, что, несмотря на их решение остаться друзьями, осада может продолжиться.

Значит, мне нужно сегодня же сказать Нику, что я теперь живу с Дарелом. Конечно, Бернард доложит ему, но лучше, чтобы Ник услышал эту новость от меня. Черт возьми, если бы все сложилось по-другому, из этого могло бы что-то получиться!

Усилием воли Беатрис запретила себе думать об этом. Она приняла решение и не собирается его менять. Да и перед Дарелом теперь у нее возникли дополнительные обязательства. Не может же она перевести отношения с Дарелом на новый виток только для того, чтобы тут же изменить ему?

К десерту Бернард исчерпал свои идеи, и разговор перешел на трудности и радости семейной жизни.

– Наверное, это очень сложно – каждый день видеть человека? – спросила Беатрис.

Ей был важен ответ на этот вопрос, ведь теперь ей нужно было выработать новую стратегию поведения дома.

– Почему же сложно? – удивилась Кларисса.

– Пока люди ходят на свидания, они стараются выглядеть чуть лучше, чем есть на самом деле: макияж, прическа, костюм, а когда целый день под одной крышей, понимаешь, что человек может быть не в духе, может устать, в конце концов, может не краситься!

– Это для вас, женщин, важно быть всегда накрашенной и причесанной. Честное слово, я не замечаю разницу между накрашенной разодетой Клариссой и ею же в ночной рубашке и с зеленой маской на лице. – Бернард подумал и добавил: – Нет, когда маска замечаю…

Кларисса благодарно пожала его руку.

– И все равно, – продолжала упорствовать Беатрис, – ведь у каждого есть какие-то привычки, которые могут раздражать.

– Конечно, есть! – воскликнула Кларисса. – Бернард до сих пор не закрывает тюбик зубной пасты. В первый год я каждый день говорила ему об этом, заводилась ужасно! Потом села и подумала, что для меня важнее: закрытый тюбик или муж. Как только решила, что муж, сразу же успокоилась. А ведь я чувствовала, что еще чуть-чуть – и просто взбешусь!

– Ужасно, но я этого не замечал, – вставил Бернард. – Тогда я был очень плохим мужем. Еще не научился.

– Муж ты замечательный, а вот тюбик закрывать я тебя так и не научила.

– А сейчас тебя это уже не волнует? – поинтересовалась Беатрис.

– Я встаю позже и после того, как почищу зубы, закрываю тюбик. Можно даже сказать, что экономлю усилие для того, чтобы его открыть, – поделилась Кларисса своим секретом.

– Не знаю, смогла бы я проявить такое же терпение! – призналась Беатрис. – Хотя, наверное, незакрытый тюбик не самая ужасная из привычек…

– Знаешь, даже самая незначительная деталь может превратиться в катастрофу, если сильно этого захотеть. Терпение и понимание – вот, что важно.

– Извини, Кларисса, но мне кажется, что важнее любовь, – смущенно сказал Ник. – Если люди любят друг друга, никакой тюбик не станет помехой, ведь любимому человеку можно простить все.

– Думаешь, это критерий? – с улыбкой спросила Беатрис.

– Думаю, да, – совершенно серьезно ответил Ник.

В гостиной повисло молчание, каждый думал о своем. Беатрис пыталась представить себе, как бы она реагировала в подобной ситуации. Наверное, представила бы Дарелу список претензий, попросила завизировать его и через два дня подать ответ в письменной форме.

Беатрис улыбнулась этой мысли. Впрочем, как бы смешно это ни выглядело, каждый решает свои проблемы так, как ему удобнее.

Она посмотрела на часы и спохватилась.

– Надо же, половина одиннадцатого!

– Ой, действительно. Нам уже пора, – поддержал ее Ник.

Кларисса и Бернард переглянулись.

– Может быть, еще немного посидите? – предложил Бернард.

– Нет-нет, – поспешно сказала Беатрис. – Клариссе, как бы она ни храбрилась, нужно отдыхать. Вот только вызову такси.

– Может быть, я тебя подвезу? – робко спросил Ник. – Я на машине, потому и опоздал. Пробки.

– По-моему, это отличное предложение! – довольно заявил Бернард, за что получил от Беатрис ядовитый взгляд.

– А нам по пути? – спросила Беатрис.

– Один раз уже было по пути. – Ник улыбнулся. – И даже если я сделаю круг, почему бы не потратить это время на приятного человека?

Беатрис посмотрела на Клариссу и успела заметить, что та уже с трудом подавляет зевок.

– Хорошо, Ник, едем, – решилась Беатрис. – Кларисса, спасибо за чудесный ужин. Ни один шеф-повар с тобой не сравнится! И вам обоим спасибо за замечательный вечер.

– Если бы некоторые не работали как проклятые, мы могли бы встречаться чаще, – попенял ей Бернард.

– А ты в следующий раз просто не давай кредит Беатрис, пока она не придет к нам в гости, – предложила Кларисса.

– Это шантаж! – возмутилась Беатрис. – Но я вам обещаю, что скоро появлюсь, ведь у меня сейчас гораздо меньше работы, а насчет помещения для второго салона я договорюсь не раньше следующего месяца. Так что еще дней двадцать я вольная птица.

Беатрис обняла Бернарда и Клариссу, Ник ограничился рукопожатием, он явно все еще неловко чувствовал себя, но благодарил хозяев совершенно искренне. Было заметно, что ему понравилось в доме Бернарда и Клариссы.

– Пока! – махнула рукой Беатрис, выходя из дома.

Машина Ника стояла у гаража Бернарда с другой стороны дома, и им пришлось немного прогуляться. Свежий воздух бодрил. Беатрис нравилось легкая дрожь, что охватывает тело в такие моменты. Чем-то это было похоже на возбуждение от прикосновения любимого человека, вот только природа дарила наслаждение совсем другого порядка. После него не было усталости, лишь сила молодой травы и чистота свежего воздуха.

Ник остановился у машины и глубоко вздохнул.

– Честное слово, лучше бы сейчас пошел пешком! – сказал он.

Беатрис мягко улыбнулась. Она и сама не отказалась бы прогуляться. Вот только домой она пришла бы к завтрашнему полудню…

– Большой город, – с сожалением сказала она. – Много домов, много машин, много людей, а воздуха мало.

– Иногда я очень хочу все бросить и уехать в маленький городок на берегу Великих озер. Буду там бухгалтером в единственном бакалейном магазинчике… Работа с десяти до пяти, рыбалка, снег зимой белый-белый. И люди хорошие, все друг друга знают.

– Не идеализируй провинцию, – откликнулась Беатрис. – Я как раз из такого городка, только у нас была речка. И, честно говоря, я бы хотела уединенный домик на озере, чтобы ни одной души вокруг. А в родной город я никогда не вернусь.

Ник внимательно посмотрел на нее, но не стал расспрашивать, и Беатрис была ему за это благодарна. Жаль, что ее воспоминания от идиллических так же далеки, как и восторженная провинциалка от нынешней Беатрис.

– Поедем, что ли, – сказал Ник, открывая дверцу для Беатрис. – А то хозяева начнут волноваться.

– Они? – усмехнулась Беатрис, садясь в машину. – Если мы еще чуть-чуть задержимся, Бернард завтра начнет у тебя выпытывать, когда же наша свадьба.

Ник рассмеялся и пошел к водительскому месту.

– Все настолько плохо? – поинтересовался он, заводя машину.

– Бернард уже давно мечтает выдать меня замуж, вот только никто из тех, с кем я встречалась, его не устраивал. А ты ему сразу же понравился. Знаешь, Ник, у тебя вообще есть удивительное свойство нравиться. Это редкость. Тебе нужно было выбирать публичную работу.

– Ужасно боюсь публики, – признался Ник. – И я люблю свою работу. Думаю, ты меня понимаешь.

– Как никто другой! – улыбнулась Беатрис. – А ты готовься к тому, что будешь послезавтра давать Бернарду подробный отчет о том, как мы с тобой добрались.

– Надеюсь, доберемся нормально. Движение сейчас уже не такое интенсивное.

– Ты не понял. Бернард будет даже рад, если мы попадем в пробку. Он начнет выпытывать, о чем мы говорили, как я посмотрела, что могла подумать.

– Знаешь, мне Бернард нравится все больше и больше.

– Это еще почему?

– Потому что он искренне переживает за судьбу своей подруги. Честное слово, сегодня мне пару раз казалось, что он твой старший брат!

– Иногда и мне так кажется, вот только я не знаю, что в этом случае делать, радоваться или огорчаться.

– Мне кажется, радоваться.

– Понимаешь, Ник, я всегда мечтала о старшем брате и представляла его почти таким же, как Бернард. Вот только я не думала, что братец будет нахально лезть в мою жизнь.

– Это привилегия всех старших братьев. У меня есть сестра, ей сейчас пятнадцать. И я буду еще придирчивее в выборе кандидатов.

– Если только она спросит твое мнение.

– Мне кажется, что Бернард не спрашивал у тебя позволения на вмешательство в личную жизнь.

– Вот уж да! – усмехнулась Беатрис. – Ты даже не представляешь, как кстати мы подняли эту тему. Мне кажется, ты должен узнать от меня, а не от Бернарда: Дарел переехал ко мне, теперь мы живем вместе.

Ник помолчал несколько секунд, а затем совершенно спокойным голосом, даже слишком спокойным сказал:

– Я рад за вас. Надеюсь, у тебя все получится.

– Спасибо, Ник.

– Теперь понятно, почему тебя так волновала проблема совместного проживания.

– А у тебя был такой опыт?

– Был, – ответил Ник, – но я пока предпочитаю не вспоминать о нем, как ты о родном городке.

– Извини.

– Да ничего страшного! Ты же не могла знать. Бернарду я об этом не рассказывал.

Беатрис рассмеялась. Как хорошо Ник сумел разрядить атмосферу! Теперь все сказано, недомолвок больше нет. Ник прекрасно понимает, что совместное проживание – первый шаг к свадьбе.

К свадьбе? – Беатрис изумилась собственным мыслям. И мне это не кажется ужасным! Наверное, я все же взрослею. Только как-то быстро. Может быть, мама права, когда говорит, что я инфантильна? Успешность в бизнесе не показатель зрелости.

– О чем задумалась? – спросил Ник.

– О том, что мама была права.

– Жаль только, что мы понимаем это слишком поздно. Мне мама говорила: сынок, закрывай тюбик и разводи кактусы, а то девушки любить не будут, а я веду себя как последний разгильдяй!

Беатрис расхохоталась и не скоро смогла успокоиться. Когда она утихла, Ник спросил уже совершенно другим тоном:

– Как ты думаешь, то, что Бернард рассказал об ухаживании за Клариссой, правда?

– Правда, правда. Кларисса любит говорить, что если у Бернарда и есть какой-то недостаток, то это его патологическая честность.

– А разве это плохо? – удивился Ник.

– Типичный вопрос аудитора! – фыркнула Беатрис.

Когда Ник остановился у ее подъезда, Беатрис вдруг почувствовала, что совершенно не хочет расставаться с ним. Они так здорово общались! Их мировосприятие было схоже, и все же не настолько, чтобы они казались клонами друг друга. Многие вопросы вызывали споры. И Беатрис очень нравилось спорить с Ником. Он всегда оставался спокойным, беспристрастным, легко принимал чужие аргументы и никогда бы не стал использовать софистские приемчики для того, чтобы победить. Его вообще не интересовала победа, его интересовала истина.

– До встречи?.. – то ли с вопросительной, то ли с утвердительной интонацией сказал Ник.

– До встречи! – уверенно ответила Беатрис.

Да, они обязательно встретятся еще раз. Ник не станет ее любовником, но Беатрис не откажет себе в удовольствии иметь такого друга.

Поднимаясь по лестнице, она предвкушала, как расскажет Дарелу о вечере в кругу друзей, как они сразу же сойдутся во мнении обо всех спорных вопросах, как приятно будет чувствовать, что рядом человек, который думает так же, как и ты. А завтра воскресенье, целый день только для двоих!

Беатрис открыла дверь своими ключами. Дарел услышал ее и тут же вышел в прихожую.

– Привет! – сказала Беатрис и потянулась, чтобы поцеловать его, но Дарел вдруг уклонился.

– Почему так поздно? – недовольно спросил он.

– Мы заболтались, – растерянно ответила Беатрис.

– Ясно.

Дарел развернулся и пошел в гостиную, где упал на диван перед телевизором и принялся делать вид, что смотрит фильм. Беатрис нерешительно топталась в прихожей, вдруг почувствовав себя чужой в собственном доме.

Однако быстро он вжился в роль хозяина, мелькнула неприятная мысль, но Беатрис тут же осадила себя: я ведь бросила его одного и вернулась действительно поздно.

Она прошла в гостиную и села рядом с Дарелом на диван.

– Милый, я скучала по тебе.

– Да?

Дарел даже не повернул головы в ее сторону, словно она вдруг стала ему совершенно безразлична. Беатрис почувствовала, что начинает закипать. Она не обладала терпением Клариссы.

– Дарел, в чем дело? – прямо спросила Беатрис.

– Если ты сама не понимаешь, то ни в чем.

– Это не разговор! Объясни, что тебя не устраивает. И сделай это прямо сейчас. Я не желаю и минуты находиться в такой ужасной атмосфере.

– Жаль, что так трепетно ты относишься только к собственным желаниям, – язвительно сказал Дарел и тут же уткнулся в телевизор.

Беатрис вскочила и вытащила провод от телевизора из розетки.

– Что ты делаешь?! – возмутился Дарел. – Я же смотрю фильм!

– А я хочу, чтобы ты посмотрел на меня. Хватит играть в молчанку! Или ты сейчас же говоришь мне, в чем дело, или… – Беатрис запнулась.

– Или? – спросил Дарел.

Она тяжело вздохнула и села на диван рядом с Дарелом.

– Я совсем не так представляла наш первый вечер вдвоем, – призналась Беатрис. – Я не хочу ссориться с тобой. Дарел, давай поговорим. Лучше сейчас высказать все претензии, чем копить их в себе. Ты недоволен тем, что я поздно вернулась?

– Я не могу быть недоволен этим, – со вздохом сказал Дарел. – Честно говоря, сам не знаю, что на меня нашло. Нет, я вовсе не против того, чтобы ты общалась с друзьями. Даже за. Просто я переволновался. Ты поехала к пяти, а вернулась только в половине двенадцатого. Ни звонка, ни сообщения, а когда я начал тебе звонить, выяснилось, что телефон отключен.

– Как отключен? – удивилась Беатрис.

– Наверное, села батарея, – предположил Дарел. – Дело не в телефоне. Я уже не знал, что думать и где тебя искать. Думал звонить в больницы, у меня ведь нет телефона Бернарда…

– Ох, Дарел! – Беатрис бросилась ему на шею и поцеловала. – Я действительно слишком долго жила одна и привыкла к тому, что никто меня не ждет, никто не волнуется. Обещаю, что впредь буду обязательно звонить тебе.

– Спасибо, любимая. – Дарел поцеловал ее в ответ. – А я обещаю, что больше не буду устраивать сцен. Я, наверное, был смешон?

– Не знаю. – Беатрис пожала плечами. – Со стороны, может быть, но мне было невесело.

– Милая моя, мне так стыдно.

– Забыли! – сказала Беатрис. – Вот и первая ссора миновала. Думаю, мы вышли без особенных потерь. Я, кстати, сегодня прошла курс «Домашняя ссора: мужчина и женщина».

– Зачем тебе курсы психологической помощи? – удивился Дарел.

– Эта помощь дружеская. Мы сегодня обсуждали отношения между мужчиной и женщиной, когда они живут вместе.

– Беатрис, заканчивай разводить этот политес, скажи: между мужем и женой, – попросил Дарел.

Она пожала плечами, с трудом сдерживая улыбку. Да!!! Дарел сказал, что они могут стать супругами. Господи, неужели и он думает, будто это возможно?!

– И о чем вы говорили? – спросил Дарел.

Беатрис прижалась к нему и принялась рассказывать о том, как прошел ее вечер. Когда рассказ был закончен, она поцеловала Дарела.

– Я так рада вернуться домой. Это такое чудо, когда тебя кто-то ждет! – сказала она.

5

Густая пенная шапка медленно опадала, распространяя благоухание жасмина. Несколько тонких прядок выбились из небрежно убранных волос и свернулись изящными змейками на тонкой шее.

Беатрис блаженно улыбнулась и опустила плечи в горячую воду. Такое удовольствие она редко себе позволяла. Душ утром перед работой, душ вечером после. Только по воскресеньям Беатрис могла расслабиться в горячей ванне. Это был ее день: ванна, поздний завтрак в ближайшем кафе и легкий, ни к чему не обязывающий флирт с кем-нибудь из таких же поздних посетителей.

Но теперь с флиртом придется проститься, усмехнулась Беатрис, сдувая с ладони клок пены. Странно, никогда бы не подумала, что Дарел может ревновать. Но ведь вчера, что бы он там ни говорил, он ревновал! И вовсе это была не обида на то, что я оставила его одного. Удивительно, что я сразу не догадалась, в чем дело. Ведь он уже говорил, что мои отношения с Бернардом кажутся ему странными. А я еще ко всему прочему начала рассказывать о Нике. Нельзя быть такой глупой! А еще считала себя знатоком мужчин.

Беатрис фыркнула и удобнее устроилась в ванне. Как и у любой женщины, ее мысли тут же перекинулись на неотложные нужды.

Теперь времени у меня хоть отбавляй, ванну могу принимать каждый день, нужно сделать ремонт в ванной комнате, эта плитка навевает на меня тоску. Пожалуй, хорошо бы было сменить ее на мозаику. Потрясающе смотрелась бы красная… нужно спросить Дарела, что он думает по этому поводу. Но в любом случае, куплю гидромассажную ванну со множеством всяких интересных штучек. Надо будет посмотреть в каталоге, что есть новенького.

Беатрис счастливо улыбнулась. Она уже во всех подробностях представляла новую ванную. Вот только уж очень хлопотное это дело, ремонт.

Пока не разберусь с расширением бизнеса, о ремонте можно забыть, немного подумав, решила Беатрис. Но зато потом я буду вознаграждена. Уедем на время ремонта с Дарелом куда-нибудь, где тихо и нет людей. Даже мне иногда нужен отдых. А уж если я проведу это время с Дарелом… Мечты сбываются! И классно было бы сделать колонки. Сейчас бы я с удовольствием послушала что-нибудь веселое.

Настроение Беатрис без всякой натяжки можно было назвать великолепным. Примирение с Дарелом закончилось прекрасным сексом.

Если у Дарела и есть недостатки, то все они компенсируются в постели! – подумала Беатрис и хихикнула.

Она уже собиралась спустить воду и включить душ, как дверь распахнулась и на пороге появился Дарел с огромным букетом оранжевых полураскрывшихся тюльпанов.

Беатрис задохнулась от восторга.

– Боже мой, Дарел! Их не меньше сотни!

– Я не считал, – сухо ответил он, продолжая стоять на пороге.

– Милый, положи этот чудесный букет и иди ко мне!

– Никогда не мог предположить, будто тебя возбуждает адюльтер.

Беатрис выпрямилась и внимательно посмотрела на Дарела. От его ледяного тона игривое настроение испарилось.

– В чем дело? – спросила она.

– Это я тебя должен спросить, в чем дело.

Беатрис сердито дернула затычку в ванне, демонстративно закрыла шторку и быстро смыла с себя пену. Выяснять отношения – а Беатрис сразу же поняла, что Дарел именно этим и собирается заняться – лучше одетой. Да и настроение все равно испорчено…

Через минуту она накинула халат и с видом правящей королевы прошла мимо Дарела в гостиную. Беатрис удобно расположилась на диване и только после этого вопросительно посмотрела на Дарела. К сожалению, после ее демарша боевое настроение Дарела никуда не исчезло, и Беатрис даже показалось, будто ситуация усугубилась. Кажется, лучше было бы ей остаться в ванне и мило хлопать ресницами. Но сделанного не воротишь, а Дарел разговаривать явно не собирается.

Стоит с этими дурацкими цветами насупившись! – сердито подумала Беатрис.

Она не умела играть в молчанку и считала такое поведение уделом провалившихся шпионов.

– Ясно, ты хочешь добиться от меня чистосердечного признания непонятно в чем и не желаешь со мной общаться, пока я все тебе не расскажу?

Беатрис немного подождала, но Дарел явно не собирался отвечать. Она тяжело вздохнула. Почему иногда даже умный мужчина ведет себя как обиженный ребенок?

– Замечательно! – Беатрис с трудом удержалась от того, чтобы всплеснуть руками. Это было бы лишним. Если что-то сейчас на Дарела и подействует, то только холодная логика. Или ведро ледяной воды. – Говорить придется мне?

Дарел пожал плечами, давая понять, что ему так точно все равно.

Беатрис плотнее запахнула халат, сожалея, что не оделась. Еще бы и накраситься… Без платья, прически и макияжа она чувствовала себя голой. Дарел отлично успел изучить ее. Выбрал же момент, когда она наиболее уязвима! И все же Беатрис не собиралась так просто сдаваться.

– Являешься с букетом потрясающих цветов и вместо того, чтобы обнять меня, поцеловать, начинаешь задавать мне какие-то странные вопросы, говоришь об измене, между прочим, о супружеской, – спокойным уравновешенным тоном сказала она. – Объяснишь мне?

– Это ты мне объясни! – воскликнул Дарел, зачем-то выбрасывая вперед руку с букетом тюльпанов.

Беатрис поморщилась. Его голос сорвался на фальцет, и свою фразу Дарел закончил неприятным визгом. Она сделала три глубоких вдоха-выдоха и три быстрых. Это нехитрое упражнение всегда помогало Беатрис взять себя в руки. Вот и сейчас организм среагировал привычно: шум в ушах пропал, сердцебиение нормализовалось, и Беатрис вновь была готова спокойно реагировать на выпады Дарела, не срываясь в банальную истерику.

– Мы идем по кругу, – сказала она. – В таких случаях я прошу партнеров спокойно изложить все их претензии… – она сделала эффектную паузу, рассчитывая привлечь внимание Дарела, и сразу же почувствовала, как он напрягся, – или расстаться полюбовно, – закончила Беатрис.

Дарел дернулся, будто получил пощечину. Беатрис поняла, что сейчас лучше помолчать. Да, то, что она сказала, было жестко, может быть, даже жестоко. Предложить расстаться через сутки после переезда Дарела – чересчур даже для нее. Но ведь он не оставил другого выхода! Это предложение и было тем ведром ледяной воды, которое заставит-таки Дарела подумать.

Интересно, а если он сейчас развернется и уйдет? – подумала Беатрис и вдруг почувствовала удивительное спокойствие. Это испугало ее. Неужели она способна вот так взять и отпустить мужчину, с которым собиралась прожить всю жизнь?

А что будет с «Бель», если Дарел уйдет? – спросила себя Беатрис и тут же самой себе возмутилась. Что же я за человек, если судьба салона для меня важнее собственной?!

Беатрис почувствовала дрожь страха и попыталась взять себя в руки. Бояться нечего. Если она хоть чуть-чуть знает Дарела, он не уйдет, а согласится на конструктивный разговор. Дарел не из тех, кто готов все разрушить, лишь бы оставить за собой последнее слово. Во всяком случае, Беатрис на это очень надеялась.

– Итак, ты созрел? – чуть подтолкнула она Дарела, зная, как иногда бывает сложно начать разговор первым.

– Созрел.

– Тогда давай начнем сначала. Что случилось?

– Эти цветы… – Дарел замолчал, явно пытаясь справиться с собой.

– Что с цветами не так? Я просто обожаю тюльпаны. Если ты думаешь, будто я обманывала тебя, восхищаясь розами, то ты не прав. Мне нравятся розы…

Беатрис сказала все это и сама поняла, насколько глупо звучит ее версия. Но зато она дала шанс Дарелу собраться с мыслями и все же попытаться объяснить, что его так раздражает в безвинном букете тюльпанов.

– Дело не в том, какие цветы тебе нравятся.

– Тогда в чем же? – Беатрис уже устала вытаскивать из Дарела подробности. Наверное, впервые в жизни ей захотелось сдаться и оставить все так, как есть.

Нет, я должна попытаться наладить отношения с Дарелом. В конце концов, будет просто глупо разойтись и лет через двадцать узнать, что же было причиной. И я не хочу терять Дарела, он нужен мне, я его люблю.

Небольшой аутотренинг дал Беатрис свежие силы. Она выжидательно посмотрела на Дарела и жестом предложила ему говорить.

– Дело в том, какие мужчины нравятся тебе, – закончил Дарел.

Беатрис удивленно посмотрела на него. С чего это вдруг новый приступ ревности? Вроде бы они вчера все выяснили. Беатрис казалось, что она смогла убедить Дарела в том, что у нее с Ником ничего нет и не может быть. А если Дарел ревнует ее не к Нику, то к кому? К Бернарду? Но Дарел уже должен был понять, что Бернард как мужчина просто не существует для нее. Кто еще остается? Кто-то из ее бывших? С ними Беатрис уже давно не поддерживает отношений. А о ее принципах работы с партнерами и коллегами Дарел и сам прекрасно знает. Кто еще? Доктор Морран?

От этой мысли Беатрис чуть не рассмеялась в голос, но сумела взять себя в руки. Не удержавшись, она наверняка бы обидела Дарела, а ведь ей и так с огромным трудом удалось заставить его сказать хоть что-то.

– Мне нравятся умные мужчины, Дарел. – Беатрис позволила себе небольшую шпильку в его адрес. Ну просто не смогла удержаться!

Дарел криво усмехнулся, отчего его красивое холеное лицо вдруг стало неприятным.

– Значит, того, кто послал тебе этот букет, ты считаешь умным?

– Я всегда считала умным тебя. Прошу тебя, не дай мне повода разочароваться.

– Если ты считаешь меня умным, зачем пытаешься обманывать? – Дарел вытащил из букета записку и бросил ее Беатрис. – Читай.

Растерянно она подняла послание с дивана и открыла конверт. Обычный конверт, какие прилагаются к букетам в любом цветочном магазине. Листок внутри был исписан быстрым строгим почерком. Что-то в душе Беатрис дернулось, будто она знала этот почерк, хотя разум убеждал, что она никогда не видела такого. У Беатрис была отлично развита зрительная память, да и такой почерк сложно забыть, хоть раз увидев.

Проанализировав первые впечатления, Беатрис начала читать. Записка была очень короткой:

«В продолжение вчерашнего вечера».

Подписи не было, но она Беатрис и не требовалась.

– Ник, – пробормотала она.

– Та-а-ак, – протянул Дарел. – Значит, все-таки Ник!

– Это вовсе не то, о чем ты думаешь! – пролепетала Беатрис и сразу же почувствовала, как глупо звучит эта избитая фраза.

Дарел презрительно посмотрел на нее и тут же отвернулся, как от чего-то омерзительного.

Теперь уже Беатрис чувствовала себя так, словно ее окатили из брандспойта. Такая выходка Дарелу с рук не сойдет!

– Между прочим, Ник, зная меня несколько дней, безошибочно определил, какие цветы я люблю, – заявила она.

Дарел повернулся и иронично приподнял бровь, предлагая Беатрис продолжить.

– Да, определил. Он тонко меня чувствует, мне с ним интересно, всегда есть о чем поговорить. – Она сделала эффектную паузу и более миролюбивым тоном закончила: – Но, Дарел, это вовсе не означает, будто я собираюсь спать с ним!

– Да? А мне показалось, что это благодарность за ночь. Точнее за вечер…

– Я вчера была весь вечер у Бернарда и Клариссы. Да, Ник подвез меня, но ты должен понимать, что я не из тех, кто согласен на это в машине.

Беатрис гордо вскинула голову. Она сумела зацепить взгляд Дарела и теперь не собиралась отпускать его.

– Что значит «В продолжение вчерашнего вечера» ты уже придумала?

Щеки Беатрис вспыхнули, но не от смущения, как сначала решил Дарел, а от злости.

Она медленно встала и выпрямилась. Сейчас белоснежный халат с толстым ворсом вовсе не выглядел домашним и уютным, да и Беатрис уже не казалась такой беззащитной. Дарел невольно сделал полшага назад.

– Я никогда не лгала тебе и не стала бы этого делать, – четко разделяя слова, сказала Беатрис. – Сказав это, ты меня оскорбил.

– Но что я должен был подумать?!

Теперь уже Дарел защищался, но сейчас он мог даже не надеяться, что Беатрис остановится на полпути. Она выскажет все. Пусть потом будет сожалеть о многих словах, но уж лучше так, чем жить с оскорблением, нанесенным любимым человеком.

– Ты должен был подумать все, что угодно, кроме того, будто я тебе изменила. Мы заговорили о том, кому какие цветы подходят. Вот Ник и нашел ответ на этот вопрос. И я должна сказать, с этим он справился великолепно.

– В отличие от меня? – горько спросил Дарел.

– Наверное, ты не так остро меня чувствуешь. Но это вовсе не значит, что я не люблю тебя и собираюсь предать. Да, Ник определил мои любимые цветы с первого раза. Кстати, может быть, ему просто повезло. И потом, он знал, что я равнодушна к розам.

– Ты говоришь, что никогда никому не лгала. А почему не сказала мне, что не любишь розы?

– Дарел, ты меня не слушаешь. Я не сказала, что не люблю розы, я сказала, что равнодушна к ним. Тюльпаны я обожаю в любом виде: один цветочек, огромная клумба, букет, икебана – что угодно! Но ты всегда так красиво, так необыкновенно дарил мне розы, что я влюблялась в них с первого взгляда. И потом разве можно лепестками тюльпанов усыпать комнату?

Беатрис позволила себе легкую улыбку. Злость быстро уходила. Да, Дарел был не прав, сделал ей больно, но сейчас они все обсудят, расставят по местам, и дальше их жизнь потечет спокойно.

– Да, я все понимаю, но и ты пойми меня! – упрямо сказал Дарел, явно не желая признавать свою вину. – Моей любимой женщине присылают букет с такой запиской. Что я должен был подумать?

– Во-первых, ты не должен был читать эту записку.

Он опустил голову, явно чувствую себя виноватым.

– Но я тебя прекрасно понимаю, – спокойно продолжала Беатрис. – Не уверена, что и сама удержалась бы от такого соблазна.

Она улыбалась кончиками губ. Сейчас вся эта неприятная история уже не казалась трагедией и концом их отношений. Да, погорячились, да, наговорили друг другу много неприятных слов, но ведь все еще можно поправить. В этом Беатрис была убеждена.

– И вообще, часто цветы дарят как знак уважения и симпатии, а вовсе не как благодарность за проведенную вместе ночь… или вечер, – добавила она.

– Да, ты права, я не должен был так реагировать, – пробормотал Дарел, все еще не решаясь посмотреть Беатрис в глаза. – И читать записку не должен был. Но я просто схожу с ума.

– От ревности?

– От страха.

Беатрис удивленно посмотрела на него.

– При чем тут страх? – спросила она. – Разве там, где есть любовь, есть место страху?

– Как оказалось, есть. – Дарел печально улыбнулся. – Знаешь, мои чувства вовсе не похожи на ревность, ведь ревнуют, когда боятся поделиться тем, что есть, а я боюсь потерять. Любого мужчину рядом с тобой я воспринимаю как потенциального соперника. А уж если он так тонко тебя чувствует… – Он позволил себе немного горькой иронии.

– Дарел, у меня была возможность изменить тебе с Ником, но я не стала этого делать. И вовсе не потому, что боялась укоров совести или чего-то в этом духе! – С деланой беззаботностью Беатрис махнула рукой. Да, именно совесть остановила ее тогда, но сейчас важнее было другое: донести до Дарела одну простую мысль, не отвлекаясь на философские вопросы. – Я люблю тебя и только тебя, и никогда не буду заниматься сексом с нелюбимым мужчиной.

Беатрис замолчала. Теперь была очередь Дарела, и она очень надеялась, что выбор оказался верным. Он долго молчал, то ли осмысливая сказанное Беатрис, то ли подбирая слова. Лицо Дарела была непроницаемым.

Я все еще слишком плохо его знаю, немного расстроенно думала Беатрис. Ни за что бы не поверила, будто Дарел может ревновать! Мне он всегда казался таким рассудительным, таким здравомыслящим. Я полагала, он сначала думает, а уж потом действует, но, оказывается, даже Дарел способен на импульсивные поступки.

А Дарел все еще молчал. Беатрис понимала: чем дольше продлится это молчание, тем сложнее будет сказать первое слово. Ей надоела эта игра. Все, что нужно, сказано. Чего ждать?

Беатрис открыла рот, чтобы предложить Дарелу расстаться на несколько дней и хорошенько все обдумать, как вдруг он сделал шаг. Сильные руки сомкнулись на плечах Беатрис, нежные губы прикоснулись к виску.

– Прости, – прошептал Дарел. – Я веду себя как идиот!

– Не говори так! – попросила она, чувствуя, как тает в объятиях любимого.

– Нет, правда, я самый настоящий идиот, кретин. Я не имел права даже подозревать тебя и тем более обвинять. Беатрис, ты простишь меня?

– Уже простила.

– Нет, в самом деле?

– Дарел, я люблю тебя и готова простить тебе все.

Он крепко прижал к себе Беатрис и зарылся лицом во влажные волосы.

– Спасибо, любимая.

Беатрис знала, что сейчас не нужно ничего отвечать. Как же хорошо, когда дома спокойно!

Но неприятный осадок остался, ведь тюльпаны пришлось выбросить.

6

Через несколько дней, когда эта вспышка ревности потускнела, Дарел позволил себе довольно грубо спросить у Беатрис, кто это звонит ей. Беатрис удалось свести все к шутке и дурацкий звонок был забыт, но в душе остался неприятный осадок.

Не собирается же Дарел следить за мной! – раздраженно думала Беатрис, глядя в монитор. Она изо всех сил пыталась работать, но личная жизни вновь вытеснила мысли о салоне. Это становилось неприятной тенденцией.

Беатрис чувствовала, что у нее начинает развиваться паранойя. Вчера ей показалось, будто в кафе, где она обедала, за дальним столиком сидел Дарел. Когда Беатрис присмотрелась внимательнее, там уже никого не было. Она предпочла убедить себя в том, что за столиком был просто похожий мужчина.

Дарел не способен на это! – уверяла себя Беатрис. Да и зачем? Мы поговорили, я объяснила, что люблю его. По-моему, этого более чем достаточно.

– Опять проблемы? – сочувственно спросила Эллис, оторвавшись от работы.

Беатрис лишь кивнула.

– Что на этот раз? – В голосе подруги было столько участия, что Беатрис все ей рассказала.

– Дарел просто донимает меня своей ревностью! – с трудом сдерживая слезы, сказала она, удивляясь тому, как сильно ее задевает ревность Дарела. – И это сейчас, когда он еще не совсем освоился у меня дома.

Эллис многозначительно приподняла бровь.

– У нас дома, – поспешила поправиться Беатрис и устало махнула рукой. – В любом случае я и представить не могла, что Дарел может быть таким ревнивым!

– Честно сказать, и я не могу представить. Может быть, ты преувеличиваешь?

– Нет, Эллис, вовсе я не преувеличиваю! Обиднее всего то, что я не даю ему повода.

– Извини, конечно, но мне кажется, что букет – достаточный повод.

– Но ведь эти цветы были подарены вовсе без намека!

– Может быть, Дарел увидел то, что ты предпочла не заметить? – Эллис мягко улыбнулась.

– Ты думаешь… – Беатрис замолчала, но тут же широко улыбнулась. – Нет, Ник не такой! И потом он ведь уже знал, что я живу с Дарелом.

– И что?

– Ну, это значит, что у нас серьезные отношения и мы собираемся быть вместе и дальше.

– Беатрис, иногда ты бываешь удивительно наивной! Разве ты никогда не слышала о том, что жены изменяют мужьям?

– Слышала, но ко мне это не имеет никакого отношения, – твердо сказала Беатрис. – Я сплю только с тем, кого люблю, и живу с тем, кого люблю, и замуж выйду за любимого человека. Так что в моем случае муж и любовник – одно лицо.

– Ты меня удивляешь! У тебя было столько мужчин…

– …И всех я любила, – спокойно закончила Беатрис. – И потом, Эллис, их было не так уж и много. Люди склонны преувеличивать. Вот и Дарел преувеличивает, то он ревнует к Бернарду, то к Нику. Кто следующий? Какой-нибудь таксист?

– Думаю, до этого не дойдет, – с улыбкой сказала Эллис. – Знаешь, мне вообще кажется, что проблема не столько в Дареле.

– Хочешь сказать, проблема во мне?

– И с тобой все в порядке, – поспешила заверить ее подруга.

– Тогда что не так?

– Ваши отношения вне вас двоих довольно странные: Дарел переселился к тебе, работает на тебя, мне кажется, он чувствует себя… – Эллис задумалась, подбирая слово, – ущербным, что ли?

– Он прекрасный специалист, а переехал ко мне…

– Беатрис, я помню все твои доводы и согласна с ними! – поспешила остановить ее Эллис. – Дело не в объективных фактах, а в субъективных ощущениях. Получается, что ты во всем выше Дарела: твой салон, твоя квартира, разве что машина его, и то, если бы ты нормально воспринимала нью-йоркские дороги, еще неизвестно, кто бы кого возил.

– Ты правда думаешь, что дело в этом?

– Все еще хуже. Мне кажется, Дарел боится, что вскоре ты найдешь кого-то лучше его и пойдешь дальше, а он останется не у дел: без любимой женщины, без жилья, без работы. Отсюда и патологическая ревность.

– Все это звучит очень правдоподобно, – чуть подумав, согласилась Беатрис. – Но мне-то что делать?!

– Показать, что ты совершенно доверяешь ему, что он мужчина, добытчик мамонтов, а ты так, корешков собрать.

– Эллис, ты не поверишь, но я готова почти на все. Ужасно тяжело жить в такой атмосфере. Я понимала, что трудности с притиркой характеров будут, но все имеет свои пределы. Как мне успокоить Дарела? Отдать ему «Бель»?

– Это будет слишком. И потом, Дарел не примет такой подарок. Он ведь прекрасно понимает, что для тебя значит салон, и все равно это будет выглядеть как подачка: держи, только успокойся.

– А что будет не подачкой? – на повышенных тонах спросила Беатрис.

– Не я подозреваю тебя в изменах, – осадила ее Эллис, – я просто даю тебе советы, о которых ты сама меня попросила.

– Извини. – Беатрис стало стыдно. – Видишь, как я замучилась?

– Вижу и хочу тебе помочь. Чтобы повысить самооценку Дарела, нужно сделать так, чтобы он стал необходим тебе как воздух.

– Он мне и так необходим как воздух!

– Нет, Беатрис, ты лукавишь. Охотно верю, что и перед собой. Скажи, если вдруг Дарел уйдет от тебя, что ты будешь делать?

– О, тогда у меня будет столько дел в салоне, что на терзания просто не останется времени.

– Вот видишь! – победно воскликнула Эллис. – Дарел понимает, что салон всегда будет для тебя значить больше, чем он. Наверное, и больше чем любой другой мужчина. Он пытается смириться с этим. Результаты неутешительны.

– Да уж. И все равно: что мне делать?

– Сделай так, чтобы Дарел стал необходимым человеком в салоне. Посмотри, ты можешь уволить любого: от уборщицы до меня, но если уйдешь ты, дело рухнет. Вот нужно сделать так, чтобы и Дарел стал таким же столпом.

– Я бы не хотела тебя увольнять. Боюсь, работа все же встанет.

– Встанет, но довольно быстро ты найдешь другого бухгалтера и быстренько наверстаешь упущенную выгоду. Если уволишь Дарела – у тебя появится масса дел, но все понимают, что ты будешь даже рада. В том числе и Дарел.

Беатрис закусила губу, совершенно не задумываясь о макияже. Она была склонна согласиться с подругой. Во всяком случае, многое из того, что Эллис сказала, казалось правдой.

– Мне кажется, ты права, – чуть растягивая слова, сказала она. – Осталось только придумать, как сделать Дарела таким необходимым винтиком…

– Тут я тебе ничего подсказать не могу. – Эллис развела руками. – И вообще, предлагаю заканчивать перерыв для срочной дружеской помощи и возвращаться к работе.

– Согласна.

Эллис вернулась к компьютеру, а Беатрис вспомнила, что не проверила сегодня электронную почту, а ведь ей должны были прийти прайс-листы от поставщика средств для ухода за волосами.

Прайс-листы были на месте, так же в ящике Беатрис накопилось много спама, но среди этих ненужных рассылок с дикими предложениями оказались и гороскопы доктора Моррана. Беатрис даже немного удивилась: она так увлеклась своими переживаниями, что забыла о самом верном средстве – хорошо составленном гороскопе.

Беатрис открыла письмо и начала читать. То и дело ей хотелось воскликнуть что-то вроде «Так и есть!» и лишь присутствие Эллис останавливало ее.

Доктор Морран превзошел самого себя: в субботу звезды пророчили интересную встречу, в воскресенье обещали конфликт, а вся эта неделя должна была пройти под знаком Плутона – планеты крайне неблагоприятной для подвижных Близнецов.

Досконально изучив гороскопы, Беатрис открыла прайс-лист, но работа вновь не шла на ум.

Странно, задумалась она, застыв в уже привычной позе, в гороскопе совместимости сказано, что мы с Дарелом совершенно не подходим друг другу. Но ведь у нас так много общего. Хотя если взять ту же ревность, здесь мы не похожи. Дарел проводит целые дни в цветнике: все мастера у меня молодые хорошенькие девушки, да и Эллис, самая старшая, весьма и весьма симпатична, а я совершенно не ревную, потому что доверяю Дарелу. Но это, наверное, единственное, в чем мы не схожи. С другой стороны, может быть, доктор Морран ошибся, и, чтобы перестать мучиться, мне нужно просто обратиться к другому астрологу?

Эта крамольная мысль не посещала голову Беатрис с первого же дня знакомства с доктором Морраном. Но сейчас она чувствовала, что нужно рискнуть. Оставалось только надеяться, что доктор Морран не узнает об этом «предательстве».

Беатрис зашла в поисковую систему и ввела запрос «консультация астролога». Через секунду она получила внушительный список адресов. Свой выбор Беатрис доверила случаю: попросила Эллис назвать любое число. Жаль только, сегодня у нее ну никак не получалось попасть к этому астрологу! Личная жизнь может и подождать, а вот работа – нет. Нужно все же разобраться с поставщиками. Да еще и с Дарелом хотелось переговорить в рабочей обстановке. Беатрис, кажется, придумала, как повысить его самооценку.

Дарел удивленно переводил взгляд с Беатрис на бумагу, которую она протягивала.

– Ты уверена в том, что делаешь?

– Если я что-то делаю, значит, я уверена, – с улыбкой сказала она.

– Но ведь это очень серьезный шаг.

– Дарел, первый серьезный шаг я сделала, когда пригласила тебя в салон. Меня более чем устраивает твоя работа, я готова доверить тебе свою жизнь, что почти равносильно содержанию этой бумаги.

Дарел понимающе улыбнулся.

– Я хочу, чтобы ты стал совладельцем, – продолжила Беатрис. – И дело не только в доверии. Скоро мне понадобится уделять все свое время второму салону, я не смогу ездить подписывать каждую бумажку. К тому же понадобятся кредиты. У тебя безупречная кредитная история. Не очень крупные суммы без серьезного обеспечения ты будешь получать без проблем. Дарел, я ничего не делаю просто так, я все всегда взвешиваю и обдумываю по сто раз.

– Ты понимаешь, что, подписав эту бумагу, даешь мне практически неограниченные возможности?

– Понимаю, – устало сказала Беатрис. – И потом это только наметки. Нужно еще переоформить массу документов. Завтра с утра мы этим и займемся. Я хочу, чтобы все было сделано безукоризненно.

– Мне очень важно твое доверие. – Дарел поджал губы, явно пытаясь как можно мягче высказать свою мысль.

– Что тебя смущает, Дарел? – Беатрис искренне не понимала, в чем проблема, совсем как в истории с тюльпанами.

– Мне кажется, ты приняла это решение под влиянием обстоятельств.

– Хочешь сказать, я пытаюсь подкупить тебя?

Беатрис с трудом сдержала улыбку. В общем-то Дарел был прав, но нужно было учитывать и ее мотивы. Ради спокойствия в доме Беатрис была готова пойти и не на такую жертву.

– Ну, мне кажется, если бы не было этих глупых ссор в выходные, не было бы и этого документа.

– Дарел, ты не прав. – Беатрис покачала головой. – Я убедилась, что тебе можно доверить салон. Ты и так делаешь гораздо больше того, что должен делать, так почему бы не узаконить такое положение вещей? То, что мне нравится мое дело, вовсе не значит, будто я собираюсь превращаться во вьючное животное и все тащить на себе. В конце концов, я тоже хочу в отпуск!

– Вот это да! – рассмеялся Дарел. – Ты хоть представляешь себе, что такое отпуск?

– Смутно, – с улыбкой призналась Беатрис, – но в этой жизни нужно попробовать все. Кстати, я думаю сделать ремонт в ванной…

– Давай об этом поговорим дома, – поморщился Дарел. Перспектива ремонта его явно не вдохновляла. – Сейчас у нас другой вопрос на повестке дня.

– Да, ты прав. Так вот по поводу другого вопроса. Я устала быть сильной и все тащить на своих плечах, особенно сейчас, когда рядом ты. Один раз я тебе доверилась и не ошиблась. Почему бы не довериться еще раз? Ты станешь совладельцем, и мне не придется ездить каждый день сюда.

– Но видеться мы будем гораздо реже, – заметил Дарел.

– По вечерам, как и все остальные. И, кстати, можно подумать, сейчас, когда мы работаем вместе, мы часто видимся!

Дарел рассмеялся.

– Послушай, я понимаю, что управление предприятием, пусть даже небольшим, – это серьезная ответственность, но ты ведь можешь взять ее на себя! И потом, Дарел, разве тебе хочется, чтобы я приходила домой ближе к ночи и без сил падала на диван, чтобы в шесть утра подскочить и вновь куда-то бежать? – Беатрис вытащила из рукава козырную карту. Теперь-то Дарелу ничего не оставалось делать, как согласиться с ней!

– Не хочется, – согласился Дарел. – Скажи мне, Беатрис, что ты слышала о шантаже?

– Что это очень плохо. – Беатрис улыбнулась и невинно похлопала ресницами.

– Ты превращаешь меня в подкаблучника, – попенял он.

– Значит, ты согласен? – Беатрис предпочла проигнорировать последнее замечание. Дарел явно шутил.

На губах Дарела появилась усмешка.

– Согласен.

– Вот и отлично! – обрадовалась Беатрис. – Значит, завтра оформим документы, съездим к нотариусу, и я со спокойной душой займусь вторым салоном. Нужно, кстати, придумать для него название.

– Почему не «Бель»?

– Незачем путать людей.

– Думаешь, судьба салона зависит от названия?

– Конечно! Ведь название привлекает внимание. Но начинать с него, все равно что строить дом с крыши. Поговорю с дизайнерами, решим, каким будет интерьер, и уже тогда я подумаю, что можно придумать для вывески. Ладно, это все потом, а то уже половина второго, через пять минут мне должны позвонить, – спохватилась Беатрис. – Дарел, спасибо тебе большое.

– Да вроде бы еще не за что, – развел он руками.

– Спасибо за то, что ты рядом.

Беатрис улыбнулась и быстро поцеловала его в щеку.

– До вечера! – попрощалась она.

– Я зайду за тобой ровно в шесть.

– Хорошо, я буду готова.

Беатрис, довольная собой, выпорхнула за дверь и не заметила тяжелого взгляда Дарела. И еще эта странная усмешка…

Лишь одна черта собственного характера вызывала у Беатрис двойственные чувства: с одной стороны, то, что она никогда не затягивает выполнение своих решений, хорошо, но, с другой стороны, плохо тем, что часто принять правильное решение можно лишь после какого-то времени на обдумывание. Впрочем, в случае с Дарелом Беатрис была уверена в том, что решение, несмотря на его спонтанность, правильное. Да и в гороскопе доктора Моррана было написано, что в среду придется принять судьбоносное решение. Звезды одобрили ее выбор.

На следующий же день Беатрис сообщила сотрудникам о своем решении и занялась оформлением документов. К ее удивлению, это решение не вызвало энтузиазма у ее девушек. Одна Эллис полностью одобрила и поддержала ее.

– Все просто, – объясняла она, когда Беатрис пожаловалась, что все, от уборщицы до Линды, как-то странно на нее смотрят. – Взгляни на эту ситуацию под другим углом. С того дня, как Дарел пришел в салон, не прошло и месяца, и вот он даже не управляющий, а такой же хозяин, как и ты. Ну почти, остались ведь незначительные мелочи. Из ваших отношений вы не делаете тайны.

– Это было бы просто глупо! – перебила ее Беатрис.

– Я вовсе не это имею в виду! – отмахнулась подруга. – Просто все думают, что Дарел назначен лишь потому, что спит с тобой.

От возмущения Беатрис задохнулась.

– Не переживай ты так. Мало ли кто что думает? – поспешила успокоить ее Эллис. – Ты знаешь, что Дарел отличный специалист и ему можно доверять, я это знаю, скоро и остальные поймут. Не переживай и не обращай внимания. Чем острее ты будешь реагировать на эти сплетни, тем крепче все утвердятся во мнении, что это правда.

– Тяжело работать в женском коллективе, – вздохнула Беатрис.

– У любого коллектива есть свои минусы и плюсы. В мужском ты бы быстро разобралась в правилах бейсбола, научилась носить любую одежду с кроссовками и виртуозно открывать пивные бутылки о край стола.

– Светлые воспоминания о прежней работе? – поинтересовалась Беатрис.

Эллис лишь кивнула. Она повернулась к своему столу и тут же воскликнула:

– Чуть не забыла! – Эллис отлепила от монитора лимонный стикер и протянула его Беатрис. – Твой дизайнер просил позвонить. Кажется, у него готовы первые эскизы.

– Замечательно! – удовлетворенно потирая руки, сказала Беатрис. – Ужасно хочется начать ремонт.

Она взяла стикер и позвонила дизайнеру, вновь с головой погружаясь в дела.

Хотя крамольное решение проконсультироваться у другого астролога появилось давно, Беатрис так и не нашла времени, чтобы съездить в выбранный салон.

Сначала ее заняло оформление документов, потом ей понравился один из вариантов дизайна будущего салона, и в помещении начался ремонт. А раз начался ремонт, можно было заказывать мебель и оборудование и начинать подбор персонала. Все это требовало ее внимания, а часто и присутствия. Беатрис решала все вопросы: от дизайна помещения до марки краски для стен. Она лично выбирала светильники и цвет обивки для стульев и кресел, лично отчитывала нерадивых строителей и улаживала конфликты с местными жителями, недовольными постоянным шумом. А еще пожарная служба, муниципальные власти, санитарный надзор!

Через месяц такой жизни Беатрис поняла, что приняла единственно верное решение, сделав Дарела партнером, почти партнером: все никак не удавалось вырваться к нотариусу! Но хоть об одном салоне ей не нужно было беспокоиться. Раз в неделю, вечером пятницы, Дарел передавал ей отчет о деятельности салона «Бель» и чуть ли не насильно заставлял Беатрис его читать. Ей было очень лень это делать, но Дарел проявлял завидное упорство, зато после чтения отчета настроение у Беатрис повышалось. Она видела, что работа идет по накатанным рельсам и даже чуть лучше. И все благодаря Дарелу, ну и, конечно, Эллис. Беатрис сразу же решила, что оставит подругу в первом салоне для помощи Дарелу.

Да и в их совместной жизни наступило затишье. Беатрис решила, что закончился процесс притирки, и просто наслаждалась близостью любимого мужчины. Иногда по ночам она лежала рядом с Дарелом и прислушивалась к его дыханию, понимая, как же это здорово, быть рядом!

Эллис оказалась права, думала Беатрис, разглядывая причудливые тени на потолке. Сейчас Дарел чувствует себя незаменимым и даже поболтал немного вчера с Ником.

Ник довольно часто звонил Беатрис и просто так, и по делу. После изучения бизнес-плана Беатрис Ник принял близко к сердцу ее идею с салоном и теперь изо всех сил старался помочь. Сначала Беатрис стеснялась, ведь за свои рекомендации Ник должен получать деньги, потом предлагала гонорары, в итоге за свои советы и комментарии Ник потребовал дружеский ужин. Немного испуганно Беатрис рассказала об этом Дарелу, и тот совершенно спокойно сказал, что это будет достойной платой.

И куда делся ревнивец, сурово размахивающий букетом тюльпанов?

Я рада, что Дарел нашел себя и успокоился. Когда он ревновал меня, жить рядом с ним было просто невыносимо! – подумала Беатрис. Может быть, доктор Морран это и имел в виду? В любом случае, сейчас проблема решена. Нужно будет закрепить результат и, как только я хоть чуть-чуть освобожусь, сходить в гости к Бернарду и Клариссе. А то я дождусь крестин наследника!

Беатрис улыбнулась своим мыслям и положила голову на плечо Дарела. Он улыбнулся и что-то прошептал во сне. Кажется, имя.

Чем дольше Беатрис жила с Дарелом, тем сильнее понимала, что он именно тот мужчина, которого она искала всю жизнь. И почему только гороскоп совместимости показал, будто они друг другу не подходят? Дарел всегда был ласков, весел, и многие знакомые говорили Беатрис, что они выглядят гармоничной и счастливой парой. Кое-кто даже спрашивал, когда свадьба. Беатрис отшучивалась, а Дарел внимательно смотрел на нее, а потом о чем-то долго думал. На день рождения от Дарела она получила прекрасные серьги с рубинами, хотя в глубине души уже ждала кольцо, но благодарила совершенно искренне, хотя подарок Ника – искусно сделанная серебряная брошь – понравился ей гораздо сильнее. Ну не любила Беатрис драгоценные камни! Да и к украшениям, ценным только своим весом и размером камней, была равнодушна. Вот мастерская работа – другое дело.

Но на эти мелочи Беатрис предпочитала не обращать внимания. Закончился месяц ее знака, в который доктор Морран обещал Беатрис подъем душевных и физических сил, и вновь гороскоп совпал с действительностью. Беатрис теперь все чаще задумывалась о том, почему же они с Дарелом несовместимы. Что-то было не так в этом гороскопе! Но времени перепроверить не было: до открытия нового салона оставалось две недели.

Дизайнер только что позвонил Беатрис и извинился: из-за пробок он опаздывал не меньше, чем на час. Беатрис уверила его, что ничего непоправимого не случится, но была весьма зла. Можно подумать, она живет в другом городе! Лично Беатрис еще ни разу никуда не опоздала.

Но выхода у нее не было, нужно было дожидаться дизайнера.

В конце концов, у меня так редко бывает действительно свободное время, что это опоздание можно считать шикарным подарком, подумала она.

Беатрис решила, что неплохо будет прогуляться. Этот район она почти не знала. Дома вокруг были старой застройки, очень красивые, а вдали виднелись кроны деревьев, наверное, там был какой-то парк.

Дойду до парка, решила она.

Неспешным шагом Беатрис шла по улице, наслаждаясь праздностью. Свежий ветерок доносил запах разогретой земли и травы, солнце ласкало обнаженные плечи и шею, и весь мир казался Беатрис одной прекрасной декорацией к пьесе о ее счастье.

Она рассматривала здания, читала вывески и объявления, и неожиданно остановилась.

«Астрологический салон “Звездный путь”».

Наверное, это судьба! – решила Беатрис и толкнула дверь.

Беатрис оказалась в крохотной прихожей с одной дверью в противоположной стене. Здесь никого не было, и она, пожав плечами, постучала.

– Да-да! – откликнулся молодой приятный голос.

Беатрис вошла в комнату чуть больше прихожей. За старым обшарпанным столом сидел молодой человек и удивленно рассматривал посетительницу. Он явно не ожидал никого в середине рабочего дня.

– Добрый день, – поздоровалась Беатрис и сразу же перешла к делу: – Меня зову Беатрис Роллинг, я бы хотела составить гороскопы совместимости.

– Э-э-э, да, конечно, присаживайтесь.

Осторожно Беатрис присела на старый стул, опасно качнувшийся под ней.

– Гороскопы совместимости? – переспросил молодой человек, так и забыв представиться.

Приятная внешность вовсе не компенсировала суетливости в движениях и подрагивающих в волнении рук.

– Да, – ледяным тоном ответила Беатрис, не понимая, что она тут делает.

– На кого?

– На меня и двух мужчин.

С трудом сдерживая раздражение, Беатрис назвала все данные, которые могли понадобиться этому горе-астрологу. И что только она здесь забыла? Да, доктор Морран склонен к театральным эффектам, впрочем, он всегда отлично понимает, когда их стоит применять, а когда нет. А этот мальчишка не умеет даже разговаривать с клиентами! Неудивительно, что он смог себе позволить только эту каморку.

Тем временем молодой астролог старательно трудился, то и дело сверяясь с каким-то талмудом.

– Мисс Роллинг, вам нужен подробный гороскоп? – спросил он, отрываясь от расчетов.

– Нет, хватит и приблизительного.

Астролог кивнул и вновь принялся что-то яростно подсчитывать на калькуляторе. Через пятнадцать минут он, явно довольный собой, протянул Беатрис рукописный листок.

– Получается, что с обоими мужчинами у вас средняя совместимость. То есть для построения нормальнхых отношений вам придется приложить определенные усилия, но нет ничего, что указывало бы на неизбежный крах отношений. Но если рассматривать чуть подробнее и учесть нынешнее положение Луны и Венеры, больше шансов у вас с первым. Но опять же все зависит только от вас.

Беатрис медленно кивнула. Это-то она уже слышала!

– Я отдам вам свои расчеты, если вы хотите, я приведу это в более понятный вид… – смущенно сказал он.

– Спасибо, не стоит, – отказалась Беатрис. – Когда-то я увлекалась астрологией, мне достаточно и этого. Сколько я должна вам за визит?

– Двадцать долларов прием плюс восемь долларов за каждый гороскоп. Получается тридцать шесть долларов. Было бы предпочтительнее наличными. – Молодой астролог покраснел. – У меня отказало оборудование.

Беатрис понимающе кивнула, хотя подозревала, что никакого оборудования для считывания пластиковых карт здесь и в помине не было.

Она достала пятьдесят долларов и отказалась взять сдачу. Расчеты этого мальчика кое-что проясняли, так что свои пятьдесят баксов он заработал честно.

Беатрис распрощалась и вышла на улицу. Только там она позволила себе сбросить маску спокойствия.

Ну почему я сама не занялась расчетами! – сердито думала Беатрис, еще раз просматривая столбцы цифр и значков. И ведь время у меня было, давно бы раскусила доктора Моррана. Подумать только, каким обманщиком он оказался! А ведь я верила ему, более того, доверялась. Я этого так не оставлю.

Беатрис позвонила дизайнеру и перенесла встречу на понедельник. Сегодня у нее есть более важное дело. Никому и никогда она не позволит себя обманывать!

Сердито фыркнув, Беатрис осмотрелась в поисках такси. Движение на этой улице было не слишком оживленным, но желтые машины то и дело попадались. Она подняла руку и уже через три минуты ехала к доктору Моррану, раз за разом пересматривая листок.

Первыми она дала данные Дарела.

Вечно жующая девица сегодня куда-то исчезла, а из кабинета доктора Моррана раздавались довольно громкие голоса. И оба Беатрис сразу же узнала. Она понимала, что подслушивать нехорошо, но сделать с собой ничего не могла. Она обязана была узнать, что ему здесь понадобилось.

– Да пойми же ты, я не могу ее обманывать! – воскликнул доктор Морран.

– Думаешь, мне это очень нравится?

Ник Блейд – этот голос Беатрис узнала бы где угодно! – обращается на «ты» к ее астрологу. Интересно, кого они хотят обмануть?

– Но ведь начал ты, – сказал доктор Морран.

– Фрэнк, ты же знаешь, едва я ее увидел, я пропал! – сказал Ник на повышенных тонах.

Фрэнк? – мысленно повторила Беатрис. Точно, доктора Моррана зовут Фрэнком.

– Если бы не твое предсказание, она бы просто не обратила на меня внимания, – продолжал Ник.

– И все равно, приятель, то, что я сделал, – ужасно. Я не должен был составлять для мисс Роллинг гороскоп-обманку. Ты же знаешь, как она мне доверяет.

– Именно потому я и попросил об этом одолжении именно тебя! Фрэнк, прошу, потерпи еще чуть-чуть. Сейчас слишком рано, ни она, ни я еще не готовы.

– Слушай, мы с тобой друзья и я тебе обязан, но я все же расскажу мисс Роллинг правду. Ну не могу я так поступать! Она ведь из тех немногих, кто всерьез относится к моему ремеслу.

– Была из тех немногих! – Больше Беатрис подслушивать не собиралась. Ей уже все было ясно.

– Мисс Роллинг? – удивленно спросил доктор Морран, словно не верил своим глазам. – Но как…

– Ваш секретарь отлучилась сделать очередную дырку в ухе, – спокойно сказала Беатрис. – Последние несколько минут я стояла под дверью и слышала ваш разговор. Но только, доктор Морран, ради бога, не говорите мне о том, что это нехорошо. Из ваших уст это будет звучать особенно цинично.

Астролог вздрогнул и закрыл рот. Беатрис легко угадала, что именно он хотел сказать.

– Объясните мне, к чему весь этот цирк? И ты, Ник, почему ты уговариваешь нашего достойного астролога обмануть меня вновь?

– Беатрис, мне очень жаль, что все получилось так, я на самом деле уже давно хотел тебе все рассказать… – начал Ник и запнулся.

– Тебе представилась прекрасная возможность! – подбодрила его Беатрис.

Ник вздохнул и принялся рассказывать:

– Я случайно увидел тебя у Фрэнка, мы с ним давние приятели, хотя я и не верю во всю эту чушь… увидел и понял, что пропал. Наверное, ты даже не заметила меня, а вот я долго не мог забыть эту случайную встречу. И тогда попросил Фрэнка познакомить нас. Он отказался, ссылаясь на то, что все его клиенты анонимны.

– Очень мило с его стороны, – не удержалась Беатрис.

– Поверь мне, Фрэнк очень не хотел рассказывать о тебе что бы то ни было, и тогда мне пришлось надавить на него. Разве друг может отказаться помочь другу завоевать девушку мечты?

– Может, если это связано с обманом! – категорично заявила Беатрис.

Доктор Морран тихонько вздохнул.

– Давай моральный аспект вопроса оставим на потом, – попросил Ник. – В итоге через несколько недель Фрэнк согласился мне помочь. Он предсказал для тебя неожиданную встречу, дальше все зависело от меня.

– И ты решил меня сбить машиной? Действительно неожиданно! – Слова Беатрис просто сочились ядом. Узнавая подробности, она распалялась все больше и больше. Уже сейчас ей хотелось дать Нику пощечину. Ничего себе способы завоевания девушки мечты!

– Нет, что ты! Я действительно случайно наехал на тебя. Конечно, я сразу же узнал, кого сбил, и от этого испугался еще сильнее. А вообще получается, что Фрэнк был не так уж и не прав. – Ник попытался улыбнуться, но одного взгляда на рассвирепевшую Беатрис ему хватило, чтобы понять, что улыбками ему не отделаться. – Ну а дальше все действительно зависело от меня. Вот только я не знал, что есть еще одно обстоятельство.

– Дарел, – сказала Беатрис.

– Да, я не знал, что у меня есть соперник, а когда узнал, попробовал исключить его. Честно говоря, мне казалось, что, едва услышав о несоответствии ваших гороскопов, ты сразу же поспешишь бросить его. И тогда мои шансы резко возрастут.

– Э-э-э, Ник, может быть, нужно немного мягче? – намекнул ему доктор Морран.

– Какая разница! – горько сказала Беатрис. – Суть-то не меняется. А я ведь видела в тебе друга и чуть было не влюбилась в тебя… А вы, доктор? Как вы могли пойти на такой обман?

– Ну на самом деле ваш гороскоп совместимости с… Дарелом несет не слишком положительный прогноз.

– «Не слишком положительный» у вас легко превратился в категоричное «нет». Я верила вам, доктор Морран, и не просто верила, а доверяла. Если бы вы только знали, что я испытала, получив этот гороскоп! – Беатрис посмотрела на виноватые лица мужчин и тут же оборвала себя: – Впрочем, что толку говорить с вами об этом? Вы всегда так радели за свое ремесло, так убедительно говорили о том, что звезды могут влиять на жизнь человека, и сами же предали свои идеи. Мне вас жаль, доктор Морран.

Она повернулась и пошла к выходу. С Ником ей не о чем было говорить.

Беатрис с трудом сдерживала слезы, ей пришлось прикусить губу, чтобы не расплакаться. Никто никогда не предавал ее так! Да, бывало, деловые партнеры вдруг отказывались от контракта или не поставляли уже оплаченный товар, но эти проблемы можно было решить в суде. А сейчас кто будет им судьей?

Судьба, мрачно решила Беатрис, ловя такси. Не может быть, чтобы такой обман остался безнаказанным. Но я не буду мстить, я не умею и не хочу учиться. Господи, Дарел, как только я могла обращать внимание на какие-то гороскопы! Наверное, где-то в подсознании я была настроена против этих отношений, и наладились они только тогда, когда я начала сомневаться в гороскопе. Я должна извиниться перед Дарелом, немедленно. Он должен быть сейчас на месте!

Она тут же назвала водителю новый адрес и уже через десять минут вихрем влетела в салон.

– Дарел у себя? – запыхавшись, спросила Беатрис.

Линда удивленно посмотрела на нее и кивнула.

– Мисс Роллинг, там… – попыталась что-то сказать она, но Беатрис уже не слышала.

Она пробежала по коридору, рванула дверь кабинета Дарела. В маленьком кабинете были Дарела и Эллис, и их поза явно выходила за предел деловых.

Шок был слишком велик. Беатрис впервые в жизни поняла, что значит лишиться дара речи.

Эллис испуганно вскрикнула и попыталась запахнуть блузку. Дарел выпрямился и так же судорожно принялся поправлять брюки.

– Беатрис, дорогая, это вовсе не то, о чем ты подумала! – начал Дарел, но Беатрис жестом остановила его.

– Вы оба уволены! – сдавленным голосом сказала она, уже придя в себя. Боже, неужели ей опять придется быть сильной? – Чтобы я больше вас не видела. Твои вещи будут за дверью.

Беатрис не стала ждать каких-то слов или оправданий. Сейчас она просто не может смотреть на них, когда-то таких любимых людей! Пусть лучше уйдут сами. Но не дай бог им еще раз попасться ей на глаза! Она резко повернулась и пошла прочь.

Неужели рядом со мной нет ни одного верного человека? – испуганно думала Беатрис. Я ведь никому не делала зла, никого не обманывала, почему все получилось так? Бедная моя спина! Сегодня в нее попало целых четыре ножа…

Она невесело усмехнулась и остановилась у столика Линды.

– Эллис и Дарел больше не работают в нашем салоне, – спокойно, слишком спокойно сказала она.

Линда кивнула и опустила глаза. Она явно все знала.

– Почему?.. – Беатрис с трудом удалось справиться с голосом. – Почему ты мне ничего не сказала?

– А вы бы поверили?

– Прости, – выдохнула Беатрис, понимая, что девушка права. – Мне сейчас нужно побыть одной. Ты остаешься за старшую. Если случится что-то экстренное, звони.

– Хорошо, мисс Роллинг, – кивнула Линда.

– Ладно, хотя бы управляющий у меня есть, – пробормотала Беатрис и попыталась улыбнуться Линде, но улыбка получилась жалкой.

Беатрис поняла, что ей нужно сейчас же уходить. Никто не должен видеть, что и она умеет плакать.

Такси остановилось сразу же. Это было хорошо. Ей вовсе не хотелось выяснять отношения с Дарелом. Не сейчас. А лучше никогда.

Господи, есть на Земле хоть один человек, которому я смогла бы довериться? – думала Беатрис, прижимаясь горячим лбом к стеклу. По ее щекам уже текли слезы.

Ответом на ее вопрос прозвучал телефонный звонок. Если бы Беатрис успела подумать, она бы просто прервала связь, но привычка оказалась сильнее.

– Алло, – сказала Беатрис.

– Привет, это Бернард. Сегодня пятница, и я бы не отказался, чтобы ты пришла в гости. Если хочешь, с Дарелом.

– Не хочу, – ответила Беатрис, может быть излишне резко.

– Что-то случилось, Беатрис? – встревожился Бернард.

– Только то, что ты оказался прав. Неприятно признавать, но… – Беатрис с трудом справлялась с голосом, чтобы он не дрожал. Она знала, слезы еще сильнее испугают Бернарда.

– Та-а-ак… – протянул Бернард. – Ты сейчас где?

– Еду домой.

– Поворачивай машину, ты немедленно приедешь к нам. И не смей отказываться! Если тебя через полчаса не будет, я поднимаю на уши полицию. И тогда пеняй на себя.

Бернард отключился, не давая Беатрис возможности отказаться, но она и не собиралась. Если и было на Земле место, где ей всегда рады, то только в доме Бернарда.

Беатрис назвала таксисту его адрес и попросила поторопиться. Бернард никогда не бросал слова на ветер. Чуть заметная улыбка коснулась ее губ. Беатрис провела по ним языком и почувствовала соленый привкус. В последний раз она плакала, когда каялась перед Дарелом…

7

Беатрис всхлипнула и потянулась за новым платочком.

– Кажется, сегодня я уничтожу весь твой запас, – вымученно улыбаясь, сказала она Клариссе.

– Это не самая большая проблема, – отмахнулась та. – Если что, отправим Бернарда за новой партией.

Кларисса ободряюще подмигнула Беатрис и улыбнулась, но реакция гостьи была совершенно неожиданной. Вместо того чтобы улыбнуться в ответ, Беатрис вновь расплакалась.

– Да что же это такое?.. – расстроенно пробормотала Кларисса и поспешила обнять Беатрис.

– Прости, пожалуйста, тебе нельзя волноваться, а я тут…

– Говорят, волнение даже полезно, тренирует малыша перед родами, – спокойно ответила Кларисса.

Беатрис шмыгнула носом и окончательно расслабилась в ее объятиях. Волею судьбы она получила не только старшего брата, но и старшую сестру. Как же повезет их сыну с родителями!

– Я так распустилась! – возмущенно сказала Беатрис, пытаясь справиться с потоком слез. – И никак не могу взять себя в руки.

– Невозможно всю жизнь держать себя в руках, – заметила уравновешенная и философски настроенная Кларисса. – Когда-то нужно давать себе разрядку.

Беатрис чуть отодвинулась от Клариссы, высморкалась и полезла в сумочку за зеркалом.

– Боже, на что я похожа! – воскликнула она, рассматривая красный нос и распухшие веки.

– Слава богу! – воскликнул Бернард. Он осторожно поставил поднос с чаем на журнальный столик и присел рядом с женой.

– Чему ты рад? – спросила Кларисса.

– Действительно, чему? – спросила и Беатрис.

Комментарий Бернарда пробудил ее любопытство и помог хоть на секунду оторваться от неприятных переживаний.

– Я очень рад, что прежняя Беатрис, уделяющая своей внешности максимум внимания, возвращается. Честное слово, когда ты в слезах и размазанном макияже появилась на пороге нашего дома, я не сразу узнал тебя. Но, смотрю, все становится на свои места.

Беатрис фыркнула и отвернулась. Кларисса осуждающе посмотрела на мужа. Она взяла с подноса чашку крепко заваренного чая и протянула ее гостье.

– Выпей, тебе должно сразу же стать лучше, – ласково сказала Кларисса.

– Спасибо. – Беатрис улыбнулась ей и взяла чашку.

Терпкий сладкий напиток действительно придал ей сил. Но Беатрис оценила не только это: ей удалось скрыть растерянность и неуверенность. Она ведь так и не объяснила, почему приехала к ним в слезах. И Бернард, и Кларисса явно ждали объяснения.

– Если вы не против, я схожу в ванную комнату, – с некоторой робостью сказала она, надеясь еще чуть-чуть оттянуть момент объяснения.

Беатрис знала, о чем рассказывать, но не знала, как это сделать. Боже, до чего сложно было признаться в том, что тебя обманул любимый мужчина, предала подруга, жестоко разыграл человек, которому просто нельзя было не доверять! Да еще и доктор Морран оказался настоящим шарлатаном. Разве может теперь Беатрис доверять хоть одному его гороскопу?

Больше советоваться мне не с кем, мрачно подумала Беатрис, умываясь ледяной водой. Теперь придется принимать все решения самостоятельно, не оглядываясь на небо. И как я теперь могу быть уверенной в том, что хоть что-то из предсказаний доктора Моррана было правдой?

Она предпочла сосредоточиться на мыслях об астрологе. Думать о Дареле и Эллис было невыносимо, а думать о Нике…

Лучше не надо, остановила себя Беатрис.

Почему-то осознание предательства с его стороны было самым болезненным.

Беатрис поправила макияж и вернулась в гостиную собранной и спокойной, насколько это вообще было возможно в ее ситуации.

– Если не хочешь рассказывать – не рассказывай, – не успела она присесть на диван, предложил Бернард.

– Иногда простое дружеское участие бывает важнее рассказа или каких-то советов, – поддержала его Кларисса.

– Но если ты захочешь объяснить, что случилось, мы вовсе не против выслушать, – поспешил добавить Бернард.

Беатрис с трудом сдержала улыбку.

– И это вовсе не любопытство! – возмутился он, правильно истолковав мимику подруги. – Я знаю, что стоит рассказать о проблеме, как сразу же становится легче.

– Охотно верю, Бернард, – сказала Беатрис, старательно контролируя голос.

Она расскажет все, эти люди не представляют, как сильно помогли ей. Они заслуживают того, чтобы знать правду. И потом Бернард прав: как только она расскажет вслух о своих обидах, взглянуть на них со стороны станет проще. Может быть, со временем у Беатрис получится устраниться от них, сделать вид, будто все это случилось с другим человеком, и идти дальше по жизни, сделав один простой вывод: доверять до конца нельзя никому.

Беатрис сделала глоток остывшего чая и задумчиво посмотрела, как лопается и расползается к стенкам чашки радужная пленка. Она вздохнула, надеясь, что сумела сделать это достаточно тихо, и принялась рассказывать.

Говорить было на удивление легко, Бернард и Кларисса внимательно слушали ее, не перебивали, не охали и не всплескивали руками. Но Беатрис видела, что рассказ им не безразличен: Бернард то и дело поджимал губы и чуть заметно качал головой, а Кларисса все порывалась прикоснуться к руке Беатрис, погладить ее, утешить, но все же сдерживала себя, понимая, что такое проявление жалости будет лишним.

Да и можно ли вообще жалеть эту женщину? Не оскорбит ли ее такое чувство? Преданная в течение дня четыре раза, Беатрис выглядела совершенно спокойной, лишь голос немного выдавал ее состояние каким-то деревянным звучанием. Куда исчезла заплаканная девчонка с потеками туши под глазами? В гостиной на стареньком диване сидела сильная женщина со стальной волей и стальными же нервами.

Ею можно было бы восхищаться, если бы мне не было ее так жаль, подумала Кларисса.

– Хорошо, что Бернард позвонил, – сказала Беатрис, заканчивая свой рассказ. – Если бы не вы, не знаю, что бы я сейчас делала одна в пустой квартире, полной вещей Дарела.

– Для того и существуют друзья, – пожимая плечами, сказал Бернард. – Кстати, ты не думаешь, что тебе было бы лучше остаться у нас? Хотя бы на эти выходные.

– Нет, мне еще нужно избавить свою квартиру от следов Дарела. – В голосе Беатрис прозвучала такая неприязнь, что Клариссе стало не по себе.

– Хорошо, я отвезу тебя и помогу выставить чемоданы на лестничную площадку, – сразу же сдался Бернард, понимая, что уговоры бессмысленны.

– Не хочешь оставлять меня одну? – поинтересовалась Беатрис.

– Он прав, – поддержала мужа Кларисса. – Тебе не стоит оставаться одной, по крайней мере, до тех пор пока Дарел не заберет свои вещи.

– Я не боюсь Дарела, – заявила Беатрис и воинственно вскинула подбородок.

– Ты ведешь себя как ребенок, – одернул ее Бернард. – Дело не в том, боишься ты или нет, дело в твой безопасности. Уверен, Дарел будет преследовать тебя, и кто знает, на что он способен.

– Не думаешь же ты, что Дарел попробует причинить мне вред?

– Мало ли что я думаю, а чего не думаю, – ворчливо сказал Бернард. – Я просто хочу быть рядом, когда он появится. Этот вопрос, моя дорогая, не обсуждается.

– Слушаю и повинуюсь, – мрачно пробормотала Беатрис.

– Я рада, что ты уже можешь шутить. – Кларисса улыбнулась и прикоснулась дружеским жестом к плечу Беатрис.

– Спасибо.

– Мне не хотелось говорить об этом сейчас, – прервал их Бернард, – но в свете последних событий тебе придется решить многие вопросы в салоне. И чем раньше ты их решишь, тем лучше.

– Слава богу, я не успела сделать Дарела совладельцем! – с явным облегчением сказала Беатрис. – Как хорошо, что я так и не нашла времени съездить к нотариусу, а ведь Эллис то и дело торопила меня…

– Удивительно, как такая разумная женщина могла наделать столько глупостей, – проворчал Бернард.

– Главную глупость я не сделала, – возразила Беатрис. – Дарел всего лишь управляющий. А управляющего довольно просто сместить.

– Ну-ну, – скептически заметил Бернард.

– Я не первый день руковожу коллективом, – с вызовом сказала ему Беатрис. – И не первый контракт подписываю. Скажу честно, стандартный контракт Дарел подписал лишь потому, что я слишком торопилась и мне лень было что-то менять в шаблоне. Уверяю тебя, уже в понедельник Дарела не будет в штате салона.

– Это так, но Дарел имел серьезные полномочия.

Беатрис поморщилась, словно укусила больным зубом мороженое.

– Бернард, прошу тебя, я не хочу сейчас думать об этом. В понедельник приду в салон, приглашу юриста и буду думать, как теперь выпутываться.

– Правда, давайте не будем больше говорить о Дареле, – попросила Кларисса. – С ним все ясно: этот человек не достоин Беатрис и ее салона.

– Отличная формулировка, – улыбнулся жене Бернард.

– Дело не в формулировке, – отмахнулась Кларисса. – Мне кажется, Беатрис нужно решить, как себя вести дальше с остальными участниками этого…

– Свинства, – подсказала Беатрис.

– Если тебе так нравится, – пожала плечами Кларисса.

– Я предпочитаю выбросить их из своей жизни, – спокойно ответила Беатрис. – Нью-Йорк большой, надеюсь, мы никогда не пересечемся. А даже если и встретимся, я пройду мимо, сделав вид, будто мы не знакомы.

– Политика страуса, – прокомментировал Бернард.

– Может быть, – легко согласилась Беатрис. – Вот только мне кажется, судьба Дарела и Эллис, как, впрочем, и доктора Моррана тебя не слишком заботит.

– Ты права. Твой астролог мне совершенно безразличен. А Дарел пользовался тобой, да и подружка оказалась слишком завистливой, не побрезговала твоим мужчиной. И вообще, мне кажется, что это дело попахивает сговором, но вот…

Бернард замолчал и неуверенно посмотрел сначала на Клариссу, затем на Беатрис.

– Давай уже, договаривай! – махнула рукой она.

– Думаю, тебе стоит быть мягче с Ником. Хорошая взбучка ему не помешает, но ведь потом можно попытаться начать заново уже без лжи.

– Бернард, я понимаю, что Ник очень нравится тебе, но ты должен учитывать, что его нож оказался самым болезненным. И знаешь почему? – спросила Беатрис и тут же запнулась.

– Не задавай себе вопросов, на которые не можешь ответить честно, – посоветовал ей Бернард. – По-моему, Ник сделал изящный ход. Я тоже провернул бы нечто подобное.

– Изящный?! – возмутилась Беатрис, успев прийти в себя. – Если бы Кларисса украла твою коллекцию марок, а потом заявила, что ограбление было лишь для привлечения твоего внимания, ты бы назвал этот ход изящным?

– Беатрис, я полюбил ее и женился на ней как раз потому, что Кларисса не способна на такой поступок и у нее есть масса других возможностей привлечь мое внимание.

– У Ника тоже были другие возможности, – мрачно сказала Беатрис. – Знаешь, даже жаль, что он ими не воспользовался.

– И все равно…

Кларисса жестом прервала мужа.

– Поспорить вы сможете в другой раз, когда будет время для бесполезных дискуссий. Все равно этот спор ничего не изменит. Беатрис все так же будет считать, что Ник предал ее, а ты будешь требовать немного снисхождения.

– Твоя жена права, – поддержала ее Беатрис. – Если бы Ник решил дискредитировать что-то менее значащее для меня… не знаю… рыцаря на белом коне, я была бы снисходительнее. Но в этой ситуации я не желаю ничего слышать о мотивах Ника.

– Хорошо, – сдался Бернард. – Думаю, нам пора ехать. Будет лучше, если ты сама соберешь вещи Дарела и просто выставишь их за дверь. Тебе сейчас не стоит с ним встречаться.

– Надеюсь только, у него не хватит решимости вернуться домой… – Беатрис запнулась и быстро поправилась: – В мой дом раньше меня.

– Я бы советовал поменять замки, – сказал Бернард.

Беатрис поморщилась.

– Понимаю, звучит ужасно, но так будет лучше.

– В этом случае я с тобой полностью согласна, – со вздохом сказала Беатрис. – Спасибо тебе, Кларисса, за участие. Жаль, что моя лучшая подруга оказалась совсем на тебя не похожа.

Беатрис осторожно обняла Клариссу.

– Не переживай, все наладится. И даже не думай о том, чтобы завтра просидеть весь день дома в одиночестве. Утром Бернард приедет за тобой в одиннадцать, и мое последнее воскресенье в роли беременной женщины мы проведем вместе.

– Так скоро?! – искренне удивилась Беатрис.

Кларисса зарделась и кивнула.

– Я плохая подруга, ничего не знала!

– Мы старались не афишировать, – успокоила ее Кларисса. – До встречи завтра.

Женщины простились, и Беатрис с Бернардом вышли на лужайку перед домом.

– Как чувствовал и не стал ставить машину в гараж, – пробормотал Бернард.

– Кажется, вы во всеоружии, – поспешила Беатрис сменить тему. – Я видела у столика в прихожей пакет, а в нем были подгузники…

– Какая наблюдательность! – хмыкнул Бернард. – У нас все впервые, Кларисса страшно переживает, вдруг забудет что-то важное, хотя врач уверяет, что все случится не раньше следующей пятницы.

– Есть время подготовиться, – подбодрила его Беатрис. – И все же я ужасно не вовремя. Кларисса наверняка будет теперь плохо спать.

– За ее сон не беспокойся. В последние несколько дней Кларисса спит часов по двадцать в сутки. Стала спокойной, как сытый удав. Даже слишком спокойной. Иногда приходится несколько раз ее окликать. Такое ощущение, что она погрузилась в себя полностью.

– Не переживай, скоро вернется прежняя Кларисса. И, знаешь, Бернард, лучше мне завтра не приезжать к вам.

– Попробуй только, – пригрозил он, открывая для Беатрис дверцу машины.

– А если завтра и правда последние выходные… ну, ты понимаешь.

– Тогда точно стоит устроить праздник. Поедем гулять, благо погода чудесная. Все, Беатрис, я не желаю с тобой спорить. Решение принято.

– Интересно! – фыркнула Беатрис. – Почему это никто не желает поинтересоваться моим мнением?

– Ты без всякого разрешения с моей стороны высказала все, что думаешь по этому поводу. Я выслушал и решил, что твои аргументы несостоятельны. Вопросы?

– Никаких! – надулась она.

– Не обижайся, – уже мягче сказал Бернард. – Ты уже должна была понять: мы всегда рады видеть тебя в своем доме, ты дорога нам, и мы просто боимся оставить тебя одну. Прошу, не спорь со мной, попытайся хотя бы раз в жизни довериться кому-то.

– Один раз я уже доверилась, – пробормотала Беатрис.

– Все мы ошибаемся, – пожал он плечами. – Мне правда жаль, что ты так серьезно обожглась, зато теперь будешь внимательнее.

– Да уж. Никаких подруг, никакого сожительства…

– Сразу под венец? – поинтересовался Бернард.

– И никаких фантазий о свадьбе, – закончила она.

Бернард бросил на нее изучающий взгляд.

– Все зашло так далеко?

– Слава богу, фантазиями и ограничилось, – устало сказала Беатрис.

– Знаешь, я почему-то не верю, что ты так сильно любила Дарела, что вышла бы за него замуж.

К его удивлению, Беатрис не стала гневно опровергать его слова, кричать о первом серьезном чувстве или сердито дуться. Она лишь передернула плечами, словно увидела мерзкое насекомое, и нервным голосом сказала:

– Дело не в любви, Бернард, а в привычке. Мне было спокойно с Дарелом, привычно, в меру хорошо. Да, в наших отношениях никогда не было фейерверка чувств, даже когда Дарел искусственно пытался его создать. Но такая предсказуемость меня устраивала. – Она замолчала, сосредоточенно глядя на дорогу. – Наверное, я просто наказана. Нельзя написать бизнес-план любви, нельзя даже пытаться подсчитать сколько единиц выгоды получится на единицу вложенных душевных сил.

– Думаю, ты быстро забудешь Дарела.

Беатрис повернулась, и Бернард против воли посмотрел ей в глаза. Она могла бы не говорить, все и так было ясно, но Беатрис знала, что скажет это не для друга, а для себя:

– Разве такое можно забыть?

Судя по тому, что дверь была закрыта на все замки, Дарела в квартире не было. По крайней мере, в данный момент.

– Нужно было поторопиться, – ворчал Бернард. – Проверь ценности.

– Дарел мерзавец, но не вор.

– Хотел бы я послушать, что ты будешь говорить в понедельник.

– Думаешь, он мог попытаться украсть деньги у «Бель»? – Беатрис усмехнулась. – У меня сейчас каждый цент на счету, и потом раз в неделю я проверяла его отчеты.

– Господи, Беатрис, вот уж не думал, что розовые очки так плотно прилипли к твоим глазам! Кто делал эти отчеты?

– Дарел, – пробормотала Беатрис, – но ведь и Эллис… – Она замолчала и начала стремительно бледнеть. – Знаешь, Бернард, думаю завтра я к вам не поеду. У меня появились срочные дела в салоне.

– Поедешь, – уверенно возразил он. – Ты все равно ничего не сможешь сделать до понедельника. И в конце концов, твой салон – не Центральный банк, много не украдешь.

– То, что для тебя мелочь, для меня может стать катастрофой, – парировала Беатрис.

– И все равно завтра ты ничего сделать не сможешь. Выходной. – Бернард развел руками. – Ни один банк не даст тебе ни одной справки. А то, что написано в отчетах… в общем, можешь спокойно сделать из них кучу самолетиков.

– Ладно, уговорил, – пробурчала Беатрис. – Я сейчас.

Она вошла в спальню и проверила сейф. Все было на месте. Беатрис вздохнула и почувствовала стыд. Дарел обидел ее, но это вовсе не повод считать его вором. Серьги с рубинами она сунула в карман, намереваясь избавиться от них как можно скорее, но в шкатулке осталась серебряная брошь от Ника. С подарком Дарела расставаться было легко, но вот брошь…

Изящный тюльпан на тонкой ножке с капелькой росы – жемчужиной на лепестке.

Интересно, смогу ли я когда-нибудь вновь полюбить тюльпаны? – подумала Беатрис и со вздохом достала из шкатулки брошь. Лучше сделать это сейчас, пока обида свежа. Кто знает, что она будет чувствовать завтра?

Беатрис вспомнила единственное свидание с Ником и почувствовала раздражение.

Черт возьми! На него совершенно не возможно сердиться! – подумала она, недовольно качая головой. Лепестки серебряного тюльпана чуть заметно покалывали тонкую кожу ладони, словно украшение знало, чувствовало.

Ерунда! – сказала себе Беатрис. Это просто брошь. Захочу, закажу себе такую же. Нет, лучше!

Она развернулась и пошла в кухню. Ей нужны были пакеты. Судя по тому, что вещи Дарела постоянно попадались на глаза, пакетов понадобится много, очень много.

Бернард сразу же почувствовал ее воинственный настрой и не стал спрашивать, что Беатрис так долго делала в спальне. Мало ли… В четыре руки они быстро очистили полочки в ванной от разнообразных кремов, лосьонов и масок «для закаленной мужской кожи». Беатрис была искренне удивлена тому, как много свободного места сразу же появилось, и тут же решила заполнить все это пространство новинками косметологии, тем самым хоть немного компенсировать себе моральный ущерб.

Изо всех сил она старалась относиться к сложившейся ситуации с юмором, понимая, что терзания и слезы ничего не исправят. Хватит, она наплакалась на плече у Клариссы. Кто бы мог подумать! Плечо тихой, домашней, чуть старомодной Клариссы в сложной ситуации оказалось гораздо надежнее плеча сильной и современной Эллис.

Вещи Дарела Беатрис без всякого разбора побросала в большие мешки для мусора, не удержавшись от небольшой мести: вниз она бросила дорогие костюмы, а на белье сложила обувь и все это старательно примяла.

Оставалось собрать книги и диски Дарела, и ее квартира освободится от любого напоминания о его присутствии.

Беатрис вертела в руках диски, мучительно пытаясь вспомнить, кому они принадлежали, ведь их с Дарелом вкусы были схожи. Пока она раздумывала, Бернард листал первую попавшуюся книгу и даже немного увлекся. От исторического романа его отвлек телефонный звонок. Он вытащил мобильный телефон и немного удивленно посмотрел на экран.

– Привет, дорогая, – сказал Бернард веселым и спокойным голосом, но тут же лицо его вытянулось и побелело.

Беатрис заметила, как сильно дрожат руки друга, и испугалась, что он сейчас упадет в обморок.

– Не переживай, все будет отлично, я уже еду. Он ведь подождет?

– Началось? – выдохнула Беатрис.

Бернард кивнул и сглотнул.

– Тебе нельзя садиться за руль в таком состоянии! – уверенно сказала Беатрис. – Я сейчас же вызову такси, на нем и Клариссу отвезешь в больницу.

Бернард как по мановению волшебной палочки превратился в согласного на все китайского болванчика.

Беатрис швырнула диск в вещи Дарела и бросилась к телефону. Когда она вызвала машину, Бернард уже немного пришел в себя и о чем-то говорил по телефону с Клариссой. Беатрис решила, что телефонный разговор сейчас отличный выход: выглядел Бернард не так уверенно, как говорил.

– Как она? – спросила Беатрис, как только Бернард нажал на кнопку отбоя.

– Говорит, что нормально. Пока воды не отошли, можно не торопиться. – Бернард сглотнул, но тут же взял себя в руки. – Где это чертово такси?!

– Я его вызвала лишь минуту назад. Немного терпения. – Беатрис понимающе улыбнулась. – Насколько я что-то понимаю, у тебя в запасе есть еще несколько часов.

Бернард, все такой же бледный, лишь кивнул. Беатрис решила больше ничего не говорить, понимая, что слова с трудом доходят до него. Машина пришла, по мнению Бернарда, непростительно поздно.

– Мне жаль, что придется оставить тебя одну, – говорил он, нетерпеливо постукивая ногой по полу в ожидании лифта.

– Прекрати, – поморщилась Беатрис. – Клариссе ты сейчас нужнее в тысячу раз. Ты мне звони почаще, я тоже волнуюсь.

Бернард лишь кивнул и, совершенно забыв о Беатрис, бросился в подъехавшую кабину лифта.

Лишь бы не забыл позвонить, пусть когда все закончится, думала Беатрис, медленно бредя до коридору.

Последние диски с полок полетели в мешки для мусора. Беатрис мстительно подумала, что было бы совсем неплохо, если бы консьерж увидел эти мешки и выбросил их. Она смаковала эту мысль, прекрасно понимая, что, во-первых, консьерж никогда не поднимется на четырнадцатый этаж просто потому, что ему здесь нечего делать, а Дарел после такой выходки может и в суд подать за порчу имущества. И ведь выиграет! Судебное разбирательство – последнее, что сейчас нужно было Беатрис.

Удивительно: когда слезы закончились и первое потрясение прошло, все это уже не кажется мне таким ужасным, отметила Беатрис. Я даже могу шутить по этому поводу. Подумаешь, любимый мужчина, почти жених, изменил с лучшей подругой! Наверное, я все же недостаточно сильно любила Дарела. Вот если бы с Эллис я застала Ника…

Беатрис скривилась. Стоило ей подумать о Нике, как настроение сразу же испортилось.

Если бы он честно признался, я, может быть, и не стала раздувать такой скандал, думала она, вытаскивая мешки в прихожую и открывая дверь. Может быть, даже подумала бы, как Бернард, что это была неплохая идея. Но все получилось так, как получилось, и я не желаю видеть Ника!

Мешков оказалось на удивление много, а ведь Дарел жил у нее всего-то ничего! Уперев руки в бока, Беатрис смотрела на гору вещей, которую ей предстояло перенести в коридор, и немножечко сетовала на сына Бернарда, которому вдруг приспичило появиться на свет.

Беатрис бросила обеспокоенный взгляд на часы. Бернард уже должен был добраться до дома.

Мог бы и позвонить! – сердито думала она, волоком вытаскивая мешки и сваливая их в кучу возле пожарного выхода. Беатрис надеялась, что Дарел заберет свои мешки прежде, чем кто-то из соседей пожалуется в пожарный надзор.

От него мне одни неприятности! – скривилась Беатрис, оглядывая мешки, загородившие выход на лестницу. Но, по крайней мере, здесь они не будут мешать. Остался всего один мешок, а потом я запру двери, выключу свет и сделаю вид, что меня нет. Мне с Дарелом говорить не о чем. Черт, ну почему все так получилось!

Беатрис тихонько вздохнула и пошла к своей квартире, но тут услышала жужжание раскрывающихся дверей лифта и поняла, что спрятаться уже не успеет.

Это соседи, ускоряя шаг, подумала Беатрис, но тут же поняла, что ошибается. Она просто чувствовала, что за дверью кто-то, кого сегодня она видеть не хотела. Дарел!

Она замерла и тут же напряглась еще сильнее. Эту туалетную воды она узнала бы из тысячи.

– Только не это… – пробормотала Беатрис, инстинктивно делая отчаянный рывок к двери.

Стоп, приказала она себе и медленно повернулась. Почему я должна бояться? Это он должен трястись. Я никого не обманывала, не предавала. Обманули и предали меня.

В дверях лифта стоял растерянный и смущенный Ник и держал в руках охапку ярко-алых тюльпанов.

– Это тебе, – пробормотал он, протягивая цветы.

Беатрис приподняла одну бровь и осталась стоять в дверях квартиры.

– Я представляю, что ты сейчас чувствуешь… – начал Ник, но Беатрис тут же прервала его:

– Не представляешь.

– Да, конечно, понимаю, ты зла и имеешь на это право, но ведь я имею право на последнее слово? Или хотя бы на желание?

– Нет, – ответила она.

От холода в ее голосе Ник поёжился и выставил перед собой букет, словно щит.

– Но цветы-то возьмешь?

Беатрис не стала ничего говорить, повернулась спиной, подняла последний мешок и тихонько охнула: казалось, коллекция дисков Дарела весит не меньше центнера. От острой боли в пояснице она и не заметила, как Ник оказался рядом и подхватил мешок. Удивленно посмотрел на Беатрис, явно ожидая пояснений.

– Выбрасываю вещи Дарела.

Глаза Ника стали еще больше, и Беатрис невольно залюбовалась ими, такого чудесного янтарного оттенка они были. Но тут же одернула себя: Ник предатель, ничем не лучше Дарела и Эллис, да и доктора Моррана. К тому же их вообще ничто не связывает. А она не может вычеркнуть Ника из своей памяти, будто его никогда и не было. Беатрис знала, что с Дарелом это получится совсем просто.

Беатрис моргнула и заставила себя отвернуться.

– Дарел изменял мне с моей лучшей подругой, – непонятно зачем пояснила Беатрис. – Это я узнала сразу же после нашей случайной встречи у доктора Моррана.

– Ты сказала «изменял»? – зачем-то уточнил Ник.

– Да, потому что уже несколько часов он мне никто.

– Черт, надо было мне немного подождать, – пробормотал Ник и захлопнул рот, понимая, как ужасно это прозвучало.

– Надо было, – спокойно подтвердила Беатрис. – И знаешь, мне очень жаль, что ты не подождал.

Ей всегда хотелось быть откровенной с этим мужчиной. Но сейчас особенно. Беатрис верила, что найдет в себе силы больше никогда не встречаться с ним. И от этого становилось еще хуже.

– Беатрис, я сильно виноват перед тобой, – вновь попытался извиниться Ник.

– Не нужно лишних слов, – попросила Беатрис, – это уже не поможет. Лучше перенеси этот мешок к остальным.

Ник пожал плечами, отдал Беатрис цветы и отнес пакет к большой куче.

– Последний, – тихо сказала Беатрис и закусила губу.

Почему никто не описывает аромат тюльпанов? Горько-сладкий, чуть терпкий, совсем не яркий, но такой волнующий…

Ник вернулся и встал рядом, засунув руки в карманы джинсов.

– Значит, с Дарелом покончено? – спросил он.

– Да, – спокойно ответила Беатрис. – Теперь ты. Дай руку.

Беатрис вытащила из кармана брошь и вложила ее в ладонь Ника. Она не знала, как так получилось, ведь она точно видела, что брошь была застегнута, но, едва украшение коснулось руки Ника, он чуть слышно вскрикнул.

– Что случилось? – испуганно спросила Беатрис и отдернула руку.

Игла броши впилась в ладонь Ника не меньше чем на полтора сантиметра. Беатрис с ужасом смотрела, как появляются первые капельки крови.

– Я не хотела, – пробормотала она.

Ник стиснул зубы и рывком вытащил иглу. Крови сразу же стало больше. Беатрис побелела. Странно, ведь она никогда не боялась вида крови. Почему, когда Ник рядом, все идет не так, как обычно?!

– Позволишь мне войти и промыть эту… царапину? – спросил Ник. – Я планировал умереть в преклонном возрасте, окруженный почтительными внуками и правнуками, а не в расцвете лет от столбняка.

Беатрис кивнула и жестом предложила ему войти. Это происшествие произвело на нее сильное впечатление. Она и представить себе не могла, что будет так переживать за Ника. Беатрис чувствовала себя так, будто Ник по ее вине потерял литра два крови, а не несколько капелек! Обида и недоверие вдруг испарились, сменившись заботой и беспокойством.

Но и на этот раз Беатрис не успела закрыть дверь.

– Я всегда подозревал что-то подобное! – ядовитый голос Дарела словно плетью хлестнул Беатрис по плечам. – Это и есть Ник, который так тонко тебя чувствует, что сразу же узнал о безумной любви к тюльпанам?

Беатрис медленно развернулась.

– Решил, что лучшая защита – это нападение? – поинтересовалась она. – Твои вещи там. И чтобы больше я тебя не видела ни в своей квартире, ни в своем салоне, ни в своей жизни. Пойдем, Ник, где-то у меня была перекись водорода.

– Стой! – воскликнул Дарел.

Он был очень бледен, и была заметна мелкая дрожь, сотрясавшая его тело. Беатрис уже знала, что это признак ярости, неконтролируемой, дикой. Всего раз она видела Дарела в таком состоянии, когда какой-то парнишка на потрепанном кабриолете поцарапал новенький «лексус» Дарела. Но этот случай Беатрис предпочла забыть, уж слишком непригляден был мужчина, которого она тогда любила. Или думала, что любит?

Кажется, ей предстоит еще долго разбираться в себе. Но Дарел не собирался давать ей время на самоанализ. Двумя огромными шагами он преодолел расстояние от лифта до двери квартиры Беатрис и схватил ее за волосы. Беатрис вскрикнул, и алые тюльпаны рассыпались по полу.

Того, что происходило дальше, она просто не запомнила: все было слишком быстро и ужасно страшно.

Беатрис почувствовала движение воздуха у лица, Дарел сделал резкий шаг назад и отбросил ее в сторону. Беатрис больно ударилась локтем, и на секунду в ее глазах потемнело. Когда зрение вернулось, Ник с рассеченной губой уже упирался ногой в спину Дарела и держал его руку вывернутой под противоестественным углом. Дарел лежал на полу, не смея пошевелиться. О том, что он просит Ника отпустить руку, Беатрис скорее догадалась, чем разобрала в режущем слух визге, больше напоминавшем скулеж собаки.

Собаку мне было бы жаль, злобно подумала Беатрис, потирая ушибленный локоть, и тут же устыдилась этой мысли.

– Ник, отпусти его, пожалуйста, – тихо попросила она. – Мне только скандала не хватало.

Ник пожал плечами, чем причинил дополнительную боль Дарелу, и отошел от него, резко отпустив захват. Он встал рядом с Беатрис и осторожно потрогал пальцем ссадину на губе. Беатрис почувствовала, как ее сердце обрывается. Ей хотелось сейчас же сделать хоть что-то для Ника! Плевать на злость, потом они разберутся в головоломке обид, сейчас нужна холодная вода и платок для компресса.

Беатрис сделала движение к Нику и тут же остановилась. Дарел встал на ноги, отряхнулся и с ненавистью посмотрел на Ника, а потом на Беатрис.

– Нашла себе громилу без мозгов и с кулаками? Может быть, и в постели тебе нужно вовсе не умение, а сила? Кажется, я многого о тебе не знаю. Особенно меня удивляет то, как быстро из непорочного ангела ты превратилась в обыкновенную шлюху, готовую переспать с первым попавшимся мужиком.

Ник дернулся, но Беатрис успела схватить его за руку.

– Пусть говорит, что хочет. – Она демонстративно пожала плечами. – Он больше для меня не существует. Пойдем, тебе нужно умыться и обработать раны. И свитер испорчен.

Беатрис пропустила вперед Ника, боясь, что Дарел вновь попытается спровоцировать его, зашла за ним и заперла дверь.

– Пойдем на кухню, – со вздохом сказала она.

Ник шел молча, он просто не знал, что сейчас нужно сказать. И был совершенно прав, выбрав молчание. Беатрис была словно взведенная пружина. Одно слово, и Ник отправился бы составить компанию Дарелу, бесновавшемуся на лестничной площадке.

В кухне Беатрис усадила Ника на высокий табурет и сходила в ванную за перекисью водорода, ватой и лейкопластырем.

Зачем я это делаю? – спрашивала себя Беатрис, возвращаясь на кухню. Ника нужно вычеркнуть так же, как и Дарела.

Молчаливый и напряженный Ник сидел на табурете и внимательно следил за Беатрис. Она вздохнула и покачала головой.

Не могу же я выгнать его на улицу в таком состоянии! – поняла она и приступила к обработке ран.

Лицу Ника серьезно досталось. Кроме разбитой губы была глубокая ссадина у виска, которую Беатрис не сразу заметила, и на лбу явно наливался кровоподтек. Она смочила вату в перекиси водорода и принялась обрабатывать рану на виске.

– Ты отлично дерешься, – когда молчание достигло пика напряжения, сказала Беатрис.

– Когда-то занимался вольной борьбой. Я не думал, тело само все помнило.

– Почему ты позволил ему сделать с собой такое? – Беатрис осторожно залепила ссадину лейкопластырем и осмотрела свою работу.

– Я боялся задеть тебя и причинить тебе вред. Как твой локоть? Я не совсем удачно тебя толкнул.

– Значит, это ты меня толкнул? Мне казалось, Дарел.

– Он хотел… – Ник замолчал, боясь сказать лишнее.

Беатрис удовлетворенно кивнула и встала перед Ником, оказавшись между его ног. Но так было удобнее обрабатывать разбитую губу!

– Он хотел прикрыться мной? Ты это хотел сказать? – уточнила она с каким-то мазохистским любопытством.

– Да.

Беатрис сделала неловкое движение, и Ник вздрогнул.

– Прости, – извинилась она, обругав себя за неловкость. – На самом деле я не удивлена. Бернард сегодня правильно сказал: розовые очки слишком плотно приросли к моим глаза. Боюсь, отдирать их придется с мясом.

Она невесело усмехнулась, Ник попытался улыбнуться в ответ, но тут же скривился. Из рассеченной губы вновь пошла кровь.

– Сиди спокойно, пожалуйста! – потребовала Беатрис. – Я уже давно должна была понять, кто такой Дарел, не понимаю, почему я так упорно не хотела трезво посмотреть на него? – Беатрис застыла с ваткой в руке.

– Любила? – робко предположил Ник.

– Нет, – со вздохом ответила она и вернулась к ране. – Не любила, хотела любить. Я всегда считала, что у меня должно быть все самое лучшее: лучший салон, лучший гардероб, лучшая квартира и лучший мужчина. Дарел вполне подходил на эту роль: красивый, серьезный, карьерист и фанатик, как и я. Мы действительно внешне были прекрасной парой. И я не сочла необходимым заглядывать под обертку. Знаешь, я ведь должна быть благодарна тебе и доктору Моррану. Если бы я не была так зла на вас за эту аферу с гороскопами, я бы еще нескоро застукала Дарела на месте преступления.

Беатрис осторожно налепила пластырь и провела пальцем по губе Ника, проверяя, хорошо ли приклеилось. Она почувствовала приятную тяжесть внизу живота, почувствовала, как вздрогнул Ник. Нужно было бы убрать палец, отойти и предложить Нику отправляться ко всем чертям, но вместо этого Беатрис вдруг наклонилась и прикоснулась к его губам. Осторожно, боязливо, но все же поцеловала его. Ник был таким высоким, что ей пришлось всего чуть-чуть наклониться.

Дыхание Беатрис срывалось, ноги подкашивались, а его губы чуть дрогнули в ответ, так же робко и нерешительно. И тогда Беатрис поняла, чего на самом деле хотела все эти два месяца.

Она запустила пальцы в короткие жесткие волосы на затылке Ника и провела языком по его губам. Они были горьковато-сладкими. Беатрис с трудом оторвалась от его губ и открыла глаза.

– Зачем? – прошептал Ник. – Зачем ты это делаешь?

Беатрис прижала палец к его губам и покачала головой. Она знала, зачем и почему. Знала с самой первой встречи, и как же легко и сладко было сейчас признаваться в этом, пусть даже не говоря ни слова!

Ник заглянул в ее небесно-голубые глаза и увидел в них свой приговор: ни за что он не отпустит ее, никогда не откажется. Он сжимал в своих объятиях самую желанную женщину, женщину, которую полюбил с первого взгляда, женщину, ради которой был готов на все, женщину, о поцелуе которой грезил, как о самом дорогом подарке.

Но теперь, когда вкус ее губ все еще будоражил тело, поцелуя было мало.

Ник наклонился и вновь прикоснулся губами к ее губам. Было немного больно и невыносимо сладко.

Беатрис дрожала в его руках, чувствуя ответную дрожь. Думать и анализировать она будет потом, если только захочет. Эта ночь была для них, а станет она первой или последней… Сейчас ей было совершенно безразлично.

Рука Ника медленно ползла по ее спине, по бедру, и вновь наверх, цепляя скользкий шелк платья. И вот он уже прикоснулся к нежной коже бедер чуть шершавыми пальцами. Вот они сжались, но тут же расслабились. Мягкое поглаживание, нежное касание… Беатрис казалось, что она сейчас растает в его объятиях. Еще ни с одним мужчиной не было так сладко и так страшно.

Она подняла веки, встретилась взглядом с его янтарными кошачьими глазами и чуть заметно кивнула, поворачиваясь спиной к стойке бара. Ловкие пальцы Ника зацепили кружевные трусики, и вот они уже на полу. Легко, словно пушинку, Ник приподнял Беатрис и посадил на барную стойку. Дрожащими пальцами она пыталась справиться с тугой молнией его джинсов. Наконец ей это удалось. Белье – последняя преграда, и больше ничто не может помешать им.

Беатрис обхватила ногами обнаженные бедра Ника и притянула его к себе. Она вновь открыла глаза, и Ник заметил, как на секунду расширились ее зрачки. Он утонул в этих глазах, как тонул уже не один раз и еще ни разу. Беатрис качнулась вперед-назад, задавая темп, и для него остались только эти голубые озера страсти.

Они двигались все быстрее и быстрее, сбрасывая посуду, оставшуюся на стойке, крича от наслаждения, изнемогая от близости. Беатрис смотрела в золотистые глаза Ника и не думала ни о чем.

Они так и не поговорили в эту ночь. Их тела, их руки, их губы были гораздо красноречивее любых слов. И лишь на рассвете, засыпая в изнеможении, Беатрис прошептала:

– На тебя невозможно сердиться! Наверное, потому, что я тебя люблю.

8

Она проснулась от голода. В последнее время это с ней случалось практически постоянно. С первого этажа, из кухни их нового загородного дома приятно пахло омлетом с ветчиной и гренками – стандартным завтраком от Ника, ведь она так и не нашла времени научиться готовить.

Беатрис положила руку на еще не округлившийся живот и с тоской подумала, что пройдет еще не меньше двадцати пяти недель до того момента, когда она увидит их «зернышко».

Это зернышко уже размером с хорошую картофелину, подумала Беатрис, вставая с постели.

О том, что такое токсикоз, Беатрис так и не узнала, и если что-то и изменилось в ее самочувствии, то только аппетит: он стал поистине зверским.

Ты плод любви, мысленно сказала она, положив руку на живот. Настоящей любви.

Она отдернула шторы и распахнула окно. Палисадник под окнами играл всеми красками лета.

Ровно год, подумала Беатрис. Ровно год с той ночи, когда все началось.

От ее улыбки в комнате словно стало светлее. Беатрис набросила халат, кончиками пальцев прикоснулась к тюльпанам, которые теперь каждое утро стояли на туалетном столике, и поспешила в ванную комнату. Ей не хотелось появляться перед Ником растрепанной и сонной, хотя он не раз говорил, что такая Беатрис нравится ему больше всего, ведь только так становится понятно, что его любимая женщина не только бизнес-леди.

Теперь еще и мать, думала Беатрис, глядя в зеркало.

Ничего нового там не было: все та же ухоженная блондинка с восхитительными голубыми глазами. Ее фигурка все еще оставалась стройной и гибкой, кожа без единого изъяна. И все же в ней что-то неуловимо изменилось. Эти изменения были так сильны, что многие знакомые не сразу узнавали обновленную Беатрис.

А ведь нам пришлось много пережить, вспоминала она. Иск Дарела и мой встречный иск по возмещению ущерба, нанесенного салону «Бель» Дарелом и Эллис. Целых два года они дурили мне голову! Много лет Эллис завидовала мне, а потом встретилась с Дарелом и вместе они решили отобрать мой салон. Суд мы выиграли, но они не умеют играть честно. Потом были попытки сорвать открытие второго салона, подложные документы и науськивание налоговой инспекции. Как хорошо, что Ник был рядом со мной все это время! То, что оба моих салона успешно работают, в большой степени его заслуга. Если бы не он, Дарелу и Эллис удалось бы завладеть моими салонами.

Губы Беатрис сами собой сложились в презрительную улыбку. И хотя прошло много времени, воспоминания были еще свежи. Вот они с Ником сидят бок о бок в салоне и пытаются разобраться в «наследии» Эллис. Уже далеко за полночь, весь квартал спит, а они не могут оторваться от расчетов, справок, выписок и счетов. Ник часто повторял, что салон удалось отстоять только чудом, и Беатрис знала, кто был этим чудом. Она понимала, чем обязана Нику, и дело было даже не в салоне…

А вот воспоминания о той ярости и обиде, что охватили ее, когда она узнала о заговоре Ника и доктора Моррана, в памяти не сохранились. Яркая эмоция оставила столь же слабый след в ее душе, как и фейерверк: минута горения – и ничего.

Как жаль, что я так поздно поняла, кого люблю на самом деле. И как хорошо, что Ник нашел в себе силы прийти сразу же. Кто знает, что я выкинула бы на следующий день, искусственно разжигая в себе неприязнь? А так Ник просто пришел и остался.

Тем утром Беатрис так же, как и сегодня (и как все последующие дни), проснулась от запаха готовящейся еды. В ее квартире это было сродни чуду. Она вышла в кухню и удивленно уставилась на Ника, колдующего у плиты. Он робко улыбнулся и сообщил, что завтрак будет готов через десять минут.

Правда, в тот день они сели завтракать подгорелым омлетом через полчаса…

Но этот первый завтрак Беатрис запомнила навсегда, потому что тогда она поняла, что никогда не отпустит Ника из своего дома.

Через два месяца после открытия второго салона смущающийся Ник сообщил, что он присмотрел несколько вариантов домов в пригороде. Еще через месяц они купили этот дом, и Беатрис получила новый урок: не нужно быть идеальной хозяйкой, чтобы в твоем доме было хорошо. Достаточно любви.

Известие о беременности было громом среди ясного неба. Предположение высказал Ник, несколько дней внимательно наблюдающий за Беатрис, и, как обычно, он оказался прав.

Иногда Беатрис посещала мысль, что она слишком счастлива: ребенок, любимый мужчина, работа, дом. Она боялась, что судьба когда-нибудь потребует вернуть все это счастье с процентами. И тогда Беатрис шла к Нику, прижималась к нему и думала о том, что, пока они вместе, им ничто не страшно, а вместе они будут всегда. В этом Беатрис была уверена не только потому, что любила Ника. Она видела гороскопы совместимости. Доктор Морран решил покаяться перед ней и составил максимально точные гороскопы, ведь теперь он располагал не только датой, но часом и местом рождения Ника. И в этом гороскопе говорилось, что они идеально подходят друг другу.

Астролог долго и красноречиво уверял Беатрис в том, что ничего не выдумал, пока Беатрис не рассмеялась и не показала ему собственноручно составленный гороскоп, как две капли воды похожий на его.

Правда после всей этой истории она перестала пользоваться услугами доктора Моррана и его коллег. Теперь-то Беатрис знала, что человек сам делает свою судьбу, и больше не нуждалась в советах звезд. А доктор Морран стал другом семьи, просто Фрэнком.

Беатрис заплела волосы в косу, переоделась в домашнее мягкое и приятное платье и спустилась в кухню.

– Доброе утро, любимая! – Ник оторвался от плиты на секунду, чтобы поцеловать Беатрис.

– Завтрак будет готов через десять минут? – улыбнувшись, спросила она.

– Ну уж нет! – усмехнулся в ответ Ник. – Кларисса вчера после крестин все уши мне прожужжала, напоминая, что я должен беречь тебя. А если совместить это с многозначительными взглядами… Я толком не успел пообщаться с крестником. Ты хотя бы все время была с малышом.

– И с марками Бернарда. Доверяешь мнению Клариссы? – поинтересовалась Беатрис, ставя на стол приборы.

– Опыт у нее больше нашего: все же две беременности и трое детей.

– Я бы тоже не отказалась от двойни! – мечтательно сказала Беатрис.

– Не все сразу, – философски заметил Ник, ставя еду на стол. – Как ты себя чувствуешь?

– Великолепно! – совершенно искренне ответила она, набрасываясь на омлет.

Ник с немножечко глупым от счастья лицом наблюдал за тем, как она ест, но сам едва притронулся к завтраку. В конце концов Беатрис обратила на это внимание.

– Объявление? – поинтересовалась она.

– Знаешь, я тут подумал, ты все же протестантка, да и меня мама водила в церковь в детстве.

Беатрис поперхнулась соком.

– Ник, в последний раз я была в церкви в двенадцатилетнем возрасте.

– И все равно, я думаю, нехорошо, что ребенок родится вот так…

– Как вот так?

– Ну так…

– Ты делаешь мне предложение? – прямо спросила Беатрис, зная, что Ник, стоит ему засмущаться, может еще долго ходить вокруг да около.

– Ну да. Но если ты хочешь шикарную свадьбу, платье, цветы – все, что там положено, мы можем и подождать.

– Но в любом случае должны пожениться? – с трудом сдерживая улыбку, спросила Беатрис.

– Конечно, – совершенно серьезно ответил Ник. – Я слишком долго решался сделать этот шаг, хотя прекрасно понимал, что все равно мы должны быть вместе навсегда и перед людьми, и перед Богом.

– Да плевать мне на людей и… – Беатрис запнулась, покраснела, молитвенно сложила руки, посмотрела наверх и пробормотала: – Прости, пожалуйста, я вовсе не то имела в виду. Что-то в последнее время я много говорю…

Ник улыбнулся, но снова стал серьезным.

– Так ты выйдешь за меня замуж?

Беатрис отпила еще немного сока, посмотрела в окно, но вовсе не потому, что ей нужно было подумать, просто ей нравилось иногда немножечко помучить Ника.

– Конечно! – видя, что Ник уже совсем извелся, ответила она.

Ник протянул руку и пожал ее ладонь. В этом жесте было так много любви и благодарности, так много счастья, что Беатрис не удержалась от слез.

– Ну что же ты?! – воскликнул Ник. – Или ты не рада?

– Рада, потому и плачу! – всхлипнула она.

Ник встал из-за стола и обнял Беатрис.

– Проклятые гормоны! – сквозь слезы улыбнулась она.

– Я люблю тебя, – сказал Ник. – Я хочу, чтобы ты всегда помнила, что я тебя люблю, что бы ни случилось.

– Ничего не случится, – уверенно сказала Беатрис. Она подняла голову и вновь в который раз утонула в янтарных глазах Ника. Это никогда ей не надоест. – Знаешь почему? Потому что я люблю тебя.

Content

Элизабет Кейли
Гороскоп любви

1

2

3

4

5

6

7

8