Неизвестен Автор

История кинематографа

История кинематографа

Немое кино

История кино началась, как это ни удивительно, еще в Древней Греции, с так называемых движущихся теней. Много веков спустя, в XIX веке, изобретатели и эстрадные артисты совместными усилиями создали индустрию движущихся картинок со всевозможными трюками и спецэффектами. Сначала были созданы мультипликационные фильмы, но вскоре появились фотографические снимки. Был рожден Голливуд, прославившийся звездами немого кино. Хотя фильмы той эпохи демонстрировались без звука, талантливые режиссеры и художники превращали их в весьма увлекательное зрелище.

Мечты о кино

Представьте себе зимний субботний вечер 100 лет тому назад... Вы только что заплатили один франк и присоединились к немногочисленной аудитории, разместившейся в затемненном зале парижского "Гран-кафе". Слышится потрескивание какого-то устройства, на экране перед вами возникает фотографическое изображение тяжелых деревянных ворот. Внезапно эти ворота распахиваются, и на улицу устремляется поток заводских рабочих...

На дворе 28 декабря 1895 года, и вы присутствуете на первом в истории киносеансе.

В тот день было продано всего 35 билетов, однако к концу недели вдоль бульвара Капуцинов уже выстраивались громадные очереди жаждущих взглянуть на движущиеся картинки, демонстрируемые с помощью проекционного аппарата братьев Луи и Огюста Люмьеров, который они назвали кинематографом. (Подобные аппараты были одновременно изобретены во многих странах мира, в том числе и в России, но первый общественный киносеанс состоялся 28 декабря 1895 года в Париже.)

Десять коротеньких фильмов, составлявших первую программу, вряд ли произвели бы сильное впечатление на сегодняшних киноманов, однако для первых зрителей эти незамысловатые картинки были столь же захватывающим зрелищем, как для нас пресловутая "виртуальная реальность". В то время в Париже уже пользовались популярностью схожие развлечения - театр теней, освещенные рисунки и прочие оптические аттракционы, имитирующие движение на экране. Но подобной реалистичности изображения, которая достигалась при помощи движущихся фотографий, публика еще не видела.

Хотя братья Люмьер были первыми, кто организовал платный киносеанс для широкой публики, они отнюдь не являлись изобретателями движущихся картинок. Это искусство развивалось в течение многих столетий. Вообще история кино представляет собой скорее череду разрозненных открытий, в которых свои усилия приложили многие ученые (в этом ряду были и Томас Алва Эдисон, и Мария Склодовская-Кюри, и многие другие.), шоумены и артисты, чем плод целенаправленной деятельности исследователя. Каждый новый шаг был следствием наблюдательности, эксперимента, совпадения, а порой и чистой случайности.

Ранние движущиеся изображения

Игра света и теней завораживала людей еще в Древней Греции. Примерно в 360 году до новой эры древнегреческий философ Платон описывал в своей книге "Республика", как двигаются тени.

Некоторые историки кино считают это описание пещеры Теней первым упоминанием о движущихся образах.

Кукольники средневековой Явы, Китая и Индии, устраивая представления на основе местных мифов и легенд, использовали игру света и тени, чтобы проецировать силуэты выделанных из кожи кукол на полупрозрачный экран.

Представления театра теней Явы, повествующие о королях и королевах, волшебниках и чудовищах, зачастую длятся чуть ли не 8 часов, и в наши дни они все еще привлекают внимание и местных жителей, и туристов.

Аналогичные кукольные представления приобрели популярность в Европе конца XVIII века, в период бурного расцвета науки, получившего название эпохи Просвещения. Такие аттракционы, как "китайские тени" Доминика Серафина, не выходили из моды на протяжении целого столетия.

Представления с освещенными картинками

В 1780-е годы шотландец Роберт Баркер изобрел новый оптический аттракцион, названный им "Панорамой". В его основе лежала искусственная подсветка, позволявшая оживлять большие полотна с изображением батальных сцен или обычных городских улиц. Примерно в то же время художник Филипп де Лутербург представил на суд публики свой "Эйдофузикон", театр эффектов, в котором картины благодаря изобретательной подсветке казались объемными. Однако самым замечательным аттракционом, основанным на умелом освещении картин, была "Диорама" Луи Даге-ра и Клода-Мари Бутона, продемонстрированная ими в 1822 году. С помощью жалюзи и ставней, регулировавших поток света, который падал на большое полупрозрачное полотно, "Диорама" поражала зрительскую аудиторию калейдоскопическим чередованием образов, сменяя время действия с ночи на день.

Тем не менее при всей непреходящей моде на представления с освещенными картинками самым популярным аттракционом того времени был "волшебный фонарь". "Фонарщики" гастролировали по Европе, восхищая и изумляя людей - старых и молодых, богатых и бедных - разноцветными изображениями, порождаемыми их аппаратами.

Самым знаменитым "фонарщиком" был Этьен Робер (известный как Робертсон), чья "Фантасмагория" (1798) стала предтечей фильмов ужасов. В ходе этого леденящего кровь представления, проходившего в театре, обставленном под разрушенную часовню, "волшебный фонарь" заставлял возникать и исчезать в задымленном воздухе различные сверхъестественные образы.

Идя навстречу пожеланиям публики, "фонарщики" стали усложнять программу, используя сразу несколько фонарей для создания "растворяющихся" картин, когда образы медленно возникали или растворялись на глазах у зрителей либо накладывались друг на друга. Позднее были изобретены механические устройства, позволявшие передвигать фигуры или предметы внутри самого изображения. Бурное развитие технологии "живых картинок" совпало со всеобщим увлечением техникой, свойственным XIX столетию. И в самом деле, если поезда и пароходы способны успешно передвигаться, почему бы образам, создаваемым "волшебными фонарями", не делать то же самое.

Латериа магика

Латериа магика - "волшебный фонарь" был одним из важнейших аппаратов в истории кинематографа, предшественником как кинокамеры, так и кинопроектора.

Улавливание изображений

Принцип его действия был открыт в VIII веке в Китае. Ученые обратили внимание на то, что свет, проходя сквозь маленькое отверстие в оконных ставнях, отбрасывает на стену комнаты перевернутое изображение наружного пейзажа. Шесть веков спустя великий итальянский художник и изобретатель Леонардо да Винчи, основываясь на данном принципе, сконструировал прибор, названный им "камера-обскура" (что означает "темная комната"). Первая работающая камера-обскура была изготовлена в 1558 году Баттистой дел-ла Порта. Вскоре художники начали использовать это устройство для подбора реалистических задних планов и пропорций своих полотен, а затем на его базе возникла новая разновидность аттракциона.

Первые камеры-обскуры представляли собой светоизолированные ящики, однако в дальнейшем они превратились в затемненные комнаты, оборудованные зеркальными линзами, которые отбрасывали, или проецировали, изображения на экран, укрепленный на столе. На протяжении последующих 250 лет ученые неоднократно пытались найти способ запечатлеть образы, возникающие внутри камеры-обскуры, экспериментируя с разного рода светочувствительными материалами. Первые такие постоянные изображения были получены Жозефом Нисефором Ньепсом в 1826 году. Однако широкое распространение фотография приобрела лишь 11 лет спустя, после того, как Луи Дагер усовершенствовал этот процесс при помощи металлических пластинок.

В 1840 году Уильям Генри Фоке Тальбот разработал метод воспроизводства фотоснимков с негативов, которые тогда печатались на специально обработанной бумаге. В конечном итоге эти изображения стали именоваться фотографиями, а чудесный ящик, который их улавливал, получил название фотоаппарата.

Проецирование изображений

В середине XVII века священник по имени Атаназиус Кирхер в своей книге "Великое искусство света и теней" описал, каким образом основные компоненты камеры-обскуры могут быть объединены в единое устройство, способное проецировать изображение с прозрачной пластинки на стену или экран.

Идея Кирхера была развита голландским ученым Христианом Гюйгенсом, который в 1659 году добавил к аппарату фокусирующие линзы для достижения максимально возможной четкости изображения. В 1666 году Томас Вальгенштейн впервые продемонстрировал в Дании свой "волшебный фонарь". Однако изобретателям понадобилось еще 200 лет, чтобы приспособить "волшебный фонарь" для проецирования движущихся изображений.

Представления с "волшебным фонарем" свыше 250 лет пользовались неизменным успехом. К 1880-м годам устраивались уже весьма сложные представления с участием целых команд операторов, применявших фонари, каждый из которых имел до трех отдельных линз. Такие шоу продолжали собирать полные залы вплоть до 1920-х годов, то есть еще много лет спустя после появления кинематографа.

А Зарисовка примитивного "волшебного фонаря" из книги Атаназиуса Кирхера "Великое искусство света и теней" (1671). Его идея основывалась на наблюдении, что если на предмет, поставленный на зеркало, направить луч света, то он начинает отбрасывать слабую тень. Поскольку его аппарат не был снабжен линзой, можно предположить, что он вряд ли полностью понимал принцип проецирования изображений.

Инерция зрительного восприятия

Попробуйте помахать зажженным фонариком в темной комнате. Вам не кажется, что вы видите оставляемый им след? Теперь посмотрите в окно или на яркий объект, а затем быстро зажмурьтесь. Правда, на мгновение задержался образ того, на что только что смотрели?

Этот оптический обман был подмечен еще древними египтянами. Они полагали, что глаз на какое-то мгновение удерживает образ объекта уже после того, как тот исчез из поля зрения (в действительности, как нам теперь известно, этой способностью обладает не глаз, а мозг). В 1765 году французский физик Шевалье д'Арси наглядно продемонстрировал это явление, повертев над головой горелку с пылающими углями.

Впервые инерцией зрительного восприятия этот феномен назван был в 1824 году Петером Роже, автором знаменитого "Тезауруса Роже". Инерция зрительного восприятия позволяет нам видеть последовательность отдельных неподвижных изображений как единое непрерывное действие. Этот принцип лежит в основе всего процесса создания и просмотра фильмов.

В XIX веке европейские ученые использовали инерцию зрительного восприятия, чтобы создавать иллюзию движения рисунков, быстро сменяя их в определенной последовательности. Таким образом было создано множество оптических игрушек с изображением комических или акробатических сценок. Правда, большинству детей эти игрушки в то время были не по карману, поскольку многие из них вынуждены были сами зарабатывать на пропитание.

Проецирование рисунков

Сегодня трудно представить, что такие простые игрушки, как тауматроп, фенакистоскоп и зоетроп, могли сыграть столь важную роль в приближении кинематографической эры, особенно если учесть, что пользоваться ими могли лишь несколько человек одновременно. Однако шоумены и изобретатели очень скоро стали задумываться над тем, как соединить их с "волшебным фонарем".

Австрийский барон Франц фон Юхатиус впервые начал проецировать движущиеся картинки в 1853 году. К сожалению, его проекционный фенакистоскоп выдавал весьма расплывчатые изображения. Эта проблема была решена Л.С. Беалем, сконструировавшим устройство под названием хоретоскоп. Это устройство на короткое время удерживало каждую картинку перед проекционным объективом, а затем с помощью заслонки перекрывало световой поток, пока система шестерен не вставляла на место изображение. С тех пор ничего лучше этого скачкообразного процесса, или прерывистого движения, человечество не придумало и по-прежнему использует его даже в самых современных камерах и проекторах.

Французский художник Эмиль Рено изобрел альтернативный проектор, названный праксиноскопом. За его основу был взят зоетроп, и он был снабжен зеркалами, размещенными в центре барабана, что позволяло проецировать изображение на миниатюрный экран. В 1892 году он сконструировал крупномасштабную версию своего аппарата, с помощью которой демонстрировал иллюминированные пантомимы в своем Оптическом театре в Париже. Эти очаровательные программы под музыкальный аккомпанемент по праву считаются первыми рисованными мультипликационными фильмами. В первой программе можно было увидеть "Клоуна и его собак", "Бедного Пьеро" и "Стаканчик доброго пива". (Названия фильмов, упомянутых в книге, приведены в соответствии с отечественным источником: "Кино. Энциклопедический словарь". М., 1986.) Для каждой 15-минутной истории требовались сотни рисунков. Пока Рено совершенствовал свою технологию, другие изобретатели уже вовсю работали над созданием более реалистичных "живых картинок" на основе последовательности фотографических снимков.

Выступления Рено в парижском Оптическом театре открылись в 1892 году тремя короткими фильмами. Хотя в дальнейшем он занялся производством фотографических лент, ему не удалось соответствовать требованиям публики, и он вынужден был бросить это занятие. Незадолго до смерти он разбил свой аппарат и выбросил все фильмы в Сену.

Как изготовить 'Оптические игрушки'

Несмотря на замысловатые названия, игрушки, описанные ниже, основываются на простейших оптических обманах. Вы их легко можете сделать сами.

ТАУМАТРОП

Первое и самое примитивное оптическое устройство, поступившее в продажу, именовалось тауматропом (что означает "вращающееся чудо"). Оно было изобретено Джоном Пэрисом в 1826 году и состояло из картонного диска с рисунком на каждой стороне и веревочных ручек по краям. Когда диск вращали, отдельные рисунки сливались в единое изображение.

КАК ИЗГОТОВИТЬ СОБСТВЕННЫЙ ТАУМАТРОП

1. Скопируйте эти рисунки и приклейте их с каждой стороны картонного диска. Убедитесь, что зонтик располагается вверх ногами.

2. Аккуратно проткните дырочки в местах, обозначенных маленькими кружочками с обеих сторон диска, и проденьте через них шерстяную нитку или бечевку так, чтобы получились ручки.

3. Вращайте диск с помощью ручек, и женщина появится под своим зонтиком. Попробуйте проделать то же самое с собственными рисунками.

ФЕНАКИСТОСКОП

Фенакистоскоп (что означает "обманное вращение"), изготовленный бельгийцем Жозефом Плато в 1832 году, представлял собой диск с окошками по внешнему краю, тод которыми располагались серии рисунков. Когда диск вращался, возникала иллюзия непрерывного действия, так как рисунки в окошках сливались в единое целое. Австрийский ученый Симон фон Штампфер, не знакомый с изобретением Плато, разработал схожее устройство, названное им стробоскопом. Оно состояло уже из двух дисков. На один наносились последовательно рисунки, а в центре другого по кругу прорезались щели. При вращении дисков рисунки, на которые смотрели сквозь щели, словно приходили в движение.

ЗОЕТРОП

Зоетроп (что означает "живое вращение"), первоначально названный своим изобретателем Уильямом Хорнером дедалумом, поступил в продажу в 1860-е годы. Вместо диска с окошками, как у фенакистоскопа, здесь была полоса рисунков, которые, казалось, приходили в движение, когда на них смотрели через прорези во вращающемся барабане.

КАК ИЗГОТОВИТЬ СОБСТВЕННЫЙ ЗОЕТРОП

1. Сделайте кальку с полосы А и перенесите ее на три отдельных куска картона, оставив у каждого из них с правого края 5-миллиметровое ушко.

2. Аккуратно сделайте прорези и соедините все три полосы, приклеив ихлевые края кушкам так, чтобы получился барабан.

3. Сделайте кальку с рисунков на полосе В и перенесите на лист бумаги. Если вы захотите сделать собственные картинки, позаботьтесь, чтобы каждая из них изображала какую-либо стадию действия, слегка отличную от предыдущей.

4. Сверните полосу с рисунками в кольцо так, чтобы она поместилась внутрь барабана с прорезями.

5. Попросите кого-нибудь из взрослых, чтобы вам разрешили воспользоваться проигрывателем. Поставьте барабан (с рисунками внутри) на диск и включите проигрыватель.

По ходу вращения барабана смотрите на рисунки через прорези. Перед вашими глазами развернется непрерывное действие.

"ЧУДО-БЛОКНОТ"

Первые "чудо-блокноты" появились в 1860-е годы и содержали десятки рисунков, изображающих различные стадии действия. После громкого успеха кинетоскопа Эдисона в 1890-е годы в продажу поступили различные фотографические устройства, работающие по аналогичному принципу, например филоскоп Генри Шорта и кинору братьев Люмьер.

КАК ИЗГОТОВИТЬ СОБСТВЕННЫЙ "ЧУДО-БЛОКНОТ"

1. Приготовьте небольшой блокнот примерно с 30 страницами.

2. Вырежьте из картона туловище, руки и ноги человечка.

3. Прочно прикрепите скрепками конечности к туловищу.

4. Перенесите контур человечка на первую страницу блокнота, ближе к ее краю.

5. Слегка измените позу вашего человечка в зависимости от того, что он по вашему замыслу должен совершить, - например, слегка приподнимите ему руку.

6. Перенесите эту новую позу на вторую страницу и продолжайте в том же духе, пока не заполните весь блокнот.

7. Чтобы просмотреть "фильм", быстро перелистайте страницы блокнота с первой до последней.

Создание проектора

Хотя фотография существовала уже с конца 1820-х годов, создать аппарат, способный делать достаточное количество фотоснимков, чтобы запечатлеть непрерывность действия, оказалось крайне сложной задачей.

В 1870 году изобретателю Генри Гейлу удалось с помощью своего фазматро-па создать иллюзию движения, но лишь путем тщательного подбора фотографий, примерно по тому же принципу, как подбираются позы для человечка из "чудо-блокнота". Вскоре после этого англичанин по имени Эдвард Майбридж и французский орнитолог Этьен-Жюль Марей , каждый по отдельности, сумели достаточно точно запечатлеть движение с помощью серийного фотографирования.

Майбридж и Марей интересовались главным образом естествознанием, и их эксперименты с фотографированием носили сугубо прикладной характер. Тем не менее, как только стало ясно, что на "живых картинках" можно зарабатывать.

большие деньги, изобретатели и дельцы шоу-бизнеса начали прилагать немалые усилия, чтобы создать надежный съемочно-проекционный аппарат. Изобретение прочной и гибкой целлулоидной пленки дало мощный толчок дальнейшему развитию технологии съемки, воспроизводства и проецирования фотографий в быстрой последовательности.

Подобно многим другим открытиям ранней кинематографической эпохи, изобретение такого аппарата трудно приписать какому-либо конкретному человеку. Английский юрист по имени Уордсуорт Донисторп спроектировал кинокамеру еще в 1878 году, но, прежде чем он успел довести ее до ума, у него кончились деньги.

Фриз-Грина, чья печальная история рассказана в английском фильме "Волшебный ящик" (1951). В 1888 году Луи Лепренс, французский инженер, работавший в Англии, сумел воспроизвести движение транспорта по мосту в Лидсе при помощи специально обработанной бумажной ленты. Однако в 1890 году он таинственным образом исчез, не завершив свои эксперименты. Заявки на такого рода изобретения поступали в то время и от многих других европейских и американских ученых.

И все же первую настоящую кинокамеру сделал в 1891 году шотландец по имени Уильям Диксон.

Движение на фотографиях

В 1872 году фотографа Эдварда Майбриджа попросили найти способ установить, отрывает ли лошадь, идущая галопом, в какой-то момент от земли все четыре копыта сразу. Спустя шесть лет, после многочисленных опытов, ему удалось-таки это доказать с помощью 12 фотокамер, размещенных вдоль финишной прямой калифорнийского ипподрома. Проносясь мимо, лошадь разрывала нити, натянутые поперек дорожки, что приводило в действие электромагниты, которые в свою очередь управляли затворами объективов. Когда полученные снимки просматривали через проектор, сконструированный на базе фенакистоскопа, казалось, что лошадь движется. Впоследствии Майбридж разработал собственный проектор, который назвал зоопраксископом, и опубликовал ряд книг с 20 000 фотографий животных в движении.

Опыты Майбриджа вдохновили Этьена-Жюля Марея. В 1882 году он изобрел фотокамеру, имевшую форму ружья, так называемую фотографическую винтовку, которая способна была запечатлеть последовательность 12 снимков на диске, вращавшемся при нажатии на затвор. К 1889 году он уже использовал новую целлулоидную ленту, известную как пленка, что позволяло делать 100 снимков в секунду.

Этьен-Жюль Марей занялся фотографией лишь в целях изучения птиц. Разочаровавшись в своей фотографической винтовке, он в 1888 году усовершенствовал хронофотографическую камеру, позволявшую налагать множественные изображения на каждый кадр пленки.

Изобретатель Томас Эдисон рассчитывал, что съемочный аппарат будет иметь такой же коммерческий успех, как и электрическая лампочка с фонографом, которые незадолго до этого были разработаны в его лабораториях.

При помощи аппарата, названного им кинетографом, Диксон снял один из первых кинофильмов, где показан человек, приподнимавший шляпу и кланявшийся. Два года спустя он завершил работу над кинетоскопом, просмотровым аппаратом, в котором был использован принцип прерывистого движения пленки мимо глазка, вмонтированного в крышку. Поначалу такие аппараты можно было встретить лишь на ярмарке и в парках аттракционов, однако их растущая популярность привела в конечном итоге к открытию специальных кинетоскопичес-ких салонов по всей Америке.

Для удовлетворения спроса на "живые картинки" с участием эстрадных звезд, комиков и боксеров Эдисон создал первую в мире киностудию. Ее прозвали "Черная Мария", так как она весьма смахивала на одноименную полицейскую карету того времени. Именно в этой тесной комнате Диксон снял такие известные ранние фильмы, как "Фред Отт чихает" и "Раис с Ирвином целуются".

Будучи убежден, что "живые картинки" являются всего лишь мимолетным увлечением публики, Эдисон решил обойтись без проектора и извлечь максимальный доход из своих кинетоскопов. Однако большинство людей предпочитало развлекаться в компании, будь то на стадионе, в театре, на сеансах "движущихся теней" или "волшебного фонаря". Конкуренты понимали это и продолжали работать над созданием проекционного аппарата.

Кинетоскоп был просмотровым автоматом, куда нужно было бросить монету, чтобы увидеть программу в течение 20 секунд.

1895: рождение кинематографа

Пальма первенства принадлежит Луи и Огюсту Люмьерам, продемонстрировавшим свой кинематограф на научной конференции в марте 1895 года. Позже, этой же весной, майор Вудвилл Лэтем за плату показывал на Бродвее в Нью-Йорке фильм о боксе. В августе Берт Экрс и Р. У. Пол продемонстрировали в Лондоне несколько короткометражных лент с помощью своего кинеоптикона.

В следующем месяце американцы Томас Армат и Френсис Дженкинс дебютировали со своим фантаскопом в Атланте. И наконец, за считанные недели до премьеры братьев Люмьер в "Гран-кафе" Макс и Эмиль Складановские вынесли на суд берлинской публики свой биоскоп.

Каждый из этих изобретателей с полным основанием мог бы претендовать на славу первого кинематографиста, и все же большинство киноведов ныне сходятся на том, что история кинематографа берет свое начало с сеанса братьев Люмьер 28 декабря 1895 года.

Кино становится рассказчиком

Теперь давайте поприсутствуем на самом первом киносеансе. Публика только что увидела, как рабочие выходят из ворот фабрики братьев Люмьер в обеденный перерыв.

За этим фильмом последовали еще 9 короткометражек, показавших ребенка за едой; золотую рыбку, плавающую в аквариуме; игру в карты; человека, купающегося в море; корабль, заходящий в док; уличную сценку; кузнецов, работающих в кузнице, и, наконец, обрушивающуюся стену. Луи Люмьер, искусный фотограф, снимал все эти эпизоды под таким ракурсом, чтобы они смотрелись как можно реалистичнее. Поезд, подходящий к станции, должен был, по расчетам оператора, напугать публику, которая могла в ужасе рассеяться, опасаясь быть им раздавленной.

Несомненным хитом всего представления был "Ларрозер аррозе" ("Политый поливальщик"), где маленький мальчик подшутил над садовником, заставив того направить себе в лицо струю из шланга.

В течение следующего года Люмьеры рассылали своих киномехаников по всему свету не только для демонстрации возможностей своего аппарата, но и для съемки различных достопримечательностей с целью их последующего пек за. Эти сеансы проходили в театрах, на ярмарках, в лекционных залах, на городских площадях, в Индии, Китае, Японии, Египте и Австралии, ну и, конечно, в Европе. К1903 году в их фильмотеке насчитывалось свыше 2000 лент - от домашних сценок до хроники последних событий в мире.

Кинематограф братьев Люмьер, знаменующий собой рождение кино, включал в себя камеру, печатающее устройство и проектор. К сожалению, в 1897 году на одном из благотворительных вечеров в Париже киномеханик по неосторожности поджег катушки с пленкой, и пожар унес жизнь 140 человек.

Успех таких сеансов заставил Эдисона признать свою ошибку, заключавшуюся в чрезмерном увлечении просмотровыми автоматами и пренебрежении к проекторам. Он приобрел права на проектор, называвшийся фантаскопом, переименовал его в витаскоп и продемонстрировал 23 апреля 1896 года в Нью-Йорке последним номером программы мюзик-холла, выдав его за собственное изобретение. Вскоре он столкнулся с жесткой конкуренцией со стороны разных компаний, в том числе "Мьютоскопа" и "Байографа", основанного его бывшим ассистентом Уильямом Диксоном. Это соперничество вылилось в начале 1900-х годов в ряд "деловых войн" за контроль над рождающейся киноиндустрией Америки.

Фильмотека - от стеклянных слайдов до кинопленки

Первые проецируемые изображения представляли собой картинки, нарисованные на вставлявшихся в "волшебный фонарь" пластинках. Они изготовлялись из стекла, чтобы свет мог проходить через изображение, проецируя его через объектив на экран. Первые кинопроекторы, вроде зоопраксископа Майбриджа, использовали схожий метод проецирования изображения со стеклянных дисков.

Однако вскоре изобретатели поняли, что "живые картинки" выглядят реалистичными лишь в том случае, если за секунду перед объективом проходит минимум 16 кадров. Стеклянные же слайды были и чересчур тяжелыми, чтобы их можно было передвигать с достаточной скоростью, и слишком хрупкими. Они часто бились при прохождении через механизм камеры или проектора.

В 1885 году Джордж Истмен, основатель компании "Кодак", предположил, что рулоны светочувствительной бумаги могут лучше подойти для этой цели. Помимо своей относительной дешевизны, такие рулоны позволяли запечатлеть больше последовательных изображений, чем диски или пластинки, что давало возможность таким первопроходцам, как Луи Лепренс, снимать продолжительные сюжеты вместо коротких сценок. К сожалению, и они частенько рвались, особенно при прохождении через острые зубья шестеренок, проматывавших их перед объективом.

Тогда Истмен начал производство катушек пленки, или ленты, изготовленной из прочного, прозрачного и гибкого материала, именуемого целлулоидом. Впервые такая пленка была применена в 1888 году в аппарате Марея. Позже, в том же году, Уильям Диксон применил так называемую перфорацию - ряд отверстий, проходящих вдоль краев пленки, за которые цеплялись шестерни. Это позволяло регулировать движение пленки в камере или проекторе и получать четкое изображение.

В эру немого кино использовалась пленка шириной 35 мм, она имела определенные недостатки. Первые пленки изготовлялись из легко воспламеняющегося химического вещества (динитрата целлюлозы), из-за чего сильно перегретые проекторы часто загорались. Кроме того, такая пленка была весьма ненадежна и при небрежном хранении превращалась в желеобразное месиво. К сожалению, очень многие старые ленты навсегда утрачены именно по этой причине.

Первая кинокамера

Первой надежной кинокамерой стал кинетограф, изготовленный Уильямом Диксоном в 1894 году. Он представлял собой удачное сочетание различных аппаратов (в том числе Майбриджа и Марея) и был снабжен механизмом прерывистого движения, или скачковым механизмом. Как и более ранние, эта камера приводилась в действие специальной ручкой.

С тех пор минуло более ста лет, но механизм прохождения пленки через камеру мало изменился. Зубчатое колесо, или барабан, цепляется за перфорацию вдоль края пленки и тянет ее через камеру так, чтобы каждый кадр останавливался точно напротив объектива. Когда кадр оказывается в нужном положении, полукруглый диск, именуемый обтюратором, поворачивается таким образом, чтобы свет мог пройти через объектив и попасть на пленку. Как только снимок сделан, обтюратор становится на прежнее место, чтобы предотвратить дальнейшее попадание света на пленку, пока напротив объектива не окажется следующий кадр.

Чтобы осуществить реалистичную съемку какого-либо действия, Диксону приходилось прогонять пленку через кинетограф со скоростью 40 кадриков в секунду. Более поздние камеры эры немого кино работали на скорости всего 16 кадриков в секунду, хотя с появлением звукового кино эта скорость возросла до 24 кадриков в секунду. С такой же скоростью работают и большинство современных кинокамер.

Луи Люмьер всю жизнь утверждал, что изобрел кинематограф за одну бессонную ночь, когда его мучили кошмары и головная боль. Как и в случае с кинетографом Эдисона, он взял за основу целый ряд других аппаратов.

Основной механизм позволяет пленке проходить с регулярными интервалами через проектор, подобно тому как это происходит в камере. Однако, когда обтюратор отодвигается в сторону, свет идет не снаружи, а изнутри аппарата, проходя через пленку и отбрасывая изображение через объектив на экран. Благодаря инерции зрительного восприятия отдельные кадры сливаются в непрерывную картину.

Как работает кинопроектор

Поскольку большинство ранних кинопроекторов приводилось в действие ручкой, обтюратор зачастую двигался слишком медленно, на экране между кадрами возникала черная полоса, в результате чего изображение постоянно мелькало. Фильмы той поры даже прозвали фликерами (от английского слова "фликер", что означает "мелькание"), и многие так называют их по сей день.

Продолжительность первых фильмов зависела от длины кинопленки в катушке. Фильмы, снятые кинетографом, длились примерно 20 секунд, в то время как те, что снимались кинематографом, были протяженностью до минуты. Увеличить продолжительность фильма было невозможно, поскольку

более длинные пленки обрывались при протягивании через съемочно-проекционный аппарат. Решение было найдено лишь в конце 1890-х годов Вудвиллом Лэтемом, придумавшим дополнительные зубчатые барабаны, сгибающие пленку в петлю над и под объективом. Такие барабаны существенно ослабляли натяжение пленки.

Без "петли Лэтема" снимать более длинные фильмы было бы невозможно, а стало быть, кино никогда бы не превратилось в столь сложный вид искусства, каким оно является в наши дни.

Мельес - создатель первого игрового кино

Среди зрителей, присутствовавших на первом сеансе Люмьеров, был некий Жорж Мельес, иллюзионист, полагавший, что кино можно с успехом использовать и в его жанре. Реалистичность съемки Луи Люмьером людей и событий произвела большое впечатление на Мельеса. Однако он считал, что фильмы были недостаточно развлекательны. Театральные постановки, "волшебные фонари" и иллюминированные пантомимы Рено приучили публику к волнующим переживаниям. Поэтому Мельес, не пренебрегая документалистикой, все же отдавал предпочтение коротким сюжетам, в которых пытался объединить отдельные эпизоды в несложное, но связное повествование.

Одной из наиболее известных картин Мельеса стал фильм "Завоевание полюса" (1912), на примере которого хорошо видно, какие усилия прилагались создателями для головокружительных спецэффектов уже на заре кинематографии.

Мельес был не только первым игровиком, но и основоположником таких популярных киножанров, как фильмы ужасов и научная фантастика. При создании ряда трюковых фильмов он применил множество спецэффектов. Некоторые из них, вроде растворяющихся образов или наложения кадров, были заимствованы из "волшебного фонаря", зато другие, к примеру стоп-кадры, были уникальным изобретением. Эта техника позволяла режиссеру остановить съемку и изменить сцену, перед тем как камеры включатся снова. Эффект создавался потрясающий, как в "Исчезающей даме" (1896), когда женщина в мгновение ока превращалась в скелет.

С 1896 по 1914 год Мельес снял почти 4000 короткометражных фильмов. Во многих он играл сам, кроме того, проектировал сложные декорации и зачастую выполнял функции оператора, не говоря уж о том, что был сценаристом и режиссером. К1902 году его "Стар филмз" стала крупнейшей кинокомпанией в мире и даже выпускала некоторые картины в цветном варианте (пленки раскрашивались вручную). Увы, к сегодняшнему дню из замечательных картин Мельеса уцелело лишь 140 лент.

Сюжет развивается

Братья Люмьер и Мельес снимали свои фильмы удаленной стационарной камерой, чтобы зафиксировать все действия целиком. Вскоре этот метод безнадежно устарел. Другие режиссеры приступили к активным поискам нового языка кино.

Д. А. Смит и Джеймс Уильямсон, англичане, принадлежавшие к брайтонской школе, начали передвигать камеру по ходу действия и монтировать отдельные кадры в ту или иную сцену, акцентируя внимание на выражении лица или какой-либо детали.

В фильме "Бабушкино увеличительное стекло" (1900) они, к примеру, вставили снимок глаза бабушки. Это должно было означать, что все действие происходит как бы с ее точки зрения. Этот снимок стал первым крупным планом в истории кинематографии

Фильм Жоржа Мельеса "Путешествие на Луну" (1902), сюжет которого был сочинен по мотивам романа Жюля Верна, прослеживает полет экипажа астронавтов через звезды к Луне. Картина состояла из 30 отдельных эпизодов. Они соединялисьдруг с другом способом растворения, при котором одна сцена медленно растворялась, а вместо нее на экране возникала следующая.

В фильме "Большое ограбление поезда" (1903) Эдвин Портер полностью преобразил искусство монтажа. Картина содержала и ряд других новшеств. Портер снимал действие с разных необычных ракурсов, а также перемещал камеру вслед за убегающими бандитами, чтобы придать эпизоду большую динамичность.

В картине "Огонь!" (1902) Уильямсон первым из режиссеров скомбинировал студийные съемки с материалом, отснятым на натуре, таким образом добавив повествованию реализма и напряженности. Спустя несколько месяцев в Америке Эдвин С. Портер использовал подобный метод в фильме "Жизнь американского пожарного". На следующий год, в картине "Большое ограбление поезда", Портер продемонстрировал возможности монтажа. Он вставлял кадры, которые изображали события, происходившие в одно время с основным действием, но в другом месте, сохраняя при этом целостность сюжета. Подобный метод монтажа и по сей день является главенствующим в построении сюжета кинофильма.

Другой английский режиссер, Сесил Хепуорт, применил метод параллельного монтажа в своем фильме "Спасенный Ровером" (1905). Это волнующая картина о том, как собака спасает похищенного ребенка. Для большей напряженности Хепуорт заставил все действие двигаться по экрану в одном направлении, чтобы зритель в любой момент мог определить, на каком расстоянии пес Ровер и его хозяин находятся от похитителя. Такую же технику французский продюсер Фер-динан Зекка использовал в ряде отчаянных комических погонь.

Аудиторию, привыкшую наблюдать за действием, снятым непрерывно, как единое целое, новые методы монтажа поначалу ставили в тупик. Однако режиссеры рассматривали их как громадный шаг вперед в жанре киноповествования. Они сознавали, что кино только-только начинает раскрывать свои уникальные возможности рассказчика.

В течение следующего десятилетия Д.У. Гриффит превратил игровое кино из модного развлечения в новый вид искусства.

Умелое использование Сесилом Хепуортом натурных съемок наряду с умелым монтажом сделало картину "Спасенный Ровером" (1905) одним из самых захватывающих фильмов своего времени.

Голливуд эры немого кино

В 1907 году Дейвиду Уорку Гриффиту предложили сняться в картине Эдвина Портера "Спасенные из орлиного гнезда". И хотя первоначально ему кино не понравилось, затем уже в течение года он снял 61 короткометражный фильм. Гриффита считали одним из самых многообещающих режиссеров Америки. К концу 1913 года на его счету было уже свыше 450 лент, и его недаром называли Шекспиром экрана. Сегодня его работы демонстрируются весьма редко, но Гриффит вошел в историю кино как гениальный режиссер, создатель нового киноязыка, использовавшегося большинством его коллег вплоть до 1960-х годов.

Отец техники киносъемки

Отталкиваясь от достижений своих предшественников - пионеров художественного кино, Гриффит начал разбивать сцены на множество съемочных кадров, варьируя расстояние и ракурс съемки, чтобы придать действию большую драматичность. Кроме того, для создания максимальной напряженности он постепенно наращивал темп параллельного монтажа, пока действие не достигало своего эмоционального пика. Особенно эффективен этот метод был для показа "чудесных" спасений, ставших фирменным знаком Гриффита.

Гриффит также стал новатором в области актерского искусства. Он понимал, что камера невольно акцентирует внимание на каждом жесте актеров, отчего создается впечатление, будто они все время переигрывают. В результате многие сцены смотрелись довольно глупо, особенно те, что снимались крупным планом и должны были изображать бурные чувства персонажей. Гриффит же требовал от актеров более тонкой игры, что делало его фильмы более убедительными.

Для повышения качества своих работ Гриффит широко использовал приемы и методы, заимствованные из других видов искусства. Он отказался от нарисованных задников, обычно применявшихся при съемках ранних картин, в пользу твердых декораций, наподобие тех, что используются в театре. Помимо создания реалистической атмосферы, такие декорации позволяли камере более свободно перемещаться, что усиливало у зрителей ощущение вовлеченности в действие. Будучи большим поклонником викторианского искусства, Гриффит также пытался строить композицию каждого кадра подобно тому, как это делает художник на полотне, заполняя экран различными деталями, призванными помочь зрителю лучше понять личность или поступок персонажа. Когда Гриффиту нужно было сделать акцент на каком-либо предмете или жесте, он часто пользовался особым методом, при котором весь экран затемнялся, за исключением той области, где находился искомый объект.

Хотя Гриффит специализировался в основном на мелодрамах , он снял и комедии, исторические картины, триллеры, вестерны, экранизации Библии, различных литературных произведений, а также ряд фильмов социального звучания.

'Рождение нации'

К 1913 году Гриффиту надоело снимать короткометражные картины, не дававшие ему возможности в полной мере продемонстрировать свое искусство киносъемки. Большинство кинопродюсеров того времени полагали, что зритель не сможет высидеть на сеансе, длящемся свыше 15 минут, но Гриффит придерживался иной точки зрения. Годом раньше он имел возможность наблюдать за реакцией зала на французский фильм "Королева Елизавета" продолжительностью около 50 минут, а позже - на итальянский эпический фильм "Камо грядеши?", шедший почти два часа. После громкого скандала по поводу длительности его 42-минутной картины "Юдифь из Бету-лии" в 4 частях (1913) Гриффит ушел из компании "Американ Байограф" и приступил к работе над своим первым полнометражным фильмом "Рождение нации".

В эту трехчасовую киноэпопею Гриффит вложил все свои знания в области режиссуры. Фильм "Рождение нации" (1915), в котором прослеживалась история отношений двух американских семей на протяжении Гражданской войны и последующего периода восстановления страны, стал наиболее значительной картиной из всех, снятых в Америке до того времени. Особенно зрелищными были батальные сцены, в которых кадры, снятые общим планом, монтировались с крупными планами, что позволяло зрителю наблюдать за ходом сражения как бы изнутри. Некоторые сцены для большей убедительности снимались на специально окрашенную пленку.

"Рождение нации" имело столь грандиозный успех, что затраты на его создание окупились всего за два месяца проката картины. Аудитория состояла из представителей всех слоев общества, и это существенно повысило культурный статус кинематографа. В то же время изображение черных персонажей носило в фильме откровешго расистский характер, что вызвало бурю протестов и привело к запрету картины во многих американских городах.

'Нетерпимость' и последующие фильмы

Гриффит, глубоко задетый подобной критикой, предпринял попытку восстановить свою репутацию, выпустив на следующий год весьма сложную картину под названием "Нетерпимость". Этот фильм состоял из четырех сюжетов, действие которых происходило в разное время и в разных местах - в Древнем Вавилоне, при жизни Христа, во Франции XVI века и в современном Нью-Йорке. Гриффит при помощи метода параллельного монтажа хотел показать, как насилие и несправедливость угрожали истине на протяжении всей истории человечества. Однако публике, только-только начавшей привыкать к игровому кино, фильм показался чересчур заумным, он не имел должного коммерческого успеха.

Весь остаток своей карьеры Гриффит расплачивался за эту неудачу. Хотя его более поздние картины, вроде "Сломанных побегов" (1919), были встречены благожелательно, он фактически перестал экспериментировать, его работы становились все более старомодными и сентиментальными. В 1948 году, спустя 18 лет после выхода его последнего фильма, он умер, согершенно забытый (подобно Мельесу и многим другим) той самой кинематографической средой, в создание которой он внес столь неоценимый вклад.

Киновойны

В 1907 году, когда Гриффит увлекся кинематографом, мир кино находился на грани хаоса. Этот мир в основном контролировался изобретателями, причастными к созданию проекционной аппаратуры. Многие из них были заняты взаимными разборками, известными как "война патентов", суть которых составляли споры о правах собственности на эту аппаратуру. Эта юридическая война разразилась еще в 1897 году, однако, несмотря на бесчисленные судебные разбирательства, урегулировать спор не представлялось возможным - слишком много людей внесли свой вклад в развитие техники для кино. Тем не менее в 1909 году Томас Эдисон объявил перемирие, чтобы всерьез заняться более серьезной проблемой в американском кинематографе - пиратством.

Пока "живые картинки" демонстрировались от случая к случаю - на ярмарках или в пассажах, - владельцы киноаттракционов запросто покупали каждую ленту по определенным расценкам за фут пленки. Но с появлением постоянно действующих кинотеатров - так называемых никельодеонов - их хозяева не могли больше позволить себе покупать все картины подряд. Однако, чтобы удовлетворить запросы публики, репертуар требовал разнообразия. На сцену вышел новый персонаж - кинопрокатчик, приобретавший фильмы у кинокомпаний, а затем сдававший их внаем владельцам кинотеатров. Такая система - производитель, прокатчик, владелец кинотеатра - гарантировала продюсерам выход их лент на широкий экран, а владельцам кинотеатров - разнообразный репертуар по доступной цене. Она действует и поныне.

Тогда же, в 1909 году, для Эдисона и прочих производителей кинопродукции проблема заключалась в том, что ничто не мешало прокатчикам и владельцам кинотеатров делать нелегальные копии популярных картин и демонстрировать их публике, ничего не платя создателям. Для пресечения подобной практики Эдисон и восемь его конкурентов решили образовать Патентную компанию. Эта организация отказывалась предоставлять картины тем кинопрокатчикам, кто имел дело с пиратами либо приобретал фильмы у компаний, не являвшихся ее членами.

Система киностудий

В 1914 году, с началом первой мировой войны, кинопромышленность во многих странах мира пришла в упадок, поскольку многие из тех, кто в ней работал, были призваны в армию. Однако Америка вступила в войну лишь в 1917 году,и Голливуду удалось воспользоваться отсутствием конкуренции для установления своего господства на мировом кинорынке. Чтобы выдерживать сроки работы над фильмами и укладываться в бюджет, киностудии взяли на вооружение схему, предложенную в конце 1910-х годов продюсером Томасом Инсом, и превратились в своего рода кинофабрики, выпускающие игровые картины на основе подробных сценариев и жесткого графика съемок.

В последующие годы независимые продюсеры, базировавшиеся в Голливуде, использовали неожиданно свалившиеся на них сверхприбыли военного времени для приобретения собственной сети кинотеатров. Теперь прокат их продукции на американском рынке был обеспечен и они могли заняться поглощением более мелких кинокомпаний. К середине 1920-х годов в Голливуде доминировали пять киностудий: "Метро-Голдвин-Майер" (МГМ), "Парамаунт", "Фоке", "Юниверсал" и "Уорнер". Каждая из этих киностудий возглавлялась продюсером, сколотившим себе состояние во время "трестовой войны": Луисом Б. Майером, Сэмом Голдвином, Адольфом Дукером, Уильямом Фоксом, Карлом Лэммлом и братьями Уорнер. Этих людей прозвали "киномоголами", им предстояло управлять судьбой американского кинематографа на протяжении большей части так называемой эры киностудий, длившейся вплоть до начала 1960-х годов.

В 1910 году независимые создали собственную организацию и подали в суд на Патентную компанию, обвинив ее в незаконной попытке взять под свой контроль весь кинобизнес путем создания монополии, или треста. Последовавшая за этим "трестовая война" явилась одним из наиболее ярких эпизодов истории американского кинематографа: вооруженные отряды Патентной компании наводнили страну, терроризируя съемочные группы независимых и конфискуя их аппаратуру. Согласно легенде, кинопромышленность обосновалась в Голливуде - городке, где прежде выращивали апельсины, - лишь потому, что он был расположен вблизи мексиканской границы и независимые могли покинуть страну, прежде чем наемники Патентной компании их настигнут.

На самом же деле Голливуд имел массу других достоинств. Там было сколько угодно солнца, кругом раскинулись великолепные пейзажи - горы, долины, острова, озера, пляжи, пустыни, леса, - где можно было воссоздать практически любую натуру, встречающуюся на планете.

Земля здесь стоила дешево, в окрестностях имелась многочисленная рабочая сила для строительства и обслуживания киностудий. К 1915 году здесь сосредоточилось 60% американского кинопроизводства, а за последующие пять лет сформировалась система киностудий, позволившая Голливуду стать кинематографической столицей мира.

Возникновение жанров

"Киномоголы" стремились выдавать развлекательную продукцию высшего качества, но не желали рисковать, выпуская картины, коммерческий успех которых был сомнителен. Дабы свести этот риск к минимуму, они стали сосредоточивать свои усилия на фильмах определенных жанров. В таких картинах многократно обыгрывались наиболее популярные сюжеты, персонажи, знакомые темы, что обеспечивало кассовые сборы. Наиболее популярными жанрами были детективы, фильмы ужасов, комедии, мелодрамы, приключенческие ленты и вестерны. Развитие каждого из этих жанров от эры немого кино до наших дней прослеживается в третьем разделе: "Темы и жанры". Успех самых прибыльных картин обеспечивался умелыми рекламными кампаниями, в центре которых находились кинозвезды.

Ярчайшие звезды немого кино - Мэри Пикфорд и Дуглас Фэрбенкс - входили в число самых высокооплачиваемых актеров мира. После их бракосочетания в 1920 году они были причислены к своего рода голливудской аристократии. Мэри Пикфорд называли любимицей Америки. Как правило, она играла молодых невинных девушек в фильмах типа "Ребекка с фермы Саннибрук" (1917). Однако стоило ей взяться за разноплаповые роли, как ее популярность тут же упала. Публика не желала признавать, что их любимица попросту повзрослела. Дугласу Фэрбенксу славу принесли главные роли в нескольких социальных комедиях, однако его мужественность и атлетическая фигура больше всего подходили для головокружительных приключений, таких, как в картине "Черный пират" (1926). В 1919 году эта пара объединилась с комиком Чарли Чаплином и режиссером Д. У. Гриффитом, и они совместными усилиями создали собственную компанию "Юнайтед артисте".

Кино эпохи джаза

После первой мировой войны Америка претерпела разительные перемены; неотъемлемой частью ее жизни стали автомобили, радио, бульварная пресса и новое направление в музыке, названное джазом. Молодое поколение американцев рассматривало 1920-е годы как начало новой эпохи и решительно избавлялось от многих казавшихся им устаревшими культурных традиций, существовавших до войны. В основе этой социальной революции лежал более свободный взгляд на вопросы секса и морали, чем Голливуд не замедлил воспользоваться.

Теперь актрисы типа Теды Бары рекламировались как богини любви, личная жизнь которых не менее бурная, чем страсти, бушующие в их фильмах. В конечном итоге, благодаря богемному стилю жизни звезд, Голливуд получил прозвище "город мишуры". В начале 1920 -х годов всех потрясла серия скандалов, в которые оказались вовлечены некоторые из его знаменитостей. Политики стали требовать выяснения, как ведутся дела в кинобизнесе. Киностудии попытались найти компромисс. Чтобы избежать расследования со стороны властей, они ввели собственные весьма жесткие требования к моральному облику своих сотрудников, к цензуре выпускаемой кинопродукции. Был создан специальный орган, так называемый "Хейз офис", в чьи функции входил контроль за соблюдением этого нравственного кодекса и восстановлением привлекательного имиджа Голливуда.

Роберт Флаэрти с успехом продемонстрировал, каким образом методы игрового кино могут использоваться в документалистике, на примере незаурядной картины "Нанук с Севера" (1922).

Лучше всего Дугласу Фэрбенксу удавались роли отважных героев. Он не только придумывал собственные трюки, ной участвовал в создании изумительных декораций для многих картин.

Однако постановщики фильмов вскоре научились искусно обходить нравственный кодекс со всеми его запретами и ограничениями. Сесил Б. Де Милль, который, до того как специализироваться на эротических комедиях, сделал себе имя на вестернах и мелодрамах, приступил к постановке картин типа библейской эпопеи "Десять заповедей" (1924).

Невзирая на множество сцен сладострастия, разврата и насилия, эти фильмы счастливо избегали цензуры, поскольку порок в них неизменно наказывался, а добродетель вознаграждалась.

С весьма экспрессивным стилем Де Милля резко контрастировала утонченная манера немецкого режиссера Эрнста Любича, которого пригласила в Голливуд Мэри Пикфорд. Столь же изысканный стиль отличал Эриха фон Штрогейма, австрийца по происхождению, бывшего ассистента Д. У. Гриффита, который прославился во время первой мировой войны как актер, часто игравший роли грубых и жестоких немецких офицеров.

Мэри Пикфорд была столь популярна в ролях милых невинных девушек, что в картине "Полианна"(1920) сыграла 12-летнюю девочку, хотя в то время ей было уже 27 лет.

Имена первых американских актеров и актрис, появлявшихся на экране, как правило, нигде не упоминались. Даже самые популярные исполнители были известны широкой публике по прозвищам, вроде "девушки Витаграфа" или "маленькой Мэри". Однако в 1910 году независимый продюсер Карл Лэммл заключил договор с "девушкой Байографа", приписав ее к своей киностудии ИМП ("Индепендент моушн пикчер"). Распространяя ложные слухи о ее смерти, он сумел возбудить столь живой интерес публики к ее персоне, что Флоренс Лоуренс (таково было настоящее имя актрисы) в одночасье превратилась в первую американскую кинозвезду.

Вскоре звезды стали необходимы для кассового успеха фильмов, а их экранные образы тщательно формировались в угоду вкусам публики. Наиболее популярными типами актрис были экзотические обольстительницы или женщины-вампы вроде Теды Бары или Полы Негри; легкомысленные девицы из высшего общества, или вертушки, как Колин Мур и Луиза Брукс; простые земные женщины, такие, как Глория Свенсон и Грета Гарбо; невинные девушки наподобие Лилиан Гиш; и наконец, типажи вроде Клары Боу, в которых было "нечто" - так в 1920-е годы именовали сексуальность.

Его прозвали человеком, которого приятно ненавидеть. Как режиссер он был знаменит своими глубокими изысканиями в области адюльтера и сатирой на венское высшее общество с использованием метода мизансцен.

Буквально слово "мизансцена" означает "помещение на сцену", а применительно к кино это явилось дальнейшим развитием методов Гриффита, связанных с передвижением камеры по съемочной площадке, чтобы привлечь внимание зрителей к важным или символичным деталям.

Стремясь к максимальной достоверности своих картин, фон Штрогейм настаивал на том, чтобы в них все было как можно естественнее, но продюсеры находили его стиль слишком экстравагантным, и некоторые фильмы подверглись цензурным сокращениям. Особенно пострадал главный шедевр режиссера - фильм "Алчность" (1923): из 42 частей картины широкая публика увидела лишь десять. И хотя купюры нарушили стройность сюжетной линии, этот фильм благодаря режиссерскому мастерству фон Штрогейма стал одним из величайших достижений мировой кинематографии.

Система звезд

Мужчинам-актерам того времени в плане популярности повезло меньше, за исключением комиков - Чарли Чаплина, Бастера Китона, Лаурела и Харди. Тем не менее среди наиболее известных кинозвезд можно выделить экзотичных любовников - Рудольфа Валентине и Романа Новарро; румяных "соседских парней" - Ричарда Бартелмесса и Джона Гилберта; короля ужасов Лона Чейни, ну и, конечно, ковбоев - Уильяма С.Харта и Тома Микса. Кроме того, тогда снималось много популярных малолетних звезд, в том числе Джекки Куган, и всеми любимых животных вроде восточноевропейской овчарки Рин-Тин-Тин.

Возбудить еще больший интерес к этим суперзвездам немого кино были призваны новые киножурналы типа "Фотоплея", державшие поклонников в курсе всех похождений кумиров и раскрывавшие тайны их роскошных особняков и романтических любовных похождений.

Большой популярностью у киноманов эры немого кино пользовались сигаретные вкладыши с портретами звезд. Большинство из них содержали информацию о ролях и любовных похождениях данной звезды.

Де Милль был одним из немногих кассовых режиссеров немого кино. Он сыграл огромную роль в том, что Голливуд стал кинематографической столицей мира.

Гоуленд Гибсон и Джин Хершолт в картине Эриха фон Штрогейма "Алчность" (1923). Его первоначальная девятичасовая версия и по сей день остается самым длинным фильмом из всех когда-либо снятых в Голливуде.

Закат 'великого немого'

С появлением в 1927 году звукового кино интерес к немому кинематографу пропал практически мгновенно. Столь внезапный закат немого кино не имеет аналогов в истории искусства. К примеру, появление рок-н-ролла не привело к исчезновению других музыкальных жанров. А вот кумиры эры "великого немого" в наши дни почти совсем забыты, и фильмы той поры, за исключением комедий и некоторых эпических полотен, очень редко демонстрируются на экранах.

И все же некоторые картины, снятые в то время в Голливуде, по праву принадлежат к числу величайших шедевров в истории кино. Хотя режиссеры немого кино часто прибегали к помощи титров, сообщая зрителям важную информацию, все же главная ставка делалась на зрительные образы, причем не только при развитии сюжета, но и при передаче мыслей и чувств персонажей. Разумеется, зрителю понадобилось время, чтобы уяснить язык "великого немого", однако вскоре он научился понимать смысл тех или иных жестов.

Создание игровых фильмов в 1920-е годы было весьма нелегким делом, и те, кто этим занимался, должны были уметь не только развлекать публику, но и общаться с ней. Хотя система киностудий предоставляла мало возможностей для самовыражения художника (в отличие от европейского кинематографа), она тем не менее породила множество талантливых режиссеров. Некоторые из них, такие, как Джон Форд или Кинг Видор, заняли видное место в звуковом кино, другие, как Джеймс Круз, Рекс Ингрем, Льюис Вебер и Фред Нибло, канули в небытие.

Американские "киномоголы" высоко ценили изощренность и артистичность европейского кино и приглашали в Голливуд многих режиссеров, технических специалистов и актеров из Европы. Влияние немецкой кинематографии отчетливо заметно в классическом стиле освещения, декораций и операторского искусства Голливуда 1930-х годов. Но немногие европейцы оставались там насовсем, поскольку им было трудно приспособиться к поточному методу голливудских киностудий. Они возвращались на родину, чтобы там внести свой вклад в сокровищницу мирового киноискусства.

От Никельодеонов до 'Дворцов мечты'

Большую часть своего первого десятилетия кинематограф оставался ярмарочным аттракционом или программным номером мюзик-холла. Но в 1905 году Гарри Дейвис и Джон П. Хэррис переделали пустовавшее помещение одного из магазинов в Питтсбурге в кинотеатр, за вход в который они брали пять центов (по-английски "никель"). Спустя три года таких никельодеонов в Америке было уже пять тысяч.

Эти никельодеоны со своими жесткими деревянными стульями, стоящими вплотную друг к другу, не отличались особой комфортабельностью. Поскольку слушать во время сеанса было нечего, публика обычно громко переговаривалась, свистела и аплодировала по ходу действия.

К 1910 году кино стало излюбленным времяпрепровождением низших классов. Еженедельно в Америке продавалось до 26 миллионов билетов. Однако средний класс начал регулярно посещать кинотеатры лишь после появления более длительных фильмов, уравнявших кино с театром.

По мере того как содержание фильмов усложнялось, совершенствовались и помещения, где их демонстрировали. Начиная с 1920-х годов никельодеоны стали уступать место богато украшенным "кинодворцам". Самым знаменитым из таких "дворцов мечты" был Китайский театр Граумана в самом Голливуде.

Сид Грауман открыл в Голливуде Египетский театр в 1922 году. Колонны у экрана были покрыты иероглифами, а над экраном тянулись ряды пиктограмм.

На тротуаре у Китайского театра Граумана в Голливуде красуются отпечатки рук и ног знаменитых актеров, а также следы пса Рин-Тин-Тина.

Экспериментаторство в Европе

В то время как Голливуд утверждал себя в роли центра американской киноиндустрии, европейский кинематограф пребывал в кризисе, вызванном первой мировой войной. В период с 1914 по 1918 год производство кинофильмов во многих странах полностью прекратилось, что помогло Голливуду упрочить свои позиции и стать кинематографической столицей мира.

Вначале 1900-х годов ведущим кинопроизводителем Франции был Жорж Мельес, однако вскоре его компания "Стар филмз" столкнулась с серьезной конкуренцией. Одним из крупнейших производителей, прокатчиков и демонстраторов кинопродукции немого кино стала компания братьев Пате. На эту компанию работали талантливый комик Макс Линдер и продюсер Фердинан Зекка. Другой соперник Мельеса - фирма "Гомон" пользовалась услугами Алисы Ги-Блаше, первой женщины-кинорежиссера, и Викторена Жассе, создателя первых киносериалов.

В сериале Луи Фейада "Фантомас" всего в 1913-1914 годах было снято пять серий, в которых знаменитый преступник Фантомас (прозванный "королем ужаса") умело избегал ловушек, расставленных ему полицейским комиссаром Жювом.

Сериалы и 'Фильм д'ар'

Луи Фейад был не только одним из первых создателей киносериалов, но и, несомненно, лучшим среди них. Такие сериалы состояли из ряда сюжетно связанных эпизодов, демонстрировавшихся еженедельно. К примеру, действие сериала "Фантомас" (1913-1914) разворачивалось в окрестностях Парижа, которым был придан весьма зловещий вид. Подобные криминальные сериалы резко отличались от более длинных театрализованных картин, выпускавшихся компанией "Фильм д'ар". Она была основана в 1908 году и занималась экранизацией известных пьес, чтобы привлечь на киносеансы представителей высших классов. В этих дорогостоящих картинах снимались лучшие театральные актеры Франции.

В целом такие "театральные" фильмы, как "Королева Елизавета" (1912), получались довольно напыщенными и старомодными, к тому же актеры" них сильно переигрывали. Но все же компании удалось привлечь внимание такого видного режиссера, как Д.У.Гриффит. Глубокое впечатление на него также произвели исторические фильмы-колоссы, выпускавшиеся в Италии перед самой войной. После выхода на экран "Последних дней Помпеи" (1913) режиссеры наперебой пытались перещеголять друг друга в помпезности и продолжительности своих киноэпопей. Среди подобных суперспектаклей следует выделить такие шедевры, как "Камо грядеши?" (1913) и "Кабирия"(1914).

Последствия войны

С началом первой мировой войны многие европейские киностудии закрылись, ибо мало кто из политиков той эпохи способен был разглядеть в кинематографе бесценное средство для поднятия боевого духа нации. Напротив, киноматериалы конфисковывались, поскольку некоторые из использовавшихся в кинопроизводстве химикатов применялись и в военной промышленности.

В результате было уничтожено много интересных кинолент.

Поскольку Швеция не принимала участия в войне, ее кинопромышленность продолжала процветать, произведя на свет множество незаурядных картин. Фильмы Виктора Шестрема "Возница" (1921) и Морица Стиллера "Сага о Йесте Берлинге" (1924) были одними из первых, в которых делалась попытка передать мысли и чувства персонажей через зрительные образы. Впоследствии Шестрем и Стиллер были приглашены в Голливуд вместе с актрисой Гретой Гарбо. Ведущий датский кинорежиссер Карл Дреиер также смело экспериментировал с новыми методами киносъемки. В картине "Страсти Жанны д'Арк" (1928) он попытался передать страдания прославленной французской героини при помощи чрезвычайно крупных планов и нестандартных ракурсов съемки, подчеркивающих драматизм действия.

Известная театральная актриса Рене Фальконетти в картине Карла Дрейера "Страсти Жанны Дарк". Она сыграла у превосходно,однако нашла игру в кино столь утомительной, что в дальнейшем наотрез отказалась сниматься.

Немецкий кинематограф... выходит из тени.

До первой мировой войны Германия почти не оказывала влияния на развитие мировой кинематографии. Но в 1917 году правительство создало крупную производственную кинофирму УФА, призванную повысить качество немецкой кинопродукции. Ей также было предписано продемонстрировать всему миру, что немцы вовсе не такие кровожадные и жестокие, какими их изображали голливудские фильмы.

Первыми достижениями УФА стали монументальные исторические эпопеи. Лучшие из них были поставлены Эрнстом Любичем. В таких картинах, как "Мадам Дюбарри" (1920), он продемонстрировал умение развивать сюжет при помощи простых, но остроумных образных средств. Однако подобные развлекательные картины вышли из моды уже в начале 1920-х годов, когда Германия погрузилась в глубокую экономическую депрессию. В это время возникло множество новых творческих коллективов, пытавшихся отразить этот кризис в кино. Среди них выделялись экспрессионисты, которые, подобно скандинавским кинорежиссерам, стремились передать эмоции персонажей посредством искаженных либо парадоксальных зрительных образов.

Правда, им удалось создать лишь один подлинно экспрессионистский фильм - "Кабинет доктора Калигари" (1919). Тем не менее своеобразное использование в этой картине игры светотеней в сочетании с "угловатыми" декорациями впоследствии вдохновило создателей ряда жутких фантасмагорий, воплощавших идеи фатализма. Они хорошо отражали общую безрадостную атмосферу, царившую в тогдашней Германии.

Одним из самых впечатляющих фильмов такого рода была первая кинокартина о вампирах "Носферату" (1922).

'Кабинет доктора Калигари'

Германия, 1919. Режиссер Роберт Вине.

В фильме "Кабинет доктора Калигари" рассказывается о директоре психбольницы, который с помощью гипноза заставляет одного из своих пациентов совершать убийства. Однако сам рассказчик тоже является пациентом данного заведения, что заставляет усомниться в правдивости его истории.

Для отображения расстроенной психики рассказчика Роберт Вине нанял художников-экспрессионистов, которые создали декорации со сдвинутыми пропорциями и неестественными углами. Они также нанесли на задник причудливый узор светотени и придали актерам зловещую внешность с помощью густого слоя грима.

Фильм был объявлен художественным триумфом, один из критиков сравнил его с живописью в движении. Хотя никто не пытался впрямую воспроизвести его экспериментальный стиль, влияние этой картины отчетливо видно во многих немецких фильмах ужасов начала 1920-х годов.

Но наиболее разносторонним режиссером этого жанра был Фриц Ланг, умевший придать зловещий характер любой детективной, мистической или научно-фантастической картине. По мере выхода страны из депрессии популярность этой тенденции стала падать. Многие из специализировавшихся в этом жанре режиссеров уехали в Америку, где оказали большое влияние на голливудские фильмы ужасов.

Кинокамера в роли актера

Соавтором сценария "Кабинета доктора Калигари" стал ведущий немецкий драматург Карл Майер. Майер полагал, что метод экспрессионизма может быть применен и в более реалистических жанрах. Он написал сценарии к ряду картин, в которых говорилось о тяготах жизни низших классов. Лучшей из них была картина "Последний человек" (1924), в которой рассказывалось о злоключениях швейцара роскошного отеля, вынужденного перейти на работу в общественный туалет.

В фильме "Последний человек" К. Майер и режиссер Ф. В. Мурнау располагали камеру так, чтобы те или иные эпизоды картины смотрелись будто бы глазами кого-либо из персонажей. Подобная техника съемки получила название "субъективной камеры". Для достижения нужного эффекта перемещали камеру на велосипеде, пожарной лестнице и даже на протянутых под потолком канатах, воспроизводя действия швейцара. При помощи наложения образов, несфокусированного объектива и кривых зеркал они позволяли зрителю ощутить, в какой степени задета гордость швейцара, а в одном из эпизодов - как у напившегося героя все расплывается перед глазами.

Открытие Мурнау, что кинокамера сама может выступать в роли актера, тут же подхватил Голливуд. Также был взят на вооружение и метод невидимого монтажа, разработанный режиссером Г. В. Пабстом. Он делал вставку под новым ракурсом в тот момент, когда фигура или предмет перемещались по экрану. Это не только позволяло монтажу быть менее заметным, но и обеспечивало более плавное течение действия. Впервые Пабст применил невидимый монтаж в так называемых уличных фильмах, вроде "Безрадостного переулка" (1925). В таких картинах важную роль играли студийные декорации, позволявшие предельно реалистично отображать все нюансы нищеты.

Иные экспериментальные методы разрабатывались авангардистами, такими, как Викинг Эггелинг, Ганс Рихтер и Оскар Фишингер. Они сосредоточили внимание на мультипликации, используя движущиеся линии и рисунки. Схожую технику применил Вальтер Руттман в документальном фильме "Берлин - симфония большого города" (1927).

Импрессионизм и сюрреализм

К концу первой мировой войны французская кинопромышленность лежала в руинах, полностью утратив свое былое лидерство. Однако во Франции нашлись критики и режиссеры, твердо вознамерившиеся восстановить репутацию национального кинематографа. В первую очередь среди них следует выделить Луи Деллюка. По его мнению, французская школа кинорежиссуры безнадежно устарела. Он призывал таких режиссеров, как Жермен Дю-лак, Жан Эпштейн и Марсель Л'Эрбье, учиться искусству монтажа у Гриффита, Инса и Чаплина, а оригинальной технике киносъемки - у скандинавских мастеров и немецких экспрессионистов.

Но кое-кто счел чересчур традиционными даже взгляды самого Деллюка. Это были художники, принадлежавшие к группе "Дада", которые отвергали все общепризнанные каноны искусства. Их фильмы далеко не всегда имели сюжет. Иногда они просто состояли из не связанных между собой выразительных кадров. В других случаях они представляли собой череду абстрактных фигур, нарисованных или вытравленных непосредственно на кинопленке. Примерами подобного кино могут служить картины Мэна Рэя "Возвращение к разуму" (1923) и Фернана Леже "Механический балет" (1924), давшие толчок так называемому второму авангарду.

Немалое влияние на кино авангарда оказывал и сюрреализм. Сюрреалисты стремились взорвать обыденную действительность с помощью странных, будоражащих сознание образов. К примеру, Луис Бюнюэль совместно с художником-сюрреалистом Сальватором Дали поставил фильм "Андалузский пес" (1928). Там была сцена, в которой глазное яблоко разрезалось бритвой. Бюнюэль задался целью высмеять общество и шокировать зрителя.

Рене Клер, напротив, использовал элементы сюрреализма для развлечения публики в картинах типа "Соломенной шляпки". Блистательная комедия Рене Клера "Соломенная шляпка" (1927)повествует о похождениях незадачливого жениха, который не может вернуться на собственную свадьбу, пока не достанет шляпку взамен той, что съела его лошадь.

"Французский Гриффит"

Абель Ганс также испытал сильное влияние авангардизма. Однако свое прозвище "французский Гриффит" он заслужил благодаря железнодорожной эпопее "Колесо" (1922) и картине "Наполеон" (1927), в которой прослеживалась ранняя карьера Наполеона Бонапарта. Ганс хотел, чтобы зритель получил исчерпывающее представление о ходе сражения, для чего камера прикреплялась к седлу скачущей галопом лошади, к маятнику и даже к футбольному мячу, имитирующему полет пушечного ядра. Он также изобрел систему так называемого "Поливидения", использовавшую сразу три камеры для панорамного охвата горных переходов и полей сражений. Для демонстрации таких сцен на огромном экране требовалось три кинопроектора. Несмотря на то что продюсеры сильно сократили фильм, "Наполеон" по сей день остается одним из величайших шедевров эры немого кино.

Гансу удавалось сочетать повествовательную манеру Д.У. Гриффита с образностью экспрессионистов и импрессионистов. Он также использовал особую форму монтажа, разработанную к тому времени в Советском Союзе.

Броненосец 'Потемкин'

"Броненосей Потемкин"-СССР, 1925 год, режиссер Сергей Эйзенштейн.

Действие этой впечатляющей картины разворачивается в 1905 году, во время восстания на борту российского броненосца "Потемкин" и последующих событий в близлежащем одесском порту.

Идеи Эйзенштейна относительно интеллектуального монтажа со сталкивающимися изображениями получили в этом тщательно смонтированном фильме свое наиболее полное выражение. Он состоял из 1346 отдельных съемочных кадров (по сравнению с 600 в средней голливудской картине того времени) и сочетал в себе чуть ли не документальный реализм с эпизодами высочайшего эмоционального накала и с откровенной политической пропагандой.

Наиболее волнующей сценой фильма стал эпизод расстрела вооруженными солдатами мирной толпы, включая женщин и детей, на ступеньках портовой лестницы в Одессе. Эйзенштейн снимал с самых разнообразных точек и дистанций. Затем он ритмично монтировал отдельные кадры, чтобы вовлечь зрителя в самую гущу событий. Замысел был в том, чтобы зрители ощутили себя скорее жертвами трагедии, чем ее свидетелями. Этим он надеялся вызвать в них сочувствие к борьбе рабочего класса России против его угнетателей.

Главным действующим лицом сделал революционные массы. Впечатление от его картин было столь ошеломляющим, что они были запрещены во многих странах, опасавшихся роста коммунистических настроений.

В 1927 году Эйзенштейн снял картину "Октябрь", посвященную революции 1917 года. Образный ряд фильма призван был выразить весьма сложные идеи автора, однако его замысел остался не понятым большинством зрителей. Вскоре советские власти устроили гонения на любые индивидуальные подходы к киноискусству. Началась эпоха социалистического реализма, согласно которому главной задачей любого художника стало воспитание масс и прославление коммунистической партии. Возможности для творчества были резко ограничены, и "золотой век" советского кинематографа подошел к концу.

Конец 'великого немого'

Итак, всего за каких-нибудь 30 лет кинематографисты из разных стран - Мельес и Портер, Гриффит и Эйзенштейн - превратили "живые картинки" из новомодного аттракциона в весьма развитый вид искусства. Однако к 1927 году публика, особенно американская, начала уставать от довольно однообразных стилей и сюжетов средней кинопродукции, а также от титров с диалогами и пояснениями, то и дело прерывавших действие. Так что "киномоголы" вынуждены были, чтобы не потерять зрителя, обратиться к звуковому кино. А поскольку Голливуд доминировал на мировом кинорынке, то в течение каких-то трех лет немое кино практически прекратило свое существование во всем западном мире. Эпоха смелых кинематографических экспериментов осталась позади.

От звукового кино до компакт-диска (CD)

Звук преобразил кинематограф. Кинопромышленность развивалась едва ли не во всех странах мира, поскольку каждый народ хотел смотреть фильмы на собственном языке. Множество прекрасных картин было снято в Европе, на сцену вышли молодые кинематографии Африки, Азии и Австралии. Но все же столицей мирового кино по-прежнему остается Голливуд. Здесь были созданы не только многие из популярнейших фильмов всех времен и народов, но и новые технологии, превратившие кино в настоящее волшебство.

'Золотой век' Голливуда

С появлением звука кино преобразилось. "Киномоголы" призвали звуковое кино себе на службу, чтобы вернуть зрителей, уставших от шаблонов и бесконечных титров "великого немого", обратно в кинозалы. Успех оказался настолько оглушительным, что Голливуд вступил в период своего наивысшего расцвета, когда его безукоризненно выполненные шедевры помогали публике во всем мире хотя бы на время позабыть волнения той беспокойной эпохи.

Собственно говоря, немое кино никогда не было совершенно немым. Даже самые первые киносеансы проходили под аккомпанемент пианиста. К 1920-м годам многие "кинодворцы" обзавелись собственными органами, аппаратами звукового сопровождения и даже оркестрами.

Звуковой диск

Изобретатели кинематографа вовсе не имели намерения оставлять свое детище немым. К примеру, Уильям Диксон попытался соединить свой кинетоскоп с фонографом (разновидностью проигрывателя). Некоторые другие изобретатели также экспериментировали с устройствами, записывающими звук на граммофонные пластинки. Среди них был и Сесил Хепуорт, чьи фильмы пользовались немалой популярностью в Англии начала XX века. Однако подобные звуковые диски были крайне ненадежны, поскольку любая трещина на пластинке или обрыв пленки тут же асинхронивали звук с изображением, и диск приходилось заменять в процессе киносеанса.

Еще одной трудноразрешимой проблемой была необходимость усиления звука до такой степени, чтобы его было слышно во всем кинотеатре, и лишь в 1922 году американскому изобретателю Ли Де Форесту удалось ее разрешить. Теперь громкоговорители могли воспроизводить звук, способный достичь ушей каждого зрителя даже в самых больших "кинодворцах". Он же создал систему под названием "Фонофильм", благодаря которой звук можно было записывать на саму пленку. С 1923 по 1927 год Де Форест снял свыше 1000 звуковых короткометражек со многими знаменитыми актерами.

Теперь уже более 80 кинотеатров по всему миру демонстрировали фонофильмы, но в Голливуде все еще сомневались, что будущее кинематографа связано со звуком. "Киномоголы" не спешили тратить огромные деньги на переоборудование своих киностудий и кинотеатров, опасаясь, что "говорящее кино" может оказаться лишь мимолетным увлечением. Кроме того, их не устраивала ситуация, при которой в случае успеха звукового кино они оставались с множеством немых картин, не находящих спроса. Более того, публика в неанглоговорящих странах наверняка пожелает смотреть фильмы только на родном языке. "Моголы" также отлично понимали, что голливудские звезды привыкли выражать все мимикой и жестами, а стало быть, у них могут возникнуть проблемы с диалогами. Актеры, говорившие с сильным иностранным акцентом, вроде Эмиля Яннингса и Полы Негри, или такие звезды, как Джон Гилберт или Клара Боу, чьи голоса явно не соответствовали экранному имиджу, вдруг оказались перед малоприятной перспективой досрочного окончания карьеры.

'Говорящие картинки'

Однако к середине 1920-х годов компания "Уорнер бразерс" столкнулась с серьезными финансовыми трудностями. Он не был первым, кто говорил или пел в кинофильме, но то обстоятельство, что вымышленный персонаж пользуется речью, вместо того чтобы выражать свои чувства жестами и мимикой, производило сильное впечатление на публику. Озвучивание Джолсоном этих строк, бывших чистой воды импровизацией, создавало у зрителя ощущение, будто он подслушал реальный разговор, и тем самым глубже вовлекало его в действие картины. Первоначально эти слова хотели вырезать, но Сэм Уорнер настоял на том, чтобы их оставили, это и произвело настоящую революцию в кинематографе.

Учась говорить

Было разработано сразу несколько звуковых систем, однако "моголы", стремясь избежать повторения "патентной войны", договорились во всех своих киностудиях и кинотеатрах использовать единую систему записи звука на пленку - "Фотофон". Однако, хотя звук и помог киностудиям преодолеть финансовые затруднения, он одновременно создал ряд других проблем, ибо актеры, заговорив, перестали двигаться. Дело в том, что первые микрофоны устанавливались в фиксированном положении, а радиус их действия был столь ограничен, что актерам приходилось произносить текст прямо в них, что лишало возможности передвигаться по съемочной площадке. Камеру также нельзя было перемещать, так как она находилась внутри звуконепроницаемой кабины, прозванной "холодильником", иначе микрофоны уловили бы жужжание ее мотора. К тому же новые звуковые фильмы было сложно монтировать, поскольку звуковые сигналы на пленке опережали изображение, которому должны были соответствовать.

В 1926 году его киностудия Сэма Уорнера выпустила картину "Дон Жуан" - немой "костюмный" фильм со звуковым сопровождением и оркестровой музыкой, записанными при помощи системы "Вита-фон". Картина пользовалась успехом у публики, но прочие голливудские "киты" все еще колебались насчет звука. Так что окончательно эра немого кино завершилась лишь в октябре 1927 года, когда вышел на экраны фильм "Певец джаза" с Алом Джолсоном в главной роли.

Собственно говоря, кроме нескольких песен, в этой истории о человеке, предпочитавшем петь на сцене, а не в синагоге, не было ничего примечательного.

Цвет

В отличие от звука, цвет не сразу завоевал прочные позиции в мировой киноиндустрии, и многие ленты по-прежнему выпускались в черно-белом, или монохромном, как его еще называют, варианте вплоть до 1970-х годов. Отчасти это объяснялось тем, что большинство режиссеров предпочитали снимать на монохромную пленку, так как образы в этом случае выходили более утонченными и воздушными. Кроме того, цветные фильмы обходились недешево. Тем не менее уже к концу 1920-х годов те или иные элементы цвета присутствовали во многих американских картинах.

Первоначально каждый кадр раскрашивался вручную. Каждый цвет имел определенное значение: красный символизировал сражение или огонь; голубой - печаль или лунный свет; зеленый - сельскую местность, а желто-коричневый обозначал интерьер помещения. С приходом эры звукового кино подобный метод окраски себя исчерпал, поскольку красители, наносившиеся на пленку, портили звуковую дорожку, шедшую по ее краю. Вместо этого кинорежиссеры стали перед объективом камеры устанавливать окрашенные фильтры.

"ТЕХНИКОЛОР"

Цвет, полученный при помощи фильтров, был довольно неестественным, к тому же изображение часто выходило расплывчатым. В 1917 году Герберт Т. Калмус применил так называемый "Техниколор", при котором черно-белые снимки окрашивались в красный и зеленый цвета, а затем скреплялись в единую ленту, что позволяло получить нужную цветовую гамму. Такой метод применялся во многих классических немых фильмах, в том числе в картине "Черный пират" (1926). Но Калмуса все еще не удовлетворяло качество цвета, и он разработал новую технологию, согласно которой красный и зеленый цвета переносились на третий снимок, содержавший отныне всю цветовую и визуальную информацию, необходимую для воспроизводства оригинального изображения. Первой картиной, снятой с помощью этого нового метода трехцветного "Техниколора", стал диснеевский фильм "Цветы и деревья" (1932), а в художественном кинематографе этот процесс был впервые опробован три года спустя в фильме "Бекки Шарп".

Однако система "Техниколор" не только потребляла втрое больше пленки, чем обычный черно-белый фильм, но и нуждалась в специально переделанной под нее кинокамере, выпускавшейся лишь фирмой Калмуса. Поэтому в 1930? 1940 годы "Техниколор" применялся только в дорогостоящих картинах, таких, как "Волшебник из Оз" и "Унесенные ветром".

В начале 1940-х годов была создана новая разновидность "Техниколора", так называемая система "Три-пэк", объединившая три цветные ленты в единое целое, после чего пленку можно было использовать в обычной кинокамере. В ближайшее десятилетие многие фирмы начали выпускать более дешевые версии подобной многослойной системы, и "Техниколор" утратил свое доминирующее положение в Голливуде. Современные системы "Три-пэк" обладают гораздо большей светочувствительностью, что позволяет получать куда более четкое и яркое цветное изображение, чем прежде.

Первые сцены фильма "Волшебник из Оз" шли в черно-белом варианте, чтобы ослепительные краски страны Оз показались зрителю еще более фантастическими.

Отсутствие должной динамики приходилось компенсировать бесконечными диалогами; в Голливуд приглашались ведущие театральные актеры Америки, которые произносили тексты, написанные лучшими драматургами страны. Однако киностудии норовили вставить в картины все больше и больше текста, пока некоторые фильмы, например "Огни Нью-Йорка" - первую стопроцентно озвученную ленту, не прозвали иллюстрированным радио. Кроме того, многие ранние звуковые фильмы были не в меру насыщены песнями, чтобы сполна использовать возможности звука. Но публике это быстро надоело, и даже самые "говорящие", "поющие" и "танцующие" мюзиклы вскоре перестали приносить прибыль. Зритель обратился к иным жанрам, в частности к криминальному кино. Звук сделал этот жанр еще более захватывающим. Теперь фильмы типа "Маленького Цезаря" (1930) и "Врага общества" (1931) изобиловали пальбой, скрежетом шин и крутыми диалогами.

Эксперименты со звуком

Некоторые европейские кинорежиссеры, такие, как Рене Клер и Сергей Эйзенштейн, а также ряд голливудских режиссеров тем временем пытались найти звуку более оригинальное применение. Эрнест Любич, Кинг Видор и Льюис Майлстоун одними из первых в Голливуде начали снимать действие без звука, движущейся камерой, а затем, уже после съемки, озвучивать фильм. Рубен Мамулян пошел еще дальше. В своих картинах "Аплодисменты" (1929) и "Городские улицы" (1931) он использовал накладывающиеся друг на друга диалоги, голоса за кадром и всякого рода шумы. В начале 1930-х годов было изобретено очень простое устройство - "блимп" - заглушавшее шум кинокамеры, что наряду с появлением улучшенных микрофонов и новой монтажной аппаратуры, названной "Мовиолой", позволило вернуть кинофильмам былую динамичность.

Цензура

Переход к звуковому кино оказался столь дорогостоящим, что Голливуд вынужден был в поисках источников финансирования обратиться к банкам и прочим деловым учреждениям. Взамен некоторые из них, выражающие взгляды разного рода религиозных организаций, потребовали от киностудий избегать щекотливых тем. В результате в 1934 году Голливуду пришлось принять свод правил, известный как Производственный кодекс, контроль за соблюдением которых был возложен на Джозефа Брина.

Согласно этому кодексу, в голливудских фильмах не допускались критика каких-либо религиозных убеждений, показ хирургических операций, употребление наркотиков, пьянства, а также жестокости по отношению к детям или животным. Использование ругательств, даже самых безобидных, тоже запрещалось. Нельзя было показывать детали ограблений и актов насилия, чтобы не поощрять нарушений законности, а преступникам не разрешалось убивать полицейских, хотя их самих можно было убивать за милую душу. Строжайшие ограничения налагались на все, что было связано с сексом. Обнаженные актеры на экране, показ однополых или межрасовых любовных связей и даже страстные поцелуи категорически запрещались.

Семейное кино и малолетние звезды

В дотелевизионную эпоху посещение кинотеатра было семейным мероприятием, поэтому фильмы создавались с таким расчетом, чтобы они нравились зрителям любого возраста. Однако некоторые картины предназначались непосредственно для юной аудитории. Наибольшей популярностью среди них пользовались фильмы категории "В" и разного рода сериалы. Они составляли основу субботних дневных (или утренних) сеансов, посещавшихся главным образом детьми.

Впрочем, фильмы с юными актерами охотно смотрели и многие взрослые. Самой знаменитой из малолетних звезд, несомненно, была Ширли Темпл. Она дебютировала на экране в 1932 году в четырехлетнем возрасте и за последующие 10 лет снялась в 31 картине, в том числе в сентиментальных комедиях типа "Курчавая головка" (1935) и "Ямочки" (1936). Ее популярность была столь велика, что в продаже появилось множество игрушек, носивших ее имя.

Пик популярности юных звезд пришелся на 1930-е годы. Некоторые из них - Фредди Бартолемью, Джекки Купер, Пегги Энн Гарнер и Маргарет О'Брайен - снимались в мелодрамах, но гораздо чаще маленькие актеры появлялись в мюзиклах и комедиях. К примеру, Микки Руни играл главную роль в сериале "Энди Харди" и одновременно был партнером Джуди Гарленд в мюзикле "Детский бунт" (1939). Знаменитая певица Дина Дурбин не меньшей популярностью пользовалась и в детстве. Грандиозный успех фильма "Трудный возраст" (1938) с ее участием спас компанию "Юниверсал" от банкротства.

Несмотря на внешний блеск, жизнь малолетних кумиров была крайне тяжела. Юные актеры и актрисы МГМ все утро перед дневными съемками занимались в школе при киностудии, а их съемочный день частенько заканчивался за полночь. Многих детей пичкали разными пилюлями, чтобы они не засыпали на съемках и не набирали лишний вес. Впоследствии у некоторых, например у Джуди Гарленд, выработалась наркотическая зависимость от этих препаратов. Лишь немногим из юных звезд удалось сохранить свою популярность в более зрелом возрасте, а иные и вовсе остались без средств к существованию, поскольку родители растратили все заработанные ими деньги. В 1939 году Джеки Куган даже подал в суд на мать, чтобы вернуть хотя бы часть своих денег. В результате был принят "акт Кугана", предписывавший половину всех заработков ребенка откладывать на его личный счет, оставляя возможность воспользоваться ими в будущем.

'Золотой век'

Как только Голливуд освоил выпуск звуковых картин, он быстро восстановил свою репутацию постановщика самой высококлассной кинопродукции, сделавшую его столицей мировой кинематографии в эру немого кино. 1930?1945 годы стали "золотым веком" Голливуда. Его киностудии за это время произвели на свет 7500 полнометражных лент. Большинство из них были черно-белыми, однако с 1935 года стало выходить все больше фильмов, снятых с использованием "Техниколора".

Система киностудий оставалась практически неизменной; после появления звукового кино была основана лишь одна крупная кинокомпания - РКО. Хотя организация киностудий была схожей, у каждой из них выработался свой особенный стиль.

Киностудии

Крупнейшей из киностудий была МГМ, утверждавшая, что у нее больше звезд, чем на небе. Она специализировалась на ярких и жизнерадостных семейных картинах. Продукция компании "Парама-унт" испытывала сильное влияние европейского кинематографа. Многие ее картины затрагивали такие темы, как богатство, власть и людские страсти. Фирма "Юнайтед артисте" не выпускала собственных фильмов, а занималась прокатом лент независимых продюсеров, таких, как Сэмюэл Голдвин и Дэвид О.Селзник.

Компания "Уорнер бразерс" никогда не была богатой, но все же смогла выпустить несколько популярных гангстерских фильмов, лент социального звучания и мюзиклов. "XX век - Фокс" также снимал мюзиклы, вестерны и исторические картины, располагая весьма скромным бюджетом. Компания "Юниверсал" не имела себе равных в эпоху немого кино, но с появлением звука вынуждена была перейти на постановку дешевых игровых лент, главным образом фильмов ужасов. "Коламбия" же пребывала в столь бедственном положении, что выживала лишь за счет одалживания звезд и режиссеров для своих наиболее значимых картин у других киностудий.

В центре каждого фильма находились, разумеется, звезды, хотя немалое внимание уделялось и качеству сценария, а также костюмам, декорациям и освещению. Тем не менее астрономические гонорары кинозвезд остались в прошлом, к тому же отныне все они были связаны весьма жесткими контрактами с той или иной киностудией. Актеру, отказавшемуся от предлагаемой роли, грозили временное отстранение от работы или же передача взаймы другой кинокомпании.

В конце 19300-х годов жизнь простых американцев была нелегка. В эпоху Великой депрессии даже крупнейшим киностудиям с трудом удавалось привлекать зрителей в кинозалы. Одним из способов привлечения публики стала практика двойных сеансов. Теперь фильм "А", или основная полнометражная лента, сопровождался менее дорогостоящим фильмом "В" в рамках одного сеанса. Многие картины класса "В" выпускались небольшими кинофирмами, которые прозвали "нищей братией". Наиболее удачливыми из них были фирмы "Рипаблик" и "Монограм", производившие в среднем свыше 40 фильмов в год. В основном это были вестерны, приключенческие фильмы и триллеры.

"Унесенные ветром" (1939) - одна из наиболее популярных голливудских лент всех времен, удерживал первое место по кассовым сборам в течение 25 лет.

Мультипликация

Мультипликационный фильм - это старейшая разновидность "живых картинок", берущих свое начало от оптических игрушек XIX века. Первым мультфильмом, получившим широкую известность, стала лента Дж. Стюарта Блэктона "Смешные лица" (1906), представлявшая собой серию простеньких рисунков с изображением забавных гримас. В последующие годы первые мультперсонажи, вроде невезучего Фантоша Эмиля Коля и динозавра Герти Уинзора Маккея, приобрели не меньшую популярность, чем живые актеры.

Если вспомнить, сколько рисунков требовалось для того, чтобы имитировать движение в "чудо-блокноте", то не трудно представить всю сложность задачи, стоящей перед художником-мультипликатором, поскольку здесь каждая секунда действия требует 24 рисунков. Десятиминутный фильм состоял примерно из 14 400 рисунков, так что его изготовление поглощало массу времени и сил, особенно если учесть, что задний план в каждом кадре должен был воспроизводиться с предельной точностью. Техника мультипликации намного упростилась с изобретением так называемых "селов". Это прозрачные листы из целлулоида, на которые наносятся последовательно рисунки, требуемые для отображения какого-либо движения, выражения лица или жеста персонажа. Затем каждый лист накладывается на изображение заднего плана, и получается комбинированный образ, который переснимается на отдельный кадрик пленки. До недавнего появления компьютерной мультипликации почти все рисованные мультфильмы изготовлялись подобным методом.

Нахальный кот Феликс был одним из самых знаменитых мультперсона-жей с 1914 по 1930 год. С 1950-х годов он часто появляется на телеэкране,но фильм с его участием, снятый в 1989 году, с треском провалился.

Том и Джерри дрались между собой более чем в 160 мультфильмах и за это время удостоились семи "Оскаров". В 1993 году они обзавелись и собственным полнометражным фильмом "Том и Джерри".

Художники-мультипликаторы Дейв и Макс Флейшеры были создателями серий фильмов с некоторыми из популярнейших мультперсонажей 1920-х годов, включая клоуна Коко (который начинал свои похождения, вылезая из чернильницы), Бетти Буп (нарисованная женщина, запрещенная "Хейз офис" в 1935 году за излишнюю сексуальность) и моряка Попая. Еще одним любимцем публики был кот Крейзи Джорджа Херримана, хотя он и проигрывал в зрительских симпатиях коту Феликсу Пэта Салливена. Феликс же удерживал пальму первенства среди мультипликационных зверюшек вплоть до появления Микки Мауса.

Вскоре каждая крупная киностудия обзавелась отделением мультипликации, выпускавшим коротенькие фильмы, которые демонстрировались перед художественной лентой. Уолтер Лантц создал для компании "Юниверсал" дятла Вуди. Работавшие на "Уорнер бразерс" Текс Эвери, Чак Джонс и Фриц Фреленг специализировались на балаганного стиля мультяшках (прозванных "соко") с такими персонажами, как Багз Банни, Сильвестр и Твити Пай, Дэффи Дак, поросенок Порки, Хитрый Койот и Гонщик. Главными мультзвездами МГМ стали Том и Джерри, придуманные Уильямом Ханной и Джозефом Барберой. Этот же дуэт впоследствии дал путевку в жизнь таким телевизионным персонажам, как пес Гекльберри, медвежонок Йоги, семейка Флинтстоунов и кот Топ.

В обычном кинематографе для создания спецэффектов часто использовалась кукольная мультипликация. Непревзойденным мастером создания моделей всякого рода чудовищ был Уиллис О'Брайен, спроектировавший динозавров для немой картины "Затерянный мир" (1925) и гигантскую гориллу для фильма "Кинг-Конг" (1933). Среди признанных мастеров кукольной мультипликации выделялись художники из Восточной Европы, в том числе Владислав Старевич, Джордж Паль, Йиржи Трнка и Ян Сванкмайер.

А Заяц Багз Банни был назван в честь придумавшего его художника Багза Хардуэя. Его знаменитая фраза "В чем дело, док?" произносилась Мелом Бланком, который озвучивал также поросенка Порки, Дэффи Дака, Сильвестра и дятла Вуди.

Уолт Дисней

Уолт Дисней дебютировал в мультипликации серией короткометражных фильмов под названием "Лаф-О=Грамз", созданной совместно с его постоянным партнером Юбом Айверксом. В 1923 году они перебрались из Канзаса в Голливуд, где сняли мультсериалы "Алиса в стране мультипликации" и "Освальд - счастливый кролик". Однако по-настоящему прославились лишь своим следующим творением - черно-белым мышонком по имени Мортимер, с большими круглыми ушами и озорным характером. Ко времени своего экранного дебюта в фильме "Безумный аэроплан" (1928) Мортимер был переименован в Микки Мауса. Он быстро завоевал сердца зрителей всех возрастов. Голос он впервые обрел в фильме "Пароход Вилли", а вскоре к нему присоединились и заговорили столь хорошо знакомые нам персонажи, как Плуто, Гуфи и Дональд Дак.

Ободренный успехом, Дисней начал экспериментировать с сюжетами, навеянными известными музыкальными произведениями. Среди наиболее примечательных его работ из цикла "Забавные симфонии" можно выделить "Цветы и деревья" (1932) и "Три поросенка" (1933), которые стали к тому же первыми мультфильмами, снятыми с помощью "Техниколора".

Еще в 1934 году Дисней решил пойти дальше восьмиминутных короткометражек и велел своей команде приступить к работе над полнометражным мультфильмом. Ее итогом стала 80-минутная картина "Белоснежка и семь гномов" (1937). Тем не менее, невзирая на громкий успех таких фильмов, как "Фантазия" и "Дамбо", некоторые художники студии выражали недовольство методами Диснея. В 1941 году они расстались с Диснеем и создали собственную компанию "Юнайтед продакшнз оф Америка" (ЮПА). Фильмы ЮПА, в которых фигурировали новые персонажи наподобие мистера Магу и Джеральда Макбоинга Боинга, основывались на более простой технике рисования и зачастую отличались большей изобретательностью.

Студии Диснея понадобилось определенное время, чтобы оправиться от этого удара. Она приступила к производству игровых картин вроде "Острова сокровищ" (1950) и документальных фильмов о путешествиях, таких, как "Живая пустыня" (1953). В 1954 году начали выходить еженедельные телевизионные сериалы из цикла "Волшебный мир Диснея". Уолт Дисней скончался в 1966 году, но по прошествии почти 30 лет кино и телеимперия, носящая его имя, процветает, как никогда прежде. Картины "Красавица и Чудовище" (1991), "Аладдин" (1992) и "Король-Лев" (1994) по очереди становились самыми кассовыми мультфильмами всех времен.

Картину "Белоснежка и семь гномов" стоимостью в 1,5 миллиона долларов называли диснеевской блажью, ибо мало кто в Голливуде верил в ее кассовый успех. Однако благодаря идеальному сочетанию романтичности, юмора и музыки она и сегодня, спустя почти 60 лет после выхода на экран, остается одним из лучших творений Диснея.

Подъем национальных кинематографий

Зарождение звукового кино грозило ослабить позиции американского кинематографа на мировом рынке. Оно давало возможность другим странам создать собственную кинопромышленность, способную выпускать фильмы на родном языке. В эпоху бурного роста националистических настроений кино очень быстро сделалось важнейшим средством выражения общественного мнения.

Европейские режиссеры приспособились к звуку быстрее, чем их коллеги из Голливуда. Американские продюсеры полагали, что зритель способен воспринимать звук в кино лишь в том случае, если видит его источник на экране. Европейские же мастера, например Эйзенштейн и Клер, стремились раскрыть художественный потенциал звука, так как они экспериментировали с образами в эпоху немого кино. Клер умело использовал закадровые диалоги, пение и звуковое сопровождение, чтобы сделать более динамичным действие в таких искрометных комедиях, как фильм "Под крышами Парижа" (1929). Вскоре и другие талантливые режиссеры обратились к огромным возможностям звука, в том числе Алфред Хичкок в фильме "Шантаж" (1929), Джозеф фон Штернберг в картине "Голубой ангел" (1930) и Фриц Ланг в фильме "М" (1931).

Поначалу Голливуду удавалось поддерживать свое лидерство, переснимая наиболее значительные ленты с помощью зарубежных актеров. Вскоре, однако, выяснилось, что гораздо дешевле просто перевести, или дублировать, диалоги на соответствующий язык либо дать их на экране в виде субтитров. И все же, несмотря на конкуренцию со стороны Голливуда, многие национальные кинема-тографы начали быстро вырабатывать свой индивидуальный стиль.

Французское кино: поэзия и реализм

Более всего в этом преуспел французский кинематограф. Поскольку во Франции режиссеры не были связаны по рукам и ногам политикой киностудий или властей, они имели возможность продолжать свои смелые эксперименты, что и отличало французскую школу киноискусства в конце 1920-х годов. Среди лучших картин Жана Виго следует назвать фильм-аллегорию о школьном бунте "Ноль за поведение" (1933) и "Аталанту" (1934) - романтическую историю, происходящую на речной барже, где причудливо сочетались поэтика и реальность.

Творчество Виго оказало решающее воздействие на формирование стиля, доминировавшего во французском кино в течение всего десятилетия. Этот стиль можно назвать поэтическим реализмом, поскольку режиссеры стремились показать, что в повседневной жизни простых людей поэзии и драматизма ничуть не меньше, чем в ослепительных голливудских сказках. К тому же в это время во Франции пришло к власти новое правительство, обещавшее провести реформы и улучшить положение дел в стране. Этот оптимизм и вера в будущее, характерные для начала 1930-х годов, нашли свое отражение в таких картинах, как "Карнавал во Фландрии" Жака Фейдера и трилогия по пьесе Марселя Паньоля "Мариус" (реж. А. Корда).

Однако с приближением второй мировой войны настроение французов становилось все более пессимистичным, о чем можно судить по их фильмам. Примером этого фаталистического направления может служить картина Жюльена Дювивье "Пепе ле Моко" (1937) с Жаном Габеном в главной роли. Этому популярному актеру суждено было стать символом французского пессимизма второй половины 1930-х годов. Он также снялся в фильмах Марселя Карне "Набережная туманов" (1938) и "День начинается" (1939). Эти ленты повествуют о последних часах жизни ни в чем не повинных людей, бессильных противостоять судьбе. Впоследствии в адрес этих картин не раз раздавались упреки за то, что они внушили французам чувство обреченности задолго до начала второй мировой войны и тем самым способствовали поражению Франции.

Лучшие французские картины этого периода были сняты режиссером Жаном Ренуаром, сыном художника-импрессиониста Огюста Ренуара. Его карьера началась в самом конце эры немого кино, а такие ленты, как "Будю, спасенный из воды" (1932), "Тони" (1934) и "Человек-зверь" (1938), создали ему репутацию одного из лучших кинематографистов Франции.

Вершиной его творчества стали картины "Великая иллюзия" и "Правила игры" (1938), в которых он попытался показать, что европейская цивилизация оказалась на краю пропасти. При создании этих фильмов Ренуар довел до совершенства метод мизансцен. Он помещал зрителя в самую гущу действия, снимая эпизоды длинными планами с использованием глубокофокусной оптики, что позволяло достигать предельной четкости изображения. Этот метод оказал огромное воздействие на развитие мирового киноискусства.

Короткий взлет английского кино

В середине 1930-х годов был краткий период, когда наиболее серьезным конкурентом Голливуда стал крупнейший потребитель его продукции - Великобритания. Правда, большинство английских картин снималось дешево и быстро, только для того, чтобы соблюсти требования закона о квоте, согласно которому 20% экранного времени в Великобритании должно было быть заполнено английской кинопродукцией.

Майкл Бэлкон, возглавлявший фирму "Гейнсборо пикчерс", быстро сообразил, что эти "квотные" ленты отлично подходят для освещения чисто английских тем. В результате он выпустил популярный цикл картин с такими эстрадными артистами, как Грейси Филдз и Джесси Мэттьюз, и музыкальными комиками Джорджем Формби и Уиллом Хеем. Прибыль от этих картин он использовал для финансирования более серьезных работ режиссеров Кэрола Рида и Майкла Поуэлла, остававшихся ключевыми фигурами английской кинематографии на протяжении последующих 30 лет. И все же режиссером номер один для Бэлкона был, несомненно, Алфред Хичкок.

Свою карьеру в кино Хичкок начал с создания немых триллеров типа картины "Жилец" (1926). Он приобрел известность благодаря снятой им в 1929 году первой английской звуковой ленте "Шантаж". Этот фильм был посвящен его излюбленной теме - страху в повседневной жизни. Здесь же Хичкок заложил свою фирменную традицию - снимать кульминационные сцены своих картин в разного рода знаменитых местах.

Хичкок был превосходным стилистом, испытавшим сильное влияние немецкого экспрессионизма. Каждую сцену он планировал до мельчайших деталей, чтобы все в ней - декорации, реквизит, актеры, ракурсы съемки, музыка и звуковое сопровождение - способствовало нагнетанию напряженности на экране. Он настолько изящно сочетал страшное, смешное и романтичное в таких своих картинах, как "39 шагов" (1935) и "Леди исчезает" (1938), что ко времени, когда он перебрался в Голливуд, его по праву называли мастером напряжения. Его первым американским фильмом стала мелодрамма "Ребекка", удостоенная в 1940 году "Оскара" как лучшая картина года.

Александр Корда, режиссер и продюсер венгерского происхождения, работавший в Великобритании, также мечтал прославить английский кинематограф. Он был убежден, что при умелом использовании английской истории и литературы, привлекая талантливых актеров, здесь можно снимать картины, ни в чем не уступающие голливудским. Ободренный международным признанием своего фильма "Частная жизнь Генриха VIII" (1933), он приступил к расширению сети своих киностудий и пригласил на работу таких режиссеров, как Рене Клер и Джозеф фон Штернберг. Однако его экранизация научно-фантастических романов Г. Д. Уэллса, в том числе картина "Облик грядущего" (1936), а также пышные приключенческие ленты типа "Четырех перьев" (1939) кассового успеха не имели. В итоге к 1938 году Корда практически обанкротился, и английский кинематограф пришел в глубокий упадок. Продолжала процветать лишь кинодокументалистика.

Документалистика и пропаганда

В эру немого кино было создано немало впечатляющих документальных лент. Однако появление звука дало этому жанру новый импульс. Одним из первых звуковых документальных фильмов, снятых в Великобритании, была картина "Рыбачьи суда" (1929) режиссера Джона Грирсона. В 1930-е годы он возглавлял несколько съемочных групп, финансировавшихся государством, и требовал от своих режиссеров творческого подхода к технике документальной съемки. К примеру, Бейзил Райт в фильмах "Песнь о Цейлоне" (1934) и "Ночная почта" (1936) прибег к поэтическому стилю, в то время как Пол Рота, Артур Элтон и Эдгар Энс-тей экспериментировали в области мелодраматической киножурналистики, призванной привлечь внимание публики к тяжелой жизни и условиям труда неимущих классов.

От этих лент разительно отличались документальные фильмы, снятые в гитлеровской Германии. К примеру, фильм Дени фон Рифеншталь "Триумф воли" (1935) представлял собою чистейшей воды пропаганду, нацеленную на восхваление нацистской партии. Она была лично приглашена Гитлером для создания ленты о партийном съезде в Нюрнберге в 1934 году. Для съемок всевозможных церемоний и речей, где Гитлер представлялся спасителем нации, она использовала 30 кинокамер. Ее же документальный отчет "Олимпия" (1938) об Олимпийских играх 1936 года в Берлине также подвергся критике за пропаганду нацистских идей. Правда, сама Рифеншталь утверждала, что ее фильмы являются произведениями искусства и не имеют отношения к политике и пропаганде.

По распоряжению нацистов такие художественные ленты, как "Штурмовик Брандт" и "Юный гитлеровец Квекс" (1938), должны были содержать элементы пропаганды. В Советском Союзе также выпускались художественные картины, оправдывавшие преступления сталинского режима и прославлявшие реальных и вымышленных героев-коммунистов. При этом режим не позволял таким режиссерам, как Эйзенштейн, творчески подойти даже к этим конъюнктурным темам.

Кино в Азии

В начале эры звукового кино кинематографистам таких больших стран, как Китай или Индия, было весьма не просто работать из-за множества диалектов и наречий, на которых говорило их население. Тем не менее индийское кино вскоре добилось немалого прогресса. Большинство картин относилось к жанру музыкальной мелодрамы, или "масала". Их сюжеты черпались из местного фольклора и замысловатых национальных традиций, и эти фильмы пользовались популярностью во всех странах Юго-Восточной Азии.

Японский кинематограф еще в эру немого кино отличался неповторимой индивидуальностью. Японские киностудии поощряли экспериментаторство, и многие режиссеры выработали свой оригинальный творческий стиль. Кэндзи Мидзогути прославился длинными планами и глубокофокусной оптикой. Он разрабатывал тему конфликта между традициями и современностью, а также тему положения женщины в обществе в таких картинах, как "Элегия Нанива" (1936). Ясудзиро Одзу специализировался на мелодрамах типа "Родиться-то я родился..." (1932), отличавшихся своим реализмом и особым ракурсом съемки. Однако, несмотря на высокое качество японских фильмов, они были мало известны за пределами страны. Международное признание японское кино завоевало лишь в 1950-е годы.

В годы войны

Во время второй мировой войны (1939-1945) кинематографу приходилось не только развлекать зрителей, но и информировать население. Такие английские игровые ленты, как, например, "Как прошел день?", по своей реалистичности приближались к документальным. Французское кино жестко контролировалось нацистскими властями. И все же Марселю Карпе удалось выразить искусно замаскированные антифашистские настроения в таких фильмах, как "Дети райка" (1945).

Среди лучших военных картин Голливуда можно назвать фильм Альфреда Хичкока "Спасательная шлюпка" (1944), где он анализирует нацистскую угрозу, и ленту Тэя Гарнетта "Батаан" (1943), показавшую суровую правду войны на Тихом океане. Даже мультипликационные персонажи внесли свой вклад в обще дело, в том числе Дональд Дак в фильме "Лицо фюрера" (1943), Том и Джерри в "Янки Дуддл Маус" (1943), Багз Банни в "Заячьей силе" (1944) и "Герр встречается с зайцем" (1945).

Многие кинознаменитости отправились на войну, в том числе Кларк Гейбл, Джеймс Стюарт и Дэвид Нивен. Известные режиссеры - Джон Форд, Уильям Уайлер и Джон Хьюстон - также рисковали жизнью, снимая хронику боевых действий.

Советский режиссер Сергей Эйзенштейн первоначально планировал снять картину "Иван Грозный" (1944-1946) в трех частях. Однако Сталину вторая часть настолько не понравилась, что она была запрещена, а незаконченная третья часть уничтожена. Вторая часть фильма вышла на экраны лишь в 1958 году.

Такие звезды, как Боб Хоуп, выступали перед войсками союзников и собирали средства на военные нужды. Многие играли на сцене ночного клуба "Голливуд Кантин", открытого Бетт Дэвис и Джоном Гарфилдом. Здесь военнослужащие могли встретиться со своими любимыми актерами.

Германский кинематограф выпустил ряд откровенно антисемитских фильмов, самым гнусным из которых был опус Байта Харлана "Еврей Зюсс" (1940). В Италии также был снят ряд пропагандистских и развлекательных картин. С ними резко контрастировала лента Лукино Висконти "Одержимость". Она положила начало неореализму, оказавшему громадное воздействие на всю мировую кинематографию.

Новые реалии и старые традиции

После второй мировой войны кинематограф сильно изменился. Все большее число режиссеров стремилось как можно реалистичнее отражать в своих картинах действительность. Рост популярности международных кинофестивалей также способствовал ознакомлению зрителей разных стран с работами новой генерации кинематографистов. Чезаре Дзаваттини ведущий итальянский кинодраматург и кинокритик, который был одним из тех, кто стоял у истоков неореализма, возникшего в 1940-е годы.

Итальянский неореализм

Дзаваттини призывал режиссеров не увлекаться мелодраматичными сюжетами, а сконцентрировать свои усилия на изображении реальных драм, каждодневно разыгрывающихся в жизни обычных людей. Он всячески поощрял привлечение на главные роли непрофессиональных актеров, а также съемки на улицах и в домах простых рабочих. Наконец, для воссоздания в картине правдивой атмосферы нищеты и безысходности он предлагал снимать при естественном освещении, ибо студийное освещение искусственно облагораживало как актеров, так и декорации.

Первой неореалистической картиной, привлекшей внимание международной аудитории, стал фильм Роберто Росселлини "Рим - открытый город" (1945), повествующий о жестоких репрессиях нацистов против участников итальянского Сопротивления в 1944 году. Росселлини пришлось снимать прямо на улицах Рима, поскольку павильоны киностудии "Чинечитта" были повреждены в ходе боевых действий. Он также вынужден был пользоваться низкокачественной пленкой, приобретенной у фотографов, которую склеивал в рулоны ввиду нехватки кинопленки. В результате получилась картина, напоминавшая кинохронику и обладавшая той степенью жизненности и реализма, к которой стремился Дзаваттини. В дальнейшем Росселлини подтвердил свою репутацию классика неореализма, сняв картины "Пайза" (1946) и "Германия, год нулевой" (1947), последнюю часть своей знаменитой военной трилогии.

После успеха картин Росселлини и фильма Витторио Де Сика "Похитители велосипедов" многие другие режиссеры также обратились к неореализму, пытаясь найти собственные пути в этом направлении. Однако к концу 1940-х годов экономическое положение Италии улучшилось, и правительство заявило, что неореалистические фильмы подрывают репутацию страны за рубежом. В 1949 году был принят закон, препятствовавший выходу на экраны подобных лент.

'Похитители велосипедов'

Италия, 1948. Режиссер Витторио Де Сика.

В фильме "Похитители велосипедов", сценарий которого написал Чезаре Дзаваттини, показаны блуждания некоего Антонио по нищим кварталам послевоенного Рима. Он разыскивает украденный у него велосипед, без которого может потерять работу. Его сопровождает сын Бруно, который начинает терять веру в отца, после того как тот не сумел отобрать велосипед у вора и его крутых приятелей. В конце концов сам Антонио в отчаянии делает попытку украсть велосипед, но попадается. Тем не менее охватившее его чувство стыда и безысходности проходит, когда Бруно заверяет его, что семья сумеет выжить, если они будут держаться друг за друга.

Несмотря на драматизм сюжета, Де Сика сумел придать "Похитителям велосипедов" своеобразную поэтичность. Кинокамера предстает в картине своего рода невидимым персонажем, который свободно бродит с места на место, фиксируя в каждом эпизоде мельчайшие детали.

Фильм шел в Италии всего несколько лет, однако за это время успел продемонстрировать небогатым национальным кинематографам, что и с минимальными затратами можно снимать незаурядные картины, используя для этого местные сюжеты, характеры и натуру.

Япония выходит на авансцену

Японский кинематограф выпускал выдающиеся картины еще в период немого кино Однако за пределами Юго-Восточной Азии мало кто знал о существовании этих шедевров. Положение резко изменилось после того, как историческая драма Акиры Куросавы "Ра-семон" удостоилась "Золотого Льва" на кинофестивале в Венеции в 1951 году.

В фильме "Расемон", действие которого происходит в эпоху средневековья, зрителю предлагаются четыре варианта встречи в лесу супружеской четы и разбойника, закончившейся гибелью мужа. Куросава искусно уравнивает все версии в правдоподобии, сочетая глубокофокусную оптику, плавное движение кинокамеры и тщательный монтаж. Заставляя зрителей раз за разом усомниться в том, что они только что видели, Куросава доказал, что и камера может лгать, попутно продемонстрировав всю силу власти режиссера над зрительским воображением. Фильм был объявлен шедевром и создал Куросаве репутацию одного из ведущих художников мирового кино.

В дальнейшем Куросава снял множество впечатляющих лент о японских воинах, в том числе картину "Семь самураев" (1954). Кроме того, он создал ряд нестандартных экранизаций литературной классики. К примеру, фильм "Замок интриг" ("Трон в крови")(1957) был снят по мотивам "Макбета", а сюжет картины "Ран" ("Смута") (1985) заимствован из другой шекспировской трагедии, "Король Лир". Успех фильмов Куросавы привлек внимание публики и к работам мастеров старшего поколения, таких, как Мидзогути и Одзу, а также открыл дорогу молодым режиссерам - Тейносукэ Кинугасе и Кону Итикаве.

Три мастера

Куросава был одним из четырех кинематографистов того времени, внесших неоценимый вклад в мировое киноискусство.

Индийский режиссер Сатьяджит Рей увлекся искусством экрана, посмотрев фильм "Похитители велосипедов". Его широко известная кинотрилогия "Any" прослеживала жизненный путь бедного бенгальского мальчика до его совершеннолетия. Эти картины - типичный пример того, как метод неореализма может быть использован на совершенно иной национальной почве.

Помимо фильмов, изображающих политическую жизнь, обычаи и нравы Индии, Рей также снял ряд прекрасных детских картин. К примеру, "Гули поет - Багхи танцует" (1968) рассказывает о том, как два бродячих музыканта получили от царя духов волшебные тапочки и право на исполнение трех желаний.

В ранних картинах шведского режиссера Ингмара Бергмана также использован метод неореализма для показа трудностей, с которыми сталкиваются молодые влюбленные в его стране после второй мировой войны. Однако Бергмана, сына капеллана шведской королевской семьи, интересовали также проблемы религиозной веры, страданий и смерти. Оптимистическая трактовка этих тем прослеживается в таких картинах, как "Седьмая печать" (1956) и "Земляничная поляна" (1957), но более поздние фильмы, например "Как в зеркале" (1961), отличает куда более мрачный тон.

Впоследствии Бергман снял картины "Персона" (1966) и "Шепоты и крик" (1972), где внимание режиссера сосредоточено в основном на образах женщин и взаимоотношениях между ними. Будучи и прежде талантливым рассказчиком, в картине "Фанни и Александр" (1982) он затронул почти все основные темы своего творчества. Этот частично автобиографический (основанный на личном опыте) фильм, словно по волшебству, позволяет зрителю увидеть мир взрослых, пусть и пугающий временами, глазами двоих детей, живущих в университетском городке на рубеже XX столетия.

Еще с 1920-х годов Луис Бюнюэль, испанец по происхождению, очень любил шокировать публику своими работами. Картина "Забытые" (1950) вновь привлекла к нему всеобщее внимание после длительной творческой паузы. Эта впечатляющая лента повествует о жестокости и насилии, с которыми сталкиваются беспризорные дети в трущобах Мехико. Бюнюэль насыщал свои фильмы неожиданными и зачастую причудливыми зрительными образами. Он остался непримиримым критиком католической церкви и буржуазных ценностей, высмеивая их в таких картинах, как "Виридиана" (1961) и "Скромное обаяние буржуазии" (1973).

Франция: зрелищность и качество

Франции понадобилось немалое время на то, чтобы оправиться после второй мировой войны. В результате французские кинематографисты не горели желанием снимать картины о событиях и последствиях немецкой оккупации. Они сосредоточились на претенциозных "костюмных" драмах и экранизациях классики. В этих картинах чересчур много внимания уделялось роскошным декорациям и изощренным диалогам в ущерб образности и искусству съемки. Кинокритик Франсуа Трюффо в пух и прах раскритиковал эти ленты на том основании, что они смотрелись точь-в-точь как экранизированные пьесы. Он призвал к творческому подходу, который позволил бы отчетливо выявить индивидуальность каждого режиссера.

Жан Кокто и Макс Офюльс убедительно показали, каким образом можно совместить творческую индивидуальность с пресловутым качеством. В своей очаровательной версии сказки "Красавица и Чудовице" (1946) Кокто использовал ряд спецэффектов, изобретенных еще Жоржем Мельесом, воспроизведя с их помощью волшебную атмосферу замка Чудовища. В картине "Орфей" (1950), поэтической фантазии на тему мифа об Орфее, спустившемся в подземное царство, он прибег к схожим кинотрюкам, и в результате этот фильм был единодушно признан его лучшим творением. Офюльс специализировался на остроумных мелодрамах наподобие фильма "Карусель" (1950). Эти картины могут служить хорошим примером умелого использования возможностей мизансцены.

Двумя другими режиссерами с яркой индивидуальностью, но совершенно не похожими по стилю были Робер Брессон и Жак Тати. Ранние работы Брессона были во многом выдержаны в стиле традиции качества. Однако после войны он начал снимать непрофессиональных актеров, и в таких картинах, как "Дневник сельского священника" (1950), он свел диалоги и реквизит к минимуму.

Сильное влияние на творчество Тати оказали комики немого кино Макс Линдер, Чарли Чаплин и Бастер Китон. В своих искрящихся весельем картинах вроде фильмов "Праздничный день" (1949) и "Мой дядя" (1958) он соединял фарс, сатиру и комедию характеров. Его лучшим фильмом считается комедия "Каникулы месье Юло" (1953), где он играет доброжелательного и эксцентричного месье Юло, само появление которого в кадре уже гарантирует смешную неразбериху. Тати снимал действие долгими планами с изрядного расстояния, чтобы дать зрителям возможность самим обнаружить в кадре очередную шутку. Тати также отбросил традиционный метод построения сюжета, составляя картину из слабо связанных между собой эпизодов.

Английское качество

В Англии в этот период также снимались чрезвычайно зрелищные картины. В основном это были исторические мелодрамы, героические фильмы о войне и так называемые илингские комедии, незлобиво подшучивавшие над английским национальным характером. Однако такие продюсеры, как Александр Корда и Дж. Артур Ренк, не довольствовались успехом у британского зрителя. Они стремились завоевать и американский кинорынок. С этой целью они совместно выпускали картины, подобные триллеру Кэрола Рида "Третий человек" (1949), который был снят на голливудские деньги с участием таких звезд, как Орсон Уэллс и Джозеф Коттон. В других фильмах они прибегали к помощи богатой событиями истории Англии и ее несравненного литературного наследия. Успехом пользовались экранизации "Больших ожиданий" Диккенса (1946) и шекспировского "Гамлета" (1948), осуществленные соответственно Дэвидом Лином и Лоуренсом Оливье. Однако у английского кинематографа не было достаточных средств, чтобы всерьез соперничать с Голливудом, даже если учесть, что последний находился в это время в тяжелейшем кризисе, угрожавшем самому его существованию.

Голливуд в кризисе

1946 год стал для Голливуда годом наибольшего кассового успеха за всю его историю. Однако считанные месяцы спустя он погрузился в пучину глубочайшего кризиса, вызванного необходимостью реорганизации системы киностудий, переменами в зрительских пристрастиях, а также правительственным расследованием, вошедшим в историю как голливудская "охота на ведьм".

После второй мировой войны многие американцы стали перебираться из центра крупных городов в пригородные районы.

Только в 1946 году еженедельно кинотеатры посещало примерно 100 миллионов человек, купивших в течение года билетов на рекордную сумму - 1,7 миллиарда долларов.

В течение 30 лет кино было излюбленным отдыхом, теперь же этот вид отдыха столкнулся с жесткой конкуренцией со стороны других форм развлечения.

Если прежде им было удобно заскочить в один из центральных кинотеатров, теперь они предпочитали прогуляться до залитого светом футбольного или бейсбольного стадиона либо сходить в кегельбан. Деньги, которые прежде тратились на билеты в кино, теперь зачастую шли на альбомы пластинок, разного рода электроприборы для дома, автомобили или семейные отпуска. Все большее число американцев предпочитало просто сидеть дома и проводить вечера перед самым грозным соперником Голливуда - телевизором. К 1954 году в Америке было уже свыше 30 миллионов телевизоров.

Наряду со снижением посещаемости киносеансов по киностудиям больно ударили рост себестоимости продукции и судебный вердикт, запрещавший им иметь собственную сеть кинотеатров. Это означало, что отныне они лишались гарантированного проката своих картин и должны были конкурировать друг с другом за экранное время. В результате многие дорогостоящие ленты перестали окупаться, и хозяевам киностудий приходилось, урезая бюджет, увольнять актеров и технический персонал в целях экономии средств.

Социальная тематика

Из-за снижения посещаемости киносеансов по киностудиям больно ударили рост себестоимости продукции и судебный вердикт, запрещавший им иметь собственную сеть кинотеатров. Это означало, что отныне они лишались гарантированного проката своих картин и должны были конкурировать друг с другом за экранное время. В результате многие дорогостоящие ленты перестали окупаться, и хозяевам киностудий приходилось, урезая бюджет, увольнять актеров и технический персонал в целях экономии средств. Многие кинематографисты отказывались работать в подобных условиях, покидали киностудии и становились независимыми.

Иные режиссеры, особенно те, кто снимал документалистику во время войны, уже не желали только развлекать публику. Они обратились к реальным проблемам американского общества. Проблемные картины отличались предельной откровенностью в показе таких явлений, как алкоголизм ("Потерянный уик-энд", 1945), антисемитизм ("Перекрестный огонь", 1947) и расизм ("Пинг", 1949). Темная, жестокая изнанка американского общества исследовалась и в "правдивых" криминальных лентах вроде "Бумеранга!" (1947) и "Обнаженного города" (1948).

Американские режиссеры прибегали к приемам, во многом аналогичным тем, что использовали итальянские неореалисты. Они отказывались от студийных декораций и предпочитали снимать на натуре, а при подборе исполнителей главных ролей зачастую отдавали предпочтение малоизвестным актерам. Тем не менее даже в наиболее критичных проблемных картинах, как правило, проводилась мысль, что дела обязательно пойдут на лад, если все будут придерживаться традиционных американских ценностей. Подобный идеализм напрочь отсутствовал в пронизанных горечью и пессимизмом игровых лентах, известных как "черные" фильмы.

'Черный' фильм

Начало этой вариации криминального жанра было положено картиной Джона Хьюстона "Мальтийский сокол" (1941). В ней перед зрителем предстает зловещий мир, в котором правят алчность, предательство, похоть и страсть. Этот мир, кишащий мелкими жуликами, отчаявшимися ветеранами войны, роковыми женщинами, коррумпированными политиками и циничными детективами, был местом без каких-либо гарантий того, что добро здесь в конечном счете восторжествует над злом.

Стиль "черного" фильма больше всего подходил для криминальных сюжетов, разворачивающихся в больших городах, в которых любовь и деньги сбивали с истинного пути честных и порядочных людей. Многие из таких историй показывались как бы ретроспективно в сочетании с закадровым комментарием одного из главных персонажей. Атмосфера угрозы нагнеталась с помощью необычных ракурсов съемки, густых теней и световых контрастов, из-за чего даже самые знакомые места представали мрачными и угрожающими.

По стилю "черный" фильм во многом был близок к картинам, насыщенным идеями фатализма, которые снимались в Германии в 1920-х годах. Дело в том, что многие лучшие образцы "черного" фильма были созданы кинематографистами, бежавшими из нацистской Германии, к примеру картины Билли Уайлдера "Двойная страховка" (1944) и Фрица Ланга "Женщина в окне" (1945). Впрочем, некоторые классические ленты этого жанра были сняты коренными американцами, в том числе фильмы Эдуарда Дмитрыка "Убийство, моя милочка" (1944) и Орсона Уэллса "Леди из Шанхая" (1948).

Голливудская 'охота на ведьм'

И проблемные картины, и так называемые "черные" фильмы пользовались популярностью у большей части аудитории и кинокритиков. Однако правые политики относились к ним резко отрицательно, поскольку, с их точки зрения, в этих фильмах порой чрезмерно превозносились честность и порядочность рядовых рабочих, а большой бизнес критиковался за коррумпированность и бесчеловечность. К тому же они подозревали некоторых режиссеров в антиамериканских настроениях за то, что те во время второй мировой войны выпускали пропагандистские ленты в поддержку Советского Союза.

В сентябре 1947 года в Голливуд прибыла правительственная комиссия по расследованию антиамериканской деятельности, чтобы разобраться с коммунистическим кино. Свыше 40 ведущих деятелей Голливуда дали показания относительно тех, кого комиссия заподозрила в коммунистических убеждениях. В числе этих свидетелей были "киномогол" Луис Б. Майер, продюсер Уолт Дисней, актеры Рональд Рейган и Гари Купер.

Десять сценаристов и режиссеров отказались сотрудничать с комиссией и угодили в тюрьму. Несколько ведущих кинозвезд, в том числе Хэмфри Богарт, Лорен Бейкалл и Джин Келли, развернули кампанию за освобождение "голливудской десятки". Однако они решили умерить свой пыл, после того как им пригрозили занести всех коммунистов и их сторонников в черный список. Это фактически лишало возможности работать в американской киноиндустрии.

Новый всплеск антикоммунистических настроений произошел в 1951 году, при сенаторе Джозефе Маккарти. Вторая комиссия потребовала от свидетелей назвать имена, то есть донести на своих коллег, отличавшихся, по их мнению, левыми взглядами. К концу 1952 года комиссия занесла в черные списки 324 человек, в том числе работавших в Голливуде режиссеров Джозефа Лоузи и Жюля Дассена, писательницу Дороти Паркер и популярных кинозвезд Пола Муни и Джона Гарфилда.

Все это привело к тому, что карьера многих талантливых художников была сломана, а "охота на ведьм" вызвала глубокий раскол в самом Голливуде. Кроме того, она нанесла тяжелый удар по всей американской кинематографии, лишив ее уверенности и творческой энергии, столь необходимых перед лицом растущей угрозы со стороны телевидения.

Широкоэкранное кино

В 1950-е годы телевидение могло позабавить публику лишь черно-белым изображением на маленьком экране. Так что кинобоссы пришли к вполне естественному выводу, что можно вернуть зрителей в кинотеатры, предложив им красочное широкоэкранное зрелище, да еще и со стереофоническим звуком.

Технология широкоэкранного проецирования разрабатывалась еще в 1920-е годы. Среди первых систем такого рода было и "Поливидение", созданное Абелем Гансом. Однако первой широкоэкранной системой в 1950-е годы стала "Синерама". Первоначально она применялась для обучения авиационных стрелков во время второй мировой войны.

"Синерама" создавала более широкое изображение на экране, снимая каждый эпизод тремя кинокамерами, установленными в трех различных точках. Эти камеры образовывали правильную дугу и включались в работу синхронно. Затем три кинопленки проецировались на широкий полукруглый экран тремя проекторами, что позволяло получать изображение в шесть раз крупнее стандартного. Публика, смотревшая такие картины, как "Это "Синерама" (1952), не только помещалась как бы в самый центр действия, но и словно испытывала те же ощущения, что и персонажи на экране.

"Синерама" пользовалась большой популярностью у зрителей, однако она не нашла широкого применения из-за чрезмерной дороговизны и немалых затрат времени на съемку. Следующим, причем неудачным, экспериментом киностудий стало стереоскопическое кино . Затем они обратились к системе "Синемаскоп", дававшей изображение вдвое шире обычного и к тому же снабженной стереозвуком. Она также изначально разрабатывалась в военных целях для танковых перископов. "Синемаскоп" позволял втиснуть более широкое изображение в стандартную 35-миллиметровую кинопленку. Кинопроектор оборудовался специальным объективом, который как бы растягивал изображение, проецируя его на изогнутый экран.

Первой картиной, снятой с помощью подобной технологии, стало историческое полотно из истории Древнего Рима "Тога" (1953) Генри Костера. Ее успех превзошел все ожидания, и в течение двух лет большинство кинотеатров на Западе были переоборудованы под широкоэкранное кино. Вскоре появился и ряд новых систем. К примеру, независимый продюсер Майк Тодд использовал при съемках мюзикла "Оклахома!" (1955) систему "Тодд-АО". В ней применялись широкоугольные объективы и пленка шириной 70 мм. Однако к 1960 году все киностудии переключились на систему "Панавижн", дававшую более четкое и яркое изображение, чем все прочие широкоэкранные системы.

Стерио

Еще такие пионеры кинематографии, как Уильям Фриз-Грин и братья Люмьер, экспериментировали со стереоскопическим, или трехмерным, изображением на киноэкране. Они изобрели системы, с помощью которых две кинопленки, окрашенные в красный и сине-зеленый цвета, одновременно проецировались на экран для просмотра через специальные очки с аналогично окрашенными стеклами.

Первый стереоскопический игровой фильм - "Сила любви" - был выпущен в 1922 году в черно-белом варианте. В 1930-е годы были изобретены поляризационные светофильтры, позволявшие контролировать количество света, попадающего на кинопленку. Это дало возможность приступить к экспериментам с цветным стереоскопическим кино, одновременно осуществлявшимся в Германии и Италии.

Но масштабное использование стереоскопического кино началось лишь в 1950-е годы, когда Голливуд искал способы вернуть зрителя. Картина Арча Оболера "Дьявол Бована" стала одной из первых лент, выпущенных крупными киностудиями в 1952-1954 годы. Большинство из них были приключенческими и потрясали публику тем, что создавали иллюзию, будто пылающие стрелы, прыгающие животные, потерявшие управление поезда и брошенные булыжники движутся с экрана прямо в зрительный зал. К сожалению, специальные очки, необходимые для просмотра стереофильмов, причиняли зрителям немало неудобств, и со временем посещаемость таких сеансов резко упала. Попытка оживить интерес к стереокино была вновь предпринята в 1995 году, когда остроприключенческий фильм "Крылья отваги" был показан в 120 кинотеатрах по всему миру.

Широкоэкранные эпопеи

Главным оружием Голливуда в борьбе с телевидением стали широкоэкранные эпопеи. Начиная с картины Кинга Видора "Война и мир" (1956) был выпущен ряд так называемых "блокбастеров", фильмов, изобилующих дорогостоящими декорациями, роскошными костюмами, звездными составами исполнителей, а зачастую и тысячами статистов. Теперь картины всех жанров делались только в широкоформатном варианте. Но больше всего киностудии гордились историческими мелодрамами, действие которых разворачивалось в библейские или античные времена. Считалось, что именно такие фильмы наглядно демонстрировали преимущества большого экрана перед телевизионным. Поначалу такие ленты привлекали внимание публики, особенно после того, как "Бен Гур" Уильяма Уайлера (1959) удостоился 11 "Оскаров". Однако спустя три года от грандиозных постановок пришлось отказаться, после того как "Клеопатру" Джозефа Л.Манкиевича - на тот момент самый дорогостоящий фильм (43 миллиона долларов) - постигла оглушительная неудача.

Режиссеры в роли авторов

Вскоре кинематографисты обнаружили, что широкий экран дает им возможность в одном кадре совмещать персонажей и то, что их окружает. Теперь при помощи глубокофокусного метода съемки они могли снимать сцены более длинными планами. Некоторые критики полагали, что действие от этого выглядит реалистичнее. Среди них выделялся французский критик Андре Базен, называвший новый метод широкоэкранной мизансценой.

Коллегу Базена - Франсуа Трюффо особенно впечатлило то, как этот метод съемки применили голливудские режиссеры Винсент Миннелли, Николас Рей и Дуглас СTрк. Трюффо был поглощен идеей о том, что режиссер должен пользоваться кинокамерой, как писатель пером, максимально полно выражая свой личный подход к затрагиваемой теме.

В число режиссеров, являвшихся, по мнению Трюффо, подлинными авторами своих работ, входили Жан Виго, Фриц Ланг, Жан Ренуар, Роберто Росселлини и Хоуард Хоукс.

Король кинотрюков

В отчаянной попытке превратить просмотр кинофильма в незабываемое для зрителя событие режиссеры прибегали ко всевозможным ухищрениям. В их числе были и эксперименты с "пахнущим" кино. Картина "За стеной" (1959) демонстрировалась при помощи системы "Аромарама", когда зрительный зал через систему кондиционирования воздуха наполнялся запахами, сочетавшимися с действием на экране. На следующий год вышел фильм "Аромат тайны", в котором применялась система "Смелл-о-Вижн" ("запаховидение"). Здесь запахи воспроизводились с помощью насосов, установленных между креслами. Более свежим примером такого рода может служить картина Джона Уотерса "Полиэфир" (1981), во время которой зрители могли ощущать различные запахи благодаря специальным пахучим карточкам "Одорама". И все же истинным королем кинотрюков был режиссер Уильям Касл. Он специализировался на всякого рода мистификациях наподобие трюка "эмерго", в ходе которого над головами зрителей, смотревших фильм "Дом на холме Призраков" (1959), проплывал громадный пластмассовый скелет, крепившийся на множестве проводов. Позднее в том же году он изобрел систему "Персепто", которая с помощью зуммеров, прикрепленных к сиденьям, периодически ударяла зрителей электрическим током, пока они смотрелц картину "Тинглер". В 1993 году Джо Дэнт воспроизвел оригинальный стиль Касла и некоторые из его трюков в фильме "Утренник".

Конец эпохи

К концу 1950-х годов Голливуд изменился до неузнаваемости. На смену "киномоголам" пришли администраторы крупных деловых корпораций. В течение последующих 30 лет все голливудские студии утратили свою независимость и вошли в состав тех или иных транснациональных кинокомпаний. В результате коммерческий успех стал цениться намного больше, чем кинематографическое творчество. Голливуд остался столицей мирового кино, но самые смелые и новаторские картины отныне снимались в Европе.

И все же его любимым автором оставался Алфред Хичкок. Хичкок всегда лично появлялся в каждой из своих картин, как бы ставя на них свою подпись. В таких лентах, как "Окно во двор" (1954), "Головокружение" (1958) и "Психо" (1960), он создал собственный неповторимый мир. В этом мире самые обычные вещи вдруг начинали источать страх, а ни о чем не подозревающие люди помимо своей воли вовлекались в жуткие тайны и преступления.

Новый этап в актерском искусстве

Многие звезды экрана "золотого века" сохранили свою популярность и после второй мировой войны, но им уже приходилось делить любовь зрителей с новыми голливудскими талантами, такими, как Ингрид Бергман, Элизабет Тейлор, Грейс Келли, Мэрилин Монро, Керк Дуглас, Грегори Пек, Чарлтон Хестон и Берт Ланкастер. Их внешность и богемный стиль жизни привлекали не меньшее внимание, чем их актерское мастерство.

С момента возникновения звукового кино стиль игры актеров долгое время не претерпевал заметных изменений. Однако в конце 1950-х годов такие молодые актеры, как Марлон Брандо, Джеймс Дин и Пол Ньюмен, начали исповедовать новый подход к своей профессии, опираясь на систему Станиславского. Согласно этой системе, наибольшая жизненная достоверность достигается лишь путем многомесячного изучения всего, что связано с образом, воплощаемым актером. Следствием такого подхода стали невиданные прежде глубина и реализм актерской игры.

Новый взгляд на мир

1960-е годы стали десятилетием грандиозных перемен. Новые взгляды на секс, моду и политику неизбежно должны были найти отражение в кино, живописи, литературе, музыке. Повсюду кинематографисты стали отказываться от основополагающих принципов построения сюжета, использовавшихся более полувека.

Французские кинематографисты, в частности, возглавили крестовый поход против сюжетной предсказуемости, поверхностной игры актеров и манеры приукрашивать действительность, что было характерно для большинства картин того времени.

'Новая волна' во Франции

В 1950-е годы некоторым молодым энтузиастам французского кино наскучили изысканные развлекаловки, шедшие в большинстве кинотеатров по всему миру. С их точки зрения, это направление в киноискусстве было лишено творческой энергии и воображения, и они прозвали его "синемадюпапа" ("папино кино"). К концу десятилетия группа кинокритиков, включавшая Франсуа Трюффо, Жана-Люка Годара, Клода Шаброля и Эрика Ромера, начала снимать собственные фильмы, призванные доказать, что кино может не только развлекать публику, но и будить мысль, подталкивая к действию. В 1959 году одновременно вышли такие ленты, как "400 ударов", "На последнем дыхании" и "Хиросима, любовь моя". Они знаменовали собой приход так называемой французской "новой волны".

Режиссеров "новой волны" вдохновляло творчество таких создателей "авторского" кино, как Жан Ренуар, Роберто Росселлини и Алфред Хичкок. Многие из использовавшихся ими новых методов, к примеру съемка ручной кинокамерой, варьирование скорости движения пленки и цитаты из ключевых картин в истории кинематографии, явились шагом вперед по сравнению с устаревшими режиссерскими канонами.

Наиболее важным изобретением был метафорический монтаж. Он заключался во внезапных вставках в ту или иную сцену, нарушавших плавный ход действия, напоминая тем самым зрителю, что он видит игровой фильм, а не реальную жизнь. Картина Франсуа Трюффо "400 ударов" (1959) стала одним из первых фильмов "новой волны", привлекших к себе пристальное внимание. Это реалистическое повествование о беспокойной юности основывалось на жизненном опыте самого Трюффо. Фильм удостоился похвал за смелое использование длинных планов и свободное движение кинокамеры. Заключительный кадр картины, в котором действие останавливается на крупном плане лица загнанного героя, произвел на всех неизгладимое впечатление. В фильмах "Стреляйте в пианиста" (1960) и "Жюль и Джим" (1961) Трюффо показал, как довольно надуманные сюжеты могут оживать благодаря изобретательной режиссуре. Как правило, его картины напичканы ссылками, своего рода данью уважения любимым лентам прошлого. Трюффо был настолько одержим кинематографом, что впоследствии раскрыл многие из своих режиссерских секретов в комедии "Американская ночь" (1973).

Жан-Люк Годар считал, что фильм должен иметь начало, середину и конец, но не обязательно в такой последовательности. Он в полной мере отразил бунтарский дух "новой волны" в картине "На последнем дыхании" (1959), где нарушались все мыслимые правила построения сюжета. Темы и стиль он заимствовал у голливудских фильмов типа "В" и "черных" фильмов. Однако ближе к концу 1960-х годов Годар стал меньше внимания уделять сюжетам, а больше экспериментировал, придавая игровым лентам политическое звучание. С этой целью он разработал принципиально новый киноязык. Такие его картины, как "Уик-энд" (1967), были наполнены интервью, лозунгами и титрами, речами прямо перед камерой и кадрами с изображением самих кинооператоров, снимающих фильм. В дальнейшем Годар стал одним из первых крупных режиссеров, экспериментировавших с видеотехникой.

Французская "новая волна" породила и множество других талантливых мастеров. Каждый из них выработал собственный неповторимый стиль (за исключением Луи Малля, перепробовавшего много разных стилей). Ален Рене в картинах Хиросима, "Любовь моя" (1959) и "В прошлом году в Мариенбаде" (1961) проникал в глубины времени и памяти американскую студентку, выдавшую полиции автомобильного вора (Жан-Поль Бельмондо)после того, как тот убил полицейского. Оператор Рауль Кутар снимал ручной кинокамерой, а во время натурных съемок его перевозили с места на место в кресле-каталке.

Клод Шаброль специализировался на зловещих хичкоковских триллерах, в то время как Эрик Ромер предпочитал делать интимные слепки человеческих отношений. Аньес Варда снимала феминистские картины, а ее муж Жак Деми следовал традиции голливудских мюзиклов. Крис Маркер использовал выразительные средства "новой волны в документалистике; этот стиль получил название "синемаверите", или "киноправда".

Французская "новая волна" прекратила свое существование как направление в киноискусстве после 1963 года. Однако от нее "новые волны" прокатились и по многим другим национальным кинематографиям. И по сей день влияние "новой волны" ощущается как в рекламных видеороликах, так и в серьезных игровых картинах.

Реализм в Великобритании

Английский кинематограф также претерпел в 1950-1960 годы немалые изменения. Начало им было положено в 1954 году, когда Кэрел Рейс и Линдсей Андерсон основали движение "Свободное кино". Они выпускали картины, выдержанные почти что в документальном стиле, наподобие лент "Мы - парни из Ламбета" (1958) и "Каждый день, кроме Рождества" (1959), в которых повседневная жизнь отображалась весьма живо и реалистично.

Определенное влияние на английское кино оказали и театральные бытовые пьесы конца 1950-х годов. Их действие, как правило, разворачивалось на индустриальном севере и касалось проблем рассерженных молодых людей, недовольных своим местом в обществе. Некоторые из этих пьес были экранизированы. Съемки часто проводились на натуре, чтобы придать картинам больший реализм. Такие фильмы, как "В субботу вечером, в воскресенье утром" (1960) Рейса, "Вкус меда" (1961) Тони Ричардсона и "Билли-лжец" (1963) Джона Шлезингера, вобрали в себя все лучшее из свободного кино, бытовых пьес и французской "новой волны". Но вскоре они вышли из моды, и на смену им пришли такие картины, как "Вечер трудного дня" (1964), "Элфи" (1966) и сериал о Джеймсе Бонде, отражавшие музыкальные пристрастия и свободолюбивый дух бурных шестидесятых.

Англия в то время привлекла некоторых американских режиссеров, снявших там заметные картины. Джозеф Лоузи создал в содружестве со сценаристом Гаролдом Пинтером несколько лент с весьма напряженным сюжетом, в том числе фильм "Слуга" (1963). Более жестким режиссером был Стэнли Кубрик, посвятивший свое творчество борьбе с условностями голливудских жанров. Наиболее известны две его картины, "2001 год: космическая одиссея" (1968) и "Заводной апельсин" (1971). Успехи английского кинематографа в начале 1960-х годов побудили Голливуд вкладывать в его фильмы немалые деньги. Однако после нескольких дорогостоящих провалов американцы утратили к нему интерес, оставив английскую кинопромышленность по уши в долгах.

Новые веяния в Голливуде

Голливуд в 1960-е годы столкнулся с проблемами. Съемки в самом Голливуде стали настолько дорогими, что многие американские картины отныне снимались в Европе, где все было намного дешевле.

Новое Итальянское кино

Итальянский кинематограф обрел в 1950-1960-е годы собственную "новую волну", названную вторым киноренессансом. Ее крупнейшими фигурами стали Федерико Феллини и Микеланджело Антониони.

Во многих ранних картинах Феллини, таких, как "Дорога" (1954), чувствуется влияние неореализма 1940-х годов. Однако наибольшую известность он приобрел благодаря своеобразности таких своих фильмов, как "Сладкая жизнь" и "8 '/2". "Сладкая жизнь" (1960) представляла собой едкую сатиру на богатство и религию, а "8 '/2" (1963) вылились в ослепительную фантазию режиссера. Правда, его следующие картины - "Джульетта и духи" (1965) и "Сатирикон Феллини" (1969) - подверглись критике за чрезмерную экстравагантность. Более же поздние ленты режиссера, сохранив печать его творческой индивидуальности, стали несколько сдержаннее. Некоторые носили автобиографический характер, в том числе фильм "Амаркорд" (1973), воскресивший его детские воспоминания о Римини.

Антониони был выдающимся мастером широкоэкранной мизансцены. К примеру, в картине "Приключение" (1959) он использовал детали ландшафта на вулканическом острове для показа переживаний персонажей, которые разыскивают таинственным образом исчезнувшую богатую женщину. Те же темы одиночества и безысходности современной жизни разрабатываются им в фильмах "Ночь" (1960) и "Затмение" (1962). На съемках картины "Красная пустыня" (1963) он велел раскрасить в красный цвет целые кварталы города Равенны, чтобы передать эту атмосферу безнадежности и тоски.

Другими виднейшими режиссерами этого периода были Пьер Паоло Пазолини и Бернардо Бертолуччи. Пазолини снимал как жесткие картины, бичующие современное общество, так и красочные экранизации классических и средневековых литературных произведений. Его самым запоминающимся фильмом стала весьма необычная версия Евангелия от Матфея. Бертолуччи начал свою карьеру под влиянием, оказанным фашизмом на жизнь Италии, но в дальнейшем стал более известен как создатель масштабных киноэпопей наподобие удостоенной "Оскара" картины "Последний император" (1987).

Их прозвали "беглецами". Большее чем когда-либо число фильмов основывалось на испытанных (то есть уже имевших успех) бестселлерах и популярных пьесах. Но даже это далеко не всегда служило гарантией кассового успеха. Многие дорогостоящие киноэпопеи типа "Мятежа на Баунти" (1962) принесли немалые убытки своим создателям.

Это происходило оттого, что юных американских кинозрителей уже не интересовала традиционная продукция Голливуда, рассчитанная на семейное времяпрепровождение. Они хотели увидеть что-то новенькое, и раньше всех это поняли продюсеры небольших киностудий, таких, как "Американ интернейшнл пикчерс" (АИП) и "Эллайд артисте" (ЭА). С конца 1950-х годов они приступили к выпуску дешевых научно-фантастических лент и фильмов ужасов, призванных удовлетворить запросы молодежной аудитории. Королем такого рода коммерческих картин был Роджер Кормен, снявший фильмы "Нападение чудовищных крабов" (1956) и "Ведро крови" (1959). Кроме того, АИП и ЭА выпустили десятки подростковых картин о школьной жизни, пляжных вечеринках и рок-н-ролле.

Однако крупнейшие голливудские киностудии упорно игнорировали подобные жанры и их аудиторию. Как правило, они не прибегали к услугам и таких режиссеров, как Сидней Люмет и Сэм Пекинпа, экспериментировавших с методами "новой волны". Кинобоссы опасались, что публика не примет новаторский стиль новой волны" и не одобрит скупости ее выразительных средств.

В 1967 году выход на экраны фильма "Бонни и Клайд" ознаменовал рождение нового американского кино. В этой картине рассказывалось о похождениях двух гангстеров 1930-х годов, сыгранных Фей Данауэй и Уорреном Битти. Она была буквально нашпигована киноэффектами, заимствованными у французской "новой волны", - варьированием скорости движения пленки и быстрым, сложным параллельным монтажом. В таких жестоких сценах, как расстрел из автоматов преступной парочки, режиссер Артур Пени поднял тему насилия в американском кино на новый уровень. Успех "Бонни и Клайда" подтолкнул и других режиссеров на новый, более раскованный подход в изображении на экране насилия и секса. Он нашел свое выражение в таких картинах, как "Выпускник" (1967) и "Дикая стая" (1969).

Волны протеста

Методы "новой волны" позволили резко усилить воздействие картин с политической подоплекой на зрителей многих стран мира. Особенно это проявилось в Латинской Америке. На коммунистической Кубе национальный институт киноискусства финансировал создание ряда прокоммунистических лент, к примеру остроумной сатиры Гутьерреса Алеа "Смерть бюрократа" (1966), впечатляющего документального фильма Сантьяго Альвареса о Вьетнаме "Ханой, вторник, 13" (1968) и исторической эпопеи Умберто Соласа "Лусия" (1969).

В некоторых странах, например в Аргентине, также существовало кино политического протеста. Во главе этого направления стояла группа "Синема либерасьон". Одной из лучших ее игровых картин стал фильм "Время костров" (1968), который, по расчетам режиссеров Фернандо Соланаса и Октавио Хетино, должен был убедить южноамериканцев в необходимости реформ левого толка на континенте.

Схожие цели ставило перед собой и бразильское новое кино. Его лидер, Глаубер Роша, в таких картинах, как "Антониу дас Мортис" (1969), стремился сочетать левые идеи, легенды и разнообразные кинематографические стили. Он оказал большое влияние на творчество других кинематографистов региона, включая Хорхе Санхинеса из Боливии и Мигеля Литтина из Чили.

В то время как в Латинской Америке коммунизм ассоциировался со свободой, Восточная Европа олицетворяла собою силы угнетения. Кинематографисты по-прежнему должны были придерживаться канонов социалистического реализма

Однако некоторым все же удавалось вырываться за их пределы. Одним из крупнейших советских художников того времени был Сергей Параджанов, который в своих картинах "Тени забытых предков" (1964) и "Цвет граната" (1974) продемонстрировал потрясающее использование параллельного монтажа, цвета, нестандартных перемещений камеры и стилизованной актерской игры. Однако советские цензоры сочли его фильмы политически неблагонадежными, и он был арестован. Андрей Тарковский и Андрей Кончаловский также впали в немилость, но им все же разрешили работать за рубежом.

Некоторые молодые польские режиссеры, как Роман Полански, тоже предпочли уехать за границу, чтобы иметь возможность свободно выражать свои творческие взгляды. А вот Милошу Янчо и Душану Макавееву позволили работать в своем оригинальном стиле на родине, соответственно в Венгрии и Югославии.

Во впечатляющей ленте Глаубера Роши "Антониу дас Мортис" (1969), действие которой происходит в Бразилии 1940-х годов, повествуется о солдате, отказавшемся выполнять приказы и ставшем защитником бедных крестьян. Роша надеялся, что и в 1960-х годах бразильцы найдут в себе силы восстать против военной диктатуры.

В картине Сергея Параджанова "Тени забытых предков" (1964) перед зрителем разворачивается обычная история влюбленных вынужденных расстаться из-за семейной вражды. Однако Параджанов превратил ее в истинный шедевр путем изобретательного движения камеры, цвета, монтажа и музыки.

Новое немецкое кино

После второй мировой войны немецкий кинематограф долгое время находился в тени. Лишь в 1962 году Александр Клуге основал движение "молодое немецкое кино", призванное стимулировать творческий подход к кинорежиссуре. Многие его члены стали видными деятелями нового немецкого кино, возникшего в конце 1960-х годов.

В числе первых немецких режиссеров, чьи картины стали широко известны за пределами страны, были Фолькер Шлендорф и Маргарет фон Тротта. В дальнейшем они совместно работали в жанре политического кино над фильмами вроде "Поруганной чести Катарины Блюм" (1975). Позднее Шлендорф специализировался на экранизации романов наподобие "Жестяного барабана" (1979), а фон Тротта сосредоточилась на проблемах феминизма в таких картинах, как "Немецкие сестры" (1981).

Наиболее разносторонним и противоречивым режиссером тех лет был Райнер Вернер Фасбиндер. В его ранних картинах, таких, как "Почему господин Р. подвержен амоку?" (1970), где тихий человек внезапно убивает свою семью, применялись очень простые изобразительные средства. Однако не прошло и двух лет, как он переключился на зрелищные мелодрамы с использованием ярких, красочных декораций, призванных оттенять пустоту и никчемность жизни богатых людей.

Он также снял несколько картин о проблемах человеческих взаимоотношений, особенно между людьми одного пола или разных рас. К примеру, в фильме "Страх съедает душу" (1974) араб влюбляется в пожилую немецкую женщину. Более поздние его картины, такие, как "Замужество Марии Браун" (1978), посвящены последствиям второй мировой войны для немецкого общества.

С творчеством Фасбиндера резко контрастировали ленты Вернера Херцога с тягучим, размеренным действием. В таких его картинах, как "Агирре - гнев божий" (1972), "Стеклянное сердце" (1977) и "Фицкарральдо" (1982), часто фигурируют персонажи, одержимые какой-либо навязчивой идеей. В них искусно создается атмосфера тревожного ожидания, действие происходит во враждебной человеку среде, наподобие девственных джунглей или бесплодной пустыни.

Персонажи картин Вима Вендерса, напротив, преимущественно заняты поисками смысла жизни. Творчество Вендерса находилось под сильным влиянием Голливуда, и его фильмы имели больший кассовый успех за пределами Германии, нежели работы какого-либо другого немецкого режиссера. К примеру, такие картины, как "Алиса в городах" (1974).

Чешское кинематографическое чудо

С 1947 года власть в Чехословакии принадлежала коммунистам, так что большинство фильмов ЧССР были выдержаны в рамках социалистического реализма. Однако в 1965-1967 годах власти заняли более либеральную позицию по отношению к кино. За этот короткий период режиссеры чешской "новой волны" создали ряд наиболее талантливых картин современности. Фильм Веры Хити-ловой "Маргаритки" (1966) представлял собой едкую сатиру на скуку, царящую в чешском обществе. Сюрреалистичность картины подчеркивалась умелым использованием цветовых оттенков, варьированием скорости движения ленты и метафорическим монтажом.

Милош Форман в своих картинах соединял фарсовую комедию, жесткий реализм и приемы из практики французской "новой волны", чтобы вскрыть пороки коммунистического режима. Примером этому может служить сатирическая лента "Бал пожарных" (1967), где конкурс красоты, проходящий в маленьком городке, превращается в невероятные события. Впоследствии Форман перебрался в Голливуд, где удостоился "Оскаров" за картины "Кто-то пролетел над гнездом кукушки" (1975) и "Амадей" (1983), фильм, посвященный жизни великого австрийского композитора Вольфганга Амадея Моцарта.

Другие картины того периода - "Магазин на площади" (1965) Яна Кадара и Эльмара Клоса и "Поезда под особым наблюдением" (1966) Иржи Менделя - насмехались над темами и сюжетами социалистического реализма. Однако чешская "новая волна" просуществовала не долго, и к концу 1960-х годов восточноевропейские кинематографии вернулись под строгий контроль коммунистической цензуры.

"С течением времени" (1975), следовали традиции популярных американских "фильмов дороги", где герои решали проблемы бытия в ходе длительных странствий. Особым успехом пользовался фильм "Крылья желания" (1987) - кинофантазия о двух ангелах, наблюдающих за Берлином. После этой картины популярность Вендерса резко возросла.

Волны по всему свету

"Новые волны" 1960-х годов продемонстрировали режиссерам и публике, что кино может развлекать, информировать или пропагандировать различные идеи, не прибегая к помощи целостного сюжета. Стало ясно, что фильму вовсе не обязательно завлекать зрителя умными диалогами, отточенной игрой актеров или высококачественными декорациями.

Распространению идей "новой волны" способствовал рост числа так называемых камерных кинотеатров. Это были небольшие кинотеатры, как правило не входящие в крупные сети корпораций. Они предоставляли публике возможность познакомиться с работами независимых и зарубежных кинематографистов. Одновременно такие международные кинофестивали, как Венецианский, Каннский и Берлинский, с их престижными наградами, начали привлекать внимание к достижениям национальных кинематографий всего земного шара.

Кино без границ

Голливуд и европейский кинематограф и по сей день доминируют на мировом кинорынке. Однако начиная с 1970-х годов на авансцену все увереннее выходят многие национальные кинематографии Латинской Америки, Африки, Азии и Австралии.

Игровые ленты, выпускаемые кинопромышленностью этих регионов, лишь недавно стали доступны широкой международной аудитории. Кинофестивали и камерные кинотеатры наряду с телевидением и видео дали возможность познакомиться со всем лучшим, что есть в мировом кино, большому числу зрителей.

Африка наступает

В Африке кинофильмы выпускались еще в конце 1890-х годов. Самая развитая кинопромышленность на континенте была в Египте. В 1920-х годах ее величали "Голливудом на Ниле". Однако европейские державы, контролировавшие большую часть Африканского континента, не стремились поддерживать местные кинематографии, так что большинство фильмов, шедших в африканских кинотеатрах, были завезены из Америки, Франции, Индии и Гонконга.

Даже после того, как африканские страны в 1960-е годы начали обретать независимость, лишь немногие из них могли позволить себе поддерживать национальный кинематограф. Впереди всех вновь оказался Египет. Такие картины, как "Каирский вокзал" (1958) Юсефа Шахина и "Ночь подсчета годов" (1969) Шади Абдель-Салама, удостоились высокой оценки за реалистичное отображение жизни городской и сельской бедноты. Они вдохновили режиссеров со схожими социальными или политическими взглядами в других арабских государствах Северной Африки, таких, как Алжир, Тунис и Марокко.

Большой популярностью у зарубежных кинокритиков и зрителей пользовались фильмы, снятые в государствах к югу от Сахары. Главной движущей силой этого "субсахарского" кино был Сембен Усман из Сенегала. Его короткометражка 1962 года "Человек с тележкой" стала первой из картин, выпущенных в странах Черной Африки. Он разработал собственный стиль с широким использованием натурных съемок и непрофессиональных исполнителей. В таких картинах, как "Чернокожая из..." (1966) и "Ксала" (1974), что означает "проклятие", он осветил различные стороны жизни Сенегала до и после обретения независимости от Франции.

Другой центральной темой творчества Усмана был конфликт между местными традициями и современным обществом. Эта проблема привлекла внимание и многих других кинематографистов Черной Африки. Среди них следует выделить Сулеймана Сиссе из Мали, Меда Хондо из Мавритании, Идриссу Уэдра-ого из Буркино-Фасо и Сафи Фай из Сенегала (первая женщина-режиссер того региона). Их картины приобрели широкую международную известность. Однако не все они пользуются популярностью у себя дома, так как местная публика в большинстве своем отдает предпочтение приключенческим лентам из-за рубежа.

Бросая вызов Голливуду

В 1906 году в Австралии был снят первый в истории полнометражный игровой фильм "Подлинная история банды Келли". Однако спрос на местную кинопродукцию долго оставался на низком уровне, поскольку австралийские кинотеатры были заполнены голливудскими и английскими картинами. С 1932 по 1956 год на всем континенте была только одна киностудия. Но в 1970 году правительство образовало Национальный комитет по кинематографии, чтобы повысить уровень австралийского кино. В последующие 15 лет в Австралии было выпущено около 400 кинофильмов, многие из которых приобрели мировую известность.

Действие лучших лент австралийской "новой волны" отнесено к началу XX столетия, однако исторический фон используется в них лишь как средство для анализа актуальных проблем современности. Среди них можно назвать "Пикник у висячей скалы" (1975) Питера Уэйра, в основу которого легла подлинная история исчезновения нескольких школьниц, и "Моя блестящая карьера" (1978) Джиллиана Армстронга. Успех этих картин, а также таких фильмов, как "Безумный Макс" (1979) и "Крокодил Данди" (1986), привел к массовому оттоку лучших режиссеров и актеров в Голливуд.

Но и сегодня в Австралии снимаются увлекательные и своеобразные картины, например "Только в танцевальном зале" (1992). Новозеландский кинематограф тоже процветает благодаря работам Винсента Уорда, Питера Джэксона и Джейн Кэмпион, чья историческая драма "Пианино" (1993) с триумфом прошла по экранам всего мира.

Канадский кинематограф также понес большой урон от переезда в Голливуд многих режиссеров и исполнителей. В итоге англоязычная кинопромышленность Канады не может похвастаться особыми достижениями, если не считать фильмов ужасов Дейвида Кроненберга и сатирических комедий Этома Эгояна. Франко-канадский кинематограф, напротив, продолжает укреплять свою репутацию, завоеванную такими картинами, как "Мой дядя Антуан" (1971) Клода Жютра. Всеобщее внимание привлекли фильмы Дениса Аркана, посвященные проблемам современной жизни, в том числе "Иисус из Монреаля" (1979).

Взгляд из Азии

Крупнейшей в мире кинопромышленностью располагает Индия. Она выпускает ежегодно свыше 900 игровых лент, в то время как Голливуд - в среднем около 270. Такие режиссеры, как Шьям Бе-негал и Мринал Сен, сняли ряд картин социального звучания, с успехом демонстрировавшихся на различных кинофестивалях начиная с середины 1970-х годов. Однако индийская публика по-прежнему предпочитает традиционные музыкальные "масала", выпускаемые киностудиями Бомбея, которые в своей совокупности известны как "Болливуд".

Индийские фильмы пользуются популярностью и в Юго-Восточной Азии. Однако в последние годы там получили развитие собственные национальные кинематографии, некоторые из них входят ныне в число самых популярных и плодовитых в мире. Гонконг специализируется на остросюжетных боевиках, посвященных боевым искусствам Востока. Картины с участием Брюса Ли и Кинга Ху привели к повальному увлечению кунфу во всем мире. Такие фильмы, как "Прожженный" (1991) Джона By, придали этому боевому виду искусства еще большую крутизну. Кроме того, они превратили Джекки Чана, Чоу Юнь Фэта и Мэгги Чунг в настоящих суперзвезд, способных соперничать в популярности с любым ведущим атером Голливуда.

Впрочем, не все фильмы Азии носят откровенно развлекательный характер. Гонконгские и тайваньские режиссеры сняли немало лент и остросоциальной направленности. Среди лучших можно выделить семейную драму Ху Хсаосьена "Город печали" (1990) и трагикомедию Энга Ли "Еда, питье, мужчина, женщина" (1994).

В начале 1980-х годов состоялось как бы второе рождение китайского кино, очнувшегося после долгих лет жесткой политической цензуры. Наиболее влиятельными кинематографистами этого времени были Чжан Имоу и Чэнь Кайге, обучавшиеся в Пекинском институте кинематографии. Рассказывая о мрачном коммунистическом прошлом Китая, они смело экспериментировали с цветом, натурными съемками, применяя оригинальное изобразительное решение. Они не побоялись бросить вызов устоявшимся социальным и культурным традициям. Имоу показал положение женщин в обществе, где доминируют мужчины.

Европейское кинематографическое сообщество

С 1970 года европейский кинематограф подарил миру много достойных внимания картин и режиссеров. Все более распространенным становится совместное производство, когда средства и актеров для фильма представляет не одна страна, а две или несколько. Некоторые из ранних попыток такого рода были не слишком обнадеживающими. На них ополчились критики, а публика не баловала своим вниманием. Однако такие картины, как Кинотеатр "Парадизо" Джузеппе Торнаторе (Италия/Франция) и трилогия Кшиштофа Кислевского "Три цвета: синий, белый, красный" (Франция/Швейцария/Польша), удостоенные многих призов, доказали плодотворность подобного сотрудничества.

И все же забота о процветании национальной кинопромышленности остается в Европе главным вопросом. Французские и итальянские картины по-прежнему пользуются большой популярностью во всем мире. Но даже в этих странах за последнее время очень мало появилось работ, которые могли бы соперничать с достижениями "новой волны" 1960-х годов. Кинематографисты Дании и Швеции также пребывают в тени прошлого. Другие европейские страны выпускают гораздо меньше фильмов, однако их голоса все громче звучат на мировой сцене.

Кинематографы Восточной Европы находятся на перепутье. После второй мировой воины они получили мощную поддержку государства, которое также защищало их от конкуренции со стороны Голливуда.

Кризис английского кино

Большую часть своей истории английский кинематограф пребывал в тени Голливуда. Поэтому, несмотря на то что он дал миру множество мастеров и прекрасных картин, постоянно казалось, будто он находится в глубоком кризисе. И все же благодаря усилиям таких кинокомпаний, как "Голдкрест", "Хэндмейд филмз" и "Пэлэс пикчерс", а также телевизионных станций "Канал 4" и "Би-би-си"-2, британская кинопромышленность сегодня во многих отношениях чувствует себя лучше, чем в предыдущие десятилетия.

Английские картины завоевали множество "Оскаров". Среди них были красочные исторические ленты типа "Ганди" (1982) Ричарда Аттенборо и такие "костюмные" драмы-экранизации, как "Хауардс-Энд" (1992) Мерчента и Айвори. Другие фильмы отражали жизнь современной Великобритании ? "Моя прекрасная прачка" (1985), "Шумная игра" (1992) и "Четыре свадьбы и одни похороны", картина, ставшая в 1994 году самой кассовой английской лентой всех времен.

Неоднократно удостаивались "Оскаров" и английские актеры. Майкл Кейн, Шон Коннери, Бен Кингсли, Дэниэл Дэй-Льюис, Джереми Айронз, Энтони Хопкинс и Эмма Томпсон - все они в последние годы получали премии за актерское мастерство. Английские режиссеры Алан Паркер, Николас Рей, Адриан Лайн, братья Ридли и Тони Скотт также сделали себе имя в Голливуде.

Не меньшим успехом пользовались и ленты социальной направленности, а также те, что отличались своеобразием художественного стиля. Наград удостаивались режиссеры Дерек Джармен, Питер Гринуэй, Майк Ли и Кен Лоуч. Больше картин чем когда-либо производится в Шотландии, Уэльсе и Ирландии. А английские мастера спецэффектов считаются одними из лучших в мире.

И все же будущее британского кинематографа выглядело бы более светлым, если бы он наконец отказался от навязчивой идеи конкурировать с Америкой.

Тем не менее кино сыграло важную роль в общественной жизни этих стран в условиях кризиса идей коммунизма конца 1980-х годов. Картины Кшиштофа Занусси, Агнешки Холланд и Анджея Вайды оказали существенную поддержку профсоюзу "Солидарность" во время волнений в Польше в 1980? 1981 годах. Со времени краха коммунистической системы в конце 1980-х годов реорганизованная кинопромышленность Восточной Европы испытывает острую нехватку средств.

Преодолевая языковой барьер

Продукция, выпускаемая мировой кинопромышленностью, сегодня имеет более обширную аудиторию, чем когда-либо прежде. Все большее количество картин, снятых в разных странах, распространяется на видеокассетах и демонстрируется по телевидению.

К сожалению, многие американцы еще не изжили своего предубеждения против фильмов, которые были либо дублированы, либо снабжены субтитрами на английском языке. Они склонны рассматривать их как своего рода "чистое" искусство, не способное обеспечить столь же высококачественное зрелище, как дорогостоящие голливудские ленты. В результате они лишают себя возможности увидеть по-настоящему значительные картины. Между тем картины, снятые в таких разных местах, как Голливуд и Гонконг, "Болливуд" и Буркина-Фасо, имеют много общего в тематике и сюжетных линиях. Фильмы, снятые на иностранном языке, лишь требуют чуть большей сосредоточенности, но очень часто это окупается сторицей.

Супербоевики и 'блокбастеры'

С 1970-х годов господствующее положение в Голливуде заняло новое поколение кинематографистов, прозванное "киноотпрысками". Их дорогостоящие "блокбастеры" рассчитаны в первую очередь на молодежную аудиторию. Такие остросюжетные развлекаловки выпускаются ныне повсеместно, их выходу на экраны предшествуют шумные рекламные кампании, призванные обеспечить им кассовый успех.

Наибольшую известность среди режиссеров нового поколения приобрели Фрэнсис Форд Коппола, Джордж Лукас, Мартин Скорсезе и Стивен Спилберг. Их прозвали "киноотпрысками", поскольку они получили специальное кинематографическое образование и приобретенные знания об истории кино оказали сильное воздействие на их режиссерский почерк. Картины Копполы "Крестный отец" (1972) и Спилберга "Челюсти" (1975) открыли новую эру "блокбастеров".

В стиле комиксов

Среди фильмов такого рода, пользовавшихся наибольшим успехом у публики, можно выделить сериал "Звездные войны" Лукаса и трилогию Спилберга об Индиане Джонсе. Эти приключенческие ленты стали известны как супербоевики. И все же, несмотря на потрясающие спецэффекты, многие из подобных картин представляли собой всего лишь переработанные версии популярных сериалов и комиксов 1930-1940-х годов. Они редко заставляли зрителя шевелить мозгами, и ему оставалось только наблюдать, как шаблонные персонажи переносятся из одной эффектной сцены в другую. Даже сам Спилберг пренебрежительно отзывался о качестве такого кино.

Огромной популярностью пользовались многие научно-фантастические ленты, в том числе картина "Инопланетянин" (1982), удерживавшая первенство по кассовым сборам вплоть до выхода на экраны спилбергского же "блокбастера" о динозаврах "Парк юрского периода" в 1993 году. Эти фильмы приносили еще больший доход, когда распространялись собой Э1 фанизацию одноименного бестселлера на видеокассетах.

Новая режиссура

Сегодняшние голливудские режиссеры гораздо лучше известны любителям кино, чем их предшественники. На счету таких мастеров, как Оливер Стоун, Джонатан Демм, Джон Хьюз, Айвэн Рейтман и Роберт Земекис, немало популярных картин.

Однако всем им еще только предстоит достичь звездного статуса Стивена Спилберга.

Того, в свою очередь, сменил в роли вундеркинда американского кино Квентин Тарантино. Его криминальные триллеры "Бешеные псы" (1992) и "Криминальное чтиво" (1994) произвели настоящий фурор как невероятной жестокостью многих сцен, так и блестящими диалогами.

Некоторые незаурядные картины последних лет были созданы независимыми режиссерами, предпочитающими работать вне Голливуда.

Наиболее известными из них являются Вуди Аллен, Мартин Скорсезе, Джон Кассаветес, Джим Джармуш, Джон Сейлс и братья Коэн.

Суперзвезды

Стоимость производства кинокартин продолжает расти. Фильм Джеймса Камерона "Правдивая ложь" (1994) обошелся примерно в 100 миллионов долларов и рекламировался как самый дорогостоящий за всю историю кино.

Продюсеры готовы платить звездам огромные деньги, лишь бы увеличить шансы картины на успешный прокат.

К началу 1990-х годов Арнольд Шварценеггер зарабатывал по 15 миллионов долларов за картину, и даже 12-летний Маколей Калкин получил за фильм "Один дома"-2 - "Потерявшийся в Нью-Йорке" (1992) свыше 5 миллионов долларов.

Приключенческие ленты, как правило, выдвигают на первый план мужчин-актеров.

Они проложили дорогу к славе таким исполнителям крутых ролей, как Клинт Иствуд, Арнольд Шварценеггер, Сильвестр Сталлоне, Гаррисон Форд и Мел Гибсон.

Приобрели известность и многие характерные актеры, в том числе Роберт Де Ниро, Аль Пачино, Майкл Дуглас, Джек Николсон, Том Хэнке, Кевин Костнер и Том Круз.

Из актрис сопоставимыми гонорарами могут похвастаться лишь Джулия Роберте, Шарон Стоун и Деми Мур.

Однако Голливуд располагает и множеством других прекрасных актрис, включая Джуди Фостер, Мишель Пфайффер, Мерил Стрип, Джессику Ланж, Уинону Райдер, Джину Дейвис и Сьюзен Сарандон.

Второй 'золотой век'

К середине 1970-х годов в Америке сложилась крайне угнетенная атмосфера, вызванная поражением во вьетнамской войне и отставкой президента Никсона после уотергейтского скандала. Мрачные настроения американцев нашли свое отражение в ряде впечатляющих фильмов. Такие картины, как "Разговор" (1974) Фрэнсиса Форда Копполы, "Китайский квартал" (1974) Романа Полански, "Кто-то пролетел над гнездом кукушки" (1975) Милоша Формана и "Таксист" (1976) Скорсезе, явились составной частью второго "золотого века" в истории Голливуда.

Ведущей фигурой этого периода был режиссер Роберт Олтмен. Он заново переосмыслил некоторые традиционные жанры, в том числе военный - "M.A.S.H." ("Передвижной военно-хирургический госпиталь", 1970), вестерн ("Мак-Кейб и миссис Миллер", 1971), детективный триллер ("Долгое прощание", 1973) и мюзикл ("Нэшвилл", 1975), разрушая блистательный образ Америки, обычно создаваемый Голливудом. Он даже позволил себе насмехаться над самим кинобизнесом в картине "Игрок" (1992).

'Старое доброе кино'

Главная задача Голливуда 1990-х годов состоит в том, чтобы, одновременно удовлетворяя запросы юной аудитории, не разочаровывать взрослых зрителей, переросших супербоевики и прочую развле-каловку.

В поисках решения руководство киностудий обратилось к традиционным сюжетным линиям голливудских жанров.

Столкнувшись с многочисленными жалобами на перенасыщенность фильмов насилием и сексом, продюсеры стали уделять больше внимания "старому доброму кино".

Такие картины, как "Красотка" (1990) и "Неспящие в Сиэтле" (1993), ознаменовали собой возвращение к романтической комедии "золотого века" Голливуда. Точно так же фильмы "Дорогая, я не хотел детей" (1989), "Скрытый сад" и "Миссис Даутфайр" (1993) говорят о тенденции роста популярности семейного кино.

Режиссеры

ЖЕНЩИНЫ-РЕЖИССЕРЫ

Сьюзен Сейделман, "В отчаянии ищу Сьюзен" (1985)

Пенни Маршалл, "Большой" (1988) Эми Хекерлинг, "Посмотри, кто говорит" (1990)

Кэтрин Бигелоу, "Брэйкпойнт" (1991) Марта Кулидж "Вьющаяся роза" (1991) Барбра Стрейзанд, "Повелитель волн" (1991)

Пенелопа Сфирис, "Мир Уэйна" (1992)

Нора Эфрон, "Неспящие в Сиэтле" (1993)

НЕЗАВИСИМЫЕ РЕЖИССЕРЫ

Джон Кассаветес, "Женщина под воздействием"(1974) Джим Джармаш, "По закону" (1986) Джон Сейлс, "Город надежды" (1991) Джоэл и Этан Коэн, "Восставшая Аризона" (1987), "Бартон Финк" (1991), "Поверенный Хадсакера" (1994) Хал Хартли, "Простые люди" (1992) Джон Дал, "Последний соблазн" (1994) "Терминатор"-2 - "Судный день" (1991).

Афро-американское кино

Невзирая на бурю протестов, вызванную картиной "Рождение нации" еще в 1915 году, Голливуд в последующие 50 лет не внес практически никаких изменений в свою политику по отношению к черным актерам, по-прежнему отводя им роли рабов, слуг и преступников. Однако в 1960-е годы движение за гражданские права черных американцев, возглавлявшееся такими разными людьми, как Мартин Лютер Кинг и Малколм Экс, вынудило белую Америку пересмотреть свои взгляды на расовую проблему. В 1967 году Голливуд отреагировал на это картинами "В разгар ночи" и "Угадай, кто придет к обеду" (в главных ролях снялся темнокожий актер Сидни Пуатье), в которых различные белые персонажи осознают ошибочность расовых предрассудков. И все же, несмотря на успех Пуатье, афро-американские актеры по сей день с трудом вписываются в магистральное направление американского кино. Наиболее известными чернокожими актерами являются Эдди Мерфи, Дензел Уошингтон, Вупи Голдберги Уэсли Снайпс. Афро-американские режиссеры стали играть заметную роль в американском кинематографе после выхода на экран картины Мелвина Ван Пиблса "Мелодичная песня Баадассссс" (1971). Однако наиболее важным событием в афро-американском кино стал дебют Спайка Ли в 1986 году в картине "Она получит свое". За этой комедией он снял фильм "Поступить правильно" (1989), весьма противоречивую ленту, где делалась попытка анализа расовых проблем современного города. Она стала первой картиной, в которой подростковые проблемы сегодняшней Америки освещались с точки зрения черных американцев. Творчество Ли вдохновило многих молодых темнокожих кинематографистов, включая Джона Синглтона, Эрнеста Р. Диккерсона и Джулию Дэш.

В некоторых "блокбастерах", таких, как "Терминатор"-2 - "Судный день" (1991) и "Судья Дредд" (1995), упор все еще делается на спецэффекты. Однако в других картинах средства в основном тратятся на роскошные костюмы и декорации, как, например, в историко-авантюрных лентах "Робин Гуд ? король разбойников" (1991) и "Отважное сердце" (1995). В последнее время в моду вошли и такие экранизации, как "Возраст невинности" (1993) и "Интервью с вампиром" (1994).

В поисках формулы кассового успеха Голливуд предпочитает действовать наверняка, выпуская продолжения популярных фильмов, таких, как "Бэтмен" и "Смертельное оружие". Кроме того, больше внимания, чем когда-либо, уделяется блистательному прошлому Голливуда. Переснимаются такие старые хиты, как "Мыс страха" и "Чудо на 34-й улице". Многие другие картины, вроде "Троих мужчин с младенцем" (1987) и "Соммерсби" (1993), являются римейками широко известных иностранных лент. Среди растущего числа фильмов, навеянных телевизионными сериалами, можно выделить картины "Беглец" (1993) и "Семейка Флинтстоунов" (1994).

Впрочем, большие затраты на производство картины вовсе не гарантируют ее успех у зрителей. Ежегодно внимание публики привлекает ряд не столь широко разрекламированных лент. Среди таких нашумевших "темных лошадок" 1990-х годов выделяются картины "Призрак", "Как сестры" и "Скорость".

Виды на будущее

На всем протяжении первого столетия своего существования кинематограф, как правило, умело использовал новейшие достижения науки и техники. Звук, цвет, широкий экран стали неотъемлемой частью современного кино, пусть и после длительных периодов проб и ошибок. Возможно, настанет день, когда то же самое можно будет сказать и о взаимодействующих системах объемного видения, таких, как "Си-Ди-ай" и "виртуальная реальность".

Благодаря цифровому видео в наши дни стало возможным записывать видеоинформацию на компакт-диски. Когда такой диск вставляется в систему "CD-Rom", зритель получает возможность либо наблюдать за разворачивающимся действием в его неизменном виде, либо активно вмешиваться в него. При помощи обычного джойстика он может воздействовать на сюжет фильма и на его финал. Вскоре компьютерная техника позволит зрителям не только изменять сюжетную линию таких всемирно известных картин, как "Унесенные ветром" и "В поисках затерянного ковчега", но и самим принимать в них участие. Возможно даже, что голография и "виртуальная реальность" найдут применение в самом процессе создания кинофильмов.

Пока же зрительская аудитория становится свидетелем все более впечатляющих методов проецирования изображения на экран. Скажем, система "Имэкс" способна выдавать изображение троекратно больших размеров, чем стандартное широкоэкранное. Так называемый "Омнимэкс" при помощи специальных объективов проецирует эффективное 180-градусное изображение на куполообразные экраны над головами зрителей. Правда, подобные дорогостоящие системы применяются лишь в нескольких специально оборудованных кинотеатрах. Научные открытия в скором времени могут привести к тому, что сам кинопроектор окажется ненужным. Такие электронные процессы, как высокоразрешающее видео (ВРВ), позволят демонстрировать фильмы прямо по оптоволоконному кабелю либо проецировать их на экран через спутник.

Итак, после столетнего господства кинопроектора нас, возможно, ожидает столь же длительная эпоха электронного кино. Что бы ни случилось в будущем, "живые картинки" в любом случае останутся излюбленным зрелищем, продолжая волновать, развлекать и восхищать публику всех возрастов и пристрастий.

"Крылатые фразы" приходят из кино

И стар и млад великолепно помнят "крылатые фразы" из старых фильмов, - они благополучно дожили до наших дней. Давайте вместе совершим путешествие по нашему любимому культовому кино, а заодно вспомним, что кино всегда было зеркалом эпохи, историей страны.

Сергей Эзенштейн однажды сказал: "Мы думали, что делаем новую жизнь и кинематографию, но это она, жизнь, делала нас". Одна из характерных черт жизни 30-х годов - короткие и энергичные лозунги и запоминающиеся фразы, которые звучали на всех митингах, агитировали с плакатов и растяжек на улице. Принцип кино - достичь большого малого, и герои первого звукового кино тоже говорили яркими, запоминающимися фразами, и эти крылатые слова тут же входили в обиходную речь, начинали звучать со сцен рабочих клубов. (Фильм "Чапаев").

К середине 30-х годов гражданская война уже казалась далеким и вполне романтическим прошлым и перед советской Россией встали совершенно новые задачи, которые потребовали невиданного напряжения сил - механизация, коллективизация, электрофикация, подъем промышленности, - вот чем жила страна. "Догнать и перегнать Америку" - этот лозунг уже тогда не казался совершенно невероятным и в фильме "Веселые ребята", в этом документе 1934 года, уже есть это ощущение великой победы как грандиозного прорыва куда-то в светлое будущее. "Мы будем петь и смеяться, как дети, среди упорной борьбы и труда". Зрители сразу же полюбили этот фильм, фильм-сказку, фильм-мечту, ведь эта радостная и оптимистическая история с точностью до наоборот показывала на экране реальную жизнь этих самых зрителей. Нам сегодня, благодаря этой ленте, хотя бы отчасти становится понятен энтузиазм, надежды и стремление комсомольского племени тех лет.

Фильм "Веселые ребята" прогремел не только в СССР. Картина была отмечена на Венецианской киновыставке и получила хорошие отзывы в американской прессе. Сам великий Чаплин, занятый на съемках своего фильма "Новые времена", увидев ленту, писал: "Александров открыл для Америки новую Россию. До "Веселых ребят" мы знали Россию Достоевского, теперь мы увидели большие сдвиги в психологии людей. Это агитирует больше, чем доказательства стрельбой и речами".

Появление в начале 30-х годов звукового кино ознаменовало новый этап взаимоотношения кинематографа и советской словесности и событие это символически совпало с выходом в свет шедевров Ильфа и Петрова "12 стульев" и "Золотой теленок", а когда потом, уже много позже, появились экранизации этих незабываемых произведений, многие граждане, несмотря на повальную грамотность в нашей стране, словно впервые узнали о существовании сына турецкоподданного Остапа Бендера. Это были, наверное, последние произведения, которые со времен Грибоедова и Крылова полностью разошлись на цитаты. Рассказ о приключениях героев Ильфа и Петрова может дать представление о нашей стране начала 30-х годов пожалуй не хуже, чем специальные исторические труды. Гигантские стройки века - праздник для трудящихся - рисуют реальную картину того времени, и Остап, к своему сожалению, чужой на этом празднике жизни. Помните? "Настоящая жизнь пролетела мимо, победно трубя и сверкая лаковыми крыльями. Вам не завидно, Балаганов? Мне завидно".

Сельские ярмарки и городские парки культуры - вот главная радость для семьи строителей нового общества в редкие выходные. Ну и, конечно, кино. И в конце 30-х годов кинематограф получил заказ на необычную ленту - нужна была музыкальная комедия. И такая лента появилась. Сюжет, казалось бы, - ничего особенного, а вот фильм получился отменный, и благодарный зритель тут же заговорил языком его героев. ("Волга-Волга")

"Жить стало лучше, жить стало веселей", - объявил Сталин в конце 30-х годов. Этот лозунг немедленно был подхвачен советским партийным кинематографом. "Раньше в песнях тоска наша пела, а теперь наша радость поет". С таким же энтузиазмом, как на строительстве платин и заводов, советский народ начал радоваться жизни. Судя по кинодокументам. Кадры из игровых фильмов того времени порой трудно отличить от кинохроники. Может быть потому, что фильмы и праздничные торжества режиссировали одни и те же люди? "Я другой такой страны не знаю, где так вольно дышит человек...".

Выходили новые ленты и вместе с ними в нашем языке появлялись новые крылатые фразы. Около 20 лет разделяют две самые знаменитые и любимые советские музыкальные комедии "Волга-Волга" и "Карнавальная ночь". Они отражают два разных этапа развития советского кино: картина Александрова (30-е годы) - это настоящий классический соцреализм, а "Карнавальная ночь" (50-е) - это уже мгновение оттепели. Эта первая комедия Эльдара Рязанова радует зрителей вот уже полвека. До появления "Иронии судьбы" именно "Карнавальная ночь" олицетворяла для всей страны празднование Нового года.

Времена менялись. В стране, в которой наконец-то "опустили поводья", уже обещают в недалеком будущем победу коммунизма. И действительно, казалось, что еще немного, и гарантии нового вождя, Никиты Сергеевича Хрущева, будут выполнены. И 60-е - это самый расцвет нашего кинематографа. В те годы появились блестящие комедии Рязанова и Гайдая, вся страна в одно мгновение заговорила языком этих картин - "Кавказская пленница", "Берегись автомобиля", "Операция "Ы", Или новые приключения Шурика"... Вроде бы отрицательные персонажи, но какие колоритные, какие узнаваемые, какие живые!

Проходят годы, снова меняется руководство страны, дождем сыплются награды за успехи, достигнутые в области развития народного хозяйства, но, странным образом, изобилие и всеобщее прцветание опять отодвигается куда-то вдаль, а жить лучше хочется уже сегодня. Хочется лучше кушать, обитать в отдельных квартирах, иметь автомобиль... Странное дело, наши официальные праздники и парады становятся все пышнее и пампезнее, а полки в магазинах - пустеют. Анекдотическая ситуация, способствующая расцвету народного жанра - анекдота, в том числе и в кино.

А потом наступило застойное безвремение, жизнь резко разделилась на две части: первая была официальная, с привычным враньем телевидения и прессы, со скукой партсобраний, с демонстрациями; а вторая - обычная, реальная, с давкой в очередях за водкой и колбасой, с необходимостью не покупать, а доставать все, от джинсов до автомобилей. В этой серой жизни все меньше появлялось героев, которым хотелось бы подражать, которых хотелось бы цитировать. И вот, на этом сером, будничном фоне, появляется фильм "Белое солнце пустыни". По нему можно предсказать все, что произойдет потом. В этом фильме видно все: и то, что "за державу обидно", и хочется что-то сделать, и какое-то отчаяние и ярость. Вроде бы кинокомедия, а грустный получился фильм. Ни одна картина не разошлась на такое количество цитат. Естественно, все их мы помним и сегодня.

У Евгения Евтушенко есть такое стихотверение: "Интеллигенция поет блатные песни". Поставщиком таких песен была не только зона, но, конечно, и кино. Самый яркий из таких фильмов, весьма обогативший наш словарный запас - "Джентльмены удачи". А появление замечательной ленты "Мимино" привело к тому, что огромная часть населения единой многонациональной державы вдруг заговорило с восточным акцентом, подражая героям Фрунзика Мктрчана и Вахтанга Кикабидзе.

К концу 80-х годов культовые картины, в которые могла бы влюбиться вся страна, выходили все реже и реже. Может быть, само кино стало задыхаться в атмосфере застоя? А потом грянула перестройка, и... началось. Страну захлестнул буквально шквал ранее запретной информации, в том числе и зарубежной. Рухнул "железный занавес", а вместе с ним и наш прокат. Появилось много плохого американского кино, расцвело махровым цветом видеопиратство. На лучшие американские картины, к сожалению, денег не было и в этой обстановке отечественное кино стало постепенно угасать. Наступила эра кооперативного кино. А те бюджетные ленты, которые, как блины, выпекались одна за другой, ни в какое сравнение не шли с прежним нашим кинематографом. Кинозалы в одночасье опустели, иссяк и поток экранных "фенечек", которые целых 60 лет пополняли нашу лексику. Но свято место пусто не бывает и эту нишу стала постепенно заполнять телереклама. Она - такой же признак того времени, как и появившиеся оптовые рынки, нищие на улицах, "сникерсы" и "тампаксы" в ларьках. И осталось грустным символом всего кинематографа начала 90-х годов название самого знаменитого документального фильма Станислава Говорухина "Так жить нельзя".

В 1996 году, вопреки всем прогнозам, наконец-то появился фильм, которому завоевать сердца зрителей не помешал ни развал страны, ни распад проката. Количество цитат из этого фильма, пожалуй, напомнило о "Белом солнце пустыни". С тех времен не было в нашем кинематографе такой картины, которая так бы разошлась на цитаты. Их повторяли и простые работяги, и старые интеллигенты, и "новые русские", и даже депутаты Госдумы. Режиссер Александр Рогожкин все-таки сумел найти тему, объединившую зрителей независимо от места жительства, социального статуса, возраста, и даже пола. Его фильмы "Особенности национальной охоты", "Особенности национальной рыбалки" по рейтингу в СНГ, пожалуй, в состоянии задвинуть даже "Титаник". Что ж, выходит, рано еще хоронить отечественный кинематограф?

Конец эпохи "немого кино"

К 1929 году "немое кино" достигло своего апогея - оно стало международным языком. Если фильм снимали, к примеру, в Германии, то его могли понять, почувствовать и пережить в Америке, в Англии, в Италии, во Франции. Но появление телефона требовало, чтобы кино "заговорило". Неужели "говорящие фильмы" уничтожат международный язык? Неужели они сметут все, чему научился кинематограф в эпоху "немого кино"? Это произошло не сразу. Какое-то время "немые фильмы" существовали параллельно с "говорящими".

Двумя годами раньше, с выходом на экраны "Певца джаза" (1927), в Америку пришло звуковое кино. В Европе фильм первоначально был показан в немой версии, чтобы его озвучить была использована система Vitapfone - звук на отдельной пластинке был синхронизирован с изображением. Джордж Пирсон, режиссер, смотрел "Певца джаза" в Лондоне: "Я сидел рядом с женой и я сказал ей: "Дорогая, ты знаешь, мы присутствуем при кончине немого кино"."

Но "немые фильмы" никогда не были немыми - их показ всегда сопровождался живой музыкой, иногда в исполнении полных оркестров. Что произошло, когда музыке пришлось остановиться? Тысячи музыкантов оказались без работы. Питер Хопкинсон, ассистент оператора: "Возле вокзала играл на скрипке приличного вида господин в хорошем, но поношеном костюме. На мостовой возле его ног лежала шляпа, в которую прохожие бросали монеты. На его груди висела табличка с надписью "Разорен говорящими фильмами"." Музыканты были первыми жертвами звукового кино.

Выход на экраны Лондона "Певца джаза" вынудил крупные кинокомпании пойти на эксперимент. На студии "BIP" снимался фильм "Китти" (1929) с Джоном Стюартом и Эстер Броуди в главных ролях. Он вышел в прокат как немой фильм, но было принято решение переснять последнюю часть со звуком. В 1928 году на этой студии не было звукозаписывающего оборудования и режиссер с актерами отправился в Нью-Йорк... На зрителей это произвело ошеломляющее впечатление. Они смотрели совершенно немой фильм с титрами, и вдруг с экрана раздались голоса. Все были поражены, весь зал был потрясен. Эксперимент имел такой успех, что компания решила приобрести американскую аппаратуру для записи звука на пленку. Сарай для хранения реквизита переоборудовали под кустарную звуковую студию. Звуковые эпизоды снимал Фрэдди Янг, впоследствии ставший самым известным английским кинооператором.

Вторыми жертвами звукового кино стали актеры, прекрасные актеры, не имевшие хорошо поставленного голоса или говорившие с акцентом. Лилиан Хилл-Дэвис была великой актрисой немого кино, когда она потеряла работу, то покончила с собой, перерезав себе горло. Во Франции жертвами звука стали, в основном, русские эмигранты. Шахатунин почти не говорил по-французски и ему пришлось стать гримером. Иван Мажухин утратил свою огромную популярность, но продолжал сниматься на вторых ролях не смотря на сильный акцент. Даже многие французские актеры уже не могли сниматься в определенных ролях, потому что у них не было "настоящего парижского произношения". В немом же кино все они были "звездами" - их никто не слышал.

Самым масштабным из ранних европейских звуковых фильмов был "Атлантик" (1929), поставленный немцем Эвальдом Дюпоном, и был основан на гибели "Титаника". В Берлине его считали первой стопроцентно немецкой звуковой картиной. Но на самом деле он был снят на студии "BIP". Американцы надеялись с помощью звукового кино сделать английский язык международным, но эта идея вызвала негодование европейцев. "Атлантик" был первым фильмом, снятым в трех языковых версиях. Работать с Дюпоном был приглашен лучший американский кинооператор, выходец из Англии, Чарльз Рошер. Немецкая и английская версии сильно отличались по уровню режиссуры. Работая с английским языком Дюпон чувствовал себя менее уверенно. Немцы предпочитали более медленный ритм. Дюпон делал все по-немецки тяжеловесным, все было чуть-чуть замедленным, но актеры доверяли ему и немецкая техника киносъемок стала служить примером для всего мира. Фильм "Атлантик" привлек огромное количество зрителей, и в Лондоне он показывался в двух языковых версиях, в немецкой и в английской.

В немецкое кино начали возвращаться те, кто в эпоху немого фильма уехал в Америку. Эмилю Янингсу, завоевавшему в Голливуде "Оскар", пришлось вернуться в Германию из-за того, что он недостаточно хорошо говорил по-английски. По иронии судьбы, его пригласили в фильм "Голубой ангел" (1930) на роль учителя английского языка. Для съемок этого фильма Янингс порекомендовал голливудского режиссера Джозефа фон Штернберга, котрый снял пробы многих актрис, прежде чем остановился на Марлен Дитрих. Она, кстати, всегда утверждала, что это был ее первый фильм, но на самом деле уже снялась в семнадцати немых картинах. Немецкая и английская версии "Голубого ангела" имели такой успех, что компания "Уфа" впервые, после длительного периода, получила прибыль.

Немецкая актриса Лени Рифеншталь была теперь, с приходом звука, знаменитой кинозвездой и хотела сама поставить фильм по горной легенде. Продюссеры отговаривали ее: "Лени, забудь об этом, из этого ничего не выйдет. Чтобы снять фильм так, как ты хочешь, нужно много денег". Лени хотела снимать фильм на натуре, но получить стилизованный результат. Ей сказали, что этого можно добиться только в студии за большие деньги. Но Лени нашла выход из сложившейся ситуации. Она думала несколько дней и вдруг ей пришло в голову простое решение: она покрыла скалы искусственным туманом, и когда через него проходил свет, он казался нереальным, как и должно было быть по сценарию. В итоге были найдены ответы на все вопросы и Лени смогла добиться в своей картине ощущения сказки. Премьера состоялась в кинотеатре "Уфа Палас". Фильм стал сенсацией. Самая влиятельная киногазета "Фильи-критик" писала: "Рядом с этой картиной меркнут все фильмы Голливуда".

Все фильмы в Европе старались снимать на трех языках, чтобы конкурировать с Голливудом. Такие фильмы были нужны, потому что после краха Уолл-стрита по Европе распространялся экономический кризис. Эпоха немого кино завершилась. Снимать фильмы, на которые не пойдет зритель - это преднамеренное банкротство. Кинематограф вступил в новую эпоху, Эпоху звукового кино.

Чарли Чаплин и его женщины

Однажды в Америке цыганка нагадала ему, что он прославится, будет богат, женится три раза и родит троих детей. Внимательно рассматривая линии его руки, она добавила, что два брака будут неудачны, а третий - счастливый и что суждено ему прожить долгую жизнь и умереть в возрасте 82 лет.

Прошли годы... Чарльз Спенсер Чаплин разбогател, стал сэром и одним из самых знаменитых артистов ХХ века. Правда, женат он был четыре раза и детей у него было на пять больше, чем предсказала цыганка. А из жизни он все-таки ушел действительно в 82 года...

САМЫЙ КОРОТКИЙ РОМАН

Первая любовь необязательно заканчивается браком, но запоминается на всю жизнь...

В тот вечер, когда его театральная труппа выступала в "Стритхем-эмпайр", Лондон изнывал от немыслимой жары. Молодой актер, наслаждаясь прохладой, царившей за кулисами, стоял, небрежно прислонясь к стене, и, равнодушный ко всему на свете, с тоской наблюдал за стайкой молоденьких танцовщиц. Вдруг одна из них споткнулась, все засмеялись и бросились ей помогать. Самая проворная из подружек оглянулась, нечаянно встретилась с ним взглядом и улыбнулась. Это было началом его самого первого и самого короткого любовного романа.

Юную балерину звали Хетти Келли, она танцевала в ансамбле Берта Кутса "Янки Диддс герлс". У нее было изящное личико, огромные карие глаза, лучившиеся лукавством, чуть припухлые, совсем еще детские губки. Чарли был худ, строен и невысок. В наследство от бабушки, наполовину цыганки, ему достались красивые серо-голубые глаза и иссиня-черные курчавые волосы. Он был очарован этой девочкой и потерял голову. Чарли провожал ее в школу, где она училась, и в студию, где она брала уроки танцев. Он рассказывал ей смешные истории, а затем признался в любви. Молодой человек спешил, он всегда спешил, когда влюблялся, и был быстр, горяч и настойчив... Келли испугалась, и они расстались. Роман длился 11 дней и закончился поражением Чарли. Первым и единственным за всю его долгую жизнь.

...Пройдет шестьдесят лет. Он будет помнить не только их последнее свидание, но и "запах мыла, которым она умывалась".

ВЫНУЖДЕННАЯ ЖЕНИТЬБА

Чаплин открыл Америку в 1910 году, когда приехал на берега Гудзона с английской труппой режиссера Фрэда Карно. Америка открыла для себя Чарли в 1913 году, когда он появился на экране в первых короткометражках режиссера Мака Сеннета.

Чарли легко вызывал смех у публики, но это был смех сквозь слезы. За комедийными ситуациями, в которые попадал маленький человечек в нелепом котелке, широченных штанах и стоптанных башмаках и из которых он всегда благополучно выкручивался, стояла вечная проблема добра и зла. Герой Чаплина всегда если не наказывал, то побеждал зло.

Прошло немного времени, и актер стал снимать собственные фильмы. В двадцати из них на протяжении восьми лет Эдна Первиэнс играла роль его невесты - в жизни, однако, довольствуясь ролью любящей женщины. Чарли думал, что рано или поздно они поженятся, и все же в глубине души таилась неуверенность - и в себе, и в Эдне. Он решил, что необходимо испытать чувство временем, - чувство испытания не выдержало. Но даже когда они расстались, Чарли не переставал помогать своей подруге.

Постепенно в Голливуде он приобрел славу покорителя женских сердец. Редко кто из звезд мог устоять перед обаянием Чарли. Сам же он постоянно влюблялся в молоденьких девушек.

В 1917 году он познакомился с начинающей свою карьеру в кино совсем юной Милдред Харрис. Она была чертовски мила, но он и не предполагал, что обычное физическое влечение мужчины к очаровательной особе закончится браком. После романтических прогулок по берегу океана и безумных лунных ночей у возлюбленной округлился живот - и Чарли вынужден был жениться.

Первый брак начался с несчастья - ребенок умер через три дня после рождения. Горе они пережили, но дальнейшая жизнь не складывалась. Больше всего его раздражало в молодой жене то, что, соглашаясь с ним, Милдред поступала по-своему. Но, поскольку она не страдала избытком ума, все у нее выходило не то и не так. Прожив вместе несколько лет, они решили расстаться - без лишнего шума. Чтобы избежать осложнений, Милдред должна была подать на развод, обвинив мужа в душевной черствости. Она обещала, но поступила опять по-своему: заявив в суде, что Чаплин ее бросил, она обвинила его не в душевной черствости, а в душевной жестокости, что для присяжных было отнюдь не одно и то же, и, рассчитывая на скандал, привлекла к бракоразводному процессу внимание прессы. Тихо и мирно не получилось.

По местным законам Милдред полагалось 25 тысяч долларов, Чарли предложил ей 100, но с условием никогда больше не предъявлять ему никаких претензий. Деньги решили все, он обрел свободу... чтобы потерять ее в объятиях немецкой кинодивы Полы Негри. Правда, на этот раз до брака не дошло, но роман был бурным и стремительным, как воды Шпрее, с берегов которой Пола явилась в Калифорнию.

ОШИБКА СТОИМОСТЬЮ $800 000

Оправившись от постигших его любовных разочарований и неудач, Чаплин приступил к съемкам фильма "Золотая лихорадка". Именно тогда в его жизнь вошла Лита Грей. Это милое создание принесло ему огорчений больше, чем все женщины, которых он когда-либо знал в своей жизни. Лите не исполнилось еще и 18, и она ждала ребенка - но выдающийся комик и не собирался связывать себя семейными узами. Он предложил ей 20 тысяч долларов отступного, чтобы она могла устроить свою жизнь с другим. Она не согласилась - ей нужен был только Чарли, вернее, его богатство. Лита пригрозила подать на него в суд, если он не женится, Чарли сдался, но супружескую жизнь не спасло даже рождение двоих сыновей - через некоторое время Грей сама подала на развод. Она хотела отобрать у Чаплина все: деньги, акции, студию, права на только что вышедшую в прокат "Золотую лихорадку". Лита обвиняла мужа во всех смертных грехах, она сделала достоянием не только суда, но и публики совместную жизнь с Чарли.

Все в этом мире расплачиваются за свои ошибки. За свою - Чаплин заплатил 800 тысяч долларов, 600 - жене и по 100 тысяч на содержание каждого из детей. Чарли держал удар, он нашел в себе силы и доснял фильм "Цирк", но долго не мог оправиться от того цирка, который устроила его бывшая жена.

Тяжелые, безрадостные дни скрасила пленительная Вирджиния Черилл, которая играла слепую красавицу в его очередной ленте "Огни большого города".

ДВА ОДИНОЧЕСТВА ВСТРЕТИЛИСЬ

После картины "Новые времена", в которой в главной роли снялась Полетт Годдар, новые времена наступили и в его жизни - уличная девчонка из фильма теперь играла в ней главную роль...

Вернувшись в Калифорнию из путешествия по Востоку, он почувствовал себя безумно одиноким. Она приехала в Калифорнию из Нью-Йорка и никого не знала в Голливудe. Два одиночества встретились, и из этой встречи высеклось чувство. Тихое, спокойное, как раз такое, какое нужно было и ей, и Чарли - и он, и она давно устали от омрачаемой бурными страстями жизни.

Он искал идею для нового фильмa, она снималась в кино, оба вели светский образ жизни - бывали на приемах, иногда заезжали в ночные рестораны, посещали скачки. Полетт было хорошо в Голливуде, ей было хорошо с Чарли. Но он нервничал и не находил себе места в своем огромном беверли-хиллзском домe. Он был разочарован и неудовлетворен собой, и ни развлечения, ни любовь к Полетт не могли вытеснить мучившее его чувство. Чарли освободился от него, когда наконец-то вдруг внезапно и случайно нашел сюжет для нового фильма. В Полетт было что-то от gamine, уличной девчонки, и он подумал: а почему бы не снять ее в своей картине? Это была история любви бродяги и девчонкисорванца, которые случайно встречаются в полицейской машине, набитой преступниками. Между ними возникает симпатия, они влюбляются друг в друга и дальше идут по этой нелегкой жизни вместе, пытаясь выжить в наступивших в Америке "новых временах" - временах депрессии и безработицы, всеобщего уныния и тоски.

Фильм вышел на экраны в 1935 году и в первую же неделю проката побил все рекорды кассовых сборов. Но на второй неделе интерес публики стал ослабевать - объяснить это было невозможно. После успешных премьер в Нью-Йорке, Лос-Анджелесе? Публика ветрена и изменчива, как флюгер на соседнем доме. Ему не хотелось ничего больше слышать о своей картине, и они с Полетт отправились из Лос-Анджелеса в Сан-Франциско, а оттуда не долго думая махнули в Гонолулу. Во время путешествия поженились - и прожили в браке восемь лет.

Он снял Полетт еще в одном своем фильме - "Великий диктатор", ставшем страстным обвинением фашизму. Но в отличие от всех других чаплинских картин у этой в Америке была нелегкая судьба: "Диктатор" с трудом пробивал себе дорогу на широкий экран, американское правительство не хотело (до поры до времени) портить отношения с нацистской Германией.

Смех иногда действует сильнее самого сильного оружия. Чаплин не только высмеял немецкого фюрера, но и уничтожил его морально. Образ Гитлера в глазах миллионов западных людей был поколеблен, он предстал перед ними маньяком, являвшим собой угрозу всему миру. Немецкий фюрер назвал Чаплина евреем и врагом ¦1 Великой Германии. Из солидарности к тем, кого безжалостно уничтожал нацистский режим, актер ¦1 объявил себя евреем - это был его ответ зарвавшемуся диктатору. Отсюда и возникла легенда о происхождении гениального комика.

К моменту выхода фильма на экран брак с Годдар полностью исчерпал себя. То, что нужно расстаться, они понимали еще задолго до того, как Чаплин приступил к съемкам "Великого диктатора". Теперь, когда фильм был закончен, их ничто больше не связывало. Полетт собрала вещи и покинула дом на Беверли-Хиллз. Чарли вновь остался один.

ВЕЛИКАЯ СПУТНИЦА ГЕНИЯ

Любовь непредсказуема, как сама жизнь. Она посещает нас и в 20 лет, и в 50...

Он искал героиню на роль Бриджет для фильма "Призрак и действительность". Голливудский агент по найму киноактеров мисс Уоллис порекомендовала ему начинающую актрису Уну О'Нил, дочь известного драматурга. О'Нил писал довольно мрачные пьесы, и Чарли одолевали сомнения - ему казалось, что у такого драматурга дочь должна быть унылым существом. Когда он впервые увидел улыбающуюся Уну, все его сомнения рассеялись как дым. Ее улыбка излучала свет и тепло, она была необычайно обаятельна и хороша собой. Чарли почувствовал волнение в груди и сразу же подписал с ней контракт. Он думал, что только на один фильм, а оказалось, на всю жизнь.

Чем дольше Чарли узнавал Уну, тем больше он в нее влюблялся. Он и не предполагал, что может быть таким счастливым - она отвечала ему взаимностью. Единственное, что его пугало, - разница в возрасте. Уну ничего не пугало - она влюбилась не в его славу, успех или богатство, а в него самого.

Уна и Чарли зарегистрировали брак в тихом и небольшом селении Карпинтерии, расположенном неподалеку от Санта-Барбары. В Санта-Барбаре сняли дом, в котором провели медовый месяц - самый счастливый в его жизни. "Великому немому", прекрасно владевшему языком любви, было за пятьдесят, Уне - восемнадцать. "Призрак" превратился в реальную любящую жену, "действительность" обернулась семейным счастьем.

Жизнь стала для него вновь остра, пряна и желанна. Мир расцвел и заиграл яркими красками. Кровь кипела в жилах, куда-то исчезла накопленная с годами усталость. Он вновь почувствовал себя молодым, горячим и быстрым. Он любил Уну до самозабвения и готов был исполнить любое ее желание - он любил ее последней любовью.

Вскоре после женитьбы она призналась, что не хочет играть ни в кино, ни в театре - Уна отказалась от артистической карьеры, чтобы целиком посвятить себя семейной жизни, и Чарли был этому безумно рад. Кино потеряло хорошую комедийную актрису с тонким чувством юмора - Чаплин приобрел верную и преданную жену. Он не стал снимать фильм "Призрак и действительность" - в нем не было больше необходимости - и вернулся к другому своему замыслу, который вскоре превратился в фильм "Месье Верду". Он вышел на экраны в 1947 году и сразу же подвергся яростным нападкам со стороны консервативной критики. Взгляд мистера Чаплина на современное американское общество многим показался суровым и мрачным. Америка разлюбила своего Чарли.

После того как демонстрация картины в некоторых городах была запрещена, а затем фильм и вообще снят с проката, он решил оставить Голливуд и предаться радостям безмятежной семейной жизни. Для этого нужна была тихая гавань - они обрели ее в Швейцарии. Чарли и Уна купили уютный дом с участком неподалеку от живописного местечка Веве. Он вошел во вкус отцовства и с той же страстью, с которой некогда снимал фильмы, отдался воспитанию детей. Последнего ребенка Уна родила, когда великому комику было 72 года...

Последний брак Чарли оказался лучшим "фильмом" в его долгой жизни - в нем он сыграл давно вынашиваемую им роль любящего мужа и заботливого отца многодетного семейства, а Уна - роль верной жены и нежной матери. Оба со своими главными ролями в жизни справились прекрасно. Что и не мудрено, ведь режиссером этого фильма был сам Чарли Чаплин...

Кто же папа "Телефота"?

В отличие от кино у телевидения нет одного автора. Оно состоялось как итог усилий, предпринятых учеными и изобретателями многих стран мира.

Когда американцев спросили о технологиях, которые коренным образом преобразили минувший век, они назвали, в числе прочих, и Бена Логана Баирда, изобретателя телевидения.

Известные имена...

С таким же успехом могли бы быть произнесены и другие имена. Американца В. Е. Сойера и француза Мориса Леблана, которые независимо друг от друга предложили главный принцип действия телевидения. Немецкого инженера Пауля Готтлиба Нипкова, который запатентовал простой и эффективный метод механического сканирования изображения. Шотландского инженера Джона Лоджи Бэрда, который начал разрабатывать телевизионное оборудование и смог передать первые распознаваемые изображения человеческих лиц. Американского инженера русского происхождения Владимира Зворыкина, который разработал систему цветного телевидения и продемонстрировал электронный телевизор.

Однако многие жители США могут сильно удивиться, если им сообщить, что отцом американского телевидения считается Файло Фарнсуорт. Вот кто официально зарегистрирован как изобретатель "волшебного ящика". Но позвольте, возражает несогласная сторона, а как же Зворыкин? Действительно, отвечают им знатоки истории телевидения, у Зворыкина были интересные идеи. В 1923 году он продемонстрировал работу электронного телевидения руководству компании Westinghouse Electric. Но идея не получила поддержки из-за плохого качества изображения. И поэтому Федеральная комиссия по средствам коммуникации дала патент Фарнсуорту, а не Зворыкину.

Но известен истории и еще один факт: российский ученый Борис Розинг в 1911 году провел в Санкт-Петербурге публичную демонстрацию электронного воспроизведения ТВ изображений - впервые в мире! Именно в лаборатории Розинга приобрел начальный "телевизионный" опыт уже упомянутый муромчанин В.Зворыкин, который уже как американский ученый стал признанным создателем первой практической электронной системы телевидения.

... и неизвестные

К сожалению, еще несколько имен осталось "за бортом" истории телевидения. Дело в том, что для реализации электронной системы первостепенное значение имело создание передающей и приемной электронно-лучевых трубок. Пожалуй, первый прорыв в этом направлении сделал Борис Грабовский, который еще в 1925 году спроектировал систему с передающей и приемной электронно-лучевыми трубками, заметно опередив отечественных и зарубежных ученых.

Грабовский назвал эту систему "Телефотом". Система содержала также усилители на электронных лампах, генераторы развертывающих напряжений, устройства синхронизации, по основополагающим идеям близкие к современным схемам. К сожалению, история этого изобретения содержит много неясных моментов, вероятно, указывающих на эффективную оппозицию. В то время, напомню, шли ожесточенные споры между "механистами", которые давили авторитетом академических имен, и "электронщиками" - молодыми дерзкими новаторами. И хотя победили последние, крови это им стоило немало.

Наш малоизвестный герой относился к "электронщикам". "Механисты" мешали ужасно. Это благодаря их интригам тому же Грабовскому выделили ничтожные суммы на финансирование работ, и определили короткие сроки исполнения. Удачной для оппонентов оказалась "потеря" комплекта оборудования радиотелефота железной дорогой, осуществлявшей транспортировку аппаратуры из Ташкента в Москву для завершающих испытаний.

Да-да, дело происходило в Ташкенте, городе, где я родился и вырос. Поэтому понятен мой личный интерес к теме. Он привел меня в свое время в Государственный архив тогда еще Узбекской ССР.

Саратовский след

Он оказался весьма увлекательным. И обещал много открытый. Тем более, что пухлую папку с надписью "Личный фонд Грабовского Б. П. Фонд 2562" я взял первым, если судить о том, что белый листок с именами исследователей фонда был девственно чист.

Страница за страницей я окунался в события 20-х годов и отслеживал трудную судьбу изобретателей. Ведь Грабовский был не один - рядом с ним был Иван Белянский. Оба были в ту пору сотрудниками физического факультета Среднеазиатского государственного университета. Лицо Ивана Белянского стало первым лицом, которое появилось на экране. Но это случилось чуть позже, в 1928-м.

А началось все, как пишет Грабовский, в Саратове в 1925 году. Изобретение "Телефота" (так Грабовский называл свой прибор) было сделано вместе с физиком и математиком Н. Пискуновым и инженером В. Поповым. "Именно Саратов был родиной телевидения" - пишет Грабовский. В ноябре 1925 же они получили заявочное свидетельство за номером 4899, а 30 августа 1928 года был выдан патент за номером 5592.

Патент свидетельствовал о грандиозном прорыве. Все тогдашние телевизоры характеризовались тем, что у них в приемнике и передатчике работали катодные лучи. В Саратове не только открыли этот принцип, но и впервые в мире применили его практически, передав первое изображения движущихся предметов, руки, человека, доказав тем самым возможность так называемого катодного телевидения.

Грабовский с двумя названными коллегами продолжал доработку прибора в Ленинграде на электровакуумном заводе на Лопухинке, а в дальнейшем доводка "Телефота" была перенесена в Ташкент.

Страна "щедро" поблагодарила Грабовского, выдав ему решением Комитета электроники 200 рублей поощрительных через пятнадцать лет после описываемых событий. "Но моральную награду я получить надеялся..." - с горечью пишет Борис Петрович.

Ташкентский след

У Грабовского были основания так оценивать свой труд. Он проехал с лекцией "Видение по радио" (чувствуете, уже ближе к сегодняшнему названию прибора - "телевизор"?) всю страну. В рабочих поселках и колхозных клубах звучал его звонкий голос: "Мечта видеть на большие расстояние, несмотря на леса, горы и другие естественные препятствия, есть заветная мечта всего человечества". Тогда впервые прозвучало название прибора, с помощью которого можно эту мечту осуществить. Грабовский демонстрировал изобретенный им в 1921 году основу "Телефота" - катодный коммутатор.

В протоколе по результатам опыта в физическом кабинете САГУ читаю:

"Катодный коммутатор, изобретенный лаборантом САГУ Б.Грабовский и проверенный нами практически, основан на правильном принципе. Он может быть применим в лаборатории, как умножитель частоты и для демонстрации на уроках физики".

Любопытно, правда, читаются сегодня эти пожелтевшие строки? Подумать только, о ком речь идет?! О лаборанте физфака. О мальчишке, который реализовал метод катодной телескопии, предложенный Борисом Львовичем Розингом. Присутствующие на опыте солидные мужи, среди которых были профессора Златоврацкий и Попов, не говоря уже о заместителе Совнаркома Туркестана Паскуцком, о грандиозном назначении "Телефота" просто не подозревали.

Но об этом знал пока только сам Грабовский. Если заключить "Телефот" в стальной футляр и присоединить к нему прожектор, мы увидим тайны морских глубин. Он может применяться в горном деле и в астрономии. "Может быть, даже, позволю себе помечтать, - некоторые из присутствующих здесь, доживут до того момента, когда подобный "Телефото-телескоп" даст возможность увидеть диск звезды и ее спутников", - заключал Грабовский свою лекцию под шепоток толпы: "Ну, совсем умом тронулся парень..." Парню не было тогда и тридцати.

Работали сначала дома у Грабовского. Потом опыты перенесли на испытательную станцию. Было очень много технических задач. Лампы с завода "Светлана" работали неодинаково, поскольку не выдерживали стандарта. Много возни было с фокусировкой. Непонятно, как это случилось, но во время транспортировки в Ленинград первый, вполне законченный "Телефот" оказался разбитым вдребезги. В общем, беды сыпались со всех сторон.

Таинственный вор

Вдобавок ко всему пропали технические дневники Грабовского, которые затем оказались ... воспроизведены через много лет в различных частях романа Митчела Уилсона "Брат мой, враг мой".

Вот что написал по этому поводу Борис Грабовский: "Напрасно думают, что эта книга - художественный роман. Это голая правда об изобретении телевидения: ни в описании прибора, ни в опытах с ним нет ни одного процента фантазии. Абсолютно точны и даты. Ложь лишь в месте действия и в именах. США-СССР. Кен - Грабовский. Дэвид - Попов-Пискунов". В 1964 году Грабовский обратился с запросом в Нью-Йорк, где жил Митчел Уилсон. Однако ответа не последовало.

Совпадения событий, описываемых в романе, и тех, которые были в действительности, просто поражали Грабовского. В частности, изображение женской руки - одно из самых первых и устойчивых. Только руки были разные. В романе - рука Викки, в реальности - рука жены Грабовского. Описывались практически одни и те же проблемы, решаемые через одни и те же промежутки времени. Даже выражения использовались одни и те же. "Рука долго не выдерживает". Это - о том, что для передачи и приема изображения требовалось усиленное освещение. Использовались фактически одни и те же газокалильные ацетиловые лампы, от которых шел неимоверный жар. Руки пылали...

Успешному проведению опытов в Ташкенте мешали эфирные помехи. Их создавали моторы машин в находящемся рядом гараже. Тогда было запрещено заводить моторы. Но ведь и в романе гараж проходит сквозной линией через весь сюжет.

Думаю, что очень задел Грабовского и следующий отрывок:

"... Мы кое-что задумали, но дело это совсем новое. Впрочем, вот что я вам скажу: сколько бы мы ни зарабатывали через два года или даже через восемь лет, но через десять лет мы с Дэви должны иметь по миллиону каждый. Верно, Дэви?

- Пожалуй, двенадцать лет будет точнее, - осторожно говорил Дэви".

И это точно.

К 40-м годам американские изобретатели, причастные к появлению телевидения, действительно были миллионерами. Их имена были на слуху у всего мира. Франклин Рузвельт стал первым а мире президентом, выступившим по телевидению. Хотя в 1940 году "волшебный ящик" можно было купить за очень высокую цену 400 долларов, в Нью-Йорке уже насчитывалось тогда от 2 до 3 тысяч обладателей домашних телевизоров. В прямом эфире шли телерепортажи со cъезда Республиканской партии в Филадельфии. Они передавались в Нью-Йорк по кабелю... Америка сходила с ума от телевизионной лихорадки. Задачи телевидения США изменились в военные годы. Потоком шли передачи по гражданской обороне. Голубой экран учил, как прятаться от авианалетов, передавал медицинские инструкции Красного Креста, призывал покупать облигации военного займа. Инженер и предприниматель Давид Сарнов, который первым рискнул вложить свои капиталы в развитие телевидения в США, тоже, как и Зворыкин, российского происхождения (точнее, из местечка Узляны под Минском), тогда стал советником по средствам связи и в 44-м году получил звание бригадного генерала. С тех пор к нему обращались: "Генерал Сарнов".

А наш Грабовский, мало того, что едва в ту пору сводил концы с концами, много лет пропадал в неизвестности. Лишь к середине 60-х он осмелился напомнить власти о себе. Да еще и попрекнули: дескать, выделили же мы тебе две сотни рублей, вот и будь доволен.

Грабовский так и не узнал, как у романиста оказались технические дневники. Его беспокоило иное. Уилсон вольно или невольно закреплял американский приоритет на изобретение телевидения.

"Думаю, что имел место шпионаж, - ответил мне через много лет после смерти Грабовского Андрей Станишевский, он же Азиз Ниалло, известный в Ташкенте востоковед, писатель и кадровый чекист. - К Грабовскому и Белянскому "подселили" нашего человека. Это был Константин Сливицкий, который тогда работал на первой Среднеазиатской радиовещательной станции. Ему было поручено, как тогда говорили, оказать всемерную помощь изобретателям "Телефота" в усовершенствовании их аппаратуры. Иначе говоря, глаз да глаз. Он все и прошляпил..."

После утери дневников Сливицкого, военспеца и чекиста, убрали с глаз долой. Ему пришлось бы худо, если бы не былые заслуги. Он изготавливал редкую в ту пору аппаратуру - передвижные радиостанции для конных частей Красной Армии и для пограничников. Причем, все, кроме радиоламп, делал своими руками. Эта работа и спасла его от жестокой кары. Его просто выслали из Ташкента. В документе же, с которым Сливицкий отбыл, торжественно заявлялось : "Командировать в Кушку со специальным заданием".

Версия "прошляпил" подтверждалась и воспоминаниями самого Константина Сливицкого, с которыми я знакомился в том же фонде. Можно себе представить, что творилось в органах, когда следователи задавали ему бесконечный вопрос, как, кто и когда выкрал документы Грабовского? Сливицкий этого не знал. Но через много лет написал следующие строки: "У меня создалось впечатление, что автор имел и читал технические дневники тт. Грабовского и Белянского". За этой фразой стоит полная осведомленность самого Сливицкого о содержании дневников, что в свете высказывания Станишевского не выглядит странной: "свой" человек держал на контроле ход опытов.

- Человек, выкравший дневники и передавший их на Запад, - из близкого окружения изобретателей... - сказал мне, помнится, Андрей Станишевский. - Но придет время, которое назовет его имя...

Видимо, оно еще не пришло.

Content

Неизвестен Автор История кинематографа

История кинематографа