Абердин Александр.

Рыцарь Мастера Миров 2.

Миссия восемьдесят седьмая.

"Кир Торсен против двенадцати лордов тьмы".

Сегодня, по прошествии десяти лет, я склонен считать, что мне в жизни очень повезло. Если бы тогда, в девяносто восьмом, мой бывший студент Кирилл Бубликов не вспомнил, что моя основная профессия всё-таки журналистика, а не социология, которой я в те нелёгкие времена занимался вынужденно, и это являлось всего лишь наиболее удобным способом заработать на хлеб насущный, из-за чего мне пришлось целых четыре семестра читать в их институте лекции по этому предмету, то у меня точно окончательно съехала бы крыша. Это в двадцать лет реформы воспринимаются если и не как благо, то по крайней мере не вызывают у человека зубовного скрежета, а в пятьдесят, да, к тому же при условии, что ты прекрасно знаешь, какие люди вершат судьбы людей в этой несчастной стране и какова им цена в базарный день, на всё смотришь совершенно по другому.

Не знаю, как сложилась бы моя жизнь дальше, но встреча с Кириллом, который к тому времени стал сэром Киром Торсеном, и его другом магом Тетюриальдом Великолепным, в корне всё изменила. Для того чтобы принять решение, мне потребовалось не более тридцати секунд, хотя Тетюр добрых полтора часа доказывал мне, что он не верблюд, а Верховный маг Мастера Миров, входит в Первый круг и работает в паре с моим бывшим студентом, которому сподобилось стать его рыцарем. Кирилл тоже приложил к этому руку, а точнее доказательства ради, даже не притормаживая, выудил из внутреннего кармана своей ветровки длинный малайский крис и бросил его нам с Тетюром на колени.

Впрочем, куда более наглядным доказательством всем тем переменам, которые произошли с моим лучшим студентом, чем этот восточный меч, являлись роскошный чёрный "Эскалибур" и ещё более роскошная красотка Иоланта. Цветная татуировка на её предплечье уже в первые же мгновения нашего знакомства сказала мне, что она девушка Кирилла. Всё то время, что мы ехали от Китай-города до моего дома в подмосковной деревне, эта прелестная китаяночка, повернувшись ко мне и Тетюру, внимательно слушала его увещевания и изредка вставляла словечко, другое, и, честное слово, её реплики были куда убедительнее доказательств, приводимых магом. Глядя на эту сексапильную красотку, я был готов поверить во что угодно, хотя прекрасно понимал, что мне дано только одно, наслаждаться её очаровательной улыбкой и смехом, подобным журчанию ручья.

Для того чтобы убедить меня в том, что Кирилл рыцарь Мастера Миров, Иоланте даже не пришлось показывать мне дракона Атиллу, который ехал за город, обернувшись соколом и сидя в обыкновенном пластиковом контейнере для перевозки кошек. С ним меня познакомили позднее, когда мы сели обедать в тенистой беседке, сплошь увитой диким виноградом, в которой его не могли увидеть мои соседи-старики. К тому моменту я уже дал этим ребятам своё согласие стать их хроникёром и рассказать людям, живущим в мирах Золотого круга, о приключениях рыцаря Мастера Миров на планете Ильмин и о том, как под его руководством была истреблена огромная армия сил зла.

Мы начали работать над хроникой этих событий, которым я сразу же решил придать форму романа, в тот же день. Кирилл выудил из бездонного кармана своей ветровки странного вида шлем и надел его мне на голову. Поначалу ничего удивительного не произошло, но как только он надел на меня самые обычные солнцезащитные очки и коснулся их дужки рукой, я тотчас перенёсся на Ильмин. Точнее не на саму планету, а в мир воспоминаний Кирилла об этом самом прекрасном месте во Вселенной и стал свидетелем всех его переживаний. К тому же он стал рассказывать о том, как стал рыцарем Мастера Миров. Такой способ работы мне очень понравился. За какие-то сутки, погруженный в своего рода транс, я, словно бы прожил несколько лет, днём и ночью сопровождая рыцаря Мастера Миров на Ильмине. Это было невероятно увлекательное приключение, после которого вся моя прежняя жизнь показалась пресной, унылой и скучной, хотя вовсе не являлась таковой, ведь в ней было достаточно приключений, взять хотя бы те четыре года, что я воевал в Афганистане, служа Родине, как и Кирилл, в десантуре. Правда, я был комиссован из армии в звании капитана и моя часть не была гвардейской.

Когда Иоланта на следующий день увидела у меня на трицепсе почти такую же наколку, что у неё и Кира, она тотчас пришла в неописуемый восторг и если бы я не знал к тому времени, откуда у неё на предплечье взялась куда более яркая и красивая, по виду, татуировка, чем моя собственная, но совершенно аналогичная по содержанию, то можно было бы подумать, что эта девушка увлеклась мною. Вместо того, чтобы приударить за этой красоткой, благо Кирилл, сидевший всё это время в кресле напротив, пошел прогуляться к реке, я сказал ей тогда:

– Ио, в наше время не умели делать таких красивых наколок, как у твоего мужа и у тебя, но ты уж поверь мне, девочка, когда я был помоложе, то тоже считался неплохим солдатом. Раз тридцать выбрасывался в горах и за мою голову духи даже награду назначили, да, и правительственные награды тоже имею. Думаю, что драконо-десантные войска мне было по плечу бы создать, но вот чего я точно не смог бы сделать, так это ввести Ильмин в Золотой круг, хотя и не скажу, что тупее Кира или хуже него разбираюсь в истории и социологии.

То, что сказала мне в ответ Иоланта в тот далёкий весенний день, честно говоря, поразило меня:

– Вы слишком строги к себе, капитан. Тетюр как-то раз сказал мне, что если бы он в конечном итоге не вышел через вас на Кира, то предложил бы вам стать рыцарем Мастера Миров после того, как не смог найти общий язык с его командиром. К тому же это именно благодаря вам мой муж увлёкся социологией и политологией, которые так помогли ему на Ильмине.

Вот как раз этого я и не знал, хотя, как мне кажется, даже все три жены Кира вместе взятые знают его хуже меня. Впрочем, удивляться тут было нечему, ведь эти чёртовы магические очки и шлем позволили мне проникнуть в сознание Кирилла, а не Тетюра и Иоланты. В тот майский вечер я впервые задумался о том, чтобы стать точно таким же спутником этого парня, как и его жена леди рыцарь-маг, ну, а добиваться своего я умел ничуть не хуже Кира. Выстроив в своей голове хитроумный план, как мне в самые сжатые сроки добиться своего, я удалился в кабинет, небольшую комнатушку рядом с кухней, сел за стол, включил ноутбук и немедленно приступил к работе, уже имея в голове не только план романа, но и план своих собственных действий, ведь мне было обещано путешествие на Астриум и Армагеддон.

Деревня, в которой я купил много лет назад, ещё до перестройки, большой деревянный дом, располагала к отдыху. Она стояла на высоком берегу Истры, рядом рос чудесный лес и потому Кир и Ио решили погостить у меня всё лето. Тетюр покинул нас в полночь, перебравшись в Испанию, где у него была вилла на побережье. Само собой разумеется, Атилла тоже жил вместе с нами, правда, ему до поздней ночи запрещалось выходить из дома, да, и по ночам он тоже не выбирался за пределы участка. Хотя надо сказать, дракона это нисколько не тяготило, он был очень дисциплинированным парнем, вот только от его острых когтей очень страдала мебель и полы в моём деревенском доме. Зато дракон был прекрасным читателем и часами сидел подле моего стола и терпеливо ждал каждую новую строку, сопровождая мою работу своими шутливыми комментариями, которые мне очень помогали в работе и делали некоторые пассажи ещё острее.

Поскольку я умел очень быстро набирать тексты на компьютере, то уже через три недели мой роман "Кир Торсен – рыцарь Мастера Миров" был полностью готов к печати, а ещё через месяц он был издан в тридцати или сорока мирах Золотого круга, в которых подобного рода литература пользовалась повышенным спросом. Перед этим нам всей компанией удалось посетить Астриум, тогда ещё самый маленький, но самый прекрасный из всех миров Золотого круга, мир – центр всей нашей Вселенной, к которому увы, не долететь ни на какой ракете. Мастеру Миров в общем-то понравился мой роман, но я склонен относить это скорее к заслугам Кира Торсена, а не своим талантам литератора. Кирилл считал Мастера Миров самым мудрым и великим существом во всей Вселенной, но лично у меня на счет Аструала сложилось несколько иное мнение и я даже с ним здорово поцапался, причём из-за своего романа.

Старику вздумалось внести в роман кое-какие правки, но я этому воспротивился и высказался, как всегда, в довольно резкой форме, да, к тому же посоветовал побольше заниматься своим творением и не совать свой нос в чужие, особенно в те, в которых он ни ухо, ни рыло. В конце концов мы сошлись с ним на том, что мой роман будет издаваться в мирах Золотого круга с некоторыми купюрами и в сокращённом виде. Мастера Миров несколько смущало то обстоятельство, что Астриум был описан мною не как обитель самого высшего божества во Вселенной, а как самая обыкновенная штаб-квартира какой-нибудь военизированной организации с тюрягой в подвале. Ну, и ещё ему не понравилось, что на всеобщее обозрение был выставлен его конфликт с самим собой, что привело к появлению на свет Амалора, его тюремщиков Аботана и священного человекодракона Тартаботана.

Как следствие всех этих редакторских разборок, роман "Кир Торсен – рыцарь Мастера Миров" стал доступен любителям жанра "фэнтези" на планете Земля только через несколько лет, да, и то только благодаря Иоланте, которой очень понравился наш с Кирюхой мир. Зато здесь его размещение в Интернете обошлось без каких-либо купюр и сокращения, ведь на Земле, как и в других базовых мирах, Мастер Миров ведь является таким же литературным персонажем, как Лемюэль Гулливер, поручик Киже или майор Пронин, а потому старику совершенно безразлично, что подумают о нём люди, когда прочитают роман. Зато я в конце-концов не поступился своими принципами и был предельно честен как к себе, так и к своим друзьям, а потому как не врал своим читателям раньше, так и не вру им теперь.

После того, как я посетил сначала Астриум, где буквально вынудил Мастера Миров согласиться с тем, что впятером мы будем работать эффективнее, я отправился на Армагеддон, где несколько дней беседовал чуть ли не по двадцать часов кряду с мастером Аботаном, а затем на Ильмин, где во мне произошли большие изменения. Благодаря Тетюру я стал на Ильмине магом, резко помолодел и очень сильно изменился внешне, что положило конец моей жизни в прямом, а не в переносном смысле. Сразу после того, как мы вновь вернулись на Землю, в Москву, соседи обнаружили мой хладный труп у полуоткрытых дверей квартиры. Судмедэксперт зафиксировал мою смерть от сердечного приступа и через три дня состоялись похороны капитана запаса Кузьмина Сергея Алексеевича. Похороны мои были пышными и торжественными и на них собралось очень много моих друзей, благо наступил сентябрь и все они вернулись из отпусков, пришло даже несколько десятков моих студентов.

Вместе с Киром и Тетюром я, как двоюродный племянник капитана Кузьмичёва, нёс гроб со своим телом сначала от дома до катафалка, а потом до могилы. На кладбище и потом на поминках, я услышал о себе много хорошего и даже сам произнес короткую, но весьма проникновенную речь. На похороны приехала моя бывшая жена и это было единственное, что мне совсем не понравилось, так как её интересовало только одно, не достанется ли ей какое-нибудь наследство. Ну, наследников у меня и без неё хватало, в Москву приехала моя сестра с детьми и мужем (теперь они живут на Ильмине). Мой двоюродный племянник, о котором они ничего не знали, удовлетворился одним только моим архивом и даже мои правительственные награды он отдал моей сестре и пару месяцев спустя она вернула их мне, сказав мне со смехом, что я жулик и прохиндей ещё похуже Тетюра.

С одной стороны это очень походило на фарс, так как я всё-таки не помер, а с другой я отнёсся к своей смерти очень серьёзно и жалел только о том, что у меня не было детей. Увы, но после Афгана я не мог иметь их просто физически, хотя и оставался мужчиной. Тетюр с этим быстро разобрался, но в своей новой жизни я снова не торопился стать отцом. Нет, ну, действительно, стоит ли спешить, когда у тебя впереди, как минимум, несколько тысяч лет жизни. Хотя кто знает, может быть в каком-либо из множества миров, которые мне пришлось посетить, у меня уже есть ребятишки и не дай Бог, чтобы они пошли в своего зловредного папашу. Тут я вынужден признаться, что между тем, прежним, Сергеем Алексеевичем и нынешним рыцарем-магом сэром Козмо, так меня зовут на Ильмине и таким именем я представляюсь всем во время наших экспедиций, нет ничего общего.

С лёгкой руки Тетюра, который однажды посмотрел кинокомедию про рыбалку по-русски, в нашей команде за мной закрепилось прозвище Кузьмич. Поначалу я в глубине души злился, но потом привык, хотя с тем Кузьмичом, философом, пьяницей и просто раздолбаем, меня нельзя сравнивать. Тот хотя и чудик, весьма милый дядька, а вот я, к глубокому сожалению Кира, самое настоящее кровожадное чудовище с садистскими наклонностями. Правда, эти мои качества направлены только против тех людей, которых и людьми-то назвать нельзя, и оставлять их в живых, является на мой взгляд, самым тяжким преступлением против человечности. Почему? Да, по Конфуцию, чёрт побери, который когда-то говаривал, что за добро нужно платить добром, а зло достойно только справедливости.

После моих похорон Кир с Ио отправились на Ильмин, а я уехал из Москвы на юг России, где и купил для нас всех дом на окраине большого города, название которого, разумеется, мне хочется сохранить в секрете, ведь это для подавляющего большинство читателей Кир Торсен всего лишь литературный персонаж, а я только его маг-хроникёр, пишущий под псевдонимом. Но как знать, вдруг, среди моих читателей найдётся такой человек, который не только поверит во всё, но и попытается найти меня? Поэтому моим читателям придётся смириться с тем, что моё местоположение будет вычислить не просто трудно, а практически невозможно. К тому же как маг, сумевший в самые короткие сроки пробиться в Первый круг, я способен сохранить своё инкогнито в любом случае, и даже если мною, вдруг, заинтересуются спецслужбы, они меня не найдут.

Итак, почему же я столь строг к себе? Да, только потому, что у меня есть договоренность с Аботаном, которому тоже не нравится, что всяческая сволочь, живущая в магических мирах и поклоняющаяся Амалу, попадает в брюхо Тартаботана, а вот негодяи подобные им, из базовых миров после смерти попадают не в ад, а, так сказать, на перековку. Мы проговорили с Аботаном на эту тему не один и даже не два дня, после чего я с восторгом принял его предложение и, как только у меня появилось свободное время, слепил в бесконечных просторах Вселенной Мастера Миров небольшую планетку не планетку, а что-то вроде мирка, очень похожего на раскалённую сковородку, полную всяческого дерьма, крупного щебня и вонючих отбросов, да, к тому же замкнутую внутри здоровенного чугунного шара. Этот мир какое-то время являлся моим собственным адом для самых отъявленных мерзавцев, но теперь моя монополия закончилась.

Кроме меня и Аботана никто, даже сам Мастер Миров, долго не знал, где находится этот маленький филиал ада, двойник священного амулета именуемого Тартаботан. Нет, мастер Аструал, разумеется, знал о том, что этот небольшой мир существует, но ввиду того, что он никогда не суёт свой нос в дела Аботана и почти не общается с ним, о его местонахождении было неизвестно никому, кроме нас двоих. Ну, может быть Аботан имел ещё одного поставщика мерзавцев и рассказал ему, где находится этот чёрный диск диаметром в две с половиной тысячи километров, хотя вряд ли. Мой учитель поселил в этом мирке, который мы с ним прозвали просто и без затей – Сковородкой, несколько десятков тысяч монстров, жутких на вид, но чертовски умных, послушных и исполнительных. А ещё он научил меня кое-каким магическим трюкам и вот уже почти десять лет я работаю не только в команде Кира Торсена, но и промышляю кое-чем в свободное время на Земле и в других базовых мирах, которые частенько посещаю. Точнее веду охоту на негодяев и мерзавцев.

Нет, я не занимался все эти годы охотой каждый день, это для меня было бы весьма затруднительно, но если судьба сводила меня с каким-нибудь негодяем, то всегда действовал быстро и решительно. К тому же я никогда не вёл поиски целенаправленно, но если мне становилось известно имя и место жительства какого-либо мерзавца, то я старался взять его за задницу и отправить на Сковородку. Ну, а мастер Аструал все эти годы делал вид, что ничего не замечает, но я-то прекрасно знаю, что он был солидарен с моим учителем, ведь именно Аботан вершит суд в нашей Вселенной, а не он. Ну, и, разумеется, в мирах Золотого круга это было неизвестно никому, кроме нескольких наших самых лучших друзей.

Жаль только, что у меня слишком мало времени, ведь после каждой миссии мне приходилось писать очередной роман, повесть или просто рассказ. Тут всё зависело от того, насколько сложной и продолжительной была та работёнка, которую подбрасывал нам Амал, а уж он-то разбросал по всей Вселенной столько зёрен зла и те прорастают с такой интенсивностью, что передышки нет не только у нас, но и у всех остальных рыцарей Мастера Миров. К тому же этот мерзавец то и дело умудряется устраивать всё новые и новые крупные пакости, как бы этому не противостоял Аботан. Некоторый оптимизм в меня вселяет только то, что в базовых мирах все его амулеты и фетиши не имеют той силы, какой они наделены в плоскости миров, подвластных воле мастера Аструала. Это, по правде говоря, хоть немного, да, утешает и внушает надежды на лучшее.

Сам не знаю почему, но все эти мысли пришли в мою голову жарким июльским утром как раз в тот день, когда я закончил работу над очередным текстом. Миссия, которую мы завершили двадцать дней назад, не относилась к числу трудных, но и лёгкой прогулкой её тоже нельзя было назвать уже потому, что Тетюру раз пять приходилось собирать меня по кускам. Там, куда нас в очередной раз забросил срочный вызов магов Долины, нас ждали не полчища врагов, а чёртова прорва хитроумных и очень мощных мин, которые можно было обезвредить только одним единственным образом, пнув эту заразу ногой. Перед этим мы с Тетюром, скрутив Иоланту, обычно тянули жребий, так что и мне тоже пришлось изрядно подымить своей магической трубкой, ведь я, в отличие от своего друга и учителя, исцеляю раны и возвращаю к жизни людей и животных цветными магическими дымами, а не сверкающими, словно электросварка, кристаллами.

Ну, у каждого мага свои предпочтения и право же, Иоланта с её магическими фиалами, наполненными водой, лечит ничуть не хуже нас обоих. Правда, я, в отличие от неё и Тетюра, свою трубку могу ещё и просто курить. В любом случае магия уже только тем и хороша, что она невероятно разнообразна и каких только магов не существует на свете и маги дыма не являются чем-то исключением. Большинство моих друзей это маги и рыцари Света, драконы, а также рыцари-маги, которых насчитывается не так уж много, точнее насчитывалось раньше, до того дня, как я снова сел за компьютер и не написал свой первый роман, а потому если мы и спорим до хрипоты о магии, то вовсе не за тем, чтобы выяснить, какой из магов самый крутой. Тут любому дураку ясно, что не магическая профессия являет всем крутизну мага, а то, чего он стоит, как маг, на самом деле.

Размышляя на эти темы, я немного послонялся по дому, поднялся в нашу магическую мастерскую, скуки ради посидел в центре золотой магической пентаграммы, врезанной в мраморный пол, вокруг которой располагались сверкающие серебряные руны. Делать было нечего, беседовать с Атиллой с утра пораньше, чтобы устать раньше времени, мне не хотелось и потому я спустился в подвал. В нашем доме имеется очень большой и удобный подвал, в котором у нас устроен тренировочный зал. Обойдя по очереди все стальные макивары, на которых мы с Киром и Атиллой иногда вымещали всё своё зло, из-за чего я уже замучался их ремонтировать, так и не пнув ни один из них, я поднялся наверх и пошел на кухню. Мы уже позавтракали хотя и по-холостяцки, но весьма обильно и потому я не стал греметь сковородками, а просто сварил себе крепкий кофе и стал думать, в честь чего это меня черти раздирают на части.

Вот тут-то мне и пришло в голову, что со дня на день могли вернуться с Ильмина Кир, Ио и Тетюр, а потому мне срочно нужно пополнить запасы провианта и прикупить к столу свежих овощей и фруктов, хотя это и грозило некоторыми неприятностями. Именно с такой целью я решил немедленно отправился на рынок. На хозяйстве оставался Атилла и потому за наш дом я мог быть спокоен. Он тоже значительно вырос за эти годы, как маг в основном, и теперь умел оборачиваться даже человеком, но только не в нашем доме, опасаясь, что это тут же заметят соседи. Чаще всего он принимал в таких случаях облик здоровенного пса, как правило, громадного ирландского волкодава. В таком виде его и знали наши соседи, но когда в доме не было гостей, Атилла всегда принимал облик дракона, но тогда уже не выходил во двор до поздней ночи. Если он был сердит на меня, то сидел в своей комнате и раздувался до размеров хорошо раскормленного носорога, а если нет, то был ростом с крупного сенбернара.

Дом, в котором мы жили все эти годы, мне нравился, пускай я и не строил его своими собственными руками. Это был большой трёхэтажный особняк, в котором всем хватало места. К тому же он стоял неподалёку от реки и хотя в этом месте берег заболочен и весь зарос камышом, это было даже удобно. В таких непроходимых плавнях Атилла мог гулять даже днём, не опасаясь, что его кто-нибудь увидит. Заодно дракон поставлял к нашему столу здоровенных раков. Наш дом являлся ещё и крепостью и мы приложили немало сил к тому, чтобы он с одной стороны не бросался никому в глаза, а с другой был неприступен. Правда, мы совсем не занимались огородничеством, зато сад у нас, благодаря магии, был просто на загляденье всем нашим соседям. Слава Богу, что не на зависть, так как им тоже доставалось от моих магических забот о грушах, яблонях, сливах и абрикосах вместе с пышными ягодными кустами.

С соседями нам повезло. Слева от нас жили пожилые люди, баба Таня и дед Ваня, которые нас никогда не беспокоили, справа полковник в отставке, Максим Семёнович Денисов, отличный мужик, в прошлом танкист, вдовец, которого я частенько приглашал к нам в гости на чай, а напротив, немного наискосок, большая, дружная семья священника церкви, тоже как и мы, бывшего военного, майора в отставке, десантника к тому же. Они часто заходил к нам в гости, особенно когда с Ильмина прибывали Кир и Ио. Тогда их детвора весь день резвилась в нашем дворе, играла с Атиллой и бегала через наш участок к реке купаться. Через камыши была проторена широкая тропа, которую я замостил брёвнышками, а у самой воды регулярно поддерживал для детей в отличном состоянии небольшой пляж с золотистым песком, а Атилла следил за тем, чтобы на нём не оставалось его драконьих следов. Ну, а ещё он по ночам тайком поддерживал катер отца Иоанна в отличном техническом состоянии.

Участок у нас был большой, широкий и с краю на нём стоял металлический эллинг, в котором отец Иоанн держал свой небольшой катерок. В кирпичную стену мы врезали железную калитку и он мог проходить к реке в любое время. Семья у священника была большая, но жили они небогато, а потому отец Иоанн, который принял этот приход всего полтора года назад и все средства вкладывал в недавно восстановленный храм, был просто вынужден время от времени отправляться на рыбалку, чтобы разнообразить таким образом свой стол. Мы частенько ломали голову над тем, как помочь им, но не могли ничего сделать. На ипподром батюшка не ходил, лотерейных билетов не покупал, а все те пожертвования, которые мы делали на храм тайком, он до последней копейки вкладывал в его благоустройство. Так что мы только и могли сделать для них, что радушно приглашали к себе в гости, да, Ио, которая прикидывалась бездетной, постоянно привозила их детям обновки, когда, якобы, приезжала домой из Москвы, выбирая не самые дорогие вещи и при этом дела такое лицо, что все её подарки принимались безропотно. Ну, и ещё мы сбагривали им почти весь свой урожай.

С Виктором у нас было очень много общих воспоминаний и потому мы быстро сдружились, ведь мы выходили из Афгана в одно время, да, и воевали чуть ли не рядышком и имели общих знакомых, но куда больше его радовало то, что каждое воскресенье он видел меня в храме, а когда Кирюха бывал на Земле, то и нас обоих. Иоланте стоило сказать ему один раз, что она буддистка и тот больше не задавал ей никаких вопросов, хотя и бывал поражен тем, как хорошо она знала Ветхий и Новый Завет, правда, рассказывая о том, как много в обоих религиях общего. Хотя мне, как самому старшему по возрасту, на взгляд матушки Валентины я выглядел много моложе своих сорока лет, было всё же трудно рассказывать о своих реальных подвигах, поскольку они приходились и на более ранние времена, мы всё же гораздо чаще вспоминали с её мужем Афган, нежели говорили о православии, ведь это была наша служба, а эти годы невозможно выбросить из памяти за ненадобностью.

Приняв решение отправиться на рынок, я известил об этом своего друга. Дракон разлёгся на полу в гостиной и смотрел какой-то боевик на экране нашего домашнего кинотеатра. Когда к нам приходили дети отца Иоанна и матушки Валентины, он смотрел вместе с ними мультфильмы и весело лаял глядя на то, как мультяшные герои гоняются друг за другом на экране. Детвора очень любила этого здоровенного, добродушного и весёлого пса по кличке Атилла, который так редко выходил из дома, но всегда выбегал, чтобы встретить их. Пока я одевался, дракон принёс мне из кладовки здоровенную корзину, в которую мог влезть сам, и, вежливо оскалившись, поинтересовался:

– Кузьмич, ну, скажи мне, Бога ради, зачем ты прёшься на рынок? Скоро с Ильмина вернётся Кир с женой, а ты лишаешь их такого удовольствия. Ты не боишься, что Ио устроит тебе скандал из-за этого? А она это обязательно сделает.

Вот тут дракон был полностью прав. На Ильмине, где Кира и Иоланту встречали так, словно не видели их лет эдак с десяток, домочадцы, во главе с Анной-Лизой и Эльзой, окружали их такой заботой, что только не подносили им чашку кофе к губам и не кормили с ложечки. К тому же император Роджер и его канцлер тотчас бросали все свои дела и со всем семейством мчались в их замок. Разумеется, в таких условиях и речи не могло идти о том, чтобы Ио могла выйти вместе с Киром и его женами на рынок и пройтись по рядам. К тому же появись они на каком-либо из барилонских рынков, так торговки тотчас начали бы одаривать их чем ни попадя, мечтая хоть чем-либо угодить своему ненаглядному герцогу и его женам-красавицам. Зато на рынках нашего города, Ио могла торговаться из-за какого-нибудь жалкого пучка петрушки битых полчаса и быть после этого такой счастливой, словно она выторговала себе царство небесное. Самое же смешное заключалось в том, что она как не умела готовить раньше, так и не научилась этому до сих пор. В замешательстве почесав затылок, я ответил своему другу:

– Ну, даже не знаю, что тебе и сказать, старик. Нам-то двоим харчей дня на два точно хватит, а вдруг кто-нибудь ещё заявится? Что делать тогда? И кроме того меня сегодня с утра терзает такое предчувствие, что я найду на рынке что-то очень важное или с кем-то встречусь. Понимаешь, это чувство мне с самого утра покоя не даёт. Мне можно, конечно, просто пройтись по рядам для успокоения души, но это будет просто глупо. К тому же, старик, у нас остались одни только консервы, да, апельсины, а на дворе лето и мне хочется купить к столу какой-нибудь зелени, овощей. Мимо черешни я в этом году пролетел, а эти чёртовы апельсины мне ещё на Ильмине надоели.

– Ладно, иди. – Отозвался Атилла и добавил – Так уж и быть, я тебя выручу и съем всё, как только вернётся Ио.

Ну, что же, это тоже был хороший выход из того положения, в которое я мог угодить по причине своего странного беспокойства. Атилла кормился в основном на Ильмине, где оборачивался громадным драконом и без устали трескал огромных ильмианских рыб. На Земле он обходился пивом, воблой и тушенкой, но особенно не налегал на них, ведь даже в своём уменьшенном виде он запросто мог умять за один присест целого быка с коровой в придачу. Другие блюда он тоже ел с удовольствием и частенько составлял мне компанию за завтраком, обедом и ужином, но когда речь шла о том, чтобы полакомиться, то у себя в комнате он вскрывал когтём баночку тушенки и ел её десертной ложкой, словно мороженное, но, увы, съедал вместе с ложкой и банкой. Но чаще всего мы пили с ним вдвоём пиво, сидя вечерком на веранде позади дома, и под воблу или былычок могли запросто укатать пару ящиков этого чудесного напитка, предпочитая только местные сорта, а не всякое импортное пойло и то, что навострились бурдючить в России, но что и пивом-то нельзя называть.

Надев на голову бейсболку и нацепив на нос магические очки, без которых никогда не выходил из дома, я затолкал корзину в багажник, сел в джип и выехал за ворота, нажал на кнопку пульта и они закрылись. Взяв под козырёк в ответ на приветственный жест Семёныча, поливавшего газон возле своего дома, я поехал по улице. На этой улице, как и во всём районе, мы давно уже стали своими людьми. Нас считали бизнесменами, имеющими компанию в Москве и потому наши частые отлучки не вызывали ни у кого никакого удивления. Бизнес есть бизнес. Почти восемь месяцев мы проводили на Земле. Кир и Ио немного меньше, они чаще посещали Ильмин, а мы с Тетюром торчали здесь почти безвылазно, иногда он месяцами жил в нашем доме, а иногда в Испании и появлялся, когда где-нибудь обнаруживалась очередная пакость. Тогда мы покидали наш дом всей командой, но отсутствовали обычно не больше двух, трёх часов, ну, а если мы отправлялись в какое-нибудь путешествие, то за домом присматривал наши соседи, раньше дед Ваня с бабой Зиной, которые вечно ворчали из-за сорняков в саду, а в последние годы Семёныч и матушка Валентина.

Мы никогда не вызывали ни у кого никаких подозрений. Участковый и все наши дальние соседи были только довольны, что в этом доме, когда-то принадлежавшем еврею, откочевавшему в Израиль, поселились такие спокойные и степенные молодые люди. Ну, может быть это не всем понравилось, ведь местным бандюкам, которые попытались наехать на нас ещё в первый год, когда мы только обустраивались на новом месте, я сразу же объяснил, что ничего, кроме неприятностей, им от нас не обломится и они перестали нами интересоваться. Как старая и опытная лиса, я никогда не вёл охоту вблизи своего дома, да, в этом и не было особой необходимости. Не сказал бы, что в нашем районе жили одни лишь праведники, но и каких-либо отъявленных негодяев я в нём тоже не обнаружил, а потому частенько, в основном по ночам, работал в других местах.

Обычно я полагался на криминальную хронику и телепередачи, из которых получал наводки, ну, а затем проверял, так сказать, информацию. По большей части мои хлопоты не приносили успеха. Вокруг тех типов, которые могли заинтересовать Аботана, крутилось слишком много народа, а мне нужно было действовать без шума и не привлекать к себе внимания. В таких условиях оставалось надеяться только на удачу, ну, и ещё на магию, но на Земле это срабатывало далеко не всегда. Куда проще мне было работать в других базовых мирах, ведь тогда у меня была возможность проходить через пространственный портал, проводить в них по две-три недели и возвращаться назад чуть ли не в ту же самую минуту, в которую я покидал Землю и поэтому число самых отъявленных мерзавцев на Сковородке уже почти сравнилось с числом монстров, их терзающих.

Рынок, на котором я обычно покупал продукты, был рядом, всего в каких-то десяти минутах ходьбы, но в это утро я решил отправиться чуть ли не на другой конец города, в Нахаловку. Вряд ли я смог бы объяснить, почему поехал именно туда. Тем более, что наш рынок был раза в два больше и на нём можно было купить всё, что угодно, начиная от здоровенных раков и вплоть до устриц, правда, копчёных. Так или иначе, но, постояв несколько раз в пробках в центре города, хотя это и была суббота, я, наконец, припарковал джип и вытащил из него свою корзину. На мне были надеты вытертые джинсы, кроссовки, голубая тенниска и поверх неё потрёпанный жилет с множеством карманов, которому я мог придать любой вид. В бейсболке и больших зеркальных очках я ничем не привлекал к себе внимания и был похож на самого обычного здоровенного парня лет тридцати пяти, которого мать или жена отправила на рынок за покупками.

Свой поход на рынок я начал с мясных рядов, где затарился окороком, копчёной домашней колбасой, говяжьей вырезкой, свининой и пятью литровыми, стеклянными банками говяжьей тушенки домашнего приготовления, после чего отправился в рыбный ряд, чтобы купить там десяток вяленых и копчёных лещей. Тщательно запаковав рыбу в полиэтиленовые пакеты, я отправился в молочный ряд и принялся придирчиво выбирать сыр. Так, действуя в строго определённом порядке, чтобы не подавить одни продукты другими и потом было удобнее разбирать покупки, я челноком прочесал уже почти весь рынок, как тут моё внимание привлекла худенькая, красивая девушка, которая шла куда-то в сопровождении двух милиционеров.

Моё внимание эта девушка, которая была весьма недурна собой, одетая в короткую джинсовую юбку, вязанную кофточку и кроссовки, привлекла не своей стройностью и довольно-таки большой грудью, а усталым, почти измождённым лицом и горящими бешеным огнём глазами. Что-то тут было не так и потому я, тут же забыв об овощах и зелени, немедленно двинулся вслед за этой троицей, включил свои очки и поставил их в положение слежения за группой. Теперь я мог видеть девушку и её спутников, которые мне почему-то сразу же не понравились, даже сквозь кирпичную кладку толщиной в полтора, два метра и при этом слышать каждое их слово даже в том случае, если они будут переговариваться очень тихим шепотом. Девушка вела двух ментов к нескольким серым вагончикам, в которых, скорее всего, располагалась администрация этого рынка. Один из ментов, кряжистый мужик лет сорока пяти, майор по званию, спросил её:

– Ты, уверена, что это здесь?

Та ответила каким-то надтреснутым, усталым голосом:

– Да, это точно здесь. Мустафа обычно сидит вон в том вагончике. Он и сейчас здесь, за вагончиком стоит его машина.

За вагончиком действительно стоял новенький джип "Тойота-Прадо" с затемнёнными стёклами и уже только из одного этого я мог сделать вывод, что предыдущая встреча девушки с Мустафой произошла сравнительно недавно, а сам он является если не хозяином этого рынка, то, как минимум, крышует его. Это уже было весьма интересно. Выбрав место для наблюдения, я поставил корзину на землю и закурил. Что-то мне подсказывало, что развязка наступит быстро и я не ошибся. Первым в вагончик вошел майор, а второй мент, старший сержант по званию, быстро оглядевшись, грубо втолкнул в него девушку, да, при этом так быстро, что та даже не успела вскрикнуть. Уже вдвоём они втащили её в кабинет Мустафы, в котором помимо здоровенного азера лет пятидесяти находилось ещё трое таких же жгучих брюнетов помоложе и ростом поменьше.

Мустафа мне сразу не понравился, хотя и был одет в безукоризненный белый костюм, носил очки в тонкой золотой оправе и выглядел достопочтенным джентльменом, но такие вещи меня никогда не обманывали. Этих типов я всегда видел насквозь. Его чёрная рубашка с отложным воротничком была расстегнута на две верхние пуговицы, открывая всем верхнюю часть груди, густо поросшую чёрными волосами, завитыми в колечки, поверх которых блестела золотая, гранёная цепь какого-то совершенно собачьего фасона, а на пальцах, толстых, как сардельки, блестело сразу несколько массивных перстней. Увидев ментов и девушку, азер тотчас вскочил на ноги и громко воскликнул возмущённым, истеричным, тонким голосом:

– Вах, шайтан, откуда взялась эта шлюха?

– Вот и я хотел бы знать, Муса, откуда взялась эта шлюха? – Прорычал злым голосом майор и поинтересовался – Не ты ли говорил мне, что у неё билет в один конец? Так как же она сумела вернуться оттуда, откуда никто не возвращается, кретин?

В голосе мента мне явственно слышалась фальшь, но в принципе всё сразу же встало на свои места и я был готов начать действовать немедленно даже не смотря на то, что мои руки были связаны здоровенной корзиной, было половина одиннадцатого утра и на рынке толклась куча народа. Всё это не являлось для меня сколько-нибудь серьёзной помехой, а взять целую банду, явно, промышлявшую торговлей русскими девушками, это ли не было для меня в то тревожное утро самой большой удачей? Однако, я всё же решил не торопиться и посмотреть на то, как будут развиваться дальнейшие события, хотя мне и не терпелось поскорее прийти на помощь девушке. Азер, всплеснув руками, быстро затараторил:

– Толик-джан, мамой клянусь, я не знаю, как эта овца сбежала из Кабула. К тому же я отвечаю только за поставку и транспортировку товара до Туркмении, всё остальное это уже твоя забота. – Мент набычился и двинулся на азера, а тот замахал руками и сказал – Ладно-ладно, Толик-джан, не горячись. Послушай, ты только не волнуйся, я её сам живьём в землю закопаю.

Девушка, которая только сейчас сообразила, что угодила в западню, слабо вскрикнула:

– Сволочи, вы с ним заодно!

Сержант тотчас ударил её кулаком в солнечное сплетение, сноровисто застегнул на тонких руках наручники и воткнул в рот кляп, явно, подготовленный заранее. Телохранители Мустафы, или кто они там были, восторженно зацокали языками. Сержант в ответ радостно осклабился и отшвырнул девушку в угол, за большой холодильник, после чего открыл дверцу и достал из него пластиковую бутылку минералки. Напившись прямо из горлышка, он поставил бутыль обратно и посмотрел на майора. Тот кивнул ему головой и сказал:

– Твоё счастье, Муса, что я сегодня дежурный по отделению, а то бы точно не миновать беды. Собирайся, сейчас отвезём эту сучку ко мне домой, допросим, как следует, а потом вы сделаете так, чтобы её труп никогда, слышишь, никогда не нашли. Ладно, мы с Витьком пошли к машине, а вы загрузите её в тачку так, чтобы никто не видел.

– Вах, обижаешь, начальник. – Отозвался Муса – Мы её в ковёр закатаем, положим в багажник и вывезем с рынка, как овцу.

Такое развитие событий меня вполне устраивало и потому я поднял корзину с асфальта, но прежде, чем уйти, засунул руку во внутренний карман, в котором лежала моя магическая книга, мысленно произнёс своё требование и она вложила мне в руку небольшой прозрачный шарик магического маячка. Положив это магическое устройство себе на ноготь, я щелчком запустил его в воздух и проследил с помощью своих магических очков за тем, чтобы оно прилепилось к стеклу задней двери джипа Мустафы. Теперь я не только буду знать, где находится машина, но и смогу видеть и слышать, что в ней происходит. Что ни говори, а магия на службе у людей нашей профессии великая вещь и здорово облегчает нам работу.

На стоянку я вышел вместе с майором и его белобрысым прихвостнем с рожей конченного ублюдка. Пока я укладывал корзину в багажник, менты сели в белую ментовскую "Дэушку", к которой мне тоже удалось прилепить маячок, и поехали к выезду из города. Пользуясь тем, что на рынок стала заворачивать какая-то фура, я привёл свой джип в полную боевую готовность, а точнее не только сделал его невидимым, но и быстро поднялся в воздух на высоту в сотню метров. Так мне было гораздо удобнее преследовать этих мерзавцев. Не стоило даже говорить о том, что мой джип модели "Шевроле Чероки", отнюдь не так прост, каким выглядит. На Ильмине эту машину буквально по винтику перебрал Майкл Стоун и превратил её в самое настоящее чудо военно-шпионской техники, да, к тому же не простой, а магической и теперь джип умел не только летать со скоростью реактивного самолёта, но и опускаться под воду не хуже батискафа.

Девушка в багажнике "Тойоты" уже очнулась и теперь плакала, уткнувшись лицом в драный, грязный ковёр. Хотя мне и хотелось немедленно прекратить её мучения, я крепко стиснул зубы и был намерен довести дело до конца, то есть до Сковородки. Мустафа и трое его быков ехали молча, зато майор Толик всю дорогу грязно матерился и клялся скормить азера ракам, но их всех скорее всего ждала куда более ужасная участь. Я ведь только создал Сковородку и замкнул её в огромную чугунную сферу, а всё остальное на ней сотворили уже те монстры, которых создал мой учитель, а сотворили они, надо сказать, ад ничем не хуже, чем тот, который находился в брюхе Тартаботана. Аботан, нацеливая меня на поиск всяческих уродов, недостойных даже малейшего шанса на то, чтобы возродиться после смерти в мирах мастера Аструала, вооружил меня одним магическим приспособлением, которое позволяло мне в считанные минуты провести дознание и получить полное представление о человеке и всех его грехах. Вольных или невольных.

Стараясь не терять обе машины из вида, я стал прикидывать, куда они могут направляться и как только мент свернул направо, понял, что его дом находится в новом коттеджном посёлке, построенном года два тому назад, и даже присвистнул от удивление. Вот уж не ожидал, что такая мелкая сошка может позволить себе иметь дом стоимостью под полмиллиона долларов. Более дешевых домов в этом посёлке, прозванном "Гора бедняков", там просто не было и из этого следовало, что этот мент был парень не промах и умел заколачивать бабки. Правда, мне что-то мало верилось в то, что его заработки были честными хотя бы наполовину. Да, и вообще откуда у ментов могут взяться деньги на покупку дорогих домов и шикарных иномарок? Впрочем, это было не моя забота думать о таких вещах, а президента страны вместе с правительством и парламентом. Нас Мастер Миров, хотя ему самому всё это не нравится, держал на коротком поводке и даже близко не подпускал к политикам, какими бы они не были.

Минут через двадцать обе машины подъехали к дому, стоящему в самом конце улицы за небольшой, поросшей высокими вербами, лощиной, по которой протекала небольшая речушка. То, что ментовской дом стоял на отшибе, меня полностью устраивало, так как более надёжного способа замести следы, чем устроить хороший взрыв с пожаром, ещё никто не придумал, а я уже всем своим нутром чуял, что напал на след хорошо организованной банды и, скорее всего, продажа девушек в бордели было не единственное, чем занимались эти уроды. Впрочем, в своих мыслях я несколько опережал события и ещё ничего толком не выяснив, строил планы, а ведь ещё одним наказом Аботана было, – никогда не спешить с выводами и отправлять на Сковородку только тех скотов, от которых в мирах мастера Аструала не приходилось ждать ничего, кроме зла и самых гнусных преступления.

Так уж получалось, что если законченный негодяй откидывал копыта на Земле или в каком-то другом базовом мире, то, прожив положенные ему двести лет в каком-нибудь из миров для пробирочников, в любом опорном мире, пропитанном магией и волшебством, он обязательно принимал сторону Амала и становился чёрным колдуном или магом. Самое неприятное заключалось в том, что число таких типов неуклонно росло и вот поэтому-то мастер Аботан решил немного почистить базовые миры. В противном случае это грозило большими неприятностями. Хотя неприятностей у нас и без этого хватало и если раньше, лет пятьсот назад, у рыцарей Мастера Миров свободного времени было, хоть отбавляй, то сейчас работы у них резко прибавилось, к тому же зёрна Амала прорастали с удручающей регулярностью и даже на долю таким парням, как Кир или Джонни Морбрейн, которые занимались только особо важными делами, за год по десять, а то и двенадцать раз приходилось браться за работу, а ведь таких рыцарей насчитывалась теперь уже не одна сотня.

В такое вот беспокойное время нам пришлось включиться в эту работу и ещё не было ни одной миссии, о которой я смог бы сказать, что она была лёгкой прогулкой. Нам всегда приходилось пахать, выискивая зло по несколько месяцев, а иногда даже лет, попутно то создавая нечто вроде партизанских отрядов, а иной раз и целые армии, из-за чего очень редко бывало так, что работать нам приходилось меньше года, хотя в итоге всё сводилось к одному, двум довольно скоротечным боям, после чего мы могли облегчённо вздохнуть. Гораздо чаще на это уходило по два, три года, а наша последняя миссия хотя и была напрочь лишена даже намёков на сражения и схватки, вообще продлилась почти пять лет. Кирюха всегда был до безобразия педантичен и чистил миры очень основательно, не оставляя без внимания ни одного из слуг Хозяина Тьмы, за что нас маги Горы и Долины прозвали самыми аккуратными и дотошными чистильщиками.

Мент тем временем добрался до последнего дома, за которым лежало чистое поле, едва ли не самого большого на горе бедняков и остановился перед воротами. Через минуту они открылись, хотя он не выходил из машины и не доставал никакого пульта из чего можно было сделать только один вывод, в доме кто-то был. Этот хренов оборотень в погонах въехал во двор, а вслед за ним загнал и поставил свой джип рядом с милицейской машиной Мустафа, благо во дворе этого особняка можно было разместить вокруг фонтана хоть целую автостоянку. Прытко выбежав из машины, толстый азер, как шестёрка, подскочил к менту и заискивающе спросил его:

– Толик-джан, куда девку тащить, к тебе в дом или в подвал?

Мент хмуро буркнул, вылезая из машины:

– На хрен она мне нужна в доме. Тащи эту тварь прямиком в подвал, а я сейчас пойду, спрошу у жены какой-нибудь дряни, чтобы язык ей развязать. Судя по тому, с какой злостью она разговаривала со мной в ментовке, так просто она нам ничего не расскажет, а прессовать её по-взрослому у меня нет времени. Мне на работе нужно быть к часу дня, так что времени у нас в обрез.

Быки Мусы со всех ног бросились исполнять его приказ и потащили ковёр с девушкой за угол дома, а я плавно и бесшумно опустил свой летающий джип на грешную землю и подождал, когда ментяра войдёт в дом, чтобы он случайно не услышал, как я буду открывать и закрывать дверцу. То, что его жена обеспечивала этих гнусных ублюдков какими-то наркотиками и психотропными средствами, прямо указывало на эдакий семейный подряд. Пока я шел к подвалу под прикрытием вуали забвения, то немного пораскинул мозгами и сопоставил все те факты, которые мне уже были известны, с тем, что я узнал в это субботнее утро. Похоже, что фамилия мента была Рогозин Анатолий Иванович и это он был заместителем начальника отдела милиции Первомайского района нашего города, а его жена, Маргарита Петровна, работала главврачом в центральной городской больнице.

Про обоих говорили, что они жуткие взяточники, про мента, что он крышует местных бандитов, а их сынишка, по слухам тоже был полный отморозок, обирал почём зря торговцев на вещевых рынках и был тесно связан с цыганами, торгующими наркотой. То, что я знал об этой семейке раньше, не давало мне повода заняться ими вплотную. Они были ничем не хуже многих других людей, живших в этом городе, обычные взяточники и вымогатели и не более того, но вот то, что они были к тому же ещё и главарями самой настоящей банды, полностью меняло дело. Спустившись вслед за Мусой его бандитами и подручным мента в подвал, я обездвижил их получасовой вырубаловкой, вытащил из ковра девушку, отвёл в угол, снял с неё наручники, ласково улыбнулся ей и жестом показал, чтобы она молчала. Та испуганно закивала головой, а тут, как раз, подоспел мент и его жена-врачиха, которая вошла в подвал с озабоченной рожей и докторским саквояжем в руках. Стоило им увидеть своих подельников лежащими на полу, как они опешили и застыли в изумлении, но тотчас пришли в себя, как только увидели меня.

Маргарита Петровна истошно завизжала, а её супруг, круто развернувшись на пятках, попытался дать тягу, но я, быстро догнал его, остановил, ухватив за шиворот, и крепко, от всей души припечатал мордой к бетонной стене так, что она мигом сделалась плоской. Мент вырубился мгновенно, оставив на шершавом бетоне кровавое пятно и осколки зубов. Чтобы его жена не донимала меня визгом, я ухватил её за глотку и слегка придушил двумя пальцами левой руки, сломав кадык, после чего достал из своего магического склада небольшую вещицу, похожую по форме на еврейскую кипу или стеклянное блюдечко для варенья, только изготовленную из голубого дымчатого хрусталя. Положив магический прибор на голову этой дородной дамы, одетой в шелковый синий, стёганный халат, я уже через пару минут знал об этой поганой семейке столько, что этого мне вполне хватило, чтобы, отпустив глотку этой твари, мощнейшим ударом кулака превратить её рожу в кровавое месиво, отчего освобождённая мною девушка испуганно вскрикнула.

Затем я глубоко вздохнул несколько раз, чтобы успокоиться, спрятал хрустальное блюдечко в карман, перекрестился и подошел к девушке, которая от страха вся так и вжалась в угол. Прежде, чем вывести её из подвала, я улыбнулся ей как можно дружелюбнее и даже подмигнул. Мне уже было известно, через что этой девушке пришлось пройти в подвале этого гнусного дома, в котором мент и Муса обычно собирали очередную партию товара для Хаджи-Ахмеда и потому мне хотелось поскорее вывести её из этого подвала, но сначала мне нужно было разобраться со всей бандой майора Рогозина. Прижав дрожавшую девушку к своей груди, я сказал, гладя её по спине:

– Теперь ты в полной безопасности, моя хорошая. Успокойся и скажи мне, как тебя зовут. Отныне тебе нечего бояться.

Всё же стуча от страха зубами, она ответила:

– Л-лена... Лена Петрова. А вы кто такой?

По привычке я ответил ей:

– Леночка, ты можешь называть меня просто Кузьмичом. Поверь мне, малыш, я действительно пришел сюда только для того, чтобы спасти тебя. Ты прошла на рынке мимо меня, но видно не заметила, зато я с того момента всё время следил за тобой. Извини, что я не освободил тебя сразу и позволил этому скоту ударить тебя, но мне было важно найти это звериное логово. Если ты не против, то я хотел бы приложить к твоей голове то хрустальное блюдечко, которое я прикладывал к башке этой гнусной мегеры. Ты только не бойся, тебя мне бить не за что, а вот ей я врезал за дело. Эта тварь совершила столько преступлений, что ей и семи казней будет мало. – Поняв, что сболтнул лишнего, я поторопился добавить – Это специальный прибор, Лена, и с его помощью я узнаю о тебе нечто очень важное. Поверь, тебе не будет больно. Ты вообще ничего не почувствуешь.

Лена, продолжая дрожать всем телом, сказала мне в ответ:

– Х-хорошо, я согласна, Кузьмич.

Девушка-то боли точно не почувствовала, зато меня, стоило положить ей на голову мыслезонд, уже через каких-то тридцать, сорок секунд пронзила такая острая боль, что я чуть не упал на бетонный пол. То магическое устройство, которым вооружил меня Аботан, не только умело проникать вглубь сознания человека, но ещё одновременно обладало свойствами мощнейшего компьютера, оснащённого программой анализа не только сознания человека, но и его души. Хотя я и называл этот магический прибор мыслезондом, его действие было куда шире. Впрочем, для чтения мыслей человека он тоже был вполне пригоден, особенно тогда, когда мне нужно было быстро допросить кого-нибудь. Хрустальное блюдечко, прочитав сознание человека, через очки передавало всю самую важную информацию о нём, прямо в мой мозг.

Если я нахлобучивал мыслезонд на голову какого-нибудь преступника, то уже через две-три минуты знал всю подноготную его чёрной душонки и всё, что он сотворил за всю свою жизнь. Об обычном человеке он сообщал мне немного, зато о любой жертве преступления выдавал столько информации, что можно было просто ошалеть. Мало того, что он выуживал из мозга такого человека самые мельчайшие подробности, связанные с его страданиями, так он ещё и передавал мне всю его боль. На долю Лены Петровой за последние несколько месяцев выпало столько страданий, что это чуть было не отправило меня в нокаут, хотя до этого дня я считал, что уже успел повидать всякого, в том числе и людских страданий.

Лене в мае исполнилось восемнадцать лет, но свой день рождения она отметила не в кругу семьи. Точнее, она его вообще не отмечала, так как находилась в это время в одном из борделей Кабула вместе со своей младшей сестрой Сашей, они были погодками, и то, что выпало на их долю, заставило мою кровь закипеть от ярости и ненависти. Лена и Саша приехали в наш город в феврале этого года из небольшой деревни и тому были причины. Родители девушек держали небольшое фермерское хозяйство, но мать Лены умерла два года назад, а отец вместо того, чтобы заняться воспитанием дочерей, начал пить по-чёрному и через несколько месяцев их семья уже была на грани полной нищеты. К тому же напившись, отец частенько бил их и им приходилось прятаться от него у соседей. В конце концов их положение стало совершенно невыносимым и девочкам ничего не оставалось делать, как податься в наш город, где они могли найти работу.

Работу девушки нашли себе довольно быстро и как раз на том самом рынке, куда Лена приехала вместе с двумя ментами. Они были умными и рассудительными девушками, а потому, попав в большой город, не пустились во все тяжкие, как это частенько случается с деревенскими девчонками. Наоборот, строя большие планы на будущее, в котором видели себя счастливыми, они торговали на рынке чаем, кофе и конфетами, радуясь тому, что их хозяйка платила им процент от выручки, а не обычную зарплату, и мечтали скопить денег на учёбу в институте. Лена и Саша прилагали все усилия к тому, чтобы торговля шла бойко, снимали комнату у одинокой набожной старушки на другом конце города, жили скромно и незаметно, чтобы накопить побольше денег поступить в институт и серьёзно взяться за учёбу, так как дурами они не были и закончили школу с хорошими оценками, но к их несчастью на них положил глаз Муса.

Ещё одному мерзавцу, но уже живущему в Кабуле, Хаджи-Ахмеду, для его дорогого борделя, который посещали исключительно американская солдатня, требовались молодые, сильные и красивые девушки славянской внешности, именно такие пользовались спросом у этих вояк, сменивших нас через почти десятилетие в этой стране. Муса подослал к девушкам двоих своих уродов, чтобы те без лишнего шума заманили их на дискотеку, но они отшили азеров и тогда бандиты просто выследили и похитили Лену и Сашу, когда они возвращались домой. Девушек отвезли в дом майора Рогозина, где они провели в подвале целую неделю, пока эти скоты не набрали нужное количество товара. Первым их изнасиловал Вадим, сын мента и врачихи, а потом свою похоть удовлетворили и остальные члены банды. Через неделю, когда бандиты собрали в подвале ещё пятнадцать девушек, жена майора накачала их какой-то гадостью и в Кабул была отправлена очередная, шестая уже по счёту партия живого товара.

Сначала девушек довезли на автобусе до Туркмении. Путь был кружным и довольно долгим и всё это время над ними издевались подручные Мусы и майора Рогозина, а потом на самолёте военно-транспортной авиации армии США их переправили в ящиках из-под какого-то оборудования в Кабул. Три девушки не выдержали этого перелёта и скончались, а остальные попали в лапы этого ублюдка Хаджи-Ахмеда. Почти две недели девушки жили в самой настоящей тюрьме, построенной рядом с домом их хозяина. Там их всех слегка откармливали, заодно приучая к наркотикам, приводили в божеский вид и обучали азам новой профессии, после чего начинали выводить на работу в бордель, расположенный рядом с американской военной базой, из которого уже не было обратного пути. Хаджи-Ахмед очень пёкся о репутации своего заведения и как только какая-нибудь девушка теряла товарный вид или подхватывала венерическую болезнь, он перепродавал её и заказывал себе в России новую рабыню.

Ни одна девушка не задерживалась у этого жуткого скота более полугода и Лена не знала никого, кому бы удалось вырваться из этого кромешного ада. Бывало так, что перепившиеся солдаты калечили и даже убивали девушек, но Хаджи-Ахмед не предъявлял им никаких претензий, действуя по принципу – попортил товар, заплати тысячу долларов и можешь приходить снова. Если девушку калечили так, что её невозможно было вылечить за неделю, другую, то её тут же убивали, вывозили за город и закапывали, словно падаль. Вот потому-то этому скоту постоянно требовался новый товар и он был согласен платить за каждую новую рабыню по пятнадцать тысяч долларов, а за особо ценный товар, то есть молодых девушек, и того дороже. Профессиональные проститутки ему не были нужны уже потому, что ни одна из них не согласилась бы добровольно отправиться в Кабул.

Однако, трагедия Лены заключалась не только в том, что её продали в рабство какому-то грязному, вонючему афганскому скоту, а ещё и в том, что в начале июня их двоих заказала себе целая толпа каких-то американских отморозков и после жутких издевательств те буквально растерзали Сашу. Такая же участь ждала и Лену, но она чудом спаслась. Комната, в которой эти уроды проводили какой-то свой чудовищный ритуал, была вся забрызгана кровью и для его продолжения им потребовалось другое помещение. Когда слуга Хаджи-Ахмеда повёл Лену в другой номер, ей посчастливилось вырваться и убежать. Полуголая, без денег и паспорта она выбежала из отеля, превращённого в бордель, и непременно погибла бы, если бы её не подобрал русский парень по имени Витёк, который гонял из Узбекистана в Кабул фуры с грузами для американской армии.

Витёк не только спрятал девушку в кабине своего "Мерседеса", но и довёз до Ташкента. Он же и посоветовал Лене обратиться не к узбекским властям или в посольство, а к своим друзьям-водилам, которые помогли ей добраться до Москвы. Эти ребята тоже не советовали ей обращаться в милицию, считая, что ничего хорошего из этого не выйдет, так как московским ментам нет никакого дела до какой-то проститутки. Пожив в столице пару недель и постояв на Ленинском проспекте, другого способа заработать без документов на билет до дома у неё просто не было, Лена вернулась в наш город на автобусе и, наконец, всё-таки решила обратиться в милицию. В город она приехала поздней ночью и уже утром пошла в отдел милиции того района, где находился рынок, на котором работал Муса. Сначала она хотела обратиться в ФСБ, но не знала где оно находится. Ну, а всё остальное происходило уже у меня на глазах.

Больше всего Лену мучило не то, что произошло с ней самой, а ужасная смерть сестры. Было бы правильнее сказать, что она тронулась умом, так как более всего она хотела найти свою сестрёнку Сашеньку и не будь я магом, то непременно счёл бы её желание чистейшим бредом. Подумав несколько минут, я сообразил, как можно выполнить это желание. Правда, для этого мне предстояло поставить на уши не кого-либо, а самого Мастера Миров, ведь только ему одному было ведомо, куда именно после своей мученической смерти на Земле попала Саша Петрова. Это, кстати, обычная практика нашего Большого Босса – каждый невинно убитый человек переправлялся в миры Золотого круга и начинал там жить чуть ли не заново. Ну, это в том смысле, что его память частично стиралась, а внешний облик значительно менялся. В основном в лучшую сторону. Сашина память меня не очень-то волновала. Если эта девушка напрочь забыла всё плохое, что случилось с ней на Земле, то в этом не было ничего такого, из-за чего можно было горевать. Всё равно она не столько помнила, сколько знала, что у неё есть где-то сестра и знала, что она рано или поздно с ней встретится, но меня в эту минуту более всего волновало только то, чтобы это случилось как можно скорее и не с ней, а с Леной, а потому я улыбнулся девушке и сказал с грусть в голосе:

– Леночка, ты, возможно, не поверишь в это сразу, но я всё же скажу это тебе. Понимаешь, милая моя девочка, я маг и работаю на того, кого ты называешь Господом Богом, хотя я называю его Мастером Миров. Теперь я знаю о тебе если не всё, то очень многое. Знаю я и то, что твоя сестрёнка Сашенька была убита в Кабуле ублюдками из отряда капитана Джексона. Леночка, твоя сестра умерла только здесь, на Земле, но уже в считанные минуты она была перенесена Мастером Миров на какую-то прекрасную планету, на которой живут добрые и отзывчивые люди, и сейчас она счастлива потому, что из её памяти были стёрты все воспоминания о том кошмаре, через который ей пришлось пройти. Она даже не помнит того, что ваш отец спился после смерти мамы, стал конченым алкоголиком и бил вас, если вы не приносили ему водки, но зато она прекрасно помнит тебя и всё хорошее, что у неё было в жизни. Всю свою жизнь она вспомнит позднее, лет через пятьдесят, когда память вернётся к ней полностью и если я оставлю всё, как есть, то и ты в том случае, если будешь жить праведной жизнью, присоединишься к своей сестре в этом чудесном мире. Лена, меня до краёв захлестнула вся та боль, которой пропитана твоя душа, и поэтому я могу сделать так, что тебе не придётся умирать на Земле, чтобы встретиться с Сашенькой. Я просто надавлю на Мастера Миров и заставлю его сказать, в каком из многих тысяч миров живёт сейчас твоя сестра. Увы, но никому не дано повернуть время вспять и изменить твоё прошлое, зато я могу жестоко покарать всех тех гадов, которые всё это сделали. Не знаю, утешит ли это тебя хоть немного, но я лично отправлю их живьём в самый страшный ад. Ну, что ты на это скажешь, Леночка? Ты готова пожить пару месяцев или чуть больше в другом, не менее прекрасном, мире, чем тот, в котором сейчас живёт твоя сестрёнка, чтобы потом отправиться к ней?

После таких моих слов девушка взглянула на меня с такой мольбой, что у меня на глазах невольно навернулись слёзы и я был просто вынужден опустить голову. Девушка, чьё сознание словно находилось в дурмане, порывисто вздохнула и, сцепив пальцы, спросила:

– Вы, правда, можете сделать так? Пожалуйста, сделайте так, чтобы я снова увидела Сашеньку!

Я молча кивнул головой, достал из кармана свою магическую трубку и тотчас выдул из неё тонкую, короткую, как мышиный хвостики, струйку ярко-красного дыма, которым быстро нарисовал на бетонной стене портал прохода из этого подвала в гостиную нашего дома. Именно там во время моего отсутствия обычно торчал у экрана домашнего кинотеатра Атилла. На моё счастье он был в облике дракона, имел не очень большой размер и лежал на своём любимом ковре с бутылкой пива в когтистой лапе. Увидев нашу большую гостиную, а в ней синего дракона, мирно пившего пиво прямо из горлышка и почёсывающего когтистой лапой своё пузо, Лена сначала вздрогнула, а затем заулыбалась и посмотрела на меня так радостно, что я сразу же понял, что никаких хлопот у меня с ней теперь не будет. Атилла, не поворачивая головы, громко спросил меня:

– Кузьмич, ты вроде на рынок на машине поехал, так какого чёрта ты создал портал прохода? У тебя что, совсем крыша поехала, обормот несчастный? Мы ведь с тобой сейчас на Земле находимся, а не на каком-нибудь там Ильмине, чтобы так беспечно шастать по порталам.

Указав рукой на дракона, я сказал девушке:

– Лена, познакомься, это Атилла. Он хотя и дракон, очень вежливый и обходительный с девушками. Он, как и я, тоже маг, так что ты можешь во всём ему доверять. Отправляйся в наш дом и жди меня там, я скоро вернусь, только мне сначала нужно будет разобраться с этими козлами. – Махнув рукой дракону, вытаращившему глаза на меня и девушку, я пояснил – Атилла, я тут надыбал кое-что серьёзное, а потому задержусь часа на три, а ты, пожалуйста, прими эту девушку и позаботься о ней, как следует. Те твари, с которыми я сейчас начну разбираться по полной программе, обошлись с ней очень жестоко, но ещё раньше другие скоты, на которых я объявил охоту, посадили её на наркотики и вообще к ней относились самым скотским образом, так что ты уж будь добр, займись в первую очередь её здоровьем, а потом немедленно накорми. Леночка уже больше суток ничего не ела.

Проинструктировав дракона относительно нашей гостьи, я подвёл девушку к порталу и, улыбнувшись ей, слегка подтолкнул в спину. Атилла уже стоял возле портала с другой стороны сомкнув из вежливости свои челюсти и прижав правую лапу к груди. Стоило девушке шагнуть в портал, он осторожно взял её за руку своей лапищей и весело гаркнул:

– Не волнуйся, Кузьмич, я сделаю всё, что только будет в моих силах, чтобы наша гостья была довольна, вот только, извини, братан, но накормить её мне уже нечем. Ты раскритиковал апельсины и вообще попёрся на рынок, а у меня от твоей болтовни о харчах, немедленно разыгрался зверский аппетит и я прикончил в доме все съестные припасы, кроме муки и круп. Доставать магическую книгу мне в лом, так что давай, Кузя, организуй что-нибудь для нашей гостьи, а то я, кроме пива, спиртного, чая и кофе, ничего не смогу ей предложить.

Недовольно проворчав себе под нос кое-что о драконьей прожорливости, я потопал к выходу из подвала за своей корзиной. Пока я возился с джипом, сначала снимая вуаль забвения, а потом восстанавливая его невидимость, мои клиенты очнулись и попытались выбраться из подвала. Похоже, что они уже увидели Атиллу, а потому вопили, как резаные. Поставив корзину у входа, я ударами кулаков и пинками загнал их обратно в подвал, после чего передал корзину с провиантом дракону и закрыл портал. Я немного перестарался и потому мне снова пришлось взять в руки свою трубку для того, чтобы вернуть к жизни Мусу. В дохлом виде он не был мне нужен, да, и со сломанной челюстью тоже, а потому я сначала привёл этого скота в нормальное состояние и уже потом стал ковыряться в мозгах этих гнусных ублюдков и с каждым очередным исследованием зверел всё больше и больше.

Мне хотелось в этот момент заняться ими самому, но в том-то и дело, что у меня на это не было времени. Во-первых, потому, что вчера вечером они отправили в Кабул очередную партию девушек, а, во-вторых, в городе ошивалось ещё четверо членов банды и в их числе сын майора Рогозина. Мне не составило особого труда заставить Мусу вызвать их в ментовской дом, после чего я избил их всех так, что без посторонней помощи они не могли даже с места сдвинуться. Затем я запер их в подвале и пошел в дом, чтобы забрать там деньги и драгоценности. Они мне были нужны только для того, чтобы как-то компенсировать их жертвам хотя бы часть того вреда, который они им причинили. Заодно я тщательно заминировал дом и хорошенько начинил его напалмом, чтобы это змеиное гнездо сгорело дотла.

Как только я собрал большую часть банды майора Рогозина, то немедленно отправил их всех на Сковородку, жалея только о том, что ими займутся иксины, здоровенные магические существа, а не я сам. Не скрою, мне было приятно слышать их вопли полные животного ужаса, когда иксины гнали их в свой ад, подталкивая в спину красными трезубцами, чтобы на тысячи лет ввергнуть в самые невероятные мучения. Как только с этим было покончено, я сел за руль и не спеша покинул этот проклятый дом. Приземлившись на дороге подальше от Горы Бедняков, я взорвал хозяйство майора Рогозина и быстро поехал домой, но сначала заехал на свой рынок, где очень хорошо знали не только меня, но и всех моих друзей, прикупил ещё продуктов, купил там зелени, овощей, конфет и фруктов. Баба Зина, у которой я покупал кинзу и реган, отбирая для меня самые лучшие пучки, всё интересовалась, когда же вернётся её ненаглядная Ланочка, на что я только сокрушенно разводил руками и говорил, что не знаю.

Во всей этой истории меня удивляло только одно, – жена майора, которая по сути была идейным вдохновителем этого преступного сообщества, вовсе не считала свою деятельность сколько-нибудь предосудительной, а ведь это именно она разыскала через Интернет своего старого знакомого Хаджи-Ахмеда, который некогда работал в советском госпитале фельдшером, а впоследствии стал сначала наркоторговцем, а потом ещё и рабовладельцем самой гнусной формации. Впрочем, эта тварь, которая не гнушалась ничем, даже продажей органов для пересадки, была не одинока. Муса тоже считал себя прежде всего бизнесменом, но его в отличие от Маргариты Петровны, совершенно не волновала участь собственного племянника, да, он, кажется, и своего сына отдал бы, лишь вырваться из когтей иксинов и потому, отправив в ад сразу одиннадцать человек, я чувствовал себя полностью удовлетворённым, словно окунулся в весёлый калейдоскоп самых обычных будней на Астриуме, где очень люблю бывать.

Когда я вернулся домой через четыре часа, то обнаружил там самую настоящую идиллию, Атилла, уменьшив себя до размеров небольшой кошки, мурлыкал на коленях Леночки, а та почёсывала дракона под подбородком и смотрела на кухне по видику мультфильмы про Тома и Джерри. Увидев меня с сумками и пакетами в руках, девушка вскочила на ноги, а дракон взвился в воздух и, радостно посвистывая, стал кругами летать у неё над головой, время от времени изображая из себя синюю зажигалку с перепончатыми крыльями, хотя Леночка не курила. При этом на шеё нашего боевого друга, испепелившего своим огненным дыханием несколько миллионов всякой чёрной нечисти, красовалась розовая шелковая ленточка, а к хвосту был привязан такой же бантик. Даже детям Кира Атилла не позволял таких вольностей, а тут на тебе, расслабился на руках у красивой девушки. Сгружая на стол свои покупки, я презрительно фыркнул:

– Ну, надо же, как тебя растопырило, дракоша, того и гляди, начнёшь откликаться на какое-нибудь ласкательное имя типа Тилли или отчебучишь ещё что-нибудь в таком же роде.

Лена тотчас поймала дракона, прижала его к своей восхитительной груди и воскликнула:

– Ну, и что в этом плохого, Кузьмич, Тилли действительно очень любит, когда его ласкают!

Меня, признаться, это рассердило и я строго сказал ей:

– Лена, это не кошечка и не собачка, а самый настоящий дракон-маг и если бы мы сейчас были на Ильмине или в каком-нибудь другом мире мастера Аструала, то он был бы ростом побольше, чем самый огромный из всех динозавров, которые только жили когда-либо на Земле. Девочка, он наш партнёр, так сказать, собрат по оружию и мне оскорбительна сама мысль о том, что кто-то может называть его не Атилла, а Тилли. Кстати, ты хоть знаешь о том, что примерно так же звали предводителя варваров, которые когда-то завоевали Рим, только с двумя буквами "Т", вначале, а не двумя "Л" на конце?

Атилла тут же увеличился до размеров очень крупного медведя и, громко клацнув своими громадными, крокодильими челюстями, принялся сердито отчитывать меня:

– Кузьмич, ты у меня сейчас точно нарвёшься на грубость. Немедленно извинись перед Леночкой и впредь не смей читать ей своих дурацких нотаций. Эта девушка настоящий ангел и мне очень понравилось, как она ласкала меня. Даже Эльзочка никогда так не делала, не говоря уже об этих разбойниках, пацанах Кира, которые так и норовят взобраться ко мне на шею и свернуть голову набок. И, вообще, Кузьмич, истинная дружба между человеком и драконом может быть только тогда, когда речь идёт о могучем драконе-маге и такой чудесной девушке, как Леночка.

Пожав плечами, я сказал:

– Ну, раз так, Леночка, то извини меня, пожалуйста, если я тебя чем-то обидел. Мне просто сделалось как-то не по себе, когда я увидел этого синего крокодила с крыльями, украшенного ленточками. – Пристально посмотрев в глаза Атиллы, я всё же спросил – Послушай, парень, а разве то, что я столько раз спасал твою синюю задницу, не является выражением моей дружбы? Да, и ты частенько вытаскивал меня из такого пекла, что в него далеко не всякий дракон сунется. Тебе не кажется, старина, что ты наехал на меня не по делу?

Дракон примирительно проворчал:

– Ладно, Кузьмич, ты меня не так понял. Ты мне, конечно же друг, но вовсе не такой, у которого мне было бы приятно полежать на коленях. Кстати, ещё ни одна девушка узнав о том, что я могу стать размером с цветочного дракона, никогда не хотела взять меня на руки и прижать к себе. Максимум, на что я мог рассчитывать это посидеть на чьём-либо плече, да, и то это было всего лишь один или два раза, но при этом Ио смотрела на меня такими глазами, словно она голодная тигрица, а я большой, аппетитный кусок говядины.

Вот тут Атилла был полностью прав. Особенно на счёт моих коленей. Попробуй он только сесть ко мне на колени, я тотчас схватил бы его за хвост и выбросил в окно. Я и кошек-то не люблю за эту привычку, не говоря уже о драконах. Правда, я с огромным удовольствием усадил бы к себе на колени Леночку, настолько привлекательной она стала за те несколько часов, что провела в обществе моего друга дракона-мага. Потрепав своего друга по колючему загривку, я принялся разбираться с покупками, а девушка бросилась мне помогать. В кухне на плите стояло большая кастрюля, пара сковородок и сотейник, из которых пахло чем-то очень вкусным, отчего у меня тут же засосало под ложечкой, а настроение мгновенно поднялось выше крыши. За эти часы я успел здорово проголодаться.

Лена, быстро отобрав нужные ей овощи и зелень, немедленно принялась готовить салат, а я открыл шкаф и стал выставлять на стол тарелки и прочую посуду, чтобы пообедать вместе с девушкой. Когда та увидела, что я собираюсь оставить Атиллу без обеда, то зацокала языком и приготовила столовый прибор и для этого синего обормота, который кроме бутылок, да, банок с тушенкой, ничего толком не мог держать в своих лапищах. Хотя лапа дракона и очень похожа на человеческую руку, он из-за своих длинных и острых когтей не мог пользоваться столовыми приборами должным образом. К тому же у Атиллы была дурная привычка съедать любые ложки вместе с тушенкой. Впрочем, это было до того дня, как он познакомился с Леночкой. Сегодня дракон решил изменить своим обычаям и действительно вознамерился отобедать вместе с нами, для чего не поленился немного уменьшиться в размерах и сесть на табурет, как положено. И вот что удивительно, он даже втянул в пальцы свои когти и взял ложку так аккуратно, словно пользовался ею всю свою жизнь.

Наворачивая за обе щеки густой, наваристый борщ, я только диву давался тому, как ловко уплетал это нехитрое, но очень вкусное блюдо Атилла. Он даже не изгрыз при этом серебряную ложку из набора, подаренного мне на день рождения Калютой Бритом. Но особенно дракону понравились котлеты, приготовленные Леночкой, он умял их целую сковородку и даже слопал весь гарнир, хотя я раньше не замечал за ним, чтобы он трескал отварной рис, политый вкуснейшим соусом. Единственное, от чего он отказался, так это от салата, зато я съел его целых две миски, такой он был вкусный. На десерт Лена приготовила нам апельсиновое желе и я даже удивился, как здорово это у неё получилось. Когда всё было съедено, я закурил и принялся пить кофе, радуясь тому, что это не мне пришлось убирать со стола и мыть посуду.

Атилла от кофе отказался и, удивляя меня в очередной раз, достал с полки большой тонкий фужер, налил в него пива и принялся пить его вытягивая губы трубочкой. Эдак он ещё и курить научится, подумалось мне и я усмехнулся, глядя на такого воспитанного дракона. Более воспитанным и учтивым Атилла становился только тогда, когда оборачивался человеком, но, увы он почему-то очень не любил этого делать и потому практически всегда был драконом. Единственное, чему мне удалось научить его до этих пор в драконьем облике, так это пользоваться тремя магическими кристаллами, которые он хранил у себя за щекой в специальном кармане вместе с книгой рыцаря-мага. Правда, для этого ему приходилось принимать размеры сопоставимые с человеческими, чтобы активировать кристаллы и начать творить магию. Иногда он работал с ними просто великолепно, а иногда халтурил. Вспомнив об этом, я сказал Леночке, которая уже успела помыть посуду и подсела к столу:

– Девочка моя, давай-ка пройдём в гостиную и я хорошенько проверю, чего тут без меня намудрил с тобой твой любимый дракоша. Дракон он, конечно, могучий, но...

Атилла тут же огрызнулся:

– Можно подумать, что я не умею исцелять болезни, Кузьмич. Ты, кажется, забыл, что точно такой же маг, как и ты.

– Цыц, умник. – Строго одёрнул я дракона – Не я ли тебя учил магии после того, как у Тетюра окончательно опустились руки? К тому же ты ни хрена не понимаешь в девушках, друг мой, а потому запросто мог напортачить по незнанию.

Дракон уныло вздохнул и сказал девушке:

– Ну, что же, дитя моё, тут мне нечего возразить. Я действительно далеко не самый лучший лекарь на свете. Всё, на что я способен, это заштопать дыры в этом вредном вояке. Тебе действительно стоит послушаться Кузьмича и пройти в гостиную.

Девушка испуганно посмотрела сначала на меня, а потом на Атиллу и тихим голосом спросила:

– Мне, что нужно будет опять раздеваться?

Поняв причину её огорчения, я сказал вполголоса:

– Лена, девочка моя, ты ведь будешь лежать обнаженной перед магом, а не каким-нибудь похотливым мужиком. Ты же не стала бы стесняться раздеться перед врачом?

Тут я, конечно, малость приврал ей. Мне было очень приятно смотреть на эту стройную, симпатичную девушку с такой красивой грудью, а нагой она представлялась мне ещё очаровательнее. Дракон, бросив на меня быстрый взгляд, допил своё пиво и с важным видом сказал в подтверждение моих слов:

– Да, Леночка, мастер Козмо, несомненно, прав. Пройди в гостиную, разденься и ляг там на диван. – Как только девушка выбежала из кухни, он заговорщицки подмигнул мне и спросил шепотом – Что, запал на девчонку, Кузьмич? Честно говоря, она красотка, да, и фигурка у неё обалденная.

Постукав себя пальцем по лбу, я тихо шепнул:

– Ты бы сначала подумал, что говоришь, крокодил. После того, как я узнал в каком аду она побывала, меня так припечатало, что тут уже не до шашней, хотя признаюсь тебе честно, старина, она действительно не дурна собой, да, к тому же ещё умна, отважна и обладает многими другими достоинствами, но ей очень не повезло в жизни. На её долю выпало столько страданий, что не приведи Господи.

– Вот ты и утешишь её. – Безапелляционно заявил дракон.

– Ага, как же, есть у меня на это время. – Огрызнулся я вставая со стула и направляясь к двери – Те скоты, которые продали Лену в бордель, вчера вечером отправили в Афган ещё двадцать шесть девчонок. Они месяц собирали их по всей области, аж до Сочи добрались. Сейчас их везут в автобусе, с понтом это танцевальное шоу, и я теперь жду звонка от какого-то Хазрета. Этот урод у них там за старшего. На ночь они остановятся за Астраханью в какой-то кошаре. Вот там-то я их всех и повяжу. Девчонок доставлю домой, а их охранников, во главе с Хазретом, прямиком на Сковородку.

Дракон посмотрел на меня с сомнением и тихо спросил, придержав возле двери за плечо:

– Кузьмич, а ты уверен в том, что все они заслужили такое суровое наказание? Вдруг среди них есть люди, которые ещё могут исправиться?

Опасения Атиллы были мне вполне понятны. Как маг, он ничуть не хуже нас всех понимал, что за каждую невинную жертву с меня спросится по полной программе. Хотя у меня в кармане лежал мыслескоп, гнев и негодование легко могли сыграть со мной злую шутку и я мог отправить в ад такого человека, который ещё мог выправить свою судьбу. Поскольку только Мастеру Миров было ведомо будущее и даже по малейшим признакам он мог определить, кем станет тот или иной тип даже не в первой, а в своей второй или третьей жизни, я запросто мог напортачить. Пока что всё, чем я занимался в свободное время, сходило мне с рук. Правда, далеко не каждого мерзавца, которого мне удавалось вычислить, я отправлял на Сковородку. Куда чаще я всё же этих уродов просто мочил самыми простыми и надёжными способами. Ну, это в том смысле, что я их обычно убивал своими собственными руками и с максимальными мучениями, которые мог доставить, за что Кир, узнав о моих проделках от Атиллы, с которым я делился своими переживаниями, частенько меня критиковал.

Сам он тоже никогда не проходил мимо всяких отморозков и стоило ему столкнуться с каким-нибудь негодяем, немедленно пускал в ход оружие. И всякий раз это приводило к тому, что мастер Павел брал в руки бич и нещадно полосовал его спину. Кирилл относился к таким наказаниям с насмешливым презрением и даже не оскорблялся, в отличие от меня. Более того, он, как и я, даже подружился с этим суровым и немногословным магом с добрейшей душой, но мне-то мастер Павел не спускал шкуру со спины. Однако, доведись мне совершить ошибку и отправить на Сковородку того, в ком остались ещё крупицы совести и добра, мне бы досталось куда серьёзнее, чем ему, и не исключено, что тут уж меня самого иксины ухватили бы за бока своими когтями и, для начала, посадили на кол. Меня такая перспектива нисколько не смущала уже потому, что я всегда пользовался мыслескопом мастера Аботана и смотрел на чужие грехи отстранённо и оценивал не их, а в первую очередь мысли и душу преступника.

Вот потому-то я и не строил никаких планов относительно Леночки. Мне только того и не хватало, что проникнуться к ней тёплыми чувствами и наделать глупостей. Нет, уж лучше я пойду по следу этой банды с холодной головой, ну, а если кто и подвернётся мне под горячую руку, то я отправлю его в мир иной без каких-либо сожалений. Это раньше по этому поводу меня мучило чувство вины и сожаления, а теперь, когда я знал о том, что каждому человеку уготовано возродиться в других мирах, такого со мной уже не случалось, ведь нам всем приходилось иметь дело отнюдь не с мирными и добропорядочными гражданами. На тех тропинках, по которым мы обычно ходили, нам встречался совершенно другой народ и наш разговор с этой публикой был обычно коротким и бескомпромиссным.

Весело насвистывая, я вошел в гостиную. Атилла, вытянув шею, важно шествовал за мной и тоже что-то мурлыкал себе под нос. Девушка, последовав его совету, уже разделась и лежала на большом кожаном диване. Обнаженной она действительно была очень привлекательна. Ростом она была немного ниже Иоланты, а её нельзя было назвать слишком уж высокой, но имела очень похожую фигуру, была стройной, длинноногой и выглядела не только эротично, но и спортивно. Правда, груди у неё были побольше, чем у Ио. Поставив стул поближе, я сел напротив Леночки и принялся беззастенчиво её рассматривать. Она почувствовала это и, приоткрыв глаза, посмотрела на меня укоризненно. Улыбнувшись, я достал свою трубку и, показав её девушке, принялся не спеша рассказывать:

– Лена, эта трубка служит мне не только для курения. С её помощью я могу выдувать разноцветные магические дымы, которые способны делать множество чудесных вещей. Из куска стали, камня или дерева я таким образом могу сотворить что-нибудь полезное, посуду, мебель и вообще всё что угодно. А ещё я могу не только вылечить любую болезнь или вернуть человека к жизни, но даже изменить тело человека. Ты, конечно, сложена безупречно, но если тебе хочется что-либо поменять в своей внешности, то я это сделаю лучше любого пластического хирурга. Я могу сделать так, что тебе даже не нужно будет говорить мне об этом. Ты просто должна будешь представить себе это, ну, как бы загадать желание, а мои волшебные дымы сами исполнят любое твоё желание. Правда, если тебе, вдруг, захочется немного подрасти, то нам придётся воспользоваться для этого услугами Атиллы. Он у нас парень до жути здоровенный и с него точно не убудет, если он уделит тебе частицу своего тела.

Для того, чтобы сделать девушку выше ростом, мне вовсе не нужен был для этого в качестве донора дракон, поскольку у нас имелась Кадиса, но мне не хотелось показывать ей эту особу магического происхождения, созданную Тетюром. Атилла понял меня без каких-либо объяснений и немедленно закивал головой. Мои увещевания, которые я делал тихим, мягким и вкрадчивым голосом, почти тотчас возымели своё действие и Лена заметно оживилась. Глядя на меня широко открытыми глазами, она медленно огладила своё тело и потёрла изящным пальчиком кончик носа, который, на мой взгляд, был всё же чуточку великоват. Широко улыбнувшись мне, она спросила:

– Кузьмич, а вы можете сделать мой нос чуть-чуть поменьше, а то он у меня, как картошка. И ещё мне очень не нравится мой зад, он у меня какой-то мальчишеский.

– Ну, а как на счёт роста? – Спросил я девушку, так как знал, что она завидовала своей более высокой сестре.

Лена, немного подумав, ответила:

– Это тоже было бы хорошо, но мне как-то неудобно и немного страшно, а вдруг я тоже стану драконом, как Атилла, а он от этого уменьшится и сделается слабее.

Дракон весело рассмеялся и воскликнул:

– Девочка моя, ты только за меня не беспокойся. Меньше я не сделаюсь. В своём естественном виде я вешу почти четыреста тонн, а потому с меня действительно не убудет. Относительно же того, что ты сможешь измениться, ты тоже можешь не волноваться. Мы, драконы Ильмина, магические существа и можем быть донорами для людей из любого мира. Если ты действительно хочешь немного подрасти, то, заодно, попроси мастера Козмо о том, чтобы он передал тебе несколько капелек моей крови. Я дракон-маг, моя девочка, и с моей кровью тебе передадутся некоторые мои магические знания. В будущем тебе это очень пригодится. Ты ведь человек чистой расы, а из таких получаются самые могущественные маги.

Дракон был полностью прав. Уж если я не мог изменить прошлого этой девушки, то в моих силах было сделать так, чтобы будущее было полностью подвластно ей самой. Лена посмотрела на меня вопрошающе и я, легонько похлопав девушку по руке, сказал ей:

– Да, это так, Леночка. Кровь Атиллы сделает тебя магом, только слабеньким-слабеньким, но я хочу предложить тебе нечто большее. Если ты того захочешь, то я сделаю тебя своей ученицей и тогда ты станешь одним из самых великих магов в этой Вселенной. – Смутившись от такого заявления, я поспешил добавить – Ты только не подумай, что мне довелось таким родиться, просто моим вторым учителем был сам мастер Аботан, а он является самым первым магом, ну, и к тому же хотя на Земле не прошло десяти лет с того дня, как я стал Верховным магом, меня уже включили в Первый круг, то есть твоим учителем будет маг из высшей лиги, а не какой-то там второсортный тип.

Дракон и тут вставил свои пять копеек:

– А это то же самое, как если бы его учителем был сам Мастер Миров, Леночка. Мастер Козмо действительно является одним из самых могущественных магов всей Вселенной. Даже сам великий Тетюриальд Великолепный согласился стать его учеником и выпил магический напиток приготовленный им.

Такая неприкрытая лесть со стороны синего дракона заставила меня рассмеяться, и, чтобы у девушки не возникло превратного мнения обо мне, я сказал:

– Ну, допустим, сначала всё-таки Тетюр напоил меня своим магическим напитком, Атилла, а уже потом, когда я сошелся во мнении с мастером Аботаном, согласился стать его помощником и тот сделал меня своим учеником, я таким образом как бы вернул ему долг. В общем мы просто обменялись с Тетюром знаниями. – Улыбнувшись Лене, я добавил – Поэтому, девочка, я всегда буду считать своим первым и главным учителем только мага Тетюриальда Великолепного, а он действительно великий маг и, в отличие от меня, уже почти две тысячи лет является магом Первого круга, а их не так уж много. Это особая каста магов и к ним даже на пьяной козе не подъедешь, такие они вредные.

Наши с Атиллой разглагольствования привели к тому, что девушка, повернувшись на бок и приподнявшись на руке, посмотрела на меня таким взглядом, что мне сразу же сделалось жарко, как в сауне. К тому же и позу она приняла очень эротичную и, поглаживая себя по гладкому бедру, спросила:

– Мастер Козмо, чем я смогу заплатить вам за то, что вы сделаете меня своей ученицей?

Скосив взгляд на весело ухмыляющегося Атиллу, я с притворной грозностью рявкнул:

– Драконы, молчать!

Лена тотчас села, громко расхохоталась и откинулась на спинку дивана. Похоже, что она уже полностью поверила в то, что попала в весьма необычную компанию и с этого момента в её жизни действительно наступят большие перемены. Пристально посмотрев мне в глаза, девушка сказала мне вполголоса:

– Теперь мне понятно, мастер Козмо, какую именно плату я должна буду заплатить за своё обучение и ты поверь, она будет очень щедрой. Такой щедрой, что ты никогда этого не забудешь.

Это обещание прозвучало так многообещающе, к тому же она перешла со мной на ты, что я даже пожалел о том, что с нами не было Кирюхи. Уж он-то знал толк в женщинах куда лучше меня, Тетюра и Атиллы вместе взятых. Невольно подавшись вперёд, я нацелился на неё своей трубкой, усыпанной разноцветными драгоценными камнями, и провёл по бедру девушки её большим чубуком, вырезанным из эбенового дерева в виде головы сатира с козлиной бородой, выгнутой вперёд, и роскошной, ажурной короной из серебра, после чего поднёс трубку к лицу девушки и стал подробно объяснять:

– Когда мастер Аботан передал мне с помощью магического напитка свои знания, у меня появилась возможность творить магию по-новому. До этого дня я, как и Тетюр, работал с магическими кристаллами, но от них слишком много шума и сверкают они так ярко, что глазам больно делается, но так уж вышло, когда высшие силы даровали мне магические знания. Признаться, мне это к тому времени жутко надоело и поскольку у меня появилась возможность сменить, так сказать, магическую квалификацию, такое случается во время второго посвящения, то я не придумал ничего лучшего, чем сотворить себе эту магическую трубку и начать работать с магией дыма. Она работает ничуть не хуже магии света, а в некотором смысле даже лучше. Когда-то давно, я воевал в Афгане, и там у меня был один взводный, цыган, который подарил мне старинную трубку. Её вырезал ещё его прадед, польский цыган, который как-то раз отломал кусок чёрного дерева от статуи какого-то святого в костёле то ли в Варшаве, то ли в Кракове, а на мундштук пустил бильярдный шар из слоновой кости, украденный из бильярдной в поместье генерала царской армии. Там же он спёр десять серебряных рублей. Так что эта цыганская трубка полностью состоит из краденого добра, но это не помешало мне превратить её в очень мощный магический инструмент. Пользуясь той силой, которую дал мне мастер Аботан, я восстановил свою старую трубку во всём её прежнем великолепии и украсил чубук и мундштук разноцветными драгоценными камнями. Вот этот изумруд, например, позволяет мне выдувать из трубки зелёный дым, который наделяет мою магию силой природы, а этот желто-оранжевый бриллиант пробуждает силу огня. У каждого из девяти камней своё собственное предназначение, но самым главным является вот этот сапфир, который украшает корону. Синий дым позволяет мне трансформировать живую и мёртвую материю и именно он позволит тебе иметь такие лицо и тело, о которых ты мечтаешь. Смешивая цветные дымы, я могу добиваться практически любых цветовых сочетаний и творить самые настоящие чудеса. К тому же моя магия дыма, в отличие от любой другой, действует очень мягко и пусть не так быстро, как магия света, всё равно очень мощно и основательно. Леночка, я тебе рассказываю об этом так подробно только потому, чтобы ты не испугалась, когда твоё тело окутают мои мягкие и ароматные разноцветные магические дымы. Ну, и ещё я надеюсь на то, что сумею склонить тебя к магии дыма, а то у меня в последнее время развелось слишком много оппонентов и критиков. Если ты почувствуешь в своей душе тягу к магии дыма, то высшие силы не будут противиться твоим желанием, хотя так получается и не всегда, но как знать, что произойдёт с тобой.

Пока я рассказывал Лене о своей магической трубке, она взяла меня за руку и крепко прижала к своей упругой груди. Глаза девушки сияли от восторга. Поцеловав мою руку, она с восторгом в голосе воскликнула:

– Мастер Козмо, мне очень нравится магия дыма. – Смущённо опустив взгляд, она добавила – Может быть магия света и хороша, но уж слишком она яркая и трескучая. Тилли, извини, пожалуйста, что я так говорю про твою магию.

Дракон был само милосердие. Радостно осклабившись, он весело сказал:

– Да, что уж там, так оно и есть. Правда, тебе следует учесть, что я всё-таки дракон, а у нас всё, к чему мы не прикоснёмся, так и горит, так и сверкает. По другому мы, драконы, просто не можем, ведь мы же огнедышащие существа.

Чтобы не откладывать дело в долгий ящик, я вставил трубку в рот и, дважды нажав на молочно-белый опал на её мундштуке, стал быстро выдувать из неё толстую струю белого дыма. Первым делом я хотел проверить, как справился со своим делом Атилла, которому я поручил заняться здоровьем девушки. Уже через несколько секунд тело Лены окутал белый густой дым с запахом ландышей, полностью скрыв его из вида, но не надолго. Через каких-то несколько секунд белый дым, пройдя сквозь тело девушки, словно бы превратился в белоснежную простыню, покрывшую тёмно-бордовую кожу нашего роскошного дивана испанского производства, к которому Атилле было запрещено даже подходить, а не то что валяться на нём, из-за его острых когтей.

После этого тело девушки стало прозрачным, словно горный хрусталь, а все её внутренние органы приобрели зеленоватый оттенок. Выпустив из трубки тоненькую голубую струйку дыма, я направил её внутрь тела Леночки, чтобы она указала мне на возможные болезни. Атилла, который сидел на полу рядом со мной, от возбуждения даже высунул язык. Дракону, впрочем, незачем было волноваться. Он сделал своё дело хорошо и девушка была полностью здорова. Правда, он не учёл того обстоятельства, что последние несколько месяцев наложили свой отпечаток не только на её сознание и душу, но и на тело. Поэтому, выдув из трубки целых две дюжины разноцветных дымов, я привёл организм девушки в то состояние, в котором он был за несколько дней до того, как она с сестрой приехала в наш город. Выполняя пожелание Атиллы, я дал девушке его кровь, но для этого мне не пришлось дырявить шкуру дракона в поисках вены. Было достаточно небольшого алого облачка, которое сначала вошло в него, а потом в сердце Лены. На всё у меня ушло не более десяти минут.

Однако, на этом дело не закончилось. Ещё минут пятнадцать я устранял в ней все дефекты, вплоть до самых маленьких. На Земле нет абсолютно здоровых людей, разумеется, кроме Кира, меня, а также Тетюра и Ио, и теперь к этому списку я добавил ещё и Лену. Когда всё было готово, я нажал на сапфир в короне сатира и девушку окутало плотное синее и абсолютно прозрачное облако, а её тело вновь сделалось, словно стеклянное. Выпустив напоследок тоненьки золотистый лучик дыма, который коснулся лба девушки, я сказал:

– Ну, вот и всё, Леночка, теперь тебе стоит только представить себе, какой ты хочешь быть, и моя магическая трубка выполнит любые твои пожелания, какими бы необычными они не были, ну, а Атилла даст тебе для этого частицу своей плоти.

Передав бразды правления в руки девушки, я повернулся и пристально посмотрел на Атиллу. Дракон, как и я, смущённо отвёл взгляд от её тела и задумчивым голосом сказал:

– Кузьмич, а может и мне стоит начать курить? По-моему я тоже смогу сделать себе трубку. Только я сделаю её из цельного сапфира, а вместо этого рогатого чёрта вырежу голову дракона. Как ты думаешь, курящий дракон это будет круто?

Меньше всего меня в этот момент интересовало то, из чего дракон будет выдувать цветные магические дымы, но чтобы не обижать своего друга, я ответил:

– Атилла, поверь, работать с дымами ничуть не сложнее, чем со светом или водой. А вообще-то мы все и в подмётки не годимся ни Мастеру Миров, ни мастеру Аботану. Тем вообще не нужны никакие магические инструменты, но на то они и Высшие маги. Только я заранее предупреждаю тебя, старина, относись с особым уважением к чёрному дыму. Он, не смотря на свой цвет, является инструментом созидания, а не разрушения, как думают некоторые отсталые маги.

Этот камень был направлен прямиком в огород Тетюра, который очень ловко слил воедино две магии – дыма и света, но при этом, сотворив себе чёрный кристалл, частенько использовал его в качестве мощного оружия. Нет, я не находил в этом ничего предосудительного, но всё же с его стороны было бы куда правильнее использовать мои знания в полном объёме и более пристойным образом. Отношения между магом-учителем и магом-учеником, к сожалению, далеко не всегда являют собой образец подлинной гармонии. Это ведь не какое-нибудь там карате или айкидо, где каждое слово учителя воспринимается учеником, как эталон мудрости. Магия в этом плане куда более эластичная штука и позволяет некоторые вольности.

Однако, в таком роде деятельности, как магия, всё обстоит и гораздо сложнее, и в первую очередь потому, что маг почти никогда не воспитывает своего ученика и позволяет ему развиваться самостоятельно, особенно маг высшего уровня, который до того был человеком чистой расы, а такие крайне редко становятся магами. Маги ведь не обитают в базовых мирах, если, конечно, сам Мастер Миров не определил мага на постой в таком мире, как это произошло сначала с Тетюром, а потом и со мной. Да, и то, что ты маг, на Земле, как и в любом другом базовом мире, нужно тщательно скрывать, иначе потом бед не оберёшься, а точнее воплей Большого Босса и особенно его верных подручных, которые этого не любят ещё больше, чем он. Боятся, гады, что кто-то захочет стать богом.

Мои отношения с Тетюром нельзя назвать иначе, как сложные. В первую очередь потому, что мы оба были вынуждены жить на Земле большую часть года и если у меня есть чем заняться, то ему можно только посочувствовать. От скуки он начинал звереть уже через неделю и не находил ничего лучшего, чем доставать меня всяческими замечаниями. В основном касающимися магии. К Атилле он почему-то никогда не пристаёт, хотя тот тоже является его учеником, а того, что я передал ему знания, полученные от мастера Аботана, вообще в упор не видит и знать об этом не хочет. Он вспоминает об этом только тогда, когда мы отправляемся на очередное задание и перед нами встаёт какая-нибудь очень уж сложная задача.

Мысли об отношениях между магом-учителем и его учеником полезли мне в голову отнюдь не случайно. Я только что пообещал Леночке сделать её своей ученицей и ляпнул это не случайно, а из-за того, что Атилла был полностью прав, когда сказал, что я запал на эту девчонку. Завалить эту девушку в свою постель только по той причине, что я спас ей жизнь, было бы полным свинством, как для мага, так и для обычного мужчины. Помимо того, что я знал всё о её трагедии, мне стало так же известно и о том, что больше всего она мечтала когда-то о большой любви, хотя и пережила в шестнадцать лет большое разочарование, влюбившись в парня из их деревни, который бросил её тотчас, как только добился своего. Так что в том случае, если я сделаю из неё свою любовницу, после этого обязательно случится ещё одна трагедия и поэтому у меня оставался один единственный выход, сделать её ещё и своей ученицей. Тогда у меня появится такая любовница, к которой я смогу прийти в любое время. Родство душ у магов намного сильнее, чем у обычных людей, а потому и к любви они относятся намного серьёзнее.

Хотя это и было с моей стороны коварством, никакого другого выхода для себя я не видел. Написание очередного романа на потребу публике, обитающей в Золотом круге мастера Аструала, потребовало от меня на этот раз несколько больших усилий, чем обычно, поскольку миссия была жутко нудная и за компьютером мне пришлось мучиться куда больше, чем нам всем на той чёртовой планете пробирочников, на которой мы проторчали почти пять лет прежде, чем нам удалось найти одного урода и отобрать у него один совершенно дурацкий талисман. Поэтому мне срочно требовался небольшой, но очень бурный роман без каких-либо последствий. Да, именно самый настоящий роман, а не какая-нибудь мамзель на одну ночь.

К счастью обстоятельства сложились таким образом, что лучшего мне уже и не нужно было желать. Девушка, спасённая мной из лап мерзавцев, после чего я, как всякий мудрый и отважный рыцарь-маг, прилагаю все усилия к тому, чтобы наказать тех мерзавцев, которые причинили ей страдания, да, плюс к тому же ещё и обещание найти её сестру, это ли не прекрасный повод влюбиться. Все эти зёрна уже не только упали на благодатную почву, но и дали прекрасные всходы и мне только и оставалось сделать, что сжать урожай. Став магессой, Леночка вскоре и сама, без каких-либо объяснений поймёт, что по другому я не мог поступить и уж точно ни за какие коврижки не захочет быть моей женой, но любить меня при этом, не престанет даже через тысячу лет. Порукой тому даже не моё слово, а пример Тетюра, к которому недавно примчалась Фелиция и, громко рыча от страсти и вожделения, уволокла его куда-то.

Дело оставалось за малым, мне нужно было дождаться звонка от Хазрета и разобраться с ним, после чего я мог смело тащить девушку в свою постель. Минимум часа четыре я точно буду отсутствовать, а за это время Атилла обязательно просветит Леночку на счёт того, кто такие маги и чем они отличаются от обычных людей в плане любви и секса. В том, что дракон меня не подведёт, я был уверен полностью. Мы с ним и не такие афёры проворачивали. Думая о том, чем бы мне ещё ошеломить девушку, я слегка скосил глаз в её сторону и просто обалдел от увиденного. За несколько минут она превратилась в такую красотку, что от неё было глаз не оторвать. Да, что ни говори, а она точно годилась в магессы.

Каким-то своим особым женским чутьём она угадала, что настоящая магесса просто обязана обладать особенной статью и потому подросла больше, чем на голову и обзавелась роскошными формами, чем сделалась немного похожей на Фелицию и Анну-Лизу. Теперь перед ней точно не смог бы устоять даже Кирюха. При этом хотя лицо её и сделалось невыразимо прекрасным, оно осталось лицом прежней Леночки, только теперь у неё был премиленький курносый носик и огромные синие глаза, кожа обрела прелестный золотистый оттенок, словно она была одной из тех золотых девушек Ильмина, из-за которых этот мир стал местом паломничества для всех мужиков Золотого круга. Не в силах сдержаться, я повернулся к девушке и вперил в неё свой взгляд. Наверное, в этот момент глаза мои горели от восторга, словно два прожектора, а видел я в тот момент только то, что Леночка смотрит на меня и просто нежится под моими нескромными взглядами. Как раз именно в этот момент у меня в кармане зазвенел телефон Мусы и я, переместив трубку в уголок рта, был вынужден достать его из кармана и, наскоро совершив магическое заклинание, нажал на кнопку и ответил Хазрету с характерным акцентом:

– Вах, Хазрет, наконец-то ты позвонил. Где тебя шайтан носил, глюпий ишак. Я же сказал, чтобы ты позвонил в четыре часа.

Из трубки до меня донесся нахальный голос:

– Муса, ми уже доехали до кошар. Может быть нам не останавливаться и ехать дальше? К утру ми будем уже на граница.

Меня это, естественно, совсем не устраивало и потому я сердитым голосом громко рявкнул в трубку:

– Анан секим, ты думай, что говоришь, ишак! Ночью в степи тебя кто угодно остановит и тогда всё, пиши пропало. Быстро загоняй автобус в кошару и смотри мне, не вздумай девок бить, узнаю, что ты опять товар портишь, самого в Кабул отправлю.

Отчитав Хазрета, я снова уставился на девушку, но тот момент, когда наши глаза обменивались любовными признаниями, уже ушел в прошлое. Леночка снова выглядела испуганной и я, чтобы подбодрить её, негромко сказал:

– Девочка, тебе нужно поторопиться, но ты сильно не спеши, время у меня ещё есть и ты успеешь сделать всё, что хочешь.

– Ну, мне кажется, что я и так сделала уже всё, что хотела, мастер Козмо. – Робким голоском ответила она мне.

Выпустив из трубки густую и толстую струю зелёного дыма, я быстро проверил, всё ли она сделала правильно и лишь убедившись в том, что все изменения были закреплены на генном уровне, завершил Леночкины магические трансформации тем, что напитал её тело силой и энергией. Когда сине-зелёный дым рассеялся, мы увидели, что на кожаном диване лежит самая настоящая королева с пышной копной золотисто-русых волос, способная затмить своей красотой даже Корбеллу. Атилла восторженно присвистнул, а я протянул девушке руку, чтобы помочь встать. Взгляд Леночки снова потеплел и она, положив свою изящную ручку на мою широкую, мозолистую от меча ладонь, поднялась с дивана и, к моему восторгу тотчас села ко мне на колени. Коснувшись рукой моего лица, девушка сказала:

– Мастер Козмо, сначала ты спас меня, а потом Атилла снял с моей души камень, и вот теперь ты полностью меня преобразил и я чувствую себя совсем другим человеком. Позволь мне...

Договорить Леночке эту фразу я не дал, так как приник к губам девушки долгим поцелуем и крепко обнял её сильное и гибкое тело совсем не так, как обнимал бы эту красотку в её прежнем обличье. Теперь это была моя любовница, да, к тому же любовница полностью соответствующая мне по силе тела и чувств. Мне можно было, конечно, не спешить и заняться с ней любовью прямо на этом диване, но в том-то и дело, что я был очень искушенным любовником и хорошо знал, что небольшое ожидание пойдёт нам обоим только на пользу, а потому, оторвавшись от губ Леночки, сказал дракону:

– Атилла, кажется Фелиция оставила в комнате у Тетюра один из своих чемоданов. Притащи-ка сюда самый большой, мне нужно срочно одеть Элен подобающим образом. – Произнеся имя Леночки на французский манер, я как бы подвёл тем самым черту под её прошлым и, чтобы полностью открыть ей мир будущего, пояснил – Милая моя девочка, ты уже магесса, хотя и не обладаешь всей полнотой магических знаний. В самое ближайшее время я приготовлю для тебя магический напиток познания и передам с ним тебе все свои знания без утайки, так как я очень хорошо знаю тебя. Но уже с этого момента ты будешь для всех остальных людей Элен, а о твоём настоящем имени будем знать только мы с Атиллой и ещё наши самые близкие друзья. И вот ещё что, моя девочка, маги это особые люди, а магессы тем более. Отныне ты всегда будешь такой же юной, как сейчас, а потому тебя не должно смущать то, что я намного старше тебя, как и не должно смущать то, что ты моя ученица, а я твой учитель. Поверь, во всей Вселенной трудно найти такого мага, который не сделал бы свою ученицу любовницей и ты была полностью права, когда сама назначила за моё обучение самую высокую цену.

– Да, я понимаю это, мой любимый мастер Козмо. – Жарко прошептала мне в ухо Леночка.

Сказав это, она стала стаскивать с меня тенниску и жилет, но тут в гостиной появился Атилла с громадным кожаным кофром в лапах и я, нежно взяв девушку за руки, сказал ей:

– Потом, Леночка. Сначала мне нужно освободить девушек и вернуть их домой. Мне что-то не очень верится, что мои угрозы подействовали на этого урода Хазрета.

От этих слов девушка передёрнулась всем телом и тихим, ненавидящим голосом проворчала:

– Да, уж, этот садист только и мечтает о том, чтобы избить кого-либо до полусмерти. Но как ты найдёшь их в степи, мастер Козмо? Может быть ты возьмёшь меня с собой? Я хорошо запомнила дорогу.

– Нет, Лена, как раз этого от тебя не требуется. – Ответил я вставая со стула вместе с девушкой на руках – Я прекрасно знаю дорогу. Тогда, когда я приложил к твоей головке в подвале хрустальное блюдечко, мне открылось всё, что с тобой произошло. К тому же один из подручных Мусы тоже два раза ездил по этой дороге и она отложилась у меня в памяти до малейшего поворота.

Спустив девушку с рук, я открыл баул Фелиции и прежде, чем предложить Леночке выбрать себе какой-нибудь из её нарядов, окутал его серебристым дымом, который действовал, как самая лучшая в мире американская прачечная и еврохимчистка. Через несколько секунд всё, что находилось в бауле, сверкало своей первозданной чистотой и источало аромат утренней свежести горного леса. Не то чтобы я не доверял Фелиции, просто мне не хотелось, чтобы от Леночки пахло её духами и прочими благовониями. Сделав рукой широкий жест, я поманил за собой Атиллу и мы вышли вместе с ним на веранду, оплетённую виноградом. Солнце клонилось к закату, но до наступления сумерек было ещё довольно много времени, так что я вполне мог обернуться до того момента когда наступит поздняя ночь.

Перебрав наряды Фелиции, девушка остановила свой выбор на её любимом костюме для верховой езды, который та, похоже, взяла специально для того, чтобы затащить в койку Кирюху. Кремовая шелковая блуза и галифе золотисто-орехового цвета с кавалерийскими сапожками коричневого цвета не только пришлись Леночке впору, но и прекрасно облегали её роскошное тело, придавая ей какую-то особую сексуальную выразительность. Через тонкий шелк слегка проглядывали её красивые груди, глядя на которые я с трудом подавил в себе желание немедленно затащить эту красотку в свою спальню и там раздеть. Девушка, кажется, преобразилась не только внешне, но и внутренне и теперь проверяла на мне силу своих любовных чар. Чтобы усилить в ней ощущение преображения, я воскликнул:

– Вау, Атилла, ты только взгляни на эту красавицу! Ну, разве она не чудо? Честное слово, если бы я был драконом, то немедленно поднялся бы с ней на спине прямо в небеса.

Дракон, поняв меня с полуслова, тут же подыграл мне, сказав весёлым голосом:

– Я и сам об этом подумал, едва только увидел её, Кузьмич.

– Ну, так в чём же дело, старина? – Снова воскликнул я и не мешкая достал из своего магического кармана-склада большое, удобное драконье седло эльфийской работы и специальное устройство, держа которое в зубах, Атилла мог окутывать себя вуалью забвения и делать невидимым.

Девушка от такой нашей прыти изрядно смутилась и, замахав руками, громким шепотом затараторила:

– Ой, что вы, что вы, мы ведь так тут же переполошим всю округу. Если люди увидят в небе синего дракона, то они, чего доброго, начнут стрелять по нам из ружей.

Но, куда там, Атилла уже вошел в раж. Малость увеличившись в размерах, он низко склонился передо мной и, подставив под седло свой колючий загривок, весёлым басом пророкотал:

– Пустяки, Элен, всё это пустяки и мелочи. Мы маги, а магам подвластно невозможное! – Понизив тон, он пояснил, быстро застёгивая сбрую на своей мощной, гибкой шее – Мне ничего не стоит сделать нас обоих невидимыми, моя прекрасная Элен, и тогда мы сможем взлететь к самым звёздам. О, сейчас ты узнаешь, что такое полёт на драконе, моя милая, отважная девочка. Это приведёт тебя в восторг.

Сунув дракону в рот загубник с пшикалкой, я ловко забросил Леночку в седло и быстро пристегнул её ноги к специальным стременам, после чего пристегнул её к седлу страховочными ремнями. Теперь она не свалилась бы с Атиллы при всём своём желании и самых рискованных фортелях этого бесбашенного магического летуна. Осторожно двигаясь на четвереньках, мой друг-дракон спустился на задний двор, набрал полную грудь воздуха, распростёр крылья во всю их ширь и присел на задние лапы, готовый к полёту. Встав перед ним, я стал строгим голосом делать инструктаж:

– Значит так, Атилла, никаких подъёмов выше ста пятидесяти метров, иначе ты попадёшь в зону действия радаров. В сторону аэропорта не летать, там радары возьмут тебя даже над землёй. Громко крыльями не хлопать и не закладывать никаких крутых виражей, чтобы Элен случайно не завизжала от страха. Тихий и благопристойный полёт над рекой в одну строну и обратно. А ты, моя девочка, постарайся выражать свои восторги шепотом. У Атиллы прекрасный слух.

Дракон глухо рассмеялся в ответ на мои наставления:

– Можно подумать, Кузьмич, я первый раз летаю над этой рекой. Или ты забыл, как мы летали на рыбалку неделю назад?

Стукнув дракона кулаком в каменно-твёрдую грудь, я отошел подальше, чтобы не попасть под его могучие крылья, которыми он даже при таком маленьком росте запросто мог валить вековые деревья. Атилла хитро подмигнул мне и дунул в пшикалку. На какое-то мгновение я увидел за изумрудной пыльцой счастливое лицо Леночки, а потом оно исчезло, скрытое от меня вуалью забвения. Послышался скребущий звук драконьих когтей по асфальту, мне в лицо ударил мощный порыв ветра и я остался во дворе один. Счастливо улыбаясь, я пошел к джипу, стоящему возле ворот, чтобы забрать из него большую сумку, доверху набитую пачками денег, рублей и долларов, поверх которого лежал целлофановый пакет с драгоценностями Маргариты Петровны. То, что эта дородная дама в данный момент корчилась на колу, меня совершенно не волновало, как не волновало и то, что рядом визжали её муж и сын. Все они получили по заслугам.

На этот раз джип мне не был нужен и потому, забросив сумку на плечо, я нарисовал портал прохода прямо в воздухе и шагнул в него нисколько не беспокоясь о том, что бандиты Мусы могут увидеть меня выходящего ниоткуда. Портал мне удалось построить очень удачно и я вышел из него метрах в двадцати от каких-то турлучных сараев. Это были кошары, которыми бандиты пользовались вот уже почти три года, чтобы провести здесь ночь перед броском к границе. Сакман давно уже прошел и пастухи пасли стада где-то далеко от этих мест, поэтому не было слышно ни блеяния овец, ни лая собак. Зато я отчётливо слышал крики нескольких девушек и потому ускорил шаг. Подбежав к открытым дверям, я сбросил сумку с плеча, выхватил из магической книги один за другим два пистолета и влетел внутрь.

Какой-то тип со слюнявым ртом выскочил мне навстречу с расстёгнутой ширинкой и я, не мешкая ни секунды, сначала отстрелил ему мужское достоинство, а потом тремя выстрелами разворотил его глотку. Глухо хрипя и кашляя, он упал сначала на колени, а потом свалился на бок и засучил ногами. Пистолеты Майкла Стоуна тем были и хороши, что стреляли практически беззвучно и те типы, которые насиловали девушек прямо на полу следующей комнаты, ничего не услышали. Мои магические очки позволяли мне видеть через дверь не только их, но и автобус, стоящий за двумя стенами от меня. Перепрыгнув через убитого, это, явно, был какой-то чабан, я открыл огонь по двум его корешам и ещё четырём бандитам прямо через дверь нисколько не опасаясь того, что под пули могут попасть и девушки.

Четверых я пришил без особых хлопот, пятый попытался выпрыгнуть в окно, но не успел, а вот шестой, закрывшись девушкой, попытался выстрелить в меня из "Макарова". Ну, он был не первым, кто пытался это сделать и, пожалуй, самым нерасторопным из всех этих придурков. Выстрелив девушке в грудь, я попал ему точно в сердце. Оба тела ещё не успели упасть на пол, как в моей руке уже был изящный золотой пистолетик, стреляющий маленькими капсулами с золотой пыльцой покоя, то есть получасовой вырубаловкой моего изготовления. Девушки, увидев меня, визжали, как резаные, но это нисколько не переполошило остальных пятерых бандитов, которые о чём-то базарили стоя у двери потрёпанного и запылённого автобуса марки "Мерседес". У троих в руках были "Калашниковы", а двое были вооружены пистолетами и от них меня отделяла только турлучная стена, обходить которую не имело смысла.

Спрятав пистолеты, я выудил из магической книги крупнокалиберный автомат Стоуна и, тщательно прицелившись, свалил их всех одной длинной очередью, после чего проломил стену и бросился в автобус, чтобы успокоить девушек вырубаловкой. Активная фаза операции была закончена и я уже не спеша пошел за сумкой. Теперь мне нужно было сделать так, чтобы у этих бедняжек в памяти не осталось ничего такого, что когда-либо побеспокоило их в будущем. Внимательно оглядев окрестности и не заметив в степи ничего подозрительного, я стал выносить девушек из автобуса и бережно укладывать вдоль стены. Когда очки показали мне, что действие магии пыльцы покоя вот-вот иссякнет, я быстро привёл в действие свою трубку, нацелился на девушек хрустальным блюдечком мастера Аботана и принялся исправлять всё то, что натворили эти мерзавцы.

Первым делом я стёр из их сознания все воспоминания начиная с того дня, как их похитили и заменил их на романтическое приключение, связанное со съёмками видеоклипа на борту огромной роскошной яхты, принадлежащей американскому миллиардеру, прибывшему в Сочи инкогнито. В том магическом компьютере, который встроил в это блюдечко мой учитель, уже имелось достаточное количество домашних заготовок и к тому же меня здорово выручила моя буйная фантазия. В кои веки раз литература принесла реальную пользу людям. Когда с легендой их таинственного исчезновения из дома было покончено, я занялся лечением этих бедняжек, после чего, проникнув с помощью портала прохода в самый крупный супермаркет Сиэтла, хорошенько его пограбил и под самый занавес привёл в порядок автобус и сделал так, чтобы его никто не смог опознать.

Когда всё было готово, девушки, повинуясь моему магическому приказу, молча поднялись и стали, как сомнамбулы, выбирать себе наряды и переодеваться, после чего уложили все остальные вещи в большие чемоданы. Деньги и драгоценности, распределённые мною по справедливости, уже лежали в них. Как только мои подопечные были готовы к возвращению, я велел им войти в новенький автобус и заснуть в нём глубоким и покойным сном. Только после этого, то и дело поглядывая на часы у себя перед глазами, я занялся бандитами и чабанами. Первых я наскоро подлатал и, проверив на своём детекторе праведности, без лишних церемоний сдал в руки иксинов. С чабанами, которые по внешнему виду были похожи на чеченцев, я даже не стал возиться. Уже только за одно то, что они насиловали девушек, их всех следовало живьём порезать на куски и скормить собакам.

Самым приемлемым финалом для меня было отправить девушек обратно в Сочи, но там в это время года была такая толчея, что вряд ли у меня из этого могло что-нибудь выйти без лишних помех и неприятностей. Мне просто не удастся незаметно выехать на дорогу и потому я решил, что будет куда правильнее выгрузить их в Краснодаре. К тому же в этом городе я знал несколько таких мест, где смог бы въехать в город даже среди белого дня. Проверив одно из них и убедившись в том, что там действительно никого нет, я сел за руль автобуса и проехал через портал. Через полчаса я уже стоял у стойки в гостинице, чтобы снять в ней номера на всю свою команду, а это было нелегко. Когда же я вошел в автобус и сказал девушкам, что уже завтра с утра они все могут отправляться по домам, мне в уши ударил радостный, оглушительный визг.

Девушки, схватив свои чемоданы, побежали в гостиницу, а я сел за руль, отогнал автобус на соседнюю улицу и немедленно стал созваниваться с родителями и знакомыми девушек, чтобы сообщить им радостную весть – все они живы, здоровы и всё это время были заняты на съёмках видеоклипа, но в последний момент продюсер решил, что ему будет лучше украсить его чернокожими красотками и, извинившись, выплатил несостоявшимся актрисам большую неустойку и отвёз их в Краснодар. Когда я известил последнюю мамашу, на город уже опустилась тёмная южная ночь и у меня, наконец, появилась возможность вернуться домой. С двумя большими чемоданами в руках, в которых было сложено всё, что может понадобиться молодой красивой девушке, я шагнул вглубь салона и вошел во двор своего дома.

Стоя возле дома и глядя на то, что в нём не светится ни одно окно, я стал прикидывать, идти мне в свою спальню сразу или сначала заглянуть на кухню, чтобы перекусить. В конце концов я решил, что меня не так уж и мучает голод, а потому тихонько вошел в дом и направился в ванную. Быстро приняв душ и обработав себя магическим дымом с лёгким запахом мускуса и сандала, я надел на себя халат и пошел в спальню. Как я того и ожидал, стоило мне только переступить порог, Леночка тотчас повисла у меня на шее и это было самой большой наградой за все мои сегодняшние труды. Её очень интересовало то, как прошла операция и я, усадив свою любовницу на колени, рассказал ей о том, какие воспоминания я вложил в сознание девушек и о том, как велика была их радость, когда они покидали автобус, да, и компенсация была тоже существенной. Выслушав отчёт о проделанной работе, она обвила меня за шею и, целуя моё лицо, девушка моей мечты страстно прошептала:

– О, мастер Козмо, ты заслуживаешь двойной награды.

– Ради такой чудесной девушки, как ты, я и не такое готов сделать, Леночка. – Ответил я ей и больше в эту чудесную ночь мы уже ни о чём не говорили.

Утром следующего дня меня разбудил ласковый поцелуй Леночки, присевшей на кровать и её нежные слова:

– Вставай, соня, уже половина двенадцатого.

Посмотрев в её синие глаза, я спросил девушку:

– Ты ни о чём не жалеешь, Лена?

Она положила голову ко мне на грудь, погладила меня по щеке своей тёплой и нежной ладошкой и, немного помолчав, ответила счастливым голосом:

– Серёжа, то, что ты мне вчера рассказал об этих девушках и особенно о том, что ты превратил их мучения в несколько дней самой настоящей сказки, я, поначалу, восприняла с завистью. Но потом подумала немного и успокоилась. Если бы ты сделал такое для меня, это не вернуло бы мне Сашеньку, а именно об этом я мечтаю больше всего. Хотя нет, вру, после того, что мне рассказал о магах и мирах Золотого круга Атилла, я хочу стать магом-путешественником, переноситься из одного мира в другой и рассказывать людям о том, какие прекрасные миры создал для людей мастер Аструал, но сначала я всё-таки хочу найти Сашеньку, чтобы потом путешествовать вместе с ней. Она ведь всегда мечтала о путешествиях.

Прижимая девушку к себе покрепче, я спросил её:

– А как же я? Где я тогда смогу тебя найти?

Леночка засмеялась счастливым смехом и воскликнула:

– Ну, это будет совсем не сложно сделать, мастер Козмо, ведь я намерена поселиться на Ильмине и буду каждый вечер возвращаться в этот прекрасный мир. Пока тебя не было, Атилла открыл проход туда и мы заглянули на часок в гости к Эльзе и Анне-Лизе. Жаль только, что с нами не было тебя. Тебя там очень любят, мастер Козмо.

У меня отлегло от сердца. Больше всего я боялся того, что эта девушка, наслушавшись рассказов Атиллы, тоже захочет стать магом-проводником и начнёт искать себе рыцаря или хуже того, станет набиваться в нашу команду. Словно прочитав мои мысли, она сказала:

– Я только одного не понимаю, с чего это Анне-Лизе так хочется стать магом-проводником? Она же к этому совсем не приспособлена, хотя и говорит, что она маг-воитель. Сейчас она совершенно свободна и вольна идти куда захочет, а если станет магом-проводником, то будет заперта в каком-нибудь мире, как ты и мастер Риальдо. Разве Мастеру Миров недостаточно того, что её муж является его рыцарем? Я бы на его месте запретил Анне-Лизе даже думать об этом.

Услышать такие слова для меня было большой радостью. Всякий раз бывая на Ильмине, я прилагал просто титанические усилия к тому, чтобы отговорить эту женщину от такого опрометчивого шага. Эльза, слава Богу, уже успокоилась на этот счёт и была вполне довольна своей жизнью. Нежно гладя девушку по спине, я спросил её:

– Ну, а как там поживает Кир? Ты видела его?

Леночка пожала плечами, легла рядом со мной и ответила:

– Не знаю, его не было дома. Он вместе с Иолантой улетел в какой-то Каспервилль и мы не стали его дожидаться. Атилла ведь провёл меня на Ильмин только для того, чтобы познакомить с настоящими магессами. Я не поверила ему, что даже в том случае если два мага, женщина и мужчина, любят друг друга очень сильно, они никогда не смогут вступить в брак, вот он и решил, что Анна-Лиза сможет объяснить мне всё лучше него.

– Ты и теперь ни о чём не жалеешь, Леночка? – Снова спросил я девушку тихим голосом.

Она поднялась повыше и, вместо ответа, крепко поцеловала меня и лишь после того, как я стал сжимать её в своих объятьях всё крепче и крепче, перед тем, как снова заняться любовью, громко и сказала твёрдым и решительным голосом:

– Нет, я ни о чём не жалею, мастер Козмо. Уж лучше я буду твоей любовницей и стану приходить к тебе каждый раз, когда ты вернёшься на Землю после очередной тяжелой схватки с силами зла, чем откажусь от возможности быть вечно юной и всегда желанной для тебя.

Это были те самые слова, которые я мечтал услышать от неё более всего. Если ночью мы занимались любовью с каким-то исступлением и неистовством, то сейчас, при свете дня, были необыкновенно нежны и ласковы друг с другом. Я был готов провести с этой чудесной девушкой в постели весь день, но вскоре мой чуткий нос уловил вкусный запах ильмианской осетрины, а это прямо говорило о том, что Кир и Ио вернулись с Ильмина и мой командир готовил обед. Поцеловав девушку в последний раз, я взял с прикроватной тумбочки свою трубку и выдул из неё золотисто-голубое облачко, благоухающее запахами ландыша, лаванды и фиалки, которое окутало всю нашу постель. Мне хотелось лишний раз показать своей ученице, какими чудесными свойствами обладает магия дыма. Когда это душистое облачко, заменяющее собой воду, мыло, зубную щётку и самые нежные полотенца, рассеялось, я сказал девушке:

– Нам пора вставать, Леночка, вернулись Кир и Ио, чёрт бы их побрал обоих, торопыг.

Когда я раздвинул дверцы платяного шкафа, то увидел в нём, кроме своих вещей, аккуратно развешенных на плечиках, с дюжину женских нарядов. Девушка подошла ко мне сзади, прижалась к моей спине, положила голову ко мне плечо и спросила:

– Козмо, милый, ты не будешь против, если я воспользуюсь твоим шкафом? Я не хочу занимать никаких комнат для гостей.

Прежде, чем ответить ей, я протянул руки назад и обхватил её ягодицы, после чего сказал, касаясь губами её щеки:

– Тогда будет всё же лучше, если мы переберёмся в мою большую спальную на третьем этаже. Она гораздо больше и удобнее, а кроме того рядом с ней находится ванная комната с прекрасной ванной-джакузи. Но сначала нам всё-таки нужно спуститься на кухню.

С тяжелым вздохом я разомкнул руки и стал одеваться. Леночка, доставая из шкафа то один, то другой костюм или платье, прикладывала их к себе спрашивала меня, во что бы ей одеться. Мстительно улыбнувшись, я указал на тот самый костюм, который позаимствовал вчера из гардероба Фелиции. Впрочем, когда Лена оделась и я пригляделся внимательнее, то понял, что это был всё-таки не тот костюм, хотя и очень похожий. Себе я достал из шкафа длинные, тёмно-синие шорты и просторную белую майку со статуей свободы на груди и красной десяткой на спине, чем вызвал явное неудовольствие девушки. Не вдаваясь в объяснения, я взял Леночку за руку и повёл вниз, представляя себе, какая рожа будет у Кира, когда он её увидит.

К моему полному восторгу, появление Леночки на кухне произвело огромное впечатление не только на Кира, но и на Иоланту. Рыцарь Мастера Миров, которого отличала не только железная воля, но и способность сохранять спокойствие в любых ситуациях, увидев мою ученицу, входящую на нашу кухню с царственным величием и грацией Афродиты, пришел в такое изумление, что даже выронил из рук кастрюлю с очищенной картошкой, а его жена так и застыла с открытым ртом. Наслаждаясь произведённым эффектом, я тут же подошел к девушке сзади, как недавно она ко мне, и обнял её, положив одну руку к ней на грудь, а вторую на живот, поцеловал в шейку и торжественно представил своим друзьям:

– Знакомьтесь, ребята, это Элен, моя будущая ученица.

Кир и Ио были одеты по-домашнему, в камуфляжные штаны, кроссовки и майки-тельняшки. На обоих этот наряд десантников, вышедших на занятия по физподготовке, смотрелся очень красиво. Правда, то, как тельняшка обтягивала грудь Иоланты, мне нравилось больше, нежели то, что на обнаженном верхе груди Кирилла виднелись рунные знаки, задекорированные татуировками. Прижимая Леночку к своей груди, я чутко прислушивался к её дыханию и только тогда, когда понял, что любовные руны рыцаря Мастера Миров девушку не очень-то впечатлили, выпустил её из своих объятий и даже легонько подтолкнул в его сторону, а сам направился к Ио, сидевшей на стуле с рукописью моего нового романа в руках.

Пока Кир вытирал руки полотенцем, а потом, взяв Леночку за руку, что-то мямлил ей вместо приветствия, я забрал у Иоланты рукопись, небрежно отбросил её в сторону и, заставив эту красотку подняться со стула, нахально поцеловал в губы, но не обнимая, а только сжимая её ладони в своих. Это был отнюдь не дружеский, а долгий и очень чувственный поцелуй, которым я предупреждал своего друга о том, чтобы он и думать забыл о своих магических рунах и о том, что они являются самым лучшим и безотказным бабоукладчиком. Как маг-учитель, я в любой момент мог затащить свою ученицу Ио в постель и хрен бы он смог мне чем-нибудь помешать, но я этого не сделал раньше, хотя у меня не раз и не два была такая возможность, и не собирался делать этого впредь.

На Кира, между тем, было жалко смотреть. Он разрывался на две части, как та обезьяна из анекдота. С одной стороны ему очень хотелось заехать мне в ухо за мой поцелуй, а с другой он и сам, видя девушку, в которой как бы соединились Анна-Лиза и Фелиция, воспылал такой страстью, что у него на лбу выступили капельки пота. Наконец, мы с Ио оторвались друг от друга и, держась за руки, подошли к этой парочке. На более близком расстоянии эти чёртовы руны всё-таки подействовали на Леночку и теперь она дышала глубоко и вся так и подрагивала от вожделения, а мяканья и вяканья Кира казались ей страстными любовными признаниями. Чтобы эта красотка не накинулась на него, я снова обнял свою любовницу, подойдя к ней сзади, и даже запустил свою руку к ней под блузку, а умница Ио, поняв мои трудности с полуслова, рывком стащила со своего мужа тельник и, заставив его встать по стойке смирно, сказала строгим голосом:

– Элен, это мой муж Кирилл, он самый лучший рыцарь Мастера Миров и самый великий кобель, его Божьей милостью, а вот это, – Указала она пальцем на шрамы – Магические руны, наведённые на его тело мастером Аструалом, и именно они, а не что-либо другое заставляют твоё сердечко так трепетать. – Шагнув к Леночке, Ио сердито рыкнула – Оденься, чудовище. – Но уже в следующее мгновение голос её сделался очень тёплым и дружеским, когда она обратилась к моей девушке – Поверь, уже через несколько часов или дней ты привыкнешь к этим каракулям и станешь относиться к нему, как к самому обычному парню, да, к тому же своему хорошему другу, кем он и должен быть для тебя. Понимаешь, девочка, мой друг и учитель Козмо уже много лет пытался найти себе такую подругу, которую мог бы любить, как маг, а не простой смертный, и вот ему наконец-то повезло. В самое ближайшее время, Элен, ты станешь магом и тогда тебе станет понятно, что это такое, иметь возлюбленным мага равного тебе по силам. Когда я узнала, что ты, преобразившись с помощью магии дыма, стала похожа одновременно на Фелли и Анюту, я возликовала. Ведь ты же сделала из любви к Козмо? Так ведь?

Леночка в моих объятьях немного успокоилась и её перестало колотить от любовных судорог. Она выгнулась всем телом и, повернувшись, сначала поцеловала меня, а уж затем ответила:

– Да, Ио, мне очень хотелось понравиться мастеру Козмо. Когда я его увидела вчера впервые, мне сразу сделалось так хорошо и радостно, а потом он спас меня и отвёл к Тилли.

– Ну, что же, Элен, раз ты влюбилась в Кузю по уши, тогда и я сделаю тебе отличный подарок. – Сказала радостно улыбаясь Ио и добавила – Мы оба будем твоими учителями и не по одиночке, а вместе. Я тоже приготовлю тебе магический напиток и ты выпьешь его одновременно с его магическим напитком.

Кирилл от этих слов даже вздрогнул. Заправляя тельник в штаны, он спросил, подходя к нам поближе и обнимая Ио:

– Милая, а это не опасно? Вдруг эти ваши высшие силы возьмут и окрысятся на вас? Может быть вам лучше будет сначала проконсультироваться с Тетюром? Он всё-таки будет постарше вас обоих.

Иоланта сердито сказала а ответ:

– Милый, мы сами разберёмся, что нам нужно делать. Займись-ка лучше картошкой. Ты, вроде бы, обещал приготовить из неё какое-то необычное блюдо? Вот и займись этим.

Атилла, который подкрался к кухне бесшумно, просунул внутрь голову и пророкотал довольным голосом:

– Правильно, Ио, нечего ему совать свой нос в дела магов.

Леночка повернулась ко мне и вопросительно посмотрела на меня. После того, как Иоланта так круто обошлась со своим мужем, она немного оробела и потому чуть дышала. Чтобы снять напряжение, я нежно поцеловал свою возлюбленную и, стараясь говорить как можно более убедительным тоном, объяснил:

– Девочка моя, если речь идёт о посвящении в маги новичка, то неофит может выпить сразу хоть три или даже четыре кубка, поданных ему магами-учителями, лишь бы сумел выпить всё до дна, не пролив ни капельки на пол, но я не советовал бы делать этого никакому магу, даже самому могущественному. Такая жадность к знаниям может запросто свести его с ума или привести ещё к какой-нибудь беде. Зато если ты согласишься, то сможешь обрести совершенно неожиданные знания. Хотя Ио моя ученица, она маг воды, а я, как ты знаешь, маг дыма и кто знает, какие откровения будут даны тебе высшими силами дополнительно к тем знаниям, что передадим мы.

Кир уже собрал с пола картошку и теперь мыл её в мойке, сердито ворча что-то себе под нос. Лена, увидев, что в молодой картошке не вырезаны глазки и что она вообще плохо почищена, озабоченно зацокала языком и, выгибаясь всем своим сильным, гибким телом, стала вырываться из моих объятий. Мне ничего не оставалось делать, как выпустить её из своих объятий и придумать, как откосить от наряда на кухне. Когда Ио жила в этом доме, командиром была она, а не кто-либо другой. Моя возлюбленная быстро нацепила на себя фартук, турнула Кира от мойки и мне тут же пришла в голову отличная идея, как избавиться хотя бы от уборки. Приосанившись, я воскликнул:

– А, что, ребята, может быть нам взять и отправиться куда-нибудь на пикник? Как-никак лето на дворе, а мы в хате киснем.

Атилла тотчас оживился и завопил во весь голос:

– Отличная идея, Кузьмич, давайте рванём на наш остров в Карибском море! Там сейчас как раз раннее утро и стоит прекрасная погода. Гарантирую, я по тарелке смотрел сегодня прогноз погоды.

Ио и Киру моё предложение тоже понравилось, но больше всего этому обрадовалась Лена и я, не мешкая, вытащил из кармана шортов свою магическую трубку. Прежде, чем создать прямо на кухне постоянный десятичасовой портал прохода, я сотворил из клубов серого дыма громадного ирландского волкодава, который немедленно потрусил во двор. Если, вдруг, заявятся какие-нибудь гости, этот пёс тут же прибежит к нам на остров и предупредит о визитёрах. После этого я превратил окно, выходящее на реку, в широкий портал прохода. Он открыл нам красивый пейзаж с пальмами и пляжем, на который лениво накатывались волны. Островок был совсем крохотным и потому необитаемым. Мы частенько использовали его для пикников и чтобы просто искупаться. Кир подал нам знак и первым прошел через портал, чтобы осмотреться. Через несколько минут он вернулся и, кивнув головой, доложил:

– На острове и вокруг него ни души. Атилла, вперёд, осетрины я уже нажарил и теперь срочно хочу омаров.

Повторять дважды ему не пришлось. Дракон весело засвистел и рванул в портал со скоростью гоночного автомобиля, а вслед за ним, визжа во весь голос, помчалась Иоланта. Посмотрев на то, как огорчилась Леночка, я подошел к ней, дёрнул за тесёмку её фартука и сказал:

– Ленок, иди вместе со всеми на пляж, а я тут быстро соображу что-нибудь на стол к Кирюхиным шашлыкам из осетрины и как только управлюсь, присоединюсь к вам. Кстати, в коридоре возле спальни стоят два чемодана и ты найдёшь в них целую дюжину купальников.

Девушка мигом сбросила с себя фартук и бегом бросилась за обновками, а я принялся наполнять кухню цветными дымами. Хотя я и не любил пользоваться магией на кухне, сегодня мне ничего не оставалось, как поручить приготовление салатов и прочих блюд своим дымам. Кирилл, довольно осклабившись, двинулся на пляж чуть ли не печатая шаг. Когда Лена вернулась одетая в крохотное бикини, пошитое из серебристой ткани, у меня уже было всё готово и мы вышли из кухни на наш островок, шагая позади обеденного стола окруженного стульями, на котором был сервирован прекрасный обед на пять персон, а Атилла, кружа над нами, весело курлыкал по журавлиному. Моя магическая трубка висела на серебряной цепочке у меня на шее.

Хотя было уже половина второго и с утра ни у меня, ни у моей девушки не было маковой росинки, мы всё же сначала присоединились к весёлым купальщикам. Чтобы мой обед не стал добычей чаек и не был засыпан песком, я накрыл стол куполом из серебристого, полупрозрачного дыма и, быстро сбросив с себя всю одежду вплоть до трусов, подхватил на руки Леночку и галопом помчался к морю. Через какую-то минуту мы плескались в воде впятером. Море вокруг нашего островка просто кишело акулами и потому Атилла не столько купался вместе с нами, сколько находился в боевом охранении. Он даже увеличился до размеров крупного слона и теперь если и издавал звуки, характерные для всех драконов, то такие трубные и громкие, что, наверное, прогнал от острова всех акул.

Иоланта, как и я, тоже купалась нагишом, зато на Кире были надеты семейные трусы камуфляжной расцветки и это, похоже, несколько смущало Леночку. Она всё время старалась находиться между мною и Ио, словно ревнуя меня к этой высокой, стройной и очаровательной китаяночке. На любовные руны Кирюхи она уже не смотрела и вполне спокойно относилась к тому, что он подбрасывал её вверх или играл с ней в какие-нибудь игры. Атилла в конце-концов смилостивился над нами, прижал к хребту свои острые пластины и пригласил к себе на спину, чтобы покатать нас. Мы быстро взобрались к дракону на спину и он, ловко помогая себе крыльями, помчался в открытое море со скоростью хорошего глиссера. Кир сидел впереди, позади него Ио, а Леночка оказалась зажатой между нею и мной. В какой-то момент девушка спросила нас:

– Ребята, а почему вы купаетесь голыми, а Кир нет?

Ио повернулась к ней и ответила:

– Это потому, Ёлочка, что мы с Кузей всё равно, что родные брат и сестра, а вот этому кобелю, – Тут она с силой треснула Кира по затылку ладонью – Я просто не доверяю.

Кир повернулся к нам сердито гыркнул:

– Ещё один такой поцелуй, Ио, и я твоему братцу обе ноги из задницы выдерну. – Моей же любовнице он сказал – А тебе, Алёнка, я вот что хочу сказать, мне в этой жизни нужны только три женщины, Элечка, Анюта и Ио, но если ты когда-нибудь войдёшь в мою спальню или прищучишь меня ещё где-нибудь, то я не смогу противиться своим магическим рунам. Так что уж коли тебе тоже хочется искупаться голышом, то вперёд, меня твоя нагота нисколько не возбуждает, хотя признаюсь, таких красоток, как ты, во всей Вселенной наберётся не больше десятка, и все они родом с Ильмина.

Мы катались верхом на драконе часа полтора, после чего ещё целый час нагишом купались на мелководье и проголодались так сильно, что как были голиком, так и уселись за стол. Солнце пекло нещадно и потому я создал из серебристого дыма тент. За те десять минут, что Леночка отсутствовала, я успел наготовить множество блюд и практически все они исчезли в наших желудка вовсе не благодаря тому, что с нами за столом сидел Атилла, но всё же гвоздём программы были не мои блюда, а Кирюхин шашлык из осетрины. Когда с обедом было покончено, я предложил всем на десерт фруктовое мороженое своего изобретения. Больше всего моё мороженое понравилось Леночке и Ио, а Кир, лениво ковыряясь ложечкой в своей вазочке, вместо того, чтобы высказать своё мнение, спросил меня:

– Кузьмич, Анюта рассказала нам о том, что произошло с Алёнкой и теперь я очень хочу знать, что ты успел сделать до этого часа, и что будешь делать дальше? Будь добр, доложи.

Мне нечего было делать, как честно сказать ему:

– Кир, я вчера отправил на Сковородку восемнадцать ублюдков и замочил четырёх чичей-чабанов. Эти козлы насиловали девушек, ну, и сам понимаешь, иначе я не мог поступить. Завтра я намерен смотаться в Кабул, разгромить там один бордель, освободить из него девчонок, а потом отправить на Сковородку Хаджи-Ахмеда, хозяина борделя, и разведывательно-диверсионную группу капитана Джексона. Эти скоты сначала зверски истязали Лену и её сестрёнку, а потом, исполняя какой-то сатанинский ритуал, убили Сашеньку. Ну, а сколько народа я там ещё накрошу, про то мне, сам понимаешь, совершенно не ведомо. Да, если даже это будет любая половина жителей Кабула, меня это не остановит. Всё равно они там почти все талибы.

Кирилл сосредоточенно посопел носом, кивнул в ответ головой и сказал мне спокойным и невозмутим голосом:

– Всё ясно, Кузьмич, никакого плана у тебя нет, а потому мы с Ио идём с тобой. Бордель мы возьмём без особого труда и прямо среди бела дня, с Хаджи-Ахмедом тоже проблем не будет, но вот с америкосами придётся повозиться. Во-первых, эту группу нам так просто будет не найти, а, во-вторых, их нужно будет как-то выманить за пределы базы. Не станем же мы брать её штурмом и устраивать массовое побоище. Сейчас невозможно составить план операции, нам нужны точные разведданные, а их мы можем получить только на месте. Поэтому давай ляжем сегодня спать пораньше, а завтра утром, точнее совсем чуть свет, отправимся прямиком в Кабул. Кстати, Кузьмич, тебе бы не мешало пошарить в базе данных Пентагона и ЦРУ, тогда мы точно будем знать, с кем нам придётся иметь дело. И вот ещё что, старик, поскольку это всё-таки солдаты, я сам разберусь с ними.

Такое заявление Кира мне совсем не понравилось и я попытался возразить ему, решительно сказав:

– Сержант, я, к твоему сведению, старше тебя по званию и у меня с америкосами имеются свои собственные счёты ещё с Афгана. Из меня, благодаря им, Тетюр столько железа когда-то выковырял, что на хорошую гантелю хватит. Поэтому дай мне возможность самому разобраться с мучителями моей ученицы.

Кир не был бы Киром, если бы не хлопнул рукой по столу, и не рыкнул сердитым голосом, сузив глаза для важности:

– А я здесь рыцарь Мастера Миров и отвечаю за всё, мастер Козмо, и тебе, хочешь ты того или нет, придётся подчиниться моему приказу и сделать так, как я скажу. Поэтому нечего тут изображать из себя Зорро, речь идёт о серьёзной карательной операции, а не о каких-то шалостях в саду у дяди Вани.

– Тоже мне, приказчик нашелся. – Хмуро проворчал я, но всё же был вынужден сказать в конечном итоге – Ладно, хрен с тобой, лыцарь постельного образа, пусть будет по твоему, только учти, нам при этом нужно будет ещё и заняться девушками, сделать так, чтобы в их памяти не осталось никаких следов о перенесённых ими страданиях, а тут мне даже Тетюр не помощник, поэтому уже ты не должен путаться у меня под ногами и, тем более, давать какие-нибудь советы.

Кир улыбнулся мне своей печальной улыбкой и кивнул головой в знак согласия. В общем-то он был прав. Хоть на Земле, хоть в любом другом мире он был командиром нашей группы и отвечал за всё. За исключением того времени, что находился на Ильмине, в отпуске. Только тогда я мог действовать без оглядки на него и все его рыцарские полномочия. А вот относительно ответственности Кир был полностью прав. За каждую провинность спрашивали именно с него, а не с Тетюра, Ио, меня и уж тем более с Атиллы. Мы ведь были всего лишь магами и обеспечивали его всем необходимым для работы, хотя, по правде говоря, пахали мы ничуть не меньше него, а если это было нужно, то сражались с нечистью не щадя жизни.

После этого разговора мы убрались с острова так и не сварив здоровенных омаров, которых наш дракон наловил аж целых два мешка. Вот в чём Кир был прав полностью, так это в том, что мне следовало влезть в базу данных американцев и выяснить, кто такой капитан Джексон, рожа которого крепко врезалась в мою память. Так же хорошо я запомнил лица всех остальных членов его отряда и поскольку мне не составляло никакого труда влезть в любую компьютерную сеть, то именно этим я и занялся, поручив Леночке варить омаров, объяснив, что с ними нужно поступать точно так же, как и с обычными раками. Кир, который был на взводе, отправился в подвал, чтобы поупражняться там с мечом и пообломать тяжелым стальным макиварам все выступающие части. Это его обычно успокаивало.

Мне пришлось посидеть за компьютером добрых три часа, чтобы выяснить, что капитан Чарльз Сэмюэль Джексон, который родился в одна тысяча девятьсот семьдесят втором году в Атланте, являлся кадровым сотрудником ЦРУ и возглавляя специальное подразделение, занимавшегося всяческими грязными делами по всему миру. Судя по его длинному послужному списку, он был на хорошем счету в своей конторе, ему и его людям доверяли самые ответственные операции, об истинном характере которых я мог только догадываться. В Афгане этот отряд находился уже почти полгода, а до этого ловили в Ираке генералов Саддама Хусейна и, похоже, весьма успешно, так как были награждены какими-то медалями. У меня теперь имелись личные дела всех этих мерзавцев и единственное, что мне не было известно, так это их местонахождение, зато я знал имя их непосредственного начальника, который тоже находился в Кабуле. Этого типа звали Роберт Мастерсон и он имел чин полковника.

Как только с этим делом было покончено, я вышел из кабинета и присоединился к своим друзьям. Они сидели на веранде, пили пиво, лакомились омарами и, глядя на звёзды, весело шутили. Ну, это была обычная практика Кира. Таким образом он просто хотел отвлечь Лену от волнений о завтрашнем дне. По пути на веранду я прихватил с кухни полдюжины здоровенных копчёных лещей и они вовсе не испортили никому вкуса омаров. Когда Кир взглянул на меня вопросительно, я молча протянул ему свои очки и минут десять он изучал собранное мною досье. Иоланту оно совершенно не интересовало и, уж, тем более, не могло заинтересовать Леночку. Девушка надела на себя лёгкое ситцевое платьице, под которым ничего не было и сразу села ко мне на колени, но это не помешало мне выпить четыре бутылки пива, хотя в своём белом платье в красный горошек, она была просто прелестна.

Наутро я покинул Леночку едва только начало светать и даже не стал будить её поцелуем. У меня было такое впечатление, что я знал эту девушку уже целую вечность, но больше всего меня поражало в ней то, что она полностью изменилась с момента нашей первой встречи. В мою память чётко врезался облик прежней Леночки, о которой я узнал всё с помощью своей магической мозгокрутки. И вот что удивительно, вчера вечером я лёг в постель с совершенно другим человеком. Не думаю, что она забыла хотя бы один день из своей прежней жизни, но в ней сегодняшней ничто не говорило о том, что на её долю выпали такие страдания, так сильно изменила её магия преображения. Став, можно сказать, дочерью Атиллы, она не утеряла нежности, мечтательности и какой-то удивительной возвышенности чувств, но в то же время обрела редкостную целеустремлённость, настойчивость, душевное спокойствие и уверенность в своих силах.

Эта девушка и раньше не была дурой и, уж, тем более Леночку нельзя было назвать инфантильной, но в её душе было столько боли и страдания, что больше всего я боялся того, как бы это не превратилось в целую кучу комплексов. Однако, не прошло и двух дней, как она совершенно изменилась и сделалась весёлой, жизнерадостной и уверенной в себе красавицей, в которой сразу же читалась ненасытная жажда знаний и новых ощущений. Когда я, тихонько выходя из комнаты бросил на неё последний взгляд, меня поразило то, каким красивым и гордым было её лицо, озарённоё улыбкой. Она улыбалась даже во сне, и это вовсе не была глуповатая улыбка наивной дурочки, или улыбка счастливой невесты, а нечто совершенно иное. Так, наверное, улыбается при виде ликующей толпы сидящая на троне королева и мне эта улыбка очень понравилась.

Не могу сказать, что влюбился в неё без памяти, это было бы явным преувеличением, но одно я в это утро мог заявить точно, мне посчастливилось найти такую возлюбленную, о которой даже и не мечтал. Нет, я, конечно, мечтал встретить магессу вроде Фелиции, Иоланты или Анны-Лизы, которая любила бы меня совершенно особым образом, так, как не умеют любить обычные женщины, но мне в это что-то слабо верилось и вот на тебе, эта девчонка ещё не стала магом, а в ней уже проснулась совершенно особая чувственность и мудрости её мог бы позавидовать даже самый старый дракон. Так что же будет тогда, когда она станет ученицей сразу двух магов? Вот уж в чём я был полностью уверен, так это в том, что она никогда не будет перекати-полем, магом-туристом. В первую очередь потому, что мечтала Леночка не только о счастье, но и о куда более возвышенных вещах и о славе, вот только она ещё не знала, чем именно она хочет прославиться. Зато я, в который уже раз прокручивая в уме всё то, что знал о своей будущей ученицы стал подумывать о некоторых вещах, ведь мне было вполне по силам направить её к славе кратчайшим путём, причём не к сиюминутной, а чуть ли не к вечной.

С такими мыслями я быстро оделся, вышел во двор, снял с джипа номерные знаки, сел за руль и завёл двигатель. Через несколько минут ко мне присоединились Кир с Ио и я, высунув в окно свою трубку, нарисовал перед капотом знак пятиминутного портала, который выводил нас на пустынную дорогу ведущую к Кабулу. На эту дорогу мы выехали в половине восьмого утра по местному времени, но по ней ещё никто не ехал ни в Кабул, ни в Кандагар. Настрой моих мыслей тотчас изменился и я, весело гикнув, поддал газа. Эта дорога мне была хорошо известна ещё с тех времён, когда я мотался по ней в Кабул и обратно, ежеминутно рискуя подорваться на мине. Не думаю, что дорога с тех пор стала безопаснее, но теперь мы ехали не на БМДешке, а на куда более совершенном транспортном средстве, колёса которого не боялись мин. Ни одна мина под нами просто не могла взорваться. Ну, а кроме того у меня на нос были нацеплены такие чудо-очки, в которых я любую мину увидел бы аж за два километра.

Чем ближе мы подъезжали к Кабулу, тем больше машин двигалось нам навстречу. Похоже, что в городе действовал комендантский час и только с наступлением утра жизнь в нём оживала. По большей части нам навстречу ехали грузовики, превращённые афганцами в настоящие произведёния искусства с помощью полированной латуни, ткани и краски. Зачастую было невозможно определить марку автомобиля, но вместе с тем в потоке машин встречались такие развалюхи, что оставалось только удивляться тому, как афганские автомеханики смогли вдохнуть в них жизнь. Иногда справа и слева от дороги нам попадались ржавые останки советских танков и прочей военной техники, подорванной духами в такие далёкие уже восьмидесятые годы, а иногда мы видели и совсем новую военную технику, двигавшуюся по шоссе в сторону Кандагара на трейлерах, в своём подавляющем большинстве американскую.

Однако, самое удивительное зрелище мы увидели тогда, когда до Кабула осталось не более десяти километров. Отмахав вёрст семьдесят с гаком, мы увидели дородного белого ишака, стоящего у дороги с нашей стороны, на котором гордо восседал весьма живописный тип бородатой наружности, одетый в характерное для пуштунов одеяние. Самое же примечательное заключалось в том, что аксакал этот держал в руках большой кусок картона, на котором было размашисто написано по-русски: "Стоять, козлы!" Это, разумеется, был Тетюр собственной персоной и вид у него был чрезвычайно злой. Едва только он завидел наш джип, как его белый ишак сразу же исчез с характерным для его магии сиянием, картонка полетела в сторону, а живописные лохмотья превратились в камуфляжную военную униформу не пойми какого образца, точно такую же, что была надета на нас.

Проехать мимо нам никак было нельзя и потому я немедленно ударил по тормозам, чем заставил Ио, сидевшую на заднем сиденье, весьма резко и нелестно отозваться о моей манере вождения. Когда же к ней на сиденье влез Тетюр, она разразилась одновременно и восторженными воплями и громкими проклятьями, так как Ио, оказывается, в этот момент подкрашивала губки, из-за меня прошлась помадой по лицу и только увидев своё отражение в зеркальных очках Тетюра, заметила это. Поэтому после приветственных воплей она разразилась проклятьями, которые относились исключительно ко мне и моему джипу. В салоне сразу же сделалось, как на восточном базаре, так как наш друг между звонкими поцелуями умудрялся не только осыпать Ио комплиментами, но и высказывать в адрес Кира и меня самые страшные угрозы, обращать внимание на которые не было никакого смысла и поэтому я снова двинулся вперёд. Как только мы тронулись, Иоланта тут же ехидно поинтересовалась у меня:

– Кузя, ты же говорил мне, что теперь Тетюра нам никакими силами не оторвать от Фелиции?

Вместо меня ей ответил Тетёха, который весело сказал:

– Всё правильно, если бы этот обормот сунулся ко мне вчера вечером с какими угодно предложениями, я его точно послал бы куда подальше, так как в моём скромном бунгало царила полная идиллия. Ну, а сегодня ни свет, ни заря эта мегера подняла меня с постели и потащила к Кузе. Нет, ребята, вы многое потеряли, что не видели этого. Вы бы только посмотрели какая у неё была физиономия, когда она увидела Элен в точно таком же галифе и блузке, что и у неё. Она чуть в обморок не рухнула, когда увидела эту красотку на кухне с Атиллой на коленях. – С силой треснув меня по плечу, Тетюр громко воскликнул – Кузя, ты просто гений, что придал Элен такие божественные формы! О, Боже, а какая у неё кожа, ну точь-в-точь золотая девушка, а вот с волосами ты малость промахнулся, старик, тебе нужно было сделать их поярче. Золота маловато ты в них вложил, пожлобился, зато всё остальное, грудь, талия, бёдра, очаровательное личико, этот прелестный курносый носик и ямочки на щеках, просто высший класс. Я даже и представить себе не мог, что петришь в этом деле.

Вместо меня Тетюру ответила Ио, которая презрительно наморщив носик, громко сказала:

– Риальдо, не переоценивай этого зловредного дымодува, ему такое не по силам. От только то и сделал, что позволил Элен самой придать себе такой божественный вид. Похоже, что она сделала это только для того, чтобы он влюбился в неё по уши. Я права, Кузенька?

Мне на помощь немедленно пришел Кир, который сказал им, весело улыбаясь:

– Ага, как же. Сначала Кузьмич сделал всё, чтобы эта красотка сама в него влюбилась по уши, а натворил он, надо сказать такого, что мне даже страшно теперь показываться глаза мастеру Павлу. Он ведь точно за его проделки спустит с меня шкуру.

Лицо Тетюра тотчас сделалось суровым и он сказал мне:

– Вот тут я полностью согласен с Киром, Кузьмич. Когда ты шуруешь на Земле по мелочам, это ещё сходит ему с рук, а тут ты, дружище, явно, перестарался. Это же надо было придумать такое, отправить на свою Сковородку сразу восемнадцать человек. Спору не, все они заслуживают не только этого, но и огненного брюха Тартаботана, но тебе, Кузьмич, стоило малость пораскинуть мозгами и не отправлять их туда всем гуртом. Ведь можно же было сделать так, чтобы разбить их на партии по два-три человека и не торопиться, сгрузить их туда месяца за два или даже три, тогда этого никто и не заметил бы. Ну, а теперь этого уже ничем не скроешь.

Мы уже подъехали к американскому КПП, стоящему на въезде в город и потому я не стал ничего говорить в ответ. Скорчив надменную физиономию, я открыл стекло со своей стороны и сунул в руки американскому морпеху целую пачку удостоверений и прочих бумаг, которые сфабриковал с помощью своей магической трубки всего минуту назад. Согласно этих документов мы все были сотрудниками ЦРУ и ехали в Кабул с инспекционной проверкой, ну, и всё такое. Не смотря на то, что мои бумаги выглядели очень грозно, дотошный сержант сравнил все удостоверения с нашими физиономия и даже попытался задать Киру какой-то вопрос, но он так зыркнул на него, что тот немедленно взял под козырёк и вручил рыцарю всю пачку документов, так и не заглянув в багажник джипа. Впрочем, ничего интересного он там не нашел бы ни при каких обстоятельствах, так всё, что нам было нужно, мы таскали во внутренних карманах наших курток и могли, при желании, экипировать и вооружить целую армию.

Через несколько минут мы въехали в Кабул, который оглушил нас истошными криками и ударил в ноздри самыми разнообразными запахами, от благоухания благовоний, до вони нечистот и аромата кебаба. За двадцать пять лет этот город, на мой взгляд, практически не изменился, только теперь патрули были одеты совсем в другую форму. Нет, конечно же изменения были, но они касались в основном того, что все те здания, которые построили когда то для афганцев шурави, изрядно обветшали, руин стало больше и на дорогах теперь было почти невозможно встретить "Зилы" и "Волги", их сменили "Мерседесы", "Тойоты" и прочие иномарки. Изменился и я сам. В последний раз я был в Кабуле, когда мне исполнилось тридцать восемь. Тогда я был загорелым, сумрачным, крепко сколоченным типом среднего роста, постоянно находившемся в напряжении, а теперь во мне было два метра роста, выглядел я в самом худшем случае на тридцать пять лет, мне всё было по барабану и потому весёлая улыбка не сходила с моего лица.

Правда, веселиться мне в этот момент было особенно не от чего, так сильно уязвили меня слова Тетюра. Что ни говори и он, и Кирюха были полностью правы и теперь наш Павлик Морозов точно потащит командира к столбу наказаний и возьмёт в свои ручонки свой здоровенный бич, отчего у меня на душе скребли кошки. Именно в этот момент мне пришла в голову одна сумасбродная идея, как заставить мастера Павла изменить своё мнение относительно грехов рыцаря Мастера Миров. В этом безумном плане всё было хорошо, и он обязательно увенчается успехом, но в нём всё же был один изъян, я должен был не только пойти наперекор Киру, но и ещё вывести из игры его и Ио. Относительно Тетюра я мог не волноваться, так как уж с кем-кем, а с ним я смогу быстро договориться. Поэтому, я, наконец, ответил на его реплику, сказав раздраженным голосом:

– Тетёха, ты ведь не хуже меня знаешь, что у меня не было даже малейшей возможности валандаться с этими уродами целых три недели. Сам ведь знаешь, мы не можем использовать на Земле магию в полном объёме, я и без того был предельно осторожен и сделал так, что ни одна самая досужая сволочь не сможет учуять даже малейших следов чего-то магического и волшебного. Кстати, нам и дальше нужно действовать здесь в том же духе, а потому тебе, Ио, придётся немедленно отправиться в Америку.

Иоланта тут же поинтересовалась:

– Хотелось бы мне знать, что я там потеряла?

– Ну, потеряла ты там что-нибудь или нет, а вот срочно найти там кое кого тебе точно придётся. – Ответил я и пояснил свою мысль – Ты отправишься в Вашингтон и найдёшь там Сьюзан Мастерсон, жену полковника Мастерсона, затем отвезёшь её и двух дочерей этого типа в какое-нибудь укромное место, после чего позвонишь ему и принудишь сотрудничать с какой-то никому неизвестной спецслужбой. Сам полковник, как ты понимаешь, нам и даром не нужен, но нам нужен тот отряд, действиями которого он руководит так тщательно, что даже постоянно находится в Кабуле. Скажем так, нам нужно срочно уничтожить руками америкосов караван с наркотиками, который направляется, в Китай. А ты, старина, – Сказал я поворачиваясь к Тетюру – Тем временем сопрёшь где-нибудь вертолёт "Ми – 8" и сделаешь так, чтобы его даже на родном заводе-изготовителе не узнали. Ты перегонишь вертолёт в одно ущелье неподалёку от Кабула и там примешь на борт нас с Киром, полковника и капитана Джексона со всей его бандой, после чего мы под прикрытием бури полетим в одно миленькое местечко, где никто не сможет помещать Киру поговорить с этими ребятами по душам, как он и мечтает об этом. Полковник Мастерсон будет его единственным зрителем и нам нужно будет сделать так, чтобы он увидел воочию, кто такие рыцарь Мастера Миров и сопровождающие его маги. Как только Кир покончит с капитаном и его ублюдками, мы оставим полковника наедине с его сомнениями и вертолётом в придачу, пусть сам потом выбирается из этой жопы.

Кирилл выслушал мой план не только с полным спокойствием, но и с лёгкой, но отнюдь не ироничной улыбкой на губах. По части планирования всяких операций Киру не было равных во всей Вселенной, за что его и ценил старик, и судя по тому, что он не разразился громким смехом и не покрутил пальцем у виска, мой план ему, явно, понравился. Он кивнул головой и негромко сказал своей жене:

– Ио, детка, когда будешь разговаривать с полковником, потребуй от него, чтобы он вышел из своего офиса на улицу и продолжил разговор с Кузьмичом, который будет его там ждать с видеотелефоном в руках. Ну, а я, при необходимости, для вящей убедительности малость постреляю из какого-нибудь укрытия, чем докажу ему полезность сотрудничества с нами. Надеюсь, ты найдёшь к нему подход и сможешь убедить этого типа, что мы настроены очень серьёзно и шуток не поощряем. Да, вот ещё что, Ио, пожалуйста, сделай так, чтобы его жена и дочери оставались в полном неведении относительно этого дела. Я не думаю, что полковник сможет отличить свою настоящую семью от тех водных големов, которые ты сотворишь.

– Ну, что ты, милый, – Нежно проворковала Иоланта – Для этого дела я сотворю таких реальных водных големов, что он ни за что не отличит их от своей семьи и даже не поленюсь отрезать у одного из них ухо или пару пальцев, чтобы он не геройствовал. – Похлопав меня по плечу, она потребовала – Кузьмич, а ну-ка дай мне свои очки.

Без тени улыбки на лице я передал очки Иоланте, чтобы она смогла получить всю информацию о семье полковника Мастерсона. Мой план был одобрен и даже принят, а потому мне было отчего радоваться и если всё пойдет также гладко, как и началось, то я, пожалуй, не только отучу мастера Павла и сотрудников его ведомства размахивать плетьми, сплетёнными из ремней, нарезанных из шкуры семнианского дракона, которая заставляла шкуры всех рыцарей вспыхивать синим пламенем. Когда мои очки нацепил себе на нос Тетюр, он получил не только координаты ущелья, но вместе с ней краткую инструкцию от меня и довольно подробное изложение того плана, который я собирался воплотить в жизнь в ближайшие несколько дней, если нас, конечно, не уроют верные слуги Хозяина Тьмы. Пару раз кивнув головой, он передал мне очки и сказал с улыбкой:

– Ну, что же, мастер Козмо, твой план просто великолепен. Я немедленно отправляюсь в Перу, там у меня как раз есть на примете подходящий вертолёт российского производства.

Тетюр достал из кармана лиловый кристалл, начертил им в воздухе магический знак и тотчас исчез, хотя входить в портал на такой скорости было не самым приятным делом. Запросто можно было врезаться во что-либо. Потом наступила очередь Ио и она, потрепав нас обоих по вихрам, тоже исчезла и мы остались вдвоём. Для того, чтобы начать действовать, Иоланте требовалось какое-то время и поэтому я решил сначала подъехать к борделю, а уже потом въехать прямиком на военную базу американцев, благо они находились неподалёку. Кирилл, помолчав пару минут, наконец сказал мне:

– Серёга, там рядом с базой есть мечеть. Американцы, как я это понял, закрыли её опасаясь снайперов-смертников, которые могут забраться на минарет. Вот с него-то я и покажу полковнику, насколько уязвим он и все те люди, которые находятся на этой грёбаной базе. Впрочем, я думаю, что Ио будет достаточно убедительна. Когда отряд Джексона будет готов к выезду на задание, встретимся на КПП. Но, для разминки я хочу сначала посетить бордель этого Хаджи-Ахмеда.

Такой расклад меня совершенно не устраивал и потому я сердито сказал:

– Кирюха, поверь моему опыту, это будет полная фигня. Сначала нам нужно разобраться с этим сатанистом и его коммандос, а уже потом мы всерьёз займёмся тем козлом. Понимаешь, за ним, похоже, числится очень много грехов и это будет ещё та разборка. К тому же я дал клятву, что лично отправлю их на Сковородку, а на это потребуется какое-то время. Сейчас пол девятого утра, а стало быть бордель скорее всего уже закрыт и там мы никого не застанем, а его я тоже хочу разгромит самым основательным образом, чтобы эти козлы после этого трижды подумали, стоит ли им заниматься таким бизнесом. Вечером этого делать нельзя, там будет полно солдат, а потому давай заедем в бордель, но только для того, чтобы узнать расписание и спалим его за пару часов до начала работы. После этого я займусь девушками. В любом случае нам нужно покончить со всеми делами сегодня. Сам понимаешь, каждая минута, проведённая девушками в этом аду, разрывает сердце мастера Аструала на части.

Кирилл пожал плечами и промолчал. Ну, а поскольку молчание есть знак согласия, я немного успокоился. Вскоре мы подъехали к борделю. Девочек из него уже увезли и на работу вышли всякие там уборщики и прочие рабочие, которые меня совершенно не интересовали. Возле самого входа стоял небольшой грузовичок, в который какие-то работяги грузили всяческий мусор, под ним я увидел трупы двух девушек, явно, славянского типа. Кир тоже, что можно было понять по тому, как заходили желваки на их скулах. Не мешкая я забросил в грузовичок два магических маячка, которые быстро заструились к грязному тряпью, в которое были завёрнуты тела, а мой друг тихим, злым голосом сказал почти не разжимая губ:

– Да, ты полностью прав, Серёга, нам действительно нужно будет основательно разобраться с этим Хаджи-Ахмедом и теми, кто убил девушек. Убью подонков и сожгу не только это вертеп, но и весь квартала к чёртовой матери. Твари. Боже мой, куда только смотрят эти придурки из коалиционных военных сил?

Относительно квартала я был с ним полностью согласен. Рядом с борделем Хаджи-Ахмеда находилось ещё три заведения почти аналогичного назначения, только малость поменьше, которые, похоже, принадлежали ему же. Это были какие-то стриптиз-бары и уж наверное в них танцевали не афганки. Мы тщательно просканировали бордель и соседние заведения вдоль и поперёк, записав всё в свои очки-компьютеры. Теперь даже в самой кромешной темноте, которую было очень легко устроить, мы могли бегать по ним не рискуя заблудиться. Правда, до этого я не собирался доводить дело, так как хотел посетить бордель ещё засветло. Пока мы занимались этим, Ио уже успела не только добраться до дома полковника Мастерсона, но и умыкнуть из него жену и двух дочерей тринадцати и пятнадцати лет. Ещё она зачем-то прихватила их собаку и теперь ехала по шоссе к ближайшему мотелю. При этом леди рыцарь-маг умудрилась сделать так, что все они, включая собаку, покинули дом совершенно добровольно.

Как только мы разобрались с этим небольшим кабульским кварталом Красных Фонарей, расположенном рядом с разгромленным, сгоревшим медресе, устроенном талибами в бывшей детской больнице, построенной советскими военными, то немедленно поехали к военной базе. Она располагалась на территории бывшего советского военного городка, хорошо мне известного, но снесённого то ли талибами, то ли американцами. Вместо прежних казарм из шлакоблоков американцы построили себе там целый городок, состоящий из двух и трёхэтажных светло-серых зданий лёгкого типа. На память о шурави здесь остались только пирамидальные тополя, несколько клумб и каменная стела при въезде, с которой давно уже была сбита советская военная символика. Мечеть, находившаяся напротив, была превращена, как и талибское медресе, в руины, но старинный минарет уцелел. Когда в Кабуле были наши войска, все мечети Кабула были целы.

Ехал я быстро и лишь возле самой базы притормозил, чтобы Киру было удобнее забраться на минарет через портал прохода. Наш командир умел делать порталы прохода на небольшие расстояния и как только он забрался на минарет, я сразу же поехал к КПП. Там я задержался ровно на одну минуту и тут же покатил прямиком к двухэтажному сборному домику непритязательного светло-серого цвета, в котором на втором этаже располагался офис полковника. Поставив джип на стоянке неподалёку, я подошел к дверям офиса и достал из внутреннего кармана японский видеотелефон. В общем-то японского в нём кроме корпуса ничего не было, поскольку эти штуковины изготовил Тетюр, зато и работали они теперь просто отменно, не чета настоящим. От нечего делать я прислонился плечом к флагштоку и закурил свою трубочку, разукрашенную драгоценными камнями, попутно наблюдая за Иолантой и полковником через магические очки.

Наша красотка была одета в элегантный чёрный костюм, расшитый серебром, круглую шапочку таблетку с вуалью и туфельки на высоченных каблучках, это я увидел через зеркало на платяном шкафу в номере, в котором она поселила миссис Мастерсон и её дочерей, и право же, она была бы просто очаровательна, если бы не её серебристые очки с зеркальными стёклами. Через пару минут Ио уже шла в свой номер. Едва она только вошла в него, как тотчас сотворила четырёх водных големов, которые были точной копией жены полковника, его дочерей и их собаки, здоровенного датского дога. В этом номере тоже был шкаф с зеркалом и я увидел через него, что Ио вооружилась здоровенным тесаком и целой упаковкой серебристого скотча. Три голема-человека послушно сели в кресла, псина уселась на пол перед ними, а моя ученица сноровисто прикрутила их руки и ноги к подлокотникам и ножкам кресел. Как только всё было готово для обработки полковника, она достала из кармана сотовый телефон и нажала на кнопку. Тотчас зазвонил другой телефон, лежащий на столе полковника. Он взял его в руки и до меня донеслось то, что слышала Ио:

– Да, дорогая, тебе не спится?

Иоланта испуганным голосом Сьюзан Мастерсон ответила:

– Бобби, нас похитили какие-то китайцы и одна женщина заставила меня позвонить тебе. Пожалуйста, поговори с ней. У неё в руках огромный нож и наш Дилан почему-то слушается её так, словно это она его хозяйка, а не мы. – Несколько секунд спустя Ио сказала полковнику своим собственным голосом, но таким ледяным и неприятным, что даже я невольно поёжился – Полковник, ваша жена и дочь находятся в наших руках, а вы на прицеле снайпера. Медленно опустите взгляд на свой живот и встаньте. – Полковник так и сделал. Увидев на своём животе красный кружочек, он поинтересовался довольно спокойным и ровным голосом – Чего вы хотите от меня, мэм?

Ио продолжила наращивать давление:

– Полковник, ещё пять человек, вооруженных гранатомётами, держат под прицелом ваш офис, в котором сейчас находится тридцать семь человек, из которых двадцать, это ни в чём не повинные женщины. Поэтому, если вы не хотите, чтобы их всех разорвало на куски, встаньте и выйдете из офиса. У выхода к вам подойдёт мой человек и мы продолжим наш разговор. Пошевеливайтесь, полковник, не заставляйте моего человека нервничать. Задержать его вы всё равно не сумеете, а вот он способен убить очень многих ваших солдат.

Хотя полковник Мастерсон и был волевым человеком, он всё же не выдержал такого наезда на психику, встал из-за стола и, не выпуская телефона из рук, медленной, неуверенной походкой пошел к выходу. Секунд через тридцать он был уже возле меня и, поднеся трубку к уху, негромко спросил:

– Я вышел из офиса, что дальше?

– А дальше, полковник, – Сказал ему уже я – Вы посмотрите на то, в каком положении сейчас находится ваши жена и обе дочери, а заодно узнаете, что их ждёт в том случае, если вы не выполните всех наших приказов. И вы уж поверьте мне, полковник Мастерсон, мадам Вонг не станет шутить. Это не в её правилах. Поэтому если вы не хотите, чтобы с Сьюзан, Линдой и Джейн ничего не случилось, вы сделаете всё, что она от вас потребует. После этого ваша жена и дети будут в полной безопасности и смогут вернуться домой.

В ту же секунду, как я сказал это, видеотелефон в моих руках зазвонил и я, нажав на кнопку, отдал его полковнику с стал сбоку, чтобы тоже видеть экран. Он хотя и был невелик, картинку имел удивительно чёткую. Иоланта держала свой видеотелефон в вытянутой руке и потому в кадр попала не только она, но и семья полковника вместе с псиной. Не говоря ни слова, она как-то прикрепила трубку к стене, подошла к голему старшей дочери полковника, бережно отвела в сторону волосы девочки, взяла её за ушко и поднесла к нему острый тесак с воронёным лезвием, после чего сказала строгим голосом:

– Полковник, то что я прикажу вам сделать, даже не заставит вас нарушить присягу. Это сущий пустяк для вас, но очень важно для моей родины. Но если вы откажетесь сделать это, то я стану отрезать сначала от ваших дочерей, а потом и от Сьюзи кусок за куском и скармливать их Дилану. Вы ведь никогда не кормите его на ночь? Естественно, Дилан не сможет съесть их за один раз, а поскольку я очень опытный в этих делах человек, то мучения вашей семьи продлятся не менее месяца. Вы согласны оказать нам одну маленькую услугу, полковник или мне для этого нужно отрезать ухо вашей дочери?

Голлем девочки громко замычал и из его глаз струями брызнули слёзы, а вслед за этим в страхе затряслись и замычали два других голема, от чего полковник Мастерсон тоже задрожал, весь покрылся потом и тихо простонал:

– Да, чёрт возьми, я сделаю всё, что будет в моих силах, только не трогайте мою семью. Не подвергайте их мучениям.

Иоланта убрала тесак от голема и сказала нежным голосом:

– Вот и прекрасно, полковник, значит мы договорились. А теперь поднимитесь вместе с моим человеком к себе в офис и сделайте так, как он скажет. И помните, полковник, за вами наблюдают другие мои люди, так что вы не сможете подать сигнал тревоги. Ещё раз повторяю вам, мой человек очень опасен и уж он-то сумеет покинуть базу.

Дальше всё пошло, как по писанному. Как только экран погас, полковник вернул мне видеотелефон и жестом предложил пройти в свой офис. Мы поднялись наверх и полковник, буквально рухнув в кресло и обхватив руками голову, спросил меня глухим голосом:

– Что я должен делать?

Для начала я достал из своего внутреннего кармана карту Афганистана, напечатанную ещё в советские времена, небрежно разложил её у него на столе и, ткнув пальцем куда попало, сказал.

– Сегодня, примерно в полдень, здесь пройдёт большой караван с героином, который направляется в Китай. Мне нужно, полковник, чтобы вы вызвали капитана Джексона и всех его людей. Вместе с ними мы выедем за пределы этой базы и направимся в одно место неподалёку от Кабула, где нас уже ждёт вертолёт, после чего долетим до места и устроим засаду. Капитану Джексону нужно будет уничтожить этот караван, но при этом он должен сделать так, чтобы хотя бы один человек остался в живых и сообщил потом владельцам героина, что караван был уничтожен американцами. После этого вы и ваши люди будете доставлены туда, откуда мы вылетим на эту операцию. Думаю, что ещё до конца рабочего дня вы будете у себя в офисе и сможете поговорить со своей женой и дочерьми. Поверьте, полковник, мадам Вонг человек чести и если вы сделаете так, как она просит, ваша семья будет в полной безопасности, ну, а потом вы уж сами как-нибудь объясните своему начальству, что благодаря вашей оперативности господин Бин-Ладен лишился пяти тонн первосортного афганского героина и уже никогда не сможет договориться с китайской мафией о поставках оружия и взрывчатки.

Полковник посмотрел на меня, как на безумного, и яростным, свистящим голосом зашептал:

– Мистер, если бы вы просто обратились ко мне с просьбой о проведении такой операции, то я с радостью пошел на сотрудничество не то что с китайскими спецслужбами, а даже с самим дьяволом! Ведь это как раз и есть то самое задание, по которому я нахожусь здесь уже почти полгода. Моя работа, – перекрыть кислород этому ублюдку. И за каким только дьяволом вам взбрело в голову пугать мою жену и детей? – Схватив в руку трубку телефона, стоящего у него на столе, он быстро нажал на кнопку и уже секунд через десять злым, как у плохо выспавшегося чёрта, голосом, прорычал в трубку:

– Чак, чтобы через десять минут ты и все твои люди с полным боекомплектом были возле моего офиса, мы отправляемся на срочное задание! – Видимо, капитану такая спешка не понравилась, раз полковник стукнул кулаком по столу и заорал во весь голос – Что? Да, мне плевать на то, чем вы там все занимаетесь! Быстро тащи свою чёрную задницу сюда, если не хочешь вылететь со службы с позором вместе со всеми своими людьми!

Полковник бросил трубку и, поднимаясь из кресла, сказал:

– Пойдёмте, сэр, ровно через десять минут капитан Джексон прибудет сюда вместе со своими людьми. – Немного помедлив, он спросил меня – Вы ведь русский? Впрочем, не отвечайте, если не хотите, но всё же назовите хотя бы вымышленное имя, чтобы я мог представить вас капитану Джексону и его людям. Тогда они не будут гадать, с чем связана такая спешка. Хотя этот отряд и находится в моём полном подчинении, как и ещё три сотни морских пехотинцев на этой базе, я должен буду сообщить капитану Джексону, что ему надлежит сделать.

К подобному повороту событий я был вполне готов и потому, пожав плечами, спокойно ответил:

– Да, я русский, хотя у меня довольно странная фамилия для русского. Я капитан Козмо и это всё, что я могу вам сказать. А что касается мадам Вонг и её усилий, полковник Мастерсон, то тут всё объясняется очень просто. Об этом караване мы сами узнали только вчера вечером и начни действовать по официальным каналам, только на согласование самого факта её проведения ушла бы целая вечность, не говоря уже о всех деталях. И поверьте, до тех пор, пока мы не поднимемся в воздух, ваша жена и дочери будут в опасности. Мадам Вонг очень недоверчивая женщина. К тому же она не любит американцев. Да, вот ещё что, полковник, на КПП к нам подсядет ещё один человек, сержант Торсен. Он будет сопровождать нас. Остальные наши люди вернутся на базу и займутся другими делами.

Полковник нетерпеливо кивнул мне головой, мол меня такие детали не волнуют, вышел на середину дороги, встал широко расставив ноги и принялся демонстративно смотреть на часы. Судя по тому, что два каких-то офицера, которые шли по тротуару, тут же развернулись и пошли в обратную сторону, он был на этой военной базе важной персоной, раз даже офицеры его так боялись. Вообще-то он мне понравился. Высокий, статный, спортивного телосложения, одетый в безукоризненный мундир морского пехотинца, он не походил на злодея, но в том-то и дело, что под его командованием служили самые настоящие мерзавцы – насильники, убийцы и просто маньяки, которые к тому же были ещё и поклонниками какого-то дьявольского культа похуже, чем религия Вуду, а капитан Джексон являлся их главарём и духовным наставником, чего я, как маг Мастера Миров, входящий в число его приближенных, потерпеть, естественно, никак не мог. А ведь я к тому же ещё и был помощником мастера Аботана, судьи сил зла.

Капитан Джексон и его люди приехали на трёх "Хаммерах" точно в указанный срок. Все его коммандос были увешаны оружием и даже прихватили с собой два здоровенных миномёта, которые были прицеплены к вездеходам и прицеп с ящиками. Как только головной джип остановился, из него вылетел капитан Джексон, подбежал к нам и, отдав честь полковнику, замер в ожидании приказа. Это был здоровенный малый с кожей цвета гуталина и жутко наглой рожей. Полковник небрежно козырнул ему в ответ и тотчас представил меня:

– Капитан Джексон, это капитан Козмо. Сегодня нам предстоит небольшое дельце и он будет сопровождать нас.

– Сэр, но мы никогда не работаем с чужими! – Попытался было отшить меня этот мерзавец и даже сослался на приказ начальства – Вы же знаете, что наверху этого не одобрят.

Полковнику это не понравилось и он рявкнул:

– А мне плевать, что об этом подумают наверху, капитан Джексон. Капитан Козмо со своими людьми доставят нас до места, а дальше вам только и остаётся сделать, быстро и качественно выполнить вашу работу и меня совершенно не интересует, как вы это сделаете. Где-то там – Полковник махнул рукой, указывая на северо-восток – Сейчас подходит к горам караван с огромным грузом героина, принадлежащим Усаме Бин-Ладену и вы должны будете уничтожить его, но при этом дадите сбежать одному, двум его людям. Эта операция разрабатывалась в тайне даже от меня и потому я узнал об этом в самую последнюю минуту, но на то вы и являетесь элитой, чтобы выполнять операции любой сложности и в любое время дня и ночи. В задачу капитана Козмо входит, доставить вас до нужного места в горах и проследить, чтобы хотя бы один китаец из тех, которые будут сопровождать караван, уцелел и смог скрыться в горах. Вам всё понятно?

Капитан Джексон ухмыльнулся и проворчал:

– Всего-то и работы, что уничтожить какой-то караван с наркотой? Сделаем, сэр.

Он не отличался ни особой дисциплинированностью, ни особой учтивостью, да, и вообще вёл себя вызывающе, этот чернокожий верзила за два метра ростом и мне сразу же подумалось о том, как он запоёт тогда, когда встретится с самым лучшим и отважным рыцарем Мастера Миров. Уж, кто-кто, а Кирюха быстро собьёт спесь с него и его подручных. Это не девчонок насиловать и убивать, да, воевать со всякими недоносками, которые даже Эльзе-маленькой в подмётки не годятся. Вежливо взяв полковника под руку, я повёл полковника к своему джипу, небрежно бросив этому вояке через плечо:

– Чак, следуйте за моей машиной и постарайся не отстать.

Полковник посмотрел на наш джип с сомнением, но сел в него без лишних возражений. В салоне всё ещё пахло духами Иоланты и потому он поморщился, но снова не стал высказывать что-либо по этому поводу. Только тогда, когда мы подъехали к КПП и к нам подсел Кирюха, он скосил взгляд на мои документы, которые я протянул солдату, а когда мы выехали, поинтересовался в полголоса:

– Хотелось бы мне знать, капитан Козмо, откуда у вас взялись такие документы? Неужели это подделка?

– Естественно. – Ответил я и добавил – Я их состряпал подъезжая к вашей базе. Кстати, она действительно находилась всё это время под прицелом людей мадам Вонг, а целился в вас из винтовки самый лучший снайпер во всей Вселенной. Он ещё к тому же и прекрасный пилот, но сегодня я сам сяду за штурвал вертолёта. Полёт обещает быть сложным. Познакомьтесь, полковник, это гвардии сержант Кир Торсен.

Хотя бы в одном я точно не соврал, мой бывший студент действительно стрелял лучше меня, но вот относительно того, был ли он прекрасным пилотом, с ним могли поспорить многие, ведь лучше всех пилотировал любые летательные аппараты в нашей команде как раз я, а уж никак не он, и в самое ближайшее время мне предстояло показать всем, как нужно летать в сложных метеоусловиях. Пока мы ехали по Кабулу к его северной окраине и добирались по избитому шоссе до едва заметной просёлочной дороге, погода, вопреки всем прогнозам, начала портиться. Подул сильный ветер и небо стали быстро затягивать грозовые тучи. Тетюр уже не только успел спереть у перуанских вояк вертолёт, но и создать в том ущелье, на которое я ему указал, соответствующий антураж и теперь не спеша портил погоду.

В ущелье, а это была скорее просто ложбина между двух рядов холмов с крутыми, безлесными склонами, мы въехали под грохот громовых раскатов, сопровождаемых шквалистым ветром и мелким градом. Когда мы проехали по ущелью, в котором не было ни единой живой души, километров пятнадцать, то за очередным холмом с крутыми, обрывистыми склонами нашим взглядам предстала прелестная картина. В каменистом обрыве с понтом ещё в советские времена был устроен здоровенный капонир, который до этих пор не был никем замечен, но специально для того, чтобы мы могли вылететь на задание, здоровенный молодой парень с длинными, волнистыми волосами, одетый в зелёные шорты, красную гавайскую рубаху и белые кроссовки, на голове которого красовалась ярко-оранжевая панама, а на римском носу большие зеркальные очки, каким-то удивительным образом раскопал завал из камней и глины, закрывающий вход в капонир, и в одиночку выкатил наружу старый советский вертолёт, на который было невозможно смотреть без содрогания.

Вертолёт этот выглядел не просто ужасно, а чудовищно ужасно, практически безнадёжно. Краска на нём не потускнела и облупилась, а вся пошла лоскутами, да, к тому же он был весь загажен птицами, словно какая-нибудь статуя, и местами испачкан бурой дрянью неизвестного происхождения. Зато по бортам вертолёта были подвешены на консолях два новеньких пакета нурсов, а под носовой частью была установлена здоровенная шестиствольная авиационная пушка новейшей конструкции. Тетюр сидел на полу в открытом настежь люке и, поджидая нас, рассматривал журнал "Плейбой", изданный в середине восьмидесятых годов прошлого века, весь в масляных пятнах, видимо, забытый в вертолёте советскими механиками. На нас он посмотрел так, словно мы надоели ему ещё в прошлой жизни, и соизволил оживиться только тогда, когда я подошел поближе и громко спросил:

– Ну, как машина, механик, готова к вылету?

– Машина, как машина, – Ответил Тетюр – Полностью заправлена, и даже тарахтит, когда нажимаешь на кнопочку, вот только радар у неё накрылся и радиостанции нет, кто-то спёр, а так всё в порядке. Нам же недалеко лететь, так что ты как-нибудь управишься, а позвонить начальству можно и по телефону.

От этих слов, сказанных с нахальной развязностью, полковник Мастерсон опешил настолько, что даже не смог ничего сказать. Кирилл, который тщательно изображал на своём лице всякое отсутствие интереса к вертолёту, объехал этот летательный аппарат и загнал наш джип в капонир, после чего стал жестами помогать водителям "Хаммеров" заехать туда же, что те сделали весьма неохотно. Капитан Джексон подошел к нам с растерянной улыбкой на лице и спросил:

– Мы, что, полетим на этих русских обломках? Да, этот вертолёт выглядит древнее паровоза Стефенсона!

Его поддержал полковник, который тотчас зашипел, как кот:

– Я знал, капитан Козмо, что русские сумасшедшие, но не на столько же. Эта груда металлолома развалится ещё на земле.

– Полковник Мастерсон, – Строго сказал я ему в ответ – Это прекрасный вертолёт и мы долетим на нём, хоть до Исламабада, так что нечего привередничать, прикажите людям капитана Джексона подняться на борт, через пять минут мы вылетаем. Погода портится.

Гроза, которая немного утихла во время нашего разговора, стала быстро набирать обороты и разразилась сильным ливнем, что заставило коммандос бегом броситься к вертолёту. Мы с Киром поднялись на борт первыми и я, сев в кресло пилота, тотчас принялся готовиться к полёту. Радар действительно не работал, а на том месте, где стояла радиостанция, в панели вообще зияла дыра, из которой торчали обрывки проводов, зато двигатель завёлся моментально и через минуту в пилотской кабине появились полковник и Тетюр. Наш механик, усадив полковника Мастерсона в кресло бортинженера, пристроился на какой-то металлический ящик возле дверцы и доложил мне:

– Кузя, все пассажиры на борту, так что можешь взлетать.

Наш метео-маг что-то подвернул, легонько дунул и гроза усилилась до хорошего урагана. Двигатели вертолёта работали на полную мощность, лопасти бешено вращались и машину под ударами ветра трясло, как на вибростенде. С этим можно было покончить только одним единственным способом, взлетев в воздух, что я и сделал, улучив удобный момент, когда ветер на пару секунд стих. Если буря наведена магом, то любому другому магу не составляет особого труда ею управлять, а потому лететь мне было не сложнее, чем в полный штиль. Подняв машину на высоту в полкилометра, я полетел по ветру, делая так, чтобы тот метеорологический кошмар, что устроил Тетюр для прикрытия нашего полёта, выглядел ещё страшнее. Молнии сверкали справа, слева, спереди и сзади, гром грохотал так, что перекрывал рёв двигателей вертолёта и если бы не шлемофоны, которые раздал нам Тетюр, можно было бы оглохнуть. Полковник, вытаращив глаза на особенно яркий электрический разряд, закричал мне:

– Капитан, как вы умудряетесь вести машину в такую бурю, ведь внизу ни черта не видно?

– А хрен его знает! – Ответил я весёлым тоном и закурил свою магическую трубку.

Тетюр, продолжая разглядывать журнал пояснил ему:

– Полковник, это далеко не самая страшная буря, в которой Кузе доводилось летать. Помню, однажды, мы попали в такой ураган, что в небе воды было больше, чем в океане, над которым мы летели.

Он забыл упомянуть только о том, что этот ураган на нас наслал на Фаине один злобный и невероятно могущественный чёрный маг, которому очень не хотелось с нами встречаться. К тому же он сделал всё, что только было в его силах, лишь бы не дать нам снять его метеорологическое заклятье с небес этого мира и потому нам пришлось просто лезть на пролом и уж на что "Немезида II" надёжный флайер, мы едва выжили. Зато потом и накостыляли мы этому магу и его приспешникам от всей души. В этот же раз всё было совсем по другому и буря только помогала нам лететь к той котловине в горах, где Киру предстояло начать последний акт этой пьесы, умело срежиссированной мною. В свои очки, которые были в тысячу раз лучше любого локатора, я прекрасно видел горы, среди которых мы летели, а воздушные вихри заботливо оберегали наш вертолёт от столкновения с ними и подгоняли его ничуть не хуже ракетных ускорителей конструкции мага-космолётчика Гуильрина Рифарта.

В следствие этого мы добрались до места всего за каких-то полтора часа, хотя при ясной погоде лёту туда было никак не меньше четырёх. Передо мной распахнулась уютная горная котловина, в которой однажды силами своей роты я блокировал и взял в плен без единого выстрела интернациональную банду, насчитывающую свыше четырёхсот человек. Да, и как им было не сдаться, когда мы заняли ночью все господствующие высоты и нацелили на них аж целых двадцать семь "АГСов" и тридцать два ротных пулемёта, из которых мы их в пять минут могли превратить в фарш для котлет. Самое смешное заключалось в том, что эти весёлые ребята, набранные по всем притонам Юго-Восточной Азии, оказавшись в Афгане, тотчас раздумали воевать с проклятыми шурави, спокойно сидели в этой котловине и мечтали только о том, как бы поскорее убраться из неё. В общем это были просто какие-то туристы, но никак не душманы.

Но ещё смешнее было то, что случилось дальше. Мы перебросили их по воздуху в Кабул, где дислоцировалась наша дивизия, и потом почти месяц жили с ними бок о бок, так как всё это время МИД согласовывал с соседними странами вопросы их экстрадиции. За это время мы даже сдружились с наёмниками и когда нас забрасывали в горы, они присматривали за нашим хозяйством и даже чинили технику и латали нам форму. В горы ведь мы всегда отправлялись замаскировавшись под пуштунов или ещё под каких-либо душманов. Вспоминая это, я невольно заулыбался и стал заходить на посадку, а чтобы стало светлее, громко крикнул нашему метео-магу:

– Тетюр, выключи дождь и пусть тучи над этим местом немного рассеются, ведь не видно же ни черта!

– Сейчас сделаю. – Отозвался Тетюр.

Полковник Мастерсон посмотрел на нас, как на идиотов, но уже несколько секунд спустя ливень прекратился, но тучи над котловиной не рассеялись, а наоборот, сгустились так, что в ней стало темно, как ночью. Тетюр же так пояснил свои выкрутасы:

– Кузя, ты, похоже, за время отпуска совсем сдурел. Над нами ведь то и дело летают спутники-разведчики и мне только того и не хватало, чтобы они засекли нас и сфотографировали. Иначе за каким чёртом я вообще нагонял эту бурю?

Он был полностью прав, но в котловине всё равно было темно, как у негра в заднице и потому я взмолился:

– Ну, тогда хотя бы запусти в воздух осветительные шары, Тетёха, ведь ни черта же не видно, а в прожекторе лампочка перегорела. Мне только того не хватает, чтобы разбить твой вертолёт о камни, тебе ведь ещё нужно его почистить и вернуть туда, откуда ты его стырил.

На самом деле всё, что творилось внизу, мне было видно не хуже, чем в самый ясный и солнечный день, а всю эту перебранку я затеял только для того, чтобы окончательно добить полковника. Капитану Джексону в этот момент было не до лампочек, так как ещё в самом начале полёта Тетюр вырубил его вместе с остальными коммандос трёхчасовой вырубаловкой. Поначалу полковник ничего из этой болтовни не понял, но когда наш главный маг-проводник выпустил из своих рук два ослепительно белых шарика и они вылетели из кабины через форточку наружу, после чего стали быстро увеличиваться в размерах и залили всю котловину ровным белым светом без теней, он обалдело потряс головой и воскликнул потрясённым голосом:

– Чертовщина какая-то! Как вы это сделали, господа? Этого же просто не может быть.

– Ещё как может быть, господин полковник. – Ответил ему Кирилл и пояснил – Мой маг-проводник умеет творить и не такие чудеса. Ну, что же, мы прилетели и теперь я смогу заняться вашими негодяями, господин полковник, а вам придётся при этом присутствовать, хотите вы того или нет. Так уж сложились обстоятельства.

Чтобы у полковника не возникло никаких сомнений на этот счёт, я не спеша встал из кресла пилота и, потянувшись всем телом, насколько это было возможно в не очень просторной кабине, сказал ему:

– Полковник, позвольте мне заново представить вам моих спутников. Это Кир Торсен, рыцарь Мастера Миров или, чтобы вам было понятнее, рыцарь Господа Бога, а это маг Мастера Миров Тетюриальд Великолепный. Сэр Кир наш непосредственный начальник, а мы его маги-помощники. Риальдо маг-проводник, а я маг-хроникёр. Ну, а в Вашингтоне сейчас находится и охраняет покой вашей жены супруга сэра Кира, леди рыцарь-маг Лана Молниеносная. Мы действительно...

Зачем мы в действительности прилетели в это место, мне не дал договорить Кир, который, положив мне руку на плечо, также представил меня полковнику по новому:

– А это, господин полковник, маг Мастера Миров Козмо Неистовый, он маг-воитель, которому нет равных среди множества других магов, которые много старше его по возрасту. К тому же он, как и Риальдо, входит в Первый круг, то есть является помощником самого Господа Бога. Ну, поскольку мы представились вам по всей форме, то давайте поскорее приступим к делу. – Кирилл посмотрел на Тетюра и спросил его – Так на сколько часов ты вырубил этих негодяев?

Маг-проводник вздохнул и ответил:

– Кажется я малость перестарался, Кирюха, взял трёхчасовую вырубаловку, но я же не знал, что Кузя будет гнать, как угорелый. И как он только умудрился так ловко оседлать мою бурю? Ума не приложу. Ну, да, ладно, всё равно делать уже нечего, так что мне будет в самый раз взять и просушить здесь всё. Ведь не станешь же ты драться с этими уродами среди луж и нагромождения камней. Вот я тебе и сделаю хорошую, удобную площадку, пока они кайфуют.

Тетюр тотчас подался к выходу, а ничего не понимающий полковник всё ещё тряс головой и протирал глаза. Вид у него был совершенно ошалелый, но в полное изумление он пришел тогда, когда вышел в салон, где Тетюр со всего легко размаха выбрасывал из вертолёта парализованных коммандос, словно они были сделаны из пенопласта. Те подпрыгивали на камнях, как мячики, но им ничего не делалось, ведь они находились в это время под защитой магии величайшего из всех известных мне магов – Риальдо Великолепного. Мы принялись помогать нашему другу, но это в конечном итоге привело к неожиданному результату. Когда последний негодяй был выброшен из салона, полковник схватил в руки чей-то автомат и, быстро передёрнув затвор, нацелился на меня и заорал:

– Руки за голову, вы арестованы!

В ответ на этот демарш я заткнул дуло пальцем и сказал ему, недовольно покрутив головой:

– Полковник, мы тут говорим вам о серьёзных вещах, а вы вздумали поиграть с нами в войну. Да, на всё то оружие, которое взяли с собой ваши солдатики, давно уже наложено очень мощное магическое заклятие и оно не то что не выстрелит, а даже в качестве дубины будет не опаснее подушек, которыми дерутся ваши дочери.

Полковник Мастерсон немедленно нажал на спусковой крючок и выстрела, естественно, не последовало. Тогда он схватил автомат за ствол и шандарахнул меня по лбу, но тот отскочил от меня, словно воздушный шарик, а я даже не шелохнулся, хотя он и лупанул меня отнюдь не по-детски, изо всех сил.

С глубоким вздохом я забрал у него автомат и сказал:

– Хватит дурью мучиться, полковник Мастерсон. Выходите наружу, мне ещё предстоит вам многое объяснить.

Кир, посмотрев на меня с недоумением, спросил:

– Интересно, что это ты собрался ему объяснять, Кузьмич? На мой взгляд тут и так всё ясно. У этого полковника пригрелась под крылышком банда жестоких садистов, насильников и убийц, которые записались к тому же в какие-то сатанисты, так что это не мы должны ему объяснять что-то, а он нам, а ты затеял здесь болтовню.

– А то, Кирюха, почему я наехал на его людей. – Резко одёрнул я своего командира – Ведь ты же в конце концов не виноват в том, что твой маг-хроникёр на досуге развлекается тем, что отправляет в ад всяких мерзавцев, а когда у него выдаётся такая возможность, то сам превращает их чёрт знает во что, подвергая самым жестоким пыткам и делая их всех при этом чуть ли не бессмертными существами. Полковник Мастерсон точно такой же командир, как и ты, а потому может и не знать о том, чем занимаются его люди в свободное от службы время. Они ведь к тому же не простые солдаты, чтобы безвылазно сидеть в казармах, да, и простым солдатам к твоему сведению командиры тоже дают время от времени увольнительные.

В ответ на это Кир только развёл руками и сказал:

– Ну, тебе из погреба виднее, садист несчастный. По мне было бы куда лучше, если бы ты вообще никогда не выходил из своего кабинета. Хотя ты и вершишь справедливый суд, Кузьмич, некоторые мои хорошие знакомые поговаривают, что делаешь ты это так, что мне порой становится даже страшно за твою душу.

– А вот о моей душе тебе нечего беспокоиться, командир. – Сердитым голосом отозвался я – К твоему сведению я не устаю молиться о том, чтобы страдания и боль хоть немного очистили души этих мерзавцев и мастер Аботан когда-нибудь даровал им второй шанс. И вообще, Кирюха, та кажется забыл, что я всё-таки маг-воитель, а у нас с такими вещами, как огрубение чувств и ожесточение души очень строго, мигом по башке получишь. Так что занимайся своими рыцарскими делами, и как советовал тебе Атилла, не лезь в дела магов.

Высказавшись, я быстро выбрался из вертолёта наружу. Первым делом я сотворил портал прохода и умыкнул из своего кабинета большой резной стол, изготовленный из ильмианского дуба с малахитовой столешницей, в котором скрывалось множество магических устройств, а также четыре деревянных резных кресла, похожих на троны. В моём кабинете меня никто не мог увидеть, зато на кухне сидел в засаде Атилла и как только я открыл туда портал прохода, тут же встал передо мной и обиженным голосом заорал на нас всех:

– Гады вы, а не напарники! Я что, вам увечный? Почему вы не взяли меня с собой? Вы ведь вон какое затемнение сделали, могли бы и пригласить в кои веки раз, меня ведь в этих горах всё равно ни одна собака не увидит. Кузьмич, не будь жлобом, разреши войти.

– Вот я тебя и приглашаю, старина. – Успокоил я Атиллу – Заходи, поработаешь в боевом охранении. Если бы ты не выкобенивался и принимал, как все нормальные драконы-маги, человеческий облик, то тебе не приходилось бы всякий раз сидеть дома одному.

Повторять своё приглашение дважды мне не пришлось. Атилла тут же влетел в портал и немедленно принялся докладывать мне:

– Значит так, Кузьмич, во вверенном на моё попечение хозяйстве полный порядок. Фелиция и Леночка отправились купаться на наш островок в Карибском море, у ворот сидит здоровенная псина, так что ты можешь ни о чём не волноваться. – Увидев мою скептическую ухмылку, он поторопился сказать, оправдывая своеволие Фелиции – Да, не куксись ты так, ничего она ей не наговорит. Она же не конченая дура. К тому же Фелли сразу же влюбилась в твою Ленку и готова носить её на руках, как Ио Эльзочку. Правда, это ей будет несколько затруднительно делать, ведь Леночка выше её почти на полголовы. Ну, а в том, что она научит её нескольким хитростям, которые приняты у магобаб, так в этом тоже нет ничего плохого. Тебе же лучше будет.

Пока Атилла рассказывал мне о том, как подружились Фелиция и Леночка, Тетюр подготовил для Кира самую настоящую арену размером с хоккейную площадку, а сам он, тем временем, переоделся в парадку с голубым беретом и выкладывал из своего бездонного кармана один за другим всевозможные мечи, булавы и кистени. Полковник скромно присел на камень и смотрел на всё с совершенно потерянным видом. Он даже не попытался сбежать и лишь с появлением синего дракона, взгляд его немного оживился. Похоже, что он был в детстве любителем сказок и прочей литературы в жанре фэнтези. Ну, а я тем временем заполнил кухню клубами дыма, приготовил плотный завтрак на нашу всю честную компанию, переправил его из России в Афган и громким, весёлым голосом крикнул:

– Всё, ребята, хватит ерундой заниматься, я жрать хочу, так что быстро идите к столу. – Атиллу же я тихонько попросил – А ты быстро прими свой нормальный размер и постой на стрёме, я хочу, чтобы враги Кира ещё до начала драки обосрались.

Атилла понимающе кивнул мне головой и, отлетев на сотню метров, стал стремительно увеличиваться в размерах. В своём естественном облике длина нашего дракона составляет от носа до кончика хвоста целых двести семьдесят метров, когда он стоит на четырёх лапах, то его высота в холке составляет почти девяносто метров, а уж если он принимает боевую стойку, то от земли до его макушки будет полных сто пятьдесят метров. Вот такой у нас напарник. Силы у него, что у трёх ракет типа "Рокот" вместе взятых, да, и струю огня он в таком виде выдыхает ничуть не меньшую, чем эта ракета на стартовой площадке. Увидев его в таком виде, полковник молитвенно сложил руки и даже что-то зашептал и я окликнул его:

– Роберт, прошу к столу. Мы сначала позавтракаем, а потом я приведу вам самые убедительные доказательства того, что капитан Джексон за вашей спиной создал какую-то дьявольскую секту и творил такое, что вам и самому непременно захочется задушить его.

Полковник подошел к столу и сел на предложенное ему место справа от меня, а затем к нам подсели с нашей стороны слева от меня Кир и Тетюр. На завтрак я приготовил каждому по хорошему ростбифу с молодой картошечкой, салат из омаров и даже поджарил тосты и бекон, чтобы хоть чем-то угодить полковнику Мастерсону, а также поджарил каждому по парочке крупных, жирных троглусов. Похоже, что вид огромного дракона возбудил в полковнике аппетит и он с удовольствием принялся жевать телятину. Кир, указав вилкой на Атиллу, поинтересовался у меня с хитрым видом:

– А Атиллу что же ты не пригласил к столу?

От этого вопроса у Тетюра глаза полезли на лоб и он воскликнул:

– Кузьмич, неужели ты научил-таки этого синего обормота пользоваться столовыми приборами?

– Не я, Тетюр, а моя Леночка. – С довольным видом сказал я – А ещё он теперь наливает пиво в фужер и ест воблу только в очищенном виде, а не вместе с костями и чешуёй, как раньше.

– О, эта божественная Леночка... – Мечтательно закатив глаза сказал Тетюр – Она просто чудо, Козмо, и моя Фелиция от неё тоже без ума. Интересно, а как она отнеслась к любовным рунам на шкуре нашего патентованного кобеля?

Кир усмехнулся и ответил:

– Да, никак. Она малость вздрогнула, увидев их в первый раз, а потом ничего, справилась с собой. Мы вчера купались нагишом на нашем острове и с ней даже не случилось припадка.

Полковник, приглядываясь к троглусам, негромко сказал на довольно хорошем русском:

– Как я посмотрю, господа, у вас собралась весьма необычная команда. Чем же вы все занимаетесь в действительности, если это не секрет, и на какое правительство работаете?

Кир улыбнулся и ответил ему:

– Роберт, я ведь вам уже всё сказал. Я рыцарь Мастера Миров, по вашему Господа Бога, ведь именно под видом Иисуса Христа он побывал однажды на этой планете, и занимаюсь я тем, что ношусь по всей его Вселенной и мочу всяких уродов, которые добровольно присоединились к Антихристу, то есть к Хозяину Тьмы Амалору.

Презрительно фыркнув, я поправил его:

– Сэр Кир, извини, но скромность украшает одних только девушек, таких, например, как моя Элен. – Повернувшись к полковнику, я пояснил – Роберт, сэр Кир отнюдь не простой рыцарь Света. Он, можно сказать, рыцарь для особых поручений и уже несколько раз сражался с такими полчищами зла, рядом с которыми Гитлер кому угодно покажется сущим младенцем. И несколько раз создавал с нуля небольшую, но очень хорошо обученную армию, которая под его командованием истребляла эти несметные полчища и представьте себе, его солдатам противостояли твари, которые будут покрепче той, которую вы могли видеть в фильме "Чужие". К тому же среди них была целая пропасть чёрных магов, а это дерьмо будет ещё похуже вашего Фредди Крюгера. Так что сэр Кир неоднократно бывал маршалом, но самое главное заключается в том, что он уже вывел два мира в Золотой круг, а ещё несколько уже на полпути от него. За те семь с лишним лет, что мы воюем со злом впятером, сэр Кир выполнил уже восемьдесят шесть очень сложных миссий и ещё ни в одной не облажался. Хотя он самый молодой из очень многих сотен тысяч рыцарей Мастера Миров, он самый лучший. Ну, а мы его маги помощники и та женщина, которую вы видели на экране моего магического видеотелефона, леди рыцарь-маг Лана Молниеносная, жена моего командира, но в нашей команде она работает, как обычный маг, хотя, так сказать, стопроцентным магом из нас является только Риальдо Великолепный. Наш дракон Атилла дракон-маг и, естественно, уже только потому, что он дракон из породы королевских огнедышащих драконов, является магом-воителем, мы с леди Ланой тоже, а маги-воители это совсем особый разговор, а вот сэр Кир чистый рыцарь, хотя в его жилах и течёт магическая кровь, он сражается с нечистью без какой-либо магии, но я не знаю ни одного мага, который бы смог с ним сравняться в силе и даже я не смогу похвастаться тем, что смог положить его на лопатки. По мере своих сил Кир всякий раз, когда встречается на Земле с отъявленными мерзавцами, вступает с ними в схватку и отправляет их когда в ад, но гораздо чаще всё же на перековку в очень суровые миры. Ну, а я занимаюсь тем же самым на профессиональной основе, так как являюсь помощником судьи Зла, мастера Аботана, тюремщика Сатаны.

– Ага, и за то, что Кирюха мочит всяких уродов, ему уже раз сто пятьдесят апостол Павел спускал шкуру со спины. – Не преминул вставит в разговор своё слово Тетюр и, пристально посмотрев на полковника, добавил – И всё потому, что сэр Кир не может пройти на Земле или в каком-нибудь другом мире мимо конченного негодяя и не отправить его в иные миры. За это он регулярно подвергается суровому наказанию, но всё равно не может поступить иначе. – Видя то, что полковник всё никак не решится попробовать троглуса на вкус, он сказал – Бобби, это троглус, рыборак который водится на Ильмине. Ешьте смело, он вам очень понравится. Тем более, что его приготовил специально для вас Кузьмич, а не абы кто. Вот если бы троглусов жарила наша боевая подруга леди рыцарь-маг Лана, то я не стал бы их есть даже под угрозой немедленной кастрации.

Мы покончили с завтраком, выпили по чашке кофе и я прежде, чем привести полковнику доказательства преступления капитана Джексона, выпустил из трубки аспидно-чёрное облако дыма, которое полностью укрыло тело этого урода и его сподвижников. Стол, который сделали по моему заказу на Ильмине в мастерской одного отличного парня, которого Кир спас однажды от Хозяина Тьмы, имел магический проектор, который я мог подсоединять к компьютеру в моих очках и вообще к любому магическому устройству связи и любому магическому прибору. Для начала я убрал со стола посуду. Атилла тут же уменьшился в размерах до большого крылатого тираннозавра, быстро подбежал поближе к столу, встал за нашей спиной и, вытянув шею, опустил голову пониже, приблизив свой нос чуть ли не к моему плечу, отчего Роберту Мастерсону тотчас стало не по себе, но синий дракон-маг, приоткрыв свою огромную пасть, в которую мог бы въехать и байкер на "Харлее", негромко сказал ему:

– Не волнуйся, Бобби, я тебя не съем. Во всяком случае ровно до тех пор, пока мастер Козмо не попросит меня об этом. Но я всё же не думаю, что он станет делать это. На мой взгляд ты не похож на тех поганых ублюдков, которыми командовал.

Полковник закивал головой и пока я вкладывал в специальные гнёзда свою магическую аппаратуру и подсоединял её к проектору, он несколько раз оборачивался, чтобы убедиться в том, что Атилла не шутил. Чтобы на экран не выводилось слишком много изображений, да, к тому же крупным планом, я попросил Кира и Тетюра снять свои очки, после чего включил проектор и перед нами высветился экран размером пять на четыре метра. Дракон, чтобы ему было лучше видно, снова немедленно уменьшился в размерах до домашних и просунув свою голову между мной и полковником. Робертом, который был, похоже, большим любителем животных, машинально почесал его под подбородком и дракон тут же строго рыкнул:

– Ещё раз так сделаешь, Бобби, и я откушу тебе руку. Я тебе не кошечка, а король драконов Ильмина и к тому же маг Мастера Миров.

Экран засветился и на нём появилось несколько изображений. Самое большое давали очки Ио и на нём можно было видеть счастливое лицо Сьюзан, сидевшей в низком кресле, а позади неё широкая кровать, на которой спали две девочки, одетые в пижамы, а в их ногах спал Дилан. Их мама в это время о чём-то разговаривала с леди рыцарем, но я убрал звук и потому никто не мог слышать о чём именно. В правом верхнем углу на фрагменте меньшего размера тоже можно было увидеть красивую женщину, только куда более молодую и прекрасную, да, к тому же обнаженную, которая весело смеялась, лёжа не берегу моря, окатываемая небольшими волнами. Остальные квадратики показывали мне различные уголки нашего дома и приусадебного участка. Тетюр, увидев Фелицию, громко захохотав, воскликнул:

– Ребята, вы только посмотрите на это, наш Кузя так втюрился в Ленку, что даже ревнует её ко всем и прилепил на лоб жучка.

Его к счастью никто не поддержал и я смог сказать Ио:

– Иоланта, вернись, пожалуйста, в свой номер и покончи с клонами, но только без демонстрации жестокости. Они своё дело сделали, Роберт сидит рядом со мной и вскоре убедится в том, что его подчинённые или кем они там ему доводились, являются на самом деле каким-то адским отродьем, а не людьми.

Жена Кира наклонилась к Сьюзан и нежно проворковала:

– Сью, дорогая, извини, но мне нужно на минутку отлучиться. Ты настоящее чудо, моя милая, а твои девчушки просто прелестны. Через несколько минут я вернусь и как только девочки проснутся, отвезу вас домой. Тревога оказалась ложной, вам ничто не угрожает, но ты же жена кадрового сотрудника ЦРУ и потому должна понимать, что по другому мы не можем поступить. Таковы наши порядки.

Сьюзан поднялась из кресла, обняла нашу красотку, звонко расцеловала и радостно воскликнула:

– Ио, деточка, ты тоже прелесть. Я даже не представляла себе, что у моего Бобби есть такие друзья. Я буду ждать тебя.

Иоланта вышла из номера и направилась к себе. Со слов Сьюзан мне стало понятно, как Ио смогла выманить её из дома и отвезти в мотель. Как только я подключил свои очки к столу и вспыхнул экран, она смогла увидеть нас сидящих за столом. Входя в свой номер, в котором в креслах всё ещё сидели не дыша и не шевелясь три голема, а четвёртый замер на ковре перед ними. Леди рыцарь-маг подошла к своим големам, разрезала и сняла с них скотч, превратив его в струйки воды, после чего, вооружившись тонким стилетом, кольнула по очереди каждого голема и они тоже превратились в воду, которой набралось не больше двух литров. Если бы это попытался сделать кто-то другой, то её големы мигом бы настучали такому типу по голове, так как они были очень крепкими ребятами и боялись только огня. Разрушив големов, Иоланта заторопилась обратно к Сьюзан, но, выйдя из номера, остановилась и всё-таки сказала, обращаясь к полковнику:

– Роберт, ваша жена чудесная женщина и мы подружились за эти несколько часов, что провели вместе. С её слов выходит, что вы тоже замечательный человек, достойный всяческого уважения, но я не склонна верить словам влюблённой женщины. Вы, мужчины, умеете маскировать свою гнусную сущность под видом порядочности. Извините, если я вас хоть чем-то обидела.

– Хорошо, Ио, ты можешь возвращаться домой. – С улыбкой сказал я ей и добавил – Или остаться в Вашингтоне, чтобы поболтать с Сьюзан без этих ужасных зеркальны очков, которые тебе совсем не идут. Ты в них похожа на какую-то коварную шпионку. Мы задержимся в Афгане до вечера, а потом отправим Кирюху домой.

– Ну, уж нет, Кузечка. – Ответила Ио – Мне очень хочется узнать, кто же он такой, Роберт Мастерсон, дерьмо или приличный человек, который достоин любви такой женщины, как Сьюзи. Поэтому раз уж ты дал ему возможность узнать, кто мы такие, то и я расскажу его жене, чем в действительности сейчас занят её муж. Стереть воспоминания об этом, если всё пойдёт через пень колоду, я всегда смогу.

Полковник шумно вздохнул, но благоразумно промолчал, а я выключил очки и немедленно включил мыслезонд, выведя на экран тот дьявольский ритуал, который проводил капитан Чарльз Джексон семнадцатого мая нынешнего года. Увидеть мы смогли его только глазами Леночки, которую привязали к кровати поставленной стоймя в углу большой комнаты. Вторая такая же кровать, заправленная чёрной простынёй, стояла посреди комнаты и на ней, как Андрей Первозванный, была распята Сашенька, всё тело которой было покрыто синяками и ссадинами. Перед ней полукольцом встало четырнадцать голых мужиков, вооруженных армейскими тесаками. Капитан Джексон стоял в середине и держал в левой руке чётки с грубо вырезанными костяными черепами вместо бусинок, а в правой какая-то длинная пика. У девушки уже не было сил кричать и она только слабо стонала.

Зато капитан завывал во всю силу своей луженной глотки, выкрикивая на распев какие-то то ли молитвы, то ли проклятья на тарабарском языке. Время от времени он легонько колол тело Сашеньки и выкрикивал имя одного из своих подчинённых, после чего тот делал стремительный выпад и наносил по телу девушки удар тесаком. Из того, как это делалось, можно было понять, что жертва не должна была умереть раньше, чем Чарльз Джексон не нанесёт ей последний, смертельный удар. Так оно и произошло. В реальности этот обряд продолжался больше часа, но я сократил его до десяти минут. После того, как Сашенька была убита, этот мерзавец отрезал у неё большой палец правой ноги, изрубленное тело девушки было сброшено на пол, а окровавленная простыня бережно снята с кровати, свёрнута и положена в чёрную шкатулку.

Каждый из нас по разному переживал картину истязаний Сашеньки. Кир сидел совершенно недвижимо и его злость выдавали только желваки, ходившие на скулах. Тетюр всё это время разводил и сводил руки и из его ладоней вылетали толстые шнуры электрических разрядом, а Атилла, из пасти которого непрерывно доносилось до наших ушей тихое, но очень свирепое рычание, выражал своё негодование длинными струями пламени, сквозь экран улетавшими к скалам. Полковник, не в сила сдержать своих эмоций, то и дело разражался страшными проклятьями и стучал своими здоровенными кулаками по столу. Абсолютно спокоен и невозмутим был только я, но Боже мой, чего же на самом деле мне стоило это спокойствие. Когда мой клип закончился, я произнёс вполголоса:

– Господа, я не стал показывать вам того, как эти твари насиловали Сашеньку и Леночку, но уж вы поверьте, они и это сделали с непередаваемой жестокостью и цинизмом. И вот, что я хотел вам сказать ещё, господа, сегодня утром мы с Киром видели, как из борделя Хаджи-Ахмеда его слуги забросили в грузовик с мусором изуродованные тела ещё двух девушек и у каждой был отрезан большой палец правой ноги. Смею вас уверить господа, что те чётки, которые вы видели, вырезаны из человеческой кости. Ну, что вы на это скажете, Роберт?

Полковник тяжело вздохнул и ответил:

– Господа, я понимаю, конечно, что вы никогда не согласитесь передать этих скотов суду военного трибунала. – Внезапно, его голос перешел на крик и он заорал – Но дайте мне тогда возможность самому задушить эту гнусную, мерзкую тварь, Чака Джексона, которого я не раз принимал в своей семье, как друга!

Тетюр, одарив его суровым взглядом, сказал ему:

– Перебьёшься, Бобби, тут и без тебя душителей столько, что уже целая очередь образовалась. Старшой у нас Кирюха, а потому он сам решит, как нам поступить с этими скотами. – После небольшой паузы он добавил – Кузьмич, эти гады уже через три минуты придут в себя, так что убирай своё чёртово облако.

Вместо того, чтобы последовать его совету, я добавил в своё облачко ещё чёрного дыма, отчего оно накрыло всю площадку, расчищенную Тетюром, и задал ему работы. Кир встал перед этим облаком со своим сверкающим лунным светом мечом в руках и вид у него был при этом очень серьёзный. Через пару минут чёрное облако рассеялось и нашим взорам предстала идеально ровная каменная арена, на которой лежало четырнадцать мужиков, на которых из одежды были одни только штаны и тяжелые ботинки, а рядом лежало по несколько единиц холодного оружия. В общем выбирай братва, кому что нравится. Эти мускулистые верзилы уже начали подёргиваться и пока они не очнулись, я выдул из трубки толстую струю зелёного дыма, отчего Тетюр тотчас истошно завопил:

– Кузя, ты что, в конец сдурел? На хрена ты добавил им силы и ловкости? Ведь они и без того все бугаи, как на подбор.

Кир одёрнул его:

– Всё правильно, Тетюр. На Кузиной зелёной заправке они смогли бы продержаться хоть трое суток, но у меня они уже через каких-то полчаса будут молить Бога о смерти.

Мы с Тетюром молча переглянулись и вернулись к столу, а Атилла перелетел через зелёное облако и, быстро увеличившись в размерах, встал позади противников Кира на задние лапы, широко распахнул крылья, опустил их к земле и создал таким образом очень красивый синий задник. Огромные глаза дракона горели огнём, а клыки, здоровенные, словно зенитные ракеты, блестели в ярком свете магических светящихся шаров. Зелёное облако рассеялось и коммандос, отплёвываясь и чертыхаясь, стали не спеша подниматься на ноги. Капитан Джексон сориентировался первым и бросился к своему начальнику за разъяснениями, громко вопя от возмущения:

– Полковник, что это за шутки? Где мы, чёрт побери и что здесь происходит? Кто этот болван в форме русского десантника?

Полковник Мастерсон сжал кулаки и ответил:

– Чак, до меня и раньше доходили слухи, что слишком жесток с пленными, но я никогда не мог подумать, что ты насильник и подлый убийца, да, к тому же ещё и совершаешь вместе со своими негодяями какие-то людоедские обряды. Ну, что же, ты добился своего и вас всех за это теперь покарает даже не суд военного трибунала, а сам рыцарь Иисуса Христа и если ты не веришь мне, то обернись и посмотри назад, этот огромный дракон не даст вам сбежать, подлецы.

Чак так и сделал, а вслед за ним повернулись и его подручные. Атилла, выдохнув из своей глотки небольшой язык пламени, от которого стало жарко даже нам, прорычал громовым голосом:

– Подлые твари, возьмите в руки оружие и сразитесь с рыцарем Христовым. Это вам не то же самое, что истязать и убивать беззащитных девушек, так что приготовьтесь к медленной и мучительной смерти.

Сатанисты капитана Джексона ещё не успели сообразить в чём дело, а Кир уже сбросил с себя китель с тельником и, перебрасывая меч из одной руки в другую, быстрой, семенящей походкой направился к этой толпе идиотов. Врезавшись в неё, он завертелся волчком, надавал им оплеух и настучал по головам плоской стороной меча и его гардой, после чего невозмутимо отбежал назад и принялся показывать этой нечисти своё искусство владения мечом. От тумаков они мигом пришли в себя, быстренько вооружились и, подбадриваемые криками своего командира, пошли в атаку, стараясь взять Кира в кольцо, сблизиться с ним, и, навалившись всем скопом, порезать на куски. Ну, тут они пролетели мимо денег, Кирюха был тёртым калачом и сам затеял с ними игру в кошки мышки, а точнее, он просто стал гонять их по арене, как бультерьер стаю помойных котов. Тетюр посмотрел на меня и спросил:

– Кто, ты или я?

Я коротко ответил:

– Ты.

– Но он же тогда. – Полуфразой предупредил меня Тетюр о том, что в том случае, если вырубаловкой воспользуется он, Кир сможет всё слышать и я подтвердил свой выбор.

– Именно этого я и хочу, Тетёха. Поставь на двенадцать часов и не тяни.

За каких-то десять минут Кирюха отделал своих врагов так, что на них было просто страшно смотреть. Они были все изрезаны его мечом и избиты так, что у многих опухли морды, но моя магия держала их в форме и потому никто не свалился на каменную арену без сил раньше времени. Одни вопили от боли, другие от ужаса, но никто не взывал к Богу, чтобы Господь избавил их от страданий. Скорее наоборот, они всё ещё питали надежду убить рыцаря самого Мастера Миров и тут я им мог только посочувствовать, этого не удалось сделать нескольким десяткам миллионов куда более опасных врагов до сего дня и вряд ли такое произойдёт в будущем.

В какой-то момент Кир, в очередной раз разбросав своих врагов, оказался спиной к нам. Тетюр быстро достал точно такой же золотой пистолетик какой был и у меня, выставил время действия пыльцы забвения на двенадцать часов и громко крикнул:

– Кир, сзади!

Наш доверчивый командир обернулся, но вместо врага увидел у себя перед носом облачко золотой пыльцы, которое немедленно отправило его в нирвану, отключив ему все органы чувств, кроме слуха. Немного постояв, он рухнул, упав лицом на камень, но это никак не могло ему повредить, как не могли повредить ему все мечи, кистени и булавы всех его противников. Полковник тут же вцепился в глотку Тетюра и истошно заорал:

– Мерзавец, что ты наделал!

Полковника поспешил успокоить Атилла, прорычав:

– Бобби, успокойся, так надо. Эти ребята знают, что делают.

– Это точно. – Сказал я и выхватил из кармана свои совершенно особые, миниатюрные, красные пистолеты.

Эти пистолеты я сам изготовил из того металла, которым щедро снабдил меня мастер Аботан. Однако, не это было главное, а те пули шестимиллиметрового калибра, которые я изготавливал уже совершенно особым способом. Вскочив из-за стола, я принялся методично, как в тире, расстреливать негодяев, которые пытались изрубить Кира в капусту. Каждый мой выстрел попадал точно в цель, в руку или ногу этих ублюдков и тотчас в действие вступала моя магия, которая в считанные секунды ломала и дробила им кости, разрывала мышцы и причиняла при этом просто чудовищную боль, но в то же время не убивала и не давала потерять сознание. Котловина тотчас наполнилась истошными воплями, от которых чуть не оглох даже Атилла. Через несколько минут все четырнадцать садистов валялись вокруг Кира и корчились в жутких мучениях.

Не спеша я подошел к Киру, поднял его и перенёс к столу, где посадил на стул, после чего вернулся к своим жертвам и стал пинать их, что было сил. Это, разумеется, только добавило им мучений, но главное их ждало впереди. Наконец-то у Роберта Мастерсона появилась возможность хоть немного выместить свой гнев на Чаке Джонсоне. Он подбежал к нему, схватил за плечи и рывком поднял на ноги. Нанося ему по роже слева направо своим здоровенным кулачищем тяжеленные удары, он громко приговаривал:

– Грязная тварь, подонок, убийца.

Капитан из последних сил выпрямился, глумливо расхохотался ему в лицо и хриплым голосом произнёс:

– Я жалею только об одном, полковник, что мы с ребятами не пустили по кругу твоих девок и не позабавились с ними.

Этим, скорее всего, он хотел добиться только одного, чтобы Роберт убил его поскорее, но не учёл того, что мои пули были магическими и я отлил их из того же самого металла, которым пользовались на Сковородке иксины, чтобы изготавливать из него различный пыточный инвентарь. Иксиний делал их жертвы очень восприимчивыми к боли и страданиям, но при этом моя магия лишала их возможности издохнуть. Полковник Мастерсон этого не знал, а потому так врезал Чаку, что тот заорал от дикой боли благим матом. Мне уже надоели его бессмысленные размахивания кулаками и я, перехватив руку полковника, насмешливым голосом сказал:

– Роберт, хватит заниматься ерундой. Их теперь уже ничем не убьёшь и даже в том случае, если они попадут в пасть Атиллы, они всё равно останутся живы. Такова магия мастера Аботана, верховного судьи сил Зла, которую я применил к ним.

Атилла воспринял мои слова, как приказ к действию, поспешил уменьшиться в размерах до очень крупного тираннозавра, после чего накинулся на бывших коммандос. Те к тому времени уже немного пришли в себя. Их кости рук и ног стали быстро срастаться, но будучи превращёнными в щепу, срастались под самыми немыслимыми углами. Даже черепа и те были деформированы, но эта уродливая братия, тем не менее, получила возможность передвигаться и бросилась врассыпную, правда, медленно и очень неуклюже, зато с такими истошными воплями, что я чуть было не оглох. В пылу энтузиазма Атилла сначала прошелся по ним своей глоткой-огнемётом, а уже потом принялся пробовать на зуб. Полковник был сначала поражен увиденным до полного онемения, но потом всё же спросил меня:

– Зачем ты сделал это, мастер Козмо?

– Вот и меня очень интересует, Кузьмич, что ты собираешься делать дальше? – Поинтересовался вслед за Робертом Тетюр – И вообще, что это за место такое, эта твоя Сковородка. Про неё даже в на Террасной горе народ говорит только шепотом, да, ещё и с оглядкой. Это что, Освенцим для всяческих уродов, обитающих в базовых мирах?

Я помотал головой и ответил:

– Хуже, Тетюр, гораздо хуже. В Освенциме был хотя бы крематорий, через который узники могли выйти на свободу в виде дыма, а на Сковородке, как и в огненном брюхе Тартаботана, такого удовольствия им никто не предоставит. Правда, мастер Аботан говорит, что после нескольких тысяч лет мучений тем из них, души которых хоть немного очистятся, будет дарована смерть и они, наконец, отправятся в миры пробирочников, чтобы продолжить свой жизненный путь. – Видя, что Атилле понравилась новая жвачка, я громко крикнул – Эй, ты, крокодил, хватит дурью маяться, мне нужно закончить свою работу. Выплёвывай этих уродов. Они всё равно невкусные.

Дракон послушно выплюнул парочку изуродованных до неузнаваемости тел, уменьшился в несколько раз и подошел ко мне. По его глазам и радостному оскалу было видно, что он остался доволен. Выйдя на середину арены, я принялся извлекать нужные мне инструменты и прочий реквизит. Для начала я достал низкую треногу с магической горелкой и большой котёл, отлитый из кроваво-красного иксиния, магического металла, секрет изготовления которого знал только мастер Аботан. Затем наступила очередь кривого ножа из того же металла и ещё одного инструмента похожего на круглую ложку с разрезом, доходящим до середины. Теперь мне оставалось поставить котёл на огонь и наполнить его кое-какими ингредиентами, что могло кое-кому показаться неэстетичным и потому я сказал:

– Ребята, я поклялся вчера ночью, что лично отправлю в ад убийц Сашеньки, а это очень неприятная процедура. Поэтому я советую вам отойти за какую-нибудь скалу, попить там пивка и побазарить. Много времени это не займёт, максимум полчаса и мы после этого сможем отправляться обратно в Кабул.

Атилла и Тетюр в ответ на мои слова только презрительно фыркнула, а полковник Мастерсон сказал:

– Не волнуйся, мастер Козмо, я хочу посмотреть на то, как ты отправишь этих мерзавцев в ад. На кровь и страдания я в своей жизни успел насмотреться, так что меня не стошнит.

Гнать его в шею мне было не с руки, а потому я только махнул рукой, нацепил на нос очки и сказал своим друзьям:

– Ну, уж, коли вы остались здесь, тогда помогайте мне. Берите крайнего и тащите его сюда.

Атилла метнулся к груде тел и притащил мне нечто, что весьма отдалённо напоминало человека. Найдя в этом изжеванном комке плоти голову, я приложил к ней свою мозгокрутку и уже через несколько секунд выяснил, что лейтенант Митчелл вполне годится мне в клиенты. После этого я быстро отрезал ему всё лишнее – гениталии, нос, уши, по два пальца с каждой руки, мизинец и безымянный, а также половину ступней с пальцами и побросал всё это в котёл, котором плоть быстро превратилась в густое сине-зелёное варево. Последними я вырвал ложечкой из глазниц глаза, которые превратились в ярко-алые шарики того же размера. Поскольку у меня были сноровистые помощники, дело двигалось быстро и через десять минут клиенты были на полпути в ад. Когда варево было готово, я снял котёл с треноги и стал поливать им тела своих жертв, отчего они быстро распрямлялись, но не настолько, чтобы их можно было назвать красивыми.

Когда передо мной лежало рядком четырнадцать недвижимым тел, я вложил в каждую глазницу по алому шарику и они стали быстро приходить в себя и, громко стеная, принялись проклинать капитана Джонсона. О Боге снова никто так и не вспомнил. Теперь мне оставалось сделать только одно, открыть портал прохода на Сковородку, чтобы здоровенные алые колы сами забрали их в этот ад и они не заставили себя ждать, вылетев, словно ракеты, снабженные двумя щупальцами каждая. Поскольку эти недоноски снова обрели способность видеть и даже двигаться, то они бросились врассыпную, но все их усилия избежать сажания на кол были тщетными. С кошмарным треском и чавканьем иксиниевые колы вонзались им в задницы, щупальца хватали за ноги и насаживали на эти чудовищные орудия пытки, после чего колы встали вертикально и прыжками помчались на Сковородку, где их стоял целый лес. Тетюр, посмотрев на плоды моих многолетних трудов, сказал с уважением в голосе:

– Ну, ты силён, мастер Козмо, в одиночку наколотить столько мерзавцев. Уважаю, старик, благое это дело.

Теперь меня интересовало только одно, как поступить с полковником. Этот парень нравился мне всё больше и больше уже хотя бы тем, что смотрел на ад, сотворённый мною, с чистым и ясным взором. Тронув его за руку, я сказал:

– Роберт, теперь настало время решить, что мне делать с тобой. У тебя есть два варианта на выбор. Или мы подвозим тебя до того ущелья, откуда мы сюда вылетели, или ты добровольно отдаешься на суд мастера Аботана. Вот эта штуковина в две минуты скажет мне, кто ты такой, благородный воин и честный человек или же конченый мерзавец. Во втором случае мы все примем участие в твоей судьбе и у тебя даже появится выбор, отправиться вместе со своей семьёй на Астриум, где ты сможешь стать рыцарем Света или на Ильмин, императору Роджеру очень нужны толковые офицеры, так как большая часть его армии несёт службу на Армагеддоне, а все остальные отряды разбросаны по мирам Золотого круга и охраняют там покой людей, или же ты захочешь продолжить жить прежней жизнью и тогда мы избавим тебя от воспоминаний об этих событиях. Ну, а если я признаю тебя конченным негодяем, то, уж, не обессудь, ты сам видел, как я поступаю со всякими мерзавцами. Впрочем, если ты просто засранец, которому ни один приличный человек не подаст руки, я не стану предъявлять тебе никаких претензий, сотру твою память и пинком под зад отправлю в твой офис гадать, куда же это пропал твой подчинённый, но Ио тогда обязательно расскажет твоей жене, кто ты такой на самом деле.

Нет, этот парень точно чокнулся от всего увиденного, раз без малейших колебаний сказал мне решительным голосом:

– Я согласен на это испытание, мастер Козмо. Прикладывай к моей голове свой чёртов прибор и пусть сам мастер Аботан, рассудит, кто я такой. Мне самому давно уже интересно знать, кто же я такой на самом деле, человек чести или же гнусная тварь. В своей жизни я достаточно повоевал во многих странах и пролил немало крови, сражаясь с теми, кого политики называли врагами моей страны, так что пора этому дать самую строгую и безжалостную оценку.

Покрутив головой, я приложил мыслескоп к его голове и держать его мне пришлось минут пять, настолько сложной, интересной и запутанной была жизнь этого человека. Когда я снял с его головы это магическое приспособление, Тетюр, заглядывая мне в глаза, спросил:

– Ну, что, Кузьмич, как он, прошел испытание.

– Тетёха, по этому парню слезами плачет Астриум! – Смеясь воскликнул я и прибывал – Он, считай, уже готовый рыцарь Света, чему я нисколько не удивлён. Ну, а если Бобби выберет вместо этого Ильмин, то как только он переступит через порог кабинета Калюты, этот бородатый бегемот его прямо в дёсны расцелует. Он же просто находка для него и Роджера. В общем решать ему, как он поступит.

Атилла тотчас пояснил Роберту, кто такой Калюта:

– Бобби, Калюта Брит канцлер империи и отец императора Роджера. Это в высшей степени уважаемый человек и я настоятельно советую тебе бросить Землю к чёртовой матери, схватить в охапку жену и дочерей и немедленно отправляться на Ильмин. Там вы уже через пару дней вы всей семьёй станете точно такими же магами, как Тетюр и Кузьмич, и вот тогда для вас будет открыта вся Вселенная. Правда, я всё же подозреваю, что ты вместо этого тотчас рванёшь на Астриум и будешь требовать от Мастера Миров, чтобы тебя записали в рыцари Света. Рыцарь Мастера Миров это очень классная работа, уж ты поверь мне, но рыцарь-маг круче. Правда, тебе в любом случае придётся сначала отправиться с нами на Ильмин, на Астриум для тебя с Земли прямой путь, увы, пока что закрыт. Магическая таможня не пропустит.

Тетюр хитро улыбнулся и добавил:

– Но, поскольку мастер Пётр ещё та цаца, Бобби, он обязательно заставит тебя жить на Земле, а потому нам придётся сегодня немного пострелять. – Тетюр повернулся ко мне и, подмигнув, сказал – Кузьмич, когда я копал в горе яму для вертолёта, неподалёку нарисовался большой караван каких-то бандюков. Они везли куда-то в очень большом количестве героин. В пригороде Кабула, похоже, у них есть лаборатория. На всякий случай я их всех стреножил и надёжно укрыл. От нашей норы до них всего час ходу. Сейчас половина первого. На то, чтобы изготовить из каких-нибудь баранов или верблюдов големы, не отличимые от тех засранцев, которых ты отправил на Сковородку, у меня уйдёт минут сорок, после чего я быстро разморожу этих отморозков и они немедленно перестреляют друг друга. Ну, а потом Бобби вызовет авиацию и с ранениями средней тяжести отправится обратно в Штаты и свинтит в отставку. Как вам мой план, ребята?

Первым откликнулся Роберт, который сказал:

– Звучит заманчиво, господа, ведь таким образом я не только не попаду под суд военного трибунала, но и очищу свою контору от той грязи, в которой её измарал капитан Джонсон, ну, а кроме того его родители будут пребывать в уверенности, что их сын погиб, как герой. Ранение же может быть и тяжелым. Ради того, чтобы стать таким же рыцарем Мастера Миров, как вы ребята, я и не на такое пойду.

Атиллу весте с Киром, столом и стульями мы отправили в наш дом, вертолёт вновь засиял свежей краской и был возвращён обратно в Перу, в тот самый ангар, в котором он стоял, а мы, прихватив оружие отряда капитана Джексона, прошли через портал прямо в капонир. Тетюр взлетел повыше в небо и под прикрытием вуали забвения высмотрел среди холмов стадо диких верблюдов. Отобрав троих самых старых и облезлых верблюдов, он притащил их в капонир, вот только големов делал не он, а я с помощью магии дыма, и они получились у меня почти разумными существами. Уже через полчаса они отважно вступили в бой под командованием полковника Мастерсона и воевали куда лучше, чем те люди, по образу и подобию которых были созданы.

Банда нам попалась чертовски хорошо вооруженная, но это никак не могло повлиять на исход боя и уже через пятнадцать минут всё было закончено. Три духа выстрелили несколько раз по нашим големам из реактивных огнемётов и они превратились в головёшки, но полковник и с простреленными ногами уложил их меткими выстрелами, после чего запросил помощь базы. Вертушки прилетели минут через десять и довершили разгром банды несколькими залпами из нурсов, а ещё через пятнадцать минут полковника Мастерсона погрузили на борт санитарного вертолёта и отправили в госпиталь. Его жена имела возможность посмотреть на бой через мои очки и даже видела, как её мужа на носилках тащили к вертолёту. Зачем Ио сделала так, мне было непонятно, ведь она уже и так была вынуждена посмотреть на зверства капитана Джонсона. Не стала она объяснять этого и тогда, когда вышла к нам из портала. Вместо этого она закричала:

– Мерзавцы, зачем вы вырубили Кира?

– А затем, дорогая! – Заорал Тетюр ещё громче – Кузьмич придумал, наконец, как он может навсегда избавить Павла и его парней от необходимости драть рыцарям задницы. Поверь, это вполне стоит двенадцати часов нирваны. Девочка моя, его план безупречен и Амал обязательно угодит в ту западню, которую Кузьмич устроил для него. Он придумал для этого на диво хитрую магическую уловку и вырвет плеть из рук Павла, а все остальные полетят в его руки за ней сами собой. Ну, а всё остальное уже дело техники, хотя мне и кажется весьма сомнительным, что эти проклятые бичи можно уничтожить только одним способом, сбросив в Сияющую пропасть.

Эти объяснения успокоили Ио и она проворчала:

– Ну, ладно, поверю вам на слово, хотя это и свинство, но мне нравится сама идея Кузьмича.

В Кабул мы вернулись в половине пятого вечера и сразу же поехали в бордель Хаджи-Ахмеда, где полным ходом шла подготовка к ночному веселью. Сначала я взял языка, бармена из борделя, выяснил кто есть кто, после чего свернул ему шею и мы, быстренько переколотив в этом заведении и по соседству человек тридцать охранников и прочих уродов, занялись делом, для чего по очереди оживили их всех, а потом свернули головы ещё двадцати трём ублюдкам, а остальных сволокли в руины медресе и спалили весь этот квартал с лавками, в которых торговали героином, упакованным в сувениры, и их хозяевами. На этот раз я отправил на Сковородку всего восьмерых подручных современного рабовладельца. Можно было отправить туда ещё одного вчерашнего талиба, тоже жестокого убийцу, но очень уж он, гад, верил в Аллаха. Сомневаюсь, что по совокупности преступлений он возродится в одном из миров Золотого круга, которые можно смело называть раем, но это будет и не самый отвратительный мир для пробирочников, так что в ад, можно сказать, этот полевой мулла с отвратительной привычкой таскать гранаты вместе с четками в одном кармане тоже не попадёт.

Теперь, когда я точно знал маршрут, мне не составило особого труда открыть портал прохода прямо возле дома Хаджи Ахмеда и мы втроём, шагая под прикрытием пыльцы забвения, быстро разбежались в разные стороны. Тетюр принялся зачищать большой двор и сад с фонтанами и павлинами, Ио отправилась в зиндан, а я занялся виллой, построенной на европейский манер. Работали мы тихо, пользуясь в основном либо руками, либо бесшумным оружием, но сноровисто. Хаджи-Ахмеда я нашел в его опочивальне, где он забавлялся со светловолосой девушкой, а точнее, будучи не в силах проявить себя, как мужчина, просто избивал её на пару со своей старшей женой. Сняв с себя вуаль забвения, я прострелил этой парочке обе ноги из своих серебряных пистолетов, а потом, постреляв ещё немного, принялся избивать их с отменным усердием, громко матерясь по-русски.

Девушка, явно, новенькая, всё лицо и тело которой было покрыто синяками, тут же схватила толстую точёную деревянную подпорку балдахина и принялась молотить ею по голове своей главной мучительницы. До этого я уже всадил той пулю между глаз и потому череп этой стервы вскоре сделался похожим на ведро, побывавшее под самосвалом, но она всё никак не подыхала, хотя и визжала, как резаная. Кое как уговорив девушку прекратить это бессмысленное занятие, я прямо на её глазах передал Хаджи-Ахмеда вместе с его любимой женой в руки иксинов и затем погрузил бедняжку на час в нирвану. В зиндане этого упыря, так высоко чтимого американцами, находилось пятьдесят четыре рабыни, но ещё двух мне предстояло вернуть к жизни, а потому работы было непочатый край.

Благодаря мыслекрутке мастера Аботана, я знал теперь все тайны этой роскошной виллы и потому мне не составило особого труда найти сейф и выгрузить из него всю наличность. Тетюр и Ио в это время занимались тем, что выносили девушек из зиндана и рассаживали их в большом, суперкомфортабельном двухэтажном автобусе "Неоплан" и я вскоре присоединился к ним. Операция была завершена успешно, но прежде, чем покинуть поместье Хаджи-Ахмеда, мы обстреляли с его территории из миномётов американскую военную базу. На мины мы предварительно наложили магические заклятья и потому шума и вони от них было много, а вот толку мало. Уже через каких-то семь минут к поместью примчалось сразу три танка, которые прикрывали два взвода солдат, но ещё раньше по нему отработали вертушки. Чтобы создать впечатление обороны, мне пришлось превратить охранников поместья на полчаса в зомби, а чтобы они не положили америкосов, наложить заклятье и на эти боеприпасы.

Зомби воевали отчаянно, но поскольку они не шли в атаку, а американцы в свою очередь на штурм, то дело обошлось, можно сказать, малой кровью. Несколько американских солдат было ранено своими же товарищами и когда прошли положенные полчаса, костяк банды Хаджи-Ахмеда быстро откинул копыта, но американцы обстреливали поместье ещё минут сорок и в конечном итоге окончательно превратили его в руины Сталинграда. Мы в это время находились уже далеко, аж в Тюменской области. Некоторые девушки находились в борделе ещё с тех времён, когда в Кабул привезли Лену и Сашу, а потому тот трюк, который я провернул в первый день этой эпопеи, уже не мог прокатить и Ио предложила мне превратить их всех в коллектив кабаре, которое колесило по необъятным простором Сибири, собирая за свои выступления дань с богатых сибирских нефтяников.

Идея была неплоха, но её было чертовски трудно осуществить и потому мне пришлось задержаться и найти девушкам девятерых сопровождающих из числа тюменских бомжей. В их памяти я не нашел ничего радостного и приятного, а потому заменил в ней последние два года на новые воспоминания, сделав одного из бомжей хореографом, а другого музыкальным руководителем. Паспорта девушек, слава Богу, мне удалось найти на вилле Хаджи-Ахмеда, но вот с документами для бомжей пришлось изрядно потрудиться и изготовить им новые. В конце концов я справился и с этим. Иоланте тоже пришлось поломать голову над тем, как превратить симпатичных деревенских дурёх в талантливых танцовщиц, но она справилась с этим блестяще. Чтобы всё и дальше шло без сучка и задоринки, мы даже провели несколько репетиций на лесной поляне и когда Тетюр, который в Испании неделями пропадал именно в таких заведениях, захлопал в ладоши и стал радостно вопить, мы покончили с этими экзерсисами.

Нам осталось сделать только обеспечить труппу реквизитом, сценическими костюмами и репертуаром. Как Тетюр не отбрыкивался, но ему всё же пришлось попотеть и уже через три часа, когда всё было готово, мы сделали на поляне, временно превращённой в танцпол, прогон танцевального шоу, от которого уже и мы с Ио были в полном восторге. Основательно закрепив достигнутые результаты с помощью магии, дополнив их легендой о том, что эта танцевальная труппа всего три дня назад выехала из Астаны, где не получила должной оценки своего мастерства, мы поставили уже три роскошных двухэтажных "Неоплана" и две фуры с реквизитом на трассу и направили труппу Челябинск, а не в Тюмень. Что ни говори, а Урал был всё же ближе к тем местам, откуда родом были эти элегантные красотки, которые мирно спали в автобусах. Семерых бывших бомжей мы превратили в очень крутых, накачанных ребят, которые по части мордобоя не уступали теперь даже самым матёрым спецназовцам, основательно вооружили пистолетами останавливающего действия и помповыми ружьями, снабдив сердитыми ксивами, так что за дальнейшую судьбу девушек можно было не волноваться, да, и с деньгами у них всё было теперь в полном порядке.

Разумеется, вся эта магия не имела очень уж длительного пост эффекта, но года на три её должно было хватить, а что с ними будет дальше, это были уже не наши проблемы. В любом случае любая из этих девиц могла теперь отметелить и Майка Тайсона, а потому обидеть её сможет далеко не каждый козёл. Захотят заниматься творчеством дальше, флаг им в руки, захотят вернуться домой, – вернутся отнюдь не с пустыми карманами, повыскакивают замуж, да, женятся заново. Теперь всё было в их собственных руках и единственное, в чём я был уверен на все сто процентов, так это в том, что никто из этих девчонок уже не забудет о том, что они умеют хорошо танцевать, а некоторые даже и петь, ну, а как танцевальный, так и песенный репертуар у них был просто великолепный. Ну, и ещё все наши ученицы теперь свободно говорили на английском, французском и немецком, так что к гастролям за рубежом они тоже были вполне готовы. Но самое главное, я сделал так, что у них был теперь большой запас развития. Посмотрев вслед последнему удаляющемуся трейлеру, за рулём которого сидел мрачноватого вида амбал с широченными плечами и рефлексами бойца из Альфы, я быстро перекрестил их путь и сел за руль джипа, нужно было возвращаться домой.

Во двор нашего дома мы въехали уже под утро и на нас тотчас навалились Фелиция, Леночка, Кирюха и Атилла. Больше всех нашим успехам радовалась Фелли и даже наш командир не налетел на Тетюра с кулаками, как того следовало ожидать. Он уже успел получить разъяснения то ли от Леночки, то ли от своей давней любовницы и на какое-то время успокоился, хотя я знал наверняка, что мне предстоит тяжелый разговор. Зато он очнулся к тому моменту, когда мы делали прогон танцевального шоу и был от него в полном восторге. Впрочем, тонким ценителем этого вида искусства он не был, а потому полностью полагался на мнение нашего главного хореографа, мастера Риальдо Великолепного. Мы обсудили за ужином некоторые детали произошедшего, поговорили с Сьюзи, которую Ио пригласила на часок в наш дом, и договорились, что как только Бобби перевезут из Кабула в Штаты и выпишут из госпиталя, мы отправим их на Ильмин. Кир, который прекрасно слышал всё и знал, как повёл себя её муж, сам не поленился создать портал прохода в свой Пентагон, но так как он оказался на высоте в добрых сто метром над озером, Сьюзи смогла только посмотреть на его замок и подивиться тому, как много драконов летало в небе этого прекрасного мира. На этом наши посиделки закончились и уже при свете нового дня мы разошлись по своим спальням.

Через десять дней мы сидели втроём в мансарде, которая служила нам одновременно обсерваторией и магической лабораторией, на круглом ковре, постеленном в самом центре этой самой большой комнаты нашего дома взявшись за руки и погрузившись в глубокую магическую медитацию. На тёмно-синем коврике, сотканном магессами-мастерицами из Нью-Лондона, была вышита золотом магическая пентаграмма, внутри и вокруг которой сияли серебром рунные письмена, относящиеся к процессу передачи знаний от учителя к ученику, лежала Элен. Возле меня, Тетюра и Иоланты стояли одинаковые золотые кубки, из которых трое суток тому назад Леночка испила магический напиток знаний. Правда, до этого ей пришлось долго тренироваться на молоке, фанте и других напитках, так как в каждый кубок входил ровно литр и выдуть в один присест не переводя духа сразу три литра жидкости не проронив ни одной капельки, что было довольно трудным испытанием для любого человека.

Моя возлюбленная с этим справилась безукоризненно, тотчас откинулась на бок и впала в глубокий транс, отдавший её разум во власть высших сил. Мой напиток, как и полагается дымному магу, был дымчатым на вид, имел запах коктейля из сока тропических фруктов и очень приятный кисловато-сладкий вкус. Напиток Ио был бесцветным, кристально прозрачным и имел медово-пряный вкус, а напиток Тетюра был на вид самым экзотичным, так как был ярко-голубым и светился, словно неоновая трубка. На вкус он был чуть кисловатым и терпким, словно молодое вино. Леночка благодаря Атилле уже была немного магом и потому ей не пришлось брать в руки все три кубка, а я научил её простейшим магическим заклинаниям. Поэтому она просто заставила кубки парить в воздухе и три струи лились ей прямо в рот под нашим наблюдением. Все три кубка она в итоге осушила до последней капельки и уже только поэтому мы были абсолютно спокойны за её дальнейшую судьбу.

Теперь она лежала на ковре синего цвета, на котором были вышиты золотые звёзды и лицо её было умиротворённым и прекрасным от того, что на губах девушки играла улыбка. Всё это я видел своим внутренним взором и с радостью ждал того момента, когда она начнёт искать путь к нашему дому. В том, что высшие силы легко отпустят её, не сомневался не только я, но и Тетюр с Ио. Инициатором того, что Леночка стала ученицей сразу трёх магов, была Фелиция. Именно она предложила девушке пойти на этот шаг и когда Леночка согласилась, Тетюр сделал все расчеты и назвал нам день и час, когда это должно было произойти. Поэтому Фелиции, которая ни за что не хотела пропустить этого события, пришлось провести на Земле полторы недели. Толян, которому осточертело сидеть в своём замке на Ильмине без мага-проводника и любовницы, примчался к нам десять дней назад и целых семь дней ему пришлось терпеть в спальне Тетюра.

Они услаждали свою любовницу на пару и той это очень нравилось, хотя каждый из них был согласен пойти на всё, что угодно, лишь бы изгнать конкурента из спальной своей любовницы. Всё окончилось миром только потому, что каждый из них любил эту женщину до безумия, да, к тому же они всё-таки были друзьями. Теперь же, когда мы встали возле Леночки на вахту, сэр Анатоль наслаждался тем, что Фелиция на какой-то срок принадлежала только ему одному и если в её магической книге ещё не вспыхнул сигнал срочного вызова, то вскоре мы должны были их увидеть. Толя Балалайкин был одним из самых могучих рыцарей и вдвоём с Фелицией они так рьяно сражались с нечистью, что эта пара числилась среди лучших рыцарей Света. К тому же они ввели, как и мы один мир в Золотой круг, а уж сколько отличных парней и девчонок сэр Анатоль посвятил в рыцари, он уже и со счёта сбился. Ему, как и Киру с ещё несколькими десятками рыцарей, маги Долины поручали самые опасные дела.

С нетерпением ждали возвращения Леночки также Сьюзан с Бобби, Линдой и Джейн, ровесницей маленькой Эльзочки. Бобби даже объявил в госпитале забастовку, отказавшись выписываться до тех пор, пока мы не встретим его у входа. На Ильмине, где уже очень многие люди знали о том, что скоро туда прибудет полковник Роберт Мастерсон со всем своим семейством, в очередь выстроились маги, желавшие сделать его своим учеником, а Эльза так и вовсе обрыдалась от радости, узнав, что этот тип скоро пожалует к ним в гости. Впрочем Ильмин будет для Бобби Мастерсона всего лишь пересадочной станцией и он, погостив там немного, был намерен немедленно отправиться на Астриум, чтобы быть представленным мастеру Аструалу. Знакомство с Киром не просто давало ему такой шанс, а делало это реальной перспективой. Они часто беседовали друг с другом и заочно подружились, ну, а дружба с таким парнем, как Кирюха, каждому человеку открывала прекрасные перспективы уже хотя бы потому, что научиться у него можно было очень многому.

Щёки Леночки зарделись ярким румянцем. Похоже, что эта девушка вспомнила в заоблачных далях о том, чем мы занимались с ней в последнюю ночь перед обрядом посвящения в маги. Но даже если она вспомнила о чём-либо другом, это всё равно говорило нам о том, что уже очень скоро нам предстоит увидеть очередной акт сотворения магического инструмента. У каждого мага это происходит по своему. Лично я сменил кристаллы на трубку вовсе не только потому, что мастер Аботан был более могущественным магом и я вообще смог это сделать, а всего лишь по той причине, что мне не очень-то нравилось быть магом света, да, и подарок старого друга имел для меня очень большое значение, ведь это как раз Колька когда-то предсказал мне, что вторая половина моей жизни будет намного счастливее первой. С курительной же трубкой в зубах мне волей-неволей пришлось выбрать такую магическую профессию и я ею очень доволен.

Моя любовница не взяла с собой в лабораторию никакого любимого предмета, сувенира или игрушки, который она смогла бы превратить в магический инструмент, но мы, как всякие приличные учителя, выложили на столы самые различные магические материалы и другие артефакты, пригодные для этого. Это были драгоценные камни и кристаллы, куски дерева ценных пород, кости и клыки различных животных, включая различных драконов, золото, серебро и многое другое. Мы не знали, что может привлечь внимание Леночки в момент её возвращения в реальный мир, а потому постарались обеспечит ей самый широкий выбор. Поскольку нас было трое, то каждому хотелось, чтобы наша ученица последовала именно за ним. К тому же маг-учитель таким образом как бы получал подтверждение свыше, что он обладает большой магической силой.

Наконец, Леночка пошевельнулась и вы вслед за ней тотчас вышли из состояния медитации и уставились на девушку. Она встала, глубоко вздохнула и стала оглядываться в поисках того предмета, который сделается такой частью её, как руки, ноги или глаза. Пока что у неё была в руках только книга магии, написанная нами втроём. Фактически в эту книгу, которая представляла из себя переплёт темно-красной кожи, внутри которого была всего одна страница, да, и ты чистая с обоих сторон, мы не писали ни гусиным пером, ни шариковой авторучкой. Зато на написание этой книги каждый из нас отдал по целому пузырьку своей крови, которая и обратилась в тёмно-коричневые строчки, которые проявлялись на лицевой странице тотчас, когда магу требовалась какая-либо информация. Обратную сторону страницы должна была заполнить своей кровью Леночка, но для мага это не была сколько-нибудь болезненная процедура. Тетюр, говорят, на Ильмине написал однажды сразу пятьдесят семь таких книжек и с ним ничего не случилось, разве что немного взбледнул с лица.

Леночка прошла вдоль столов и взяла в руки кристалл турмалина размером с крупную морковку, отчего Тетюр тотчас широко заулыбался, а наши физиономии заметно скисли. Однако, в следующий момент девушка отобрала из россыпи драгоценных камней самоцветы моих цветов и заулыбался уже я, а затем, когда она взяла в руки хрустальный сосуд с родниковой водой, широкая улыбка нарисовалась на милом личике Ио. Моя любовница положила нужные ей предметы на маленький столик и приступила к акту творения. Сейчас, когда она ещё была во власти сил куда более высших, чем Мастер Миров, мастер Аботан и Хозяин Тьмы вместе взятые, ей не требовались никакие магические инструменты. Она сама в этот момент была и магическим инструментом, и властелином оного

Затаив дыхание мы следили за тем, как Леночка превращала кристалл турмалина, воду и драгоценные камни во что-то особое, то, что отныне станет определять её, как мага. Во что именно, мы не видели, так как она стояла к нам спиной. Эта чудесная девушка, в которую я влюблялся всё больше и больше, закончила творение и, взяв предмет в руки, повернулась к нам. В её руках была голубая прозрачная флейта, украшенная драгоценными камнями и до половины наполненная водой. Высшие силы окончательно выпустили девушку из своих властных объятий и теперь она, наконец, увидела нас. Мы встали и подошли к ней, чтобы расцеловать и поприветствовать ещё одного мага Мастера Миров Первого круга. Первым был, разумеется, я, затем Ио, а когда очередь дошла до Тетюра, то он не только по отечески поцеловал девушку в лоб, но и поинтересовался у неё:

– Итак, Элен, расскажи нам, что умеет делать эта дудка?

Леночка весело рассмеялась и воскликнула:

– Мастер Тетюр, из своей магической флейты я могу выдувать светящиеся струи тумана различных цветов. Ну, и ещё я могу просто играть на ней, но для этого мне нужно будет немного поучиться. Я ведь ещё никогда в жизни не играла не то что на флейте, а даже на губной гармошке, и надеюсь, что это будет не сложнее, чем научиться ездить на велосипеде. В школе наша учительница музыки мне говорила, что у меня музыкальный слух.

Тетюра, однако, интересовала отнюдь не музыка, а то, как туман будет светиться и он тотчас потребовал:

– Элен, немедленно покажи мне светящийся туман.

Леночка послушно взяла флейту в руки и принялась неторопливо выдувать струйку голубого тумана, который светился ярким неоновым светом. Затем она стала выдувать сиреневый, а потом светящийся синий туман, глядя на который, я сразу же категорично заявил:

– Друзья мои, Элен маг дыма, хоть вы тут тресните.

Ио тотчас сотворила пасы, которые заставили туман собраться в разноцветный светящийся шарик, подставила под него небольшую пиалу и заставила его пролиться в неё несколькими каплями чистой воды, после чего восторженно воскликнула:

– Нет, Козмо, она маг воды!

Тетюр громко расхохотался и крикнул, показав нам нос:

– Чёрта с два, мои дорогие, она маг света и сможет осветить своим туманом даже преисподнюю!

Леночка звонко рассмеялась и сказала нам:

– Друзья мои, не нужно спорить, я Элен, маг тумана и взяла от каждого из вас самые главные отличительные черты – свет, воду и дым. – Подойдя ко мне, она поцеловала меня и сказала – Но как бы то не было, мастер Козмо, самый главный мой учитель ты. Учитель и единственный возлюбленный, с которым я не расстанусь никогда, то есть целую вечность. Ты ведь влюбился в меня сразу же, Серёжа, как и я в тебя, а значит это была судьба и я ни о чём не жалею.

Не успел я ответить ей, как дверь с грохотом распахнулась и Толик Балалайкин весёлым голосом заорал с порога:

– Ну, вы, черти, это когда-нибудь закончится? Эй, леди со стеклянной дудкой, быстро гони всех на улицу. Нас ждут в госпитале. Сьюзи уже продала свой дом и два дня мыкается с детишками в мотеле, а вас тут на разговоры потянуло. Можно подумать, вы ещё не успеете наговориться.

Сердиться на этого типа просто невозможно, а уж ссориться с ним из-за таких пустяков и вовсе бессмысленно. Мы переоделись, наскоро перекусили пирожками, которых напёк Кир и вышли во двор, где Лена впервые сотворила портал прохода. Всей толпой мы ввалились в большой, двухкомнатный номер мотеля и он тотчас наполнился нашими весёлыми воплями, визгом дочерей полковника и лаем Дилана. Возле мотеля стоял громадный джип "Форд Экскьюршен", взятый Сьюзан напрокат, только в такую машину мы и смогли поместиться, чтобы на нём мы поехали в госпиталь, где нас давно уже ждал полковник морской пехоты в отставке Роберт Мастерсон. От мотеля до госпиталя было менее десяти минут езды и вскоре мы уже поднимались по ступеням, чтобы забрать этого парня сначала из госпиталя, а потом и вовсе с Земли. Он ждал этого часа с огромным нетерпением, но был терпелив, хотя уже через три дня смог встать с больничной койки и по сути дела отправиться домой, но не делал этого, так как Сьюзан продавала их дом в пригороде Вашингтона.

Бобби через своих друзей надавил на кого надо и руководство ЦРУ дало согласие на то, чтобы он вышел в отставку по причине тяжелого ранения. За ним сохранили право ношения мундира, ещё какие-то привилегии, в смысл которых я особенно не вдавался. Свой дом в Вашингтоне они продали и теперь ничто, кроме родителей и других близких родственников, не связывало их с Америкой. Медсестра торжественно выкатила из госпиталя нашего нового друга, одетого в штатское, на инвалидной коляске и он, поблагодарив её, вскочил на ноги и, радостно смеясь, побежал вместе с нами к стоянке. Врачи госпиталя были поражены тому, что их пациент поправился так быстро, но ещё больше они удивились, если бы узнали, что без них он залечил бы свои раны ещё быстрее. Перед тем, как прострелить Бобби обе ноги, я обработал их своими магическими дымами, да, и была это лишь имитация не слишком уж и тяжелых ранений.

Джип мы оставили в конторе по прокату автомобилей и, найдя укромное место, вошли в межпланетный портал, чтобы выйти из него на самой большой площади в центре города Барилона. Как и на всех вокзалах, а эта площадь в центре столицы Ильмина как раз и была самым настоящим вокзалом, только для людей совершающих межпланетные перемещения, хотя ни один из миров Золотого круга, да, и большинство других миров мастера Аструала, трудно назвать полноценными планетами, так как по сути дела все они вращаются вокруг одной единственной звезды – Астриума, но и она вовсе не является звездой в общепризнанном смысле слова. В это трудно поверить и ещё труднее представить себе то, как такое может быть, но всё именно так и устроено. Планета Астриум, которая даже и не круглая вовсе, а плоская, как стол, является светилом для каждого из миров, имеющего форму планеты и всегда в пространстве, ограниченном пусть и огромной, но всё-таки имеющие конечные размеры сферы, всегда имеется только два небесных тела, светило и обитаемая планета, которая примерно втрое меньше него. Всякие там луны, естественно, не в счёт.

С Ильмина можно в мгновение ока перенестись на сотни тысяч миров, но вы всегда останетесь внутри этой сферы, которая является центром нашей материальной Вселенной. Где-то то ли в толще этой сферы, то ли ещё чёрт знает где находилась моя Сковородка и там же находились все остальные миры пробирочников, если они имели замкнутую форму. Представить себе то, как такое возможно, у меня никогда не получалось ранее и я не знаю, смогу ли я это постичь когда-нибудь. Вырваться же за пределы этой сферы можно только одним единственным способом – сотворив портал прохода, но сделать такое может только Верховный маг, то есть тот человек, который, прежде, чем стать магом, был человеком чистой расы и родился в мире, в котором вообще нет никакой магии. Кроме самих магов, естественно. Во всех мирах кроме базовых, находящихся за пределами сферы Мастера Миров, этой магии, хоть завались. Да, что там говорить, они, по большому счёту, из одной только одной магии и состоят, что делает их на мой взгляд ещё более привлекательными.

Теперь, когда Ильмин вошел в Золотой круг, он приобрёл довольно большую популярность. В первую очередь благодаря моему первому роману, а во вторую, – солдатам Роджера, обученных Киром, которые нарасхват во всех мирах ввиду своего исключительного воинского мастерства, в-третьих, – перлиту, но всё же самая притягательная достопримечательность этого мира это его золотые и серебряные красотки, из-за которых народ на Ильмин валит толпами. Мы едва только вышли из портала, как по огромной толпе, запрудившей площадь, тотчас пошел, словно волны по воде, тихий ропот, это гости Ильмина заподозрили в Леночке золотую девушку. У неё немедленно нашлись нежданные поклонники, но ей быстро удалось убедить их в том, что она Верховный маг и потому клеиться к ней просто бесполезно.

Через эту толпу мы пробирались бы ещё невесть сколько времени, так как горожане, узнав своего герцога, стремились поприветствовать его, если бы сверху Кира и Ио не высмотрел какой-то горожанин, пролетающий над площадью на флайере. Он немедленно вызвал полицию и та мигом расчистила нам путь, а уже через несколько минут нам подали здоровенный флайер-лимузин. О том, чтобы пройтись по городу пешком вообще не могло идти никакой речи и мне осталось только пожалеть, что я не сотворил ещё один портал сразу по прибытию, чтобы с площади сразу же войти в наш ильмианский замок. Очень уж мне хотелось пройтись по городу пешком. Однако, уже через каких-то десять минут мне стало ясно, что прогуляться по Барилону в этот день нам всё равно не светило, но уже не по причине популярности Кира. Не успели мы дойти до лимузина, поджидавшего нас в отдалении, Тетюр схватился за грудь и озабоченным голосом сказал:

– Ребята, вы сейчас начнёте смеяться, но нас всех ждёт срочная работа, так что быстро прощайтесь. – Чтобы не показаться дамам невежливым, он добавил – Бобби, девочки, извините, но маги Долины послали нам срочный вызов, поэтому мы вынуждены вас покинуть. Встретимся сегодня вечером за ужином или в крайнем случае завтра утром. Садитесь в лимузин и вас немедленно отвезут в наш замок. Как только мы выполним миссию и отстреляемся на Астриуме, тотчас направимся прямиком на Ильмин. Ждать вас слишком долго мы не заставим, да, вам тут и без нас не дадут скучать.

Мы стали быстро прощаться и похоже только Леночка и Бобби со своими красавицами так и не поняли, почему Фелиция так горячо и страстно поцеловала Тетюра. Мой поцелуй с Леночкой тоже был очень долгим и Киру даже пришлось похлопать меня по плечу. Моя девушка смутилась и тихонько шепнула:

– Серёжа, ну, хватит, мы ведь расстаёмся всего на день.

Фелиция, которая посмотрела на неё недовольным взглядом, была неправа. В том, что для меня, возможно, может за несколько минут пройти года два или три, эта девушка не была виновата, как и не была виновата в том, что не знала этого. Специально на эту тему с ней никто не разговаривал, а свою магическую книгу она ещё даже ни разу не открывала. Мы отошли в сторону и Тетюр, не обращая внимания на крики какого-то парня, летящего к нам на ещё одном флайере, начал делать руками пасы, чтобы сотворить специальный портал прохода. Из четырёх магов, входящих в команду Кира Торсена, только он имел право делать это, хотя даже Атилла смог бы сотворить такой портал играючи, ведь теперь мы все были во власти этого вызова, хотя наши магические книги не говорили нам об этом. Уже через несколько секунд перед нами возник чёрный, абсолютно непроницаемый прямоугольник и сэр Анатоль, глядя на портал, пробормотал:

– Ох, до чего же я ненавижу всю эту таинственность. Ну, хоть бы раз маги Долины приоткрыли полог неизвестности.

Первым в портал шагнул Тетюр, за ним Кир, а потом в него рванули и мы втроём, но Атилла не прошел. Это я почувствовал даже не смотря на то, что мы оказались в кромешной темноте, как это бывает всегда, когда очередная группа чистильщиков отправляется на работу. Несколько минут темноты и тебя выбрасывает чёрт знает куда. Иногда в укромное место вблизи города или какой-нибудь деревни, а иногда прямо в болото и это происходит по выбору Мастера Миров. Попутно он превращает наши одежды в то, что обычно носили местные жители. Сегодня мы были одеты самым обычным образом для планеты Земля, Кир в чёрный джинсовый костюм с красной рубашкой, я в слаксы песочного цвета, белую тенниску и свой обычный жилет, а Тетюр в потёртые джинсы, белую рубашку и голубую ветровку. Одна только Ио была одета в элегантный бежевый костюм с блузкой абрикосового цвета, светло-коричневые туфли на высоком каблуке и широкополую соломенную шляпку с коричневой лентой, что сразу же показалось мне весьма странным. Правда, меня порадовало то, что мы попали в этот мир в сумерках, это было очень удобно для начала миссии.

Всё моё дальнейшее повествование относится к предмету деятельности рыцаря Мастера Миров и я исчезаю, как герой, от имени которого шло повествование до сих пор, уступая своё место скромному и незаметному магу-хроникёру, в чью обязанность входит честно и беспристрастно рассказать читателю об очередной миссии рыцаря Света Кира Торсена и всей его дружной и умелой команды.

Глава первая.

Маг-проводник Риальдо Великолепный осторожно вышел из портала перемещения позади какого-то одноэтажного строения и тотчас шагнул вбок. Вслед за ним из портала вышел его рыцарь Кир Торсен и тоже бесшумно отошел в сторону, освобождая место для двух своих помощников, рыцаря-мага Ланы и мага Козмо. Те буквально вывалились из портала и Кир, слегка оскалившись, прижал палец к губам, призывая их не шуметь. Вокруг стояла полная тишина. Смеркалось, а может быть светало. Небо было затянуто тучами, накрапывал мелкий дождик, они стояли между дощатым забором и каким-то длинным бараком на плотно утоптанной множеством ног земле, местами поросшей травой, справа и слева росли высокие кусты и потому им было совершенно непонятно, где они оказались. Жильём здесь не пахло, но от здания исходил какой-то странный запах, от которого слегка пощипывало глаза и першило в горле, и Кир, который обладал более чутким обонянием и слухом, тихо сказал:

– Похоже, ребята, что рядом нет ни души, но в этом сарае, явно, сложены какие-то химикалии. Пойдёмте.

Козмо фыркнул носом и подытожил свои впечатления:

– А ещё всё это вообще чёрт знает на что похоже, так как наши костюмы ничуть не изменились и мне это не нравится.

– А тебе вообще хоть что-нибудь нравится в твоей работе, кроме сидения за компьютером, Кузьмич? – Ехидно поинтересовалась Ио.

Кир нахмурился и проворчал:

– Козмо, Лана, и чтобы впредь, пока мы не найдём надёжных союзников, никаких Кузьмичей, мы на задании, если тебе это интересно. – Повернувшись к магу-проводнику, он спросил уже чуть погромче – Тетюр, ты хоть посмотрел в своём букваре, как называется этот мир?

– Нет. – Ответил тот и тут же поинтересовался – А в этом есть хоть какой-либо толк? Разве тебе не всё равно, как называется этот мир? Мы, как ты только что сказал, на задании, а смысл его заключается в том, чтобы войти в этот мир и найти в нём то дерьмо, из-за которого моя магическая книга подала нам сигнал. Так что уже очень скоро ты будешь знать и название этого мира и все его особенности.

Козмо проворно ухватился за толстые доски забора, подтянулся на них, быстро осмотрел небо над горизонтом, которое не было затянуто облаками и притворно весёлым голосом сказал:

– Ребята, одну интересную особенность этого мира я сейчас назову и вам это совсем не понравится. Мы в базовом мире.

– Иди ты! – С изумлением в голосе отреагировала на его слова Лана. – Быть такого не может. Такого с нами ещё ни разу не случалось.

– Точно. – Подтвердил своё наблюдение Козмо – За забором, большое поле, вдалеке имеется лес, а над ним я вижу довольно яркие звёзды, которые разбросаны в изумительном беспорядке и никакой тебе серебряной или какой-либо другой вуали, а это прямо говорит нам о том, что мы в базовом мире. Вот так-то. Это как раз и объясняет то, почему наши костюмчики не изменились.

Кир шумно выдохнул, тихонько чертыхнулся и быстрыми шагами пошел по коридору, образованному бараком и забором, не забывая прислушиваться и оглядываться по сторонам. Остальные члены группы последовали за ним и вскоре они добрались до угла барака. Осторожно выглянув из-за угла и увидев, что впереди никого нет, Кир подал рукой знак и пошел дальше, направляясь к мокрому от дождя асфальтированному шоссе. Когда они вышли на него, то смогли поглядеться к бараку повнимательнее. Это был какой-то длинный одноэтажный склад, сколоченный из некрашенных толстых брусьев и широких досок, потемневших от времени, с односкатной крышей крытой тёмно-красной черепицей, на которой в полумраке хорошо виднелись белёсые пятна лишайника. Как с тыльной стороны склада, так сбоку и на фасаде не было прорезано ни одного окна, но перед ним был разбит коротко стриженый, аккуратный газон, а над широкими воротами висела большая, тёмно-зелёная вывеска с желтой надписью: – "Компания Труал-Латра. Самый лучший шонс для гуира.", глядя на которую, Козмо недовольно пробормотал:

– Кто бы нам объяснил теперь, что такое шонс и почему он так нужен какому-то гуиру. – Не обращаясь ни к кому персонально, он сказал – Спорим, гуиры это у них что-то вроде лошадей. Чёрт, хоть бы какую-нибудь газету или журнал найти. – Повернувшись к Киру, он спросил – Командир, может быть я влезу в этот склад и пороюсь в нём? Как знать, может быть в конторе есть какой-нибудь атлас дорог. Ох и нужная книженция для начала работы.

Кир присел на корточки в том месте, где был поворот от шоссе к складу и стал пристально рассматривать следы шин. Они были почти точно такими же, как и на тех автомобилях, что ездили по земным дорогам. Не отрывая взгляда от дороги, он сказал:

– Валяй, только сначала надень очки и проверь, есть ли на складе сигнализация. Хотя вокруг не видно ни души, будь поосторожней.

Козмо молча кивнул головой и достал магические очки. Повернувшись лицом к складу, он постоял несколько минут приглядываясь к чему-то внутри и, открыв портал прохода, вошел внутрь и вернулся назад минут через десять, держа в руках стопку журналов и какую-то книгу в синем коленкоровом переплёте. Эта книга действительно была атласом автомобильных дорог страны под названием Тогония. Отдав остальные журналы в руки своих спутников, он стал быстро, но очень аккуратно перелистывать атлас в вытянутых руках, чтобы его очки записали всю ту информацию о Тогонии, которую они содержали. Через несколько минут он сказал:

– Кир, нам нужно идти налево. Мы находимся недалеко от деревни Латра и если пойдём направо, то найдём её в пяти километрах от этого склада. А если пойдём налево, то через семь километров дойдём до шоссе номер сорок семь, которое ведёт к столице Тогонии Сескоруну. До неё от перекрёстка двадцать один километр. Полагаю, что нам нужна столица, а не эта деревня, население которой всего двести сорок три человека. На складе лежат в мешках какие-то вонючие семена и везде развешены противогазы. Похоже, что для местного населения шонс очень опасен, но как я думаю не для нас. Мне от него не сделалось ни холодно, ни жарко. Только в носу немного запершило. Уж больно запах у него резкий, как у ацетона, только посильнее. И вот ещё что, ребята, мне было очень трудно открыть портал даже на такое небольшое расстояние. Нам здесь противостоит какая-то очень мощная, неизвестная мне сила, но я не уловил магии.

Тетюр быстро перелистал свою половину журналов и сказал:

– Мне попались одни только сельскохозяйственные каталоги. Козмо, гуир это ни что иное, как газон, но в этом мире газоны имеют какое-то религиозное назначение, ну, а шонс это семена травы для газона, от запаха семян жители этого мира тащатся, словно от героина. Мне непонятно только одно, почему тогда этот склад никем не охраняется. А на счет твоих трудностей с порталом я так тебе скажу, Козмо, у нас всегда возникают какие-нибудь трудности. Поэтому нечего ныть и жаловаться на судьбу. Хорошо уже то, что на этот раз мы вообще можем пользоваться порталами. Такое не часто случается.

– У меня тоже одни каталоги, правда, в одном я нашла довольно интересное предупреждение. – Сказала Лана – В нём говорится, что в городке под названием Скотор местная община каких-то труалистов сожгла дом, хозяева которого плохо ухаживали за этим чёртовым гуиром. Он у них, похоже, является предметом истового религиозного поклонения. Ох, ребята, до чего жен не нравится мне всё это. Как бы не получилось так, что нам придётся искоренять на Гурвале какой-нибудь одиозный религиозный культ, как это случилось однажды с нами на Тринаше. Чёрт, как же я ненавижу всех этих святош. На счёт порталов прохода я тебе так скажу, Тетюр, мы ведь в базовом мире, а не в сфере Астриума и потому ни Мастер Миров, ни тем более Хозяин Тьмы здесь ничего не смогут перекрыть.

Темнело. Окрест не было видно ни одного огонька и вокруг стояла пронзительная тишина, изредка нарушаемая трещащими звуками то ли птицы, то ли какого-то зверька, живущего в кустах растений, похожих по виду на терновник. Забор позади склада был не только высоким, но ещё и очень длинным. Он отгораживал от дороги какое-то поле, густо поросшее высокой, почти по пояс, травой. Дождь стал усиливаться и Кир негромко сказал:

– Всё, ребята, хватит лясы тачать. Переодеваемся в камуфляж, чтобы можно было спрятаться в кустах и бегом марш.

Через несколько минут, переодевшись в камуфляжные комбинезоны из драконьей кожи, повязав на голову банданы цвета хаки и переобувшись в удобные кроссовки, отряд чистильщиков, состоящий всего из четырёх человек, молча сорвался с места и побежал к шоссе номер сорок семь. Они сразу же развили очень высокую скорость потому, что в таком темпе могли бежать чуть ли не целые сутки подряд, даже не делая остановок, чтобы передохнуть. Маг Козмо бежал зажав в зубах свою трубку впереди всех. Он был самым скорым из всех трёх магов на руку и мог быстрее Тетюра и Ланы прикрыть их всех в случае нападения или же нанести упреждающий удар по врагу. Оружия никто не доставал, но это вовсе не говорило о том, что им нечем было встретить врага, если такой вздумает напасть на них. На большой высоте над ними пронёсся самолёт и Кир тут же прокомментировал это:

– Реактивный, четырёхмоторный. Скорее всего бомбардировщик, летит на высоте в шесть-семь километров.

Лана, которая бежала впереди него, посмотрела в том направлении, куда летел самолёт и уточнила:

– Нет, военно-транспортный, с большим десантом на борту и какой-то техникой. – Продолжая бежать, она принялась докладывать – Кир, этот самолёт очень похож на "Конкорд" или "Ту-144", только раза в два с половиной больше и к тому же двухпалубный. На борту находится целый батальон десантников, вооруженных весьма неплохим оружием с лазерным наведением и девять боевых машин, похожих на "Мардеры". Все солдаты при оружии и это очень похоже на боевой вылет. Одно я могу сказать определённо. Этот мир в своём развитии ничем не уступает Земле и мне кажется, что даже превзошел её. До Кольптена ему, скорее всего далеко, но атомные бомбы мы здесь точно найдём.

Кирилл, не снижая скорости сказал:

– В таком случае, ребята, я сразу могу вам сказать, что эта миссия очень ответственная. Мы с Аботаном давно уже рассматривали возможность нанесения Амалом удара по базовому миру с целью его полного уничтожения и всё гадали, что тот придумает. В любом случае речь тут будет идти о тотальном уничтожении всего живого, так что я заранее призываю вас не расслабляться. Базовые миры, конечно, штука очень важная, но я представляю себе с какими засранцами нам придётся здесь столкнуться. Не думаю, что правители здесь хоть чем-то лучше тех, которые правят на Земле, да, и в других базовых мирах, так что нужно готовиться к самому плохому. Врагов у нас здесь будет даже больше, чем мы можем себе это представить.

Чистильщики от этих слов своего командира призадумались, но присутствия духа не потеряли и продолжали бежать, как ни в чём не бывало, хотя всем им давно уже было ясно, что теперь им придётся бороться с очень опасным врагом, имевшим на своём вооружении самое современное оружие. К тому же задание осложнялось тем, что на этой планете им не было дано права в полном объёме применять магию, так как Атиллу Мастер Миров на Гурвал не пропустил. Не снижая темпа, Тетюр принялся громко рассуждать вслух:

– Я так понимаю, ребята, что действовать нам тут придётся находясь в глубоком подполье и тут, тебе Кирюха, армию создать не удастся. Атилла остался на Ильмине, а это значит, что та чёрная сволочь, которая здесь окопалась, будет сражаться с нами обычным оружием и ничего действительно мощного, вроде всяких там крылатых дьяволов и прочей зловредной нечисти, противопоставить нам не сможет. Она даже не сможет напустить на нас големов, но это вовсе не говорит о том, что прогулка по Гурвалу будет лёгкой. Интересно, что этот мерзавец задумал на этот раз? Он ведь впервые напал на базовый мир. И ещё мне очень хотелось бы знать, как долго его слуги или слуга здесь работают и как они сюда проникли, самостоятельно или кто-то обнаружил здесь очередной артефакт Амала? Если сюда пришел какой-то чёрный маг, то тут он многому смог научиться, а чёрная магия, соединённая с современной наукой и техникой, может создать чертовки гремучую смесь. О-хо-хох, что ж я маленький не сдох, а ведь мог, а теперь не дай уж Бог. Я как только представлю себе атомную бомбу в руках такого негодяя, мне сразу же дурно делается. Он же её раз в сто мощнее сможет сделать и средства доставки тоже усовершенствует.

Кир, который замыкал колонну, сказал, чтобы хоть немного разрядить обстановку и успокоить своего мага-проводника:

– Тетюр, для этого он ещё должен добраться до атомной бомбы, но сначала закончить университет, а учёбы чёрные маги боятся, как огня. Им же всё подавай уже готовеньким, что бы в рот положить и не жуя проглотить. Ну, что же, доберёмся до Сескоруна, найдём надёжное убежище и начнём выяснять в чём тут собака порылась, а на счёт магической модернизации оружия не волнуйся, нечисть не любит заниматься наукой. Она безобразно тупа и спесива, а потому больше полагается на звероформы.

С момента высадки чистильщиков на Гурвал прошло три с лишним недели. За это время они успели не только найти себе надёжное убежище, небольшой домик в предместье Сескоруна, который арендовали на неопределённый срок, но и сочинили себе легенду прикрытия, согласно которой они были фермерами из Лондаты, провинции на севере Тогонии. Муж с женой и двумя своими братьями однажды поняли, что ферма не приносит им той прибыли, которая смогла бы окупить хотя бы физические усилия и решили перебраться в столицу и попытать счастья там. Продав ферму за двести сорок тысяч слатов они сели в автобус, так было значительно дешевле, и поехали в Сескорун налегке. В первый же день по прибытию в столицу они поехали осматривать окрестности города, но, выйдя из рейсового автобуса, заблудились и потому до полуночи плутали по полям прежде, чем вышли на шоссе, где их подобрал водитель грузовика.

Кир с Ио сели в кабину, а Тетюр и Козмо забрались в кузов грузовика. Водитель, молодой и общительный парень, за каких-то полчаса рассказал им о столице и Тогонии столько, что попрощавшись с ним в пригороде, чистильщики уже без труда смогли остановиться на ночлег в ближайшей гостинице. Он же и подсказал им основную канву легенды, так как был родом из Лондаты и продал свою ферму, чтобы перебраться в столицу, приобрести грузовик и заняться перевозками. В гостинице от них даже не потребовали документов, но это только потому, что компьютер портье, внезапно, завис и тот ничего не смог с ним сделать. Вручив ключи от двух номеров, портье пожелал им спокойной ночи и попросил утром спуститься не позднее восьми часов, чтобы уладить все формальности.

В половине восьмого Кир спустился к портье и положил перед ним четыре электронных карточки, из-за которых им в эту ночь так и не удалось уснуть. В Тогонии была введена тотальная система учёта граждан и всё, что с ними происходило в течение всей жизни, было известно государству и всем его ведомствам. На долю Козмо выпала самая тяжелая часть работы, проникнуть в центральный компьютер и внести в него данные о себе и своих друзьях. Так число граждан Тогонии увеличилось на четырёх человек, а Кир и Лана Торсены с двумя своими братьями Тетюром и Козмо могли теперь не опасаясь не только гулять по улицам Сескоруна, но и обращаться в любое государственное учреждение с любой просьбой, что и позволило им в первый же день арендовать меблированный дом в предместье, купить два подержанных автомобиля самой дешевой модели и немедленно заняться поисками работы. Тех денег, которые они выручили от продажи фермы, им должно было хватить минимум на год вполне достойного существования, но отнюдь не безбедной жизни.

Клерк банка, в который они пришли с сумкой полной коричневатых купюр достоинством в пятьдесят слатов, этому даже не удивился и лишь поинтересовался, не фермеры ли они. Узнав же о том, что так оно и есть, расплылся в широкой улыбке, довольный своей проницательностью. Две недели подряд изо дня в день Кир и его братья уезжали из дома рано утром и возвращались только вечером, а Лана занималась домашним хозяйством, трижды в день поливала гуир перед домом, а всё остальное время проводила за компьютером, благо на Гурвале имелся аналог земного Интернета и Тогония, которая отличалась набожностью своих мирных жителей, пользовалась этим средством связи, общения и распространения информации. Так что в то время, как Кир вместе со своими помощниками днями напролёт просматривали чуть ли не все подряд книги, журналы и газеты, стараясь узнать о истории этого мира как можно больше, Лана хотела знать, чем живёт Гурвал сегодня. По выходным дням, которых в Тогонии, как и на всей планете, тоже было два, они обычно выезжали за город, но в эту субботу остались дома, так как наступило время подвести первые итоги и выработать хоть какой-то план действий.

Кир первым спустился в небольшую гостиную, обставленную дешевой мебелью из пластика под ценные сорта дерева, сел в кресло и принялся разглядывать люстру под потолком. Сэскорун с его многочисленными церквями и газонами перед каждым жилым домом и любым другим зданием, ему уже изрядно надоел. Труал, которому поклонялись в Тогонии уже почти полторы тысячи лет, был пророком Ароссы, туземного божка создавшего мир и некогда говорил с предками тогонийцев от его имени, грозя всеми смертными карами за то, что они исказили его откровения, данные их праотцам в священных золотых свитках. Ароссизм был религией почти планетарного масштаба и отличался исключительной миролюбивостью, если бы его не портили некоторые направления и секты, к которым относился и труализм со своими идеями очищения древних текстов от всех правок, сделанных слугами Бога по наущению Омера, здешнего Сатаны.

Влияние труализма в Тогонии усилилось семьдесят два года назад после того, как эта страна вышла победительницей в войне со своим южным соседом – Народной Республикой Клуад. Не смотря на то, что армия Клуада была почти втрое больше и лучше вооружена, тогонийцы, стремившиеся вернуть себе остров Сорант, вышли в этой войне победителями. В этой войне армию здорово выручили отряды монахов-труалистов, добровольно ставших камикадзе. Они вошли в состав регулярной армии пилотами крылатых бомб, небольших подводных лодок-торпед, штурмовых танков, начинённых взрывчаткой, и просто в качестве живых бомб. После четырёх месяцев такой войны, в которой ценой жизни сорока двух тысяч монахов было уничтожено почти полтора миллиона граждан Клуада и из них только четверть была военными, правительство этой Народной Республики приняло решение отдать Тогонии чёртов остров, представлявший из себя каменистую пустыню, лежащую в центре почти безжизненного моря, расположенного посреди материка Руалар, самого большого и, пожалуй, единственного на всём Гурвале. Кроме него только три острова, Наленор, Таонт и Бериния могли претендовать на роль материков, но были при этом лишь немного больше Гренландии на Земле.

Война за Сорант разразилась из-за того, что на нём высадился строительный отряд монахов. Когда-то Труал посетил этот остров и провёл на нём без еды и питья целых три месяца, после чего вернулся помолодевшим и исцелённым от тяжелого заболевания, вот его последователи и решили, что на этом острове нужно построить монастырь. Правительству Клуада это, естественно, не понравилось, тем более, что монахи-труалисты отличались своей воинственностью и враждебностью буквально ко всему, на чём не лежала печать благословения Труала, и потому турнули монахов с острова. Клуадцы боялись, что труалисты станут помехой судоходству и имели к тому все основания, поскольку эти типы не грешили самым банальным разбоем и стремились обратить в свою веру каждого, кто только попадался в их лапы. Собственно и монахами-то их трудно было называть, так как они хотя и соблюдали обет безбрачия, только и стремились к тому, чтобы повсюду разбросать шонс Труала, то бишь обрюхатить как можно больше женщин любого рода и племени, мол все они, таким образом, станут детьми их пророка.

Кир, которого как рыцаря Мастера Миров в первую очередь всегда интересовали подобного рода религиозные извращения, с коими он боролся с особым усердием, отметил тот факт, что после своей победоносной войны монахи присмирели в отношении разбрасывания семян Труала в других странах, словно бы смирив свою похоть, но зато стали усердно насаждать в них гуиры, якобы, защищавшие людей от сил зла и Омера. В этом было что-то противоестественное. Столько сотен лет монахи-труалисты трахали чужих баб, захлёбываясь от религиозного экстаза, и, вдруг, на тебе, сами сменили своё любимое занятие на разбивку газонов.

Монастырь на острове так и не был построен, хотя по итогам переговоров сначала о перемирии, а затем о мире и добрососедстве, остров перешел под юрисдикцию Тогонии. Те монахи, которые ратовали за это, сложили свою голову на войне, а их братья по вере и храму Труала, которого они даже не называли святым, охладели к этой идее, хотя и считали, что их пророк выжил на острове только благодаря той ярко-зелёной лужайке, которую он на нём нашел и затем, три месяца спустя, привёз ядовитые семена этой травы на материк. Шонс, то есть семена гуира, действительно являлся сильным наркотиком, который, при регулярном употреблении подавлял волю человека и уже только этим был смертельно опасен, зато гуир и в самом деле оказывал на обитателей Гурвала благотворное воздействие и не на них одних, но также на магов и рыцарей.

Если гуир поливать три раза в день и постригать каждые три дня, то он становится прекрасным антисептиком и убивает болезнетворные микробы на много десятков метра вокруг себя, подстёгивает обмен веществ и действительно омолаживает организм человека. Скошенный гуир можно употреблять в пищу, но он не обладал изысканным вкусом. Зато в том случае, если эту милую травку не поливать три раза в день и не скашивать, она быстро вырастала, приобретая неприятный сизовато-бурый цвет и становилась очень ядовитой. Ну, а шонс, семена гуира, так тот и вовсе был сплошным наказанием и с ними нужно было обращаться очень осторожно.

Тот склад, возле которого чистильщики вышли из портала, только потому и не охранялся, что никому из жителей Тогонии даже в голову не могло прийти в него забраться. В него и торговцы шонсом входили только за тем, чтобы вынести несколько мешков к дороге и высыпать их в герметически закрывающийся контейнер, чтобы потом продавать всем желающим. Только будучи внесённым в мокрую почву, шонс быстро терял свои ядовитые свойства и прорастал уже через несколько часов. В диком виде он нигде на Гурвале не встречался, а его выращиванием занималось всего пять фермерских хозяйств и все они, как и деревня Латра, находились в безлюдной местности. Теперь чистильщикам стало понятно, почему поле было огорожено так основательно.

Пока Кир размышлял о природе гуира и странностях поведения монахов после победы, к нему спустилась Лана, одетая в купальный халат. Она только что приняла душ и её коротко стриженые волосы были мокрыми. Как и подобает любящим супругам, они спали вместе, но эта идиллия не могла продолжаться долго. Затем в гостиную вошел Козмо, а вскоре к ним присоединился и Тетюр. Он-то и начал совещание, сразу подойдя к карте Руалара. Маг-проводник ткнул пальцем в остров Сорант и сказал:

– Ребята, по-моему, нам нужно хорошенько присмотреться к тому объекту, который возводится на этом острове. Силами семи крупнейших государств Гурвала на острове в самом центре Срединного моря строится крупнейшая на планете термоядерная электростанция и это при том, что ядерная энергетика Гурвала пока что сводится к нескольким опытным термоядерным реакторам. Не спорю, учёные Квантарры построили свой первый термоядерный реактор ещё сто тридцать два года назад и он до сих пор не взорвался, но меня это вовсе не убеждает в том, что этого не случится с тем гигантским монстром, который они построили.

Козмо, с удобством развалившись на диване, поддержал его:

– Этот реактор, кстати, объясняет истинные причины войны между Тогонией и Клуадом. Монахи оказались весьма сообразительными ребятами и строили свои планы на многие годы вперёд. Сорант ведь самое удобное место для его строительства. Тогонию никогда бы не включили в список участников проекта, если бы не то обстоятельство, что ей принадлежит этот остров. Ну, а что касается опасности, то я вполне согласен с Тетюром. Если реактор взорвётся, то одним базовым миром тотчас станет меньше.

Кир, который прежде, чем принять окончательное решение, всегда советовался со своими магам-помощниками, вопросительно посмотрел на свою жену, рыцаря-мага, которая, работая в паре с ним всё же числилась именно магом, пожала плечами и высказала прямо противоположное мнение и сделала это в довольно резкой форме:

– Ребята, вы просто перестраховщики. Я почти неделю сидела в Интернете, изучая все аспекты этого проекта и полностью убеждена в том, что он совершенно безопасен. Хотя я в этом ничего не понимаю, по мнению сотен лучших учёных этого мира, этот реактор не представляет никакой угрозы. Проект проверяли тысячи раз, а строили реактор самые лучшие специалисты и без какой-либо спешки. Парни, они уже пять лет назад могли пустить его, но не стали торопиться и проверили всё не одну сотню раз. Неужели то, что гурвальцы умнее землян, даёт вам право сомневаться? Лично меня куда больше беспокоят эти чёртовы лечебные газоны. Разве вам не ясно, что эта трава имеет магическое происхождение? К тому же посмотрите на то, как быстро она распространяется по всему Гурвалу. Мне кажется, что опасность исходит именно от труалистов и их газонов. Вот ими-то нам и нужно заняться в первую очередь, а не отвлекаться на глупости.

Кир задумался. Ему и самому не очень-то нравилось, что гуиры так быстро вошли в моду уже во многих десятках стран и шонс мало-помалу становился главной статьёй тогонианского экспорта, а зловредные монахи-труалисты богатели день ото дня. Хотя высшие религиозные чины в Тогонии демонстративно держались в стороне от властей предержащих, постоянно заявляя о том, что мирские дела не интересуют храм Труала, их влияние на внешнюю и внутреннюю политику государства было очень сильным. На выборах побеждали только те партии, которые получали благословение священников храма, называвшие себя не иначе, как хранителями священных заветов, хотя они понимали эти заветы весьма странным образом – обжирались на своих храмовых обедах, пили все спиртные напитки, какие только производились в их мире, прелюбодействовали и частенько дрались как со своими прихожанами, так и между собой. При этом они считали себя праведниками, хотя и нарушали практически все заветы Ароссы, нагло заявляя всем, что Труал отмолил все их грехи на сто тысяч лет вперёд. Всё это очень дурно пахло и не нравилось Киру.

Хранители чуть ли не палкой загоняли всех в свои храмы на воскресные богослужения, где с кафедры, сидя на мягких подушках, зачитывали вслух тексты из священных золотых свитков Ароссы, заставляя паству стоять на коленях. После посещения храма Кир плевался и клял этих святош последними словами, но более всего его бесило то, что хранитель их храма, здоровенный, наглый верзила постоянно строил Лане глазки и уже трижды заваливался в их дом с одним единственным намерением – завалить её в кровать, если не просто на пол. Всякий раз он обещал ей то вечное блаженство после смерти, то богатства в этой жизни, то удачу в делах мужу и обоим его братьям и даже сулил, что таким образом и для них будет если не распахнута настежь, то хотя бы чуть-чуть приоткрыта дверь в святая святых – монашеский орден Труала.

Стать монахом мог только тот человек, в котором текла кровь другого монаха и именно поэтому все монахи называли друг друга единокровными братьями и детьми Труала. В какой-то мере так оно и было. Пророк Труал был знатным кобелём, имел двести сорок девять детей и именно от его потомства пошел монашеский орден. Монахи и хранители заветов, все как один, отличались высоким ростом, прекрасным телосложением и завидным здоровьем. Ещё они были наглы, спесивы и высокомерны, не только считая всех мужчин не их крови недомерками, хиляками и трусами, но и прямо говорили им это в глаза. А ещё все они были отличными бойцами и, явно, изучали в своём ордене какую-то особую систему боевых единоборств. Однажды Кир наблюдал за тем, как семеро молодых, крепких ребят, двое из которых были довольно высокого роста, налетели на хранителя заветов, пристававшего к жене одного из этих парней, на улице. Тот мигом отметелил всех семерых, а потом, уходя, бросил через плечо самому старшему: – "Придурок, если бы твоя Сейта не была такой упрямой идиоткой, а ты сам понял, что именно я ей предлагаю и объяснил, что она дура, то и для тебя, и для твоего дебила-братца была бы открыта дорога в орден. Ну, ничего, я не злопамятный и вы оба можете в любой момент передумать". Кир сразу же отметил про себя, что этот монах был отличным рукопашным бойцом и не был излишне жесток.

Киру хотелось тогда начистить рожу хранителю заветов, но он сдержался. К тому же к месту драки приехали полицейские и замели парней в кутузку. На следующий день он снова приехал в Публичную библиотеку и случайно услышал, что Сейта была вынуждена уступить домогательствам хранителя заветов и что только так она могла спасти своего мужа и его друзей от тюрьмы. Мало того, что поведение хранителя было просто мерзким, это ещё и напомнило Киру о гитлеровской Германии, в которой эсесовцы тоже стремились точно таким способом улучшить генофонд третьего рейха, а ещё его бесило, что и там, и здесь это являлось фактически государственной политикой. Правда, в Тогонии об этом всё же не заявляли вслух. О храме Труала и его верных слугах вообще говорилось только хорошее – что монахи де, содержат сотни приютов для бездомных и сирот, больницы для бедных и, вообще, являются чуть ли не единственными защитниками страны. В какой-то мере это было правда, ведь тот самолёт, который так досконально рассмотрела через свои очки Лана, летел прямиком на остров Сорант с отрядом монахов-коммандос, которые охраняли остров вместе с солдатами из других стран.

Так что у Кира тоже имелось много вопросов как касающихся монахов, так и касающихся шонса и гуира. Хотя он и не был полноценным магом, та маленькая толика магических знаний и умений Фелиции, которая была в нём, прямо говорила ему о том, что эта трава хранила в себе какую-то древнюю тайну и, возможно, действительно была посеяна в этом мире Хозяином Тьмы. В последнее ему верилось куда больше, чем в то, что термоядерный реактор непременно взорвётся, но трава росла на этой планете уже тысячу четыреста с лишним лет, а реактор должны были пустить в строй уже через полтора месяца. На всех площадях Сескоруна были установлены большие табло, которые отсчитывали дни и часы, оставшиеся до пуска реактора, а по стереовизору всё чаще показывали Лувана Аргуса, отца сорантского чуда. Поэтому, глубоко вздохнув, Кир сказал:

– Трава ведь не может взять и взорваться, Лана, а вот этот чертов термоядерный реактор запросто и потому мы сейчас едем в аэропорт и летим в Квантарийскую империю, прямиком в её столицу Алеман. Луван Аргус, как твердит об этом телевидение, уединённо живёт в своём загородном дворце и никого не принимает, но нас, я думаю, он будет просто вынужден принять. Тетюр, немедленно закажи билеты на ближайший рейс до Алемана.

Маг-проводник сосредоточенно кивнул головой и немедленно взял в руку видеофон. Он набрал номер авиакомпании и на экране почти тотчас появилось улыбающееся лицо девушки. От оператора они узнали, что ближайший рейс будет сегодня в шесть часов вечера и что у них есть свободные места в первом классе. Для фермера выложить за четыре билета двадцать четыре тысячи слатов было полным безумием, но Тетюр, не моргнув глазом, назвал девушке номер кредитной карточки и её пин-код. Та спросила адрес и уже через минуту сказала, что билеты им доставят уже через тридцать минут. Кир не хотел бросать этот дом на произвол судьбы, да, к тому же им ещё предстояло вернуться Сескорун и поэтому позвонил в риэлтерское агентство, через которое арендовал дом, чтобы они позаботились о его охране и особенно о гуире перед домом в течение срока аренды, что обошлось ему ещё в пять тысяч слатов.

Через три четверти часа нарядно одетые, с чемоданами в руках и билетами на руках, они стояли на тротуаре в ожидании такси. Такси, которое подъехало к их дому пять минут назад, как оказалось, было заказано их соседом и потому, чтобы не бегать с чемоданами туда сюда, они решили просто подождать немного на улице. Каждый рыцарь и каждый маг Мастера Миров в своей магической книге имеет не только огромный склад оружия, обмундирования и снаряжения, но ещё и большой гардероб с одеждой на любой случай жизни и потому чистильщики оделись, как для выхода в свет. Мужчины оделись по такому случаю в одинаковые тёмно-синие костюмы с белыми сорочками и одинаковыми бордовыми галстуками, а Лана надела костюм белого гипюра – приталенный пиджак с короткой облегающей юбкой. Через костюм просвечивало не только её чёрное бельё с узенькими трусиками, поясом, поддерживающим чулки со стрелкой и крохотным бюстгальтером, не закрывавшим даже сосков груди, но и загорелое, стройное тело. На всех четверых были надеты одинаковые зеркальный очки.

Заказанное такси немного задерживалось и это обстоятельство позволило состояться одному, весьма неприятному для Кира разговору. Когда Тетюр уже собирался вернуться в дом и позвонить в службу вызова такси, из за угла на их улицу бодрой походкой вышел рослый, русоволосый тип, хранитель заветов их церкви, которую они регулярно посещали, чтобы не выделяться среди жителей района. Он был одет в синие брюки, зелёную рубаху с воротничком стойкой и длинную чёрную, шелковую сутану без пуговиц. Увидев Лану, он бросился к ней со всех ног, отчего у Кира сразу же зачесались кулаки, но приблизившись вплотную и глядя только на грудь этой красотки, вдруг, широко заулыбался и поднял свой взгляд на парней, стоявших рядом с ней с каменными лицами. До этого он ещё ни разу не приближался к ним так близко, а тут, столкнувшись вплотную с теми, кто мог защитить свою жену и сестру, расхохотался и воскликнул каким-то странно радостным голосом:

– Леди, я прошу прощения за свои глупые ухаживания! Простите меня, я просто болван и тупой кретин. Мне давно нужно было подойти к вашему благородному супругу. – Ткнув Кира пальцем в грудь, он добавил – Парень, в тебе и твоих братьях течёт кровь Труала и я просто сбит с толку, как это тебя до сих пор не нашли наши братья. Ну, ничего, скоро мы это исправим. Леди, ещё раз простите меня за излишнее усердие, я не знал, что вы являетесь женой нашего благородного брата и, кажется, к тому же ещё и нашей сестрой.

В этот момент подъехало такси и хранитель бросился к машине, чтобы открыть перед ней дверцу. На его лице Кир действительно прочёл искреннюю радость, которая, на его взгляд, была совершенно излишней. Ничего не понимая они сели в такси и поехали в аэропорт, а уже через два часа огромная серебристая машина подняла их в воздух. Полёт был долгим, но его скрашивало хотя бы то, что в салоне самолёта имелось всё необходимое, чтобы он не был скучным и через четырнадцать с половиной часов они были почти на другой стороне огромного континента, в большом приморском городе Алемане, столице империи Квантарра, которой правил мудрый и строгий император Юбериан Пятый, а ещё через три часа они поселились в роскошных апартаментах отеля "Империя". За последние две недели банковский счёт Кира Торсена пополнился пятнадцатью миллионами слатов и потому он мог такое позволить. К тому же богатому человеку в любом мире было действовать куда проще, нежели нищему.

Они прилетели в Алеман поздно ночью, в отеле поселились за полночь, а потому поспать всласть им не удалось. Уже в семь часов утра все были на ногах, чтобы отправиться в город на разведку порознь. Денёк выдался для них не из лёгких. Хотя до этого дня Кир считал Тогонию чуть ли не полицейским государством, а Квантарру образцом для подражания, на деле всё оказалось совсем не так. Уже во второй половине дня на вопрос, как бы вы самой короткой фразой охарактеризовали империю, он бы ответил всего двумя словами: "Страх и подозрительность". Кругом он замечал в толпе агентов спецслужб в штатском и поражался тому, как много в Алемане устройств тайного слежения и подслушивания, но хуже всего было то, что наблюдение за империей осуществлялось также из космоса и делалось это непрерывно сразу тремя сотнями спутников.

В такой обстановке было крайне сложно получить даже самую безобидную информацию и стоило только Лане задать вопрос, по какому адресу живёт Луван Аргус, её тотчас пригласили пройти в служебное помещение и она добрых два часа объясняла агентам секретной службы, что она, её муж и два его брата выиграли сразу в трёх лотереях целую кучу денег и первое, что они решили сделать, это посмотреть на великого гения Лувана Аргуса, благодаря которому уже очень скоро человечество вступит в золотой век. Сначала её просто целый час допрашивали трое агентов, потом допросили с помощью полиграфа, а в конечном итоге в комнату вошли две дамы, заставили её раздеться догола и тщательно обыскали. При этом трое мужчин стояли в соседней комнате, разглядывали её через обратную сторону зеркала, грязно всё комментируя, и даже сфотографировали несколько раз, а в довершение всего из кошелька исчезло двести империалов. В ответ на это Лана пометила их магическими маячками и поклялась себе в том, что обязательно во всём разберётся.

Тем не менее все её унижения увенчались успехом. Один из хамов назвал ей адрес Луана Аргуса, но сказал при этом, что их к поместью не подпустят и на тысячу шагов. В полдень они снова встретились и обсудили всё прогуливаясь по тенистой аллее центрального городского парка и самым неприятным их открытием было то, что за каждым из них было установлено скрытое наблюдение. Правда, это были всего лишь агенты-стажеры, но и они доставляли чистильщикам много неприятностей. Козмо исхитрился подключиться к компьютеру полицейского управления и не только узнал адрес, но и смог раздобыть план виллы профессора Аргуса, а потому они решили сначала пообедать в самом шикарном ресторане города и уже после этого нагло уйти в глубокое подполье.

Самым эффективным образом это можно было сделать только применив вуаль забвения и шагнув в портал, так как ресторан "Тайлон" предназначался исключительно для знати и потому не был оборудован рентгеновскими аппаратами, для которых она не была предназначена. Впрочем, не они единственные были опасны для них в этом городе, в котором так боялись шпионов. После плотного обеда они прошли в туалетные комнаты и почти тотчас из них вышли, но уже под прикрытием вуали забвения и быстро покинули ресторан шагнув в порта прохода, который вывел их на соседнюю улицу. Чистильщики отошли от ресторана на приличное расстояние, свернули на первую попавшуюся улицу, немного пройдя по которой, они свернули в какую-то узкую щель между зданиями, где Кир, наконец, перевёл дух и наконец сказал в полголоса:

– Вот что я вам скажу, мои разлюбезные маги, вам нужно немедленно улучшить вуаль забвения, иначе нам никогда не встретиться с профессором Аргусом. Хотя я никогда не готовил вас к работе в таких вот условиях, поскольку сам не знаю, как в таких условиях должны работать чистильщики, нам нужно срочно встретиться с профессором. А теперь, ребята, давайте поскорее залезем в какую-нибудь нору и начнём готовиться к вечернему визиту на виллу.

Сделав накачку магам-помощникам, Кир достал из кармана миниатюрный радиопередатчик, нажал на кнопку и до них донеслись приглушенные взрывы. Это сработали две бомбы, прикреплённые к стенам туалетных комнат, что должно было тут же переполошить все спецслужбы разом, но пускало их будущих преследователей по ложному следу. Козмо огляделся вокруг и, широко улыбнувшись, сказал:

– Неподалёку отсюда есть то, что нам сейчас нужно больше всего, ребята. В подвале дома, который стоит за этим, я вижу большой бункер, битком набитый каким-то шпионским оборудованием. Похоже, это что-то вроде учебного центра и в нём сейчас никого нет. – Разглядев бункер получше, он добавил – Да, это действительно самый настоящий учебный центр и он законсервирован. Ну, что же пойдём, посмотрим, чем нам могут помочь лучшие умы Квантарры?

Не дожидаясь приказа, Козмо быстро открыл портал прохода и подтолкнул в него Лану. Они вошли в портал вовремя, так как уже в следующее мгновение в щель между домами, где они стояли, влетело несколько агентов с пистолетами наизготовку, но всё что они смогли сделать, так это уловить аромат духов Ланы, но не придали этому никакого значения. Старший группы доложил кому-то по радио:

– Господин инспектор, их здесь нет. Я думаю, что они пошли дальше по Хрустальному переулку и вошли в какой-то дом, ведь он заканчивается тупиком. – Услышав какой-то приказ, он ответил – Слушаюсь, господин инспектор.

Всё это слышали чистильщики и Тетюр сказал:

– Ну, вот, Кир, и наше оборудование хоть на что-то годится.

Козмо быстро нашел распределительный электрощит и теперь занимался тем, что пытался определить, какое напряжение ему нужно подать от магического аккумулятора размером с коробку из-под обуви на кабели и вообще каким сделать ток, постоянным или переменным, чтобы не спалить всё то оборудование, с которым командование имперских спецслужб учило обращаться своих людей. Ему помог справочник, лежащий на одном из агрегатов и вскоре в учебном центре загорелся свет. Чистильщики разбрелись по классам и принялись быстро перелистывать все инструкции и наставления, какие только попадались им под руку. Ими были заставлены целые полки и Кир мечтал только о том, чтобы они содержали в себе как можно больше сведений о том оборудовании шпионажа и контршпионажа, которые, которое он уже увидел в учебном центре.

Зато мага Козмо беспокоило совсем другое и он думал только о том, как ему сделать так, чтобы вложить чужие знания сначала в свою собственную голову, а затем и головы своих друзей, ведь судя по тому количеству книг, какие он нашел в самом большом классе, от такого богатства и самые умные мозги могли не выдержать. Так длилось почти два часа и когда всё было закончено, Кир, Лана и Тетюр оставили мага Козмо в небольшой комнате одного, гадая, как быстро он со всем справится. Теперь всё зависело от его аналитических способностей и от того, насколько грамотно были написаны учебники. Кир, перелистав несколько страниц самой толстой книжки, быстро понял, что у него на её изучение уйдёт не менее двух недель. Леди рыцарь-маг подошла к большой установке с множеством антенн и сказала:

– Хотела бы я знать, что это за железяка.

Кир подошел к установке и прочитал табличку:

– Сканер слабых энергетических импульсов. Похоже, Ио, что эта штука способна обнаружить человека в полной темноте только по одному электрическому полю человека. Можно сказать, дорогая, что она видит ауру человека.

– Фи, ну, и что здесь такого? – Презрительно фыркнув, сказала леди рыцарь-маг – Я тоже могу видеть ауру, только мне для этого не нужны все эти дурацкие железки и провода.

– Да, но ты не видишь ауры, если человека скрывает вуаль забвения, а этой установке она нипочём и если мы хотим проникнуть на остров Сорант и посмотреть на реактор, то вам мои маги-помощники, нужно создать новую шапку невидимку. – Сказал Кир и добавил – Всё остальное меня мало волнует.

Тетюр, который прилёг было на кушетку отдохнуть, тотчас привстал и воскликнул:

– А вот это ты зря сказал, Кирюха! Этот мир по части всяческих научных достижений кое в чём превзошел даже Кольптен и мы сможем здесь многому научиться. Ты знаешь, мне порой даже жаль, что на Кольптене я не интересовался подобными штучками. А Гулю я всё-таки вздрючу за то, что он за все эти годы так не собрался посетить родной мир. Этот чёртов маг-космолётчик может внести в Золотой круг много полезных вещей, а вместо этого занимается на Ильмине чёрт знает чем вместе с Майком Стоуном.

Последнее замечание очень заинтересовало Кира, для которого кроме миссий существовало всего только два мира во всей Вселенной Мастера Миров – Ильмин и Земля, ну, и, естественно, Астриум и Армагеддон, но эти миры стояли особняком. Он сел на металлический стул с фарфоровыми ножками-изоляторами и спросил:

– Тетюр, объясни мне пожалуйста, почему праведные люди и невинные мученики, умирая в базовых мирах и возрождаясь в мирах Золотого круга, не приносят в туда новых знаний? На это что, есть специальный запрет Мастера Миров? Если так, то почему это можем делать мы, рыцари, и вы, маги?

Тетюр сел на кушетке и ответил со вздохом:

– Кир, всё очень просто. Когда старик сотворил эту Вселенную, он создал вместе с ней ещё и свою золотую сферу Астриума со всей её магией и правилами, регулирующими мироздание. Это очень тонкая и хрупкая штука, которая может существовать только при определённых условиях и они довольно просты, если пораскинуть мозгами. Умирая в одном мире, человек берёт с собой в другой только багаж своих переживаний, жизненного опыта, морали и нравственности, но не знаний. Помнишь, как это было сказано когда-то на Земле одним умным парнем? От многих знаний многие печали. Во всей Вселенной нет ничего такого, что меняло бы мир так же быстро, как знания. Вспомни свою первую миссию на Ильмине, Кир, ведь ты полностью изменил этот мир всего за каких-то неполных три года, но ты пришел в этот мир в тот момент, когда он стоял буквально на грани гибели, это прекрасно понимали все ильмиане и потому были готовы к этим переменам. Ну, а что мы имеем в итоге? Твои бывшие солдаты разбрелись теперь по сотням миров целыми отрядами только потому, что они самые лучшие и людям в тех мирах Золотого круга, где они несут службу, живётся намного спокойнее, но смогли ли они привнести в них хоть что-то новое? Нет. А почему? Да, потому лишь, что этим мирам не нужны никакие перемены. Люди из других миров готовы покупать на Ильмине флайеры и мечтают умыкнуть с него золотую или серебряную девушку, они умоляют синих драконов отправиться в их миры и жить с ними, но вот чего-чего, а новых знаний они не ищут, если это, конечно, не магические знания. Кстати, на Ильмине ведь тоже не встретишь учёных. Наука теперь там не в почёте, да, и зачем она нужна, если миры Золотого круга не нужно исследовать, их нужно просто употреблять внутрь или наружно, чтобы получить новые приятные ощущения. Парень, это ведь рай, а в нём не нужно вкалывать до седьмого пота, но, честное слово, он мне и даром не нужен. Куда лучше я себя чувствую охраняя всю эту чудесную хренотень и больше всего боюсь того, что с ним может сотворить Амал, если он, вдруг, сможет вырваться из брюха Тартаботана. Так что, Кир, кроме нас, чистильщиков, новые знания в Золотом круге не нужны больше никому. Людей там не интересуют естественные науки и всяческие научные открытия, им подавай произведения искусства, поэзию, музыку, литературу, философию, что сейчас в огромном количестве производит благодаря нам Астриум. Так что их любознательность весьма однобокая. А ещё они любят всякие страшилки на ночь, но чтобы обязательно со счастливым концом. Ты думаешь почему Кузины книжки так разлетаются в Золотых мирах? Да, только потому, что в них присутствуешь ты, Кир Торсен, самый изворотливый из всех рыцарей Мастера Миров, который обладает невероятным чутьём на врага и редкостной интуицией. Как писатель, Кузя может быть и никто, но как маг-репортёр он просто превосходен и всегда излагает в своих романах – Тетюр специально произнёс это слово с ударением на "о" – Самое главное и существенное. А ещё он даже из самого банального сидения в грязи может сотворить целую философскую притчу.

Лана засмеялась и громко воскликнула:

– Вот это точно! Я недавно прочитала его последний, ещё не опубликованный роман, в котором он подробно описывает наше великое сидение на Леграте и даже чуть не прослезилась. Мы там только и делали, что постоянно переезжали из одной вонючей дыры в другую, ещё более вонючую и неделями ждали, когда же Кира осенит и постоянно ругались друг с другом, а Козмо превратил все наши склоки и дрязги в самые настоящие философские беседы, благодаря которым Кир, якобы, вычислил в конечном итоге того урода, который украл из этого мира красоту.

Тетюр посмотрел на Лану с недоверием и спросил:

– А меня он, наверное, выставил в этом романе, как самого тупого идиота, который только и делал, что всем мешал? Что же, так оно и было на самом деле, я вёл себя на Леграте не самым лучшим образом.

– Представь себе, нет, хотя на самом деле всё именно так и было. Если бы ты не был так упрям и занудлив, то мы... Ну, впрочем, об этом уже нет смысла говорить, да, к тому же теперь я и сама уверена в том, что только благодаря твоему упрямству и той истерике, которую ты нам закатил тогда в землянке, Кир стал хоть что-то понимать и все наши дальнейшие перемещения по Леграту имели очень глубокий смысл. И знаешь, Тетюр, ты действительно был великолепен, когда взял меня за шиворот, ткнул лицом в грязную жижу за порогом, а потом ещё и извозил в пепле и саже потухшего очага. Когда я прочитала эту сцену в романе, то мне стало понятно, что именно с этого момента у Кира в голове начали работать все колёсики и шестерёнки. Он ведь до того дня не верил в то, что и мы можем превратиться в точно таких же грязных уродов, какими были в то время все жители Леграта. Я могла поверить во всё, что угодно, но только не в то, что красоту можно действительно украсть и мир после этого начнёт, словно бы гнить заживо, отравляя миазмами даже Верховных магов.

Кир, вспомнив о завершенной миссии, задумчиво сказал:

– Эх, где бы найти такого мага, который прошвырнулся бы по всем мирам сэра Аструала и украл в них, зло, ненависть, ложь и всякие там уродства точно так же, как этот подонок Глиан украл на Лераде красоту. Этим он только прославил бы своё имя. – Увидев насмешливый взгляд Тетюра, он воскликнул – Только не надо мне читать лекций, Тетёха! Я не хуже тебя знаю, что без зла нельзя познать добро и так далее. Всё это прописные истины. Просто мне хочется верить в то, что когда-то зло покинет души людей окончательно и тогда я с огромным удовольствием стану безработным, что ты этого даже представить себе не можешь.

Глава вторая.

Прошло уже более трёх часов, как чистильщики закатали в свои магические очки-компьютеры последнюю страницу, а маг Козмо всё ещё не закончил своей работы. Тетюр уже хотел идти к нему, как двустворчатые двери распахнулись и он сам вошел в учебный класс. Лицо мага было спокойным и бесстрастным, но в глазах блестели лукавые искорки. Не дожидаясь вопросов, он заявил с порога:

– Ребята, теперь вас будет не узнать. Неизвестно с какого перепуга квантаррийцы не только развили ядерную физику до немыслимых пределов, но и создали целую науку о шпионаже и способах противодействия оному. Впрочем, это и не удивительно, ведь им есть что охранять. В общем так, друзья мои, теперь мы имеем такую вуаль забвения, что ни нас, ни нашу "Немезиду II"? ни наши броники не возьмут никакие сканеры и радары. К тому же её стоит всего один раз нанести на обмундирование, оружие или технику, чтобы потом пользоваться ей до бесконечности или что-то около того. К тому же я могу с полной уверенностью сказать, что добился, наконец, эффекта полной прозрачности и теперь даже лазерный луч как бы пройдёт через тебя насквозь и не подаст сигнал тревоги. Дополнительным плюсом новой вуали забвения является то, что она не боится дождя, снега, пыли и мелких камешков. Единственное, с чем она не может справиться, так это с пулями, факелом огнемёта и тому подобными вещами. Это, во-первых, а, во-вторых, я значительно улучшил пыльцу покоя. У спецслужб квантаррийцев стоит на вооружение такое классное изобретение, как инфразвуковой станнер. Эта штуковина способна вырубить человека на несколько часов и даже суток, но при определённых условиях может и убить. Взяв их станнер за основу и соединив его с пыльцой покоя, я создал небольшой пистолетик, который стреляет золотистыми лучиками, совершенно безобидными на вид, но стоит такому лучику коснуться любой части тела, как он превращается в самую обыкновенную вырубаловку со всеми её чудесными свойствами. Срок действия новой вырубаловки от десяти минут до одного месяца. Но и это ещё не всё, ребята. Теперь все мы можем летать без всякой магии и нам для этого уже не понадобятся наши эйрборды.

Леди рыцарь-маг тотчас воскликнула:

– Представь себе, я и с магией летаю очень даже неплохо! Правда, я совершенно не вижу причин, по которым я должна отказываться от эйрборда. На нём я летаю ничуть не хуже птицы.

Маг Козмо усмехнулся и сказал ей:

– Да, девочка, для мага ты действительно летаешь неплохо, но очень медленно и недалеко. К тому же в своём полёте ты больше всего похожа курицу, а я дам тебе возможность летать, как хорошему спортивному флайеру, построенному Майком Стоуном по спецзаказу. Эйрборд, конечно, штука замечательная, но в том-то всё и дело, что ты вынуждена лететь на нём стоя, то есть представляя из себя в полёте прекрасную мишень. Да, и их маневренность оставляет желать лучшего. Лыжа она и есть лыжа, чего с неё взять. Зато если ты полетишь так, как летают птицы и драконы, да, к тому же ещё и со скоростью хорошего спортивного флайера, это будет уже совсем другой полёт и я уверен, что это тебе понравится. Квантаррийцы давно уже разработали устройство антигравитации, которое можно ставить не только на космические корабли, но и надевать на человека, как портупею, но ей нужен источник энергии огромной мощности, а такие у нас есть благодаря Джонни и Гуле. В общем я все антигравы, которые здесь были, усовершенствовал и превратил в настоящее чудо техники. Чтобы вы не мучались лишний раз, я встроил их в ваши перлитовые бронники, а сферы оснастил системой управления и теперь, Лана, тебе достаточно только захотеть и ты полетишь так быстро и взлетишь так высоко, как только представишь себе это. В общем твой полёт будет управляться мыслью, а не бормотанием магических формул и не постоянным шарканьем ногой по летающей лыжине. Вот и всё, что я наработал за это время, если не считать того, что теперь наши очки способны распознать любые типы средств слежения, а ещё я подсоединился к их главному компьютеру и выписал всем нам новые ксивы, но я не думаю, что мы задержимся здесь надолго. А сейчас, друзья мои, приготовьтесь, я обучу вас всему тому, что узнал, так что на несколько минут здесь будет очень много дыма.

Когда сеанс дымной педагогии был завершен и Кир убедился в том, что все новые знания систематизировались в его голове, он первым делом убедился в том, умеет ли пользоваться всей той техникой, которая была собрана в учебном центре. Тем же самым занялись его спутники включая мага Козмо. Ещё через час с четвертью, выключив установку снятия помех, он удовлетворённо кивнул головой и сказал:

– Всё, ребята, пять минут на сборы и выдвигаемся в город. Нам пора заняться профессором.

Лана, определив положение трёх магических маячков, попросила его о небольшом одолжении:

– Кир, те скоты в отеле, которые допрашивали меня, обошлись со мной не очень-то деликатно. К тому же они сфотографировали меня голой и, вдобавок ко всему, не в самых изящных позах. Извини, но мне очень хочется с ними разобраться. Нам ведь всё равно лететь в юго-восточную часть города, а потому я могу сделать небольшой крюк, навестить каждого из них и провести воспитательную беседу.

В этой просьбе не было ничего сверхъестественного и Кир дал ей своё согласие, чтобы она привила троим агентам имперского Бюро внутренней безопасности правила хорошего тона. К тому же ему совсем не хотелось, чтобы фотографии его обнаженной жены имелись в чьем-либо архиве или альбоме. Тем более сделанные таким мерзким образом. Таких вещей он никому не прощал. Уже через две минуты чистильщики стояли посреди класса облачённые в гибкие, но очень прочные боескафандры из перлитина с надетыми поверх них перлитовыми брониками, держа в руках сферы и автоматы Стоуна. По сигналу Кира чистильщики надели на головы сферы, попрыгали на месте, проверяя хорошо ли закреплено на теле снаряжение и приступили к процедуре выброски в город. Козмо открыл портал и они вышли из него на высоте ста пятидесяти метров уже полностью невидимыми.

Трое чистильщиков не спеша полетели на юго-восток, а леди рыцарь-маг на юг, к высокому небоскрёбу, на сорок седьмом этаже которого находилась квартира Бахуна Крипа, начальника смены, который имел наглость сфотографировать красавицу-миллионершу из Тогонии. В это время Кир и оба его мага-помощника спорили между собой и делали весьма высокие ставки на то, чем закончится месть Ланы, мордобоем, воспитательной беседой или отделением головы от туловища. О последнем варианте говорил Тетюр и даже отважился поставить на это сто империалов. Кир убеждал всех, что его жене не свойственна, в отличие от Козмо, кровожадность и всё обойдется одним только суровым внушением. Все трое так разошлись, что остановили свой полёт прямо над какой-то красивой площадью с памятником в сапогах и при шпаге и теперь ждали, чем всё закончится.

По первому адресу пари выиграл Козмо. Леди рыцарь-маг отметелила своего обидчика так, что тому теперь надолго запомнится встреча с ней, после чего вырубила его на целую неделю, чтобы модернизированная пыльца покоя залечила его раны и сломанные кости. Второго агента она тоже избила, как собаку, и ему так же потребовалось магическое исцеление пыльцой покоя, а вот третьему не повезло, ведь он не только схватился за оружие, но ещё и обозвал свою нежданную гостью грязной шлюхой, за что Лана мигом отправила его в мир иной мощным ударом в челюсть. Ещё даже не свалившись на пол, этот неприятный тип тотчас откинул копыта, в результате чего Киру только и оставалось делать, что с прискорбием признать своё поражение и когда его жена присоединилась к ним, он с укоризной спросил:

– Ио, девочка моя, неужели тебе обязательно нужно было убивать этого несчастного придурка?

– Кирюша, милый, ты не поверишь, но по другому я не могла поступить. – Тихим и задумчивым голосом ответила она – Знаешь, дорогой, когда я встретилась с этим типом во второй раз, у меня отчего-то возникло ощущение, что передо мной стоит не человек, а самый настоящий монстр, чёрная нечисть, принявшая боевую звероформу. Он был ничуть не менее отвратителен, чем Грязная Сумата. Поверь, во мне всё так и вскипело, когда он стал надо мной насмехаться. Я всегда и во всём верила тебе, Кирюша, но сегодня, когда встретилась с этим Каралом Стаккой, во мне ещё сильнее окрепло убеждение, что ты интуитивно чувствуешь, где спряталось зло и безошибочно определяешь его даже под маской благопристойности. Кир, в этой стране, да, и на всей планете, всё, и общество, и власть поражены какой-то болезнью и нам понадобится целая армия, чтобы победить. Хочешь верь мне, а хочешь нет, но я испугалась этого мерзавца. Не его самого, конечно, а всего того зла, что стоит за ним.

Такого признания, честно говоря, от Ланы никто не ожидал и Козмо, уже вырвавшийся вперёд, остановился и воскликнул:

– Чёрт возьми, я очень жалею, что не пошел с тобой. Если этот тип был слугой Амала, нам бесполезно его оживлять. Я уже не смогу получить от него никакой информации. Ведь если всё так и есть, как ты говоришь, то он прямиком отправился в брюхо Тартаботана. Так, ребята, теперь при малейшем подозрении вам следует не размахивать кулаками и лишать жизни наших истинных врагов, а немедленно пускать в ход вырубаловку и срочно звать меня на помощь. Похоже, что дела обстоят гораздо хуже, чем я об этом подумал вначале.

Кир прекрасно понимал, что в таком щепетильном вопросе, как определение факта добровольного служения Амалору, его жена не могла ошибиться и если его слугой был какой-то там помощник следователя такой могущественной организации, как имперское Бюро внутренней безопасности, то это прямо говорило о том, что вся эта контора пронизана слугами Хозяина Тьмы с верху донизу. Уже только одно это делало проект квантаррийских учёных смертельно опасным для Гурвала. Строить свою империю в базовом мире Амалу не имело никакого смысла. Мастер Миров мог уничтожить такой мир в считанные доли секунды и на этом кризис был бы полностью исчерпан. Другое дело захватить и подчинить своей воле мир сферы, в котором можно через порталы проходить в другие миры. Тогда для него открылись бы просто шикарные перспективы, ведь пока одни чёрные маги будут оборонять его мир, другие будут волна за волной атаковать Армагеддон, чтобы освободить Амала.

Хозяин Тьмы ставил на Гурвале перед своими слугами совсем другую задачу, – уничтожить этот мир руками его обитателей и в этом заключался особый цинизм его плана. Если они не смогут остановить его прихвостней, то люди в мирах Золотого круга будут поставлены перед тем фактом, что Мастер Миров не способен защитить даже святая святых, основу своей силы – базовые миры. Тут уже никакие ухищрения мага-хроникёра Козмо не спасут положения, если они вообще смогут спастись. Поскольку их положение час от часа становилось всё серьёзнее, а стоящая перед ними задача и вовсе усложнялась с невероятной скоростью, Кир, хорошенько всё обдумав, принялся лихорадочно осматривать юго-восточные окраины Алемана, чтобы найти какой-нибудь укромный уголок. Увидев справа, невдалеке, в императорском яхт-клубе пустой эллинг, он скомандовал:

– Ребята, указываю место приземления, пустой эллинг справа по курсу, над которым развевается императорский штандарт. Хватит нам изображать из себя сирот казанских, пора вспомнить о том, что мы команда чистильщиков экстра-класса и экипированы по высшему разряду. То, что на Гурвал не пустили Атиллу, не говорит, что мы не можем воспользоваться всем остальным своим оборудованием, так что давайте искать укромное и достаточно просторное место, чтобы я мог незаметно извлечь его.

– Хо-хо, Кирюха, неужто ты решил извлечь на свет Божий нашу старушку "Немезиду II"? – Обрадовано спросил рыцаря Тетюр – Ох, наконец-то я смогу поспать по-человечески, не опасаясь, что в мою кровать пролезет какое-нибудь хищное местное животное.

Эллинг, который выбрал для этой цели Кир, имел вполне достаточные размеры, чтобы в нём поместился четырёхпалубный флайер длиной в шестьдесят три метра и шириной в восемнадцать. "Немезида II" внешне была самым обычным десантно-штурмовым флайером, рассчитанным на переброску по воздуху с относительным комфортом отряда из двухсот пятидесяти десантников и двенадцати легких многоцелевых флайеров поддержки, но это только внешне. На самом деле это был самая настоящая, летающая военная база, оснащённая всем необходимым для того, чтобы четыре человека и один дракон-маг в её стенах чувствовали себя ничуть не хуже, чем в замке Кира на Ильмине, а по своему комфорту и роскоши каюты "Немезиды II" ничем не уступали покоям императора Роджера на "Воине Иисуса", его летающем дворце. В том смысле, что во всех четырёх каютах, предназначенных для людей, спальные комнаты были точной, только уменьшенной, копией золотой спальни Роджера.

Извлечь такую громадину из магической книги Кира было не сложнее, чем нож или пистолет. Ему стоило только сделать вызов, как из книги тотчас высунулся кончик носовой антенны, а дальше "Немезида II" уже сама плавно выплыла прямо из воздуха, словно выходила из портала перемещения, да, так оно собственно и было, ведь внутри магической книги рыцаря Мастера Миров ничего и никогда не лежало, а сама она была просто порталом перемещения, ведущим к большому складу, находящемуся на Армагеддоне, на которой жил, окруженный самыми лучшими солдатами армии Роджера, мастер Аботан, разумеется, не там, где в массивном, толстенном шаре из иксиния, стоящем на дне огромной иксиниевой же сферы, находился священный Тартаботан, а на обратной её стороне, судья зла создал прекрасный, цветущий мир для своих друзей и сподвижников. Флайер повис в воздухе на высоте в полметра над полом и Кир, нажав на скрытую кнопку, открыл кормовой десантный люк.

Пока чистильщики шли по нижней палубе, превращённой Майком Стоуном в нечто среднее между складом, артиллерийскими погребами и ангаром для четырёх многоцелевых флайеров, "Немезида II", повинуясь компьютеру управления ожила и без промедления сама выставила вуаль забвения, снова став невидимой. Теперь это была усовершенствованная вуаль-невидимка и потому флайер мог быть невидимым даже на своей крейсерской скорости. Как только Козмо вошел в пилотскую кабину и занял своё место в кресле командира этого воздушного корабля, он первым же делом открыл портал и уже через пару секунд "Немезида II" летела над морем на высоте в шестьсот метров. Он мог подняться и выше и даже выйти на этом корабле в космическое пространство, но в этом не было никакого смысла, ведь их в первую очередь интересовали не заоблачные дали, а вилла профессора Аргуса. Козмо чуть шевельнул штурвалом и флайер, закладывая широкий, плавный вираж, быстро помчался к нужной точке, указанной на карте города, высветившейся на экране.

Через несколько минут команда чистильщиков была на месте. "Немезида II" зависла на высоте в триста метров в полутора километрах от виллы профессора и Козмо приник к окуляру мощной стереотрубы, через которую он смог увидеть те только то, что находилось за её стенами, но и все подземелья, уходящие под землю на глубину в полсотни метров. Внешне эта вилла, стоящая в пяти километрах от берега океана на склоне горы, поросшей высоченными вечнозелёными деревьями, действительно была похожа на дворец, но внутри она представляла самую настоящую тюрьму и Козмо быстро нашел в ней того единственного узника, которого в ней содержали. Это был высокий, худой, словно щека, старик с безумным взглядом, который лишь отдалённо напоминал собой профессора Лувана Аргуса. Уже только это сразу же укрепило все подозрения Кира относительно термоядерного реактора, построенного на острове Сорант. Если профессора, сконструировавшего огромный термоядерный реактор отблагодарили таким образом, значит дело было нечистым и к нему нужно было не просто приглядеться внимательно, а заняться им всерьёз.

Однако, самым неприятным наблюдением Козмо было то, что в том стальном ящике со стенками чуть ли не полуметровой толщины, в котором сидел на цепи профессор, повсюду были разложены мешочки с шонсом. Вторым неприятным открытием Козмо явилось то, что в этом сейфе стояла жаровня, на которую через лоток медленно высыпались из небольшого бункера высыпался шонс. Каким-то своим шестым чувством он сразу же понял, что никто из них, даже Тетюр, не сможет открыть портал прохода в этот стальной каземат, установленный в подвале трёхэтажной виллы, на которой он насчитал полторы сотни охранников, вооруженных до зубов. К тому, что все подходы к вилле были заминированы и повсюду, даже в лесу, тюремщики понатыкали множество систем наблюдения, сканеров, детекторов и всяческих датчиков, маг отнёсся куда спокойнее, но вот о своей внезапной догадке высказался с большой озабоченностью в голосе:

– Кир, я не смогу открыть портал прохода в этот ящик. Хуже того, этого вообще никто не сможет сделать, кроме разве что мастера Аботана или самого Мастера Миров.

Рыцарь Мастера Миров посмотрел на трёхмерное изображение виллы-тюрьмы ещё раз и насмешливым голосом спросил:

– Ну, и что из этого следует? Ты, что же, хочешь сказать мне, раз туда нельзя открыть портал прохода так уже всё, нам никогда не удастся освободить профессора? Извини, но это просто смешно, Кузьмич, чтобы мы не могли проникнуть в какой-то вшивый подвал. Это ведь не какое-то зловещее подземелье, а охраняемое каменными големами, а всего лишь далеко не самый хорошо укрепленный подземный бункер.

Маг Козмо от этих слов буквально взорвался и заорал:

– Ты, чего, Кирюха, совсем уже с головой не дружишь? Я тебе толкую про Фому, а ты мне про Ерёму. Понимаешь, этот расчудесный, прекрасный и просто волшебный шонс способен блокировать магическое воздействие и уже только поэтому я в него влюбился. Это же самое замечательное открытие, которое мы сделали, работая вместе столько лет. А эту консервную банку в подвале я вскрою в пять секунд, пусть и с грохотом, но без малейших затруднений. Подумаешь, полметра стали. Перлитовой нитью мы вдвоём с Тетюром мигом отрежем ей одну стенку и просто опрокинем её на пол. Подвал достаточно большой и железяке будет куда упасть, а проникнуть в него и вовсе не составит особого труда. Мы с ним просто зависнем над крышей в нужном месте, а потом упадём вниз, как те две бомбы, которыми взрывают подземные бункеры. Ты проникнешь в подвал вслед за нами, подтолкнёшь стенку и освободишь узника, а Лана будет нас страховать сидя в кресле пилота. Думаю, что секунды за четыре мы управимся, но когти потом рвать оттуда нам придется с максимальной скоростью. Мне вовсе не хочется, чтобы профессор пострадал. Если тюремщики разнесут его на атомы, а у них есть чем это сделать, то ты меня извини, Кирюха, но тут уж любая магия будет бессильна.

Кир негромко засмеялся и успокоил своего помощника:

– Ладно, Кузьмич, успокойся, я пошутил. Мне эта тюрьма тоже не кажется такой уж неприступной и хотя её можно штурмовать и по другому, я вполне согласен с твоим планом. Так легче достигнуть эффект неожиданности, но "Немезиду II" нужно будет подвести вплотную к крыше. Видишь, там, там и там, – Кир ткнул пальцем в несколько мест на трёхмерном изображении – Установлены скорострельные зенитные установки. Если они поставят заградительный огонь, нам будет очень трудно вернуться на борт, а убивать этих болванов просто так, я не хочу. Нам нужно сначала разобраться, кто здесь плохой, а кто хороший и уже потом браться за дело. Мы ведь всё-таки чистильщики, а не какие-то там безмозглые каратели.

Козмо уступил своё место Лане и тут же, ухватив Кира и Тетюра за широкие перлитовые воротники бронников, потащил на десантную палубу. Прежде, чем покинуть "Немезиду II", чистильщики вооружились каждый пятью реактивными бронебойными, управляемыми ракетами, которые можно было запускать с руки. В том, чтобы пробивать перекрытия используя скорость и массу своего тела и тем более энергетические удары, не было никакой необходимости, ведь ракеты могли это сделать куда эффективнее и с гораздо меньшими последствиями. Они зависли над крышей на высоте в пять метров и поставили ракеты на боевой взвод. Первыми, растянув режущую нить, открыли огонь Козмо и Тетюр, выпуская ракеты с интервалом в четверть секунды, и как только взорвалась пятая пара ракет, полетели в образовавшиеся проломы вниз головой, держа нить туго натянутой и, попутно, отбрасывая в сторону слабыми энергетическими ударами тюремщиков, которые могли попасть под неё. На то, чтобы отрезать стальную стену, у них ушло даже меньше времени, чем они предполагали.

Кир начал стрелять на полторы секунде позднее и летел ногами вниз. Когда его помощники сделали своё дело, он уже стоял на крыше стального сейфа. Опустив руки, он нанёс по отрезанной стене энергетический удар и несколько тонн прочной стали отбросило от этого узилища, как пушинку. На то, чтобы ворваться внутрь и подхватить на руки профессора, у него ушло не более секунды, после чего он, ухватив узника за шиворот, полетел вверх, подняв руку сжатую в кулак над головой и извергая фонтаны энергии, которые заставляли перекрытия буквально взрываться, наполняя виллу пылью. Теперь это было вполне приемлемо, поскольку он не хотел, чтобы профессор зацепился за какую-нибудь арматурину. Козмо и Тетюр летели чуть позади, но с ничуть не меньшим грохотом и шумом.

Поднявшись на крышу, как черти из преисподней, правда, черти совершенно невидимые, они влетели в распахнутый настежь кормовой грузовой люк и Лана немедленно погнала "Немезиду II" в сторону гор и только тогда, когда они отлетели километра на четыре от виллы, тюремщики опомнились и открыли беспорядочную стрельбу во всех направлениях, но это уже никак не могло хоть чем-то помешать чистильщикам лететь к своей следующей цели, острову Сорант. Кормовой люк закрылся и флайер сразу же увеличил скорость и стал быстро набирать высоту. Козмо подхватил профессора на руки и бегом бросился в магическую мастерскую, то самое место на корабле, где чистильщики собирались особенно часто.

Лане было очень интересно посмотреть на то, как маг Козмо будет приводить профессора Аргуса в чувство и потому, задав компьютеру цель полёта, она покинула пилотскую кабину и спустилась на ту палубу, где на "Немезиде II" располагались гостевые каюты и магическая лаборатория, в которую уже принесли профессора. Луван Аргус лежал на кушетке покрытой белой простынёй уже обнаженный и более всего походил на овощ. Хотя глаза его и были открыты, в них не было ни малейшего проблеска разума, но мага Козмо это нисколько не беспокоило, как и двух других магов-помощников рыцаря Мастера Миров. Обладая магическими знаниями самого высокого порядка, они умели творить самые настоящие чудеса, а тут речь шла лишь о том, чтобы вернуть профессору память и привести его в чувство, с чем мог справиться любой деревенский колдун. Куда сложнее было как раз полностью лишить человека памяти или вложить в его сознание новые воспоминания, как это было с успехом сделано ими недавно на Земле.

Первым делом чистильщики сняли с себя боескафандры и только после того, как переоделись в нарядные костюмы, обычные для столичных жителей империи, попрятали их в свои бездонные карманы, после чего Козмо достал своё хрустальное блюдечко и приложил его к голове профессора. На этот раз ему пришлось подождать минут десять прежде, чем он убрал с головы Лувана Аргуса своё магическое устройство. То, что узнал маг Козмо в эти минуты о Гурвале и его проблемах, заставило его отойти от кушетки и даже не просто сесть, а буквально рухнуть в кресло, словно он испытал глубокое потрясение. Несколько минут Козмо молча смотрел на профессора. Устало потирая лоб, он сказал наконец надтреснутым голосом:

– Ребята, мы здесь крепко застряли. Семнадцать с лишним лет назад, когда строительные работы на острове Сорант шли полным ходом, в кабинет к профессору Аргусу явился странный гость, который взял его сознание под свой контроль и с той поры строительство пошло совсем в другом направлении. Профессору было приказано построить под видом термоядерного реактора огромную водородную бомбу, которая должна была уничтожить этот мир и теперь счёт идёт на дни. Бомба уже полностью готова, но на неё ещё не установили детонаторы. Какие-то люди должны сделать это ровно за десять дней до пуска реактора и это является теперь для нас самой главной задачей. Не думаю, что детонаторы уже на острове, но в данную минуту не это главное, а совсем другое. Одно из воспоминаний Лувана говорит о том, что на эту планету ещё семьдесят пять с чем-то лет назад проникли двенадцать лордов тьмы, перед которыми Амал поставил задачу любой ценой уничтожить этот мир. Один из них, Регнер, решил пойти по пути наименьшего сопротивления и построить силами обитателей Гурвала на острове Сорант огромное термоядерное устройство. Сам Регнер всего лишь чёрный маг и в этом деле ничего не петрит, но он каким-то образом смог в итоге подбить на этот проект не только учёных, но и политиков вкупе с правителями семи крупнейших государств этого мира. В нужный момент он взял под свой контроль не только руководителя проекта, но и всех его помощников из имперского института ядерной физики, а также многих других учёных. Пять лет назад, когда реактор был построен, детонаторы к нему ещё не были готовы, но в услугах профессора Аргуса этот Регнер уже почему-то не нуждался, а потому для него была построена вилла-тюрьма и он был превращён с помощью шонса в безмозглое, человекоподобное существо. Незадолго до этого прямо в кабинете Лувана Регнер беседовал по телефону с остальными одиннадцатью лордами тьмы и те сказали ему, что если его план провалится, то они будут действовать своими методами и развяжут на Гурвале такую войну, после которой на всей планете не останется ничего живого. Похоже на то, что они задолго до него создали всё необходимое. Вот вкратце всё, что я узнал и если вы хотите знать больше, то я сейчас это устрою.

Кира, как ни странно, это известие о двенадцати лордах тьмы нисколько не взволновало. Он прошелся по лаборатории и подошел к столу. На нём стояли различные колбы и реторты, постукал пальцем по большому, толстостенному стеклянному шару, в котором сидело взаперти животное размером с крупного борова, похожее на раздувшуюся, волосатую лягушку с голубыми, грустными глазами, повернулся к своим друзьям-магам и спокойно сказал:

– Это хорошо, что у нас есть в запасе целый месяц. Не думаю, что похищение профессора слишком уж насторожит Регнера. Регнер столько лет держал его на шонсе, что считает полным идиотом, а наши действия можно приписать любым врагам Квантарры, которых она так опасается, ведь мы, по сути дела, не применяли при налёте никакой магии. Зло всегда самоуверенно и если намечает какие-нибудь сроки, то фанатично следует им. Поэтому, ребята, мы отправимся на Сорант и устроим там засаду. Как только мы заметим на острове что-нибудь подозрительное, то схватим диверсантов с поличным. Мне кажется, что это обязательно будут квантаррийцы и они прибудут на остров вполне официально, с какой-нибудь очень важной научной или технической миссией, чтобы установить на реакторе какое-то дополнительное оборудование. Меня сейчас больше всего волнует сам термоядерный реактор, а точнее то, что нам с ним делать. В общем так, ребята, хотите вы того или нет, а вам придётся стать учителями профессора Аргуса и превратить его в мага-ядерщика. Только он сможет решить задачу, как нам превратить реактор из громадной бомбы во что-то полезное и вполне безопасное для этого мира.

Получив чёткий и ясный приказ, маг Козмо немедленно вставил в рот свою трубку и принялся выдувать из неё разноцветные дымы, которые окутали тело профессора плотным облаком, скрыв его от глаз Кира. Повинуясь воле мага, круглый стеклянный шар с волосатой кабанолягушкой внутри взлетел со стола и опустился на столик рядом с кушеткой. Вот тут рыцарь не выдержал и со вздохом вышел из магической лаборатории. Он не очень любил смотреть на то, как его маги использовали животных, особенно магических, для увеличения роста своих пациентов и наращивания мышечной массы. Когда донором брали Атиллу, он хотя и вздыхал горестно, но всё же относился к этому спокойно, всё-таки тот был могучим драконом, а тут какая-то магическая кабанолягушка.

Зато маги относились к работе своего друга не только с уважением, но подошли поближе и стали принимать в ней самое активное участие. Тетюр вынул из кармана золотистый кристалл и, осветив им клубящееся облако дыма, стал подсказывать:

– Кузьмич, ты не жмись, делай этого парня повыше ростом и поздоровее, нечего экономить. Кадиса себе вон уже какую рожу отъела, так что с неё не убудет. К тому же ей полезно время от времени худеть, а то она начнёт чего доброго болеть.

Кадиса, сидевшая в хрустальном шаре, озабоченно квакнула и жалобно заморгала своими большими голубыми глазами, а Лана строго прикрикнула на неё:

– Кадиса, ты мне это брось, нечего ворчать, глупая лягушка, ты уже и так не помещаешься в своём террариуме. – Подойдя поближе к кушетке, она сказала магу-врачевателю – А ты, Кузьмич, не будь жлобом и сделай Лувана настоящим мужиком на радость всем бабам.

Деловито обсуждая каждое следующее изменение в фигуре профессора, маги, в конце концов, общими усилиями превратили его в двухметрового верзилу с красивым, обаятельным лицом, пышной гривой тёмных волос, мускулатурой чемпиона по бодибилдингу и мужским достоинством, как у племенного жеребца. Маг Козмо делал всё играючи и поражался тому, как ладно всё вышло. Когда всё было закончено, он сказал своим друзьям:

– Ребята, вы мне не поверите, но этот бык и без наших напитков уже является магом и наша красотка Кадиса здесь совершенно не причём. Да, и что вообще может дать человеку эта магическая помесь кабана и лягушки? Этот тип, что лежит перед нами, с физиологической точки зрения самый обыкновенный маг, но с магической он полная бестолочь, то есть совершенно обычный человек.

Кадиса, уменьшившаяся на треть, возмущённо квакнула, но то, что она думала о себе, совершенно не интересовало магов и Тетюр поставил шар обратно на стол. Лана первой бросилась проверять выводы Козмо, достала из кармана склянку с сиреневой водицей и побрызгала ею спящего на кушетке красавца. Магическая вода вошла в его тело, словно в кусок рафинада и она изумлённо воскликнула:

– Вот так дела! А наш Луван и, правда, маг.

Вскоре в этом убедился и Тетюр, который, просветив его голубым кристаллом, сказал огорошено потирая лоб:

– Ничего не понимаю. Кузя, ты точно уверен, что он в магии ни бум-бум? И вообще, что ты знаешь о его рождении?

– Да, практически всё, за исключением разве что того, как это его папаше удалось завалить мать Лувана в койку и вдуть ей, ведь он в то время был уже древним, немощным старцем. – Ответил Козмо и прибавил, разведя руками – Так что хотя Луван и происходит из древнего аристократического рода, барон Кевин Аргус его отцом не является и мы вряд ли узнаем имя настоящего отца, но сам Луван считает, что его отцом был какой-то монах-труалист и, представьте себе, не находит в этом ничего ужасного. Более того, он и сам редкостный кобель и зря вы его сделали таким самцом. Уж теперь он точно бросится во все тяжкие и начнёт повсюду разбрасывать шонс Труала.

– Чёрт побери! – Возмущённо воскликнула Лана – И здесь от труалистов покоя нет. Похоже, что они являются приспешниками Амала и их возглавляет один из его тёмных лордов. Придётся нам взяться за них сразу после того, как мы разберёмся с реактором.

Козмо строго одёрнул её:

– Лана, попридержи язык. Ты ничего не знаешь об этом монашеском ордене, а уже готова уничтожить его. На этот раз ты ошибаешься, так как теперь я полностью уверен в том, что последователи Труала нам не враги. Более того, они, как я думаю, могут оказаться нашими союзниками на Гурвале и уже очень скоро мы всё узнаем. Поэтому потерпи и дай событиям развиваться своим чередом.

– Кузьмич, извини, но мне эти монахи тоже не внушают никакого доверия. – Пришел на помощь жене Кир, который снова отважился войти в лабораторию. – Уж очень они рьяно разбрасывали все эти годы шонс. Я не говорю, что они являются сторонниками Амала, но мне все эти сектанты от любой религии стоят поперёк горла.

Однако, маг Козмо не собирался сдавать своих позиций. Он ткнул профессора Аргуса пальцем в грудь и сказал:

– Нет, Кирюха, сначала ты узнаешь, что у этого парня в голове, а уже потом станешь делать выводы. Прежде, чем что-то говорить, нужно ознакомиться фактами, а они говорят об обратном, сержант.

Когда капитан Кузьмичёв из-за чего-нибудь сердился на Кира, он всегда указывал ему на воинское звание. Обычно после этого начиналась громкая перепалка, но на этот раз их командир промолчали маг Козмо тотчас стал выдувать из своей трубки густые клубы дыма, которые быстро окутали его друзей и принялся передавать им всё то, что извлёк из памяти профессора с помощью мыслескопа. Когда через полчаса они окончательно во всём разобрались, Кир задумчиво сказал:

– Ребята, мне почему-то не даёт покоя письмо главного хранителя заветов, которое он написал профессору пятьдесят четыре года назад. В нём он полностью поддерживал его идею на счёт реактора, но в то же время предупреждал, что древнее зло может попытаться использовать его в своих целях. А ещё меня поражает то, что это письмо было доставлено к нему не по почте, а со специальным курьером, который был убит агентами службы безопасности несколько минут спустя и этот курьер сделал всё, чтобы Лувана не схватили. Он, можно сказать, спас ему жизнь, пожертвовав собой. Вам не кажется, что такая самоотверженность не свойственна приспешникам Амала? Они скорее убьют напарника, лишь бы спасти свою собственную задницу. Нет, нам точно нужно повнимательнее приглядеться к монахам, но сначала мы постараемся сделать так, чтобы они сами себя проявили и уж потом будем делать выводы, хорошие они или плохие парни. Если хорошие, то мы с ними очень быстро подружимся, ну, а если нет, тогда, увы, ничего не попишешь, дружбы не будет. Ну, а теперь давайте, ребята, занимайтесь своим пациентом, приводите его в чувство и поскорее делайте магом-ядерщиком.

Кир ушел, а Иоланта, махнув рукой в её сторону, достала из магической книги фигурную склянку с голубой, светящейся жидкостью, побрызгала ею на профессора Аргуса и сердитым голосом прорычала:

– Я его когда-нибудь пришибу! Надо же какая цаца. Этого сыночка Труала сделай ему магом, а с остальными он ещё будет разбираться. Нет, я, конечно, зря на них тогда бочку катила, но теперь же всё выяснилось. Зачем тогда, спрашивается, устраивать этим монахам какие-то проверки на вшивость? Неужели нельзя взять, встретиться с кем-то из них и поговорить по душам?

Тетюр предостерегающе поднял руку, так как Луван Аргус, которого одели в лёгкие полотняные брюки бежевого цвета и белую тенниску, пошевелился и затем сел на кушетке. Посмотрев на магов, он напрягся и спросил тихим голосом:

– Кто вы такие? Где я?

Иоланта подошла поближе и сказала:

– Луван, мы посланники Труала и прибыли в твой мир, чтобы спасти всех вас. Ты был во власти слуг Омера и по их приказу построил огромную водородную бомбу, которая грозит уничтожить весь Гурвал. Наша задача не допустить этого и потому ты должен стать магом, точно таким же, каким был Труал.

Профессор пристально посмотрел на Иоланту и спросил:

– Почему я должен верить тебе, женщина?

– Ну, не веришь ей, тогда поверь мне. – Пожав плечами сказал ему с усмешкой Козмо и поинтересовался – Или мне ты тоже не веришь?

Луван Аргус зябко поёжился, хотя в магической мастерской было тепло, с опаской посмотрел на золотую магическую октограмму на каменном полу и со вздохом ответил:

– Двадцать лет назад я в это не поверил бы даже не смотря на то, что всегда чувствовал тепло и какие-то особые вибрации, исходящие от детей Труала, но после того, как стал рабом Регнера, служителя Омера, готов поверить во всё, что угодно. Что я должен сделать, чтобы помочь вам, братья.

– Прежде всего поверить в то, что я твоя сестра, антифеминист несчастный! – Снова сердито прорычала Иоланта – Один идиот всё ещё на верит в то, мастер Аструал наплодил на Гурвале своих деточек сверх всякой меры, другой и того хуже, вздумал тут поиграть в женоненавистника. Это чёрт знает что, а не миссия. Нет, я точно кому-нибудь сегодня сверну голову.

Козмо поцокал языком и прикрикнул на Иоланту:

– Уймись! Хватит с тебя и того, что ты отправила к Тартаботану того болвана. Хватит зверствовать, тем более, что ни Кир, ни этот бедолага ни в чём не виноваты, а от этих монахов, к твоему сведению, мы можем ждать чего угодно. Хотя все они маги по рождению и чтят старика, как своего отца, это вовсе не говорит о том, что они тут же примкнут к нам. Мы ничего не знаем ни о них, ни о том, какие планы они выстраивали всё это время, а потому успокойся и давай лучше приступим к делу, чем заниматься всякой ерундой. – Повернувшись к профессору, Козмо по инерции рыкнул и на него – Значит так, ядрёный физик, мы все трое Верховные маги Ароссы и входим в Первый круг, а это означает, что мы являемся его помощниками. Это – Он показал на Иоланту – Лана Молниеносная, она ещё и его рыцарь, я Козмо Неистовый, а это Риальдо Великолепный. Мы намерены посвятить тебя в Верховные маги прямо сейчас, чтобы ты после этого сел за компьютер и посмотрел на то, что построили на острове Сорант твои умелые ученички, такие же рабы Омера, каким был ты сам всего лишь полчаса назад. Тебе всё ясно, профессор кислых щей, или нам выйти, чтобы эта дикая кошка объяснила тебе это более доступным, хотя и крайне болезненным образом? Учти, нам с тобой валандаться некогда. Счёт пошел на дни и уже очень скоро Регнер запустит твой реактор на полную мощность и мы не знаем, что тогда произойдёт. Впрочем, мы догадываемся, что он тут же взорвётся к чёртовой матери.

Луван Аргус часто-часто закивал головой и, вдруг, спросил испуганным голосом:

– Что это за наука, кислые щи?

Маги громко расхохотались и Ио, обворожительно улыбнувшись этому высокому, красивому парню с роскошными смоляными кудрями, густыми бровями и тёмно-серыми, почти синими глазами сказала:

– Луван, кислые щи не наука. Это такое блюдо из овоща с множеством листьев. Кислое и невкусное. Так там, откуда Козмо родом, обзывают ученых, если хотят их уязвить.

– А, понятно. – Смеясь сказал Луван Аргус – Тогда это то же самое, что профессор солёных кнотерсов. Но может быть вы всё-таки скажете мне, как вы будете учить меня магии? Говорят, что у меня быстрый ум и просто феноменальная память. Думаю, что азы магии я смогу изучить за неделю или две, максимум.

Ио снова улыбнулась и сказала:

– Луван, дня через два-три или чуть-чуть больше ты выйдешь из нашей магической мастерской Верховным магом. С этим не будет никакой задержки, лишь бы ты успел во всём разобраться потом. Видишь ли, дружок, магом я могу сделать любого осла за два дня, но ни один профессор не сделает меня ученым-ядерщиком и за год, хотя никто не отважится назвать меня дурой.

Учителями Лувана Аргуса решили стать сразу все три мага и потому Киру пришлось самостоятельно заняться разведкой, когда "Немезида II" долетела до острова Сорант. Он не только подвесил её прямо над гигантским стальным куполом термоядерного реактора, но ещё и зацепился за него магическими якорями-липучками. Первым дело рыцарь-разведчик решил ознакомиться с тем воинским контингентом, который охранял остров. Он облачился в боескафандр и спрыгнул вниз с таким видом, словно собрался к тёще на блины. Остров был довольно большим, размером с Крым, не меньше, а сам термоядерный реактор был по площади больше Москва и один только его центральный корпус-купол имел диаметр под десять километров. На острове Кир насчитал десятка три военных аэродромов и целых семь портов, в которых стояли на якорной стоянке даже линкоры.

Ещё сотни три кораблей патрулировали морские просторы вокруг острова и среди них Кир насчитал семь авианосцев, видимо, по числу стран участниц проекта. Охранялся остров очень серьёзно и был набит войсками по самое некуда, вплоть до танковых частей и мобильных ракетных комплексов. Вот только службу солдаты несли по разному и большинство из них с упоением валили дурака самым разнообразным образом. Повсюду Кир увидел множество спортивных площадок, бассейнов, кинотеатров и прочих мест для развлечения. По сути дела службу несли только солдаты облачённые в наглухо застёгнутые, не смотря на жару, мундиры светло-песочного цвета и это были, как это ни странно, как раз именно солдаты-монахи.

Монахи-труалисты не маршировали на плацах, но они с каким-то маниакальным упорством забирались в самолёты, стоявшие с уже прогретыми двигателями и покидали их, искренне радуясь тому, что уложились вовремя. Разворачивали полевые орудия к бою, спускались в водолазных костюмах под воду, тысячами расстреливали патроны на стрельбище и вдобавок ко всему ещё и несли службу по охране острова и прилегающей к нему акватории. На своих коллег они не обращали никакого внимания и, похоже, относились к ним с некоторым презрением. Уже одним только этим труалисты вызвали у Кира искреннее уважение, а остров Сорант напомнил ему Каспервилль, в котором он проводил ровно неделю, всякий раз, посещая Ильмин и не в качестве гостя, а упорно тренируясь и бегая по полосе препятствий. Маг Козмо, когда бывал там вместе с ним, тоже бегал полосу, хотя и позволял себе манкировать тренировками, да, они этому монстру, единственными спарринг партнёрами которого были драконы, оборачивающиеся по такому поводу людьми, были не нужны.

Когда в портал прохода не смог пройти Атилла, Кир не очень-то расстроился. Козмо вполне мог заменить собой дракона, если не брать во внимание то обстоятельство, что из своей пасти во время боя он извергал не пламя, а отборнейший мат. Его небесный брат, в принципе, мог бы пройти в портал, но только в том случае, если бы Атилла принял человеческий облик, чего он очень не любил, так как был королём синих ильмианских драконов, хотя королём весьма странным, без дворца, свиты и всех прочих регалий, включая скипетр, державу и корону, которые он как-то раз съел под пиво. Тем не менее Атилла был королём и император Роджер даже как-то умудрялся заставлять его посещать заседания государственного совета, когда тот появлялся на Ильмине. За эти несколько месяцев Кир соскучился по своему синему другу, да, и всем остальным его магам-помощникам, явно, не хватало его присутствия. Да, оно и понятно, они прошли вместе через столько миссий и на тебе, на Гурвал его не пустили.

Представив себе, как ревёт сейчас на Ильмине Атилла, Кир грустно улыбнулся. Они находятся здесь уже столько времени, а обиженный рёв дракона всё ещё длится, ведь там прошло всего лишь каких-то несколько секунд или в лучшем случае минута. Вспомнив об этом, рыцарь и сам зарычал от злости и мысленно пообещал себе, что накостыляет дракону по шее тотчас, как только они встретятся, чтобы в следующий раз прежде, чем лезть в портал прохода, он принимал человеческий облик. Хотя в человеческом облике ему пришлось бы находиться всё это время, лишняя пара рук им бы точно не помешала. С такими мыслями, проведя в полёте над островом чуть более трёх суток, Кир вернулся на "Немезиду II", так как получил сигнал от Козмо.

Лететь ему пришлось издалека, от авианосца называющегося коротко и ясно "Труал", с которого чуть ли не каждые две минуты взлетали самолёты. Монахи-труалисты относились к приказу своего начальства очень серьёзно, чем и нравились ему всё больше и больше, хотя Кир ещё и не знал, какой приказ относительно него они получат позднее. Даже не снимая с себя боескафандра он вошел в магическую мастерскую. Там с шампанским в руках рыцаря ждала супруга и два его самых лучших друга, Тетюр и Козмо. Новоявленный Верховный маг был мокрым от шампанского, смущённый и радостный одновременно. Глядя на сияющего Тетюра, Кир сразу понял, профессор Аргус выбрал в качестве инструмента кристаллы. Протягивая ему руку, он сказал:

– Господин профессор, поздравляю вас с тем, что вы стали ещё одним магом света. Это очень нужная и полезная магия. Какое имя вам дали эти бездельники?

Луван Аргус крепко сжал руку рыцаря и воскликнул:

– Я Арко, сэр Кир! Пока что просто маг-воитель Арко, но я обязательно добуду себе какое-нибудь почётное прозвище в магической науке. – Громко рассмеявшись, он добавил – Профессором кислых щей я быть не желаю.

Кир выпил вместе со всеми шампанского, после чего сказал:

– Лана, накрой на стол, а мы пока зайдём в зал созерцаний, я три дня не вылезал из боескафандра и от меня несёт, как от козла.

Оба его мага-помощника закивали головами и они все вчетвером зашли в просторную комнату с полами белого мрамора, в центре которого прямо из пола рос небольшой карликовый клён, в ветвях которого весело посвистывали щеглы. Кир снял с себя боескафандр, засунул его в свою книгу рыцаря, достал из неё джинсы, майку и кроссовки. Пока он переодевался, магия этой комнаты быстро очистила их тела, побрила всех четверых и даже привела в порядок причёски. Точно такой же зал созерцаний имелся и у Иоланты, а потому той не пришлось принимать душ или ванну после трёхсуточного бдения над профессором Аргусом. Поэтому пока мужчины беседовали, слушая чириканье щеглов, она успела накрыть на стол.

Глава третья.

Командующий тогонийским отрядом коалиционных войск охраны термоядерного реактора на острове Сорант старший хранитель заветов Кен Мартенс никогда не покидал помещения центрального поста. Он как заступил на своё дежурство пять месяцев назад, так за это время ни разу и не вышел из бункера на поверхность, где мог бы посетить кинотеатр, посидеть вместе с другими офицерами в ресторане или приударить за красотками, одетыми в офицерские мундиры, поиграть, в конце-концов, в какие-нибудь игры. Вместо этого он нёс службу так, словно с минуты на минуту ожидал нападения на остров врага и в те часы, когда на вахту заступал один из его заместителей, который усаживался в жесткое кресло перед главным экраном наблюдения, просто перемещался к малому вспомогательному экрану. Из зала наблюдения он выходил только для того, чтобы поспать семь часов на узенькой кушетке, да, принять душ и сходить в туалет. При этом его лицо всегда было свежим, а улыбка жизнерадостной.

До пуска реактора оставалось всего десять дней и поэтому он удвоил все караулы, хотя на каждом посту и без того хватало людей, ведь охрану острова несли войска сразу семи стран, а потому каждый пост наблюдения, каждое оборонительное сооружение было продублировано ровно семь раз, что, однако, не доставляло никому никаких неудобств. Солдаты и офицеры шести военных отрядов хотя и относились к своим обязанностям должным образом, давно уже сдружились друг с другом и всё своё свободное время предавались играм и весёлым забавам. Все кроме тогонийцев, которые поголовно были монахами-труалистами. Вот они-то как раз никогда не отдыхали и то и дело устраивали учения, то отражая нападение с воздуха, то с моря, а то и вовсе имитировали нападение из-под земли.

Монахи-солдаты вели себя так уже не один десяток лет и потому их попросту считали сумасшедшими, а к тому, что помимо дотов они натащили на остров ещё и танков, все относились с неприязнью. На острове и так из-за реактора со всеми его вспомогательными сооружениями было не так уж много места, а тут ещё эти танки, из-за которых на нём теперь и вовсе было не развернуться. Всем давно было ясно, что никто не собирается нападать на остров и устраивать каких-либо диверсий, но монахи доводили своих коллег до бешенства подозрительностью и требованиями постоянно повышать боеготовность войск. Кен Мартенс тяготился соседством с этими болванами и в последние дни до предела ужесточил режим безопасности. Его лётчики уже несколько раз вылетали на перехват морских целей, которые оказывались всего лишь прогулочными кораблями с туристами на борту и выставляли их из двухсоткилометрой зоны безопасности самым грубым и бесцеремонным образом.

Именно потому, что солдаты Кена Мартенса несли службу подобным образом, его операторы первыми обнаружили одиночную надводную цель и сыграли сигнал тревоги. В воздух немедленно были подняты самолёты и вскоре стало ясно, что к острову на полной скорости несётся квантаррийское грузовое судно на воздушной подушке из числа тех, которые доставляли на остров различное тяжелое оборудование. Капитан судна тотчас вышел в эфир и связался с главным командным постом:

– "Королева Изамур" вызывает командный пост Соранта. Ребята, ответьте "Королеве Изамур".

На связь с судном вышел квантаррийский коллега Кена Мартенса, полковник Акир, который добродушно откликнулся:

– Покки, старый бродяга, какого дьявола тебе здесь надо? Мы ждём гостей только через неделю.

– Жаинт, – Отозвался капитан судна Поктус Рафер – Ты же знаешь, моё дело маленькое, мне приказали принять груз на борт и доставить его на остров вместе с группой учёных-ядерщиков, вот я и надул немедленно воздуха под днище.

Полковник Жаинт Акир тотчас строгим голосом поинтересовался у капитана громадного грузовика на воздушной подушке:

– Что ещё за груз Покки?

– Ну, ты об этом лучше спроси главного инженера проекта, он сейчас находится в рубке и всё тебе объяснит. – Откликнулся капитан и махнул кому-то рукой.

Главный инженер немедленно подошел к видеофону и сказал, обращаясь сразу ко всем офицерам:

– Господа, вчера вечером мы договорились с руководителями всех семи государств о том, что нам нужно срочно установить в реакторном зале дополнительное оборудование контроля и слежения. Все необходимые документы у нас имеются и я предъявлю их тотчас, как только мы прибудем в порт.

– Вы не прибудете в порт, господин главный инженер, так как "Королева Изамур" немедленно развернётся и ляжет на обратный курс. – Вмешался в разговор Кен Мартенс и добавил – В том случае, если вы продолжите свой путь, мои лётчики потопят судно. Вы ни единым словом не обмолвились о том, что ваши действия согласованы с главным хранителем ордена Труала, а потому они незаконны и я не допущу вас на остров. К тому же реакторный зал был опечатан ещё год назад, когда последняя комиссия убедилась в том, что всё готово к пуску. Вам здесь нечего делать, господин главный инженер. Убирайтесь прочь.

Главный инженер покрылся красными пятнами и закричал:

– Но, любезнейший, у меня на руках приказ подписанный моим императором и ещё шестью правителями, в том числе и президентом вашей Тогонии.

– А мне плевать на то, что вы держите в руках! – Рявкнул в ответ старший хранитель Мартенс – Вы сможете попасть на этот остров только через неделю, да, и то лишь в том случае, если вас возьмут на борт правительственного корабля. Но и тогда я не разрешу вносить в реакторный зал никакого нового оборудования, даже если мне прикажет это сделать сам главный хранитель Давер Николс. Оно будет установлено только после того, как будут соблюдены все соответствующие процедуры и вам это прекрасно известно. Так что поскорее разворачиваете своё корыто и немедленно убирайтесь прочь, пока мои мальчики не разнесли его в клочья ракетами. Ни одно судно не может приблизиться к острову, пока его охраняет орден Труала.

К видеотелефону прорвался какой-то военный в генеральском мундире и заорал на Кена Мартенса:

– Ну, уж нет, негодяй! Мой император приказал мне оснастить реактор дополнительным оборудованием контроля и я это сделаю во что бы то ни стало. Полковник Акир, арестуйте этого зарвавшегося святошу и обеспечьте мне возможность беспрепятственно войти в порт.

Кен Мартенс, не напрягая голоса приказал:

– Красная опасность. Приказываю всем солдатам либо исполнить свой долг, либо сложить оружие. Всеобщая тревога, мы подверглись нападению с моря. Наблюдаю множественные цели. Вперёд мои мальчики, Труал никогда не обещал вам, что вы будете жить в этом мире вечно. Центр, вызываю корпус авиационной поддержки. Братья, поднимайте в воздух тяжелые ракетоносцы и бомбардировщики, Тогония не зря заплатила за них такую прорву денег.

На обзорном экране действительно появилось добрых три с половиной десятка целей, которые стремительно мчались к острову Сорант и тотчас одна за другой в сторону врага тотчас полетели противокорабельные ракеты, а первое звено самолётов-штурмовиков, которые взлетели с авианосца "Труал", в стремительном пике стало атаковать громадное судно на воздушной подушке, которое до этого самого мгновения прикидывалось гражданской посудиной, а теперь ощетинилось множеством скорострельных пушек и произвело пуски зенитных ракет. Сразу три самолёта вспыхнули, словно факелы, но от цели не отвернул ни один из них. Правда, ни один так и не достиг цели, – этого здоровенного корабля, который, вдруг, завертелся на одном месте. Это Козмо, взяв его на абордаж, вырубил всех, кто находился в ходовой рубке и теперь методично, но очень быстро обходил все помещения, так как просто проламывал переборки ударами кулака и моментально укладывал на палубу всех, кто только попадался ему на пути и не поднимал руки вверх.

Тем временем Лана по очереди выдернула из пылающих пламенем штурмовиков лётчиков и погрузила их на борт небольшого флайера, летевшего с открытыми бомболюками, без какого-либо боезапаса. Второй флайер пилотировал Кир, в задачу которого входило остановить другие суда на воздушной подушке и экранолёты, на борту которых находилась целая армия. Бывший профессор Луван Аргус деловито уселся на какой-то железяке под стальным куполом термоядерного реактора и запустил вокруг него целую стаю магических кристаллов, которые дымили, словно древние китайские пороховые ракеты. Хотя маг Арко и был магом света, от дыма он тоже не отказался. В задачу Тетюра входило переговорить с Кеном Мартенсом и убедить его в том, что они ему не враги. Маг ради этого пошел даже на то, что проник в бункер командующего тогонийским отрядом будучи одетым в рубашку с коротким рукавом, шорты и пляжные тапочки. Он встал позади пульта перед большим экраном и, сняв с себя вуаль забвения, привлёк его внимание следующими словами:

– Кен, выслушай меня. Я тебе не враг, поверь. Дай мне всего три минуты, и я тебе всё объясню, парень.

Как это не удивительно, но старший хранитель, мгновенно встав по стойке смирно, тотчас радостно улыбнулся и, схватив микрофон, громко воскликнул:

– Ребята, Труал вернулся! Он сейчас стоит прямо передо мной. Ну, так веселее же идите в бой, мои мальчики, задайте всем этим нечестивцам жару! Сам Труал смотрит сейчас на вас!

Тетюр обернулся и посмотрел через плечо на обзорный экран. Судя по всему кроме квантаррийцев, которые пытались оказать сопротивление тогонийцам, им противостояли только отдельные группки других вояк, но монахи мигом сломили их сопротивление. К тому же у них было очень много сторонников и помощников. Глядя на это, он плавно взмыл в воздух, перелетел через пульт и, положив руку на плечо Кена Мартенса, громко сказал в микрофон:

– Господа, вы только что предотвратили катастрофу планетарного масштаба. Квантаррийские учёные, чьё сознание было подавлено тёмным лордом Регнером, построили на этом острове огромную термоядерную бомбу, но мы истинные слуги Ароссы и братья Труала, сейчас всё исправим. Если у кого-либо моё заявление вызвало интерес, то он может подойти к экранам наблюдения за реакторным залом и посмотреть на то, как маг Арко превращает эту хреновину в магический источник энергии. Мы, маги Ароссы, сейчас тоже к нему присоединимся. – Похлопав старшего хранителя по плечу ещё раз, Тетюр добавил – Парень, я тороплюсь, но к тебе сейчас явится наш командир, рыцарь Ароссы, которого мы зовём Мастером Миров. Готовься к большой войне, старина, ты предотвратил взрыв планеты, но не снял угрозу её уничтожения окончательно. Наша работа только начинается.

Тетюр открыл портал прохода и вошел в реакторный зал, где к магу Арко уже присоединились Лана и Козмо. Вчетвером они начали творить такую мощную магию, что весь зал тотчас залило ослепительными потоками света и разноцветные струи воды, бьющие сверху, переплетались толстыми струями цветного дыма. Кен Мартенс смотрел на это краем глаза, всё его внимание было приковано к главному обзорному экрану. К острову Сорант уже летели самолёты его братьев, но им на перехват вылетели квантаррийские истребители, с которыми уже вступили в бой республиканские пилоты. Над Срединным морем начал медленно раскручиваться маховик большой войны, но поскольку эффект от той работы, которую начали четыре мага, был гораздо больше их скромных сил, он очень скоро остановился, так как над островом сначала появилось золотистое свечение, затем в небо ударил яркий поток золотого света, который взметнулся выше стратосферы, достиг суточной орбиты и стал быстро окутывать всю планету, закрывая собой даже самые яркие звёзды на её ночной стороне, а затем простёрся ещё дальше, охватывая собой, кроме всего, орбиты обеих лун Гурвала.

К тому же всё то, что творилось в реакторном зале, почему-то стали транслировать все спутники Гурвала и миллиарды людей видели, как трое мужчин и одна женщина прямо у них на глазах превращают термоядерный реактор во что-то золотистое и похожее по своей форме на гигантскую друзу кристаллов горного хрусталя или топаза. Через каких-то полчаса всё было закончено и теперь термоядерный реактор, диаметр которого составлял почти восемь километров, не смогли бы узнать даже его строители, не говоря уже о проектировщиках. Кир, проникший под шумок на командный пункт, указав на термоядерный реактор пальцем, с улыбкой сказал Кену Мартенсу:

– Всё, парень, твоя вахта окончена. Теперь эту штуковину уже не нужно охранять. Никаким лордам тьмы реактор уже не удастся взорвать. Так что командуй отбой и давай рвать с этого острова когти. Мы свою работу сделали, вы тоже, и хотя никакого торжественного пуска не было, энергетики могут нажать на кнопки и подать электроэнергию на фидеры. Теперь вам её будет просто некуда девать.

– И всё же я никак не пойму, кто из вас двоих Труал? – Глядя на Кира без малейшего стеснения и робости, спросил его Кен.

Рыцарь, одетый в камуфляж, сдвинув голубой берет на лоб почесал коротко стриженный затылок и ответил насмешливым голосом:

– Да, никто, Кен. А если ты думаешь, что тот парень, который проповедовал в твоём мире полторы тысячи лет назад, действительно был Труалом, то ты ошибаешься, это был никто иной, как Аросса собственной персоной, мой непосредственный начальник. Он у нас любит такие фокусы устраивать. Чёрт возьми, а я ведь поначалу считал вас всех слугами Омера. Чуть было охоту на вас не начал. Хорошо, что профессор Аргус оказался одним из детей Труала и это всё нам объяснило. Мы ведь тут уже несколько месяцев торчим, а за вами целый месяц приглядывали и всё ждали, какой трюк выкинет Регнер. Ладно, старина, давай быстро сматываться отсюда. В Тогонии вы порядок-то навели, зато в других странах теперь такое начнётся, что не приведи Господь и я только рад, что вы разбросали по всему Гурвалу так много шонса. Возможно, что только с вашей помощью мы сможем спасти этот мир, но ты не надейся, что он останется прежним.

Вот теперь Кена Мартенса проняло по-настоящему и он, зябко поёжившись, робким голосом спросил:

– Что же теперь будет с моей планетой?

Кир усмехнулся и сказал в ответ:

– Если не считать того, что теперь она исчезла в материальной Вселенной и перенеслась в сферу Астриума, то ничего страшного. Ну, если не считать того, что в космос вы теперь летать уже не сможете. На Гурвале, благодаря тому, что вы столько лет разбрасывали шонс Труала, теперь полным полно магов и мои помощники просто передадут вам свои знания, ну, а что касается вашей дальнейшей судьбы, то она зависит только от того, как быстро мы сумеем разыскать оставшихся на свободе одиннадцать лордов тьмы. Одного мы в плен уже взяли, но я, честно говоря, боюсь, это нам мало что даст. Послушай, Кен, мне действительно нужно как можно скорее попасть в Сескорун, поэтому быстро дай своим ребятам команду к отступлению. Разве тебе ещё не надоело уродоваться на этом острове? Оружие и всякую там прочую тяжелую технику как-нибудь вывезут гражданские, а мне сейчас нужны все надёжные люди, то сесть монахи-солдаты.

Бросив на острове всю технику и тяжелое вооружение, монахи покинули его так стремительно, словно их оттуда выбили превосходящие силы врага. Транспортных самолётов для всех не хватило и потому около трёхсот человек штабных работников приняла на свой борт "Немезида II", а Кена Мартенса пригласили в пилотскую кабину. Старший хранитель вошел в пилотскую рубку, сел в кресло, откинулся на спинку и немедленно заснул, на что тотчас отреагировал Тетюр:

– Да, нам нужно было предложить этому парню лететь домой в чьей-либо каюте, там бы он хоть поспал на золотой постельке, достойной самого Ароссы, а так бедняга будет уродоваться в кресле до самого Сескоруна.

– Ничего, Кен солдат и ему не привыкать. – Спокойно сказал Кир и, подумав немного, поинтересовался – Хотел бы я теперь знать, чем ещё нас обрадует орден Труала.

Как Кир это и предполагал, никакой информации кроме той, которая относилась к деятельности самого Регнера, магу Козмо из него вытянуть не удалось. У этого лорда тьмы было в Квантарре всего несколько тысяч помощников и они не представляли из себя очень уж большой опасности, да, и сам он был, по его собственному мнению, самым слабым чёрным магом и неудачливым слугой Амала. Мечтая возвыситься, он постоянно подвергался насмешкам со стороны своих коллег по чёрному ремеслу и завидовал их силе и могуществу, но, увы, с того момента, как они вошли в этот мир, он не встречался ни с кем ни разу и даже не знал, где они теперь находятся и чем именно занимаются. Немного подумав над докладом Козмо, Кир сказал:

– Похоже, что лорды тьмы действуют независимо друг от друга и в дальнейшем нам нужно будет реагировать на каждую мелочь. Они, явно, не дураки и теперь попрячутся в щели и будут медленно отравлять своим ядом этот мир. Никаких амулетов Амала мы здесь не найдём, но они и сами по себе, словно амулеты, или какие-нибудь ещё более опасные артефакты этого упыря, а потому каждый день будем сталкиваться с их вредительской деятельностью. Взрывы, поджоги, убийства и отравления, вот чем они будут заниматься. Причём будут стремиться к тому, чтобы масштабы терактов были огромными, а последствия просто чудовищными. Они находились здесь достаточно долго, чтобы обзавестись сторонниками. Вряд ли это будет такая же мощная армия сил зла, как когда-то на Ильмине или в других мирах, где нам приходилось сталкиваться с нечистью размножившейся в больших количествах но учитывая технологическое развитие этого мира, они способна сначала превратить жизнь людей в сплошной кошмар, а потом и вовсе уничтожить этот мир. Так что мы застрянем здесь надолго, если не будем шевелиться. Поэтому наша первая задача, это как можно скорее превратить хотя бы несколько сотен монахов в магов, чтобы запустить процесс почкования в геометрической прогрессии. Уповать на то, что они сделают за нас всю работу, мы, естественно, не можем, но помочь они нам смогут.

Через пару часов они были в Сэскоруне и началось как раз то, чего Кир боялся более всего. На площади перед самым главным дворцом-храмом Труала их встретила огромная толпа попов всех мастей и калибров, не очень большое число монахов в чёрных рясах и уж совсем небольшое количество солдат, а тех, кого они привезли с собой на "Немезиде II" сразу же от них оттёрли и они растворились в огромной толпе бесследно. Запел хор, прославляя Ароссу и его пророка Труала, заиграли оркестры, посыпались с вертолётов цветы и Киру тотчас захотелось, как минимум, открыть по ним огонь из крупнокалиберного пулемёта Стоуна, а ещё лучше посшибать их мощными энергетическими ударами, да, только пилоты ведь были ни в чём не виноваты. Им на шеи повесили гирлянды из цветов, облили какими-то благовониями, взяли под руки и повели, словно каких-то жертвенных животных, во дворец к алтарю или чёрт знает ещё какому-то приспособлению, точнее здоровенному трону, стоящему в центре огромного круглого зала с синим, в золотых звёздах, куполом.

Кир пристально оглядел людей, собравшихся этим погожим днём в зале, украшенном какими-то символами труалистов, и недовольно поморщился. Его недовольство было вызвано тем, что за три с лишним часа он выслушал в свой адрес и в адрес своих магов-помощников невесть сколько пустых, ничего не значащих фраз хвалебного характера и среди этого пустого славословия никто так и не удосужился высказать вслух хоть одну здравую мысль или хотя бы задать вопрос. Он уже хорошо знал о том, что все труалисты без исключения обладали какой-то сверхъестественной способностью узнавать друг друга, а также магов и людей, равных им по своим способностям, то есть призванных рыцарей Мастера Миров, а потому ни ему, ни его друзьям уже не было необходимости что-либо доказывать.

Его раздражение было вызвано только тем, что эти типы, верховные иерархи ордена Труала, считали, будто они наконец дождались своего звёздного часа и теперь во всём мире тотчас наступит эра всеобщего благоденствия. Знак, дескать, был подан и всё, о чём они мечтали и во что верили сбудется в самые ближайшие часы или дни. Ещё раз обведя взглядом зал, в котором собралось человек двести, Кир, одетый в свой потрёпанный камуфляж, встал с трона, широко расправил плечи, набрал полную грудь воздуха и сурово рявкнул:

– Ну, всё, вы меня достали, козлы спесивые! Сейчас я начну вас приводить в чувство! Ты! – Палец Кира нацелился на главного хранителя заветов ордена Труала – Быстро на полусогнутых ко мне! Отвечай, засранец, с чего это ты, вдруг, решил, что Мастер Миров тебе чем-то обязан? – Достав из кармана золотого Стечкина, он прицелился точно в лоб Давера Николса и поинтересовался строгим тоном – Неужели ты действительно думаешь, что хоть чем-то заслужил уважение мастера Аструала, создавшего эту Вселенную? Какое ты имеешь право требовать от него лично себе каких-то там благ и кренделей с мёдом?

Давер Николс смело посмотрел в глаза Кира и ответил ему совершенно спокойным голосом:

– Сэр Кир, ты можешь лишить меня жизни в этом мире, но не лишишь вечного блаженства в раю Ароссы.

От таких слов, сказанных столь уверенным тоном, рука Кира, держащая пистолет, опустилась сама собой. Громко выматерившись и сплюнув, он спустился с возвышения, на котором стояло его кресло и, выйдя на середину, ухватил Давера Николса магическим захватом и подтащил к себе, после чего приказал своим магам-помощникам:

– Козмо, открой портал прохода на свою Сковородку, а ты, Тетюр, срочно вызови Тартаботана. Лана, немедленно притащи сюда Регнера, от него мы всё равно уже ничего не добьёмся, так пусть уж напоследок послужит благому делу, поможет перевоспитать этих кретинов.

Маг Козмо справился со своей задачей в считанные секунды, Лана тоже притащила Регнера, заключенного в хрустальный сосуд, минуты через полторы, а вот Тетюру пришлось повозиться. Тартаботан, поначалу, никак не хотел являться на смотря на все его призывы, но потом, когда чёрного мага, наконец, извлекли из его магического узилища, явился. Потолок, ярко освещённый люстрами, скрылся во мраке, затем в нём появилась голубая точка, которая быстро выросла и все увидели ужасного человекодракона, который опустил голову вниз и широко распахнул свою пасть, чтобы проглотить Регнера, но Тетюр попридержал это визжащее от ужаса ничтожество за шиворот, а Кир снова спросил Давера Николса:

– Так в какой ад тебя отправить, придурок, в ад самого Мастера Миров или в ад мастера Аботана, его судьи над силами зла? Это будет расценено моим боссом, как проступок и мне, как всегда, придётся вытерпеть десять ударов плетью за это, но может быть тогда твои приспешники образумятся и захотят меня выслушать. – Повернувшись к Тетюру, он прикрикнул – Да, отдай ты, наконец, эту сволочь Тартаботану. Он меня уже достал своими воплями так, что дальше уже некуда.

Тетюр дал Регнеру хорошего пинка под зад и Тартаботан мигом обвил его своим длинным языком и отправил в своё огненное брюхо. Из глотки человекодракона всё это время полыхало жаром и доносились истошные вопли, от которых монахи корчились так, словно пытали их самих. Несколько десятков живописно одетых серебряных иксинов, сгрудившихся в портале, вели себя довольно спокойно, да, и грешники там орали не так громко, как в брюхе Тартаботана, но они выглядели куда реальнее, чем он. Кир сурово сдвинул брови и снова спросил главного хранителя, которого всего так и затрясло от страха:

– Ну, что, может быть мы перейдём от болтовни к делу?

– Д-д-да, сэр Кир, – Стуча зубами пробормотал тот и Кир жестом велел магам убрать оба средства устрашения, после чего сказал спокойным голосом:

– Ты, наверное, думаешь, что я блефовал, старик, но ты очень сильно ошибаешься. Спасая твой мир, я без малейшего сожаления отправлю в ад на вечные мучения не только тебя, но и всех твоих болванов, которые вздумали тут спорить и пререкаться со мной. А теперь быстро сядь на своё место и внимательно выслушай меня, наконец.

Маг Козмо положил руку на плечо Кира и сказал:

– Знаешь что, Кир, тебе лучше тоже сесть и послушать, что я скажу. – Повернувшись лицом к монахам и попам он громким голосом воскликнул – Ну, что, вам достаточно этих доказательств? Запомните, ребята, никто из нас не является Труалом и мы никакие не посланники. Мы команда чистильщиков, которая пришла в ваш мир только за тем, чтобы найти в нём двенадцать лордов тьмы, перед которыми поставлена задача уничтожить Гурвал. Одного лорда мы уже поймали, но это был самый ничтожный чёрный маг, который нам когда-либо только попадался. Для того, чтобы выполнить эту работу, нам придётся здорово попотеть, а от вас мы, естественно, ждём конкретной помощи. Вы все рождены не простыми людьми, а магами, так как вы действительно дети Труала, а точнее Мастера Миров, которому одному ведомы все наши судьбы. Поскольку он уже перенёс ваш мир в сферу Астриума, то всем вам теперь суждено стать не кем-либо, а Верховными магами Мастера Миров, а это как раз и есть его самая высшая награда, но вместе с тем это ещё и особая ответственность. Поэтому с этой минуты больше никаких вопросов. Сейчас вы все отправитесь вместе с нами в какое-нибудь надежное убежище и там выпьете тот напиток, который каждый из нас приготовит для вас, а ещё каждый из вас получит от нас книгу магических знаний. Таким образом мы передадим вам все свои знания. В среднем эта процедура длится от двух до трёх суток, а потом уже вы сами даруете эти знания своим будущим ученикам. Вы всё поняли, уважаемые?

Монахи, наконец, молча кивнули головами и действительно не стали задавать никаких вопросов, а их главарь робко сказал:

– Э, сэр Кир, в подземелье этого храма есть довольно большое помещение, в котором мы все сможем поместится. Веди нас.

Кир посмотрел на него, как на идиота, и спросил:

– А я-то тут причём? Парень, я рыцарь Мастера Миров, хотя и маг немножко. Так что это не моё дело, передавать вам магические знания. Мои знания, старина, мне так просто вам не удастся передать. Они даются всем рыцарям потом, кровью и немалыми страданиями.

Монахи быстро разбились на четыре группы и под конвоем магов нестройной толпой пошли к выходу, а Кир облегчённо вздохнул и вытер пот со лба. Теперь, когда им удалось сломить упорное сопротивление монахов и попов, ему можно было немного передохнуть. На то, что они всё поняли, у него не было особых надежд. Тут важным было другое, начать процесс передачи магических знаний, а уж вместе с ними ко вновь обращённым магам придут и ответственность, и мудрость, и забота о благополучии своего мира, ведь все они будут не магами полукровками, а магами Первого круга, магами Мастера Миров.

Тем временем маги, загнав своих учеников в здоровенное подвальное помещение круглой формы, были поражены тем обстоятельством, что в самом его центре на каменном полу была выложена магическая пентаграмма, а по кругу вдоль всей стены шла широкая полка белого мрамора, на которой стояли так называемые реликвии храма Труала – друзы кристаллов и необработанные драгоценные камни, золотые самородки и слитки серебра, бивни каких-то местных животных и их зубы, хрустальные графины с водой и кусочки дерева. Всё это прямо указывало на то, что Труал, повелевший строить храмы по единому проекту и заполнять их подвалы таким образом, знал, что рано или поздно этот мир войдёт в золотую сферу. Маг Козмо первым вытащил из кармана круглый столик со столешницей из лазурита, поставил его в центре подземного зала и сказал:

– Ребята, после того, как высшие силы проверят вас на вшивость, вы сотворите себе из этих реликвий Труала магические инструменты. Я маг дыма, Лана маг воды, Риальдо Великолепный маг света, а Арко маг золотого сияния и цветных дымов, в общем тоже маг света, как и Риальдо, но вместе с тем ещё и маг дыма одновременно, и сам чёрт не знает, какими магами станете вы.

Давер Николс шепотом поинтересовался:

– Мастер Козмо, простите, но вы снова помянули нечистого. Вы не боитесь, что это разрушит то божественное преображение, о котором говорит пророчество Труала?

Из того, о чём три с лишним часа талдычили монахи и попы, Козмо понял, что Труал прежде, чем отойти в лучший мир, сказал, что пройдут годы и он вернётся и принесёт благую весть о преображении мира, созданного Ароссой. В преображенном мире людей ждали одни только пироги с кренделями и всякие другие радости. Поэтому эти ребята, сразу же опознав в них если не самого Труала, то уж точно его детей, категорически отказывались верить в то, что вслед за преображением последуют крупные неприятности. Они наотрез отказывались поверить и в то, что теперь им придётся трудится вдвое больше против прежнего и быть в ответе уже не за одну Тогонию, а за весь мир, да, к тому же навсегда забыть о Труале, так как само слово труал в переводе с древнеулерского языка, на котором были написаны священные золотые свитки, означает ничто иное, как творящий чудо, то есть самый обыкновенный маг. Сейчас Давер снова заговорил о пророчестве, преображении и о том, что оно может быть разрушено. Стараясь говорить спокойно, Козмо вежливо поинтересовался:

– Давер, если тебе случится взять в руки молоток и забить гвоздь в доску, кого ты вспомнишь первым, когда саданёшь не по гвоздю, а по пальцу? Чёрта или всё-таки Труала? Когда мы жили в этом городе и собирали информацию, мне более всего запомнилось то, как вы, монахи и попы-труалисты, обжирались, пили, словно сапожники, бегали за бабами, дрались и матерились, как пьяные извозчики, а сейчас, вдруг, вы все стали паиньками. Брось, старик, Мастер Миров, когда собачится со мной, тоже не церемонится и порой обкладывает меня таким матом, что моему рыцарю дурно делается. Это он с ним вечно беседует о чём-то возвышенном, а разговаривая с нами, его магами, слов особенно не выбирает, так с чего это я должен сдерживаться в разговоре с тобой? Ладно, хватит меня доставать, а не то я приму меры. Нам нужно ещё для вас магические книги своей кровью написать.

Маги вывалили на столики стопки крашеных кож, листы пергамента самой лучшей выделки и принялись быстро превращать их в магические корочки. При этом когда они взмахивали руками, в воздухе над столиками появлялись тёмно-красные облачка. Когда с этим было покончено, они жестами стали приглашать к себе неофитов и стали с поклоном вручать им магические книги. Вручив последнюю свою книгу, Козмо достал большой круглый, синий ковёр с изображением магической пентаграммы, постелил его на полу в центре, после чего они уже вчетвером стали выдавать своим ученикам коврики, чтобы им не пришлось мучиться на каменных плитах и только после того, как все они расселись, маги принялись вручать им золотые кубки с магическим напитком, а когда ученики выпили его, сели в круг на круглом ковре и взялись за руки. Таинство началось.

Когда Кир выпроводил церковное начальство из зала, он обессилено сел в кресло и схватился руками за голову. За все десять лет работы на Мастера Миров он ещё ни разу не попадал в такую идиотскую ситуацию. Ему на голову свалилась планета с населением свыше девяти миллиардов человек, до этого дня вполне благополучная, населённая образованными людьми и управляемая адекватными правителями, если не считать Квантарру, всё на ней шло просто замечательно и, вдруг, на тебе, он отправляет этот мир чуть ли не в эпоху средневековья, не только внося в него магию и перенеся в золотую сферу Астриума, но при этом не вводя в Золотой круг и всё только потому, что эти идиоты создали такой термоядерный реактор, что он мог со временем взорваться и без каких-либо детонаторов, ведь он, по сути дела, давно уже работал в режиме самоподдержки. Это, конечно, не то же самое, что режим промышленной эксплуатации, но и в таком случае взрыв имел бы просто чудовищные последствия.

Новоявленный маг Арко увидев то, что соорудили на острове хвалёные квантаррийские учёные, схватился за голову. Почти две недели он сутками напролёт сидел за компьютером и делал расчеты, после чего потерянным голосом объявил, что эта штуковина и сама по себе может взорваться в любую минуту. После этого Кир немедленно приказал магам не терять головы и срочно начать думать, что они могут сделать такого, чтобы реактор не только не взорвался, но стал давать людям электроэнергию. После ещё одной недели сидения, но уже не за компьютером, а вчетвером на синем коврике с магической пентаграммой, его помощники объявили, что они могут превратить термоядерный реактор в магический источник электроэнергии, но тогда не будет никакой гарантии, что Гурвал останется прежним.

Киру в тот момент было не до такой ерунды, чтобы гадать, каким станет этот мир. Гурвал нужно было срочно спасать и тут уже все средства были хороши. Планета была спасена от одной напасти, но вскоре должен был последовать откат, который исподволь готовили лорды тьмы, а каких-либо особых надежд на монахов-труалистов он не питал. Не те это были люди и скорее уж он получит в их лице оппозицию, нежели единую и сплочённую армию магов, готовую идти в бой. К тому же и враг теперь находился не в каком-то одном месте, а рассыпался буквально по всей планете и он даже не знал, откуда ему ждать следующего удара, а в том, что удар последует, сомневаться не приходилось. От грустных мыслей Кира отвлекло чьё-то покашливание. Он поднял глаза и увидел Кена Мартенса, стоящего у входа и переминающегося с ноги на ногу. Этот высоченный парень, одетый в форменный бежевый свитер и песочного цвета штаны с тяжелыми ботинками, с зелёным беретом под погоном, выглядел очень озабоченным и Кир, улыбнувшись ему, спросил:

– У тебя есть ко мне какие-то вопросы, Кен? Заходи, поговорим, как солдат с солдатом.

Старший хранитель вошел в зал и сразу перешел к главному:

– Сэр Кир, я слышал ваш разговор с этими болванами, главными хранителями заветов Труала. По правде говоря, они всегда были такими. Из всего того, что я услышал, мне стало понятно главное, до тех пор, пока вы не поймаете последнего лорда тьмы, наш мир будет подвешен на тонком волоске между раем и адом. Сэр, храм Труала состоит не только из этих напыщенных болтунов. В нём есть ещё и монахи-солдаты, такие, как я, и вам не придётся никому и ничего объяснять, просто оттайте нам приказ и он будет немедленно исполнен. Если вы готовы к этому, сэр, то в главном штабе все уже в сборе. Мы готовы к действию и ждём только одного, вашего приказа, а указания Николса Даверса и тем более президента Тогонии нам и раньше были до задницы. Мы в ордене Труала всегда стояли особняком.

Кир немедленно и, главное, без труда, сделал заинтересованное лицо и поднялся из кресла, хотя ему и хотелось послать этого вояку куда подальше. Одна куча дураков возомнила себя уже в раю, другая рвалась в бой и ждала от него приказа, а третий дурак, то есть он сам, вообще не знал, что делать и с чего начать поиски сразу одиннадцати лордов тьмы, которые, наверняка, получили такие титулы от Амала не от балды или с перепоя. В общем-то, как рыцарь Мастера Миров, он прекрасно понимал, что нужно заново начинать собирать информацию и вести разведку, для чего на этой планете имелось всё необходимое, но у него не было под рукой толковых помощников, если не считать этих храбрых, но, похоже, весьма недалёких вояк. Хотя как знать. Спускаясь по лестнице к выходу из главного храма Труала в Сэскоруне, он спросил своего спутника:

– Кен, скажи, у вас в ордене Труала есть разведка?

Тот улыбнулся и ответил:

– Да, сэр Кир, и она по праву считается лучшей в мире.

– Вот даже как? – Удивился Кир – Приятно слышать, старик. И вы что, действительно намерены оказать мне помощь?

Лицо Кена сделалось обиженно-удивлённым и он ответил:

– Сэр, все эти столетия мы, солдаты ордена, готовились только к одному, придти на помощь Труалу и нам вовсе не нужны никакие доказательства того, что вы именно тот человек, которого мы так долго ждали.

– И что же, всё это было записано в этих книгах? – Спросил Кир и пояснил – Ну, в смысле, что когда-нибудь в ваш мир явится рыцарь, который охотится на лордов тьмы. Наверное вам были обещаны всякие там чудеса и блага?

Кен громко рассмеялся и воскликнул:

– Нет, о таких глупостях там не сказано ни слова. В этих заветах много чего написано, но это по большей части касается того, как оберегать от искажений тексты золотых свитков Ароссы. В них ведь много иносказаний и поэтических гипербол, которые нужно понимать по большей части сердцем, а не умом.

– Да, уж, – Согласился Кир – Старик большой любитель всяких иносказаний и никогда не даёт людям никаких точных инструкций. Кен, так с чего это вашим предкам пришло в голову создать свою собственную армию и что она защищает? Неужели Труала все так возненавидели, что ему пришлось показать всем свой могучий кулак?

Старший хранитель пожал плечами и ответил:

– Сэр, главный завет Труала заключался в том, чтобы мы, его дети, оставили после себя как можно больше потомков и всегда приходили на помощь к тем из них, кто попал в беду. В Тогонии нас особенно много и мы можем влиять даже на власти этой страны. В других странах детей Труала меньше, но это вовсе не говорит о том, что они парии. Скорее наоборот, они составляют элиту общества. Луван Аргус, которого считают отцом сорантского чуда, тоже один из нас. Сэр, мы ведь вовсе не тупые солдафоны, какими можем показаться на первый взгляд и уж тем более не похотливые сеятели шонса, хотя именно это было главной задачей ордена во все времена. Вам ведь известно, что женщина, родившая мальчика или девочку от сына Труала, становится его истинной дочерью. Ну, в том смысле слова, что она, как бы перерождается. Поэтому и к вашему появлению мы отнеслись очень серьёзно. Ну, скажите, мыслимое ли это дело добиться сотрудничества от командира военного отряда в тот момент, когда он занят тем, что отражает нападение врага? Поймите, я вовсе не какой-то особенный человек, которому было дано мгновенно понять, что тот парень, который внезапно появился перед ним в бункере спрятанном глубоко под землёй, друг. Так поступил бы любой хранитель заветов. И вот ещё что, сэр Кир, поскольку у меня теперь есть возможность спокойно поговорить с вами наедине, я хочу поблагодарить вас за то, что вы спасли жизнь моим лётчикам. Все они были для меня, как дети.

Кир и Кен Мартенс вышли из храма и сели в большой бронированный лимузин, который стоял во дворе храма в окружении нескольких десятков солдат. От храма до главного штаба было менее четверти часа езды и там Кира ждал совсем другой приём. Точнее их там вообще никто не встречал и, уж, тем более, никак не приветствовал. Кен Мартенс провёл его в кабинет начальника штаба войск храма и тот демонстративно уступил ему своё место за письменным столом, к которому был приставлен стол для подчинённых, вызванных на это совещание. Помимо начальника штаба, старшего хранителя Райло Корбена, были приглашены только два человека – начальник управления разведки и начальник службы контрразведки. Кен Мартенс хотел было тотчас выйти из кабинета, но начальник штаба жестом велел ему остаться и он молча подсел к столу. Совещание начал начальник разведки ордена, старший хранитель Земер Куад, крепкий, седой старик, одетый в цивильный костюм. Он открыл большой блокнот, взял в руку авторучку и, глядя Киру прямо в глаза, спросил:

– Сэр Кир, я так полагаю, что более всего вас сейчас интересует информация о том, что происходит на планете в данную минуту? – Не дожидаясь ответа, он продолжил – Подробный отчёт о том, какова была общая обстановка в мире начиная с того часа, как ваши маги превратили термоядерный реактор в нечто совершенно фантастическое, но дающее электроэнергию, вы получите сразу после нашего совещания, а о том, что будет происходить впредь и где именно будут возникать очаги напряженности, спровоцированные лордами тьмы, мои агенты будут докладывать уже вам лично, если, конечно, вы не окажете доверия нашим аналитикам.

Кир поднял руки и взмолился:

– Земер, только не это. Сейчас мне как раз больше всего нужна именно хорошая аналитическая служба, но и это сегодня не самое главное. – Подавшись вперёд, он с улыбкой сказал – Ребята, одну глупость мы сегодня уже спороли. Кен вместо того, чтобы доставить нас сюда, потащил меня в главный храм Сэскоруна. Из-за этого недоразумения ближайшие трое суток у нас пошли псу под хвост. Понимаете, парни, вы ведь все маги по рождению, но у вас нет ровным счётом никаких магических знаний, а задача моих магов-помощников как раз в том и заключается, чтобы передать вам эти знания. Сейчас в подвале храма они передают свои знания ста восьмидесяти восьми барбосам, которым все наши трудности до лампочки, но в этом нет ничего страшного. Для того, чтобы вы могли начать работать по-новому, ребята, вам нужно в течение трёх ближайших суток собрать в Сэскоруне всех ваших резидентов и хотя бы часть полевых агентов, а уж о том, чтобы ваши новоявленные маги немедленно передали им свои знания и сделали их магами, я как-нибудь и сам позабочусь. Ну, а потом, парни, нам всем придётся хорошенько поработать. Понимаете о чём я говорю?

Земер кивнул головой и сказал:

– Полагаю, что мои люди будут вести разведку и выводить вас на лордов тьмы, чтобы вы могли отправить их в брюхо Тартаботана. Что же, если они смогут так же легко проникать в подземные бункеры, как это сделал мастер Риальдо Великолепный, они с этим справятся.

– Не только это, Земер. – Немедленно сказал парню в штатском Кир – Ваши люди будут также отправлять в мир иной их последователей. Парни, я дам вашим людям специальное оружие, которое отправит их прямиком в ад. Если же кто-либо окажется не в том месте, то он просто возродится в каком-либо из Золотых миров. Ну, а в том случае, если у твоих чистильщиков будут на руках доказательства, что они грохнули невиновного, то такого бедолагу можно будет вернуть к жизни, если он, конечно, не оживёт сам. Такое теперь на вашей планете тоже не следует рассматривать, как чудо. – Увидев, что у его новых помощников вытянулись лица, Кир подтвердил – Да, ребята, это так. Гурвал сейчас находится в золотой сфере Астриума и хотя он ещё не вошел в Золотой круг, у вас тут возможны любые чудеса и чем скорее вы их все откроете, тем будет лучше, но этим будут заниматься ваши попы. Практически во всех мирах Золотого круга случайная смерть это всего лишь досадное недоразумение. К примеру на Ильмине раньше у человека было семь жизней и для того, чтобы убить человека, нужно было либо сделать это семь раз, либо растерзать в клочья, сжечь дотла или отравить. Сейчас любой ильмианин возрождается ровно через сутки даже в том случае, если от него вообще ничего не осталось и возвращается прямиком в свою постель, чтобы проснуться в ней, как ни в чём не бывало. Похоже, что из-за гуира Мастер Миров положил глаз на ваш мир и теперь мечтает о том, что вы начнёте сеять шонс в прямом и переносном смысле по всем мирам Золотого круга. Вот потому-то нам так важно не облажаться. Его противник Амалор знает об этом и потому хочет уничтожить ваш мир, а поскольку сразу у нескольких стран на этой планете есть на вооружении атомные и термоядерные бомбы, такое вполне возможно.

– Теперь уже нет, сэр Кир. – С радостной улыбкой на лице перебил рыцаря начальник штаба – Все атомные и водородные бомбы сами собой превратились в прекрасные кристаллы золотистого цвета. Два часа назад мне об этом доложил мой начальник службы вооружения.

Кир радостно всплеснул руками и воскликнул:

– Ну, что я вам говорил! Старик просто молодчина! Парни, об этом нужно тотчас раструбить на всю планету и при этом никаких упоминаний о Труале. Всё это было сделано только благодаря уму мага Арко и по благословению самого Ароссы, то есть Мастера Миров. Нет, теперь нам точно нужно срочно поймать какого-нибудь добровольца из числа простых людей и грохнуть его, чтобы посмотреть, как он после этого возродится к жизни. Ладно, парни, глупостями мы с вами заниматься не будем, для этого на Гурвале и без нас дураки найдутся. С этого дня вы начинает нести службу по новому, хотя служить будете своему прежнему властелину, Труалу, он же Аросса, он же Творец Ардфеор, он же Иисус Христос, он же Яхве и так несколько сотен тысяч раз без передыху. Я в этом деле, упоминание всех имён своего командира, сэра Аструала, Мастера Миров, не силён, но знаю ребят, которые могут без запинки назвать их все до одного, но старик не сидит на месте и время от времени является в сотворённые им миры под новым псевдонимом, что не меняет сути, он как был единственным Богом во всей Вселенной, так им будет оставаться всегда. Так вот парни, у него есть враг, который в настоящий момент мотает пожизненный срок в огненном брюхе моего друга Тартаботана без права на помилование и наша с вами задача отправить туда же ещё одиннадцать лордов тьмы, это что-то вроде генерала в армии сил зла, а заодно спровадить туда всех тех гурвальцев, которые добровольно приняли сторону Амала и из простых негодяев и преступников, превратились в его верных слуг. Где эти сволочи сейчас ошиваются, я не знаю, но я знаю, что они стремятся только к одному, уничтожить ваш мир и всё, что вам дорого. Лорды тьмы сила очень серьёзная. С такими я не разу ещё не сталкивался, хотя тяну лямку вот уже без малого двести пятьдесят лет. Всякое дерьмо мне приходилось вычищать, но только не такое. Впрочем, я не думаю, что эти уроды, хвалёные лорды тьмы, смогут в очном поединке со мной или моей супругой, леди рыцарем-магом Ланой, продержаться больше двух минут, а о том, чтобы встретиться с ними лицом к лицу, я могу только мечтать. Теперь они будут действовать в глубоком подполье и вредить людям на Гурвале все, чем только можно, стремясь убить как можно больше людей, чего мы, естественно допустить не можем. Для этого они будут в первую очередь стремиться к тому, чтобы гурвальцы сами перебили друг друга, так что, парни, ждать можно чего угодно.

Райло Корбен кивнул головой и сказал, обращаясь к начальнику службы контрразведки ордена:

– Старший хранитель Олве, к завтрашнему дню подготовь нам доклад о всех экстремистских организациях Гурвала, а ты, Земер, отдай приказ всем своим людям, чтобы они брали на заметку каждое высказывание, восхваляющее Омера. Теперь все те любители чёрных культов, к которым мы относились раньше снисходительно, отныне автоматически переходят в разряд наших прямых врагов. Поэтому я уже сегодня попрошу президента издать указ о запрете всех культов, в которых к Омеру относятся хотя бы с уважением, а не то что почитают его и отдам приказ арестовать всех культистов.

Кирилл улыбнулся и промолвил:

– Правильно, Райло. Сжигать на кострах их не нужно, но проверить чем они дышат, вы обязательно должны. Вскоре у вас будут для этого все необходимые средства. Никто не сможет скрыть своих мыслей от мага, если тот ведёт допрос подозреваемого. Только не нужно путать всякие там обиды со служением Амалу. Нам не нужна охота на ведьм. Если какая-то истеричная дамочка заявляет, что её трахнул сам дьявол, это вовсе не говорит о том, что она ему поклоняется.

Кен Мартенс улыбнулся и успокоил Кира:

– Сэр, в храме Ароссы с такими вещами умеют бороться, да, и в ордене Труала есть не одна тысяча опытных психологов. Сэр, не могли бы вы нам рассказать немного о магах?

– О, ребята, это не ко мне. – Смеясь сказал Кир – О магах вам расскажут сами маги, да, и то только тогда, когда они доберутся до Гурвала. Я могу вам рассказать только о своих друзьях и помощниках, магах-воителях. Увы, но если мои друзья не придумают чего-либо, то теперь всё ваше начальство тоже станет магами-воителями, чего мне совершенно не хотелось бы. Как говорится, ишаку незачем примерять седло боевого коня. Зато из всех вас, как я погляжу, получатся отличные драчливые маги.

Глава четвёртая.

Все те четверо суток, что шло обучение магов Тогонии, Кир, по его собственному выражению, носился по Сэскоруну, как жопу раненая рысь. То ему показывали новейшие разработки в области вооружений, то знакомили с тогонийскими шпионами, то просто приглашали на дружеские пирушки. По всем каналам телевидения разговор шел только об одном, – Гурвал вошел в золотую сферу Астриума и теперь уже не находится в обычной Вселенной, а его небесно светило Нанон это уже не звезда, а сверкающий Астриум, обитель Ароссы, Мастера Миров. Единственной радостью для гурвальской космонавтики оставалось только то, что обе луны этого мира – Гайета и Мирина остались на месте и, похоже, были вполне доступны для посещения. Кое кто уже строил планы колонизации лун, раз у человечества Гурвала не было никаких шансов на то, чтобы отправиться к звёздам. А ещё на всех каналах телевидения Тогонии говорили о рыцаре Мастера Миров и о двенадцати лордах тьмы, за которыми он охотится.

В эфир пошли даже кадры снятые в зале главного храма Труала, на которых было хорошо видно, как чёрного мага Регнера пинком отправили в пасть какого-то огромного чудовища. Об этом лорде тьмы было сказано, что он пытался взорвать термоядерный реактор, который вместе со всеми атомными и водородными бомбами был превращён магом Арко в золотистые кристаллы. На остров Сорант высадился целый десант учёных, а в Алемане и по всей Квантарре тем временем шли повальные аресты. Земер Куад передал своим коллегам из военной разведки списки сподвижников и помощников Регнера и теперь на них была объявлена охота. Приказ об этом отдал лично император и потому никто не спорил с тем, что всех их нужно было отправить в Сэскорун, где находился рыцарь Мастера Миров.

Кир в первый же день перегнал "Немезиду II" от главного храма на территорию военной базы, которая находилась в предместье Сэскоруна, и, не особенно доверяя сервису офицерской гостиницы, решил заночевать на её борту в своей каюте. Это закончилось весьма пикантной ситуацией. После шумной и хмельной пирушки в штабе, Кир поднялся на борт "Немезиды II" с одной единственной целью принять душ и поскорее залечь в свою золотую постель даже не помышляя ни о каких любовных шашнях, хотя в офицерской столовой их обслуживали красивые официантки из числа вольнонаёмного состава части. Многие из них бойко постреливали в сторону рыцаря Мастера Миров глазами, но он крепился. Кир разделся, повесил свой камуфляж в шкаф, достал из него купальный халат и со вздохом облегчения прошел к бассейну с хрустальной струёй. Золотые зеркала мирно спали и потому ничего не отражали.

Кир повесил халат на спинку стула и встал под прохладную струю, которая благодаря вложенной в неё Иолантой магии тотчас чисто выбрила его лицо и даже слегка поправила причёску. Он стоял под этим водопадом закрыв глаза и грезил об Эльзе, когда в его спальную вошла молоденькая девушка-официантка с подносом в руках. Командующий военной базы, который уже не держался на ногах, вдруг, вспомнил о том, что его новый кореш тоже изрядно набрался, а потому решил, что утром ему нужно будет чем-то похмелиться и приказал немедленно послать сэру Киру Торсену пару бутылок самого лучшего шрегга, местной водки, из его личных запасов, а также банку солёных кнотерсов, похожих на самые обычные огурцы, чтобы утром у его нового друга под рукой было всё необходимое. Для выполнения этого задания хранительница заветов, которая была заведующей офицерской столовой, отобрала самую юную и неприметную девушку, полагая, что та, в силу своей неопытности, постесняется залезть в постель рыцаря Мастера Миров, а рыцарь не позарится на неё потому, что она не вышла ростом.

Ну, если бы Кир в тот момент, когда девушка тихонько вошла в его золотую спальную, был одет, она просто поставила бы поднос с опохмёлкой на какой-нибудь столик и тотчас удалилась, но в том то и дело, что он стоял в бассейне абсолютно голым и в ярком свете магических светильников все его любовные руны были видны ей, как на ладони. Тилиана Ростер не была дочерью Труала. Она была самой обыкновенной жительницей предместья, которая после окончания школы пошла работать на военную базу лишь потому, что там ей предложили не только хорошее жалованье, но и предоставили возможность продолжить обучение на вечернем отделении института при храме Труала. Она была худенькой, стройной малышкой с короткой стрижкой и больше походила на мальчика, нежели на девушку, а потому все монахи-солдаты видели в ней скорее младшую сестрёнку, нежели возлюбленную дочь Труала и потому обделяли её знаками внимания в то время, как девушка мечтала только о любви, но поскольку не отличалась ни ростом, ни роскошными формами, постоянно проигрывала своим подругам, многие из которых были моложе неё.

Стоило Тилиане только увидеть на груди Кира тигра, выпрыгнувшего из зарослей бамбука и вцепившегося в хвост чёрного дракона, она тотчас позабыла обо всём на свете и, уронив поднос на пышный ковёр, как сомнамбула, нетвёрдой походкой пошла к предмету своего вожделения – здоровенному мускулистому парню, вся грудь и живот которого были исполосованы короткими штрихами шрамов, складывающихся в строчки магических рун. Кир мгновенно открыл глаза, но из-за своих рун уже не мог ничего с собой поделать. Он лишь чуть-чуть подался вперёд, выходя из-под струи воды, и широко развёл руки, желая поскорее обнять эту миниатюрную девушку, которая бесстыже сверлила его пристальным взглядом своих тёмно-карих глаз.

Он жалобно улыбнулся и Тилиана, не останавливаясь ни на мгновение, стала быстро сбрасывать с себя всё, что на ней было надето, помечая свой путь от двери белоснежным передничком, форменной чёрной юбкой, синей гимнастёркой, туфельками, чулками телесного света и, наконец, у самого бассейна, белыми кружевными трусиками и таким же бюстгальтером. Белую гипюровую пилотку с её головки снял уже Кир, когда эта худенькая девушка прижалась своими маленькими грудями-мячиками к его мощному прессу и приникла губами к алому глазу тигра – соску на его груди. Дрожа всем телом от страсти, Кир подхватил девушку на руки и, подавшись назад, впился в её губы долгим, страстным поцелуем опытного любовника. Магическая струя воды тотчас сделала своё чёрное дело, – мигом остригла лобок девушки и сделала его точно таким, как и у Иоланты, гладким и шелковистым. Тилиана мгновенно почувствовала это и ей действие хрустальной струи понравилось. Она взяла Кира за руку и направила её туда, куда ей хотелось более всего.

Когда через несколько минут они вышли из бассейна, то магия Иоланты снова пришла в действие и в мгновение ока высушила их тела и волосы, так что на золотые простыни они смогли лечь без промедления, чтобы уже через несколько секунд разбудить спящие зеркала. Так что в эту ночь Киру пришлось поспать не более трёх часов, но поскольку такие бессонные ночи давно уже вошли у него в привычку, он не роптал. Рано утром Тилиана выскользнула из его объятий, собрала свою одежду, поставила бутылки и банку с соленьями на маленький столик возле кровати и, нежно поцеловав своего нечаянного любовника, выскользнула из его золотой спальни. Кир ночью рассказал ей всё о своих магических рунах и о том, что они для него значат. А ещё он пообещал девушке, что его жена станет её учителем, так как она никогда не ревнует его к таким мимолётным любовницам.

В офицерской столовой уже приступили к работе, но официанткам ещё нечего было делать и потому Тилиана первым делом поделилась со своими подругами этой новостью. Она даже показала им, что сделала с её телом магическая вода бассейна и рассказала о том, что станет совсем другой, когда обретёт магические знания, ведь мастер Лана даст ей вместе с магическими знаниями свою кровь и ей теперь не придётся рожать ребёнка от хранителя заветов, чтобы стать дочерью Труала. Эта новость быстро разнеслась по всей военной базе и когда Кир вышел из своего корабля, то командующий базы первым делом спросил его именно об этом и когда получил пусть и короткий, но весьма утвердительный ответ, сказал:

– Чёрт меня побери, сэр Кир, ты самый удивительный мужик на свете. Вот уж чего я никак не ожидал, так это того, что у Мастера Миров можно заслужить такую награду. Да, ума не приложу, что мне теперь делать? Может быть мне стоит объявить о военном положении на базе? Ведь теперь эти красотки пойдут на всё, что угодно, лишь бы пробраться в твою золотую спальную.

Кир в ответ на это посоветовал вообще ничего не делать и тотчас улетел на флайере в город, где его ждали куда более важные дела и хотя совещание в офисе Земера Куада было посвящено очень важным вопросам, он то и дело вспоминал малышку Тилиану и то, какую страсть ему удалось разбудить в её сердечке. Теперь предстоящая работа уже не казалась ему такой уж сложной. После того, как они обсудили главные вопросы их дальнейшего сотрудничества, Кир коротко поведал Земеру и его людям о том, что произошло нынешней ночью, и поставил перед ними задачу разместить в его золотой спальной пару телекамер, чтобы заснять то, как он занимается любовью и заставляет оживать спящие зеркала. Начальник управления разведки выслушал его со спокойным выражением лица и спросил:

– Кир, неужели это так важно?

– Земер, старина, сегодня самым важным для нас является только одно, как можно быстрее убедить всех людей в том, что Гурвал это уже не простой, а магический мир, а я, рыцарь Мастера Миров, точно такой же жуткий кобель, как и все остальные сыновья Труала без исключения. – Ответил Кир. – Тут нам пригодятся любые способы воздействия на умы людей, даже такие экзотические. Пока мы торчали в Сэскоруне, я успел полазить в вашей глобальной компьютерной сети и нашел в ней множество порносайтов. Ваш Гурвал в этом смысле ничем не отличается от Земли, того мира, из которого я родом.

Земер Куад минуту подумал и сказал:

– Вообще-то лично мне это нравится, хотя я и не любитель порнухи. Лишняя реклама нашему ордену нисколько не помешает, а то, что у тебя есть такая волшебная спальная, в которой золотые зеркала просыпаются только тогда, когда ты трахаешься, сможет заинтересовать очень многих любителей красивого и утончённого порно. Ладно, я возьму это дело под свой личный контроль и постараюсь сделать так, чтобы уже завтра на нескольких сайтах появились весьма пикантные видеофильмы. Да, и печатные порножурналы, которых вполне хватает даже в Тогонии, не обойдут их стороной.

Если бы Кир знал о том, что в следующую ночь в его спальную будут доставлены сразу три самые красивые девушки Сэскоруна, работавшие на телевидении, он отменил бы свой собственный приказ, но было уже поздно. Третья ночь так же не была исключением, но на этот раз любовницами Кира были две дамы из высшего света, которые ради того, чтобы оказаться в его объятьях, пошли даже на то, что их увидят миллионы людей во всём мире. Искомый результат был достигнут даже быстрее, чем того ожидал Кир. Уже на третьи сутки буквально все газеты континента писали о том, что в Сэскоруне остановился рыцарь Мастера Миров, к которому толпой ломятся все женщины этого города только потому, что он является самым лучшим любовником во всех мирах Золотого круга. Зато вечером четвёртого дня Киру пришлось понурив голову объяснять жене, почему та должна взять в ученицы шестерых красоток.

Лану ему не пришлось долго уговаривать, она поняла всё чуть ли не с полуслова и пообещала, что сделает свою работу не только на совесть, но и обставит всё, как надо. После того, как помощники Кира вывели к свету столько магов, им нужно было отдохнуть пару дней и кое в чём разобраться. К тому же и маги-новички, которых они сделали просто Верховными магами, но не магами воителями, не могли приняться за работу немедленно, им тоже нужно было немного освоиться и потому следующие двое суток у рыцаря была только одна забота, как не дать им разбежаться по всей стране. В тот момент он больше всего жалел о том, что с ними не было Атиллы, уж дракон мигом выбил бы из них всю дурь. Теперь у газетчиков появилась новая тема для статей, так как жители Гурвала уже успели познакомиться с ещё одним чудом, воскрешением умерших. На этот раз газеты запестрели фотографиями людей, которые, став жертвой несчастного случая или преступления, сутки спустя не только проснулись в моргах, но ещё при этом изрядно помолодели.

На этом фоне сообщения о том, что Тогония обзавелась почти двумя сотнями магов, прошли практически незаметно, но это только для широкой публики. Президент этой страны лично прибыл в главный храм Труала, чтобы поздравить магов и, заодно, поинтересоваться, когда он сам сможет стать Верховным магом. Узнав, что в самое ближайшее время, он немедленно отдал распоряжение подготовиться к этому событию надлежащим образом. Чтобы отвязаться от этого пройдохи, Кир попросил Тетюра заняться им и его ближайшим окружением полагая, что маг в качестве правителя будет относиться к нему лояльнее, чем просто правитель. О том, что кто-то из этих типов может оказаться приспешником одного из лордов тьмы и сможет стать впоследствии чёрным магом, он старался не думать, полагая, что в противном случае вообще может остаться без помощников.

Всё то время, что шла подготовка к торжественному посвящению президента Дуанта в маги, Кир был вынужден проводить по полдня в президентском дворце, что не доставляло ему совершенно никакого удовольствия. Отбыв эту повинность, он тотчас мчался на флайере к себе домой, на "Немезиду II", где тоже полным ходом шла подготовка к второму сеансу передачи магических знаний. На этот раз он ставил перед магами трудную задачу. Каждый из них должен был подготовить ровно две сотни учеников, в число которых в основном вошли монахи-разведчики. Зло, присутствующее на Гурвале, затаилось и пока что никак себя не проявляло, но так не могло длиться долго и уже очень скоро планета могла превратиться в сущий ад.

В тот день, когда началась прямая трансляция из подвала главного храма Труала в Сэскоруне, вторая группа телевизионщиков, ничуть не меньшая, чем первая, вела свой репортаж из подвала другого храма, в котором шесть девушек, одетых в длинные белоснежные одеяния, должны были стать ученицами Ланы. Однако, это была только малая часть её учеников, гораздо большее их число стояло за большой ширмой и как только девушки погрузились в транс, а репортёры сказали, что это надолго и убрались восвояси, она стала вручать кубки с напитком познания тем, кого чистильщики искренне считали своими друзьями и соратниками. В первую очередь потому, что каждый из них согласился примерить на свою голову хрустальный головной убор и Козмо был полностью уверен в их преданности общему делу. С президентом на эту тему Кир даже не заговаривал.

После этого на "Немезиду II" вновь был открыт доступ всем девушкам Сэскоруна, но на этот раз в золотую спальню могла попасть любая красотка, у которой хватило ума побеспокоиться заранее о том, как сделать это с минимальными усилиями. Лана посчитала, что шесть магесс, которые могли похвастаться своей любовной связью с любовной машиной Мастера Миров это слишком мало, а потому лично подготовила чуть ли не целый взвод красоток и даже объяснила им, как устроить непрерывную ротацию в золотой спальне. Поэтому следующие трое суток Кира никто не видел, но в полдень четвертого дня он появился перед своими новыми друзьями свежий, как огурчик, хотя и не спал всё это время. С того момента, когда он обзавёлся несколькими сотнями магов, прекрасно разбиравшихся науке рыцарей плаща и кинжала, для Кира началась настоящая работа, хотя и здесь основные труды выпали на долю Козмо.

На этот раз никому из чистильщиков кроме мага Козмо не приходилось мотаться по всей планете в поисках подозреваемых, да, и тот покидал Сэскорун лишь изредка, когда требовалось допросить с пристрастием подозреваемого. Всю остальную работу делали полевые агенты ордена Труала. В то время как одни труалисты собирали информацию всеми мыслимыми и немыслимыми способами, другие её тщательно анализировали, проверяли и перепроверяли. С ними активно сотрудничали если не все, то очень многие спецслужбы планеты, которые разыскивали на этот раз не шпионов, уголовников и террористов, а слуг Амала. Как правило с теми, на кого им удавалось выйти, разбирались маги-воители их монашеского ордена Труала, которые допрашивали подозреваемых, но иногда и они пасовали. Несколько раз подозреваемых доставляли в Сэскорун к Козмо, а иногда и ему приходилось садиться в свой флайер и мчаться на другой конец Гурвала. Пока что ни одного из приспешников лордов тьмы труалисты ещё так и не обнаружили.

Чистильщики не сидели сложа руки и тщательно просматривали информацию собранную на всём Гурвале, а также место расположения всех стратегических и прочих опасных объектов, стараясь заранее определить самые слабые места, где лордам было легче всего устроить крупномасштабную диверсию. Таких мест по всей планете набирались многие сотни и все они находились под негласным, но пристальным наблюдением ордена Труала. Зло, явно, выжидало и не торопилось показать себя. Прошло уже почти пять месяцев, но нигде не произошло ни одного события, которое можно было бы квалифицировать, как диверсию или террористический акт. Вместе с тем буквально во всём мире стала потихоньку нарастать напряженность и первым сигналом Кир счёл то, что в республики Модонии, всегда славившейся своими морскими курортами и доброжелательностью к гостям, на страницах одного сайта появились материалы совершенно провокационного характера.

В том, что это была целенаправленная акция сил зла, его убеждала эмблема некого общества молодых защитников пляжей Модонии, символическое изображение черепа с зажатым в зубах цветком и кинжала, воткнутого в него. Вскоре подобные сайты стали появляться в гурвальском Интернете, как грибы после дождя, а ещё всех поразило то, что если раньше драки в молодёжной среде были результатом злоупотребления спиртным и проявлениями ревности, то с того момента, как в этом мире воцарились магия и волшебство, агрессивность молодёжи резко возросла и практически во всех городах планеты стали одна за другой появляться молодёжные банды. Молодёжь, для которой на этой планете было сделано так много, из клубов и развлекательных центров устремилась на улицы и это поразило Кена Мартенса, которого Кир привлёк к работе в своей группе за блестящие аналитические способности и смелость суждений, более всего.

В социальном плане Гурвал был очень благополучным миром, чему способствовал в числе прочего хороший планетарный климат. Средиземное море с островом Сорант на экваторе, окруженное высокими горами, очень солёное и потому практически безжизненное, было единственным его недостатком, зато что в южном, что в северном полушарии на всём Руаларе с его невысокими горами и холмистыми степями с роскошным чернозёмом, полноводными реками текущими на юг и на север, имелись прекрасные условия для земледелия. Вот уже почти четыреста лет гурвальцы жили в эпоху электричества и практически все государства выровнялись в своём экономическом развитии. Границ, разделяющих людей, не было уже более трёхсот лет и в этом мире существовало очень много международных гуманитарных организаций, которые во всём следовали заветам Ароссы – заботиться в первую очередь о молодёжи и стариках.

Этому завету следовало практически каждое правительство, так как в ходу был ещё один принцип, не хочешь заботиться о молодёжи в своей стране, тогда о ней позаботимся мы. Когда-то это привело к тому что несколько государств были почти безболезненно разделены соседями между собой только потому, что их правительства были неспособны заботиться о своих народах. На всём Гурвале жестоко преследовались любые преступления против детства и юношества. То, что Тилиана так долго не могла найти себе возлюбленного среди солдат-монахов, объяснялось очень просто, она выглядела намного моложе своих двадцати трёх лет и потому даже такие кобели, как труалисты, не могли бросить взгляд на любую девушку, которой ещё не исполнилось двадцати лет. Наказание за педофилию было очень строгим, тридцать лет каторги или пожизненное заключение.

К делу воспитания молодёжи на всём Гурвале подходили очень серьёзно и её не просто воспитывали, а опекали не считаясь ни с финансовыми затратами, ни с людскими ресурсами. В таком высокотехнологичном мире, как Гурвал, это не составляло особого труда. Но только до того времени, пока он был прежним. На Гурвале, как и в любом другом мире, имелось своё преступное сообщество, но развитие этого мира достигло такого высокого уровня, что полиции удавалось не просто бороться с этим бедствием, но и добиваться успеха. Практически во всех государствах до этого времени оружия на руках у населения практически не было. С этим злом полиция начала бороться ещё почти триста лет назад и добилась тотального запрета на владение оружием, но теперь всё чаще и чаще в полицию обращались люди, которые подверглись ограблению вооруженными преступниками и всё чаще это были именно молодые люди.

В самых различных странах в городах с поразительной быстротой появились молодёжные банды численностью до нескольких сотен человек и их деятельность, явно, находилась под контролем опытных людей. Теперь основным лозунгом молодёжи было – "Верните нас в прошлое" и "Мы хотим летать в космос, а не становиться колдунами". Вместе с тем в Интернете появились сайты посвящённые чёрной магии, на которых прямо называлось имя Амалора, а не Омера, и его полный титул – Хозяин Тьмы. При том условии, что у каждого обитателя Гурвала было по два – три телефона, обеспечивающего связь с любой точкой планеты, и при том, что вполне приличный сайт можно было слепить имея в руках один только телефон, отследить авторов было чрезвычайно трудно. Но самым неприятным было то, что на таких сайтах во множестве давались практические советы по чёрной магии и всё чаще люди обращались в полицию с заявлениями о бесчинствах оживших покойников, двигающихся предметах, крушащих всё на своём пути, деревьях, превратившихся в монстров и даже чудовищах, нападавших на людей. Столкнулись люди и с тем, что на Гурвале снова стали умирать люди и теперь смерть была уже необратимой, так как в ход пошла чёрная магия.

Маги Гурвала, хотя они начали практиковать всего без году неделю, стали в экстренном порядке искать средства, защищающих людей от сил зла и нашли-таки оное. Во-первых, это были гуиры, от которых всяческая наведённая нечисть бежала, как от огня, а, во-вторых, шонс, точнее некоторые его производные. Из шонса, как оказалось, можно было изготовить магические мази и настойки, отвары и порошки, которые могли не только защитить жилище от юной бестолочи, сдуру записавшейся в чёрные маги, которая и просто магом не была, но и попортить кровь настоящему магу, имевшему большую силу и недюжинные познания. Плохо было только одно, эти магические снадобья мог купить любой и их действие не зависело от того, в чьих руках они находились. Маги на Гурвале теперь плодились, как кролики, и вот тут-то все в полной мере оценили ту услугу, которую когда-то в древности оказал этому миру Труал. Только те, в чьих жилах текла кровь Труала, становились Верховными магами и магессами, все остальные же могли претендовать только на звание обычного мага, многие из которых, хорошенько всё проанализировав, и вовсе становились колдунами, так как многие гурвальцы были, так сказать, детьми природы.

В рядах полиции тоже в массовом порядке стали появляться маги и с большинством неприятностей им удавалось справляться, но обстановка осложнялась с каждым днём и вскоре следовало ждать настоящего девятого вала бесчинств банд новоявленных выученных чёрных магов. Ну, сказать что это действительно слуги Амала, было бы большим преувеличением. Даже на Ильмине молодёжь то и дело грешила чёрной магией, чтобы досадить старшим и с этим поветрием мастер Телемак боролся не столько военной силой, сколько увещеваниями, розгами и пряниками в виде открытия портала на Астриум, тоже ставшим совсем иным миров. Всё это время чистильщики чуть ли не сутками напролёт попарно торчали в Интернете и вчитывались в тексты аналитических записок, стараясь определить, откуда потянуло вонью. Им было ясно, что таким образом один или два лорда тьмы просто выстраивают прикрытие для будущих операций других лордов и потому, чем скорее они найдут источник, тем будет лучше. Кое что в этом направлении им уже удалось сделать.

Когда Киру стало ясно, что следующая угроза вполне сформировалась и стала быстро нарастать, он принял решение смыться в неизвестном направлении. Поэтому в одно прекрасное утро в Сэскоруне узнали, что корабль рыцаря Мастера Миров исчез, испарился, скрылся среди облаков. "Немезида II", надёжно скрытая от взглядов людей и радаров, зависла на высоте нескольких десятков метров над одинокой вершиной горы, похожей на связку карандашей, воткнутых в пудинг. Гора эта находилась в восточной части пустыни Такан в Санторее, которая была одним из самых больших государств Гурвала. Кир выбрал место дислокации своего отряда совершенно случайно, наугад ткнув пальцем в глобус в ответ на вопрос мага Козмо, куда ему лететь. Тот выполнил его пожелание без каких-либо возражений, так как ему действительно было всё равно, где им сидеть и ждать донесений от шпионов ордена Труала. Главная задача всё равно заключалась в лишь том, что они должны были снова уйти в глубокое подполье, якобы, пустив всё на самотёк. Уйти, затаиться и дождаться того момента, когда лорды тьмы проявят себя каким-либо образом.

Кир отъехал на кресле от компьютера и, круто развернувшись, сказал, забросив руки за голову:

– Козмо, хоть ты мне друг, но истина дороже. Эта сволочь точно засела в северном промышленном комплексе Беодониса. Если бы вы, бестолочи, удосужились создать прибор, который, словно компас, указывал бы на то место, где укрылось зло, то стрелка точно указала бы туда. Этот промышленный комплекс представляет из себя самый настоящий лабиринт. Когда-то тут выплавляли сталь и делали из неё всякие нужные железяки. Лет десять назад его хозяин обанкротился, а новый так и не решил, что с ним делать, снести и что-нибудь построить на этом месте, или снова начать выплавку стали, так что сейчас он пустует. Банды Беодониса перекочевали в него всего два месяца назад, но я подозреваю, что уже довольно давно мастерские этого комплекса кем-то использовались. Сейчас в этом городе у людей на руках столько оружия, что им можно вооружить двадцать дивизий. Да, собственно говоря, так оно и есть, численность объединённой банды Дюка Моша составляет примерно семьдесят тысяч человек и это самая большая банда на всей планете. Полиция Беодониса в этот лабиринт входить не просто опасается, а боится. Наших агентов в городе всего два с половиной десятка и поскольку люди Дюка чуть ли не весь этот громадный завод покрыли кремом из шонса, то в самые интересные места они не смогли проникнуть и так называемое Королевство Тьмы является для нас загадкой. Самое печальное заключается в том, что в этом стальном лабиринте даже наши магические очки почти бессильны. Но есть и хорошая новость, наши ребята достали подробный план комплекса и мы в нём не заблудимся. Так что ребята, по коням.

– По коням, говоришь, старшой? – Усмехнувшись, спросил Козмо и добавил – Что-то мне не очень верится в то, что мы полетим прямо в Беодонис. Ты же не дурак, чтобы начать крушить там всё без тщательной предварительной рекогносцировки.

Кен Мартенс глубокомысленно улыбнулся, но промолчал, а Кир встал и прошелся по большой гостиной, расположенной в носовой части "Немезиды II". Он подошел к большому иллюминатору, из которого открывался прекрасный вид на пустыню и широко улыбнулся. Это место ему нравилось, но только потому, что здесь не было людей. За всё это время они так не разу и не вышли из корабля, чтобы прогуляться по окрестностям, но здесь и гулять-то в общем было негде. Он повернулся к Козмо и сказал:

– Ты как всегда прав, старина. Сначала мы полетим в Окларо и тихонько похитим там одного старого друга Дюка Моша, с которым он говорил по телефону вчера вечером, но не одного, а вместе с его ближайшими сподвижниками. Потом ты залезешь в их мозги и узнаешь, зачем это Дюку понадобился его товарищ по университету. Я прослушал запись их разговора и обратил внимание на одну странность, Козмо. И у одного, и у другого есть своя собственная банда, только у Дюка это целая армия, вооруженная до зубов, а у Квайта Ботоллы, так сказать, неполный батальон сопляков и всё же один разговаривал с другим, как с равным. Вот я и подумал, с чего это Дюк заговорил о том, что вместе они смогут править всем миром? Ребята Земера проверили их досье и выяснилось, что Дюк всего лишь болван, которого держали в университете только потому, что он был капитаном команды по дергетту, а вот Квайт Ботолла не только окончил университет с отличием, но ещё и является талантливым учёным-химиком, чья страсть боевые отравленные вещества и яды. Он просто помешан на них, но вот беда, такого рода оружие на Гурвале давно уже под тотальным запретом. Сложи это, как два и два, и ты получишь в итоге уже не четыре, а все сто. Сто процентов сплошных неприятностей, а если прибавить к этому ещё и то, что, возможно, за спиной Дюка стоит лорд тьмы, мы получаем, воистину, гремучую смесь. Тем более, что в последнее время банда Дюка разграбила несколько десятков складов, в том числе и тех, которые принадлежали химическим компаниям.

– Так чего мы тогда ждём? – Спросил Козмо.

Кен Мартенс коснулся рукой своих очков и ответил:

– Того момента, Кузьмич, когда агенты Земера сообщат нам, что Квайт Ботола вместе со своими друзьями отправился в путь.

Пока Квайт собирался в дорогу, они успели не только проделать половину пути до Окларо, но и пообедать. Талантливый химик, тем временем, наконец, выбрался из своей берлоги и объявил своему воинству, что он слагает с себя полномочия их предводителя и отправляется в путь. Те недовольно загудели, но Квайт сказал им, что он оставляет формулу своего наркотика своему бывшему помощнику и потому все останутся довольны. С собой в дорогу Квайт Ботолла решил взять свою подружку и двух телохранителей и сказал им, что до Беодониса они будут добираться нетрадиционным методом, на мощных мотоциклах с электрическим приводом и двигаться напрямик через леса и поля, чтобы не попасть в руки полиции. На взгляд чистильщиков это было довольно грамотное решение, ведь по пути к Беодонису им будут попадаться фермы, где они всегда смогут подзарядить аккумуляторы и запастись провиантом. К тому же в сёлах теперь тоже хватало недовольной молодёжи и они всегда могли рассчитывать на помощь.

Больше всего в таком решении Квайта Киру понравилось то, что он взял с собой всего трёх спутников, ведь это означало, что чистильщики смогут обойтись своими собственными силами. Нет, это вовсе не говорило, что он не доверял агентам Земера, все они были толковыми ребятами, но всё же, что ни говори, не шли ни в какое сравнение с Ланой, Тетюром и Козмо, которые в таких делах не то что собаку, а целого дракона съели. Кира устраивало, что как сам Квайт, так и два его телохранителя были здоровенными парнями, вот только Лана не очень обрадовалась тому, что ей предстояло превратиться в здоровенную деваху с мощным задом и такими сиськами, что они не помещались ни в один из её бюстгальтеров, весьма похожих размерами на рюкзаки. Особенно её бесило, что эта дракониха не брила подмышек и других интимных частей тела. К тому, что эта фигуристая красотка красила свои длинные волосы в чёрный, белый, синий и ярко-алый цвет она и то отнеслась спокойнее. Однако, сильнее всего огорчилась Кадиса, когда Козмо, глядя на большие стереоснимки Шекси, принялся колдовать над телом Ланы, чтобы придать ему нужные формы.

На взгляд Кира получилось очень неплохо, так как он почти смог обхватить талию Шекси пальцами и его в этой ситуации огорчало только одно, поскольку в химии он был дуб дубом, это не ему, а Тетюру предстояло изображать из себя Квайта. Поскольку они могли задержаться в Беодонисе на неделю, а то и на все две, то в результате могла сбыться мечта его мага-проводника переспать со своей ученицей. Впрочем, теперь это была уже не его прежняя Ио и потому он быстро забыл об этом не смотря на то, что Тетюр, который обзавёлся бородой-эспаньолкой и длинными усами, тотчас обнял Шекси, одетую в длинные сапоги, кожаную юбку и кожаный бюстгальтер, за талию и стал ощупывать её роскошные формы. Та сначала фыркала, как дикая кошка, а потом расхохоталась и впилась в его рот, обрамлённый усами и бородой, хищным поцелуем.

Кен, едва сдерживаясь, чтобы не расхохотаться отвернулся, а Кир, чтобы не поощрять эту парочку к дальнейшим действиям, похлопал в ладоши и сказал громким голосом:

– Ну, всё ребята, пора начинать работу.

За каких-то пару часов Квайт со своими корешами отмахал по бездорожью километров сто пятьдесят и их уже можно было брать. Козмо с идеальной точность зашел на цель, в один миг вырубил лихих мотоциклистов десятиминутным лучом и подхватил их ловчими липучками одного за другим, выдернув из мотоциклов. Пока Кен с Тетюром перетаскивал бесчувственные тела в магическую лабораторию, Кир и Ио выключили электродвигатели мотоциклов и вернулись на "Немезиду II". К этому моменту их пленники уже очнулись и Квайт, увидев своего двойника, хотел было заорать, но его рот был плотно заклеен скотчем. Козмо быстро считал с его мозга всю информацию и только пожал плечами. Когда он закончил исследовать сознание Шекси, Кен спросил его встревоженным голосом:

– Ну, что, они годятся на корм Тартаботану?

Всех четверых пленников от этого вопроса затрясло, как в лихорадке. Похоже, что они уже видели стереовизору пасть этого чудовищного человекодракона. Козмо громко рассмеялся и воскликнул:

– Кен, не смеши меня! Максимум, чего они заслуживают, так это хороших розог, не больше. Ведь они всего лишь молодые раздолбаи, которые возомнили себя крутыми парнями и девчонками. Ну, может быть кроме Квайта, который мечтает чем-либо прославиться, только не знает чем, а Шекси та и вовсе соплячка. Ей бы ещё в куклы играть, да, только секс и гонки на мотоциклах этой девице нравятся намного больше. Нет, я думаю, что если они полежат пару недель в нирване и подумают о том, чем им заниматься дальше, то всё с ними будет в полном порядке. Им ведь для полного счастья не хватает только одного, чтобы взрослые их поняли и оценили по-настоящему. Ну, и ещё Шекси очень боится за Квайта, ей ведь не было ещё семнадцати, а этому парную стукнуло двадцать три, когда она затащила его в койку, а за такие дела у вас карают очень строго, но в данном случае я этого дела ни за что до суда не допущу. Они любят друг друга, Кен, и, вообще, все четверо хорошие ребята и стоят друг за друга горой. Честное слово, после того, как они выйдут из нирваны, я просто сделаю их магами, дам лёгонького пинка под зад для ускорения и пусть катятся куда угодно. Эти ребята не наши клиенты.

Лана усмехнулась и спросила:

– Козмо, а если они возьмут и станут чёрными магами?

– Ну, тогда они отправятся в брюхо Тартаботана, Лана, и мне плевать на то, кто это сделает, мы или местные маги. – Спокойно ответил Козмо и добавил – Только мне в это мало верится. Когда эти ребята несколько назад смотрели по стереовизору ту передачу, в которой в Бог весть какой раз показывали наказание Регнера, они ведь только хорохорились, показывая друзьям свою смелость, а на самом деле очень испугались. Ну, не мне тебе это объяснять, сколько бы раз я не встречался лицом к лицу с Тартаботаном, меня каждый раз охватывает ужас. К его пасти и особенно к огненной глотке, невозможно привыкнуть. Это ведь тебе не какая-то там несчастная Сковородка, где мне знаком каждый камень, да, и иксины мои давние друзья, а Тартаботан, огромный и ужасный, даже мне внушает ужас.

Квайта и его спутников снова погрузили в нирвану и раздели, после чего Козмо уложил на кушетку по очереди своих друзей, чтобы сделать их до мельчайших деталей похожими на настоящего главаря банды и его свиту. После этого он занялся собой и, убедившись в том, что всё в полном порядке, приступил к передаче знаний. Час спустя чистильщики уже сидели на мотоциклах. Кен Мартенс отогнал "Немезиду II" к северной окраине Беодониса и подвесил её над заводскими цехами. Ему досталась самая незавидная роль в этой операции, быть невольным тюремщиком четверых молодых людей, которых магическая вырубаловка погрузила в нирвану, и находиться на связи. Его новые друзья уже через несколько минут оседлали мощные мотоциклы и теперь гнали не разбирая дороги и им всем было очень весело. Впереди мчалась Шекси и громко визжала от восторга.

Первую ночь чистильщики провели в каком-то сарае, стоящем на выгоне для скота и с наступлением утра снова были в седле, готовые ехать дальше и пересечь весь континент, который был раза побольше Евразии на Земле. Чтобы позавтракать, они заехали в какую-то крохотную деревушку, где все на них сначала косились с подозрением, но увидев, как здоровенный, длинноволосый парень с усами и бородкой, одетый в короткую чёрную кожаную куртку, украшенную серебряными черепами и брюки, ухаживает за своей девушкой, малость успокоились и хозяйка маленького магазинчика с кафе даже собрала им в дорогу большую корзину со своими лучшими блюдами и пирогом в придачу. После завтрака ехать стало веселее и они мчались по холмам, прыгая на своих мотоциклах, как молодые кенгуру, радостно хохоча во всё горло и не думая о том, что ждёт их в Беодонисе.

Для Кена Мартенса, который провёл бок о бок с чистильщиками несколько месяцев, это была прекрасная возможность хорошенько подумать о том, кто они такие и что дали Гурвалу и лично ему. Этого сурового, немногословного мужчину средних лет, поражала открытость, весёлость и лёгкий характер новых друзей. Хотя три мага и рыцарь были намного старше его по возрасту, они не стеснялись обращаться к нему с вопросами, а если он обращался к ним с какой-нибудь просьбой, старались рассказать ему обо всём, что знали. Кир тренировал его в боевых единоборствах, учил стрелять без промаха и фехтовать, Кузьмич учил приёмам ведения боя с помощью одной только магии, а Тетюр помогал развиваться, как Верховному магу, хотя Кен и стал, как и Иоланта, магом воды, не смотря на то, что его учителем был Козмо. Порой он даже поражался тому, как много ему уделяют внимания и терялся в догадках, чего от него хотят в действительности, но однажды Иоланта в ответ совсем на другой вопрос с улыбкой сказала ему:

– Кен, не забивай себе голову всякой ерундой и не думай, что мы непременно ждём от тебя каких-то услуг или подвигов. Парень, на этот раз у нас нет возможности заниматься Гурвалом всерьёз, менять здесь что-то, вводить новые порядки, гонять правителей и мудохаться с подобными делами, вы и сами с усами, прекрасно разберётесь со всеми своими трудностями, а если мы чему-то и учим тебя, то только потому, что ты этого сам хочешь. Ты отличный парень, Кен, надёжный, как винтовка системы Мосина, так обычно говорит Кир. Ты прекрасно отдаёшь себе отчёт в том, что Гурвалу не скоро светит войти в Золотой круг и нисколько этим не опечален потому, что прекрасно знаешь, что Верховные маги могут по ним путешествовать, как это и обещал вам старик. Лично мне больше всего нравится в тебе то, что ты не строишь относительно себя никаких планов и мечтаешь только о том, чтобы поскорее покончить с этими вонючими лордами тьмы. Мы, представь себе, тоже мечтаем только об этом и готовы провести на Гурвале столько времени, сколько для этого потребуется. Да, мы в любом случае не сможем покинуть ваш мир до тех пор, пока не уничтожим их всех. Спасти твой мир это наша единственная задача, а всё остальное это уже забота ордена Труала и каким вы сделаете Гурвал, это уже вам решать. Так что, парень, не парься и даже не гадай, чем ты можешь нас ещё порадовать и даже не думай о том, что ты балласт на этом корабле. Вот это действительно не так, парень. Когда это будет нужно, ты пойдёшь в бой вместе с нами.

Кен Мартенс, получив такой странный ответ на довольно простой вопрос: – "Где на "Немезиде II" можно найти слесарные инструменты?", почесал затылок и решил, что ему будет всё же проще починить пряжку своего форменного ремня с помощью магии. Зато с тех пор он окончательно перестал стесняться и стал задавать чистильщикам вдвое больше вопросов, чем прежде. Специально для него Козмо несколько раз проводил сеансы дымной педагогии и научил этого кадрового офицера очень многому. Поскольку Кен был теперь уже не обычным человеком, в котором текла кровь мага, а магом-воителем, ему не нужно было тренировать своё тело и качать мускулатуру. Он мог сделать их какими угодно. Зато он не пропускал ни одного занятия с Киром и всякий раз поражался той взрывной силе и быстроте реакции рыцаря Мастера Миров и тому, что он умудрялся с непостижимой быстротой прикладывать к татами не только его, но даже мага Козмо, которого превозносил до небес, как мастера боевых единоборств. Когда Кен как-то раз после очередной совместной тренировки не выдержал и спросил Козмо о том, кто же такие рыцари Света, раз они даже магов-воителей способны уложить на лопатки, тот ответил:

– Парень, твой вопрос некорректен. Со мной не отваживается бороться ни один рыцарь, кроме Кира. Более того, немногие драконы соглашаются выйти против меня на татами и Кирюха единственный противник, который может меня победить, если включается на полную мощность. Если бы он стал вдобавок ко всему ещё и магом-воителем, вот это был бы действительно несокрушимый боец, а так я всё же иногда его бью. Ты, кстати, тоже бугай просто редкостный. Без году неделя, как стал боевым магом, а уже даже меня порой ставишь в тупик, своими бешенными фортелями, но тебя нужно ещё гонять и гонять. Ничего, доберёшься когда-нибудь до Ильмина, поучишься у Джулая, тогда и ты сможешь называть себя настоящим магом-воителем.

О том, что Кен Мартенс может стать рыцарем Света, Кир никогда не говорил ему, но он уже и сам понял, что никакого письменного или устного приглашения вступить в это суперэлитное подразделение борцов с силами зла он не получит. Не смотря на это он думал об этом постоянно и однажды за ужином высказал вслух мысль, что ему не мешало бы войти в какое-то замкнутое помещение и провести в нём пару недель в тишине, полной темноте и в одиночестве, обходясь одной только водой без хлеба. Судя по тому, как заулыбались чистильщики, Кен понял, что он на верном пути. В этот момент они уже находились возле горы Ралетар и сразу после ужина они спустились к подножию горы, Козмо пробил в горе узкую, длинную штольню и вырубил в её конце просторную пещеру, где он и был замурован на целые две недели. После того, как кладку разобрали, Кен услышал от Кира самые радостные слова, адресованные Козмо:

– Ты смотри, Кузьмич, какой смышленый у нас с тобой ученик. Эдак ему и в Каспервилль ехать не придётся, разве что для того, чтобы научить чему-либо инструкторов Джулая.

Пока чистильщики ехали промышленной окраине Беодониса, Кен провёл разведку. Он облачился в боескафандр и под прикрытием магической невидимости облетел едва ли не все улицы и переулки этого стального, запутанного донельзя города-завода, ставшего прибежищем для огромного числа молодёжи. Он не ставил перед собой задачи подслушать о чём говорят между собой эти юноши и девушки, убежавшие из дома, этим должны были заняться чистильщики. Ему нужно было сделать только одно, пролететь по всем закоулкам, чтобы его друзья знали, когда доберутся до этого места, куда им ехать. Кир приказал не беспокоить Дюка Моша и потому здесь не было ни одного полевого агента ордена, хотя в самом Беодонисе, который находился в пятнадцати километрах за рекой, их насчитывалось несколько десятков и их число стало резко увеличиваться. Опять таки по приказу рыцаря Мастера Миров, который, как Кен слышал это от мастера Риальдо, никогда не ошибается в выбор цели.

Только сутки спустя, подъезжая к этому городу со стороны большого озера, превращённого стоками сталелитейных и металлопрокатных заводов в зловонную клоаку, чистильщики окончательно превратились в тех, за кого себя выдавали – в наглого и развязного типа двадцати четырёх лет от роду, двоих его приятелей хотя и более юного возраста, но крепко накачанных и умелых бойцов, и восемнадцатилетнюю девицу, рано познавшую все удовольствия пылкой и страстной любви, бойкую на язык и тяжелую на руку, к тому же довольно зловредную. Подъехав к огромной сточной трубе, вдоль которой к заводу шла дорога, чистильщики остановились и закурили. До встречи с людьми Дюка оставалось чуть менее четверти часа, они молча сидели на мотоциклах и курили, пристально вглядываясь вдаль через чёрные очки, которые заменили им привычную оптику. Несколько мужчин в это время смотрели на них в мощные бинокли и тот, который был одет в меховую шубу без рукавов, молча ткнул в них пальцем, сел в лимузин, выкрашенный в розовый цвет, и уехал.

Вскоре к чистильщикам подъехало на мотоциклах дюжины три парней, вооруженных автоматами и пулемётами, которые стали медленно ездить вокруг них. Тетюр лениво взмахнул рукой, медленно вставил в ноздри миниатюрные фильтры и достал из кармана кожаной куртки, богато украшенной серебряными оскаленными черепами, небольшой баллончик. Его спутники, весело смеясь, также вставили в ноздри фильтры. Когда Кир незаметно подал своему магу-проводнику знак, то громко выкрикнул:

– Эй, вы, придурки, вы приехали встретить меня и отвести к Дюку или будете вместо этого до бесконечности нарезать круги? Ну, сейчас вы понюхаете, чем пахнет моё приветствие.

Он уже собрался бросить на землю химическую гранату, как один из мотоциклистов, одетый в одеяние из парчи, поднял руку и крикнул:

– Спокойно, парень, я Боско, король Дюк велел нам сначала присмотреться к тебе, а уже потом везти вас в его дворец.

Глава пятая.

Дюк Мош, похоже, чувствовал себя, как какой-нибудь гауляйтер в оккупированной Польше, а не как повелитель королевства Тьмы и прежде, чем чистильщики встретились с ним, им пришлось долго петлять в лабиринте заводов и прокатных станов. Продвижение к цели усложняло ещё и то, что повсюду были утроены из стальных конструкций и бетонных блоков многочисленные баррикады. У Кира сразу же сложилось впечатление, что Дюк боится нападения армии и полиции не смотря на то, что у него под рукой была целая армия может быть и не так хорошо организованная, но весьма неплохо вооруженная. Повсюду он видел пулемётные гнёзда, сваренные из толстых листов стали, из амбразур которых торчали стволы двадцатисемимиллиметровых скорострельных авиационных пушек и танковых пулемётов калибра семнадцать миллиметров. Все солдаты Дюка, юноши и девушки в возрасте от шестнадцати-семнадцати до двадцати пяти лет, одетые в самые невообразимые наряды, были вооружены автоматами и ручными пулемётами, обвешаны ручными гранатами.

Оружия у Дюка, явно, было с избытком, но по целому ряду примет Кир сразу же понял, что практически всё оно было изготовлено полукустарным способом. Подавляющее большинство автоматов и пулемётов даже не были воронёными, а их приклады были изготовлены как из дерева, так и из пластмассы разных цветов, но это нисколько не умаляло их огневой мощи. Стволы некоторых пулемётов, торчащих из амбразур, были даже покрыты ржавчиной, словно их поставили Дюку какие-то местные чёрные копатели, а гильзы пулемётных лент и вовсе пестрели то медью, то латунью. Всё это прямо указывало на то, что оружие было изготовлено непосредственно здесь.

Половина банды Квайта Ботоллы была вооружена точно таким же оружием, которое тайком доставили в Окларо курьеры Дюка Моша, а остальное оружие они добыли нападая на полицейские участки и только то, что при этом никто из полицейских не был убит, до поры до времени избавляло их от преследования. Полиция и армия пока что не видела в них серьёзной силы, а высшие полицейские чины считали, что игра в анархию им скоро надоест и они сами тихо и мирно разойдутся по домам. Такие мысли им были внушены политиками, а на тех, в свою очередь, надавили полевые агенты храма Труала.

В Беодонисе всё было по другому. Если банда Квайта чем и грешила, так это тем, что баловалась синтетическими наркотиками, меняла их у фермеров на продовольствие, да, изредка совершала набеги на фермы и магазины, но при этом избегала насилия. Толпы молодых людей с визгом и хохотом просто врывались в магазины, хватали с прилавков что попадётся под руку и тотчас уезжали прочь на мотоциклах. У Дюка Моша были заведены совсем другие порядки. Выбрав себе цель, какую-нибудь компанию, они нападали на неё, убивая в случае сопротивления охранников и беря в заложники персонал, грузили всё, что им было нужно на грузовики и молниеносно отступали в свои стальные берлоги. Поскольку всё было тщательно спланировано и в рейд отправлялось сразу по несколько тысяч человек, то полиция была просто бессильна остановить их и кроме того они всегда действовали очень быстро, нападали одновременно сразу в нескольких местах и потом стремительно откатывались назад.

Власти Беодониса вот уже две недели планировали против этой банды самую настоящую армейскую операцию, но ещё не приняли окончательного решения. В какой-то мере Киру было понятно, зачем Дюку потребовался Квайт, как химик, умеющий создавать отравляющие вещества, он мог дать ему в руки страшное оружие, но для этого ему нужно было иметь соответствующее оборудование. Химикаты, нужные для изготовления зарина, у него уже имелись. Правда, он пока что не мог понять, чего именно хотел Дюк от своего друга, просто обезопасить себя, разместив в нескольких районах Беодониса канистры с химическим оружием, чтобы потом угрожать таким образом властям, или произвести химическую атаку в целях устрашения. Возможно, что этот псих имел куда более серьёзные намерения и тогда за ним точно стоял какой-нибудь лорд тьмы. Если так, то этот чёрный маг не отличался большим умом, ведь он мог заблаговременно наделать всяческой отравы и теперь просто достать её со склада и пустить в ход.

Через добрых полтора часа метаний по владениям Дюка, Кира и его друзей, наконец, привели к берлоге главаря этой огромной банды. Таким образом бывший спортсмен просто показывал своему студенческому товарищу, насколько велика его армия. Ну, может быть она и была велика, да, вот только особой дисциплиной не отличалась и большинство солдат Дюка рассматривали своё пребывание здесь, как бесконечную весёлую вечеринку, на которой они могли вволю оттянуться не заботясь о том, что однажды придут родители и палкой погонят их домой. Судя по затравленным взглядам некоторых юношей и девушек, кое-кому такая жизнь уже изрядно надоела и они давно уже хотели вернуться домой к маме и папе, сладким булочкам на завтрак, к своим куклам, компьютерам и другим любимым игрушкам. Однако, силой их здесь, явно, никто не удерживал.

Дюк Мош относился ко всему очень серьёзно. Свою резиденцию он устроил в здоровенной домне, в которой, судя по её внешнему виду, ещё ни разу не выплавляли металл. Верхняя её часть была превращена в самую настоящую крепость, а внизу, там где некогда была лётка для слива металла, в этом круглом сооружении был проделан широкий прямоугольный проход, к которому местные умельцы приварили тамбур из листов броневой стали и навесили на него круглую сейфовую дверь от банковского хранилища. Некогда здесь изготавливали и такие особо прочные изделия. На большой площадке перед домной стояло несколько танков, множество пулемётных гнёзд, легковых автомобилей, переделанных под боевые машины, и мотоциклов полицейского образца. Тетюру позволили подъехать прямо к двери, возле которой стояло десятка три юношей и девушек, но когда он направился к ней вместе со своими спутниками, тот тип, который встретил их возле озера, встал перед ними раскинув руки, явно, давая понять, что внутрь войдёт один только Квайт, а Шекси вместе с его телохранителями Бо и Мо придётся остаться снаружи. Тетюр тотчас остановился и повернувшись к этому типу, проворчал:

– Вот что я тебе скажу, парень. То, что ты полтора часа катал нас среди этих груд металлолома, я понимаю. Дюк таким образом просто хотел пустить мне пыль в глаза, но вот то, что ты пытаешься пустить побоку моих друзей, меня совершенно не устраивает. Или мы идём к Дюку все вместе, или немедленно возвращаемся домой.

Тетюр сделал ещё несколько шагов к своему мотоциклу и Шекси тотчас встала у него за спиной лицом к толпе, а Бо и Мо, здоровенные парни с бритыми головами, которых можно было бы принять за родных братьев, если бы один не был чернокожим, а второй белизной своего лица с тяжелой челюстью мог поспорить со свежевыпавшим снегом, встали справа и слева от него и положили руки на большие, скорострельные пистолеты армейского образца. Тетюр снова взял в руку химическую гранату и все четверо быстро вставили в нос фильтры. Парень, назвавший себя Боско, озадаченно почесал затылок и как-то неуверенно сказал:

– Король Дюк приказал мне привести к нему тебя, Квайт, а про твоих телохранителей он мне ничего не говорил.

Тетюр сплюнул ему под ноги и сердито прорычал в ответ:

– Это для тебя Дюк Мош король, болван, а для меня он как был двоечником, не умеющим делать ничего, кроме как размахивать битой, так им всегда и останется. Шекси моя девчонка, а Бо и Мо мне всё равно, что родные братья. Только даже братья могут предать, а они никогда и потому я их тоже не предам. Или мы идём к Дюку все вместе, или уезжаем, это моё последнее слово, так что решай, пропустишь ты нас к нему или мы убираемся отсюда к чёртовой матери.

Боско вздохнул и сказал:

– Ладно, идите все вместе, только ты сам будешь объяснять Дюку, кто они такие. Он не любит непрошенных гостей.

Несколько дней назад, когда настоящий Квайт разговаривал с Дюком, он пообещал ему в конце разговора, что приедет вместе со своими ребятами, из чего вполне могло следовать и то, что эти ребята вполне могут оказаться его самыми близкими друзьями. Поэтому, нисколько не сомневаясь в правильности своих действий, Тетюр быстро взбежал по стальным ступенькам и вошел в круглую дверь этого странного дворца. Внутри домны они увидели большой круглый зал, в котором в полном беспорядке вдоль стен, увешанных коврами, были расставлены диваны и кровати, шкафы, комоды и прочая мебель. В нескольких местах к стене были приделаны низкие выгородки, за которыми стояли унитазы и чугунные эмалированные ванны. На полу местами даже лежали тюфяки и только в центре этой круглой общаги имелось свободное пространство метров двадцати в диаметре.

У Кира сразу же сложилось такое впечатление, что Дюк страдает паранойей и потому сделал так, чтобы все его приближенные были у него на виду. Иначе с чего бы это он установил напротив двери большой помост высотой метра в три, на котором стоял большой раскладывающийся диван, а рядом с ним несколько здоровенных холодильников и музыкальных колонок высотой в человеческий рост. В зале гремела музыка, Дюк, одетый в золотой обтягивающий комбинезон и шубу без рукавов, миловался на диване с несколькими полуголыми девицами, а его приближенные занимались своими собственными делами. Кто-то готовил себе обед на электрической плитке, кто-то чистил оружие, кто-то танцевал, а кто и вовсе занимался любовью у всех на виду. Если здесь и на ночь не выключали прожекторов, установленных высоко вверху, то это было очень странное место.

Тетюр смело шагнул вперёд и, обнимая Шекси за талию, направился прямо к помосту Дюка. Тот заметил их только тогда, когда они прошли почти через весь зал и оказались в нескольких метрах от помоста. Король Дюк широко заулыбался и жестом приказал одной из девушек выключить музыку, после чего громко крикнул:

– Привет, Вонючка Кватти! А это что за ребята с тобой? Я их, кажется, не приглашал. Так что пусть валят отсюда.

Тетюр, продолжая идти вперёд, огрызнулся:

– Ты приглашал меня, Фугас, а значит и их тоже. Так что заткнись, если не хочешь хорошенько прослезиться и прикажи своим ребятам притащить нам несколько кресел или стульев.

Дюк не стал корчить из себя обиженного. Он захохотал и громко крикнул с помоста своим подданным:

– Слышали, ребята? Притащите сюда какие-нибудь кресла, если не хотите, чтобы Кватти угостил вас доброй порцией какого-нибудь вонючего газа. Он в этом деле мастер. – Не меняя тона, Дюк тотчас спросил – Эй, Квайт, а что за хреновину ты сунул под нос Боско? Он, что, действительно мог от неё откинуть копыта или это была просто твоя очередная вонючка?

– Ну, допустим, копыта Боско и его ребята не откинули, но все так просрались бы, что мигом забыли про свои пушки и потом дристали ещё добрых три недели подряд. Это моё новое изобретение, Фугас, слабительный газ. Очень мощная штука, скажу я тебе, и действует безотказно даже на мух.

Когда чистильщикам принесли четыре кресла, Тетюр демонстративно столкнул одно вниз, сел в самое большое напротив Дюка и усадил Шекси к себе на колени. Ио в образе этой девицы немедленно обняла его, положила голову к нему на плечо и стала исподволь поглядывать на правителя королевства Тьмы, поглаживая рукоять пистолета, вложенного в набедренную кобуру разрисованную белыми и голубыми цветочками. Бо и Мо сели справа и слева от Тетюра и сделали вид, что они моментально задремали. Лаская большие груди девушки, Тетюр сразу же перешел к делу, спросив Дюка:

– Фугас, ты попросил, я приехал, а теперь объясни мне, за каким чёртом мне пришлось мчаться, как угорелому? Народу тут у тебя, как я посмотрю, целая армия. Стало быть моя банда тебе не нужна, тогда зачем я тебе понадобился? Неужели только за тем, чтобы я приготовил тебе пару канистр слабительного газа? Ну, так это же глупо, старик. Поверь, им только детей и женщин пугать. Ну, а если ты рассчитываешь на то, что я приготовлю тебе настоящую боевую отраву, то извини, для этого мне понадобится такое оборудование, которого тебе не достать. Вот я и хочу знать, Дюк, зачем ты меня побеспокоил?

Дюк нахмурился. Ему, явно, не нравилось, что Квайт разговаривал с ним таким независимым тоном. Турнув с дивана девиц, он сел прямо и, слегка наклонившись вперёд, сказал:

– Кватти, тебя я знаю много лет. Ты парень правильный, но я не знаю твоих спутников и потому хотел бы убедиться, можно ли им доверять. Расскажи мне о них подробнее и, если сможешь, убеди меня, что они будут полезны не только тебе, но и мне.

Тетюр расхохотался в лицо Дюку и воскликнул:

– Ну, ты и нахал! Тебе что, своих девчонок мало? Парень, Шекси моя девчонка и я ни с кем не буду её делить только потому, что она была моей девчонкой ещё тогда, когда в небе над нами не сияла эта чёртова золотая вуаль. Из-за неё я вылетел с работы и чуть не загудел в тюрягу, но не жалею об этом. Папаша Шекси редкостная скотина и выгнал меня, когда стал подозревать, что она спит со мной. С Бо и Мо я тоже познакомился больше года назад. Мы с Шекси тогда прятались от полиции в лесу, в охотничьем домике моего деда, а эти ребята набрели однажды на него ночью. Они оба дезертиры, сбежали из своей части, когда узнали, что их отправят на остров Сорант, ну, а мы предоставили им убежище. Я ведь свою банду начал сколачивать ещё год назад и ко мне приходили не всякие там маменькины сынки, а такие парни и девчонки, у которых были настоящие проблемы с полицией или с предками. Бо и Мо мне всё равно, что родные братья, Дюк. Мо как-то раз вообще спас мне жизнь, а отплатил я ему тем, что с простреленной ногой всю ночь тащил Бо на себе до нашего лагеря. Его тогда ещё сильнее ранили. Они когда-то были отличными солдатами, а сейчас и вовсе стали крутыми ребятами и кое чему научили мою малышку Шекси. Она у меня тоже крутая баба.

Перед помостом собралась приличная толпа зевак, в которой было немало рослых и крепких парней и когда Тетюр сказал о том, что Бо, Мо и Шекси крутые, стали за его спиной подавать какие-то знаки. Дюк высокомерно оттопырил нижнюю губу и спросил:

– Ну, и что же ещё в твоей Шекси крутого кроме её классных сисек и роскошной задницы?

Тетюр улыбнулся и ответил:

– Дюк, у моей девчонки быстрые руки, а кроме того она очень метко стреляет. Хочешь, мы устроим небольшое соревнование? Позови сюда своего самого быстрого стрелка.

Король Дюк не колеблясь ни секунды крикнул:

– Эй, Феннер, тут какая-то девчонка взялась тебя обскакать. Иди сюда и докажи всем, кто здесь самый шустрый стрелок.

Феннер оказался коренастым парнем затянутым в чёрную кожу от пяток, до горла. Как и у Шекси у него на поясе висели сразу две кобуры с большими, вытертыми от частого употребления пистолетами. Он поднялся на помост и вопрошающе посмотрел на Дюка. Тот сделал рукой знак, предлагая Квайту распоряжаться предстоящей то ли дуэлью, то ли просто состязанием. Тетюр, изображавший из себя Квайта Ботолу, страстно поцеловал Шекси и та привстала у него на коленях, чтобы ему было удобнее запустить руку под юбку девушки и погладить её круглый зад, после чего сказал:

– Феннер, я не собираюсь проверять меткий ты стрелок или нет. Не в этом дело. Спор у нас совсем о другом, кто из вас вообще быстрее. Вы встанете друг напротив друга на расстоянии полуметра, поднимете руки вверх, приложите ладони друг к дружке и по счёту три выхватите пистолеты. Если сумеешь выстрелить в мою девчонку, то ты победил.

Шекси встала, подошла к Феннеру и под восторженные вопли толпы, выкрикивающей имя её противника, подняла руки ладонями вперёд. Тот злорадно улыбаясь, приложил к ним свои ладони и замер, а Дюк вместе со своими людьми принялся громко считать от одного до трёх и как только он сказал три, их руки быстро опустились вниз. Всё было бы хорошо, но Феннеру не удалось выхватить свои пистолеты только потому, что они оказались в руках у девушки и та, насмешливо улыбнувшись, тут же повернулась и, разведя руки почти на сто двадцать градусов, открыла огонь с обоих рук одновременно, но глядя прямо перед собой. При этом она тем не менее как-то умудрилась целиться сразу в две мишени – круглый никелированный колпак, повешенный кем-то на ковёр, и в бронзовый бюст, стоявший на массивном, резном платяном шкафу. Расстреляв обе обоймы, Шекси также стремительно повернулась к Феннеру, вложила пистолеты в его кобуры и насмешливо сказала:

– Парень, я всё-таки советую тебе держать пистолеты на предохранителе, иначе ты когда-нибудь отстрелишь себе яйца. Так будет безопаснее для тебя и твоих друзей.

Потрясенный Феннер что-то пробормотал и поспешно ретировался с помоста. Всё это время Бо и Мо, над головами которых только что свистели пули, мирно дремали в своих креслах. Дюк посмотрел сначала на одного, потом на другого, пожевал губами и спросил Тетюра:

– А что умеют эти парни, Квайт? Они, что тоже быстрые стрелки?

– Разумеется, Дюк. – Ответил Тетюр – Иначе у кого Шекси смогла бы научиться так обращаться с оружием. Правда, они будут всё-таки побыстрее, чем она, а ещё Бо может с расстояния в пятьсот шагов попасть из пистолета в гильзу. Но всё же главное их достоинство заключается в том, что они смертельно опасны вообще без какого-либо оружия. Спорю на бутылку, что вдвоём они отметелят сразу десятерых твоих самых лучших ребят.

Дюка неприятно поразило то, что Шекси сумела так уделать Феннера. Он даже слегка позеленел от злости, но девчонка действительно была хороша собой, а то, как она стреляла, и вовсе привело его в изумление. За каких-то десять секунд она разрядила обе обоймы и при этом ни одна пуля не пролетела мимо. Все угодили точно в цель, изрешетив колпак и избороздив лоб бронзового дяди глубокими оспинами. Дюк, похоже, в жизни не видел ничего подобного, раз спросил:

– Эй, Шекси, у тебя что, глаза способны смотреть в разные стороны? Тогда тебе точно нужно обратиться к врачу. Это ведь ненормально. И как только ты умудряешься ездить на мотоцикле.

Ио ответила ему низким, грудным контральто:

– Нет, Дюк, с глазами у меня всё в порядке. Бо говорит, что у меня хороший глазомер и твёрдая рука. Это он научил меня так стрелять, а ещё он говорит, что у меня к этому талант.

Дюк поморщился и сказал:

– Ладно, посмотрим на то, что умеют эти ваши хвалёные братья-близнецы Бо и Мо. – Взмахнув рукой, он приказал – Эй, Боско, позови десять самых лучших своих бойцов из числа тех, которые готовы к какому-то вашему посвящению. – Взмахнув обоими руками, он громко крикнул – Ребята, освободите круг для драки. Двое друзей Квайта грозятся поколотить самых крепких и ловких парней Боско.

Толпа стала быстро разбегаться во все стороны и громко скандировать имя своего нового кумира, но тот даже и не собирался драться. Он быстро вышел из домны и вскоре вернулся вместе с десятью громилами. Все его бойцы были, как на подбор, рослыми и крепкими ребятами, одетыми, словно бойцы одного подразделения, в тяжелые башмаки, чёрные штаны и майки с большим вырезом на груди, чтобы всем была видна их фирменная наколка на левой стороне груди, череп с розой в зубах, проткнутый кинжалом, увидев которую, Лана хищно улыбнулась. На руках этих парней были надеты чёрные кожаные перчатки, все усеянные с тыльной стороны стальными шипами, что превращало их в опасное оружие. Тетюр встал и поставил своё кресло рядом с диваном Дюка, а Бо и Мо, поставив кресла с другой стороны, спустились с помоста и вышли на центр зала.

Бо и Мо были одеты весьма живописно, в застёгнутые на замки-молнии чёрные кожаные куртки, украшенные серебряными халнитенами и цепями, кожаные штаны и сапоги со шпорами. На спине у Бо был вышит шелковыми нитками орёл, а у Мо голова зверя, очень похожего на волка с оскаленной пастью и огромными клыками. Козмо и Кир встали спина к спине и опустили руки, исподлобья глядя на то, как вокруг них сжимается кольцо ребят Боско. Те неторопливо шли вперёд поигрывая кулаками и негромко посмеивались, глядя на свои жертвы. Когда они подошли метра на полтора, Козмо неуловимо быстрым движением захватил руку Кира, а тот, крепко ухватившись за неё, взлетел вверх и пошел с помощью своего друга по кругу, с громким стуком пересчитывая челюсти противника обеими ногами. Пять мощных ударов в челюсть правой ногой, пять ударов левой и через пару секунд все десятеро лежали на полу пластом. Никто из парней Боско даже не успел увернуться от удара или просто попятиться назад.

Козмо занял исходную позицию, но теперь Кир встал рядом с ним со всё тем же сонным видом. Толпа приближенных короля Дюка испуганно ахнула и все дружно попятились назад, как будто кто-то собирался за ними гнаться. Рыцарь Мастера Миров и его маг-хроникёр сделали несколько шагов к помосту, прошли мимо поверженных противников и, сложив руки на груди, замерли на одном месте. Дюк громко рассмеялся и принялся демонстративно медленно хлопать в ладоши. Кир слегка кивнул ему головой и спокойным голосом сказал:

– Хорошие бойцы, только удар держат плохо и совсем не умеют работать в команде. Но уже одно то неплохо, что не струсили и не сбежали сразу.

Дюк в бешенстве вздохнул несколько раз и спросил:

– Ну, а если я предложу вам обоим, ребята, сразиться с посвящённым бойцом вы сами-то не сбежите? Покажете нам всем, как нужно сражаться в команде против настоящего боевого мага?

Козмо пожал плечами и ответил:

– Отчего же не покажем? Обязательно покажем.

Дюк злобно ощерился и крикнул:

– Боско, задай жару этим хвастунам!

Поверженных бойцов, которые всё ещё не показывали признаков жизни, быстро вытащили за руки и за ноги из дворца-домны, но на этот раз молодые люди, поселившиеся в этом странном месте, стали быстро прятаться за комодами, шкафами и даже под кроватями. Боско, стоявший подле помоста, сбросил с себя камзол золотой парчи и, круто развернувшись к Киру и Козмо, посмотрел на них исподлобья. Под камзолом он был одет точно так же, как и его битые бойцы, но в неё чувствовалась совершенно иная сила и если бы не его татуировка, которой этот тип, явно, связывал себя с каким-то лордом тьмы, его точно принял бы в свой отряд кто-либо из ильмианских друзей Кира, а потом отправил на год в Каспервилль. Быстро переглянувшись, Кир и Козмо стали медленно пятиться назад плавно изгибая свои мускулистые тела, переступая с ноги на ногу и описывая руками широкие движения, временами склоняясь всем телом на бок и касаясь рукой бетонного пола. Одновременно они расходились друг от друга. Дюк, глядя на них, рассмеялся и крикнул:

– Они что, танцы решили здесь устроить?

Однако, таким образом они сумели сбить с толку Боско, и тот несколько утерял свою уверенность, так как видел теперь перед собой совсем другого противника, плавного и тягучего, а не взрывного и резкого. Сделав несколько разминочных движений, он двинулся вбок, чтобы его противники снова оказались рядом друг с другом, одновременно с силой встряхивая руками. Только так этот тип мог накопить прану для мощного энергетического удара, для которого ни Козмо, ни тем более Киру вообще не требовалось никакой подготовки, но они не могли показывать в этом бою, что способны на такие трюки. Гурвал, как и всякий другой базовый мир, не был знаком с таким способом ведения боя и этому можно было научиться либо от чистильщиков, либо от лордов тьмы. Когда Боско был готов к нанесению энергетического удара, каждый из его противников находился метрах в пяти от него, но чтобы ударить по ним, ему пришлось развести руки почти так же, как и Ио, когда она стреляла из пистолетов по двум целям.

И всё-таки он решил ударить, хотя разведённые руки и снижали мощь удара. Хищно скрючив пальцы, он вскинул руки и нанёс удар. Хотя дистанция и была минимальной, Кир и Козмо одновременно резко откинулись назад, уходя из под удара и хотя со стороны могло показаться, что Боско смёл их, вся мощь его энергетического удара всё же пришлась на платяной шкаф и комод с посудой. Мебель от этого буквально взорвалась и разлетелась на щепу, но уже в следующее мгновение Бо-Кир, опершись на руку, закрутил над полом стремительный пируэт и вырос перед Боско, как из-под земли. Захватив его руки, он одним мощным движением сломал черному магу оба локтевых сустава, после чего мигом вышиб из него дух коротким тычком в лоб до того, как тот взвыл от боли. Мо-Козмо, быстро выпрямившись, небрежно бросил своему напарнику через плечо:

– Бо, братишка, а ведь капитан Тобис не врал нам, когда рассказывал о тех древних воинах с острова Морутоо, которые когда-то умели раскалывать камни даже не касаясь их рукой. Этот Боско, похоже, где-то научился таким трюкам, но ты же знаешь, дурака учить, только время зря переводить.

Оба парня поднялись на помост, поставили свои кресла перед Дюком, сели в них, как ни в чём не бывало и снова сделали вид, что задремали. Тетюр сел в своё кресло и, пристально глядя на своего бывшего приятеля, постарался успокоить его словами:

– Эй, старина, не расстраивайся ты так. Ты же знаешь, за одного битого двух не битых дают. Ну, что, Фугас, теперь-то ты понимаешь, что Шекси, Бо и Мо действительно крутые ребята? И запомни, я не расстанусь с ними даже в аду. Ты можешь говорить только со мной, но слушать тебя будут четверо.

Дюк кивнул головой и сказал вполголоса:

– Тогда пойдём поговорим с глазу на глаз, Квайт.

Он встал, подошел к стене за своим диваном и открыл потайную дверцу, которая вела в кабинет, в котором одна стена была сплошь увешена плоскими экранами стереовизоров. Это были экраны системы наружного наблюдения и на них можно было видеть все самые опасные, с точки зрения проникновения в этот комплекс, места. Перед экранами сидел за большим круглым столом какой-то парень, но стоило Дюку войти в кабинет, он тотчас встал и молча вышел. Обстановка в этом кабинете мало располагала к переговорам, но чистильщикам это не мешало. Они сели спиной к экранам и приготовились выслушать то, что скажет им Дюк Мош. То подошел к большому холодильнику, стоящему в углу, достал из него несколько упаковок с пивом и большой пакет с сушеными креветками, сбросил всё на стол и сел. Посмотрев на экраны, он громко сказал:

– Джебо, наблюдай за обстановкой в резервной будке. Если увидишь что-нибудь опасное, сразу вызывай меня. – После чего спросил со вздохом – Квайт, скажи мне, ты в последнее время не чувствуешь ничего странного? Тебя ничто не удивляет?

Тетюр сразу понял, о чём именно собирается заговорить с ним Дюк. В последнее время агенты Земера не раз докладывали им, что всё чаще и чаще так называемые внуки и внучки Труала, то есть те люди, которые были рождены дочерьми Труала от обычных мужчин или попросту полукровки, открывали в себе те же самые способности, что и истинные дети Труала. Квайт и его самые близкие друзья были одними из них и после того, как маг Арко преобразил термоядерный реактор на острове Сорант и тот вызвал золотистое свечение в ночном небе, они вскоре почувствовали, что связаны не только узами любви и дружбы, но и ещё чем-то, чего не могли объяснить. В банде Квайта, которая была всё же скорее коммуной молодых анархистов, таких, как он было ещё несколько тысяч и все эти юноши и девушки также чувствовали родство друг с другом. Поэтому Тетюр усмехнулся и сам спросил Дюка вместо ответа:

– Ты говоришь о том, чувствую ли я присутствие рядом такого же человека, как и я? Тебя это интересует, Фугас?

– Так всё-таки чувствуешь? – Снова спросил Дюк.

– Да. – Коротко ответил Тетюр и добавил, идя ва-банк – Мы точно такие же дети Труала, только нам, почему-то, никто не предлагает стать магами. Не знаю почему так происходит, но это вызывает у меня множество вопросов. Более того, всё это мне совсем не нравится, Дюк, я не привык побираться и просить кого-либо, но если бы ко мне пришли труалисты и сказали, что я их брат и они хотят сделать меня Верховным магом, то не отказался бы, но они так и не пришли.

Дюк открыл банку и выпил пиво крупными глотками. Утирая рот, он стукнул пустой банкой по столу, отчего она смялась в блин и громким, сердитым голосом сказал:

– Правильно говоришь, парень, и они не предложат нам этого никогда, ведь мы на их взгляд просто выродки, жалкие, ничтожные полукровки, которых нельзя учить искусству высшей магии. Только они забыли про то, что магия не только передаётся от учителя к ученику вместе магическим напитком. Любого человека можно обучить азам магии, как в школе, а таких парней как ты, я, Шекси, Бо и Мо можно выучить на настоящих магов. По ящику то и дело толкуют о какой-то белой и чёрной магии, Квайт, а ведь на самом деле есть просто магия. Ты или маг, которому доступно всё или почти всё, или нет. Магом в нашем мире может стать каждый человек, в котором течёт хоть какая-то толика крови Труала, но эти ублюдки, истинные дети Труала, считают обычных людей грязью. Они нас просто презирают.

Дюк продолжал говорить, а Кир, глядя на него, понимал, что он всего лишь ищет оправдание своим поступкам. Возможно, что этот тип и нагрешил преизрядно за последние несколько месяцев, но в том-то всё и дело, что и он, и десятки тысяч ему подобных парней и девчонок только в том и были виноваты, что оказались не в том месте и не в тот час. Да, они просто не успели пропитаться злом настолько, чтобы быть за это наказаны. Даже в том случае, если Дюк натворил втрое больше дел, он ни за что не отдал бы его Амалору. Дюк Мош не был его клиентом в тот момент, когда Тетюр провёл их на Гурвал, не стал он им и сейчас. То, что он рассказывал своему другу, было всего лишь обширным списком жалоб и претензий к государству и обществу, но об одном он всё-таки не сказал, о том, что ему вовсе не хотелось быть королём и отвечать за всех тех юношей и девушек, которым он просто дал надёжное убежище. Это Кир тоже мысленно отметил, но его гораздо больше интересовало то, о чём Дюк хотел попросить Квайта и тот не заставил его ждать слишком долго, сказав Тетюру:

– Старик, поначалу это была классная берлога и в ней могло спрятаться очень много пацанов и девчонок, но нас здесь стало уже слишком много. Сюда пришли ребята из Беодонии и Трагенда, Лотии и Модонии, да, и много ещё откуда, я ведь не говорил со всеми. На нас здорово окрысились местные власти, а потому того и гляди пошлют против нас войска. Квайт, мне нужно заставить их подумать трижды прежде, чем они поднимут в воздух бомбардировщики и пошлют на нас танки и ты можешь сделать это. Если ты приготовишь несколько тонн какой-нибудь отравы, то мы не только заставим их покинуть Беодонис, но и центральные районы страны. Тогда у нас будет своё собственное королевство. Пару месяцев назад ко мне приехали крутые парни из Модонии и рассказали кое о чём. Они из какой-то древней секты, которая уже тысячи лет возбухает против Ароссы и создала культ поклонения какому-то Амалору и говорят, что ещё их предки изучили сами основы магии, но только теперь, когда Гурвал изменился, они могут применят свои знания на практике в полной мере. Может быть ты считаешь теперь, что Боско и его парни не такие крутые, как они говорят, но это не так, они действительно умеют творить настоящие чудеса. Например, делать дыры в пространстве и за считанные секунды проходить из Модонии прямо сюда. Если мы очистим Беодонис от правительственных войск, то к нам тут же придут их вожди и научат куда более крутой магией, чем все те формулы, которые они поместили в Интернете. Квайт, тогда мы обретем полную свободу и нас никто не загонит в тюрягу. Ну, что скажешь?

Тетюр закрыл глаза и сидел несколько минут молча, словно борясь со своими чувствами. Кир уже хотел лягнуть его под столом ногой, но он и без его подсказки прервал затянувшуюся паузу и тихим, задумчивым голосом сказал:

– Хорошо, Дюк, пожалуй, я сделаю так, как ты просишь, но только при одном условии, братан.

Дюк, всё это время сидевший в напряжении, оживился и спросил:

– При каком условии, Кватти? Ты хочешь занять моё место.

Тетюр расхохотался и воскликнул:

– Ты с ума сошел, Фугас! Капитан команды ты, а не я. Мне с такой оравой ни за что не справиться. Они же меня на куски порвут. Нет, я просто хочу подстраховать тебя. Понимаешь, не верю я в то, что какие-то культисты не захотят нас всех поиметь. Видишь ли, Дюк, я тоже проверял у себя в Окларо их магические формулы и вот к какому выводу пришел – хотя все их формулы и действуют, эти маги из Модонии либо полные дураки, чему я не верю, либо дураками прикидываются. Но в одном я с тобой согласен полностью, нам нужно пригласить их сюда, а потому все дальнейшие переговоры мы будем вести вместе. Знаешь, старик, я ведь учёный прежде всего, а потому люблю экспериментировать. Так вот, все те магические формулы, что нам удалось скачать из Интернета, я разложил на составляющие и сложил заново, и у меня получилось кое-что интересное. Шекси у нас большая любительница всяких там загробных дел, так вот её ходячие мертвецы могут сражаться, как настоящие солдаты, но я не разрешаю ей заниматься такими делами. Тут и самому недолго в ящик сыграть. Зато с помощью других магических формул я научился синтезировать такие газы, что мне не составит особого труда очистить от лишнего народа не то что Беодонис, а всю Беодонию. Народ просто убежит оттуда в панике, бросив всё и вся. Правда, мне нужно для этого недели полторы на подготовку, хорошо оборудованная химическая лаборатория, химические реактивы и ещё я намерен поговорить с Боско, если он захочет.

Дюк радостно заулыбался и воскликнул:

– Квайт, с этим никаких проблем не будет. Всё, что тебе понадобится, мы уже спёрли и сложили неподалёку отсюда. А на счёт Боско ты не волнуйся, он захочет говорить с тобой. Эти культисты, как ты говоришь, давно уже облюбовали эту территорию. Это они организовали здесь производство оружия. Мы сначала покупали у них стволы, а потом я прибрал это дело к своим рукам. Сам понимаешь, не будь у моих ребят оружия, с нами никто не стал бы считаться.

Разговор с Боско был довольно трудным. Поначалу он вообще не хотел разговаривать с Квайтом, но после того, как Тетюр достал из кармана маленькую ампулу с малиновой жидкостью внутри и сказал, что это вещество заставит его рассказать всё, что он только знает, отношение этого типа к своим визави несколько изменилось. Постепенно Тетюру удалось разговорить этого мрачного типа, а когда Шекси показала ему несколько модернизированных магических фокусов, глаза у него и вовсе загорелись. Тем более, что старый маг-химик самым доступным образом объяснил ему, как меняется даже сам смысл магических формул, если дополнять их кое-какими компонентами в виде химических веществ, добываемых из различных животных, растений и минералов. Окончательно он добил его следующими словами:

– Боско, твои учителя умные ребята, но они не учёные. Вот смотри, здесь сказано, – "Возьми одну унцию толчёных чёрных скартов", а на хрена, спрашивается? Скарты ядовитые насекомые и их тела состоят из целой прорвы белков, протеинов, аминокислот и прочей ерунды, а согласно самого смысла этой магической формулы нам нужны только хитин, яд скарта и две его аминокислоты, которые, так сказать, связывают яд. Когда мы берём чистые химические вещества, которые после самого простого магического воздействия приобретают особые свойства, то получаем в итоге куда более мощное магическое средство, способное парализовать любое живое существо на несколько часов. Да, что там животные или люди, этим порошком я могу заставить замереть даже пламя газовой горелки или поток лавы.

Хотя Боско и изображал из себя молодого парня, чистильщики сразу же поняли, что на самом деле он глубокий старик, которому магия вернула молодость. Его, несомненно, очень интересовала магия, но только те её аспекты, которые позволяли творить зло. Он вообще был довольно неприятным типом, под показушным спокойствием и рассудительностью которого крылась мстительная и жестокая натура хитрого интригана. А ещё этот тип запал на Шекси, но не как на красивую девушку, а как на проводника своих некромантских идей. Ио приколола его тем, что с помощью крохотной щепотки магического порошка оживила череп маленького местного хищника похожего на мангуста и превратила его в магическое существо, эдакий призрачный фантом скелета с настоящим черепом, которое грозно щёлкало челюстями и даже тяпнуло Боско за палец, когда тот попытался взять этого костяного хищного зверька в руки.

Дальше разговор шел практически под диктовку чистильщиков и Боско даже не заметил того, что Козмо ловко навёл на него чары и заставил разговориться. Дюк только диву давался, слушая, как тот выбалтывает свои и чужие секреты. До этого дня он даже и не подозревал о том, что в Беодонисе и Модонии давно уже действует целая свора чёрных магов, возглавляемая двумя лордами тьмы, которые ждут не дождутся того часа, когда они смогут вторгнуться в Беодонию, подготовить там целую армию и двинуть её в сопредельные страны. К этому, по словам Боско, всё было давно уже готово и десятки главарей довольно больших молодёжных банд только ждали приказа, чтобы маленькими группами отправиться в путь.

Это уже было что-то и Тетюр выдал Боско самые надёжные гарантии того, что он сможет заставить войска бросить всё и в панике бежать не только из города, но и из страны. Маг-проводник вообще наплёл ему такого, словно не Козмо, а он сам был магом дыма и умел устраивать массированные, грамотно выстроенные газовые атаки. После этого долгого разговора Боско воспрянул духом и был готов немедленно отправиться в Модонию, но Тетюр предложил ему не торопиться, а немного подождать, чтобы увидеть действие его газа в реальных условиях города, а не химической лаборатории. Боско закивал головой и чистильщики немедленно отправились в соседний цех, в котором стояли фуры с оборудованием и бочки с различными кислотами и химикалиями. Тут Тетюр чувствовал себя, как рыба в воде и сразу же принялся командовать людьми Боско. Его подручные видя то, как их шеф заискивает перед Тетюром, засучили рукава и немедленно принялись за работу. Им даже не пришлось никого понукать.

Всего неделю спустя Боско лично убедился в том, что Квайт Ботолла действительно был очень талантливым химиком. Газовая атака, которую они устроили в небольшом городке, заставила всех его жителей бросить в панике всё и бежать прочь из своих домов. Очнувшись пару часов спустя, они так и не вернулись в свои жилища и толпой направились в Беодонис, до которого было каких-то полтора часа ходьбы. Там они принялись жаловаться полицейским на какое-то кроваво-красное облако, которое опустилось на городок и навело на них жуткого ужаса. Не смотря ни на какие увещевания они отказались возвращаться домой. Полиция снарядила отряд, который немедленно поехал в Соммек на разведку, но едва полицейские въехали в этот городок, их тоже охватил ужас, хотя никакого красного облака там уже не было и в помине. Бросив все свои автомобили и даже оружие, они бегом бросились в Беодонис, где насмерть перепугали полицейское начальство и тем только раззадорили военных.

В Соммек снарядили на разведку второй отряд, но на этот раз военных химиков и спецназовцев. Хотя те и были одеты в герметичные комбинезоны, это не помешало магическому газу Тетюра и на них нагнать такой жути, что они рвали оттуда когти так, словно увидели там Тартаботана. Зато когда чистильщики вместе с Боско и ещё несколькими его парнями въехали в этот городок, они ничего не почувствовали. Газ действительно действовал избирательно. После того, как началось его массовое производство, Боско тотчас исчез, но это нисколько не обеспокоило чистильщиков. Ио, поцеловав его на прощание, поставила ему на лоб крохотный магический жучок с помощью которого они могли наблюдать за этим типом и видеть куда он шел и с кем встречался. К тому же руки, лоб и губы этого чёрного мага теперь обладали весьма полезным свойством, они помечали магическими маячками всех тех, кому он пожимал или целовал руку, или же прикасался своим лбом к любой части чьего-либо тела.

В голове Кира к этому времени уже полностью сложился план дальнейших действий и теперь настало время действовать. Пока Тетюр колдовал в своей химической лаборатории, Кир, Лана и Козмо изо всех сил веселили народ. В ход шли всё, начиная от песен Высоцкого и "Ласкового мая", до трюков Дэвида Коперфильда и гадания на картах Таро, так что скоро чуть ли не вся армия Дюка была покорена обаянием Бо, Мо и Шекси. Даже Дюк поддался их влиянию и в его дворце-домне каждый день закатывались шумные вечеринки, на которых гостям предлагались мощные энергетические напитки, сладкие леденцы, ввергающие всех в эйфорию и мятные таблетки, от которых любовники делались не только неутомимыми, но и удивительно нежными и искусными. Тетюр в своей химической лаборатории занимался не одними только боевыми отравляющими газами и, возвращаясь вечером в королевскую общагу всегда находил, чем порадовать гостей и свою весёлую хохотушку Шекси.

Чистильщики поселились в домне и поэтому были вынуждены жить на виду у всех. Впрочем, точно так же дело обстояло и в прежней банде Квайта и потому Киру пришлось смириться с тем, что уже в первую же ночь Тетюр и Лана занимались любовью практически у него под носом. Сам он тоже не скучал. На пару с Козмо они в первый же вечер сняли двух потрясающих сестричек-близняшек и те устроили им такое, что о таком можно было только мечтать. Даже в ином облике он оставался рыцарем-любовником и хотя девушкам не были видны его магические любовные руны, это практически ничего не меняло и всякий раз он проводил ночь с той красоткой, которая умудрялась затащить его в койку в тот момент, когда внутри домны гасли прожектора. Это также добавляло ему популярности среди этих молодых анархистов, для которых самой главной целью в жизни было не служение силам зла, а стремление к независимости и справедливости, ну, и ещё желание выделиться, ради чего многие хотели стать не то что чёрными, а сизыми в крапинку магами. Поживи чистильщики с ними бок о бок ещё пару месяцев, они бы сумели внушить им иные мысли, но на как раз такое у них не было времени.

Тетюр закончил сборку своего химического реактора как раз к тому времени, когда вот-вот должен был закончиться срок действия тех лучей, которые вырубили Квайта и его друзей. Кир был настроен в их отношении очень серьёзно и потому за три часа до этого срока он вместе со своими друзьями отправился в лес на прогулку. Они забрались на мотоциклах в самую чащобу и уже оттуда полетели прямиком к "Немезиде II", которую Кен перегнал к лесу. В магической лаборатории корабля всё оставалось таким же, как и в тот день, когда они как бы стали другими людьми. Кадиса сидела в своём стеклянном шаре и набирала вес, а четверо молодых людей лежали на кушетках. Кир вошел в лабораторию, сел в кресло и первым подставил голову под магический прибор Козмо. Он решил, что в завершающей фазе операции должны были участвовать на главных ролях четверо этих молодых бездельников. Поэтому, когда все они приняли свой прежний вид, а молодые люди очнулись, он громко сказал:

– Квайт, я хочу дать тебе шанс отвести беду от многих тысяч таких же юных балбесов, как ты твои друзья. Две недели я со своими друзьями, можно сказать, провёл в вашей шкуре. Дюк отличный парень, хотя и наделал за последние несколько месяцев немало глупостей. Он мне нравится и я не хочу, чтобы его воспитаниями занимались правительственные войска. Более того, мы намерены сделать так, чтобы в ближайшие две недели всю центральную часть Беодониса покинула не только армия, но и почти все жители. Затем я намерен собрать там чуть ли не все молодёжные банды и на несколько месяцев вы будете там предоставлены самим себе. Ребята, я рыцарь Мастера Миров и делаю это вовсе не случайно. Таким образом я смогу заманить в эту ловушку из Модонии двух лордов тьмы и всех их подручных. А это, к вашему сведению, вовсе не такие же молодые шалопаи, как вы. Наоборот, все они люди достаточно взрослые и успели в своей жизни натворить такого, что имей Тартаботан такую возможность, он сам пришел бы за ними. Вот так-то, ребята, а теперь приступим к главному. – Кир улыбнулся Квайту, на колени к которому уже перебралась Шекси и подмигнул Бо и Мо, сидевшим на кушетках с сосредоточенными, мрачными лицами, после чего сказал Козмо – Кузьмич, заводи свою дымокурню. Пусть ребята узнают, чем они занимались две недели, а потом, когда немного во всём разберутся, мы продолжим разговор, но уже не здесь, а за столом.

Час спустя разговор действительно продолжился, но теперь Квайт, Шекси, Бо и Мо засыпали их своими вопросами. Чистильщикам пришлось ответить на множество вопросов прежде, чем Тетюр, Лана и Козмо смогли снова увести молодых людей в магическую лабораторию, но теперь для того, чтобы сделать их своими учениками. Пока его друзья занимались магическими делами, Кир подробно инструктировал чуть ли не каждого полевого агента храма Труала, как он должен выглядеть и во что одеться, чтобы не выглядеть в бандитской армии Дюка Моша полным идиотом. Всего он призывал к себе на помощь свыше двадцати тысяч магов-воителей, которые должны были не только помочь ему переловить всех помощников лордов тьмы и их самих, но и помочь Дюку Мошу построить своё собственное королевство юных магов. Квайту и его друзьям для принятия решения вполне хватило того, что они узнали о том, чем, якобы, занимались в течение двух недель. Вместе с тем Козмо передал им множество знаний, принадлежавших тем, кто очень ловко и убедительно выдавал всё это время себя за них.

Шекси, Бо и Мо чуть ли не в полном объеме получили боевой опыт Ланы и Козмо, а Квайт такие умения Тетюра, которые нельзя было передать с помощью магического напитка. Они уже очень скоро почувствовали это и потому сразу поняли, что чистильщики им не враги, как не были им врагами дети Труала, представленные на борту "Немезиды II" Кеном Мартенсом. В общем все остались довольными, но больше всех был доволен Мо, который, наконец-то, уразумел, что именно нужно говорить девчонке, если хочешь снять её и к тому же делать всё так, чтобы она уже не соскочила с крючка. То, что теперь он мог утереть нос любому офицеру войск специального назначения, он и то ставил гораздо ниже.

Обратно они возвращались довольно большой толпой, якобы, подобрав по дороге полтора десятка знакомых крутых ребят из Мосары, прослышавших о том, что у Дюка они вполне смогут найти применение своим способностям и на этот раз у того уже не возникло желания проверить их крутизну. Киру оставалось сделать только одно, поговорить по душам с Дюком и предложить ему добровольно перейти на их сторону. Раньше, когда Боско был поблизости, это можно было легко сделать, но теперь от Дюка ни на шаг не отходил один из его парней и с этим соглядатаем нужно было разобраться немедленно. Чистильщики, Кен Мартенс и ещё одиннадцать полевых агентов ехали позади Квайта и его ребят глазея по сторонам и отвечая на приветственные крики юношей и девушек. Под их восторженные вопли одна девчонка спустилась с эстакады по верёвке прямо на руки к Мо. Тот от радости взревел и тотчас поднял мотоцикл на заднее колесо и поехал так к королевской домне Дюка Моша. Это была первая девчонка, которая сама прыгнула к нему на колени, хотя на самом деле Эбби делала это уже не в первый раз.

Квайт, услышав его рёв, обернулся и, увидев счастливую физиономию своего друга, сам взревел едва ли не громче него. Выпендриваясь друг перед другом, кавалькада стремительно помчалась по лабиринту к своей домне. Никому не было никакого дела до того, где Квайт со своими ребятами пропадал трое суток и почему назад он возвращался с какими-то длинноволосыми парнями, одетыми точно так же, как и они сами и таких же экстравагантных девчонок, как и те, которые весёлыми криками приветствовали гостей.

Глава пятая.

К домне чистильщики подъехали в тот момент, когда король Дюк подъехал к ней на своём розовом лимузине с другой стороны. Стоило ему только увидеть Квайта, как он моментально высунулся из люка на крыше и громко завопил:

– Кватти, старина, твоя чёртова машина залила уже почти сотню баллонов! Скоро мы можем начинать.

Квайт подъехал к нему и сказал:

– Я же говорил тебе, Дюк, что у меня задержек не будет. Кстати, познакомься, это Кирк Боуб из Мосары. Он классный парень, приехал к нам, чтобы ознакомиться со всем на месте. Неделю назад я говорил тебе про него. Остальные его ребята приедут в течение ближайших трёх дней. И вот ещё что, Дюк, нам нужно срочно поговорить. Поверь, моему другу Кирку есть что тебе сказать.

Дюк кивнул головой и сказал в ответ:

– Отлично, Кватти. Твои друзья, – мои друзья. Ты же знаешь это не хуже меня, а потому мог бы просто тащить его в нашу с тобой общую берлогу. Ты в ней точно такой же хозяин, как и я.

Дюк вышел из лимузина и подошел к Квайту и его друзьям. Вслед за ним, словно тень, к ним приблизился Шренк, который был у Боско правой рукой. Все вместе они вошли в домну и, тормоша друг друга, толпой пошли к помосту. Чистильщики поднялись на помост вместе с Дюком, а полевые агенты быстро разбрелись по залу и стали знакомиться с обитателями этого странного дворца. Квайт сказал Дюку на ухо ещё пару слов и он, молча кивнув головой, открыл потайную дверь и предложил всем войти в его маленький зал заседаний. Там сидел уставившись на экраны наблюдения ещё один соглядатай Боско, который даже не приподнял задницу от стула. Как только дверь закрылась, Лана с молниеносной быстротой ударила Шренка ладонью по шее, а Козмо отрубил его товарища, тотчас стащил со стула и приложил к его голове своё голубое блюдечко. Квайт, подталкивая недоумевающего Дюка к столу, спокойно сказал ему:

– Фугас, ничему не удивляйся, так надо. Оба этих придурка люди Боско, а стало быть такие сволочи, что я не хотел бы говорить при них. – Не снижая темпа, он продолжил – Ты как-то говорил мне, что мы не нужны детям Труала, так вот что я тебе скажу, это неправда. Если бы эти козлы из Модонии не затеяли всю эту кутерьму в Интернете, то ты давно бы был Верховным магом. Но они же уроды, Дюк, и хотят уничтожить наш мир, а потому всё так запуталось. Боско и все его люди чёрные маги. Они помогают этим чёртовым лордам тьмы и служат Омеру, которого на самом деле зовут Амалором, Хозяином Тьмы. Позволь мне заново представить тебе этого парня и его друзей, но ты их и так хорошо знаешь, ведь это они здесь были в облике меня, Шекси, Бо и Мо. Ну, а я все эти две недели лежал на их корабле, слушал, что говорил нам вот этот парень, Кен Мартенс, настоящий сын Труала и много думал. Ничего другого мне не оставалось, ведь меня уложили на кушетку двухнедельной магической вырубаловкой, а как только мы снова смогли встать с кушеток, то нашими учителями стали сразу три самых великих мага во Вселенной. Познакомься с ними, Дюк. Это Лана Молниеносная, это Козмо Неистовый, а это сам Риальдо Великолепный, которого я тебе представил, как Кирка Боуба. Они помощники рыцаря Мастера Миров Кира Торсена и маги Первого круга, помощники самого Ароссы. Всё, чего они хотят, это заманить сюда и повязать двух лордов тьмы и всех его подручных во главе с Боско, после чего тут же отправятся дальше, а мы останемся в Беодонии, чтобы разобраться с нашими делами самостоятельно. Кир не хочет, чтобы нас кто-то перевоспитывал. Хуже того, всё пойдет именно по тому плану, который ты разработал вместе с ними и уже очень скоро мы начнём газовую атаку, так что кое-кому придётся какое-то время побыть в изгнании. Знаешь, по правде говоря мне уже надоело корчить из себя зловещего профессора из фильмов ужасов. Теперь, когда я стал магом такой квалификации, что сам могу творить миры, мне больше всего хочется заняться чем-либо полезным, например, очистить Грязное озеро от нечистот, снести все эти заводы, построить тут красивые дворцы и жить дальше так, как мне захочется, но сначала нам нужно изловить всех лордов тьмы.

Кир сел рядом с Дюком и, похлопав его по плечу, добавил:

– Ну, в общем Квайт сказал уже всё, что хотел сказать тебе я, Дюк, и теперь мне очень хочется знать только одно – ты хочешь, чтобы все те ребята и девчонки, которых ты здесь приютил, были счастливы? Понимаешь, парень, ты уже оказал нам огромную услугу тем, что собрал их здесь и они не смогли встретиться со слугами Амала. Теперь ты можешь сделать для своих друзей ещё больше, построить для них настоящее королевство юных магов и в нём сможет найти себе приют каждый молодой человек, которого достали взрослые.

Дюк пожал плечами и ответил мрачным голосом:

– Никогда даже и не думал о том, чтобы кого-то осчастливить. Мне вполне хватало забот, чтобы всех их накормить досыта и не дать закрыть в тюрьмы и всякие там исправительные дома для малолетних преступников. На всё остальное у меня просто никогда не было и минуты свободного времени. Но если честно, то за каждого из них я любого козла урою, который только попробует их обидеть.

– Ну, тогда мы быстро договоримся, Дюк. – Сказала Лана – У меня самой точно такое же желание и за Шекси я кому угодно башку снесу.

Шекси тут же обняла её, поцеловала в щёку и уточнила:

– Допустим, Ио, что теперь я и сама смогу о себе позаботиться, ведь ты передала мне не только магические знания, но и своё умение метко стрелять и драться так, как это никаким чертям не снилось. Я только об одном жалею, теперь мне никогда не удастся затащить моего Вайти в храм и обвенчаться с ним.

Квайт нахмурился и одёрнул девушку:

– Ты можешь хоть сейчас быть серьёзной? Можно подумать, что я когда-либо обещал на тебе жениться. – Строго посмотрев на своего старого приятеля, он спросил – Дюк, так ты как, с нами или нет?

Дюк Мош обвёл всех присутствующих грустным взглядом, вздохнул и ответил вполголоса:

– Это выглядит примерно так же, когда у тебя половина команды травмирована, а игра только начинается. Ну, что же, тем интереснее будет игра. Хорошо, Кватти, я согласен. Не смотря на то, что у Боско под рукой несколько тысяч человек, к тому же чёрных магов, думаю, что мои ребята с ними всё же справятся. Как бы этот урод не подмазывался к ним, они всё равно пойдут за мной.

Хотя вид у Дюка был весьма невеселый, говорил он с такой мрачной уверенностью в голосе, что у Кира мигом отпала охота хоть как-то пошутить на его счёт. Зато у него тотчас появилось желание придать ему уверенности и он сказал, протягивая парню свою руку:

– Тогда по рукам, король Дюк. Я не я буду, если после всего, что ты сделаешь во имя Мастера Миров у тебя не будет своего собственного королевства. Пусть и маленького, но абсолютно независимого. А на счёт травмированных ты, парень, немного погорячился. Я вовсе не собираюсь делать из твоих подданных мальчиков для битья. Сейчас в твоё шебутное королевство тайком пробираются десятки тысяч таких же юношей и девушек, как ты и все твои ребята, но вместе с ними в путь отправились также и самые лучшие полевые агенты из ордена Труала. Монахи из них, сам понимаешь, никакие, а вот воевать они умеют, да, к тому же все они маги. Они-то вас и подстрахуют. Ну, а чтобы у тебя не возникало сомнений на счёт своих собственных сил, то мы сейчас произведём маленькую рокировку, после чего сделаем тебя и всех твоих самых лучших друзей Верховными магами, да, такими, что вам будет по силам сразиться с самой отборной нечистью, после чего они займутся всеми остальными твоими подданными. Думаю, что тебя это полностью устроит. Так ведь, парень?

На лице Дюка появилась неуверенная улыбка, но никто не стал убеждать его в том, что так оно и будет. Вместо этого прямо из воздуха вышло несколько человек, одетых в чёрные комбинезоны, на головах которых были шлемы, как у мотогонщиков. Эти парни встали возле стены и замерли в ожидании распоряжений, а Кир спросил у Козмо:

– Кузьмич, что тебе дал допрос? Парни Земера смогут заменить с собой этих двоих сусликов и остальных людей Боско?

Тот дёрнул плечом и ответил с коротким смешком:

– Легко, Кирюха. Здесь находится семнадцать приспешников лордов тьмы, но я знаю как их всех вытащить из нор, так что можно немедленно приступать к работе. – Посмотрев на агентов Земера, он сказал – Ты Вент и ты Колин, раздевайтесь. Побудете пару недель засранцами, поработаете, так сказать, в чужой шкуре.

К вечеру все шпионы Боско были выявлены и заменены агентами ордена Труала. От них Козмо удалось получить более полное представление о планах лордов тьмы. Их в Модонии, оказывается, было не двое, а трое – Ровенал, Тиот и Семвел. Ровенал был у них за главного и считал себя не кем-нибудь, а самим князем тьмы. Именно он должен был принять окончательное решение, идти им в Беодонис или нет. Повлиять на него могло только одно, сможет Квайт обеспечить им плацдарм для высадки или нет. Боско, оказывается, не был главным. За его спиной стоял Текен, который всё время прикидывался шестёркой и его взялся заменить собой Тетюр. По словам этого старого и мудрого мага, который был ровесником Александра Македонского, всё то зло, которое скопилось в голове этого мерзавца, каннибала и извращенца, могло нанести вред сознанию любого другого человека. Всё было настолько серьёзно, что Тетюр даже решил отложить своё перевоплощение до тех пор, пока он не передаст свои знания фрейлинам короля Дюка, которых он намеревался сделать мирными магессами.

Кир самым серьёзным образом был настроен отхватить часть Беодонии и сделать Дюка Моша настоящим королём. Настолько серьёзным, что как только им удалось избавиться от соглядатаев, он распорядился очистить домну от мебели и попросил своих магов-помощников устроить в ней тронный зал. Маги тотчас принялись доставать из своих магических закромов не только ковры и всяческие компоненты для изготовления магических инструментов, но ещё и мастерить роскошный трон. Когда всё было готово, Кир попросил Дюка пригласить в свой тронный зал тех юношей и девушек, которые обитали здесь раньше. Тот, подумав немного, приказал, чтобы в домну немедленно позвали ещё несколько десятков парней и девчонок – вожаков тех молодёжных банд, которые присоединились к нему. Дюка, одетого в шубу без рукавов, поставили рядом с троном и Кир обратился к собравшимся с такой речью:

– Ребята, властью данной мне Мастером Миров, я возвожу на этот трон Дюка Моша и нарекаю его королевство Астрианой. Ну, а насколько большим оно будет, решать вам. Сколько земель вы себе завоюете, таким оно и будет. Только не перестарайтесь, смотрите, чтобы кусок не оказался шире глотки, а то ведь так и подавиться можно. Дюк отличный парень и будет хорошим королём, а в его королевстве любой парень или девчонка смогут найти кров и защиту от тех, кто на них наезжает. Только давайте сразу договоримся, если кто-то захочет вернуться домой, вы не будете этому препятствовать. А вообще я вам так скажу, к северу от Беодониса, прямо за Грязным озером, лежат такие земли, на которые сейчас смотреть жалко. Сплошные свалки и солончаки. Вот вы и постройте на них своё королевство, ну, а чтобы вам было где отдохнуть, прирежьте горы на северо-западе. Ну, а чтобы вам было сподручнее заняться ими, то мы вас всех сделаем магами, да, такими, что вы сможете запросто творить новые миры, а не то что прибираться в старых. Ну, как вам моё предложение?

Ответом ему, поначалу, был тихий гул голосов, выражающих если не скепсис, то явное недоумение. Квайт не выдержал первым и вышел вперёд. Ткнув пальцем в сторону Дюка, он громко крикнул:

– Ребята, вы же сами назвали этого парня королём! Правда, вам почему-то больше понравилось называть свои владения королевством Тьмы, а сэр Кир Торсен возводит короля Дюка на трон Астрианы, королевства Света, но мне это нравится куда больше и поэтому я хочу быть его премьер-министром. – Видя, что и после этого никто не завопил от радости, Квайт закричал ещё громче – Ребята, я чего-то не понял, вы, что не хотите стать магами и иметь своё собственное королевство с королём, у которого никогда не будет королевы? Это же будет королевство магов, а всем магам запрещено жениться самим Мастером Миров! А потому, девчонки, каждая из вас сможет стать королевой Астианы, но только всего на одну ночь!

Даже это обещание никого особенно не расшевелило, а Феннер и вовсе спросил с тревогой в голосе:

– Квайт, а старики не попрут нас из этого королевства?

– Фенни, мальчик мой, – Весело воскликнула Шекси – Ты что-то не был таким робким, когда мы обсуждали, как нам поскорее выгнать всех стариков прочь из Беодониса, так что же теперь обломался? Ты же сам знаешь, зубов бояться в рот не давать.

Кир поднял руку и снова взял слово:

– Ребята, я вовсе не шутил, когда говорил вам о том, что возвожу Дюка Моша на престол королевства. Я рыцарь Мастера Миров и потому имею право делать такие вещи. Одного парня, который был не старше Дюка, я как-то сделал императором планеты и он остаётся им вот уже семь лет, а его мир по праву считается самым лучшим из всех миров Золотого круга, так почему же вы считаете, что Астриану кто-то посмеет разрушить?

– Тем более, что ваше королевство магов будет отныне защищать от любых враждебных посягательств сам орден Труала! – Не выдержал и, шагнув вперёд, громко крикнул Кен Мартенс.

Толпа юношей и девушек, наконец, оживилась и Кир, нахлобучив на голову Дюка роскошную золотую корону, украшенную драгоценными камнями, крикнул во весь голос:

– Поприветствуйте своего короля, ребята.

На колени, естественно, никто падать не стал. Вместо этого Дюка просто подхватили на руки и передавая его по цепочке, просто протащили по кругу раза три или четыре, а он хохотал и отбрыкивался. Ему стоило больших трудов отбиться от своих придворных и взобраться, наконец, на свой трон. Поправив на своей голове корону, он поднял руки, простёр их над ликующей толпой и зычно гаркнул:

– Всё, братва, теперь вы все лорды Света, а этим чёрным магам, которые вздумали прокатиться на нашей шее, мы всем порвём очко! А теперь слушайте меня, мои мальчики и девочки. Быстро освободите круг, но не для драки, а для наших учителей, магов Мастера Миров.

Король Дюк спустился с вызолоченного помоста вниз и присоединился к своим придворным, которые без малейшего стеснения хлопали его по плечам и лезли к нему целоваться. Кир тихонечко ретировался из дворца-домны в приоткрытую круглую дверцу и плотно закрыл её за собой. Теперь дело было за магами, а в его задачу входило только одно, обеспечить охрану этого мероприятия. С неба к нему спустился Райло Корбен, который счёл дела в Беодонисе на сегодняшний день самыми важными, и почти две сотни его самых лучших солдат. Все они были одеты точно так же, как и обитатели стальных трущоб, а потому ничем не выделялись. Кир доверял его людям полностью, а потому предложил этому вояке заглянуть на несколько часов в одно заведение, в котором можно было выпить пива, сгрызть пару веселящих леденцов Тетюра и познакомиться с весёлыми и без них девчонками, которых можно было увлечь одним только умением понравиться и развеселить свою подружку без химии, а отнюдь не толстыми пачками денежных купюр.

Через неделю все те юноши и девушки, которые нашли приют в стальном городе Дюка Моша, стали Верховными магами и магессами и очень многим из них были дарованы знания магов-воителей, хотя Кир вовсе не собирался вести их в бой. Сделано это было просто так, на всякий случай и когда Дюк узнал об этом, он тотчас пристал к Киру с расспросами. Полчаса рыцарь отшучивался, но потом сказал:

– Дюк, ты меня достал своими почему. Парень, я потому сделал тебя и твоих дружбанов драчливыми магами, чтобы потом ни одна собака не смогла сказать вам, что вы второсортные маги. Дюк, ты король, это – Кир обвёл рукой вокруг себя указывая на переплетение стальных труб и прочих конструкций (разговор происходил на самой верхней площадке королевской домны) – Твоё жестяное королевство и потому ты сможешь править им так, как тебе вздумается. Если тебе так уж хочется знать зачем мне всё это нужно, так уж и быть, я отвечу тебе. Только за тем, чтобы каждый обитатель Гурвала знал отныне, что если он сумеет собрать достаточно большую кодлу, то и он может претендовать на то, чтобы стать точно таким же королём, как и ты.

Хотя Дюка очень многие, включая его друга Квайта Ботолу, и считали всего лишь здоровенным верзилой только и умеющим делать, что ловко отбивать мяч битой в игре очень похожей на бейсбол, он отнюдь не был тупицей. Подумав минуту, он спросил, широко улыбаясь:

– Кир, а теперь скажи мне честно, чего ты вообще от меня ждёшь? – Не дожидаясь ответа, Дюк принялся рассуждать – Мне что-то не верится в то, что ты не строишь на мой счёт никаких планов. Я зачем-то тебе очень нужен, Кир, но ещё больше тебе нужно это новое королевство молодых магов, Астриана. Как маги-воители мы тебе и даром не нужны, ведь у тебя под рукой есть команда настоящих профессионалов и тебе незачем призывать игроков из второй лиги. Значит ты хочешь нацелить меня на какую-то другую работу, куда более важную, чем вцепиться в глотку Ровеналу. К нему и его воинам ты нас и близко не подпустишь. Поэтому мне на ум приходит только одно единственное объяснение твоих действий, тренер, ты хочешь с нашей помощью изменить правила игры на Гурвале. Так ведь?

Кирилл весело рассмеялся и встал. Пройдя по стальной площадке взад и вперёд, он снова сел рядом с Дюком, свесил ноги и сказал:

– Король Дюк, ты сам завёл со мной этот разговор, а потому я могу рассказать обо всём честно и без всяких хитрых уловок, которые я терпеть не могу. Я действительно хочу дать тебе нечто такое, о чём ты расскажешь своим подданным после того, как мы одержим победу над лордами тьмы.

Дюк Мош нетерпеливо поёрзал и, пристально уставившись взглядом в глаза Кира, спросил вполголоса:

– Это какое-то послание Ароссы, Кир?

– Ну, можно сказать и так, парень. Видишь ли, старик, Гурвал очень преуспел в развитии. Всё на нём обустроено на совесть, включая законодательство, а уж это ваше международное законодательство и вовсе отменная штука, вот только законы ваши очень уж сложны и запутанны. Политики на Гурвале здорово поднаторели в своём деле и их так просто шапкой с горшка не собьёшь. К тому же в твоём мире, Дюк, юристов развелось просто немеряно и хрен ты кому из них чего докажешь. Ну, а, нагло вторгаться в вашу внутреннюю политику вот так, запросто, я не имею права. За такие дела старик мне мигом по башке настучит, а кое-что в ваших законах менять всё же надо. Всё было бы гораздо проще, если бы Гурвал автоматом вошел в число миров Золотого круга, но этого точно не произойдёт, тогда ваши политики охотно приняли бы те законы, по которым люди живут в самых просвещённых мирах. В общем, старик, я действительно хочу тебе дать тот свод законов, который сейчас всё больше и больше завоёвывает умы правителей миров Золотого круга. От тебя вовсе не требуется их насаждать на всём Гурвале насильно, но было бы очень неплохо, если бы твоё королевство жило именно по ним. Думаю, что если орден Труала узнает, что ты дал своим подданным закон фактически написанный Ароссой, то они заставят Тогонию принять его, а дальше всё будет зависеть только от того, как хорошо пойдут дела в Астриане и Тогонии, а они, как я полагаю, пойдут хорошо, ведь эти законы не ущемляют ничьих прав, да, к тому же написаны очень просто, коротко и понятно, в отличие от законов той же Народной Республики Клуад.

Дюк Мош широко улыбнулся и воскликнул:

– Кир, можешь не продолжать, я всё понял! Не знаю, говорил ли тебе об этом Кватти, но я ведь юрист по образованию и хотя меня можно было гораздо чаще видеть на поле, чем в библиотеке, диплом мне вручили не за мои победы в чемпионате по дергетту. После окончания университета я стал адвокатом и занимался защитой прав малолетних правонарушителей, ну, и в конце концов создал тайком что-то вроде общежития для тех ребят, которым грозила тюряга только за то, что они надерзили взрослым. Постепенно эта общага разрослась и превратилась в банду, а я стал её предводителем и получил прозвище Король Дюк. Ну, а потом на Гурвале появился ты и начались совсем уж смешные дела, к которым подключился даже я и мне нет никакого смысла покидать площадку в самый разгар игры. Хотя в моём лице ты найдёшь далеко не самого лучшего законника, в одном ты можешь быть уверен, тренер, я выполню все твои установки на эту игру. Уж очень велики ставки, втащить Гурвал в число миров Золотого круга, то есть войти в высшую лигу, минуя игры отборочного цикла.

Киру понравилось это сравнение и он воскликнул:

– Парень, ты сечёшь фишку на раз. Да, именно так оно и есть, если ты вместе с президентом Тогонии поднимешь крик на всю планету, то старик непременно услышит твои оглашенные вопли. Ну, а чем это обычно заканчивается, я легко могу предсказать. Чем большее число обитателей Гурвала будет говорить о законах Ароссы, тем скорее на площадях каждого крупного города сами собой появятся золотистые арки стационарных порталов прохода, это что-то вроде вокзалов, Дюк, через которые гурвальцы смогут путешествовать по огромной Вселенной, а такие парни, как ты, смогут посещать даже Астриум. Нужно будет только подойти поближе, назвать тот мир, куда ты хочешь отправиться, и шагнуть вперёд. Тысячная доля секунды и ты окажешься в любом из миров Золотого круга, а их, парень, великое множество.

– Круто! – Воскликнул Дюк Мош и спросил – Кир, а если я начну эту работу раньше, Аросса не настучит мне по голове?

Кирилл усмехнулся и достал из внутреннего кармана своей косухи большую, толстую книгу в тёмно-красном переплёте, украшенном золотыми накладками. Протягивая её Дюку, он сказал:

– Держи, парень. Тебе нужно будет только отредактировать её немного. Можешь, при желании, добавить парочку своих пассажей, но так, чтобы они пришлись в масть.

Король Дюк, пряча ильмианский свод законов в свою магическую книгу, отрицательно помотал головой и ответил:

– Нет, пусть всё в ней остаётся так, как есть. Сам не стану в неё ничего вносить и другим не позволю.

В этот же вечером Кир рассказал за ужином своим помощникам и нескольким новым друзьям из ордена Труала о том, что он передал Дюку Мошу тот свод законов, по которым жило уже несколько тысяч миров золотого круга, которые, как и золотые свитки, были некогда по сути дела написаны Мастером Миров. Сыновья Труала сначала насупились, как сычи, а потом начали роптать всё громче и громче, пока Кен Мартенс не стукнул ладонью по столу. Обведя своих друзей суровым, немигающим взглядом, он сурово рыкнул:

– Всё! Хватит тут надувать щёки! Вы все вместе с Давером Николсом не стоите и мизинца этого паренька и хоть вы тут тресните, за вами никто не пойдёт, зато Фугас и пальцем не пошевелил, а к нему чуть ли не пешком идут тысячи мальчишек и девчонок со всего Руалара, а некоторые даже купили самые дешевые билеты на пароходы, лишь бы присоединиться к банде Короля Дюка. Ну, так давайте же сделаем так, чтобы они не пожалели о том, что сбежали из дома. Мне не ясно пока только одно, Кир, чего ты этим хочешь добиться?

Козмо, сложив руки у рта лодочкой, тихонько продудел несколько тактов какого-то бравурного марша и сказал, весело посмеиваясь:

– Только одного, Кен, чтобы Дюк ввёз Гурвал на своей широкой спине в Золотой круг и вы все должны ему в этом помочь. Насколько я понял Кирюху, как только мы покончим с Ровеналом, Фугас тут же завопит во весь голос, что он получил из рук рыцаря Света, беспощадного истребителя нечестии, законы Ароссы, по которым отныне должен жить Гурвал, если гурвальцы, конечно, не хотят остаться в глубокой жопе, то есть стать ещё одним опорным миром на долгие, если не вечные, времена. Вопить о при этом будет так, словно сделал хоум-ран в финале чемпионата и вот тут его даже глухие услышат без своих слуховых аппаратов. Как только начнётся этот кипиш, вам всем и нужно будет поддержать парня всем, чем только можно и нельзя. Политики, естественно, попытаются оттеснить его, но вам этого ни в коем случае нельзя допустить, как бы высоко народ не захотел вознести Дюка. Они могут идти только вторыми номерами. У старика и без того хватает в Золотых мирах таких правителей, которых он и сам удавил бы, да, не может, он же не Амал в конце-то концов. Зато таких разбитных парней, как этот ваш Дюк Мош, он готов на руках носить.

Земер Куад с невинной улыбкой поинтересовался:

– Интересно, чем же так хорош этот раздолбай? – Иоланта тотчас одарила его таким взглядом, что он поднял руки и воскликнул – Леди Лана, это была всего лишь шутка! Дюк конечно же редкостный раздолбай, но он очень искренний и честный молодой человек и когда столкнулся с тем, что закон не позволяет ему освободить от ответственности нескольких юношей, совершивших какие-то ничтожные проступки, то сделал всё, лишь бы их не закрыли в исправительных учреждениях. Признаться честно, я трижды подумал бы, как мне поступить в той ситуации, а он не моргнув глазом нарушил с десяток законов Беодонии сам, лишь бы не стать обманщиком, ведь он пообещал своим клиентам, что тех не закроют на замок. Поэтому, друзья, отныне все мои парни и девчонки, а вы уж поверьте, их у меня на службе состоит немало и все они подчиняются исключительно одному только дядюшке Земеру, единственному защитнику и благодетелю всех сыновей и дочерей Труала живущих за пределами Тогонии, будут работать на Дюка.

Начальника разведки ордена немедленно поддержал Райло Корбен, который фактически возглавлял его вооруженные силы, а точнее вооруженные силы всей Тогонии. Отвесив Киру короткий поклон, он хищно улыбнулся и сказал ледяным тоном:

– Сэр Кир, если Давер Николс и президент Дуант не желают в одно прекрасное утро проснуться подземной тюрьме ордена с магическими ошейниками на шее, то они первыми назовут короля Дюка Моша правителем всего Гурвала. Даверу вообще-то не привыкать, он у нас большой любитель стоять в тени и направлять всех по пути, намеченному людям Труалом, а вот с Окином Дуантом мне придётся поговорить всерьёз. Он иногда любит примерить на свою голову венец победителя, хотя без поддержки ордена ему грош цена.

Итог этому совещанию за ужином подвёл Тетюр. С обаятельной улыбкой он сказал вкрадчивым голосом:

– Господа, вы сами приняли такое решение, а потому позвольте нам рассматривать ваши слова, как присягу будущему императору Гурвала. Когда наступит время, Кир вложит в руки Дюка Моша кубок с напитком посвящения и занесёт над его головой свой рыцарский меч, имя которому Бадхор, что в переводе на ваш язык означает Судья. Это поставит окончательную точку в этой коронационной истории и после этого уже ни одна сволочь не сможет сказать, что Дюк не является помазанником Божьим. Кирюхе уже приходилось делать такое и это не вызвало у старика никаких возражений, но сначала нам нужно будет всё-таки отыскать всех лордов тьмы. Одного мы уже скормили Тартаботану, троих ждём в скором времени в гости, а где скрываются остальные восемь негодяев нам ещё предстоит узнать. Ну, сколько верёвочке не виться, а концу непременно быть. Поэтому мы здесь и находимся и до тех пор, пока мы не возьмём за шкуру последнего, покинуть ваш мир мы не сможем при всём своём желании.

Неделю спустя над Беодонисом стало быстро подниматься огромное красное облако, которое немедленно вызвало в городе жуткую панику, но это была весьма странная паника, если к ней присмотреться внимательнее. Люди выбегали из домов с чемоданами и хотя с криками и воплями, но всё же весьма организованно рассаживались по машинам и быстро покидали город. Точно так же дело обстояло в десятках других городов во всей центральной части Беодонии. За каких-то десять часов её покинуло практически всё население за исключением нескольких тысяч молодых парней, в основном солдат и полицейских, решивших присоединиться в своим сверстникам. В Астиане, которую так пока что никто не называл вслух, собралось уже свыше полумиллиона членов молодёжных банд чуть ли не со всего континента, но никто из них не бросился грабить город. Наоборот, очень многие их этих молодых парней и девушек вошли в город только для того, чтобы проверить всё ли в нём в порядке, закрыть те дома, которые остались открытыми и вообще взять город под свою охрану. Все эти молодые люди понимали, что это как раз и есть та самая цена, которую им нужно заплатить за то, чтобы у них было своё собственное королевство.

Однако, в городе осталось лишь тысячи две самых юных магов, парни и девушки постарше, умеющие обращаться с техникой, а вместе с ними солдаты ордена Труала сразу же направились к военным базам, расположенным поблизости от города. Именно эти базы с их вооружением и техникой привлекали внимание Ровенала. Теперь Тетюру, выдававшему себя за Текена, было о чём доложить лорду тьмы, но сначала им нужно было довести свою операцию до завершающей фазы, то есть расставить всех по местам и дать жителям Беодониса и его окрестностей убраться подальше от столицы. На это по расчётам Кира и его штаба должно было уйти чуть больше суток и всё это время он вместе с Козмо прыгал с одного места в другое через порталы прохода, словно блоха в поисках новой собаки.

Король Дюк руководил операцией сидя в своём тронном зале, временно превращённом в штаб. Впрочем, в его столице всё было временным и он жил теперь только тем днём, когда сможет начать преображать и её, и свои земли, некогда изгаженные этим огромным производственным комплексом. Став магом, Дюк Мош почти не изменился внешне, но очень сильно изменился внутренне. Теперь его уже не пугала перспектива ковыряться в грязи и нечистотах, чтобы построить своё королевство таким, каким он видел его в снах. Хотя он и был магом не из последних, да, и среди его подданных насчитывалась уже не одна тысяча магов и тяжелого труда никто не боялся, работы впереди было много, но самое главным делом было заманить лордов тьмы и их приспешников в ловушку. Хотя эту задачу нужно было решать рыцарю Мастера Миров, Дюк не хотел оставаться в стороне, да, и не смог бы при всём своём желании.

Квайт Ботола сразу же стал его премьер-министром. Вместе с Шекси, Бо и Мо он, как и Кир с Козмо, тоже носился по всему Беодонису и его окрестностям, как угорелый, стараясь оказаться сразу всюду и всем помочь. Первым делом Квайт распорядился, чтобы юноши и девушки, старательно патрулировавшие Беодонис, не мучили понапрасну ноги, а заняли наблюдательные пункты в многочисленных кафе и ресторанах. При этом он разрешил им особенно не стесняться и смело угощаться тем, что они смогут найти в холодильниках и на прилавках, но особенно не увлекаться спиртным. На его взгляд потеря нескольких сотен упаковок с пивом, печеньем и прочей ерундой была слишком ничтожной ценой за поимку сразу трёх лордов тьмы.

Отдавал Квайт и куда более серьёзные и важные распоряжения и это именно по его приказу несколько десятков тяжелых танков были погружены на платформы и мощные тягачи повезли их в стальной лабиринт Астрианы. Когда об этом же подумал Кир, то ему со смехом сказали, что премьер Кватти уже обо всём побеспокоился. Хватило у него ума и на то, чтобы подготовить несколько весьма эффектных пожарищ неподалёку от промышленной зоны для вящей убедительности и уже как маг побеспокоился о том, чтобы пламя взметнулось как можно выше в небо. Он же и посоветовал Киру перенести время захвата на поздний вечер и так живописно всё расписал, что тому уже ничего не оставалось делать, как согласиться. Думая о серьёзных вещах, он забыл о многих мелочах, но Квайт Ботола вовремя напомнил ему о том, что им следует создать соответствующий антураж.

Кир остался доволен тем, как прошла эвакуация армии, полиции и прочих мирных жителей. Никто в той жуткой суматохе, с которой все жители Беодониса, города почти с пятимиллионным населением, покидали насиженные места, не пострадал. Это уже было самым настоящим чудом, хотя и чудом вполне рукотворным, наполовину созданным магией Тетюра, а наполовину стараниями высших иерархов храма Труала и глав целого ряда государств, сумевших убедить президента Беодонии в том, что он ничего не потеряет, если поживёт какое-то время в провинции, выслушивая жалобы от своих сограждан. Вынужден он был согласиться и с тем, что в центре его страны появится самое настоящее королевство молодых магов. В конце концов его убедили слова о том, что рыцарь Мастера Миров может сместить с должности не только его, но и любого другого правителя Гурвала, если сочтёт их действия саботажем. Пока президент, заблаговременно покинувший столицу, занимался своими делами, Кир внимательно наблюдал за тем, что происходит в Беодонисе и вокруг него.

В половине восьмого вечера, когда солнце опустилось за горизонт, Кир вышел из домны, чтобы осмотреть сцену, на которой им предстояло разыграть целый спектакль. Зарево от пожарищ, взметнувшихся на полукилометровую высоту, освещало стальные джунгли, танки, бронетранспортёры и несколько самоходных ракетных установок, из люков которых высунулись молодые парни и девушки, одетые в чёрные наряды со множеством серебряных черепов, флаги с Весёлым Роджером, а также прочая дьявольская символика придавали зрелищу фантасмагории. Убедившись, что всё в полном порядке, он попросил своего мага-проводника:

– Тетюр, пожалуй, теперь тебе можно связаться с Ровеналом. Доложи ему, что плацдарм для него захвачен и он может смело перебираться в Беодонис, чтобы начать своё победоносное шествие по просторам Руалара. Армия в полмиллиона штыков готова по его приказу броситься на врага. Кажется, именно об этом он мечтал вместе со своими придурками. Можешь приплести ему что-либо такое, чтобы он бросился в наши дружеские объятья забыв об осторожности.

На всякий случай от королевской домны отвели подальше всю молодёжь и на её место встали самые опытные солдаты ордена Труала, некоторые из которых принимали участие в последней на Гурвале войне. Все они были одеты, как байкеры и рокеры, но среди них стояли совершенно невидимые маги-воители ордена, облачённые в боескафандры. Возле сейфовой двери остался стоять в окружении магов, принявших облик приспешников Ровенала, один только Дюк Мош. Кир, Ио и Козмо находились внутри круглого зала семидесятипятиметрового диаметра, накрытого стальным куполом. Маги-воители ордена, среди которых было несколько магов металла, сделали всё, чтобы максимально укрепить зал изнутри, превратив его в очень прочную арену для будущей схватки рыцаря Света с лордами тьмы. Кир сразу же известил всех о том, что намерен провести показательную экзекуцию и поэтому в зале разместили несколько десятков обычных автоматических телекамер, а также магических устройств слежения, которые должны были показать её всему Гурвалу.

Тетюр считал это блажью, но отговаривать его не стал. Зато все высшие иерархи ордена Труала и более всего Давер Николс были в полном восторге от этой затеи и считали, что это будет для гурвальцев самым лучшим напоминанием о том, что в их мире тайно действуют лорды тьмы. Земер Куад также полагал, что это поможет ему выследить остальных лордов, ведь после такого репортажа с места события следовало ожидать, что очень многие обитатели Гурвала бросятся в полицейские участки и храмы Ароссы, чтобы сделать чистосердечное признание следователям и попам. В этом он был полностью уверен, так как одно дело увидеть Тартаботана, похожего на чудовище из фильмов ужасов, и совсем другое бой рыцаря Света с нечистью.

Агенты ордена заблаговременно встретились с лучшими спортивными комментаторами и, можно сказать, похитили их и отвезли в специально подготовленные студии, из которых они должны будут вести репортажи на своих телеканалах. Правда, никто не сказал им о времени, когда они смогут начать свой репортаж. Кир отнёсся очень серьёзно к своему предстоящему поединку и рассказал им вкратце о том, каким именно оружием он собирается сразиться с врагами и в каком облачении. Кен Мартенс, узнав о том, что его друг будет сражаться полуголым, не выдержал и в ответ на удивлённые возгласы комментаторов громко крикнул:

– Слишком много чести будет для этих грязных ублюдков, чтобы сэр Кир облачался в свои сверкающие доспехи! С них вполне хватит и того, что в его руках будет карающий меч Бадхор и его младший брат, кинжал Беренэстад, выкованные великим магом Эльворином и я скажу вам, парни, что для нечисти нет более страшного оружия. Ну, это вы вскоре и сами увидите. Сэр Кир не станет делать тайны и первым делом объяснит лордам тьмы, с кем им придётся иметь дело и что их ждёт помимо огненного брюха Тартаботана.

После этого заявления все трое следующих суток все спортивные комментаторы, в основном бывшие спортсмены, с головой погрузились в изучение тех материалов, которые предоставили им похитители и стали готовиться к тому, чтобы стать комментаторами самого фантастического поединка за всю историю телевидения Гурвала. Особенно всех подстёгивало то, что это будет смертельная битва с совершенно непредсказуемым, как все они полагали, финалом, ведь рыцарь Света собирался сразиться одновременно с тремя лордами тьмы. Они получили исчерпывающие данные о том, во что могли обернуться лорды тьмы и какие боевые звероформы принять. Агенты ордена дали им возможность обмениваться впечатлениями с коллегами и после довольно продолжительного обсуждения все решили, что это будет совершенно фантастическое зрелище.

На то, чтобы объяснить телезрителям смысл происходящего, им давалось ровно пятнадцать минут, но поединок мог начаться и раньше. Поэтому комментаторы тотчас потребовали, чтобы в тайные телестудии были срочно доставлены их помощники. Операторы, художники-мультипликаторы и специалисты в области компьютерной графики тотчас начали готовить красочные заставки, чтобы предварить ими поединок рыцаря Света сразу с тремя лордами тьмы, один из которых вообще объявил себя никем иным, как князем тьмы. Из тех изображений и видеороликов, которые им передали для изучения соратники Кира Торсена, они отбирали самые устрашающие боевые звероформы и помещали их на круглую стальную арену. В общем делали всё, чтобы приковать внимание телезрителей к экранам, ну, а сыновья Труала брали на себя обязанность обеспечить им аудиторий, сказав, что они разбудят всех тех обитателей Гурвала, которые будут к моменту начала поединка находиться на ночной его половине.

Кир огляделся вокруг и, посмотрев на зарево пожаров, удовлетворённо кивнул головой и направился в домну, где его ждали Иоланта и Козмо. Солдаты ордена Труала проводили его громкими приветственными криками, а некоторые даже стали размахивать флагами. Именно в такой обстановке став так, чтобы абоненту были видны танки, беснующиеся молодые люди, зарево пожара вдалеке и мечущиеся на его фоне чёрные флаги с белыми черепами со скрещёнными костями, Тетюр достал из кармана видеотелефон и, отнеся его подальше от лица, нажал кнопку вызова. Через несколько секунд на экране появилась спесивая физиономия Ровенала, который спросил его:

– Текен, ничтожный червь, ты вызвал меня для того, чтобы сообщить хорошую весть или, чтобы снова попросить об отсрочке? Если ты заявишь мне, что тебе нужно ещё время, я вырву у тебя сердце и съем его, клянусь милостью Хозяина Тьмы.

Тетюр воскликнул, захлёбываясь от восторга:

– Мой повелитель, на этот раз всё получилось именно так, как ты хотел! Беодонис очищен от людей газом Квайта Ботолы. Как ты того и хотел, все четыре военные базы никем не охраняются и там уже находятся люди Дюка Моша, а сам он вместе с Квайтом готов присягнуть тебе. Но самое главное заключается даже не в этом, мой повелитель, Квайт Ботола подготовил для тебя особый подарок, газ, который сделает твоим рабом каждого человека и он пойдёт в бой ради тебя ни о чём не спрашивая и даже покончит жизнь самоубийством. Для того, чтобы этот газ был твоим орудием, тебе будет достаточно лишь подмешать к нему каплю твоей благородной крови, мой повелитель.

Хотя это известие и понравилось Ровеналу, он сказал скрипучим голосом своему преданному слуге, однажды вызволенному им из тюряги:

– Скоро и без этого газа все обитатели Гурвала станут сначала моими рабами, а потом умрут, сделав моих воинов настоящими гигантами, Текен Дабан. Ну, что же, жди нас, мы идём к тебе.

Ждать Ровенала слишком долго им не пришлось. Видимо что-то или кто-то сильно поторапливал его и уже через полчаса поблизости от огромной домны открылось сразу несколько десятков небольших порталов прохода, но в них крадучись вошло в западню всего тысячи полторы рослых мужиков, закованных от макушки до пят в массивные, чёрные доспехи напоминающие рыцарские. Судя по всему нечисть взяла на вооружение самые последние достижения военной науки Квантарры и при этом существенно модернизировала тяжелые штурмовые боескафандры. Киру некогда было гадать, окажутся ли они прочнее их собственных перлитовых боескафандров. Да, это было и неважно, так как нечисть была, как всегда, беспредельно нагла и потому никто из солдат Ровенала, включая его самого, даже не побеспокоился о том, чтобы опустить забрало шлема, сделав себя тем самым уязвимым для новой магической вырубаловки.

То, что к ним в плен попал Регнер, позволило Козмо сделать так, что всю эту трусливую шушеру они теперь могли взять в плен в считанные доли минуты, но поскольку Ровенал не торопился появиться, им всем дали возможность хорошенько оглядеться и рассредоточится. Несколько человек вернулись в порталы прохода и минут через десять из портала прохода открывшегося прямо перед входом в домну вышел Боско, а ещё через пару минут три лорда тьмы. Уж на что приспешники Ровенала были рослыми лбами, эта троица поразила всех своим огромным ростом. В каждом было не менее двух метров тридцати сантиметров, а телосложением они были даже пошире, чем Калюта Брит, но двигались очень легко и судя по всему были отличными бойцами. Ровенал, которого Тетюр сразу узнал по лошадиной роже с маленькими бегающими глазами и тяжелой челюстью, прорычал:

– Ну, что же, Текен, похоже, что ты подготовил мне хорошую встречу. Пройдём внутрь, поговорим. – Скосив взгляд на Боско, он распорядился – Зайди внутрь и посмотри, нет ли там кого. Если там будет кто, вышвырни вон. Сначала я хочу осмотреть через эти дурацкие телекамеры всё ли ваши люди подготовили должным образом, а уж потом награжу отличившихся.

Боско бросился вперёд и к облегчению Тетюра велел Дюку Мошу удалиться. Тот не стал разыгрывать из себя героя и тихонько удалился. Тетюр сделал знак руками и все остальные встречающие тоже отошли подальше, а он с выражением почтительности, граничащей с самоуничижением, остался стоять перед Ровеналом, заискивающе глядя ему в лицо, хотя более мерзкой рожи видеть ему ещё не приходилось. Как и вся остальная его банда, князь тьмы был облачён в тяжелый боескафандр чёрного цвета, нагрудная кираса которого была украшена тремя золотыми черепами, а на плечах было что-то вроде золотых эполетов, украшенных бриллиантами. От боескафандра так и разило чёрной магией, что было заметно даже невооруженным глазом, так как он слегка жужжал, искрил в местах сочленений и даже слегка дымил, когда Ровенал шагал или двигал руками.

Для мага с таким опытом, как у Тетюра, равно как и для его друзей, все эти магические ухищрения были сущей ерундой, но вот для обычного человека являлись смертельно опасными. Любому, кто ухватил бы этого амбала за руку, её тотчас оторвало бы и судя по тому, что никто не смел приближаться к трём этим спесивым меринам, они уже успели показать своим приспешникам мощь своих доспехов. Мысленно усмехаясь, Тетюр подумал, что они поступили правильно, когда решили применить против тех гурвальцев, которые повелись на посулы Ровенала и его дружков, специальную вырубаловку, позволяющую им всё видеть и слышать. Так глядишь и кто-нибудь из них устрашится и, убедившись в том, что они пошли на поводу у каких-то дохляков, начнут молить о пощаде. Именно такой финал предстоящего поединка они не раз обсуждали вслух со своими друзьями и даже такой упёртый святоша, как Давер Николс, был вынужден согласиться, что тем самым они нанесут по Амалу удар сокрушительной силы.

Пока Боско отсутствовал, Тетюр внимательно разглядывал Ровенала и его дружков через чёрные очки, давая тем самым возможность увидеть их всем гурвальцам. Никто из этих типов не имел с собой телефонных трубок с телевизорами и потому Кир разрешил начать трансляцию в прямом эфире. К тому же Ровенал стоял всего в десяти шагах от входа и ему ничего не стоило мигом затащить его в зал последней битвы. Наконец Боско выскочил из домны и, согнувшись в поклоне чуть ли не до стальной плиты, затараторил:

– Мой повелитель, внутри никого нет. Для вас уже подготовлен золотой трон, с которого вы сможете увидеть на десятках экранов то, что творится сейчас в Беодонисе. Все военные базы уже захвачены нашими людьми и они готовят танки к маршу.

Ровенал осклабился, кивнул головой и сказал:

– Хорошо, Боско, я доволен тобой. Текен, пойдём внутрь, покажешь нам, что сделано твоими людьми. Там ты расскажешь нам о том, что за газ сварил этот Квайт Ботола. Если он действительно так хорош, как ты говоришь, то я вознагражу его особым образом и он сможет стать рыцарем тьмы без полагающегося в таких случаях испытания.

Лорд тьмы шагнул вперёд и как только вся троица вошла в домну, Тетюр сделал рукой не совсем приличный жест и широко улыбаясь вошел в след за ними и закрыв за собой многотонную сейфовую дверь. Ловушка захлопнулась.

Глава шестая.

Как только Ровенал, Тиот и Семвел, сняв с себя круглые воронёные шлемы вошли в круглый, ярко освещённый зал и сделали десятка полтора шагов к золотому трону, они встали и больше не смогли сделать вперёд ни единого шага, угодив в магическую ловушку Иоланты. Леди рыцарь-маг выплеснула на этом месте на пол не более стакана воды, но три здоровенных типа прилипли к стальным плитам, как мухи к липучке. Тиот и Семвел были малость пониже ростом, чем Ровенал, да, и золотые черепа на их кирасах были поменьше, но рожи имели ничуть не краше. Тиот со своим бритым черепом был точь-в-точь вылитая копия Кощея Бессмертного, а Семвел, имеющий на диво толстую рожу с круглыми чёрными глазами, весьма походил со своими золотистыми кудряшками и громадными оттопыренными ушами на хорошо откормленного борова. Поэтому Ровенал со своим хорошо отрихтованным фейсом невезучего боксёра-тяжеловеса мог претендовать на титул главного красавчика.

Лорды тьмы вошли в изрядно перестроенную королевскую домну Дюка Моша по-хозяйски. Они о чём-то тихо беседовали между собой и совершенно не интересовались тем, что происходит вокруг и находится у них прямо по курсу. До тех пор пока их ноги намертво не приморозило магией к полу. В ту же минуту все трое увидели на троне очаровательную красотку, одетую в пышное платье белого атласа, богато расшитое жемчугом и бриллиантами, а рядом с ней двух ухмыляющихся, рослых и мускулистых парней. Кир был одет в белую рубаху тонкого шелка с кружевным воротником, расшитым по краю серебром и пышными рукавами, белоснежные лосины, подпоясанные серебряным чеканным поясом и элегантные белые же сапожки. На голове у него красовался изящный серебряный обруч из переплетённых листьев со светло-зелёным изумрудом в форме трилистника. На поясе у рыцаря Света висели чёрные лаковые ножны отделанные серебром для меча и кинжала, довольно узкие и слегка выгнутые.

Козмо в отличие от друга был одет в майку в бело-голубую полоску, галифе, цвета хаки, подпоясанные самым обычным офицерским ремнём, и чёрные хромовые сапоги. Его голова была покрыта голубым беретом десантника, а на поясе висели роскошные золотые ножны, украшенные драгоценными камнями, в которых покоился длинный, узкий прямой меч с гардой, как у шпаги и такой же кинжал. Этот меч и кинжал также были выкованы их общим другом магом Эльворином, но не в глубокой древности, а всего несколько лет назад. Своему мечу Козмо дал древнее русское имя Ратибор, а кинжал назвал Сидом в честь своего друга-кузнеца. Они спокойно спустились с помоста и не спеша подошли поближе к чёрным магам, которых Тетюр, взмахнув своим кристаллом, мимоходом накрыл слабо светящимся, голубым магическим куполом, который заставил их встать по стойке смирно. По-жигански лихо отбив руку сначала одному, а потом другому своему другу, маг посмеиваясь поднялся на помост, достал из-за трона резное, белое с золотом кресло, обитое ярко-алым сафьяном, сел рядом с Иолантой, положил нога на ногу и насмешливо заулыбался.

Пока Тетюр шел от входа к трону, он вернул себе свой прежний облик и теперь был одет точно так же, как и Кир, только ему с его длинными, пышными тёмными волосами куда больше был к лицу серебряный обруч, зато у него не было на поясе ни меча, ни даже кинжала. Он был простым Верховным магом и не нуждался ни в каком оружии, так как и сам по себе, в силу своего огромного опыта и реального возраста в добрых пятнадцать тысяч лет, благодаря огромному числу выполненных им миссий, был оружием колоссальной мощи. Тем временем Кир и Козмо посмеиваясь обошли вокруг трёх лордов тьмы, угодивших в ловушку, и маг-воитель, хлопнув друга по плечу, не спеша вернулся на помост и сел во второе кресло, которое он также достал из-за трона. Кир, остановившись метрах в десяти от прилипших к полу лордов, развёл руками и воскликнул насмешливым голосом:

– Итак, дамы и господа, вы видите перед собой три отвратные рожи. Это так называемые лорды тьмы, а вот этот красавчик, что стоит в центре, вообще называется себя князем тьмы. Вы хотели бы знать, что они из себя представляют и я вам скажу. Это самые обыкновенные чёрные маги из породы рейдеров. Позднее мы скажем вам кто они и из какого мира явились на Гурвал, а пока что я могу сказать только одно, все трое такие мерзавцы, каких редко встретишь. Рейдер это профессия чёрного мага. Рейдеры занимаются тем, что кочуют по опорным мирам и тайком совершают в них жестокие преступления. Они отравляют источники, губят посевы, насылают мор на домашний скот, зверски истязают и убивают одиноких путников, похищают детей для своих дьявольских ритуалов, и творят прочие мерзкие бесчинства. Против трёх, четырёх взрослых мужчин, вооруженных обычными дубинами, они уже не решаются выступить не говоря уже о том, чтобы напасть на солдат вооруженных мечами, копьями и луками. Рейдеры трусливы и потому никогда не задерживаются на одном месте подолгу, да, и вообще, тайком пройдя в какой-то опорный мир, который на добрую тысячу лет или даже больше моложе Гурвала, через портал прохода, они редко задерживаются в нём на полгода. Два-три месяца и они убегают. Они прекрасно знают, что их ждёт в том случае, если их поймают. В опорных мирах хватает мудрых магов и отважных колдунов, которые только тем и занимаются, что охотятся на рейдеров и если те попадают к ним в руки, то их ждёт очень медленная и ужасная смерть, но больше всего рейдеры боятся того, что приняв смерть от рук мага или колдуна, они прямиком отправляются в брюхо священного человекодракона Тартаботана. Скорее всего очень долгое время эта троица тайком зверствовали в опорных мирах, малость поднаторела в чёрной магии, в результате пошла на повышение и добралась до миров Золотого круга. В конечном итоге эти мерзавцы получили приказ отправиться на Гурвал. Видимо, у старикашки Амала образовался дефицит кадров, раз он смог отрядить в ваш мир всего двенадцать ублюдков, но, увы, в этом гораздо больше виновны мы, рыцари Света, поскольку уничтожаем эту нечисть десятками миллионов штук и за последние две с лишним тысячи лет не потерпели ни одного поражения, но далеко не каждому рыцарю выпадает такая удача, скрестить свой меч в поединке с нечистью на такой прекрасной стальной арене. Обычно эту шваль нам приходится выжигать во всяких вонючих норах, где нам не очень-то удается показать своё мастерство владения мечом, но сегодняшний поединок пройдёт по иному сценарию и вы все сможете увидеть, так ли умелы эти верзилы, как они говорили об этом всем тем подлецам и негодяям, которых сумели увлечь за собой своими лживыми речами. В том, что злобы, подлости и коварства им не занимать, я даже не сомневаюсь. Риальдо, друг мой, будь добр, дай этим господам представиться нам и высказать свои пожелания.

Тетюр взмахнул кристаллом густо-сиреневого цвета и три лорда тьмы смогли пошевелиться. Они даже смогли отклеиться от пола и это привело к весьма неожиданному результату. Лорды тьмы быстро надели на свои головы чёрные круглые шлемы и те стали вытягиваться, превращаясь в какие-то дьявольские, рогатые, клыкастые морды с выпуклыми, кроваво-красными глазами, горящими, словно лампы. Их тела и конечности также стали вытягиваться и обрастать шипами. За спиной у них с треском и громким хлопаньем выросли перепончатые чёрные крылья с острыми когтями и все трое в считанные секунды превратились в огромных крылатых дьяволов, закованных в чёрную броню, в их руках оказались длинные огненные мечи, а тот, который стоял в центре, Ровенал, захохотал и заорал во весь голос:

– Жалкий слизняк! Сейчас ты узнаешь, что такое сразиться с верховными лордами тьмы. Жаль только, что наш повелитель велел нам покинуть Ильмин задолго до решающей битвы, а то бы ты узнал ещё тогда, кто такой Ровенал Загодарро, но я всё равно счастлив, бледное ничтожество, что Хозяин Тьмы снова дал мне возможность встретиться с тобой лицом к лицу.

Кирилл всплеснул руками, громко поцокал языком и, повернувшись к Тетюру, весёлым голосом попросил мага:

– Риальдо, будь добр, начертай нам в воздухе формулу прерванного перемещения и открой портал прохода с Ильмина на Гурвал. Этот болван решил принять запрещённый для него облик, а потому мне сдаётся, что наш друг Атилла сможет теперь присоединиться к нам. Если так, то наши друзья смогут познакомиться с королём драконов Ильмина.

Ровенал заорал ещё громче:

– Ты хочешь вызвать сюда короля синих драконов? Прекрасно, ничтожный человечишко! Я сожру его на закуску после того, как проглочу тебя и твою тощую женушку!

Иоланта звонко рассмеялась и воскликнула:

– Подавишься, недоносок! Кир Торсен рыцарь Мастера Миров и с ним не смогут справиться и десять тысяч таких ублюдков, как ты. Если бы мой благородный супруг уступил мне своё право сразиться с тобой, ничтожество, то я прибила бы тебя даже не своей славной рыцарской нагинатой Исилмэ, а какой-нибудь дырявой поварёшкой.

На этот раз зловеще захохотали все трое верховных лордов тьмы и Ровенал радостно взревел:

– Тебе всё же придётся сразиться со мной, дикая кошка! Мы не какие-то там простые маги-воители, а бессмертные и несокрушимые рыцари тьмы.

Тетюр покрутил головой, что-то пробормотал про себя и несколькими решительными взмахами руки нарисовал в воздухе магический знак. На этом месте тотчас появился незавершенный портал прохода, из него высунулась драконья голова и раздался истошный рёв Атиллы:

– Паразитство! Ну, что за невезение такое! – Дракон влетел в круглый зал справа от круглой сёйфовой двери, выступающей из стены на полметра и первые, кого он увидел перед собой, были как раз именно Кир и три крылатых дьявола, стоящих напротив него изготовившись к атаке. Открыв от изумления свою клыкастую пасть, Атилла моментально всё понял и радостно гаркнул – Кирюха! Чур вот тот, центральный, мой! – Поскольку дракон увидел и магический купол накрывший лордов тьмы, он сразу же стал искать взглядом остальных своих друзей, повернул голову направо и, увидев Иоланту, Тетюра и Козмо, весёлым голосом заорал – Кузьмич, всё, теперь я буду входить в портал прохода только в облике человека, хотя мне это совсем не нравится.

Кирилл жестом велел дракону умолкнуть и весёлым голосом продолжил объяснять телезрителям сложившуюся ситуацию:

– Дамы и господа, приношу вам свои извинения за то, что поединок откладывается на несколько минут. Как вы только что слышали, эти крылатые чудовища признались нам в том, что они провели над собой обряд посвящения в бессмертные воины. То же самое может сделать любой маг-воитель, если он пожелает того, но вряд ли станет так поступать, ведь в том случае, если он потерпит поражение двенадцать раз подряд, то ему будут вместо вечной жизни уготованы столь же вечные муки ада. Поскольку здесь находится сразу четыре воина Света, то каждому из нас придётся сразиться с этими убогими засранцами трижды, но мы постараемся не испытывать вашего терпения слишком долго и отправим их в ад ещё более страшный, чем огненное брюхо Тартаботана, как можно быстрее. Увы, но перерывы будут просто необходимы, так как этим тварям придётся какое-то время собирать себя в кучу, но вы не уходите от телевизоров слишком далеко, они обычно делают это очень быстро, а если понадобится, то мои друзья-маги помогут им.

Атилле мигом увеличился до размеров крупного тираннозавра, которые тоже обитали на Гурвале в глубокой древности и их скелеты и муляжи имелись в местных музеях палеонтологии, встал на задние лапы, выпрямился во весь свой двенадцатиметровый рост, от чего тотчас сделался весьма похож на огромного синего человека с мощной выпуклой грудью, тонкой талией, ногами штангиста-тяжеловеса и длинным, гибким хвостом, распростёршего за спиной крылья во всю ширь громадные синие, перепончатые крылья, сверкающие серебристыми и голубыми блёстками. Все чешуйки на его могучем, мускулистом теле маслянисто блестели, но более всего телезрителей поражали его передние лапы-руки, очень похожие, в отличие от скрюченных лапок тираннозавров, на человеческие руки, да, и голова дракона поразила всех телезрителей Гурвала благородством своего облика. Атилла с грохотом хлопнул в ладоши и воскликнул:

– Мой небесный брат, позволь мне показать эти мерзавцам, что такое истинная мощь короля синих ильмианских драконов! После моих клыков, тиски огненного языка моего старшего брата Тартаботана покажутся им мягкими и нежными, словно объятья юной девушки.

Кир отрицательно мотнул головой и строгим голосом, не терпящим возражения, сказал дракону:

– Нет, Атилла у меня совсем другие планы на сегодняшний вечер. Мы проведём честный рыцарский поединок. Поэтому немедленно прими человеческий облик и изволь срочно найти свой рыцарский меч Тиринохтар. – Озорно сверкнув глазами, рыцарь поинтересовался и своего небесного брата – Надеюсь ты не сожрал его, горюшко моё?

Атилла послушно кивнул головой, быстро съёжился, обернулся человеком, одетым в точно такое же, как и у Кира, одеяние, только глубокого синего цвета. Он засунул два пальца за голенище сапога и быстро вытащил оттуда громадный двуручный меч, довольно неухоженный на вид, да, к тому же весь покрытый бурыми пятнами засохшей на клинке крови. Дохнув на клинок ярким, соломенно-желтым пламенем, он мгновенно заставил его засиять лунным светом и, помахав мечом в воздухе, как тростинкой, веселым голосом воскликнул:

– Как же, слопаешь эту зловредную, своенравную и капризную железяку! – Человек-дракон залихватски козырнул рыцарю, перебросил меч, сияющий лунным светом, через плечо, словно дубину и пошел к свои друзьям. Подойдя к трону, он церемонно пожал всем руки, сел на подиум у ног Иоланты и спросил деловитым тоном – Ну, и как мы будем драться с этими задохликами, ребята, по круговой системе или по очереди? По очереди тоже хорошо, если по три дуэли подряд, но лично я предпочёл бы драться по кругу. Так будет намного веселее для наших зрителей. Тогда они смогут сравнить нас, как бойцов, и назовут самого ловкого и умелого бойца. Только чур, Кир не в счёт. – После чего громко крикнул – Кирюха, начинай, хватит болтать.

Кирилл кивнул головой, быстро снял с себя рубаху и засунул её за голенище сапога, где лежала его книга рыцаря. Подпрыгнув несколько раз для разминки и поиграв мускулами, заставив тигра и дракона на своём теле зашевелиться, он подал знак Тетюру и тот снял магический барьер, удерживающий крылатых дьяволов. Ровенер тотчас рванулся вперёд и нанёс удар своим огненным мечом. Рыцарь отбил меч рукой и его рука тотчас вспыхнула. Он отшвырнул крылатых дьяволов к стене таким мощным энергетическим ударом, что домна зашаталась и пока те с кряхтением поднимались на ноги, достал из ножен меч Бадхор и снова сказал телезрителям, наблюдающим за поединком:

– Дамы и господа, по предложению Атиллы мы будем драться по круговой системе. Поскольку я здесь командир, то мой поединок буде первым и в нём моим оружием будет вот этот рыцарский меч Бадхор, что означает в переводе с языка великих воинов – Судья. Его выковал, как и все наши мечи и другое оружие, великий маг Анри Сид. Он выкован из особого металла, сплава самородного железа и лунного света. Волшебную сталь для него Анри Сид сварил в своих ладонях, ковал это славное оружие кулаком на колене, а закалил меч и мой кинжал Беренэстад в собственном теле, дав им свою силу, мудрость и могущество Верховного мага. Как вы видите, дамы и господа, огненный меч Ровенала заставил мою руку вспыхнуть, словно факел. Это немного больнее, чем укус комара, но не смертельно, к тому же меч Бадхор обладает одним чудодейственным свойством, в моих руках он способен исцелять любые, даже самые тяжелые, подчас смертельные раны людей и магов. – Кир провёл мечом по руке, пламя моментально погасло и все увидели, что с ней ничего не сделалось, а точнее она была мгновенно исцелена, так как всё-таки здорово обгорела и представляла из себя чудовищное зрелище. – Зато всякой чёрной нечисти наше волшебное оружие приносит неимоверные страдания. Ну, а теперь я покажу вам, что такое настоящее искусство владения мечом.

Лорды тьмы к этому моменту полностью пришли в себя и, взлетев в воздух метров на пятнадцать, закружились над рыцарем, но тот не дал им возможности выбрать удобный момент для нападения и сам взлетел в воздух, чтобы закрутиться винтом. Меч Бадхор и кинжал Беренэстад обладали ещё одним очень полезным свойством, в момент удара они, словно бы удлинялись раза в три, и потому Кир легко доставал ими своего врага и первым делом отрубил крылатым дьяволам их большие чёрные крылья, после чего затеял с ними отчаянную рубку. На этот раз уже ни один удар огненных мечей, мелькавших, словно фурии, не смог достичь своей цели. Рыцарь между тем не только рубил трёх огромных чудовищ в капусту, но при этом щедро одаривал их как энергетическими ударами, так и просто пинками своих элегантных белых сапог, к которым не приставала никакая грязь.

Через три минуты боя, который шел в совершенно невероятном темпе, отчего порой возникало такое впечатление, что у рыцаря было множество рук, стало ясно, что все три лорда тьмы являются просто нелепо дёргающимися громадными чёрными куклами. Опасными противниками, не смотря на свои размеры, они уже никому не казались, хотя это было вовсе не так. Их доспехи уже были разрублены во многих десятках мест и каждый глубокий порез горел ярким, серебристым пламенем, от которого Ровенал и оба его дружка ревели, как быки на бойне. То, что они отчаянно размахивали своими огненными мечами, не имело ровным счётом никакого значения и поединок закончился тем, что Кир в считанные секунд отрубил каждому сначала руки, затем ноги, а когда они изрыгая проклятья рухнули на стальной пол, заливая его чёрной кровью, воткнул все три огненных меча им в задницу, от чего они истошно взвыли, а затем умолкли.

Чёрные твари не издохли, они просто сконцентрировались на своих ранах и стали быстро исцелять себя. Спортивные комментаторы в этот момент слегка перевели дух и с быстрой скороговорки перешли на нормальную речь и принялись рассказывать телезрителям историю создания магического оружия и то, каким образом оно досталось рыцарю Света. Когда Иоланта встала с трона, полетела к лордам тьмы и принялась брызгать на них какой-то чёрной жидкостью, они тотчас отреагировали на её действие такими словами:

– Дамы и господа, леди рыцарь-маг Лана Молниеносная оказывает лордам тьмы огромную услугу. Она поливает их изрубленные тела магической жидкостью преображения. Это сильнейшее магическое снадобье создал сам старикашка Амал, но я не советовал бы никому из вас принять его внутрь или хотя бы коснуться рукой это вонючей гадости. Оно может сделать даже самого глубоко верующего праведника стать рабом Хозяина Тьмы. Не знаю кто сразится этими чудовищами следующим, но от этого лечения их силы точно возрастут в несколько раз и мы должны пожелать этому отважному воину успеха, а сейчас я расскажу вам об остальном рыцарском оружии наших героев.

Побрызгав на чёрных магов из своей склянки, Иоланта спрятала её в декольте, опустилась на пол, поцеловала мужа в щёку и слегка подтолкнула его в сторону трона. Быстро оправив складки своего пышного кринолина, она немного поиграла плечами, слегка подпрыгнула пару раз, как и её супруг, и достала из своего открытого декольте длинную японскую нагинату весьма необычного вида, с двумя, а не одним, лезвиями, к тому же более широкими, чем у классической нагинаты, носящую женское имя Исилмэ. Это было очень непростое оружие, которое позволяло держать врага на дистанции, но требовало к себе особого уважения и мастерства фехтования. Во всяком случае кринолин был не тем одеянием, в котором можно было сражаться с нагинатой в руках, но это совершенно не волновало Иоланту.

Общая длина этого орудия убийства, клинки которого также имели характерный лунный блеск, была более четырёх метров и телезрители, сидящие в это время у телевизоров в своих домах, в барах или столпившиеся на площадях городов перед огромными экранами, дружно взревели и зааплодировали Лане Молниеносной, когда двухлезвийное средневековое копьё пришло в движение. Леди рыцарь-маг с невообразимой скоростью проделала целую серию круговых рубящих движений с очаровательной улыбкой на лице, отчего нагината превратилась в сверкающий круг и остановила движение смертоносного снаряда, положив его рукоять, оплетённую кожей, между указательным и большим пальцем правой руки и слегка поддерживая пальцами левой, слегка наклонившись вперёд и при этом беспечно улыбаясь.

Лорды тьмы быстро собрали себя в кучу, подобрав даже кровь с пола, но на этот раз не стали принимать боевых звероформ. Они быстро заделали дыры в своих латах, со свирепым рычанием выдернули огненные мечи из глоток и, переглянувшись между собой, бросились в атаку с хриплым рёвом. Нагината Исилмэ в руках Иоланты моментально пришла в движение и в считанные секунды грудь и живот Ровенала были рассечены сразу в нескольких метах, а голова вместе со шлемом была разрублена пополам до самых ключиц. Он упал на колени, его кишки вывалились на пол, а затем из руки выпал и меч, который тотчас взвился в воздух и вонзился в тело незадачливого адского вояки, после чего голова лорда тьмы снова сложилась. Через глубокие разрезы, охваченные серебристым пламенем, было видно, как внутри Ровеналовой туши клокочет ярко-оранжевое пламя.

Остальные два лорда отпрянули в сторону, но Лана Молниеносная хотя и была одета в кринолин, оказалась намного быстрее и вскоре их постигла точно такая же участь. Когда она склеила голову третьего лорда тьмы, а это оказался Семвел, Ровенал, наконец, пришел в себя и взвыл благим матом, изрыгая огонь, хотя и не был драконом. Он попытался было собрать с пола свои кишки, но Иоланта мигом нарубила его крупными кусками и как только очнулись две другие её жертвы, также порубила их на куски, после чего побрызгала на них из своей бездонной склянки ещё раз и, звонко стуча каблучками своих туфелек по стальному полу, побежала к трону весело смеясь. Атилла вскочил на ноги, подхватил её на руки и, немного покружив, опустил на помост возле пустующего трона, после чего взмолился во весь голос:

– Кузьмич, будь другом, дай мне погонять этих шелудивых псов. Вы здесь, наверное, их уже целую толпу завалили, а я только-только пробил башкой этот чёртов портал прохода. Меня же в него пропустило, но не полностью. Хвост прищемило чем-то. Он у меня, наверное, раза в три длиннее сделался, пока я к вам рвался. Ну, не будь жлобом.

Козмо смилостивился над своим другом и сказал:

– Ладно, парень, давай, разомнись. Только будь добр, не выпендривайся. За твоим поединком будут наблюдать по телевидению миллионы гурвальцев. Давай обойдёмся честным рыцарским поединком.

Атилла радостно взревел, подхватил с помоста свой меч Тиринохтар, который мог сокрушать крепостные стены, спрыгнул на стальные плиты и, заложив рыцарское оружие за спину, словно коромысло, принялся энергично разминаться. Только теперь всем бросилось в глаза, что тело человека-дракона имело какой-то очень уж неестественный, голубовато-серебристый цвет и отливало металлом, а длинные волосы густого, тёмно-синего цвета, заплетённые в множество тонких косичек, свисали из-под серебряного обруча с металлической тяжестью. Движения этого дракона, обернувшегося на глазах у всех человеком, были невероятно стремительными, а изо рта и ноздрей то и дело вылетали длинные струи яркого золотистого пламени.

Окончив разминку, Атилла с силой вонзил меч, который был длиной с него самого, а он не уступал в росте Ровеналу, в стальной пол. Меч вошел в пол сантиметров на тридцать. Человек-дракон положил руки на крестовину меча почти метровой длины, оканчивающуюся круглыми шариками, и с насмешливой улыбкой замер. Гранёная рукоятка меча не имела никакой оплётки, а темляк был выкован в форме головы дракона и своей пастью она была направлена на врага. Всякий раз, когда Атилла выдыхал изо рта и ноздрей пламя, оно вырывалось и из темляка. Теперь лорды тьмы уже не спешили подниматься с пола и немедленно идти в бой. Дракон смотрел на них насмешливым взглядом и не поторапливал, дав им не только прийти в себя, но и посовещаться. Наконец все три воина ада вскочили на ноги и первым делом запустили в Атиллу здоровенными огненными шарами. Тот, что летел прямо по центру, дракон встретил длинным языком пламени, которое отбросило его прямо на Ровенала, а два других просто поймал руками и метко швырнул их в Тиота и Семвела.

Всех троих лордов тьмы охватило пламя, но их восстановленные доспехи были для него практически неуязвимы и только Ровенал взвыл, как ошпаренный. Атилла здорово припалил ему шкуру своим огненным дыханием. Дракон громко захохотал и бросился на лордов с голыми руками, хотя каждый из них тут же вооружился сразу двумя пылающими мечами. Уворачиваясь от мечей, он принялся не только наносить по лордам тьмы удары своими здоровенными кулаками, ведь он был почти одного с ними роста, но и рассекал их доспехи своими невидимыми когтями, наносил удары точно таким же невидимым хвостом и, вдобавок ко всему, щедро поливал то сухим и ярким золотистым пламенем, то окатывал своих врагов струями алого пламени, жидкого и стекающего струями на стальной пол. Когда же он дохнул пламенем на их мечи, то те тотчас погасли и почернели, как головёшки, но вскоре снова стали разгораться.

Через несколько минут все три лорда тьмы представляли из себя жалкое и ужасное зрелище. Доспехи свалились с их тел и они, встав спиной к спине, пытались отбиваться о Атиллы мечами, отбрасывая от себя пламя энергетическими ударами. Вот уж чего-чего, а силёнок им явно не хватало и вскоре все они сделались похожими на обугленные головёшки, но ещё вполне могли стоять и даже сопротивляться. Презрительно плюнув им под ноги, дракон не спеша вернулся к своему мечу Тиринохтару, играючи выдернул его из пола, также медленно вернулся и фехтуя тяжелым двуручным мечем, словно саблей, серией молниеносных ударов изрубил всех троих лордов тьмы в капусту, хотя они успели и пытались отбивать удары меча.

Тиринохтар действительно в его руках, словно бы жил своей собственной жизнью, и полностью оправдывал своё имя – Бдительный Воин. Меч отражал каждый удар адских огненных клинков, не давая им коснуться тела Атиллы. Впрочем, они ему ничем не вредили и даже тогда, когда кому-либо из лордов тьмы удавалось достать дракона в человеческом облике мечом, тот, как будто встречался со сталью. Раздавался оглушительный звон, во все стороны летели искры и языки пламени, а Атилла только громко хохотал и наносил ответные удары. Теперь же Тиринохтар отражал все удары, но при этом всё же позволял своему хозяину наносить по врагу удары чудовищной силы и когда те рухнули на пол, выдохнул на них такую мощную струю жидкого пламени, что оно взметнулось до самого потолка высотой в семьдесят с лишним метров. Дракон подошел к трону, снова воткнул меч в пол и, сложив руки на груди, одарил Иоланту таким взглядом, что та невольно вжала голову в плечи, после чего громко и раскатисто прорычал:

– Тебе что, стало жалко этой чёрной гадости, Ио? Иди и вылей на них этой дряни по целой бочке на каждого, а ещё лучше дай им вволю напиться, чтобы Кузьмич не плевался потом из-за тебя, маленькая жадина.

На этот раз приводить нечисть в порядок принялась не только Иоланта, но и Козмо, надувший из своей трубки целое облако зеленовато-чёрного дыма, в которое его любимая ученица действительно вылила куба полтора чёрной жидкости, после чего наполнила ею три большие деревянные бадьи. Чтобы лорды тьмы окончательно пришли в себя, перед ними бросили на пол несколько десятков здоровенных кусков жареного мяса, которым можно было бы накормить человек пятьдесят голодных землекопов. Козмо сел на помост рядом с Атиллой и стал наблюдать за тем, как лорды тьмы, бросая в их сторону злобные взгляды, торопливо едят мясо и запивают его жидкостью, похожей на тушь. Минут пять маг-воитель сидел молча, после чего не выдержал и, в сердцах плюнув на пол, возмущённо воскликнул:

– Это просто чёрт знает что, а не противник, ребята. Нет, я, конечно, понимаю, что нечисти далеко до нормальных магов-воителей, но уж если ты назвался лордом тьмы, то должен же хоть чуть-чуть соответствовать этому поганому званию. Дохляки какие-то, а не чёрные маги. Где только Амал нашел себе таких жалких, хилых прихвостней? Не иначе, чем на какой-то вонючей помойке. Начни с такими сражаться во всю мощь и какой-нибудь Гринпис тотчас привлечёт тебя к ответственности за жестокое обращение с безобидными скорпионами.

Кир, сидевший в кресле, развёл руками и сказал:

– Козмо, ты меня просто поражаешь своей наивностью. Старина, я никогда не вёл подсчётов, сколько нечисти полегло от моей руки и не спрашивал об этому у Тартаботана, хотя и мог получить от него точные цифры, но ещё ни разу мне не попался такой противник, которому я не снёс бы головы с первого же удара. Понимаешь, дружище, нечисть берёт не силой и мужеством, а тем, что сбивается в кучу, ну, и, естественно, способна причинить вред своей подлостью и коварством. Ладно, потерпи немного, может быть после дозаправки эти доходяги станут хоть чуть-чуть поживее и заставят тебя побегать. Не может же быть так, что на них не подействует магия этого старого упыря.

Тёмные лорды между тем чуть не подрались из-за последнего куска мяса, так как не хотели уступать его Ровеналу и, наконец, стали нарочито медленно готовиться к поединку, с опаской поглядывая на Козмо. Им, явно, не хотелось проверять на себе, такой ли уж он хороший боец. После получасового перерыва, в течении которого по всему Гурвалу букмекеры принимали ставки на то, за сколько минут сердитый маг-воитель покончит со всеми троими, они поднялись на ноги и придали себе несколько неожиданный вид. В первую очередь они отказались от доспехов, но не сбросили их на пол, а как бы врастили в свои тела, которые сделались ещё больше, оставив себе одни только шипастые панцири, наколенники и налокотники. К тому же они сделались шестирукими великанами метра под три ростом и вооружились совсем иным оружием – длинными пылающими глефами.

Однако, самое главное заключалось в том, что они после дозаправки стали очень быстрыми, чуть ли не стремительными, и ловкими не смотря на множество рук. Их длинные, мощные руки обладали к тому же не только огромной силой, но и поразительной гибкостью. Да, и длинные глефы в их руках стали куда более опасным оружием, которым они фехтовали с немалым мастерством. Козмо, глядя на них, весело рассмеялся и воскликнул:

– Ну, вот, это уже хоть на что-то похоже! Теперь меня по крайней мере не станут обвинять в том, что я жестокий и бессердечный урод, обижающий малых детишек. Ну, твари, держитесь!

Выхватив из роскошных золотых ножен свой меч Ратибор и кинжал Сид, он быстрым движением сбросил эти драгоценные цацки на помост и с немыслимой быстротой добежал до врага. Лорды тьмы, наученные горьким опытом, сразу же взяли его в кольцо и их глефы замелькали в воздухе с ошеломляющей быстротой, сливаясь в огненные ленты и басовито ревя. Ратибор и Сид пели на более высокой ноте и яростно звенели, отражая удары этих узких индийских алебард длиной почти в метр. Минут десять Козмо, хохоча во весь голос, просто показывал своё мастерство фехтовальщика и акробата. Он почти не наносил ударов по телам своих врагов, а если и рубил, то только кончиком своего длинного меча, но на этот раз волшебная сталь уже не причиняла врагу прежних неприятностей. Порезы хотя и вспыхивали серебристым пламенем, очень быстро заживали.

Козмо, явно, затягивал поединок. Время от времени он взлетал вверх на высоту в добрых двадцать метров и, приземлившись за спину врага, колол в задницу Ратибором то одного, то другого. Ничего более опасного, чем отрубание ушей и носов, он по отношению к врагу пока что не применял. Телезрители, наблюдавшие за этим поединком мага-воителя Света с воинами Тьмы, громко хохотали и призывали Козмо задать нечисти жару. На тех площадях, где были установлены огромные экраны, на которых обычно круглосуточно показывали рекламные клипы, толпа дружно скандировала его имя. Ни о каких рекламных паузах владельцы телеканалов даже и не заикались. Видимо опасаясь, что монахи-труалисты обвинят их в пособничестве врагу. Многосерийная дуэль в Беодонисе продолжалась уже более часа.

Лорды, почувствовав себя увереннее, действовали всё стремительнее и напористее. В какой-то момент они торжествующе взревели, так как кому-то из них удалось рубануть Козмо по спине и рана на ней даже вспыхнула было ярким пламенем, но тут же погасла. Это послужило сигналом к тому, что маг-воитель, который и так вертелся, как чёрт, стал рубиться ещё энергичнее, а его удары приобрели нацеленный характер и сделались особенно сильными. На пол упала одна отрубленная рука, затем вторая, но раненые лорды мгновенно подхватывали свои конечности и они с чудовищной быстротой прирастали к их телам. Правда, при этом они не всегда успевали подхватывать с пола глефы и те моментально вонзались им то в грудь, то в живот, а то и того хуже, в задницу. Друзья Козмо громко хохотали глядя на поединок и подбадривали его весёлыми криками.

Вволю побегав и попрыгав, неуязвимый маг-воитель, тела которого уже несколько десятков раз касалась адская пылающая сталь, дождавшись того момента, когда кольцо врагов вокруг него сомкнулось, внезапно, словно взорвался. Во все стороны полетели отрубленные по самое некуда руки, а в следующее мгновение туда же полетели и ноги, отсечённые по сымый пах. Лорды тьмы, вопя от ужаса, рухнули на стальные плиты, а Козмо, засунув меч и кинжал за пояс, достал из кармана галифе свой мыслескоп принялся деловито выкачивать с его помощью содержимое мозгов адских воителей. Покончив с этим делом, он плюнул на поверженных врагов и воскликнул:

– Засранцы! Вы только и умеете делать, что воевать с беззащитными людьми. Да, любой из магов-воителей короля Дюка или ордена Труала из вас мигом дух вышибет, если не станет с вами цацкаться, как это делаем мы. – После чего крикнул – Ио, девочка моя, выпрыгивай из своего бального платья и отделай их, как Бог черепаху тотчас, как только они срастутся! Хватит с ними валандаться.

Иоланта взвилась вверх, одетая в одни только трусики и серебристо-белые туфельки на длинных шпильках и, закрутив над собой двухлезвийную, смертоносную Исилмэ, словно лопасти вертолёта, приземлилась неподалёку от поверженных лордов тьмы. Все их руки и ноги уже были притянуты к телам, как болты к магниту, и через пару минут они вскочили на ноги, но на этот раз леди рыцарь-маг уже не играла с ними в кошки мышки и потому буквально через пять секунд горделивой походкой пошла назад. На лице Иоланты сияла широкая улыбка, её упругие груди подрагивали в такт шагам, а позади этой валькирии высилась груда изрубленного на куски шевелящегося, истошно воющего чёрного мяса, горящего ярким серебристым огнём. Подойдя к трону, она достала из своей магической книги майку в бело-голубую полоску, штаны камуфляжной расцветки и кроссовки, оделась, засунула своё бальное платье в самый маленький гардероб и села на трон короля Астрианы, Дюка Моша. Покрутив головой Иоланта сказала:

– Нет, это не бойцы. Наша малышка Элечка их бы тапками насмерть забила, как тараканов. Кирюша, миленький, мальчики, давайте заканчивать с ними поскорее, мне этот цирк уже начал смертельно надоедать.

Режиссёры моментально показали телезрителям Эльзу, самую младшую из трёх жен рыцаря Мастера Миров и комментаторы стали самым высоким штилем расписывать все достоинства этого ангела во плоти, которую обожали все обитатели Ильмина, а Мастер Миров принимал на Астриуме, словно родную дочь. В этот вечер они уже сказали в адрес Ароссы немало слов, восхищаясь величием Творца всего сущего и особенно его рыцарями и магами. Говорили они со скоростью хорошего пулемёта и сказать им нужно было ещё очень многое. Поскольку у Кирилла были нацеплены на нос чёрные очки, он мог общаться с главным режиссёром трансляции, Земером Куадом и тот постоянно сообщал ему, сколько человек приковано в настоящий момент к телеэкранам, а также говорил о том, какова была реакция людей на площадях и в спортивных барах, забитых под завязку, сообщая и о том, какие ставки принимались букмекерскими конторами. Поэтому Кир имел своё собственное мнение о том, когда следует положить конец образцово показательному избиению нечисти.

Выйдя на арену во второй раз, он рубил лордов тьмы довольно долго и очень тщательно, пока серебристое пламя не охватило их с ног до головы и они не взвыли благим матом. После этого рыцарь дал им небольшую передышку, после чего мигом превратил всех трёх лордов тьмы в один большой, истошно воющий рубленый шницель, отчего Иоланте и Козмо снова пришлось пустить в ход магические средства. После получасового перерыва, зная, что им придётся выдержать очередной бой с огнедышащим человеком-драконом, они значительно уменьшились в размерах, превратившись в трёх обсидиановых воинов ростом даже немного ниже, чем Кир, и вооружились не только огненными мечами, но ещё и круглыми магическими щитами ярко голубого цвета, стреляющими толстыми молниями. Посмотрев на них, Атилла только поцокал языком и пошел в бой без своего огромного рыцарского меча.

На этот раз дракон-маг сражался с лордами тьмы исключительно с помощью магии и своей драконьей природы. В бою он применял весь ассортимент магического оружия, а он был не мал. Хотя тела лордов тьмы на этот раз были прочнее самой крепкой стали, не очень большие, но зато чудовищно мощные огненные шары заставляли их блестящую шкуру вспухать багровыми волдырями и лопаться. Пустив вперёд тепловую волну он нагрел всех трёх лордов так, что они стали багрово светиться, после чего обрушил на них целую лавину острых ледяных игл, от которых их шкуры покрылись глубокими, синими оспинами. Лордам тьмы все эти магические ухищрения не доставляли особого беспокойства и они нападали на Атиллу с невероятной яростью, пытаясь изрубить его на куски и тогда меч Тиринохтар, издав громкий, протестующий крик, сам собой взлетел в воздух, лёг в руку дракона и тот, весело хохоча, принялся рубиться с нечистью.

Теперь, когда Атилле противостоял благодаря действиям его друзей-магов гораздо более опасный и могучий противник, битва сделалась особенно ожесточённой. Меч Тиринохтар уже не рассекал их тела, как прежде, не отрубал и рук и ног, но наносил лордам тьмы весьма опасные раны, вспыхивающие ярким огнём. Огненное дыхание и магические удары добавляли своего и потому Ровенал и его помощники постоянно орали от боли. Вскоре наступил такой момент, когда они стали беспорядочно метаться по арене, но дракон возвращал их в центр и вскоре без малого чуть не обратил их в кучку золы, но они возродились, как Феникс из пепла, такими же крепкими тварями.

Наступила очередь Козмо вступить в бой и он просто размазал лордов тьмы по стенам своими мощнейшими энергетическими ударами, словно они были слеплены из чёрной грязи, но и на это ему потребовалось всё же больше времени, чем до того Иоланте. Для того, чтобы сразить их, ему даже не пришлось вынимать из ножен свой меч Ратибор. Когда леди рыцарь-маг вновь вступила в бой, она всё же доказала всем, что её нагината Исилмэ способна разрубить даже такое сверхпрочное чудовище от плеча до паха и доказала всем, что своё прозвище Молниеносная она заработала, а не получила на шару. Только то, что Земер Куад где-то раздобыл специальную камеру, способную заснять разряд молнии в процессе её развития, позволило телезрителям увидеть, как она это делала.

Следующий поединок, в котором с лордами тьмы снова сошелся Кир, оказался последним. На этот раз меч Бадхор и кинжал Беренэстад, столкнувшись с телами невероятной прочности, засверкали, как электрическая дуга, а раны, нанесённые ими, вспыхивали так, словно лорды тьмы были изготовлены из термита. Правда, они не сгорали с той же скоростью, но боль их, видимо, была так мучительна, что Ровенал не выдержал первым и взмолился, обращаясь к Хозяину Тьмы:

– О, Амалор, мой повелитель, я не могу этого терпеть! Умоляю тебя, лиши своего жалкого раба дара бессмертия! И меня, повелитель, и меня! Умоляем тебя, о, Амалор! – Вторили ему Тиот и Семвел.

Хозяин Тьмы был вынужден услышать эти мольбы, хотя, наверное, вывернулся наизнанку от ярости в брюхе Тартаботана. Кир немедленно остановился и прямо у него на глазах трое могучих, почти что несокрушимых воинов, которым не хватало только одного, воинского мастерства, ну, и ещё может быть силы духа и отваги, превратились в трёх немолодых уже типов, одетых в изодранные в клочья чёрные, кожаные лохмотья. Их тела были даже не изрублены, а просто сильно исцарапаны, словно они продирались через заросли колючек и он ни при каких обстоятельствах не счёл бы это серьёзными ранами, угрожающими жизни. Все трое бывших лордов тьмы встали спина спиной, сжимая в руках длинные, красные мечи и закрываясь от него круглыми и такими же кроваво-красными щитами. И то, и другое было для них слишком тяжелым.

Кир покрутил головой, вздохнул и жестом подозвал к себе своих друзей. Первым к рыцарю подошел Козмо. Маг почесал свой затылок и тотчас выдул из рогатой трубки облачко синего дыма, которое моментально сковало чёрных магов-неудачников и вопрошающе уставился на свого командира. Тетюр, который подошел следом, спросил:

– Ну, и что нам теперь делать с этой мразью?

Кир тоже почесал свой затылок и ответил со вздохом:

– Попроси они об этом сэра Аструала и Бадхор мигом отправил бы их в один из миров пробирочников на перековку, а тут получается ни то, ни сё. От членства в элитном клубе они отказались, Риальдо, но при этом остались рабами Амала, которому они теперь и на хрен не нужны. Вот и думай теперь, что с ними делать. Отправлять их в брюхо Тартаботана было бы большой глупостью. Там, им, конечно, придётся несладко, поскольку Амал натравит на них всю прочую сволоту и тогда-то они взвоют по-настоящему, вот только оттуда нет хода назад, а потому я думаю, ребята, что их нужно отправить на Сковородку. Что ты скажешь по этому поводу, Козмо? – Дымный маг молча кивнул, взмахнул пару раз рукой и открыл проход в свой собственный ад из которого тотчас выглянули любопытные иксины, а Кир торопливо прошептал – Кузьмич, давай только без фокусов с твоим варевом и прыгающими колами.

Козмо молча кивнул головой, поддул красноватого дыма и тот быстро разоружил насмерть перепуганных чёрных магов и уволок их на Сковородку под восторженные крики иксинов. На полу остались одни только красные мечи и щиты. Из портала тотчас вышел здоровенный, мускулистый иксин с серебряным телом, одетый в чёрный жилет расшитый золотом и синие шальвары, подпоясанные кушаком золотой парчи, в щегольских красных сапожках и золотой чалме, в руках которого был трезубец из кроваво-красного иксиния, а за кушак была засунута такая же сабля без ножен. Подойдя поближе, иксины кашлянул в кулак и вежливо пробасил:

– Мастер, можно мы заберём эти мечи и щиты?

Козмо встрепенулся и воскликнул:

– Да, конечно, Феликс! Они нам не нужны, но у меня для тебя есть и другие подарки. Позови своих парней, их много.

Козмо стал немедленно выкладывать из своей магической книги здоровенные сундуки, а иксин, которого звали Феликс, залихватски свистнул и из портала выбежало десятка три иксинов, одетых так же затейливо и Кир увидел, что среди них были рослые, крепко сбитые девахи. Единственное, что заставило его отойти от иксинов, так этот то, что от них сильно тянуло жаром. Однако, это вовсе не помешало Козмо обнять Феликса за плечо, когда он показывал ему содержимое одного из сундуков. Тот был забит пакетами с фруктами, бутылками с вином, коньяком, водкой и конфетами. Похоже, что иксинам, не смотря на род их занятий, не были чужды радости бытия и они даже на Сковородке находили время для отдыха и развлечений. Когда иксины утащили последний сундук, Козмо пожал Феликсу руку и тот неторопливой походкой вернулся в свой жутковатый мир.

Поединок закончился полным разгромом Амала, чистильщики покинули арену, на которой провели три с лишним часа и вышли из королевской домны. В уши им тотчас ударил ликующий вопль. Козмо сразу же приступил к допросу пленных, Атилла, весело хохоча пошел в народ, заводить себе новых друзей, Тетюр с Иолантой тоже, но уже для того, чтобы приободрить старых друзей, ведь через несколько часов они должны были покинуть это шебутное королевство, а Кир вскочил на эйрборд и пока его не начали поздравлять с победой, полетел на "Немезиду II". Кен Мартенс, Земер Куад и Райло Корбен находились уже не её борту и поджидали его возле кормового десантного люка. Они почему-то не бросились к нему с поздравлениями, хотя и не выглядели подавленными и напуганными. Уже на пути к главному наблюдательному посту Кен хлопнул Кира по плечу и сказал:

– Всё выглядело очень убедительно, но я полагаю, что в настоящем бою ты действовал бы совсем по другому.

Кир пожал плечами и ответил мрачным голосом:

– Да, уж, во время боя языком болтать особенно не приходится, только успевай поворачиваться. – Входя в просторный зал с множеством экранов на стенах и круглым столом посередине, над которым парил трёхметровый глобус Гурвала, он спросил уже более весёлым голосом – Земер, как всё прошло? Народ доволен представлением?

Начальник службы разведки ордена усмехнулся и ответил:

– Народу нравятся зрелища, Кир, но я не стал бы обольщаться. Не знаю как в твоём мире, а на Гурвале люди уже привыкли видеть на экранах телевизоров всякое, и войны в прямом эфире, и репортажи с пылающих улиц, так что мы их ничем не удивили. Боюсь, что не более десяти процентов поняло, что именно им показали, так что для них это было всего лишь представление. Правда, на нескольких десятках площадей мы установили магические экраны, которые передавали не только изображение, но и жар пламени дракона и всё прочее, что сопровождало вашу битву, и там люди смотрели на всё совсем по другому, но это ничего не меняет. Сегодня или завтра они посмотрят эту дуэль в записи и тоже станут относиться к ней, как зрелищу. Извини, но это быдло ты ничем не проймёшь, им на всё плевать. Ты лучше вот что скажи нам, Кир, мы действительно смогли бы их урыть?

Кирилл улыбнулся и сказал кивнув головой:

– Ну, если честно, то Ио с Кузьмичом сделали из них таких монстров, что даже нам пришлось сражаться с ними изо всех сил, но с такими, какими они были в самом начале, вы бы точно справились. Но меня не это волнует, Земер, а то, что ты назвал наших телезрителей быдлом. Парень, я не хочу читать тебе нотаций, но тебе всё же следует помнить о том, что добрых девяносто пять процентов людей это всего лишь мирные обыватели, которым до задницы все эти наши лихие страсти-мордасти и крутые разборки с Амалом. Они живут своими собственными интересами, влюбляются, женятся, растят детей, ищут работу полегче, но чтобы зарплата была побольше, любят всякие зрелища, но при этом не хотят воевать и защищать кого-то. Они самые простые обыватели и мечтают только о том, чтобы о них кто-то заботился, холил и лелеял их, в общем был им добрым папочкой, мамочкой, боженькой и всё им прощал. Такими, Земер, я их и люблю, поскольку когда люди в своём большинстве именно такие, от них старику нет никакого беспокойства и для него нет большего удовольствия, чем вытирать им сопливые носы и баюкать на ночь. Зато они шарахаются от Амала, как чёрт от ладана. Поэтому запомни, дружище, это они имеют права костерить тебя почём зря, но не ты их. Ну, а то, что они отнеслись к нашему поединку к нечисти, как к зрелищу, так он и был таковым задуман и если я узнаю, что вы, труалисты, по прежнему наезжаете людям на психику в своих храмах, то вытащу вас всех по очереди на ту арену и разделаю под орех. Я ясно выразился?

Земер широко заулыбался и воскликнул:

– Сэр Кир, за быдло прошу прощения, невольно вырвалось, а относительно воскресных проповедей не волнуйся, их время прошло и теперь орден Труала занимается только тем, что дрючит священнослужителей храмов Ароссы за то, что ты наезжаешь наездами на психику. Мы уже стоим на пороге обещанного Рая и потому слугам Ароссы пора заняться другими делами. Как я полагаю, уже очень скоро Кузьмич разберётся со всеми военнопленными и определит, кому из них отправляться в пасть Тартаботану, а кому на Сковородку. Кого-то нужно будет отправить в миры этих пробирочников, а всеми остальными придётся заниматься нам, солдатам Труала и слугам Ароссы. Я прав или снова ошибаюсь?

– В принципе правильно. – Сказал Кир – За исключением того, что Тартаботан ни одного из них даже пальцем не тронет, а если я попрошу Кузьмича открыть портал прохода на Сковородку, то он меня же самого и сдаст с рук на руки своим иксинам и будет прав. Нашими клиентами на Гурвале являются только двенадцать лордов тьмы, а со всеми теми, кто пошел за ними, предстоит разбираться вам, слугам Ароссы и учтите, смертные приговоры им может вынести только суд, а смертная казнь, на сколько мне это известно, у вас отменена. Так что думайте сами, как вы с ними поступите, хотя один совет я всё же могу вам дать. Лет двести, триста одиночества в башне, окна которой выходят на восход и закат, чистая пища, ключевая вода и беседы с мудрыми, рассудительными людьми, кого угодно заставят смириться. Вообще-то мне ещё ни разу не приходилось брать приспешников слуг Амала в плен. Это произошло впервые и я даже понятия не имею, как нужно поступить в таком случае, но думаю, что всякими там массовыми казнями и каторгами вы только порадуете Амала. Поэтому вам лучше будет проявить милосердие к этим уродам, быть при этом с ними строгими, но только не жестокими. Главное лекарство для них, заточение в высокой башне, из окон которой они смогут видеть красивый пейзаж, только растительная пища и никаких телевизоров, радио и газет. Так в мирах Золотого круга перевоспитывают даже чёрных магов, если они, конечно, не погрязли в преступлениях. Но меня сейчас не это волнует, а то, как народ отреагировал на наш поединок с лордами тьмы. На кого они делали ставки, на нас или на них?

Кен и Райло, к которым всё это время поступала информация такого рода, в один голос завопили:

– Ты что, смеёшься? Да, на них не поставили ни единого гроша! Даже на то, сумеет кто-либо продержаться десять там или пятнадцать минут. Ставки делались в основном на то, сколько времени понадобится Атилле, чтобы заставить их визжать от боли и сколько ударов нанесёт Лана, чтобы все трое лордов рухнули бездыханными. В этом плане полный порядок, Кир, и практически никто из тех людей, за которыми велось наблюдение, не проявили к ним сочувствия, зато всех вас люди готовы носить на руках и до небес возносят ваше воинское мастерство и благородство. – Райло Корбен жестом приказав своему подчинённом умолкнуть и прибавил – Правда, кое-кого испугала ваша жестокость, но большинство людей считает, что с такими тварями именно так и следует поступать. Поэтому как только Козмо освободится, я хотел бы получить от него материалы на всех четырёх лордов тьмы и опубликовать их в прессе.

– Сейчас дождёмся его и ты сам с ним поговоришь. – Ответил Кир, включил экраны и стал наблюдать за тем, что происходило в различных городах планеты Гурвал.

Глава седьмая.

Козмо поднялся на борт "Немезиды II" в первом часу ночи вместе с остальными магами и флайер растаял в ночном небе. Кир не хотел делать из их поединка события и полагал, чем скорее Дюк Мош вступит в свои права, тем будет лучше для всех и особенно для них самих. Кен Мартенс, Райло Корбен и Земер Куад покинули Астриану вместе с чистильщиками. После того, как Козмо сделает ему доклад, Кир хотел выдать новые директивы фактическому командующему войсками храма и начальнику его службы внешней разведки, чтобы те смогли продолжить работу по поиску остальных лордов тьмы. Поэтому пока маг-дознаватель приводил свои мысли в порядок и раскладывал добытую им информацию по полочкам, остальные чистильщики вместе с хранителями заветов сразу же отправились на главный пост наблюдения летающего командного пункта, где имелось всё необходимое как для наблюдения за Гурвалом, так и для проведения совещаний.

Не смотря на позднее время Киру не терпелось узнать, что же на самом деле представляли из себя Ровенал, Тиот и Семвел и потому он решил не откладывать совещание на утро. Кен уже бывал в этом большом зале, расположенном на верхней палубе "Немезиды II", а Райло и Земер увидели его впервые и потому были весьма поражены, тем, как остроумно были соединены последние достижения науки и магии. Хотя высота потолков на третьей палубе не превышала семи с половиной метров, в этом помещении, расположенном на корме, они казались вдвое выше из-за магической призмы, которую представлял из себя потолок. Именно она делала его выше и создавала эффект множества наклонных экранов наблюдения, расположенных по кругу под потолком. В самом центре зала стоял круглый стол диаметром почти в двенадцать метров со столешницей тёмно-синего цвета.

Над столом висел в воздухе на высоте метров полутора, трёхметрового диаметра рельефный глобус Гурвала, который выглядел столь реалистично, что ему не хватало только облаков и ночной стороны, что полностью походить на настоящую планету. Этот глобус обладал весьма замечательным свойством, если смотреть на какое-то место на нём через магические очки, то можно было как бы спуститься с орбиты и подлететь ближе и при этом то, что ты видел в своих магических очках, тотчас появлялось на обзорных экранах, что было очень удобно для всех остальных четырнадцати наблюдателей, которые могли сесть в кресла вокруг стола. Как только Земер уяснил себе это и понял, как заставить глобус вращаться, он тотчас начал разглядывать различные районы планеты и на экранах стали сменять друг друга различные изображения. Всё это очень походило на компьютерную графику, но выглядело так реалистично, что он не выдержал и спросил:

– Кир, скажи мне, если это не секрет, вы установили камеры наблюдения на всей планете?

Как раз в это время Тетюр стал доставать из своей магической книги пластиковые подносы, явно, позаимствованные в какой-то столовой, заставленные тарелками с мясными блюдами, закусками и салатами. Кирилл, тотчас вооружившись вилкой, отрицательно помотал головой, и, засунув себе в рот котлету, промычал:

– Не-а, это всё Кузьмич нарыл в вашей глобальной компьютерной сети и натырил со спутников шпионов. – После чего, проглотив котлету, воскликнул – Слушай, Земер, давай сначала поедим! Уж кто-кто, а Кузьмич сюда точно натощак не придёт. Он сейчас сидит у себя в каюте и трескает наверное жареного батлога, а я тут давлюсь котлетами, который Тетюр неизвестно где надыбал.

Кир был полностью прав. Козмо появился минут через десять, они ещё не успели толком поесть, и действительно, как только подсел к столу, вытащил из откуда-то снизу гудировый поводок с липучкой на конце и присоединил его к своим магическим очкам. Изображение глобуса Гурвала тотчас исчезло и на круглом столе с синей столешницей немедленно встали во весь рост три лорда тьмы во всей своей красе и Козмо, вздохнув, сказал:

– Чтобы не затягивать наш разговор до утра, ребята, начну с самого главного. Одиннадцать дней назад из Модонии, где почти семьдесят пять лет ошивались все три этих урода, в неизвестном даже для них самих направлении ушла большая и самая лучшая часть их воинства. Всего почти двести пятьдесят тысяч человек. Куда они скочевали, мне к сожалению неизвестно. Естественно, что Ровенал со своими сподвижниками этого тоже не знали и теперь это их уже вряд ли заинтересует, но зато мне известно, кому это они так срочно понадобились. Их затребовали к себе ещё пять лордов тьмы во главе с нашим старым другом Барибалом Асистой и его верным корешем Клостером Аллигатором, которые как-то умудрились избежать брюха Тартаботана. Ну, как такое случилось, мы не станем сейчас выяснять, тут важно другое, друзья мои, этим уродам снова понадобилась армия, но на этот раз состоящая из одних только профессиональных военных. Причем преимущественно тех, кто был хорошо знаком с артиллерией и ракетами, всякие там танкисты, зенитчики, военные моряки, а также военные инженеры, знающие толк в фортификации, и военные химики вроде Квайта Ботолы, только с куда большими знаниями и практическими навыками. Именно такой заказ в течении семидесяти пяти лет выполнял для Барибала в Модонии наш добрый друг Ровенал. Эта кодла старых подлецов, вояк, имеющих соответствующие навыки, которую ему удалось собрать, всё это время ныкалась в небольших частных санаториях в горах, которых в Модонии насчитывается несколько тысяч. Можно сказать, что они находились в глубоком подполье, поскольку их всех в родных краях считали умершими, да, по столько лет, сколько исполнилось многим из них, люди на Гурвале ещё никогда не жили. Но мне следует добавить, что они весьма часто покидали Модонию пользуясь порталами прохода, так как их всех давно уже посвятили в чёрные маги. Текен, Боско и прочая уголовная шушера была у Ровенала даже не на побегушках, они служили чем-то вроде прикрытия и мало что знали о том, кто скрывался в горных санаториях для пенсионеров. Для Ровенала, как и для всех его приспешников, эти санатории, а многие из них содержали ещё и хосписы, были крышей. Как вы это уже знаете, Модония, которая расположилась вокруг Лазурного моря, всегда считалась самым лучшим морским и горным курортом Гурвала, на котором велись исследования в области геронтологии. Вот там-то Ровенал и набирал кадры для своей армии, ведь на лечение в эти райские места ехали пенсионеры со всего Руалара. Видимо, среди них было много таких, кому судьям следовало прописать курорты другого рода, так сказать курорты строгого режима. Ну, не мне вам объяснять, что хоть белый, хоть чёрный маг запросто может исцелить любые болячки и если вернуть молодость сможет далеко не каждый Верховный маг из какого-нибудь захолустья, то чёрные маги делают это с куда большей эффективностью. Это я говорю так, только к сведению Райло, Кена и Земера, вы то это и без меня хорошо знаете. Ну, а теперь о некоторых особенностях нашей миссии и Гурвала, друзья мои. Как мы это уже знаем, лорды тьмы находятся в этом мире уже семьдесят пять лет, а Барибала с Клостером Джонни прихлопнул семь лет и десять месяцев с копейками тому назад. Лично я не вижу в этом ничего удивительного, так как Барибал Асиста каким-то образом сумел тихонько ускорить ход времени на Гурвале и говорит о его несомненной магической силе. Такое далеко не каждому Верховному магу будет по плечу и потому тебе, Кирюха, самое время насторожиться.

Тетюр сделал рукой небрежный жест и сказал:

– Эка невидаль, какой-то там сраный Барибал Асиста ускорил ход времени. Да, это сможет сделать чуть ли любой Верховный маг, а Джонни говорил нам, что этот придурок был как раз из такой породы. Ну, а на счёт твоего совета насторожиться, Кузьмич, я так скажу, мы и так постоянно настороже и уж кто-кто, а Кирюха никогда не расслабляется, но ты, похоже, хочешь сказать нечто такое, что действительно испортит нам всем настроение. Если так, то не тяни, выкладывай.

Козмо усмехнулся, раскурил свою рогатую трубку и сказал, утопая в клубах ароматного сизого дыма, из которого его насмешливый голос прозвучал глухо и как-то очень уж мрачно:

– Тетюр, ну, а как тебе понравится новость о том, что это Барибал Асиста и Клостер Аллигатор построили на Ильмине те здоровенные перлитовые пушки? Джонни, конечно же отличный морской офицер, он прекрасно петрит в оружии и даже сконструировал эту орудийную систему, но только в общих чертах, а вот окончательно довели её до ума два этих умника, которые к тому же прекрасно разбираются ещё и во многих других вещах. Потому-то Амал и выдернул их с Ильмина или приказал им смыться под шумок, как он приказал это сделать Ровеналу, которому среди всех чёрных магов не было равных по части исцеления увечных и омоложению всяких древних старцев, а также в умении определять глубины человеческой подлости и безошибочно находить таких, которые давно уже служат Амалу, только неосознанно, инстинктивно, но он был мастером не только в таких делах. Ровенал, кстати, именно тем и занимался на Ильмине, что заряжал амулет Силы Тьмы чёрными пиявками, так что я не удивлюсь, если большинство всех тех старых вояк, которые недавно свалили из Модонии в неизвестном направлении, уже являются, так сказать, деточками Амала, то есть той самой адской нечистью, которую он мечтает вывести на просторы миров сферы Астриума. Они вполне могли успеть вызреть, ведь хотя больших, широкомасштабных войн на Гурвале не было с того времени, как труалисты отвоевали остров Сорант у Клуада, локальных конфликтов, в которых проливалась кровь, было довольно много, и в армию здесь очень любят набирать наёмников, а стало быть кровушки все эти дикие гуси хлебнуть успели, а потому давно уже вошли в силу. Да, и в мирное время бесследные исчезновения людей на Гурвале не были такой уж редкостью. В Тогонии это поняли лучше, чем где-либо ещё и поэтому тогонийские власти взяли население под тотальный контроль, но куда сильнее эту страну выручали гуиры, но это так, к слову сказать. Всего Ровенал со своими дружками подготовил для Барибала Асисты свыше трёхсот тысяч солдат и где они сейчас находятся, мне, а точнее им, было неизвестно. Всему тому отребью, которое пришло сюда, тоже. Барибал поставил перед Ровеналом следующую задачу – развязать войну в центре континента Руалар и любой ценой продержаться в Беодонисе ровно три месяца, после чего он забрал бы его в какую-то свою цитадель. Ну, как раз в этом я очень сомневаюсь, да, и сам Ровенал не очень-то верил Барибалу и уже самым основательным образом готовился к тому, чтобы смыться и, как я полагаю, он смог бы сделать это, поскольку я нашел в его голове довольно оригинальную формулу, к которой следовало добавить ещё три завершающих заклинания, но сработать она смогла бы только во время большого сражения. Всё остальное, что я узнал от этих уродов, не является сколько-нибудь существенным и с этой информацией вы ознакомитесь завтра, на свежую голову. Если, конечно, захотите засирать себе мозги этой галиматьёй. Она, право же, не стоит и выеденного яйца. Зато теперь у нас есть, наконец, конечная точка нашего поиска. Нам нужно найти на Гурвале то самое место, где Барибал Асиста и Клостер Аллигатор тайком построили очень большие пушки, которыми они могут накрыть чуть ли не всю планету.

Земер Куад, услышав эти слова, заметно побледнел. Стараясь унять дрожь в руках, он сцепил пальцы и тихо сказал:

– Наленор. – Обведя всех глазами, он сказал громче – Господа, вам нет нужды искать эти огромные орудия и гадать, когда они были построены. Господа, верните глобус на место. – Козмо отсоединил липучку от своих очков и глобус Гурвала вновь повис над столом, на котором стояли пластиковые поднося с пустыми тарелками. Земер Куад надел очки и, коснувшись пальцами синей столешницы, быстро нашел в южном полушарии невдалеке от экватора большой остров, расположенный в полутора тысячах километров от западной оконечности континента Руалар, а в его восточной, гористой части огромную гору возвышающуюся над плато и, указав на неё пальцем, принялся рассказывать – Правда, эти орудия начали создавать на острове Наленор почти двести сорок лет назад, но окончательное строительство форта было завершено чуть более ста тридцати лет и вот уже более ста лет, точнее сто семь лет, эта батарея, построенная внутри горы Эстелан, является всего лишь военно-историческим музеем, который почти никто не посещает и насколько мне это известно, все её сверхдальнобойные пушки были выведены из строя так ни разу и не выстрелив. – Земер улыбнулся под пристальным взглядом Кира и сам стал подробно рассказывать эту историю – Господа, Наленор промышленно развитое островное государство в южном полушарии. Хотя Наленор и остров, он будет по площади побольше, чем Тогония и Клуад вместе взятые. Наленор вот уже почти триста лет находится под властью военных и наленорцы, кажется, вполне довольны своей военной диктатурой. Когда-то военные свергли на этом острове своего короля за то, что тот хотел капитулировать перед ратальской эскадрой и быстро навели порядок в своём государстве, а когда в связи с военным переворотом возникли осложнения, они вышли победителями в ходе трёх весьма ожесточённых войн благодаря талантам своих военных стратегов. Позднее военная директория приняла решение построить на острове батарею сверхмощных орудий, способных огнём своих орудий калибром в тысячу восемьсот пятьдесят миллиметров поразить практически любую цель на континенте Руалар, да, и на всей планете, ведь реактивные снаряды, выпущенные из всех шестнадцати её пушек, практически летят в космосе. Можно только представить себе, что может натворить такая дура длиной в двенадцать с половиной метров и весом в двести пятьдесят тонн, которая упадёт на чью-либо голову с высоты в триста километров. Даже без взрывчатого вещества внутри это было бы оружие страшной разрушительной силы, но у военной директории были на вооружении атомные бомбы, но это теперь в прошлом. Батарея, построенная внутри горы Эстелан, является самым совершенным фортификационным сооружением на Гурвале. Когда-то ей не был страшен даже атомный взрыв, но вряд ли какая-нибудь ракета с ядерной боеголовкой достигнет горы, ведь батарея оснащена самой совершенной системой противоракетной обороны. Как раз именно она по мирному договору от две тысячи двести девятого года и сохранилась, но её можно не опасаться. Если военная директория узнает о том, что старый форт захвачен, они заключат союз с кем угодно. Батарея была построена, как оружие возмездия, и для того, чтобы её разоружить, все государства заключили с военной директорией Наленора мирные договоры, после чего батарея была выведена из строя, но это ещё как сказать, ведь сами пушки при этом сохранились. С них только сняли некоторые детали казёнников и залили стволы бетоном, так что восстановить их не составило бы наленорцам особого труда. Куда важнее для всех было то, что из форта вывели почти двухсоттысячный гарнизон. Когда-то это был большой подземный город со своей инфраструктурой, военными заводами и даже атомной электростанцией. В числе прочего там был и химический завод, способный производить боевые отравляющие вещества, который закрыли в первую очередь, но большая часть оборудования осталась. В общем если Барибал Асиста уже захватил этот форт, то я даже и не знаю, что нам теперь делать, ведь вся гора буквально напичкана орудиями меньшего калибра, в том числе и зенитными. Да, и ракетных установок шахтного типа у подножия горы Эстелан тоже хватает и хотя старые ракеты давно уже были сданы в утиль, этому вашему Барибалу Асисте ничего не стоило наделать новых, ведь военный завод по изготовлению зенитных ракет находится прямо в недрах горы и он, насколько мне это известно, находится в рабочем состоянии. Штурмом взять форт будет очень сложно, ведь те ранцевые термоядерные устройства, которые орден разработал специально для уничтожения батареи, превратились в кристаллы изумительной красоты, от которых нет никакого прока, если, конечно, Райло не отдаст приказ продать их ювелирам. Хотя Тогония и не поддерживает почти никаких отношений с Наленором, у меня есть там агенты, но я никогда не получал от них никаких тревожных известий. Островитяне процветают, генералы, как и прежде, не берут взяток и сурово карают каждого лейтенанта, который пытается обогатиться на государственной службе. Со свободами и правами человека там всё в полном порядке и о горе Эстелан если кто и вспоминает, то только рассказывая анекдоты. В основном их рассказывают о самом непосещаемом музее на острове, да, оно и понятно, ведь батарея находится на высоте в шесть с половиной километров и мало находится желающих осматривать её в кислородных масках, но я полагаю, что Барибала Асисту это вряд ли остановило. Всё то время, что мы знаем вас, ребята, я постоянно проигрывал в уме самые различные сценарии, по которым станут развиваться события, но о таком даже и не думал и теперь понимаю, что зря. Наленорские военные это особый разговор, Кир. Это древняя каста аристократов со своими традициями и в первую очередь родители воспитывают в своих сыновьях чувство долга, самопожертвования и, как это ни странно, благородство. Армия Наленора невелика, но все прочие наленорцы смотрят на военных снизу вверх и очень их уважают. Все военные истинно верующие люди и каждый офицер начинает свой день с молитвы, так что чёрным магам там нечего ловить, ведь самая большая мечта любого наленорского солдата это погибнуть в бою за родину и быть похороненным на военном кладбище со всеми воинскими почестями. Ну, и последнее, насколько мне это известно, вокруг горы Эстелан расположена запретная зона и буквально всё горное плато, над которым она возвышается, заминировано. На саму гору можно подняться только в вагончике канатно-подвесной дороги, но он поднимается наверх только тогда, когда наберётся не менее полусотни экскурсантов, что случается довольно редко. Ещё на неё можно высадиться с воздуха, но для этого нужно прыгать из стратосферы в специальном обмундировании. Такое у нашего ордена есть, как есть для этого и специально подготовленные десантники-парашютисты. На вершине горы расположено несколько автоматических радаров, которые работают и в наши дни, и только через них можно проникнуть внутрь горы. У меня есть достаточно подробное досье на этот форт и в следующий раз я смогу показать вам его во всех подробностях, включая радары и всю систему подземных коммуникаций. Кроме ордена Труала никто не считал, что заброшенный форт внутри горы Эстелан может представлять опасность для Гурвала и если Барибал Асиста тайком захватил его, то этого наверняка никто так до сих пор и не заметил. Теперь нам нужно срочно выяснить, так ли это. Нам нужно послать туда разведгруппу.

Кирилл улыбнулся и сказал беспечным тоном:

– Не волнуйся, Райло, именно это он и сделал. Барибала можно обзывать, кем угодно, но только не дураком. Уж коли на Гурвале есть то, что ему нужно, то уж вы поверьте, парни, он уже захватил этот форт, причём скорее всего сделал это довольно давно. Ну, а на счёт разведгруппы, Земер, то я советую тебе не торопиться. Ладно, парни, на сегодня хватит, мы отправляемся спать, а вот тебе, Райло, придётся сегодня ночью поработать. То, что мы устроили вчера шоу, как мне кажется всё же сыграет нам на руку. Узнав о том, что затея Ровенала провалилась, Барибал будет просто обязан проявить себя в самое ближайшее время, но мы не позволим ему сделать ни одного прицельного выстрела. На счёт трёх месяцев, которые ему нужны, он конечно же Ровеналу врал, а потому, старина, срочно командуй общий сбор всему своему спецназу. К завтрашнему утру ты должен набрать где угодно тысячи четыре отважных парней, которые умеют метко стрелять из самых обыкновенных луков. Уж коли Барибал Асиста действительно захватил эту гору, то если не завтра, то через пару дней мы возьмём её штурмом, ведь мы не хотим, чтобы погибли миллионы, а то и сотни миллионов людей. Разумеется, никто из твоих лучников не должен знать, зачем ты их выдернул из постели. – Посмотрев на Кена Мартенса, Кир спросил – Ты умеешь стрелять из лука?

Тот энергично закивал головой и тотчас поинтересовался:

– Мы что, пойдём с простыми луками и стрелами против пушек почти двухметрового калибра, командир?

Кир, вздохнул, развёл руками и ответил притворно сокрушенным голосом:

– Ну, если враг решил применить против вас оружие такой разрушительной силы, то тогда и нам нечего стесняться. Придётся ответить ему той же монетой, самым мощным своим оружием, но это будут всё-таки не совсем обычные луки и стрелы, а особые. Поверь, когда я вручу тебе этот лук и колчан со стрелами, ты будешь в восторге.

Козмо улыбнулся и успокоил старого вояку:

– Не волнуйся, Кен, Кирюха действительно не шутит. Поверь, трое лучников на драконе, способны сравнять с землёй целую гору, правда, пострелять нам всем при этом придётся, как никогда прежде, уж больно гора здоровенная. Ну, ничего, нам не привыкать.

Кир всё же озабоченно вздохнул и поправил мага:

– Трое лучников на двух драконах, Кузьмич, будут стрелять по форту сверху, а в это время снизу, через подкоп в подземелья ворвутся наши основные силы. Ты возглавишь один штурмовой отряд и пойдёшь с ним к артиллерийским погребам, Ио вместе с Тетюром пойдёт со вторым к химическому заводу.

– Кирюха, что я от тебя слышу? Неужели ты хочешь, чтобы я вызвал поддержку? – Спросил Козмо и, широко улыбнувшись, сказал – Да, старик, это идеальный план действий. Пока ты будешь вместе с Оськой, Лариской и Эхенором громить форт сверху, Белегрунд с Анганиэль тем временем сделают для нас подкоп. Кирюха, а тебе не кажется, что пару тысяч лучников можно будет посадить на тондаро, чтобы они тоже вели огонь по орудиям? Гора ведь имеет форму купола и если они зависнут над пушками поближе к склонам, то зенитки их не достанут, ну, а от ракет они как-нибудь сумеют отбиться и к тому же наша новая вуаль забвения их тоже здорово выручит в этом воздушном бою.

Кир вздохнул и с неохотой сказал:

– Боюсь, что так и нужно будет сделать, если я не придумаю ничего другого. Главное, чтобы все они были магами-воителями.

Райло Корбен поторопился успокоить рыцаря:

– Кир, весь наш спецназ давно уже состоит из одних только магов-воителей и это они повязали всех тех вояк, которых привёл с собой в Астриану Ровенал, но по программе диверсионной деятельности мы готовили не только спецназ, а потому ты можешь повести в бой не четыре, а добрых пятнадцать тысяч прекрасно обученных солдат. Все они хранители заветов, то есть кадровые офицеры, а потому преданы Труалу до последней капли крови и будут сражаться отчаянно. Правда, все эти войска напрямую подчиняются не мне, а старшему хранителю Земеру Куаду, для которых он добрый папочка, а я всего лишь злыдень. Он ведь у нас и сам старый диверсант и это как раз именно он сорок с лишним лет назад побывал на горе Эстелан.

Тетюр, решительно мотнув головой, с силой хлопнул рукой по столу и громко воскликнул:

– Чёрт, надо же когда-то начинать воевать с нечистью всерьёз! Кирей, Козмо полетит с тобой на Атилле, Ио возьмёт штурмом артиллерийские погреба, а я разберусь с химическим заводом сам. В конце концов я весьма неплохо стреляю их лука и мне, как и нашему Осе, тоже не нужен колчан, а мои хрустальные стрелы бьют ничуть не хуже, чем его знаменитые на весь Золотой круг стрелы-драконы. Всё, отныне я переквалифицируюсь в драчливые маги и больше никогда не буду для вас балластом, ребята.

Иоланта возмущённо воскликнула:

– Интересное дело, Тетюр! Почему это именно Кузя полетит вторым стрелком, а я должна лезть под землю? Это дискриминация по половому признаку.

Тетюр сурово посмотрел на неё и проворчал:

– В первую очередь потому, что маг воды у нас ты, дорогая, а раз так, то это тебе нужно идти в артиллерийские погреба, чтобы залить порох водой, ну, а кроме того Кузьмич гораздо лучше тебя стреляет из лука и его стрелы будут помощнее твоих. О том, моя девочка, что Кузин Альтаохтар бьёт втрое дальше твоего Орменена, я даже и не говорю, хотя с луком Валандил он, конечно, всё равно не сравнится. С этим колдовским луком Итилгаила не сравнится даже какое-нибудь дальнобойное орудие.

– Да-да, конечно, если не брать во внимание мой лук Белеготар, Тетёха. – Смеясь сказал Кир и прекратил прения – Всё, ребята, отправляемся спать, а ты, Кузьмич, не поленись, передай Кену весь свой опыт стрелка из лука. Материальной частью мы займёмся завтра, заодно и подучим молодёжь стрельбе из лука если, конечно, враг нам позволит сделать это. Ну, а ты, Земер, отгони "Немезиду II" в какое-нибудь неприметное место и вызови туда своих парней.

Чистильщики, а вместе с ними Кен Мартенс и Райло Корбен покинули пост наблюдения и Земер Куад остался один. Решив не терзаться сомнениями понапрасну, он первым делом связался со своим резидентом на острове Наленор, поинтересовался, что там произошло интересного в последнее время и лишь убедившись в том, что на острове ничего особенного не происходит, принялся вызывать командиров диверсионных отрядов. В числе прочего диверсантов ордена учили стрелять и из такого экзотического оружия, как луки, и потому он приказал всем им срочно отправиться на секретный военный полигон, расположенный в горах, после чего прошел в пилотскую рубку.

В семь часов утра "Немезида II" уже стояла на якорях под маскировочной сетью, хотя она и так не была видна, в живописном горном ущелье, по зелёному дну которого протекала небольшая речушка. Ущелье, поросшее кустарником, среди которого виднелись то тут, то там валуны, было очень мирным на вид и никто и никогда не заподозрил бы, что на самом деле это учебный центр войск специального назначения ордена, а в склонах ущелья размещены казармы, учебные классы и стрелковые тиры. Когда Кир вместе со своими помощниками, Кеном и Земером подошел к открытому настежь десантному люку, то, не увидев перед собой никаких солдат, повернулся к начальнику разведки ордена Труала и поинтересовался у него сердитым голосом:

– Ну, и где твои парни? Что, не смог разбудить их?

Земер свистнул и диверсанты тотчас отбросили в сторону свои маскировочные средства и встали, а он сказал невозмутимым тоном:

– Оказывается кое-что можно делать и без магии.

– Вот черти! – Оторопело воскликнул Кир – Старина, я ведь сам снайпер и потому знаю толк в маскировке, но такого мне ещё никогда не приходилось видеть. Парни, ваши ребята просто какие-то гении маскировки. – Спрыгнув с пандуса, он подошел к первому солдату и, крепко пожав ему руку, сказал, доставая из своей рыцарской книги эльфийский горный лук в роскошном зелёном кожаном налучье, богато украшенном золотыми накладками, и большой колчан с длинными стрелами – Парень, держи, это твоё новое оружие, настоящий эльфийский лук, сработанный руками отважного воина на Астриуме. Теперь он твой навеки. Поскорее назови его по имени, оно написано вот здесь, а чтобы ему не было скучно жить и воевать с тобой, подумай и скажи мне, какое холодное оружие ты предпочитаешь, и я дам его тебе. Как построить дом для твоего лука, ты узнаешь позднее.

Спецназовец, лицо которого было разрисовано камуфляжными пятнами, взял в руки налучье и колчан, посмотрел на то, как они висят на рыцаре, одетом в камуфляж, повесил на себя и, достав лук, подёргал тетиву. Убедившись в том, что та очень тугая, он спросил:

– Сэр Кир, неужели в предстоящем бою лук действительно будет полезнее снайперской винтовки? Нет, я, конечно, не сомневаюсь, но мне просто хотелось бы знать, что такое эльфийский лук. Из обычного блочного лука я тоже стреляю неплохо, но из снайперской винтовки всё же намного лучше.

Смекнув, что имеет дело с собратом по воинской профессии, Кир улыбнулся и ответил:

– Сейчас сам в этом убедишься, друг. Укажи мне цель, находящуюся на предельном расстоянии для выстрела из твоей винтовки. Только выбери для этого какую-нибудь скалу или валун метров трёх в поперечнике и после первого же моего выстрела ты сам всё сразу поймёшь. Можешь не стесняться и нацепить на нос свои магические очки, так будет гораздо проще. То, что увидишь ты, немедленно увижу и я, а потому можешь даже не говорить мне ничего, просто наведи меня на цель и зафиксируй своё внимание на ней на несколько секунд, ну, а дальше, как говорится, дело техники, хотя нет, вру, это относится уже к заботам моего лука Белеготара. Хочешь верь, а хочешь нет, но ещё ни одна стрела, выпущенная мною из этого лука, построенного великим магом и моим другом Эльворином, не пролетела мимо цели, но мы с ним давно уже одно целое, а тебе ещё только предстоит всего за один или два дня научиться стрелять из лука, причём стрелять очень быстро и метко. Там, куда мы отправимся уже очень скоро, пока что тихо, но я не собираюсь затягивать с этим делом.

Не успел снайпер надеть на нос магические очки, как обычно негромогласный Земер Куад зычным голосом скомандовал:

– Всем надеть магические очки!

Снайпер из диверсионного отряда войск специального назначения ордена Труала быстро нацепил на нос очки и придирчиво оглядел окрестные горы. Вскоре его внимание привлекла довольно небольшая, ярко освещённая солнцем скала, отчётливо выделяющаяся на фоне синего неба. Правда, до неё от того места, где стоял и рассматривал носки своих кроссовок Кир, было километра три, не меньше. Увидев цель, рыцарь улыбнулся, снял магические очки, медленно вложил их в нагрудный карман, стремительным движением выхватил лук из налучья, серебряную стрелу из колчана, быстро разворачиваясь мгновенно натянул лук и тотчас выстрелил практически не целясь. Серебряная стрела, выпущенная из лука Белеготар, словно вытянулась в длину, летя к цели с огромной, совершенно несусветной скоростью. Последовала ослепительная, бело-голубая вспышка и скалу высотой метров в пять мигом разнесло на куски. Звук взрыва все услышали только через несколько секунд и Кир, подняв свой лук вверх, снова нацепил очки и сказал:

– Парни, это работа горного эльфийского лука. Правда, я стрелял не обычной, а магической стрелой, но это почти ничего не меняет. Обычная стрела тоже бьёт на три-четыре километра, так как все те горные луки, которые вы от меня получите, изготовлены великими магами-воителями и они вложили в них не только свою душу, но ещё и чёртову прорву чисто эльфийской магии. У каждого лука уже есть имя и вы прочтёте его на внутренней части налучья. Запомните, парни, отныне вы должны относиться к своему луку, только как к живому существу, вашему собственному брату. Ну, об этом вы ещё узнаете, ведь в каждом налучье есть ещё и маленькая книжка, в которой написано о том, какими особенностями обладает ваш лук и всё прочее, а теперь подходите ко мне по очереди и получайте луки, колчаны со стрелами и мечи, какие выберете себе. Надеюсь, что вы все тут маги, а потому быстро сообразите, как умножить запас обычных стрел. Можете, заодно, подумать о том, как изготовить специальные магические стрелы, ну, а если кто-то сумеет заменить колчан своим магическим инструментом, то это и вовсе будет замечательно, не нужно будет вообще думать о стрелах. – Улыбнувшись снайперу, он спросил – Ну, что ты решил, дружище? С каким мечом ты пойдёшь в бой? Учти, драться тебе придётся в помещении, зачастую тесном, с превосходящим по численности противником и когда на твою тройку навалятся со всех сторон, одним луком тебе будет уже не обойтись.

Парень улыбнулся, блеснув белоснежными зубами, и вежливо спросил:

– Сэр Кир, у тебя найдётся для хранителя заветов Ренза Гамела точно такой же меч, с которым ты сражался с Ровеналом? Хоть я и успел повидать в своей жизни множество мечей, твой Бадхор вызвал у меня восхищение. К тому же мне кажется, если такой меч привязать прочным шнуром к запястью, то уже не нужно будет вынимать его из ножен всякий раз, когда потребуется снести чью-то тупую голову, и при этом он не помешает мне стрелять из лука.

– Хороший выбор, парень. Эльфийский меч как раз именно этим и хорош. Хотя этот меч ковал не мой друг Эльворин, поверь, он выкован из точно такого же металла, что и мой Бадхор. Правда, я не уверен в том, что он может лечить чьи-либо раны, но у него, наверняка, есть свои собственные секреты, о которых мне, к сожалению, ничего не известно. – Кир достал из книги рыцаря меч и кинжал в ножнах тёмно-зелёной кожи, украшенные золотыми накладками, которые были туго стянуты поясом такого же цвета и, вкладывая их в руки снайпера, сказал с поклоном – Держи это оружие, друг мой, оно обладает ещё одним важным свойством, – является самым надежным пропуском на Астриум. Только с ним ты сможешь войти в этот мир в любое время дня и ночи, как брат того эльфа, который его выковал. – Повернувшись к Земеру, он спросил, доставая второй лук – Сколько всего народа ты привёл в эту долину?

Тот протянул руку за эльфийским оружием и сказал в ответ:

– Весь корпус специального назначения, сэр Кир. Всего шесть тысяч четыреста тридцать человек плюс мы с Кеном. – Кирилл вложил в руки Земера Куада горный эльфийский лук и тот нараспев прочитал его имя – Илювалсул. Красивое имя. Что оно означает, сэр Кир?

– Земер, а переводе на твой язык с квенья, языка эльфов, имя этого лука означает Всесильный Ветер и это подсказывает мне, что отныне ты не возьмёшь в руки никакого другого оружия, когда отправишься на какую-нибудь охоту. – Ответил Кир и прибавил – Имя своего меча и кинжала ты прочтёшь на ножнах, как только скажешь, чем я должен тебя вооружить.

Старый разведчик усмехнулся и сказал:

– Кир, я в жизни не убил ни одного животного, а единственная охота, которой намерен заняться, это охота на слуг Амала, поэтому дай мне эльфийские меч и кинжал. Дай их всем моим ребятам, Кир. Они мечтают о том же, что и я, об охоте на тех тварей, которые поклоняются Амалу.

Хотя эльфийские луки, мечи и кинжалы мог раздавать не только Кир, его спутники отошли в сторону и принялись инструктировать каждого нового обладателя эльфийского горного лука. Через пару часов все спецназовцы разбрелись по ущелью и по нему разнеслось треньканье тетив и свист стрел, под звуки которых Козмо достал свою магическую книгу и призвал на помощь Осейна Канорфенума, Лайриниэль, Эхенора, Белегрунда и Анганиэль. Несколько минут ничего не происходило и он уже хотел повторить свой вызов, как воздух перед чистильщиками, ставшими в ряд, и пристроившимися сбоку Райло Корбеном, Кеном Мартенсом и Земером Куадом, засверкав яркими радужными сполохами, появился тёмно-синий, овальный портал прохода и из него с хохотом выскочил огромного роста парень с длинными чёрными волосами и красивым лицом, покрытым густым загаром, одетый в долгополый наряд серебристо-зеленоватых тонов.

За ним следом выскочил ещё один здоровенный парень, но уже с серебристой кожей, одетый в серебристо-лиловое одеяние и ослепительной красоты девушка в лёгком золотистом одеянии, тело которой светилось, словно полная луна. Радостно смеясь они бросились обнимать и целовать Кира и его магов-помощников, но их прервал возмущённый рёв двух удивительных, совершенно невероятных, круглоголовых медведей, очень похожих на громадных панд, только с шелковистым, сверкающим на солнце золотым мехом. Тот из медведей, который был поменьше ростом, смешно косолапя подбежал на задних лапах к чистильщикам, растолкал всех, оттащил лунную девушку в сторону и, обняв Иоланту, громким, звонким голосом воскликнул:

– Ио, девочка моя, дай мне тебя поцеловать!

Земер изумлённо воскликнул:

– Говорящие золотые медведи!

Второй медведь, который был ростом побольше, громким, возмущённым голосом рыкнул:

– Повежливее, человек! Я король малленброгов Белегрунд, а это моя королева Анганиэль и как всякие коронованные особы, мы не привыкли к такому обращению.

Королева Анганиэль тотчас вступилась за Земера:

– Белегрунд, немедленно перестань, мы ведь и в самом деле не люди, говорящие золотые медведи и я не вижу в этом для себя ничего оскорбительного. Кир, мальчик мой, представь нас своим друзьям и объясни им поскорее, кто мы такие.

Появление друзей Кира не осталось незамеченным. Все солдаты тотчас прекратили стрельбу из луков и повернулись с их сторону, но приближаться не стали, а лишь настроили свои магические очки таким образом, чтобы видеть всё глазами своего начальства. Кир, встряхнув за плечи Осейна Канорфенума, отступил назад и громким, взволнованным голосом воскликнул:

– Друзья мои, позвольте представить вам наших боевых товарищей и самых лучших друзей! Это рыцарь Мастера Миров Осейн Канорфенум, король всех драконов, какие только обитают во Вселенной, а это его супруга, леди рыцарь-маг Лайриниэль Илимэ и их самый преданный и верный друг, неустрашимый король горных драконов Алассеа-нор-Эльдара, рыцарь-дракон Эхенор Отважный. Они точно такие же чистильщики, как и мы все. Ну, а это, парни, бесстрашный король малленброгов Алассеа-нор-Эльдара Белегрунд Великий и его прекрасная королева Анганиэль Мудрая. Они просто замечательные ребята и вы их обязательно полюбите. К тому же наша красавица Анганиэль маг зелёного листа и потому сможет между делом оживить ваше Средиземное море. Это для неё плёвое дело. Ну, и уж коли в этой долине появился сам загорелый эльф Осейн Канорфенум, то всё же первым делом он с помощью Кузьмича научит вас стрелять из горного лука по-эльфийски. Лучшего учителя, ребята, вам никогда не сыскать, ведь даже эльфы вынуждены признать, что он стреляет ничуть не хуже самых лучших их лучников.

Осейн громко расхохотался и воскликнул:

– Кирюха, не скромничай! Может быть ты у нас и не самый быстрый стрелок из лука, но зато нет никого, кто смог бы состязаться с тобой в меткости. Хотя в одном ты точно прав. Стрелять из лука так, как стреляю я, ещё можно научиться, а вот твоему мастерству снайпера никогда не сможешь научишься. Таким стрелком, как ты, нужно родиться. – Обняв Козмо, Осейн встряхнул его и сказал – Кузьмич, давай, быстро заводи свою дымокурню и пойдём в ваш летающий дом, мне очень не терпится услышать, что за беда у вас приключилась на этот раз. Мы ведь только ступили на Призрачный мост, чтобы сбросить в Сияющую пропасть парочку поганых железяк, как получили от тебя вызов. Так прямо с моста и шагнули в портал прохода даже не представ перед творцом Ардфеором и уже в нём на меня навалилось это чавкающее золотое чудо. Его, наверное, ты выдернул прямо из-за пиршественного стола.

Золотая медведица Анганиэль, уже сидевшая на валуне с Иолантой, прижимая её к себе, как ребёнка, тотчас откликнулась:

– Осейн, милый, тебе ли не знать, что Белегрунд не ест только тогда, когда спит. Мы примчались сюда прямо с заседания государственного совета и теперь император Ланион будет целый месяц ворчать, что я специально подговорила Кузьмича выдернуть нас с него. Так что давай, приступай к работе, а я пока что немного пороюсь в этой горе. Если меня не подводит зрение, в ней есть просто чудесные изумруды, до которых можно легко добраться. Белегрунд давно уже обещал изготовить для Лайриниэль ожерелье, но ему всё как-то не попадалось хороших камней, а это как раз то, что ему нужно.

Иоланта потрепала Анганиэль её круглой, добродушной мордашке размером с хороший таз и сказала:

– Девочка моя, ты ещё успеешь порыться в горе, но не в этой. Именно за этим мы вас и позвали. Ну, ладно, пусть Кузьмич и Осейн занимаются с курсантами, а мы с тобой и Лайриниэль пока что немножко посплетничаем. Я ведь не видела тебя больше года. Как твои ребятишки, милая? Наверное уже совсем большие стали? Малленброги ведь растут так быстро.

– О, не то слово, Ио! – Воскликнула Анганиэль – Малленброги растут быстрее людей и обычных медведей. Вот если бы они ещё и умнели так же быстро, как люди. Ты, представляешь, недавно эти паршивцы вздумали прорыть дырку до центра Алассеа-нор-Эльдара и пробили прямо в большой кладовой нашей пещеры шахту глубиной чуть ли не в километр. Ещё чуть-чуть, всего каких-то двести метров, и они свалились бы в подземное озеро. Пришлось мне звать на помощь гномов, чтобы заделать в полу дыру. Не спохватись я вовремя, было бы не миновать беды. А как поживают твои детки?

– Хо-хо, милая! Это пустяки. – Рассмеялась Иоланта вставая и направляясь на борт флайера – Наши бандиты недавно сбежали из дома на Армагеддон и чуть было не вызвали на бой Амала. Аботану даже пришлось из-за них поднять по тревоге магов, уж больно мудрёную магическую формулу они придумали. Ох, хорошо, наверное, Лайриниэль, её парни давно уже выросли и уж ей то точно не приходится волноваться, что они напроказничают, ведь у них уже у самих выросли внуки. А как поживает Тэйя? Я по ней так соскучилась.

Дамы поднялись на борт "Немезиды II", а через пару часов, как только курсанты немного разобрались с новыми для себя познаниями, больше относящимися к области чувств, нежели ума, Осейн Канорфенум провёл мастер-класс. Козмо выпустил из своей трубки огромное облако густого, коричневого дыма, которое превратилось в несколько тысяч движущихся мишеней-големов и все они ринулись на него в атаку с другого конца ущелья. Этот загорелый великан выхватил огромный лук длиной почти в его рост и как только натянул тетиву, на него тотчас легла стрела сиреневого цвета с золотистым наконечником в форме головы дракона. У него на спине висело нечто похожее на большой охотничий рог, явно, изготовленный из когтя дракона и этот рог подавал ему одну магическую стрелу за другой, но не это поразило бывалых спецназовцев ордена, а та с скорость с которой Осейн расстреливал мишени. Магические стрелы срывались с лука одна за другой и летели от него широким, сиреневым, с золотыми блёстками, веером, без промаха поражая каждую мишень, отчего те моментально исчезали в золотой, сверкающей вспышке.

Кир, Козмо и Тетюр стояли рядом и также пускали стрелу за стрелой с невообразимой скоростью, но они и втроём уступали этому удивительному стрелку. Вчетвером же лучники выпускали по быстро движущимся коричневым мишеням целые тучи стрел, как будто их стояло возле "Немезиды II" в сотню раз больше. Правда, Кир удивлял всех тем, что он поражал самые отдалённые мишени, до которых было не менее шести километров и в конечном итоге, когда лучники поразили все мишени, Осейн Канорфенум поклонился ему и сказал:

– Кир, семьдесят три моих стрелы лишь едва коснулись края мишеней. В настоящем бою я счёл бы это обидным промахом, который мог бы дорого стоить, зато каждая твоя стрела угодила точно в грудь всех сраженных тобой големов. Извини, друг, но сколько бы ты меня не учил этому, для меня всё также непостижимо, как тебе удаётся не то что прицелиться на таком расстоянии без магических очков, а просто увидеть мишень среди скал. – После этого похлопав Тетюра по плечу, он похвалил и его – Отлично, мой друг, отлично, сегодня ты стрелял ничуть не хуже эльфа. Похоже, ты понял, наконец, почему твой лук получил имя Лераторон. Он терпеть не может, когда его душат стальной хваткой, но обожает порхать в руке умелого лучника и чем быстрее ты посылаешь стрелу в цель, тем точнее твой выстрел. Ну, что же, Кир, пусть теперь эти воины выпустят по паре тысяч стрел, чтобы почувствовать своё оружие, а мне не терпится узнать, зачем я здесь. Для меня было большой радостью узнать, друзья мои, что Осейн нужен вам. Надеюсь, что мой лук Валандил будет полезен в грядущей схватке со слугами Амала.

– А уж как я на это надеюсь! – Весёлым голосом воскликнул Кир, хлопая Осейна по плечу – Ты этого даже представить себе не можешь. Но ещё больше я надеюсь на твоих драконов призраков. Тебе удастся призвать их здесь? Учти, тут драконами никогда даже и не пахло.

Осейн Канорфенум рассмеялся и воскликнул:

– Кир, мне странно слышать такую чушь от человека, родившегося и выросшего в базовом мире! Парень, из какого класса школы тебя выгнали? Из третьего или пятого? Я не знаю как называется этот мир, но ещё вчера он точно был базовым, а сегодня уже перенесён, явно не без твоего участия, в сферу Астриума. Ну, а раз так, значит в глубокой древности на нём, как и на Адамминене, тоже жили динозавры, предки всех драконов, только в моём мире они не передохли, а в процессе эволюции стали в конечном итоге королевскими драконами. Магические свойства они получили от старика уже позднее. Да, если бы это было даже и не так, то я в любом случае смог бы вызвать призрачных драконов. Они просто перенеслись бы сюда из любого другого мира.

Кир облегчённо вздохнул и сказал:

– Ты снял камень с моей души, Оська, а то я уже грешным делом был готов удариться в панику и посадить этих отважных парней на тондаро, чего, как ты понимаешь, делать никак нельзя. Ну, а почему, ты уже очень скоро узнаешь.

Кен Мартенс, шагавший рядом, немедленно откликнулся:

– Кир, эти парни поднимутся в небо даже верхом на снаряде и с улыбкой встретят свой смертный час. Они способны выполнить любой твой приказ и при этом ни один из них не отвернёт в сторону и не моргнёт глазом при виде любого врага, даже самого ужасного, ведь они же все дети Труала и хранители заветов Ароссы.

Осейн поклонился и сказал с улыбкой:

– Мой благородный брат, одной только отваги твоим воинам будет мало в грядущей битве. Я ещё не знаю, с кем нам предстоит сразиться, но если Кир говорит о том, что он был готов посадить лучников с эльфийскими луками на верхние палубы лёгких тондаро, предстоящий бой будет чертовски серьёзным и противостоять нам будут очень опытные чёрные маги, а для этого нужно иметь не столько мужество, этого добра в людях, тем более тех, кто считает своим отцом творца Ардфеора, которого ты зовешь Труалом и Ароссой, с избытком, сколько опыт. Полагаю, что твои воины стали Верховными магами совсем недавно, ещё ни разу в жизни не сражались с помощью магии и это будет их первый мэлаэр.

Кир немедленно пояснил своим тогонийским друзьям:

– Ребята, так эльфы называют бой, ведущийся с помощью магии, и тут Осейн полностью прав. Для того, чтобы ваши парни могли сражаться с чёрными магами на дистанции, их нужно ещё гонять и гонять, зато в ближнем бою с эльфийскими горными луками и особенно эльфийскими мечами они даже самую отборную адскую нечисть будут гонять, как кот мышей по горнице. Если бы я вчера вышел на арену против этих драных лордов тьмы со своим Белеготаром в руках, то каждый мой бой длился бы ровно шесть секунд и за это время любой из них получил минимум по четыре стрелы в грудь, но им и одной серебряной фугасной стрелы вполне хватило бы, чтобы искать их яйца где-нибудь на самом верху стального купола.

Земер оттеснил Кена и воскликнул:

– А вот с этого места пожалуйста поподробнее! Кир, у нас в ордене есть на вооружении прекрасные штурмовые пистолеты-пулемёты. Три-четыре пули калибра четырнадцать миллиметров и человек разрезан пополам. Почему бы нам не взять это оружие с собой? Думаю, что оно нам пригодится.

Кир терпеливо принялся объяснять:

– Земер, у меня в арсенале есть стрелковое оружие, которое будет помощнее ваших пистолетов-пулемётов. Всего один выстрел из крупнокалиберного автомата Стоуна в грудь и от адского отродья остаются одни уши и тапки, но, увы, хотя Майк и напихал в эти пули, размером с кнотерс, магии по самое некуда, они и близко не стояли рядом с магической эльфийской стрелой, ведь если твой напарник случайно воткнёт её тебе в задницу, то ты этого даже не заметишь, да, и эльфийские мечи из исилкэла тоже своих не рубят. К тому же когда магическая серебряная стрела взорвётся в груди того адского создания, с которыми вам придётся сражаться в подземельях горы Эстелан, она не даст взрывной волны, так что вы сможете стрелять по ним буквально в упор. Ну, что, я тебя уговорил не заниматься самодеятельностью?

Земер молча кивнул головой, а Осейн Канорфенум остановился, громко топнул ногой по перлитовому полу и взвыл во весь свой богатырский голос:

– Нет! Это уже просто какой-то беспредел! Эхенор, ты слышал, что он только что сказал? Мало того что эти гады умудряются сражаться с лордами тьмы не в каких-то там вонючих, обоссаных норах, а в честном рыцарском поединке на арене под стальным куполом, так они выводят мальчишек в бой против самой отборной адской нечисти! Ну, разве это не свинство по твоему? Почему этому типу всегда так везёт, а ты хоть пополам разорвись, но тебе всё равно вечно приходится гоняться по всей планете за какими-то трусливыми придурками. Нет, я точно на этот раз по возвращению на Астриум закачу старику такой скандал, что он у меня точно не обрадуется, а магам Горы от меня ещё больше достанется. Будут знать, кому самых отборных врагов подсовывать, а кому всякий мусор сбрасывать. Должна же в этой жизни быть хоть какая-то справедливость, чёрт побери!

Эхенор положил руку на плечо напарнику и сказал:

– Успокойся, Осейн. Ты же знаешь, что у Амала на Кира зуб и потому он делает всё, что только в его силах, лишь бы грохнуть этого парня вместе со всей его командой, только у него ни хрена не выходит. Ну, а когда этого везунчика припекает очень сильно то что он делает? Правильно, зовёт нас к себе на помощь. Это, если мне память не изменяет, уже пятый вызов за последние два года и всякий раз после каждого такого боя ты клянёшься, что больше никогда в жизни не ответишь на очередной вызов Кузи. Разве не так, старина?

Осейн всплеснул руками и воскликнул:

– А ты что, в восторге от того, что твоей задницей всякий раз затыкают жерло вулкана во время извержения? Ясное дело, что мне после таких сражений требуется какое-то время, чтобы придти в себя и, представь себе, я уверен, что на этот раз мы снова будем ловить зубами пули вместе с ним и его бесбашенными магами. Вот за это я и обожаю эту команду, что на её долю выпадают самые тяжелые миссии, о которых потом слагают легенды во всех мирах Золотого круга вдобавок ко всему тому, что пишет о них Кузьмич в своих книжках. – Повернувшись к Киру, он спросил – Ну, и что мы будем вытворять на этот раз? Снова будем расстреливать в воздухе, сидя на драконах, крылатых дьяволов, только что вылупившихся из яиц и мечтающих чёрным шквалом промчаться по всей планете сея смерть и разрушения? Помнится мне, мы тогда славно поохотились на Тирастрасисе. Мне уже казалось, что они вот-вот нас опрокинут, но ты чертовски ловко выбрал время для атаки, а потом отвёл нас на самую выгодную позицию и мы перебили всех этих зловредных тварей. Страшно даже подумать, ещё неделя, и они сделались бы ростом с Эхенора и тогда мы их точно не смогли бы сдержать, правда, ты и тогда как-то умудрился подготовить целую армию, которая добивала их на земле. Надеюсь эта битва будет такой же ожесточённой и яростной, брат рыцарь?

– А мне хотелось бы надеяться на то, что на этот раз наш враг не произведёт ни одного выстрела по Гурвалу. – Мрачным тоном ответил Кир – А ещё я надеюсь на то, что эти поганые лорды тьмы не смоются с этой планеты, как они однажды смылись с Ильмина, Осейн. Судьба снова свела меня с тем самым Барибалом Асистой, у которого Джонни был в плену пятнадцать лет и я мечтаю с ним наконец поквитаться.

– Не судьба, Кир, а Амалор собственной персоной. – Смеясь сказал Осейн Канорфенум и прибавил – Ни о чём я так не мечтаю, как разозлить этого вонючего козла точно так же, как это сделал ты на Ильмине, освободив Джонни Морбрейна. Поэтому, друг, когда настанет время лезть в самое пекло, мы оставим своих вторых стрелков в небе, а сами пойдём в атаку, но с разных сторон. Может быть на этот раз мне всё-таки несказанно повезёт и я скормлю этого Барибала Тартаботану живьём, но при этом хорошенько отрихтую ему фейс.

Глава восьмая.

Заставив трёхмерное, полупрозрачное, но тем не менее очень чёткое и детальное изображение горы Эстелан в очередной раз повернуться вокруг своей оси, Осейн ткнул пальцем в неё и спросил Кира почему-то очень радостным, чуть ли не восторженным тоном:

– Так ты говоришь, друг мой, что они будут стрелять по нам из этих здоровенных пушек снарядами размером с тондаро? Так я должен понимать доклад нашего друга Земера?

– Очень ты им нужен вместе с Эхенором и Лайриниэль. – Фыркнув, громким, насмешливым голосом ответил Кир – Они будут стрелять по континенту Руалар, целясь по самым крупным городам, а вы им, друзья мои, даже даром не нужны и ни во что не упёрлись, естественно, как и я сам с Атиллой. Тоже мне нашел забаву для нечисти, стрелять по каким-то драконам из здоровенных пушек, которыми впору луны с неба сшибать. Нет, братишка это оружие иного рода и Амал создал его в результате целой серии хитроумных манипуляций совсем для других целей. Он, явно, хочет вывести свою нечисть в сферу Астриума на арену борьбы с нами, рыцарями Света, ведь с чёрными магами у него вечно случаются всяческие осечки и сбои. Мне только непонятно, почему он вечно торопится так, словно у него времени в обрез.

Осейн отрицательно помотал головой и сказал ещё более громким голосом, радостно улыбаясь при этом:

– Нет, парень, они будут стрелять именно по нам, ведь это мы будем стоять между этими чудовищными орудиями со снарядами больше похожими на баллистические ракеты, и людьми Гурвала. Прекрасно! Замечательно! Мне всё это очень нравится, Кир. Мы поднимемся на высоту в двенадцать километров и будем стрелять по ним с дистанции в двадцать километров. Огонь их зенитной артиллерии меня нисколько не волнует, я недавно получил от Майка для Эхенора прекрасный перлитиновый броник, который закрывает даже его крылья и их у меня, представь себе, целых десять штук, так что и для Атиллы прочная одежонка найдётся. Ну, а чтобы окончательно успокоить тебя, Кирюха, я тебе так скажу, нам с тобой вовсе нет нужды гоняться за каждым снарядом. Я вызову тысячи драконов-призраков и они будут просто садиться верхом на эти чугунные дуры, вылетать верхом на них в космос и там плавить их своим пламенем, так что внизу люди увидят просто очень яркие метеоры. Они ведь хотя и призрачные, во всём остальном самые обыкновенные королевские огнедышащие драконы, но в отличие от обычных драконов, им не нужен воздух для дыхания и они не боятся космического холода. Ещё пара тысяч моих призрачных драконов будет планомерно уничтожать всю зенитную артиллерию на плато, пока мы будем выводить из строя большие пушки.

Земер Куад, благодаря которому они имели такую превосходную трёхмерную картинку, сказал тревожным голосом:

– Ребята, учтите, это будет чертовски сложно сделать. Жерло орудия закрыто специальной раздвижной бронированной шторкой толщиной в пять метров и она открывается в момент выстрела всего на три секунды. Пушка постоянно направлена в небо под углом в сорок семь градусов и снаряд наводится на нужный курс тем, что её казённая часть отводится вправо и влево на пятнадцать градусов. Цельным является только внешний ствол, изготовленный из сверхпрочной жаростойкой стали, внутрь которого вставляется специальный стальной вкладыш и если его повредить, то он просто выстреливается из прочного ствола и падает на плато. На то, чтобы заменить вкладной ствол, нужно всего десять минут. Эти орудия способны делать один выстрел каждые три минуты и сначала выстреливается специальная пробка, которая очищает ствол от нагара и даже камней, после чего наступает черёд снаряда. Снаряд вылетает в космос и может сделать три, четыре оборота вокруг Гурвала прежде, чем специальный особо прочный компьютер направит его на какой-нибудь город. Каждый снаряд содержит в себе семьдесят тонн тексатурана, это особо мощная взрывчатка и его взрыв подобен взрыву небольшой атомной бомбы. Пятью такими снарядами этот форт на горе можно было бы разнести в клочья, но, увы, у ордена не хватило средств на то, чтобы построить хотя бы одну такую пушку и нацелить её на остров Наленор.

– Хвала Творцу Ардфеору, что вы её не построили, брат! Всё меньше работы! – Воскликнул Осейн и сказал, пристально глядя в глаза своего друга – Кирюха, пусть Кузьмич с Белеготаром немедленно отправляются к этой горе на разведку и всё там разнюхают. Если Барибал ещё не изготовил пушки к стрельбе, то тогда и нам не следует торопиться лезть в драку. Кен говорит, что его солдаты ничуть не хуже парней Земера, а потому нам нужно срочно доставить в эту долину ещё одну дивизию, больше не надо, мы их просто не сумеем вовремя перебросить к горе. А ещё нам надо дать ребятам хотя бы трое суток, чтобы они научились быстро стрелять из горных луков. В тех подземельях, в которых им придётся воевать, это самое лучшее оружие. Жаль, конечно, что у нас всего два малленброга, но это всё же лучше, чем вообще не иметь в данной ситуации ни одного, но лично я не отказался бы от нескольких сотен гномов с магическими кайлами.

Земер Куад повернулся к Белегрунду, вежливо поклонился ему, а потом поинтересовался у Осейна:

– Сэр, но чем нам могут помочь король Белегрунд и королева Анганиэль в предстоящем бою?

Осейн улыбнулся и ответил:

– Парень, как раз на них то вся ваша надежда. Если вы пойдёте на штурм форта через это плато, усеянное минами, даже на эйрбордах, то вы не пройдёте по нему и километра. Ты ведь сам сказал, что они реагируют на изменение электромагнитного поля и взрываются даже тогда, когда над плато пролетает на высоте в пару десятков метров птицы. Зато наши друзья, Бел и малышка Нини, всего за каких-то шесть-семь часов пророют для вас широченный тоннель вот отсюда и отсюда прямиком до первой линии подземных коммуникаций, а потом направятся сюда, к химическому заводу, и сюда, прямо к их военному заводу. Глядя на эти пушки, я почему-то полностью уверен в том, что их заряжают не порохом, жидкостным взрывчатым веществом, которое будет покруче гексана и скорее всего основное предназначение химического завода это не производство боевых отравляющих газов, а производство жидкой взрывчатки, заменяющей порох. Но её, как я полагаю, Барибал наделал уже достаточно много и залил этой дрянью все цистерны в верхней части горы. Было бы конечно очень заманчиво подорвать их чёртовой матери, но я боюсь, что тогда всему острову не поздоровится. Это ведь будет по сути дела то же самое, что и извержение вулкана. Поэтому, друзья мои, давайте лучше не будем экспериментировать и обойдёмся старым, добрым и хорошо испытанным способом, запустим в нору злую, зубастую таксу и пусть она спокойно придушит в ней крысу. Если Барибал покрасил все стены внутри своей подземной крепости этой вашей магической краской, которая не позволяет создавать порталы прохода, то я его расцелую прямо в гланды, ведь тогда и он сам не сможет смыться, а лично мне не привыкать бегать по подземельям и сражаться в них с нечистью, хотя, конечно, у Кирюхи опыт будет побогаче. Ну, что, Кузя, с Богом, бери Белегрунда и чтобы одна нога тут, а вторая уже здесь, ну, а если тебе удастся запустить внутрь крохотного дымного голема, то я тебя, разведка, с этого острова после боя прямиком на Астриум на спине свезу. Кстати, Земер, а как это наленорцы умудрились затащить на гору эти пушки?

Земер Куад улыбнулся и ответил:

– Они отлили их прямо на месте, сэр Осейн. Вырубили в верхней части горы огромную пещеру, построили в ней плавильную печь и отлили стволы пушек уже прямо в вырубленных для них тоннелях, после чего разобрали литейные формы, расширили эти тоннели, а затем забетонировали и облицевали всё броневыми плитами.

Кирилл выслушал эти пояснения с безучастным видом, покивал головой и сказал своему старому другу:

– Да, Оська, ты, пожалуй, прав. Если Барибал не собирается начать стрелять из пушек прямо сейчас, то мы сделаем так, как ты говоришь. Кузьмич, Белегрунд, с вещами на выход. – Посмотрев на Земера, он спросил – Слушай, старина, а может быть ему и правда нужны эти три месяца? Но тогда зачем? На то, чтобы отремонтировать пушки и сделать так, чтобы этого никто не увидел, ему хватило бы и месяца, а я уверен, что Барибал торчит внутри этой горы уже не один год и даже не один десяток лет. Что же его так задержало? Понимаешь, Земер, у магов Горы есть очень надёжные магические методы слежения за злом и они всегда извещают нас об очередной акции Амала заблаговременно и с абсолютной точностью. Мы прибыли на Гурвал семь месяцев назад и за это время произошло всего два события, хорошо известных вам. Атака на Сорант, явно, была отвлекающим манёвром, хотя взрыв того реактора и мог уничтожить Гурвал. Видимо, Барибал не поверил Регнеру, что у него всё получится как нужно и потому решил сконцентрировать все свои силы именно на этих пушках. События, которые завершились вчера в Беодонии, но начались в Модонии, я вообще склонен рассматривать, как месть этого урода Ровенеру и его глуповатым дружкам, но мне почему-то начинает казаться, что Барибалу действительно нужны эти три месяца. Что ты ещё можешь сказать нам об этом форте? Может быть ты упустил какую-то мелкую, незначительную деталь? Что ещё уничтожили наленорские генералы?

Земер пожал плечами и, вдруг, коснулся рукой лба и воскликнул:

– Правильно! У Барибала скорее всего до сих пор нет самого главного! Похоже на то, что он так и не смог заполучить баллистических таблиц, которые хранятся у генерал-директора Наленора. Понимаешь, Кир, баллистические таблицы это не какие-то там книги с цифрами, а сложнейшая компьютерная программа, которая позволяет с идеальной точностью опустить снаряд в любую заданную точку по самой оптимальной траектории с максимальной скоростью, то есть на пределе его огнеупорного покрытия. Тогда снаряд вонзится в землю под углом в семьдесят пять градусов и зароется на глубину в двести, триста метров, максимально увеличивая тем самым зону поражения. Да, скорее всего Барибалу пришлось заново разрабатывать всё программное обеспечение для главного компьютера форта и вот что я тебе скажу, он получил его сравнительно недавно, всего каких-то два года назад. В Квантарре было построено три суперкомпьютера для Соранта и один из них якобы сгорел. Ну, а поскольку мы уже знаем, что во главе этого проекта стоял Регнер, то, вероятно, тут не обошлось без Барибала Асисты. Да, скорее всего это было именно так и уже через два часа наши программисты скажут тебе, сколько времени этому мерзавцу нужно на создание новой баллистической программы. Они на этом компьютере уже работали и смогут дать нам исчерпывающие данные.

Ответ программисты ордена дали не через два, а почти через четыре часа почти одновременно с возвращением Козмо и Белегрунда. Не успел хитроумный маг дыма доложить о том, что гора Эстелан битком набита здоровенными мордоворотами с армейской выправкой, которые суетливо готовятся к бою, приводя в состояние полной боевой готовности все оборонительные порядки форта, Земеру доложили, что два года это совершенно нереальный срок для того, чтобы создать такую баллистическую программу, которая обеспечила хотя бы десятипроцентное поражение целей на континенте Руалар. По мнению программистов ордена даже с новейшим суперкомпьютером "Инголин", созданным в Квантарре, на это уйдёт никак не меньше пяти лет и единственное, чего можно было добиться за то время, которое было в распоряжении Барибала и Клостера, так это рассчитать простейшие траектории для ковровых бомбардировок и стрельбы по площадям. Это хоть немного успокаивало, но куда большее облегчение Кир испытал тогда, когда услышал от Козмо и Белегрунда, что ни о каком немедленном открытии огня не может идти и речи. Снаряды ещё находились в неснаряженном состоянии. В них даже не залили взрывчатку и Барибалу потребуется не менее трёх часов, чтобы привести в состоянии полной боевой готовности хотя бы первую сотню снарядов.

Зато все средства противовоздушной обороны и артиллерийские батареи малого калибра были полностью готовы к бою и поскольку гора Эстелан как бы находилась в котловине и была окружена довольно высокими горными хребтами, их орудия никак не могли причинить вред жителям Наленора. Белегрунд не только смог осмотреть высокогорную батарею сверхтяжелых орудий, но и нашел несколько вентиляционных штолен, через которые Козмо запустил внутрь крепости несколько десятков своих големов. Находиться возле горы слишком долго он побоялся, так как все системы безопасности и наблюдения были приведены в полную боевую готовность, да, этого и не требовалось. Его прозрачные дымные големы двигаясь с весьма приличной скоростью уже расползлись чуть ли не по всему комплексу и теперь на всех обзорных экранах можно было не только видеть, но и слышать, как нечисть готовится обстрелу Руалара. К сожалению между собой они почти не разговаривали и лишь исполняли команды Барибала и его приближенных, находящихся в огромном зале центрального командного поста, расположенного под плавильной печью.

Вскоре один из големов-шпионов проник в этот зал и даже умудрился подсоединиться к компьютеру. Так что чистильщики смогли получить дополнительное подтверждение того, что стрелять из захваченным им громадных пушек Барибал Асиста может пока что только по воробьям, но Кира страшило уже одно только то, что он вообще мог стрелять из них. Ещё одним неприятным открытием для него стало то, что крепость была разбита им на изолированные отсеки, отгороженные один от другого толстенными стальными люками. Непреодолимым препятствием они конечно же не являлись, но ни о какой стремительной атаке не могло идти даже и речи. Бой обещал затянуться на несколько суток при самом хорошем сценарии и судя по всему именно на это рассчитывал этот недобитый артиллерист. Тетюр, подумав несколько минут, сказал, что сможет изготовить специальные стрелы, которые будут прилипать к люкам по периметру, словно они из пластита, и резать сталь не хуже кумулятивного заряда.

Не смотря на то, что все после слов Тетюра облегчённо вздохнули и заулыбались, словно они уже получили известие о капитуляции, Кир сидел за круглым столом мрачнее тучи. В его голове вот уже полчаса крутилась одна неприятная догадка. Посмотрев ещё раз на гору Эстелан и окружающее его плато, он убрал её изображение со стола и подвесил над ним глобус Гурвала. Его магические очки позволяли ему моделировать различные изображения, в том числе и простенькие видеоролики и, покорпев над этим делом минут пять, он показал своё произведение компьютерной графики. Карикатурные и потому нелепые пушки острова Налерон открыли огонь. Все шестнадцать штук одновременно, но их снаряды не стали разлетаться по всему Руалару, а начали методично падать в один и тот же квадрат, в горный район на экваторе вблизи безжизненного Срединного моря, в котором было сосредоточено добрых полтора десятка высоченных вулканов, некоторые из которых извергались даже сейчас. Кен Мартенс раньше всех понял, что произойдёт через пять, десять часов такой бомбардировки и, схватившись руками за голову, в ужасе воскликнул:

– Этому вашему Барибалу вообще не нужна никакая сверхсложная баллистическая программа! Всё, что ему нужно, это то, чтобы снаряды падали в горах Геринии, пробудили все вулканы разом и спровоцировали чудовищное извержение. Лава хлынет в Срединное море, в глубинах которого полным полно сероводорода, он поднимется в атмосферу и даже если не взорвётся, а просто сгорит, отравляя собой атмосферу, уже только это одно станет концом света для нашей планеты, а ведь потом может произойти такое извержение, что Гурвал просто расколется пополам.

– Ну, для этого снаряды ещё как минимум должны упасть на эти вулканы, Кен. – Спокойным голосом сказал Осейн, хотя его загорелое лицо и побледнело – А мы как раз именно это и не собираемся допустить и чем скорее вы перебьёте всю эту адскую нечисть внизу и подниметесь наверх, тем будет лучше. Я тут подумал немного и пришел к выводу, что ваши самолёты-ракетоносцы, тяжелая гаубичная артиллерия и миномёты нас всех смогут очень сильно выручить, если они станут долбить по плато метя в те места, до которых штурмовые отряды не смогут быстро добраться под землёй. Как ты считаешь, это можно будет организовать? Для нас главное, чтобы туда никто не совался. Тогда всё будет в полном порядке.

Осейну ответил Райло Корбен, который сказал спокойным и совершенно бесстрастным голосом:

– Сэр Осейн, я обеспечу это и буду лично координировать огонь, но мне потребуется войти в контакт с главами нескольких государств и в первую очередь с генерал-директором Риго Лореном. Могу заранее сказать, что за сотрудничество с нами он потребует, чтобы мы включили в нашу группу зачистки наленорский спецназ, им командует его сын, полковник Вилес Лорен. Если мы не сделаем так, то тем самым нанесем военной директории смертельное оскорбление.

Осейн сделал понимающее лицо, покивал головой в знак согласие, а затем сердито рыкнул:

– Парень, ты, кажется, попутал рамсы! Этой миссией, к твоему сведению, руководит сэр Кир, а не я, но если тебя это всё же интересует, то предстоящую операцию возглавляешь именно ты, вот тебе и карты в руки. Так что будь добр, извести нас через час о том решении, которое ты принял и скажи, нужно ли наленорских спецназовцев посвящать в маги-воители. Но если это потребуется, то мы отложим начало операции ещё на двое, трое суток.

Кен Мартенс не выдержал и вспылил:

– Ребята, вы что, так ещё и не поняли ничего? Мы можем проиграть сражение уже через несколько часов, если не раньше. Райло, ты кажется знаешь, где можно найти твоего сумасшедшего дядю, который годами не вылезал из этих вулканов. Ты не мог бы позвать его, чтобы он хоть немного остудил кое-какие горячие головы?

Кена Мартенса поддержал Кир, сказав:

– Да, ребята, нам следует знать мнение специалиста.

Через каких-то полчаса за столом сидел моложавый старый профессор-вулканолог Дейтон Корбен, одетый в термоизолирующий, серебристый комбинезон. Когда ему объяснили сложившуюся ситуацию, он немедленно достал из металлического планшета блокнот, карандаш и калькулятор. Минут через пятнадцать профессор сказал:

– Господа, чтобы вызвать извержение такого масштаба, которое сможет уничтожить Гурвал, вашему противнику понадобится от трёхсот до пятисот снарядов, а теперь извините меня, но я хотел бы вернуться назад, к вулкану Канолор. Его извержения я ждал сорок лет.

Профессор сам сотворил портал прохода, из которого на всех пахнуло жаром и запахом серы и Кир почему-то громко и весело рассмеялся. Осейн посмотрел на него, как на сумасшедшего, и спросил:

– Что, патрон в затворе заклинило?

– Нет, Ося, я просто вспомнил о том, что ты король драконов, а не хрен с горы. – Ответил Кир спокойным голосом – Понимаешь, если половина твоих призрачных драконов займёт позицию прямо над горой и после каждого выстрела драконы станут садиться верхом на снаряды и лететь на них в космос, по пути прожигая в этих чугунных дурах дыры, то даже если они не взорвутся под ними, непременно крякнутся при входе в плотные слои атмосферы. Ну, а мы со второй половиной драконов будем курочить пушки. Думаю, что это прорежет. Ну, а вы, парни, отправляйтесь на Наленор и непременно сделайте так, чтобы генерал Лорен с ближайшим окружением сидел в каком-нибудь бункере, пока я его не позову и ни с кем на острове не общался иначе, как через наши магические очки.

Осейн облегчённо вздохнул и расслабленно сказал:

– Ну, ладно, Райло, раз всё оказалось так просто, то мы с Кирюхой пошли вооружать новичков, а ты, давай, занимайся дипломатией, а потом поднимай артиллеристов на последнюю войнушку. Как я уже говорил, максимум через неделю мы выступаем и мне по фигу, будет это утро, вечер или полночь, а тем, кто пойдёт под землёй и тем более. Там в подземелье лампочки есть. Орден Труала готовился к этой битве хрен знает сколько лет, а потому учить вас сражаться нам не надо, как и обучать наленорский спецназ.

Осейн и Кир вышли, а Райло, немного подумав, поманил к себе Земера Куада, сотворил портал прохода и они прошли через него прямо во внутренний дворик генерал-директорской казармы в столице Наленора, Аролунге. Именно такая мысль, что он оказался в казарме, мелькнула в голове начальника разведки, когда он увидел большой плац обсаженный по периметру подстриженными под линейку кустами самшита. Наленор находился много западнее Тогонии и в его столице ещё не наступил полдень, а потому было не очень жарко. Из-за живой изгороди, за которой стояли по периметру строгие, невзрачные трёхэтажные каменные здания, моментально выскочила добрая дюжина солдат и на них немедленно были направлены стволы автоматов взвода охраны. Земер, перенявший от своего учителя Козмо привычку курить трубку, не спеша раскурил своё роскошное магическое изделие из драконьего клыка, золота и драгоценных камней, после чего строго насупился и сурово рыкнул:

– Вы что, обормоты, магов никогда не видели? Опустить немедленно автоматы, они вам всё равно не помогут. Чтобы нас положить, нужны гранатомёты и желательно помощнее, да, и то у вас из этого вряд ли что выйдет, но испытывать это вы будете не сегодня и не против нас. Мы, друзья и прибыли к генералу Лорену с неофициальным, но очень важным визитом. Это командующий войсками ордена Труала главный хранитель Райло Корбен, а я начальник службы внешней разведки ордена, старший хранитель Земер Куад, так что идите и доложите генералу Лорену о нашем прибытии. Да, поторапливайтесь, если один из вас уйдёт, соотношение сил от этого не изменится.

У Земера возникло такое ощущение, что их здесь давно уже ждали. Высокого роста полковник, одетый в парадный мундир изумрудно-зелёного цвета с серебряными эполетами и аксельбантом, тотчас вышел откуда-то у них из-за спины, с достоинством взял под козырёк, хотя они оба были одеты в камуфляжные мундиры без знаков различия, и попросил проследовать за ним. Полковник, явно, торопился поскорее доставить их к начальству, а потому шагал быстро и размашисто, отчего Райло Корбену и Земеру Куаду приходилось чуть ли не бежать за ним. Через несколько минут, проведя их по аскетическим коридорам, полковник завёл их в ещё более невзрачную приёмную на третьем этаже, в которой стояло с десяток письменных столов, а за ними адъютанты генерал-директора непрерывно отвечали кому-то по телефону. Полковник без стука вошел в кабинет генерал-директора Наленора, а Земер стал разглядывать свои ногти, по привычке навострив уши. По обрывочным фразам адъютантов он сразу же понял, что на острове началось твориться что-то неладное и потому тотчас нацепил на нос очки и вполголоса затребовал информацию у своего резидента. Тот был готов выйти на связь в любую минуту, но был не один и потому доложил ему кодовой фразой:

– Уф, кажется я подхватил какую-то инфекцию. Нужно пойти домой и срочно принять таблетки. – Резидент работал клерком в банке и в данный момент находился в своём офисе и в нём судя по всему не было никакой паники, но фраза говорила о том, что в городе происходит нечто подозрительное. К тому же этот пожилой мужчина прибавил – Ещё час назад я чувствовал себя превосходно, а сейчас у меня першит в горле. Да, нет, какой там першит, у меня уже болит горло.

Таким незамысловатым образом Лейн Далерт сообщал своему шефу, что в Аролунге, столице Наленора, возникла какая-то напряженность, связанная с военными властями, которые, явно, отдали приказ о приведении вооруженных сил в состоянии повышенной боевой готовности. Гадать слишком долго, с чем это было связано, им не пришлось. Минуты через три полковник вышел из кабинета и предложил им войти. В кабинете генерал-директора Наленора, лишенном даже малейших намёков на какие-либо украшения, проходило совещание и Земер сразу же узнал всех семерых его участников и сына фактически единоличного правителя острова, хотя никогда в жизни не встречался с ними. После того, как полковник коротко представил их, генерал Лорен, одетый в тёмный костюм гражданского фасона, кивнув головой, пригладил рукой свои коротко стриженные волосы и сказал:

– Я полагаю, господа, что хранители заветов сумеют просветить нас относительно того, кто это недавно крутился возле горы Эстелан, чем вызвал множество вопросов у наших служб. К тому же наша аппаратура определила в одном таинственном, невидимом для обычных приборов разведчике человека, а второй, как это ни странно, был похож на медведя с большой круглой головой. – Сделав рукой приглашающий жест, он прибавил – Присаживайтесь, хранители заветов. Нам известно, что вы очень тесно связаны с рыцарем Света Киром Торсеном, а потому мы не станем ничему удивляться, но и вы поймите нас правильно, нам не очень-то нравится, когда кто-то проявляет интерес к нашим военным объектам у нас за спиной. Итак, хранители заветов, я жду от вас самых подробных разъяснений.

Земер пристально взглянул на Райло Корбена и тот чуть заметно кивнул ему. Широко улыбнувшись, он подсел к столу и первым дело обратился к полковнику Лорену, сказав ему вполголоса:

– Вилес, друг мой, будьте добры, прикажите своим парням срочно собраться на вашей секретной базе в Дауранге. Через полчаса вы отправитесь вместе с ними в Тогонию, а ещё через пять, шесть суток вернётесь на Наленор, чтобы с хода вступить в бой с врагом. Там вы все станете магами-воителями и получите новое оружие и снаряжение, так что брать с собой ничего не надо. Только не нужно никаких лишних вопросов, мы с Райло прибыли сюда именно для того, чтобы дать вам ответ относительно того, что уже произошло прямо у вас под носом и что произойдёт в самое ближайшее время.

Полковник кивнул головой, подошел к отцовскому столу, включил видеофон и отдал кому-то приказ:

– Борел, прекратить подготовку к операции. Всем собраться на стрельбище. Через полчаса мы отправляемся в Тогонию. Судя по всему сэру Торсену срочно нужна наша помощь. С территории базы никого не выпускать. Если кто-то попытается покинуть её, пристрелите его, даже если это будет мой родной брат. Ждите меня, я скоро буду.

Вернувшись к столу он пристально посмотрел на Земера и тот, улыбнувшись, принялся раздавать всем присутствующим магические очки, заранее ставя их в положение просмотра данных. Когда всё было готово, он запустил видеоролик, отснятый Козмо и сказал:

– Господа, форт внутри горы Эстелан захвачен лордом тьмы Барибалом Асистой и его подручными. Все орудия восстановлены и полностью готовы к стрельбе. Это дьявольское отродье намерено путём массированной бомбардировки спровоцировать извержение всех вулканов Геринии и уничтожить Гурвал. То, что вы видите, засняли с помощью магических устройств маг Козмо и король малленброгов Белегрунд, который может видеть сквозь камень, как сквозь хрусталь.

Один из генералов, это был Брайдер Фаландр, министр финансов и экономики Наленора, тотчас воскликнул:

– Нет! Этого не может быть! Это просто какая-то чудовищная мистификация. Три недели назад я лично сопровождал экскурсию на пятнадцатый форт и не обнаружил там ничего подобного, что увидел через эти очки, а мы видели, как это ни странно, именно боевой зал пятнадцатого форта. Ну, а кроме того мы все в любой момент можем пройти в зал мониторинга и вы увидите, что в Заоблачной Крепости всё осталось точно таким же, как и в тот день, когда были забетонированы все входы в неё. Ни один человек не сможет проникнут в неё.

Земер Куад снова достал свою магическую трубку, не спеша раскурил её и, выдув густую, золотисто-розовую струю в считанные секунды преобразил большой кабинет, в котором кроме двух унылых, металлических шкафов, большого сейфа, старинных напольных часов, древнего письменного стола и стола для заседаний, обтянутого вытертым, посеревшим от времени зелёным сукном, да двух дюжин непрезентабельных металлических стульев, место которым было даже не в солдатской казарме, а в тюремной библиотеке, не нашлось места ни одному украшению. На потолке появились роскошные фрески, а на окнах дорогие занавеси, свисающие из под золочёных карнизов, по всем четырём углам встали статуи, изображавшие нагих девиц, а роскошная, драгоценная мебель засверкала золотом и перламутром. Полы, покрашенные коричневой краской, преобразились в маркетри из дорогих пород дерева, а письменный стол и стол для совещаний и вовсе превратились в произведения искусства.

Генерал Лорен, увидев такой интерьер, судорожно сглотнул слюну, ведь когда-то именно безумная роскошь сделалась причиной ненависти военных к своему монарху. Земер Куад достал из своей магической книги довольно большую видеокамеру, включил её и поводил минуты три по сторонам, после чего продемонстрировал всем то, что она засняла. Райло Корбен улыбнулся и покрутил головой, а его главный шпион, положив видеокамеру на стол, пыхнул своей магической трубкой и дымный голем-интерьер мигом исчез. С усмешкой покивав головой, он вздохнул и сказал ровным, бесцветным голосом:

– Это всего лишь магия, господа, но если эту короткую видеозапись отправить на телевидение, никто из вас не сможет доказать, что на видеокамере записан компьютерный монтаж, ну, а что касается абсолютной неприступности вашей Заоблачной Крепости, то я поспешу развеять этот миф. Именно я был тем самым человеком, который спустился сорок один год назад на вершину горы Эстелан на парашюте, проник в бокс пятого радара и затем спустился по узкой штольне в тот огромный зал, в котором до сих пор стоит сталеплавильная печь. После этого я спустился по литнику в одиннадцатый форт осмотрел в нём всё, спустился через шахту элеватора в артиллерийские погреба, а затем поднялся по другой шахте в пятнадцатый форт, покинул Заоблачную Крепость на разборном дельтаплане, перелетел на нём через горы и опустился в море, где меня подобрала наша стратегическая подводная лодка. Всего я провёл на вашем острове двадцать три дня и это была вершина моей карьеры потомственного диверсанта и разведчика. Куады вот уже почти тысячу триста лет служат ордену Труала именно на этом поприще. Надеюсь, что после моего короткого рассказа у вас не будет возникать никаких вопросов относительно подлинности той видеосъемки, которую вы увидели через эти магические очки-компьютеры и аппараты связи.

Генерал Лорен улыбнулся и успокоил своего гостя:

– Старший хранитель заветов Куад, вы были очень убедительны и я верю вам. Тем более, что я как раз и был тем самым офицером, который вопреки здравому смыслу поднял по тревоге войска и заставлял солдат добрых три недели прочёсывать горы в поисках таинственного диверсанта. Если бы не оброненный вами блокнот, в котором была заполнена наполовину всего лишь одна страница, я пошел бы под трибунал. Позвольте пожать вам руку, Земер, вы человек отчаянной храбрости и невероятной ловкости, обладающий стальной волей и просто какой-то звериной выносливостью. Моего сына вы уже знаете, но вам, вероятно, неизвестно, что он повторил ваш подвиг двадцать один год назад. Правда, он всё же превзошел вас хотя бы в том, что ему в то время было только двадцать пять лет.

Земер Куад церемонно пожал руку генералу Лорену, сказав:

– Ко всему тому, что я вам сказал, ваше превосходительство, нужно отнестись с полной серьёзностью уже потому, что ни я, ни полковник Лорен во время наших рейдов не заметили чьего-либо присутствия в Заоблачной Крепости, а ведь Барибал Асиста захватил её ещё очень много лет назад. Правда, в то время там скорее всего работало всего лишь несколько сотен гурвальцев, но все они были к тому времени очень могущественными чёрными магами и потому сумели не только вовремя обнаружить наше вторжение, но и создать видимость своего отсутствия и полного запустения. Там было очень пыльно и я оставил множество следов, но вряд ли их заметил Вилес.

Полковник Вилес кивнул головой и подтвердил:

– Так оно и было, коллега. Хотя я и вошел через третий радар, а вниз спустился через девятый форт, центральном артиллерийском погребе, где плавят тексатуран и не обнаружил ваших следов.

– Хорошо, господа, теперь давайте поговорим о деле. – Сказал генерал Лорен и, улыбнувшись, вдруг, спросил – Но прежде я хотел бы узнать, кто такие малленброги, которые могут видеть сквозь камень, и откуда они взялись на Гурвале?

Земер коротко хохотнул и воскликнул:

– О, малленброги! Господа, вы мне не поверите, но это действительно здоровенные золотые медведи, шерсть которых нежнее меха воарны и горит на солнце так ярко, что глазам становится больно. Они просто очаровательны, мудры, словно сам Труал и к тому же они Верховные маги из мира, который называется Алассеа-нор-Эльдар, в котором помимо них живут люди и ещё более удивительные существа, очень похожие на людей, но в сотни раз более прекрасные, какие-то эльфы. Правда, мы видели только женщину этой расы, прекрасную эльфийку Лайриниэль. Господа, и снова вы мне не поверите, но кожа этой удивительной красавицы светится, словно Менела в ночь своего полного сияния. Леди рыцарь-маг Лайриниэль Илимэ жена ещё одного рыцаря Света, которого мастер Козмо вызвал на Гурвал не откуда-нибудь, а с самого Астриума, того мира, в котором обитает Аросса. Его зовут Осейн Канорфенум, он король всех драконов нашей Вселенной и человек, который умеет стрелять из лука со скоростью счетверённого зенитного пулемёта. Однако, ещё несколько слов о малленброгах, господа, они не только видят сквозь камень, но ещё и умеют рыть тоннели в самом прочном граните с такой скоростью, с которой вы не бежите в сортир, когда у вас прихватит живот. Именно они пророют для нас два тоннеля, по которым мы пройдём под плато, займём исходные позиции и вступим в бой под землёй. Самые лучшие войска ордена сейчас находятся на исходной позиции в одной горной долине и готовятся к предстоящей битве. Они выдвинулись туда сегодня утром. Ваш спецназ, полковник Лорен, главный хранитель заветов Корбен решил включить в команду зачистки потому, что в противном случае армия Наленора нам этого никогда бы не простила, поэтому мы и прибыли сюда, но сначала всем вашим бойцам придётся срочно стать магами-воителями и освоить новое оружие. Точнее это будет очень старое, давно забытое многими, но не нами, солдатами особого рода, оружие. – Земер достал из магической книги свой лук Илювалсул, бережно положил его на стол и прибавил – Полковник, это никакая не шутка и вы действительно видите перед собой оружие колоссальной поражающей силы. Это мой брат, лук по имени Илювалсул и хотя мне удалось сделать из этого эльфийского лука не более сотни выстрелов, я влюблён в него даже сильнее, чем мужчина может влюбиться в женщину. А теперь, друг мой, я предлагаю тебе отбросить в сторону всю внешнюю мишуру, ведь мы с тобой оба прежде всего солдаты-призраки, а уж потом хранители заветов и полковники, и отправиться вместе со мной в Даурангу, а оттуда мы пройдём через портал прохода прямиком в Тогонию. – Посмотрев на генерала Лорена, он добавил – Ваше превосходительство, я покидаю вас вместе с Вилесом. Мой командир останется здесь и вы будете вместе с ним координировать действия стратегической авиации Гурвала и его тяжелой артиллерии. Как вы понимаете, никто из присутствующих здесь уже не сможет покинуть ваш командный пункт до тех пор, пока всё не закончится, и уж тем более никто не возьмёт в руки видеофона, телефона, а так же не сможет передать кому-либо, даже умирающей матери, записку или какое-нибудь устное послание. Единственными аппаратами связи будут ваши магические очки и единственный, кто сможет выйти с вами на связь, рыцарь Света Кир Торсен и те, на кого он укажет. Надеюсь вы будете не против, генерал, если я прежде, чем отправлюсь с Вилесом в Даурангу, препровожу вас всех на командный пункт, создав магический портал прохода. Прошу прощения, что мне известно место его распоряжение, но я ведь всё-таки начальник разведки ордена и потому должен знать всё и обо всём независимо от своих предпочтений.

Генерал-директор кивнул и сказал с лёгкой улыбкой:

– Можете отправляться в бой со спокойной душой, Земер. Каждого, кто попытается уйти с командного пункта, я пристрелю лично, но не кажется ли вам, что не только наша тяжелая артиллерия будет полезна в предстоящей битве с лордами тьмы? Мне кажется, что наши тяжелые лазеры тоже смогут показать себя в деле.

– Риго, простите меня, но ведь я не военный в настоящем смысле этого слова. – Ответил Земер – Я всего лишь старый диверсант и шпион. Всё, чего я хочу, это ворваться в подземелья Заоблачной Крепости, захваченной врагами Гурвала, и перебить их всех к чёртовой матери точно так же, как это сделал недавно мой друг Кир. Ну, а то, чем вы нас поддержите, это уже вам решать, но до начала сражения никто на всём острове не должен знать, что мы к нему готовимся. Хотя вам и придётся выводить ваши мобильные лазерные установки на линию прямого огня, чем вы поставите их под удар вражеской тяжелой артиллерии, я думаю, что нужно всё же рискнуть. В конце концов Кир не допустит, чтобы артиллеристы пошли в бой не став магами, а мага очень трудно отправить в райские сады Ароссы. Поэтому отмените повышенную боевую готовность в войсках. – Вставая из-за стола, он положил руку на плечо своему командиру и сказал – А теперь, генерал, скажите своим адъютантам, что вы отправляетесь с магами ордена Труала в подземный командный пункт для выполнения секретной миссии или ещё по какой-нибудь причине.

Генерал-директор Наленора с иронией посмотрел на главного шпиона ордена Труала и сказал:

– Земер, это приведёт к весьма неприятным последствиям. Магия это, вероятно, очень полезная наука, но не проще ли будет воспользоваться для этого тем лифтом, который расположен позади моего письменного стола? Тогда мне никому и ничего не придётся объяснять.

Земер Куад хлопнул себя по лбу и воскликнул:

– Вот дьявол, а я то всё время гадал, генерал, рассматривая план вашего офиса зачем вам нужна такая маленькая и неудобная комната отдыха. Всё правильно, это самый лучший способ замаскировать лифт, на котором можно спуститься прямо на командный пункт.

Все встали и подошли к письменному столу. Генерал Лорен нажал на кнопку и сказал дежурному офицеру всего два слова, отменяя повышенную боевую готовность. Потайная дверь открылась и они вошли в кабину лифта, который опустил их на глубину в тридцать метров. Храня полное молчание они прошли через мрачный холл, выкрашенный серой краской и вошли в герметичный подземный бункер. Тяжелая бронированная дверь мягко захлопнулась, повернулся запорный механизм и они оказались отрезаны от внешнего мира в скудно освещённом бункере. Генерал Лорен щёлкнул выключателем и молочно белые панели на потолке осветили просторное помещение с множеством экранов наблюдения, расположенных на вогнутой стене и большой пульт с двумя рядами кресел. Подумав о том, что его старому другу придётся провести под землёй несколько дней, Земер сказал:

– Райло, друг, извини, что я иду в бой без тебя, но ты сейчас нужен здесь, а я там. – После чего вежливо поклонился, как сугубо гражданское лицо и попрощался – До скорой встречи, господа.

Земер Куад сотворил портал прохода на военную базу, расположенную в предместьях небольшого приморского города и вместе с полковником Лореном вышел из него возле здания штаба, замаскированного под контору склада. Сама база наленорских войск специального назначения была замаскирована под рыболовецкий порт, но в нём не было даже намёка на запах рыбы. Не заходя в штаб Земер и Вилес сразу же прошли на склад, где их ждало множество людей, одетых кто во что горазд и прямо возле ворот старший хранитель заветов сотворил второй портал прохода. Через четверть часа последний спецназовец полковника Лорена вошел в горное ущелье и сразу же получил из рук Осейна Канорфенума эльфийский горный лук и меч с кинжалом. Сам Вилес Лорен прошел через портал последним и заулыбался, увидев, что повсюду в долине стояли большие армейские палатки, в которых маги-спецназовцы в них уже вручали своим ученикам кубки с напитком познания. Полковник, прижимая к груди налучье с вложенным в него эльфийским горным луком и комплект из меча и длинного кинжала, пожимая руку Земеру Куаду, сказал:

– Старина, теперь у меня есть два брата и если тебе когда-нибудь наскучит жизнь в этих холодных краях, то знай, на острове Наленор, в Дауранге есть дом, стоящий неподалёку от настоящего порта, в котором тебе всегда будут рады.

Осейн, стоявший сбоку, улыбнулся и промолвил, глядя вдаль:

– Многие мечтают поселиться на Астриуме, ребята, но этого не удавалось сделать ещё никому, у кого нет эльфийского лука и кто не служит под командованием сэра Аструала или сэра Аботана. Купить такое оружие нельзя ни за какие деньги, но его можно получить из рук рыцаря Мастера Миров, если ты отправляешься вместе с ним в бой, или став другом эльфа, а это по сути то же самое, ведь они все либо рыцари Света, либо несут службу на Армагеддоне. Если мы не облажаемся через какое-то время, то это и будет для вас высшая награда. И учтите, эльфийский горный лук является не только пропуском на Астриум, но ещё и во все те миры, где обитают королевские драконы-маги, но больше всего их всё-таки на Алассеа-нор-Эльдаре.

Пока наленорские спецназовцы лёжа в палатках на ковриках пребывали во власти высших сил, их тогонийские коллеги, создав множество движущихся големов расстреливали мишени в условиях максимально приближенных к боевым, создавая заодно ещё и бесчисленное множество призрачных подземных интерьеров. Очень многие уже были облачены в перлитовые боескафандры, которым можно было придать любой внешний вид. Некоторые из бойцов отряда зачистки, разбившись на небольшие отряды, проводили учебные бои, стараясь поставить друг друга в тупик своими действиями. Кир, наблюдая за ними с крыши "Немезиды II", сказал подошедшему Осейну:

– Молодцы, ребята. Самое главное, что никому и ничего не надо объяснять. Они сами ставят перед собой задачу и сами находят способы её решения в кратчайшие сроки и с минимальными затратами сил. Идти в бой с такими магами-воителями сплошное удовольствие и вот ведь что поразительно, старина, если труалисты для того, чтобы стать солдатами экстра-класса, все поголовно записались в монахи, ну, в том смысле, что они живут со своими женщинами без всяких там записей о бракосочетании в паспортах, то наленорцы просто создали нечто вроде рыцарского ордена. Черт, до чего же мне нравятся и те, и другие. Им не нужны ни роскошные виллы, не солидные банковские счета, роскошные наряды и прочая чепуха. Они ведь живут только одним, ожиданием того дня, когда вступят в бой защищая всё то, что им так дорого и совершенно не боятся смерти, так как знают, что смерть в бою означает только одно, вечное блаженство в садах Ароссы. Честное слово, мне даже стыдно, что я такой богач и сибарит. У меня есть отличный дом на Земле, здоровенный замок на Ильмине, ещё один на Астриуме, а денег столько, что я даже не могу их сосчитать. Как же мне хотелось бы снова стать таким же, как они.

Рыцарь Света, призванный на помощь, пожал плечами и высказался по этому поводу так:

– Ну, что же, это означает, что в наших рядах скоро появится прекрасное пополнение, Кирюха. Только знаешь, старик ведь сразу же отучит их от излишней скромности. Он безумно щедр в отношении своих рыцарей и ничего не жалеет для них, их возлюбленных и детей, но я думаю, что они поймут его правильно, ведь они войдут в его волшебные сады и найдут вечное блаженство в том, что будут сражаться с силами зла. Ну, а что касается качества их подготовки, так ведь и ты именно этому учил меня когда-то, самому ставить перед собой задачу и решать её как можно быстрее, а этих парней уже и учить ничему не надо. Так, немного просветить их по поводу некоторых мелочей в Каспервилле и всё, можно выпускать против любой нечисти. Ты мне лучше вот что скажи, старина, как там дела на Ильмине? Мне всё как-то недосуг выбраться туда. Мы ведь все втроём вдобавок ко всему ударно трудимся на Растии, а это ещё та головная боль, а не планета. Честное слово, мне порой даже странно делается, что маги Горы так до сих пор не отправили туда ни одного чистильщика. По числу мерзавцев на тысячу человек этот мир бьёт все рекорды. Куда ни глянь, кругом одни только жестокие убийцы, насильники и прочие мерзавцы. Кстати, ты часом не знаешь, Кир, что это ещё за Сковородку сотворил Кузьмич на пару с сэром Аботаном? Я как-то попытался заговорить на эту тему со стариком, так он на меня так зыркнул, что мне даже не по себе сделалось. Правда, через пару минут он вроде как отмяк и сказал, что этот проект пока что не для меня и велел немного подождать, вот я и хотел бы знать, Кирюха, чего именно нам всем ждать и как долго? Только не надо делать вид, что ты ничего не знаешь и всё такое. Во-первых, я в это никогда не поверю, а, во-вторых, уж ты то всегда всё знаешь и даже в том случае, если Кузя тебе ничего не рассказал об этой своей Сковородке, ты всё равно знаешь о ней достаточно много. Поэтому давай, не выкобенивайся и рассказывай всё, что ты знаешь.

Кирилл кивнул головой, взял Осейна за локоть и сказал:

– Ну, тогда пошли в мой кабинет. – Они спрыгнули вниз, влетели в десантный люк и прошли вглубь трюма флайера, а точнее первого этажа этого летающего командного пункта и небольшого отеля вкупе с маленьким летающим фортом. Там Кир завёл своего давнего друга в оружейную комнату, расположенную в носовой части флайера, позади которой находился небольшой кабинет со стареньким письменным столом, стоящем в углу небольшой, скромно обставленной комнаты с перлитовыми стенами, в которой ничего не было кроме пары простеньких книжных шкафов, в одном из которых кроме книг стояла ещё посуда, большого холодильника, старенького чёрного кожаного дивана и трёх таких же кресел, два из которых стояли напротив стола. Он достал из холодильника изящный серебряный кувшин с вином, поставил на стол вазу с фруктами, отодвинув в сторону ноутбук, выставил из шкафа бокалы, сел за стол и, наливая тёмно-бордовое вино в бокалы, наконец сказал смущённым тоном:

– Вообще-то Сковородку придумал я сам, Осейн, но попросил Аботана сделать так, чтобы он внушил эту мысль Кузьмичу и дальше они действовали уже вместе и без меня. Так что довольно долго я действительно ничего об этом не знал, но перед этой миссией, да, и во время неё мне пришлось столкнуться с этим филиалом того ада, который размещён в брюхе Тартаботана. Ну, а началось всё это с того, что однажды я спросил Аботана о том, сколько ещё адской нечисти должны ухайдакать рыцари, чтобы брюхо Тартаботана не выдержало и с грохотом лопнуло. Он только развёл руками и ничего мне тогда не ответил, но по его лицу было видно, что наш начальник штаба и сам обеспокоен этим. Мы долго беседовали на эту тему, а также поговорил о том, почему нас так нещадно дрючат за то, что мы чистим базовые миры от всяческих негодяев и Аботан привёл мне целый ряд доводов в пользу негласного соглашения старика с Амалом, по которому мастер Павел и его парни стегают нас плетьми. К своему полному удивлению я узнал, что сэр Аботан относится к этому, как очередной хитрой уловке Амала, ведь из тех уродов, которые рыцари отправляют в миры пробирочников, со временем в опорных мирах вырастают самые гнусные чёрные маги. Ровенал, которого мы вчера взяли за задницу, не исключение и Кузьмичу удалось добраться до самого дна его чёрной душонки. Когда-то он был вертухаем на Саарне, но заслуживал куда более строгого наказания за свои преступления чем те, кого он сторожил в тюряге строгого режима. Его вычислил и грохнул какой-то рыцарь ещё несколько тысяч лет назад и в конечном итоге этот урод дослужился до звания лорда тьмы, но я, пожалуй, отвлёкся. После той беседы я долго думал, даже пытался делать расчёты, но я же не Верховный маг с Горы, чтобы преуспеть в этом, тем не менее во время нашего следующего разговора я предложил Аботану создать ад особого режима для самых отъявленных негодяев из базовых миров и посоветовал ему привлечь к этому делу в качестве охотника Кузьмича, его к тому времени уже и без того прозвали Неистовым. Вот так на свет и появилась Сковородка. Кузьмич создал этот мир, который замкнут внутри чугунной сферы, а Аботан населил его магическими существами, иксинами. Ну, а теперь мой друг решил с помощью каких-то хитроумных магических дел разрушить всю ту магию наказания рыцарей, которую придумал и навязал старику и мастеру Павлу Амал. У меня есть подозрение, что таким образом Амал пытается ослабить как рыцарей, так и самого мастера Павла и его магов, ведь им эти наказания причиняют ещё больше боли и страданий, чем нам всем вместе взятым и они это терпят, а вот этого гнусного упыря они делают только сильнее. Самое же неприятное заключается в том, что старик ничего не может с этим поделать, так как это соглашение он заключил по повелению высших сил с которыми не очень-то поспоришь. Мне сдаётся, Осейн, что после того, как Кузьмич разрушит этот древний договор, Сковородку ему придётся значительно расширить и рыцари будут сбагривать иксинам всё то дерьмо, которое потихоньку, исподволь подтачивает миры Золотого круга. Думаю, что после этого работы нашему брату только прибавится и жизнь станет ещё веселей.

– Да, я и так не жалуюсь на скуку. – Усмехнувшись сказал Осейн, выпил несколько глотков вина и бросил в рот пару виноградин, прожевав которые, спросил – Ладно, хорошо, с этим мне теперь всё более или менее понятно, ну, а что ты можешь сказать мне о третьей волне?

Кир тоже выпил вина, рассмеялся и воскликнул:

– Это что, допрос?

– Ага. – Подтвердил Осейн – С пристрастием. Если хочешь, могу загнать тебе под ногти пару зубочисток, чтобы тебе было веселее колоться. Ты же меня знаешь, я от тебя теперь не скоро отстану.

Рыцарь отрицательно помотал головой и сказал смеясь:

– Нет, не надо, я лучше так тебе расскажу всё, что знаю. Только учти, о третьей волне я действительно знаю не так уж много. В общем это несколько десятков миллионов новых базовых миров, а также пара сотен миллионов миров опорных, созданных Мастером Миров в последнее время. Старик сказал мне как-то, что работы у нас скоро прибавится. Ну, это он меня решил таким образом утешить, когда я поинтересовался, почему меня посылают на задания не чаще одного раза в месяц, а когда я стал расспрашивать его, он рассказал мне о мирах третьей волны. Некоторые базовые миры, насколько я понял, там уже шагнули в эпоху феодализма, а опорные он пока притормаживает, не даёт подняться в них магам в полный рост и толи делает их тем самым недоступными для слуг Амала, толи защищает ещё какой-то своей магией. Поэтому в них пока что не проросли зёрна зла, посеянные им, но это ещё не самое интересное, Оська. Когда я встречался с сэром Аструалом в последний раз, то он высказал вслух одну очень интересную мысль. Похоже на то, что этот гнусный упырь создал на одной необитаемой планете материальной Вселенной своего рода автоматический магический завод, который сам изготавливает артефакты зла и каким-то образом забрасывает их в миры сферы Астриума и некоторые из них долетают даже до миров Золотого круга.

– Иди ты! – Воскликнул Осейн – Как же эта сволочь смогла сотворить такое сидя в брюхе Тартаботана?

– О, это было сделано ещё до того момента, когда Амала повязали и засунули в кутузку, Ося. – С грустной улыбкой промолвил Кир.

Осейн Канорфенум покрутил головой, вздохнул и пробормотал:

– Ой, как же мне захотелось сейчас мотнуться на Ильмин, взять твоего другана Гулю за шиворот, отволочь его на Кольптен и купить там с его помощью какой-нибудь звездолёт повместительнее и пошустрее. Я хоть сейчас готов отправиться в полёт и прочесать всю Вселенную в поисках этой поганой планетки. Ох, и отвязался бы я там, ох, и отвёл бы свою душу, отработал бы по полной программе.

– В этом я с тобой вполне солидарен, Осейн. – С грустью в голосе сказал Кир – Но слушай дальше. Когда я узнал об этому, у меня в голове мелькнула одна шальная мысль и я её высказал старику, а он, представь себе, согласился со мной. Похоже, что в противовес Астриуму во Вселенной существует мир, который я условно назвал Амалориумом, и именно в нём сможет воцариться Хозяин Тьмы, если сумеет свинтить из брюха Тартаботана, и создать сферу Тьмы. Если это произойдёт, во Вселенной начнётся большая война и в любом случае победителем в ней выйдет Амал, хотя мы его в конце концов уроем окончательно, ведь именно об этом они мечтает всё... – Кир внезапно осёкся на полуслове. Глаза его расширились, щёки порозовели и он тихим голосом сказал – Осейн, друг, благодарю тебя за то, что ты решил заговорить со мной на такие темы именно сейчас. Прошу тебя, срочно собери всех наших в магической мастерской наверху, пока я буду готовиться к посвящению.

Осейн спросил Кира настороженным голосом:

– К чему ты хочешь подготовиться?

– Мне пора стать магом-воителем, друг. – Ответил ещё тише рыцарь Света – И вы все станете моими учителями, Осейн, такова моя судьба. Такова наша судьба и если мы так не сделаем, то Гурвал будет уничтожен, а мы все погибнем. Нам предстоит сразиться не просто с какой-то мелкотравчатой адской нечистью, а с уже заматерелыми, вошедшими в силу творениями Амала. Ровенер работал над этим не в одиночку и их там раза в два больше, чем мы предполагаем. Сейчас самое главное заключается в том, чтобы я успел стать магом-воителем до того момента, как первые твари влезут в снаряды вместо взрывчатки. Ну, давай, иди в мастерскую, а я пойду в зал созерцаний, приведу себя в порядок, переоденусь и спущусь к вам. Можете начинать готовить свои напитки познания, но сегодня всё произойдёт иначе.

Глава девятая.

Гадая, что могли означать последние слова, Осейн Канорфенум встал и быстро вышел из кабинета. По пути он послал вызов всем своим друзьям и велел им немедленно прибыть в магическую мастерскую, чтобы посвятить Кира в маги-воители. Хотя "Немезида II" была для Осейна едва ли не родным домом и он шел в магическую мастерскую кратчайшим путём, всё же появился в ней последним. Козмо, стоявший у дверей, буквально втащил его в неё и спросил:

– И чего же ты такого сказал Кирюхе, пастух драконий, что он сразу решил записаться в драчливые маги?

– Да, ничего я ему не говорил! – Возмущённым голосом воскликнул Осейн – А с чего это ты так вздулся, Кузя? Или старик и тебе что-то сказал по этому поводу, как мне однажды?

– Угу. – Буркнул Козмо – Сказал, как же. Мастер Аструал однажды в трактире у Роэнвирта, где мы вместе обедали, так на меня глянул, когда я поинтересовался у него, как Кирюху половчее в маги определить, что я чуть котлетой не подавился, а тут на тебе, он сам в маги запросился, да, ещё учеником сразу к девяти магам, один страшнее другого. Тут поневоле не то что вздуешься, а лопнешь с перепугу.

Иоланта, услышав такое, сразу же двинулась на Козмо гневно сопя от возмущения и спросила:

– Интересное дело, Кузьмич, чем же это тебя так перепугал мой Кирюша это раз? И чем это мы так страшны? По-моему мы самые обычные маги, каких на Астриуме сотни миллионов.

Отмахнувшись от своей ученицы, маг воскликнул:

– Будто ты сама этого не понимаешь, Ио! Ты лучше вспомни, каких только магов ты не выучила. Тебе даже сам Эльворин завидует, я уже не говорю об этих медведях, учениками которых мечтает стать чуть ли не каждый эльф. Про Осю и Лариску с их сиреневым чудовищем я вообще молчу. Маги Горы поговаривают тайком, что мы чуть ли не подчиняем себе высшие силы, когда передаем их магические знания своим ученикам. Да, ты и сама это не хуже меня знаешь, ну, а о том, каким именно магом станет твой Кирюха, если кто-то из нас станет его учителем, на Горе и вовсе говорят не только шепотом, но ещё и с оглядкой, а тут он, вдруг, потребовал, чтобы мы все разом стали его учителями. Ты сама подумай, Ио, было ли такое, чтобы кто-либо стал учеником сразу девяти магов Первого круга? Ребята, я вовсе не вру, – Козмо повернулся к друзьям и сказал – Хоть вы в Первом круге ещё, можно сказать, не прописаны, да, к тому же Атилла, как маг, бестолочь просто редкостная, но он очень могущественный маг, а потому вас всех на Астриуме давно уже считают членами этого элитного клуба магов. Или ты скажешь, что я не прав, Тетёха?

– Прав, прав, Кузя. – Сказал Тетюр – Только боятся тут совсем нечего. Если бы все маги Горы пахали точно так же, как мы, тогда и шептаться никто не стал бы. Ну, а уж коли Кир решил, что мы все должны стать его учителями, то давайте отнесёмся к этому самым серьёзным образом и тоже начнём готовиться к посвящению. Так, первым делом ребята сойдите с этой старой октограммы, она своё отслужила и теперь её нужно срочно переделать в эльфийский нертеалкаон, это будет как раз то, что нужно, хотя этот рыцарь Света и не эльф по крови. Надеюсь, что наш друг Кирюха не станет от после посвящения остроухим хлопцем. – Тетюр взмахнул оранжевым кристаллом и принялся бормотать себе под нос – Так, сюда мы ставим Анар, это будет дом для меня, любимого, единственного и неповторимого, тут у нас будет Эарендил, а здесь встанет в своём доме Ио и если кто-нибудь скажет, что это неправильно, того я куда-нибудь пошлю. Так, сюда мы воткнём Карнил, пусть этот дом займёт Осейн, он у нас знатный вояка, а рядом с ним поместится Арда, дом для нашей красотки Анганиэль. Ну, а какой дом лучше всего подойдёт для Лайриниэль? Полагаю, что лучше всего ей подойдёт Элеммир. Атилла у нас тёмный, как три подвала, а потому ему мы выделим в качестве дома Ненар. Здесь мы поставим Луинил и посадим в нём Белегрунда. Силиндо второй дом по значимости и он предназначен для Кузи, а вот дом Люмбар остаётся для Эхенора. Ну, а в середину мы вставим, пожалуй, дом Телумехтар для Кира, это его звезда, если кто не знает этого, он под ней родился, так что пусть и магом станет под её непосредственным влиянием и особом покровительством. Так, посмотрим что у нас получилось, а получилось у нас очень даже круто. Увидев этот нертеалкаон, даже Эльворин захлопает в ладоши от восторга. Ну, а теперь, друзья мои, давайте разберёмся с нашими дарами для нового мага-воителя.

На длинный стол, в центре которого стоял террариум с Кадисой, маги стали выкладывать самый разнообразные магические артефакты, которые только имелись в их магических книгах. В основном это были довольно редкие вещи, но вместе с тем попадались и самые обычные. Так Анганиэль поставила рядом с круглым, ярко оранжевым глазом рыбы-колдуна деревянную плошку с горсткой чернозёма, а Осейн положил на стол поблизости от чёрного алмаза размером с голубиное яйцо самое обыкновенное воробьиное перо. После этого маги стали не спеша готовить свои магические напитки познания. Атилла, мог пользоваться своей магической книгой, хранящейся у него на груди под толстенной синей, чешуйчатой шкурой, только тогда, когда превращался в человека и потому ему было очень интересно взглянуть, как из этой щекотливой ситуации выкрутятся малленброги, у которых, как и у него, тоже не было карманов.

Однако, ни Белегрунда, ни Анганиэль это нисколько не обеспокоило, ведь у каждого из них висела на шее массивная золотая цепь, а на ней по большому, чуть ли не в мужской кулак размером, желудю. У королевы желудь был изумрудный с золотой чашечкой, а у её супруга гранитный, со стальной. Анганиэль первая легонько стукнула когтём по своему желудю и на её лапу выпала из него магическая книга и Атилла по привычке озадаченно клацнул зубами, поразившись такому простому решению проблемы. Человек-дракон поцокал языком и, достав из своей магической книги кубок из синего лазурита, просто выдохнул в него изо рта плотную струю розового, искрящегося золотом племени, которое превратилось в жидкость, приятно пахнущую персиком. Козмо, покрутив носом, ехидно сказал:

– Хорошо хоть, что твой бензин не пахнет свиной тушенкой.

Атилла промолчал и, достав из магической книги молочно-белый кристалл, стал водить им над кубком, скороговоркой бормоча какие-то магические формулы на известном одним только синим драконам Ильмина языке. Розовый напиток, словно бы закипел, и от него во все стороны полетели маленькие шаровые молнии, из-за чего все остальные маги быстро отошли подальше, а Иоланта зашипела:

– Ты бы поосторожнее бурдючил своё зверское пойло, чудовище.

– Э, не скажи, леди Иоланта! – Воскликнул Эхенор, напиток Атиллы обладает просто неповторимым вкусом. С ним может сравниться только астазия сэра Аструала.

Когда все девять магических напитков были готовы, в мастерскую быстрыми шагами вошел Кир, одетый в серебристо белый эльфийский наряд, дополненный луком, колчаном, мечом и кинжалом. Рыцарь Света посмотрел на магическую золотую девятилучевую звезду нертеалкаон, острые лучи которой упирались в символические пиктограммы солнца и планет солнечной системы, с улыбкой кивнул головой и встал в самом центре, в своём доме – Орионе, повернувшись лицом к Солнцу – которое эльфы называли Анаром. Его учителя быстро заняли свои дома и он достал из магической книги рыцаря серебряный кубок, а затем и её саму, после чего поставил кубок на книгу и сказал, уважительно кланяясь Тетюру:

– Учитель, влей в мой кубок посвящения свой напиток познания и вложи в мою книгу все те знания, которые ты желаешь мне доверить.

Верховный маг Риальдо Великолепный не моргнув глазом шагнул вперёд, взмахнул левой рукой, выпуская из неё алое облачко своей крови и влил в серебряный кубок винного цвета напиток. Кир, повернулся к своей супруге, и попросил её сделать то же самое, а затем повторил эту фразу ещё семь раз. Хотя в его серебряный кубок мог вместиться всего лишь литр напитка посвящения в рыцари света, в нём поместилось содержание всех девяти кубков и он от этого не переполнился и ни капли совершенно невероятного магического напитка, переливающегося всеми цветами радуги и испускающего разного цвета лучи, не пролилось на каменные плиты. Лицо рыцаря Света было при этом совершенно спокойным и каким-то странно умиротворённым, словно он давно уже вышел в отставку, заделался домоседом и теперь сидя у окна своего дома смотрел на восходящее солнце.

Снова повернувшись к Тетюру, Кир степенно опустился на колени, поднял кубок придерживая его снизу своей магической книгой рыцаря, содержавшей в себе отныне знания девяти магов и медленно выпил напиток познания. По логике вещей он должен был немедленно отключиться и упасть ничком на постеленный рядом с ним коврик, но этого не произошло и рыцарь лишь закрыл глаза. Маги в полном молчании смотрели на то, как их ученик стоит на коленях с кубком посвящения в правой руке и книгой рыцаря-мага в левой, беззвучно шевеля губами. Они были готовы стоять так хоть целую неделю, но буквально через каких-то тридцать минут Кир встал с закрытыми глазами, вложил кубок в книгу рыцаря, а её саму во внутренний карман своего долгополого эльфийского андовакка и подошел к столу с дарами.

Маги, пораженные той скоростью, с которой высшие силы решили дальнейшую судьбу их ученика, подошли поближе и стали наблюдать за тем, какие артефакты возьмёт он для того, чтобы изготовить свой магический инструмент. Первым делом Кир взял из чашки, поставленной Анганиэль большую щепоть земли и повесил её в воздухе перед собой. Королева золотых малленброгов тихо шепнула:

– Он будет магом земли.

Её самый любимый ученик тотчас взял небольшую лучину, заставил её вспыхнуть ярким пламенем и чуть кивнув головой повелел его языку присоединиться к шарику размером с крупный апельсин, состоящему из комочков земли, и пламя вошло внутрь, отчего тот стал светиться приятным, золотистым светом, но никто не сказал бы, что Кир станет теперь магом огня. Вслед за этим ученик девяти магов влил в светящийся шарик несколько глотков воды, но пламя от этого не погасло и это не говорило, что он стал магом воды, как не сказало о том, что он будет магом воздуха то, что рыцарь Света, набрав полную грудь воздуха, вдул шарик его изрядную порцию. После этого в ход пошел небольшой зелёный дубовый листок, слиток серебра размером с крупную фасолину, длинная струйка синеватого дыма, чёрный алмаз Осейна Канорфенума и, наконец, кусочек белоснежной кости рога единорога в полмизинца величиной, один из самых редких магических материалов, положенный на стол Тетюром.

Тотчас шарик, висящий перед ни в воздухе, принялся вращаться всё быстрее и быстрее, наливаясь яркими красками всех цветов радуги, одновременно уменьшаясь в размере. Кир протянул к нему правую руку и он тотчас скользнул на его средний палец и обернулся странного вида кольцом, похожим на обручальное. Ровное, в меру широкое, без каких-либо украшений, оно представляло из себя две чёткие дорожки, одну белого цвета, внутреннюю, другую чёрную и неблестящую, словно состоящую из мрака, внешнюю, меж которых по часовой стрелке неспешно кружилась вокруг пальца рыцаря мага косыми, слегка извивающимися широкими полосками очень яркая, светящаяся изнутри радуга. Кир открыл глаза, улыбнулся своим учителям и сказал весёлым, насмешливым голосом:

– Ребята, вы, наверное, будете смеяться, но я никакой не маг радуги, а потому вовсе не Рейнбоу Уориор, защитник зелёного мира. Я всего лишь маг девяти стихий. – Поклонившись королю драконов, он добавил – Осейн, ты был полностью прав, когда сказал, что это не судьба привела меня на Гурвал, а сам Амал. Так оно и есть, старина. Он вложил на этот раз в созданную Ровеналом на этой планете нечисть всю свою чёрную силу, всю злость и ненависть к Аструалу, Аботану и Тартаботану. Амалу мало уничтожить Гурвал, ему нужно ещё и уничтожить одного балбеса-рыцаря и девятерых самых могущественных магов, возглавляемых мудрым Риальдо Великолепным. Теперь ему предстоит иметь дело с десятью магами-воителями, самыми яростными его противниками, которые поведут в бой таких рыцарей-магов, какие не могли присниться Амалу и в самом кошмарном сне. Осейн, если бы не ты, не твоё любопытство, то я так бы и попёрся в бой ничего не поняв и погубил бы вас всех, но этого к счастью не произошло именно благодаря тебе. Ребята, хотите верьте, хотите нет, но теперь мне известен тот день, когда Амалу в этой Вселенной наступят полные кранты, как ведомо мне и ваше будущее, но на этот раз, Ося, тебе не помогут даже зубочистки. Хрен ты от меня его узнаешь, но я лишь скажу, что жизнь твоя будет очень долгой, практически бесконечной потому, что в такую даль никому не дано заглянуть и она будет полна борьбы и множества великих побед, ведь ты же не какой-то там хмырь, а великий Осейн Канорфенум. За каждого из вас я полностью спокоен, друзья мои и лишь только моё собственное будущее для меня скрыто во мраке, но мне дано видеть вас всех через многие-многие тысячи лет от этого дня и потому со мной тоже не случится ничего плохого, иначе как бы я мог вас видеть смеющимися и счастливыми, сидящими в саду Сапфирового дворца вместе с Аструалом, Аботаном и Тартаботаном, ставшим, наконец, самым обычным драконом-рыцарем. Вот и всё, что я хотел вам сказать и мне, представьте себе, совершенно плевать на то, что по этому поводу подумают высшие силы. Да, кстати, Кузьмич, ты уже разрушил магию Амала и теперь мастеру Павлу не нужно будет ежедневно драть рыцарей, как нашкодивших школяров. Ребята, Амалу совсем скоро придёт конец, мы сможем после Гурвала отправиться прямиком на Армагеддон и покончить с ним хоть на следующий день, но тогда погибнут два отличных парня, Аботан и Тартаботан. Так стоит ли приносить их в жертву своей торопливости? Я думаю, что этого не нужно делать. Дадим ему ещё несколько лет помучиться, ведь уже очень скоро он узнает, что ему в этой Вселенной вынесен смертный приговор и никакие апелляции ему не помогут.

– Попробуй только сделать иначе. – Проворчал Козмо и, погрозив магу девяти стихий своим здоровенным, мосластым кулаком с вечно сбитыми костяшками пальцев, прибавил – Хрен ты тогда доживёшь до нашего счастливого будущего, Кирюха. – Не выдержав, он шагнул вперёд, крепко обнял друга и громко воскликнул – Ну, братишка, добро пожаловать в компанию драчливых магов! Злобных, непримиримых ко злу и беспощадных ко всякой чёрной нечисти.

Маги-учителя поздравили своего ученика, кто-то хлопнул в потолок пробкой и полил его шампанским, после чего, весело хохоча и подтрунивая друг над другом, они пошли гурьбой к кормовому десантному люку. Лайриниэль достала из кармана маленький платочек, коснулась им лица и андовакка Кира и от него моментально перестало разить шампанским. "Немезида II" висела в воздухе в сотне метров над землёй и с этой высоты узкая, горная долина длиной километров в семь, освещённая лучами закатного солнца, просматривалась от края и до края. Сверху пейзаж казался мирным не смотря на то, что внизу виднелось множество людей в военной униформе. Может быть потому, что никто не палил из автоматов и пулемётов, не швырял гранат и не поливал мишени огнём из огнемётов.

Каждый боец в ней был занят делом. Пока одни спецназовцы тренировались в стрельбе из лука, другие, погрузившись в транс, постигали магические знания. Чистильщики сели прямо на аппарель и свесив ноги, смотрели на то, с какой скоростью лучники расстреливали мечущиеся по склонам гор разноцветные мишени. Осейн, удовлетворённо покивав головой, сказал глядя на них:

– Просто молодцы, отлично работают. – Посмотрев на Кира, он спросил, доставая из магической книги свой огромный лук – Так что ты там говорил на счёт какой-то могучей чёрной нечисти, старик? Ты что, серьёзно думаешь, что это прорыв?

– Да, то и говорил, что на этот раз Амал готовился ко всему основательно, не спеша, а потому нам предстоит очень серьёзное сражение. – Насмешливо ответил Кир и добавил – Но я намерен преподнести ему один сюрприз, о котором он никогда и помыслить не мог, а точнее даже два. Первый заключается в том, что я стал наконец рыцарем-магом, а относительно второго сюрприза мне нужно ещё малость подумать и сделать кое-какие расчёты, чтобы всё вышло ладненько. Как говорится, ребята, хороший экспромт, это тщательно подготовленный экспромт и вообще меня что-то потянуло теоретической магией заняться, а ещё мне очень хочется Атиллу просветить. – Посмотрев на своего друга, сидящего на самом краю, он спросил его – Ну, ты как, готов сдаться и стать моим первым учеником, обормот?

Человек-дракон кивнул головой, улыбнулся и спросил:

– И каким же магом ты меня намерен сделать, Кирюха?

– А каким ты хочешь стать, Атилла? – Поинтересовался вместо прямого ответа рыцарь-маг – И какой именно магический инструмент хочешь получить от меня в дар?

Человек-дракон хищно оскалился и быстро ответил:

– Вообще-то магом дыма, как Кузя, но чтобы при этом я ещё оставался магом света, как Тетёха, и заодно мне хочется быть магом зелёного листа, как Нини, а магический инструмент у меня должен обязательно быть точно такой же, как Кузина трубка, только не с головой чёрта с рогами, а с драконьей головой и чтоб она была из тёмно-синего сапфира и могла менять свои размеры. Да, вот ещё что, сделай так, Кирюха, чтобы я мог ныкать в неё свой магический букварь, а не наоборот.

– Отлично, договорились, Атилла. – Ответил Кир и добавил с улыбкой – Сейчас смотаемся в Астриум, отберём там тысячи полторы самых крутых парней и девчонок, чтобы не краснеть потом глядя в глаза королю Дюку, которому ребятами сверху уготовано великое будущее, и я вас всех гамузом посвящу в такие маги-воители, что мама моя родная, таких никто ещё не видел.

Осейн тотчас воскликнул:

– А как же мы? Мы что же, зря что ли пыхтели?

Тетюр тотчас одёрнул его:

– Ося, засохни. Ты что, не понял ещё, что Кирюха шутит?

Кир усмехнулся и сказал:

– Нет, Тетёха, я вовсе не шучу. Какие уж тут могут быть шутки и времени это, представь себе, займёт не более четырёх часов. Правда, ребята, вам всё же не стоит ждать слишком уж больших чудес, вас накачивать и так уже больше некуда и потому моё учение пойдёт впрок в первую очередь молодятам, ну, и ещё нашему замшелому двоечнику Атилле. У него же магической силы, как у дурня махорки, а вот со знаниями плоховато и всё только потому, что он все эти годы с упоением вываливал дурака.

Рыцарь-маг девяти стихий сотворил портал прохода и они шагнули прямо в королевскую домну, в которой король Дюк рисовал прямо на круглой стальной арене карту своего королевства во всех цветах и красках. Как только молодые маги узнали о том, что их приглашают сразиться с полчищами зловредной адской нечисти, они на радостях принялись подбрасывать Кира почти к высоченному потолку. Когда все немного успокоились, новоявленный маг девяти стихий по быстрому превратил домну в огромный круглый, золотой зал с колоннами и Дюк Мош немедленно принялся зазывать в него всех тех парней и девчонок, которые для этого годились. Как это ни странно, но те из его друзей, кому было в отказано в праве надрать нечисти задницу, вовсе на него не обиделись. Имя Шекси Джардэлл было названо в последней сотне и девушка, облегчённо вздохнув, громко воскликнула:

– Ух, Дюк, тебе сегодня чертовски везёт! Если бы ты меня выставил отсюда, я точно отстрелила бы тебе яйца.

Квайта Ботолу король Дюк назвал в числе первых десяти кандидатов, а вот с его возлюбленной он почему-то не торопился, но после того, как та крайне резко высказалась на его счёт, сказал ей с укоризной:

– Шекси, девочка моя, если бы ты наморщила свой лобик, то мигом просекла, что народ я вызывал на эту арену не от балды, а строго в том порядке, в каком познакомился с тем парнями и девчонками, которых ни за что не удержишь дома, когда где-то на Астриуме какие-то маги Долины днём и ночью таращатся в свои магические кристаллы и пасут нечисть. Ты баба боевая, настоящий чёрт в юбке, зато Кватти парень строгий и рассудительный и потому вместе вы составите отличную команду, вот только кто из вас будет первым номером, а кто вторым, вы уж сами как-нибудь решайте. Без меня.

Шекси улыбнулась и решительно сказала:

– Дюк, а тут и решать-то нечего. Кватти всегда шел впереди, а я всего лишь один раз настояла на своём, когда завалила его в койку. Он ведь такой робкий был со мной.

Всего Дюк Мош назвал тысячу восемьсот шесть имён и Кир действительно умудрился посвятить из всех в маги-воители всего за каких-то четыре с половиной часа. В долине была уже ночь, когда в неё ввалилась толпа весёлых парней и девчонок, но гай-гуй они устраивать не стали, а по быстрому завалились спать. Девушки из королевства молодых магов вовсе не были единственными представительницами прекрасного пола, которые избрали для себя такую опасную профессию, как солдат подразделения специального назначения. И у труалистов, и наленорцев тоже служили в спецназе женщины и их было не мало, в армии Дюка Моша их насчитывалось триста двенадцать, а всего чуть более двух тысяч, но они мало в чём уступали парням.

Наутро все подданные короля Дюка получили новое оружие и принялись его осваивать показывая такие результаты, что этому удивились даже бывалые солдаты-монахи и лишь только то обстоятельство, что все они были учениками Кира Торсена, всё объяснило. Зато по части тактических уловок и стратегического мышления молодёжь здорово проигрывала старикам и те, покивав головой, быстро разобрали новобранцев по своим отрядам, в которые они влились, как маленькие ручьи в полноводную реку. Правда, это касалось лишь военной науки, зато во всём том, что касалось шуток, приколов и веселья, молодые маги Астрианы лидировали с большим отрывом и долина вскоре наполнилась звуками громкой музыки и весёлым смехом, поводов для которого было предостаточно. Начиная хотя бы с того, что новобранцы фехтовали намного лучше ветеранов, хотя были полными профанами по части маскировки и прочих диверсионных трюков.

Подготовка к штурму шла не только в горной долине. В подземном бункере генерала Лорена она также не останавливалась ни на минуту и в него вызывались всё новые и новые специалисты, а также высшие офицеры вооруженных сил других стран Гурвала. Всего по всей планете удалось наскрести две тысячи триста семь тяжелых гаубиц, калибром свыше четырёхсот пятидесяти миллиметров, и ещё более крупнокалиберных миномётов, которые лишь слегка разбавили шестьдесят тяжелых лазеров, поставленных на танковые шасси. Однако, больше всех отличились Народная Республика Клуад и Квантарра, а отличились они тем, что выставили несколько батарей гаубиц калибром в шестьсот десять и шестьсот сорок пять миллиметров, которые имели дальность стрельбы в шестьдесят километров и уже только поэтому были предпочтительнее любых других артиллерийских систем, даже тех, которые имели почти вдвое большую дальность стрельбы при значительно меньшем калибре.

Имперские артиллеристы, являвшиеся непререкаемыми авторитетами, взяли управление огнём всей артиллерии на себя и они же выбрали позиции для ведения огня и определили цели для поражения. За исключением лазерных установок, которые должны были быть выведены на господствующие высоты, где представляли из себя хорошую мишень для вражеской артиллерии, все остальные батареи должны были стрелять из-за бугра, но, тем не менее, Кир на следующий день после того, как он вернулся из Астрианы, приказал всем артиллеристам собраться в Сэскоруне и посвятил всех в маги-воители. После этого ему нужно было от артиллерии и авиации только одно, траектория полёта снарядов и мин, а также координаты целей, чтобы и одни, и другие не занялись в этой битве своим любимым занятием, стрельбой и бомбометанием по своим собственным войскам. К Наленору стягивались также все ракетные крейсеры и подводные лодки, имевшие на своём вооружении крылатые ракеты.

Вечером шестого дня всем войскам, сосредоточенным в горной долине, были даны почти сутки на то, чтобы все смогли хорошенько отдохнуть и набраться сил. Ранним же утром восьмого дня вся маленькая армия построилась в горной долине. Она состояла всего из чуть более, чем двадцати шести тысяч магов-воителей, которым предстояло сразиться с врагом, превышающим их численность более, чем в пятнадцать раз, лицом к лицу, но это никого не волновало. Выглядела эта армия весьма необычно. Все бойцы были облачены в боескафандры, которым они могли придавать любой вид, а потому Кир, стоящий на большом валуне, мог отчётливо видеть только тех, кто стоял поблизости. Все остальные бойцы, по привычке придавшие своим боескафандрам вид маскхалатов, были просто незаметны среди кустов и валунов. Исключение составляли одни только артиллеристы и лётчики, но у него уже имелось готовое решение на этот счёт и как только его друзья встали в общий строй, он слегка шевельнул правой рукой.

Валун, на котором он стоял, тут же превратился в большой подиум белоснежного мрамора, от которого стала быстро разбегаться во все стороны беломраморная, идеально ровная площадь. Футуристического вида боескафандр Кира, на котором весьма нелепо смотрелось налучье и колчан сочно-зелёного цвета, меч и кинжал, богато украшенные золотом, превратился в серебристый, сверкающий в лучах солнца эльфийский доспех с шлемом очень похожим на ахейский, с высоким рельефным гребнем, напоминающим ажурное лезвие секиры, но без плюмажа из конского волоса. Глаза рыцаря-мага, которые были прекрасно видны через прозрачную защиту, смеялись, а на лице расплылась широкая, белозубая улыбка. Ещё раз взмахнув рукой, Кир заставил все боескафандры разом превратиться в точно такие же как и у него доспехи, после чего воскликнул весёлым голосом:

– Ребята, вам уже незачем маскироваться под кусты и камни. Враг должен видеть вас издалека и трястись от ужаса. А теперь позвольте мне позвать сюда наше высокое начальство. – Он снова чуть шевельнул рукой, закованной в изящную, облегающую пальцы и ладонь серебристую перчатку, на которой ярко горело радужное кольцо, и сотворил тем самым справа от своего подиума портал прохода на командный пункт генерала Лорена и из него на мраморную площадь тотчас вышли отцы-командиры коалиционной армии, которые с удивлением разглядывали на себе сверкающие доспехи, и сказал – Господа, встаньте в один строй со своими солдатами. Прежде, чем вы снова отправитесь на командный пункт, а они в бой, вы все получите из моих рук кубки с напитком, который придаст вам сил, прогонит усталость и сделает ваши мысли чёткими и ясными.

В его правой руке появился серебряный кубок, а в левой золотой кувшин, из которого он стал наливать в него золотистый напиток. Тотчас перед всеми, кроме генерала Лорена появились серебряные кубки и в них стала вливаться прямо из воздуха золотая струя, распространяющая в воздухе приятный, пряный аромат. Послышался тихий рокот восхищённых голосов. Почти все говорили примерно так:

– Это озверин. Я слышал, что он превращает мышь в тигра.

Кир мгновенно появился перед генералом, вложил в его руку серебряный кубок и властным голосом сказал:

– На колени, благородный сын Наленора, выпей с честью и достоинством напиток силы и мужества из рыцарского кубка.

Генерал, давно уже отвыкший от того, чтобы выслушивать чьи-то приказы, чуть ли не упал на колени и с жадностью выпил напиток. То же самое сделали все остальные маги-воители, а рыцарь-маг мгновенно выхватил из ножен свой меч Бадхор и как только правитель Наленора осушил кубок, трижды коснулся кончиком меча его плеча и воскликнул звонко и весело:

– Встань, сэр Риго, рыцарь Света! Встаньте и вы, благородные рыцари Мастера Миров, ваши книги магов стали теперь ещё и книгой рыцаря!

Между тем кое у кого всё прошло не так гладко. Генерал Фаландр, вдруг, диким голосом зарычал. Серебряный кубок в его руках ожил и оплёл их собой, одновременно превратившись в серебряный кляп. Доспехи, в которые он был облачён, с треском стали разваливаться и превращаться в серебристый дым. Вместе с этим кожа на лице, шее и руках генерала лопнула и все увидели под ней какую-то отвратительную, чёрную образину. Это чудовищное, звероподобное шипастое существо попыталось было сбежать, но на него тотчас обрушился град ударов и адское отродье пинками вышвырнули из строя под ноги Киру, а генерал, пиная чудовище, воскликнул:

– Гнусная тварь, что ты сделала с Брайдером?

Кир остановил взбешенного генерала, положив руку ему на плечо, забрал у него кубок и спросил извиняющимся тоном:

– Риго, теперь ты понимаешь, почему Земер потребовал от вас всех, чтобы вы не покидали командного бункера? Я с самых первых часов подозревал, что в твоём окружении затаился враг, но боялся спугнуть его и потому приставил к вам всем Райло, а затем отправил в твой бункер ещё нескольких магов. Именно поэтому эта тварь не смогла позвонить по телефону и предупредить Барибала об опасности. На наше счастье нечисть всегда в первую очередь думает о спасении своей собственной шкуры и ей плевать на корешей. Зато когда я сказал о том, что напою всех озверином, а не напитком посвящения, этот урод мигом повёлся, но пролетел мимо кассы и его сейчас так колбасит, что ему, право же, не позавидуешь. А на счёт своего друга Брайдера не волнуйся, если он принял смерть от руки этой твари, то сейчас находится в одном из миров золотого круга и просто прыгает от счастья.

Генерал посмотрел на Кира с надеждой во взгляде и сказал:

– Спасибо, сэр Кир, ты облегчил мою душевную боль. Похоже на то, что эта тварь была рядом со мной на протяжении сорока семи лет в облике Брайдера. Именно тогда он заблудился в горах во время марш-броска и вышел к нам только через неделю в практически невменяемом состоянии. Что ты сделаешь с этим животным?

– Сейчас увидишь. – Ответил Кир и вернулся на свой подиум, где чуть шевельнул рукой и адский шпион, скованный невидимыми магическими оковами, оказался стоящим на коленях у его ног. Рыцарь-маг занёс над его головой меч Бадхор и сказал будничным тоном – Кузьмич, быстро сними показания с этой мерзкой твари. Она очень долго шпионила за генералом Лореном, прошу прощения, за сэром Риго Лореном, и может содержать в своей голове какую-нибудь важную информацию. Поторопись, пока напиток посвящения не убил эту наглую, спесивую и тупую тварь. – Козмо тотчас приложил своё голубое блюдечко, а Кир, улыбаясь, громко крикнул – Обнажите свои мечи и кинжалы, братья рыцари! Бадхор и Беренэстад передадут им свою особую способность разить нечисть небесным огнём и умение исцелять самые тяжелые раны.

Через пару минут Козмо закончил свою нелёгкую работу, отнял голубое блюдечко от головы чудовища и сказал:

– Ну, вот, всё готово, сэр Кирей. Давай, пошевеливайся, и пока эта тварь не двинула кони, снеси её тупую голову. Между прочим, для справки, это животное было когда-то Верховным магом, правда, до безобразия ленивым, но всё же мечтавшим о почестях и славе, а когда не смогло их заслужить, начало помаленьку баловаться чёрной волшбой и вот до чего докатилось в конечном итоге, сделалось прислужником Клостера Аллигатора, а ведь в молодости подавало большие надежды и даже было однажды представлено мастеру Аструалу.

Нечисть, бившаяся в судорогах, всё же нашла в себе силы выпрямиться и злобно прорычать в лицо рыцарю-магу:

– Ты сдохнешь здесь, жалкое ничтожество. Барибал Асиста уничтожит Гурвал и тебя вместе с ним, а после этого десятки тысяч моих братьев уничтожат Астриум, воцарятся на Амалоруме и когда придёт время Хозяина Тьмы, все рыцари падут.

Кир не счёл нужным отвечать, молча взмахнул мечом и Бадхор опустился на шею чудовища. Послышалось громкое шипение, адское отродье вспыхнуло серебряным огнём и, издав жуткий, закладывающий уши вопль, издохло в корчах. Пламя в считанные секунды очистило подиум и рыцарь-маг, спрыгнув с него, весёлым голосом подозвал своих друзей малленброгов:

– Король Белегрунд, королева Анганиэль, поднимитесь на эту трибуну, примите свой боевой вид и наделите наше оружие свойствами ваших стальных когтей, способных сокрушать камень, обращать его в тонкий песок и загонять обратно в скалы.

Белегрунд, сорвавшись с места со всех ног, быстро подбежал к Киру и спросил взволнованным голосом:

– Так я что, правда, стал теперь рыцарем?

Тот улыбнулся и ответил:

– И ещё каким, старина. Вдобавок ко всему ты сможешь теперь, как и Атилла с Эхенором, оборачиваться человеком и путешествовать вместе с Анганиэль по всем базовым мирам, но об этом мы с вами ещё успеем побазарить, а сейчас нужно поскорее приниматься за работу.

Малленброги, облачённые в серебристые магические доспехи с откинутыми забралами, вскочили на подиум, негромко рыкнули и обратились в гигантских медведей высотой почти в девять метров. Они подняли вверх свои лапы, украшенные стальными когтями метровой длины и от них во все стороны полетели серебристые молнии, которые вошли во все эльфийские мечи, в огромный рыцарский меч Атиллы и даже в нагинату Иоланты и её эльфийский меч. Леди рыцарь-маг разрывалась в выборе оружия чуть ли не пополам. Анганиэль, сделавшаяся в серебристых доспехах чуть-чуть изящнее, сказала всем:

– Дорогие мои мальчики и девочки, если вам нужно будет пробить в скале тоннель, просто рубите камень своими мечами в нужном месте и смело идите вперёд. Всё остальное сделает древняя гномья магия Алассеа-нор-Эльдара, вложенная в ваши мечи.

Кир, выслушав её инструкцию, вложил меч Бадхор в ножны, быстро нашел глазами в толпе короля драконов с женой и сказал:

– Осейн, Лайриниэль, нам пора отправляться на юга. – После чего громко крикнул – Ребята, расступитесь, дайте побольше места Атилле и Эхенору, чтобы они приняли свой естественный облик, а то в такой тесноте они, чего доброго, ещё отдавят кому-нибудь ногу.

Атилла, как и все облачённый в серебристые сверкающие доспехи, немедленно поинтересовался:

– Кирюха, а как нам быть с доспехами? Снимать?

Кир хлопнул своего небесного брата по плечу и сказал:

– Нет, братишка, они магические и потому вырастут вместе с тобой и примут форму твоего тела, каким бы огромным ты не стал. Ты даже сможешь извергать на врага пламя, но при этом эти твари не смогут тебя отравить чем-либо, а если ты захочешь, то можешь вылететь в них в открытый космос. Так что можешь смело становиться драконом и ни о чём не беспокоиться. Кстати, Атилла, не прячь никуда свой меч, а просто забрось его за спину, он сам найдёт себе нужное место, вырастет вместе с тобой, а как только ты о нём вспомнишь, и сам прыгнет с твоей спины прямо к тебе в руку.

Атилла посмотрел на свой меч с удивлением и спросил:

– Кирей, а ты не можешь сработать второй точно такой же для Эхенора? А то у него вечно возникают проблемы с защитой и он всякий раз пытается отбивать огненные шары то хвостом, то лапами вместо того, чтобы создать магический воздушный щит.

Кир посмотрел на второго человека-дракона и тот, смущённо опустив глаза, негромко признался:

– Я и правда не отказался бы от такого меча, как Тиринохтар.

Рыцарь-маг кивнул головой, взял меч из рук Атиллы и молча разделил его на два совершенно одинаковых меча. С поклоном протягивая их рукоятями вперёд, он сказал:

– Теперь даже сам владыка Эльворин не сможет отличить один от другого, друзья мои. Ну, всё, хорош трепаться. Быстро обернулись драконами и полетели. У нас с Оськой ещё работы невпроворот.

Под восторженные крики рыцарей-магов, которые, вдруг, ощутили просто невероятный прилив сил и энергии, Атилла и Эхенор превратились в двух громадных драконов и четыре рыцаря-мага взлетели вверх и заняли свои места в специальных сёдлах. Кир и Осейн сели впереди, практически на головах у драконов, а Козмо и Лайриниэль позади них, на более высоко поднятых сёдлах, с которых они могли свободно стрелять из луков поверх их голов. Уже сидя в седле, Кирилл громко сказал всем своим рыцарям-магам:

– Парни, теперь никому из вас уже не нужно беспокоиться о том, как доставать стрелы из колчанов. Вам нужно только подумать о стреле и натянуть тетиву, как она тотчас ляжет на лук. Колчаны пополняются стрелами автоматически и стрелы в них никогда не иссякнут. Остальные магические знания, которые я вам передал, придут к вам сами собой в бою и уж вы поверьте, нечисть этому точно не обрадуется. Вы ведь обрели такие магические знания, что им кто угодно позавидует.

Драконы, закованные в серебристую, ярко сверкающую на солнце перлитовую броню от ноздрей и до кончика хвоста, взлетели в небо и быстро поднялись на высоту в пятнадцать километров, поражаясь той лёгкости, с которой они это сделали. Антигравы, вмонтированные магом Козмо в перлитовые боескафандры ещё в Квантарре, исправно действовали и позволяли летать им не только очень высоко, но и с огромной скоростью, но Кир не был настроен на долгий полёт к Наленору. Он сотворил в небе портал прохода и через несколько секунд они уже летели над океаном Земвейс на три тысячи километров южнее. Внизу под ними лежал довольно большой, километров пятнадцать в поперечнике, пустынный остров, плоский, низкий, покрытый песчаными дюнами и поросший редкой, но довольно высокой травой.

Кирилл указал Атилле на этот остров и он, сложив крылья, устремился к нему в крутом пике, весело хохоча от восторга. Он уже успел соскучиться по небу и по полёту, хотя доспехи не позволяли ему насладиться им в полной мере, так как он не ощущал порывов ветра, бьющих в его широченную, выпуклую могучую грудь. В нескольких сотнях метров от земли он широко распахнул свои огромные крылья и мягко приземлился на задние лапы. Сделав несколько шагов по горячему песку, Атилла замер, сложив лапы на груди, а крылья за спиной. Меч, словно прилипший к его левому боку, совершенно не мешал дракону двигаться. Эхенор приземлился одновременно с ним и, хлестнув своего крылатого собрата длинным хвостом по ноге, поинтересовался у него довольным голосом:

– Ну, и как тебе новые доспехи, Атилла? Понравились? Классные, да? Такое ощущение, словно ты нежишься в ванне с прохладной водой.

Атилла пожал плечами и проворчал в ответ:

– Для боя эти доспехи может быть и неплохие, Эхенор, ещё не пробовал, но летать я всё же люблю без доспехов. – После чего поинтересовался капризным тоном – Ну, и чего мы здесь потеряли, Кирюха? Тут даже спереть-то нечего, один песок вокруг.

Рыцарь-маг внимательно присматривался как раз именно к золотистому песку и траве, похожей на тростник. Пропустив вопрос дракона мимо ушей, Кирилл, вдруг, спросил своего друга вполголоса:

– Осейн, сколько драконов ты сможешь вызвать?

– А тебе сколько нужно? – Поинтересовался тот.

– Вообще-то чем больше, тем лучше, Ося. – Ответил ему Кир и сказал со вздохом – Ты просто не представляешь себе, старина, какой тяжелой и изнурительной будет эта битва, если мы не сможем отправить в бой могучих драконов-магов. Внутри горы Эстелан находится порядка четырёхсот тысяч таких тварей, с которыми ещё ни одному рыцарю сражаться не приходилось. Амал вложил в них всю свою силу, злость, ненависть и прибавил к этому столько чёрной магии, что мне даже жутко делается, но не это меня страшит. С ними наши рыцари-маги справятся. Хреново то, что никакая авиация и артиллерия в борьбе с большими пушками Заоблачной Крепости нам не поможет, ребята. Барибал сделал свои пушки неуязвимыми для обычных бомб, ракет и снарядов. Боюсь, что тут даже лазеры спасуют, но зато снаряды, битком набитые нечистью вместо взрывчатки, мы сможем уничтожать. Если хоть одна дура упадёт на землю с высоты в триста километров, то она зароется в недра почти на два километра и вслед за этим нечисть вырвется из неё с невероятной, просто чудовищной силой и тотчас помчится по сфере Астриума, чтобы добраться до первого же попавшегося мира. Этого ни в коем случае нельзя допустить, а потому ты сейчас вызовешь всех драконов, каких только сможешь, ну, а затем начну работать уже я и если ты хорошо постараешься, то мы выиграем это сражение. Нечисть внизу не будет иметь той мощи, которую она обретёт в том случае, если достигнет в снаряде поверхности Гурвала и рванёт от него пробивая в сфере Астриума чудовищные дыры. В момент выстрела она тоже здорово окрепнет, но не настолько, чтобы её нельзя было уничтожить. Ну, как, ребята, я вполне ясно обрисовал вам сложившуюся ситуацию, ребята?

Козмо, сидевший в седле позади рыцаря-мага, нахально пнул его ногой в спину и ехидным голосом сказал:

– Ясно, ясно, Кирюха, чего тут может быть неясного. Жирная, хорошо откормленная и надроченная нечисть, эка невидаль. Ну, а то, что она может враз обратиться в адских суперменов, так это ж ей нужно сначала до поверхности Гурвала долететь, а на ту гнусь, что шарится по подземельям, ты намерен напустить таких рыцарей-магов, что их даже я испугался бы. Меня куда больше интересует совсем другой вопрос, ты что же, жук, научился тырить информацию из моего мыслескопа? Это что, звездец моей монополии? Пора подавать в отставку?

Кир повернулся к Козмо и ответил насмешливым голосом:

– Ну, так не всё коту масленица.

Он снова уставился на короля драконов и Осейн Канорфенум молча снял с плеча свой магический рог, поднёс его к губам, он свободно прошел через прозрачную защиту, и, набрав полную грудь воздуха, принялся трубить в него. Несколько секунд все ощущали только беззвучные вибрации и только потом услышали низкий, басовый трубный звук, который становился всё громче и громче. После третьего трубного призыва к острову со всех сторон немедленно устремились тысячи прозрачный, словно бы стеклянных, огромных драконов, которые были ничуть не меньше ростом, чем Атилла и Эхенор. Опустив рог, Осейн шумно выдохнул воздух и громко сказал:

– Это всё, Кирюха, что я смог сделать. Их здесь более шестидесяти тысяч, моих мальчиков и девочек. Теперь твоя очередь показать нам, чему ты научился за те полчаса, что базарил с высшими силами. Надеюсь, что у тебя получится что-то путное.

Кирилл, поразившись тому, как быстро явились драконы, простёр руку вперёд и в воздух взметнулись сотни тысяч тонн песка, травы и морской воды, которые мигом скрыли из вида призрачных драконов, бесшумно парящих в воздухе. Пару секунд спустя они услышали хлопанье десятков тысяч крыльев, оглушающие трубные звуки и ещё более громкие радостные крики. Пыль быстро рассеялась и чистильщики увидели голые камни острова и летающих над ним драконов изумрудно-зелёного цвета с песочно-желтыми животами, молодых, быстрокрылых и могучих. Рыцарь-маг ещё раз взмахнул рукой и высоко над драконами в небе образовалось серебристое облако, которое стремительно обрушилось на них и заковало всех до единого в серебристую перлитовую броню. Поклонившись королю драконов, Кир сказал:

– Повелевай изумрудными драконами Гурвала, король Осейн. Прикажи им спуститься с неба на этот остров и я сделаю их всех не только магами, но ёщё и рыцарями Света в придачу ко всему. Только так я смогу обучить их магии всего за полчаса. Белегрунд и Анганиэль уже преодолели четверть пути под плато. Скоро они выйдут на исходную позицию, но мы должны вступить в бой первыми и заблокировать все орудия. Нашим друзьям драконам действительно придётся лететь в космос верхом на снарядах, но это не опасно. Взрывная волна там не страшна и к тому же они будут просто сжигать внутри снарядов битком набитую в них нечисть, а это совсем уж безопасная работа.

Осейн властно поднял руки и плавно опустил их. Драконы весело загалдели и стали, громко хлопая крыльями, приземляться на обнажившиеся камни. Все они были очень голодны, а потому озирались по сторонам и Кир первым делом поставил перед каждым большой, круглый каменный стол-поднос и выложил на него целую груду зажаренных целиком огромных туш, а рядом поставил огромные каменные кубки с драконьим пуншем. Угощенье исчезло в драконьих глотках в считанные минуты. Каменные столы и кубки, как только всё было съедено и выпито, словно бы погрузились в камни острова, как в мёд или патоку. Драконы довольно заурчали и тотчас принялись знакомиться друг с другом, отчего над островом немедленно поднялся чудовищный гвалт, но Осейн Канорфенум властно поднял правую руку, все они быстро умолкли и Кир снова взмахнул рукой, отчего перед каждым появились большие серебряные кубки, а сам он сказал:

– Дети мои, возьмите эти кубки и испейте из них, я посвящаю вас в рыцари Света, чтобы король Осейн повёл вас в битву против сил Тьмы. Вы должны спасти этот мир, в котором так долго были духами, от гибели. Только вы, драконы-рыцари, сможете это сделать.

Драконы не только выпили напиток посвящения, но и слопали серебряные кубки, которые начали было уменьшаться в их огромных, когтистых лапах. После этого они чуть более получаса стояли неподвижно, низко опустив головы и закрыв глаза, а затем встрепенулись и тот дракон, который стоял ближе всех к чистильщикам, тихо сказал:

– Веди нас скорее в бой, Осейн Канорфенум, король драконов, мы сожжем этих тварей всех до единого и ни один не достигнет своей цели, хотя многих из нас ждёт смерть. Мы не боимся снова стать духами.

Кир громко расхохотался и воскликнул:

– Но-но, отставить глупые разговорчики о смерти! На хрена, спрашивается, я упёр у Майка Стоуна чуть ли не половину всех его запасов перлитовой муки. Хотя за короля у вас действительно канает вот этот тип, ребята, и я рад, что вы его признали, главный здесь всё же я и не забывайте, кто ваш папочка, а потому слушай мою команду. Взлетаем, выстраиваемся в небе подковой и летим к острову Наленору под прикрытием вуали забвения. Одна треть будет летать вокруг горы и поливать её огнём и всей той магией, на какую вас сподобило. Другая треть будет летать над плато на высоте в двенадцать километров, чтобы не попасть под снаряды наших друзей и громить минные поля и все пушки, какие только найдёт, что такое снаряды, ракеты и пушки, вы узнаете сразу же, как только их увидите, я ведь вас этому всему уже научил и вам только и остаётся, что всё увидеть своими глазами, а вот третий отряд поднимется ещё выше и станет летать прямо над вершиной горы Эстелан. Как только какой-нибудь огромный снаряд полетит из горы вверх, вам нужно будет тут же оседлать его, быстро прожечь в нём большую дырку и начать выжигать всё, что находится внутри, ну, а мы будем вам помогать чем только сможем. Вы все королевские драконы, молодые и могучие, а потому расплавить и даже сжечь сталь для вас тьфу, пара пустяков. Вам всё ясно, ребята?

Драконы молча закивали головами и принялись подпрыгивать от нетерпения и громко хлопать крыльями, обтянутые перлитином с наложенными на него чешуйками сребристого перлита. Атилла и Эхенор взлетели первыми, а вслед за ними в небо взмыли десятки тысяч драконов. Их было так много, что очень многие стояли по колено в воде, благо море вокруг острова было мелководным. Через каких-то четверть часа драконы уже летели на высоте в десять километров построившись в небе огромной подковой, но это могли видеть только они сами и чистильщики. В полёте они продолжали знакомиться друг с другом. Осейн, слушая их весёлый трёп, вдруг, сказал:

– Кирюха, если ты не научишь меня этой магии, то я на тебя так обижусь, что у меня просто слов не находится, чтобы описать это. Рыцарей ты наплодил уже столько, что на Астриуме порой тесно становится, а вот с драконами у нас напряженка. У меня на примете есть с десяток миров, в которых я смог бы запросто призвать даже больше драконов-призраков, чем здесь. Им бы только тела сотворить.

Кирилл кивнул головой и сказал:

– Замётано, братан, только вам придётся делать это сразу втроём. Одному тебе такое будет не под силу, зато вместе с Лайриниэль и Эхенором ты сможешь это сделать, ведь ты теперь не только маг драконов, но ещё и маг зелёного листа. Это совсем не сложно. Главное определиться с мастью драконов и взять её от природных материалов, песка, моря, травы и всего прочего. Новые перлитовые доспехи и то труднее делать. – Немного помолчав, он поинтересовался – Слушай, Оська, а почему ты вызвал так мало драконов?

На этот вопрос ему ответил дракон летевший чуть ли не над их головами, который весёлым, громким басом объяснил:

– Отец, здесь и так находятся все духи древних обитателей Гурвала, которых высшие силы так и не смогли забрать в свои миры, хотя и пытались это сделать, особенно в последнее время.

Кирилл смутился от того, что его назвали отцом и воскликнул:

– Парень, я того, пошутил, что я ваш отец. Я просто сотворил для вас тела и всё. Так что давай забудем об этом, как можно скорее, а то надо мной потом весь Астриум будет смеяться. Тебя, кстати, как зовут, старина? Ты, как я погляжу, король гурвальских драконов?

Дракон весело клацнул челюстями и радостным голосом ответил:

– Я Лехтааран, отец, только я не знаю, что означает моё имя, но именно это слово пришло мне в голову, когда ты спросил, как меня зовут. Да, я Лехтааран. Если это тебе так нужно, то мы никому не станем говорить, что ты наш отец, только уже очень скоро это и так все узнают, но я не думаю, что твоя магия вызовет у кого-то смех. А если у кого и вызовет, то я быстро отучу такого нахала смеяться над тобой.

Осейн тут же сказал дракону:

– Твоё имя означает Освобождённый Король, парень, и дракон с таким именем далеко пойдёт. Точнее полетит, если у него на длинной шее голова, а не кочан капусты. Ну, а твой папаша будет называть тебя коротко и ласково, Лёха. Он у вас хотя и добрый, но ехидный.

– Лёха-Лёха-Лёха... – Довольным басом заурчал дракон и выдохнув язык пламени, воскликнул – Я понял, тебя, король Осейн.

Кирилл, так и не поняв, что именно понял вожак драконов, на всякий случай сказал ему:

– Лёха, ты того, держись ко мне поближе, только Бога ради не пытайся закрывать нас своей грудью. Нас всё-таки трое магов, а ты один и мы к тому же уже не раз сражались с нечистью. В том, чтобы сунуть свою голову под молот, нет особого ума. Куда грамотнее будет откусить руку, держащую молот, а для этого нужно будет в бою внимательно поглядывать по сторонам и как только на поверхность поднимется какой-нибудь отряд людей, пусть драконы находящиеся поблизости берут их к себе на спину и подтаскивают поближе к горе. Люди пробьют в ней дыры и тогда драконы смогут уменьшиться и войдут вместе с людьми в крепость. Нечисти ох как не нравится, когда её поливают жидким пламенем. И вот ещё что, Лёха, если драконы услышат, что кто-то кроме меня или Осейна приказывает им куда-то лететь и делать там что-то, выполняйте этот приказ беспрекословно. Это мудрые командиры и они одни могут видеть всё поле битвы.

Глава десятая.

Через четыре часа чистильщики во главе огромной стаи драконов подлетали к горе Эстелан. Драконы произвели в воздухе перестроение и засадный драконий полк взмыл на пятнадцатикилометровую высоту и закружил над вершиной горы, возвышавшейся почти на десятикилометровую высоту. Гора Эстелан имела довольно правильную форму и походила на купол мавзолея Тадж Махал, в верхней трети которого благодаря своему магическому забралу Кир видел ярко красные продолговатые штрихи орудийных жерл, закрытых броневыми шторками. В тех местах на склонах горы были вырублены в скалах овальные наклонные площадки, облицованные толстенными броневыми плитами вместе с крутыми откосами. Барибал Асиста до максимума упрочнил магией все стальные детали и это было заметить вблизи даже невооруженным глазом по неестественному красноватому блеску стали.

Ещё на подлёте к острову Наленор драконы запаслись на нескольких каменистых островках огромными каменными ядрами весом по паре сотен тонн, чтобы попытаться заткнуть ими жерла пушек в момент выстрела. Это была не единственная домашняя заготовка. Были и другие, но они уже относились к области чистой магии. Кир ещё не знал, как именно они будут выводить из строя гигантские орудия, но полагался, как всегда, на то, что война сама план покажет. Пока что он был уверен только в одном, было ровно двенадцать часов дня, все войска включая авиацию и артиллерию находились на исходных позициях а малленброги уже пробили под плато тоннели, которые частично прошли вдоль первой линии подземных коммуникаций, поднырнули под сеть тоннелей в недрах плато и проложили свой тоннель к Заоблачной Крепости внутри горы, которая опоясала её шестью кольцами и уже оттуда пошли дальше к двум огромным подземным объектом, один из которых был условно назван химическим заводом, а второй артиллерийскими погребами. До туда малленброги с отрядами в три тысячи бойцов каждый ещё не дошли.

Подкоп удалось сделать скрытно и враг ни о чём не подозревал. Нечисть уже суетилась возле гигантских орудий, снаряды к ним ещё не были поданы, но уже загружены в элеваторы. Более того, Барибалу пока что не удалось загнать свою нечисть в эти многотонные, толстостенные стальные экипажи и лишь малая часть нечисти превратилась из огромных, холёных верзил в чёрных мундирах в шипастых тварей. Стрелкового оружия в подземельях было навалом, как и всяких базук и гранатомётов, но их не приходилось опасаться. Кир был полностью уверен в том, что новые доспехи выдержат не только любой ружейно-пулемётный огонь, но и самые мощные виды магического оружия, зато нечисти по сути нечего будет противопоставить фугасным, бронебойным и зажигательным серебряным стрелам кроме своей численности, но это было как раз преодолимо.

Возле самой горы, не долетая до неё буквально двух километров, Кир и Осейн разделились. Король драконов полетел по часовой стрелке на противоположную сторону горы, а он остался и как только Осейн Канорфенум добрался до исходной позиции, рыцарь-маг вскинул Белеготар и принялся пускать из лука одну тяжелую серебряную стрелу за другой, метя в тончайшую горизонтальную щель между створками и одновременно нанося по ней мощнейшие энергетические удары с правой и с левой руки. Козмо стрелял по ней же, а Атилла и два десятка драконов выпускали по бронешторкам узкие струи невероятно горячего сухого пламени. Раздался чудовищный грохот взрывов и овальная стальная блямба затряслась и стала содрогаться, вызвав обвалы на склоне горы. Несколько минут враг не отвечал на огонь и Кир видел краем глаза, что нечисть с удивлением прислушивается к грохоту, но вскоре вся артиллерия врага была приведена в действие.

Тяжелые зенитные орудия принялись палить в белый свет, как в копеечку, но все драконы были готовы к этому и встретили поток снарядов магическим защитным полем, в котором они взрывались с оглушительным грохотом. У зенитчиков появилось множество целей и некоторые снаряды попадали в цель, но не могли не то что пробить перлитовой брони, а хотя бы оцарапать её, а потому несколько десятков драконов лишь слегка встряхнуло и они с яростным рёвом обрушили на орудия с неба целое море огня. Автоматические зенитные орудия сгорали, как свечки. От нестерпимого жара не только плавились их стволы и башни, но и взрывались боекомплекты, но снизу через запасные шахты поднимались новые орудия, а остатки уничтоженных отстреливались и на их место устанавливались запасные орудийные башни. Большие пушки были намного прочнее.

Открытие огня драконами увидели артиллеристы, пилоты ракетоносцев и моряки, что послужило для них сигналом. На плато немедленно обрушился шквал огня, а квантаррийские и клуадские артиллеристы умудрялись с невероятной точность поражать даже те цели, которые находились непосредственно на склонах горы Эстелан. Это были огромные орудия калибра семьсот пять миллиметров, которых насчитывалось более двух сотен. По ним были произведены пуски крылатых ракет с ракетоносцев и крейсеров и по ним же били тяжелые лазеры, огонь которых был наиболее губительным. Враг тотчас открыл ответный огонь, но единственными целями для него были мобильные тяжелые лазеры, которые были выведены через порталы прохода на вершины гор, окружавших плато.

Вот тут-то и пригодилась домашняя магическая заготовка в виде огромных магических щитов, выставленных магами дыма. Они пропускали лазерный луч в одну сторону, но встречали снаряды врага ещё за два километра до позиций. Кир, глянув на это краем глаза, перевёл дух и мысленно перекрестился, так как он считал экипажи этих здоровенных бронированных машин, которые сопровождали громадные энергетические установки, покойниками. Не будь магические дымные щиты столь эффективны, одного единственного снаряда было достаточно, чтобы обломки лазерных установок разбросало по окрестным горам. Зато лазеры планомерно, одно за другим, уничтожили все тяжелые орудия в первые же полчаса боя.

После десяти минут стрельбы, выпустив более трёх тысяч серебряных стрел по броневой шторке, Кир лишь убедился в том, что им удалось лишь выбить в ней десяток лунок глубиной в полметра и диаметром меньше метра. Зато все остальные орудийные жерла драконы завалили каменным глыбами, насыпав их кучей, но это не помешало всем орудиям выстрелить. Чугунные пробки просто отбросили камни в стороны и они, покатившись со склонов горы, наделали довольно больших бед внизу. Посмотрев на это, Кир велел драконам перестать заниматься глупостями и начать плавить камень вокруг брони и наносить по раскалённому до красна граниту мощные энергетические удары, чтобы хоть как-то нарушить целостность орудий, но и это практически ничего по сути не дало. Уж очень капитально и основательно были построены эти огневые форты Заоблачной Крепости.

Успеха, да, и то лишь видимого, Киру, Козмо и Атилле удалось достичь только тогда, когда пушка выстрелила. Как только броневые шторки раздвигаемые орудийными газами раздвинулись и вылетела пробка, им удалось встретить снаряд на выходе несколькими стрелами и мощной струёй пламени, извергнутой драконами. Громадный, голубой из-за термостойкого покрытия, снаряд с чудовищным грохотом взорвался. То ли в нём вообще не было нечисти, то ли она сгорела в пламени взрыва, то ли её спалили дотла драконы, но обломки снаряда, раскрывшегося, как гороховый стручок, рухнули на склон горы и за ними тотчас устремился какой-то рыцарь-дракон. Когда этот дракон взлетел вверх, Кир увидел, что он держит в своих огромных лапах не осколок снаряда, а блестящую стальную болванку, которую при удачном стечении обстоятельств можно было загнать внутрь.

Выстрелы орудий главного калибра прозвучали вразнобой и лишь половина снарядов была нашпигована нечистью. Драконы перехватили все снаряды и унеслись верхом на них. На то, чтобы уничтожить снаряды, у них ушло не более двух минут. Те снаряды, которые были снаряжены обычным взрывчатым веществом просто взорвались в стратосфере, не причинив драконам никакого вреда, так как это был даже и не взрыв по сути дела, а вот с нечистью всем остальным пришлось немного повозиться, но и она сгорела прямо внутри своих стальных летательных аппаратов, а их стальные обломки пролились вниз расплавленным металлом. Осколки же тех снарядов, которые взорвались первыми, упали на безлюдный гористый район острова не причинив никакого вреда и вскоре драконы, радостно вопя, вернулись на исходные позиции. Следующий залп был уже куда более дружным, хотя на его подготовку у Барибала ушло почти пятнадцать минут и всё это время нечисть вела интенсивный зенитный огонь.

В небо полетели зенитные ракеты, нашпигованные тысячами стальных шариков, но толку от них не было никакого, если не считать того, что они демаскировали драконов. Рыцари-драконы очень быстро обрели весьма немалый опыт, точнее он в них просто проснулся, а потому действовали не только умело, но и очень расчетливо, да, к тому же с такой колоссальной мощью, что некоторым из них могли позавидовать даже Атилла и Энерон, считавшиеся до сих пор самыми могучими драконами в армии рыцарей Света. Нечисть видя, что зенитный огонь ничем не может повредить драконам, а его темп постоянно уменьшается из-за того, что артиллерия планомерно поражает все зенитные установки, ведь драконы ещё и являлись прекрасными корректировщиками огня, стала сама бить через амбразуры по драконам как огромными огненными шарами, так и ещё большими сгустками чёрного адского пламени, дававшего при взрыве очень мощную взрывную волну, но драконы были начеку и пресекали такие попытки в корне.

Второй залп был для Барибала Асисты можно сказать удачнее первого и ни один снаряд не был уничтожен в момент выстрела, но драконы были начеку и потому оседлали все шестнадцать снарядов. К тому же они уже приобрели нужный опыт и теперь на плечах того дракона, который обхватывал огромный снаряд своими когтистыми лапами, сидел второй дракон, а иногда и сразу два. Теперь они действовали уже не спеша и потому снаряды улетали довольно далеко от острова и поднимались почти на стапятидесятикилометровую высоту. Вот там-то нечисть, решившая было, что она уже в двух шагах от свободы, и встретила свой смертный час. В две, три пасти драконы мигом сжигали её внутри огромных снарядов и затем превращали их в облако раскалённых стальных брызг, после чего, отряхнувшись, спокойно возвращались к горе Эстелан через порталы прохода, так что второй залп не причинил Гурвалу никакого вреда кроме того, что в небе над планетой снова появилось множество огненных полос, но гурвальцы уже знали, что тому причиной.

Под землёй также завязался упорный бой и нечисть, вооруженная крупнокалиберными пулемётами, заняла оборону. Сражалась она отчаянно и наступающие отряды рыцарей-магов буквально прожигали себе путь вперёд огненными серебряными стрелами. Пусть и очень медленно, но рыцари всё же планомерно шли вперёд, отвоёвывая подземелья метр за метром. Иоланта, добравшись вместе с Анганиэль и отрядом из трёх тысяч рыцарей-магов до первой линии обороны кольца артиллерийских погребов, безбожно завязла в каменном лабиринте, битком набитом нечистью. Плечом плечу к ней и Нини сражались Шекси, Квайт и Дюк Мош, а вместе с ними ещё несколько сотен рыцарей и леди-рыцарей. Они упорно шли напролом к центру горы через каменный лабиринт в то время, как весь остальной отряд пошел направо и налево, планомерно истребляя нечисть.

Иоланту поначалу снедало беспокойство за Шекси, но уже через каких-то полчаса она поразилась тому, как хладнокровно и расчётливо вела себя в бою эта юная валькирия. Хотя её мощи мог бы позавидовать иной дракон, она, экономя силы, билась с нечистью молча и при этом дышала так ровно и размеренно, словно бежала марафонскую дистанцию. Шекси, как и Дюк Мош, не очень-то экспериментировала с магией и била по врагу из своего лука Амансур стандартными серебряными стрелами варьируя в зависимости от ситуации фугасные и бронебойные, зато Квайт постоянно наращивал и наращивал их мощь и в конце корцов создал какие-то совершенно термоядерные магические стрелы, которые попав в группу нечисти сжигали сразу до пяти адских созданий за что и поплатился, а точнее добился того, что ему было приказано срочно создать портал прохода и сесть вторым стрелком позади Земера Куада, уже оседлавшего Лехтаарана.

Шекси совершенно не обиделась, что Квайт покинул её, поскольку считала своей самой главной задачей сопровождать Иоланту и даже при этом опекала её, стремясь сразить каждое адское чудовище, только дёрнувшееся в её сторону. Хорошо хоть, что девушка при этом не пыталась закрыть её своим телом. Сама же Иоланта сражалась с такой невероятной быстротой, что её было можно увидеть одновременно в нескольких местах. Нечисть быстро просекла, куда держит путь этот отряд, возглавляемый громадной серебристой медведицей с огромными когтями, вокруг которой с быстротой молнии сновали две фурии и великан с широченными плечами, а потому на их пути вставали всё новые и новые чудовища, вооруженные самым мощным оружием, но они могли лишь замедлить их неуклонное движение вперёд.

Тетюру в этом плане было куда легче. Тот химический завод, к которому он пробился во главе несколько меньшего отряда, бездействовал, а точнее он своё отработал, залив под завязку жидкой взрывчаткой все цистерны, размещённые наверху. Но и его отряд завяз в лабиринте, на этот раз стальном, в котором их всякий раз встречали потоками огня. Хотя Тетюр и не был магом огня, его кристаллы гасили пламя отменно, превращая какую-то горючую гадость в рыхлый шлак. Между делом маг света, а теперь ещё и рыцарь-маг истреблял нечисть ничуть не хуже, чем его бойцы, но уж больно много её лезло на них из всех щелей, да, к тому же чёрные маги создавали боевых големов из чего угодно буквально десятками тысяч и потому нужно было быть постоянно начеку, ведь в любой момент какой-нибудь вполне безобидный на вид верстак мог превратиться в стальное чудовище с огромными клыками и броситься на тебя сзади.

Переколотив на подземном заводе всю нечисть, а её там оказалось не так уж и много, Тетюр быстро сориентировался и пошел к огромному тоннелю, ведущему к главным артиллерийским погребам, над которыми располагался подземный гарнизон, целый город высотой в двенадцать этажей. Иоланта к этому времени уже прошла через каменный лабиринт внутреннего кольца оборонительных сооружений, до которого Тетюр ещё не дошел и Анганиэль снова начала копать тоннель. Вот тут-то маг света и выручил их обоих тем, что создал портал прохода к ним за спину. На заводе он сделать этого не мог, но перед тоннелем нечисть подготовила для них особо горячую ловушку, в которую они не сунулись и ослепительно яркое пламя сожгло рыжевато-серую краску с наполнителем и молотого шонса, который не давал возможности создавать порталы прохода. В этом же месте он легко смог это сделать и находясь уже в том тоннеле, что начала рыть Анганиэль, громко крикнул:

– Ио, пошли отсюда, я нашел более короткий путь к главным артиллерийским погребам и гарнизону. – Повернувшись к Белегрунду, он приказал ему строгим голосом – А ты вместе с Нини отправляйся в горы. Вы в любой момент можете понадобиться Киру и Осейну. Мы под землёй теперь и без вас справимся, а вот они нет, особенно если надумают штурмовать командный пункт.

Он сотворил портал прохода и выпроводил уже очень сильно уставших золотых медведей из-под земли на вершину какой-то горы, с которой была прекрасно видна гора Эстелан. Артиллерийская дуэль уже не имела прежнего накала и потому малленброги находились в полной безопасности. Они немного покрутились на вершине, а затем попадали на камни, прижались друг к другу и тотчас уснули. Иоланта кивнула головой и сказал, сделав глоток озверина:

– Молодец, Тетюр, что позаботился о них, Нини уже в смерть ушаталась, ведь что ни говори, а долбить тоннели и бегать почти четырнадцать часов подряд, это тебе не орехи на солнышке трескать.

Объединённый отряд, передохнув полчаса, вошел в тоннель шириной в добрых сорок метров и высотой в двадцать, перегороженный через каждые полсотни метров баррикадами, и принялся методично и планомерно истреблять нечисть. Может быть идея Барибала и была хороша с точки зрения логики зла, да, и Заоблачная Крепость была практически идеальным оборонительным сооружением и если бы тогонийцы, наленорцы и астрианцы штурмовали её в лоб, их всех давно бы уже уничтожили, но тут сыграли свою решающую роль два фактора. Первое, – малленброги сделали подкоп под неё и второе, – Осейн привлёк множество драконов, а Кир мало того, что дал им всем могучие тела, так ещё и облачил в перлит и сделал магами-воителями и рыцарями Света. Подземелья Заоблачной Крепости были выстроены на диво прочно. Они на всём протяжении были облицованы стальными плитами и могли выдержать любую бомбардировку, но не были рассчитаны на то, что бой будет идти внутри, в многочисленных тоннелях и штольнях, подземных складах и прочих помещениях.

То, что по приказу Барибала очень многие штольни были перекрыты тяжелыми блиндированными дверями, затрудняло продвижение вперёд, как и многочисленные импровизированные баррикады, но не меняло положения вещей. Атакующая армия была уже внутри и здесь сказывалась мощь её допотопного оружия. Эльфийские горные луки и особенно магические стрелы были на два, а то и все три порядка эффективнее тяжелых пулемётов, а перлитовые доспехи делали магов-воителей практически неуязвимыми. Рыцари хотя и несли потери, как и драконы, всё же не такие существенные, чтобы это могло заставить их остановиться и тем более отступить. Пусть медленно, с частыми остановками и задержками, рыцари-маги постепенно продвигались вперёд, безжалостно истребляя адскую нечисть, которая то пыталась сражаться в виде человекообразных существ, закованных в броню и вооруженных стрелковым оружием, то в своих боевых звероформах, также закованных в броню, но сражающиеся с помощью магии.

Именно от магического огня маги-воители порой получали ранения, особенно если на ком-то концентрировали свой удар сразу несколько адских чудовищ. Раненых рыцарей тут же вытаскивали из-под огня и исцеляли, если они не успевали залечить свои раны с помощью магии своих эльфийских мечей. Зато от них нечисть уже ничто не могло спасти и если после не самого удачного попадания серебряной стрелы в руку или ногу какая-нибудь тварь ещё и бросалась наутёк, чтобы заживить раны, то если её рубанули мечом из исилкэла, она просто сгорала за считанные минуты с чудовищным воем. Поэтому рыцари-маги пускали мечи в ход всякий раз, когда замечали где-нибудь шевелящиеся останки врага, опасаясь, что они чего доброго срастутся и породят каких-нибудь новых чудовищ, что было вполне возможным. Это была ещё одна причина многочисленных задержек.

Генерал Лорен руководил боем с борта "Немезиды II" и реагировал на каждое изменение его хода с молниеносной быстротой. Повинуясь его приказам, тяжелая артиллерия то и дело меняла направление огня и тем сильно выручала атакующие порядки. Подножие горы Эстелан представляло из себя сплошную цепь корабельных башенных орудий различного калибра, установленных в каменных гротах, охвативших гору кольцом и таких колец было девять. Они располагались уступами и мечтать о том, что кто-то сможет подобраться к ним по плато, даже не приходилось. Помимо орудий в этот оборонительный вал входили ещё и сотни огромных огнемётов, не говоря уже о скорострельных пушках и крупнокалиберных пулемётах с дистанционным управлением. Только то, что через порталы прохода на расстояние выстрела были подведены тяжелые гаубицы, миномёты и особенно лазерные установки, сделало штурм возможным.

Артиллеристы были выше всяческих похвал. Хотя многие самоходные гаубицы находились на высоте в пять, шесть километров и стояли чуть ли не на ледниках, они вели огонь практически без остановок. Люди и техника не выдержали бы, если бы все артиллеристы не были рыцарями-магами. Именно это по большому счёту заставляло огромные гаубицы и миномёты выпускать по Заоблачной Крепости снаряд за снарядом, мину за миной. Квантаррийцы притащили в горы восемнадцать гигантских миномётов калибром в девятьсот десять миллиметров, которые стреляли минами весом в восемь тонн и именно они разнесли вдребезги все пусковые установки зенитных ракет, а затем, как только выяснилось, что лазеры бессильны против броневой защиты суперпушек Заоблачной Крепости, стали стрелять по ним, выпуская по одной мине каждые пять-шесть минут.

Огромные мины заставляли форты буквально сотрясаться и хотя даже после пяти часов обстрела пушки всё ещё стреляли, были достигнуты кое-какие успехи. Несколько мин квантаррийские миномётчики умудрились загнать в жерла пушек и адским артиллеристам пришлось в срочном порядке выстреливать вкладные стволы и ремонтировать пушки. При этом оставалось только гадать, как чувствовала себя в фортах нечисть, когда квантаррийские рыцари-маги, которые заряжали свои гигантские миномёты вручную, так как это было быстрее, опускали им на голову такую кувалду. По сравнению с их действиями меркла даже отвага наленорских расчётов, обслуживающих тяжелые лазеры, на которых был сосредоточен огонь всей вражеской артиллерии. Генерал Лорен ещё в первый же час отвёл от горы Эстелан половину драконов, которым было в небе довольно тесно и приказал им всем отдыхать и набираться сил, чтобы через одиннадцать часов сменить своих товарищей, но они вместо этого предпочли обернуться людьми и встать грудью перед лазерами, чтобы создать перед ними мощнейший щит. Дракона-мага ещё можно было исцелить, зато тяжелый лазер, взорви его враг, был бы выведен из строя навсегда.

В ходе боя генерал выявил так же самых могучих рыцарей-магов и приказал им выйти из боя, чтобы те оседлали самых могучих драконов, так что уже очень скоро к Киру присоединилось полторы дюжины драконов во главе с Лехтаараном, которого оседлали Земер Куад, Квайт Ботола и ещё пятеро отважных рыцарей и интенсивность огня резко увеличилась. Каждый дракон нёс на себе по семь лучников, трое сидели на голове и по два лучника на плечах. Новые огненные стрелы всем понравились и вскоре уже все рыцари-маги имели их на вооружении. Всего же в воздухе к исходу седьмого часа боя находилось почти три тысячи рыцарей-магов, но самым первыми в небо поднялись полковник Вилес Лорен и его младший брат Энджел, которые с боем пробились наружу через разгромленный артиллерийский форт и, создав портал прохода прямо в небо, оседлали дракона, нацелившегося взлететь вверх на снаряде. Втроём вернувшись из космоса, они сначала присоединились к Осейну, а затем перелетели к соседней суперпушке и принялись долбить её бронебойными стрелами.

Сам Осейн Канорфенум предпринимал титанические усилия к тому, чтобы преодолеет чудовищной силы сопротивление колдовской брони. Увы, но его сиреневые драконы, которые легко пробивали гигантские снаряды и, взрываясь внутри, уничтожали нечисть чуть ли не мгновенно, были бессильны, хотя мало по малу подтачивали броню и та покрылась множеством глубоких язв. Зато благодаря его огню адским артиллеристам уже трижды приходилось ремонтировать своё орудие, да к тому же Осейн заметил, что взрывы мин стали также понемногу разрушать ту пушку, которую он хотел во что бы то ни стало заставить умолкнуть навсегда. Вместе с Лайриниэль они не пропустили ещё ни одного снаряда, чтобы не влепить в него по три, четыре стрелы-дракона и кроме них только Кир и Козмо могли похвастаться тем, что умудрялись попасть в вылетевшей из пушки снаряд.

Истошно матерясь и проклиная Амала, Кир продолжал долбить пушку, так как генерал Лорен и его штаб уже подсчитали, что если он ничего не придумает, то битва затянется не меньше, чем на целую неделю. Временами генерал устраивал ротации, чтобы дать рыцарям небольшую передышку, но Кира и Осейна заменить было некем. Под шквалом серебряных стрел, взрывающихся с мощностью хорошей авиационной бомбы, после очередного прямого попадания огромной мины бронешторка не выдержала и отвалилась, нижняя её часть соскользнула вниз, а верхняя преградила путь очередному снаряду и тот взорвался прямо в стволе. Нечисть, вырвавшаяся из снаряда, была тотчас перебита серебряными стрелами и Кир, облегчённо вздохнув, немедленно скомандовал:

– Парни, сменить стрелы на огненные! Нужно расплавить казённик. Тем самым мы откроем себе путь внутрь горы. Не волнуйтесь, драконы смогут пролезть и не в такую дыру. Квантарра, отбой! Парни, вы свою работу сделали, найдите себе какую-нибудь другую мишень. Аросса отныне перед вами в неоплатном долгу, друзья мои, и не успокоится до тех пор, пока доверху не наполнит ствол вашего Сердитого Толстяка золотой астазией!

Тотчас в жерло орудия сплошным потоком полились огненные серебряные стрелы Квайта Ботолы, которые достигая дна превращались в жидкое пламя. Драконы же наоборот, перестали изрыгать пламя. Через пару минут пушка была переполнена жидким огнём и он стал стекать по наклонной бронеплите, но так продолжалось недолго. Адские артиллеристы, видимо, открыли затвор, чтобы загнать в ствол ещё один снаряд и жидкий огонь хлынул внутрь. Летающие лучники моментально усилили темп стрельбы, но через минуту получили новый приказ от своего командира:

– Сменить стрелы! Бьём ледяными, парни!

Тотчас в раскалённое жерло пушки понеслись ледяные серебряные стрелы, каждая из которых могла превратить в лёд небольшой пруд, орудие от этого буквально содрогнулось и все услышали восторженный рёв Осейна Канорфенума:

– Кирюха, а я уже внутри! Ох, и натворили же мы тут дел, всё выгорело к чертям собачьим. Ну, ладно, я пошел искать Барибала.

Кир усмехнулся и, соскочив с головы Атиллы, стремглав полетел к заледенелому жерлу орудия. Дракон оказался быстрее, резко уменьшившись в размерах и снова превратившись в человека, он прыгнул в пушку ногами вперёд. Перед тем, как последовать за своим отважным другом-драконом, Кир услышал, что рыцари-артиллеристы вместе с лучниками сбили шторку с ещё одной пушки, но его волновали уже совсем другие дела. Проехав на спине по заледенелой стальной трубе, рыцарь-маг заскользил задом по стальным плитам и вскочил на ноги, оказавшись в огромном круглом зале с шахтой напротив казённика, передвигавшегося на стальной платформе, опиравшейся на колёса пятиметрового диаметра. Большинство стальных деталей в огромной орудийной башне были оплавлены или просто сгорели. За каких-то десять минут в башню набилось около двух сотен рыцарей-магов и драконов. Кир присел на какую-то оплавленную железку и принялся наблюдать за тем, как шел бой. Рыцари-маги захватили ещё три огромных форта, но остальные девять продолжали вести огонь, хотя и их бронешторки были основательно изувечены и вскоре все форты должна была постичь та же участь.

Он встал, поднялся на платформу и огляделся вокруг. Из башни вели внутрь горы три тоннеля и к тому же они могли спуститься вниз через шахту. К сожалению ни один из тоннелей не вёл к командному пункту, находящемуся прямо под плавильной печью тремя сотнями метров ниже и пройти к нему можно было только спустившись вниз, а затем поднявшись на лифте. Немного подумав, Кир сказал:

– Белегрунд, дружище, садись на любого дракона и быстро лети ко мне. – Повернувшись к рыцарям, он скомандовал – Парни, сносите двери и вперёд, уничтожайте всех, кто только попадётся на вашем пути. Тут жалеть некого. Драконы, все на штурм! Пришла ваша очередь задать жару нечисти. Принимайте человеческий облик, вооружайтесь тем, что найдёте в своих книгах рыцаря и вперёд. Работы всем хватит.

Так уже чрез каких-то восемь часов в битве наступил решающий перелом, а ещё через полчаса все огромные орудия горы Эстелан были уничтожены и рыцари-драконы вместе с рыцарями-магами принялись истреблять нечисть внутри крепости. Драконы, спустившись с неба на плато и склоны горы, крушили самые большие орудия и, прожигая себе путь в металле и пробивая дорогу мощнейшими энергетическими ударами, вооружившись крупнокалиберными автоматами Стоуна истребляли нечисть. Среди атакующих было уже довольно много раненых и убитых, но в этом бою принимали участие одни только маги и потому невосполнимых потерь не было. Все строго исполняли приказ своего командира, сначала позаботься о раненом товарище, а уж потом иди вперёд. Какими бы прекрасными воинами не были отважные рыцари-драконы, но спецназ, вооруженный луками, всё же наносил врагу куда более ощутимый урон, но нечисти всё же намного больше и потому рыцари продвигались вперёд очень медленно, хотя теперь в их победе уже нельзя было сомневаться.

По всему плато всё это время работала с господствующих высот тяжелая артиллерия, но настал момент и грохот орудий стих и в освобождённые подземелья вошли солдаты наленорской армии, а вместе с ними и другие отряды, посланные на помощь наленорцам с Руалара. Они первым делом принимались искать убежища, в которых могла затаиться нечисть, но рыцари-маги работали очень тщательно, как настоящие чистильщики и им доставалось только оружие врага и лишь изредка обгорелые лохмотья чёрных мундиров. Кир в это время вместе с несколькими десятками драконов и рыцарей подталкивал короля Белегрунда и изредка подгонял его ехидными фразами:

– Бел, пошевеливайся, а то если ты будешь так копаться, Нини с Оськой первыми доберутся до Барибала и его штаба.

Белегрунд и так пробивал штольню с рекордной скоростью и махал своими огромными лапами, словно ветряная мельница. При этом он ещё как-то умудрялся вырубать в граните ступени, ведь штольня поднималась вверх под углом почти в пятьдесят градусов, из-за чего под ноги рыцарям постоянно сыпался очень крупный щебень, быстро превращавшийся в песок, который впитывался в пол и стены, делая гранит ещё прочнее. Наконец огромный малленброг стал пробивать штольню горизонтально и через несколько метров остановился и, повернув голову к Киру, спросил его громким шепотом:

– Дошли, врываемся или всё же подождём, когда Анганиэль закончит свою работу? Ей осталось пройти метров двести.

Рыцарь-маг ответил и тоже шепотом:

– Давай подождём, Бел. Мы находимся возле склада, а Нини выведет Оську прямо к казарме, в которой полно нечисти. Сам понимаешь, для него не будет большей награды, чем лично оторвать голову Барибалу и его дружкам, а как раз мне это по фигу. Одним уродом больше, одним меньше, какая разница, их на моём счету и так уже достаточно. Ты мне лучше вот что скажи, парень, как тебе понравилась сегодняшняя драка? Понимаешь, ты вовсе не обязан после этого становиться рыцарем Света. Ты ведь всё-таки король, как никак, и у тебя есть королевские обязанности.

Белегрунд, сидевший на полу, посмотрел на своего друга, махнул огромной лапой и пробасил:

– Кир, для любого короля нет и не может быть большей награды, чем стать рыцарем Света. К тому же что помешает нам с Нини, получив сигнал вызова, прямо с трона шагнуть в портал прохода? Если ты не соврал, то мы теперь можем превращаться в людей, а значит сможем и выполнять любые миссии и даже чистить базовые миры.

– Не соврал, не соврал, старина. – Смеясь сказал Кир – Ты ведь теперь рыцарь Мастера Миров, потому для тебя и Нини нет ничего невозможного. Я тебя только потому пытаю, старина, что сделал тебя рыцарем, можно сказать, против твоей воли. Так уж карта легла на этот раз. Ты же сам видишь, как нам пришлось спешить. Зато теперь, когда пушки замолкли, можно и порезвиться.

Белегрунд сердито проворчал:

– Попридержи язык, Кирюха. Да, будь на то моя воля, я бы давно уже стал рыцарем Света, но ты сказал, что это не в твоей власти.

– Всё правильно, Белегрунд. – Подтвердил Кир – Пока я не стал рыцарем-магом, мне это было не под силу. Зато теперь всё изменилось и очень многие вещи станут доступны не только мне, но и всем рыцарям и их магам-проводникам, не говоря уже о магах Горы и Долины, вот только работы всем нам от этого только прибавится.

Король малленброгов понимающе кивнул головой и закрыл глаза. Ожидание не оказалось слишком долгим. Уже через каких-то полчаса Анганиэль ворвалась в казарму и с громким рычанием принялась рубить адских чудовищ своими огромными когтями, от которых те вспыхивали ничуть не хуже, чем от эльфийских мечей. Из пролома в казарму влетели десятки рыцарей-магов, на врага полились потоки серебряных стрел, а вскоре засверкали и клинки. Осейн бок о бок с прекрасной Лайриниэль стрелял во врага в упор даже тогда, когда чудовища буквально хватались своими шипастыми лапами за его огромный лук Валандил, который стал ярко светиться. Дав своему другу фору минут в десять, Кир позволил, наконец, Белегрунду проломить каменную стенку. Они ворвались в какой-то склад и, промчавшись по нему, высадили с хода большие металлические двери и очутились в большой подземной оранжерее. Барибала, по всей видимости не очень-то интересовали свежие овощи и фрукты и все деревья погибли давным-давно, но зато в оранжерее находилось сотни три чудовищ, внимательно прислушивавшихся к звукам боя, доносившимся до них.

Белегрунд рванулся вперёд и врезался в них, словно лев в стаю шакалов. Его лапы замахали с ошеломляющей быстротой, раздался истошный вой и во все стороны полетели куски вражьей плоти, вспыхнувшей ярким пламенем. Нечисть с визгом стала разбегаться во все стороны и её тотчас накрыл поток серебряных стрел. Послышались взрывы, по всей оранжерее засверкали яркие вспышки и в три минуты с нечистью было покончено. Кир с удивлением отметил, что с каждым часом мощь рыцарей всё нарастала, а нечисть хотя и не становилась слабее, сгорала куда быстрее, чем раньше. Если раньше он счёл бы всё помощью Мастера Миров, то сейчас понял, что это действуют его магические заклинания, которыми он с одной стороны блокировал все попытки Барибала Асисты и четырёх его дружков создать порталы прохода и смыться, а с другой усилил мощь рыцарского оружия, благодаря чему как когти малленброгов и драконов, так и луки обрели свойства его меча Бадхор, сверкавшего, словно вольтова дуга.

Забросив лук за спину, он шел вперёд нацелив на врага свой эльфийский рыцарский меч и враг визжал от ужаса, ведь ему даже не нужно было рубить его мечом, а было лишь достаточно навести остриё на цель, как огромное шипастое чудовище с клыками, как у саблезубого тигра, мгновенно охватывало пламя. Понимая, что это уже лишнее, Кир вложил меч в ножны и жестами направил своих рыцарей направо и налево, а сам вместе с Козмо и Атиллой, мечи которых также заставляли нечисть вспыхивать, пошел вперёд. Кен Мартенс вместе с Земером, Квайтом и ещё двумя драконами, одним из которых был Лехтааран, следовали за ним по пятам, а Белегрунд рванулся вперёд и наискосок к своей ненаглядной золотой Анганиэль.

Кир шел вперёд целенаправленно, к самому центру командного пункта не отвлекаясь даже на то, что на их маленький отряд то и дело бросались целые толпы адских чудовищ. Он, Козмо и Атилла истребляли их мимоходом, одним лишь лёгким взмахом руки и только Кену, Земеру и Квайту приходилось стрелять из луков, но с тетив у них всякий раз срывалась не одна, а сразу дюжина стрел, которые разлетались веером и разили нечисть без промаха. Наконец они достигли подземного круглого зала диаметром метров в триста, накрытого стальным куполом, в центре которого в кольце больших плазменных панелей стояли прижавшись спина к спине пятеро огромных, рогатых чудовищ с человеческими телами. На них бросилось несколько сотен тварей, но Кир их поймал магическим захватом и заставил замереть в неестественных позах, после чего из зала исчезли все пульты и экраны, его залили потоки яркого света, а пол сделался ослепительно белым.

На его фоне гротескные чёрные фигуры Барибала Асисты и его сподвижников, закованные в броню, с огненными щитами, ощетинившиеся громадными огненными мечами, казались не угрожающими, а нелепыми и смешными. К тому же они были скованы магическим полем. На противоположном конце зала с грохотом рухнули на пол высокие стальные двери и в него ворвался Осейн Канорфенум вместе с Лайриниэль, Эхенором, Иолантой и Тетюром. Перед последними только что открылся портал прохода и они, увидев в нём чудовищ, ринулись в него не задумываясь и лишь только оказавшись в этом зале Тетюр, вооруженный луком и мечом, захохотал и воскликнул:

– Ну, ты даёшь, Кирюха! Здорово это у тебя получилось, девятистихийный маг! Ничего не скажешь, отличную арену для нашего Оськи соорудил. Ему теперь будет где развернуться, чтобы вломить чертей этому придурку. – Треснув Осейна своим здоровенным мечом по спине, он громко крикнул – Давай, дикий орк, снимай с себя латы и переодевайся к бою. Хоть тебя все и зовут загорелым эльфом, сражаться ты у нас сегодня будешь с этими недоносками, как каждый приличный орк из племени Горных Волков. То-то порадуется твой папаша на Астриуме, когда увидит новую фильму по резиновому телику.

Кир, посмеиваясь в кулак, быстро заставил оставшуюся в живых адскую нечисть сгрудиться, поставил её на колени подальше от всех и повернул оскаленными клыкастыми рожами к центру арены. В зал тем временем вбегали всё новые и новые рыцари-маги и драконы, тоже рыцари, некоторые из которых приняли облик миниатюрных драконов, но с автоматами Стоуна в своих могучих передних лапах. Увидев, что сражаться больше не с кем, нечисть в это время добивали в самых отдалённых закоулках Заоблачной Крепости, все облегчённо вздохнули, а самые догадливые тотчас принялись затаскивать в зал всё что ни попадя и строить большую трибуну вокруг арены, а Кир мимоходом помогал им, чем мог. Он подошел к своему другу, вежливо поклонился его супруге и спросил весёлым голосом:

– Ты, что не слышал о чём тебе сказал Тетёха, Осейн? Быстро снимай доспехи, одевай свою орочью куртку, юбку и онучи. Твоя старая боевая дубина, надеюсь, при тебе или мне выстрогать новую? Этот бой нужно будет обязательно показать всему Гурвалу, чтобы народ не думал, что мы тут всё это время дурью маялись.

На этот счёт он мог быть спокоен. Генерал Лорен в числе всего прочего регулярно информировал население планеты о том, что наленорцам пришлось штурмовать свою собственную крепость, захваченную главарём лордов тьмы Барибалом Асистой. Вместе со всем своим штабом он вошел в захваченный командный пункт, но не бросился с поздравлениями к рыцарю-магу, а стал давать какие-то распоряжения двум господам с воспалёнными глазами и уставшими лицами. В огромном подземном зале тотчас появилось десятка три телевизионщиков, которые принялись выбирать места получше и устанавливать свою аппаратуру. Те рыцари-маги, которые оказались пошустрее, понаделали порталов прохода и повалили в зал толпами, прихватывая с собой всяческие стальные конструкции и арена стала угрожающе быстро расти, благо своды были очень высокими. В конечном итоге получился огромный стадион, который Кир мимоходом сделал белоснежно белым и украсил зелёными гирляндами. Барибал Асиста и его дружки смотрели на все эти приготовления с ужасом и утробно ревели. Чтобы заткнуть им пасти, Кир подошел к ним вместе со своими друзьями и, пристально посмотрев на главаря лордов тьмы, сказал:

– Барибал, хоть ты и дерьмо редкостной породы, у меня есть к тебе деловое предложение. Если вы впятером осилите Осейна Канорфенума, то вы свободны и сможешь свалить с Гурвала, но если он вышибет вам всем мозги, тот ты лично передашь Амалу моё устное послание. Думай поскорее, адское отродье.

Барибал Асиста тотчас кивнул головой и прорычал в ответ:

– Договорились, Кир Торсен, я буду поджидать встречи с тобой и в следующий раз тебя уже ничто не спасёт. От битвы к битве я становлюсь всё сильнее и уж ты поверь мне, этого хлюпика, которого ты выставляешь против меня, я просто порву на куски и твоя следующая встреча со мной станет для тебя роковой.

– А уж как я буду ждать встречи с тобой, Барибал! – Громко смеясь воскликнул Кир и добавил – Но вот только я в отличии от тебя точно знаю время, место и даже результат нашей встречи, глупое животное. Ну, а относительно того парня, которого ты так неосмотрительно назвал хлюпиком, я тебе так скажу, Амал ещё не создал такого чудовища, которое сможет сражаться с ним на равных. Осейн Канорфенум и ему самому проломит башку своей знаменитой дубиной.

Осейн, который ещё не успел снять с себя эльфийских доспехов, сказал недовольно покрутив головой:

– Кир, извини, но мне это кажется несправедливым. Драться будут все пятеро, а уйти сможет один только этот рогатый ублюдок. Я, конечно, отшибу рога всем пятерым этим уродам, не в этом дело, но давай договоримся так, ты гарантируешь свободу каждому из них, если я по какой-либо причине не смогу их урыть. Сам понимаешь, такого не случится, но всё же это будет по-честному.

Рыцарь-маг кивнул и сказал с улыбкой:

– Вот ты и восстановил справедливость, Осейн. Этот ублюдок отправил бы в ад и родную мать, лишь бы спасти свою шкуру, а не то что своих дружков. Разумеется, всё будет так, как ты сказал.

Барибал Асиста издевательски захохотал и воскликнул:

– Ты отправишься прямиком в ад, Осейн Канорфенум! Причём в ад более страшный, чем тот, который создал для Хозяина Тьмы Аструал, ведь ты договариваешься с нечистью, а это самое страшное преступление для любого рыцаря, даже такого новичка, как ты.

Вот тут Барибал Асиста не соврал. Высшие силы очень строго наказывали рыцарей Света за подобного рода договоры и все знали, что нечисть готова пойти на всё, что угодно, лишь бы склонить их к переговорам и заставить заключить хоть какой-нибудь договор. Правда, на этот раз Барибал ошибся и Осейн Канорфенум это знал. Тем не менее он всё же с тревогой взглянул на Кира, но тот лишь широко улыбнулся и слегка кивнул головой, успокаивая его.

– Дурак, я ведь с тобой ни о чём не договариваюсь! – Воскликнул Осейн и встревоженным голосом всё же спросил рыцаря-мага – Кир, может быть и ты обойдёшься без договоров с этой сволочью? Мало ли что может произойти после этого.

Кирилл улыбнулся ещё шире и успокоил его:

– Осейн, не волнуйся, меня его угроза совершенно не касается. На этот раз высшим силам, нравится это им или не нравится, придётся согласиться с тем, что я делаю, и они не посмеют привлечь меня к какой-либо ответственности, иначе они сами нарушат ими же созданные правила борьбы Света и Тьмы. К тому же я всего лишь предлагаю этому уроду исполнить моё поручение и уж ты поверь, он это сделает, хотя Амал с него за это потом не семь, а семьсот шкур спустит в аду, ведь именно этого известия он боится сильнее огня и любых мук, которые обрушил на него сэр Аструал. – Повернувшись к адскому воину, он сказал строгим тоном – Барибал, ты передашь Амалу следующие слова: – "В этот раз кольцо будет со мной". И запомни, Барибал, ты скажешь эти слова своему хозяину хочешь ты того или не хочешь не взирая ни на какое наказание, которое последует за этим, а оно будет не просто ужасным, а чудовищным и ты уже ничего не сможешь изменить, ведь я сделал тебе предложение, а ты его принял.

Барибал Асиста, услышав это, отшатнулся и хотел было что-то сказать, скорее всего отказаться, но какая-то неведомая сила заставила его упасть на колени и он прорычал не своим голосом:

– Рыцарь Света, твоё послание Хозяину Тьмы Амалору будет передано слово в слово.

Кир отвернулся и, хлопнув Осейна по плечу, не спеша пошел к тому месту, где стояли чистильщики. Белегрунд и Анганиэль уже успели принять человеческий облик и теперь принимали поздравления от друзей. Вокруг арены выросла огромная трибуна и она очень быстро заполнялась людьми. Не успели они подойти к краю арены, как двумя десяткам рядов выше, прямо напротив них появились король Дюк с какой-то девчонкой и Квайт Ботолла с Шекси, Бо и Мо. Шекси, сняв с головы шлем, завизжала, как резанная и, пробежав прямо по головам рыцарей-магов, пулей слетела вниз и, подхватив на руки Иоланту, облачённую в доспехи, закружила её радостно хохоча. Осейн, опасливо посмотрев на эту растрёпанную фурию, спросил:

– Кирюха кто эта отважная девушка?

– О, старик, это долгая история, но я её ещё успею тебе рассказать, а теперь давай, вот тебе шатёр, иди, переодевайся к бою.

Кир хлопнул Осейна по плечу и, велев своим спутникам подниматься к тому месту, где генерал Лорен и Райло Корбен придержали для них места, повёл его к белому с золотом шатру. Войдя в него, он подождал, когда Осейн переоденется в короткую, рыжую косматую куртку, расшитую бисером, которую тот надел на голое тело, зелёную юбку и короткие сапоги мехом наружу, тоже снял с себя доспехи, переодевшись в эльфийский наряд золотисто-бежевых тонов и, подпоясавшись серебряным поясом с мечами, поцеловал свой лук и отправил его в книгу рыцаря. Осейн извлёк из своей почти четырёхметровой длины дубину, выточенную из железного дерева синевато-чёрного цвета, окованную на метр с одной и другой стороны шипастой сталью. Кир тотчас взял орочью дубину и Осейн озабоченно спросил его:

– Что ты хочешь сделать с ней.

– Улучшить твоё творение, друг. – Ответил Кир с улыбкой.

Рыцарь-маг достал из ножен меч Бадхор и коснулся им стали, которой была окована орочья дубина. Та моментально засверкала и стала светиться характерным лунным светом, превратившись в исилкэл, но на этом он не остановился и коснулся мечом дерева, отчего по нему разбежались в обе стороны серебряные строчки рунных знаков. Но и этого ему показалось мало. Вложив меч в ножны, рыцарь-маг заставил дубину парить в воздухе и осветил её разноцветными лучами, вырвавшимися из кольца, после чего та сама опустилась в руки Осейна и Кир, широко улыбнувшись, сказал:

– Парень, хотя это всё та же старая орочья дубина Боумвил, которая очень долго стояла без дела в спальне Лайриниэль, она обрела совершенно новые качества. Думаю, тебе это понравится.

Когда Осейн Канорфенум вышел из шатра и Кир убрал это сооружение белого шелка, расшитого золотом, огромный стадион так и ахнул, увидев на арене самого настоящего дикого варвара, одетого в косматую меховую куртку, юбку и короткие меховые сапоги, перетянутые кожаными ремнями, да, ещё и вооруженного одной только дубиной, окованной исилкэлом, светящимся ярко и как-то особенно яростно. Осейн, приветственно помахав всем рукой, решительным шагом направился в сторону Барибала Асисты и его дружков, но не стал приближаться к ним, а остановился шагах в двадцати, широко расставив ноги и стал с невозмутимым видом поигрывать тяжелой дубиной. Генерал Лорен, громко ахнув, воскликнул:

– Кто этот человек? Неужели Осейн Канорфенум?

– Да, сэр! Но мой муж вовсе не человек! – Радостным голосом воскликнула Лайриниэль – Он дикий и свирепый варвар, орк из племени Горных Волков из страны Сиреневых Гор, а то, что вы видите в его руках, это самое обычное оружие наездников на валгатрах, тяжелая боевая дубина. Он достаёт её из своей книги рыцаря только в совершенно особых случаях, когда на его пути встают враги особого рода, такие, как этот негодяй Барибал Асиста и его приспешники.

– Ты уж скажи тогда, дорогая, и о том, что благодаря твоему мужу на Алассеа-нор-Эльдаре имя Осейндил, что в переводе с эльфийского языка означает Друг Осейна, является очень популярным и так названы мальчики из множества древних эльфийских домов. – Сказала Иоланта и, томно вздохнув, сказала – А великая боевая дубина Боумвил, что находится в его руках, способна сокрушать даже крепостные стены.

Тетюр и Козмо почему-то рассмеялись, а Атилла пробасил:

– Да, встретиться лбом с этой здоровенной дровенюкой, окованной магической эльфийской сталью, я и врагу не пожелал бы, но только не Барибалу с его уродами. Не думаю, что они будут от этого в восторге, но иного им не дано. Придётся им сегодня испытать на себе, что такое гнев Осейна Канорфенума.

Глава одиннадцатая.

Кир, прогуливавшийся по краю арены, взмахом руки освободил Барибала Асисту и его подручных. Рогатые адские верзилы, издевательски захохотав, тотчас выпустили по зрителям из своих огненных щитов по дюжине магических огненных шаров, но те с громким хохотом отбили их обратно, а некоторые, поймав огненные шары голыми руками, разорвали их на части и стали бросаться ими, как мальчишки снежками, заставив нечисть опешить. К лордам тьмы тотчас вернулась серьёзность и они, построившись цепью, двинулись вперёд, стуча мечами по щитам. Из их рогов в сторону Осейна полетели молнии, но они тихо гасли не долетая до него, а он только посмеивался, перебрасывая тяжелую дубину из одной руки в другую. Как только рогатые, на которых с тоской смотрела оставшаяся в живых нечисть, дошли до середины, орк закрутил дубину над головой с немыслимой скоростью и бросился на врага с громовым боевым кличем.

Дубина, окованная сверкающим исилкэлом прошлась не только по их рогам, но и по коленкам. Адские вояки зашатались, но не упали, а лишь замахали мечами, пытаясь отразить удары тяжелого Боумвила, но тщетно. С просто чудовищной силой Осейн обрушил всю мощь орочьей дубины на их щиты и они разлетелись на куски, после чего стал дубасить врага по корпусу, заставляя чёрную, воронёную сталь вминаться внутрь так, словно в доспехи угодили пушечные ядра. Это был всё же не бой, а самое настоящее избиение, хотя Барибал и его подручные стойко держали удары, но орк ещё не молотил нечисть по головам, а лишь слегка рихтовал их доспехи. Чудовища кое-как собрались с силами и бросились на Осейна всей толпой. Они окружили его и, пытаясь достать его своими огненными мечами, стали делать резкие выпады, которые орк отбивал с залихватской ловкостью.

Рыцари на арене ревели от восторга, прекрасно понимая, что нечисти на этот раз достался серьёзный противник, который во много раз превосходил её в боевых искусствах. Наконец Осейн счёл, что ему пора начать бить по врагу серьёзно и Боумвил в его руках, словно взорвался и мигом вырос в численности до двух дюжин дубин, которые обрушились на головы врага. Рога он им посшибал в считанные секунды, доспехи, не выдержав натиска ударов такой чудовищной силы, развалились на куски и нечисть встретила магический металл исилкэл своими голыми лбами, плечами, боками и прочими конечностями. Всех пятерых тотчас охватило яростное пламя и Барибал Асиста вместе со своими дружками исчез в яркой вспышке, спалившей заодно и всю остальную нечисть. Поединок закончился и Козмо, подойдя к Киру, негромко поинтересовался у него:

– Кирюха, я чего-то не понял. Ты почему не дал мне их допросить? Это непорядок, парень. Вдруг они вывели бы нас ещё на двух лордов тьмы, на тех, которых здесь не было.

– Не вывели бы, Серёга, я все их поганые мыслишки давно уже изучил. – Ответил Кир и со вздохом пояснил – У меня ведь теперь тоже есть мозгокрут ничуть не хуже твоего. Те два лорда тьмы, о которых ты говоришь, прибыли сюда на добрых две сотни лет раньше и Амал послал Барибала со всей его бандой им в помощь. Поэтому, старина, нам теперь придётся сидеть, ждать и думать, какое оружие создали они. У меня пока что по этому поводу в голове нет ни одной умной мысли, как это ни печально и мне кажется, что так просто, с кондачка, мы эту задачу не решим. Одно я могу тебе сказать вполне определённо, Кузьмич, на поверхности Гурвала их точно нет, а стало быть они могли закопаться очень глубоко под землю и мне хочется знать, каким именно образом они хотят уничтожить Гурвал. Есть у меня и ещё одно смутное подозрение, но мне кажется, что это полнейший бредсивкобл.

– Ну-ка, ну-ка, поясни? – Спросил Козмо – Хороший бред стоит десятка откровений свыше, Кирюха. Давай, выкладывай.

Кир махнул рукой и сказал:

– Да, бред это, Кузьмич. Причём тут золотая вуаль и гибель целого мира? Это даже невозможно связать воедино. Ладно, пошли к ребятам. Нам пора сваливать отсюда. – Хлопнув подошедшего Осейна по плечу, он сказал смеясь – Ну, друг, ты их и отделал. Они в твою сторону даже ни одного выпада сделать не смогли. Мог бы и не торопиться так, всё-таки столько народа собралось, а ты взял и переколотил их всех за какие-то пять минут. Такого удовольствия всех лишил.

Тем временем их друзья сами спустились вниз и Шекси, опередив всех, немедленно расцеловала Осейна, после чего стянула с него меховую куртку и забрала её себе в качестве трофея, оставив краснокожего орка стоять с обнаженным торсом. Лайриниэль, погрозив пальцем этой бойкой девице, быстро выпустила из своего медальона струю синего дыма, превратила её в ширму и её супруг смог спокойно переодеться. Выйдя к народу, он улыбнулся и сказал:

– Ребята, вы уж извините, что я их так быстро урыл, но уж больно мне есть хотелось. Проголодался, пока стрелял по этой пушке из Валандила. Честное слово, давно мне не приходилось стрелять столько часов подряд, даже рука малость занемела. Кажется, тогда на Тирастрасисе нам и то пришлось выпустить меньше стрел.

Генерал Лорен пробился через толпу к чистильщикам и, вежливо поклонившись им, громким голосом воскликнул:

– Господа, вы нанесёте жителям Наленора смертельное оскорбление, если откажетесь прямо сейчас посетить Аролунг. Воевать с вами, разумеется, мы не станем, так как армия Наленора всегда хранит верность своим союзникам, но будем очень обижены. Поэтому я прошу тебя, сэр Кир, прикажи всем рыцарям-магам верхом на драконах лететь в Аролунг. Там вас всех ждут, как отцов и братьев, спасших Гурвал от гибели. Понимаю, время позднее и всем хочется только одного, отдохнуть после битвы, но именно это я и предлагаю, воспользоваться нашим гостеприимством.

Поскольку у всех, даже у драконов, на носу красовались магические очки, Киру не пришлось особенно повышать голос, когда он сказал:

– Парни, нам предлагают вторгнуться в столицу Наленора и покорить её своими улыбками. Лично я не против и даже готов снова влезть в доспехи, чтобы понравиться девушкам, но мне кажется, что лучше этого не делать. В своих магических книгах рыцаря вы сможете найти парадные мундиры, а также множество других костюмов, в том числе и таких, какие в моду у рыцарей на Астриуме, и все они пошиты по вашим меркам. Ну, что, ребята, по драконам?

– По драконам! – Раздался в ответ дружный рёв рыцарей.

Один только Осейн проворчал шутливо:

– Нет, мужики, я точно сдохну с голода с этими бесконечными переодеваниями. – После чего громко крикнул – Драконы, снимите с себя доспехи! Серебряный дракон это, конечно, очень мило, но в мире нет ничего прекраснее, чем дракон в своём природном виде, а ваш отец сотворил вас всех просто редкостными красавцами.

После этого он быстро облачился в серебристый эльфийский наряд и забросил за спину белоснежное, украшенное золотом и драгоценными камнями парадное налучье с вложенным в него и всё ещё поющим свою боевую песню Валандилом. Вскоре из шатра вышли Лайриниэль, Иоланта, также одетые в эльфийские платья, сверкающие и полупрозрачные, и Шекси, которую обе леди почему-то переодели в нарядное бальное платье серебряной парчи, в котором та не смотря на свою многоцветную причёску "Мама, сегодня я спала в курятнике", выглядела в нём очень импозантно и Эхенор, вежливо поклонившись эльфийке, облачённой в серебристое платье, усыпанное крохотными бриллиантами, сказал твёрдым голосом:

– Моя прекрасная госпожа, сегодня тебе надлежит лететь в город сэра Риго верхом на изумрудном драконе. Вам, леди Шекси, тоже, и, пожалуйста, не бойтесь, это совсем не опасно. Дамские эльфийские сёдла очень удобны и у них прекрасные страховочные ремни.

Шекси громко расхохоталась, а Иоланта тут же поторопилась сказать:

– Эхенор, прежде, чем говорить такое, ты бы посмотрел, как наша малышка Шекси гоняет на мотоцикле, не говоря уже о том, что сражается она, как настоящая валькирия. Это очень смелая девушка и ей будет по силам укротить даже самого свирепого семнианского дракона.

Тем не менее Эхенор подозвал к себе одного из тех драконов, вместе с которым он сражался и когда тот превратился в крылатого красавца размером раза в два больше лошади, лично нацепил ему на загривок эльфийское дамское седло. Шекси, похлопав руками по своему кринолину, со вздохом была вынуждена согласиться с тем, что сесть на дракона по-мужски она не сможет, а так как платье ей очень понравилось, то согласилась сесть в седло по-женски, сбоку, опираясь на стремя только одной ножкой, обутой в туфельку на длинной, острой шпильке и даже позволила Эхенору усадить её на дракона и пристегнуть страховочными ремнями, после чего крикнула:

– Кватти, ну, и как тебе нравится твоя малышка Шекси в виде леди из кинофильма про дворян времён короля Ранелиппа какого-то там?

– Шекси, я люблю тебя в любом виде. – Ответил Квайт Ботолла, одетый, как и очень многие молодые маги Астрианы, в эльфийский охотничий костюм золотистых тонов с горным луком за спиной. – Мне сдаётся, пацанка, что ты согласна стать моим магом-проводником.

Та рассмеялась в ответ и вылетела в портал прохода. Через пятнадцать минут рыцари-маги в лучах заходящего солнца подлетали к Аралунгу и это было очень красивое зрелище. Люди, которые весь день не отходили от телевизоров, ликовали. Всё население города высыпало на улицы и встречало эту маленькую армию, спасшую Гурвал от гибели цветами, воздушными шарами и радостными криками. Драконы, кружа над городом, выбрав место для посадки пикировали вниз и, едва коснувшись мостовой, тотчас превращались в людей, облачённых в эльфийские наряды изумрудно-зелёного цвета с золотистыми лосинами и сапожками. С ними спорили в яркости красок парадные мундиры артиллеристов из многих стран, но самое главное, среди них было очень много офицеров, одетых в белые кители с чёрными брюками, головы которых были покрыты бордовыми беретами, наленорский спецназ, и их артиллеристы в синих мундирах. Столица Наленора была довольно большим городом с населением в шесть с лишним миллионов человек и почти стотысячная армия растворилась в этом городе, как кусок рафинада в стакане с горячим чаем.

Кира в этот момент меньше всего интересовало, что теперь произойдёт с теми парнями и девчонками, с которыми он отправился на Наленор. Его даже не волновало, согласится ли Иоланта с его выбором, когда он попросил Атиллу лететь вслед за генералом Лореном в скромный, чуть ли не нищенский дворец-казарму, расположенный в самом центре города в окружении роскошных небоскрёбов с зеркальными стёклами. В любом случае он мечтал только о том, чтобы ему дали возможность поскорее принять душ, быстро поужинать и отправиться спать. В общем так оно и получилось за исключением того, что ужин, который им накрыли в скромной офицерской столовой, на котором присутствовали не только чистильщики, но и все их новые друзья, затянулся далеко за полночь. Компанию им составили правители добрых двух дюжин государств во главе с императором Квантарры, которые явились в Аралунг, чтобы поздравить их с победой, а потому разговоры за столом были только о минувшей битве.

От блеска множества орденов и медалей, торжественного вида парадных мундиров и красоты эльфийских нарядов большой зал столовой, стены которой были выкрашены в кремовый цвет, буквально преобразился. Столы, накрытые на десять персон каждый, а в столовой оказалось немного народа, всего шестьдесят человек, были поставлен вдоль двух стен под углом, но за главным столом, за которым посадили только Кира с чистильщиками, виновники торжества сидели в один ряд и потому видели всех. Праздничный ужин начался, как и полагается после тяжелого боя, с горячего и хоть в этом генерал Лорен ни в чём не ущемлял свою армию, кормили в ней не только, как на убой, но ещё исключительно деликатесами и на первое был подан восхитительный черепаховый суп. Хотя проголодались практически все, императора Квантарры Велириана, который сидел за столом вместе с королём Дюком и полковником Заганом, командовавшим в этой битве отдельным миномётным полком, больше всего интересовали не блюда наленорской кухни, а один единственный вопрос и он задал его после первого же кубка вина, поднятого в честь победы:

– Сэр Кир, неужели Господь наш Аросса и в самом деле доверху наполнит астазией ствол того огромного миномёта, из которого стрелял по врагу мой племянник или это была всего лишь фигура речи? В этот миномёт войдёт не один кубометр этой божественной влаги.

Хотя этот вопрос и был задан с некоторой ехидцей и подковыркой, чистильщики решили не принимать её во внимание и, дружно расхохотавшись, тотчас принялись успокаивать его величество, но громче всех это сделал Тетюр, который крикнул:

– Велириан, друг мой, можешь даже не сомневаться на этот счёт! Твой племянник рыцарь Света, а старик очень любит как мастеров своего дела, таких, как молодчина Дориан, так и здоровенные пушки. Громадные пушки Заоблачной Крепости вряд ли привлекут его внимание, они ведь себя так и не оправдали, но вот квантаррийские тяжелые миномёты он обязательно захочет осмотреть прежде, чем парни Дориана отправят их на Армагеддон, и уж ты поверь, в ствол Сердитого Толстяка действительно будет залита не одна бочка астазии, но не той, которой обычно старик угощает детишек, а особой, той, которая валит с ног даже драконов. Жаль только, что далеко не всем гурвальцам, которые достойны такого зрелища, это будет дано увидеть, ведь путь туда поначалу будет открыт одним только рыцарям Света.

Судя по тому, каким взглядом Давер Николс тотчас одарил императора, Кир сразу же смекнул, что тот вовсе не случайно завёл разговор об астазии и Сердитом Толстяке. Император Велириан кивнул головой и величественным жестом призвал всех к тишине. Как только все умолкли и уставились на него, он сказал:

– Господа, мне не хотелось бы лишиться удовольствия лицезреть то, как Господь наш Аросса наполняет напитком блаженства ствол квантаррийского миномёта только потому, что какой-нибудь дурак вознамерится опротестовать избранность таких людей, как наш доблестный герой, – король Дюк Мош. Поскольку нам не неизвестно, как быстро сэр Кир, его чистильщики, рыцари ордена Труала, Наленора и Астрианы разыщут двух последних лордов тьмы, то я предлагаю избрать короля Дюка императором Гурвала прямо сейчас. Он молод, но это скоро пройдёт, зато он чист душой, отважен и благороден. К тому же он истинный сын Труала и насколько мне это известно, у сэра Кира есть способ испытать его. – Встав из-за стола, он подвёл короля Дюка к столу рыцаря-мага и сказал – Сэр Кир, мы, присутствующие здесь правители Гурвала, сделали свой выбор и просим тебя возложить на голову этого юноши корону императора Гурвала и повенчать его на вечное царствование тем единственным способом, который тебе доступен. – Кир поднялся и, обойдя стол, встал перед императором Велирианом и королём Дюком. Император немедленно шагнул вперёд и, встав слева от Кира, громко и торжественно воскликнул – Встань на колени, король Дюк и прими кубок посвящения из рук сэра Кира!

Киру ничего не оставалось делать, как засунуть руку во внутренний карман андовакка и коснуться книги рыцаря. Та отозвалась знакомой ему уже пульсацией и он извлёк из неё уже знакомый некоторым присутствующим золотой кубок, усыпанный драгоценными камнями, а вместе с ним большую золотую корону. Кубок немедленно наполнился золотистым напитком посвящения. Передав корону императору Велириану, Кир, протянув кубок Дюку Мошу, ободряюще кивнул ему головой и улыбнулся. Дюк принял кубок из его рук без малейшего колебания и даже не моргнул глазом, когда рыцарь Света, коронующий императоров уже не впервые, обнажил свой меч. Он решительно выпил напиток и, терпеливо дождавшись того момента, когда Кир коснётся кончиком меча его плеча, встал и сказал:

– Благодарю вас, государи мои. Прошу прощения, но я некоторым образом вынужден вас огорчить, так как буду отныне не только повелителем Гурвала и в этой должности представлять наш мир на Астриуме, но и рыцарем Мастера Миров, а потому всякий раз, когда маги Долины пошлют моему магу-проводнику сигнал, что где-то зашевелилась нечисть, я немедленно отправлюсь в бой.

Император Велириан возложил на его голову корону и сказал:

– Не волнуйся, мальчик мой. В твоё отсутствие будет кому присмотреть за Гурвалом. К тому же любая, даже самая длительная и опасная миссия рыцаря Света длится всего лишь миг за исключения того времени, что ты будешь проводить на Астриуме, давая отчёт Ароссе. Нам будет очень радостно знать, что наш император, восседая на троне, не наслаждается своим величием, а всего лишь ждёт того момента, когда его призовут на борьбу с силами зла. А теперь извини, но мы все ждём от тебя ответных действий.

Император Дюк кивнул головой, провёл рукой над своим золотым кубком, отчего тот вновь наполнился золотистым напитком и, слегка улыбнувшись, сказал:

– Император Велириан, прими из моих рук этот кубок, испей напиток посвящения в правители народов и докажи тем самым всему народу Квантарры, что ты правишь им по праву, как помазанник Божий.

За каких-то сорок минут церемония превращения президентов в королей завершилась и Кир, взяв довольного императора Квантарры по руку, отвёл его в сторонку и, решив не откладывать этого дела на завтрак, принялся допрашивать его величество, ласково спросив:

– Велириан, скажи мне, кто слил тебе эту информацию? Не то чтобы она была слишком секретной, но мне всё же хочется знать имя того великого умника, который всё так ловко обтяпал.

Все его маги, кроме Атиллы, немедленно подошли поближе и император Велириан, мужчина весьма статный и импозантный, одетый в парадный белый генеральский мундир с золотыми позументами, хитро прищурившись, ответил приосанившись:

– Известие о том, что только так Гурвал сможет войти в Золотой круг миров сферы Астриума, я получил от Давера Николса ещё неделю назад и оно меня, представьте себе, нисколько не расстроило.

Видя, что Кир пристально посмотрел на Давера, Атилла подошел к Киру и сам во всём признался, спросив с надменным видом:

– Ну, и чего плохого было в том, что я рассказал Райло о твоей привычке проверять королей на профпригодность с помощью коньяка? В конце концов ты сам ему рассказал об этом куда больше меня, а я всего лишь дополнил твой рассказ парочкой интересных историй.

Кир улыбнулся и сказал в ответ:

– Атилла, я не нахожу в этом ничего плохого. Просто мне казалось, что такие вещи нужно делать не на скорую руку и в куда более подходящей обстановке. Мы ведь находимся не на какой-то там отсталой планете, где народу нет никакого дела до своих правителей, а на Гурвале с его чуть ли не тысячелетними традициями демократии и, вдруг, на тебе, я мало того что короновал на царствие императора на ночь глядя, так ещё и сделал это в офицерской столовой. Да, это, конечно офицерская столовая президентского дворца, но всё-таки.

Вчерашний генерал-директор, а ныне король Риго, испивший из кубка посвящения и оставшийся в живых, рассмеявшись воскликнул:

– Кир, друг мой, после того, как та тварь, восставшая из ада, была сражена твоим Бадхором и сгорела на глазах у множества мужчин и женщин, уже никто не усомнится в том, что я буду править Наленором по воле самого Ароссы. Поверь, немного найдётся в нашем мире людей, которые отважатся бросить вызов судьбе и предъявить свои права на трон и каждый из нас подумал трижды, чем отважиться на этот шаг, но дело того стоило. Теперь каждый из присутствующих здесь президентов, которых император Дюк повенчал на царствование, является отныне помазанником Божьим и этого уже никто не сможет оспорить, а ведь Аросса мог сжечь любого из нас, будь мы недостойны короны. Так что какая разница, где это произошло? Главное ведь заключается не в этом, а в том, что мы все поняли за эти дни, что нам нужно сделать для своего мира помимо того, что мы должны были во что бы то ни стало одержать победу над лордами тьмы. Для достижения этой победы ты посвятил в рыцари Света десятки тысяч людей, большую часть из которых видел впервые и среди них не нашлось никого, кого Аросса не признал достойным этого высокого звания, так неужели ты думаешь, что это никак не повлияло на нас? Гурвал не является миром полной гармонии и совершенства, ему ещё только предстоит стать миром добра и взаимопонимания, но мне кажется, что даже на Астриуме порой кипят страсти и плетутся хитроумные интриги. – Тетюр не выдержал, услышав такие слова, и, громко рассмеявшись, воскликнул:

– Риго, ты даже не представляешь себе, какие там кипят страсти! В иные дни, когда маги Горы затевают очередную великую склоку с магами Долины, а эти доблестные засранцы, рыцари Света, делятся на несколько партий и начинают примыкать к тем или другим, но чаще гнуть свою собственную линию, а эльфы начинают гонять всех подряд, включая даже тех, кто не примкнул ни к тем, ни к другим, в основном нас, магов-проводников и магов-помощников, мастер Аструал, порой, грозится сбежать куда-нибудь и больше никогда не возвращаться в Сапфировый дворец, но потом он всё же вызывает к себе спорщиков, терпеливо выясняет суть их взаимных претензий и все приходят к мирному соглашению до тех пор, пока не найдётся новая причина для спора. Но, прости меня, друг мой, что я перебил тебя.

Король Риго, довольный этим высказыванием, кивнул головой и закончил свою короткую речь словами:

– Поэтому, Риальдо, мы и попросили императора Велириана подвести Кира к тому, чтобы он короновал этого парня. Дюк отважно сражался с нечистью, был трижды тяжело ранен и всякий раз поднимался на ноги и снова шел в бой вместе с юношами и девушками Астрианы. Впрочем, уже завтра выяснится, что на его месте, якобы, мог бы оказаться каждый, но только не тыковки этих завистливых типов, а его голову Кир увенчал королевской короной, которую всего через какой-то месяц сменила корона императора Гурвала. Кир был прав, когда сказал, что наш мир достиг больших высот в своём развитии, но тем больше нам всем придётся приложить усилий к тому, чтобы он занял подобающее место в числе миров Золотого круга и, самое главное, чтобы он сделал невозможной победу Амала в грядущей последней битве. Именно с таким строгим наказом я и отправлю на Армагеддон всю свою армию.

Все снова вернулись к столам и после того, как были осушены кубки за здравие императора Дюка и его королей, ужин продолжился с удвоенным воодушевлением. Усталость со всех смахнуло, как рукой, а поскольку компания была весьма тесной, то новоявленные монархи тотчас принялись расспрашивать чистильщиков о том, какие порядки заведены на Астриуме и чего там следует ждать гурвальцам от его коренных обитателей. Вот тут-то пальма первенства перешла к Тетюру и Лайриниэль, так как никто лучше них не знал о том, чем живёт этот мир. Один лишь Козмо мог добавить к их рассказам несколько метких замечаний, но более всего гурвальцы были поражены, когда услышали от него заявление следующего рода, которое изрядно всех озадачило:

– Господа, не нужно думать, что Астриум является раем. Вы скорее сочтёте раем какой-нибудь из самых древних и потому далеко не самых продвинутых миров Золотого круга, который действительно похож на райский сад. Вот там действительно можно балдеть целыми днями лёжа на солнышке в каком-нибудь волшебном гамаке, тебя при этом будут со всех сторон облизывать услужливые големы и предлагать всякие яства. Заглянул я как-то раз в такой мир, чтобы отдохнуть от всех дел, побыл в нём денька три, а потом взревел погромче, чем Атилла, когда ему попадётся банка протухшей тушенки, и рванул к себе домой, на грешную Землю. Если я и посещаю Астриум не в одиночку, то только по двум причинам, чтобы постоять рядом, когда Кирюха сбрасывает в Сияющую пропасть какие-нибудь трофеи и затем послушать, как он отбрёхивается от старика после выполнения очередного задания магов Долины, или ради какого-нибудь торжества, когда уже нельзя отмазаться, сославшись на какие-нибудь важные дела. Зато иногда я прохожу с Земли на Астриум порой по три раза на дню, но только для того, чтобы поработать, если моя помощь бывает нужна магам Горы или магам Долины, я ведь всё же маг Первого круга и потому довольно часто моё присутствие там бывает просто необходимым и тогда мне посылают специальный вызов. Так что если вы намерены взяться за Гурвал всерьёз, то не ожидайте, что ваши визиты на Астриум будут похожи на путешествие в сказку. Скорее уж вас ждут там долгие беседы с мастером Аструалом, посвящённые тому, что вы сделали или не сделали, а они куда чаще сопровождаются битьём посуды, нежели соловьиными трелями. В Золотом круге есть множество типов из числа правителей, которые слетаются на Астриум, как мухи на варенье, лишь бы получить свою порцию почестей и они их там получают, но только до тех пор, пока туда не завалятся со своими парнями такие ребята, как Роджер или Ланион. Вот тогда эти бездельники огребают этих самых почестей по полной программе и даже с довеском. Это ведь только коренным жителям Астриума, да, нам, магам Первого круга велено быть гостеприимными и радушными, а Роджеру и Ланиону с их злобными королями абсолютно по фигу, что старик станет их потом журить по-отечески, они знай гнут свою линию, ведь каждый из них честно проводит свои полгода на Армагеддоне, а потому может позволить себе не спрашивая ни у кого разрешения вызвать Призрачный мост и пройти в Сапфировы дворец в любое время суток. Правда, на Астриуме найдётся не один и не два десятка таких мест, куда всякая праздношатающаяся публика никогда в жизни не попадёт. Взять хотя бы ту же кантину "Старый сапог" Фартара или трактир его лучшего друга и единственного конкурента Роэнвирта. Чтобы войти туда, нужно быть рыцарем, его магом или иметь в кармане специальный пригласительный билет, но можно быть ещё просто правителем такого мира, воины которого несут службу на Армагеддоне и самому при этом хотя бы изредка бывать там. Вот тогда вы можете смело входить хоть туда, хоть туда и требовать себе места за столом, а если там будет полно народа, то старый Фартар никогда не поленится накрыть для вас стол на террасе и накормит вас жареным батлогом, лишь бы вы не отправились через дорогу к его конкуренту. Он дорожит каждым своим клиентом. Да, и заказать себе лук у какого-нибудь знаменитого мастера вы тогда сможете без особых сложностей, не говоря уже о том, что вам будет разрешено в любое время посещать подземные города гномов и охотиться в степях орков. В общем, господа, для того, чтобы вас принимали на Астриуме так, как принимают рыцарей и солдат мастера Аботана, вам нужно будет просто доказать всем, что вы не коронованные бездельники.

Количество вопросов после этого резко возросло и тут уже всем чистильщикам пришлось давать ответы. От Кира тем не менее не ускользнуло то, Давер Николс хотя и слушал внимательно, что они рассказывают об Астриуме, всё же чувствовал себя в этом зале если не лишним, то уж точно не в своей тарелке. Поэтому, дождавшись того момента, когда Осейн, рассказав о том, как проще всего договориться с эльфийскими мастерами, чтобы они посетили Гурвал и передали гурвальцам некоторые свои знания, умолк, Кир сказал, обращаясь в верховному хранителю заветов:

– Давер, тут некоторые ребята уже возомнили о себе, что они смогут продуть уши старику своими байками, а потому я позволю себе дать тебе один совет. На Ильмине у меня есть один отличный друг, Анри Ренье, он архиепископ и главарь всех попов этого мира, а в нём поклоняются доброй дюжине имён Мастера Миров. Так вот, старина, тебе нужно немедленно скрутить всех попов Гурвала в бараний рог и объяснить им, что без ордена Труала хрен бы они все вместе взятые смогли хоть что-либо противопоставить лордам тьмы. По сути дела сэру Аботану и на фиг не нужна тяжелая гурвальская артиллерия, хотя он и не откажется от таких прекрасных артиллеристов. Майк Стоун со своими инженерами построит ему и не такие пушки. Естественно, я вовсе не говорю, что все они пойдут на металлолом. Для них найдётся место в системе обороны Армагеддона, но не это главное, старина. Мирам Золотого круга до зарезу нужны гуиры, а старику такие ребята, как Анри и ты, Давер. Для таких людей, как вы, а их, поверь, у старика не так уж и много, у него имеются особые поручения и хотя Анри не любит распространяться о своих частых отлучках, уж я то хорошо знаю, куда его посылает сэр Аструал и, главное, зачем. Так что ты уж будь добр, наведи порядок в своей вотчине. Солдат-монахов ты можешь гнать их ордена в три шеи, они свою работу уже сделали, а вот со всеми остальными своими хранителями заветов и особенно со служителями храмов Ароссы на всём Гурвале ты уж разберись и сделай это как можно скорее. Что тебе нужно делать, ты знаешь гораздо лучше кого-либо другого, но об одной вещи я тебе всё же скажу и Ося с Лайриниэль, равно как и Тетюр с Ио это подтвердят. Всю свою сознательную жизнь я ношу на своей шее вот это – Кир расстегнул верхнюю пуговицу своего андовакка и достал серебряный крест, ладанку и кристалл с антидотом, некогда подаренный ему магом-проводником – Эти две вещицы хранят меня от всяческих неприятностей, но вот этот крест, на котором распят Иисус Христос, хранит мою жизнь. Такое имя выбрал себе Мастер Миров, когда явился в мой мир в очередной раз и я чту его, как Господа, именно в этом его воплощении и ни в каком ином. Твоя задача заключается в том, Давер, чтобы все рыцари Света прежде всего почитали Господа вашего Ароссу и пророка его Труала, как мы с Козмо почитаем Иисуса Христа, Осейн, Лайриниэль, Эхенор, Белегрунд, и Анганиэль Творца Ардфеора, Тетюр Вседержителя Ароэна, а Иоланта Будду, хотя мы все и знаем, что всё это сэр Аструал, Мастер Миров собственной персоной. Тем не менее, когда припечёт, а такое со мной случается частенько, то я обращаюсь с молитвой именно к Господу моему Иисусу Христу. Запомни это хорошенько, Давер, и добивайся любыми средствами, чтобы твоя паства не забывала, какому Богу она должна молиться.

Давер Николс одарил сердитым взглядом Райло Корбена и, молитвенно сложив руки, вкрадчивым голосом спросил:

– Что же получается, сын мой, служба моя Господину моему Ароссе и пророку его Труалу только начинается? А как же тогда мне следует рассматривать слова братьев моих, которые говорят, что мы уже вошли в Царство Божье и потому должны изменить некоторые порядки в храме Ароссы и особенно в ордене?

Кир насмешливо фыркнул и ответил с вызовом в голосе:

– Давер, не путай грешное с праведным. Ты всё прекрасно понял и, наверняка, вы священнослужители высшего ранга, в своей церкви теперь только о том и говорите, какие проповеди вам отныне следует читать своей пастве. Как-то раз Кен сказал мне, что в золотых свитках Ароссы очень много иносказаний и что их нужно принимать сердцем, а не пытаться понять умом. Вот и действуй в том же духе, как наставляли свою паству святые отцы храма Ароссы в те далёкие годы, когда люди поклонялись чёрт знает кому. В общем берите на вооружение всё то, о чём говорил вам сэр Аструал устами Труала. Сам понимаешь, шонс сеять вам уже не нужно, равно как и заявлять о том, что Труал отмолил все ваши грехи на тысячу лет вперёд. Кончилось то время и теперь вы становитесь не последователями Труала, а просто священнослужителями храма Ароссы и если завтра на Гурвал завалится какой-нибудь тип, который поклоняется Бог весть какому имени старика и ему потребуется войти в дом Господа нашего, чтобы совершить какой-либо обряд, то его не выгонят из храма пинками, а предоставят ему для этого всё необходимое. В общем не моё это дело, давать тебе советы на этот счёт, ты и сам прекрасно во всём разберёшься и к тому же у тебя ещё будет время обо всём поговорить лично с Труалом и Ароссой в одном лице. Ну, а уж коли ты задал мне вопрос о своей службе Ароссе, то я тебе так скажу, Давер, сэр Аструал частенько отправляет Анри в такие миры, в которых люди только-только встали с четверенек на ноги и задумались о том, кто же они такие и что их породило. Вот там-то он и проповедует Слово Божье, но всякий раз не так, как ему это взбредёт в голову, а так, как поручит сэр Аструал, но это я тебе говорю лишь для того, чтобы тебе было сподручнее выработать со своими коллегами стратегическую линию поведения.

Давер Николс после этих слов воспрянул духом и обвёл всех королей и императоров таким взглядом, что те невольно поёжились, а Дюк Мош, вздохнув, сказал с улыбкой:

– Ваше преосвященство, я всё понял. На исповеди я не был уже добрых три года и обещаю, что завтра же приду в храм и попрошу отца Телиона, настоятеля университетского храма Святых Даров в Беодонисе, стать моим духовником. Когда-то он был для меня самым главным человеком, моим тренером, но теперь, когда я сменил биту на рыцарский меч, его наставления станут для меня ещё важнее.

Верховный хранитель заветов тотчас осенил императора, сидевшего напротив него, святым кругом Ароссы и сказал с улыбкой:

– Сын мой, благословляю тебя на сей мужественный шаг и надеюсь на то, что отец Телион не наложит на тебя слишком строгого кандента, но даже в том случае, если это будет сделано, прими самый суровый кандент во искупление своих грехов, а их у тебя накопилось с избытком. Поверь, сын мой, несколько часов молитв не обременят тебя, но наполнят душу уверенностью. Хотя сэр Кир и не сказал нам об этом, но я верю, что уж он то регулярно посещает храм.

Козмо, благодаря которому сэр Кир каждое воскресенье был вынужден вставать ни свет, ни заря, чтобы поспеть к заутрене, закивал головой и немедленно подтвердил это:

– Так оно и есть, отец Давер, пусть и из-под палки, но этот сэр храм посещает каждое воскресенье, а по великим праздником даже ходит и на всенощную службу. Да, и жертвует на храм он тоже регулярно и очень щедро, но тайно. Вот как раз на это у него всегда время находится, хотя водится за ним один грешок, очень он уж любит поправлять святых отцов, когда речь заходит о некоторых строках в святом писании. Уж сколько я его не вразумлял на этот счёт, а он всё одно, не может сдержаться, чтобы не затеять спора со священником нашего храма, когда мы вместе рыбачим.

Иоланта, которая относилась ко всем религиям лишь как к декору, обрамляющему всякую человеческую цивилизацию, поскольку была потомственной магессой, услышав это зарычала и воскликнула:

– Да, вы оба, и ты, Козмо, и этот твой отец Иоанн, так достали нас всех своими постами и особенно требованиями ходить в церковь по воскресеньям, что дальше уже некуда. Можно подумать, что мастер Аструал от этого пребывает в восторге.

Атилла, который и вовсе никогда в жизни не заходил ни в один храм, немедленно поддержал Иоланту:

– Это точно, меня так иной раз и подмывает тяпнуть этого типа за задницу, когда он гладит меня по голове, но он же делает это делает с такой искренней любовью, что с другой стороны у меня хвост сам собой начинает вилять. – Видя удивление в глазах Давера, дракон немедленно пояснил – Когда к нам в дом на Земле приходят гости, я всегда принимаю облик здоровенного серого пса, чтобы не пугать народ.

Черту под этой дискуссией подвёл Кир, который сказал:

– Господа, давайте заканчивать, мы всё же не в храме. Единственное, что я хочу сказать по этому поводу, – наши молитвы, обращённые к Мастеру Миров, хотя он их все и слышит, направляются прямиком к высшим силам, а им возносит свои молитвы и сам сэр Аструал. Так что давайте просто выпьем за то, что нам сегодня удалось хорошо сделать свою работу и ни одно адское порождение не смогло покинуть Гурвал и отправиться гулять по сфере Астриума. Ну, а обо всём остальном будем думать завтра, на свежую голову.

Во втором часу ночи чистильщики вышли из казармы теперь уже короля Наленора и направились прямиком на плац. Кто-то пригнал туда "Немезиду II" и она парила в полуметре над асфальтом, уцепившись за него всеми якорями, а возле открытого настежь десантного люка с опущенной аппарелью стояли часовые. Почесав в затылке, Кир сотворил двух големов с улыбающимися физиономиями и велел парням отправляться в казарму, после чего поднялся по аппарели, сел на краю палубы и, словно фокусник, достал из-за уха сигарету. Это был его секретный знак для Козмо, что он не прочь побеседовать с ним наедине и Тетюр стал заталкивать всех внутрь флайера, поскольку всем остальным тоже хотелось поговорить с ним. Иоланта взяла под руки Лайриниэль и Анганиэль и повела их в свою каюту. Ей тоже хотелось побеседовать с подругами. Кир, прикуривая от зажигалки, протянутой Козмо, сделал глубокую затяжку и сказал:

– Серёга, что-то здесь всё равно не складывается.

Козмо пыхнул своей цыганской трубкой и согласился:

– Это точно, Кирюха. Что-то здесь точно никак не срастается, хотя всё внешне выглядит просто замечательно. Я давеча даже чуть было не прослезился от умиления, когда Велириан поставил Дюка перед тобой по стойке смирно. До чего же всё у нас складно вышло, даже плеваться хочется и меня это очень сильно беспокоит, но ещё сильнее меня беспокоит это твоё радужное кольцо, маг ты мой девятикратный. Дай-ка мне на него взглянуть, дитятко.

Кирилл с усилием снял кольцо, протянул его другу и сказал:

– На, держи, только смотри не вздумай дуть на него своими дымами, Серёга, оно не любит грубого обращения.

Козмо покивал головой и всё же выдул из трубки густую струю тёмно-синего дыма, но только для того, чтобы сотворить себе большую магическую лупу. Рассматривая кольцо через неё, он спросил:

– Кир, когда ты передавал послание Амалу, ты имел ввиду это кольцо и тот день, когда встанешь напротив него с Бадхором?

Рыцарь молча кивнул головой, а Козмо продолжил рассматривать магический инструмент своего друга. Покрутив головой, он вернул кольцо Кириллу и, пыхтя трубкой, высказал своё мнение:

– Знаешь, Кирюха, это никакой не магический инструмент. Твоё радужное кольцо это нечто совершенно иное, я бы сказал, что оно скорее всего является не то пропуском куда-то, не то тайным знаком для кого-то. А ещё мне сдаётся, мальчик мой, что ты маг не чета нам всем вместе взятым, но тебе об этом лучше помалкивать. Да, вот ещё что, Кирюха, ты бы это кольцо снял и спрятал в своей книженции или в крайнем случае замаскируй его под какую-нибудь рыжую гайку, ну, а для вящей маскировки слепи какую-нибудь загогулину и если тебе потребуется колдонуть, то ты выдашь её за магический инструмент, ведь тебе, как я полагаю, теперь вообще никакой инструмент не нужен по той простой причине... В общем я даже не стану этого вслух произносить, ты и сам знаешь по какой причине. Так ведь?

Кир кивнул головой, решительно снял с пальца радужное кольцо, засунул его в магическую книгу рыцаря и, щелчком подбросив недокуренную сигарету в воздух, чуть шевельнув бровью заставил её вспыхнуть и обратиться в лёгкое облачко. Прямо из воздуха он вынул его точную копию, только не с белой и чёрной дорожками, а с золотыми и надел на палец, после чего сказал чуть ли не шепотом:

– Ох, Сергей Алексеевич, жутковато мне что-то сделалось от всего этого, но самое главное заключается в том, что нам теперь кровь из носу нужно найти двух последних лордов. Сами по себе они гроша ломанного не стоят, но Амал на них сделал большую ставку. Он ведь сейчас буквально в двух шагах от поражения и если я облажаюсь на Гурвале, то вскоре такое начнётся, что страшно даже подумать.

– Если МЫ облажаемся. – Сказал с нажимом Козмо – Не забывай, Кирюха, здесь собраны две команды отличных магов и нам тоже никак нельзя облажаться, ведь мы все точно такие же рыцари, как и ты, мой дорогой гвардии сержант. – Кирилл посмотрел на друга с улыбкой и тот, поняв всё немедленно погрозил ему пальцем и рыкнул – Но-но, командир, даже думать об этом не смей. Хотя ты и вошел в высшую лигу, я тоже не пальцем сделанный и успею разрушить твою магическую конструкцию, которой ты попытаешься нас спасти. Знаешь, парень, тут начались такие разборки, что или грудь в крестах, или голова в кустах, а поскольку меня ждёт на Ильмине самая прекрасная девушка, которую я могу смело вести под венец, чтобы отец Иоанн мог свершить над нами обряд, то мне никак нельзя проиграть. Честное слово, я его за это вместе со всем семейством за это на Астриум препровожу и в рыцари определю. Он ведь, как ты это знаешь, тоже в Афгане воевал и как и мы оба с тобой десантник. Ну, ладно, об этом мы ещё успеем поговорить, а теперь будь добр, ответь-ка мне вот на какой вопрос, Кирюха, – что Амал после этой оплеухи делать будет? Мне, как ты это сам понимаешь, плевать на все его козни, а вот за Оську и его команду я всё же волнуюсь.

Кир улыбнулся и, махнув рукой, ответил:

– Ничего с нашим Осей не случится, Серёга, но одно я могу сказать со всей определённостью, если мы спасём Гурвал, Амал тотчас нажмёт на все свои адские кнопки и нечисть попрёт на нас буром, словно с цепи сорвавшись. Он и так в последнее время озверел сверх всякой меры, а тут совсем с катушек сорвётся и с каждым днём мощь его адских порождений будет только нарастать. Так что Осейну придётся теперь попахать, но ему это будет только в радость, да, и всем тем парням, которые раньше нам завидовали, будет уже не до этого. Амал возьмётся за дело очень серьёзно и уже не будет размениваться по мелочам, а закончится всё это чудовищным взрывом и если мы не спасём Гурвал и в нужный момент меня не будет на Армагеддоне, то Аботан и Тартаботан погибнут. Причём погибнут навсегда, а у Аструала возникнут очень большие проблемы, ведь тогда Амал вырвется на свободу. Победы он не одержит, но в грядущей войне будут уничтожены тысячи миров. Вот такую западню нам уготовил Амал на Гурвале и сейчас, вот в эту самую минуту даже высшие силы не смогут сказать Аструалу, на чьей стороне будет удача.

Кир достал вторую сигарету из-за уха и Козмо, давая ему прикурить, сердитым голосом сказал:

– Сержант, брось мне пороть тут чушь про какую-ту там удачу. Удача нужна одним только раздолбаям и слабакам. Думать нам теперь нужно, Кириллка, и думать самым основательным образом. Начать, кстати, можно прямо сейчас, пока свежи впечатления от битвы и если тебе это не в лом, то давай пройдём в магическую мастерскую. Сдаётся мне, что Тетюр не зря сотворил для твоего посвящения эльфийский нертеалкаон. Ну, что ты на это скажешь?

Решительно помотав головой, Кир отказался:

– Нет, Кузьмич, сегодня это будет совершенно беспонтовое занятие, я уже всё посчитал. В нертеалкаон мы войдём, но только не сегодня, не завтра и вообще не в этом году. Нам долго придётся здесь торчать, сколько именно я не скажу, поскольку Амал этого не знает, а я не хочу давать ему никаких подсказок, но времени зря нам терять нельзя.

Козмо пристально посмотрел на Кирилла и сказал со вздохом:

– Ох, Кирюха, и достал же ты меня своими пророчествами, авгур хренов. То ты говоришь нам, что будущее наше будет счастливым, то, вдруг, начинаешь лепить что-то возможной гибели Гурвала. Ты бы того, определился со своими пророчествами и гнул какую-то одну линию, а то у тебя всё получается, как у какой-то грёбаной гадалки.

– Это всё потому, Серёга, что мне дано несколько вариантов возможного будущего и названа цена за каждый из них. Причём платить должен не я, а весь мир, вся Вселенная, ну, это в том смысле, если, допустим, ты сделаешь, это, а не то, что тоже мог сделать, то в результате события будут развиваться по одному сценарию и поскольку ты у нас хоть круть верть, а хоть верть круть, маг Первого уровня, то от тебя зависит жизнь очень большого числа людей, точнее то, в каком направлении она пойдёт, ведь тебе дана сила влиять на судьбы людей и кого-то ты можешь возвысить, а кого-то поставить на место, но ты сам при этом будешь продолжать свою борьбу. Помнишь того скота, Хаджи-Ахмеда, которого ты спровадил на Сковородку? – Козмо кивнул головой – Ты оказал ему большую услугу, Кузьмич, пройдя через этот ад он возродится на Раваре, можешь даже не искать этот мир в своей магической книге, ещё не родился тот маг, который его сотворит. С Равары, на которой Хаджи-Ахмед окончательно очистит свою душу от зла, он перейдёт на Сулур, начнёт жизнь чуть ли не с чистого листа, так как родится там, станет уже в молодые годы вождём племени, проживёт долгую жизнь и построит первое государство, а затем будет убит своими же собственными детьми потому, что им захочется поскорее воспользоваться плодами его трудов, и Аструал перенесёт его на Ноумеру, этот мир тебе хорошо известен, ведь находясь именно там ты создал Сковородку, и вот там, став магом и великим правителем молодого и дерзкого мира, он свершит великие деяния и введёт Ноумер в Золотой круг и произойдёт это через двести сорок два года по летоисчислению Астриума, то есть очень скоро. На Земле к тому времени уже не будет государства Афганистан, а на том месте, где стоял Кабул, будет расти лес, но афганцы не исчезнут, просто они назовут своё государство по другому. Впрочем к тому времени государств, как таковых, на Земле уже не будет, вместо них появятся какие-то таунланды, аграрно-промышленные мегаполисы. Кузьмич, я рассказал это просто так, для примера и ты не успеешь и глазом моргнуть, как станешь свидетелем этих событий, только Бога ради, я тебя умоляю, не спрашивай меня о том, что произойдёт с тем или иным человеком. Все те, кто тебе дороги, будут в полном шоколаде и я в том числе, если мы сможем решить загадку Гурвала. Нам больше не придётся здесь ни с кем сражаться и меня бесит только одно, при всём том, что напрямую этому миру уже ничто не угрожает, он, блин, всё же стоит на краю гибели и от этого у меня уже башка кругом идёт. Вдали я вижу несколько вариантов будущего для этой Вселенной, а точнее три и ни в одном из них меня нет и я почему-то при этом совершенно спокоен по этому поводу, но вот у себя под носом, то есть в самом ближайшем будущем именно на Гурвале, я ни фига не вижу.

– Ладно, ты меня успокоил, Кирюха, но ответь мне хотя бы на один единственный вопрос, куда ты денешься? – Спросил Козмо глядя на затухающую уже перламутрово-золотую вуаль – Или на этот вопрос я тоже не получу от тебя никакого ответа?

Кир усмехнулся, но как-то вымучено, и проворчал с раздражением:

– Чёрт его знает куда я денусь, когда мы уроем Амала окончательно. Может быть я превращусь, как Рауль, в дракона, а может быть просто стану духом-хранителем, но так или иначе смогу видеть вас, или же мне просто известна ваша судьба во всех трёх её вариантах, а вот что будет со мной мне, увы, неизвестно, но, я, чёрт возьми, всё же буду, вот только кем, неизвестно. Хотя, как знать, может быть я действительно стану вашим духом-хранителем, ведь что-то хранило меня самого и вас вместе со мной все эти годы, а ведь мы побывали во многих переделках и некоторые из них были весьма опасными. Знаешь, Кузьмич, мне кажется, что иногда нужно расслабиться и просто плыть по течению, чтобы в нужный момент сделать рывок, выбраться на берег и начать действовать быстро и решительно. Пожалуй, это единственная умная мысль, которая пришла мне в голову за весь сегодняшний наш разговор, а всё остальное было сплошным нытьём.

Козмо толкнул Кира локтем в бок и спросил:

– Ну, хорошо, ты можешь хотя бы сказать мне, что это за три варианта будущего? Пусть даже в общих чертах, без деталей.

Рыцарь-маг дёрнул плечом, словно его коснулось что-то малоприятное, но затем быстро взял себя в руки и принялся рассказывать:

– Первый вариант самый плохой, Кузьмич. Гурвал погибает, но перед этим я отправляю вас на Астриум. Амал ликует и спускает на Аструала и его рыцарей всех своих псов. Одна атака следует за другой, но ему уже не удаётся создать мощной нечисти. Однако, через несколько лет брюхо Татаботана не выдерживает и взрывается, Аботан и Тартаботан погибают, а Амал вместе с частью своей нечисти, которая в один миг обрела тела ни чета прежним, бежит с Армагеддона и начинается большая война. Она продлится сорок три года и хотя будет уничтожено множество миров, он всякий раз будет терпеть одно сокрушительное поражение за другим и в конце концов Аструал его уничтожит, но зёрна зла, которые продолжает сеять его адская машина, будут прорастать вновь и вновь, но рыцари их уничтожат и выведут всё новые и новые миры в Золотой круг. Второй вариант немного лучше, но Гурвал всё равно погибает и я исчезаю вместе с ним, но спасаю вас. Далее всё идёт точно так же, как и по первому сценарию, только ты успеваешь выдернуть Татаботана, пока Осейн и Тетюр держат Аботана. После этого начинается большое махалово и всё войско Амала истреблено, но он умудряется улизнуть и начинается большой поиск. После одиннадцати лет погони Дюк Мош находит тот мир в материальной Вселенной, в котором он спрятался и три величайших рыцаря Света, Аструал, Аботан и Тобби уничтожают Амала и его не спасает даже то, что он уже сотворил гигантских космических големов. Третий вариант самый благоприятный для всех, включая меня самого. Гурвал спасён, котловина из иксиния укреплена по максимуму, Амал вместе со своей нечистью вырывается из огненного брюха Татаботана, но оно его не отпускает от себя и тогда мы уничтожаем его вместе со всей бандой и моя служба на этом заканчивается, я ухожу на дембель, а вы продолжаете воевать со злом. На моё место приходит другой рыцарь Света и жизнь продолжается. Не знаю почему, но вы не тоскуете обо мне. Может быть потому, что Аструал надевает на палец кольцо созданное мною, а может быть ещё почему-то. Во всяком случае мне и самому не всё ясно во всей этой истории, но самое главное заключается в том, что все почему-то довольны, в том числе и я сам. То и дело до Астриума доходят слухи, что меня видели то в одном мире, то в другом и доброхоты всякий раз доставляют в Сапфировый дворец мужчин, к которым я пришел на выручку в тяжелый момент, и женщин, с которыми переспал. И те, и другие до того дня обо мне вообще ничего не слышали, ведь всё это происходило в опорных мирах, но рассказывали при этом всё в таких подробностях, что на этот счёт не оставалось никаких сомнений и тогда за моё здравие во всех тавернах Астриума и многих других миров поднимали кубки. Самое же смешное заключается в том, Серёга, что я и сам могу рассказать все эти истории, а их, поверь, не один десяток, когда я выходил откуда-то из темноты проводил в этих мирах когда день, другой, а когда и несколько недель после чего куда-то снова уходил. Несколько раз я даже бывал в будущем на Астриуме, Ильмине, Алассеа-нор-Эльдаре и меня узнавали и там, но ни разу мне почему-то не пришло в голову подойти к кому-либо из вас, друзья мои, видимо на этот счёт есть какой-то запрет. Впрочем ты будешь первым, Серёга, кому очевидец расскажет эту историю и когда ты доложишь об этом старику, он будет громко хохотать. На всякий случай запомни одно имя, Шахан Таварон. Всё, хватит, больше я тебе не скажу ни слова, Кузьмич, и настоятельно советую тебе больше никогда не затевать со мной подобных разговоров, если не хочешь, чтобы я предпринял в отношении тебя магию. Мне не сложно избавить тебя от воспоминаний об этом нашем разговоре.

Козмо поднял руки вверх и сказал, смеясь:

– Всё, парень, буду нем, как могила. Пошли спать, завтра, а точнее уже сегодня, нам предстоит ещё более тяжелый день, чем вчера, хотя вчерашний день не показался мне таким уж тяжелым за исключением того, что я чуть спину себе не сломал, уворачиваясь от тебя, когда ты лупил по тем улетающим снарядам, в какие я уже всадил по три, четыре стрелы. Тебе же казалось, что этого мало.

Глава двенадцатая.

– Ну, что, пташка моя шизокрылая, доигрался? – Смеясь спросил Кир Атиллу, хохочущего сидя в руинах гейзера. – Говорил же тебе, оставь эту дурацкую затею, не поднимет гейзер такую тушу. Ну, подумай сам, чудо с крыльями, заткнуть не такую уж и большую дырку такой здоровенной задницей в надежде на то, что тебя подбросит в небо, разве это не глупость? Ты только, полюбуйся, что ты здесь натворил, хуже Мамая какого-нибудь прошелся. Когда-то огромный красавец-гейзер был гордостью всего этого горного края, а теперь превратился чёрт знает во что, сплошные руины Сталинграда. Надеюсь этот бедный Великий Трубач Геринии хоть клизму тебе поставил?

Атилла, сидевший в огромной луже, оглядел обломки гейзера, некогда имевшего форму широченного конуса высотой в двести метров и жерлом метров в тридцать, пробасил довольным голосом:

– Ничего, Кирюха, щас я его заново склею. Станет, как новенький. Он уже подо мной в третий раз разваливается, но иногда знатно стреляет, метров на двести меня вверх подбрасывает. Ты даже не представляешь себе, какой это кайф, старик.

– Ладно, вылезай, горе ты моё летающее, я сам всё отремонтирую и хорошенько укреплю этот несчастный гейзер, чтобы ты мог в нём париться и дальше. – Смеясь сказал Кир и Атилла, резко уменьшившись в размерах, перелетел из руин в большое кипящее озеро и нырнул в него, взметнув тучу брызг, пахнущих сероводородом.

Пока дракон плескался в крутом кипятке, а затем блаженствовал, плавая в озере кверху пузом, рыцарь-маг быстро восстановил гейзер, стены которого ему пришлось попридержать, чтобы обломки не разлетелись окрест во время взрыва, и придал ему прочность хорошей стали. Теперь эта паровая пушка могла выстрелить Атиллой вместо снаряда и на километровую высоту, если, конечно, не начнут с дикой силой фонтанировать все остальные гейзеры в округе. Кир заглянул в Восточную Геринию, эту страну вулканов и гейзеров, мимоходом, направляясь на Сорант, ну, и ещё чтобы полюбоваться на чудачества своего друга, заделавшегося от безделья, как и Эхенор, жутким сибаритом. Хотя все драконы и были по определению хищниками, в данном конкретном случае по следу нечисти они шли из рук вон плохо и могли учуять только самые свежие её следы. О том, чтобы разобраться в следах пятидесятилетней давности, не шло уже и речи.

Тут хоть обратись оба людьми, теперь практически ничем не отличимыми от всех остальных людей, хоть драконами величиной с ласточку или такими громадинами, высотой метров в сорок, прока от них не было никакого и им обоим был предоставлен бессрочный отпуск до завершения миссии, финал которой по-прежнему представлялся Киру туманным. Драконы, махнув хвостом на все трудности и сложности поиска, резвились, словно малые ребята. Обернувшись двумя весёлыми, разбитными парнями за два метра ростом, они не стали шастать по Гурвалу вдвоём, а разделились и ударились во все тяжкие. То в одном, то в другом городе они закатывали кутежи, устраивали карнавалы в свою честь, веселили народ и веселились сами, показывая пример всем остальным драконам планеты. Заводили любовные шашни как с девушками драконами, так и с самыми обычными девушками и совершенно не волновались о том, чем всё это время занимаются их друзья-чистильщики.

Совсем другое дело Белегрунд и Анганиэль. Эта золотая пара наоборот брала след даже почти трёхсотлетней давности и лихо распутывала тот хитроумный клубок, который намотали двенадцать лордов тьмы. Они также превращаясь в людей практически ничем от них не отличались, но только внешне. Внутренне они оставались всё теми же добродушными золотыми медведями с взрывным характером, вот только взрываться им было не с чего, поскольку для того, чтобы они могли проявить себя, как прекрасные бойцы, рыцари-маги, им требовалась нечисть, а как раз её-то в поле зрения не наблюдалось. С того момента, как состоялся разговор между Киром и Козмо, прошло уже почти два года, минус три недели, а чистильщики так ещё и не вышли на след двух затаившихся чёрных магов, хотя и знали о них уже предостаточно. Более того, они прошли почти по всем их следам и посетили все места, где те когда-то бывали.

Когда Кир около полудня вышел из своей каюты, в которой он проснулся один, так как Иоланта поднялась часа на два раньше него, то он не обнаружил Козмо не только на борту "Немезиды II", но и вообще в Аролунге и даже на острове Наленор. Его маг-помощник смылся, бросив их всех на растерзание жителям города и даже не соизволил ни с кем попрощаться, отправившись в Алеман, который однажды встретил их так негостеприимно. Там он не стал принимать участия в торжествах по случаю повторной коронации императора Велириана, которого народ был готов таскать на руках из одного конца города в другой недели три подряд, а сразу же отправился на виллу мага Арко, той давно уж был придан надлежащий вид дворца, в котором жил творец сорантского чуда. Арко снова увлёкся наукой, но теперь уже круто замешанной на магии и вынашивал новую идею, как ему заставить гору из золотистого топаза, испускающую яркие лучи, родить кристаллы, дающие такую прорву энергии, что её теперь просто некуда было девать.

Собственно говоря Арко нужен был Козмо только для того, чтобы он свёл его с квантаррийскими компьютерщиками, умевшими строить такие суперкомпьютеры, что им позавидовали бы и на Кольптене. Он залез в имперскую академию искусственного разума на два с лишним месяца и не высовывал носа оттуда до тех пор, пока не создал вместе с компьютерным гением магом Орсо, бывшим некогда профессором Кэем Орсано, совершенно поразительный, чудесный и так далее до бесконечности в самых превосходных степенях, магический компьютер, а точнее искусственного мага. В сложенном виде этот маг представлял из себя ребристый, позолоченный кофр длиной в метр двадцать, шириной в метр и толщиной сантиметров в семьдесят с закруглёнными рёбрами и углами, который парил над полом на высоте полуметра, так как в его нижнюю часть был вмонтирован аэроновый диск, запечатанный не в медь, как обычно, а в золото, что создавало весьма приличную вертикальную тягу.

Верхняя крышка корпуса искусственного мага была украшена эльфийским алкаонами. По четырём углам размещались серебряные нелдеалкаон, кантаалкаон, лемпеалкаон и энгеалкаон размером с суповую тарелку, а в средине красовался сапфировый ресэалкаон, самый редкий из всех эльфийских алкаонов, так как цифру тринадцать эльфы, как и люди, недолюбливали, но только не маги. Двенадцатилучевой алкаон с центральным домом, посвящённым какому-нибудь астральному знаку, был очень мощным магическим средством, справиться с которым мог далеко не каждый маг. Когда Козмо сделал Кэя Орсано своим учеником и посвятил его в сакральные тайны эльфийской магии, то тот, по выражению мага-дымодува, мигом упал на памперс и выпучил глаза, после чего на четвереньках рванул к своему компьютеру и с идиотским хихиканьем стал накачивать его дымами всех цветов радуги, выдуваемых им из точной копии цыганской трубки, а когда через четыре часа закончил эту работу, упал перед преображенным компьютер на колени и разрыдался от избытка чувств.

То, чего вся имперская академия не могла добиться вот уже в течение добрых ста пятидесяти лет, маг Орсо сделал всего за несколько часов и теперь не мог поверить в то, что маг-компьютер мог дать ему ответы на множество сложнейших вопросов и при этом понимал всё с полуслова. После этого уже старый квантрарриец стал учителем Козмо и они вместе запрягли в работу всех компьютерщиков Гурвала до единого, загоняя их в массивное, старинное здание академии, как какой-нибудь падишах загоняет в гарем наложниц. Почти полтора месяца из Алемана не слышалось ни звука, пока маг Орсо громогласно не заявил на всю планету, что они создали идеального помощника для каждого мага Гурвала и первый, кто отправился на поклон к этим выжигам от науки, был император Велириан, которому надоели каждодневные склоки с его магами-советниками, так как у них на каждый его вопрос было как минимум по три взаимоисключающих ответа.

Как это уже случилось один раз в другом мире и по совершенно другому поводу, связанному с драконами, в вотчине мага Орсо не маг выбирал себе мага-компьютера в помощники, а тот выбирал себе мага и эта связь обещала быть неразрывной. Козмо мало что мог добавить к творению своего нового кореша и собутыльника по части архитектуры магического железа, но зато создал для него практически идеальную периферию, которая сразу же получила название – магическая сфера. Самым дорогим и дефицитным материалом, имеющимся в распоряжении магов-помощников, были аэроновые диски, но не смотря на это Козмо без малейшего сомнения или сожаления вынул их все до единого, все шесть тысяч штук, и передал магу Орсо, так как без них нельзя было создать сверхмощную, так называемую боевую магическую сферу, над созданием которой маг дыма трудился более месяца.

В конечном итоге у него получилось то, что Кир, испытав, назвал магическим летающим танком и прибавил, что имей они такие до штурма Заоблачной Крепости, им не пришлось бы столько потеть. Испытание магической боевой сферы проходило весьма необычным, если не сказать более, образом. Как-то вечером, когда восемь чистильщиков собрались поужинать в каком-то ресторане, куда их пригласил Кен Мартенс, перед ними открылись не двери этого заведения расположенного в центре Сэскоруна, а портал прохода, из которого высунулся небритый Козмо и, придирчиво оглядев их всех, рявкнул:

– С развёрнутыми знамёнами, с улыбками исполненными искренней радости, на склад магической продукции шагом марш!

Деваться чистильщикам было некуда и они со вздохом вошли в портал прохода вместе с Кеном и оказались в просторном подземелье, вдоль стен которого рядами парили сотни золотых сундуков, посмотрев на которые, Кир поинтересовался с опаской:

– Кузьмич, что это? Какие-то големы?

– Что-то вроде этого, Кирюха. – Ответил усталый маг – Вы, того, ребята, пройдитесь, покажите себя этим золотобоким парням, глядишь кому и понравитесь. Ребята они толковые, хотя и дюже вредные, но и вы ведь тоже не подарок. В общем если вы понравитесь этим магам-компьютерам, то обретёте себе не только прекрасных помощников, но самую мощную магическую броню, которую каждый из вас сможет сделать ещё прочнее. Да, и стреляют они о-го-го как.

Первой, кому удалось привлечь к себе внимание, была Лайриниэль. Золотой кофр, украшенный эльфийскими алкаонами, подлетел к ней уже чрез несколько секунд и слега боднул молодую эльфийку в её очаровательный зад. Она легонько взвизгнула, но, взглянув на ресэалкаон, в центре которого сверкала серебряная Исил, громко ахнула и тотчас требовательно взглянула на Козмо, но тот сказал:

– Лайриниэль, милая, давай дождёмся, когда кто-нибудь выберет Кира. Вот он и покажет вам всем, что такое магическая боевая сфера. Испытает её на себе и расскажет, как ему это понравилось.

Ждать слишком долго им не пришлось. После того, как ещё четыре золотых сундука молча выбрали себе партнёров, в их числе оказался даже Кен Мартенс, ещё один описал вокруг Кира несколько кругов, пока ткнулся к нему в колени. Рыцарь развёл руками и пока все остальные даже не знали, что им и думать об этих сундуках, беззвучно парящих над каменными плитами, беспечно сел на свой и стал наблюдать за тем, как в довольно большое подземелье, скудно освещённом несколькими лампами дневного света, суетятся золотые сундуки. Наконец они выбрали себе жертвы и куда-то улетели, а Кир, улыбаясь всё так же беспечно, насмешливо поинтересовался:

– Кузьмич, для стула этот твой летающий сейф немного жестковат. Может ты объяснишь нам, что это такое?

Маг Козмо покивал головой и сказал разведя руками:

– Кирюха, если бы у этого сейфа была своя магическая книга, то вам, рыцарям, уже были бы не нужны никакие маги-помощники. А теперь будь добр, оторви зад от ресэалкаона имей хоть какое-то уважение к Телумехтару, всё же это твоя путеводная звезда, и приложи к этому дому свою руку. Кстати, это не сейф, а маг-компьютер, не магический компьютер и не компьютер, а именно маг-компьютер, то есть искусственное разумное существо магической профессии, которое обладает свойствами обычного компьютера с бесконечно огромным объемом памяти. Сейчас твой маг-компьютер находится в сложенном, так сказать транспортном положении, но это вовсе не означает, что он не работает. Этот золотой парень, который, между прочим, взял себе славное имя Телумехтар, никогда не спит, как это и положено всякому нормальному магу, но, увы, мы слабы, а вот он запросто может постоянно бодрствовать. Как он будет тебе служить и как часто ты будешь обращаться к нему за помощью, это тебе решать, но лично я своего Силиндо как включил один раз, так больше и не выключаю. Советую и вам всем поступать точно так же. В любом случае более удобного кресла у меня никогда в жизни не было, а уж какой из него помощник, я вообще молчу, ведь мой Сил способен творить самые настоящие чудеса. Ты всё жаловался, что мы с Тетёхой не можем дать тебе прибор для поиска нечисти, Кирюха, вот, прошу, получи и распишись. Ну, ладно, давай, включай своего Телумехтара.

Кир, ошеломлённый словами мага, смущённо соскочил с летающего мага и быстро приложил руку к эльфийскому рунному знаку, олицетворяющему Телумехтар. Тотчас из нижней части кофра выдвинулась цилиндрическая золочёная опора с довольно массивной круглой платформой, а верхняя его часть превратилась в большой выгнутый пульт шириной метра в полтора с полуцилиндрическим экраном, прозрачным золотистым экраном и массивным, золотистым же полупрозрачным креслом, в котором легко было узнать типичного дымного голема. Кресло немедленно развернулось и ловко подхватило собой Кира, после чего повернуло его к пульту и он немедленно был заключён в полупрозрачную, блестящую золотую сферу. Козмо, который уже сидел внутри точно такой же сферы, воскликнул:

– Ребята, по сферам! Давайте выбираться наружу. Вы, кажется, собирались поужинать? Ну, так давайте полетим в Сэскорун, по пути и разберётесь с тем, что такое магическая боевая сфера.

Козмо создал портал прохода, ведущий в небо и первым вылетел из подвала имперской академии искусственного разума. Кир поторопился за ним и вскоре над морем засверкало десять шаров двухметрового диаметра, внутри которых визжали от восторга три магессы и покатывались от хохота два дракона, которые впервые в жизни летели не на флайере, а можно сказать просто сидя в удобном кресле. Кир, поражаясь прекрасному обзору, ведь он мог смотреть на море прямо перед собой и при этом видеть всё с удивительной чёткостью, спросил:

– Кузьмич, так это и есть тот самый чудо-помощник, о котором вот уже сколько времени пишут все газеты?

– В принципе да, Кирей, только более продвинутый в техническом смысле этого слова. Арко благодаря своему магу-компьютеру научился выращивать энергетические кристаллы и я сразу же оснастил ими эти летающие сундуки. Теперь они имеют такую огромную мощность, что я даже просто не знаю, с чем её можно сравнить, защиту они тоже создают совершенно невероятную, но даже не это самое главное, Кирюха, если ты присмотришься, то увидишь, что вокруг твоего Телумехтара на несколько десятков метров раскинулся магический эльфийский ресэалкаон, а это, как ты знаешь, уже само по себе является мощной защитой и не только. Ресэалкаон это ведь ещё и магический инструмент поиска, позволяющий заглядывать в прошлое, только если эльфу это даётся ценой колоссальных усилий, наши с Орсо маги-компьютеры справляются с такой задачей играючи. Они могут проследить чей-либо путь в прошлом лет на пятьсот, не меньше, и им по барабану, как их клиент путал свои следы и маскировался. Нюх у них такой, что ни одна овчарка рядом не стояла. Как только мы вздрючили Барибала, мне сразу же стало ясно, что нам придётся отследить буквально каждый шаг этого урода и его помощничков, если мы хотим найти Зерона и Тилоса. Ну, о том, как меня и Орсо сподобило на то, чтобы создать этих золотых магов, я распространяться не стану, но скажу тебе, что четыре тысячи таких помощников уже лежат в моей магической книге, а всем остальным рыцарям придётся их покупать, а этот забулдыга здоров цену заламывать. Он даже со своего императора не постеснялся слупить за такую магическую сферу дворец для себя и двести бочек какого-то особого вина, правда, патент на их изготовление принадлежит нам двоим, а потому любую половину магов-компьютеров я смогу забирать, что называется, по себестоимости. Вот только нам нужно будет как-то решить вопрос с аэроновыми дисками. Без них боевые магические сферы не построить, ведь только с ними антигравы обретают просто дикую мощь. В этом шаре, Кирюха, можно запросто в космос летать.

– Да, с аэроном будут проблемы. – Горестно вздохнув, сказал Кир и пояснил – Роджер пообещал отправить в брюхо Татаботана каждого, кто посмеет умыкнуть с Ильмина хоть один позвонок дракона и ему, представь себе, совершенно плевать на трудности рыцарей, а им, судя по твоим словам, как и их магам, эти твои золотые маги нужны, как воздух и я уже сейчас представляю себе, какой рёв поднимется на Астриуме. Аж мороз по коже дерёт.

Нахально растолкав в воздухе все золотые шары, к Киру и Козмо подлетел Осейн и весёлым голосом крикнул:

– Кузьмич, возьмёшь меня в долю и я завалю тебя этими аэроновыми дисками. Требую свои двадцать пять процентов. С тебя лично. Ведь я так понимаю, этот ваш электрический маг Арко тоже парень не промах, иначе с чего бы это он объявил то, что когда-то было этим вашим термическим редактором, является его личной собственностью и поскольку он знает, как выключить эту сверкающую фиготень, все были вынуждены с этим согласиться и глядя на хитрую рожу старого святоши Давера, я понимаю, почему. Так что гурвальцы пусть сами обеспечивают себя золотыми магами. Ну, что, договорились?

Козмо переглянулся и Киром и тот кивнул ему головой. Смерив взглядом здоровенного орка, развалившегося в кресле с кубком вина в руках, маг поинтересовался скрипучим голосом:

– И где же ты возьмёшь аэрон, хитрый орк?

– А где угодно, Кузьмич. – Ответил Осейн и осекшись сразу под двумя тяжелыми взглядами, пояснил – Ребята, я же всё-таки маг дракона и уже только поэтому могу превратить окаменелые останки любого динозавра в кости ильмианского дракона.

Тут уже Кен Мартенс рванул вперёд, сшибая всех со своего пути и, выбив золотую сферу Козмо, как бильярдный шар, елейным голосом сказал королю драконов:

– Осейн, друг мой, самое большое кладбище динозавров к твоему сведению находится в Тогонии, в пустыне Оделар, которая находится у берегов Средиземного моря, а эта территория принадлежит даже не ордену, а его монашеству, то есть Райло и мне в какой-то мере. Там этих динозавров в незапамятные времена померло несколько миллионов штук и их кости составляют в некоторых местах слой толщиной в добрых полкилометра. Не знаю, как объясняют это учёные, но лично я считаю, что таким образом Аросса просто решил вознаградить своих преданных рыцарей, воспитанных воинами-монахами. Ты всё понял?

Осейн повернулся к Киру и спросил:

– Ну, и как тебе это нравится, Аранорпилин? Ты видел когда-либо больших торгашей, чем гурвальцы?

– Видел! – Воскликнул Кир – Орков из Сиреневых Гор. Придётся тебе, Ося, брать в долю этих хитрожопых монахов, но ты не забывай, помимо аэрона из останков драконов добывают ещё и перлит, так что двадцать процентов будет для них просто подарком судьбы.

Осейн махнул рукой и сказал весёлым голосом:

– Пускай уж будет все пятьдесят, Кирюха, я ведь, представь себе, не об эльфах пекусь, а о всех остальных парнях. – Видя, что Лайриниэль сурово сдвинула брови, он поторопился сказать – Не сердись, душа моя, эти аферисты и так должны эльфам, как земля колхозу, ведь без эльфийской магии магические боевые сферы этому жулику, магу Орсо, не создать, а это означает, что стоит только принцессе Гвеннелинне взмахнуть своим ивовым прутиком, как он тотчас останется с носом, так что свои десять процентов эльфы в этом бизнесе будут иметь всегда, а эти золотые маги, как я посмотрю, стоят дорогого. Мне кажется, нам нужно это дело хорошенько обмыть по вашему русскому обычаю.

Кен немедленно создал портал прохода в Сэскорун и впервые гости ресторана "Пир Труала" вошли в него, а точнее влетели, с собственной мебелью и метрдотель, хлопая глазами от удивления, провёл их в зал Труала и велел вынести прочь роскошные полукресла. Бокалы в этот вечер поднимались исключительно в честь создателей этого чуда, золотых магов, и их создателей. Ну, а разговор за столом в основном шел об эльфийской магии и её странностях. Более всего Кена Мартенса поражало то, что эльфы использовали в ней астральные символы Земли и Лайриниэль объяснила всем это таким образом:

– В этом, друзья мои, нет ничего удивительного, ведь когда-то Тарния, вообще-то эльфы называли свой мир иначе, Эленэмбар, находилась в глубокой древности на месте Земли и когда Творец Ардфеор приблизил этот мир к себе, на его месте появилась новая планета. Нарнией Эленэмбар стали называть после того, как Творец Ардфеор отправил эльфов на Адамминен, но и там мы не забыли звёзд и планет древнего Эленэмбара, давших нашему народу магическую силу ещё в материальной Вселенной. Поэтому я и была так поражена, когда увидела знак серебряной Исил, ведь это мой знак, мой дом и теперь золотая Исил станет для меня лучшей подругой и советчицей.

Как только Лайриниэль произнесла вслух это признание, все впервые услышали голос золотого мага. Эльфийку окутало тёплое золотое сияние и её магесса-помощница сказала:

– Да, Лайриниэль, и отныне моё полное имя будет звучать таким образом Исил-ан-Лайриниэль.

Вскоре в ресторане появились два неразлучных в последнее время друга, Земер Куад и Вилес Лорен, для которых Козмо без малейшего промедления вытащил из своей магической книги два золотых сундука и, толкнув их к ним, пригласил к столу:

– Присаживайтесь, парни, мы тут как раз знакомимся, а точнее обмываем наших новых друзей, золотых магов. Только давайте сразу договоримся, если хоть кто-нибудь из вас произнесёт вслух при мне слово деньги или ещё что-либо тому подобное, ему точно не поздоровится. Извините, что я не бросился вас немедленно разыскивать.

Наленорский полковник облегчённо вздохнув, сказал:

– Уф, у меня прямо от сердца отлегло, ребята, а то я уже начал думать, чтоб мне такого продать или заложить, а тут, оказывается, можно отделаться одной лишь только вечной дружбой и преданностью своим учителям. Ну, что, я так полагаю, что завтра с утра начинаем прочёсывать вдоль и поперёк всю планету? Мне тут птичка на хвосте принесла новость, что эти золотые маги умеют читать следы даже не на воде, а на отблесках давно погасшего пламени. Думаю, что именно этим нам и стоит заняться в первую очередь. Каких только магических конструкций я не выстраивал, куда только не забирался, а всё одно выходило так, что ни черта не видел.

Кир, который все эти два месяца, стоило ему вырваться из Аролунга, только тем и занимался, что купался в море и загорал вместе с Иолантой на золотых пляжах Модонии, да, изредка катался на горных лыжах, усмехнулся и сказал:

– Парень, я тебя предупреждал, что это совершенно безнадёжное дело, пытаться распутать следы Амала. Лично мне хватило всего двух часов сидения в нертеалкаоне, чтобы понять одну простую истину, временами сознание всех десяти лордов тьмы было полностью подавлено этим говнюком и в их памяти зияют такие провалы, что можно только гадать, где же они были и чем занимались. Зато теперь мы сможем пойти по следу, отправляясь в далёкое прошлое и хотя очень многое для нас будет всё равно загадкой, мы сможем кое в чём разобраться. Вилес, я надеюсь в Заоблачной Крепости ещё не бродят туристы? Хотя там и побывало множество народа во время боя, в его горячке Амал вряд ли смог тщательно замести следы, зато теперь он может это сделать, но ему для этого понадобится какой-нибудь любопытный балбес с фотоаппаратом или видеокамерой в руках.

– Кир, ты что, смеёшься? – Воскликнул Вилес – Да, я ещё в первый же вечер отдал строжайший приказ, чтобы к ней даже близко никто не подходил. Наши союзники хотели было забрать свои пушки, чтобы привести их порядок перед отправкой на Армагеддон, но я и этого не позволил сделать. Знаю, это было лишнее, но, как ты говоришь, лучше перебздеть, чем недобздеть.

Дамы за столом захихикали, а Анганиэль, одетая в пышное платье из золотой парчи, всё усыпанное драгоценными камнями, которая иной раз могла выразиться и покрепче, замахав ручкой, воскликнула:

– Полковник, как вы можете так выражаться! А ещё принц.

– Прошу прощения, королева, гусары народ грубый! – В тон ей ответил Вилес приосанившись, но завешать этот пассаж не стал и вместе этого сказал совершенно серьёзным тоном – Кир, я думаю, что помимо наших с Земером лучших разведчиков-следопытов нужно привлечь ещё и контрразведку Квантарры. Вот уж звери, так звери, если взяли след, то уже ни за что его не потеряют.

Козмо ощерился и сказал кивая головой:

– Вот тут я с тобой полностью согласен, парень. Хотя Ровенал и сумел подчинить себе несколько сотен парней из этой конторы, они и находясь в прямой зависимости от него собрали на этого типа с чёртову гору компромата, только его передать было некому. Этих ребят хоть сейчас можно посвящать в рыцари и я полагаю, что именно этим Кирюха завтра спозаранку и займётся. Золотых магов у меня, конечно, немного, чуть меньше четырёх тысяч штук, но я думаю, что для большого поиска этого вполне хватит, ведь до тех пор, пока мы не отследим каждый шаг этих мерзавцев, мы не сможем определить природу истинной угрозы, нависшей над Гурвалом. Тут ведь вот какая хитрая штука получается, ребята, – Прежде, чем продолжить эту фразу, Козмо толкнул локтем позолоченный пульт позади себя и рыкнул – Силиндо, быстро объединись со своими друзьями и создай вокруг нас защитную сферу, чтобы Амал не смог просунуть в неё свой нос. – После чего улыбнулся и пояснил – Хотя я и не верю, что он сможет это сделать, ребята, а всё же береженого Бог бережет, а сказать я вам хочу следующее. Пока мы с Орсо ваяли эти компьютеры, ведь ваши новые друзья не сразу стали золотыми магами, у меня было время поработать с Силиндо и вот что мы выяснили, – мы, ну, я имею ввиду нас, чистильщиков, можем в любую секунду покинуть Гурвал, создав портал прохода на Астриум, на нашу любимую семнадцатую станцию, но. Вот тут-то нас и подстерегает чудовищная ловушка, о сути которой я даже и не догадываюсь. Как только мы шагнём в него, тотчас произойдёт такой чудовищный взрыв, что тут даже Астриуму достанется. Похоже, что Кирюха оказал старику очень большую услугу тогда на Адамминене, после чего Астриум резко увеличился в размерах, ведь шагни мы туда, по нему здоров бы шандарахнуло, но к непоправимым последствиям это всё равно не привело бы. Совсем другое произошло бы, останься Астриум прежним и вот тогда-то его точно разнесло на куски и, что самое главное, Амал вырвался бы на свободу, но он со своей ловушкой пролетел, как лист фанеры над Парижем. Кирюха давно уже спутал ему все карты, но самое главное заключается в том, ребята, что наш доблестный гвардии сержант такая зануда, что у Амала скоро случится от него язва головного мозга, заворот желудка и несварение кишок. Он же в жизни не сочтёт миссию законченной, пока не отгуляет в освобождённом мире свой месячный отпуск, а в данном конкретном случае он об этом ещё даже и не мечтает, так как он сразу же, ещё до того часа, как мы пошли на приступ, поставил нам очередную задачу, найти двух последних лордов тьмы, Зерона и Тилоса, а потому об открытии портала прохода никто из нас даже и не думал. Так что ребята теперь нам некуда торопиться, но я с тобой полностью согласен, Вилес, чем больше сыскарей займётся этим, тем лучше. Поэтому, друг мой, теперь я спокоен за судьбу вашего мира. Даже если мне придётся созерцать твою нахальную физиономию пятьдесят лет, никакая сила не сдвинет меня с места до тех пор, пока мы во всём не разберёмся и не поймём, в чём тут эта дикая собака порылась.

Кирилл облегчённо вздохнул, но всё же сказал строгим голосом:

– Сегодня же ты дашь мне все свои расчёты, чтобы я мог их проверить и перепроверить.

– Да, пожалуйста, недоверчивый ты мой! – Смеясь воскликнул Козмо – Вся информация уже находится у твоего Телумехтара, а от тебя я жду досье на Барибала и всех его корешей.

Кен Мартенс, который очень внимательно слушал пояснения Козмо, в итоге спросил Осейна, обалдевшего от такой новости:

– Осейн, ты не просветишь меня по одному вопросу?

Король драконов, уже настроившийся на серьёзный лад, немедленно ответил:

– Разумеется, Кен. Хотя я и не самый опытный маг в этой компании, постараюсь дать тебе ответ на любой вопрос, если знаю его.

Пожевав губами, Кен Мартенс, вдруг, спросил:

– Что за прозвище такое, Аранорпилин?

На Осейна, когда он услышал это, стало даже жалко смотреть. Он был готов к любому вопросу, но только не к такому. Обиженно заморгав глазами, он только и мог делать, что беззвучно открывать и закрывать рот, чем вызвал за столом просто взрыв гомерического хохота. На помощь мужу пришла Лайриниэль, которая спросила сквозь смех:

– Кен, тебе что, больше спросить не о чем?

Тот пожал плечами и простодушно ответил:

– Так всё остальное мне и так ясно и я хотел бы знать, что означает это слово. Или это какое-то эльфийское ругательство?

Осейн быстро пришел в себя и прорычал:

– Кен, эльфы не орки и в их языке вообще нет ругательств, но с орочьей бранью ты у меня завтра познакомишься в полном объёме. Поверь, ты услышишь очень много новых слов, а Аранорпилин, к твоему свдению, это всего лишь эльфийский титул Кира – Король Стрел. – Скорчив свирепую физиономию, он прорычал ещё громче – Аргаваах шемен!

Чистильщику дружно захохотали, а Анганиэль поторопилась перевести слова Осейна для довольного своим розыгрышем Кена:

– Это означает – дорогой друг.

В полдень следующего дня четыре тысячи золотых шаров поднялись в воздух и небо над Сэскоруном моментально засверкало и заискрилось, но этот праздник продолжался всего лишь несколько минут и все они исчезли из вида почти одновременно. Кир и Козмо направились вместе несколькими сотнями самых опытных контрразведчиков на остров Наленор и сразу же принялись самым тщательным образом осматривать Заоблачную Крепость. Золотые маги-компьютеры, словно хорошо натасканные овчарки, сразу же брали след, ведь им уже были известны магические отпечатки лордов тьмы. От той магической маскировки, которую Кир навёл на командном пункте, уже ничего не осталось кроме груд металла, но все следы нечисти читались очень чётко, хотя и выглядели весьма необычно.

Они представляли из себя нечто вроде киноплёнки, запечатлевшей проходившие в том или ином месте события, только вместо физиономий и фигур лордов тьмы на ней были запечатлены пульсации их чёрной ауры и они не только отличались одна от другой, но к тому же довольно легко поддавались дешифровке и по ним золотые маги даже могли выстроить заново зрительные образы, диалоги и то, что они слышали. Работа была чрезвычайно кропотливой и, как это ни странно, жутко нудной. Маг-компьютер мог уловить отпечатки чёрной ауры на ауре Гурвала и даже понимал их смысловое значение, правда, не сразу, но не мог идти вслед за ними во времени, маг-следопыт в свою очередь ничего понять не мог, но был в состоянии вытягивать эту чёрную, клочковатую ниточку из сияющего марева прошлого и аккуратно, виток за витком наматывать её на клубок памяти.

Оборвать её, ухватить другую нить, лежащую рядом, было очень легко, но потом, когда наступало время совместного осознания и расшифровки, выяснялось, что произошел обрыв и тогда на следующий день обоим приходилось искать место обрыва и распутывать следы нечисти дальше. Чистильщикам эта работа была вполне по плечу, но их довольно скоро турнули с неё и сделал это никто иной, как Дюк Мош. Император Гурвала, понаблюдав за этой работой пару дней, в одно прекрасное утро не выдержал и спросил:

– Кир, я прекрасно понимаю, что тебе очень важно поднять и осмотреть каждую песчинку, но скажи мне, кто тогда поднимется над пустыней и окинет орлиным взором её всю, чтобы увидеть города, засыпанные песком? Я что ли? Извини, но у меня и своих забот полон рот. Мне даже столицу некогда себе построить, а потому вот что я тебе скажу, посмотрев на вашу работу, у меня тут сложился вот этот список. На, взгляни. – Протянув рыцарю-магу лист бумаги, юный император добродушно пробасил – Я тут подумал немного, поговорил с парнями и понял, что вам нечего шарить по подвалам, а нужно облететь весь Гурвал и найти что-то вроде троп что ли. Определить, какова была установка на игру, а не ковыряться в мелочах. Ты подумай о моём предложении на досуге. Как знать, может быть я прав?

В том, что Дюк был полностью прав, Кир убедился в ту же минуту, когда это юное дарование, создав портал прохода чуть ли не в открытый космос, выволокло его вместе с Телумехтаром и полетел рядом с ним в своём магическом шаре. Первого же взгляда, брошенного им через то магическое поле восприятие, которое умели создавать их золотые маги-помощники, на остров Наленор и его окрестности с высоты в сто с лишним километров, вполне хватило для того, чтобы увидеть маршруты передвижения нечисти, ведь даже проходя через порталы прохода она оставляла чёткий, жирный след в ауре планеты. Бросив же второй взгляд на лист бумаги и прочитав первые несколько фамилий, он тут же вложил его в считывающее устройство Телумехтара и велел ему вызвать всех, на кого указал ему император, а сам посмотрел на него и спросил:

– Дюк, как же ты умудрился так быстро отобрать самых лучших следопытов? Ты ведь гостишь у нас всего третий день.

Парень отмахнулся и сказал с показной ленцой:

– Да, чего там, пустяки, Кир. Они все прекрасные игроки и составить из таких команду это пара пустяков, я ведь целых четыре года был капитаном команды и научился с первого взгляда определять, станет какой-то парень работать до седьмого пота или же после первого же удачно отбитого мяча начнёт красоваться перед телекамерами.

Киру тотчас захотелось обнять этого парня, но он вместо этого лишь кивнул головой и воскликнул:

– Это ты хорошо сказал, капитан! Молодец. Теперь тебе нужно научиться заставлять пахать ветеранов, а то они тоже не очень любят выкладываться на полную катушку.

– И правильно делают. – Спокойным голосом отозвался Дюк Мош и пояснил – Стариков нужно выпускать на поле тогда, когда противника можно переиграть только за счёт опыта, Кир. Ты разве сам станешь бегать по полю, как угорелый, когда турнирная таблица свела твою команду с теми парнями, которые ещё в начале сезона знают, что они вылетят из высшей лиги и потому лишь отбывают время на площадке? Ты просто вышибешь их в лёгкую и побережешь силы для следующей игры. Да, публике не нравятся такие игры, но она-то сидит на трибунах, трескает пончики и попивает себе ледяную латту, а ты находишься на поле и там, как это ни смешно, при любой жаре действует один закон – бей и беги, если ты в атаке, а если в обороне, то беги и лови. Нет, наша главная работа не играть на показ зрителям, а делать так, чтобы и трибуны были полны, и все игроки дошли до конца сезона, и чтобы стоять в конечном итоге под софитами и показывать телеоператорам свой очередной перстень. Когда-то я выиграл их семь штук и четыре из них в высшей лиге, хотя и играл в университетской команде, но когда ты играешь с настоящими профи, никто не станет в игре делать скидок на твою молодость. К тому же у нас в команде были такие студенты, которые были старше некоторых университетских профессоров, по семь лет на одном курсе учились, но я был не из таких.

После этого Кир уже не забирался во всякие подземелья и прочие тайные убежища лордов тьмы. Вместе с остальными чистильщиками и ещё несколькими дюжинами сыщиков он несколько десятков раз облетел Гурвал и обследовал множество маршрутов нечисти. Теперь, когда с момента начала поиска прошло почти два годы, им чуть ли не в деталях было известно, чем занимались на планете не только лорды тьмы, но и их приспешники. Буквально вся картина преступлений нечисти прошла перед глазами Кира и порой его обуревало желание заново встретиться с каждым из этих кровавых ублюдков, но все они давно уже горели в пламени и это хоть немного успокаивало его. Как это ни странно, но очень много следов вело к острову Сорант, в том числе и самых древних, что наводило его на некоторые подозрения.

В этот погожий день он вылетел из Ашубры, небольшого курортного посёлка в горах Модонии и снова направился на Сорант, решив по пути встретиться с Атиллой. Встреча была назначена на полдень и потому он не торопился. Пролетая над западным Руаларом почти вдоль экватора, он не уставал поражаться тому, как быстро менялся облик Гурвала. Всего каких-то два с половиной года назад это был индустриально развитый мир, а теперь на нём не работал ни один металлургический завод и даже более того, встало большинство предприятий и если где-то и строились средства транспорта, то это были суперсовременные перлитовые флайеры, которые могли к тому же погружаться под воду, словно глубоководные батискафы. Хватало работы и людям других профессий, только от машинного производства они перешли к кустарному, но благодаря тому, что чуть ли не все гурвальцы поголовно были теперь магами, все их изделия являлись настоящими произведениями искусства.

Поскольку теперь на небольших полях работали преимущественно големы, управляемые магами, сидящими под деревом с сонным видом и некоторые из них умудрялись выращивать по два-три урожая в месяц, продуктов было в избытке и за еду платили только тогда, когда речь заходила о самых изысканных блюдах, которые готовили маги-кулинары исключительно в ресторанах. Очень многие гурвальцы, чтобы не скучать дома, с головой погрузились в искусство и, как это ни странно, в науку, но их самой большой страстью стали различные исследования и единственные крупные предприятия, которые сохранились на этой планете и даже выросли в своём числе, были типографии, телестудии и радиостудии, не говоря уже о театрах и кинотеатрах.

Четырёхчасовой рабочий день, если ты не артист, художник, писатель или учёный, стал обычным делом. Число университетов и академий, увеличивалось с каждым месяцем и после недолгого девятого вала магической педагогии классическое образование стало быстро завоёвывать признание всех гурвальцев. Слушать лекции профессоров и просиживать часами в университетских библиотеках сделалось чуть ли не увлечением всех бывших работяг и особенно полицейских. Однако, самой настоящей страстью для всех тех, кто уже успел получить классическое образование, стала подготовка к космическим исследованиям. Исследовательские космические корабли строились чуть ли не в каждой подворотне и повсюду можно было найти объявления, в которых говорилось, что молодой, обаятельный маг такой-то специальности, построивший космический корабль на столько-то кают, оснащённые такими-то лабораториями и имеющий золотого мага на столько-то посадочных мест набирает команду, чтобы отправиться в такую-то галактику, чтобы изучить её самым основательным образом.

Кир, читая такие объявления, вполне искренне завидовал как таким молодым, обаятельным магам, так и тем, кто желал составить им компанию. Таких объявлений тоже было немало и они обычно публиковались на страницах бульварных газет и журналов, на страницах которых фотографий голых красоток было больше, чем текстов, но вместе с тем в солидных научных изданиях можно было найти и такие, в которых какой-нибудь учёный заявлял о том, что он намерен создать имперскую академию математики, физики, химии или какой-либо иной науки на Ильмине, Алассеа-нор-Эльдаре, Тарнии или каком-либо другом мире Золотого круга, а то и вовсе на Астриуме. Тетюр, читая такие объявления, только ахал и костерил почём зря Гуильрина за тупость и лень, а ещё он злорадствовал и уже заранее потирал руки, представляя себе, как вытянется физиономия у Калюты и особенно у Грунральда, когда к ним на голову свалится такая напасть.

Белегрунд, прочитав такое объявление впервые, тотчас сам тиснул в одном научном журнале объявление-призыв, в котором он, как король малленброгов, предложил гурвальцам создать в своём королеве аж целых четыре королевских академии – экологии, биологии, горного дела и почему-то космических исследований. Хотя Эхенор, считавший, что учить дракона наукам, – только портить, мол хватит с них одной магии, лишь презрительно фыркнул, узнав об этой затее своего друга и весьма язвительно высказал сомнение в том, что кто-то захочет учить медведей, уже через пару месяцев добрых четыре с половиной тысячи профессоров подали заявления королю малленброгов и даже положили ему на стол учебные планы и целую кучу других документов, а количество королевских академий увеличилось с четырёх до одиннадцати и никого не смутило, что их учениками станут пусть и очень милые, но всё же золотые медведи.

Хотя Кир и был согласен с Тетюром, что уже одного только этого с лихвой хватит на то, чтобы мастер Аструал буквально за уши втащит Гурвал в миры Золотого круга и ещё попросит магов Первого круга дать ему хорошего пинка под зад, если тот станет упираться, а ещё он считал, что было бы не плохо дать императору Дюку лишних год-два на подготовку. Правда, этот юноша полагал, что гурвальская тяжелая артиллерия, золотые маги-компьютеры, энергетические кристаллы, богатейшие залежи аэрона и перлита, а также его обаятельная улыбка и то, что на Армагеддон было готово хоть сейчас отправиться почти полтора миллиона прекрасно вымуштрованных магов-воителей, было куда более серьёзной заявкой на членство этого мира в высшей лиги и был полностью прав. Поэтому все кому не лень только и делали, что намекали Киру о том, что им давно пора найти врага.

Легко сказать, но хотя об этих давно уже доставших всех двенадцати лордах тьмы магам-следопытам было известно столько, что было впору писать о них романы, Кир и все остальные чистильщики по прежнему не имели даже малейшего понятия о том, какой характер имела та смертельная угроза, которая нависла над Гурвалом. Зато он уже столько раз перепроверил открытие Козмо, прямо свидетельствующее о том, что как только ты дёрнешь за верёвочку дверь не просто откроется, но при этом ещё и разнесёт вдребезги один дом и развалит добрую половину второго, что мог даже спросонья объяснить любому, на чём зиждется такое утверждение. Мало того, что об этом прямо говорили все поисковые ресэалкаоны, тому было также неоднократно найдено подтверждение в виде дешифрованных разговоров лордов тьмы, записанных на ауре Гурвала.

Ясное дело, что в таких условиях о том, чтобы мечтать о скором возвращении домой не могло идти и речи. Тут было впору думать о том, как бы не состариться в этом мире. Правда, кое какие мысли у Кира в последнее время в голове зашевелились, но он пока что не мог сказать даже самому себе, каким боком они связаны с чудовищной ловушкой Амала. Он по прежнему не мог представить себе, чем можно уничтожить планету, которую как раз именно от уничтожения и защищает магическая вуаль. Кир так углубился в эти раздумья, что даже не заметил, как к нему подошел Атилла. Дракон, видя что его друг и небесный брат пребывает в таком унынии, сел рядом, толкнул его локтем в бок и спросил вполголоса:

– Что-то снова не получается, Кир?

– Атилла, а оно у нас разве получалось когда-нибудь без геморроя? – Задал встречный вопрос рыцарь-маг и промолвил с протяжным вздохом – Если у нас за эти два года что и получилось влёгкую, так это только то, что мы здорово насобачились читать все следы нечисти и теперь если мы отправимся на очередное задание, то я любого говнюка за полторы тысячи вёрст учую, а больше мы ничего не добились. Правда, мы при этом подготовили ещё томов сорок учебных пособий на тему, что такое нечисть и как её обнаружить в полной темноте с большого бодуна даже тогда, когда она затаилась. Земер уже до того дошел, что ему для этого не нужен никакой золотой маг. Ему только стоит посмотреть на какой-нибудь камень у дороги и он тут же тебе скажет, сколько мерзавцев мимо него прошло, куда они направлялись и что съели на завтрак, не говоря уже о том, как они выглядят. Полагаю, что теперь на то, чтобы вычислить слуг Амала в каком-либо мире у него будет уходить не более трёх, четырёх суток, а если учесть, что мордоворот он просто редкостный, то я им не позавидую. Даже таких меринов, как Барибал, он голыми руками порвёт.

– Ну, так это же неплохо, Кир. – Сказал Атилла и, вдруг, озабоченно спросил – Ну, мы с тобой как, здесь пообедаем или махнём на Сорант к Арко?

Кирилл отрицательно помотал головой и сказал:

– Давай лучше здесь поедим. По-простому.

Атилла заулыбался и тотчас вытащил из кармана андовакка уже накрытый стол, на котором стояло по здоровенной сковородке с жареным мясом, корзинка с горячими чуреками, большая глиняная миска с салатом из огурцов, помидоров и зелени, заправленный душистым подсолнечным маслом, а к ним большой кувшин с охлаждённым вишнёвым элем, которым старый Фартар снабжал рыцарей в дорогу. Запах мяса был такой аппетитный, что у Кира тотчас во рту набежала слюна и он уже больше ни о чём не думал, сел к столу и принялся уплетать жаркое из валгатра с таким аппетитом, что за ним не поспевал и дракон в человеческом облике. Слопав по первой сковородке, они выпили по большой кружке эля и тотчас принялись за вторую порцию даже не передохнув, как следует, но на этот раз Кир гораздо больше налегал на салат и чуреки, так как помидоры дали сок и рыцарь, макая в него кусочки чурека, даже постанывал от удовольствия. Наконец с обедом было покончено и они оба здоровенных парня счастливо заулыбались, а когда Атилла показал Киру стальную вилку со съеденными наполовину зубцами, то он и вовсе захохотал и утирая слёзы воскликнул:

– Ну, признайся, ты же её специально сгрыз!

– Кирюха, если бы специально, то это ещё можно было бы пережить, но я же действительно трескаю их чисто машинально. – Сказал смеясь Атилла – Нет, мне точно нужно сходить к врачу. Может быть мне железа не хватает? Как ты считаешь?

– Нет, врач тебе не поможет. – Сказал отдуваясь Кир – К тому же ты у него тут же слопаешь все его блестящие железки, всякие там стетоскопы и градусники. Нет, старина, тебе нужно, чтобы вместе с тобой обязательно обедала очаровательная девушка, но только не девушка-дракон. При ней ты не будешь вести себя, как истинный джентльмен.

Атилла настороженно посмотрел на Кира и спросил:

– Ты что же, считаешь, что мне нужно влюбиться, Кирюха? Это же противоестественно! Дракон и девушка-человек.

– Ну, почему обязательно девушка должна быть человеческой расы. – Совершенно серьёзным голосом сказал рыцарь – Это может быть эльфийка или девушка другой расы, мало ли в Золотых мирах красавиц, которым нравятся отважные парни, а то, что ты дракон, не является сколько-нибудь существенным препятствием для любви. К тому же ты же будешь общаться с ней в облике человека, а драконом обернёшься только тогда, когда захочешь поднять её в небо. Калюта ведь у нас тоже орёл, огромный ягуар и к тому же ещё и громадная болотная вертуха, но Корбелле это не помешало выйти за него замуж.

Дракон весело рассмеялся и воскликнул:

– Я что, я запросто! Осталось дело за малым, уговорить девушку, а если серьёзно, Кирюха, то мне действительно давно уже хочется встретить такую девушку, которая сможет разглядеть в драконе самого обычного парня, который тоже имеет сердце.

– А ещё этот парень имеет душу и умеет быть нежен, заботливым и преданным. – Прибавил Кирилл – Ну, а сейчас давай, садись в свою сферу, полетели к нашим друзьям. Я хочу провести на Соранте совещание и подвести кое-какие итоге, ведь следствие по делу лордов тьмы мы уже завершили и начинать нам эту бодягу заново нет никакого смысла. Нужно срочно подвести итоги и во всём разобраться.

Глава тринадцатая.

Итоговое совещание Кир решил провести на главном посту наблюдения "Немезиды II". Вокруг стола смогли поместиться только восемнадцать магов со своими собственными креслами, поэтому ещё полтора десятка сидели по углам. Атилла нахально вытолкал из-за стола одного из магов-следователей и занял его место, хотя и не принимал никакого участия в поисках. Первым начал отчитываться Земер Куад и минут десять с довольно унылым видом рассказывал всем о том, что ему удалось найти доказательства ещё одного преступления, совершенного приспешниками Барибала, чтобы повысить свой статус в его банде убийц. Атилле это быстро надоело и он, хлопнув ладонью по столу, сердито рыкнул:

– Земер, я очень рад, что ты у нас такой толковый парень, но вся эта фигня может заинтересовать только какого-нибудь писателя, любителя попугать читателей всякими жуткими ужасами. Ребята, хотя я и не носился по всему Гурвалу высунув язык, это вовсе не говорит, что мне всё до одного места. Кир, давай сделаем так, ты в курсе всех событий и знаешь всё, вот и изложи нам, что мы в итоге имеем, а все наши следаки для свежести впечатлений сделают вид, что они слышат об этом впервые, а мне так и вида делать не надо, я и так специально не совал нос в ваши дела, но всё это время тоже занимался делом.

Козмо быстрее других понял, что задумал дракон и сказал:

– Кир, Атилла дело говорит. Только давай сделаем так, доложусь всё-таки я, а не ты, чтобы он не задавал глупых вопросов и после этого мы попробуем устроить маленький мозговой штурм, а то ведь действительно мы зациклились на расследовании преступлений и забыли о самом главном. – Кашлянув в кулак, Козмо нацелился чубуком своей трубки на глобус Гурвала, прямиком на остров Сорант и принялся рассказывать – Зерон и Тилос прошли на Гурвал вот здесь. Это произошло двести девяносто два года назад. На острове они пробыли недолго, всего неделю, побродили по нему и направились через портал прохода в Клуад, после чего стали планомерно обследовать весь Руалар. Сначала они действовали в глубоком подполье, не показываясь никому на глаза, а через два года легализовались в Модонии, выдав себя для начала за туристов из Геринии. Там они начали вербовать агентов, но на первых порах привлекли за три года всего сорок семь человек, в основном это были всякие чернокнижники, поклонявшиеся Омеру, но вскоре они начали с их помощью подчинять себе людей, учёных, влиятельных политиков, финансовых магнатов и промышленников. Уже тогда они стали исподволь внедрять в умы сильных мира сего идею создания гигантского термоядерного реактора, способного обеспечить электроэнергией весь континент, то есть практически весь Гурвал. От сыновей Труала они шарахались, как чёрт от ладана и старались даже близко не приближаться к ним, хотя, как мы знаем, они не могли их вычислить. Параллельно с этим они практически вынудили, заставили или подвели власти Наленора к мысли, называйте это как хотите, построить Заоблачную Крепость, как единственное средство отстоять свою независимость. К тому моменту, когда на Гурвал прибыл Барибал, их тайная организация насчитывала всего семьсот двадцать шесть человек. Зерон и Тилос встретились с ним, поговорили каких-то двадцать минут и куда-то свалили с Гурвала. После этого за работу взялся Ровенал. Он завербовал в Квантарре несколько сотен человек и помог Регнеру взять под контроль некоторых политиков, имеющих влияние на императора Альбериана, отца нынешнего императора. Вот тут проявилась некая странность в поведении нечисти, они никогда не подчиняли себе ни президентов, ни императоров, да, и высшие должностные лица их никогда не интересовали, что я опять таки связываю с деятельностью ордена Труала. Насколько нам это известно, труалисты здорово осложнили им задачу, когда отвоевали Сорант у Клуада, но не отказались от своей затеи и почему то построили термоядерный реактор именно здесь. Зерон и его дружок Тилос появлялись на Гурвале ещё трижды, а потом Барибала два раза навещал один Земер. Последняя их встреча произошла за двадцать семь лет до нашего появления на Гурвале и у меня складывается такое впечатление, что они свалили из этого мира окончательно, но в то же время Барибал уверял всех, что они здесь и даже грозился, что каждого, кто осмелится нарушить его приказ или замешкается, он отдаст на съедение Зерону и Тилосу. Регнера они почему-то сдали. Как маг он был довольно слаб и даже не мог создавать порталы прохода, иначе ему ничего бы не стоило установить детонаторы. Теперь я полностью уверен в том, что им было нужно от нас только одно, чтобы мы превратили реактор в эти чёртовы энергетические кристаллы и мастер Аструал перенёс Гурвал в сферу Астриума и они этого добились. О том, что мы появились на Гурвале, они узнали чуть ли не в первый же день и я этому не удивлён. В общем вывод я могу сделать только один, Барибал выполнил свою миссию на пять с плюсом даже не смотря на то, что ему не удалось отправить в сферу Астриума ни одного адского порождения. Он вовсе не собирался вызывать массового извержения вулканов и палил в белый свет, как в копеечку. Снаряды должны были падать беспорядочно, а адские вояки немедленно покидать Гурвал. Более того, он не был этим нисколько опечален и подыхая куда больше был обеспокоен тем, что Кир принудил его передать послание Амалу и тут нужно отметить вот какой факт, господа, Амал лишил большей части силы Барибала и всех его подручных ещё в самом начале битвы. Более того, всю ту нечисть, которая обороняла Заоблачную Крепость, тоже. Так что он просто сдал их всех, причём сдал с лёгкостью, что также мне очень не нравится, поскольку я не понимаю, зачем он это сделал. Таковы общие итоги нашего расследования, мой друг.

Козмо пристально посмотрел на Атиллу и тот тут же сказал:

– Так, с этим мы разобрались, Кузьмич, а теперь я попросил бы всех высказать свои гипотезы и подозрения. Даже самые сумасшедшие, а ещё я хотел бы знать, какие научные заведения посещали лорды тьмы и с какой целью. Кузьмич, это ты можешь не рассказывать. Просто дай мне эти файлы и всё. Пока наши друзья будут фантазировать на тему, что может являться новым супероружием, я их просмотрю.

Первым высказался Вилес Лорен, который тотчас заявил:

– Ребята, я считаю, что мы своими действиями превратили Гурвал во что-то вроде детского воздушного шарика, только накачали его не воздухом, а энергией и как только вы проколете в нём дырку, то есть откроете проход на Астриум, он тотчас лопнет. Я тут произвёл некоторые подсчёты и перевёл как ту энергию, который даёт Сорант, так и всю магическую энергию гурвальцев в стандартное взрывчатое вещество и у меня получилось, что это будет бомба мощностью порядка полутора тысяч триллионов тон дарлота. Если я прав, то нам нужно выяснить, чем именно является эта магическая оболочка и найти способ, как вернуть всё в исходное состояние, то есть уничтожить её.

После этого гипотезы посыпались, как из мешка и все они были одна другой фантастичнее. Некоторые маги даже выдвинули сразу по пять-шесть гипотез и предположений, но никто не сказал о том, где могут находиться Зерон и Тилос. Внёс свою лепту и Кир, который высказался очень кратко:

– Мне кажется, что опасность может быть как-то связана с золотой вуалью, хотя это и звучит дико.

Атилла, который всё это время сидел молча, оживился и ухмыляясь затараторил:

– Ну почему же дико, Кир, очень даже может быть и так, правда, я не уверен в этом. Хотя любая вуаль, какая она бы не была, и является творением мастера Аструала, ничто не мешает Амалу использовать её руками Зерона и Тилоса. Ты же пользуешься адской глиной Барибала, да, и не ты один. Эти уроды вполне могли воспользоваться моментом и когда Арко шаманил над реактором, подмешать к его магии своей собственной. Лично я не вижу в этом ничего невозможного. Это примерно то же самое, что оседлать чужую бурю и главное, что тот маг, который её создал, пусть это будет даже сам мастер Аструал, фиг это сразу заметит. Ну, может быть старик всё и заметил, только сказать нам об этом не может, ведь судя по всему речь тут идёт об очень серьёзных вещах, в которых замешаны высшие силы, а это значит, что ни Амал, ни мастер Аструал уже ни во что вмешаться не смогут, так что разбираться с этим делом придётся нам. Ребята, неужели имея такие силы, мы проиграем партию каким-то двум засранцам?

Козмо сердито засопел и воскликнул:

– Да, нету их на Гурвале! Понимаешь ты это? Свалили они с него и уже давно.

– А ты везде их искал? – Ехидным тоном спросил Атилла.

– Везде. – Ответил со вздохом Козмо – В том-то и дело, что везде. Белегрунд и Анганиэль со своими помощникам Гурвал чуть ли не насквозь просмотрели и всё без толка.

Дракон ухмыльнулся и спросил, ткнув пальцем вверх:

– А там вы их тоже искали?

– Где это там, в космосе что ли? – Удивлённо спросил Козмо. – Так там же нет ничего кроме нескольких сотен спутников. Если ты думаешь, что они могут летать на какой-нибудь орбитальной станции, так это несерьёзно. Их просто не существует в природе, так как гурвальцы ввели мораторий... – Не договорив фразы до конца, Козмо на несколько секунд замер, а потом воскликнул – Атилла, да, ты просто ты гений! Мораторий на полёты человека в космос тоже был введёт этими гадами! Чёрт подери, посшибав с орбит все пять орбитальных станций, гурвальцы ведь волей-неволей оставили одну, ту, которую нельзя было затопить в океане, – лунную базу, так что два этих ублюдка просто сидят сейчас на Гилиане, большей из двух лун Гурвала и ждут того момента, когда мы окончательно успокоимся и откроем портал прохода на Астриум, чтобы чиркнуть спичкой или нажать кнопку. Тогда становится понятно, куда отправил всю чёрную энергию зла Амал. Он, видимо, превратил двух этих уродов в живые бомбы. На Гилиане ещё добрых шестьдесят лет назад была построена международная база, но она просуществовала недолго, всего четыре года и её закрыли по договору о не использовании ближнего космоса, чтобы ни у кого не возникло желания разместить там ракеты с ядерными боеголовками, но какое оружие тогда намерены использовать они?

– Да, очень простое, Козмо. – Сказал Кир – Это обратный энергетический удар. Если Амал отдал им хотя бы половину силы всей той нечисти, которую они тайком взрастили на Гурвале, а он отдал гораздо больше, то один из них сможет притянуть к Гилиане вторую луну, а второй сам Гурвал, но поскольку он почти в две тысячи раз больше этой луны, то это как раз она упадёт на него. Разницы в принципе не будет никакой, тут как в той прибаутке – нам татарам всё равно, водка или пулемёт, лишь бы с ног валило. На то, чтобы сдвинуть с места две луны потребуется всего несколько секунд и возможно, что золотая вуаль только облегчит им эту задачу. Если сразу две луны упадут на Гурвал в тот момент, когда мы с радостными рожами подойдём к громадному порталу прохода, чтобы войти на Астриум всей толпой, то от такого взрыва абзац наступит обоим мирам. Ну, что будем делать, Кузьмич, проверим эту гипотезу прямо сейчас или погодим маненько?

– Да, ты знаешь, Кирюха, годить придётся не маненько, а очень основательно. – Сказал Козмо – Боюсь, что если мы даже просто посмотрим в ту сторону, то они сразу же это заметят. Тут нужно хорошенько подумать, что предпринять дальше.

Атилла тотчас заявил:

– А что тут думать, нужно объявить на весь Гурвал о том, что наша миссия окончена, все преступления расследованы и рыцари Света готовятся отправиться на Астриум, надраивают технику до зеркального блеска и разучивают новые военные марши. Ну, а чистильщики, как обычно взяли себе месячный отпуск и император просит своих подданных оказать им все почести и так далее в том же духе. Главное побольше фанфар и шума и чтобы всё это как можно шире освещалось по телевидению с указанием точной даты. Ну, а о том, как мы разобрались с Зероном и Тилосом, господа, вы узнаете из газет и если Кирюха решит не посвящать в это дело даже меня, то я не обижусь. В любом случае под шумок он прихлопнет их, как муху, одним единственным ударом, поскольку второго шанса они ему не дадут.

Кир кивнул головой и с виноватой улыбкой сказал:

– Похоже, что так действительно будет лучше всего, ребята. На этот раз я действительно буду действовать в одиночку и сделаю так, чтобы быть при этом у всех на виду. Тогда эти умники ничего не смогут заметить, ведь насколько я знаю это, ваша Гилиана как бы катится по орбите, а потому с лунной базы за Гурвалом можно наблюдать постоянно, чем Зерон и Тилос и занимаются. Магической силы у них, хоть отбавляй и если золотая вуаль представляет из себя нечто вроде системы сигнализации, то она предупредит их тотчас, как кто-нибудь попытается взлететь с Гурвала даже под прикрытием вуали забвения. Ну, что же, начинаем шумиху на радио и телевидении.

Никаких возражений не последовало. В этом помещении собрались слишком серьёзные и ответственные люди, чтобы подвергать слова Атиллы и Кира сомнению. Посовещавшись ещё с полчаса, все направились в Сэскорун и уже через час было объявлено об окончании миссии рыцаря Света Кира Торсена на Гурвале. Император Дюк отдал приказ всем гурвальским рыцарям готовиться к отправке на Астриум и немедленно устроил в честь такого знаменательного события торжественный приём и дал обед в честь героев в своём новом, ещё не обстрелянном в подобного рода пьянках, дворце. Вместо Кира на этом обеде присутствовал голем, созданный им, который весьма к месту шутил за столом и был просто на редкость прожорлив и охоч до выпивки. Сам же рыцарь тихонечко улизнул из Сэскоруна тотчас, как только вытолкал своего собственного голема из магической мастерской. Точнее двух големов, своего и Козмо, так как он решил идти на дело вместе с ним. И он сам, и его маг-помощник, облачившись в боескафандры, под прикрытием вуали забвения отправились в небольшую обсерваторию на Наленоре, всем сотрудникам которой было настойчиво предложено отправиться в отпуск на несколько недель.

Кир и Козмо крадучись прокрались в главную башню обсерватории аралунгского университета телескоп которой в виду отсутствия прежних звёзд был нацелен на Гилиану вот уже несколько месяцев. Астрономы вели фотосъёмку её поверхности, чтобы составить подробнейший атлас, так как гурвальцы собирались колонизировать этот естественный спутник своей планеты и построить там новые курорты. Поэтому у двух рыцарей-магов имелась гарантия, что внезапное перенацеливание телескопа, к тому же не самого большого, сможет привлечь внимание двух лордов тьмы, наблюдающих в это время за Гурвалом. К тому же этот телескоп работал в автоматическом режиме и то опускался чуть ли не к самому горизонту, то нацеливался в зенит, а его башня постоянно крутилась. Им не нужно было подходить к телескопу. Всё, что он рассматривал, выводилось на большой экран и поскольку трое астрономов, ещё остававшихся и без того частенько покидали обсерваторию, то их новая отлучка также не должна была насторожить Зерона и Тилоса.

Они не стали готовиться к предстоящей операции специально и лишь облачились для её проведения в специальные космические боескафандры, в которых могли находиться пару месяцев кряду, хотя это было не такое уж приятное дело. Однако, Кир не считал, что им придётся выжидать удобного момента слишком уж долго. Он уже достаточно хорошо изучил повадки нечисти и знал, что если её не спугнуть и внушить ей, что всё идёт по разработанному ею плану, то она вела себя довольно нагло и вызывающе. Главное было не вызвать подозрений у двух этих типов. Поэтому своих золотых магов-помощников они демонстративно оставили в Сэскоруне и те в виде золотых сверкающих сфер осматривали окрестности этого города, в то время, как два рыцаря-мага усевшись на полу молча смотрели на экран. Первым нарушил молчание Козмо, который, увидев, как телескоп наезжает на большой кратер, сказал вполголоса:

– Это кратер Береро, Кирюха, сейчас мы увидим базу. Вот, смотри, это показалась линия антенн радиотелескопа, окружающего базу, а вот и она сама. Так, теперь мы прикажем компьютеру задержаться на полчасика и всё хорошенько рассмотрим.

Телескоп имел прекрасное разрешение и лунная база гурвальцев была видна, как на ладони. Она представляла из себя два с лишним десятка больших серебристых цилиндров, положенных на грунт и соединённых между собой переходными модулями, и имела форму прямоугольника, внутри которого находились два круглых, решетчатых остеклённых купола, один из которых был зоной отдыха, а второй оранжереей. Неподалёку от обитаемых и научных блоков находился сборный ангар прямоугольной формы, в котором стояли лунные вездеходы, следами которых был исполосован весь кратер. Ещё дальше, километрах в четырёх от базы, располагался космопорт с большими капонирами, в которых хранились ёмкости с топливом для прибывающих на него ракет, а ещё дальше, километрах в десяти, там где под толстым слоем грунта имелись залежи водяного льда, находился завод по производству кислорода и водорода. Именно оно сделало возможным строительство базы на Гилиане.

Хотя база и была законсервирована, якобы, до лучших времён, когда гурвальцы разоружатся, она поддерживалась всё это в рабочем состоянии и оранжерея пышно разрослась. Базой управляли три суперкомпьютера, но о том, что на ней происходило, никто не знал, так как связь с ней не поддерживалась. Гурвальцы в один прекрасный день, который показался для тысяч учёных самым чёрным в их жизни, базу просто законсервировали и покинули не оставив на ней даже приборов и датчиков наблюдения. Нет, такие конечно же имелись, но все они были подключены к компьютерам управления. Тем не менее Кир к своему облегчению и немалой радости увидел на поверхности кратера множество датчиков слежения и даже сигнальных мин, которые никто из научных сотрудников базы и прилетевших за ними военных космонавтов, база была сугубо гражданским объектом и даже более того, частным предприятием, не устанавливал. Это могли сделать только Зерон и Тилос. Увидев первый же сейсмодатчик рыцарь облегчённо вздохнул и тихонько шепнул:

– Ну, всё, попались, твари.

Таким же шепотом Козмо спросил:

– Что будем делать, Кирюха, сразу прыгнем туда через портал прохода или малость погодим?

– Погодим, Серёга. – Ответил Кир уже чуть громче и спросил – Ты чего шепчешься, боишься, что они тебя услышат?

Козмо рассмеялся и воскликнул:

– Парень, даже в том случае, если бы эти уроды стояли в двух метрах от нас, они бы ничего не услышали и заметили нас только в том случае, если бы споткнулись о твои ходули.

Сам Козмо сидел в позе лотоса и потому Кир машинально подобрал под себя ноги, но тут же рассмеялся и ответил:

– Да, это точно, я ведь как-то на досуге перебрал броники до последнего винтика и ещё пару раз над ними пошаманил. Ты, кстати, заметил, что я сделал перлитин ещё прочнее, а все перлитовые щитки толще и вместе с этим гибкими? Теперь они ничем не отличаются резиновых, вот только эта резина раза в три прочнее прежнего перлита. А ещё я поместил внутрь каждого броника по эльфийскому залу созерцаний, только без воробьёв и синиц.

– Я уже заметил это, Кирюха, аж два раза. – Шутливым тоном сказал Козмо и добавил смеясь – Нет еды более страшной для водолазов и космонавтов, чем горох. Ну, ладно, шутки шутками, а я считаю, что эти козлы находятся сейчас на в помещениях базы, а под ней, где они скорее всего вырыли себе пещеру и устроили себе куда более роскошное жилище. Когда эти твари прикрыли проект гурвальских учёных, они добрых два десятка раз шастали то туда, то обратно и всякий раз не с пустыми руками, тащили с собой даже предметы роскоши. Хотелось бы мне знать, где они её выкопали?

– Вряд ли они стали делать это под куполами. – Сказал задумчиво Кир – Смотри, они же чуть ли не насквозь просматриваются – Скорее всего они копали из этого ангара для техники. Места там достаточно, да, для этого и трёх квадратных метров хватило бы. Вот только куда они выкинули такую прорву грунта? Хотя в то время, когда они рыли свою нору, им было куда его сбрасывать, звёздная система здесь была довольно большая. Ладно, Серёга, давай осматриваться дальше и думать, где мы произведём десантирование.

Козмо, цыкнув зубом, сразу же сказал:

– А тут и гадать нечего, сержант. Работать по врагу начнём из зелёнки. Это я ещё в Афгане уяснил – видишь зелёнку, напрягись. Если чистая, сразу залезай в неё. Зелёнка тем и замечательна, что одинаково хорошо маскирует как шурави, так и духов. Или в Чечне иначе было?

– В Чечне то же самое было, товарищ капитан. – Кивнул головой Кирилл – Меня дядя Толя Балалайкин, когда мы в горы ходили, вместе с двумя бойцами заранее, ещё дня за два до операции забрасывал в какой-нибудь лесок за спину к чехам, а уже потом шел на них внаглую. Парни у нас в роте были отличные, своё дело знали, как никто другой. Покажут себя из-за камня, тут же исчезают из вида и бьют одиночными, пока те не озвереют окончательно и не попрут на них буром, только сходиться с нами в рукопашную это было для них верной смертью, а тут ещё я работаю с какой-нибудь высотки по ним из винтаря.

Козмо широко улыбнулся и сказал, слегка толкнув друга локтем:

– Не напрягайся, сержант. Вся твоя рота и так давно уже ходит в любимчиках у старика и все, кому это интересно, не только на Астриуме, но и во многих других мирах Золотого круга хорошо знают, что такое отдельная рота спецназа ВДВ капитана Балабанова. Да, и остальные парни, которых ты лично снарядил в рыцари с Земли, тоже ещё те монстры, что Борух, что Ашот с Зауром, но наша с тобой команда всё равно самая лучшая. Меня старик давно уже подначивает, спрашивает, чего это я всё никак в рыцари-маги не подамся, да, только как же я вас брошу, старшой? Вы для меня давно уже стали семьёй.

– Я тоже тебя люблю, Серёга! – Насмешливым голосом воскликнул Кир – Только без тебя наша команда никогда не была бы такой мощной. Это кто угодно скажет, тебя и без посвящения в рыцари все наши ребята считали самым лучшим рыцарем-магом, вот только теперь, когда ты, Тетёха и Атилла стали настоящими рыцарями, маги Горы навалятся на вас всем скопом и начнут выкручивать вам руки, чтобы вы почаще бывали на Астриуме и наводили там порядок.

– Да, меня и без того на неделе по три раза туда выдёргивают, а иной раз даже несколько раз за день. – Отозвался Козмо.

– Э, нет, старик. – Насмешливо сказал Кир – Одно дело решать всякие там магические загадки с ребятами Эльворина и совсем другое помогать сэру Павлу. Теперь, когда Амал с этим древним договором вылетел в трубу и ни за что не зацепился, начнутся другие дела.

Козмо пристально посмотрел на Кирилла и спросил озабоченно:

– Ты о чём это, Кирюха? Ведь ты же сам говорил как-то раз, что теперь Амал уже не будет так тщательно готовить свои атаки, как он делал это раньше, а раз так, то и воевать нам станет с ним проще.

Кирилл помотал головой и сказал твёрдым голосом:

– А вот тут ты очень сильно ошибаешься, Кузьмич. Раньше из-за этого договора Амал не мог наделять своих последователей всей своей силой, а её у него немало. Зато теперь он будет из тех уродов, которые найдут его амулеты, таких чудовищ делать, что даже нашей команде и таким парням, как Чарли, Жак, Оська, Толик и все остальные наши ученики, придётся работать в полную силу. Поиск станет намного короче, но зато битвы будут куда более ожесточёнными. Поэтому готовься Кузьмич к тому, чтобы помочь старику вразумить некоторых типов, которые привыкли работать парами и не признают даже драконов. Теперь даже нам придётся взять в свою команду нескольких ребят, чтобы на следующем задании мы могли с хода вступить в бой. Думаю, что полного отделения, усиленного пулемётчиком, нам хватит, а вот кое-кому придётся набрать себе целый мотопехотный взвод.

Козмо вздохнул и, посмотрев на командира, спросил:

– Ты хочешь предложить Осейну объединиться с нами?

– Нет. – Коротко ответил тот – Он прекрасный командир и будет воевать со своим отрядом, но я намерен сделать так, чтобы и он мог вызывать нас на помощь. Я хочу взять в наш отряд Бела с Нини, Кена, Земера и намерен предложить Бобби Мастерсону присоединиться к нам, а ещё я хочу попросить тебя, чтобы ты уговорил Элен тоже войти в нашу банду. Тогда нам нужно будет найти ещё двух магов, чтобы в итоге получился полный ресэалкаон. Вместе с золотыми магами с их сферами мы станем очень серьёзной боевой единицей.

– С Элен проблем не будет. – Промолвил Козмо – С Бобби тоже, он парень дисциплинированный, а вот как к этому отнесутся Кен...

Козмо не успел назвать имена остальных кандидатов, как Анганиэль сказала ему своим красивым, певучим голосом:

– Кузьмич, не волнуйся за нас, мы согласны, не говоря уже о Кене и Земере. Они ведь не дураки к твоему сведению и прекрасно понимают, что работать в одной команде с Киром согласится любой рыцарь-маг. Даже такой, как Осейн Канорфенум.

– Да, Кузьмич, это будет для меня и Кена огромная честь. – Подтвердил Земер Куад и поторопился сказать – Командир, всё, отключаемся. Больше никакой болтовни, только безмолвное наблюдение.

Козмо удовлетворённо хмыкнул и сказал:

– Так, с этими ребятами всё ясно, Кирюха. Ну, а кто будут те два мага, которых ты решил взять для полного комплекта? У тебя есть подходящие кандидатуры на примете?

Кир пожал плечами и ответил:

– Понятия не имею кого приведёт в нашу команду Атилла, но уверен, что это будет та девушка, которая в него влюбится, так что нам нужно будет найти только одного мага или магессу.

– А мне кажется, что тут и гадать нечего. – Немного подумав сказал Козмо – Это будет Лехтааран. Он и Земер теперь друзья не разлей вода, а нам второй дракон точно не помешает. Тем более такой парень, как Лёха. Вот уж никогда бы не мог подумать, что драконы могут быть такими хитрецами и пройдохами, как он. Ну, я так понимаю, что после Гурвала Бел с Нини будут квартировать на Алассеа-нор-Эльдаре, Кен, Земер и Лёха на Гурвале, а в нашем доме появится помимо Элен ещё одна девушка и нам только и нужно будет сделать, что рассказать соседям о своём брате и его невесте, а мне сыграть свадьбу.

– Вот всё и выяснилось. – Со вздохом сказал Кир и кивая головой прибавил – Всегда бы так, а то ведь пока Атилла не ткнул мимоходом пальцем в небо, я так бы и не въехал, где схоронились эти мерзавцы. Чёрт, а ведь если разобраться по существу, всё было так просто. Меня даже злость берёт, как это я умудрился заблудиться в трёх соснах, то есть в одной планете и двух лунах. Да, бывает и на старуху проруха.

Козмо махнул рукой и воскликнул:

– Кирюха, не мети пургу. Ты всё это время думал совсем о других делах. Тебе ведь было куда важнее дать Дюку и Велириану время на подготовку, а все эти следственные действия были нужны только для очистки совести и для того, чтобы натаскать рыцарей на поиск следов нечисти и что бы ты не говорил, всё объясняется только этим. Ты и меня сбил с панталыка этим своим требованием – парни, копайте глубже, пройдите по каждому следу и распутайте весь клубок. Кирей, хочешь верь мне, хочешь не верь, но снова сработала твоя интуиция. Ты догадался, что мы можем не торопиться и решил использовать этот тайм-аут с пользой для всех рыцарей. Только мне непонятно одно, Кирюха, что мы тут сидим и мнём яйца? Нам что, больше знаться нечем? Давай, поднимайся и пошли громить этот гадюшник.

Козмо встал и сотворил небольшой портал прохода в лунную оранжерею. Кир поднялся вслед за ним и шагнул в неё первым. Оранжерея основательно заросла растениями, но в самой середине имелось свободное пространство и там стоял массивный куб гидропонной установки, на крышке которой они и встали совершенно невидимые. В оранжерее было тихо. Где-то за ближайшими кустами тихо стрекотали механизмы, с помощью которых компьютер ухаживал за растениями. Журчала вода в трубах, да, изредка с огромных листьев падали на пластиковые панели капли воды. В условиях меньшей, чем на Гурвале гравитации, растения довольно сильно изменились и в них уже было довольно трудно узнать всякие там кнотерсы и прочие фредлы и гаршуги, но урожай судя по всему они давали знатный. Однако, Кира и Козмо он вовсе не интересовал и оба рыцаря-мага пристально вглядывались через магические забрала своих боескафандров в ангар.

Нечисть была и на этот раз безобразно беспечна. Окружив базу целой кучей сенсоров и мин, среди которых было довольно много магических, Зерон и Тилос на этом успокоились и не удосужились поставить ничего подобного в ангаре. В самом центре ангара лорды тьмы вырыли ствол шахты, диаметром метров в пять, но при этом нарушили его герметизацию и вся атмосфера из него улетела в космос. Золотая вуаль не доходила до орбиты Гилианы тысяч триста километров, но от неё к этой луне действительно тянулся длинный золотистый язык, который был уже довольно близко. Похоже, что нечисть действительно как-то умудрилась подчинить её себе. Через прозрачный купол оранжереи было хорошо видно, что он изгибаясь в пространстве сопровождает луну в её полёте по орбите вокруг планеты и, словно бы пытается дотянуться до неё. Киру трудно было определить, как скоро это произойдёт, но он вовсе не собирался ждать, когда золотая вуаль Гурвала дотянется до Гилианы, а поскольку до неё было несколько десятков тысяч километров, время у них в запасе ещё было.

Третий портал прохода Кир сотворил уже сам и через несколько секунд они зависли над стволом шахты и чуть не расхохотались, увидев глубоко внизу что-то стальное. В оранжерее он не обнаружил никаких следов лордов тьмы. Не было их и в обитаемых отсеках станции, зато ангар был буквально испачкан ими и уже очень скоро оба рыцаря-мага убедились в том, что вот уже добрых пятнадцать лет нечисть не высовывала носа наружу. Зато вниз спускалось по стенам ствола несколько десятков кабелей, среди которых попадались довольно толстые, и даже труб, а снизу то и дело струился воздух. Всё это прямо указывало на то, что работы велись небрежно. Кир ещё раз огляделся вокруг и, наконец, стал рассматривать, что же лежало у них под ногами. Через пару минут ему стало ясно, что он видит перед собой довольно большой трёхэтажный стальной куб с длиной ребра в добрых тридцать метров, который парил над полом пещеры, вырубленной в недрах Гилианы.

В этом стальном бункере, толщина стенок которого составляла около полуметра, они увидели обоих чёрных магов. Судя по всему они то ли были в ссоре, то ли так осточертели друг другу, что и смотреть не хотели один на другого, что разделили своё стальное убежище на две части толстой переборкой сверху донизу. Один сидел за столом и что-то писал в здоровенно книге, а второй с бокалом вина или какого-то другого напитка нежился в ванне. Жилые помещения находились на самом верхнем этаже, а два нижних представляли из себя кладовые, битком набитые съестными припасами. Что же, их жизни было трудно позавидовать, но ещё более ужасной должна была стать их кончина в этой стальной тюряге.

В ярко освещённой множеством прожекторов пещере вокруг бункера двух лордов тьмы сверху и с боков проходили тысячи лазерных лучей, которые должны были известить их об опасности. Никаких магических мин и тем более каких-то магических устройств, походивших на оружие, ни Кир, ни Козмо так и не обнаружили, из чего можно было сделать только один вывод – они сами по себе были тем самым оружием, которое должно было уничтожить Гурвал в нужную минуту. Как в ванной комнате так и в небольшом кабинете имелось сразу несколько телевизоров и все они были включены и настроены на приём телепрограмм с Гурвала. Имелись телевизоры и во всех остальных помещениях включая сортиры. Судя по тому, что в жилых помещениях и даже в кладовых имелись также ревуны, было ясно, что и Зерон, и Тилос постоянно находились в состоянии полной боевой готовности и ожидании тревожного сигнала. Даже записывая что-то в свою толстенную книженцию один из них то и дело поглядывал на телевизор и Кир, поцокав языком, поинтересовался:

– Интересно, Кузьмич, они спать когда-нибудь ложатся?

Судя по тому, что одна постель была всклокочена, та которая находилась на половине типа принимавшего ванну, а вторая заправлена, спать они всё же ложились и Козмо сказал:

– Разумеется, мы как раз застали их за сменой караула. Один только что встал и принимает водные процедуры, а второй решил записать свои впечатления о ещё одной смене прежде, чем залечь на боковую. Ну, вот, что я говорил, он встал из-за стола и идёт прямиком в свою спальную. Сейчас этот урод завалится в кровать и будет спать, пока его не разбудит старый друг.

– Ну, не знаю, успеет он уснуть или нет, Кузьмич, а вот проснуться ему уже точно не суждено. – Сказал Кир плавно спускаясь вниз и поясняя на ходу – Влезать в их берлогу и вступать с ними в схватку я не намерен, а потому буду действовать по другому. Нанесу, так сказать, нечисти подлый и коварный удар поленом по тыкве из-за угла. Тебя, надеюсь, не оскорбит то, что я намерен поступить не по-рыцарски? Кузьмич, мне, конечно, хотелось бы разделить двух этих уродов с тобой по-братски и, обнажив Бадхор, сразиться с одним из них, но, увы, не тот это случай, а потому так и напиши в своей очередной книжке, что Кирюха Бублик, покраснев от стыда, собрал всю свою волю в кулак и, чуть ли не рыдая во весь голос из-за того, что он такая зараза, нанёс по своему врагу внезапный, подлый удар в спину, который, разумеется, не делает ему чести, но очень эффективно действует. Кстати, сейчас мы испытаем, чего стоит наша новая хвалёная вуаль забвения, которая, якобы, может обмануть даже лазерную сигнализацию. Те телекамеры, которые установлены на стенах пещеры, нас точно не засекут, а вот лазеры судя по всему всё же не простые, а магические. Правда, я уже задел ногой десятка три лучей, а этим хлопцам всё по фигу. Летим дальше и опускаемся на пол. Интересно, Барибалу Асисте понравится, что я в очередной раз использую его адскую глину в борьбе с его друганами? Наверное не очень, зато он уже в который раз пожалеет, что так неосмотрительно отдал её Джонни.

Бункер парил на мощных антигравах на высоте в два метра над каменным полом. Кабели и трубы, которые спускались вниз по стене ствола шахты, шли по полу, а потом, собранные в пучок, входили в него снизу. От стен и потолка до сигнальных лазерных нитей, которые изредка становились видны, когда из небольших отверстий наружу вырывались струйки воздуха, было чуть более метра и Козмо, оценив это расстояние, задумчиво спросил:

– Кирюха, как ты думаешь, а у адской глины хватит силёнок, чтобы сломать эту стальную коробку? Судя по всему сталь магическая.

– Хватит, Кузьмич. – Беспечно откликнулся Кирилл – Я в неё подмешал молотого жареного шонса и она от него сделалась ещё мощнее. Не знаю, с чего это мне взбрело в голову поэкспериментировать с нею, но если бы я сделал это перед боем на Наленоре, то нам не пришлось бы столько времени уродоваться, стреляя по пушкам. Мне было бы достаточно приказать глине сорвать с них створки одну за другой и заткнуть пушки к чёртовой матери, но, как говорится, умная мысля приходит опосля, а после драки кулаками не машут. Лопухнулся я тогда просто шикарнейшим образом. До сих пор стыдно.

Козмо поспешил успокоить своего командира:

– Да, ладно тебе, успокойся. Зато парней потренировали, как следует и обстреляли их самым основательным образом. Где ты ещё найдёшь теперь такие здоровенные пушки, которые стреляют цельными трамваями вместо снарядов, Так что некоторым твоим рыцарям просто несказанно повезло и теперь ежели Ося начнёт всем рассказывать в кантине у Фартара о том, как он своим Боумвилом сбивал на землю снаряды такого размера, то у всех рты откроются от удивления, а уж как ему будут завидовать Итил и Даго, я вообще молчу. Раскритикуют они нас, конечно, в пух и прах, без этого не обойдётся, но это же будет только подчёркивать нашу доблесть и отвагу, не говоря уже обо всех прочих лучших ка-ка-чествах и обо всём остальном включая нашу исключительную мудрёность и редкостную хитрожелтость.

Оба рыцаря-мага медленно и плавно, стараясь не делать резких движений ногами и руками опустились вниз и замерли в горизонтальном положении на высоте метра от каменного пола. Прежде, чем приступать к финальной стадии своей вредительско-диверсионной операции, они тщательно огляделись. Несколько десятков телекамер было установлено над самым полом и им пришлось поломать голову, как их обезвредить, но и это не составило Козмо особого труда. Он просто подключился к телевизионному кабелю с помощью компьютера своего боескафандра, пустил по кругу тридцать шесть записей и, прокомментировав это событие весёлым матерком, сказал:

– ... Ну, всё, Кирюха, можешь вытаскивать свою глину.

Кирилл достал из нагрудного контейнера, в котором лежала его магическая книга, мешочек с адской глиной и тихо шепнул:

– Глина, проснись и стань невидимой, пришло время поработать, дорогуша. – Выложив к себе на руку невидимый, пульсирующий комок, он приказал – Глина, осторожно обволоки собой этот стальной куб и незаметно вырасти, сделайся толщиной в один метр вокруг него и стань плотнее и прочнее стали, после чего быстро, за четверть секунды обрежь кабели и со скоростью взрыва сломай куб, сожми его в своих объятьях и превратись в сверхпрочный стальной кубик размером сорок на сорок сантиметров. Действуй, глина, быстро!

Последние слова Кир сказал погромче и уже в следующую секунду подхватил перлитовым контейнером заказанный стальной кубик нужного ему размера, который чуть не вмёрз в образовавшийся фонтанчик. Козмо быстро перекрыл подачу воды и воздуха, заизолировал электрические кабели и потому они поднялись наверх так же спокойно, как и опустились. Уже стоя на краю ствола шахты, Козмо сказал:

– Даже как-то скучно всё получилось, Кирюха. Ни тебе жуткого скрежета, ни воя нечисти, да, и картинка была так себе. Ума не приложу, что теперь пиплу показывать по телеку? Да, и ты, хорош, висел над полом как-то в раскорячку. Не мог что ли лечь по стойке смирно?

– Ага, и честь отдать этим тварям. – Насмешливо сказал Кир и пояснил – А скрежета и воплей ты не слышал потому, что мы в вакууме. Это только в звёздных войнах у Джорджа Лукаса космические корабли стреляют с жуткими звуками и взрывы такие, словно факир керосин поджигает. Гуля глядя на это со смеху покатывается, он же старый космический вояка и видел это всё вживую, не то что мы с тобой. Ладно, Кузьмич, раз уж мы здесь, пошли чистить кратер от мин.

Оба рыцаря-мага неторопливо вышли из ангара и пока Козмо возился с шлюзом, обстановка снаружи быстро переменилась. Над кратером Береро летали десятки, если не сотни золотых сфер, а в них сидели какие-то пляжные мальчики и девочки, которые сосредоточенно разминировали минные поля. Ещё несколько десятков золотых сфер, внутри которых сидели учёные одетые в космические скафандры подлетали к главному шлюзу базы. Они вернулись на Гилиану, а вместе с ними громкие крики, весёлые шутки и смех, которые Кир и Козмо могли слышать потому, что на всех этих молодых парнях и девчонках, многие из которых несколько лет назад были готовы вот-вот предстать перед Ароссой, были магические очки. Тетюр, подлетев к ним с двумя золотыми сферами в поводу, успокоил своего друга:

– Кузя, за картинку и спецэффекты можешь особо не волноваться. Телевизионщики ничего не показывали в прямом эфире, а потому нарисуют на своих компьютерах такую картинку и сопроводят её такими звуковыми и световыми эффектами, что ты просто обрыдаешься от зависти. Правда, народ к телеку ещё часа два, а то и больше не затащишь. Как всегда в подобных случаях на всех больших площадях, а их Дюк ещё год назад подготовил, появились тысячи стационарных порталов прохода с большими и, представь себе, вполне современными экранами-информаторами, но они пока что не действуют. – Боднув Кира своей сферой в зад, Тетюр воскликнул – Кирюха, пипл ждёт!

Кирилл, усаживаясь в полупрозрачное золотистое кресло, ответил ему снимая с головы шлем:

– Подождёт твой пипл, никуда не денется, я ещё не отгулял свой отпуск. – Заставив свой боескафандр прямо с тела залезть в магическую книгу, отчего остался сидеть в кресле в трусах камуфляжной расцветки и майке-тельняшке, он сказал Козмо – Кузьмич, как ты относишься к тому, чтобы выдернуть с Ильмина Элен и Бобби с женой и дочерьми? Думаю, что теперь это будет нам по силам.

Козмо посмотрел на него с укоризной и сказал:

– Кирюха, Элен без Анны-Лизы, Эльзы и твоих разбойников мне здесь не нужна. Мы же ещё не молодожены. Только не сюда же их тащить, в открытый космос. Давай сначала подыщем какое-нибудь приличное место, чтобы было где детям играть, поляну накроем, друзей позовём, ну, и всё такое, как полагается.

Кир задумчиво посмотрел на Гурвал, окруженный золотой вуалью с оторвавшимся от ней и тающим в космосе хищным языком и задумчивым голосом произнёс:

– Есть у меня одно хорошее местечко на примете, Кузя. Чудесный остров у берегов Модонии. На нём стоит почти возле самого берега старинный рыцарский замок, пляж там просто обалденный...

– А называется этот остров – островом Кира Торсена и является он великим герцогством Торсенийским! – Восторженным голосом воскликнул подлетая к ним император Дюк – И сию же минуту тысячи магов из Астрианы отправятся туда и подготовят его к приёму гостей. Думаю, что каких-то три-четыре часа ничего не решают, Кир, всё равно там сейчас ещё темно, а потому тебе ничто не мешает отправиться вместе со мной в Астриану. Вся моя команда уже в сборе и ребята отправляются туда в соответствующем прикиде вместе с женами и детворой. Правда, Вел и Риго возьмут не детей, а внуков, а то мне было бы как-то странно видеть, как Вилес станет бегать взапуски с твоей ребятнёй по пляжу и ловить крабов среди камней.

– Да, мой юный друг, – С притворным вздохом сказал Козмо – Ты не знаком с семьёй сэра Кира. Пожалуй, только Вилес и сможет справиться с этими юными рыцарями, когда они начнут показывать все те новые приёмы айкидо и карате, которые они разучили. Это не дети, Дюк, это сущая напасть. Его старшие сыновья, Джакомо и Пьетро, нормальные парни, спокойные и серьёзные, зато младшие, Толик, Джакомино, Кириллка и особенно Эльза, его дочурка, форменные бандиты, они же потомственные рыцари и потому готовятся к битвам чуть ли не с пелёнок. В школу их палкой не загонишь, зато тренироваться они готовы сутками напролёт, так что с обычными детьми им трудно общаться. Особенно Элечке. Она же сущий сорванец, но детей на остров пригласить нужно, может быть в их присутствии они постесняются превращать пляж в тренировочную площадку и не станут требовать, чтобы дядя Кузя был их макиваром.

– Ну, тогда я непременно возьму с собой мячи, биты и перчатки для дергетта. – Сказал император – Мне нравится играть с детворой.

На остров Торсена они оправились только через пять часов. К этому времени все формальности были выполнены и Кир стал хозяином красивого острова с большим замком, поместьем и даже небольшим курортным городом неподалёку, которые были до этого времени самым дорогим курортом Модонии. Население острова отнеслось ко всему весьма благосклонно не смотря на то, что большая часть недвижимости была выкуплена императором Дюком и предана в дар новому хозяину острова. В любом случае в их жизни ничего не переменилось кроме того, что их остров стал Великим Герцогством. В половине десятого утра на острове неподалёку от старинного замка высадился большой и шумный десант, состоящий из чистильщиков, гурвальских королей во главе с императором, нескольких десятков рыцарей-магов их Тогонии, Астриума и Наленора, а также с полсотни изумрудных драконов, принявших облик юношей и девушек, приглашенных Лехтаараном по просьбе Кира.

Остров Торсена был довольно большим. С двух сторон над ним возвышались живописные, скалистые горы, а между ними лежала широкая, наклонная долина с тремя озёрами, местами поросшая лесом, но самым живописным уголком острова был тот берег, на котором стоял величественного вида рыцарский замок. Он был построен из больших гранитных валунов, крупных внизу и помельче в верхней части массивного здания с четырьмя башнями по углам, обращённого к неширокому проливу. Архитектура замка вроде была простой и незамысловатой, но он очень красиво вписывался в пейзаж. Сразу за замком, освещённым солнцем, в лучах которого играли большие, красочные витражи, поднималась скалистая гряда с высоченными соснами. Перед большими воротами замка лежал широкий луг, заканчивающийся невысокой каменной стеной, под которой был на добрую сотню метров протянулся пляж золотого песка. Слева от него росли высокие, кудрявые дубы, а справа море вплотную подходило к скалам и там находилась небольшая пристань с несколькими парусными яхтами.

На лужайке уже был поставлен большой, нарядный, бело-синий пластиковый павильон с тремя рядами столов, а рядом с ним, справа и слева, ещё два поменьше, один для женщин, другой для мужчин. Гости острова Торсена взяли с собой на этот пикник у моря дюжины четыре детей в возрасте от восьми до четырнадцати лет и они, быстро познакомившись друг с другом, сразу же затеяли игры, благо для этого была приготовлена целая детская площадка. Для того, чтобы гости немного освоились, Кир предложил всем сначала осмотреться с полчаса, а уж потом собраться возле главного павильона. Никто не стал возражать и новые друзья чистильщиков отошли, давая им возможность поговорить в спокойной обстановке. Козмо, тряхнув головой, широко улыбнулся и сказал:

– Кирюха, ты в этих делах ничего не петришь, а потому дай возможность дяде Кузе посмотреть, что творится сейчас на Ильмине и принять окончательное решение, как мы будем действовать. Внаглую или осторожненько. – Маг достал из заднего кармана своих пляжных, неприлично розовых бермудов магическую книгу и углубился в созерцание. Минут пять он молчал, а потом стал докладывать – Так, ребята, докладываю. Элен, Толя с Фелицией и Бобби с семьёй так ещё и торчат на площади, а вот в нашем замке собралась целая куча гостей. Роджер со всеми своими королюгами, Анри чуть ли не с половиной попов и многие другие наши друзья. Вместе со всем твоим дружным семейством они собрались во внутреннем дворике и ждут нас. Ну, что будем делать, парень? Мне, как, выдернуть их всех, чтобы они не успели даже вякнуть и чинно открыть два портала прохода?

Кирилл заглянул в свою магическую книгу, посмотрел в неё и, почесав в затылке, сказал со вздохом:

– Нет, портал прохода открывать нам нельзя. Поднимется слишком много шума, ведь таким образом мы откроем Гурвал и тогда старик здорово на нас всех обидится. Поэтому, Кузьмич, придётся нам просто умыкнуть народ с Ильмина, но я боюсь, что тебе такое будет не под силу, а потому сам сделаю это.

– Ну, тебе из погреба виднее, Кирюха. – Согласился Козмо – Только ты того, когда будешь создавать облако захвата, не утащи с Ильмина заодно и мостовую. Такое по неопытности иногда случается, но при этом прихвати гостей вместе с подмётками, а то потом смеха не оберёшься. Станут говорить, что ты рвёшь подмётки на ходу.

Через четверть часа гости острова Торсена вернулись к павильону и Кир построил их справа от него. Чистильщики встали группой неподалёку от них, а Кир, отойдя на несколько метров, быстро начертал рукой в воздухе магический символ перемещения и тотчас напротив гурвальцев встала чуть ли не вдвое большая по численности толпа мужчин, женщин и детей одетых в лёгкие летные наряды. Тишину тотчас разорвал громкий девчоночий крик:

– Мамулечка! Папка!

Высокая, тёмноволосая девочка, одетая в джинсовые шорты и голубую майку, пулей вылетела из толпы и повисла на шее у Иоланты. Та подхватила дочь на руки и закружила её весело смеясь, а Кир, бросившись к Анне-Лизе и Эльзе-старшей, громко крикнул:

– Ребята, вы в гостях у наших друзей! – Подхватив на руки смеющуюся миниатюрную красавицу он добавил – Роджер, Ланион, идите же познакомьтесь с вашим новым коллегой императором Дюком.

Оба строя дрогнули и быстро двинулись навстречу друг другу с весёлыми возгласами и радостными улыбками на лицах. Козмо, подхватив на руки Элен, покрыл её лицо поцелуями, но не сбежал немедленно, как того следовало бы ожидать, а остался вместе с друзьями. Давер Николс сразу же высмотрел в этой толпе своих духовных братьев, одетых хотя и для пикника на берегу озера, но всё же строго, чуть ли не чопорно и, широко заулыбавшись, с распростёртыми объятьями направился прямо к архиепископу Ренье. Тот мигом сообразил, что к нему направляется не какой-то там король и, троекратно облобызав, Верховного хранителя заветов, коротко скомандовал:

– Парни, к бою, не посрамим же Ильмина, перепьём братьев наших во Христе, Аллахе, Будде или как вы тут зовёте Создателя нашего? – Выслушав ответ, он закончил призыв возгласом – Во имя Ароссы и пророка его Труала!

Козмо, всё ещё держа Элен на руках, сказал ему смеясь:

– Вот тут ты пролетел, Анри, перепить старого труалиста тебе точно будет не по силам. У этих парней такая закалка, что тебе нужно иметь не глотку, а самый настоящий насос. Они же бездонные.

В каких-то десять минут все перезнакомились между собой, но к столам немедленно не отправились, а пошли вслед за детьми купаться. Там тоже всё было в полном порядке. Эльза командовала уже не только братьями, но и всей остальной детворой и стала объяснять им, что лучше всего купаться в море на драконе. Атилла немедленно погрозил девчушке пальцем, но к её слугам тотчас появилось не менее полусотни изумрудных драконов, дети тотчас оседлали их и те поплыли в море трубя громко и радостно, поскольку и сами были очень молоды. К ним присоединилось и взрослые, в основном женщины. Только в полдень, наплескавшись в воде до изнеможения, купальщики выбрались на берег и пошли к большому павильону, где их уже ждали накрытые столы, но на спиртное, как заявил об этом архиепископ Ренье, налегать никто не стал. Его вообще не было на столах, ведь это был пикник с детьми, а не какой-то мальчишник, да, и разговоры за столом шли исключительно о детях и каждый счастливый папаша с умилением наблюдал за тем, какими воспитанными умеют быть его дети.

Так закончилась эта миссия, которая началась возле склада битком набитого шонсом и это был, пожалуй, самый прекрасный финал из всех тех миссий, которыми руководил Кир Торсен. Ещё ни разу за все эти годы мы не проводили время так весело и для всех наших друзей это был прекрасный отпуск, который они провели в мире, где их всех уже любили, ценили и уважали. Жаль только, что он продлился всего лишь месяц. Между тем не все в этот последний месяц нашего пребывания на Гурвале отдыхали. Все те гурвальцы, которые должны были отправиться вместе с нами на Астриум, готовились к этому с ничуть не меньшей самоотверженностью, чем во время боя, но это была уже совсем другая история.

Эпилог.

Для того, чтобы на Астриум смогли войти все рыцари Света, а также те гурвальцы, которые решили с него отправиться на Армагеддон, понадобилась большая площадка. Спор о том, откуда все эти люди войдет в этот мир, погас так и не разгоревшись и погасил его Кирюха, который сказал: – "Где мы вошли на Гурвал, оттуда и отправимся на Астриум", чем пролил бальзам на душу короля Дуанта. Император Дюк, подумав немного, согласился, так что все остальные соискатели быстро успокоились. В следующего полдень всё было готово не только в Тогонии, но и по все планете. Провожающих неподалёку от поля, всего пару дней назад засеянного шонсом, не было, здесь собрались одни только отъезжающие, но ещё больше гурвальцев собралось вблизи тех площадей, на которых стояли квадратом самые большие во всех Золотых мирах стационарные порталы прохода. Все улицы, ведущие к ним, были заполнены громадными пассажирскими флайерами и просто пешеходами, выстроившихся большими группами, а между ними прямо над головами людей парили золотые шары с сидящими внутри магами.

В точно таких же шарах сидели и рыцари-маги, одетые в парадные мундиры, но ещё большее количество золотых магов, упакованных по походному, лежало в их магических книгах, а стало быть уже находились на Астриуме, в огромных подземных хранилищах мастера Аструала. Осейн предложил мне, Орсо и Арко не жлобиться, мы немного подумали и решили, что вех денег всё равно не заработаешь, а потому взяли рыцарей в оборот и, щедро наделив их золотыми сейфами, велели им быть щедрыми по отношению к своим братьям по оружию. Вот только никаких магических алкаонов мы ставить на них не стали. В конце концов не все рыцари считают эльфийскую магию светом в окошечке и тут с ними не поспоришь. В конце концов во Вселенной хватает и других отличных магов, а у них есть свои собственные излюбленные приёмы, так что они как-нибудь разберутся, каким трюкам учить своих новых помощникам.

Как только время ожидания истекло, я начертал своей трубкой магический символ и сотворил портал прохода шириной чуть ли не в полтора километра и мы всей нашей армией двинули на Астриум. Уж каких армий мы не создавали вместе с Кирюхой, а в таком количестве ещё не входили в этот мир. Паря в своём Силиндо вместе с Элен на полукилометровой высоте, я с волнением смотрел, как сначала вперёд устремились десятки тысяч золотых сфер, прямо над ними летели огромные изумрудные драконы. Затем полетели грузовые платформы со стоящими на них огромными, позолоченными сверхтяжелыми самоходными гаубицами, громадными миномётами и тяжелыми лазерами на танковом ходу. Позади них на платформах стояла вспомогательная техника, а экипажи, одетые в парадные мундиры, выстроились перед своими огромными боевыми машинами.

Император Гурвала не поскупился и вся эта техника была покрыта позолотой, хотя это и противоречило всем правилам, принятым в любой нормальной армии, но в том-то и дело, что вскоре эти грозные боевые машины должны будут встать на боевое дежурство в таком месте, где не будет грязи и не потребуется никакая маскировка. Как только последняя платформа влетела на Астриум, который сильно увеличился в размерах благодаря нашей команде, в этот мир, давно уже ставший для меня родным, влетели мы с Леночкой и она ахнула, увидев самую большую во всей Вселенной равнину, имевшую в поперечнике свыше пятнадцати тысяч километров, отчего с одного края никогда не было видно противоположного. Как только мои обязанности привратника закончились, я тут же сотворил ещё один портал и секунду спустя мы парили высоко в небе над бескрайним лесом, а под нами лежал чудесный огромный город, раскинувшийся на склонах горы. Меня в нём не сразу заметили, зато когда наши друзья, сокращая расстояние, стали по одиночке и группами появляться над городом и особенно тогда, когда в небе затрубили драконы, все высыпали на улицы, но настоящее столпотворение началось после того, как неторопливо и величаво полетели платформы.

Мы с Элен летали выше всех и нам было отлично видно, как из домов выбегали жители этого лесного города и их друзья, драконы, поднимали их в небо, в котором сразу же сделалось тесно. Изумрудные драконы, покрасовавшись перед эльфами, а их в Дейтхире было больше всех, быстро уменьшались в размерах и, стремительно спикировав на улицы и площади города, тотчас оборачивались юношами и девушками, одетыми в эльфийское платье. Они тотчас становились предметом всеобщего внимания, ведь здесь любили драконов, тем более таких обаятельных и к тому же так прекрасно разбирающихся в магии преображения. Мы тоже полетели вниз, прямо к дворцу правительницы этого огромного лесного края. Принцесса Гвеннелинна, услышав шум, выбежала не парадный балкон и так уж случилось, что мы подлетели к нему первыми и стоило только нам выбраться из Силиндо, как она, всплеснув руками, громко воскликнула:

– Козмо! Я должна была сразу же догадаться! Кто кроме тебя и Кира способен устроить в Дейтхире такой переполох. – Шагнув к Элен, эльфийка тотчас обняла её и, расцеловав, сказала мне – Познакомь же меня со своей невестой, Козмо. – За тот месяц, что мы с Леночкой путешествовали по Гурвалу, она не только согласилась выйти за меня замуж, но ещё и была посвящена Киром в рыцари, так что представил я её не только как свою невесту и принцесса, поцеловав меня в щёку, воскликнула – Прекрасно, когда и где мы сыграем вашу свадьбу? Я обязательно хочу подвести Элен к алтарю, Кузенька.

Замявшись, я сказал со вздохом:

– Гвенни, милая, вообще-то я хотел, чтобы один мой друг обвенчал нас в храме того города на Земле, в которым мы все давно уже живём...

– Ну, так в чём проблема, Кузьмич? – Снова воскликнула принцесса Гвеннелинна – Почему бы твоему другу не сделать этого в кафедральном соборе Дейтхира? Я не думаю, что ему не будет приятно сделать это в присутствии того, чьим именем освещена вся его жизнь, ведь в тот крохотный городок просто не поместятся все твои друзья, а их у тебя столько, милый, что Аструалу придётся увеличить свой прекрасный парк вокруг Сапфирового дворца. Зато Элен проснётся твоей женой в тех покоях, которые находятся на самой высокой вершине всей нашей Вселенной. Неужели тебе не хочется сделать своей невесте такой свадебный подарок? Надеюсь, что свой медовый месяц вы проведёте на Алассеа-нор-Эльдаре, друзья мои.

Пока мы обсуждали мои матримониальные дела, к балкону подлетели наши друзья и Кир, послав принцессе Гвеннелинне воздушный поцелуй, громко крикнул мне:

– Кузьмич, я, конечно, понимаю, что тебе это до лампочки, но нас ждёт Призрачный мост и встреча с командиром. Ёлочка, тащи этого типа на Силиндо, полетели сбрасывать в Сияющую пропасть наши трофеи. Хотя они на этот раз не весть какие, но всё-таки.

– Погоди маленько, командир, никуда Призрачный мост от нас не денется. – Остановил я его – Мне давно уже хотелось сделать принцессе Гвеннелинне хороший подарок и именно поэтому мы с Элен прилетели к ней на балкон.

Подмигнув своему вечному оппоненту в наших долгих беседах о магии и её базовых основах, я вытряхнул из своей магической книги золочёный сундук с магическим ресэалкаоном в центре которого горел бриллиантовый Морнивион – звезда принцессы Гвеннелинны. Эльфийская красавица так и ахнула, прижав руки к щёчкам, похожим на лепестки жасмина, а я довольный произведённым эффектом, сказал:

– Гвенни, приложи ручку к своему дому, включи эту штуковину, садись в кресло и лети вместе с нами к Призрачному мосту, ведь ты всё-таки его хранительница, а потому нам будет очень приятно, если ты проведёшь всю нашу банду к Сапфировому дворцу.

Хотя принцесса Гвеннелинна и не любила этой своей должности, которую навесил на неё мастер Аструал, отказать мне она никак не могла и как только Морнивион развернулся в походное положение, тотчас села в кресло и уже через четверть часа мы, пролетев над городом, поднялись к вершине Террасной горы. За нами следовала огромная толпа, к которой присоединялось всё больше и больше народа. Да, и шутка ли дело, впервые в пределы Астриума вторглась такая огромная армия. Видимо, оценив размеры нашего нашествия, хозяйка Призрачного моста быстро поняла, что это особый случай и потому сделала его метров сто в ширину. Вот здесь Элен пришлось расстаться со мной на несколько минут, так как с некоторых пор на Астриуме было введено правило, чтобы на мост сначала выходил рыцарь со своей командой, а уж потом, когда он сбросит в Сияющую пропасть очередной артефакт Амала или сложенный вчетверо листок бумаги с написанным на нём коротким отчётом, на него могли войти все остальные.

Мы вытолкнули Кирюху на мост и, пройдя по нему до середины, подошли к самому краю. Наш командир посмеиваясь достал из магической книги кофр и глазами показал мне, чтобы я ему помог. Мы вдвоём достали из кофра стальной тяжеленный куб и Кир приказал глине выплюнуть ту гадость, которую она в себя заглотила и тут произошло нечто совершенно неожиданное. Тот чёрный куб, который вылетел из стального куба, стал быстро расти и даже попытался взмыть вверх, но сила Сияющей пропасти была больше и она утащила стальной бункер на своё дно, откуда зло уже никогда не могло выбраться. Послышался чудовищный вой, словно вся нечисть, скопившаяся в брюхе Тартаботана, разом полетела в Сияющую пропасть. Последовала ослепительная вспышка, нам в лицо пахнуло свежестью и я, громко засмеявшись, воскликнул:

– Кир, кажется, ты мимоходом разрушил ещё какую-то магическую пакость Амала! Прикажи ты глине выплюнуть эту гадость в каком-нибудь другом месте и нам пришлось бы обнажить мечи. Правда, для этого нужно было бы выбрать какой-нибудь дикий мир, лишенный всякой жизни, чтобы кто-нибудь случайно не пострадал.

Осейн, сердито зарычав, сказал:

– А я был бы не прочь пройтись по этим тварям своим Боумвилом, ребята, хотя Кузьмич и прав, для этого нужно было найти подходящее поле боя. Ну, ничего, битв на наш век хватит.

Кирилл усмехнулся и сказал, пряча адскую глину:

– Да, поторопился я, ребята, но может быть оно и к лучшему. Ну, пошли к старику, друзья мои, сегодня особый день и я думаю, что он будет счастлив увидеть нас живыми и невредимыми.

Кир махнул рукой, наши друзья вступили на Призрачный мост и мы пошли к Сапфировому дворцу кто пешком, а кто полетел в золотых сферах, чтобы наша процессия быстрее достигла дворцового парка, о котором во всех мирах говорили, как о волшебных садах. Судя по всему старик поджидал нас и даже успел прибраться к нашему приходу. Ров, окружающий парк, исчез, сам парк стал ещё больше, все сильверетты переселились в небольшие озёра у его края, из которых приветствовали нас своим щебетаньем и посвистами, и перед нами лежала зелёная лужайка, охватившая парк широким кольцом. Кир приказал всем встать по периметру и спешиться и как только это было сделано, мастер Аструал появился перед нами. Старик был одет в свой любимый синий генеральский мундир времён Наполеона и его сопровождали улыбающиеся мастер Павел и мастер Эльворин, который быстро поманил к себе принцессу Гвеннелину и та со вздохом встала рядом с ним. Один был одет в точно такой же мундир, как и у старика, а другой в свой обычный эльфийский наряд. Мастер Аструал шагнул к нам, обнял и расцеловал Кира, после чего крепко потряс его за плечи и, кивая головой и широко улыбаясь, воскликнул:

– Кир, мальчик мой, ты блестяще справился со своей задачей! Ты не только разрушил все его чары, но и сделал нечто совершенно невероятное, вышвырнул прочь из моей Вселенной то, что могло сделать его сильнее меня в случае твоей роковой ошибки. О, небо, какой же ты у меня молодец, мальчик мой. Павел, друг мой, обними же и расцелуй своего избавителя, ты больше не слуга своей плети.

Мастер Павел рассмеялся и сграбастав Кира в объятья, сказал радостным голосом:

– Да, друг мой, эта подлая тварь, которая так долго терзала моё сердце, сгорела без дыма тотчас, как только ты сбросил эту мерзость в Сияющую пропасть, а вместе с ней сгорели плети всех первых рыцарей Света, которыми он связал их руки и мы снова в строю.

Как только мастер Аструал обнял и расцеловал меня, высказав в мой адрес свои поздравления, я тотчас обхватил его покрепче и, не давая ему вырваться, шепотом потребовал:

– Мастер, немедленно скажи мне, что это было такое, иначе я тебя ни за что не выпущу из своих объятий. Ты меня знаешь.

Мастер Аструал наклонился и тихо шепнул мне на ухо:

– Козмо, это было его кольцо власти. – После чего добавил – А теперь отпусти меня. Мы ещё поговорим на эту тему.

Поскольку я добился от старика главного, то тут же выпустил его из своих объятий и позволил расцеловать всех остальных. Краем глаза я видел изумлённые лица всех остальных наших друзей, которые что-то беззвучно шептали. Да, оно и было понятно, ведь в эти минуты мастер Аструал так тепло и радушно приветствовал всех их, что никого это не могло оставить равнодушным. Как это у него получалось я к тому времени уже знал, но никогда бы не рискнул повторить этот чудовищно сложный магический трюк. Последней мастер Аструал нежно обнял и поцеловал Элен, поблагодарив её за прекрасный выбор. Она же, набравшись смелости, попросила его:

– Создатель, скажи мне, где сейчас находится моя сестрёнка.

Старик погладил её по щеке и ответил:

– Дитя моё, я не вправе сказать тебе этого, так как уже дал слово, но одно я могу сказать точно. Ко дню твоей свадьбы она будет в Сапфировом дворце и мне отчего-то сдаётся, что теперь ты уже никогда не расстанешься с Сашенькой. А теперь, друзья мои, пойдёмте в дом, побеседуем и после этого начнём праздновать вашу победу. Мои волшебные сады продолжают расти, чтобы вместить всех ваших друзей, которые мечтают поздравить вас с великой победой.

Теперь мне стало понятно, о чём это Атилла шептался со стариком, что выбивал из него и что тот ему пообещал, от чего мне сделалось необычайно радостно на душе. К тому же я, можно сказать, только что получил приглашение для отца Иоанна живым войти в Царствие Небесное вместе со всем его семейством. Что же, это меня только радовало и к тому же избавляло от необходимости что-либо объяснять майору Виктору Никитину. Пусть он сам теперь чешет репу и думает вместе с матушкой Валентиной, как ему обставить свой уход с Земли на Астриум, ведь насколько я знал, принцесса Гвеннелинна ещё не назначила никого в начальники кафедрального собора, всеми правдами и неправдами построенного Анри в нескольких километрах от её дворца. Хотя мастер Аструал отнёсся к этому снисходительно, принцессе это не очень-то понравилось, но зная Витька, я был уверен в том, что он сумеет обаять её, как никто другой. Думая об этом, я обнял Элен за талию и мы пошли вслед за мастером Аструалом. Глянув по сторонам, я увидел, как с лужайки исчезли все те гурвальцы, которые вошли вместе с нами на Астриум. Они уже были в Сапфировом дворце и беседовали с Ароссой и у того на всех хватало внимания.

Мы же в отличие от них проследовали через сад, вошли во дворец и наконец, перед нами открылись двери чудесной гостиной, обставленной столь изысканно, что это не передать никакими словами, мне во всяком случае это было бы не по силам. Хозяйкой здесь была принцесса Гвеннелинна. Она рассадила нас по креслам и подала на столики напитки и сладости, после чего села по левую руку от мастера Аструала и старик, подняв бокал с астазией, сказал:

– Ещё раз поздравляю вас с этой победой друзья мои. – Пригубив золотой напиток, старик сразу же принялся описывать все достоинства нашей победы на Гурвале – Дети мои, я очень долго ждал этого дня и сердце моё часто сжималось от боли с его приближением. То существо, имени которого я предпочитаю не называть, сумело в далёком прошлом обратиться к высшим силам из своего узилища и каким-то образом склонило их к тому, чтобы ему было дано право трижды воспользоваться их помощью. Бороться со мной по другому он не мог, ведь силы моих рыцарей к тому времени многократно возросли. Первой его просьбой было то, что он связал руки моих рыцарей, которых возглавлял сэр Павел, договором, по которому они должны были бичевать тех рыцарей, которые осмелятся искоренять зло в базовых мирах, но они не сдались, а лишь смеялись, когда принимали наказание и вместо того, чтобы возненавидеть их, сочувствовали и не держали на них зла в своей душе. Это давало силы мне и, главное, не разрушило веру в меня в сэре Павле и остальных рыцарях Света, которым было ниспослано свыше это испытание. Таким образом враг не добился раскола в наших рядах, но он обратился к высшим силам с ещё одной просьбой, – дать ему возможность присоединять к себе этих негодяев и наделять их магическими знаниями в иных мирах, но я создал для них переходные миры и тем самым уменьшил степень его воздействия на опорные. Однако, враг Света не унимался и потребовал от высших сил, чтобы те дали ему возможность создать кольцо власти над людскими душами, дававшее ему колоссальные возможности по части наделения своих приспешников силой за счёт немыслимых страданий их жертв. Всё, что я мог дать для жертв этих подонков, это возродить их мирах Золотого круга, сохранив личность каждого. Кольцо власти давало ему возможность черпать силу из людских страданий и вливать её в своих приспешников и в какой-то момент ему показалось, что он сможет вырваться из узилища, но рыцари Света к тому времени уже набрали силу, одерживая одну победу за другой и переломили ситуацию. Их число росло и они истребляли нечисть без счёта, но и мощь врага постоянно росла. Он стал замышлять всё более и более грандиозные планы, наделяя свои амулеты всё большей властью над людьми с чёрными от преступлений душами и делая их всё более могущественными чёрными магами. Ему даже удалось проникнуть своим взором в миры Золотого круга, посеять в душах людей, обитавших в них, сомнения и даже привлечь на свою сторону некоторых магов. Вот только с мастером Эльворином он потерпел сокрушительно поражение. Когда враг уже торжествовал победу, сей благородный муж сам осознал, что он создал и попросил меня уничтожить его творение. Ну, эта история вам хорошо известна, друзья мои, ведь это вы поставили в ней последнюю точку. Понимая, что он снова проигрывает, мой враг замыслил коварный план и на этот раз решил набраться терпения. Он перестал вливать силу в своих приспешников, хотя и говорил им о том, что они являются самыми могучими воинами. Не вам мне говорить, что ложь это основа его искаженного разума. Он стал копить силу и чёрную энергию зла и при этом стал пытаться создать новый биологический вид разумных существ, если называть разумом то, что творится в головах людей не имеющих совести, чьи души черны, как смола. Иногда ему удавалось вырастить чудовищ, но маги Долины всегда успевали распознать их раньше, чем они входили в полную силу, хотя иногда ему удавалось затуманить их магические кристаллы настолько, что они, порой, успевали посылать рыцарей в некоторые миры чуть ли не в самый последний момент. Вместе с тем он научился так искусно готовить своих приспешников к борьбе со мной, что в сфере Астриума, да, и за её пределами, в материальной Вселенной появилось сотни миллионов рейдеров, но всё же я не останавливал своей главной работы ни на секунду, ведь не зря же меня зовут Мастером Миров, и число цивилизаций росло с каждым днём. Пусть не везде люди живут счастливо и беззаботно, но мне всё же удавалось все эти годы разбавлять первородное зло, ослаблять степень его влияния на людей и тем самым не давать ему возможности одержать победу над Светом в материальной Вселенной, а в мирах сферы Астриума благодаря мужеству, уму и благородству рыцарей Света он терпел одно поражение за другим, хотя силы его при этом постоянно росли, но вместе с тем крепли стены того узилища, в котором враг Света заточён и многие его приспешники от него уже отвернулись и теперь ждут того часа, когда они смогут отплатить ему за свои напрасные страдания и получить второй шанс. Он знает это и их проклятья заставляют его корчиться в бессильной злобе. Однако, хитрость врага поставила даже меня в тупик. Совсем недавно он смог провернуть очень хитрый трюк и захватить в плен одного из лучших рыцарей Света, Джонни Морбрейна и мне пришлось очень сильно поломать голову вместе с Павлом и Эльворином, решая эту загадку. Мы весьма своевременно обнаружили то место, где находился Джонни, но Павлу удалось раскрыть замысел врага и тогда мне пришлось немножко надавить на мастера Риальдо, чтобы он, якобы, исправил свою ошибку и сам нашел Джонни, без помощи магов Долины, хотя магическая книга днём и ночью пылала у него на груди и в итоге он нашел тебя, Кир, ведь только так он мог развязать тот дьявольский узел на Ильмине. Параллельно с этим он принялся строить ещё одну дьявольскую ловушку на Гурвале, которая должна была уничтожить Астриум и освободить его из узилища, но крепко лажанулся, как ты любишь выражаться мой мальчик. Он вовремя убрал с Ильмина Зерона, которому сумел передать своё кольцо власти, и его помощника Тилоса, а затем отправил к ним на помощь Барибала, но не ожидал того, что юный, совсем ещё неопытный рыцарь Света, который даже не испил напитка посвящения, сумеет одолеть самую матёрую нечисть, которую он только создавал когда-либо за всю историю нашей с ним борьбы. Это был для него полный нокаут, ведь мастер Риальдо, наш прославленный Риальдо Великолепный, сумел сделать так, что наш враг уже ничего не мог предпринять. Он остановил время во всей Вселенной и когда Аботан создал по твоей просьбе Армагеддон, то тем самым отвёл угрозу его освобождения из узилища, хотя судьба Астриума ещё висела на волоске. Благодаря твоим дальнейшим действиям, Кир, Астриум увеличился в размерах, миллионы тех рыцарей, которые заступили в караул на Армагеддоне, сделали его практически неуязвимым для врага, а затем я лично послал тебе вызов и ты отправился на Гурвал, где с непередаваемым блеском разрушил все его козни, хотя он выстроил там очень хитрую ловушку. Мало того, что наш враг потерпел очередное сокрушительное поражение, так мастер Козмо ещё и создал при этом совершенно потрясающую методику поиска следов зла и золотые сферы полной неуязвимости, но самое главное заключается в том, мой мальчик, что ты догадался выбросить кольцо власти в Сияющую пропасть и я представляю себе, как теперь высшие силы гадают над тем, что им делать с ним и двумя подонками, которые достались им к нему в нагрузку. Что же, друзья мои, теперь, когда благодаря проницательности Кира и просто невероятному уму Козмо мы все свободны от пут, наступило время, когда уже ничто не будет сдерживать рыцарей Света кроме их совести, чести и чувства справедливости. Всем вам даётся полная свобода выбора действий. Тот мир, Козмо, который ты шутливо называешь Сковородкой, открыт для каждого рыцаря и они получат точно такую же способность читать чёрные души и решать, куда их следует отправить, – в огненное узилище, где одна минута равна тысяче лет, или на твою Сковородку, откуда можно выйти, если физические страдания приведут их к духовному исцелению. Рыцари Света могут теперь применять весь арсенал своего оружия и идти в бой в своих сферах полной неуязвимости, если сочтут это необходимым. Кроме того они могут вести поиск артефактов зла как во всех мирах сферы Астриума, а они теперь все доступны им для посещения, так и в материальной Вселенной, где их так же разбросано немало, но при этом, друзья мои, не забывайте о вызовах магов Долины. Они, как и прежде, постоянно смотрят в свои магические кристаллы, но теперь, когда у них появятся золотые маги созданные Козмо и его друзьями Орсо и Арко, которых я ввожу в Первый круг только за одно это, их работа станет легче. Правда, не смотря на одержанную победу сила той нечисти, которую начнёт создавать враг уже очень скоро, многократно возрастёт. Увы, но тут действует старый закон, согласно которому сила действия равна противодействию и тут ничего не поделаешь. Не дано нам и уничтожить ту машину, которая создана врагом для изготовления артефактов зла и их разбрасыванию по всей Вселенной и в сфере Астриума, но при этом нужно отметить, что враг уже не сможет ничего добавить к её ассортименту, а все его уловки мы и так выучили чуть ли не наизусть. А теперь, друзья мои, когда я рассказал вам о том, в чём заключался главный смысл этой миссии, которую даже сам Кир не считает такой уж тяжелой, так как ему случалось вступать в куда более ожесточённые схватки, настало время для дружеской беседы.

Как только мастер Аструал умолк, Иоланта первой задала ему совсем уж неуместный на мой взгляд вопрос:

– Мастер, скажи мне, затея Кузьмича могла увенчаться успехом, если бы не было этого чёртового кольца власти:

– Ио, девочка моя, конечно же! – Воскликнул к моему удивлению старик и с грохотом вломил меня – Уж не знаю, что этот хитрец наплёл вам, но в действительности он задумал ничто иное. Он хотел очень хитрым манёвром подставить свою спину под плеть сэра Павла и с помощью довольно простого, но очень сильного заклинания вырвать её из его рук вместе со всеми остальными плетьми и сбросить их все после этого в Сияющую пропасть. Хорошо, что такого не случилось, ведь в таком случае они очень больно ударили бы по высшим силам и что тогда бы произошло, я даже не представляю себе, но это произошло бы не в нашей Вселенной, а в высших сферах, которые, увы, недоступны мне в отличие от нашего врага. Это он обладает способностью обращаться к ним за помощью в любое время. Впрочем, я, честно говоря, никогда и не пытался их просить помочь мне и если обращаюсь к ним, то только с молитвами о тех, кто уходит от нас навсегда, как молятся мне в материальной Вселенной очень многие люди.

Кир, сидевший к мастеру Аструалу ближе всех, немедленно достал своё радужное кольцо и протянул его ему. Рука мастера было дрогнула, но он заулыбался и сказал ему:

– Мальчик мой, оставь его у себя. Ты ещё успеешь передать мне это кольцо. Наступит время и оно засияет на моей руке.

Вот тут я не выдержал и спросил:

– Мастер, Кир тот, о ком я всё время думаю и он именно таков?

Старик хитро прищурился и ответил мне:

– Кузьмич, хоть ты у нас и умница, но порой ты бываешь просто невыносим. Ты можешь думать всё, что тебе взбредёт в голову и Кир таков, какой он есть на самом деле. Я ясно выразил свою мысль?

Надеяться на то, что Мастер Миров возьмёт и скажет нам, что Кир стал самым могущественным магом, я не мог. Однако, старик всё же признал это и потому я, склонив голову, сказал:

– Яснее некуда, мастер, и я полностью удовлетворён твоим ответом, но тогда не мог бы ты мне ответить на такой вопрос. На Земле у меня есть один друг, который должен повенчать меня с Элен. Мне будет позволено ввести его на Астриум? Я полагаю, что он станет первым твоим слугой, ну, в это в том смысле, что он служит тебе в храме, как Иисусу Христу, который сразу же после этого направится к Сияющей пропасти и будет орать там до тех пор, пока перед ним не появится Призрачный мост и тогда он прицепится к тебе, как клещ, и потребует посвятить его в рыцари Света. Кирюха, разумеется, сделал бы это мгновенно, ведь он тоже очень любит и уважает отца Иоанна, но он для него всего лишь хороший парень и не более того. Да, я знаю, что у тебя на счёт таких ребят есть своё собственное мнение и они нужны тебе для других дел, но Виктор мог бы сочетать и то, и другое.

Мастер Аструал всплеснул руками и громко расхохотался, после чего выпил полбокала астазии и, покрутив головой, воскликнул:

– Ох, Козмо, давненько я не вытаскивал тебя на татами. Пора мне намять тебе бока, друг мой. – После чего насмешливо спросил – Ты хоть понимаешь, парень, о чём ты меня просишь? Да, на следующий же день Сапфировый дворец будет взят в осаду моими лучшими помощниками в делах не менее важных, чем искоренение нечисти, друг мой. Хотя с другой стороны Кир ведь и так определил в рыцари Света моих потомков, которые выросли и возмужали, как воины, на Гурвале и все они также были слугами моими как раз именно в том смысле этого слова, о котором ты только что упомянул. Ну, что же, пожалуй я пойду тебе навстречу и сам заберу на Астриум служителя моего храма на Земле вместе со всей его семьёй. Думаю, что это только ускорит падение нашего общего врага и он сгинет навсегда из нашей Вселенной, друзья мои, а нам придётся тогда только и делать, что выпалывать те сорняки, которые прорастут из тех зёрен зла, которые уже посеяны им и будут ещё разбрасываться его творением. – Улыбнувшись, мастер Аструал спросил меня – Какие просьбы у тебя есть ещё, Кузьмич? Чем я могу отблагодарить тебя за то, что ты сделал для нас всех? Не стесняйся, друг мой, говори, мне будет только приятно порадовать тебя и твою невесту Элен. – При этих словах Леночка посмотрела на меня молящим взглядом, но я уже догадываясь о том, куда прямо с порога Сапфирового дворца умчался после короткого разговора со стариком Атилла, а потому смиренно ухмыляясь сказал – Мастер, ты же знаешь меня, как облупленного. Всё, что мне нужно для полного счастья я уже и так имею, а если чего и пожелаю в дальнейшем, то только того, что смогу получить сам и этого удовольствия меня никто не лишит.

Моя невеста посмотрела на меня с укоризной во взгляде, но я лишь улыбнулся ей и слегка сжал руку мечтая о том, чтобы Атилла вернулся поскорее из своей экспедиции за счастьем. После этого я умолк и в основном слушал, о чём говорят в парадной гостиной Сапфирового дворца другие. Вся дальнейшая беседа носила уже преимущественно светский характер, но ровно до тех пор, пока Бобби не задал Мастеру Миров такой вопрос:

– Сэр, где мне отныне будет приказано жить? Не поймите меня превратно, я человек дисциплинированный, уже почти двадцать пять лет служу в армии, а потому привык жить там, где мне приходится нести службу и меня не волнует будущее моих дочерей, оно видится мне прекрасным, просто я считаю своим долгом помочь полиции моей страны, а это требует серьёзной подготовки и моего постоянного нахождения на Земле, в моём родном государстве.

Мастер Аструал снова выдал себя, ну, в том смысле, что ему ведома судьба каждого человека, как и то, что он из себя представляет. В общем разговаривая с ним, нужно быть предельно искренним, ты ведь являешься для него открытой книгой и в зависимости от того, интересна эта книга для него или нет, он и разговаривает с тобой. Похоже, что книга по имени Роберт Мастерсон была очень увлекательной, раз старик, широко заулыбавшись, воскликнул:

– Бобби, мальчик мой, ведь я же уже сказал вам всем о том, что с рыцарей снимаются все ограничения! Ты можешь жить где угодно, но разве тебе не нравится Астриум и Дейтхир? Принцесса Гвеннелинна уже мечтает о том, чтобы с твоей помощью развязать некоторые узелки и сделать жизнь в нашем городке ещё интереснее. Впрочем, тут она конечно больше надеется на тебя, Сьюзи, ты ведь была помощником советника мэра по культуре. С самой-то культурой в Дейтхире всё в порядке, но вот с тем, что некоторые упрямцы весьма своеобразно понимают некоторые аспекты взаимного обогащения культур. Мне, конечно, радостно знать, Бобби, что ты замыслил создать на Земле тайную организацию борьбы против зла, но неужели ради этого благого и важного дела ты откажешься даже от Астриума? – Бобби упрямо кивнул головой, а Сьюзан улыбнулась и крепко сжала его руку и старик сказал – Но, друг мой, не будет ли уместным тогда сделать так, чтобы ты, скажем, выдавал себя на Земле за вдовца или холостяка и просто работал там, как ты это делал последние десять лет, возглавляя отдел секретных операций в ЦРУ? Сьюзи ведь не привыкать ждать тебя по много дней и недель, а потому она будет только рада провожать тебя утром на работу и ждать твоего возвращения вечером. Ты ведь хочешь привлечь к этой работе нескольких хороших парней из ФБР и даже из той организации, в которой ты работал, чтобы отправлять на электрический стул закоренелых негодяев и спасать от смерти тех, кто стал жертвой обстоятельств, что является даже более важным делом.

Бобби заулыбался и спросил:

– Сэр, вы хотите, чтобы я стал секретным агентом Астриума на Земле? Точнее резидентом, возглавляющим целую сеть своих агентов.

– Да, мой мальчик, ведь ты не Козмо, который привык работать в одиночку, но отныне и он будет частенько подключать к своей работе всю вашу команду. Так ты согласен стать ещё одним лордом Дейтхира, друг мой? Этим ты окажешь нам всем честь.

Полковник Мастерсон, которого мы переодели в парадный мундир морского пехотинца, порывисто вскочил из кресла и, встав на одно колено, как это любил делать Кир, воскликнул:

– Да, мой повелитель! Я почту это за счастье.

Старик быстро встал, поднял Бобби с колен и, обняв его, сказал смеясь и похлопывая его по спине:

– Мальчик мой, ты так искренен, выражая мне свою преданность, что я, право же, чувствую смущение. Друг мой, как бы передать Козмо хотя бы маленькую толику твоей восторженности, но об этом я даже и не мечтаю, но ты не сердись на него, он выражает свою преданность иным образом и она ничуть не меньше твоей. Приступай к работе, друг мой, все детали ты сможешь обсудить с сэром Павлом, ведь согласно предания это он стоит с ключами у дверей Рая.

Детвора, которая была с нами, вела себя на редкость пристойно. Для дочерей Бобби и Сьюзан это было вполне естественно, но вот от деток Кирюхи я этого даже не ожидал. Эльзочка то ли уже выросла, то ли не хотела показывать своим новым подружкам раньше времени, что с ними у Мастера Миров ещё будет отдельный разговор, даже не полезла к нему на колени. Поэтому то, что сделала в следующий момент её ровесница Джейн, младшая из дочерей Бобби, меня поразило. Как только полковник вернулся в своё кресло, она вскочила с места, метнулась к старику, упала перед ним на колени, молитвенно сцепила руки, из её глаз брызнули слёзы и девчушка торопливо забормотала:

– Господь наш на небесах, сделай так чтобы моя подруга Мэгги выздоровела! Она очень хорошая девочка и очень любит тебя, мой дорогой Господь. Сотни раз я молилась тебе, но ей становится всё хуже и хуже. Господь мой, не дай ей умереть. Я согласно отдать всё-всё, лишь бы Мэгги выздоровела!

Мастер Аструал снова встал, поднял девочку на руки, сел в кресло, посадил её к себе на колени и, гладя её по спине, сказал:

– Джейн, милое дитя, я слышал все твои молитвы, но высшими силами Мэгги уготована другая судьба. Она должна через семь лет возродиться на Зариане, стать там великим магом и ввести этот мир в Золотой круг. Я помогаю очень многим людям, моя маленькая Джейн, даруя им исцеление от куда более тяжелых болезней, направляя их путь в бушующем море и, зачастую, спасая от других ужасных вещей во время войн, землетрясений и тайфунов...

Слушая старика я сделал то, за что меня особенно часто костерили все остальные маги Первого круга, вставил в рот свою рогатую трубку, выпустил из неё тонкую малиновую струйку дыма, пахнущего розами и начертал им сложнейший эльфийский алкаон судьбы, после чего пустил по нему крохотный золотистый шарик поиска. То, о чём мы беседовали с Кирюхой после боя, навело меня на кое-какие раздумья и потому алкаон судьбы у меня вышел на диво полным. Принцесса Гвеннелинна тотчас подалась вперёд и достала свою магическую нанделле, эльфийскую арфу с разноцветными прозрачными струнами-струями, Ио сделал её магом воды, и оросила мой алкаон серебристыми каплями, которые заставили его засверкать ещё ярче. Кир встал, надел на палец своё радужное кольцо и осветил нашу конструкцию его яркими лучами, после чего Гвенни сказала:

– Мастер, взгляни на то, что показывает нам драгоценный ускил мастера Козмо. Это в корне меняет ситуацию.

Старик посадил Джейн так, чтобы той был виден мой алкаон и только было открыл рот, чтобы рассказать ей о том, каким образом можно изменить судьбу Мэгги, как Эльзочка вскочила с рук Ио и, подбежав к моему алкаону, достала сверкающий фиал. Она родилась магом воды, да, таким, что в Первом круге только вздыхали. Выплеснув из своего фиала ещё один шарик, искристо-голубой, она сказала:

– Джейн, ты можешь сама изменить судьбу Мэгги и с делать так, что она не умрёт на Земле через семь лет, но тогда твоим папе и маме нужно будет забрать её на Астриум, а на Земле Мэгги, как бы умрёт в тот же день. Сейчас она чувствует себя очень плохо и её приёмные папа и мама даже не надеются, что новое лекарство ей поможет, у неё ведь очень опасная форма лейкемии. Но, знаешь, Джейн, ей всё равно придётся отправиться на Зариану, правда, вместе с тобой, а ты должна будешь стать рыцарем-магом и вы вдвоём должны будете победить одного злого и вредного короля, который сейчас пока ещё добрый, но скоро станет тираном. – Подбежав к Мастеру Миров она стала дёргать его за руках синего французского кителя и канючить – Дедуля, ну, скажи, ведь мы можем сделать так? Мэгги приёмная дочь этих Стивенсов и её не очень-то любят в этой семье, зато дядя Бобби и тётя Сьюзи будут её любить, как родную дочь. Ну, дедуля, давай сделаем так, как нарисовал Кузьмич. Смотри как у него всё ловко вышло и никакие высшие силы ничего не сделают. Они же хотят только одного, чтобы Мэгги ввела Зариану в Золотой круг и больше ничего.

Мастер Аструал улыбнулся и спросил девочку:

– Джейн, тебе понравится такое продолжение жизни для Мэгги? Только не нужно называть меня Богом. Для тебя я просто дедушка Аструал, а когда ты вырастешь и станешь леди рыцарем-магом, как леди Иоланта, я буду для тебя сэром Аструалом, твоим командиром.

– Джейн, соглашайся! – Громко зашептала Эльзочка – Я сама стану тебя тренировать, а моя мама сделает тебя магом.

Мастер Аструал посадил Эльзу на второе колено и сказал:

– Нет, Эльзочка, я сам уже очень скоро стану учителем нашей Джинни, а когда вам обеим исполнится пятнадцать лет, посвящу вас в рыцари, но сражаться вы начнёте только тогда, когда тебе исполнится двадцать лет, а наша леди рыцарь-маг Джейн немного раньше.

Джейн прижалась к груди Мастера Миров и тихо сказала:

– Дедушка Аструал, ради Мэгги я готова сразиться с самыми страшными чудовищами. Она моя самая лучшая подруга. Пока она не заболела, мы всегда играли с ней в рыцарей и принцесс.

Кресло под мастером Аструалом тотчас превратилось в большой подковообразный диван и к нему тотчас устремились все остальные дети. Джакомо схватил за руку Линду, посадил её слева от Аструала и насмешливым голосом сказал сестрёнке:

– Тоже мне, тренер нашелся. Джинни, не слушай эту маленькую зазнайку, самый лучший тренер это наш папа и ещё дядя Козмо, вот они и будут учить тебя боевым искусствам. Только учти, малышка, нам, рыцарям-юниорам, разрешено драться с одними только с големами и то лишь с теми, которых мы сами и сделали. Вот когда мы вырастем и возмужаем, тогда сможем показывать новые приёмы в схватках друг с другом. Правда, папа говорит нам, что поединки между рыцарями должны быть только спортивными, то есть без контакта. Макивары мы можем ломать сколько угодно, а вот кости друг другу, нет. Дядя Козмо хотя и не соглашается с ним, он то всегда сражается с Атиллой в полную силу, тоже говорит, что время для настоящих схваток для нас наступит тогда, когда мы станем взрослыми и что в полную силу можно сражаться только с самыми лучшими друзьями.

Мы встали и не прощаясь вышли из гостиной, давая старику поговорить с детьми наедине. Гвенни провела нас в свою гостиную и там мы смогли, наконец, обнять Павла и Эльворина никого не стесняясь и высказать им все свои пожелания. Бобби, который всё ещё находился под впечатлением от столь неожиданного поступка дочери, вежливо поклонился и спросил принцессу Гвеннелинну:

– Ваше величество, неужели можно изменить то, что предначертано свыше каждому из нас и даже самому Создателю?

Гвенни улыбнулась своей неотразимой улыбкой и сказала:

– Бобби, даже для эльфов Астриума я не повелительница и тем более не королева. Принцесса это скорее символ, нежели наследный титул.

Осейн осклабился и сказал смеясь:

– О, да, конечно, моя принцесса. Эльфы может быть и не считают тебя своей повелительницей, но ровно только до тех пор, пока они не увидят в твоих руках маленький ивовый прутик.

Все, включая Эльворина, стали дружно ему поддакивать и в конечном итоге мне пришлось ответить полковнику, сказав:

– Бобби, высшие силы лишь намечают общие директивы для некоторых людей. Над судьбой магов, рыцарей и мастера Аструала они не властны, но могут тем или иным образом обрушить на нас свой гнев. Относительно того, что они могут кого-то облагодетельствовать, я ещё ни разу не слышал, хотя нет, вру, дружище, иногда они дают нам много больше, чем мы того заслуживаем. То, что мы сделали только что, вовсе не изменило предначертанного свыше, а лишь облегчило страдания твоей дочери. Мэгги, как я это успел это заметить, мужественная девочка и хотя ей ещё нет и десяти лет, не по годам мудра. Те семь лет болезни, которые выпали на её долю на Земле, должны по сути сделать с ней то же самое, что семь лет жизни в твоей семье на Астриуме и обучения на Ильмине, то есть научить её сражаться со злом, ну, а уж добра в этой девчушке и так хватит на десятерых праведников. Мы просто скорректировали её судьбу и уж ты поверь, если бы это могло привести к печальным последствиям для твоей дочурки и Мэгги, мне на это тотчас бы указали.

Мастер Павел, который при моем критическом замечании в адрес высших сил сразу же насупился, но услышав мои извинения расслабился и сказал с хорошо заметным облегчением:

– Козмо, иногда ты совсем не следишь за тем, что говоришь, или, как ты сам выражаешься, не фильтруешь базар. Парень, мы ведь только потому зовём эти силы высшими, что они породили Мастера Миров, а он всех нас, но я в свою очередь скажу тебе, что мне также неизвестно, чтобы они опрокинули на кого-то свой гнев.

– Ага, как же, уж кто бы об этом говорил, но только не ты, мастер, кого они заставили без малого две тысячи лет драть задницы всем тем, за кого ты готов отдать свою жизнь. – Сказал я и язвительным тоном поинтересовался – Уж ни это ли ты считаешь благодеянием с их стороны? Меня то они точно облагодетельствовали, хотя я и подозреваю, что не даром и мне ещё придётся попахать на них. Правда, в одном я с тобой точно соглашусь, нам неведомы их помыслы. Тем не менее какими бы высшими они не были, кое о чём я догадываюсь и если я прав, то эти высшие силы ничем не отличаются от большинства людей, ради благополучия которых я сражаюсь, хотя порой меня так и подмывает взять в руки прут попрочнее и надрать им задницу.

Мастер Павел демонстративно развёл руками, словно говоря всем, вот мол, полюбуйтесь на этого засранца, зато Кира заинтересовали мои слова и он быстро спросил:

– Ну-ка, ну-ка, скажи нам, Кузьмич, в чём же ты их заподозрил, эти наши великие и непогрешимые высшие силы, от которых сэр Аструал и Гвенни отбрыкиваются изо всех сил?

Кивнув головой, я решительно ткнул пальцем в пол и сказал:

– Там внизу, ребята, лежит огромная материальная Вселенная, созданная Мастером Миров, которая живёт по сути одними лишь инстинктами и страстями при наличии мощнейшего мыслительного аппарата, дающего людям помимо инстинктов и страстей ещё и пытливый ум, зачастую извращённый, способности к познанию мира и творению. Разум, которому дано самостоятельно, без какого-то вмешательства со стороны понять, что такое добро и зло, свет и тьма, худо и благо. Тем не менее эта Вселенная переполнена страстями и Мастер Миров оказал ей великую милость, что ограничил скорость передвижения в ней, иначе там бы сейчас гремели такие звёздные войны, по сравнению с которыми наша борьба с первородным злом это просто мышиная возня. Во всяком случае я нисколько бы не удивился тому, что дай ты магические способности уровня Первого круга какому-нибудь лихому вояке родом из передовых миров вроде Кольптена и выпусти из тюряги этого козла безрогого, то он мигом бы его отловил, присобачил ему рога на башку, воткнул телячий хвост в задницу, покрасил в чёрный цвет и держал бы в клетке для устрашения своих врагов, а сам при этом не сделался бы ни добрее, ни злее, то есть гнул бы свою собственную линию и покорял одну галактику за другой, чтобы построить свою великую империю размером со всю Вселенную и быть в ней самым мудрым, самым добрым и вместе с тем самым могущественным и ужасным правителем. А ещё этот тип мечтал бы о том, чтобы подле его трона на пуфике сидел сам Господь Бог и во всём ему поддакивал. К счастью звёздные войны невозможны в материальной Вселенной, а жизнь людей слишком коротка, чтобы они вынашивали столь масштабные планы. Зато здесь, ребята, – Я описал руками широкий круг – Мы имеем то, что имеем, сферу Астриума и истинного Творца, Создателя, мудрого и непогрешимого уже только потому, что имя ему бесконечная, всеобъемлющая Добродетель, Добро, Свет и незамутнённый страстями Великий Разум, который иногда, чтобы потрафить нам, пусть и бесконечно преданным ему, но всё же людям, стремящимся во всём походить на него, но обуреваемым страстями, делает нам всяческие поблажки и даже снисходит до того, что позволяет нам садиться ему на шею. Это специально для нас он напускает на себя скромность и для того, чтобы показать нам, что мы тоже можем возвыситься, называет себя первым среди всех магов, хотя это и не так, ведь он создал не только нас, но и саму магию. Ну, о том, как всё сложно и одновременно невероятно просто устроено в сфере Астриума я распространяться не стану, вы тут все кроме Бобби и Сьюзан маги не чета некоторым, а потому перейду к тем, кто породил Мастера Миров. Там, – Я ткнул пальцем вверх – Как я подозреваю, находится не мир полной гармонии и высоких помыслов, а мир страстей очень высокого накала и чуть ли не первобытных инстинктов в котором разума даже меньше, чем в материальной Вселенной. Подозреваю, что этот мир не так уж и велик, хотя я и преклоняюсь перед его величием, ведь это мир подлинных титанов. Только такие существа могли породить Мастера Миров, а не какие-то там заморыши. Однако же от материальной Вселенной этот высший мир или мир высших сил, что, наверное, будет всё же точнее, отличается по сути лишь тем, что высшие существа вечны, как вечен и сам Мастер Миров. Порой у них рождаются дети и то, что мы видим в нашей Вселенной, является прямым результатом того, что деточки их, мягко говоря, иногда бывают ущербными. Одни рождаются титанами исполненными великой мудрости и доброты, как наш старик, а другие так себе, серенькие личности, которым от папы с мамой достались одни только самые низменные страсти и непомерные амбиции, всеобъемлющая зависть, да, ещё жутко стервозный характер, но, увы, они тоже являются чадами высших существ и поскольку они тоже вечные, то папа с мамой надеются, что их чадо переболеет, выправится и сделается рано или поздно малость получше. И вот однажды такого ублюдка прилепили в качестве тени к мастеру Аструалу, а его самого выставили из отчего дома хотя и любя, но всё же не сказав ни слова на дорогу в абсолютную пустоту прекрасно зная, что за этим последует, ведь они родили его как Мастера Миров и потому нисколько не сомневались в том, что он сотворит для себя целую Вселенную, а своего поскрёбыша они спровадили втайне надеясь на то, что этот довесок хоть чему-либо научится, а тот вместо того, чтобы предстать перед братом и сказать ему о своём существовании, стал подло вредить всякий раз, как только для этого у него появлялась малейшая возможность. Старик, узнав об этом, сделал то, что на его месте сделало бы любое высшее существо, отправленное творить миры, взял этого паскудника за шиворот и изолировал от материальной Вселенной, после чего стал исправлять всё то, что тот успел испоганить. Однако, этот недоносок тотчас стал скулить и жаловаться, что брат поступил с ним очень жестоко и что он требует сатисфакции. Папа с мамой, а может быть одна только мама, как в сказке про Геракла, подбросили ему от щедрот помощи и тот удвоил свои усилия и стал тем, кем стал, – Хозяином Тьмы, причём не той тьмы, которая порождена Светом, а тьмы абсолютной, той, которая была до появления Света. Мы боремся в основном с первородным злом и рано или поздно одержим над ним полную и окончательную победу, вышвырнем его из этой Вселенной, но наша борьба с тем злом, которое порождают низменные страсти при наличии извращённого ума, на этом не закончится. Так что можно сказать, что наша работа в тот момент только-только начнётся, а всё, чем рыцари Света до того, было всего лишь разминкой, а борьба с полей сражений перейдёт по большей части на страницы книг, газет, журналов, эстрадные подмостки, театральные сцены и церковные амвоны, а попросту говоря помимо того, что мы будем отлавливать всяких уродом, нам придётся ещё и стать воспитателями. В людях и без этого урода столько всякого дерьма, что он только может позавидовать им, а потому наше сражение со злом будет длиться очень долго. Уже очень скоро мы станем вводить в Золотой круг другие миры, достигшие чуть ли не вершины своего развития, такие, как Гурвал, миры сферы Астриума начнут меняться. В этом я уверен хотя бы потому, что миллионы гурвальцев ринулись в них обуреваемые только одной идеей, научить кое-каких дремучих типов тому, что знают сами, мечтая вытащить их из чуть ли не первобытного состояния, а поскольку Мастер Миров ещё не скоро прекратит заниматься своим любимым делом и будет денно и нощно творить всё новые и новые миры, то без работы мы все никогда не останемся, но она сделается намного сложнее. Ну, а высшие силы будут только радоваться, ведь это сфера Астриума поставляет к их столу такие прекрасные яства, как очередные миры, вошедшие в Золотой круг. Правда, они при этом ещё и будут стремиться разнообразить своё меню, как в случае с бедняжкой Мэгги, которую они обрекли на тяжелую болезнь только потому, что эта девчушка родилась такой славной, что способна в возрасте всего лишь семнадцати лет справиться с таким кошмаром, как Зариана. Хотя я сам и не был в этом мире, один друг мне о нём говорил, что это ещё та планета, – на диво прекрасная, хотя и довольно суровая, да, к тому же населённая такими варварами, рядом с которой даже самые дикие орки прошлого кому угодно покажутся ангелочками. Мне даже захотелось после того разговора посетить этот мир, чтобы немного расслабиться, помахав там кулаками. Вот такой мир высшие силы хотят иметь в Золотом круге и поэтому, ребята, вы уж меня извините, но я никогда не буду работать с оглядкой на них. Гадить этим демиургам только ради того, чтобы позлить их лишний раз, я, разумеется, не стану, но коли выяснится, что мне дано изменить чью-либо судьбу с печальной и полной боли на более счастливую, то сделаю это не задумываясь ни минуты даже в том случае, если испорчу наверху кому-то настроение тем, что... ну, в общем чем испорчу, тем и испорчу. В конце концов чёрт их знает, эти высшие силы, как они вообще выглядят и какого рожна им нужно. Мне важно только одно, друзья мои, чтобы вы поняли, есть такой парень, Кузьмич, простой, как угол дома, и для него есть только один Бог, которому он не устаёт молиться, мастер Аструал, он же Иисус Христос, и если старик скажет мне съесть самого себя, то я сделаю и это не задумываясь потому, что он уже столько раз приносил себя в жертву искупая грехи людей, в том числе и мои собственные, что это будет самое малое, что я могу для него сделать, – это отдать за него свою жизнь. Мастер Павел, ты уж извини меня, но такая уж я зараза.

Гвенни вскочила с кресла, поцеловала меня и сказала:

– Кузечка, милый, вот за это я тебя и люблю. – После чего добавила улыбнувшись – На мой взгляд, друзья мои, Кузьмич в целом прав, хотя и забыл про многие вещи. В том числе и про древних духов, которые пронизывают как сферу Астриума, так и всю материальную Вселенную сверху донизу и от одного края до другого и степень их влияния на высшие силы, а оно очень велико. Но в целом он прав, высшие силы подвержены всем тем страстям, которые так обуревают людьми в материальной Вселенной и в сфере Астриума и лишь немногие из нас стоят выше страстей, но при этом стоит помнить, что страсти всё же бывают как низменные, так и возвышенные, а возвышенные страсти не чужды даже самому Творцу Ардфеору и он вовсе не кокетничает, когда говорит нам добрые слова.

Бобби, выслушав меня, пожал плечами и сказал:

– Капитан Козмо, да, стань я даже хоть трижды магом, меня всё, о чём ты сказал, никогда касаться не будет. У меня есть теперь такой верховный главнокомандующий, каждому слову которого я верю не только как самому мудрому президенту, но и как Господу своему, так что для меня главным является сейчас не просто выполнить приказ своего непосредственного командира в точности, но ещё и сделать это с наименьшими потерями в рядах гражданского населения.

Мастер Павел кивнул головой подтвердил его слова:

– Совершенно правильно, сэр Роберт, именно так и надлежит поступать каждому рыцарю Света. – Однако, он не смог сдержать улыбки, когда сказал мне – Ты взрослеешь, Козмо, и набираешься мудрости. Если раньше ты отличался только быстрым и пытливым умом, да, ещё поразительной магической силой, то сейчас в твоих рассуждениях появилась глубина и ты уже близок к постижению магических знаний высшего порядка. Да, Мастер Миров это наш Господь Бог и только глупец может не видеть его истинного величия не смотря на то, что он появляется перед своими рыцарями в далеко не самом нарядном мундире маршала Нея, который ему когда-то так понравился.

Этот животрепещущий вопрос меня всегда интересовал и потому я быстро спросил:

– Что же ему понравилось больше, этот старый пьянчуга и бабник Мишель, сын бочкаря ставший герцогом или его мундир, пробитый пулями в тот день, когда сэра Мишеля расстреляли без суда и следствия после печальных ста дней в Париже?

Павел не выдержал таки, рассмеялся и воскликнул:

– Козмо, чёрт тебя подери, не перебивай старших! – После чего смилостивился и пояснил – Конечно же сам Ней и особенно то, с какой решительностью он снял с себя свой китель, когда мастер коснулся рукой его лацкана. Мне тотчас захотелось иметь такой же и ты, наверное, догадываешься почему. Я всегда следовал за Учителем, а он и в те годы не гнушался рубища. Может быть потому Анри постоянно удаётся взять верх над всеми его служителями, что будучи Иисусом мастер превзошел все свои ипостаси. – Увидев улыбку на лицах Эльворина, Гвеннелинны и Лайриниэль, он поднял руки и сказал – Друзья мои, только давайте не будем спорить на этот счёт хотя бы сегодня. Право же, будучи Творцом Ардфеором он создал самую великую цивилизацию, мудрости любого представителя которой никто не возьмётся оспаривать, но ведь не только об одной мудрости идёт речь.

Тут уже не выдержал Кир и прибавил:

– Я согласен с тобой, сэр Павел. Величие христианской религии ещё не до конца осознано, но она поражает собой многие умы. На мой взгляд это происходит ещё и потому, сэр Павел, что в основу его учения, которое он породил на Земле, положен постулат о Святой Троице, ведь что ни говори, а именно это объясняет всесилие Мастера Миров и это способен понять любой из его служителей. Когда Анри рассказал об этом Даверу Николсу, тот был готов тотчас принять крещение, но потом вспомнил о том, что настоящий офицер флага не меняет и сдержался. Но ему очень понравилось известие о том, что Бог един в трёх своих ипостасях и что его Святой Дух пронизывает всю Вселенную.

– Ох, уж этот неугомонный Анри! – Снова рассмеявшись воскликнул мастер Павел – Вот уж кого нужно поскорее определить в рыцари Света, так это его. Он с восторгов принимает колдунов и магов со всеми их фокусами, за которые на Земле в иные времена людей сжигали на кострах, но так до сих пор и не научился спокойно относится к тому, что в иных мирах мастер является людям в другом облике. Анри в его стремлении повсюду доказать величие Господа нашего Иисуса не останавливает даже то, что мастер чаще других поручает ему особые задания в тех мирах, где люди начинают искажать Слово Божье. Но, друзья мои, давайте всё же оставим эту тему в покое, пусть она заботит теологов, мы же рыцари и маги Мастера Миров и нас должны волновать куда более актуальные задачи. Лично меня в первую очередь интересует то оружие, Кир, которое ты доставил на Астриум, чтобы передать сэру Аботану вместе с прекрасными артиллеристами.

Бобби немедленно фыркнул и сказал:

– Не вижу ничего уникального в этих пушках, сэр. На Земле есть пушки ничуть не хуже, а у русских имеются системы и помощнее. К примеру их установки залпового огня "Ураган".

Кир немедленно вступился за гурвальцев:

– Нет, Бобби, тут я с тобой не соглашусь. Имперские тяжелые миномёты мало того что могут обрушить на голову нечисти мины просто чудовищного калибра, так ещё и способны бить по врагу с невероятной точностью. Миномётчики сэра Дориана умудрялись попадать с расстояния в тридцать с лишним километров в дырку диаметром меньше двух метров без каких-либо систем лазерного наведения, а теперь, когда они усилили свои миномёты с помощью магии, то смогут загнать мину даже в глотку этого недоноска.

Именно этот вопрос и интересовал мастера Павла более всего и он, поцокав языком, сказал восхищённым тоном:

– Да, это звучит просто фантастически. А какова всё-таки их реальная скорострельность, Кир? Неужели они и правда могут сваливать такие громадные мины на голову врага чуть ли не каждые пять минут?

Кирюха посмотрел на него снисходительно и спросил:

– Павел, ты смеёшься надо мной? Когда эти имперские миномётчики громили Заоблачную Крепость и укрепления вокруг неё, они вышли из трёх минут и при этом каждая мина всякий раз поражала новую цель, но это же когда было. Теперь парни Дориана уже вышли из двух минут и намерены в конце-концов уложиться в полторы, но самое главное заключается в том, что в таком темпе они могут работать чуть ли не по восемь часов кряду и именно это я считаю их основным достоинством. Да, установки залпового огня шикарная штука, но пока их перезарядишь, любые щи скиснут, зато тяжелые гаубицы и миномёты знай себе лупят и лупят без остановки, только снаряды и мины подтаскивай, а с этим делом полный порядок, у магов артиллеристов их магические артиллерийские погреба загружены под завязку и когда наступит урочный час, они себя покажут молодцами.

Тетюр, который был сегодня подозрительно молчалив, с насмешливой улыбкой посмотрел на мастера Павла и спросил его:

– Ну, что, ты убедился в том, что старику волей-неволей придётся сегодня доверху наполнить ствол Сердитого Толстяка астазией, старый ворчун? Или квантаррийцам всё же нужно будет сделать парочку выстрелов по твоей берлоге?

– С этим проблем не будет, но я надеюсь, что они не потребуют, чтобы мастер наполнил астазией стволы других пушек, старый пройдоха. – В тон Тетюру ответил мастер Павел и прибавил – Но если честно, ребята, больше всего мастеру понравилось то, что Дюк вызолотил все эти громадные махины до самого дна, не оставил на них ни одного пропущенного места. Да, и мне, признаться это тоже понравилось. Ну, что же, пойдёмте а сад, друзья мои, мастер с детьми уже стоит возле дворца и ждет нас, чтобы начать торжества в вашу честь.

Когда мы вышли из Сапфирового дворца, то первое, что бросилось мне в глаза, это то, что все гаубицы и миномёта уже исчезли, а на огромной лужайке был изготовлен к стрельбе громадный золотой миномёт, ствол которого был нацелен на Дейтхир. Квантаррийские миномётчики опустили перлитовую платформу на поляну, убрали с неё свои мобильные магические артиллерийские погреба и на ней лежало тридцать три золотые мины. Посмотрев на них, я с опаской спросил нашего всеведающего командира:

– Кирюха, ребята часом не сдурели?

Он засмеялся и вместо ответа попросил Мастера Миров:

– Мой повелитель, разреши сэру Дориану произвести всего один выстрел из Сердитого Толстяка. Это будет особый выстрел и в небо над Дейтхиром взлетят сразу тридцать три праздничных мины, которые никому не причинят вреда.

Мастер Аструал кивнул головой и спросил:

– Может быть мне опустить ночь на несколько минут, Кир?

– Это было бы неплохо. – Ответил Кирюха – Только фейерверки будут полыхать в небе Астриума до часа ночи и они покажут чуть ли не всем жителям Аранелвуда множество удивительных картин, но всё же для первых залпов ночь действительно бы не помешала.

– Хорошо, мой мальчик, тогда давай подойдём поближе, я хочу посмотреть, как сэр Дориан произведёт этот выстрел.

Когда мы подошли к позолоченному миномёту, сэр Дориан отсалютовал Мастеру Миров эльфийским мечом. Миномётчики перевели ствол своего Сердитого Толстяка в горизонтальное положение, четверо плечистых парней играючи вложили в него золотую мину, заперли казённик, после чего наводчик нацелился прямиком в зенит, а двое парней, одетых в белоснежные мундиры с золотыми эполетами, при эльфийских мечах вместо квантаррийских шпаг и чёрных фетровых шляпах-треуголках с малиновыми перьями и золотыми эмблемами в виде старинных гранат, с поклоном вручили сэру Аструалу дистанционный электроспуск. Множество мужчин в парадных мундирах, среди которых я видел и бывалых рыцарей Света, а также дам в бальных нарядах и также парадных мундирах, окружили Сердитого Толстяка и поскольку расчёт не покинул платформы, выстрел обещал быть достаточно тихим. Мастер Миров, озорно блеснув глазами, взял в руки большой золотой пульт богато усыпанный драгоценными камнями и не мешкая ни секунды нажал на красную кнопку.

Сердитый Толстяк басовито рявкнул, извергая клубы голубого дыма, пахнущего сиренью, и золотая мина, словно стрела, полетела вверх, уводя в зенит своих толстобоких подружек. Толпа разразилась аплодисментами, громкими криками и свистом, а мины всё летели и летели вверх. Только минут через пять в быстро темнеющем до густой синевы небе раздались громкие хлопки салюта и в нём вспыхнули огромные золотые звёзды, которые породили новые звёзды и уже они, вдруг, родили огромный портрет сэра Аструала, окруженный портретами едва ли не всех его воплощений во Вселенной. Теперь мне стало понятно, о чём так долго шептались Анри, Давер и Велириан. Старик, увидев это, ахнул и всплеснул руками, а все гости взревели:

– Слава Мастеру Миров!

Портреты виднелись в небе минут пять, пока не вспыхнули новые золотые звёзды и не нарисовали на нём изумрудных драконов Гурвала, которые поплыли по нему плавно и величаво. Однако, мастер Аструал не спешил пригласить всех к праздничного столу и вскоре я понял почему. В небе появилась большая синяя точка, послышался всем хорошо знакомый трубный рёв и вскоре все увидели синего дракона, стремительно пикирующего к вершине Террасной горы. Минуту спустя дракон расправил крылья, а это был, естественно Атилла, и все увидели, что у него на голове сидит белокурая девушка, одетая в белоснежное бальное платье. Элен тотчас узнала её и слабо вскрикнула:

– Сашенька!

Тотчас Атилла превратился в здоровенного красавца и плавно опустился прямо напротив нас вместе со смеющейся Сашенькой, а мастер Аструал, шагнув к высокой, стройной девушке, нежно обнял отважную наездницу на драконе, расцеловал и передавая её в объятья старшей сестры, радостным голосом сказал:

– А теперь, друзья мои, прошу всех к столу, но сначала мы выполним одно обещание, данное Риальдо Великолепным от моего имени. – Поворачиваясь к сэру Дориану, он добавил – А тебя, друг мой, я попрошу об одном одолжении. Пусть Сердитый Толстяк останется навечно в моём саду, но ты не беспокойся, его точная копия уже стоит на Армагеддоне. Всякий раз, когда мы будем устраивать такие большие празднества, твои бравые парни будут палить из него, извещая всех о их начале. – Бросив взгляд на небо, в котором золотые магические мины нарисовали новую картину, эльфийских лучников, готовых пустить стрелы, старик воскликнул – Это самый чудесный фейерверк, который мне только доводилось видеть, сэр Дориан и я полагаю, что мы увидим сегодня в небе Астриума множество занятных картин.

Под восторженные крики мастер Аструал взял в руки золотой кувшин, взмыл в воздух и принялся вливать в Сердитого Толстяка, ствол которого сделался ледяным, золотую астазию. Миномётчики сэра Дориана приделали к казённику какую-то хитрую золотую штуковину с краном на конце и как только ствол был наполнен доверху, стали быстро наполнять астазией большие серебряные кубки тонкой работы и пускать их по рукам. Причастившись этой особой астазией мы, наконец, направились к большому круглому столу. Судя по тому, как Сашенька и Атилла смотрели друг на друга, наша команда была теперь полностью укомплектована и Тетюр, поглаживая левую сторону груди, уже был готов принять новый вызов магов Долины, чтобы направить нас в очередной бой, но наверняка это произойдёт не в самое ближайшее время. Уж очень сильный удар мы нанесли этому злобному псу Амалу и он не скоро придёт в себя, чтобы снова накинуться на нашу команду со всей своей лютой злостью.

Праздник был точно таким, каким и должен быть, весёлым, шумным и беззаботным. Но он был ещё и совершенно удивительным потому, что таил в себе множество сюрпризом и первым из ни стало то, что как только мы подошли к большому круглому столу, поставленному на невысокий мраморный помост, во главе которого стояло большое золочёное кресло, мастер Аструал исчез на несколько секунд и когда вернулся, то мы увидели перед собой отца Иоанна, в миру майора Виктора Федотова, со всем его семейством. Майор был одет в парадку советского десантника и на его кителе, как и на моём собственном, сиял целый иконостас правительственных наград, в том числе и российских, нового периода. Прямо возле праздничного стола майор Федотов был посвящён в рыцари Света, но после того, как мы обняли расцеловали его и Валентину вместе с их детворой, Мастер Миров, смотревший на нас с радостной улыбкой, не позвал нас к столу.

Как только мы встали по его просьбе вокруг стола, рядом с его креслом появились ещё два точно таких же и сердце моё чуть не выпрыгнуло от радости, так как я понял, что именно последует за этим и не ошибся. Справа от мастера Аструала появился мастер Аботан, облачённый в точно такой же французский мундир, как и у него, только с длинным прямым мечом, а слева громадный парень в золотом эльфийском андовакка, на красивом лице которого сверкала белозубая улыбка. Вот тут-то мы не выдержали и бросились к этому парню, обхватили его со всех сторон и от избытка чувств просто повалили на траву. Надо сказать, что Ио оказалась быстрее всех, ну, на то она и Лана Молниеносная, и колотя его кулачками по богатырской груди, громко завизжала от радости, после чего принялась целовать его счастливую физиономию. Мы быстро подняли их обоих, кое-как оторвали Ио от этого верзилы и принялись по очереди его тискать и колотить по спине. Ухватив парня за мощную шею, я шатал его из стороны в сторону и орал, как безумный:

– Тобби! Дружище, как же нам тебя всё это время не хватало! Ну, теперь-то ты не отвертишься, старина, пока мы с тобой не съедим вдвоём целого валгатра, я от тебя не отстану!

Да, это был никто иной, как сэр Тобби, бывший Тартаботан, который избавился от своей тяжкой ноши и из священного человекодракона превратился в самого обычного человека, только очень уж здоровенного и уж его то я мог хоть костерить почём зря, хоть вытаскивать на татами и вообще вести с ним себя, как угодно, так как он был отличным парнем, который никогда не напускал на себя важный вид. Мастер Аструал и мастер Аботан тоже, но они то были о-го-го кем, а Тобби был свой в доску парень. Если бы мастер Аструал не призвал всех, рыцарей и их магов, к порядку, то мы не скоро бы сели за стол и уже тогда, когда мы чинно сидели за столом и ждали, когда наш повелитель возьмёт в руку кубок с астазией, он сказал:

– Друзья мои, теперь, когда сэр Тобби сидит с нами за этим праздничным столом, вам всем, мои доблестные рыцари, даруется право входить прямо в этот мир с теми, кого вы сочтёте достойными стать рыцарями Света, так как тот дар, которым Тобби наделил на Гурвале Кира, заглянуть в душу каждого человека, доступен и вам, но только в двух случаях, когда вы проверяете его на Свет или Тьму, тогда сознание и душа каждого человека станут для вас открытой книгой, но мысли всех остальных людей будут для вас тайной за семью печатями. – Посмотрев на меня с улыбкой, он добавил – Козмо, я знаю, что ты ещё ни разу не смог вытерпеть до конца ни одного из моих пиров. Ты уже сейчас норовишь сбежать из-за стола вместе со своей невестой Элен, поэтому будь добр, когда отправишься на Землю, присмотрись ещё к одному парню повнимательнее, но после этого сразу же возвращайся на Астриум, ведь ты ещё не женат на Элен, а я очень хочу обвенчать вас, как можно скорее. А теперь, друзья мои поднимите эти кубки, я хочу поздравить вас всех с великой победой.

Мужчины встали и выпили за стоя, после чего начался самый обычный пир, весёлый и беззаботный, во время которого дозволялось всё, шутки, песни, громкие крики. Правда, на этот раз его сопровождали ещё и чудесные картины на небе. Фейерверки рисовали в небе картину за картиной, показывая всем нашим гостям, как мы громили лордов тьмы, но громче всего толпа разразилась криками тогда, когда увидела в небе огромного Осейна Канорфенума с дубиной Боумвил в руках. Посмотрев на последний фейерверк, мы с Элен тихонько покинули сад мастера Аструала и уединились в моём небольшом замке, подаренном мне принцессой Гвеннелинной в первый же год. Раньше я не очень-то любил в нём бывать, поскольку без настоящей хозяйки этому замку по сути была грош цена и только теперь он стал для меня по-настоящему дорог. Куда Атилла утащил Сашеньку, мне в тот момент было неизвестно, но когда через три дня мы с Элен вообще сбежали из Дейтхира, который превратился в самый настоящий дурдом из-за огромных толп королей, толпой хлынувших в него, чтобы попировать на халяву вместе с рыцарями, их магами и друзьями, и подъехали на такси к нашему дому на Земле, то сосед, поливавший газон, помахав нам рукой, громко крикнул нам невесёлым голосом:

– Привет, Серёга! Леночка, доброе утро. Что же ты не рассказал мне, что у тебя есть младший брат? Когда свадьбу сыграете-то? Это же надо такому случиться, два брата женятся на двух сёстрах. Вот только грустной для тебя будет эта свадьба, друг ты мой сердечный.

Уже зная о том, что произошло на нашей улице три дня назад, мне только и оставалось делать, что сказать, печально вздохнув:

– Семёныч, да, мы ещё не решили. Тимоха, – Под такими именем наш сосед знал Тетюра – Зовёт нас в Испанию, чтобы мы там свадьбу сыграли, вот мы и будем теперь гадать, что нам делать, где венчаться, но только не сейчас. Мне друзья позвонили в Москву и рассказали о том, что тут у нас недавно произошло. Поэтому нам с Леной сейчас не до свадьбы. Подождём немного, а то как-то не по-христиански будет.

Сосед сразу же нахмурился и сказал:

– Да, тебе точно сейчас не до венчания. Ты ведь дружил с отцом Иоанном. Так ты уже в курсе, Серёга, что батюшка наш пропал со всем своим семейством? Утром следующего дня, как вы с друзьями уехали, поплыли они на катере на рыбалку и сгинули всей семьёй. Три дня назад в полдень катер его нашли пополам перерубленный, а из них никого. Видно сволочь какая-то перерубила их катерок своей здоровенной бандурой. Понакупили себе гады скоростных катеров, зальют зенки водкой и гоняют по реке, подлюки. Узнаю когда-нибудь, кто это был, ей-ей подстерегу в камышах и влеплю пулю в лоб. Неделями караулить буду, но дождусь удобного момента. Пусть потом гадают, что это за снайпер был. Татьяна, соседка твоя, от этого известия в больницу слегла, с сердцем плохо ей сделалось, да, и все бабы на улице плачут. Хороший он был мужик, Серёга, как и ты с Кириллом десантник.

Мы, разумеется, были в курсе этих печальных событий, так как и потому, подойдя к полковнику поближе, я положил ему руку на плечо и сказал, прочитав в его сознании ненависть ко всем этим уродам:

– Семёныч, а может быть мы поступим иначе?

– Это как ещё, Серёга? – Спросил меня сосед – В партизаны что ли подадимся с тобой, чтобы войну начать с этими гадами?

Элен пристально посмотрела ему в глаза и ответила вместо меня:

– Приблизительно так, полковник Денисов. Вы можете ещё послужить своему народу, только не в партизанах, а в регулярных войска. В тех самых, в которых сейчас служит майор Федотов, больше известный вам, как священник Иоанн. Только воевать вам тогда придётся с врагами всего человечества, полковник.

Возможно если бы Элен не была магом и не стояла перед ним прекрасная, как сама Афродита, и строгая, словно Фемида, Семёныч бы погнал её метлой от себя, но взглянув в глаза моей невесты, выронил из рук резиновый шланг и, тихо охнув, спросил:

– Это как же такое можно сделать? Да, я хоть сейчас готов встать в строй, сил у меня ещё хватит. На мне же ещё пахать можно.

Моя невеста улыбнулась и сказала:

– Ну, первым делом вам следует зайти к нам в гости. Там мы обо всём и поговорим, я ведь вовсе не шучу Максим Семёнович.

Полковник, о котором я до этого времени знал только то, что он бывший танкист, был начштабом танкового полка где-то в Забайкалье, которому третью звёздочку дали по случаю увольнения в запас и что жена его умерла шесть лет назад так и не дождавшись, когда они смогут вернуться на юг в дом его родителей, засуетился:

– Ох, ребятушки, я сейчас, только кран закрою.

Элен достала из декольте своего лёгкого голубого платьица хрустальную флейту, чуть коснулась ею губ и вода тотчас перестала литься из шланга, а сам он, словно живой, убрался с улицы во двор. Калитка также захлопнулась сама собой и моя невеста сказала:

– Не беспокойтесь, я сама закрою воду, Максим Семёнович, и не волнуйтесь это никакая не мистика, а самая банальная магия, но пойдёмте в дом. Там вы сможете увидеть куда большие чудеса и узнаете о том, что это мой Серёжа взорвал две с лишним недели назад дом этого подлеца Рогозина на Горе Бедняков, а всего он тогда отправил в ад множество мерзавцев, из-за которых погибла моя сестрёнка Сашенька.

Семёныч вытаращил глаза и шепотом спросил:

– Серёга, неужто это ты грохнул эту сволочь вместе со всем его поганым семейством? – Посмотрев на Элен, он совершенно обалделым голосом поинтересовался у неё – А как же та Сашенька, которая приехала позавчера утром с его братом Антоном? У тебя что, две сестры.

Рассмеявшись мы подхватили его под руки и затащили к нам во двор, где нас уже ждали ухмыляющийся Атилла, облачённый в синий эльфийский андовакка с мечом и кинжалом на поясе и луком в синем, украшенным золотыми накладками, парадном налучье за спиной, рядом с которым стояла сияющая белокурая красавица Сашенька в персиково-золотистом длинном, полупрозрачном эльфийском платье, вооруженная точно так же. Сделав рукой жест в их сторону, я сказал с лёгким поклоном, хотя и был одет в свой обычный земной наряд, представляя их соседу:

– Полковник, познакомьтесь со своими будущими соратниками. Это рыцарь Света, дракон-маг рыцаря миров Атилла, а это, как я полагаю, его невеста, Сашенька и скорее всего она уже леди рыцарь-маг, только нам неизвестно, какое имя ей дал сэр Атилла при посвящении.

Дракон улыбнулся и уточнил:

– Моя жена, мастер Козмо и она теперь леди рыцарь-маг Санния. С Астриума мы отправились по совету Бобби, пардон, мастера Роберта, на Землю, в Рино, где нас повенчали прямо среди ночи ни о чём не спрашивая, а потом в один прелестный юный мир, где и провели свой медовый месяц. Там я посвятил свою жену в рыцари и сделал её магом, а потом мы здорово повеселились, разгромив вместе с нашими новыми друзьями целую армию одного злобного царька. Теперь Санния у них котируется, как великая воительница самого Создателя Адеона. Макс, пойдём в дом, дружище, тебя желает видеть наш командир. Да, не хмурься ты так, мы с Серёгой несколько старше, чем выглядим. Уже без малого пятьсот лет сражаемся с чёрной нечистью и приглашаем тебя присоединиться к воинству рыцарей Света.

К своему облегчению я не прочитал в сознании полковника Денисова никакого смятение, а всего лишь восторг и ожидание чуда. Как и многие русские офицеры он всё же был романтиком не смотря на все тяготы армейской службы. Выполняя поручение мастера Аструала, я жестом остановил дракона и сказал:

– Атилла, я прибыл сюда, чтобы выполнить поручение Мастера Миров. Это он велел мне отправляться на Землю и привести к нему полковника Денисова. – Строго посмотрев на Семёныча, я сказал непререкаемым голосом – Максим, через несколько минут ты прямо из нашего дома отправишься в обитель Бога и живым, а не скончавшись от какого-нибудь сердечного припадка. Там ты встретишься с нашим соседом, майором Федотовым, вот его-то наш Создатель лично забрал в свою обитель прямо с реки вместе со всем его семейством. Мне, как и моей невесте, дано заглянуть в твоё сознание и душу и мы оба сочли, что ты достоин этого, а теперь пойдём в дом и мы ответим на все твои вопросы, хотя сейчас ты думаешь только об одном, правда ли это.

Мы вошли в дом и там нас прямо у порога встретили Кир, Кен и Бобби, одетые в парадные мундиры, а вместе с ними смеющиеся Иоланта, Анганиэль, Белегрунд, Тетюр и Лехтааран в изумрудном андовакка. Все они были при мечах, кинжалах и луках, отчего Семёныч, одетый в камуфляжные, застиранные чуть ли не добела штаны, новенькую форменную камуфляжную майку с короткими рукавами и домашние тапки, смутился, но я не смотря на это представил ему всю нашу команду со всеми чинами и регалиями. И всякий раз каждый из названных мною моих боевых друзей выходил вперёд и приветствовал нашего соседа согласно его воинского звания. Кадровые военные отдавали ему честь на свой собственный манер, а все остальные салютовали своими рыцарскими мечами. Когда эта церемония закончилась, Кир поднял руку с сияющим на неё радужным кольцом и спросил полковника Денисова строгим голосом:

– Макс, ты готов присоединиться к рыцарям Света?

Тот судорожно сглотнул слюну и сказал в ответ:

– Готов, сэр Кир.

Кир чуть улыбнулся и полковник предстал перед нами в парадном мундире со всеми боевыми наградами. Доставая из-за пазухи серебряный кубок, он сказал ему:

– Тогда преклони колено перед моим рыцарским мечом имя которому Бадхор, что означает Судья, выпей этот напиток посвящения в рыцари Света, но знай, если ты недостоин этого, впрочем какого чёрта, Семёныч, ведь теперь мы все ничуть не хуже Кузьмича ясно видим твою душу и мой рыцарский меч Бадхор нужен мне вовсе не для того, чтобы снести твою голову с плеч, а чтобы посвятить тебя в рыцари.

Полковник молча взял под козырёк, встал на одно колено, как в армии встают для того, чтобы поцеловать знамя, принял в свои руки серебряный кубок и, чуть скосив взгляд на сверкающий эльфийский меч, решительно выпил напиток посвящения. Для своих пятидесяти семи лет Семёныч был цветущим мужиком и ему было трудно дать больше сорока пяти, но испив этого напитка он разом помолодел. Кир коснулся его плеча кончиком меча и, назвав его сэром Максом, велел подняться, после чего мы направились к уже накрытому столу. Так мы увеличили армию рыцарей Света, прибавив к ней ещё одного прекрасного офицера, отважного рыцаря и настоящего патриота своей страны. Как для него, так и для нас всех начинался новый этап нашей борьбы со Злом, ну, а меня ждал кафедральный собор и отец Иоанн, чтобы обвенчать меня с Элен и потому мы не стали затягивать это застолье.

К тому же мне не терпелось посмотреть на то, как обустроились на новом месте мои гурвальские друзья, а так же узнать, каким магом станет маленькая Джейн и хотя бы краем глаза взглянуть на то, как обрадуется Мэгги новому месту жительства. Ещё мне хотелось совершить свадебное путешествие с Элен и провести с ней медовый месяц, теперь уже официальный, в одном чудесном мире, отчего моё сердце заранее переполняла радость, но всё же больше всего я радовался тому, что теперь мне уже не нужно торчать на Земле столько времени и что мы можем завести такой график дежурств а нашем доме, что у всех будет и руки развязаны и при этом сохранится такая прекрасная явка, которой очень удобно пользоваться из-за прекрасной легенды прикрытия. В общем всем нам было от чего сиять от радости и потому мы прямо из нашей столовой шагнули в кантину "Старый сапог", где нас уже поджидали в отдельном зале мастер Аструал, мастер Аботан и дружище Тобби, а старый Фартар только ждал сигнала.

Content

Абердин Александр.
Рыцарь Мастера Миров 2.

Миссия восемьдесят седьмая. "Кир Торсен против двенадцати лордов тьмы".