Патрацкая Наталья Владимировна

Маг

Наталья Владимировна Патрацкая

Маг

ЧАСТЬ 1. Нано фея

Глава 1

Марина шла через мост, увлекаемая толпой к очередному зрелищу. Внезапно она почувствовала взгляд, такой силы, что обернулась, продолжая идти в потоке людей. Это был Он! Ее любимый Мартин! Она попыталась сделать шаг вправо, но почувствовала, что любое движение кроме движения вперед — невозможно! Еще раз повернуть голову назад она не могла, надо было смотреть под ноги и идти вместе с толпой. Она его теряла. Она теряла его терпкий взгляд огромный карих глаз. Она теряла его волшебную фигуру с такой мускулатурой, что дух захватывало при одном взгляде на него. Господи, как он хорош! Когда Марине довелось повернуть голову назад, Мартина она не увидела. Да и как она могла его увидеть, если его нет. Или он есть? Зрелище во дворце было отменным и величественным, но мимолетный взгляд Мартин был намного сильнее целого полка великолепных артистов. Марина после концерта вышла опустошенной, а в голове тикала мысль о Мартине. Она шла по довольно пустым улицам.

Попасть в новую сказку Марине оказалось чрезвычайно просто. Господин Кризис махнул своей лохматой лапой, и от его взмаха финансы фирмы улетели в трубу неизвестности. Огромный, прозрачный дом стал полупустым. Труженикам фирмы Мага Мака стало нечем платить за офисы. Абсурд, но люди стали тесниться в маленьких помещениях, набиваясь в них до предельной тесноты. А где тесно, там и раздору место. И господин Кризис мог процветать без ущерба для своего роста.

В старой сказке людьми в царстве — государстве правил один царь государь. Он мог быть лысым или лохматым, но он был один. Все в царстве принадлежало ему! В ситуации с большим пустым зданием, он бы просто всех равномерно расселил и создал для тружеников условия для работы. А во времена царствования господина Кризиса страна округов представляла — одеяло, созданное из огромного количества лоскутов. Каждый лоскуток округа принадлежал некому хозяину, который пытался получить финансы из тех людей, которые жили на его лоскутке земли или здания. И все это страшная ерунда, но господин Кризис от нее расцветал пышным цветом. Поэтому офис, в котором последнее время работала Марина, был небольшим.

Марина рванула изумрудные бусы на шее. Одно звено разорвалось. Ее глаза перестали казаться зелеными, и стали цвета стали. Она пошла в мастерскую Фомы. Он хороший мужик, но свою мастерскую превратил в заначку, по краям которой стояли сейфы. Среди сейфов возвышались металлорежущие станки, покрытые металлической стружкой. Помещение было насквозь пропитано табачным дымом. Марина зашла в мастерскую местного монстра. Она попыталась сказать слова приветствия и закашлялась от странной атмосферы. Фома улыбнулся, и открыл дверь, дабы позаимствовать из коридора поток свежего воздуха для дамы. Марина попросила Фому починить порванные бусы, в которых бусинки соединялись металлическими пружинками. Дабы развеселить девушку, Фома стал рассказывать об алмазах, из которых он для своей любимой сделал брошь. Марина натянула воротник тонкого свитера на лицо, пытаясь не дышать воздухом, от которого возникал кашель. Алмазы Фома нашел в хламе, который ему постоянно приносили. Люди, чтобы не выбрасывать старую аппаратуру, несли ее в мастерскую. Он был рад всему: и старым приборам, и моторам. Лучшее он прятал в сейфы, следуя поговорке 'Подальше положишь, поближе возьмешь'.

Фома был крупным созданием с роскошным животом. Но при такой расплывчатой внешности он обладал умом изобретателя и золотыми руками. Он мог работать на токарном, фрезерном и сверлильном станках. Он был отличный слесарь — сборщик с чашкой чая на чертеже, который он недолюбливал. Чертеж на бумаге пытался руководить Фомой, а это ему очень не нравилось. Марина знала его такую особенность и любое руководство Фомой, сводила к дружественной беседе. Но такой табакерки у него никогда не было.

Оказалось, что в угоду господину Кризису закрыли курительные комнаты, а от сигарет забыли отучить. Марина получила отремонтированные бусы, и пропустила в табакерку очередного носителя даров. Мартин при появлении Марины в офисе, скосил глаза на ее бусы и продолжил работать. Почему он был такой молчаливый? Он был многолик по своей сущности. Главное, он знал свою работу и не особо донимал нравоучениями девушку.

Марина раскрыла тайну местного кризиса. Кризис сотворил сам себя, ему надоело подчиняться людям. Тогда он пошел на хитрость, он объявил себя господином Кризисом, с которым все должны были считаться. То есть Кризис провернул экономическую операцию на государственном уровне, и перевернул финансовую пирамиду с ног на голову. В результате деньги из всех карманов дождем ссыпались на землю, и провалились в подземелье неизвестности. Да, быстрее найдешь следы Кризиса, чем следы Мартина. Последний раз она его видела во время потопа.

В тот день белые и пушистые облака оцепенели от собственного скопления, а оцепенев стали мрачными и серыми. Под облаками появились солнечные участки земли, и рядом с ними, покрытые мраком туч. С одной стороны в офис заглядывало солнце. В другом окне надвигались дождевые тучи. И дождь обрушился на здание, закрыв его пеленой дождя. И совсем неожиданно из вентиляционного отверстия полилась вода. Люди вскакивали с мест, облитые грязными струями воды.

Вода текла по окнам и по компьютерам. Мартин выключил тумблеры, отключив подачу тока. Он первым выскочил за дверь и побежал на технический этаж, успев заметить, что некто убегает в противоположную сторону. Действительно, надо было сильно постараться, чтобы совместить дождь за окном с потоком воды внутри здания. Некто направил воду из водопровода по шлангу в русло для потока воздуха. И на нем были кожаные штаны, — это все, что успел заметить Мартин. Он завернул кран с водой, убрал в сторону шланг. Люди медленно приводили офис в порядок.

А перед глазами Мартина маячили кожаные штаны вредителя, если не сказать больше. Сидя, за еще влажным столом, Мартин пришел к выводу, что затопили его рабочее место по одной причине, из-за Интернета. Лет десять Интернет был только для избранных, а сейчас он стал общедоступным. Все, что он публиковал под своим именем, немедленно возвращалась ему бумерангом. Вчера он написал рассказ, в котором использовалась вода, сегодня эту воду пролили ему на голову. Весь этот год писание в Интернете под своим именем, не оправдывалось, и причиняло ему постоянный вред.

Мало того, его личная подружка Марина постоянно доставала его прямо и косвенно. Ей казалось, что он пишет о ней. От этого его положение только ужесточалось и исключало всякую любовь. А его постоянно разыгрывали. Мартин пришел к выводу, что известность должна быть неизвестной. Он посмотрел на траурную рамку с лицом знаменитого актера, и ему показалось, что тот только теперь вздохнул спокойно. Известные люди проходят через некоторые круги ада при жизни. Грустно, но люди не бегут сдавать деньги за то, что их бесплатно развлекли. Напротив, есть те, кто пытаются унизить того, кто их развлекал. Вода с потолка — это обычная месть. Выяснять, кому принадлежат кожаные штаны, Мартину не хотелось.

Испытания виртуального космолета из-за потопа были отложены на пару часов.

Новый вид транспорта предназначался для виртуального планирования между планетой Макро и планетой Фар. Планету Фар обнаружили не в обсерватории, и не на звездном небосклоне, учитывая, что звездам и в небе жить тяжело. Планета Фар находилась в анти сфере. Если есть актеры, которых все видят, то есть и авторы, которых не знают. Планета Фар и была в роли неизвестного объекта, а на звездном небе вместо нее находилась планета Макро. Десант землян, живущих постоянно на планете Макро, зря время не тратили. Они работали в новых для них условиях, и привыкали к новым мирам, открывающимся с Макро. Планету Фар обнаружили при перенастройке большого телескопа, она была видна не перед телескопом, а как бы сразу отражалась на экране.

Звездочет, обнаруживший на экране следы планеты, был удивлен без всякой меры. Он смотрел в телескоп и не видел новой планеты, но она появлялась на проекционном экране. Он много раз проверил экран, но дефектов на нем не было. Тогда он сместил телескоп, ситуация повторилась на новом месте. Он протер все линзы, эффект тот же. Звездочет решил поверить и проверить новую планету, названную им планетой Фар. По аналогии, свет фар от автомобиля отражался от окон в одном доме и передавался в другой дом. Звездочет вызвал с Земли друга Мартина.

Мартин прилетел на космолете. Он привез с собой виртуальный телескоп, способный увеличивать отраженную картинку. На экране компьютера стал прорисовываться новый объект. Дин от напряжения тянул сок через соломинку и смотрел на компьютерное чудо. Перед ним на экране была планета покрытая облаками, ему даже показалась, что он видит Землю собственной персоной. Мартин и звездочет вдвоем смотрели на экран, но знакомых земных континентов не обнаружили. Несомненно, перед ними была чудесная, неизвестная планета с атмосферой, пригодной для жизни землян.

Подружка Мартина по имени Марина почувствовала, что она с потопом в его офисе перестаралась. Она хотела попугать друга, но он после потопа в офисе исчез совсем. Марина пыталась о нем спрашивать у сотрудников, но они упорно молчали. Никто не давал сведения о месте нахождения Мартина. Девушка терялась в догадках. Она так задумалась на рабочем месте, что на автомате съела пирожное, которое ей протянул мужчина в кожаных штанах. Вскоре она почувствовала дикую резь в желудке. Марина с содроганием подумала, зачем она съела пирожное, ведь почувствовала странный привкус при первом прикосновении к нему губами. Пока она боролась за свою жизнь без боли, из ее головы выветрился человек по имени Мартин. Она стала флегматичной девушкой с медленными движениями, словно находилась под воздействием другой гравитации.

Тем временем Мартин готовился к полету на планету Фар. Звездочет от полета отказался, он сказал, что с него достаточно того, что прилетел на планету Макро, которую покидать не собирается. Виртуальный космолет был готов к полету. Мартин решил на прощание поговорить с Мариной по межзвездной связи. Но девушка говорила чужим голосом, словно с посторонним человеком. Несомненно, ее вывели из реальной жизни, или забрали часть памяти. Грусть навалилась на молодого межзвездного космонавта, сжала его тисками и тут же отпустила. Не время было поддаваться чувствам. Надо сказать, что никто из жителей Макро не захотел его сопровождать на виртуальную планету. Мартин отличался: мужественным характером, острым умом, хорошей памятью, физической подготовкой.

Виртуальный космолет состоял из одного отсека для космонавта. Приборы были спрятаны в его оболочку, и имели выход на экран компьютера. Двигатель и вся система его энергетического снабжения занимала остальное место. Весь космолет был похож на виртуальный коллаж, с постоянно изменяющейся формой. Мартин не знал главное, его самого в полет не отправили. Перед полетом он попал в виртуальную лабораторию, где из него сделали комара.

Мартина поместили в виртуальный космолет. Его мозг оставался в рабочем состоянии, а его самого практически не было. Мартин с ужасом смотрел на нечто вместо себя. Он напоминал комара, но в человеческих параметрах. Его нельзя было назвать худым, это сильно сказано. Он состоял из прутиков рук и ног, и туловища в четыре прутика толщиной. Его голова была плоской. Этой головой он и понял, почему никто из жителей Макро не последовал его примеру. Такое состояние Мартина не требовало особой энергии для содержания. Красавец по земным меркам, превращенный в виртуальную модель летел к планете Фар. Траектория полета виртуальному космолету была задана. Мартин следил за работой приборов только на экране компьютера, сидя в кресле, толщиной в изогнутую ножку стула. Небольшой паз в изогнутой конструкции и был его местом.

Мартин придумал себе новое имя — Комар Мартин и улыбнулся. Под таким именем Марина в Интернете его не найдет. Он посмотрел на себя и понял, что и межзвездные космонавты его не узнают, теперь его можно принять за кабель питания в космолете с разъемом вместо головы. Мартин посмотрел на свои ладони. Они напоминали провода, выходящие из кабеля руки. Зрелище не для всех, или всем все равно, кто спрятан в кабеле. На ногах он обнаружил пять более длинных проводков, выходящих их кабелей ног. Он загрустил, но ненадолго. На экране появилась планета Фар, и стала быстро приближаться. Космолет стал совершать хаотичные движения безопасности, дабы его случайно не подстрелили добрые жители планеты Фар.

Космолет приземлился в расщелине гор. Жители планеты Фар не встречали Мартина. Он вылез через один из многочисленных люков. В этот момент он понял положительные стороны нового облика. К тому же его голова могла менять свою форму. Жизнь прекрасна, — подумал Комар Мартин и посмотрел на пейзаж новой для него планеты Фар. Острые пики скал окружали космолет со всех сторон. На небе безобидно плыли облака. Мартин помнил, чему его обучили перед полетом. Его научили пользоваться новым тщедушным телом. От жары, холода и дождя его защищала термическая оболочка из прочного материала. Он посмотрел на проводки пальцев рук и ног, стирать их об скалы не хотелось. Комар Мартин достал из космолета нечто, напоминающее воздушный шарик. Он накачал шар легким газом, обвился вокруг веревки и полетел в новый мир.

Мартин зацепился за вершину скалы. Завязал нитку шарика за выступ в скале. Он посмотрел вокруг себя и увидел все те же скалы. Пейзаж его не обрадовал. Комар Мартин посмотрел на космолет, прочно сидевший между скал. Радость существования на новой планете не имела под собой почвы. Он сел в паз камня. Но камень вместе с космонавтом стал плавно опускаться внутрь скалы. Страха в разъеме вместо головы не было. Мартин ощутил легкий толчок. Его кабина остановилась в приятном помещении. На всех стенах висели панно с острыми выступами скал. В центре залы сидел шланг, из которого торчали провода. Вероятно, он был местным жителем. Мартин подошел к шлангу. Шланг поднялся из-за стола. Он протянул пучок проводов в знак приветствия.

Мартин подумал, что перед полетом он видел шланг, из которого лилась вода на его компьютер. Теперь перед ним был шланг с проводами, того же диаметра. Точнее это был натуральный кабель. Кабель заговорил, при этом его голова раздулась, как голова кобры. Значит, те, кто послали Мартина на планету Фар, знали, как выглядят местные жители! А Комар Мартин думал, что он первый житель Земли, ступивший на планету Фар. Он приятно удивился, что Кабель умел улыбаться. На планете Фар, по мнению Мартина не было особей разного пола. Ему все шланги с головами кобр, казались на одно лицо. Собственное тело боли и удовольствий ему не доставляло.

Шланги, двигающиеся по городу, не раздражали, но и не привлекали. Дома, стоящие с двух сторон центральных улиц, были с многочисленными, цилиндрическими башенками. Шланги вели нормальный образ жизни. Они работали, учились. В личную жизнь местного населения Мартина не пускали. И он невольно стал тосковать о своем теле, Марине и личной жизни до потопа в офисе. Эх, эти кожаные штаны! Если бы они не затопили его офис, может, не шагал бы он в образе шланга среди местных шлангов!

Найти кожаные штаны! Но как, если Мартин находится на планете, удаленной от Земли в два космических перехода. Архив фильмов в местной фильмотеке оказался достаточно велик, это позволило ему в свободное от работы время смотреть фильмы. Прямой связи с Землей на планете не было, приходилось звонить через планету Макро. Но Марина все еще не узнавала Мартина. Однако она могла найти кожаные штаны!

В голове Мартина стали мелькать мысли о самом себе. В результате головоломок он пришел к выводу: он не он. Он на планете Фар влачил существование примитивного робота в образе комара из шлангов. У него появилась надежда, что он может вернуться в свой ненаглядный образ жизни. Надежда на жизнь в условиях Кризиса его порадовала бы больше, чем благополучная жизнь в образе кабеля с электрическим питанием. Мартин работал на планете Фар вместе с остальными шлангами. Внешне никто друг от друга не отличался. Поэтому он внимание не привлекал.

И тут у него мелькнула мысль: местные шланги — это командировочные с Земли. Но почему не могли сюда послать обычных людей? И сам себе ответил: люди хотят кушать, а шлангам достаточно электричества, которое можно добыть на любой планете из чего угодно. Дожил Мартин до того, что сам с собой разговаривает. Знал бы — не полетел, но кто бы считался с его мнением. А, что если кожаные штаны — обычный шланг, но толстый! А толстым на фирме был Фома. Этот самоучка мог устроить потоп только так! Мартин помнил изумрудные бусы на Марине, она их ремонтировала у Фомы и могла наговорить ему лишнего. Вот Фома и облил его водой из-за примитивной ревности!

К Комару Мартину подошли два шланга и пригласили на местную вечеринку. Мероприятие проходило в сказочном замке, напоминающем большой орган. Вероятно, шланги любили орган за большое число звучащих труб. Их внешние формы совпадали. Мартин насладился органной музыкой в полной мере, и удивился огромной аудитории, набитой слушателями. Он уже месяц жил на планете Фар, но до сих пор не смог обнаружить различие между шлангами. Либо все кабели были кабелями.

Мартин медленно привыкал к новой жизни. Он чувствовал себя лучше после органной музыки. Шланги занимались переработкой редкой руды, требующей огромных энергетических затрат, полученное вещество отправляли на планету Макро. Одни облака напоминали ему о земле. Растительность на планете была скорее искусственной, чем растущей из почвы. Облака плавали вокруг планеты, но не проливались дождем. А если бы пролились, все шланги бы заискрили от короткого замыкания. Чем дышал Мартин? А кто сказал, что у него были легкие? Шланги питались там, где работали. Для них существовали зарядочные устройства. Сантехника им была и вовсе ни к чему. Жизнь среди шлангов была слишком монотонной.

Комар Мартин так заскучал по Марине, что готов был улететь на Макро транспортным космолетом. Он сжал в кулак проводки пальцев, в его голове пронеслась картина посадки на планету Фар. Он вспомнил забытый виртуальный космолет, застрявший между скал. Теперь он прекрасно знал, как попасть к лифту, расположенному в скале. Оставалось получить разрешение на прогулку в скалах. Мартин решил пригласить двух шлангов, которые однажды позвали его на вечеринку. Втроем они уговорили дежурного подъемника выпустить их на прогулку среди скал.

Три шланга вскоре оказались на вершине скалы, с которой прекрасно был виден космолет. Учитывая легкость космолета, три кабеля после хорошей подзарядки вытащили космолет на небольшую площадку. После удачной вылазки они вернулись в город для новой зарядки. Их внутренние аккумуляторы, расположенные в области головы, были заполнены до предела. В результате шланги почувствовали небольшое головокружение от избытка электрической энергии. Эту энергию они отнесли космолету. Через несколько ходок виртуальный космолет был готов к полету. Но они просчитались. Дежурный подъемника оказался более сообразительным, и первым зашел в космолет. Три шланга обхватили свои пустые головы.

Дежурный проверил космолет, и разрешил лететь трем шлангам на планету Макро. В кабине Мартин обнаружил емкости с секретным веществом. Оказывается, их решили использовать в мирных целях перевозчиков, не давая возможности обрадоваться побегу. На планете Макро все трое были направлены в виртуальную лабораторию, из которой вышли три нормальных молодых человека из плоти и крови. Мартин поразился тому, что все они были одного возраста. Они получили бумагу, что прошли альтернативную службу в армии. Звездочет искренне обрадовался возвращению Мартина. Как оказалось, он уже служил шлангом на планете Фар, куда дважды никого не посылали. Мартин вернулся на Землю, и сразу пришел в офис. Его взгляд искал зеленые глаза Марины, но ее не было на месте…

Глава 2

Марина выглянула в окно, как будто почувствовала, что ее ждут, и увидела Глеба. Он был хорош, и чем-то напоминал образ агента из кино. Плащ. Пояс. Обычно мужчины редко пользуются поясами. В голове промелькнуло, как она к нему заходила в гости. Он тогда ее мгновенно схватил на руки и завалил на постель. Любовь была столь экспансивной, быстрой и чувственной, что она сама от себя ничего подобного не ожидала. Теперь он стоял и покорно ее ждал. Она надела туфли на слоистой подошве, темно — синее приталенное пальто, встряхнула копной волос, которая рассыпалась по плечам и вышла навстречу судьбе.

Высокий, стройный молодой человек стоял у рябины, на которой не было не листочков, ни ягод. Он ждал, от нетерпения дергая пряжку пояса, подчеркивающего его тонкую талию. Его серые глаза внимательно смотрели на окна четвертого этажа, за которыми жила Марина. Он был влюблен в девушку своенравную и чувственную. В голове промелькнули прогулке с ней по снежным улицам. Нормальные люди в такую зиму дома сидели, а она гуляла с ним по легкому морозцу, смеялась, разговаривала. Зима резко закончилась, и сейчас было почти тепло. Над землею царила весна, когда снега уже не было, а листочки еще не распустились.

Накануне прошла пасха, и недалеко от Глеба виднелась цветная скорлупа от яиц.

Глеб показал на зеленые скорлупки и сказал:

— Марина, запомни эту скорлупу! Когда меня не будет и пройдет много лет, ты найдешь бриллиантовое яйцо в малахитовой скорлупе, и это будет твоя последняя алмазная находка.

— Глеб, не шути! — воскликнула девушка. — Так не шутят! Я и алмазы еще в глаза не видела.

— Не видела — увидишь. Мне сон сегодня снился, что алмазы пролетают мимо меня, и падают тебе в руки. Ты стоишь среди алмазов, как я сейчас среди пасхальной скорлупы.

— Сон у тебя странный. Стоит пройти нам пешком до института. У меня вообще нет драгоценностей, а ты такое наговорил!!

Они вместе пошли в институт, в котором учились. Дорога шла мимо строящегося дома. Молодой человек потянул девушку в сторону стройки, над которой застыл подъемный кран. От будущего дома пробился на свет, как подснежник, только первый этаж. Глеб привлек к себе Марину. Он обнял ее, судорожно прильнул губами к ее губам. Он пил нектар любви нежно и страстно. Она ответила на поцелуй и вцепилась в его пояс на плаще, словно натянула удила на лошади.

Когда Марина и Глеб пришли в институт, сокурсники уже сидели в аудитории, и их совместное появление не осталось не замеченным. Больше всех такое появление Марины не понравилось Мартину. Он был в шоке, заметив взволнованность пары, взлохмаченные волосы девушки. А губы? Они были больше нормальных размеров. В его голове промелькнуло красное видение, когда он с ней ходил на концерт. На Марине тогда сияло алое платье. Его воспоминание прервалось появлением преподавателя.

Как из-под земли рядом с доской возникли стенды с кинематикой станков. Студенты забыли о любви и целиком вошли в мир металлорежущих станков. Шикарный мир механики, если его понимать. Следующие две пары проходили у натуральных станков: фрезерных, токарных, расточных. Вот, где приоритет парней был неоспорим. Девушки только записывали результаты лабораторной работы, но их было мало, в том смысле, что девушек на курсе было значительно меньше, чем парней.

Хитом на последней паре оказалась книга о любви, выраженной в позах, которая путешествовала с парты на пару. Ее кто-то принес, спрятал в книгу со станком на обложке и пустил по студентам. Непутевые возгласы то тут, то там раздавались в аудитории. Жизнь продолжалась.

Ночью станки ощетинились инструментами и столпились вокруг Марины. Они танцевали танец металлических монстров. Фреза на фрезерном станке подергивалось, как плечико во время танцев. Девушка проснулась и подумала, что накануне переучила кинематику фрезерного станка.

Махина координатного расточного станка стояла в отдельном помещении. Большая станина прятала в своих недрах умную начинку, следившую за точностью перемещения инструмента по программе. Марина прошла в цех и собрала чертежи деталей, которые можно было обработать на станке. Ей предстояло перевести станок на числовое программное управление. Такое нехилое задание получила она от своего руководителя доктора технических наук Люкса. Глеб и Мартин отказались от участия в этом проекте.

Марина работала в одиночестве, спрашивать особо было нечего. Собрав все детали, которые можно было обработать на станке, она под руководством доктора Люкса написала программы, разработала инструменты, которые надо было начертить и внедрить в производство. Со временем оказалось, что ей надо было только написать программу и начертить то, чего не было в станке, а внедрением могли заняться и другие люди. Эта чудесная работа определила назначение самой Марины в производственной жизни. На последнем этапе учебы в институте ей предстояло выбрать, кем она будет: технологом или конструктором.

Глеб работал в соседнем цехе, поэтому мог сопровождать Марину на преддипломную практику. Их любовь приобрела дорожный характер, поскольку времени другого на общение у них не было. Прогулки и поцелуи под шорохом листвы рябины носили почти традиционный характер. Дипломный проект Марины продвигался, а отношения с Глебом несколько застопорились.

Мартин, видя, что Марина охладела к Глебу, подошел к ней с предложением:

— Марина, стань моей женой после окончания института. Есть возможность получить звездочку на погоны и стать охранником на заводе. Не нравится мне быть конструктором, не хочу я быть технологом, я решил стать офицером охраны, поскольку у них заработная плата на настоящий момент времени выше, чем у молодых специалистов инженеров. А позже я поеду на Север и привезу тебе — алмазы!

— Мартин, ты с Глебом в одной комнате в общежитии живешь? Вы кого наслушались?

— К нам приходил фотожурналист, снимал нас, и сказки алмазные рассказывал.

— Теперь понятно, откуда вы на одну тему стали говорить.

Двадцать листов дипломного проекта Марины еле поместились на стенде. Огромный труд студентки, которая защищалась одной из первых, вызвал здоровый интерес среди сокурсников. Трибуна для зрителей была заполнена болельщиками. Марина надела белую блузку в голубоватый горошек, темно — синею юбку и жилет. Волосы накрутила локонами, и так в локонах оставила в большом хвосте. Никто отлично ей не поставил, почему-то все члены комиссии поставили хорошо. За Марину сокурсники переживали, но никому из болельщиков не хотелось, чтобы она была лучше всех. Ее всеобщими усилиями хотели осадить, как полую деталь под прессом.

По непонятным причинам за последний год учебы в институте Марину семь раз показывали по телевизору. Ее показывали в спортивной форме и в обычном платье. Показывали на тренировке и дома, куда приходила целая команда телевизионщиков. У нее брали интервью. Ее показывали молчащую. Ей два раза сделали предложения руки и сердца.

Через некоторое время Глеб устроил крупную неприятность на участке, который охранял Мартин. И того выслали куда подальше без звездочек на погонах. Коварный Глеб сослал Мартина на Север, чтобы не мешал добиваться Марины.

Не все умела Марина: она плохо ориентировалась по компасу. На заводе ее пригласили участвовать в соревнованиях по ориентированию по пересеченной местности на лыжах. Идти на лыжах одно удовольствие, но держать ориентир, и выяснять с какой стороны у деревьев мох растет — это не по ее части. Она могла запросто в лесу заблудиться. Девушка могла запоминать ориентиры на лыжне, но поставить ориентир на карте она не могла. Тормозило ее что-то. В результате Марина почувствовала, что проигрывает соревнования по ориентированию из-за своей неумелости.

Господин случай ей помог. По лыжне шел самый обыкновенный чайник на старых лыжах с убогими палками в руках. На нем был застиранный костюм зеленого цвета. Шапочка неопределенного цвета закрывала лоб. Ничего красивого во встречном лыжнике не было. И шел он плохо. И выглядел скверно. Марине лыжник не понравился, и она растерянно взирала на компас и планшет с картой. Страшилка на лыжах остановился, посмотрел на муки лыжницы. Его глаза мгновенно стали умными, а пальцы без грубых варежек оказались необыкновенно красивыми. Незнакомец поставил нужную точку на карте и рукой показал, где следующий ориентир на местности.

Он сказал странную фразу:

— Девушка, вы остановились на историческом месте: здесь в 1812 году проезжала карета, а в 1941 году по льду проехал танк…

— Простите, но я сейчас участвую в соревнованиях по лыжному ориентированию, — бросила на ходу Марина. — Спасибо за точку на карте!

В нужное время, в нужном месте оказался этот человек. Она заняла второе место.

После такой встречи на лыжне, в памяти Марины постоянно возникал образ мужчины на лыжне, классного ориентировавшегося в пространстве. Его руки без варежек ее преследовали. Противоречивые чувства вызвал в душе странный лыжник.

В городской газете появился портрет Марины с заиндевевшими ресницами, в шапочке, покрытой снегом на фоне заснеженных деревьев. К губам она подносила ветку рябины. Фотография в высшей степени художественная ее обрадовала. Она вновь вспомнила лыжника в зеленом костюме, который протянул ей ветку с замороженными ягодами рябины, пока смотрел на ее карту. Потом он быстро выхватил из-за пазухи фотоаппарат и сфотографировал ее. Ниточка к тому, чтобы найти фотографа у девушки появилась. Она зашла в редакцию местной газеты, но фотографа там не оказалась, зато был ее бывший одноклассник.

В школе характеристику Марины прочитали всему классу, поэтому она ее запомнила. В характеристике были слова: '…Рекомендуем поступить в технический институт'. Бог мой! Кто бы ей объяснил, что такое институт! Ее родители окончили семь классов школы и училища по специальностям. Они были славные труженики. Сосед по дому Гриша, был старше Марины. Он поступал в технический институт и завалил химию.

Марина слушала об опыте поступления в институт, открыв глаза и уши. Ей нестерпимо захотелось поступить в технический институт! Раз в школе сказали, что ее рекомендуют в технический институт, значит надо идти в технический институт! А химию она не завалит, а просто пойдет на другой факультет. В городе был еще педагогический институт, но он ее совсем не волновал, она не любила других учить, и не любила, когда у нее списывали.

Сдала Марина в школе выпускные экзамены, пришла к институту, а там оказалось несколько корпусов. Обошла она все здания, нашла, где принимают документы. Села девушка в юбке защитного цвета у огромного стола и стала заполнять бумаги. Прочитала она в приемной комиссии, что в институте есть четыре факультета. Долго боролась между двумя факультетами.

Тут над ее головой раздался чей — то голос, похожий на голос бога Вита:

— Девушка, заполняйте бумаги на механико-технологический факультет!

Человек, который это сказал, растворился в пространстве. А Марина сидела и думала, а это что за факультет? Заполнила она послушно бумаги на механико-технологический факультет. В приемной комиссии ей сказали, какие придется сдавать экзамены, и что нужно еще две недели ходить на подготовительные курсы перед сдачей экзаменов.

Сдавать надо было: математику, физику, родной язык. Конек Марины — математика. Она взяла сборник задач и пошла за дом, где под кленами стоял стол со скамейками. За этим столом она решала все задачи подряд: и по математике, и по физике, и учила формулы. Гриша, как опытный наставник, сказал, что если она какую задачу пропустит, то та и попадет ей на экзамене. Решала все. Физику она решала с меньшим удовольствием, а родной язык не воспринимала должным образом.

Подготовительные курсы Марине очень понравились. Она наслаждалась, слушая лекции по знакомым и незнакомым темам одновременно. Лекции проходили в старом здании, а экзамены сдавали в новом, красивом здании. Сверху на нем было написано: 'Механико-технологический факультет'. Математика на первых курсах была достаточно сложная.

А не вспомнить ли то, что было до первого курса? Огромный актовый зал. День приема в студенты. Впервые сердце сказало, где оно находится. Через некоторое время повезли на машинах в совхоз новоиспеченных студентов. Долго ехали по степи, привезли в совхоз Веселая роща. В степи стояли одинаковые домики недавней застройки, на околице виднелась стайка берез. Жители поселка — люди различных национальностей.

Семь девушек на первую ночь поместили в дом одной местной семьи. Внутри чисто. У входа на полу — чайник. Стол круглый, состоящей из одной столешницы. Во второй комнате — полог. Под пологом спали молодые. Девушек положили на пол, на кошму. Ночь запомнилась. Всю ночь кто-то кусал и кусал. Молодые под пологом шевелились и шевелились.

На следующее утро девушки попросили сменить им место обитания. Почесав в затылке, некий мужчина освободил для них правление совхоза. Место злачное. Маленький домик, в котором за печкой было спрятано огромное количество бутылок. Поставили студенткам семь кроватей. Все удобства во дворе.

Марина выбрала себе высокого блондина, студента, как позже оказалось еще и боксера, способного ее защитить, но у него ее отбил другой боксер, взрослее и сильнее. Что девушка со вторым боксером делала? Побивала рекорды по прогулкам в степи после работы на токе.

Да! Все студенты работали на токе. Зерно сгребали. Один раз Марину послали работать на кухню. Кухня кормила всех: и студентов, и трактористов. В столовой кормили тех, кто был рядом от нее. Пищу, для тех, кто был в поле, помещали в металлический контейнер похожий на бидон. Контейнера ставили на машину, и увозили в поле трактористам.

Марине повезло: в совхозе она видела полное солнечное затмение. С новой подругой она пошла на ближнюю железнодорожную станцию за конфетами. Идти пришлось далеко. Дорога проселочная. Машин нет. Возвращались еще засветло, но вдруг стало темно-темно.

Подошли девушки к совхозу и увидели, что все студенты с копчеными стеклышками смотрят на солнце. Повезло всем. Они видели ореол солнечной короны. Отработали студенты в совхозе, и домой вернулись. А Марина потом ходила смотреть первенство города по боксу. На этом ее боксерское увлечение закончилось.

Однажды институтская группа собралась в частном доме сокурсницы, которая обладала изящной фигурой, пышной гривой волос, и огромными, накрашенными ногтями. Первый курс, все еще мало знакомы друг с другом. Танцы сближали молодых. На вечере Марина познакомилась с молодым человеком, который пообещал ей обручальное кольцо…

На летнюю практику на Тракторный завод города Марина и Глеб попали в один цех, в одну смену. Кто бы знал, сколько шума было в этом цехе! В первый день они прошли цех, и вылетели из него всей группой, оглушенные, ударами прессов; вращением барабанов с песком, в которых снимались с отлитых деталей для тракторов — металлические заусенцы.

Вот эти — то заусенцы, не снятые в барабанах и снимали они на практике в третью смену на наждаках. Однажды Марина сняла наждаком часть пальца на руке, а когда работа была сделана, то под утро умудрялась заснуть в этом цехе, в этом шуме, с хорошей вентиляцией. К чему люди не привыкают?

Лизавета пришла к Марине домой, схватила трубку звонящего телефона и спросила:

— Мартин, ты Марину любишь? Да? Тогда купи ей зеленый велосипед, — и, протянула трубку телефона Марине.

Марина взяла трубку и поправила:

— Мартин, ты меня любишь? Тогда я меняю зеленый велосипед на джип любого цвета.

Вечером они встретились втроем в ресторане.

Мартин предложил Марине свою новую квартиру, если она выйдет за него замуж, но с одним условием: ей придется работать вместе с ним, на его фирме.

Марина уточнила, где находится квартира, и в чем суть работы и сказала, что подумает. Джип он ей не предлагал.

Шла Марина домой и думала об одном, что слово 'любовь' сильно напоминает процесс приватизации. Если ты кого-то любишь, то этот человек тебя приватизирует, и ты становишься его собственностью. Получалась, что она свою любовь должна отдать и таким образом улучшить жилищные условия, но это ее не сильно привлекало.

Из-за угла по пешеходной дороге, прямо на нее выехал зеленый велосипед. И только после того, как велосипед остановился рядом с Мариной, она подняла глаза. Зеленые глаза молодого человека смотрели в ее глаза и смеялись:

— Марина, тебе не нужен зеленый велосипед? — спросил Мартин.

— А, что сегодня день зеленого велосипеда?

— Нет, сегодня день нетронутой любви. Ты не знаешь, как называется, когда смотришь на других, а думаешь о тебе? Стараюсь не сходить с ума от страсти, но это оказывается тяжело. Приехала бы ко мне на зеленом велосипеде…

Глава 3

В то время, когда Добрыня Никитич обновлял самую дорогую в мире яхту, из принтера на столе Мага Глеба полезли бумаги. Он взял один лист, чтобы прочитать. Короткое письмо, адресованное ему, гласило: 'Глеб, жду в полночь. Жесть' Он посмотрел на сотрудников офиса: они все работали, и головы в его сторону не поворачивали. Однако он был убежден, что письмо написал кто-то из них. Жесть. Что это? Крыша? Его ждут на железной крыше в полночь? О! Нет! Он не пойдет! Нет! Он боится! Хоть бы написали можно или нет брать с собой сопровождение. Жизнь налаживается, — подумала он и усмехнулась. И правильно сделал. Он вспомнил, что дома лежит маленькая дыня под названием луна, вся в выступах от лунохода. Луна? Какая еще луна, если небо покрыто тучами? Или это жизнь покрыта темными пятнами неприятностей? Но темные пятна на солнце, а причем здесь луна?

— Маг Глеб, вас долго ждать? — услышал он мужской голос и невольно вздрогнул, увидев настройщика приборов Мартина.

В это же время молодой специалист Марина от удивления открыла широко глаза: перед ней на столе стоял тройной экран по типу трельяжа. Один плоский экран монитора был перед ней, и с двух сторон он был прикрыт двумя такими же большими экранами. Кроме экранов она ничего не видела.

Стало душно. Вентилятор оказался за экранами.

На трех экранах появился менеджер фирмы Мартин, его глаза насмешливо смотрели ей прямо в глаза:

— Ревнуешь? Ревнуй! Ты мне больше не нужна, я не хочу тебя!

Изображение дернулось и исчезло, а экран потемнел.

Кто бы в этом сомневался, — подумала Марина, глотая безвоздушный воздух. Экраны засветились, и на них появился руководитель фирмы Маг Мак собственной персоной в трех видах: фас и два профиля. Марина вздрогнула от неожиданности.

— Марина, идет проверка настройки нового поколения экранов, как меня видите? Как слышно?

— Хорошо, но слишком неожиданно.

— Перед вами экраны компьютеров для разработки внутреннего дизайна кабин истребителей на одного пилота. Заказ от режиссера фантастического фильма. Все в фильме должно быть реально, видимо, удобно! Не спешите с выводами. Задание серьезнее, чем можно предположить. Истребитель предназначен для космических маневров. Подъем на орбиту он будет осуществлять в капсуле с термическим покрытием, прикрепленной к ракетоносителю, а в космосе он будет летать между космическими станциями. Так что считайте себя летящей в космосе.

— Круто. Надеюсь, я не одна буду заниматься макетированием истребителя?

— Вас будет трое, друг о друге вы ничего не знаете, ваши разработки должны быть независимые друг от друга. Все, что ты придумаешь, расхватают и растащат с экрана по своим книгам и изобретениям. Сколько раз такое уже было!

— А, где у истребителя космические силы? Это — небольшой самолет.

— Он будет летать по энергетическим несущим каналам между космическими звеньями.

— Так, если он будет летать по определенному маршруту, то зачем ему три панели управления?

— Соображаешь, сократи до минимума число кнопок всех видов и назначений.

— Тогда зачем мне три экрана?

— Чтобы было, — проговорил Маг Мак и исчез с экранов.

Марина отключила боковые экраны, загнула их на прямую линию с основным экраном, направила на себя поток воздуха. На секунду она прикрыла глаза, а когда открыла, то все три экрана на одной прямой линии изображали панель управления космического истребителя.

Тучи, ветер, холод.

Марина пришла домой с замерзшими ногами. Вечером резко похолодало, и ее голые до шорт ноги обиделись за отсутствие брюк. Еще машину забыла взять, ушла гулять, вот и нагулялась. Девушка потерла ноги и включила обогреватель, работающий от солнечных батарей и ветряных мельниц. Она подумала, что фантастические кадры быстро оказываются порядком устаревшими. Да и Мартин ее давно не волновал. Она о нем забыла, но не из-за собственной жестокости. К тому же Мартин был десятым клоном Мага Добрыни Никитича, и являлся временным хранилищем ценной души административно — финансового руководителя округа Клюква. Она думала о том, что при съемках фантастического фильма, в котором Маг Добрыня Никитич был продюсером, в истребителе окно в космос не открывалось, значит, опять вентилятор либо кондиционер будут изображать ветерок, а близкие люди будут находиться далеко от космического летчика.

Потом в ее голове пронеслась мысль, что актеры работают на износ по следующим причинам:

— Отсутствие свежих потоков воздуха на сцене и в целом в театре.

— Присутствие любых родственников и особенно близких людей в зрительном зале отрицательно сказывается на выступлении актера и его нервном состоянии.

Эти две причины верны и для прочих профессий, — так думала Марина, глотая кусочки кекса без изюма. А еще она мучилась от ревности и от злости, но недолго. Ее любимый Маг Глеб опять сверлил ее глазами, стоя с Нимфой. То ли он сильно умный, и издалека смотрит на Марину, чтобы виднее было. На самом деле все это чушь, он — близкий человечек, а Нимфа — это обычная сотрудница их фирмы, можно сказать жена Добрыни Никитича.

Кусочки кекса исчезали, настроение Марины повысилось. Воздух дул из вентилятора и создавал нормальные климатические условия. А если бы не было вентилятора, как бы она нажимала на клавиатуру десятью пальцами, если бы пришлось махать опахалом? Вот то-то и оно, — сказал последний кусочек кекса и исчез за забором белых зубов. Марина прекрасно понимала, что стакан апельсинового сока полезнее мягкого и податливого кекса, но от сока можно язву желудка нажить, а кекс он безобидный, он ласковый и творожный.

Итак, день был морозный. Солнце светило. Снег под ногами скрипел. Марина шла и не чувствовала мороза. Крепостное право личной зависимости рухнуло в одно мгновенье. Она вздохнула свободно от полнейшей независимости. Она весь бисер слов высыпала перед Магом Глебом, и он зазнался. Да элементарно зазнался. Она грустила минут пять словно потерянная, потом поняла, что все в норме. Нечего было его хвалить. Перехваленный Глеб быстро испортился. А, может, она этого хотела? Нет, она… Незачем теперь об этом говорить! Проехала она станцию под названием 'Глеб'. И мороз быстро охладил ее невольную досаду. Чего ей не хотелось, так это писать и говорить дифирамбы. Она исчерпалась в этом плане, но и ругаться с хвалеными личностями — не хотелось. Что было, то было, и нет никого.

На закате морозного дня появился Маг Глеб. Он ждал Марину у входных дверей со стороны улицы. Маг Глеб ходил по скрипящему снегу, как маятник и с надеждой во взоре всматривался в выходящих из красивого здания людей. Он знал, что у него есть счастливый соперник — Мартин, и, как почувствовал, что он больше не его соперник. Марину он любил сквозь туман отношений.

Маг Глеб ловко подхватил Марину под руку и повел вдоль старой аллеи. Липовая аллея видела много пар на своем веку, и эта пара ей была знакома. Они дошли до кинотеатра, где фильмы смотрели под хруст поп корма и остановились. Заснеженная площадь была украшена великолепным подобием ели. Зеленый конус переливался огнями гирлянд всех цветов радуги. Людей рядом не было. Одинокая пара. Праздничный конус ели. И вечерний мороз. Машины светили фарами вдоль дорог. Новые, великолепные здания ограняли площадь.

Глеб тронул руку Марины. Он посмотрел ей в глаза. Но ее глаза уклонились от встречи. Она стояла рядом с ним, но явно отсутствовала. На автомате она выкрутилась из его рук. Марина ничего не хотела Глебу говорить. Она боялась говорить, чтобы не перехвалить его, и пошла вдоль липовой аллеи с корявыми от времени ветвями. Он пошел рядом с ней.

Перед глазами пары возник экран. Голубоватый экран, с летающими снежинками, мало отличался от действительности. Марина невольно коснулась своей перчаткой экрана. Экран поглотил ее. Маг Глеб пытался войти в экран вслед за Мариной, но экран его отверг.

Марина поднялась верх в экране над праздничной площадью. Ее исчезновение Глеб видел, но ничего не мог сделать. Он был бессилен перед непонятной силой. Ладно бы летающая тарелка забрала у него Марину, но ее благородно унес в холодное небо экран со снежинками. Экран на секунду завис над конусом ели и исчез в темном небе, выше огней домов.

Одноместный летающий экран мог вместить одного человека, и он выбрал Марину. А ей, привычной к полетам на компьютерном экране, не страшны были малые, летающие объекты. Теперь она сидела в узком кресле, в узкой кабине с прозрачными стенами. Девушка ощущала полнейшую нереальность происходящего момента. Удивительно, но ей было весьма комфортно. Она видела внизу свет огней города, мелькающие гирлянды автострад. Страх не успел появиться. Удивление от нереальности происходящего сменилось вопросом: где она? Но и это вопрос исчез, едва она коснулась рукой в перчатке стены кабины.

Нет, Марина не вылетела из кабины. Прозрачные стены с плавающими снежинками не поглотили ее вновь, она осталась внутри непонятного летательного аппарата. Летающий экран приземлился на лесную поляну среди чудесных елей, и вполне настоящих. Девушка почувствовала холод и встала с кресла, которое быстро отошло от нее в сторону вместе с экраном внешней стены кабины. Она оказалась в темноте ночи в старом лесу с огромными елями. Гигантские шатры елей окружали ее со всех сторон.

Из-под шатра ели вышли три гнома в светлых колпаках. Они одновременно поклонились Марине. Она вздрогнула от неожиданности, меньше всего она хотела быть Белоснежкой. Гномы окружили девушку со всех сторон, и повели по морозной тропе. Среди елей возник маленький дворец с большим количеством шпилей на крыше. Ворота разошлись в разные стороны при их появлении, и компания вошла во двор морозного дворца. Марина заметила, что шпили на домике напоминают перевернутые сосульки. Внутри дома никого кроме них не было. Плоский монитор экрана висел на одной стене.

Марина взяла пульт управления, включила экран.

На экране появилось лицо с длинными, седыми прядями волос.

— Марина, меня зовут Маг Добрыня Никитич. Я президент ассоциации нестандартных летательных аппаратов. Как тебе понравился полет в снежном экране?

— Понравился ваш седой парик, — еле разжимая губы, вымолвила Марина.

— Отлично. В этом домике ты пробудешь до утра. Гномы, а точнее лилипуты из нашего отряда испытателей летательных средств уйдут по своим делам.

Экран погас. Гномы ушли. Свет горел. Марина осмотрела странный дом, но не нашла дверей и окон. Их не было. Пульт управления больше не включал экран. Тишина окружила ее со всех сторон. Она невольно легла на единственный диван и случайно нажала на кнопку пульта, лежащего на диване. Над головой появился круглый экран, он засветился, на нем появились знакомые снежинки.

Когда снежинки исчезли с экрана, возникло лицо великого настройщика аппаратуры Мартина.

— Марина, привет! Отдыхай, родная.

— За что? — вымолвила она.

— Думаешь, что я ревную? Нет, я в норме.

— Зачем меня сюда привезли? — спросила она удрученно.

— А ты с кем шла по липовой аллее? С магом Глебом. Пришлось вас разъединить таким образом.

— И это вся моя вина? За это я ночь должна провести одна в лесу в странном дворце с сосульками на крыше?

— Да! Надо быть последовательной в своих отношениях.

— Это — жестоко! — со слезами на глазах прокричала Марина.

Экран на потолке погас, свет ламп уменьшился. Девушка оказалась в полумгле, но страха у нее не было. Она поняла, что находится под контролем Мартина, и просто уснула.

Маг Глеб — человек с высшим техническим образованием, владеющий двумя иностранными языками, был специалистом в своей области. Его внешнему облику мог позавидовать любой Жигало: рост 180 сантиметров, глаза — изумрудные, волосы темные, нос — прямой, приятной формы. Мышцы на теле он поддерживал трехразовыми тренировками в неделю в тренажерном зале, с зеркальными стенами. Вес его был в пределах пятидесяти процентов от роста, то есть кил девяносто. Он любит таинственность, именно она окружала создателей новых летательных объектов. Да, он иногда помогал молодому специалисту Марине в работе, но сейчас его волновали иные проблемы. Он еще работал в корпорации, состоящей из нескольких малых фирм, производящих самые разные части аппаратов. Новый облик летательного аппарата знали единицы, в том числе он. Запуск нового летающего объекта всегда окружен юмором с долей секретности. Маг Глеб был так хорош, что его использовали в частной телевизионной линии для обработки людей, случайно попавших в закрытую область.

Летательные средства использовали в разных областях. Заказчики — они всегда заказчики и покрыты тайной вкладываемых денег. Учитывая, что через всемирную паутину можно скачать многие тайны, назначение секретных агентов со временем несколько притупилось, но около летательных аппаратов они непременно появлялись. Три агента ждали выхода в свет трехместного, трехмерного, трехгранного летательного аппарата, способного взлететь с любого балкона и подоконника. Поэтому агентами были три гнома или точнее лилипута, их малый рост позволял сделать небольшое устройство с крутым двигателем. Они садились в летающий бобслей с тремя моторами, и вылетали с любого небоскреба. Крылья выдвигались с трех сторон, и летающий бобслей легко лавировал в потоках воздуха.

Благодаря многогранности летательных аппаратов, Маг Глеб не бедствовал. Ему всегда нравилась Марина, обладающая красивой, яркой внешностью и строптивым характером. Она нравилась многим мужчинам и через день получала от них различные предложения.

Марина проснулась от трехэтажного крика. На нее кричала особа в черном, меховом колпаке, и в черной шубе, в виде песочных часов. Марина посмотрела на габаритную молодую даму и не могла сообразить: за что ее ругают? В следующей порции крика прозвучало имя — Глеб. Значит и тут она виновата. Крики и матерая ругань прекратились. Марина встала на ноги и оказалась по ухо кричащей особе, которая неожиданно тихо промолвила:

— Марина, я — Жанна девушка Мага Глеба. Да будет тебе это известно!

— Глеб мне о вас ничего не говорил.

— О, так ты в курсе! Так зачем ты шла с Глебом? — нервно спросила Жанна.

— Совершенно случайно наши дороги совпали, и мы прошли метров пятьсот вместе.

— Да, но эти ваши пятьсот метров постоянно показывали на телеэкране и добавляли о неком новом летательном средстве! По всем каналам телевидения показывали твое исчезновение!

— Но вы меня нашли? А я и дверей в этой избушке с сосульками найти не смогла.

— Еще бы я не знала этого дома! Добрыня Никитич — мой дядя, — добавила Жанна.

— Это имя я слышала с экрана, расположенного на стене. Но я не знаю секретов этого дома.

— Так, деточка! Чтобы я больше тебя рядом с Глебом не видела, иначе вновь попрошу Добрыню Никитича использовать тебя в качестве подопытного кролика!

— Жанна, мы с Глебом…

— Без 'мы'. Глеб, да будет тебе известно, мой молодой человек.

— Ведь он был…

— Ха — ха — ха! — Раскатисто рассмеялась особа в черных мехах. — Я его привела в божий вид. Он холен, красив, накачен, обеспечен!

— Но откуда у молодой девушки такие деньги? — искренне удивилась Марина.

— У меня есть корни, и весьма обеспеченные! Это тебе понятно!?

— Простите, я вспомнила. Ваш дядя…

В это мгновение засветился боковой экран. Благообразный Добрыня Никитич засмеялся и сказал:

— Жанна, оставь девушку в покое. Она не трогала твоего Глеба, у нее есть Мартин.

Тут же на потолке засветился круглый экран, и показалось лицо Мартина:

— Девушки, не шумите. Все в порядке. Хотите, мы вас прокатим на новом летающем устройстве?

— Мартин, шел бы ты… — крепко выругалась красавица в черных мехах.

— Разве девушки так ругаются? — удивилась Марина.

— Ха-ха-ха! — рассмеялся седовласый Добрыня Никитич. — Жанна показывает свои знания во втором языке, и она еще не все сказала.

Стены домика раздвинулись в обе стороны, и девушки оказались среди заснеженных шатров елей. На поляну опустился конус с сидениями, расположенными по периметру. Странная кабина была закрыта прозрачным, защитным стеклом. Марина и Жанна сели с разных сторон конуса. Летающий конус, медленно вращаясь вокруг своей оси, достаточно быстро стал подниматься вертикально вверх. Поляна с домиком из двух половинок осталась в лесной тишине.

Летающий конус приземлился на городской площади с конусом праздничной ели. Откуда-то набежали репортеры. Приехало телевидение. Марина и Жанна оказались в центре событий дня. Жанна отвечала репортерам на очень правильном языке, она говорила красиво и без мата, чем очень позабавила Марину, и она в очередной раз поняла, как важно владеть бисером слов. Вот ведь может Жанна метать бисер перед репортерами! И она будет метать бисер слов перед Мартином, а куда деваться? Ни в домик с сосульками.

Добрыня Никитич мог стоять на голове. Он хорошо владел телом, много занимался суставной гимнастикой, легко взбегал по ступенькам. Ему ничего не стоило облиться холодной водой, эту процедуру он проделывал ежедневно. Благодаря физическому совершенству своего организма, он оставался главой округа и главой корпорации летающих объектов.

Жанна меньше всего следовала примеру дяди. Она любила теплые ванны с солью и пеной, с удовольствием поедала конфеты из вычурных коробок, пила ликер, напоминающий кофе со сливками. Как она выросла, только Богу известно и Добрыня Никитичу. Он приложил гигантские усилия, чтобы она окончила учебное заведение, он весь поседел от этой тягостной обязанности. Он тянул ее по жизни, сознавая, что это Сизифов труд. Видимо он был гением, а на Жанне природа отдыхала, чего он не хотел и не мог осознать.

Так получилось, что Маг Глеб мысленно давно выбрал одну девушку — Марину. Была в ней та сила мышления, которая увлекала его своей таинственностью. А Жанна была просто смазлива и энергична. Он не лез к девушкам в душу, но оберегал по мере сил, и держал ту и другую в поле зрения. Он редко посещал казино, рестораны и бары, крайне редко бывал в театрах и на концертах. Его целеустремленность в работе требовала от него полной отдачи.

Добрыня Никитич с удовольствием в свое время женил бы Глеба на Жанне, он понимал, что она порядком могла ему надоесть в первый же день несдержанностью фраз. Она преуспевала в разговорной речи, а Глебу нужна была более молчаливая особа. С этой точки зрения его привлекала Марина. Глеб не был агентом, он ни за кем не следил, но был вынужден по просьбе старших по чину, вмешиваться в чужую жизнь в пределах телевидения фирмы. Он не носил с собой пистолетов, но знал приемы рукопашного боя, и мог уклониться от случайного удара.

Тайными агентами и испытателями корпорации были признаны лилипуты. Маг Добрыня Никитич, однажды побывав на их концерте, и пришел к выводу, что уникальность маленьких людей плохо используется. Он отобрал десяток лилипутов, которых для всех выдавал за гномов: они носили колпаки на голове для большей убедительности. Для них были созданы курсы широкого профиля. Гномы, осознавая важность своего назначения, учились всерьез и с вдохновением. Для пущей важности их нарекли агентами, хотя два нуля перед их номером не указывали на их опасность для людей.

И вот тут произошло странное, неожиданное: Жанна молодая девушка, влюбилась в одного гнома. Он был постоянным лидером среди своих гномов, его авторитет не подлежал проверке. Может, повлияло на нее то, что она к ним привыкла. Сочетание высоких и низких людей ее не шокировало. Гном всерьез их отношения не воспринимал, она была такой для него высокой! Он вел с ней светские беседы в благодарность Добрыня Никитичу. А она все свободное время проводила в корпорации летающих объектов. Взгляды Жанны и гнома при встречах теплели, голоса трепетали. Окружающие их встречи гномы, только улыбались.

Глава 4

В помещение офиса проникали лучи солнца. Марина сняла с себя пиджак с короткими рукавами, и осталась в топике. Жара сжимала со всех сторон. Вот главная несправедливость! Если уж выпала жаркая неделя, то надо всех разом в отпуск отпускать, пусть выживают в свободных условиях. Она открыла почту и написала письмо Мартину: "Повторяется история прошлого года: пляж, любовь, молчание, и твое хождение с Нимфой. Отличное решение всех проблем! Счастья вам и на работе и у воды! Хорошо бы вам Мартина пригласить на просмотр ваших прогулок! Два года можешь ко мне не обращаться".

В это время в комнату зашел Мартин собственной персоной. Но Марина уже отправила ему письмо, и в его сторону даже не посмотрела. Кикимора болотная, — думала она о Нимфе, но лучше, от внутреннего выплеска злобы, ей не стало. Вентилятор дул. Мартин ушел за дверь, не прихватив ее сердце. О, похоже, все отлично! Ну почему она раньше не могла понять, что губернатор Нимфа — болотная кикимора, точнее черная фея округа Клюква! А вдруг с ней был не Мартин, а Добрыня Никитич? Тогда все наоборот…

Любовное межсезонье, — это жалкое состояние накопления потребительской энергии. Ситуации еще та, и лень и некого любить, но лень в данном случае важнее любви, так не всегда бывает, но частенько. Великолепный облик Мага Глеба Марина вновь замечает рядом, она уже видит его немое внимание, но ей еще не верится, еще не хочется тревожить ленивое, вальяжное состояние любовной невесомости. Это еще не кошмар, не наваждение, это еще нечто неосознанное. Он рядом. Он все ближе. Он касается ее пальцев. Он смотрит на нее. Он идет рядом с ней. Она его не замечает, а лишь слегка отмечает, что Глеб не равнодушен к ней. И тут она видит внимание второго мужчины к своей особе, он выполняет все сказанные слова в его адрес, он помнит ее советы! Он не отгоняет ее! Мартин с радостью находится в ее ауре.

Господи! Вот застоялась кобылка в стойле своего интереса! А это кто? Неужели еще и третий мужчина, а точнее Мартин засветился на ее горизонте? Это уже никуда не годиться! Что это мужчин прорвало с их интересами в ее адрес? Неужели почуяли нетронутую особу? Похоже, очень похоже. Вот жизнь! Марина уже не знает, в какую сторону направить свои стопы. Думай — не думай, а три потенциальных мужчины — это ничто по сравнению с одним любимым.

Марина запнулась о собственные мысли. Она опустила глаза на ярко — зеленые босоножки. А, что если молодые люди реагируют на зеленый свет? Да, она хорошо выглядит в зеленом топике и юбке, размером в стандартную книжку. А что такого? Жара такая! Все и вынули свои тела из тряпок и обнажили их до социально разрешенного минимума. По фигуре обнажена каждая из девушек и женщин. Зрелище для парней и мужчин — выбирай по вкусу! Ладно, сейчас не об этом, надо сосредоточиться на одном из трех. На ком? Вот вопрос дня. Зеленеть так, зеленеть! И Марина украсила ногти зелеными стразами. Круто! Она посмотрела на себя в зеркало, окинула небрежным взглядом с головы до ног, и призналась отражению, что великолепно выглядит в летний период.

Вопрос: кто из трех, растаял в ее собственном зеркальном отражении. Вот, глупая! А кто из трех был вчера в зеленой одежде? Мартин! Точно, надо его прозондировать. Марина мечтательно посмотрела в зеленую даль листвы и нажала на телефон с его номером.

— Мартин, это я Марина, слушай, ты сегодня очень занят? Для меня ты свободный на всю жизнь? Жду, да сейчас.

Мартин закрыл сотовый, повернулся на одной ноге, подпрыгнул, достал люстру ногой, прошелся колесом, и, остановился у зеркала. На него смотрели карие, веселые глаза, сияла счастливая улыбка. Он был счастлив! Марина сама ему позвонила после небольшой размолвки! Она его позвала! Какие ножки, какие волосы! И она его ждет! Он стер с лица улыбку, раскрыл дверцу шкафа. Вся одежда моментально стала старой. Вчера у него было все, а сегодня одеть нечего. В зеленом он был вчера, а сегодня, какого цвета надеть одежду? Ей он понравился в зеленом, а если он придет в белом, а ей не понравится? Серое, бежевое, черное…

Дожил до тупика. В магазин идти поздно, обещал быть сегодня, сейчас, но в чем?

Уголки губ опустились. Он взял в руки джинсы, белую футболку и стал серым, безликим. Достал кроссовки одни, вторые. Посмотрел на босоножки цвета песка. Тяжело вздохнул. И это он? Он, который ударом локтя открывает любую консервную банку? Посмотрел за окно. Солнце сияло, листва шевелилась. Он стоял. Его стальная машина издала звуки тревоги. Он махнул рукой и выскочил за дверь, забыв об одежде. Его звал автомобиль.

Мартин сел за руль, смахнул зеленую пыль, включил кондиционер, и мир поплыл перед его глазами…

— Вот так-то лучше, — мстительно сказал молодой человек, сидевший на заднем сиденье, — отдохни, дорогой, а то он к Марине собрался. Не для тебя она, не для тебя.

Мартин уснул от приложенной к его лицу салфетки со снотворным, с откинутой назад головой.

Незнакомец вышел из машины, прошел метров тридцать, сел в свою машину и поехал к Марине.

— Марина, — заговорил он с ней по телефону, — так кого ты сегодня ждешь?

— Тебя Глеб!

Умница, — подумал Глеб, — быстро соображает, вот если бы не прослушал ее переговоры, так ждала бы Мартина, и сказал: — И это правильно, выходи, я скоро подъеду к твоему подъезду.

Марина еще раз посмотрела на себя в зеркало, мелькнула мысль о Мартине и исчезла. Она посмотрела во двор сквозь полупрозрачную ткань, увидела высокий джип Глеба и вышла судьбе навстречу. Глеб посмотрел на Марину, открывающую дверь подъезда. В проеме появились ровные, длинные ноги в босоножках на тонкой, высокой танкетке с зелеными ремешками. Миниатюрная юбка открывала и ноги и пуп девушки, сверху ее грудь прикрывал маленький топ.

Молодой человек покачал головой, как бы говоря: ну и ну, потом махнул головой сверху вниз, в знак приветствия и открыл девушке дверцу машины.

— Привет, классно смотришься! Волосы еще больше выросли, скоро будешь их вместо одежды носить.

— Здравствуй, Глеб! Куда едем? Только недалеко, уж очень жарко.

— У меня в машине прохладно, не заметила?

— Заметила, дует со всех сторон. Что это у тебя за охлаждение в жаркий день?

— Стерео кондиционер. Новинка. А ты сегодня Мартина ждала, оделась в зеленую одежду, как он вчера. Я видел, как он около тебя крутился. Пропусти его! Слышишь, пока советую, а там видно будет.

— Не пугай. Я одна. Ко мне претензий быть не может.

— Не тебе судить. Ты — моя потенциальная девушка, а я не люблю страдать от ревности, и ты не давай мне повода!

— Глеб, а я этого не знала! Не помню, чтобы ты мне говорил о любви. У тебя есть Жанна!

— Это еще, что такое? Какая любовь? Ты — моя, и вся любовь.

— Живем — то мы врозь. Я сама по себе, — сказала Марина и посмотрела в зеркало.

— Не была, так будешь моя, ситуация исправима. Мне твой антураж подходит, мою новую машину не портит. Прощаю тебе юбку длиной в мою ладонь.

— Ты ничего не перепутал? Ты же меня слушал, ты выполнял мои требования, а сейчас командуешь?!

— Время подчинения прошло, теперь руковожу я. Ты — моя девушка! — со смаком сказал Маг Глеб.

— Останови, проехали! — вскричала Марина.

— Села в машину, терпи меня, — это святое правило вождения на дорогах. Я — за рулем!

— Больше не сяду, — сказала она мрачно.

— Я тебе покажу мое орлиное гнездо, и ты сменишь гнев на милость. Немного осталось.

Марина посмотрела в окно: за окном мелькали машины, дома, но пешеходов не было видно, и крикнуть было некому, да и не поймут люди девушку из чужого джипа. Она закрыла ладонями голые колени.

— Ты еще волосами их прикрой, — съязвил Глеб.

— И прикрою, — Марина наклонила голову на колени, волосы закрыли ноги, у нее возникла мысль, что все это было в прошлой жизни.

Глеб взял руль в левую руку, а правой рукой сдавил ей шею:

— Сядь нормально, держи спину ровно! — крикнул он стальным голосом.

Марина выпрямилась, лицо ее было непроницаемо. Они оба замолчали. Джип остановился у нового высотного дома. Марина и Маг Глеб вошли в фойе подъезда, отличавшимся современным великолепием, проехали на лифте до последнего этажа, вышли на крышу. Как оказалось, орлиное гнездо Мага Глеба было то, что надо. Хитроумное заграждение по периметру надежно охраняло покой. В орлином гнезде сверкала вода, по периметру можно было сидеть.

Марина сняла обувь, макнула пальцами воду.

— Можно купаться, никто не увидит тебя, — сказал спокойно Глеб.

Солнце грело на крыше сильнее, чем на земле. Марина сбросила зеленую одежду, и вошла в орлиный бассейн. Десять метров в диаметре таков был бассейн на крыше. Ей не хотелось выяснять отношения, слишком круто было в орлином водоеме. Она спокойно плавала в бассейне

— Одежду сними, — услышала Марина сквозь нирвану своего состояния.

Она подплыла к бортику, сбросила с себя две полоски и продолжила купанье. В ней не было возмущения, а было странное умиротворение. Глеб снял с себя одежду, и поплыл от Марины в противоположную сторону. Он плавал без одежды и к ней не приближался. В Марине появился азарт, и она поплыла к Глебу навстречу, она прильнула к нему всем телом, по ней прошла конвульсия элементарного женского желания.

Глеб оттолкнул Марину. Она не обиделась, а стала подпрыгивать в воде, грудь сотрясала воздух и погружалась в воду. Он отвернулся. Она подплыла сзади, обхватила его тело. Он резко повернул лицо. Улыбка Глеба поразила, она была не открытая, а омерзительная, он был страшен! Это был не Глеб! Промелькнула мысль, что это оборотень в облике Глеба! Марина быстро поплыла к одежде. Но над одеждой стоял мужчина со свирепым выражением лица. Она не испугалась, не закричала, а вышла и села на бортик бассейна. Мокрые волосы прилипли к телу. Зубы стучали то ли от холода, то ли от страха.

Маг Глеб и его приятель, Мартин, на глазах Марины превратились в двух кентавров.

Марина от неожиданности потеряла сознание. Она очнулась в кромешной темноте под звездным небом на дне пустого бассейна, на надувном матрасе. Никого рядом не было. На Марине одежды не было, на ее груди в золотом обрамлении одиноко светил желтый алмаз, вбирая в себя образ луны. Она дрожала от холода, но была абсолютно спокойна. Девушка обошла пустой бассейн, в надежде найти полотенце или одежду. Ее знобило. Она подошла к ограждению. Внизу сиял огнями город, над ней сияли звезды, она сверкала наготой. Марина обошла место своего заточения, пытаясь, найди вход или выход, но ничего не нашла.

Голая баба в клетке на крыше, — подумала она без эмоций. Марина в течение некоторого времени оказалась без одежды на чужой крыше, но чувство стыда у нее было забито стрессом.

Мартин видел, как Маг Глеб крадучись выходил из машины Мартина, и тут же пошел узнать, что там произошло. Он увидел спящего Мартина, и разбудил его. Потом они вдвоем проследили за Глебом и выяснили, куда он увез Марину.

— Марина!!! — услышала она истошный крик Мартина.

— Мартин, я на крыше! Быстрее!!! — крикнула она в ответ, ее голос в тишине ночи звучал оглушительно громко.

Мартин подошел к своей машине, достал костюм летающего лешего и взлетел на крышу высотки. Марину он завернул в простыню, и только тут она разрыдалась.

— Не реви, Марина, тебя Глеб посадил в клетку, а меня усыпил в моей же машине, вот я и поехал искать тебя к его дому. Глеб не изверг, но что-то садистское ему присуще. Ревность и неуважение он наказывает.

— Зачем ему это нужно? — спросила Марина.

— Знать бы зачем. Ты ему очень понравилась, Марина. Он перед тобой первое время пресмыкался, до такой степени ему хотелось к тебе приблизиться. А потом захотелось взять реванш за вынужденное унижение. Такой он человек.

— А человек ли он? — спросила Марина, после того, как она и Мартин опустились на землю.

— Внешне он человек, но лишенный обаяния. В нем есть физическая аномалия. Он вызывает желание женщины и после этого совершает подлость очищения и мщения.

— А если Маг Глеб кентавр?

— Да, да он кентавр на четырех копытах и без чистого секса. Ты спутала все его карты. В нем проснулось желание, но он сбежал от тебя с оскалом на зубах. Он спустил воду из бассейна, положил тебя на надувной матрац и ушел вместе с таким же кентавром, как и он. Вдвоем им легче тащить тяжесть жизни. Его друг Мартин неплохо готовит, он убирает в новой квартире, которую они купили на двоих. Этот бассейн — идея его. У них хороший технический бизнес, баб они не содержат и деньги у них всегда есть. Эх, Марина! Ты всколыхнула не только Глеба, но и его друга Мартина. Его друг глаз не мог оторвать от спящей женщины. Но они бессильные мужики, мышцы у них есть и шеи, как у кентавров. Но это уже их тайна. Им стыдно, но иначе они не могли. Им не дано любить женщин! С некоторых пор, — сказал Мартин. Он догадывался о настоящей жизни Глеба, — еще полгода назад он у Глеба на столе нашел факс от Мартина, что тот ждет его на крыше. Жесть…

Марина вбила себе в голову, что Маг Глеб и его приятель Мартин — кентавры, так ей было легче переживать, то, что они с нею сделали. Она понимала, что настоящие кентавры на последнем этаже высотки жить не могут, но продвинутые — могут. Это ее утешило.

Она была недалека от истины.

Приятели заходили в свою квартиру людьми и превращались в кентавров, настоящих животных. Одна комната была предназначена для их человеческого образа, а вторая — для животного. Почему с ними происходили превращения, они не знали, но старались вести себя нормально и осторожно. Бассейн они использовали для выгула, набрасывали туда сена — соломы, а иногда наливали воду. Они видели, что Марина спала, и исчезли из ее поля зрения почти во время, уже на выходе с крыши, они превратились в животных. Сквозь сон Марина их видела, но дурман не давал ей открыть глаза. У нее появилась мысль еще раз побывать на крыше, и запечатлеть Глеба и его друга в образе кентавров. Что ни говори, но Глеб запал ей в душу.

Марина решила отдохнуть и поехала на вокзал. Дорога была разделена на 8 потоков, четыре потока машин двигались в одну сторону, четыре в обратную сторону. Развилки дорог в виде цифры 8 периодически встречались на пути. Чуда внутри города ожидать не приходилась, цены на землю столь высоки, как и дома, стоящие по краю дороги. Марина ехала, смотрела в окно, и по сотовому телефону обзванивала нужных людей. Машина с основной магистрали по боковой дороге подъехала к вокзалу, от которого во все стороны, как щупальца осьминога, расходились подземные переходы. Приехала во время, в воздухе звучали слова:

— Поезд Клюква — Соленое море, подходит к платформе Y.

К платформе подъезжал скоростной поезд, обтекаемой формы, который ехал по монорельсовой дороге. Проводницы в формах встречали пассажиров, пластиковые карточки проездных билетов, просматривал маленький плоский прибор, по размерам не более, женской ладошки. Марина, с небольшим багажом, рассчитанным, всего на одну неделю путешествия прошли в свое купе на двоих. В купе было все, что нужно на 15 часов дороги: два спальных места, столик с электрическим чайником, туалет, умывальник и маленький гардероб. Когда открывалась входная дверь, рукава одежды, висящей на стене, не выходили в общий коридор дышать воздухом. Раньше поезд проходил это расстояние за сутки, новая дорога дала возможность сократить путь на 9 часов.

Чем дальше от Города шел поезд, тем ниже становились дома, в городах, которые они проезжали. Поезд дальнего следования останавливался не более 5 раз и то в самых крупных городах. Пластиковый билет не проходил пограничный контроль, он сам по себе говорил, что человек, с таким билетом переезжает границу, что документы у человека проверены. А это давало два часа экономии по пути следования поезда.

Марина в дороге читала Марину Цветаеву, и пришла к такому выводу: Цветаева родилась в море безграмотности, на островке благополучия, но ее остров оказался кораблем. Корабль ее жизни с юности и до конца ее дней находился в плаванье, в поисках отдыха или цивилизации. Уникальность Марины Ивановны в том, что в огромных волнах поэзии, она первая из женщин проплыла так много и, неизменно, классически. Но Марина не читала ее нескольких книг, опубликованных при жизни, а последняя книга, Мариной составленная в 1940 году, была отвергнута и не опубликована. Первая ее книга в количестве 500 экз. в 1910году была опубликована на деньги автора. Т. е. о величии автора при жизни говорить не приходится. Значит, великой Марина становится с помощью титанического труда ее сестры — Анастасии, писателя, беззаветной труженицы, прожившей длинную жизнь, и все силы, тратившей на величие сестры, и рифмы — 'ракет', которых не было до 1941 года в ходу человеческого лексикона.

За окном мелькали цветные осенние деревья, чем ближе к морю, тем зеленее и ниже становились деревья, иногда длинная вереница деревьев заканчивалась, и появлялись поля с нежной зеленью озимых. Порой луга украшали пестрые стада коров, затем появлялись длинные, длинные поселки, стоящие с двух сторон дороги. Небо везде было затянуто одной непроницаемой серой пеленой. За полчаса до Соленого моря небо вспыхнуло яркой голубизной. Солнце светило и радовало всех приезжающих. Марина в купе с кондиционером хорошо отдохнула и без дорожной усталости вышла на конечной остановке: Соленое море.

Соленое море встретило осенней прохладой в свете яркого солнца. Набережные были свободны для прогулок. Уделив морю, пять минут, она поехала в горы, в санаторий, где на пять суток было заказано ей место. При входе в санаторий, она показала пластиковые медицинские карты, ей сразу были назначены и стол, и процедуры. В бассейне плескалась морская вода, и это ее вполне устраивало.

Погода ее не волновала: санаторий был крыт одной крышей, в случае непогоды, зонт для перехода из одного здания в другое — не нужен. Горные тропки и набережные соленого моря хорошо успокаивали. Пять дней пролетели мгновенно, состояние отдохнувшего тела приятно радовало Марину. Обратный путь она решила совершить по воздушной трассе. Дорога в аэропорт заняла часа полтора. Автобус типа Джипа, сильный и надежный на горных дорогах, быстро доставил к трапу самолета. Радарная арка без промедления пропускала пассажиров в салон сразу с багажом. В арке расположено столько датчиков, что не надо пассажиров раздевать, а багаж открывать. Датчики сами знают, где и что находиться сквозь ткани.

Без помех Марина прошла в салон самолета. Салон самолета был красиво изолирован тройной, противошумовой и тепловой изоляцией, от звуков, работающих двигателей. Комфортные кресла, типа кушеток, маленькие столики, экран с веселыми фильмами и час полета, остался приятным воспоминанием. От аэропорта до дома доехала на Джипе. Все, она совершили короткую поездку за новыми впечатлениями, Марина была готовы к новому витку знаний, к работе. Ее ждали разработки новых электронных узлов для железнодорожного транспорта.

Мощный компьютер — главный помощник любого инженера. Да, уже лет 5 — 10 происходил переход от тетрадей к компьютеру. Многие воспринимали такой переход болезненно, десятилетние привычки трудно излечивались. Тянуло к родному и любимому карандашу и ручке. Марина на компьютер перешла просто: купила сама себе новейший компьютер и должность. Первые дни пришлось работать по старинке и вести разработки изделий. Затем несколько дней читать книги по работе с компьютерами. Потом все забросить на месяц и работать над текущими проблемами. И через месяц произошло простое чудо, Марина села за компьютер и стала набирать слова. Все получилось.

Так в чем фантастика жизни? В повседневности, в том, чтобы остаться на своем месте, при переходе общества к новой технике, новым знаниям. И с удовольствием использовать технические новинки во всех областях.

Небо покрылось серой пеленой. Солнце исчезло, словно его и не было. Посмотрев из окна на улицу, Марина надела одежду, закрывающую все тонкости фигуры. Светлый брючный костюм из плащевой ткани сексуальностью не отличался. В офисе она отгородилась от всех мужских взглядов непроницаемым видом и отрешенным взглядом. Они не возражали.

На столе у Марины стояли пионы в вазе. В воду она добавила сахарный песок. И первый бутон распустился на ее глазах. Тогда она сменила воду, поскольку два других бутона медленно распускались, а первый уже завял. Сахара переел один пион и за сутки распустился и завял. Два пиона еще радовали рваными лепестками.

Маг Глеб. Мартин. Мартин. Кто из них первый пион? Глеб? Он завял для отношений! Марина посмотрела еще раз на пионы и вышла из комнаты на стрежень. Навстречу ей шли люди, и это было нормально. Она вышла на улицу, спустилась к набережной. Волны речные были на месте. Марина подошла к чугунной решетке. Локти сами легли на перила. Она стала смотреть за жизнью на воде.

У самого берега плавали зеленые утки. Буксиры бороздили речную гладь. Речные волны били в старый гранит.

— Ты, что тут делаешь?

Услышала Марина голос Мартина.

— Смотрю на волны в обеденный перерыв, имею право на маленькое удовольствие, — ответила она, не глядя на него.

— Есть дело и весьма занимательное. Помнишь, ты говорила, что Маг Глеб и его друг Мартин — кентавры? Я за ними проследил, хоть это было нелегко сделать. Сама знаешь, их высотка самая высокая. Представляешь, они превращаются в кентавров только у себя на последнем этаже. Почему? Я не знаю. Ответа нет. Ладно бы в поле превращались, а то на высоте весьма приличной. Если бы не ночная тишина — я бы твой голос и не услышал!

— К чему ты клонишь?

— Заинтересовал? А мне-то как интересно! Они ведут себя адекватно. Так вот, я купил сильный бинокль, нашел невдалеке высотку соизмеримую с их зданием. И вышел на крышу, обычную крышу без людского вторжения. Залез на надстройку для лифта и стал наблюдать за крышей.

— И долго наблюдал?

— Сколько надо. День был выходной. Точно, они вышли оба на крышу в нормальном виде, и вдруг их стало выгибать, и они на моих глазах превратились в кентавров! Круто!

— Мартин, почему тебя это волнует?

— Ты, что не понимаешь? Это сенсация!

— Кому сенсация, а кому и горе.

— Подожди меня обвинять. Они ездили в отпуск на Средиземный остров, чего они там забыли, не знаю, но видимо подцепили нечто древнее.

— Умен, однако! Ездили туда многие…

— Им кто-то привил вирус кентавра! А антивирус им не известен. Но они вероятнее всего находятся под наблюдением. Вспомни, за какие такие дела им дали эту квартиру? Не знаешь? Деньги за нее они не платили, это я точно знаю.

— Мартин, ты чего ввязываешься в это дело? Раз дали квартиру, то люди немаленькие замешаны, не подходил бы ты к ним. Заметят — заметут.

— Не пугай, пуганный. Честное слово забавно. Кто сказал бы — не поверил.

По реке проплыл речной трамвай.

— Мне пора на работу, — сказала Марина и пошла прочь от набережной, не оглядываясь на Мартина.

Он ведь подошел к ней со спины, так за спиной и остался.

Она шла, шла…

А он? Мартина загарпунили с речного трамвайчика, и так тихо, что он и не пикнул. Он взмыл над чугунными перилами и по воде протащился на гарпуне. Его вытащили на борт.

— Мартин, ты чего такой любознательный? — спросил его Маг Глеб.

Мартин отфыркался от воды и посмотрел вытаращенными глазами.

— Отвечай!! — крикнул Маг Глеб.

— А, что нельзя? — ответил вопросом на вопрос испуганный Мартин.

— Успел Марине рассказать о том, что видел на крыше?

— Она на вашей крыше сама была и все видела.

— И, что она видела?

— Бассейн с водой и без воды.

— И это все, что она видела?

— Вас видела.

— В каком виде она нас видела?

— Знамо дело, в каком? В плавках для купанья в этом бассейне.

— Что ты видел в бинокль на нашей крыше!?

— Смотрел на небо, очень оно было звездное. А на вашу крышу я не смотрел.

— Если и врешь, то понял, что от тебя требуется.

Мартин глазом не успел моргнуть, как его, как наживку на удочке, вернули к чугунным перилам набережной. И как они его не убили? Он покачнулся, осмотрелся. Ни одного прохожего. И кораблик уплыл. Никого. Ничего. И страх в душе.

Марина посмотрела на пионы и отчетливо заметила, что второй пион резко увял. Ей стало скучно и грустно. Сотовый телефон замурлыкал новую мелодию.

— Марина, это я, Глеб, у тебя все нормально? Не могу до Мартина дозвониться.

— Я его сегодня видела, он был в норме.

— Утешила. Пойдем на ночную дискотеку? Посидим, потанцуем.

— Идем. Сам за мной заедешь, или каждый сам по себе поедет?

— Если не возражаешь, то я подъеду к твоему дому в 21.00.

— Буду готова.

Мартин прослушал их разговор, подвигал от бессилия губами. В назначенное время решительно вышел из дома в направление к своей машине. Сел. Поехал. Достал костюм летающего лешего, одел его перед домом Марины, и выплыл из машины серым облачком.

Маг Глеб подъехал к подъезду Марины, открыл дверцу машины и не заметил, что в нее влетело серое облако, а уж потом села Марина.

Мартин притаился на заднем сиденье. Он хотел лично послушать диалог Марины и Глеба. Удивительно, но о кентаврах они не говорили, болтали всякую ерунду. Мартин успокоился и уснул в машине.

Марина и Глеб ушли на ночную дискотеку. Они сели за столик, заказали по бокалу легкого вина. Музыка не дала им выпить напиток. Они пошли танцевать. Цветомузыка давила своей энергетикой. К бокалам с вином подошел Мартин с темно-синим сапфиром на пальце, он провел над бокалами рукой, блеснув кольцом, и вышел из света и треска цветомузыки.

Детектива Тихона черти принесли на дискотеку. Он увидел взмах руки Мартина над бокалами Марины и Мага Глеба, и быстро направился к бокалам. Он взял бокалы по одному каждой рукой. От резкого движения в бокалах произошла непонятная реакция, и из них вырвалось пламя. Народ тут же повернулся к детективу Тихону, чтобы посмотреть продолжение шоу.

Музыка сменилась, Марина и Глеб подошли к детективу Тихону.

— Тихон, ты выпил наше вино? — спросила Марина.

— Вероятно. Думаю, нам надо уйти из этого здания. Не возражайте и не спрашивайте.

Они вышли на улицу.

Глава 5

Молния просвечивала сквозь шторы. Дождь шел за окном. Марина успела добежать домой под черным небом до дождя и грозы. Погода — закачаешься. Маг Глеб и детектив Тихон разъехались. Марина дома была одна. И гроза за окном. А мужчины за грозой. Она заметила огонь в фужерах в руках детектива Тихона и непонятное облако в машине, причем достаточно мягкое. Она подумала, что это новая подушка, и спрашивать не стала, не хотела глупой показаться. С нее и кентавров на крыше достаточно. Думать о непонятных явлениях в жизни ей не хотелось, и в кентавров она не верила. Марина решила, что ей все показалось, чтобы там не видел Мартин в бинокль. Может у них такой театр. Она еще раз посмотрела на сверкание молнии и решительно включила телевизор. Надо отвлечься от реальности.

Она посмотрела на себя в зеркало: высокая, но не очень; худощавая, но не скелет. Да. Можно добавить: одна, но с друзьями и без единой подруги. А на экране ТВ белый теплоход и богатая публика. А она богатая или бедная? Ей все равно, пока все равно.

Марина упала на пол…

В распахнутое порывом ветра окно влетело облако и зависло. Снизу ей было видно лицо облака, это был Мартин собственной персоной в костюме летающего лешего. Он опустился на Марину и нежно поцеловал. Она судорожно попыталась его сбросить с себя, но это оказалось не под силу.

Мартин поднял Марину, положил на постель, улыбнулся и спросил:

— Марина, летать хочешь? Это просто.

— Мартин, я узнала тебя в машине в этом маскараде, но промолчала.

— Молодец. Я могу у тебя остаться?

— А надо? Зачем я тебе нужна? — спросила Марина, закрываясь одеялом.

— Гроза, дождь.

— Так ты облако. Твоя погода.

— Не совсем моя погода. Для полетов мне нужна сухая, облачная погода. Летательные свойства костюма при большой влажности ухудшаются.

— А как ты летаешь?

— Если бы я знал, как костюм летающего лешего летает, я был бы гением, а я исполнитель, летчик низкой облачности. Могу сказать, что вес костюма летающего лешего с минусовым весом, что это такое я не знаю, но я легко летаю над землей. Хочешь со мной полетать?

— Если несложно, то можно попробовать.

— Завтра, — сказал он и уснул в своем костюме.

Марина попыталась потрогать костюм летающего лешего. Но костюм на ее глазах снялся со спящего Мартина, и струйкой исчез в его кармане. Она уснула.

Утром они проснулись одновременно.

— Не пойму, почему я везде засыпаю в последнее время, — проговорил Мартин, — где сяду, лягу там и сплю.

— Устал от двойной жизни, вот и спишь. А я поняла, зачем Глебу нужна крыша: это запасной аэродром для малых летающих аппаратов.

— И это верный ответ. А то… — и он не договорив, замолчал.

— Мартин, а где твой летательный костюм? Я видела, как он исчез в твоем кармане.

— Это одноразовая модель, я ее испытывал. Есть многоразовые варианты костюмов, но они громоздкие, и облако в них получается значительное.

— Зачем это надо?

— Для того чтобы было.

— То есть сейчас ты пойдешь пешком? Тебя подвезти?

— Марина, оставь меня у себя! Дай побыть одному! Я не хочу быть летающим лешим или кентавром!

— Все-таки кентавры. Мартин, ты уверен, что сам не превратишься в кентавра в моей квартире?

— Я ни в чем не уверен, но в грозу я едва успел влететь в твое окно. Хорошо, что оно было прикрыто, но не закрыто. Удивительно, но я ночью не превращался, ни в кого или проспал.

— А твой костюм облака на превращения не влияет? Гремучая смесь: леший в облаке.

— Фу, это еще не предел превращений. Кентавр хорошо бегает по лесу, при необходимости может взлететь и пролететь десяток другой километров в костюме летающего лешего. Я лесной разведчик. Могла бы и догадаться.

— А, что в городе делаешь?

— С тобой работаю. Мне нужна напарница, твой вес мне подходит, на тебе хорошо будет сидеть костюм летающего лешего. Твой скелет — отличный каркас для костюма одноразового облака.

— Но я не кентавр!

— Уже! Я сделал тебе прививку, зря я, что ли к тебе залетел? Дело в том, что прививку кентавра изобрели два Мага: Глеб и Мартин. Потом испытали на себе. А теперь пустили в небольшую серию.

— Поясни, кем я буду после действия прививки?

— Чего тебе не понятно? Идем с тобой в разведку. В средней полосе страны ты будешь лосем кентавром. В северной части — оленем кентавром, в степи — лошадь кентавр или просто кентавр. Это уж как нужно будет для дела, тем и будешь.

— А у меня спросил?

— На крыше с тебя сняли все мерки и для тебя лично готов комплект одноразовых костюмов летающего лешего. Тебе осталось выполнять со мной задания особой важности. Просто я тогда еще не все знал.

— В век машин я буду бегать на своих двоих? Прости, на своих четырех ногах. А руки будут передними ногами? Зачем!!!? Мартин, так ты с Магом Глебом заодно?

— Успокойся! Тебя ждет нетривиальная жизнь. Кстати, тебе причитаются маски соответствующих животных. Насчет охотников: маска не даст пробить тебе голову, а в районе сердца тебя будет окружать пуленепробиваемый электронный жилет. Все поняла?

— Почти. В чем смысл разведки?

— Деловой вопрос. Нам надо найти след пришельцев. Они прошли по земле, они прибыли на землю в конусной капсуле, которая вонзилась в землю. Капсулу нашли, живых существ в ней не обнаружили. Эти пришельцы к себе технику не подпускают, видимо у них есть определенный вид радара. Нам надо определить кто они и что они. Есть вероятность, что они к нам попали через межзвездный портал с планеты Макро. Кстати, скоро открывается новая тема по подготовке к полету на Макро. Мирные жители Макро плохо встретили наших первых разведчиков. Макро не без воинствующих жителей. Если к нам прилетели мирные жители Макро — это одно, а если нет? Надо выяснить: кто к нам прилетел в конусной капсуле неземного производства через космический портал с выходом в Славных горах. Но это не мои вопросы.

Марина обнаружила на своей постели костюм летающего лешего. Странно столько раз сегодня заходила в эту комнату и не видела костюма, и вот он перед ней! Кто мог зайти в ее квартиру и оставить костюм летающего лешего?

— Марина привет! — сказал Мартин, входя в комнату. — Что тебя заинтересовало в моем костюме?

— Воспоминания, я думала это твой старый костюм.

— Шутишь! Я сегодня по холодку влетел в твой дом. Я знаю, что Маг Мак опять исчез в работе. А ты где была? Ноги-то как замерзли!

— Какой ты внимательный! Надоели белые одежды, захотелось разнообразия.

— Ладно, есть задание. Но как ты умудрилась замерзнуть? Мне совсем непонятно!

— Чувства. Любовь. Лунная ночь…

— Понятно, работа для тебя и на земле найдется. Не шпиономания, а психотерапия чистой воды. А, как на это Маг Мак посмотрел бы? Без его участия прямого или косвенного у нас ничего не делается. Он, конечно, не Бог, но что-то умное из него исходит. Ты, что еще не поняла, что кентавры больше не существуют?

— Мне надо надеть костюм летающего лешего? — спросила Марина, уводя Мартина от темы о кентаврах, ей все еще было стыдно за себя на их крыше.

— Марина, тебе давно пора надеть костюм летающего лешего и стать летающей ведьмой, но эта участь постоянно тебя обходит! Ты все ревнуешь меня к красавице Нимфе! Сколько можно? Было и прошло! Мы с тобой!

— И что? Мне нужно смотреть в чужие окна или сразу в них залетать в костюме летающего лешего? — продолжала говорить на эту тему Марина, держа в руках странный костюм.

— Круче. Мы пойдем с тобой на выставку космических истребителей. Один самолет уникальный, предназначен для полетов в космос через наружный портал, для него мы купим посадочную полосу.

— Самолет чужой? Я разрабатывала макет кабины истребителя для фантастического фильма.

— Совместное производство Макро и Клюквы. На нем можно улететь на планету Макро.

— Предлагаешь улететь на Макро?

— Не спеши угадывать задание, которое напрямую связано с космическими полетами. Нас интересует материал самолета. Он обладает странными качествами, то он весь металлический и блестит на солнце, то аморфный и переливается, как гель.

— Мартин, а ты сам не может оторвать кусочек самолета для анализа материала?

— Материал необыкновенный и прочный, он не отрывается и не отпиливается.

— А я, надев костюм летающего лешего, отрежу кусок самолета маникюрными ножницами?

— В костюме ты проникнешь в салон самолета, сделаешь невидимые снимки, сядешь у иллюминатора…

— А самолет превратится в аморфное состояние, и я завязну в нем, как корабль на дне Бермудского треугольника?

— Молодец! — сказал Маг Глеб, влетая в окно в костюме летающего лешего.

— Слет летающей нечистой силы считаю открытым! — шутливо крикнула Марина.

— Марина, госпожа Нимфа передала тебе интересный предмет, так он такой твердости и прочности, что сможет сделать царапину на самолете. Керн поможет выполнить задание, — сказал серьезно Маг Глеб.

— Мужчины, я не слесарь. Пошлите мужика для взятия образца материала.

— Понимаешь, тебя заменить невозможно! — воскликнул Маг Глеб.

— Я каскадер в фильме? — спросила Марина. — Хорошо, снимайте фильм, но с первого дубля.

Лучи солнца пронзили серебристую занавеску, и вошли в душу Марины, в ее настроение и ей жить захотелось, а из ее глаз засветились собственные лучи. Захотелось выйти из полутьмы невезения. Такая вселенская грусть иногда посещала ее светлую от волос голову, словно все прошло с зимой холодной. Это осень проходит, а зима заканчивается поражением человеческой жизни. Все зависит от того, как на жизнь посмотреть. Но лучше смотреть на жизнь с лучами солнца, ее надо пронзить светом и осветить, дабы забыть о морозных неприятностях. Первый раз, что ли осталась одна? Нет, конечно.

Марина еще раз посмотрела на солнце за металлизированной занавеской, услышала шум приборов и вентиляторов. Чей-то голос рядом разговаривал с любимой женой. А ей, что до этого? Да ничего. Солнце. Она сегодня в его лучах оттаивала от зимних холодов. В ее голове промелькнул эпизод последней любви. И она подумала, что прощальный аккорд Мартин сделал правильно. Теперь он сидит дома, и на работу не выходит. А все почему? Да потому, что у него солнце появляется дома после обеда, окна у него выходят на южную сторону. Пусть лежит под домашним деревом неизвестной породы, а она будет работать, правда, после того, как мозги от любви освободит.

Мозги нужны в работе, так вот эти переживания надо уметь сбрасывать, чтобы они не мешали работе. Переживания сбрасывают следующими способами: сигаретами, вином, пивом, едой, таблетками, прогулками, а Марина их сбрасывала умозаключениями на бумаге, важно, чтобы их один Мартин не видел, а весь мир их вполне мог читать. Марина весь мир любила платонически, а Мартина любила физически. Вот в чем великая разница между всем человечеством и ее единственным мужчиной, а он сегодня отдыхает. Да и она из-за него не тем делом занята, а ведь уже пора, пора работать. Марина опустила экран с текстом, и приступила к выполнению служебных обязанностей.

И вдруг до нее дошло, что Мартин сидит на работе у компьютера и читает ее произведения во всемирной паутине. Она допустила одну оплошность, сменив имя, оставила картинку, которую он закачал из недр паутины. Он нашел ее прозу, он просто не мог понять все ее выдумки, он все написанное, принимал на свой счет. А это неправильно, он ведь не сберкасса, чтобы счет открывать. Вот она, где зарыта собака их непонимания!

Кстати о собаках, у Марины появился той — терьер Кросс, он опять покрыл своей желтой жидкостью ее подушку. Этот кобель цвета бежевой норки — домашнее животное, он, конечно, посещал свой туалет, но иногда он выпрыскивал свое содержимое именно на подушки, расположенные в вертикальном положении. Его любовь к подушкам границ не имела. Марина под наволочку положила непромокаемую ткань и теперь только меняла наволочки. Еще его тянуло к белым стенкам холодильников, и около их подножья то и дело появлялись желтые лужицы. О том, что он сделал, он возвещает громким лаем, но, увидев Марину, он уходил. Такая она проза жизни.

Все к одному и Мартин к Марине не приходил. Он нашел себе друга с вертолетом и пользовался чужим транспортным средством для перемещения по городу. Хозяин вертолета худой мужик, а Мартин крепкий человек, и они вдвоем летали над городом и окрестностями, не пользуясь костюмами летающих леших. Марина к ним в вертолет не садилась. Таким образом, вертолеты разъединяют людей по классам машин или точнее по их цене.

Так, что-то во всем этом квадрате людей плюс Кросс — неправильно. Марина чувствовала, что ее обошли на повороте вертолеты друзей, а ее отбросили в кювет, как малоимущую. Итак, она выползла из кювета по грязному дерну наверх, где ее не ждал вертолет с летчиком. Почему она оказалась в кювете нищеты? Она!? Так получилось, что она неудачно вложила деньги в фантастический материал для космических кораблей, в котором трудно было разобраться.

Она подняла голову, рядом стоял писаный красавец! Таких красивых мужчин не бывает, — подумала Марина.

А он не думал, он сказал:

— Здравствуй! — и улыбнулся обаятельной улыбкой.

— Здравствуйте, — недоверчиво и тихо проговорила Марина. Она поднялась со своего рабочего места, мужчина оказался выше ее на голову! — Вы кто?

— Ваш сосед по этому помещению. Буду сидеть рядом с вами.

— Я что-то пропустила. Вы, вероятно новый настройщик аппаратуры или программист?

— Точно, я был здесь, но вас на месте не было. Меня зовут Мартин.

— Да ладно, еще скажите, что вы вернулись из межзвездного портала, а вашу даму сердца зовут Лизавета, — сказала Марина наобум, — и, что мы с вами говорили на днях по межзвездной связи и встречались на крыше.

— О, в точку попали. Да, мы с вами разговаривали, но не встречались. Это у вас той — терьер Кросс, предназначенный для полета на планету Макро?

— Да, мою собаку зовут Кросс. Как вас Лизавета отпустила работать к нам?

— Она не знает, где я работал, и где буду работать. Лизавете не до меня. Она обкатывает свой новый автомобиль, и обо мне думать забыла.

— Мартин, как можно вас забыть в образе кентавра! — воскликнула Марина и уставилась восхищенными глазами на лицо и весь общий облик необыкновенного мужчины.

В помещение вошли два человека. Они махнули головой новичку, в знак приветствия, словно они всю жизнь были с ним знакомы. Марина села на свое место. Маг Глеб прошел к соседнему столу, над которым накануне хлопотали сотрудники, собирая испытательный стенд для аппаратуры. Конечно, она знала, что к ним идет новый сотрудник! Но она не ожидала, что он божественно красив и еще красивее, чем вообще можно представить!

— Мартин, а у вас есть вертолет? — выпалила Марина неожиданно для всех.

— Марина, оставь новенького в покое! — воскликнул один из двух сотрудников.

— Я не вас спрашиваю, а новенького!

— У меня есть иномарка. Стоит недалеко от входа. Вас с работы домой отвезти?

— Нет! — огрызнулась Марина и поняла, что ее карта бита, что этот красавец и правда не для нее. Она уткнулась в свой тройной компьютер, не слушая разговоры мужчин. Потом она открыла всемирную паутину и нашла объявление, в котором говорилось о розыгрыше призов. А у нее было — пять карточек, и она уже две недели ждала это объявление. И тут она вспомнила, что если розыгрыш состоится в воскресенье, то ей должно повести. Она выиграет любой приз! Как ей надоело невезенье и отсутствие личного транспорта!

Дома Марину ждала очередная неожиданность: белые шторы на окнах и тюль, при дуновении ветра из окна издавали запах Кросса. Нет, сам по себе Кросс не пах, но его желтое творение на белых шторах — это нечто пахучее. Пришлось ей купить шторы до подоконников. После всех дел Марина поехала на розыгрыш товаров. Она выиграла ведро корма для собаки и четыре шоколадки для себя. Кросс ведро корма за год съест только так, если на Макро не отправят. Он маленький, громко лающий кобель. Больше всего он любил лежать в ногах, а если Марина ложилась, то Кросс непременно оказывался рядом, в районе икр ног с внешней стороны.

— Марина меня зовут! Сколько раз тебе можно говорить, что меня нужно правильно называть! — воскликнула Марина в телефонную трубку.

— Так, я пока выговорю твое имя, говорить не захочется, — возразил Мартин.

— Ты меня ни разу не назвал правильно, — с обидой сказала Марина.

— Невежливо звучит, зато правильно, а когда я успею пожениться на тебе, если к тебе на работу пришел новый красавец, и ты в него успела чего доброго влюбиться. Марина, мне некогда! — крикнул Мартин, и бросил трубку телефона.

Действительно, ему стало не до нее, к нему в квартиру ввалились два человека. Мартин удивленно на них посмотрел: его круглые глаза спрашивали, что случилось, а рот молчал.

— Мартин, узнал? Вижу, что узнал, есть дельце. Не гримасничай, мы знакомы давно, нас выпустили из одного места, ради одного дельца. Ты будешь третьим исполнителем, отказ не принимается. Нам подходит твоя гибкая фигура. Ты силен своей гибкостью, и ты полезешь на третий этаж частного дома. Молчи, молчи, за тебя все продумано. Есть один человек, его попугать надо. Тебе его не убивать, твоя задача — пугать. Идем сейчас, надевай униформу и вперед, — быстро проговорил Резец собственной персоной.

Втроем они поехали на иномарке с темными окнами. Мартин думал только об одном, чтобы ему не пришлось убивать самому, и не быть убитым, и уйти с места разборки незамеченным. Этих двух напарников он не выбирал, это они его выбрали, когда он очередной раз на турнике крутился для привлечения внимания вечно любимой Марины. Тогда он и покорил наблюдателей совсем иного толка.

Трех этажный дом прятался за крутым забором, из-за которого виднелись верхние два этажа. Мартина послали покорять забор с заднего двора, а что при этом будут делать его сообщники, ему не сказали. Собаки во дворе не было. Да и кто теперь держит во дворе собак, если они дорогие и породистые? Особняк был тоже дорогой и породистый, выполненный из слегка обработанных камней. Мартин перемахнул через забор и полез по стене, уступов на ней было достаточно, даже костюм летающего лешего не понадобился.

На третьем этаже ему надо было влезть в небольшое окно ванной комнаты. Он прочертил овал на стекле алмазным инструментом, одним движением залепил стекло пленкой, продавил и влез внутрь. Интересно, что стекло было не двойное, а одинарное. Ванная комната представляла собой нечто кафельное и опрятное, подробности он не рассмотрел. Через ванну он вышел в коридор третьего этажа. Его гибкая фигура в трико, изогнулась в сторону двери спальни.

Мартин не думал, а выполнял задание. Спальня была погружена в полумрак. Он увидел большую кровать, стоящую спинкой к стене. Он четко увидел один силуэт. Значит, его задача пугнуть этого человека. Мартин надел зеленую маску монстра, нажал на кнопку, и на нем надулась одежда. Он стал толстым. Из его кармана зазвучала мелодия из первого фильма о зеленом монстре с завернутыми ушками. Спящий человек пошевелился, но увидев ужасную и обаятельную фигуру зеленого монстра, закрыл глаза, потом открыл и опять увидел торчащие ушки тролля, который к нему приближался странными шагами.

— А, а, а!!! — завопил Добрыня Никитич, натянув на себя одеяло, потом резко его отбросил, и не обнаружил в комнате никого, но увидел, что дверь в комнате бесшумно закрылась.

Мартин вышел в коридор, навстречу ему бежали два тощих далматинца, видимо они услышали крик хозяина. Собаки, увидев зеленое чудовище, приостановились. Мартин воспользовался замешательством собак, прыснул из баллончика в их сторону неизвестным веществом. Собаки отключились. Он снял с себя костюм тролля и ушел из здания по балконам.

Деньги Мартину принесли те же два человека, протянув ему конверт, исчезли. Мартин тут же пошел к Марине. Он прекрасно знал, что ей труднее других пришлось переживать банкротство, которое устроил Маг Мак, приобщив всех к фантастическому полету через межзвездный портал. Но фильм, снятый на тему полета, имел фантастический успех среди зрителей, и финансы нашли своих спонсоров.

Глава 6

— Марина, — сказал Мартин и замолчал, вглядываясь в экран телевизора, где в очередной раз в черной рамке показывали лицо Добрыни Никитича, который постоянно умирал, но всегда оказывался живым. Мартин сжал зубы, еще немного помолчал, послушал диктора, о том, что он говорит об очередной смерти клона Добрыни Никитича, и сказал: — Марина, я предлагаю тебе полететь на планету Макро.

— Это шутка, Мартин? — спросила Марина. — Где у тебя миллионы зарыты? Ты их в засушенном виде хранишь, как фруктовый чай?

— Нет, все значительно круче. Если лететь на острова, то у меня есть наличные деньги, а если лететь на планету Макро, то придется продать то, что лежит в моем поясе.

— Ты вновь захотел стать известным человеком, но на какие деньги? — спросила Марина, не принимая его слова всерьез.

— Ценой юмора, — ответил Мартин со странным выражением лица, трогая пальцами сумку у себя на поясе.

— Все свое ношу с собой? — спросила она, махнув головой в сторону его сумки.

— Нет, здесь наличные деньги для полета на острова или куда ты захочешь поехать в пределах Земли, а если ты согласишься полететь на планету Макро, то и деньги будут другие.

— Я тебя поняла: в нашем парке открыли новые аттракционы. Хорошо, пойдем в парк, и на аттракционах узнаем, на что мы годимся, — серьезно сказала Марина.

— Ладно, пойдем на американские горки! — согласился Мартин. — Марина, ты только скажи мне: в нашем доме не появились случайно большие головки винтов, которые ни Богу свечка, ни черту кочерга? Просто ввинченные винты?

— У тебя вечер загадок! Я дома — женщина, и все мужское дела вплоть до шурупов, мне — чужды.

— Звучит хорошо! Тем не менее, я пройду по дому, — сказал Мартин и пристальным взглядом просмотрел все головки винтов, но ничего необычного не обнаружил. Его внимание привлек новый шкаф, с одного бока у него виднелись коричневые, пластмассовые заглушки, на одном винте заглушки не было. Он приблизил рот к головке винта и сказал: — Привет, Резец, ты зачем Добрыню Никитича пришил?

Резец сидел в это время в помещении для наблюдений за клиентами и сотрудниками. Он посмотрел на панель сигнализации, услышал звуковой сигнал, увидел мигающий светодиод, включил трансляцию из дома Марины, но больше одной фразы так и не услышал. Резец и сидящий рядом с ним новый его напарник Хлыст, переглянулись. Их невыразительные глаза мыслей вслух не выражали.

— Мартин сообразительный мужик, — проговорил Резец, коренастый мужичок со скошенной головой, — он умный, нас не продаст.

— Зато Мартин продаст, то, что украл у Добрыни Никитича. Резец, ты, что не понял, что это он стащил пояс с товаром? А Добрыня Никитич посмотрел, что пояс с товаром исчез и дал дуба, — сказал Хлыст.

— Хлыст, ты думаешь, что это Мартин стащил товар?

— Нет, его собаки украли, — издевательски протянул Хлыст, человек сухощавый, можно сказать худой, несколько сутулый, с редкими, светлыми волосами на голове, но без сплошной лысины.

— Похоже, что ты прав, — скрипнул зубами Резец, — мы с тобой ждали Мартина в машине, и клона Добрыни Никитича в глаза не видели. По ТВ сказали, что он умер своей смертью, жил один, сердечный приступ и помочь было некому.

— Мы, что теперь Мартина пугать будем? Это лешему надо было пугнуть Добрыню Никитича, чтобы тот товар отдал, а Мартин и пугнул, и товар взял. А Добрыня Никитич Богу душу отдал. Мы что зря ему деньги отдали? — заволновался Хлыст.

— Мы свою задачу выполнили, остальное — не наше дело. Хлыст, а что за товар-то мы упустили? — спросил наивно Резец, думая, что в поясе Добрыни Никитича находились алмазы с планеты Макро.

— Резец, я так понял: пропало вещество, которое из собак делает людей. Если собака съест это вещество, в ней меняется набор хромосом и собака становится человеком, недалеким, но все же.

— Собак и среди людей достаточно, еще людей из собак делать. Хлыст, скажи, что пошутил.

— Нет, я не шутил, это вещество такое дорогое, что мало не покажется, если его продать. Вот если оно сейчас у Мартина, то он богатейший из людей и может слетать на Макро.

— Так, давай кинем его, и станем богатыми, — предложил Резец.

— Оно мне надо? — пробубнил Хлыст. — Маг Глеб говорил по телевизору, что собак готовят для полета на Макро. Собаки людьми не станут, их сделают немного умнее, натаскают и пошлют к макро — гномам в гости. Слышал ты про макро — гномов?

— Ты за кого меня считаешь? Видел я макет Сферы для Макро по ТВ, понятное дело макро — гномы маленькие, вот и нужны разведчики типа собак, но умнее собак. Слушай, Хлыст, а если я съем эту бурду из пояса, то стану умным? Нобелевскую премию мне дадут?

— Резец, тебе дадут премию в области наукоемких краж!

Во сне Маг Мак продолжал летать. Он испытывал блаженство от парения в воздухе. Вероятно, в прошлой жизни он был птицей. В настоящей жизни он был магом, точнее изобретателем. Мысли о технических новинках, которые можно создать на фирме не давали ему покоя. Вот и теперь он думал о том, как сделать умную собаку, которую можно послать на планету Макро. Нужная собачка Кросс была у его сотрудницы Марины, но уж очень она была непосредственная, и трудно было представить собаку разведчицей в катакомбах чужой планеты. Маг Глеб предложил использовать для Моськи сыворотку мозга, которую он использовал для биологических роботов. Маг Мак больше доверял электронике. Он подумал, что чип памяти — это то, что надо. В чип можно зашить нужную программу, содержащую необходимые знания для собаки. Хуже другое, у собаки не было в голове платы для установки чипа. Либо чип должен быть радиоуправляемой моделью. Теплее.

Сидела Марина, работала за компьютером в технической лаборатории.

Вдруг вбегает Маг Глеб, и кричит страшным голосом:

— Пропала сыворотка!! Пропала!

— Сыр, что ли у вас ворона свистнула? — спросила Марина с наивной улыбкой.

— Какой сыр!? Кому теперь нужна наша работа, если сыворотка пропала из контейнера!

— Глеб, почему вы так кричите? Все будет нормально. Работу сделаем, заказ для Макро не пропадет.

— Забыл, с кем имею дело! Прости, Марина. Я поясню крик души. Дело в том, что сыворотка разработанная и созданная для собак, для того чтобы они стали достаточно умными и ходили бы по катакомбам Макро, и сообщали бы информацию о макро-гномах — пропала.

— Глеб, а сыворотка была спрятана в контейнере, а контейнер был выполнен под пояс?

— Марина! Точно! Ты откуда это знаешь?

— Вчера видела такой контейнер на одном лешем, а он все хвалился, что в нем денег столько, что хватит на планету Макро слетать.

— Кто он? — спросил Глеб, округляя и без того большие глаза.

— А, что ему будет?

— По головке погладят. А не скажешь, кто он — тебя погладят, чем надо.

— Я пошутила.

— Это не шутка, а преступление межзвездного значения. Пропала возможность подготовки космических экипажей для особо сложных полетов. Кто-то украл весь наработанный материал, ничего не осталось, кроме огромных химических формул. Но от формул до вещества, как от Земли до Макро.

— А что мне будет, если я найду это вещество?

— Если честно, то не знаю.

— Получается, что надо найти вещество и подбросить его вам на усыновление?

— Да, Марина, да! Когда принесешь контейнер?

— Завтра.

— Это не ответ, я тебя отвезу туда, куда скажешь. За поясом поедем и сейчас!

— Знать бы, где он сейчас. Понимаете, я не знаю, где находятся ноги лешего, который на своем поясе носит вещество межзвездной стоимости.

Маг Глеб посмотрел на Марину и решил, что она пошутила, но он не шутил, и спросил:

— Марина, новую иномарку хочешь?

— А что так теперь конфеты называются? — спросила она шутливо.

— Я слышал, что ты знаешь, где сыворотка находится. Хочешь, я тебе скажу, у кого ты ее видела? У Мартина, скорее всего он предлагал тебе полететь на острова.

— Ты откуда знаешь?

— Ты, где работаешь? Я больше скажу, Мартин попытался улететь с секретной сумкой, но его остановили, когда он проходил турникет в аэропорту 'Клюква'. Мартин обойдется без информации, пусть сам ее добывает, а мы за ним посмотрим.

— Так, а за какие подвиги предлагаете мне иномарку, если уже нашли сыворотку?

— За новую разработку! Макро есть Макро, но и на земле дорог много. Надо разработать прибор для определения неровности дорог на планете Макро, при перемещении определенных грузов.

— Маг Глеб, теперь мне все понятно! Датчик блокировки замкнулся, когда Мартин проходил через турникет в аэропорту!

— Умница, но обойдешься без иномарки.

Макро обживали ни первый год, по всем параметрам планета смахивала на Землю, кроме того что имела несколько иные размеры. Чтобы прилетающие ракеты не приземлялись, где придется, придумали космическое поле с радарными установками, которые улавливали подлетающие корабли, затем включалась магнитная ловушка и все корабли приземлялись в установленные для них места. Но началось все с маленькой собачки…

Дома той — терьер Кросс радостно встретил Марину, покрутился вокруг ее ног, сел. Его уши встали торчком. Умная мордочка слегка наклонилась и застыла с преданным выражением глаз. Марина внимательно посмотрела на той — терьера Кросса, нажала на имя 'Мартин' в своем телефоне, в ответ услышала его голос:

— Марина, в чем дело?

— Мартин ты на свободе?

— А я и был на свободе. Я сбросил с себя сумку, выбежал из зданья аэропорта, пока люди из погони не поняли, что к чему; потом я остановил машину, в ней сидела Лизавета, я сел за руль, а она рядом со мной сидит.

— Лизавета жива?

— Она в норме…

— У вас произошла рокировка? — спросила Марина машинально, она на самом деле была в шоке от новостей последних дней.

Связь прервалась.

— Мартин, кто звонил? — спросила Лизавета, повернув голову к человеку за рулем.

— Марина все уже знает, — ответил Мартин, останавливая машину у обочины дороги.

— Отвези меня домой, — грустно попросила девушка.

— Да ты посмотри на поле с пшеницей! Нам повезло! Летающая тарелка прямо по курсу! Марина была бы счастлива, увидеть такое зрелище!

— А мне оно зачем? — уныло спросила Лизавета.

— Тогда сиди в машине, а я пойду, посмотрю, что там происходит! Вот повезло мне стать очевидцем написания кругов на пшеничном поле! — воскликнул Мартин. Он вышел из машины и пошел в пшеничное поле.

Лизавета пересела за руль и поехала в сторону города.

Мартин не оглянулся на шум мотора. Его пленило круглое облако над пшеничным полем. Он шел навстречу неизвестности, и увидел, как из облака опустились столбы к колосьям, прочертили вензеля, потом они поднялись в облако. Мартин попытался позвонить Лизавете, но его сотовый телефон хранил молчание. Молодой человек вышел на шоссе — оно было пустынно.

Неожиданно Мартин почувствовал, что отрывается от земли и плавно поднимается, словно его держит невидимая сила. Он поднял голову: над ним висело густое облако, и тут он заметил, что его держит это самое облако. Он сделал попытку вырваться и упасть на землю, но сила невидимых рук в облачных перчатках была намного сильнее. Земля уходила из-под ног, но его ноги не болтались над пропастью пустоты, а мягко погружались в облачную, упругую массу. Он уже чувствовал это облако, почти невидимое, но такое реальное! Он посмотрел вниз и увидел вензеля на пшеничном поле, еще мгновенье и зрелище исчезло.

На некоторое время Мартин потерял видимость, а очнулся внутри просторной кабины в кресле из белого тумана. Он стал оглядывать странную кабину неизвестного летательного аппарата.

— Мартин, ты нам нравишься! — раздался скрипучий голос с потолка, мы возьмем тебя в качестве производителя.

— Вы — это кто?

— Мы — это высшая ниша существования разумных существ, мы тайные и явные одновременно, нас чувствуют, но не видят, мы — облачные Боги.

— Отлично, а где вы живете? На горе или в болоте? Там жить можно?

— Он еще спрашивает! Мы есть везде, это об одном из наших написали известную сказку. Засветился и в сказку попал.

— Снежная королева тоже ваша?

— Вероятно, и она была нашей, но давно.

— А тролли — ваших рук дело?

— Проехали, тролли не по нашей части, у нас несколько иное амплуа.

— Заинтересовали.

— Ты выполнял наше задание в образе зеленого монстра и прекрасно справился с ним, но зря упустил сыворотку для увеличения разума собак, теперь ее трудно будет заполучить.

— Значит, и тролли по вашей части, — задумчиво протянул Мартин. — А я думал, что вы заоблачные гномы.

— Все мы заоблачные, если пригласят, — сказал Добрыня Никитич.

— Я вас где-то видел… Добрыня Никитич! Так вы живы?! В цирк играете?

— Да, это я. Я не могу ничего сказать Марине. Ладно, сыворотку в аэропорту у нас перехватили другие люди. Юмор в том, что воришка схватил брошенную тобой сумку и скрылся. Никто ж не знал: из-за чего сыр бор поднялся в аэропорту.

— А, что это за облако, в котором мы летим?

— Ой! Темнота! Мартин, это обычная летающая тарелка, облаченная в облако. В ней все предметы и все движущиеся части покрыты облачной субстанцией.

— Это вы круги рисуете на полях с пшеницей?

— Естественно, наше дело народ запугивать непонятными процессами.

— А меня обязательно надо было всасывать в эту облачную ловушку?

— Ты слишком много увидел, а кто ты, выяснили чуть позже.

— А Лизавету выпустили?

— Она уехала своим ходом. Она умная женщина и нос не сует в чужие дела, и тебя кинула.

— Что со мной сделаете?

— Уши надерем! А если серьезно, то я заметил, что высоты ты не боишься, будешь при необходимости изображать человека — облака, хотя у тебя есть костюм летающего лешего, и полеты на небольшой высоте новостью для тебя не являются.

— У вас все сказки работают?

— Не все, но полезные для дела. Ты будешь человек — облако, — веско сказал Добрыня Никитич.

— Летающий человек — облако?

— Не отвлекайся от дела, у тебя будет костюм облака. Ты уже понял, что мысль вложена во все, что тебя окружает и весьма серьезная. Летать между домами ты будешь без паутины. От крыльев птиц и самолетов мы отказались. Наше амплуа — невидимая видимость, малая облачность. То есть тебя все видят, но в качестве облака. Вспомни песенку: я тучка, тучка, тучка, я вовсе не медведь. Да, Вини пух — отличный прототип.

— А у меня будет друг в виде ослика или пяточка?

— Дадим тебе в друзья волка — моего десятого клона Мартина.

— Нет, мне что-нибудь проще.

— Тогда самого меня.

— Подождите, но по ТВ передали, что вы погибли!

— Пролетели. Я под личной опекой Нимфы, я всегда живой, пока жива она. Той — терьера Кросса мы хотели угостить сывороткой, тогда бы он мог стать жителем Макро, но ты потерял сыворотку. И теперь пес слаб, чтобы быть твоим другом.

— Я, что такой простой? — возмутился Мартин. — Я не потерял сыворотку, она и сейчас в контейнере на моем поясе. А в аэропорту я подсунул в такой сумке металлический предмет в мусоре, он и заверещал, а сам я сказал, что взял не ту сумку и вышел. У аэропорта стояла машина Лизаветы, я попросил отвезти меня в аэропорт и немного подождать.

— Зачем вообще ты поехал в аэропорт?

— Прочувствовать почву.

— Мартин, хорошо, что ты не лопух. Просто отлично! — лицо Добрыни Никитича исказила довольная улыбка. — Мы сейчас прилетим на облачную базу, — и он исчез в тумане кабины.

Поляна в лесу была огорожена ровным, металлическим забором. Мартин вышел из летающей тарелки. К нему подошли Резец и Хлыст, они встали с двух сторон и повели его в его номер, расположенный не выше забора. В комнате висели несколько костюмов облаков разных оттенков для разной погоды. Сам по себе костюм не был большим. Мартину помогли надеть костюм с жестким каркасом, фиксирующим его местоположение в костюме. Двигатели обеспечивали плавное движение в воздухе. Это был мини самолет без больших лопастей и крыльев. Он нажал на первую кнопку, вокруг него надулся некий чехол, вокруг чехла стало образовываться облачная субстанция. Он нажал на вторую кнопку и вылетел в открытое окно. Скорость облака была так мала, что он просто завис над облачным аэродромом, если его так можно назвать. И зачем нужны эти облака? — подумал он.

— Мартин, ты зачем в небо поднялся? Опускайся!

Услышал он в шлемофоне скрипучий голос Мага Глеба.

— Я не знаю, как это сделать, — прошептал леший Мартин.

— Перед тобой красная кнопка. Жми на нее! — гневно крикнул Маг Глеб.

Мартин лежа планировал над облачным аэродромом, перед его глазами находились кнопки и ручки управления, он нажал на нужную кнопку и стал плавно опускаться на землю. Падение было столь плавным, что он спокойно встал на ноги. В его душе осталось весьма приятное чувство от полета. К нему подбежали Резец и Хлыст. Из парадной двери здания к ним спокойно шел Маг Глеб.

— Как ощущение полета? — спросил он с улыбкой на лице.

— Нормально, командир, — ответил Мартин, — извините, я на кнопки нажал машинально, совсем не думал, что я полечу.

— Резец, мог бы предупредить человека о назначении каждой кнопки, ручки и индикатора на пульте управления.

— Господин Глеб, так по этой части у нас Хлыст, он инструктор по низкой облачности.

— Хлыст, проведи курс по изучению данной модели облака.

— Да без проблем, все сделаем! Мартин так шустро оделся в этот костюм, что мы глазом не успели моргнуть, как он в окно вылетел серым облачком.

— Специалисты облачные, вопрос можно задать? Я во время полета постоянно должен лежать? Я не рыба, чтобы лежать! А сидя летать можно? — спросил Мартин.

— Варианты расположения человека в облаке находятся в работе, сейчас готово только планирующее облако, — ответил Маг Глеб.

— А бегающего облака нет в работе? Захотел — полетел. Захотел — побежал. Захотел — полежал. Ладно, я готов к изучению полетов в низкой облачности. Умнее Хлыста в этом вопросе никого нет?

— Работайте, Мартин! — бросил на ходу Маг Глеб, и пошел в сторону машины.

Резец исчез в неизвестном направлении.

Хлыст и Мартин вернулись в помещение с облачными летающими объектами.

— Мартин, пойми ты не птица, чтобы планировать в потоках воздуха, твоя задача лететь туда, куда тебя пошлют. Моторы маленькие, но сильные и надежные. Все тонкости устройства летающего облака я не знаю, кроме того я не знаю, как преобразуется в них энергия, но знаю назначение всех кнопок, переключателей и значение индикаторов. Управление простое. Ты поймешь сразу, но далеко не улетай. Поднимешься, раз десять над базой, а потом полетишь по заданию.

— Инструктор Хлыст, а можете показать достоинства летающего облака на личном примере?

— Могу. Я тонкий, звонкий и прозрачный. А ты такой же, только красивее и мускулистей.

— А вдвоем можем взлететь?

— Сядь и слушай, потом взлетим вдвоем.

И они углубились в изучение устройства летающего облака.

Глава 7

С Глебом Марина встретилась зимой. Там, где зима, всегда бывает Новый Год. Чем можно увлечь молодого человека? Абсолютной случайностью, которая чаще встречается в канун Нового года. Не верите? В конце года ощущается общий эмоциональный подъем в преддверии неизвестности. Все чего-то ждут и этим ожиданием пересыщен воздух вечеринок всех уровней. И еще один немаловажный момент: на Новый год пьют шампанское, ударный напиток! Разум становится веселым и позволяет влюбиться с полуслова. Часто употреблять не рекомендуется — потеряет волшебные свойства знакомства.

Вечеринка на двадцать человек уместилась в банкетном зале Х- клуба. Глеб пришел в черных брюках, в красивой, черной рубашке с ремнем, да еще в оранжевом галстуке. Ремень — великолепный. Фигура — сердце Марины замерло, запищало и растаяло от удивления. Она глаз от него не могла оторвать. Глеб почувствовал ее притяжение и сел рядом. На двоих он поставили одну бутылку шампанского. Публика за столом быстро перешла на водку, и стала трясти над столом бутылки, и наполнять свои сосуды напитком. А Марина и Глеб пили пузырьки, эти волшебные пузырьки сближали их с неимоверной скоростью. У нее в голове мелькнула мысль, пригласить его к себе домой. Но как это красиво сделать, чтобы Глеб и Ефрем не сцепились в поединке ревности?

Марина назвала ему длинное число и потом спросила:

— Глеб, ты запомнил то, что я сказала?

— Запомнил. Повторить?

— Если запомнил, то можешь приходить, это код электронной завесы.

Они танцевали в общей толпе. Его тело пружинисто приникало к Марине, он наполнялся желаниями, как бокал шампанским. Она его ощущала… Желания надо реализовывать. С новогоднего вечера они ушли раньше других, брели пешком по краю снегопада и разошлись в разные стороны. Напиток выветрился.

Сказки — это хорошо, но действительность пугает. Можно ли действительность превратить в сказку, — вот в чем вопрос? Если прочитать абзац о бюджете страны, то приходишь в ужас от пессимизма тех, кто его составляет. Речь в основном идет о нефти и недостачах во всех их проявлениях. То есть страна идет по наклонной плоскости от успеха к поражению. Странная вещь: появляются более красивые дома, дороги, машины. Но все это проходит мимо и мало кого успевает обрадовать. Чего нет в нашей безбрежной стране? Общей цели созидания! Человеку надо быть необходимым обществу и потом самому себе, своим близким. Губернатор из последних сил снимает с себя рубашку бюджета и раздает в качестве добавок к пенсии, а у самого один вопрос: Что дальше делать? Мало того, куда-то делись в стране деньги, их нигде нет! Если денег у всех нет, то это вопрос номер один. Куда стекают деньги? Кто их и куда складывает? Где предел бес предела? Почему в стране учат непроизводственным специальностям? Где сами производители хоть чего-нибудь? Раньше были герои труда, а теперь герои боевиков. С этим багажом далеко не уедешь. А все просто! Свою страну надо любить и думать о том, что в ней живут умные люди! А умные люди должны производить продукцию и получать за нее деньги. Но страну раздали на частные лавочки, а частные лавочки легко капитулируют перед тяготами жизни. И еще хуже — бескрайний север страны обеспечил всего одного богатого человека, который это богатство при разводе разделил на две части. Абсурд! Но это яркий пример того, куда исчезают деньги из казны. Что говорить о столице? Столица — это клубок из нелегальных и легальных денег. Убрали казино, но счастья еще от этого не испытали. Примадонна деньги и за океаном сможет проиграть, поэтому ее концерты можно не посещать. Зачем смотреть в чужой карман? Но этот карман показательное достояние республики.

Чушь? Возможно, но где страна и нормальная забота о гражданах страны? Чего гражданам не хватает? Само собой денег! А, где их взять? Заработать! А, где заработать, — вот в чем вопрос! Кто бы об этом подумал! Где те идеи, ради которых можно всю страну построить и заставить приносить прибыль своей работой, результаты которой не утекут в чей-то гигантский карман.

Маг Глеб пришел в техническую лабораторию, сел на рабочие место. Он был занят настройкой нового устройства неизвестного назначения. Марина работала рядом с ним. Внезапно свет из окна исчез, и вновь появился. Она увидела два серых облака, плавно удаляющихся от окна.

— Глеб, кто сегодня облака изображает? — спросила она.

— Твой суженый, ряженый Мартин и Хлыст, — быстро ответил Маг Глеб, не отводя глаз от приборов. — Марина, ты лучше скажи, когда принесешь той — терьера Кросса на инъекции? — спросил он, вставая со своего места.

— Собачку жалко.

— Это работа и ты знала, что пес полетит на Макро. Кстати, и подушки твои сухими останутся.

— Можно я с ним полечу на Макро? Пес привык ко мне.

— Перед полетом тебе надо будет пройти серию тренировок, — это долго! Твои вариантные мозги нужны здесь. Слушай, а что если Лизавету послать вместе с псом на Макро? Она отважная девушка, и не откажется от полета. Кросс ее знает хорошо.

— Отлично, пусть летят.

В этот момент в помещение лаборатории вошел Мартин.

— Мартин, мы думаем послать Лизавету с псом на Макро. Отпустишь? Она хотела улететь туда, где нет наших приборов. Сыворотка к нам вернулась, несколько инъекций и Кросс будет готов к полету, — спросил Маг Глеб.

— Маг Глеб, спасибо, что спросил, мог бы и без моего разрешения послать Лизавету куда угодно.

— Ты чего такой покорный?

— С вами станешь покорным и безропотным, — пробубнил недовольным голосом Мартин. — Почему именно ее? Других людей нет?

— И ты еще спрашиваешь? Задание у нее настолько секретное, что все кто с ней общается должны быть нашими людьми. Мы не можем рисковать! Сам знаешь, комплекс на Макро не только мы возводим, но и наши конкуренты. Наша задача проникнуть в катакомбы Макро. По нашим данным они невысокие, но многочисленные. Человек в них не пройдет. Предполагаем, что Макро — гномы сами по себе маленькие живые гномы, покрытые небольшим мехом. Кросс среди них будет выглядеть волкодавом или лошадью, скорее лошадью. Надо его в цирк свозить, найти дрессировщика, чтобы он мог на себе седло возить с маленькой обезьянкой. Макро — гномам понравится такой вид транспорта.

— Маг Глеб, такое задание Кросс и без сыворотки выполнит, — сказала Марина.

— Первую часть задания он может выполнить после дрессировки. Но так мы решим задачу по ублажению прихотей макро — гномов. Наша задача, чтобы Кросс добыл сведения о катакомбах Макро более подробные и доставил их нам. Он наш разведчик, — серьезно проговорил Маг Глеб, глядя на приборы своего стенда. — КБ уже все это знает, о том кто и как живет на Макро. Блик — глава Макро знает много. У нас есть его портрет, мы его поставим перед псом, чтобы он его запомнил. Задача собаки — Блик! Кисельные берега — это одно, а тайны народа Макро — это другое. Кросс — лошадь для Блика, но не просто лошадь. Сыворотка даст возможность развить мозг пса до уровня необходимого для самосохранения, он не должен пугаться неизведанного, но и не должен излишне рисковать. Он должен вернуться живым и принести нам прибор фото импульсной съемки. Мы все запишем, весь его путь по катакомбам Макро, — сказал уверенным голосом Глеб.

— Глеб, но фото импульсный прибор еще в работе, мы его не проверяли в экстремальных условиях. Ты прекрасно понимаешь, что температура на Макро и в Макро — не комнатная, — возразила Марина.

— Мне не надо объяснять ограничения работы прибора по температуре. Все схвачено, за все заплачено. С некоторых пор люди перестали лазить по горам из-за безопасности, в качестве гор теперь считают космические станции, опоясавшие землю со всех сторон. Космические станции так сроднились со своими орбитами, что даже не требуют коррекции по высоте. Богатые земляне кроме дач на земле имеют свои космические комплексы. Океаны были исследованы, как собственные ванны и бассейны. На небольших океанских глубинах выросли поселения. Нет, они не расположены под водой, они возвышаются над водой. Новые острова в океане удивления не вызывают, их несущие конструкции были основательно разработаны и не боялись штормов и землетрясений, если только глобальных. Земляне давно перестали делиться на национальности и расы, существовала одна разновидность людей — земляне, потому что космические полеты расширили взгляды человечества на устройство вселенной. Большое число наземного, подземного, водного и воздушного транспорта позволило заселить все отдаленные участки земли. Нет, численность населения выросла незначительно, но значительно выросли запросы землян, они уже не любят старые высотки, им нужен простор всей земли. На работу, благодаря транспорту они добираются достаточно быстро. А еще можно работать дома, поддерживая связь через компьютер. То есть на работу можно устроиться в любой точке земли, не меняя место жительства. Это относится и к Марине, у нее есть возможность выходить на работу в офис, либо работать дома, все зависит от задания, но достать ее могут в любом месте и проверить ее служебную исполнительность.

Марина выслушала шефа и решила сбежать от кентавров вместе с Мартином на планету Макро.

На планету Макро полетели Марина и Мартин. Перед полетом они немного нервничали. Планета Макро — песчаная пустыня с ровными круглыми кратерами не всегда радушно принимала космические корабли с Земли. За первые годы освоения Макро многие запуски космических кораблей с Земли были неудачными, кто-то или что-то охраняло Макро от вторжения инородных тел. Выплески светящейся пыли, люди могли принять за стрельбу. С первых полетов на Макро возникало ощущения, что в ее недрах кто-то живет. Это они не пускают космические корабли, они обстреливают неизвестным оружием ракеты! Или землянам так только казалось.

Из кратера с поверхности Макро вырвался светящийся столб пыли и завис на три минуты в воздухе. Марина на миг оцепенела: зрелище было незнакомое. Она шла по планете Макро с группой людей в скафандрах, они двигались маленькими шагами: гравитация здесь была в шесть раз меньше чем на Земле. Скафандр сковывал движения и не давал из-за своей тяжести и неуклюжести двигаться большими, легкими шагами. Рядом шел Мартин. Они еще больше сдружились на тренажерах при подготовке к полету на Макро. Людей на Макро отбирали по уму, здоровью и нетребовательности к пище, способных к самоограничению по многим вопросам быта. Такие люди встречались в различных слоях общества, и поэтому на Земле шел поиск избранных для жизни на Макро. Марина оказалась в рядах первых строителей необыкновенного космического комплекса. Атлас Макро она хорошо изучила. В данный момент Марина шла по дну кратера диаметром двадцать пять километров, было принято решение именно здесь построить космический объект. Вскоре ее догнал Мартин на макро — автомобиле.

Марина и Мартин выбирали площадку для строительства комплекса на Макро. Песок немного поднимался от колес автомобиля от поверхности Макро, и быстро оседал. Солнце светило уже больше недели, до ночи оставалась еще неделя, надо было все хорошо осмотреть. День на Макро длится месяц. Интересно сколько лет будет Марине через земной год? Но пока она была молода и верила в то, что здесь будет построен райский комплекс. На Макро готовили строительную площадку для стационарной космической станции с учетом того, что здесь нет атмосферы. Разработчики станции во главе с магом Голом предполагали, что комплекс на Макро — это маленький городок, расположенный под колпаком сферы, что он будет построен для большей компактности несколько похожим на муравейник, рассеченным всевозможными арками для перемещения. На Земле был собран его макет, в натуральную величину, который проходил испытания по всем возможным параметрам.

Люди на Земле всегда знали, что такое плюс или минус семьдесят градусов, надо было добавить еще тридцать градусов к своим познаниям и получить условия жизни на Макро. Бывают удачные сооружения, которые стоят века. Станция делалась не на один год или день. Комплекс на Макро — намного проще и интересней обычных летающих станций вокруг Земли. Трудности неизбежно будут ожидать его обитателей, но и на Земле есть различные типы гермозон, где надо проходить из вакуума в воздух, такие переходники давно и надежно отработаны. Маленький кусочек Земли создавался под Сферой на Макро с обычной атмосферой. Чуда не было, если разобрать все проблемы строительства комплекса на части, то можно было увидеть, что все они имеют свое техническое решение. Часть проблем была отработана на Земле. Сфера — крыша комплекса, была проверена в Антарктиде и пустыне Сахаре. Освоение Макро было делом всех землян, здесь речь шла не об отдельной нации, а о создании нового клана людей. Макро — космическую станцию предполагали построить под большой сферой. Крышу сферы, как и скафандры, делали многослойными. Задача разработчиков состояла в том, что надо было получить постоянные двадцать три градуса внутри объекта. Они учитывали и то, что температура на Макро бывает в интервале от 100 градусов плюс до 100 градусов минус.

Всем известно, как ведет себя вода, при таких температурах. Следовательно, воды на поверхности Макро быть в принципе не могло. Чем поить комплекс на пятьсот человек? Разработчики должны были решить такую сложную задачу. Бурить поверхность Макро? Но где, куда и насколько? Добудешь воду, а она замерзнет или испариться. Как поймать воду, если температура на Макро для нее совсем не подходит? Ответ один: для начала надо построить герметический объем в виде сферы, непробиваемый метеоритами. Для строительства комплекса разрабатывались новые технологии не только для получения принципиально новых материалов для крыши комплекса. В замкнутом пространстве сферы, необходимо было создать кислородный климат. Главное для создания комплекса: крыша, воздух, температура внутри Сферы, потом дело дойдет и до воды. Должна быть в недрах Макро концентрированная вода и ее компоненты! Разрабатывалась целая серия космических кораблей с большой грузоподъемностью. С Земли на Макро вскоре должны были полететь целые серии этих кораблей, для транспортировки огромного количества груза.

По периметру дома — пирамиды предполагали построить квартиры с окнами, внутри огромного здания намечали расположить промышленные помещения. Райский комплекс на Макро рассчитывали построить человек на пятьсот. Большую космическую обсерваторию решено было разместить на верхних этажах пирамиды, с большим набором телескопов для наблюдения за звездными просторами, с новой точки зрения — Макро. Марина вышла в скафандре из космической ракеты на линию терминатора. Немного привыкнув к лунному ландшафту, она заметила маленькие норки в лунной поверхности. Норки были прикрыты камнями. Марине крупно повезло, из одной норки показался гном, за ним вышло еще двое. Она мысленно назвала их макро — гномами. Марина спряталась за ракету, наблюдая за маленькими гномами, выбегающими из Макро. Макро — гномы были похожи на маленьких людей, с хорошо развитыми руками. Было в них нечто человеческое, но покрытое темной шерстью. Нельзя их было спутать с обезьянами. У макро — жителей не было хвоста, а головы относительно туловища были больше, чем у людей, в целом, гномы вызывали симпатию. Можно их было сравнить с медвежатами, но они были более изящными. Марине макро — гномы сразу понравились.

Макро — гномы немного попрыгали у норки, то на задних конечностях, то одновременно на передних и задних, потом стали двигаться так же странно к ракете. Пробежав, метров десять, заметив Марину, гномы помахали одновременно головами влево — вправо, подняли вверх две руки, в знак приветствия, затем быстро вернулись к своей норе, и исчезли в ней. Марина была приятно удивлена появлением столь милых гномов и пожалела, что Кросс остался на Земле для подготовки к полету. Среди людей ходили толки о жизни внутри Макро, но описания макро — гномов до сих пор не было — ни в одном научном издании.

На Земле строили космические корабли для космоса. Медленно, но верно в различных сферах производили все необходимое для макро — комплекса, думали о том, как людей обеспечить пищей. Было решено, что макро — питание будет носить растительный характер, мясоеды на Макро не полетят. Разрабатывалась почва для выращивания на Макро злаков, овощей и фруктов. Все агрономы Земли были привлечены к интересным разработками и экспериментам. Космические корабли стали прибывать на Макро. Космодром в огромном кратере заполнился людьми в скафандрах. Подъемные краны собирались из нескольких частей. Все части конструкций крыши Сферы на Макро весили в шесть раз меньше. Сфера поднималась на глазах. Новые скафандры не мешали передвижению в пространстве, люди привыкали к новой для них гравитации.

Герметичная Сфера комплекса была построена. Внутри заработали насосы, кислород медленно заполнил огромное помещение. Люди с радостью снимали скафандры, работать стали веселее. На песке Макро строились жилые помещения и технические комплексы. Земля для посадок растений, находилась по периметру сферы. Сады обязательно зацветут внутри Сферы комплекса. Сфера диаметром в один километр была весьма внушительным сооружением, поэтому транспорт внутри сферы был необходим, и его запустили по окружным дорогам. Худощавые люди, способные питаться растительной пищей, здоровые и относительно молодые составили население комплекса. Семьи на Макро не запрещались, надо было создавать общество лунных людей. Марина и Мартин решили остаться на Макро. Они верили в успех комплекса.

Через некоторое время…

Сфера космической станции находилась на видимой стороне Макро и легко просматривалась с центра наблюдения Земли. Комплекс был вторым космическим форпостом Земли. Климатические условия на Макро не отличались добрым нравом, поэтому была построена замкнутая система жизнеобеспечения в виде комфортабельного комплекса с несколькими крышами из разных материалов, соединенных между собой гибкой и легкой арматурой. Между крышами протекали потоки воздуха различной температуры, создавая нужные двадцать три градуса по Цельсию внутри космической станции. Крыши отличались гибкостью и от смены температур хрупкими не становились. Крыша — главная задача любой станции, ее герметичность и температурная стойкость, долгие годы была задачей номер один на Земле. Внутри сферы находился маленький компактный город по типу многогранной пирамиды, с плоской вершиной, для смотровой площадки.

По периметру сферы находились места отдыха: бассейны, парки, прогулочные дорожки, оранжереи для выращивания злаков, фруктов и овощей. С Земли привезли рассаду, саженцы и дальше все выращивали сами. Если брать насыщенный питательными веществами грунт, то его надо намного меньше, чем обычной земли. Для прогулок по Макро существовали автомобили, скафандры. Через серию герметичных входов вполне можно было выйти на просторы Макро в маленькую экспедицию. На Макро люди жили семьями. Здесь были свои мини школы и мини вузы. Людей отбирали по принципу пищеварения, брали тех, кто может питаться растительной пищей. Мясо на Макро не производили. Таким образом, сформировался клан людей не по нации и языковому барьеру, а по способу питания и выживания. Вторые поколения, родившиеся на станции, считали, что правильно и единственно возможная форма жизни — это комплекс Сфера. Живыми гномами на станции были люди и растения.

Растения преобладали необходимые для питания человека. Декоративные растения практически были запрещены. Все, что растет — должно было приносить пользу двойную: выделять кислород и давать пищу. Мясо — молочая промышленность отсутствовала. Недостающие микроэлементы получали, как сухой медицинский паек с Земли. Срок годности у сухого пайка был пять лет, на тот случай если прервется связь с землей, пять лет станция могла прожить автономно. Кислород вырабатывался на кислородной станции, электроэнергия вырабатывалась из ветра и солнечного света. Жизнь на станции протекала спокойно: алкоголь, сигареты, наркотики сюда не попадали.

По внутреннему периметру комплекса ездили высокие автомобили, по типу автобуса. Скорость передвижения зависела от пассажиров. Транспорт шел в четыре полосы, в зависимости от числа остановок и скорости. Вся эта движущаяся лента дорог, закрывалась крышей, имела свои входы и выходы. А на крыше над дорогами, находилась самая большая дорога пешеходная.

Пирамида была пронизана дорогами, как лучами, но в шахматном порядке, по высоте. Основная задача станции — вести наблюдения за другими планетами и немного за Землей. Телескопы различного разрешения находились на площадках предпоследнего этажа. Агрономы и астрономы — основные специалисты комплекса. Остальные знания были у избранных людей. На станции приветствовались браки между людьми по расчету, считалось, что такой брак самый крепкий. Если любовь можно просчитать, то она становится расчетной, а брак по расчету разрешался. Так был создан идеал семейной жизни. Семья должна быть крепкой, и по возможности единственной. Население комплекса не могло расти до бесконечности, и было незримо ограничено.

Коренное население — худощавые, стройные люди, не выше 180 см. Они много не требовали, были покладистые, уступчивые, услужливые, воспитанные в узком кругу общения. Развлечения на станции носили спортивный характер, рестораны на станции отсутствовали. Существовали красивые блоки приема пищи, для всех пища одинаковая, большого разнообразия быть просто не могло.

Преобладал чистый и размеренный уклад жизни. Если случайно рождался человек, которому в пищу нужно было мясо, то при первой возможности его отправляли на Землю, а в ответ на Макро могли прислать вегетарианца. Если кто-то психологически выбивался из общего русла, его отправляли в медицинские блоки и мозги ставили на место. Безболезненно все это не проходило, но средства для успокоения всегда у медиков были под рукой, так гасились все недовольства.

Если существовала жизнь в глубинах Макро, значит, должна была быть и вода, или ее замена.

В Макро была жизнь, но очень странная. Кроты — не кроты, живые гномы, с практически обезвоженным организмом. На поверхности Макро дышать было нечем, чем они дышали в глубинах песчаной планеты? Если внутри планеты была жизнь, значит, существовало и подобие воздуха. Или это роботы жили в катакомбах? Макро внутри была изрыто вдоль и поперек трудолюбивыми конечностями. В чем смысл их жизни? Охрана? Да, гномы охраняли Макро. Выходы на поверхность у них были прикрыты, и при необходимости они выныривали в месте стоянки космической ракеты, и вредили от души.

Чем гномы дышали на поверхности? А чем дышали ловцы жемчуга в старые времена на земле? Тренировка, и люди какое-то время могли пробыть в глубинах океана. Подземные жители Макро обходились подобием легких, требующим малое количество кислорода, и могли выбегать на поверхность планеты, задерживая дыхание. Чем они питались?

Макро было пронизано прожилками из питательных веществ и микроорганизмов, вдоль этих прожилок и жили коренные жители. Рост у них был маленький, не больше 50 см. Глаза, приспособленные к темноте, различали предметы. Они могли ориентироваться по запаху, осязание было хорошо развито. В качестве орудий труда макро — гномы использовали камни, найденные в глубинах планеты. Макро — гномы были покрыты шерстью, но животных не напоминали, было в них нечто, или что-то от разумных гномов, в целом они были весьма симпатичные.

Дороги внутри Макро соответствовали росту гномов, местами встречались большие помещения, в них находились предметы, излучающие свет. Жили гномы с некоторыми удобствами. К себе они переносили остатки интересные предметы из ракет, поэтому им нужны были ракеты, которые с Макро не могли улететь. Светящиеся предметы — гордость гномов, чем их было больше, тем больше был ранг макро — гномы.

Власть нужна внутри любой живой системы.

Гномы были обязаны находить новые питательные жилы, и охранять их от разрушения. Они давно заметили, что прибывшие на последних ракетах люди, не стремились покидать Макро, как это обычно происходило раньше. Они возводили огромные сооружения, и их было так много, что макро — гномы примолкли и не высовывались. Самосохранение у них работало. Иногда гномы утаскивали к себе в катакомбы маленькие предметы.

Поверхность Макро замерзала ночью и оттаивала днем, меньше всего это было заметно на песке. Макро — гномы опытным путем нашли линию терминатора, линию утра и один раз в макро день выбирались на поверхность, но эту линию знали и большие люди, так что эта линия пользовалась большой популярностью среди макро — гномов и людей в скафандрах.

Кто бы знал, как сфера понравилась гномам! О, они оценили преимущества нового строения больших людей! Макро — гномы в районе овощных посадок прокопали отверстия и с великим удовольствием выходили на поверхность внутри станции, когда люди спали по законам земного времени, а освещение в целях экономии практически выключалось. Гномы были счастливы в эти минуты, и строго соблюдали очередь внутри своего сообщества на появление в сфере.

Марина заметила выходы гномов внутри станции, она ожидала их появления и внимательно присматривалась к посадкам овощей. Она, заметив специфические неровности на овощных плантациях, стала ждать появления гномов. Для приманки Марина оставляла им вкусную еду у входа, очень ей хотелось еще раз увидеть милые гномы, которые являлись коренными жителями Макро.

Раньше всех макро — гномы заметил маленький Кросс, прибывший с Земли после подготовки. Марина и Кросс гуляли в районе посадок. Она увидела рожицу гномы. Кросс был немного больше гномы, вылезшего на поверхность. Пес был мал, и это привлекло внимание гномов, они решили послать одного гномы для знакомства. Знакомство состоялось. Кросс лапкой погладил гнома по голове, и тому это очень понравилось.

Марина рассказала Мартину о том, что видела местного жителя. Да, теперь надо было заводить официальное знакомство с гномами. Вскоре все жители комплекса знали о том, что в Макро есть жизнь. Главное — надо было ее не испортить, а изучить и найти в ней выгоду для жителей станции. Правила правилами, но всегда найдется нарушитель. Кто-то на космической ракете тайно провез маленького теленка. Нарушителя поругали, но жители комплекса так были рады животному, что пришлось разрешить теленку жить на станции. Теленку пришлось отвести место для еды и прогулок на овощном огороде, нашлись умельцы, посыпали клевер, и он вырос между капустой.

Той — терьер Кросс знал своего хозяина и вел домашний образ жизни, иногда с ним гуляли, чем радовали всех жителей. Макро — гномы стали чаще появляться на станции, им отвели место для встреч с людьми. Позже для них построили маленький домик в месте выхода их на поверхность. Детей к гномам близко не подпускали. Для безопасности место выхода макро — гномов огородили сеткой. Нашелся человек, который добровольно стал общаться с гномами внутри сетки, пытаясь выработать общий язык понимания.

Проникнуть в катакомбы люди не могли, дороги внутри планеты были слишком малы. Но чудеса всегда случаются. Кросс вместе с Мариной пришел к домику под сеткой. Кросс при первой возможности, ринулся внутрь Макро дорогами гномов. Происшествие немедленно обошло весь комплекс. Народ стал подходить к домику. Советы слушались и обрывались, из-за нереальности выполнения.

Макро — гном, который в это время был на станции побежал внутрь катакомб. Кросс побежал за ним, встречные гномы прижимались к стенкам при виде странного животного. Светящиеся камни указывали дорогу псу, ему не было страшно, а было очень интересно. Маленькие гномы собаку не пугали, и в какой-то момент Кросс устал и сел у питательной жилы Макро. Кросс ел пищу гномов, те столпились вокруг собаки. Подошел один из гномов, который объяснил остальным, что Кросс сбежал с нового комплекса больших людей. Собаку пытались гладить, он выгибал спинку, все были довольны. На своем совете Макро — гномы долго думали, что делать с таким большим гномом, как Кросс. А Кросс и не думал, он поел, отдохнул, и побежал по своему следу назад.

Макро — гномы побежали за собакой. У домика гномов скопились люди, они радостно наблюдали, как из норки выхода гномов вырвался наверх Кросс, и вскоре за ним вылетели десять гномов. Макро — гномы смотрели на людей, люди — на них, а Кросс подбежал к Мартину чумазый, но довольный. Руководство ЛКС приняло решение увеличить место для прогулок лунных гномов на ЛКС. Им сделали мини парк, но сверху закрыли сеткой.

Макро — гномы еще не были изучены полностью.

Комплекс на планете Макро себя постепенно окупал. Наблюдения с Макро, так отличались от наблюдений из обсерваторий Земли, что принято было решение о модернизации комплекса, а не о роспуске. Думали уже о том, чтобы с Макро производить запуск космических кораблей на другие планеты. Жизнь стала веселее. Появилось живое молоко. Появились Макро — гномы. Все это развлекало жителей комплекса. Люди ко всему привыкают: и к долгой ночи, и к длинному дню. Главное: Сферу надо было содержать в порядке и не допускать разгерметизации станции. Любое отверстие в сфере могло нарушить земной рай на планете Макро, поэтому были штатные наблюдатели и хранители сферы.

Новость о макро — гномах достигла Земли, нашлись люди, которых они заинтересовали. Был создан мини макро — ход для изучения жизни гномов в их катакомбах.

Мини макро — ход оснастили освещением, фотоаппаратурой, видеокамерой, — все это прочно закрепили, проверили на Земле и отправили на Макро.

На мини макро — ходе было место для одного гнома. Марина предложила самому любознательному из лунных гномов сесть на мини транспорт. Она показала действие аппаратуры. Его назвали Миль, надели на него одежку, отличающую его от остальных и на мини макро — ходе отправили в путешествие по дорогам гномов.

Макро — гномы разбегались по стенкам при виде ярко освещенного макро — хода, на котором сидел Миль. Его знали многие, но не все знали, что Миль является личным разведчиком Главы Макро.

Самое большое помещение занимал Глава Макро. Миль на макро — ходе приехал к Главе с докладом и показал новый вид транспорта. Блик, так звали Главу Макро, одобрил действия Миля и разрешил снимать помещения гномов, но при этом не показывать съедобные пласты, и не показывать военные части гномов, не показывать технику

Дело в том, что жители Макро сотрудничали с жителями Марса. Марсиане раньше землян посетили планету Макро, они установили в углублениях на поверхности планеты пушки для защиты от прибывающих космических кораблей. Пушки служили исправно и люди долго не могли освоить Макро, они боялись того, что космические корабли с Макро редко возвращаются.

Марсиане привозили Блику одежду, предметы роскоши, еду и технику. Все это было только у Главы Макро и его приближенных, остальные Макро — гномы ходили в своей шерсти и питались питательными жилами. Поэтому земляне, впервые увидевшие гномов, ничего не знали о связи Блика с марсианами, они считали, что Макро — гномы темные гномы и наивно полагали, что Миль снимет на пленку все секреты местного царства. Совершенно случайно на пленку видеокамеры попал сам Блик, проверить отснятую пленку они не могли, но в запретные места Миль не заезжал и лишнего не снимал.

Марина ждала Миля у выхода на поверхность в районе комплекса. Миль показался на поверхности на мини макро — ходе. Она поприветствовала его и передала пленку органам разведки, на этом ее миссия заканчивалась.

Изучением пленок занялись люди, прибывшие на Макро вместе с мини макро — ходом. Естественно больше всего их заинтересовал кадр, на котором было шикарное помещение, отделанное красивым материалом, с роскошной мягкой мебелью, со странным предметом, похожим на экран. В кресле восседал в мантии Блик. Бедные Макро — гномы, стоящие по стенкам дорог резко от него отличались и их пещеры были убоги, а еда скромной и непонятной.

Космические разведчики с Земли, решили, что надо выйти на связь с Главой Макро, они его сразу так назвали и угадали. Макро — гномы почему-то признавали одну Марину, и только ее приказы выполняли. Разведчики показали Марине самые интересные кадры и попросили поговорить с Маком, как только он появится на поверхности. Этот интеллектуальный Миль стал произносить звуки, напоминающие человеческую речь. Марина показала Милю снятые им кадры, он не удивился, возникло ощущение, что он знает больше, чем он снял на пленку.

Удивительно, но ему шла одежда, сшитая портными комплекса. Однажды Миль принес Марине алмазы, он сказал, что в его подземелье таких горошин много.

Транспортные ракеты Земля-Макро летали по расписанию, приземляясь на Макро в районе линии терминатора. Первый форпост в космосе притягивал к себе людей Земли. Каким-то образом кадры с планеты Макро постоянно появлялись на телеэкранах Земли. Земляне с нетерпением ждали демонстрации фильма о внеземной цивилизации.

Глава 8

Клапан жизни, изобретенный Магом Маком, замигал красным цветом. Марина тревожно прислушалась к своему состоянию, вроде все нормально, и в данный момент времени у нее ничего не болело. Этот маленький приборчик появился совсем недавно. А вдруг это проблема прибора, а не ее? Девушке захотелось больше поверить в поломку неодушевленного прибора, чем в свою еще непонятную болезнь. Прибор верещал, вращая недовольным красным глазом светодиода.

— Клапан, что я не так сделала? — спросила Марина у прибора, не выдержав его недовольства.

— Завтрак, ты съела завтрак, — механически ответил Клапан жизни.

— Смешной ты! Есть поговорка 'Завтрак съешь сам, обед раздели с другом, ужин отдай врагу'.

— Неправильно понятая поговорка, неправильная трактовка поговорки, — проговорил Клапан жизни.

— Умный Клапан, хороший Клапан, утро — это утро, обед — это обед, и вечером ужин.

— Нет! Нет! — замигала красная лампочка. — Даю правильное объяснение поговорке. Утро — это детство и юность, обед — молодость и зрелость, ужин — это старость человеческого существа.

— А я, что старая? На мне написано, что я пожилая женщина? Я еще совсем молодая девушка! — вскрикнула Марина, рассматривая себя в зеркале.

— Ты — молодая. Ты можешь съесть обед и ужин, но свой завтрак ты уже съела.

— Когда я съела свой завтрак? Я его съела сегодня, а ты сказал, что я поступила неправильно.

— Вчера ты была юная и могла съедать завтраки, а сегодня ты молодая и не должна завтракать.

— Я, что сегодня постарела?

— У тебя сегодня день рождения. Ты стала молодой. Ты должна есть обед.

— Жадный ты Клапан! Если у меня сегодня день рождения, мог бы и поздравить!

— Я поздравил. Я предупредил. Я поступил правильно.

Марина не стала спорить с прибором, а просто открыла инструкцию по эксплуатации Клапана жизни. Инструкция, написанная Магом Глебом, гласила, что срок службы Клапана жизни равен 100 годам. Именно на такой срок жизни рассчитана жизнь подопечного человека. В инструкции черным по белому было написано, что все утверждения Клапана верны и не должны оспариваться потребителем.

— Клапан, на сегодня ты дал все указания по состоянию моего здоровья?

— Да, — ответил Клапан, и погасил красную лампочку.

Почему все так несправедливо? Все детство и юность заставляли по утрам кушать, а теперь, когда Марина привыкла по утрам — есть, ей это запрещают? Тогда вместе с прибором надо вручать таблетки от аппетита или выкидывать прибор, чтобы не мешал жить.

Красный светодиод вновь замигал.

— Нельзя меня выкинуть, нельзя обо мне плохо думать, я защищаю твою жизнь, — заскулил Клапан жизни.

— Купила я тебя на свою голову!

— Ты меня не покупала. Тебе меня подарили. Я очень дорогой Клапан жизни меня нельзя выбрасывать! Прости, Марина, тебе разрешен легкий завтрак. У меня шарик за ролик зашел.

— Да ты вовсе не Клапан жизни, ты мой собеседник! Мне пора ехать на работу.

— Можно ехать на работу, — Клапан включил зеленый светодиод.

— Спасибо, на добром слове, — ответила Марина, и ей захотелось оставить Клапан жизни дома, но передумала и взяла с собой.

На улице царил ясный и прекрасный день. Безоблачная голубизна небес, вымытая вчерашним дождем, была безукоризненна. Температура воздуха 20 градусов по Цельсию, — горело на табло, стоящем на остановке общественно — полезного транспорта. Личные автомобили проносились по средним полосам дороги с каждой стороны. Центр дороги занимали специальные виды транспорта. По крайним дорогам перемещался общественный транспорт. Марина посмотрела на все виды транспорта и вздохнула.

— Правильно, надо идти пешком по Кленовой аллее, — медленно проговорил Клапан жизни.

— Почему я должна идти пешком? — недовольно проговорила Марина, — на любом транспорте можно быстрее добраться до работы!

— Быстрее — пешком! Ты молодая, ты должна идти по Кленовой аллее.

— Нет!

— Попрошу без отрицаний! — строго проговорил Клапан жизни.

— Затихни! Я пойду пешком. Ко мне приближается Лизавета. Клапан помолчи, будь так любезен.

— Я буду любезен. Лизавета — можно.

Девушка посмотрела еще раз на синеву небес, на длину Кленовой аллеи, и перевела взгляд на Лизавету. Она выглядела великолепно в белых кроссовках, белой футболке с золотой отделкой и светлых джинсах. Лизавета остановилась рядом.

— Здравствуй, Марина! Идем по кленовой аллее?

— Идем, — как робот ответила Марина.

— Что так невесело отвечаешь? У тебя сегодня день рождения? Поздравляю!

— Спасибо, — уныло ответила Марина и пошла рядом с Лизаветой под зеленой листвой кленов.

— Как сегодня отметишь день собственной молодости? Теперь тебе можно все. Вот думаю, не предложить ли тебе поездку на море? — спросила Лизавета, жмуря глаза от солнца, и доставая солнцезащитные очки в белой оправе.

— Приятное предложение, но его надо протестировать моим Клапаном жизни. Если поездка мне подойдет, то почему нет?! Ты — красивая! Я — великолепная! Почему бы нам не поехать на море? — довольно бодро проговорила Марина, встряхнув золотистой копной волос.

— Ты права. Внешне мы хорошо смотримся. А если мы подойдем по остальным параметрам, то нам кто-нибудь сделает официальное предложение руки и сердца.

Но, где мы будем жить на море? — без эмоций спросила Лизавета.

— Где жить? Хороший вопрос. Если ты будешь готовить на двоих, то вместе, а где — подумаем, — холодно ответила Марина. — Лизавета, а ты утром завтракаешь? — с болью в голосе спросила Марина.

— Я завтракаю ли утром? Ты об этом спрашиваешь? Вот и первый вопрос теста, из одной ли мы с тобой прослойки общества? Я пью утром черный кофе.

— И давно ты так завтракаешь?

— Со дня своей молодости, — спокойно ответила Лизавета.

— Хорошо, я попробую пить черный кофе и загрызать его сухими галетами, — улыбнулась Марина, — но мне это очень не нравится.

Девушки замолчали. Они все шли и шли мимо кленов, пока аллея не закончилась, пока перед ними не открылся вид на великолепные здания офисов и лабораторий. Они еще раз улыбнулись друг другу и разошлись по своим зданиям. Марина одна ехала в лифте.

Неожиданно подал голос Клапан жизни:

— Море — правильно, — и Клапан замолчал.

— Высказался, а промолчать не мог! — возмутилась Марина. — Я и сама знаю, что молодые женщины должны выходить замуж, а юные не могут. Юные — учатся, молодые — работают. Я — работаю, я молодая, мне можно все, кроме завтрака. Спасибо, что море разрешил.

— Пожалуйста, — загорелся зеленый светодиод Клапана.

Марина вошла в лабораторию по созданию нетривиальных приборов, поздоровалась с сотрудниками и села на свое место. Она включила компьютер, полила цветы, причесала волосы. В это время открылась дверь, и в нее вошли все сотрудники фирмы. Они поздравили Марину с днем рождения и великим днем молодости! На столе появился огромный букет свежих роз в каплях росы. Все вышли. А Марина превратилась в тень самой себя и потонула в странных мыслях…

'Приятно находиться в тени, и смотреть на то, как солнце, освещая своими лучами царственных особ, теряет свою неиссякаемую энергию. За окном: небо, солнце, шум самолетов, листья, вымытые последним дождем. Там все, тут нечто. Где я — там тень. Тень создается вольно и невольно, или это она сама всегда находит себе прикрытие? Вероятно так. Я — скромнейшая. Я — величайшая. Я — госпожа всевидящая Тень. Я родилась. Я появляюсь каждый день, каждую секунду, каждый миг. Я везде, я повсюду. Меня знают все, я всевидящая Тень событий, я под каждым листком. Я под каждым кустом. Меня нет на солнце. Меня любят в жару, меня обожают, ища у меня прохладу в знойный час. Меня увеличивают в размерах, строя дома и подземные переходы. Иногда ко мне стремятся сильные мира сего, и я их на время скрываю в прохладных залах их дворцов. И однажды я, прохладная на чувства Тень влюбилась в Мартина, он был обворожительным мужчиной. Я уже говорила, что люблю свет, из-за него и существую я — Тень. Он лежал под балдахином из утренних лучей, они струились из круглого окна в потолке, они сползали по прозрачной занавеси к его божественным ступням. Мартин был весь на свету. Весь. У меня не было возможности подойти к нему. Я хотела подкрасться к нему, приласкать своей прохладой и не могла. Я была бессильна. Я стала маленькой, маленькой, я спряталась в его башмачках и стала ждать, когда ко мне придут его благословенные солнцем ноги. Кем я могла бы стать в его башмаках? Только маленькой, крошечной девочкой. И почему его башмаки так малы? А то я стала бы тенью! Мечты, мечты, как вы прелестны! Но еще прелестней Мартин! Рядом с ним я теряю свою силу, свое могущество, он прямолинеен в мыслях и чувствах. В его душе нет места для меня'.

— Приди в себя, приди в себя, — громче и громче стал приказывать Клапан жизни.

Марина с трудом вернулась мыслями в мир Клапана жизни. Она давно не видела Мартина, улетевшего на планету Фар.

— Одна роза ядовитая, ее запах тебя одурманивает. Выброси розы, — медленно проговорил Клапан жизни.

— Неудобно, мне подарили цветы, а я их выброшу?! — возмутилась Марина.

— Мне трудно держать тебя в этом мире, мне трудно… — сказал Клапан жизни и на нем появился желтый цвет светодиода.

— Я выброшу розы! — вскрикнула испуганно Марина.

Она на самом деле взяла букет цветов и вынесла его из офиса, надев на него большой полиэтиленовый пакет. Никто не смотрел в ее сторону. Она вышла на улицу. Небо покрыли темные тучи. Подул свежий ветер.

— Хорошо, — сказал Клапан жизни, — одну жизнь ты потеряла, став тенью, исчезнувшей под пяткой Мартина.

— Ты и это знаешь?!

— Я знаю все твои мысли и жизни.

— Так расскажи мне, что будет со мной.

— Нет, все по порядку…

Вечер оказался полной противоположностью утру: тучи, прохладный ветер, дождь, накрапывающий без перерыва. Марина отменила дома празднование дня молодости. Ей хватило поздравления среди сотрудников. Ее волновал вопрос: кто брызнул яд на розу? Все сотрудники не могли быть настроены против нее и желать ей смерти. Это сделал кто-то один. Кто? Клапан жизни молчал и не поддерживал беседу мыслей, его пришлось подключить к аккумулятору досрочно, он сегодня ее спас своими дополнительными функциями и заслужил питание. Марина, как сон вспоминала Глеба. Почему она попала ему под пятку в качестве тени? Она могла попасть под подъем ноги и выжить без энергетических затрат Клапана жизни. Или у него плоская стопа и он наступил на остатки тени в башмаке? Сон и жизнь совпали, а ее спас Клапан жизни. Два минуса и один плюс.

Кому мешала жить Марина на своей фирме? — думал детектив Тихон, по совместительству главный детектив округа. К нему поступали сигналы Клапанов жизни на пульт управления. Он лежал на ложе нового образца, его голова лежала на двух согнутых за головой руках. Марина ему на самом деле нравилась, а кто ее ненавидел, — это другой вопрос. Ясно, что у нее есть прибор Клапан жизнь, у него он тоже есть, дорогое надо сказать удовольствие. Марина ему сказала, что одна роза была отравлена, это определил ее Клапан. Следовательно, надо подключать компетентные органы для розыска злоумышленника. А что, если это сделал представитель компании, изготавливающей Клапаны жизни? Таким образом, они повысят цены на свою продукцию. Но информация об отравленной розе в средства массовой информации не проникла. Так, так, так и все лесом. Надо разораться в ее коллективе: кто, зачем и почему, но у него доступа в ее здание не было. Тихон уснул, перевернувшись на бок. Утром он продолжил работу в этом направлении. Прибор Клапан жизни был нашпигован миниатюрными датчиками, определяющими отравляющие вещества, и снабжен логической начинкой в виде очень сложной микросхемы. Он был миниатюрен и похож на маленький сотовый телефон, чьи скромные функции он выполнял для прикрытия свой сущности и назначения. Жаль, он не был предназначен для поиска преступника. Хотя, почему нет?

Детектив Тихон все прекрасно понимал и решил обойти всех сотрудников Марины, заказав себе пропуск в ее лабораторию. В день рождения люди могли покидать рабочее место, раньше обычно и это не являлось нарушением дисциплины. Они могли забирать подаренные цветы, поэтому никто ничего из сотрудников не понял, что было на самом деле с Мариной. Она, как обычно пришла на работу и внимательно посмотрела на людей в момент общепринятого приветствия. Марина искала взгляд удивления тому, что она жива. И не нашла ничего необычного в поведении людей. Тихон наблюдал шествие по офису Марины на экране. Взгляды людей он сверял с поведением Клапана жизни. Он надеялся, что обнаружит того, кто отравил розу. И Клапан мигнул красным светодиодом на одно мгновение. Это означало, что доза отравляющего вещества очень мала, но она есть, и при необходимости можно взять ее формулу с миниатюрного записывающего устройства. Тихон мельком посмотрела на того, рядом с кем вспыхнул и погас красный светодиод Клапана жизни Марины.

А Марина прошла мимо этого человека, сделав вид, что ничего не произошло. У нее возникло странное ощущение тяжести, словно этот человек на нее навалился своим телом. Она села на свое место, но чувство тяжести и общего угнетения не проходило. Клапан жизни молчал. Марина боялась думать на эту тему и занялась своими прямыми обязанностями. В конце дня Марина позвонила детективу Тихону, и они вместе пошли домой по Кленовой аллее. Небо над рядами кленов было подернуто перистыми облаками с красноватым оттенком. Они заговорили почти одновременно, спеша выпустить пар напряжения от собственных мыслей.

— Марина, как день прошел? Ты нашла того, кто мог отравить, подаренные тебе розы? — спросил Тихон. — Я видел на экране, как твой Клапан жизни мигнул на остатки отравляющего вещества.

— Думаю, что я знаю, кто отравил розы, — задумчиво ответила Марина. — Тихон, ты прав, но я не понимаю, почему Он это сделал?! — с искренним удивлением проговорила Марина.

— Значит это Он? Кто Он? Что у вас с ним? — быстро спросил детектив Тихон.

— Да я меньше всего знаю этого человека! Мы вообще с ним не связаны ничем! Я не понимаю!! — воскликнула в сердцах Марина.

— И правильно! Не понимай! Понимать буду я. Марина, будь с ним осторожна и предупредительна, — предупредил детектив Тихон.

— Я боюсь, — тихо пролепетала Марина.

— Я тебя понимаю. Пойми, Марина, твой уход из фирмы ничего не даст! Если кому-то надо тебя достать, то они достанут тебя в любом месте. Назови Его! — потребовал детектив Тихон.

— Его зовут Мартин. Сейчас он стоит в конце Кленовой аллеи! — со страхом в голосе воскликнула Марина.

— Вижу! Не суетись, Марина. Нам до него осталось идти метров пятьдесят. Посмотри, на проезжей части дороги рядом с ним стоит автомобиль. До машины ему бежать пять метров. Он брызнет ядом на нашу дорогу или уже брызнул, и уедет. Смотри, он уже уехал. Шустрый. Поворачиваем назад, — предложил детектив Тихон. — Отличная ситуация, но Клапаны молчат и мы еще живы, бежим в лесопарк. Марина, иди за мной.

Они зашли в придорожный лес, прошли десять метров в сторону от дороги. Чувство цивилизации исчезло, словно ее никогда не существовало. Дорог для проезда автомобилей в лесу не было. Они шли по тропинке в сторону противоположную дороге. Внезапно они услышали резкий, непродолжительный звук клаксона и все стихло. Березы, сосны, ели, осины в разном возрасте окружали Марину и детектива Тора со всех сторон. Под ногами то и дело хрустели старые ветви, если они забывали их переступить. Папоротник гордо рос вдоль узкой тропы, по которой можно было пройти только по одному. Лесные цветы цвели поодаль, они к тропе близко не приближались. Значит этой тропе десятки лет, хоть она и мала, и узка. Ветви над головой надежно закрывали путников от вида сверху.

— Марина, мы куда пойдем? Можно выйти на остановку моно поезда, но к ней может подъехать Тор. Можно вызвать подкрепление, но они могут нам не поверить, либо запеленгуют его сторонники.

— Я так понимаю, единственный выход — обезвредить Мартина, — сказала Марина, хлопая ладонями по открытым частям тела, прихлопывая комаров.

— Замечательный выход, но неосуществимый, — с сарказмом заметил Тихон.

— А что если он брызнул средство от комаров, а мы подумали, что это отравляющее вещество? Где доказательства, что на розе был яд? Яд для комаров ядом для людей не считается, но Клапан мог не уловить этой разницы!

— Смешно, но не лишено логики. Заметь, Марина, Клапаны молчат, как провинившиеся жуки. Пойдем домой, погуляли по лесу и достаточно.

Они вышли на тропу, по которой могли пройти вместе. На лесной тропе встречались корни елей и многочисленные слои иголок. Хвойная часть леса дышала мудростью и благоразумием. Вскоре они разошлись по своим домам. Дома Клапан продолжал молчать. Марина приготовила ужин, поела без реплик прибора, включила телевизор. На экране по всем каналам показывали красную рябь, смотреть видео фильмы не хотелось, она задремала.

'Я Тень, я живая, я спряталась под сводом подошвы Мартина. Он засмеялся от легкой щекотки и почесал ногу, а заодно коснулся меня. Мне приятно, я еще больше полюбила его и свернулась в маленькое овальное пятно, чтобы не исчезнуть вовсе, и пошла вместе с ним. Он подошел к бассейну, сбросил меня вместе с башмаками и нырнул в воду. Нырнул неудачно, не было у него прибора Клапана жизни. Свернул он себе шею о дно бассейна. Подбежала охрана, его выловили и отвезли в больницу. Любая операция стоит денег. Летняя ситуация со свернутыми шеями врачам хорошо известна, не все ныряльщики выживают. За Мартина заплатили наличными и ему сделали сразу две операции. При первой операции вынули нижнее ребро, при второй операции ребро вставили в шею. С двумя швами он вернулся в жизнь, но башмаки ему еще не светили, он лежал. Я, как Тень, отдыхала, я научилась жить под поднятыми частями тела а. Ему было очень плохо, а я его утешала, как могла. Он моего присутствия не чувствовал. Я проснулась, перевернулась, посмотрела на черную ночь за окном. Я встала, подошла к окну, посмотрела на далекие и близкие звезды'.

В этот момент Марина проснулась, подошла к окну и услышала механический крик Клапана жизни:

— Осторожно!

Она отшатнулась от окна. В комнату влетел булыжник, так ей показалось. Но булыжник оказался с дырочками, он стал вращаться, а из отверстий пошли струйки неизвестного газа.

— Не дыши! Выйди из комнаты! — услышала Марина крики Клапана.

Она приостановила дыхание, выскочила на балкон, вдохнула воздух и заметила внизу Мартина. Он садился в автомобиль.

Жизнь продолжалась. Марина считала дни с мини завтраками, ощущая терпкий вкус кофе. Стекло в комнате сменили, и она к нему близко больше не подходила. Мартин на работе был славным малым, улыбался, общался, работал. Жизнь Марины шла по накатанным рельсам существования. Иногда она вспоминала Мартина из своего сна, где она была его рабыней Тенью. Однажды Марина открыла газету и прочитала, что Добрыня Никитич купил акции серии гостиниц во всех странах. Марина удивилась. Почему-то она считала, что Добрыня Никитич выдумка, или, по крайней мере — сон, как и Мартин. Оказалось, что Добрыня Никитич реальный человек! Но она-то в действительности не Тень! Как им встретиться в реальной жизни? Уснуть? Но не в каждом сне Марина бывала рядом с Мартином, а рядом с Нептуном даже и во сне не была. И еще есть непонятный Мартин. Есть почти реальный Маг Глеб. Три реально — нереальных мужчины. Марина подошла к большому зеркалу в серебристом ореоле рамы, посмотрела на себя. Мыслей не было. А что было? Клапан жизни и девушка. Внешность обычная, так считала она. Чего она хотела? Мысли прервались.

В окно влетело желтое облако, которое превратилось в Мартина…

Худо — бедно, но за космические полеты Мартин и Марина получили приличный гонорар, что позволило им купить личную дачу и гулять по деревне Медный ковш.

— Отдаленное будущее, как и отдаленное прошлое, с первого взгляда имеет 5 различий из десяти пунктов, естественно при сравнении с настоящим временем, — проговорила Марина.

Она рассматривала коромысло, лежащее рядом с человеком, или подобием человека.

— И что ты скажешь об этом человекоподобном существе? — с напряжением в голосе спросил Мартин.

Они склонились над человеком, лежащим дугообразно, словно он повторял линию коромысла. Рядом лежали два пустых ведра. Молодой человек в серебристом комбинезоне попытался качнуть лежащего человека, судя по всему, он еще был жив, но полностью невменяем.

— Марина, может быть, он выпил два ведра воды, и потому такой тяжелый на подъем?

— Мартин, ты скажи еще, что он выпил тяжелую воду, — насмешливо ответила девушка в ярком, желтом комбинезоне, — скорее всего, человека ударили коромыслом по голове.

— Это в тебе детектив проснулся. Но у нас с тобой совсем другое дело. Нас не должные волновать чужие пустые ведра, — быстро проговорил Мартин, пытаясь увести Марину от коромысла. — Пойми, он жив, он сам проснется, а нам совсем ни к чему быть узнанными.

Марина невольно подчинилась, и быстро села в его спортивную машину. Желтая машина рванула с места, оставляя за собой облако местной пыли.

Человек, лежащий рядом с коромыслом, лениво посмотрел вслед желтому облаку.

— О, разбудили! Поспать не дали, — и он вновь свернулся в клубок рядом с коромыслом.

К коромыслу подошла женщина в ситцевом платье с цветочками, она подняла оба ведра и коромысло, не обращая внимания на мужчину, лежащего на траве, и медленно пошла колодцу. Женщина спокойно потянула к себе ведро, закрепленное на журавле, и с ужасом отшатнулась от него: в ведре виднелась ядовито — желтая жидкость. Она попыталась вылить желтую смесь на землю, но она свернулась в клубок, как мужик у коромысла и зависла на дне ведра. Женщина решила снять ведро с журавля, но у нее ничего не получилось. Местная общественная бадья была хорошо закреплена от варваров. Тогда она вернулась к лежащему мужчине и стала его будить, но тот вел себя не актуально. А дома у нее не было воды, даже в умывальнике, а пресловутое деревянное, зеленое удобство скрывалось среди кустов зеленого крыжовника.

В это время желтая машина притормозила рядом с престижным домом, окрашенным в солнечный желтый цвет, он был, как одуванчик на газоне. Марина первая покинула машину, на ходу снимая желтый комбинезон, и улыбаясь фирменной улыбкой, вошла в ванную комнату. Она легко коснулась крана, вода полилась ей на руки, она еще раз повернула кран и вода забила из разных концов голубоватой ванны, наполняя собой емкость. Она плотнее прикрыла за собой дверь.

Пока Марина была в ванной комнате, Мартин в холле включил экран размером в стену и увидел репортаж с Макро. Вся жизнь землян словно отражалась на новой планете. В передаче с Макро показывали удобства в новых домах, но вместо прозрачной воды из крана лилось желтое соединение непонятных веществ. Мартин передернулся, вспоминая, что сегодня они с Мариной опять пытались умыться этим редким веществом, доставленным ими лично с Макро, но только испачкали местный колодец. Ему стало совестно, что он оставил желтый клубок слизи в ведре колодца, хоть он и стоил больших денег.

В деревне к колодцу стали подходить люди с ведрами. Этот колодец с журавлем и бадьей был один на небольшую деревню, а брать воду из реки жители отвыкли. Мужики пытались снять бадью, закрепленную цепью к журавлю, но у них ничего не получалось, а опускать желтый, склизкий сгусток в колодец они не хотели. Неожиданно мужиков, одетых в спортивные костюмы, устаревшего образца, стал отталкивать от бадьи крепкий мужик в серебристом комбинезоне. Он ловко схватил желтый сгусток руками в странных перчатках, и вскоре исчез в желтой машине.

Марина вышла из ванной комнаты и увидела, входящего в дом Мартина, несшего в руках желтый комок космической слизи.

— Марина, мы с тобой забыли образец моющего вещества с Макро, я его вернул…

Любой отдых заканчивается. Пока Марина и Мартин летали, отдыхали, любили и разводились, Маг Мак сменил поле деятельности. Он теперь занимался разработкой чувственных приборов. Космические просторы его перестали волновать. Так, что Марина вышла на работу, которая без нее сменила свое направление.

Маг Мак случайно узнал о страшной стене в новом пансионате 'Здоровый миг'. Он нарисовал эллипс, который должен был спасти людей от стены, нервно собрал бумаги, и вышел из офиса. Марина посмотрела вслед некогда сильному человеку и удивилась его униженному состоянию. Мужчина казался слабым и тщедушным. Его волосы поникли, словно срослись с головой. Он медленно закрыл за собою дверь. Девушка с ужасом взирала на шефа. Но, что это?! Едва выйдя за дверь, Маг Мак тряхнул головой, и волосы послушно окутали его львиной гривой. Глаза сверкнули искрометным огнем. Лицо расплылось в дружеской улыбке, и исчезло за закрытой дверью.

Девушка почувствовала прилив сил от прощального взгляда мага, словно ее прошил положительно заряженный сгусток энергии. Она расслабилась от напряжения последних минут. Что заставило столь известного мага изобретателя покинуть свою известную фирму, она еще не осознала. Марина находилась в полной растерянности, но последний взгляд шефа внушил надежду. Она понимала, что его уход непременно ее коснется не лучшим образом. Нет, все будет хорошо, — подумала она, вспомнив прощальный взор, обладающий странной силой, словно он забрал ее вместе с собой в другой мир.

Глава 9

— Глеб, есть для вас серьезное задание: создать секретное оружие под названием 'Астра'. Прибор стреляет магнитными лучами в металлические предметы на человеке. С таким прибором легко можно обезвредить любого человека с оружием в руках, — проговорил Маг Мак.

— А почему астра?

— На кончике прибора находится шарик с отверстиями, из которых могут выйти лучи, то есть получается цветок, типа астры или хризантемы.

— Чем отличается астра от хризантемы? — спросил насмешливо Глеб.

— Принципиальное отличие состоит в том, что хризантема потомок астры. Хризантема самая одомашненная культура для срезанных букетов, а астра уличный цветок, который расцветает поздно, когда наступает осень. Общая черта — множество лепестков весьма похожей формы. Люби — не люби. Так почему нельзя хризантему астрой назвать? Астра на улице цветет, хризантема в квартире в вазе стоит до трех недель. Могут друг на друга смотреть в окно, могут дать название приборам, — высказал свои суждения начальник КБ.

Мартин стоял под окнами любимой женщины с букетом белых хризантем. Марина вышла из здания с Глебом, и прошла мимо белого букета. Мартин посмотрел ей вслед и опустил букет в сугроб. Марина обернулась, посмотрела на цветы в сугробе, бросила своего попутчика и вернулась к Мартину.

— Мартин, ты, почему стоишь у проходной? Здесь тьма людей проходит, меня многие знают.

— Марина, я люблю тебя! Влюбился я, понимаешь? Хожу за тобой, а ты мимо меня с разными мужиками проходишь.

— Я иду с работы! На работе я в основном работаю с мужчинами, поскольку работа носит технический характер. С ними иногда выхожу из здания.

— А мимо меня, почему прошла?

— Мы разговаривали, надо было фразу закончить. Бери букет из сугроба, и идем со мной. У меня есть полчаса времени.

— В ресторан пойдем на часок?

— Мартин, я в рестораны не хожу, — раздраженно проговорила Марина.

— Хорошо, просто пройдем по улице.

Снег поблескивал в вечерних лучах уличных фонарей. Мартин пытался взять Марину за руку или под руку, но она выдергивала свою руку из его плена.

— Здесь люди, неудобно идти за руку.

— Ты хоть цветы возьми, — проговорил Мартин недовольным голосом.

Марина взяла букет цветов из рук Мартина, и понесла их головками вниз. Она знала все тропки и дорожки, ведущие в сторону ее дома. Ей ничего не оставалось, как часть дороги пройти по людному кварталу. Вместе со спутником она свернула в сторону лесопарка.

Мартин остановился, пройдя десять метров среди сосен и елей.

— Марина, постой немного! — взмолился он.

Молодая женщина остановилась по велению мужчины. Он схватил ее руку, потом обнял. Из ее рук хризантемы плавно опустились в очередной сугроб, вслед за букетом в сугроб опустилась и женская сумочка. Мартин поцеловал губы Марины, если бы они были из металла, то он бы к ним примерз, но теплые губы женщины, после краткого и неожиданного поцелуя, дернулись и отвернулись.

— Ой, Мартин! Не надо! Ты хотел поговорить, так говори!

— А что с тобой разговаривать! Ты все молчишь и на все предложения говоришь: нет!

— Пройдем немного по дорожке, — сказала Марина, достала цветы и сумку из сугроба.

Мартин шел рядом с Мариной, но недолго. Он остановился и вновь попытался приблизиться к женщине, но женщина отгородилась от него букетом и сумкой.

— Марина, ты как собака, но не на сене, а на снегу. Нас здесь никто не видит!

После его слов в конце лесной аллеи показались парень с девушкой. Девушка бросила сумку в сугроб, и они обнялись.

— Посмотри, ты говоришь, что нас никто не видит, да нас уже копируют! На месте моей сумки в сугробе лежит сумка девушки, и они целуются!

— Пойдем, Марина в ресторан!

— Не пойду, ты чего от меня хотел?

— Дай свой домашний телефон и адрес.

— Мартин, хватит тебе и моего рабочего телефона.

— Марина, тогда ты ко мне приезжай в командировку. Мы тему закрываем, изделие в серию пойдет.

Алюминиевые профили были новинкой, достойной внимания руководства фирмы. Группа конструкторов разрабатывала алюминиевые профили, используя большой опыт мудрых стран. Что интересно, в одной восточной стране делали такой прочный алюминий, что его инструменты перепилить не могли, а химики при всем своем оплаченном желании, не могли полностью понять химический состав алюминиевого сплава.

Начальник Марины, Маг Мак, сидел на своем рабочем месте, у него была изумительная, окладистая борода, и он любил повторять, как его встретили в городе Горном, где запускали в серию алюминиевые профили:

— Марина, приехал я в город, а навстречу мне идет мужик и говорит: 'Ой, Карла Маркса идет!'

В командировку в город Горный, Марина приехала летом, скорее не приехала, а залетела с восточным ветром на самолете в столицу Славных гор, а потом на автобусе доехала до города Горного. Ночь в чужом городе. В час ночи Марина оказалась в гостинице при вокзале города, куда взяли ее по командировочному удостоверению. Мартин о приезде Марины в город не знал.

Утром Марина с технической документацией поехала на завод. Город полукругом был окружен крупными заводами. В один из них надо было попасть Марине. Она села в автобусе близко к кабине шофера. Ее профиль отражался в темном стекле кабины. Автобус столкнулся с машиной, которая резко затормозила перед автобусом. Вмятина в автобусе была со стороны Марины. Шофер только успел открыть дверь, как Марина выбежала из автобуса одной из первых. Потом она пошла на ближайшую остановку и опять села в автобус.

В задачу Марины входила встреча с главным инженером завода, но не встреча с Мартином. Заводоуправление размещалось в старом двухэтажном здании. На втором этаже находился кабинет директора и главного инженера. Директор был на месте, и из его кабинета иногда доносились слова, если кто-нибудь дверь открывал.

Судя по всему главной задачей директора на тот момент было… разведение свиней для заводской столовой. Главный инженер, красивый, высокий, пожилой мужчина спокойно встретил Марину, они подписали нужные бумаги. Завод брал на себя выпуск алюминиевых профилей, но далеко не всех. Остальные заказы позже поместили на других заводах. Марина вышла из заводоуправления.

С букетом астр ее встретил Мартин.

— С приездом, Марина!

Марина взяла астры, она любила эти поздние цветы лета, но не знала, как ей отреагировать на внимание Мартина.

— Привет! Я сегодня же уезжаю.

— Хорошо, что мне сообщили о твоем приезде, а то бы совсем не увидел.

— У нас есть время на прогулку.

— Ресторан не предлагаю, я на работе. Пройдем по территории завода.

Мартин, заместитель главного инженера, на своей территории вел себя весьма официально. Марина достаточно быстро оказалась одна и поехала в гостиницу взять свои вещи, потом села на электричку, которая доставила ее в столицу Славных гор. В городе Горном ее поразили люди, они в основном были невысокого роста, и только когда стали подъезжать к столице Славных гор, в электричку стали заходить высокие парни.

О положительных результатах командировки Марина доложила заместителю главного инженера фирмы, который руководил работами по разработке, изготовлению и внедрению алюминиевых профилей. На доске почета завода весел профиль Марины, всю конструкторскую группу сняли, за последние достижения в разработке и использовании алюминиевых профилей, изготовленных в красивых горах.

Глеб приходил в КБ, вставал рядом с кульманом и смотрел на Марину. Он был веткой сирени на асфальте. Напряженная работа Марины всегда сопровождалась влюбленными мужскими глазами. Из алюминиевых профилей в течение одного месяца сделали сто шкафов для контрольно-измерительной аппаратуры. Сборочный участок работал необыкновенно быстро. Шкафы не сваривали, как это было со стальными шкафами, их просто свинчивали.

Марине предстояло за месяц разработать несущие конструкции семи блоков для одного из этих ста шкафов. Семь блоков за месяц — это много. Подобные задачи получила еще двое мужчин конструкторов. Когда на сборочном участке собирали три шкафа с контрольной — измерительной аппаратурой, народу набежало необыкновенно много. Кто-то сказал, что при сборке шкафа Марины были допущены ошибки, на что рабочие сборщики ответили, что у нее было меньше ошибок, чем у других конструкторов.

Глеб всегда появлялся бесшумно, и еще он умел ждать. Если Мартин, был командировочным человеком, то Глеб был свой, с того же отделения НИИ, где работала Марина. Его можно сравнить с веткой сирени.

Рядом с Лизаветой, слева от нее сидела Марина, молодая женщина с полу длинными волнистыми волосами, которая сменила несколько фирм и вновь вернулась в КБ Лизаветы. Марина приходила утром на работу, садилась за стол, снимала кольца, смазывала руки кремом, надевала кольца и поворачивалась к кульману, словно исчезала из поля зрения Лизаветы. Марина была явно не равнодушна к Глебу. И Лизавета иногда не могла понять, на кого он больше смотрит: на нее или на Марину? Марина была изящней Лизаветы, ходила стремительно на высоких каблуках, пользовалась хорошими духами. Как-то Марина показала в магазине духи Лизавете, которыми она пользуется. Лизавета купила эти духи. А Глеб потерял ориентацию окончательно между ними. Вероятно, с этого момента он стал смотреть на Лизавету, или он приходил вдыхать знакомый аромат? Весна влетала в окна, а на кульман Лизаветы кто-то положил ветку сирени. Женщина увидела уходящий силуэт Мартина.

Глеб предложил разработать каталог алюминиевых профилей, но сказал, чтобы эту работу выполнила Марина. Он был вхож к руководству фирмы. Сам он часто к Марине не подходил, но дополнительно оплачиваемая работа к ней поступала не без его участия. У Мартина в доме произошел несчастный случай, скорее не в доме, а на даче. Сильнейшая гроза бушевала над дачным домиком. Ребенок оказался рядом с розеткой. Его убило молнией, которая ударила в дом и прошла сквозь розетки. Дачники, когда строят свои дома, не думают о громоотводах, а молнии не дремлют. Молнии не дремлют и над зонтиками. Женщина шла мимо здания под зонтом. Молния ударила в зонт. Женщина погибла. Мартин и Глеб разговаривали о грозовых трагедиях, когда мимо проходила Лизавета.

Мартин, как всегда приехал в командировку, но на этот раз к Глебу, у них была общая работа, но пропустить Лизавету мимо себя они не могли. Мартин менял города, где жил и работал, но не менял место свой постоянной командировки. На Мартине была черная рубашка, на Глебе рубашка была ярких осенних цветов в полоску. Лизавета удивленно посмотрела на рубашки, она слышала их тему разговора, но прошла мимо них без лишних слов. Одно к одному.

К Лизавете подошла Марина и стала рассказывать, что ее кузину убило молнией через розетку, но это произошло в другой стране. Лизавета удивленно посмотрела на Марину, что это все сегодня о молниях говорят? А что могла добавить в эту тему Лизавета? Что один ее родственник, был убит шаровой молнией, которая влетела в открытое окно. Мартин подошел к Марине, его интересовали каталоги о свинчиваемых каркасах. Каталог был уже почти готов.

Техника по изготовлению каталогов была на таком уровне: пишущая машинка, клей, калька и тушь. Марина писала текст, делала чертежи, копировщицы копировали чертежи, машинистки набирали текст, корректор — руководила работами. Каталог был выпущен в количестве 500 штук, и разошелся по фирмам. Через некоторое время выпустили еще столько же каталогов, которые взял с собой Мартин в один из своих визитов. Черная рубашка Мартина стояла перед глазами Марины, но говорили они только о работе.

Удивительное было время: постоянно менялось руководство страны или города, каждому руководителю от фирмы полагался подарок в виде очередной технической новинки. Несущую конструкцию любого подарка выполняло КБ. Работа считалась почетной, за нее немножко доплачивали. Может, поэтому так быстро менялось в те годы руководство страны, чтобы Марине перепал лишний червонец?

Самым большим развлечением для сотрудников фирмы был сбор картофеля или сахарной свеклы. Все отделение выезжало на поле. Погода бывает доброй, а бывает, и нет. Если работать в здании, то дождь не помеха, если собирать картофель под проливным дождем, надев на голову мешки для сбора картошки, то это уже развлечение не для слабых здоровьем людей. Мешки намокают быстро, куртки от дождя длительное время не спасают, зонт не раскроешь. Но осень на осень не приходиться, и бывает осень ослепительно золотой и теплой. Бабье лето.

Глеб после того, как собрали картофель со своих рядов, подошел к Марине, и они ушли с поля через зелено-золотой лес. Листва слабо шуршала под ногами, трава еще зеленела, они шли по проселочной дороге и разговаривали. Глеб говорил и говорил. Марина слушала его необыкновенно красивый тембр голоса. До чего он был красив! Огромные, просто огромные глаза! Тонкий нос. Крупные губы. Чистый лоб. Форма лица такая, что нет такого актера, который мог бы его сыграть, ну разве что, один американский актер, который играл с Мадонной. У них еще была любовь у перевернутого дивана. У Глеба и Марины не было совместного дивана, даже перевернутого. Был лес в первой стадии осени. Волшебный лес. Они вышли на маленькую поляну. Глеб сбросил с себя плащ палатку, которую брал на случай дождя, но день был безоблачный и теплый.

И почему Глеб любил Марину? Но он ее любил в безумном порыве наслаждения.

Любовь на природе у них вообще хорошо получалась. Казалось бы, они устали от сбора картофеля с колхозных грядок, но усталости не было. Была радость обладания друг другом среди первозданного леса. Безбрежное небо просвечивало сквозь еще почти не упавшую листву. Серые глаза Марины лишь иногда смотрели в бездонные глаза Глеба. Они целовались! О, как Глеб мог целовать! Казалось, весь рот до последней клеточки участвует в этом великом наслаждении! Язык, его язык совершал чудеса в маленьком рту женщины.

Господи! Так никто не мог целовать! Два рта объединялись в сексуальном танце щек, губ, языков. Проникновение друг в друга с помощью эротического поцелуя, сильнейшее чувство! Под прикрытием поцелуя, руки совершили обряд обнажения. Еще не холодно, еще бабье лето! Марине нравилось его тело! Его приятно было коснуться, в него хотелось вцепиться, впиться всеми частями своего тела. И она извивалась в танце лежа. Они лежали на плащ палатке среди золотых листьев и зеленой травы. Глеб умел любить, и он мог любить! С ним блаженство Марина испытывала в полной мере, все ее внутренности стремились ему навстречу. Они любили друг друга, каждой клеточкой своих организмов…

Глеб за выполнение секретной работы получил столько денег, что ему хватило на новую отечественную машину. Редкость такой удачи по тем временам не комментируется. Марина и Глеб жили в одной кирпичной башне, но на разных этажах. У них были крошечные однокомнатные квартиры. Марина в своей квартире смотрелась естественно, она была худощавой женщиной. Лизавета несколько раз была в квартире Марины, но к Глебу она никогда не заходила, ее только волновал вопрос: как он спит в такой маленькой комнате, если его человеческая высота почти ровна длине комнаты? Глеб стал подвозить Марину до работы на своей машине.

Отношения между Лизаветой и Мариной несколько натянулись. Марина привыкла к машине Глеба, и утром специально ждала, когда он выйдет из дома, чтобы с ним поехать. Любви обильный Глеб не мог пропустить Марину мимо себя, если она постоянно у него под боком: или живет, или сидит в машине.

Несколько разработок Лизаветы попали на Выставку Х, так тогда назывался лучший выставочный комплекс, страны. На выставку Лизавета поехала с Мартином. Посмотрели они на свои изделия и пошли смотреть, а что интересного есть в других павильонах. Приятно с приятным человеком ходить по выставке: тут посмотришь, там поешь, здесь погуляешь, а то и проедешь на местном транспорте. Выставка такое место: гуляй, с кем хочешь, все равно знакомые растворятся в общей толпе и ты там никому не нужен. Но мир тесен. На обратной дороге проходили Лизавета и Мартин мимо павильона со своими изделиями и столкнулись с Глебом и Мариной. Перестрелка четырех глаз закончилась тем, что все сели в машину Глеба и поехали домой, а Мартин, как всегда в гостиницу.

Фирма в период своего расцвета была огромной. Чтобы управлять большим числом очень умных людей, работающих на вершине науки и техники, была введена суровая дисциплина. Рабочий день на всех этажах начинался одновременно в восемь часов утра. Звенел звонок и, те, кто опаздывал, впадали в состояние инфаркта. Инфаркт у проходной был нормой, а не исключением из правил. Напряженная работа, связанная с разработкой контрольной измерительной аппаратуры, необходимой для контроля изделий, разработанных для космической станции 'Кумир', даром не прошла.

Марина на рабочем месте скорчилась от сильной боли. С каждой минутой ей становилось хуже. Не принято было в то время уходить с работы во время рабочего дня, надо было подписать ни одну бумажку на разных этажах огромного здания. Боль у Марины становилась нестерпимо острой. Работу покидать нельзя, но если боль за пределами человеческого терпения? Из последних сил она написала заявление, подписала его на этаже руководства, и, сгибаясь в три погибели, отдала его, только после этого поехала домой. Дома боль превзошла все ожидания. Марина пошла в ванну, в ее руке оказался… маленький ребенок, сантиметров 15 длиной.

Состояние жуткое — держать в своей ладони создание, которое не выжило в борьбе за производственные успехи. Ощущение страшного момента позже преследовало годами. Интересно то, что все стареет. Фирма в последние свои годы стало снижать дисциплину, появилась возможность прийти на работу чуть раньше или позже, но и уйти с работы со сдвигом во времени. Ребенка Марины в 15 сантиметров длинной, можно назвать в честь космической станции и плащ — палатки в лесу 'Кумир палатки'…

Естественно, Лизавета первой узнала, что у Марины был выкидыш довольно поздний по сроку беременности. Она посочувствовала в первую минуту, а во вторую спросила, то, что больше всего ее интересовало:

— Марина, а чей это был ребенок?

— Чей? Лесного лешего в плащ палатке.

— Но плащ палатка есть только у Глеба Он отец ребенка?

— Да! Лизавета, а у тебя тоже был выкидыш, но ты в этом не призналась, сказала, что так, кровотечение. Мы сами догадались.

— Раз он отец твоего ребенка, так он отец и моего ребенка, чего тут рассказывать?

У меня ванна была полная крови, да еще и на работе продолжилось…

— Понятно, обе кровью своей умылись, а дети не получились до конца. А ты не в курсе, у Глеба вообще есть дети, или одни выкидыши?

Женщины помолчали и разошлись к своим кульманам. Одинаковые духи разошлись по местам работы. Работа поглотила их полностью до следующего перерыва. Марина жила рядом со своими родителями и домой мужчин не водила, но возраст у нее был критический, ребенка второго не получилось, но она надеялась на лучшее, на то, что у нее будет ребенок. Врачам о случившемся выкидыше, она ни слов не сказала, да и матери она ничего не сказала. Это только вездесущая Лизавета узнала, а если она узнала, то узнал и Глеб. Глеб страшно расстроился, но, не из-за Марины, а из-за себя, оказывается, такое происходит со всеми его женщинами: они его детей не донашивают. Вот тебе и любовь.

Глава 10

Совершенно случайно Лизавета узнала, за что Глеб получил такую большую премию. Его подразделение разработало секретное оружие: магнитный луч попадал в металлическую часть на одежде человека и пронзал его насквозь, человек погибал мгновенно на глазах, стреляющих… Лизавета задумалась, так значит, а то и значит, что свою первую жену Глеб сам и убил из своего секретного оружия, ведь она погибла напротив его окон, именно там находится его подразделение! А сделал он это во время грозы. Умный мужик.

Так, а не мог ли он быть той самой молнией, которая достала сына Мартина? Нет, здесь все серьезней. И еще Мартин был в черной рубашке, а Глеб в цветной. Мартин переживал, а Глеб? Мысль Лизаветы оборвалась. Страх пронзил ее насквозь: и она его любила? Любила.

На следующий день Лизавета услышала о смерти еще одного человека. Люди сказали, что у него произошел инфаркт рядом с проходной. Лизавета поняла сразу, что стрелял Глеб в длинный зонтик, который был у погибшего человека. Зонт он всегда носил с собой, даже если не было дождя. Окна Глеба недалеко от проходной, просто они на два этажа выше. Лизавета посмотрела на себя в поиске металлических частей, увидела сережки…

Но не в сережки ведь он будет стрелять? Жутко. Просто жутко стала девушке. Она поднесла магнит к сережкам, но они не магнитили, и она успокоилась.

Милиционеры никогда не переходили проходную, в здании царили свои законы и своя охрана. Смерти у проходной были столь естественны, что родственники уголовных дел не возбуждали, и расследований никто не проводил.

Смерть от магнитного луча больше всего напоминала инфаркт.

Глеб позвал Марину в кафе, ему надо было сказать ей, что у него скоро будет хорошая иномарка. Она сразу подумала, что Глеб опять что-нибудь придумал. Вся любовь в ней к нему умерла, она больше не стремилась с ним к близости, ее задача была одна: выжить, не говорить ему того, что ему неприятно: опасно! Марину вновь загрузили новой работой, целую серию блоков она разрабатывала, потом унифицировала, дел было много.

Лизавета отошла на второй план. Марина заметила, что Глеб ее больше не возит на своей машине. Как-то Глеб ждал Марину в машине с открытой дверцей. Когда она проходила мимо, он так вытянул вперед ногу, что она вполне могла споткнуться.

Женщина села в машину, как в ловушку. Ловушка — легковушка… Машина сразу тронулась с места и повезла Марину на новую квартиру Глеба. Теперь у него была двухкомнатная квартира. В квартире сидел вечный командировочный — Мартин. Марина поздоровалась с ним, и ей тут же предложили приготовить ужин. Она ушла на кухню. Мужчины беседовали. За столом они открыли ей страшную тайну, о которой частично она уже знала. Марине предлагали разработать дизайн нового оружия. Практически оно работало, но внешний вид у него был неприглядный.

Мартин выступал в роли поставщика металла для оружия. В качестве аналога ей дали пистолет, который мог бы лежать на ее рабочем месте, для всех это просто игрушка, но новое оружие не должно напоминать внешне пистолет. Из нового оружия пуля не вылетала, из него выходил магнитный луч, вызывающий инфаркт человека. Луч прекращал работу сердца. Он работал, как тромб. Внешних повреждений на человеке не было. Марина согласилась работать над новым оружием. На этот раз мужчины ее пальцем не тронули: ее ум им был важнее ее тела.

Как-то Марина забылась, взяла в руки пистолет и пошла к Глебу, показать новые прорисовки. Люди давали ей дорогу. Она не сразу сообразила, что другие в пистолете видят пистолет, а не образец которому и надо и не надо следовать.

Лизавету в подробности новой работы Марины никто не посвящал. Марина вышла из конструкторского зала за водой. Вода находилась в титане, эта такая нержавеющая конструкция вместо самовара. Лизавета взяла пистолет со стола Марины и прицелилась в кульман, потом, как в детективе повернулась и выстрелила. Грянул выстрел. Выстрелом Лизавета разбила чайник, который несла Марина. Кипяток разлился. В руках Марины осталась ручка от чайника.

— Марина, я думала это игрушка у тебя на столе лежит!

— Лизавета, это аналог конструкции нового прибора.

На выстрел из-за всех кульманов высунулись лица людей, посмотрели, что все живы и уткнули носы в свою работу.

Новое оружие назвали 'Астра'. Зачем нужно было это название? Для того чтобы в разговорах звучало название цветка, о приборе в явном виде говорить было нельзя. Внешне прибор напоминал фотоаппарат с выдвинутым вперед объективом, необходим он был для защиты власти от демонстрантов. В стране нарастал кризис, расстрел демонстрантов дело негуманное, но иногда необходимое. Фотоаппаратом убирали наиболее ярых поборников демократии и лозунгов. Фотоаппарат направлялся на кричащего человека, или несущего неправильный лозунг, человек умирал сразу или через день, все зависело от его здоровья.

'Астра в действии', - передавали информацию друг другу люди в штатском.

Марина после выполнения этого задания тут же была загружена другой работой. Ее не пускали на демонстрации, ей мало давали выходных. Она работала. Она никому ничего не говорила.

Глеб купил себе иномарку, которую хотел. Марине таких денег не платили, ей платили больше других, но меньше избранных. Мужчины держались от нее подальше. Через три дня после демонстрации, в конструкторский зал в гневе ворвался Глеб и закричал так, что все конструктора вздрогнули и на него посмотрели:

— Марина, ты, что издеваешься?! Ты подсунула фотоаппараты вместо 'Астры'!

— Успокойся, Глеб! Я, действительно, отдала пару фотоаппаратов.

— А я глупец не проверил. Я тебе верил! Где 'Астра'?

— Слушай, в этой демонстрации участвовал отец Лизаветы. Он написал ужасный лозунг, его бы одним из первых сняли 'Астрой'!

— Что ты мне про отца Лизаветы говоришь! Мне нужна 'Астра'!

— Сядь, все готово! Первый образец Астры сегодня можно испытать. У тебя дома мышки нет?

— Нет, только две мухи залетели в окно, а больше никого нет. Ты мне столько вариантов Астры показала, что я даже не представляю, как сейчас выглядит моя разработка!

— И, правильно, варианты есть, но мне больше понравился вариант, выполненный в виде приборчика с антенной. На маленьком жидко — кристаллическом экране видна цель. Антенна служит дулом, она полая внутри, через нее луч проходит и попадает в цель. Если сделать 'Астру' в виде пистолета, то все сразу поймут, что в руках у тебя, оружие, а так прибор больше похож на портативный приемник. Прибор с магнитным лучом готов.

— Нас за обман по головке не погладят!

— Победителей не судят! А мы победим! По этажам кошки бегают, возьми одну.

— Не возьму.

— Пойдем в подземелье, пока гражданская оборона отдыхает, воспользуемся стрельбищем. Надо взять с собой представителей заказчика.

Марине по ее заказу сшили летнее платье. Подол платья был выполнен волнами, обшитыми тесьмой. Стройная женщина с новым оружием в руках и в новом платье спускалась в подземелье. Глеб шел следом в сопровождении суровых мужчин в костюмах. При виде облегающего платья с уникальным подолом мужчины закрыли рты и ничего Марине не сказали по поводу ее обмана с фотоаппаратами, сами виноваты. Мужчины в штатском принесли с собой клетку с мышами. На мышах торчали различные металлические предметы: ошейник, антенна, монетка. С первого взгляда могло показаться, что луч от металлического предмета оттолкнется и вернется в того, кто стреляет, то есть луч будет являться бумерангом, но в этом был весь юмор изобретательного Глеба.

Металлический предмет, даже если он не магнитный, притягивал странный луч, в области воздействия луча возникало странное поле, которое воздействовало на сосуды человека, и они перекрывались мгновенно. Первый выстрел сделал Глеб, чтобы показать и доказать, что для него оружие не опасно. Мышка бежала, хвостиком вильнула. Антенна на ней качнулась. Мышка дернулась и упала. Люди в костюмах заулыбались и встали в очередь пострелять. Мышки бежали, но все упали. Звука выстрела не было слышно, испытания проходили бесшумно.

Марину и Глеба поздравили с большим успехом, и сказали, чтобы даже слово 'Астра' лишний раз они не произносили. В серию изделие запустят в другом месте.

Довольно часто в шахтах всех стран происходят неприятные события, человеческие жизни из-за загазованности подземелий висят на волоске от бытия.

Марина приехала посмотреть шахту, на которой произошли трагические события: выход метана погубил шахтеров. Смелая женщина не спустилась в шахту. Она с ужасом посмотрела на шахту, на черный лифт, или его еще клетью называют, на все снаряжение шахтера, и решила, что лучше разработает прибор, удобный для каждого шахтера, и поместить его рядом с фонариком на каску, пусть он пронзительно пищит в случае обнаружения малейшей дозы метана. Важно, чтобы прибор не был дорогим, иначе его не дадут каждому шахтеру.

Разработчик для такого прибора нашелся, он стал лучшим другом Марины на время разработки. Датчики обнаружения метана были разработаны, существовали разного типа пищалки. Предстояло объединить: электронику, датчик, пищалку и поместить во взрывозащищенный корпус, который бы мало весил и был на голове шахтера, то есть на его каске. Женщина разговорилась с симпатичным шахтером, оказалось, что ему для отдыха после шахты нужны рыбки в аквариуме. Дома он держал огромные аквариумы с разными хитростями и большое число рыбок, очень любил смотреть на водоросли.

Новый прибор, призванный защитить любителя аквариумов, назвали 'Хризантема'. Первый образец прибора попал на западную выставку. Прибором заказчики остались довольны, но Марине предстояло подготовить серию этих приборов, чем она и занималась, успев влюбиться в разработчика 'Хризантемы'. Стройный мужчина с небольшой сединой приятно действовал на впечатлительную женщину. С ним хорошо работалось, изделие получалось высшего класса! Вот в чем беда Марины: она вместе с мужчинами разрабатывала изделия, и эти изделия становились ее детищем, но не больше 15 сантиметров в длину! У разработанных приборов оставалась одна проблема, как бы удачно они не получились, каждому шахтеру их никто не выдавал. Приборы засекретили. Слово 'Хризантема' запретили. До любви с разработчиком дело не дошло. Марину срочно перевели работать в другое место.

На новом месте Марине предложили разработать очень серьезный прибор, до нее его уже разрабатывали, но главный разработчик погиб и прибор завис. Прибор в семь раз был сложнее 'Хризантемы'. Задача Марины: сделать то, чего другие сделать не смогли. К работе приступила группа разработчиков. Один мужчина частенько подходил к Марине не только на работе, но и на улице. Как-то шел и улыбался, до Марины оставалось метров пять, но мужчина как-то странно завалился на глазах женщины. Она заметила быстро уходящего мужчину в костюме, который ловко сел в машину и уехал. 'Астра' — подумала она, и прошла мимо трупа влюбленного в нее мужчины. Она не могла остановиться рядом с ним, только мельком посмотрела на пожелтевшее лицо.

Отсутствие рядом явной соперницы вдохнуло в Марину адреналин. Работа конструктора приносила ей относительный доход, одна ее приятельница занялась помимо основной работы продажей бижутерии из стекла и камня, Марина стала с ней подрабатывать. На новый имидж денег она наскребла. И они решили с Глебом ни много, ни мало пойти под венец, благо церковь к ним ближе, чем ЗАГС. По телефону Марина сообщила Лизавете, что она теперь венчанная жена Глеба, что теперь их союз на всю оставшуюся жизнь. Лизавета не особо поверила новости Марины.

И, действительно, через пару месяцев Марина сообщила, что Глеб от нее ушел в свою двухкомнатную квартиру, а ее с собой не взял. Оказывается, Глеб тоже подрабатывал эти два месяца: он сдавал свою квартиру Мартину. Марина закончила секретную и срочную работу, но богаче от этого она не стала, просто дальнейшая работа была более привычной и не сопровождалась набегами проверяющих комиссий.

Родители Марины старели на ее глазах, и она не молодела. Мартин, словно услышал зов ее сердца и приехал к ней домой, наперекор всем и вся. Марина, зная, что Глеб ее венчанный супруг не равнодушен к Лизавете, приняла Мартина должным образом, не оглядываясь на слова своих родителей.

Отец Марины некогда был главным разработчиком отечественных фонов, и так получилось, что квартира в данный момент у них была четырех комнатная. Брат и сестра Марины выросли, обросли семьями и уехали из квартиры. О большой квартире Марины, Мартин услышал от Лизаветы, она бывала у Марины дома. Мартин решил, что такая квартира не должна пропасть, он не просто снимал квартиру у Глеба, он опутывал сетями Марину, в которые она и попалась. Это Мартин надоумил Глеба пойти под венец с Мариной и объединить свои квартиры, но Глеб сбросил с себя влияние Мартина и Марины, оставшись один. Цель была достигнута! Глеб охладел к Марине. Мартин был в квартире Марины! Ее родители жили в одной комнате. Оставалось еще три комнаты! Мартин искренне пел любовные рулады Марине, подкрепленные жилищными условиями. Женщина не устояла, да и, что стоять, годы бегут.

Одна комната Марины была зимним садом. В центре комнаты стоял диван нараспашку, больше ничего не было, кроме светильников и многочисленных цветов, которые росли по периметру комнаты и свисали с потолка. В эту комнату и привела женщина мужчину. Любовь среди домашнего леса — это что-то! А, впрочем, ситуация напоминала ее любовь с Глебом на плащ палатке в настоящем лесу.

Мартин оценил любовные условия, вожделенные комнаты окружали его, а цена их была рядом — любовь к Марине, и желательно до ЗАГСА. В качестве любовника он проявил три свойства: хвастливый, суетливый, верткий. Поцелуи Мартина были переспелыми, чувственность в них явно была утеряна. Марине хотелось встать и уйти от него подальше, и она ушла в ванну. Струи воды успокоили, и женщина вернулась на место.

Предложение руки и сердца последовало незамедлительно. Смешно, но Марина согласилась. Она поняла одно, что такой муж сексом ее не будет допекать, а в качестве мужа без претензий он ей подходил. Мартин оказался разведенным мужчиной, все документы у него были с собой. Путь к законным отношениям был открыт. Родители не возражали.

Законная супружеская жизнь началась со слов Мартина, что у него аллергия на цветущие домашние цветы. Марина любила цветы всеми фибрами своей души, и они разошлись спать по разным комнатам. Так бы они и вымерли, но у отца Марины наступил юбилей, все его дети и внуки съехались в дом Марины. Мартин вынужден был вновь стать супругом: одну комнату заняли родственники брата, вторую родственники сестры, и в результате Марина и Мартин оказались вместе в комнате без домашней растительности.

На празднование юбилея пришли их друзья: Глеб и Лизавета. В доме появились журналисты, вспомнили про первые серийные отечественные магнитофоны, отец Марины не вынес популярности, через день после юбилея его не стало. Публика еще и разъехаться не успела, и юбилей перешел в похороны, газета посмертно опубликовала о нем статью о фонах. У матери Марины на почве таких проблем, произошел срыв в головном мозге. Она осталась жива, но ее сообразительность сильно ограничилась.

Семьи брата и сестры захотели получить свой кусок наследства, но этого мать Марины уже не понимала, зато всю ситуацию понял Мартин. Он поговорил по телефону со своей очередной женой, объяснил, что происходит в семье Марины. Его жена развелась с ним формально из-за этой квартиры, а теперь кусок наследства Марины становился таким малым, что не за что было и бороться. У Мартина была еще и дочь, посмотрел он на ажиотаж, да и решил вернуться в свой дом, благо прописка у Марины у него была временная, на постоянную прописку не дали свое согласия ее родители, пока были в полной памяти.

Собрал Мартин свои вещи и уехал, оставив Марину среди ее родственников и наследников. Квартиру решено было разделить на четыре финансовые части, две части доставались тому, кто брал на себя уход за больной матерью. Как из-под земли, в самую трудную минуту, перед Мариной появился Глеб.

— Марина, я знаю все о твоей ситуации, есть предложение: бери на себя уход за матерью.

— Она и так со мной остается.

— Объединим усилия, я знаю, что Мартин сбежал от тебя, моя квартира пойдет на погашения наследства твоим родственникам, а я остаюсь в твоей квартире, на правах мужа.

— А Мартин?

— Разведетесь.

— А Лизавета?

— Я ей не нужен.

— А я?

— Ты спрашиваешь? Да я люблю тебя!

— Ты уверен? А если ты только мечтаешь о повторении того, чего давно нет?

— А мы повторим!

Родственники разъехались, до наследства ждать еще полгода. Глеб перешел в дом Марины. У него не было аллергии на домашнюю растительность. Квартирные дела и разводы за год каким-то образом, но были решены. Глеб жил с Мариной на круглой кровати посреди домашних цветущих цветов. Мать Марины вышла из кризиса, и мыслила вполне адекватно.

Лизавета, каким-то образом взяла в свое время пистолет со стола Марины, когда еще разрабатывали 'Астру', пистолет поискали, не нашли и забыли. А Лизавета взяла в привычку ездить по выходным одна в лес и стрелять по нарисованным мишеням, которые она с собой привозила. В ней затаилась злоба против Марины и Глеба, но внешне вида она не подавала.

Счастливые улыбки пары, которые она случайно заметила, оскоминой сводили ее челюсти. На проходной большие сумки часто просматривали до дна, маленькие сумочки не проверяли. Лизавета стала ходить с маленькой кожаной сумкой, в сумке она носила пистолет. Глеб носил с собой 'Астру' во внутреннем кармане пиджака. Один образец, под предлогом усовершенствования, оставили разработчику нового оружия 'магнитный луч'.

Лизавета знала привычки Глеба, и решила пугнуть его пистолетом. Утром, когда он первым приходит на рабочие место, она не могла простить ему улыбку, адресованную Марине. Позвонила она ему по внутреннему телефону, который точно не записывается нигде, и пошла в его служебное помещение. Глеб, словно, что почуял по голосу Лизаветы, и достал 'Астру', положив приборчик рядом с собой. Лизавета, хоть и работала рядом с Мариной, но конструкцию и назначение 'Астры' так и не знала. Марина умела разговаривать с людьми, держа в секрете свою работу. Надо сказать, что она вернулась на свое рабочее место, после выполнения срочного и секретного задания на другой фирме.

Лизавета зашла в комнату Глеба, села против него на стул, слегка отодвинулась от стола, внимательно посмотрела на него, достала из кармана белого халата пистолет.

В это время Глеб взял в руки 'Астру'.

— Лизавета! Спрячь пистолет, или верни мне! Это я его дал Марине! Он у нее пропал!

— Опять, Марина! Молись, я стреляю на счет три!

Глеб, видя разъяренное лицо брошенной и любимой им женщины, не знал, что и делать! У него было время ее убить, но убивать ему не хотелось. Тут Лизавета еще раз подняла на него пистолет. Глеб, не поднимая 'Астру' нажал на ней кнопочку, луч вылетел на пистолет Лизаветы. Рука женщины лежала на курке, но нажать не успела, так с пистолетом ее рука и опустилась. Она вся обмякла, и грохнулась на пол, как мешок картошки, но поле, при сборе урожая, под дождем.

Глеб убрал в карман 'Астру'. В это время в помещение подразделения зашли две его сотрудницы. Они увидели, лежащую с пистолетом в руке Лизавету, посмотрели на бледное лицо Глеба.

— Глеб, что случилось?

— Она хотела выстрелить в меня, подняла на меня пистолет, да видимо сердце не выдержало, она только что упала.

Одна из женщин подошла к Лизавете.

— Она мертва. Что будем делать?

— Вам виднее, мне надо подышать.

— Идите, конечно, идите, вызовем, кого надо.

На следующий день в проходной появился траурный портрет Лизаветы, с надписью, что она скончалось от сердечного приступа. На столике перед портретом стояли астры в вазе.

Марина поняла почти все, когда вечером Глеб пришел к ней, тогда она достала прибор из его кармана, пока он был в ванне, посмотрела на счетчик лучей в 'Астре'. Счетчик показывал, что прибором пользовались, на нем стояло время, убийства Лизаветы. Марина ничего не сказала Глебу, она вообще чаще молчала.

Глеб заметил все, и сказал:

— Знаю, ты залезла мне карман и посмотрела на счетчик магнитных лучей, не оправдывайся, я знаю, что ты знаешь про убийство Лизаветы.

— Дальше…

— Иди ко мне работать!

— Опять пистолет в астре или хризантеме?

— Умница! Надо 'Астру' модифицировать. Прицел должен находиться на экране. Без тебя дело плохо идет.

Глава 11

Летающие, блестящие снежинки — бальзам на душу и настроение. По краю асфальта под легким снегопадом Марина могла идти и идти, без всякой конкуренции: люди предпочитали ехать в машинах и в автобусах. Пусть едут. А она проходила по краю снегопада, пока она шла, аура — очищалась, она возрождалась, набиралась астральных сил без всякого человеческого обмена энергиями. Сейчас модно искать крайнего в изъятии внутренней энергии, так вот, Марина энергию брала из космоса летающих снежинок.

А вчера она встретила долгий и продолжительный взгляд любимых глаз Мартина. Дал ли этот взгляд дополнительную энергию? Неизвестно, но нечто человеческое — дал, остатки любви или начало новых надежд на отношения между нами. Кто бы знал, как она не хотела его любви в свое время, но потом привыкла, и он оказался снежным бальзамом ее души.

Часть дороги весьма пустынна, хотя шоссе от ее дороги недалеко находилось. Однако в одном месте своего снежного пути Марине всегда было жутко: из-за этой внутренней жути ей иногда идти не хотелось по этому пути. У дороги находился выход теплоцентрали, точнее, выход колодца больших размеров, прикрытого решеткой. Сквозь решетку дул теплый воздух, поэтому на решетке часто лежал человек в драповом пальто. Остановка автобуса от его лежанки находилось метров в двадцати, но этот человек всегда внушает ей ужас.

В душе леденело, когда она по кромке дороги обходила лежбище этого человека. Недалеко от этого страшного места, стояла фирма: ухоженная, украшенная, но до нее еще надо было дойти…

Струйка крови ярко выделялась на белом фоне, выпавшего снега. Марина готова была пробежать бегом мимо страшного колодца, но краем глаза она увидела, что на решетке сидит не конь в драповом пальто. На решетке сидел Мартин! Это был он! Марина остановилась, как вкопанная, с ужасом взирая на кровь и Мартина.

— Марина, остановись, я ранен! — сказал Мартин, держа руками ногу ниже колена.

— Мартин, какими судьбы ты здесь, да еще весь в крови? Скорую помощь или такси вызвать? — спросила Марина, не зная, что делать в такой ситуации. — Кто тебя ранил?

— Не поверишь, но я увидел тебя из автобуса одну среди снега, выскочил на остановке, решил подождать, сел на решетку и в ногу мне вонзился острый предмет. Я вытащил из ноги металлическую шпильку, заточенную с двух сторон, одной стороной она была вставлена в этот колодец, а другой торчала, но сквозь снег я ее не заметил и напоролся.

Мартин показал Марине острую шпильку в крови. По телу ведьмы прошла дрожь. Совсем недавно она встречала такие острые, черные шурупы, и эта шпилька была того же качества: острая и жесткая. Буквально два дня назад, она, не думая о лешем Мартине, сама вбивала такой шуруп молотком в стену. Она била по шурупу с размахом, со всей силы, с ожесточением. Шурупы требовали вкручивания, но на это сил у нее не хватало. Шуруп вылетел из уголка, с закрепленными на них лесками для сушки белья. Вылетел примитивный, жирный и мягкий шуруп, а вбила она вот такой острый, черный…

Почему она испытывала ужас, но не испытывала жалости к Мартину? Ей не было его жалко, вероятно потому, что еще живо его пренебрежительное отношение к ней. Остаточная деформация его унижений.

Мартин пошел на свое рабочее место на заводе. Кто любит запахи парфюмерии, а он любил запахи механического цеха, запах станков, масла и стружки. Любил тихий гул работающих станков, любил рабочих за станками и технологов их опекающих. Любил чертежи, и даже перечеркивание ошибок.

Он шел мимо цехов, смотрел на станки, дышал местными запахами и насыщался астральной энергией производства. Здесь производили новейшую технику. В эпицентре производства отличная — аура. Его рабочие место находилось дальше механического цеха, он поднялся на второй этаж, прошел длинный переход, соединяющий два здания, и оказывался в здании, выполненном из листов неизвестно чего, но всегда холодном.

Окна по периметру излучали холодный воздух из всех щелей. Здесь и сидели технологи и конструктора, они — морозоустойчивые. Мартин не вынес холода и в обед стал скатывать газеты в плоские трубки и втыкать их во все явные щели. Потеплело.

Его любимой прической стал парик, он его держал в тумбочке стола. Он приходил на работу, снимал шапку, надевал парик и работал. На работу лучше всего было приходить в пальто, в нем можно работать и даже чертить. Зато было всегда приятно от собственных ошибок или проблем на производстве. Можно было снять с себя пальто, надеть халат и идти в цех по вызову технолога. Во всех цехах значительно теплее, потому что установки и станки хорошо работают при определенной температуре.

Шла Марина в белом халате по переходу, а навстречу ей шел Мартин, прихрамывая. Он посмотрел на нее и прошел мимо. Он вновь работает на основном производстве, и у него свои задачи. В данный момент они по работе не пересеклись. Марина шла по вызову технолога механического цеха. На фрезерном станке последнего поколения обрабатывали корпус для сложного изделия, который ей был необходим в ее работе с ювелирными изделиями. Он был такой сложный и прихотливый, что фрезеровщик от гордости из себя выходил, так он был доволен, поставленными допусками на чертеже. Чем меньше допуск, тем дороже изделие, что фрезеровщику выгодно. Он — элита в области оплаты, поэтому он получит в два, три раза больше Мартина. Но Марине не обидно, ее отец был рабочим и получал всегда по верхней планке. А Мартин конструктор, у него оклад, если не считать его работу огранщиком, но это больше хобби, чем работа.

Фрезеровщик Марине улыбнулся, в душе он был доволен изделием и своей работой. Как он любил свой станок! Не пересказать.

Мартин подозвал к себе технолога, и они пошли на второй этаж разбираться с чертежами. Здесь стояла пара деревянных кульманов, на которых делали чертежи для доработок изделий. Технологи всегда держали себя важно и с большим достоинством, а Мартин ничего, он с ними соглашался с небольшими уступками в допусках, размерах или материалах изделий.

Мартин спустился с пристройки второго этажа, его перехватил другой технолог и с великой гордостью показал новый гигантский станок, познакомил с его особенностями, чтобы он в чертежах их учитывал, чтобы станок не простаивал. На столе Мартин заметила знакомые детали, посмотрел, как их изготовили, и медленно ушел на свое место, за свой деревянный кульман. Только он сел, взял карандаш, как подошел разработчик. С ним они просмотрели еще раз устройство прибора и соответствие ему корпуса, который уже обрабатывается на фрезерном станке.

Разработчик красивый и умный мужчина, с любой точки зрения разработчики просто умнейшие из умнейших людей. Марина в них влюблялась с первой их умной фразы, с первого блеска глаз. Она любила с ними говорить о работе, и в очередной паре рождался очередной новый прибор. К Марине подошел Мартин и недовольно глянул на разработчика, но руку ему пожал. Разработчик ушел. Мартин добавил пару фраз в технические требования чертежа, сказал, что зайдет за Мариной в конце рабочего дня, и ушел, даже не прихрамывая.

Спокойно чертить ему не дали, подошел умный заместитель главного технолога. У него появился заказ на уникальное изделие, они с ним начали на кульмане прорисовывать габариты изделия и говорить о том, как его можно обработать и вообще сделать. Тут же подошла женщина из ОНС, и сообщила об изменениях одного ГОСТА. Святое дело, изменения надо вносить в чертежи.

Все же наступает момент, когда Мартин чертит на кульмане очередной чертеж. Час чертит. Два чертит. Затачивает карандаш, проводит тонкие и толстые линии. Циркуль делает в дереве дырочки. Все нормально. За окном темно, рабочий день подошел к концу. Мартин идет Марине навстречу, и они едут каждый к себе. Она выходит на своей остановке автобуса, смотрит на плакат в книжном киоске и проходит мимо. Поворот, дорога, магазин, дом.

Звонок. Голос Мартина:

— Марина, я иду к тебе…

— Нет.

Он бросил трубку и правильно, не хочет она его прихода, нет. Сама, лучше все сама, хотя, надоело ей быть мужчиной в доме. Она вспомнила, как много мужчин на основном производстве, и как мало их в ее домашней жизни, просто ноль, обычный нуль. Иногда она думала о том, что зря влезла в эту мужскую профессию, но сдаваться она не собиралась. Она решила пройти путь обаятельной и привлекательной женщины на производстве, что не хуже общения с королями и шахами.

Рабочие будни к любви мало располагали, но еще существовала коварная пятница, в этот день возможны всплески чудес. Мартин явился в пятницу вечером. Пышный букет подсказывал о его серьезных намерениях. Они смотрели друг на друга и не пылали любовью, что они друг друга не видели? И тут из-под него вывернулся коврик. Как это произошло не понятно, но он грохнулся на пол. Чипа держал конец коврика в зубах, и сверкал глазами:

— Кто пришел к моей хозяйке? — спрашивал его свирепый взгляд.

Марина запрещала собаке лаять на гостей, но терпеть в доме мужчину, собака не смогла. Букет при падении рассыпался. Мартин лежал в цветах. Чипа выпустил конец коврика и важно ушел из прихожей в комнату. Мартин проводил пса злым взглядом, встал, нагнулся, собрал цветы. Его взгляд любви не выражал. Он так редко бывал дома, что даже родная собака его встречала, как чужого. Они ходили по квартире втроем. Чипа урчал на Мартина, и он не выдержал: собрался и ушел до весны.

Весной высыпали зеленые листочки на деревьях, и Мартин опять засверкал глазами в мою сторону. Но засверкал не он один, засверкало озеро, к которому наша компания пришла делать шашлыки в устройствах для шашлыка, с собственными дровами из магазина. Шашлык! Звучит хорошо, а весной еще и обладает тревожными чувствами пробуждения. Вот и Мартин — пробудился. А соль — была. Мартин и Марина смотрели вдаль зеркальной поверхности озера и не думали в нее окунуться. Рано купаться. На полиэтиленовой скатерти появились Тихоны магазина, на тарелках появился шашлык.

Вино лилось из бумажных пакетов, и вытрясалась водка из бутылок. Хорошо! Правда Марина ради дезинфекции выпила пару глотков вина, то же сделал и Мартин. Они сидели трезвые и насыщались мясом. О! Мясо! Мясо и вино пошло гулять по жилам, а они пошли по краю озера в обратную сторону. Они немного заблудились, и шли долго, очень долго. Они прошли поляну с ландышами. Ба! Они прекрасны, ландыши конечно. Белые цветы.

Пройти по краю поляны с ландышами! Здорово!

Глава 12

У Марины вышел весть запас феи. Она заболела. На операции она попала в ситуацию, при которой некоторое время летела внутри розоватой трубы, свет и скорость возрастали, труба имела достаточно равномерный диаметр. Полет сопровождался свистящими звуками, потом розоватый свет сменился на два белых пятна и человеческие голоса, сквозь тяжелое состояние веки приподнялись, и она увидела, что горят на стене две лампы, а соседки по палате обсуждают ее состояние, и пытаются с ней говорить. Сама она лежала на каталке, медсестра Лизавета ей тоже что-то говорила, потом ее перенесли на кровать. И вновь заснула.

Марина читала, что Рай находится в созвездии Сириус. Вот информация о созвездии Сириуса из Интернета. Эта система состоит из двух весьма различающихся между собой звёзд, есть подозрение, что в систему входит ещё третья звезда. Главная звезда системы Сириус — 1 — первая звезда по видимой яркости на всём небе; цвет её белый, температура около 11000? т. е. почти вдвое больше температуры Солнца; поэтому Сириус. А испускает с каждого квадратного сантиметра поверхности приблизительно в 16 раз больше излучения, чем Солнце.

Светимость, или сила света Сириуса 1 приблизительно в 26 раз больше силы света Солнца; по этой причине его диаметр должен быть на 18 % больше солнечного, и, следовательно, его объём в четыре раза больше объёма Солнца. Но масса Сириуса 1 всего лишь в 2,45 раза больше массы Солнца; поэтому материя в этой звезде сжата не так плотно, как на Солнце. Кубический метр материи на Солнце весит в сумме 1,42 т, на Сириусе 1 он весит всего лишь 0, 93 т.

Слабый спутник Сириуса 1, Сириус 2, есть одна из интереснейших звёзд на небе. У неё почти тот же цвет, и она относится почти к тому же спектральному типу, как и Сириус 1, но её сила света приблизительно в 10 000 раз слабее, чем у него. Вводя поправку за небольшую разность поверхностных температур обеих этих звёзд, мы находим, что поверхность Сириуса 2 и его диаметр меньше поверхности и диаметра Сириуса 1 соответственно в 2500 и в 50 раз.

Но масса Сириуса 1 только в три раза больше массы Сириуса 2, хотя объём первого превышает объём второго в 125000 раз. Поэтому Сириус 2, но вовсе не Сириус 1 является замечательной звездой: средняя плотность материи в Сириусе 2 примерно в 60 000 раз больше плотности воды, иными словами, кубический сантиметр материи на Сириусе 2 весит около 60 кг.

Судя по всему на Сириусе 1, Рая нет, но вероятно он бы мог быть на Сириусе 2, но он мал, и где там на каждого можно найти Сад и ангелов в достаточном количестве. Или Сириус 2 собрал души умерших землян, и потому его плотность необыкновенно велика? А может за Сириусом 1 и Сириусом 2 спрятался Сириус 3, и на нем уместился Рай для землян? В принципе Рай с Земли в телескоп найти трудно, вероятно так же трудно, как обнаружить Сириус 3 за ярким сиянием Сириуса 1?

Значит, душа Марины некоторое время летела к Сириусу 3, по дороге, указанной розоватым светом Сириуса 1?! То есть, если есть черные дыры, то могут быть и розоватые дыры для души человека? И сквозь эту розоватую трубу душа человека летит в Рай Сириуса 3? Если Сириус А дает света и тепла больше, чем Солнце, то на Сириусе С всегда тепло, значит там вполне может находиться райский сад с яблоками?

Марина проснулась, посмотрела на снег за окном и поняла, что она все еще на Земле. По сотовому телефону позвонила Глебу, спустя годы они лучше понимали друг друга. Ему и рассказала она про идею нахождения земного Рая. Он занялся осуществлением идеи Марины.

Люди стремятся в Рай на Земле, а это всего лишь узкая полоска суши на побережье моря. Море изо всех своих сил поедает узкую полоску суши у подножья гор, по этой полоске Земли, когда-то проложили железную дорогу, всего два параллельных рельса, двум поездам здесь не разъехаться. От железной дороги до моря, по наклонной плоскости всего один вагон. Люди привозят гравий и засыпают его тоннами, чтобы уберечь дорогу от моря, но им в голову не приходит добавить смолы в гравий.

Море любит смолу, волны бы ласкали ровную поверхность черной смолы, и может быть, когда-нибудь из нее сделали бы черный янтарь. В другом месте побережья розоватая глина восьмиметровой толщиной накрыла на пляже отдыхающих, а могли бы из нее сделать глиняные горшки. Не Боги горшки обжигали, а люди, и люди иногда сдвигают массы земли с места, или это Божье дело? С каждым часом облака темнеют, и все больше сплачиваются над Землей, уменьшая потоки солнечного света. Прохладная погода продолжается, даже в райских местах, на побережье моря, и что уж тут говорить о погоде в средней полосе Большой страны?

У Глеба из головы не выходила умная мысль: снабдить космический корабль солнечными батареями, но, для ее осуществления необходимо несколько изменить контур космического объекта, батареи должны быть установлены на обшивке корабля, они должны быть стационарными. Солнечные батареи — это не крылья бабочки, это встроенные плоскости, и они изготовлены из материала пропускающего свет.

Если лететь на Сириус 3, то солнечные батареи, это то, что надо. Глеб вплотную занялся разработкой космического полета на Сириус 3, он решил, что Рай надо исследовать при жизни. Церковные сферы общества решено было не тревожить, но социальные сферы Большой страны поддержали мысль о полете на Сириус 3. Астрономы не обещали легкого полета, они только предполагают наличие звезды — планеты Сириус 3. Если есть звезда Сириус 1, то должна быть и планета Сириус 3. Кому-то светит яркий Сириус 1? Так пусть освещает Сириус 3.

Траекторию полета можно было спланировать весьма отвлеченно, известен путь до созвездия Сириуса, а потом надо облететь созвездие со стороны Сириуса 2, чтобы не потерять ориентир, есть предположение, что облетев этот звездный объект, можно будет увидеть Сириус 3 обетованный или иначе Рай небесный.

Для запуска космического корабля с солнечными батареями, вместо топлива, была создана отдельная космическая площадка, для взлета с земли было решено использовать обычное топливо, но эта ступень должна будет после выхода на космическую орбиту, покинуть корабль, дальше он будет лететь на солнечных батареях.

Команду для полета подбирали из числа одержимых подобными идеями, с целью нахождения предполагаемого Рая Земли, они же был спонсорами программы.

Космический корабль был выполнен внутри с комфортом, так как путь ожидался не близкий. Питание для членов экипажа использовали космическое, плюс добавили возможность приготовления обычных продуктов раз в неделю, из замороженных полуфабрикатов. Телеэкран был установлен в комнате отдыха с прикрученными креслами и диванами, для создания земной иллюзии существования. В комнате разгрузки, можно было крутить и вертеть тренажеры, при этом смотреть на экран с земными новостями.

Глеб особо не светилась перед экипажем корабля, о ее существовании знали единицы. В качестве генерального конструктора представляли мужчину — конструктора, приятной наружности, с внешностью трудно запоминающейся из-за отсутствия особых примет. С ним при необходимости разговаривали члены экипажа, на трудные вопросы ответы они получали с некоторой задержкой, необходимой для общения мнимого и настоящего генерального конструктора.

Полет выполнял две задачи: первая — использование при полете солнечных батарей, и вторая — поиск неизвестной планеты Сириус 3, обе задачи весьма проблематичны, по этой причине полет сильно не рекламировали. Для любопытных был простой ответ: полет за пределы солнечной системы. В состав экипажа вошли две женщины и три мужчины. Экипаж проверили на совместимость, выяснили, кто, и что из них любит, и как проводят свободное время.

Важно было подобрать людей, которые могут долго находиться в одном помещении и не мешать друг другу. Один был писатель и врач — Мартин. Женщина поэт и главный повар, Лизавета. Мужчина шахматист и командир корабля, Родион. Женщина художник и бортовой овощевод, Марина.

Один мужчина был способный на все виды ремонта, Демьян. Все могли починить при необходимости приборы на борту корабля, но пятый был просто виртуоз и разбирался во всех системах корабля, как говорят с закрытыми глазами. Каждый во время полета будет нести вахту на командном пункте, каждый знал маршрут полета и был в какой-то мере штурманом, но командиром экипажа был выбран шахматист, Глеб.

Пуск корабля прошел нормально, средства массовой информации молчали, так как все прошло благополучно. Во время отошли ступени с топливом, корабль вышел в открытый космос, радиосигналы стали слабее. Пока корабль летел по солнечной системе, команда постоянно отправляла сообщения на командный пункт. Пройдя солнечную систему, космический корабль попал в черную дыру, главное было удержаться в русле черной дыры, и держать корабль по ее курсу.

Космический корабль вынырнул в созвездии Сириус. Сириус 1 светил ярко, и радостно приветствовал корабль с Земли. Солнечные батареи собирали в себя энергию Сириуса 1, так как они здорово поиздержались в черной дыре.

Растительность на корабле резко выросла, экипаж с удовольствием ел, свежую зелень. Краски заиграли, стихи засверкали, проза вдохнула вдохновение. Шахматы остались на месте. Командир корабля искал Сириус В. Малая сверхтяжелая звезда

была обнаружена через сутки после появления в созвездии Сириус. Корабль облетел малую звезду и к своей неуемной радости обнаружил планету — звезду Сириус 3, который слегка светился, но температура воздуха на планете была 27 градусов по Цельсию.

Облака нежно окутывали планету полупрозрачной оболочкой. Притяжение Сириуса 3 было в два раза меньше, чем на Земле. Корабль радостно взревел моторами, из него с двух сторон вышли два крыла, и как обычный самолет он приземлился на Сириусе 3.

Корабль стоял на твердом поле.

Экипаж с любопытством смотрел в окно. Со всех сторон поле окружали сады с яркой зеленой зеленью. Виднелись легкие тени людей в светлых туниках, они слегка летали в воздухе, как эльфы, но, ни один эльф и головы не повернул в сторону прилетевшего корабля. Экипаж забеспокоился, но ненадолго. Они решили, что души людей не могут видеть живых людей, что есть некое магнитное поле, окружающее корабль, и делающего его невидимым.

Приборы показывали наличие воздуха за бортом и температуру 27 градусов.

Можно было выходить без скафандров, но Мартин предположил, что могут быть в воздухе опасные газы, и лучше всем, кто будет выходить, надеть легкие скафандры.

Земной ландшафт убаюкивал взгляды, слышно было пенье птиц, но и птицы не обращали внимания на людей.

Мартин понял, почему здесь земной рай, из-за черной дыры, которая связывает солнечную систему с созвездием Сириуса и делает путь наиболее коротким. Внешние благополучие планеты Сириус 3. вполне пригодно для Рая.

Самое интересное, что Мартину не хотелось выходить из космического корабля и топтать Рай земной.

Солнечные батареи Глеба себя оправдали полностью, они вновь заряжены и Мартин предложил команде вернуться на Землю.

Задание они выполнили: Рай нашли, солнечные батареи себя оправдали. Команда с командиром согласилась и отбыла к планете Земля. За благое дело их всевышние власти не наказали, и они благополучно вернулись на Землю. Глеб был рад возвращению космического корабля с его вариантом исполнения солнечных батарей, а Марина во время полета выздоровела.

Водная стихия океанов, несколько напоминает космос, погружение, как и взлет без перегрузок не бывает. Смешно сказать, но Мартин уже несколько лет думал о том, что ему совсем не нравятся подводные лодки, работая конструктором совсем в иных областях, он постоянно в мыслях возвращалась к подводным лодкам. Как-то ему очень повезло, потому что дали разрабатывать небольшое устройство для глубоководного погружения, от такой работы он был на седьмом дне от счастья.

Но счастье полным не бывает, к ним в КБ пришел новый начальник, вылитая копия одного из предыдущих президентов страны. Имя, фамилия, внешность, рост — все соответствовало этому президенту. Во время царствования президента — царствовал и конструктор — двойник, у него в подчинении было огромное КБ. Если его жене нужна была новая квартира, ему ее давали в течение недели, а через две недели он мог уже в нее въезжать.

Президент на троне был лет пять, пять лет его двойник — конструктор наслаждался властью над людьми и над конструкциями. Триумфальный пик прошел, и двойник конструктор в пенсионном возрасте пришел в маленькое КБ, где работал Мартин. Двойник — конструктор решил навести свой порядок и среди людей, и в разрабатываемых ими изделиях. Больше всех в КБ ему нравилась работа Мартина, он постоянно доставал его своими не совсем правильными указаниями по поводу конструирования прибора глубокого погружения.

Надо сказать, что к этому времени Мартин уже много лет работал самостоятельно и то, что он разрабатывал, все работало. Новый отставной начальник КБ мешал ему из всех своих бывших триумфальных сил. До него он уже разработал основной узел конструкции, он прошел все испытания. Вредитель — двойник не давал ему повторить испытания с устройством, он заставлял все делать, наоборот, у него магниты и те, работали не правильно.

Ужас охватил все сознание Мартина. Руководитель портил все его работы, отчаянье — слабо сказано, сопровождало все дни его работы с двойником — вредителем. Не может администратор работать — конструктором! Если он командовал армией разработчиков, это не значит, что он разрабатывал то, что они делали. Он был — администратором двойником президента и все. Изумительная работа с подводным объектом была разрушена двойником до основания. Бог не дал загнуться Мартину в присутствии двойника президента.

Нельзя конструктору от Бога мешать разрабатывать конструкции! Бог пожалел Мартина и послал ему нового руководителя, Глеба с которым он уже раньше работал. Оба они были одержимы идеей разработки легкой подводной лодки. Чем не нравились Мартину, существующие подводные лодки? Своими размерами.

Плавающие дома в океане, с огромным количеством не нужных трубопроводов, выполненные из некачественного материала не могли радовать потомственного конструктора. Помните гибель 'Титаника' и огромное количество версий из-за чего он потонул? Мартина из всех версий интересовала одна — обшивка корабля была выполнена из трухлявого металла, а внутреннее убранство корабля было роскошным. Страшное противоречие! Лед победил металл! Абсурд конструкции корабля.

А если посмотреть конструкцию подводных лодок? Ад моряка и это слабо сказано. Раньше матросов закармливали тушенкой и сгущенкой их кормили лучше остальной армии, это ему рассказывал бывший подводник. А теперь? Чем заманить матроса в подводную лодку? Следовательно, к разработке подводных лодок надо привлекать совсем другие умственные силы, пересмотреть в корне надо это средство подводного перемещения подводных ракет и людей.

Миниатюризация должна проникнуть в конструкцию подводной лодки.

Мартин и Глеб приступили к разработке подводного вертолета. Именно вертолета. Без винта самолет не летит и корабль не плывет. Мартин разработал герметичный узел между внутренней частью корабля и наружным винтом. Сложная вещь без магнита не получалась, у него все получилось с помощью нескольких магнитов.

Если винты у кораблей сзади, то у легкой подводной лодки 4М винт располагался сверху. Великий конструктор вертолетов М. вложил свои знания в вертолеты — самолеты. Неизвестный миру главный конструктор Мартин разработал подводный вертолет. А то, что он неизвестен народу ему было понятно со времен деда. Дед ее всю жизнь был засекречен, его имя знал великий С.П., но народ и дальние родственники не знали, что дед разрабатывал и кем он был на самом деле.

Подводный вертолет на выставки не посылали, его сразу спрятали от глаз людей и объявили секретным подводным НЛО. Размеры подводного вертолета были больше воздушного, несомненного. Так, малогабаритная квартира, с пультом управления малых размеров. Мартин был великим разработчиком в области миниатюризации конструкций за счет применения и разработки новейших микросхем и других электронных компонентов. Мартин был известным в своих кругах конструктором в области разработки герметичных корпусов с применением магнитов для передачи одного вида движения в другой.

Форма подводного вертолета постепенно при конструировании стала овальной, огромное число прорисовок осталось позади. Макеты работали безотказно. О работах в этой области подводных плавучих средств узнали первыми вездесущие разведчики. Секретность работ была предельной, все люди свои, чужих не брали, но информации просочилась в секретные много знающие службы страны.

Мартин почувствовала слежку, но двойников ему не посылали и не мешали работать. Разработка подводного вертолета была завершена, он прошел все испытания. Заказчик был доволен, но на увеличение серии не шел, для массового пользования новинку пускать не хотели, секретные службы на десять лет взяли подводный вертолет на вооружение, после этого дали разрешение на массовое использование подводного вертолета.

Летающая тарелка с конусообразным дном вращалась медленно над лесом. Интересно, что высматривали из иллюминаторов на конусе в лесу, в позднюю осень? Листва черным ажуром лежала вдоль малахитовых дорожек, сами дороги были чисты, листва на них уже практически не падала. Маленькие белки, полные и сытые иногда перебегали чистые дорожки.

Наблюдатели с летающей тарелки, просматривали сквозь призму времени, жизнь Марины. Для простоты эксперимента выбрана дорога в лесу, по которой периодически в течение 30 лет она проходила. Дорога шла от космического института до жилого комплекса, где Марина жила. Ее на летающей тарелке знали, знали всю ее жизнь, и поэтому именно с ней решили провести временной опыт.

Видеокамера была установлена внизу конуса, как иллюминатор. Оператору было бы неудобно смотреть вниз, поэтому плоский жидкокристаллический монитор времени, по которому наблюдали, был установлен внутри летающей тарелки со всеми удобствами. В команде было три человека. Все явления, возникающее в поле зрения видеокамеры, появлялись на мониторе, записывались на диски памяти компьютера, их легко можно было демонстрировать и устанавливать новые.

В команде летающей тарелки, был немолодой уже Глеб, живой дракон знал о Марине все. В фокусе экрана была дорога, на отрезке, в десять метров. Марина только что прошла в настоящем времени. Датчики памяти из летающей тарелки вцепились в ее мозг.

Разговор внутри тарелки:

— Знает ли Марина об эксперименте?

— Естественно нет!

— Видит ли она летающую тарелку?

— Нет, не видит!

— Почему?

— Летающая тарелка окружена защитным полем, делающим невидимым сам объект. Для людей, смотрящих с земли, летающая тарелка кажется небольшим облачком, а если учесть, что лес достаточно высок, то очертание пролетающего облака мало может волновать людей.

— Почему выбрали Марину?

— О, об этом после эксперимента.

Марина прошла по лесной дороге с Демьяном. Дорожка стала практически пуста, а в окне монитора наблюдения появилось:

— Лето, двадцатилетней давности. Исчез малахит, появилась дорожка, протоптанная людьми. Марина шла с красивой брюнеткой и маленькой девочкой от космического стадиона в сторону своего дома и прихрамывала. На стадионе проводили соревнования на ловкость и скорость, а Марина умудрилась подвернуть ногу.

— Лето следующего года. Дорога асфальтированная. Семья Марины шла на реку купаться.

— Зима. Снежный лес. По дороге идет Марина с мужем в космический институт.

— Весна. Дорогу перебегают ручьи. Поют птицы. Марина идет с сотрудницей космического института от работы до дома.

Монитор зарябил. В нем быстро пробегали незначительные эпизоды времени с ее участием. Жизнь Марины нет-нет да проходила по этой дороге и в снег, и в зной, и в дождь, и всегда менялись люди, которые с ней шли, но не было ни одного кадра, где бы она шла одна.

Командир летающей тарелки ждал не этих кадров, все было затеяно для проверки одного уникального случая в ее жизни, но может, все произошло раньше, чем двадцать лет назад. Марина смотрится необыкновенно молодой, а ведь ей уже за сорок лет, значит надо смотреть события 25 летней давности!

— Все, ребята, остановка! Надо настроить приборы и мониторы на 25 лет назад, но в следующий прилет, — сказал командир летающей тарелки.

Опустился туман, прошел осенний дождь, подул не совсем легкий ветер, и красота постепенно стала покидать божественную кленовую поляну. Кленовые листья, как раскрытые ладошки лежали на земле и понемногу теряли свою первозданную, нежную желтизну. Клены стали принимать растрепанный вид, но еще оставались с медными всплесками листвы.

Человек многогранный, не пьет, не курит, автомобилями не управляет, всю жизнь работает, отдыхая в работе. Специальность всю жизнь одна — конструктор. Хобби — стихи и проза. Медицина — хобби, но не столь известное другим. Было время, вязала так много и быстро, что десять лет не вяжет. Шила для себя, но давно не шьет. Готовит, но все меньше. Убирает дома, но под настроение. Мужчин и мужей нет, были, но по возрасту…

Глава 13

Небо, затянутое монотонными серыми облаками, настраивало на спокойное настроение. Марина шла по асфальтной тропе, окруженной яркой листвой цивилизации, резко отличающейся от луговой травы. Десять шагов в одну сторону от тропы гарантировали дремучие заросли кустарников, пять шагов в другую сторону привели бы к шоссе с округлыми автомобилями, и только чистая тропа с асфальтным покрытием была во власти редких пешеходов. Жизнь прекрасна, но в ней нет места для дремучей лени и огромных скоростей, поэтому тропа и есть то, что делает жизнь благополучной. Трудно понять простую логику Марины? Нет, у нее на жизнь и состояние людей своя статистика. Состояние человека не определяется его финансовым состоянием, оно определяется его физическим состоянием, которое купить нельзя, но улучшить можно. Благоразумие — тонкая нить, определяющая благополучие человека.

Нет, Марина не само совершенство, но нечто нетривиальное в ней есть. Она стройная, гибкая, с волосами немного ниже плеч, цвет которых зависит от настроения. Марина мало отличается от обычных людей, кроме одного странного явления, которое появляется в ней в минуты смеха или гнева, — это лучи света, выходящие из уголков глаз. Если девушка смеялась, то ее глаза лучились лучиками, которые окружали ее глаза. Люди иногда специально смешили Марину, чтобы увидеть фейерверк веселых лучиков. Но, если необыкновенная девушка сердилась, лучи света менялись, они сосредоточивались в зрачках и начинали излучать странную энергию. Иногда возникало ощущение, что эти лучи пронзали человека насквозь, и могли вызвать в его организме необратимые явления.

Девушка подошла к прямоугольному зданию, напоминающему айсберг, прошла банальную вертушку, и вошла в холл. Легкая прохлада помещения окутала все ее существо. Светлый лифт, увеличенный большими зеркалами, неслышно доставил Марину на тридцатый пятый этаж, расположенный рядом с серыми облаками. Рабочее место с компьютером отличалось от других, только наличием не цветущих цветов. Намечался великий день молчания. Сотрудники фирмы молчаливо работали на своих местах, среди них приветствия и прощальные слова не приветствовались, они могли отвлечь от важной работы. Скучно? Нет, надо уметь чувствовать себя комфортно в той среде, в которой приходиться работать, не докучая другим понапрасну, но и не давая забыть о себе окончательно.

На компьютер Марины поступили новые данные о состоянии берегов Иволги, то-то она сегодня прошла мимо автомобиля Иволга, который просто перегородил ей дорогу. А на экране монитора появились берега Иволги, облепленные дачными домиками. Нормальные береговые оползни раскололи одни дома или утопили другие на десяток метров под землю. Марина никогда не могла понять тех, кто строил дома в береговой полосе океанов и крупных рек. Берег можно укреплять травой, кустарником, небольшими деревьями, но дома всегда способствовали разрушению берегов. Понятно, что подземные силы земли огромные и сдвиги земной коры явление нормальное, но люди любят жить на берегу и с этим ничего нельзя поделать.

У Марины от вида поврежденных дачных поселков появилось странное предчувствие, что у господа Бога на Земле существует его земная жена Нимфа. Это она не дает жить ласточкам в береговой зоне. Можно подумать, что процессы в земной коре происходят сами собой, но можно подумать и иначе, и на это есть свои основания. Как выглядит госпожа Нимфа? Этот вопрос невольно заинтересовал Марину. Интересно, а, сколько ей лет? Столько сколько и земле? А что она делала во времена динозавров? Тогда точно никто не строил домиков на береговых склонах Иволги. Вот, на Восточном полуострове забил новый гейзер. А все просто, госпоже Нимфе понравился мужчина, следивший за ее гейзерами, и она во время его обеда выбросила струю воды перед его красивыми глазами. Это уж точно дело рук женщины!

Марина невольно вздрогнула, когда к ней подошел руководитель, человек без возраста по имени Маг Мак. Он посмотрел на экран монитора, заметил гейзеры вместо оползней на берегу Иволги, и удивленно посмотрел на девушку.

— Марина, объясните, откуда взялись гейзеры на берегу реки? — спросил он, наклоняясь, ближе то ли к монитору, то ли к золотистым волосам.

— Маг Мак, мне пришла мысль, что оползни на берегу реки дело рук госпожи Нимфы, и гейзеры — ее рук дело, — защищая гейзеры на экране, проговорила Марина.

— Точно! И как это никто раньше об этом не догадался! — шутливо воскликнул Маг Мак, излучая смешливые лучики вокруг глаз, и строго добавил: — Ваше дело заниматься прогнозированием оползней, когда и где их можно ждать и предупреждать население планеты об опасности!

— Так и я о том! — воскликнула Марина. — Надо найти госпожу Нимфу и спросить у нее, что она еще собирается натворить, где наметила землетрясения. Почему она любить трясти землю? А я здесь причем?

— Вот умная девушка, нельзя все в одну кучу собирать. Хотя со мной был один случай. Хочешь — верь, хочешь — нет, но дело происходило в одном домике, ныне разрушенном оползнем. Я и мой друг Яшка Полешко приехали в очередную командировку в город, расположенный на берегу Иволги. Мы поселились у молодой хозяйки, весьма задорной дамочки. Я попытался с ней заигрывать, а она сказала всего два слова: 'Спи один'. На следующий день произошло сильное землетрясенье в населенном пункте с аналогичным названием.

— Вот! А я о чем вам говорю! — воскликнула Марина. — Так это и была сама госпожа Нимфа! Вы ее сами видели! А мне не верите, что она существует. 'В одних случаях пласты земли, расположенные по сторонам разлома, надвигаются друг на друга. В других — земля по одну сторону разлома опускается, образуя сбросы. В местах, где они пересекают речные русла, появляются водопады. Своды подземных пещер растрескиваются и обрушиваются. Бывает, что после землетрясения большие участки земли опускаются и заливаются водой. Подземные толчки смещают со склонов верхние, рыхлые слои почвы, образуя обвалы и оползни', - я на память помню эти слова, но кто-то этим руководит! Вы хотели приблизиться к госпоже Нимфе вечером 6 декабря 1988 года, и она устроила сильнейшее землетрясение! Маг Мак — вы Чудовище!

— Точно, это было именно тогда, — удивленно проговорил Маг Мак, приподнимая руками волосы, с закрашенной сединой.

— Так и хочется спросить, а что вы делали 25 апреля 1966 года? К кому вы приставали, молодой человек? — напористо спросила Марина.

— Марина, я не Дон Жуан! Весной 1966 года я был полон сил и энергии. Я был страстный, непокорный, необъезженный жеребец. Но я вспомнил! Я тогда увлекся одной девушкой, очень похожей на ту дамочку с берега Иволги, но значительно моложе. Она мне протянула хлеб и сказала: 'Даш — Кент'. Я еще подумал, что она плохо знает наш язык. Я ей сказал, что меня зовут Кент, а не Маг Мак.

— Але, Маг Мак! Мне страшно! Вы ее больше не встречали? Ее Даша зовут? — испуганно спросила Марина, понимая, что перед ней тот человек, который лично видел госпожу Нимфу. Под каким бы именем она не пряталась. — А сейчас она напоминает вам о себе, оползнями на берегу Иволги!

— Нет! — со страхом в голосе воскликнул Маг Мак, — Я боюсь ее встречать, она скажет два коротких слова. А потом разрушительные землетрясения происходят.

— Маг Мак, вы великий знаток динамического хаоса земли с эффектом бабочки, познакомьте меня с госпожой Нимфой! — воскликнула Марина с горящими от восхищения глазами, сверкающие от лучей собственного света.

— Марина, ты думаешь, что ты мне предлагаешь? Где я найду госпожу Нимфу? И зачем она нам нужна? Включи новости, быстро! — Маг Мак посмотрел на экран и воскликнул: — ЭТО ОНА!

— Этна, — проговорила Марина. — Посмотрите, в титрах 1981 год. Тогда произошло извержение вулкана. Теперь я знаю, как выглядит госпожа Нимфа!

Маг Мак прекрасно знал госпожу Нимфу. Он чувствовал ее сквозь время и расстояния. Да, что говорить они всегда были знакомы. Эта Марина обладает хорошими способностями, она весьма проницательная особа. Как она ловко уловила цепь событий, о которой он сам догадывался, но проводить аналогию боялся. Маг Мак некогда окончил университет. В то далекое время он был умен и хорош собой, тогда он и познакомился с госпожой Нимфой, или точнее с Нимфой Дерн. Как ловко Марина ее вычислила! Нимфа в то время, когда Маг Мак имел только права на вождение, имела шикарный автомобиль. Где она его взяла неведомо, но смотрелась в нем дивно. Меньше всего он думал о том, что она причастна к землетрясениям, да и до сих пор об этом он не думал, пока от Марины не услышал.

Именно Нимфа подарила ему светлую машину Иволгу. Маг Мак был счастлив и любви обилен, насколько это было в его силах. Нимфа Дерн появлялась на его глаз редко и надолго исчезала. Он не грустил без нее, а работал в научном институте, куда она его пристроила. В нужный момент он получал сообщение от Нимфы и предсказывал катаклизмы на Земле, из-за чего слыл незаменимым сотрудником. Ничего необычного в этом не было, совесть его не мучила. Маг Мак верил в то, что все происходящее на поверхности Земли происходит само собой или зависит от Луны и Солнца, но не от него и Нимфы. Поэтому он с чистой совестью поехал на море на своей Иволге.

Машин на трассе было немного, и Маг Мак один въехал в тоннель, которого на карте не было. Где-то по центру тоннеля под колесами оказалось плавное препятствие. Автомобиль остановился. Свет с двух сторон тоннеля исчез. Тьма наступила полная. Навязчивый страх влез в душу. Где-то мы это проходили, — подумал он и включил освещение в салоне, но свет не появился. Все стихло. Тишина. Темнота. Неожиданно возникло ощущения, что заработал двигатель, но не автомобильный, а реактивный. Маг Мак почувствовал покачивание, потом словно его оторвало от земли. Возникло ощущение полета и страха от неопределенности. Вскоре появился свет. Он хлопнул себя по лбу, поняв, что находится внутри грузового самолета, сразу увидел саму Нимфу Дерн! Кто бы в этом сомневался.

— Маг Мак, выходи из машины, — сказала очаровательная дама, улыбаясь ослепительной белизной зубов, излучая потоки проникновенного света из глаз.

Маг Мак покинул свое ненадежное укрытие и присоединился к госпоже Нимфе. Они вышли из грузового отсека самолета и оказались в довольном милом салоне.

Госпожа Нимфа пояснила:

— Мы летим на дремлющий вулкан. Зачем тебе ехать на море, если можно отдохнуть на теплом склоне вулкана. Не волнуйся, Маг Мак, рядом с вулканом находится горная гряда с прекрасной горной речкой. У меня есть небольшой переносной домик, его перевозят на грузовом самолете и ставят там, где мне необходимо. Я должна быть в центре событий земной коры. Самолет надежный, с большим запасом топлива. Он зависнет в нужном месте, выпуская из себя пропеллер, и запуская его.

Вскоре самолет дернулся и завис в рокоте пропеллеров. У Мага Мака от обиды тряслись поджилки, именно от обиды на собственное бессилие. Он ничего не мог поделать с этой властной женщиной, командующей всеми катаклизмами земной коры. Он ехал к морю, а его закинули на вулкан. Лафа. Домик оказался вполне сносным для жилья и с биологическими удобствами. Мало того, госпожа Нимфа заставила его ползать и лазить по поверхности вулкана, приговаривая, что ногами и руками надо пользоваться, чтобы они не болели. Но они просто изнывали от непривычной мышечной боли. А что делать? Команды старших по званию надо выполнять. Что Нимфа делала в вулкане неизвестно, у Мага Мака было ощущение, что она переговаривалась с духом вулкана. После недельного вулканического отдыха они покинули гостеприимный вулкан, который довольно скоро заработал, о чем писали и говорили СМИ. Маг Мак от СМИ не отставал, он оформил пребывание на вулкане творческой командировкой и стал героем научного института. Он, единственный во всем мире предсказал извержение именно этого вулкана.

Марина не удивилась, что ее шеф Маг Мак в очередной раз проявил чудеса прозорливости. Он ее вообще не подпускал к теме вулканов, поэтому Марине трудно было судить о его научном подвиге. Девушке передали проблемы смещения плит на дне океане, расположенных подальше от берегов. В этих местах огромные волны никому не мешали и ее прогнозы мало кого волновали. Но все оказалось сложнее.

Маг Мак предложил Марине поучаствовать в экспедиции на дно океана в районе Бермудского треугольника. Она невольно согласились на участие в подводном эксперименте, раз на этом настаивал сам Шеф, который был накоротке с госпожой Нимфой.

Дело в том, что Маг Мак решил основать подводный дом на дне океана, где лежал гидрид метана, напоминающий подводный снег. Этот снег окружал соленое озеро, расположенное на большой глубине. На поверхности озера можно было лежать и качаться на волнах, находясь при этом на дне океана. Вокруг соленого озера на гидриде метана росли водоросли, которым было более двух сот лет.

Прекрасное было дно у бермудского треугольника, когда гидрид метана таял, выбрасывая на поверхность океана газ, который захватывал корабль и топил его, помещая в соленое озеро на вечное хранение. Поэтому Нептун Бермудского треугольника был самым знаменитым. Прежде чем построить подводный дом, Маг Мак предложил опустить на дно океана предполагаемых жителей в глубоководном батискафе. Среди донной растительности он был намерен построить подводный дом, и набирал команду для необыкновенной жизни в пучине океана, на берегу озера.

Все просто, — думала Марина, — когда у меня нет любви, то я чувствую себя человеком в соленом озере, расположенном на дне океана. Но нормальный мужской взгляд способен поднять меня из глубин океана, и опустить на берег жизни. Она опустилась в батискафе на дно океана, на берег соленого озера.

Марина посмотрела в иллюминатор и сказала Магу Маку:

— Прекрасный вид из окна. Я, пожалуй, соглашусь на жизнь в данном месте.

И услышала возражение Мага Мака:

— Марина, куда тебя несет? Как ты сможешь жить в соленой воде, на берегу еще более соленой воды?

— Маг Мак, представляете, у меня будет дача на дне Бермудского треугольника! Это самое необыкновенное место на земле, — сказала Марина и посмотрела в иллюминатор на место будущего строительства. Растительность в виде кораллов живописно простирала свои необыкновенные стебли. — Место волшебное, почему бы его не освоить, — ответила Марина, — а, что касается финансовых затрат, то этот вопрос меня не касается, — и вновь она посмотрела в иллюминатор: за стеклом проплывали странные существа, которые ей понравились, и она решила пусть они будут домашними животными на будущей подводной даче.

Маг Мак не выдержал и нарочито спросил:

— Я все понимаю, но не понимаю, как жить на дне океана?

— Маг Мак, покажите мне дно океана в этом месте! Вы его видите? Нет! Понимаете, у Бермудского треугольника два дна! Редчайшее место на земле! — возразила Марина будущему соседу по подводному поселению.

— Конечно, самое оно для подводной дачи! — несколько ехидно ответил Маг Мак. — Марина, океан в этом месте нашей стране не принадлежит! Кто мне даст возможность здесь строить подводный дом? Ты, что думаешь, люди не заметят грузы для строительства подводного дома? — возразил преднамеренно Маг Мак.

— Маг Мак, еще раз посмотрите в иллюминатор, сюда грузы доставят на подводной лодке! Есть новая подводная лодка для таких целей, а в Бермудском треугольнике я не заметила пограничников. Вы их видите? Нет. И я не вижу, значит, подводная лодка пройдет только так, — убежденно закончила свою речь Марина.

— Марина, хватит говорить, мы поднимаемся, — сказал Маг Мак.

Самостоятельные, способные, требовательные мужчины, да еще и жадные зачастую остаются без потомства. Физически с ними все нормально, но кому нужен дома жадный автомат по производству замечаний и требований? Таким образом, получаются добропорядочные, но нетронутые любовью мужчины типа Маг Мака. Что главное в жизни? Все главное. А, что главнее? Вовремя увернуться и сделать некий зигзаг, финт ушами или ногами, уехать, уйти, остаться на месте, но не встречаться с теми, с кем на данный момент времени встречаться по всем правилам этикета нервных клеток — не хочется.

Иногда встречи предопределены, тогда надо сделать так, чтобы на глазах не встречались люди, чья встреча не доставит радости. Опуститься на дно? Вот люди и меняют места обитания, ради окружения или его полного отсутствия. Марина — девушка нормальная, без больших амбиций, с несильно заниженной планкой. Она может влюбиться, она способна влюбить в себя. В старые времена людей женили, в нынешние времена пытаются научить людей встречаться и жениться с помощью средств массовой информации. Общий уровень жизни вырос, больше появилось людей преклонного возраста. И, стало мало тех, кто хочет создать семью и жить самостоятельно. Почему? Лениво.

Для выживания людей — финансовый приоритет не всегда находится во вновь образуемой семейной ячейке. Понятно, что семьи — основа любого государственного строя, но семьи превратились в ячейки общества, которые способны выживать с наименьшим сопротивлением. Что еще. Появились очень богатые люди, которые уменьшили средний класс, способный к производству потомства. Появились натуральные дворцы зачастую бездетные. А, в общем, все нормально…

На поверхности океана творилось нечто страшное. Волны захлестывали корабль, словно океан не хотел отпускать людей из своих глубин. Марине показалась, что сам Нептун Бермудского треугольника поднимал волны, хотя она только, что была на дне и Нептуна не видела.

Команда будущих жителей подводного царства отличалась сплоченностью и умением противостоять стихии. Они победили волны Нептуна, или им так показалась. Нептун побушевал на море и стих, это к нему прибыла госпожа Нимфа на ступе, и замолвила слово за свою команду.

Марина дала согласия быть постоянным жителем дома на дне океана. Для нее все казалось предельно простым, она знала, что купола сооружать над домом не будут, его быстро заметят. Воздуха на дне нет, оставался скафандр вместо батискафа для местных прогулок. Марина чувствовала ловушку, она уже понимала, что попала не в шутливую историю.

Действительно, для жителей подводного царства готовились доспехи в виде морских животных, для которых океан место жизни. В качестве доспехов подводным жителям выдали герметичные костюмы в виде осьминогов. Правда, самих осьминогов на дне океана в этом месте не было. Магу Маку предстояло стать осьминогом вместе с Мариной. Жить им надлежало в доме без кислородных масок, а плавать в океане они могли в костюмах осьминогов, в щупальцах которого были места для рук, ног, головы и кислородного баллона.

Подводная лодка подогнала тяжелые каменные кубики, опустила их на берег соленого озера, на подводный снег. Водолазы в скафандрах в виде осьминога легко построили из них дом. Дом изнутри покрыли непроницаемой оболочкой и закачали воздух. Так, что когда Марину второй раз опустили на берег озера на дне океана, она с удивлением увидела нормальный подводный дом. Правда, чтобы попасть в него, надо было пройти через камеру, уравнивающую давление, сопоставимое с жизнью человека. Все в мире предельно просто, — мелькнуло в ее голове. Два осьминога вплыли в дом, и вскоре встретились за одним столом в нормальной одежде. Они не успели рассмотреть друг друга, как дом закачался, вокруг него забурлила, закипела вода. Дом стал всплывать, потом резко опустился в соленое озеро. Герметичность дома сохранялась, но они вцепились в стол, имеющий по контуру ручки. В глазах промелькнул испуг. На время вокруг дома появилась совсем другая вода, они видели ее в иллюминаторы. Послышался рев двигателей, дом вновь всплыл из соленого озера, и опустился на прежнее место. Марина знала, что дом снабжен автоматической системой самосохранения, но не предполагала, что все настолько серьезно.

Общая комната казалась спасительным местом, где сидели жители подводного дома, держась за стол, боясь от него отойти в сторону. О том, что с ними может произойти, им не говорили. Марине показалось, что все вскоре бы покрылись болотной тиной, но тина в этом месте океана не росла. Из чего сделан дом, она не знала. И почему она согласилась на эту экспедицию? Ответа у нее не было. Она никогда не любила обычные башни, и первые этажи посещала с трудом, ощущая давление бесконечных этажей. На дне океана на нее давила огромная масса воды, словно небоскреб. Неожиданно чувство страха прошло, люди заговорили одновременно. И вскоре замолчали.

Маг Мак взял командование на себя, почему он раньше не приступил к своим обязанностям — не понятно. Он знал больше Марины, у него были инструкции по эксплуатации подводного дома. И он сознательно согласился на экспедицию. Маг Мак рассказал о правах и обязанностях жителей подводного дома. Марина слушала и думала, почему раньше им ничего не говорили. И сама ответила: они бы не согласились опуститься на дно. Иногда большие глупости по незнанию легче даются.

Марина оторвалась от стола, и решила осмотреть дом, в нем оказалось две спальни, одна общая комната, кухня и несколько закутков с иными названиями. В голове возникли простые вопросы: где взять воду среди воды, и, где взять электроэнергию? Ответы дал Маг Мак. Оказывается из гидрата метана можно получать энергию, необходимую для обслуживания дома. А воду брали из океана для различных нужд и очищали от солей. Питьевую воду Марина обнаружила в цистерне, с ней домик и погрузили на дно. Отлично!

У них все было, кроме возможности для прогулок. Но и этот вопрос был решен, они будут плавать в скафандрах осьминогов по расписанию, по два человека. Марина немного повеселела, а если у нее появилось настроение, то оно незамедлительно появилось у Мага Мака. Самое главное, что они были не просто на дне океана! Они находились на берегу подводного озера, с более тяжелой водой и со своим берегом. То есть некое ощущение берега у них сохранялось, и это необыкновенно важно в такой ситуации. Кроме того, дом меньше всего напоминал подводную лодку или батискаф. Жителям подводного дома сохранили ощущение домашней обстановки, предстояло наладить личные контакты.

Маг Мак сказал, что он главный в подводном доме, против него Марина и не возражала. Оставался человек, который не проявлял себя никак. Маг Мак и странный человек быстро ушли в свою каюту. Марина не успела разглядеть третьего жильца подводного дома, когда они были объяты неизвестностью вокруг стола. Маг Мак сказал, что тепловой режим под домом пришел в норму, и дом встал на свое место. Марине захотелось спросить, когда яблони посадят, но она промолчала. Он добавил, что проблем с подачей воздуха, светом не должно быть. Задача всех жителей подводного дома: жить с максимальным комфортом на отведенной герметичной территории.

Марина ушла в комнату, которую Маг Мак ей выделил в качестве спальной. Она ожидала увидеть две кровати, привернутые к полу, либо двух ярусную кровать и встроенный шкаф. Но она была приятно удивлена. В комнате размером в двадцать квадратных метров стояли две приличные кровати. Над каждой висел ковер ручной работы с камнями самоцветами. Комната имела удлиненный вид, с дух сторон стояли кровати. Дверь в комнату была по центру, и напротив входа висело зеркало над двумя столами. С двух сторон от входа стояли шкафы с витиеватой отделкой. Зеркало по контуру было разрисовано такими же завитушками.

Комната хоть и была одна на двоих, но стоила немалых денег, если судить по креслам, стоящим с двух сторон от зеркал. Кресла из тонкой кожи с жатыми завитушками были великолепными творениями неизвестного автора. Перед креслами стояли столики с мраморными столешницами в тон кожи кресел. Все цвета комнаты, как бы играли каждый с собой на разных предметах, и в одинаковых завитушках. Марина вышла из комнаты и обнаружила две двери, расположенные с двух сторон от двери в комнату и она вернулась в комнату. Она выбрала себе по кровать, точнее, пошла налево, значит, и двери перед комнатой нашла свою хозяек. Дверь Марины стала левая, правая дверь оставалась ничьей. Марина легла на левую кровать, и еще раз осмотрела комнату. Вместо привычных окон сверкало зеркало с морозными узорами.

Марина стала искать иллюминаторы, но в явном виде их нигде не было, проведя рукой по ковру, она обнаружила непонятные неровности. Тогда она потянула за алмазную подвеску на ковре, часть ковра отошла от стены, за ней сверкал и переливался иллюминатор. Приятно было посмотреть в аквариум величиной с океан. Марина немного боялась, ей было страшно одной в одиночестве и безмолвии океана. Она закрыла иллюминатор ковром и подумала, что это верное решение спрятать вид из окна. Разницы в давлении она не ощущала, барометр показывал ее любимое давление на земле. Девушка лежала. Усталость сковывала, но сна не было. Марина обошла комнату, осмотрела все выступы и неровности стен, потолка и пола. Могли бы плакаты повесить, где люки и окна, — подумала она и вышла из комнаты.

По коридору метнулась тень и исчезла в комнате. Марине элементарно хотелось — есть. За столом сквозь страх непонятных перемещений, она так ничего и не ела, хотя не помнит, чтобы кто-нибудь еду предлагал. В общей комнате Марина обнаружила несколько холодильников под видом стенных шкафов. Она приложила большой палец к ручке своего холодильника и открыла его. Полки были плотно уставлены продуктами в герметичной и компактной таре. Она взяла одну упаковку и села за стол. В душе возникла необъяснимая обида, неизвестно на что. Спрашивается, зачем спустилась на дно океана? Она задумалась…

Глава 14

Последнее время до Соленого озера Марину волновала загородная недвижимость, это надо сказать полная ожидаемая неожиданность. Цены на земельные участки можно сравнить с горой с разными склонами. В центре столицы страны верхушка горы, но склоны у нее разные, они зависят от шоссе и сторон света. Цены по шоссе между двумя столицами весьма высокие, для Марины фантастические, нормальные цены в ста пятидесяти километрах в сторону от центра. Вот, замутила.

У Мага Мака была дача, но ей чужая недвижимость не нужна. Она ему нравится, потом разонравится, и он выгонит ее со своего земельного надела с личным колодцем. Нет, Марине нужен свой участок пусть на куличках, но со здоровым климатом и с новой травкой на газоне, а не болото с клюквой. С точки зрения здоровой энергетики, центр столицы — это самая глубокая яма отрицательной энергии, которая выбирается из ямы с каждой стороны, все зависит от плотности населения. Здесь вообще все наоборот, где больше цены на земельные участки, там хуже энергетика. Значит на куличках — самая полезная энергетика, там что бог дает человеку, то ему и достается, а не делиться на многоэтажную толпу. После таких умозаключений и Маг Мак показался не слоном, а вполне симпатичным человеком, который на 15 процентов больше Марины во все стороны. Тут, с какой точки зрения подойти к ситуации, если с правильной ситуации, то любая ситуация будет правильная.

Еще можно сделать вывод, что богатые люди, живущие в плотно заселенных районах, по сути беднее бедняка из глубинки, являющейся на самом деле энергетической возвышенностью. Следовательно, Марина хотела купить земельный участок ближней глубинки, но для начала она купила местные газеты. Первый заголовок опустил ее с небес философии: 'Уличное освещение за долги на улицах городка будет отключено'. А если ее участок за пределами штрафных санкций, то там вообще забудут подать электричество. Получается, что кроме земли и божественного воздуха ничего на земельном участке в глубинке и нет. То есть, там, где есть небесная энергетика, энергоносители отключены, вероятно, чтобы не было энергетической перегрузки.

Марина готова дать образ самого Бога! Правильно, что его сравнивают с Его Величеством Солнцем. Пусть она не святотатствует. Абсолютно верно, что в населенных пунктах ставят храмы, именно они привлекают к себе дополнительные силы Бога. То есть, Бог, он, как солнце, обладающее световыми лучами. Но у Бога лучи не световые. Какие? Этому нет определения. А может быть Богов несколько, каждый отвечает за свое поле деятельности. Еще бы выяснить, где они обитают. А надо ли?

Бог солнечной системы — он един, это он ей подсказывает. Он обиделся, что Марина подумала, что Богов несколько, у нее уши запылали. Солнечная система — это некое звездное единство. Богу — пять миллиардов лет, и он еще проживет пять миллиардов лет. Сейчас он в расцвете своих сил. Он согласился со своим возрастом, щеки ее запылали. Солнце — это гигантский красный алмаз, со сверкающими гранями в межзвездной темноте. Так и Его Величество Бог. Он попросил больше его не упоминать всуе. Не будет Марина упоминать Бога, не в ее он ведомстве. Разрешен для упоминаний всуе Маг Мак.

Ой, что делается! Он опять изменился, ее мужской идеал! Это гибкий молодой человек, рост тот, что надо. Но в изгибах его тела есть необыкновенная мужская привлекательность. Господи, как он хорош на фото! Он пишет статьи о звездном небе. Вот он кто! Он знает о звездах все, и сидит в тереме на трех дубах! Пусть он будет ее очередным увлечением. А Марину интересует земля и ее стоимость, теперь она знает, что ей надо. Ей нужна взлетная полоса для космических летающих объектов, желательно в лесной зоне, чтобы не все видели. Вокруг нее идет нормальная жизнь: люди пьют, едят, язвят, кто, как и сколько может.

Мужчины женятся и живут долго с женщинами, которые свою внешность после свадьбы не ставят на первую очередь. У них хорошо дома, а морщины на лице появляются, словно извилины мыслей, как бы к своему мужу других женщин не подпустить. Что касается Марины, то отец ограждал ее от чужих парней, говоря, что она молодых людей меняет чаще, чем они перчатки. В школе Марине язвили девчонки, оберегая своих суженных, ими ряженых. Да, не могла она быть рабой молодых людей. Ее волновали другие проблемы, например межзвездные полеты. Вот, пришла мысль, как сделать летающий космический объект, не покрытый множеством керамических плиток, отлетающих с корабля при столкновении с клювом птицы, еще на земле. Что надо для этого сделать?

Космический корабль надо покрыть керамикой, как конфеты глазурью, естественно, сохраняя температурный режим. Цельнотянутые космические корабли, слегка похожие на самолеты, будут взлетать с ее взлетной полосы. А вы, что думали, что Марина тупая? Нет, она себе на уме. В уме она пишет, что ей нужно: ступу, автомобиль, яхту, вертолет, самолет и космолет. Совсем немного, если разобраться. Куда она будет летать на космолете? Молодых людей искать иноземного производства. Марина прекрасно понимает, что в солнечной системе все молодые люди живут на земле, и не со всеми она лично знакома, земные ресурсы еще не все выработаны.

Вот жизнь! И летать незачем на другие планеты. Все на земле есть! Мысль пришла: нужен кусочек солнца для обогрева дачи у личного космодрома, потому что электричество в районы, удаленные от столицы на сто километров и более, подается с перебоями. Гелий, водород есть на земле, надо сделать из них прообраз солнца, а протуберанцы сами получаться. Во, еще мысль. Марине нужен бассейн с дождевой водой. С этой целью она сделает огромную воронку, в нее будут стекать струи дождя, а воронка будет служить крышей дачи. Так и определилась форма ее дома. Еще воронку можно выложить зеркалами и получать дополнительную энергию для обогрева дома. Да, у нее и так все само делается. А если бы у нее был молодой человек, когда бы она все придумывала?

Послышался звук открываемой двери, исчезли мысли о недвижимости и космосе, возникло ощущение нереальности происходящего в подводном доме. Марина незаметно съела содержимое упаковки, а, что в ней было, так и не поняла. Она мало помалу стала разговаривать с собой, ее тяготила обстановка подводного заточения больше, чем она могла предположить, хотя она постоянно что-нибудь выдумывала и могла жить в вымышленной истории. Мало того, она стала заглядываться на Мага Мака, словно он мог ее выручить из подводной западни. Так и получилось: они вдвоем выплыли на прогулку в открытый океан, благо акул тут не водилось. Пара новоиспеченных осьминогов проплыла мимо иллюминатора и исчезла из вида.

Маг Мак на глаза Марине особо не показывался, и винил себя за то, что сменил дом, на подводный дом. Поэтому она ощутила состояние творческого одиночества. Марина обошла и осмотрела комнату, легла на левую кровать, обнаружила пульт управления, лежащий на полочке у зеркала. Она не могла предположить, что пульт предназначен для изменения внешнего вида комнаты. Она нажала на первую кнопку, из потолка выплыли шторки и закрыли ковры с самоцветами. Комната приобрела вполне приличный вид, ковры Марину немного настораживали. Хотя можно было бы нажимать на самоцветы, вдруг это кнопки обыкновенные. С закрытыми коврами стало легче дышать, либо появился еще один поток свежего воздуха, который скользил по гладкой поверхности занавеса. Девушка вздохнула всей грудью, закрыв глаза от удовольствия, и почувствовала, что ее плечи крепко сдавили. Она попыталась повернуть голову назад, но ее кто-то держал.

Марина почувствовала, что летит на собственную кровать, словно ее подбросили два человека. Но она никогда в цирке не выступала, чтобы ее так кидали. Подумать и покричать ей не дали. Рядом с ней на кровать плюхнулись два человека, которых она опять не успела рассмотреть. А, что было дальше? Стоит ли об этом говорить? Хотя почему нет? С Марины слетела одежда со скоростью четырех рук, она не могла противостоять двум крепким и наглым мужикам.

Ситуация была не из жизни девушки. Точеное массажами тело, налитое на постоянных тренировках мышцами, летало в руках двух человек. Один из них выхватил из ее рук пульт управления комнатой, нажал на кнопку. Кровать под Мариной, пока она была поднята над ней, увеличилась в размерах вдвое. Она приземлилась на огромную кровать в полностью обнаженном виде, так и не рассмотрев лиц напавших. Марина скорее почувствовала, чем увидела два одинаковых нагих тела, бугристыми от мышц и желаний. Надо заметить, что к этому моменту она уже дней пять, находилась в доме под водой. Но откуда здесь двое неизвестных мужчин в закрытом доме под километрами океанской воды! Это испытание, хорошо, что воздух струился по стене, несколько охлаждая пыл.

Один мужчина приник к губам, его лица не было видно, а ее глаза закрылись от неожиданной страсти. Губы невольно ответили на поцелуй, языки слились в приветствии, и тут она почувствовала ласку. Ее ласкали утонченно с влагой и негой. Она потянулась навстречу приятным чувствам, в ответном поцелуе. Марина уже не думала ни о чем, уж очень они были ласковые. Но неожиданно, ласки закончились, в клубке тел произошла мгновенная перестройка фигур, и она почувствовала, что один исчез. Второй изловчился и вошел в бренное тело, при этом он страстно всеми четырьмя конечностями ласкал ее во всех направлениях так, что она не могла и не успела на него разозлиться.

Что она чувствовала, нанизанная на щупальце? Что они — один осьминог, она была в такой власти его ненасытной любви, что ей оставалось включиться в эту игру и играть в нее до последнего сладостного, и немного больного сексуального изнеможения всех сил. Они отпали одновременно. Марине стало обидно до слез, но пока она приходила в себя, они исчезли из комнаты. Она почувствовала, что кровать приняла прежние размеры, а поток воздуха исчез, и появился ковер.

Вечером за общим столом собрались жители подводного дома. Впервые Марина рассмотрела лица двух своих неожиданных любовников. Она поняла, почему раньше не воспринимала лица третьего жильца. Его лицо было настолько знакомым, что не требовало запоминания.

Маг Мак уловил взгляды Марины и выражение ее лица, и сказал:

— Прости, Марина, да эти два добрых молодца тебе известны, один из них я, второй мой клон. Он был с тобой, но он стерильный, у него не может быть детей. Клон исполнял мое желание, преследующее меня со дня нашего знакомства.

— Но почему вы оба ко мне не равнодушны? — спросила Марина, и еще раз посмотрела на одинаковых мужчин. У нее больше не было сомнения, что один из них клон. — Да, я с вами познакомилась, но почему вы оба пришли ко мне? — спросила Марина у Мага Мака, поскольку они оба ели, и молчали.

— Марина, слишком много вопросов задаешь, — ответил Маг Мак и продолжил разрезать ножом антрекот, и, отправляя его вилкой в рот, — но ответ один — Клон Рал повторял мои движения, не суди нас строго. Клон со временем будет действовать один, а пока он, как младенец, только взрослый.

Марине стало безумно скучно, так скучно, хоть волком вой. Это ж надо такое придумать, сделать Клон Мага Мака! Ужас, какой! А как они с ней поступили? Как? Да так они и поступили! Только вдвоем и сразу! Слезы навернулись на глаза, она отодвинула тарелку и встала из-за стола. Хотя, Маг Мак был скорее очевидцем, чем участником.

— Сядь! — услышала Марина голос Мага Мака.

Она села. Голос прозвучал командный. Лицо Маг Мака оказалось волевым и жестким. Это был самый настоящий Маг Мак. Марина взяла вилку в руку и без ножа отправила кусок мяса в рот, она не ожидала их увидеть вдвоем, она думала, что один из них подводный мираж.

— Прошу внимания! — громко и официально произнес Маг Мак. — С этого момента жизнь в доме официально считается открытой! Мы с Мариной проверили возможности прогулки в скафандрах осьминогов. Марина подружилась со своими подводными мужьями.

Марина поперхнулась, прожевывая мясо, и подцепила вилкой гарнир. Потом отложила вилку, выпила воду и успокоилась, от новостей за ужином. Слов у нее не было! Она еще помнила хватки этих людей, только непонятно, зачем ей двух и сразу?

— Марина, ты чего молчишь и кашляешь? Недовольна? Или ты довольная? — спросил Маг Мак.

— Все в порядке, — нашлась Марина. — Я рада нашему сплоченному коллективу, в котором решены официальные вопросы нашего сосуществования. — У меня есть предложение! Я хочу предложить сменить места жизни. Я буду жить с Магом Маком в одной комнате, а Клон будет жить один.

— Грубо! — сказал Маг Мак. — Марина, жить мы будем, как жили. Ты одна в комнате, я с Клоном вместе. И никаких ссор!

Возражения ни от кого не последовали. Недовольной оставалась Марина, но и она промолчала. Марина, узнав, что именно она является первой дамой подводного дома, изменила свое поведение и отношение к Клону. Она просто зазналась, и стала разговаривать с ним свысока, что ему не понравилось. Марина лежала и обдумывала ситуацию в подводном доме, не обращая внимания на дверь.

Она почувствовала, что взяла неправильную интонацию, и задумалась около зеркала. В зеркале отражалась девушка не яркая, хоть и со светлыми волосами. Или это Марина против себя настроилась из-за новостей за ужином. Она уже локти кусала, что согласилась на жизнь под водой у Соленого озера. Вдруг изображение в зеркале пропало, она стояла у зеркала, но в нем не отражалась! Зеркало сдвинулось в сторону, за ним были нормальные двери, они сами открылись. Возникло ощущение, что дверь открылась в океан. Марина сообразила, что это балкон. Действительно, в комнате был застекленный балкон с толстыми окнами. Любопытство оказалось сильнее страха, что ни говори, а приятно выйти на балкон в океане! Да! Вид во все стороны. Растения вокруг балкона вьются, живность плавает.

Постояв на балконе, Марина вернулась и легла на кровать. Да, двое мужчин оставили о себе неизгладимое впечатление в ее душе, ведь они ее просто впечатали, как монету с двух сторон. Тихий ужас охватывал все существо Марины, она не понимала, как ей спастись от их следующего нападения. Она вспомнила, что Маг Мак и Клон Рал появились, когда она закрыла ковры и включила дополнительную вентиляцию.

Господи, помоги! — взмолилась Марина неожиданно для себя и сложила ладошки перед своей грудью. И в этот момент на стеклянный колпак балкона упало человеческое тело, а до этого в Соленое озеро опустился корабль, на котором они сюда приплыли. Корабль она узнала по названию 'Маг Мак'. Новость была еще та. Она подумала, что не будет плавать в скафандрах на прогулку. И только после этого до Марины дошло, что транспортное судно затонуло, и они остались в доме на дне океана с собственным интересом.

Марина сделала еще один вывод, если приходить в столовую вместе со всеми, то расходуется общий запас пищи, а если она приходит одна, то продукты берет из своего холодильника. Нетрудно понять, что лучше приходить вместе со всеми и беречь свои запасы продуктов. То, что личный корабль Нимфы затонул, для всех отозвалось не лучшим образом. Связь внешнего мира с подводным домом шла именно через этот корабль.

Итак, они не просто находились в подводном доме, но жители подводного дома оказались без связи с внешним миром. Не позавидуешь. А такая ситуация не способствовала личным контактам, то есть любви. Марина впала в ступор. Она лежала лицом к ковру, рассматривая самоцветы, и практически не шевелилась. Попытки Мага Мака с ней заговорить успехом не увенчались. На завтрак она поднялась. За столом сидели три человека и ели молча.

Маг Мак посмотрел на грустные лица и усмехнулся:

— Испугались?

Все дружно подняли на него глаза.

— Нормально, в доме есть связь с внешним миром, о нас знают, где надо, и знают что нам надо.

— А нам, что от этого? — спросила Марина, чувствуя, что чувство обреченности ее покидает и появляется надежда на лучшую долю.

— Мы опустились в подводный дом на определенный срок, каждый получит свою долю вознаграждения за жизнь в нем, и в нужный момент нас поднимут на поверхность, — добавил Маг Мак.

Марина отвернулась к иллюминатору, чтобы скрыть свои чувства. В небольшое окно были видны водоросли на подводном снегу, а из пучины Соленого озера показался нос корабля с надписью 'Маг Мак'.

Глава 15

Госпожа Нимфа Дерн в это время находилась в подводном дворце Нептуна на Нетронутом острове. С берега дворец Нептуна было не видно из-за острых пиков горы, а с моря полностью отсутствовала возможность подхода кораблей к береговой линии, из-за больших волн. Поэтому для людей Нептун был и рядом и недосягаем. Он не был человеком с жабрами, как это могло бы показаться на первый взгляд, но рыбой он тоже не был. Это был крепкий мужчина без возраста с волосами до мускулистых плеч.

Нептун управлял океанами и морями, зная о реках по их водам в районах дельт, при впадении их в более крупные водные просторы. В последнее время у него все данные находились на компьютерах. Его филиалы располагались по всей Земле, а в его дворце находился контрольный пост для самых экстренных морских ситуаций. Выход из дворца проходил через тоннель в скале. Дворец в скале был создан самой природой, и легко переносил все изменения в земной коре. Нептун был просвещенным человеком.

Нимфа и Нептун разговаривали о штормах и цунами. Их беседа текла в непринужденной обстановке, среди белого мрамора стен. Они были знакомы три тысяч лет, как минимум, со времен Атлантиды. Внешне они мало изменились, но всегда следовали моде того века, в котором им приходилось жить. За счет чего они сохраняли собственные жизни? Раз в сто лет они обновлялись полностью, клонируя самих себя, только им известным способом. Они ждали визита самого Бога Вита, отвечающего за все живое на планете. Причина, собравшая всех троих во дворце — бункере Нептуна, была более чем важная.

Тройка бессмертных богов: Нимфа Дерн, Нептун Рай и Бог Вит были посланы на Землю в ракете — комете, которая нечаянно затопила Атлантиду. Нимфа и Нептун в ракете спорили, кто из них важнее и немного перестарались. Они были осведомлены, что Атлантида самый прекрасный город на Земле и намеревались в нем поселиться. Но Создатель Солнечной Системы не рассчитал мягкого приземления ракеты — кометы, которая врезалась в Землю, сместила земную ось, затопив Атлантиду, отправив ее во владения Нептуна. Мало того, на земле похолодало, именно по этой причине Нептун отказался жить в океане — море, как ему предписывал Создатель, и выбрал пещеру из белого мрамора.

Долгие годы три бессмертных бога осваивали Землю, между делами улучшая гены населения. Было время, когда они дружили с фараонами, и это было расцветом целой страны, пока Нимфа не приревновала Бога Вита к Клеопатре. Да, было время. Запас прочности трех богов был рассчитан на три тысячи лет, и этот срок был на исходе. Дальнейшее клонирование смысла не имело, по этой причине Нимфа сделала Клон Маг Мака. Бог Вит вдохнул в него душу. Нептун Рай поместил Клона в доме под водой. Они хотели оставить его вместо себя, но Бессмертный Клон Мага Мака занялся любовью с Мариной, вместо того, чтобы стать единственным Богом на Земле, ведь сам Маг Мак был обычным человеком и не мог быть бессмертным, он был стар по меркам Земли, и любовь для него была не обязательным атрибутом существования.

Бог Вит прилетел на Нетронутый остров на собственном самолете. Это был стройный мужчина, достаточно высокого роста с белокурыми волосами до плеч. Вит был красив в светлых джинсах и простой белой футболке. Никто ему не дал бы трех тысяч лет! Он любил жизнь на земле и не хотел ее покидать. Всеми фибрами своей многострадальной души Вит хотел остаться на Земле, ведь после его отлета к Создателю, жизнь на земле могла бы приобрести совсем другой уровень, или просто сойти к более простым формам белка. Итак, ожидался отлет богов к Создателю Солнечной Системы. Они ждали прилета межзвездного корабля Создателя, который обещал не вредить земле, как в случае с Атлантидой. Корабль должен просто зависнуть над Нетронутым островом, и взять на свой борт богов, отработавших свой длинный век.

Госпожа Нимфа была в курсе всех событий, она прекрасно знала, что всеми любимый Мартин попал в подводный плен в Тихом океане, а не менее любимый Маг Мак находился в Атлантическом океане, в подводном доме и без наружного корабля наблюдений. Тут ее осенила мысль, что это проделки Нептуна Бермудского треугольника. Лететь на ракетной ступе через океан ей не хотелось, да и корабля для отдыха над Бермудским треугольником больше не было. Она знала, что пищи и воды жителям подводного дома хватит еще на три месяца, но что делать дальше она не знала. Госпожа Нимфа решила созвать слет Богов и с их помощью освободить подводных пленников, что ей и удалось сделать. Никто от Создателя еще не прилетел за самими Богами.

Жителей подводного дома ждала еще одна неприятная новость. Мартин всего несколько дней вышел в море на корабле 'Вит'. В новостях уже сообщили, что его корабль пропал без вести. Было сделано предположение, что на корабль напали пираты. Фильмов о пиратах насмотрелись, но Мартин плавал не в Карибском море. Корабль перевозил металл. Маг Мак внимательно перечитал в сети о грузоподъемности корабля, и о весе груза. Разница составляла ровно тонну. Общий вес экипажа был больше тонны, а если, кто прихватил левый груз?

Он подошел к карте, висевшей на стене, посмотрел на вероятный маршрут корабля. У него возникло ощущение, что корабль затонул, как подводная лодка. А, что если под кораблем с металлом проплывала подводная лодка? На подводной лодке включили мощный генератор с магнитным полем. Корабль всем металлом потянулся к магниту, а подводная лодка успела отплыть, предоставив место кораблю. Маг Мак был убежден в правильности своих выводов. Одно было непонятно, если корабль затонул, то что-нибудь могло появиться на поверхности Тихого океана. Или корабль в полиэтиленовом пакете затонул? Маг Мак эти свои мысли вслух не стал высказывать. Еще, каким ветром Мартина занесло в Тихий океан, если подводный дом находится в Атлантическом океане?

Корабль, груженный металлом, плыл по Тихому океану. Штиль был полный, видимость — великолепная. Неожиданно над кораблем завис неопознанный летающий объект, с него опустилось облако в виде огромного полотна, напоминающего полиэтилен. Корабль в мгновение ока был покрыт этой влагонепроницаемой пленкой. Под кораблем появилось невидимое магнитное поле, и корабль быстро ушел в глубину, не оставив ни каких следов на поверхности моря. Корабль опустился на дно. На дне Тихого океана шло строительство под колпаком. Да, никаких инопланетян, все свои люди — земляне. Корабль, только что потонувший, был прокачен по роллерам через шлюз. Все члены экипажа были спасены. Они и стали новой рабочей силой в Подводном городе.

Все произошло настолько внезапно и быстро, что Мартин, привыкший к задержке дыхания, даже не задохнулся. Он быстро пришел в себя, огляделся, и, заметив всех членов экипажа корабля, лежащих по обе стороны от себя на красивых кушетках, немного успокоился. Вскоре один за другим моряки стали поднимать головы. Прошла минута молчания, и люди невольно заговорили, делясь впечатлениями. В помещении появился невысокий человек в темных очках, скрывающих разрез глаз. Он заговорил на ломанном русском языке. Он сказал, что все моряки будут жить в Подводном городе и строить этот самый город.

Человек в темных очках предупредил людей о правильном поведении, очень важном для проживания в городе со столь специфической атмосферой. Команде разрешили полежать полчаса, а чтобы люди не страдали от неизвестности, им показали фильм по созданию подводного купола. На экране возник буек, при приближении его оказалось, что это вышка в океане. В дне был проделан шурф, в него поместили нечто похожее на горн. На транспортной летающей тарелке привезли огромную заготовку из стекла и опустили на дно. Автоматический стеклодув месяц выдувал стекло, так под водой создавался огромный стеклянный колпак. Таких колпаков был сделано несколько, их соединили герметичными туннелями.

Появился под водой город, словно пузырьки воды. Сверху стекло довольно быстро покрылось илом и подводными отходами. Населенный пункт врос в дно и стал незаметным с первого взгляда. У Подводного поселения был хозяин, и не было флага, это было покрыто тайной. Внешнее стекло купола было настолько прочным, что легко держало давление воды.

Мартин, глядя на экран, представил себе карту в этом месте океана. Он помнил коварный маленький остров, состоящий с одной стороны из скал. И точно, на экране возник скалистый остров, потом показали туннель под дном океана между островом и поселением. 'Зачем все это надо?' — возник в его голове естественный вопрос.

— Не вопрос, — ответил вошедший в помещение человек в темных очках, — назначение города не должно вас волновать. Вы все — рабочие, что делать — скажут. Считайте, что попали на галеры.

Лежащие на кушетках матросы переглядывались и помалкивали, они смотрели на осьминога, который полз по куполу с той стороны стекла.

— Марганец, кобальт, медь, — слышали они слова с экрана, — нефть…

Так мы попали в район Нетронутых гор, — продолжал думать Мартин, — а здесь добывают редкие металлы. Лучше уж на осьминога смотреть, чем на этот фильм. Экран погас. Въехал длинный стол со складными стульями. Команда потонувшего корабля села за стол.

В общей комнате подводного дома на дне океана, на плоском телевизионном экране, шла прямая трансляция из Подводного поселения. Маг Мак не мог оторвать глаз от Мартина. Через минуту экран погас. Все переглянулись и остались сидеть за столом, вцепившись в поручни.

Маг Мак смотрел на Марину с одной мыслью, чтобы она заговорила первой, он стеснялся сам себя. Он боялся неадекватной реакции девушки, боялся быть назойливым. Он думал, что есть люди, получающие любовь любым способом, а ему нужна была именно эта девушка, меняющая ежедневно внешний облик и одежду. Он слон по своей сути, — думала она о Маге Маке, ей оставалось оседлать его, поскольку она его тяжесть вряд ли бы выдержала. Он слон высокий, трудно на него забираться, лучше смотреть на окружающую среду. А макро Клон Мага Мака куда-то исчез. Вскоре всю команду вернули на землю.

Трава в том году необычайно удалась на газонах, новое поколение зеленой растительности радовало взгляд в любую погоду. Вторая бабья осень. Солнце на телевизионном экране светило, листва слегка желтела, настроение от этого было приподнятое. Мага Мака можно сменить на более адекватного человека, а его оставить для влюбленных флюидов, вещь для Марины очень полезная. Его она чувствовала сквозь двери, за пару секунд до того, как он ее откроет. Такова сила его флюидов. Она прикрыла люк ковром, и включила свет. Маленькие лампочки под потолком весело засветились, а Марина невольно посмотрела на себя в зеркало. В нем отражалась девушка в красном платье с белыми разводами. Она причесала волосы, и вовремя. В дверь постучали. На пороге стоял Маг Мак собственной персоной.

— Марина, я не могу без тебя работать! Возвращайся ко мне. У меня новые компьютеры, новая мебель. Приходи ко мне работать, — быстро произнес Маг Мак, заходя в комнату, не дожидаясь ее приглашения.

— Привет, Маг Мак! Я уже живу в другом месте. Что вам на этот раз от меня нужно? — спросила Марина, зная его ответ, как свои пять пальцев. Она, как всегда пыталась скрыть свою радость и изобразила на лице официальную маску.

— Увидишь завтра, я за тобой зайду в обед и покажу новый офис. Тебе понравится, — ответил Маг Мак, вдыхая ароматы кухни и направляясь к ней.

Марина последовала за ним. На кухне ужин был только что приготовлен, и еще горячий стоял на электрической плите. Маг Мак сел на угловой диванчик и преданно посмотрел в ее глаза. Она взяла белую тарелку, положила в нее картофельное пюре большой ложкой и изобразила картофельные волны. Рядом с картофелем она положила кусочки мяса и полила все соусом. Тарелку она поставила перед Магом Маком, пододвинула к нему хлеб и салат из свеклы. Он замурлыкал и стал жевать, да с таким аппетитом, что она себе тоже положила на тарелку мясо и картофель, и села за стол.

Удивительный человек Маг Мак, Марина для него сотрудник в любой обстановке. Он в ней девушку не видит. Поел, встал, сказал: 'Спасибо, завтра за тобой зайду', и исчез за своей дверью. Девушка осталась одна в красном платье с белыми разводами. Ей предстояло выбрать одежду на следующий день. В обед Маг Мак ждал ее за столом. Увидев Марину, он улыбнулся и пошел к своему месту. Она за ним, под взглядом Мартина, который вернулся из Подводного поселения. И вся любовь.

Офис Маг Мака оказался уникальным, в том смысле, что располагался на втором этаже с окнами на потолке. Новая офисная мебель серого цвета излучала безмятежность. Марина села за стол спиной к стеклянной стене, перед ней стоял плоский монитор приличного размера. Клавиатура так и просилась, чтобы ею воспользовались. Подошел Маг Мак, положил перед ней лист с набросками идей, прокомментировал рисунок и вышел. Марина осталась наедине с новой работой. В комнате стояли еще четыре стола с компьютерами, вскоре два стола были заняты. За одним столом сел Маг Мак. За два других стола сели Мартин и Мартин. Нормальная молчаливая офисная компания. Ужас и прелесть работы в таком коллективе, что все работают, делая одно дело с максимальной молчаливостью. Посторонний в таком обществе долго не выживет.

Именно поэтому Марину и вернул к себе Маг Мак, после жизни в подводном доме. Они и раньше работали, а теперь он ее вернул в знакомую обстановку, которую сам и создавал. Золотое молчание иногда нарушалось, но только репликами, связанными с работой. По прежнему опыту работы с Магом Маком Марина уяснила одно правило, если кто из мужчин на его глазах заговорит с ней во время работы и сделает это для себя нормой, он будет немедленно уволен. Поэтому она никому из мужчин внимание не оказывала, до поры до времени.

ЧАСТЬ 2. Приборная фея

Глава 1

Марина вклинилась в жизнь фирмы одним взмахом длинных ресниц. Она пришла поступать на работу усталая, выжитая прежней жизнью. Ее взяли, но поначалу никто женщиной ее не считал, так подросток без тела и длинных волос. Она сбежала от прежней любви к некому Ефрему, и решила стать некрасивой и непривлекательной, она исхудала, стала неказистой, грудь и та усохла от неуважения хозяйки к самой себе. Она стала мальчишкой, лишь бы никому из мужчин не нравиться. Она боялась любви. Но на новом месте жизнь была сытой и размеренной, обед оплачивала фирма. Марина отъелась. Волосы отросли. Грудь восстановилась. Она вновь стала собой. Она окрепла, приобрела лоск и одежду, стала красавицей. Марина работала на реальной фирме с малым числом женщин. А вот как только она стала женственной, мужчины тут же стали мужественными.

Когда Марина впервые увидела Мартина после разлуки, то впала в оцепенение от его божественной внешности. Ей очень захотелось поставить цветы в офисе, чтобы выразить свои вспыхнувшие чувства. Она поехала на городской рынок, подошла к розам и хризантемам, стоящим в больших белых вазах. Розы всегда утомляли ее своей прихотливостью и заносчивостью. Белые и желтые хризантемы манили свежестью, до них хотелось дотронуться. Продавец сделала букет из выбранных цветов, скорее спрятала их в зеленую бумагу с белыми разводами. Марина прошла несколько шагов с огромным букетом в руках, и чуть не упала. Хорошо, что она вовремя посмотрела под ноги: какая-то маленькая старушка, державшая в руке клюку, подставила ее так, чтобы Марина упала. В другой руке старуха держала три гладиолуса. Марина перешагнула клюку и пошла дальше, вдыхая запах хризантем.

Цветами Марина украсила офис, в котором работала. Она была стройна, молчалива и неулыбчива, и носила туфли на высоком каблуке легко и непринужденно, словно родилась в них, словно они были неотъемлемой частью женского организма. В офисе, украшенном цветами, настроение поднялось. Марина улыбнулась и достала из ящика стола новый шедевр фирмы — прибор Сердечко. Она невольно задумалась, в голове возник облик молодого человека по имени Мартин. Это был крепкий, крупный мужчина, с волнистыми волосами. Ей было безразлично отношение Мартина? Нет — это фантастика. Ей он был далеко небезразличен. Марина решительно открыла инструкцию по применению прибора. У прибора Сердечка оказалось две основные функции, и к гадалке не ходи, он мог вызвать любовь или равнодушие нужного человека к обладателю прибора.

Марина решила поставить ежи между собой и Мартином, и решительно переключила прибор Сердечко на работу в режиме 'равнодушие'. Так она отодвинулась от него, придуманным наказанием. Она поставила ежи на пути к возможной встрече. Зачем? Чтобы спокойнее и безопаснее сохранять элементарное, душевное спокойствие. Тогда возникает вопрос: от кого она пряталась за выдуманными ежами? От Мартина. А он кто? Бегемот? Вовсе нет, он приятный, молодой человек с любовными завихрениями. То есть, он мог быть спокойным и нейтральным, но иногда напористо осаждал ее своим вниманием, от чего Марина решительно решила оградить себя прибором любовного назначения под названием Сердечко.

Прибор в виде Сердечка нес в себе заряд притягивающих или отталкивающих импульсов. Его габаритный размер был пять сантиметров в диаметре и пять миллиметров по толщине. Прибор настраивали на определенного человека и вызвали у него к себе соответствующие чувства. Носили его на цепочке, или вместо больших ручных часов с циферблатом или в кармане, но не в сумке. Одна сторона прибора содержала чувствительную диафрагму, сквозь нее он получал биологическую энергию хозяина прибора, через другую сторону прибор посылал импульсы в сторону определенного человека.

Впрочем, у Мартина мог быть такой же прибор, чем и программировались его действия в отношении нее, это только сейчас дошло до Марины. Получалось, что они друг другу небезразличны, да еще они настраивали друг на друга свои сердечные приборы! Двойной удар или двойной провал чувств — именно это постоянно сотрясало их существование. Выбросить приборы Мартин и Марина не могли, слишком они дорогие, выключить приборы они не в состоянии из-за постоянного состояния смены чувств от любви до ненависти и наоборот.

Прибор Сердечко выпускался фирмой Мага Мака, он непосредственно следил за работой всех выпускаемых приборов, к нему на компьютер сходилась вся информация любовных пар. То есть приборы посылали сигналы на командный пункт, такие они были предатели, о чем потребители понятия не имели. Каждый человек имел свой код от рождения, этот код вводился в прибор. Потребитель вводил код того, кого хотел приворожить или напротив — отдалить от себя. То есть прибор был электронной свахой, его импульсы шли по спирали и затягивали жертву в свой водоворот, или по типу смерча — отталкивали, они слегка кололи жертву разрядами, отчего и получило это действие народное название — еж. В задачу Мага Мака входила систематизация пар и получение двойной выгоды от продаж Сердечек. Вот на что пустил он свои деньги от золотого бизнеса.

Зная, потайные мысли граждан, всегда легче ими управлять, — так считал Добрыня Никитич, глава административного округа Клюква, получающий интересные сведения от Мага Мака. Все так, но граждане были готовы ввести мораторий на продажу подобных приборов. Вот и Марина не знала, что делать. Нет бы, на Мага Мака направлять дополнительные любовные импульсы, так сказать для обеспечения новых дел, а она направляла действия своего прибора, что уж тут говорить, на потенциального любимого человека Мартина! Момент. А что если Мартин имел ни одно, а скажем три Сердечка? Значит, он управлял сердечными делами — трех дам? Тогда об этом обязательно знал Маг Мак!

Что имел обладатель трех сердечек? Комфорт и любовь в любом из трех домов, в отсутствие хозяина и все это на одних любовных импульсах, а, следовательно, бесплатно для него. Прибор Сердечко обеспечивал бесплатную любовь, что для мужчин значительно важнее, чем для женщин. Марина удачно перенастроила свой прибор на ежи в тот момент, когда Мартин был занят другими приборами, то есть девушками. Теперь ей этот молодой человек был больше не опасен.

Мартин почувствовал, что одна рыбка сорвалась с крючка и перешла в безопасный режим работы. Но у двух других дам, таких приборов не было, он знал это и без Мага Мака. Другие женщины его не интересовали, ему нужна была Марина, и документация, которая через нее проходила. Он хотел знать устройство приборов Сердечек. Разобрав один прибор, Мартин ничего не понял, но он точно знал, что документация существует, но с ней ему лень было разбираться. Он хотел создать свое агентство большой и чистой любви, но приборы были слишком дорогие для обывателей, тогда он решил захватить офис фирмы Сердечко, в котором главным магом был Маг Мак. Мартин хотел взять со склада готовой продукции столько Сердечек, сколько смог бы унести. То, что Марина вышла из поля зрения его прибора, его не радовало, только через нее он мог войти и выйти из охраняемой фирмы, поскольку через нее оформлялись допуски самого разного назначения.

Марину от Мартина отключил сам Маг Мак. Он заметил ненужную для фирмы связь, и сделал так, словно Марина сама переключила Сердечко на ежи, или их намерения совершенно случайно совпали. Женщин на фирме Мага Мака было ни так много и это очень огорчало Мартина. Он терялся в догадках, как ему пересечь границу фирмы, причем внешние двери в нее были открыты, но перейти их было невозможно, невидимые лучи выталкивали гостя. Он так мечтал о больших деньгах, которые бы ему отдавали удачные молодожены, а тут он никак не мог перейти границу фирмы, словно за ним наблюдали. И в этот момент Мартин подумал, что ему надо снять с себя все электронные приборы и датчики, чтобы стать неопознанным объектом для электронной охраны фирмы. Он все снял, и почувствовал пустоту и независимость.

Мартин понял, что если он украдет Сердечки, то эти приборы тут же уловит электронная охрана фирмы! От такой мысли он сел на первую скамейку в парке, хлопнул себя по лбу и не расстроился, а рассмеялся: смысла в краже Сердечек — не было! Он смеялся, терять ему было нечего, кроме незавершенной авантюры. Впору было вернуть в действие пару Сердечек и пойти к той женщине, которая его успокоит. Но и успокаивать его не надо было, ему нужна была новая мысль о новой авантюре! А, где ее взять, очередную бредовую фикцию по получению большого дохода из пустоты или чужой разработки? Мартин подключил два Сердечка из двух карманов, сел так, чтобы одна нога не касалась другой ноги, а руки не касались тела, и так задумался, что задремал. Он проснулся от того что, рядом с ним стояли две молодые особы, они пересмеивались и слегка трясли за плечи Мартина.

— Привет, леди! — выдавил он из себя тихое приветствие.

Они чмокнули его с двух сторон и засмеялись счастливым смехом.

Он удивленно посмотрел на радостные лица девушек и спросил:

— Чем я мог вас так насмешить?

Они вообще покатились со смеху.

— Дамы, вы меня любите? — спросил он первую пришедшую на ум фразу.

— Нет! — выдохнули они одновременно.

— Почему?

Девушки опять рассмеялись и сели рядом с ним, показывая на его карманы брюк. Мартин посмотрел и увидел, что из его карманов идут провода, и они обмотаны вокруг скамейки. Молодой человек попытался встать, но ничего из этого желания не получилось. Дамы перестали смеяться и захотели уйти, но он схватил их за руки.

— Это вы сделали? — спросил Мартин грозным голосом.

— Нет! Так было! — проговорили одновременно девушки.

— Почему вы отвечаете одновременно?

— Не знаем! — ответили они разом.

Мартин засунул руки в карманы и не обнаружил двух Сердечек, вместо них в карманах были крючки из проволоки. Он поцарапал обе руки, и вынул руки из карманов с каплями алой крови. Мартин был в полном замешательстве.

Фая и Рая, именно так звали девушек, сделали серьезные лица.

— Уходите! — крикнул Мартин с надрывом в голосе.

Девушки развернулись и пошли в противоположные стороны.

Мартин попытался вытащить крючки из карманов и встать, но оказалось, что сзади он прикован к скамейке еще одним крючком, именно в заднем кармане у него лежало третье Сердечко в отключенном состоянии, но и его не было в кармане.

— Вот и разбогател! — вслух сказал Мартин. — Все украли!

Ему никто не ответил, вокруг было пусто. Он не мог понять, сколько времени проспал, и почему с ним так поступили.

Маг Мак мельком посмотрел на экран, в котором был виден поникший Мартин на скамейке, и улыбнулся тому, что операция по ограблению потенциального грабителя прошла успешно. Фирма имела такие бабки с баб, то есть с женщин, что уступать их никому не хотела.

Марина захотела вновь подключить Сердечко к Мартину, но не почувствовала, что он ее чувствует, было — холодное ощущение пустоты. Она не знала, что ее прибор выведен из строя, но почувствовала это. Ей стало скучно и одиноко, близился конец рабочего дня, и она медленно побрела домой через парк по центральной аллее.

На скамейке, стоящей рядом с фонарем, сидел Мартин грустный, грустный. Марина заметила на фонаре маленький глазок камеры слежения, но все равно присела рядом с молодым человеком.

— Привет, Мартин!

— Здравствуй, Марина.

Они посмотрели друг другу в глаза. Она качнула головой в сторону камеры. Он посмотрел в видео камеру и замер. Марина попыталась вывести Мартина из транса. Но он мычал и молчал, и смотрел в камеру. Она еще раз посмотрела в глазок, и ей показалось, что она увидела глаз Мага Мака, который смотрел на нее с нескрываемой ненавистью. Марина вынула изо рта две жевательные резинки и запулила пальцами их прямо в глазок следящей видео камеры.

В тот же момент Мартин очнулся и быстро встал:

— Бежим, Марина!

— Куда? — спросила Марина, показывая, что по аллее едет машина Мага Мака.

— Попался! — выдохнул Мартин и побежал в сторону деревьев, чувствуя, что его загарпунили. Он остановился.

Маг Мак вышел из машины, подошел к Мартину, и сказал:

— Мартин, мы берем тебя к себе на работу! Но, ты должен запомнить одно, а именно, что Марина — не твоя жена. Свои прямые обязанности поймешь по ходу службы.

— А кто те две девушки?

— Наши сотрудницы.

— А кто меня опутал?

— Они, чего тут не понятного, — буркнул Маг Мак, пропуская Марину в машину, как в фешенебельную клетку.

Как из-под земли появились две сестры.

— Дамы, он ваш, берите его в обработку, а завтра приведете на фирму, — проговорил Маг Мак.

Фая и Рая засмеялись, и, взяв Мартина под руки с двух сторон, пошли по аллее парка.

— Ты трех дам хотел? — усмехнулся Маг Мак им вслед. — Значит, двух девушек тебе будет более чем достаточно, — и захлопнул за собой дверь в машину.

Марина посмотрела через стекло машины на Мартина и очень захотела оказаться рядом с ним, но Маг Мак провел рукой перед ее глазами и она о тех, кто за стеклом забыла. Машина плавно тронулась с места и покатила по аллее парка, перегоняя Мартина, и его спутниц. Как только машина скрылась, девушки отпустили руки Мартина и исчезли в разных направлениях.

Мартин остался один, медленно идя к выходу из парковой зоны. Он думал о Марине, пока не споткнулся о ноги двух сестер. Они опять взяли его под руки и больше не отпускали до его дома. Девушки очень ловко навели порядок в квартире Мартина, сказав, что их зовут Фая и Рая. Затем они кинули жребий: кому достанется Мартин? Фая покинула жилище. Рая осталась с ним. Мартин рад был бы остаться один в доме, но нутром он понимал, что его одного не оставят. Он не знал, куда ушла Фая, а, что если она сидит, как пес за дверью?

Интересно, а, что я буду делать на фирме? — появилась в голове Мартина первая светлая мысль.

— Ты будешь работать приманкой для покупательниц Сердечек, и всегда будешь под нашей охраной, — ответила Рая на его молчаливый вопрос.

Маг Мак замечания Марине не делал. Она сидела рядом с ним в машине и молчала, зная, что он о ней знает больше, чем она может себе представить. Марина пыталась уйти от Мага Мака, но его ее внешние данные устраивали, они отвечали его представлению об идеале современной девушки. На Марину Маг Мак ловил красивых или состоятельных мужчин, а она была наживкой. Именно поэтому она работала с ним, дабы быть на виду у клиентов.

Марина иногда вызывала на дом стилиста по наращиванию ногтей и педикюру. Она садилась в удобное кресло, а ее с двух сторон обрабатывали две женщины. Одна наращивала и украшала ногти, а вторая сидела на низком табурете и делала педикюр. После небольшого перерыва ей наращивали волосы, делали модельную стрижку и прическу. И это не все. К ней приходила массажистка, делавшая сухой массаж тела, в процессе которого ее в буквальном смысле слова лепили в нужном направлении. Приходила косметолог и делала кропотливый массаж лица, после которого ее тонкий нос казался еще тоньше. И еще она должна была применять определенные кремы и гели для сохранения внешнего вида. Получалось, что это была вторая работа Марины. Третья работа — приобретение нужной одежды и обуви, занимала столько времени, что на домашние дела время у нее не оставалось. И при всем при этом она выглядела столь естественно, что была прекрасна, по мнению Мага Мака.

Клиенты приходили в офис, покупали приборы Сердечко, и частенько один прибор из партии кодировали на Марину. Она была пробным шаром для клиентов. Такие настройки были тяжелы для ее психологического потенциала, поэтому за ней присматривал психолог, дабы она не сошла с рельсов, а если сходила, то Маг Мак ехал и забирал ее из-под носа клиента, как это и произошло с Мартином.

Именно сам главный Маг Мак Ленский был первым противником приборов Сердечко, он знал, как достаются дети и деньги женщинам. Но ведь он приборы и придумывал. Но, если Маг Мак сам был против развлекательной игрушки, действие которой постоянно приходилось доказывать на Марине, то он должен был предложить замену. Он предполагал, что играть нужно и можно на человеческих слабостях, а следующая слабость человека — пища. Проблема из-за нее одна, трудно обувь надевать, живот мешает нагнуться. Первое решение — носить тапки и обувь без шнурков — их гладить не надо. Второе решение — не есть, но этот садизм для считанных единиц. Третье решение — питаться средствами для похудения, но при этом болит и кружится голова. Четвертое решение — спорт, но он только повышает аппетит. Пятое решение — вот это и есть то, ради чего Маг Мак хотел освободить Марину от мужских притязаний.

Маг Мак предложил выпустить прибор Аппетит размером с сотовый телефон, на экране которого перечислялись бы продукты или целые блюда. Потребителю оставалось выставить указатель на то блюдо, которое бы он захотел съесть, при этом рукой он касался бы чувствительного элемента прибора. Прибор посылал бы вкусовые ощущения указанной пищи, он чувствовал ее во рту, он ее почти жевал, почти глотал, и чувствовал насыщение. Обман в чистом виде или второе решение проблемы ожирения в измененном варианте. Ладно, долго ли коротко, но прибор Аппетит выпустили, при этом Сердечки с производства не сняли. Для убедительности в прибор встроили часть, излучающую электронный луч в точки организма, отвечающие за аппетит.

На Марину свалилась новая разновидность популярности. Умные фотографы совместили ее портрет с толстушкой ста пятидесяти килограммов. И теперь каждый мог видеть два ее портрета во весь рост, какой она была и какой стала. И, естественно все это чудо — заслуга прибора под названием Аппетит! На фирму потянулись братья и сестры всевозможных обществ, кому за сто килограмм. Люди хотели получить прибор Аппетит — исцелитель от недуга под названием — ожирение обыкновенное. Всем хотелось гладить шнурки для обуви и их шнуровать.

Мартин только освоился с прибором Сердечко, как его уже захотели пристроить к работе с прибором Аппетит. У него появилась целая сеть знакомых женщин, испытывающих на нем любовные приборы. Он зверел от направленных на него импульсов многочисленных приборов Сердечко, от самых разных женщин. Его уже зачислили в штат фирмы, где он числился менеджером по продажам. Он купил себе первые Жигули, но вскоре купил иномарку. Внешний его облик лучился от удовольствия, его огромные глаза на утонченном лице действовали на женщин хуже дурмана, они смотрели на него и покупали приборы Сердечко, в надежде заполучить красавца себе по чистой любви. Но Мартин не был мальчиком по вызову, и женщины на приборах нового поколения получали сигнал о перенастройке объекта. Такие же сигналы получали мужчины, настроившие свои приборы на Марину. В фирме это объясняли просто: нельзя перезагружать сотрудников фирмы.

Мартина, как и Марину, изобразили в двух видах: непомерно полным и таким, каким он был на самом деле — стройным, грациозным, с небольшой мускулатурой. Полные женщины табунами пошли на призыв фирмы, им обязательно надо было поговорить с Мартином о тяготах похудения по прибору Аппетит. Его язык от разговоров уставал. Вопросы и ответы записали на диск, и он стал приложением к прибору Аппетит.

Забавно, но через некоторое время стали появляться похудевшие клиенты. Они были счастливы! Их теперь раздражала висевшая без надобности кожа, потерявшая свою жировую начинку. Маг Мак призадумался, дело в том, что его машину Марина забрала себе, и ему срочно нужна была приличная машина. А тут перед ним постоянно трясут кожей бывшие, полные люди, а она болтается, как белье на веревке. Эта кожа стала ему сниться. Ой, нет пределу человеческому совершенству!

Маг Мак прекрасно знал, что стоило поддерживать фигуру Марины, да она уже сама подсела на прибор Аппетит, устав от диет, постоянного массажа и редких занятий в тренажерном зале. Он думал над тем, чем можно сжать клетки кожи, висящей без надобности. Он знал, о механических, электрических, вибрирующих массажирующих приборах. Но человек ленив по сути своей, ему нужно чудо без боли и трения. Он сжался от страха, от мысли…

И страх прошел! Вот оно чудо!

Нужен круглый прибор, излучающий импульсы страха!

Сказано — сделано. Прибор с удовольствие выпустили, лечение страхом отвислой кожи было в новинку и выполнялось безболезненно. Ха-ха-ха! Пришлось открыть зал для тех, кто не мог купить приборы, люди хотели стадности в лечении. Клиентам предоставили такую возможность, они худели группами, от Аппетита и прибора Страха, после этого выкупали приборы Сердечко с завидной быстротой.

Маг Мак купил себе дачу, да не простую, а золотую, шикарную одним словом. И встал вопрос о сигнализации или охране. Он поставил по периметру забора прожектора, они крутились и вращались, пугая посторонних. И все это управлялось само собой по системе аппаратуры 'Блиц' и, информация передавалась куда надо, при нарушении дачных границ.

И захотелось ему…

Но для исполнения его очередного желания двух пагубных привычек — любовь + еда было мало. Люди еще любят пить и не всегда воду. Маг Мак задумался, как с помощью очередного прибора представить человеку, что он напился: пива, вина, водки. Прибор выпустили в виде штопора, с поющими элементами. Кончик штопора касался пальца левой руки. В правой руке находился сам штопор. Получался замкнутый контур.

На ручке штопора выставлялось название вино — водочного объекта, звучала музыка, по рукам ко рту бежали импульсы напитка, во рту возникало ощущение холодного пива, человек его пил, пил, пока не прекращалась мелодия. Появлялись звуки бульканья пива в желудке. Таким простым образом, пивные животы стали уменьшаться, черный, несгораемый жир живота не получал подпитки и исчезал.

Прибор Шальное Пиво пошел в продажу, но большим спросом пользовался прибор под названием Коньячный Поцелуй. Все шло отлично, но Марина стала замечать следы усталости на лице, это постоянная гонка с новыми приборами ее утомила. Марину не радовали деньги Мага Мака и замученные взгляды Мартина. Она перестала приводить себя в должный вид, она не выносила людей. Марина кричала и раздражалась по любому поводу. Она стала истеричной и неуправляемой, и приобщилась к одному прибору — Коньячный Поцелуй. Марина постоянно лежала со штопором в руке и не получая коньяк, пьянела от его осязания, которое обеспечивал прибор. Она спивалась на одних импульсах прибора.

Две женщины из охраны, следившие всегда за Мартином, Рая и Фая, были приставлены к Марине. Она уже не приходила на работу. Она забросила штопор Коньячный Поцелуй, и перешла на настоящий коньяк. Маг Мак не знал, что делать с Мариной. Мартин тоже ходил странный и в помощники не годился. Без любовников первой величины Сердечки плохо продавались. Люди перешли на Штопор — проще и понятней. Аппетит и Страх, вообще ушли в забвение, слово Страх — пугало потребителей. Фирме пора было сдаваться без боя или уйти в отпуск.

Руководитель округа Добрыня Никитич вспомнил о фирме, изготавливающей приборы, заменяющие и усиливающие чувства человека. Вспомнил на свою голову, потому что приближались выборы в парламент. Его интересовала собственная партия 'Единство семейных пар', он хотел, чтобы за нее проголосовало большая часть избирателей. Он — губернатор округа Клюква, создавшего самую сильную партию. Добрыня Никитич вызвал к себе Мага Мака.

— Маг Мак, нужно создать прибор Избиратель, ты хотя бы представляешь, каким он может быть?

— Господин Добрыня Никитич, пока нет, но вы мне скажите, что требуется от прибора, а я придумаю, каким он будет, а на фирме его изготовят в том количестве, за которое заплатите.

— Мне нужны голоса избирателей! И этим все сказано! — нервно воскликнул Добрыня Никитич.

— Простите, но у телевизионного экрана возможностей для агитации несравненно больше.

— А кто с этим спорит? Вот и надо в студии, где будет проходить диспут усиливать чувства моих сторонников. Ваши приборы должны зондировать публику в поддержку именно моей партии.

— Это можно сделать! — воскликнул Маг Мак. — Ваши деньги, а по деньгам и приборы.

— Вот и хорошо. Я хотел сказать, что приборы должны работать во всех телевизионных студиях страны, не только в центральных, но и региональных новостях, ведущие должны с таким трепетом и азартом говорить о моей партии, чтобы она получила максимальное число голосов!

— Но вы еще должны попасть в новости дня!

— Этим вопросом занимаются.

— Договорились.

Долго ли коротко времени прошло, но приборы Избиратель вышли в свет. Люди, управляющие приборами, сидели в зрительной массовке, без которой выборная пропаганда смысла не имела. Живой интерес публики — главная и направляющая сила пропаганды. Естественно в качестве зрителей были направлены испытанные бойцы фирмы Марина и Мартин. Их привели в чувство, подправили внешний вид и отправили на съемки с приборами. Зрители давно лениво смотрели подобные передачи, зная, что все обещания избирательной компании — это набор пустых и звонких слов, но эмоциональные спектакли, настоянные на настоящих чувствах — любят все.

Добрыня Никитич не поленился, и сам придумал сценарий с участием Марины и Мартина, у них забрали приборы Коньячный Поцелуй, забрали настоящий коньяк, настроили их приборами Сердечко с центрального пульта управления. Их глаза загорелись, взаимная привязанность и даже любовь, стали видны любому зрителю, в их разговор вложили название партии — Единство семейных пар. Смысл состоял в том, чтобы показать преимущества жизни народа при партии Единство семейных пар, на диалоге одной пары, столь привлекательной и очаровательной, что им тут же стали звонить режиссеры различных телевизионных телесериалов.

Политическая позиция партии, и ее главная задача — обеспечение единства семейных пар и обеспечение единства внутри каждой пары. Партия была против ссор между любящими людьми, имеющими детей. Моральные устои партия ставила выше всего. По всей стране на телевизионных экранах шли короткие постановки с участием людей Добрыни Никитича, публика зондировалась на правильное с точки зрения партии отношение к жизни. Партию поддерживали все семейные люди и влюбленные пары. И вот тут начинался облом, оказалось, что одиночек так много, что партия под названием 'Одиночки вперед', стала побеждать на предварительных опросах.

Добрыня Никитич вызвал Мага Мака и сказал, что его технические средства — пустое место, и пусть он возвращает деньги за слабые разработки.

Маг Мак не обиделся, а призадумался, и сказал:

— Добрыня Никитич, наших людей с приборами Сердечко надо запустить на собрания единомышленников партии 'Одиночки вперед'.

— Даю вам последний шанс, — сурово ответил Добрыня Никитич.

Маг Мак призвал всех сторонников своей фирмы, вручил им новые приборы Сердечко и сказал, чтобы они работали по третьей программе прибора, то есть настраивали приборы на двух людей, которых они захотят сделать влюбленными парами.

На собраниях и митингах партии 'Одиночки вперед', стали незамедлительно образовываться пары — 'он + она'. Буквально за неделю перед выборами ряды одиночек наглядно поредели.

На выборах победила партия 'Единство семейных пар'.

Добрыня Никитич торжественно предложил:

— принять Мага Мака в свою партию,

— занять Магу Маку административную должность в его аппарате.

Маг Мак отказался, сказав, что он технический человек до мозга костей и администратором быть не может.

Театральный режиссер Тимофей Панин, узнав, о приборе Избиратель, творящем чудеса на выборах, задумался о продвижении своего театра. Ему хотелось, чтобы его театральные постановки били рекорды по посещаемости. Он приехал к Магу Маку с мыслью заказать прибор Театр, который бы усиливал эмоциональные страсти на сцене и в зале.

Дело в том, что актерские эмоции могут меняться от спектакля к спектаклю, а зрителю всегда нужны свежие чувства. А, где их взять? Магу Маку заказ Панина показался знакомым, у него возникло ощущение, что он его уже выполнял. В прибор Театр он заложил три основных переживания, результаты которых видны сразу: любовь, смех, слезы. В результате любовные сцены были столь эффективны, что зрителям хотелось целоваться, обниматься и уходили они со спектакля, с желанием продолжить свою собственную любовь.

Марина и Мартин сидели в восьмом ряду в качестве экспертов. Пару разбирали любовные чувства. Она готова была сесть к нему на колени, а его руки тянулись к ней, как растущие лианы. Но не успели они дойти до любовной утехи, как их стал разбирать смех. Все события на сцены вызывали смешки в зале и явный хохот. Публика смеялась, забыв о любви. Но буквально через пару реплик зал стал погружаться в минорное состояние: туча слез застыла над залом, народ стал вытаскивать бумажные и батистовые носовые платки. Марина рыдала на плече Мартина. Он смахивал слезу.

Прибор Театр прошел испытание. Чудо в зале не осталось не наказанным, со всей страны потекли театральные представители в офис фирмы. В цирке сразу поняли гротеск, происходящих в театре событий и взяли прибор Театр на свое вооружение, для выбивания из зрителей лучистого взгляда и естественного смеха. Все были довольны.

Но появилась одна дотошная зрительница Лизавета, она постоянно ходила в театр и цирк. Она жила представлениями и считала их своей жизнью, но, заметив странный всплеск эмоций на сцене и на арене, почувствовала тревогу в душе от непонятных явлений в зале. Те, кто редко ходил в театр, все воспринимали за новую монету, а она стала анализировать происходящее в театральной и цирковой жизни.

Эта противная Лизавета оказалась журналисткой, она писала о культурной жизни города. Ранг ее был невелик, но дотошностью она выделялась среди многих своих коллег. С некоторых пор она стала брать билеты на боковые балконы и наблюдать за залом и театральной сценой одновременно. Лизавета заметила людей, держащих руки несколько странно, в руках у них были круглые предметы, направленные либо в зал, как бы ненароком, либо на сцену. Она стала замечать более откровенно выраженные чувства людей, если на них были направлены приборы. Она видела всплески эмоций у актеров, которые прежде были более флегматичные.

Но Маг Мак все это предвидел заранее, предполагая, что есть театралы, которых трудно обвести вокруг пальца, поэтому в каждом зале у него был свой электронный глаз. Лизавету заметило электронное око и передало информацию на пост наблюдения Мага Мака. Было принято решение: обезвредить Лизавету с помощью Мартина. Он должен был изображать влюбленного в нее театрала. Ему не привыкать быть любовником, а для нее это было бы прямым ударом в сердце, тем паче, что Маг Мак заставил ее с двух приборов Сердечко влюбиться в Мартина. И она сразу влюбилась в бесподобного мужчину, который был такой красивый, что Лизавета, увидев его, стала оседать без чувств. Он подхватил ее одной рукой, почувствовав тяжесть безвольного тела. Маг Мак послал красавицу Марину к ним на помощь. Задачами Марины было: привести Лизавету в чувство и стать ее близкой подругой на время конфликтной ситуации, что она и сделала. Отдать Лизавете Мартина — в планы Марины не входило.

Лизавету отнесли в медпункт театра, положили на кушетку. После этого Марина отпустила Мартина домой, а сама на правах подруги осталась с Лизаветой, которая, придя в себя, не могла понять, какая Марина ей подруга!? После небольшого разговора все встало на место, и Марина отвезла Лизавету домой. Журналистка всю дорогу говорила о тех странностях, которые последнее время происходили в театре и цирке.

Маг Мак сделал вывод из ситуации, и активные части приборов Театр стали прятать в нишах, где их скрывала тень, а управлялись они одним человек с центрально пульта управления.

Лизавета вцепилась в Марину мертвой хваткой, она требовала постоянного общения и все говорила о странных людях с приборами, которые после ее падения больше не появлялись. Журналистка доставала красавицу Марину, ведь ей хотелось написать об этом репортаж с места событий, и вдруг все исчезло.

Маг Мак и из всего этого захотел извлечь пользу, он предложил Лизавете искать странные явления в жизни и сообщать ему лично без публикаций в прессе. Он посылал ее в жаркие точки, где работали его приборы, и она очень четко их находила и делала дельные замечания.

На Лизавету запал Мартин, этого даже Марина не ожидала. Хотя, что в этом удивительного?

Глава 2

На столе Марины лежали приборы: Сердечко, Аппетит, Страх, Избиратель, Театр, но у Марины забрали главную игрушку фирмы — Мартина. И эти маленькие, вредные приборы ее интересовали все меньше. К Марине пришла госпожа Скука, ей стало грустно. Мартин с Лизаветой все больше времени проводили вместе. Он работал на фирме и не брал больше дополнительную работу по распространению приборов. Она почти не посещала театры и цирк. Они находили удовольствие в общении друг с другом.

А Марина?! И тут она вспомнила о мечте Мартина! Он однажды проговорился, что ему не хватает авантюрной мечты, в конце которой маячат большие деньги. Он хотел открыть офис по работе с будущими парами с помощью Сердечек, но на этом он бы много не заработал, хотя некоторые умудряются. Где ему найти мечту и вернуть его к себе? Пожертвования, — подумала Марина, — или жалость могут принести нешуточные деньги. Вот так Марина придумала задачу Магу Маку, а не Мартину.

Маг Мак сразу придумал, кому нужен прибор Жалость. Получилось, что Мага Мака она трудоустроила, но не потенциального любовника. Мартину мечта нужна беззаботная. Лизавета — девушка без больших запросов и его она вполне могла устроить, Марина ему было не по зубам, но ей он нравился! Мечтать он должен был рядом с Мариной! Но о чем? Он красивый и немного тщеславный. Чтобы Марина не придумывала, все сразу становиться известно Магу Маку. А, что если Мартина притащить к себе за уши не поощрением, а наказанием?

Тем временем Мартин ждал у себя дома Лизавету — журналистку. Он раскинул тройной диван, сменил постельное белье, и на этом его фантазия иссякла. Она пришла в новой одежде, но без съедобных запасов. От нее исходил аромат духов, а на его кухне женские и пищевые запахи давно не появлялись. Зато у него был столик на колесиках, но не было того, что можно было бы на него поставить. Наличные деньги у него были, но тратить их он не любил, осталась у него такая привычка от скудной жизни до работы на фирме. В таком свидании могла выручить только безумная страсть к личным прикосновениям с продолжением до конечного результата. Но Лизавета в новых тряпках нырять на чистое, но не глаженное постельное белье не спешила. А Мартин был голодный, не бритый, не мытый, не причесанный, в спортивных штанах, тапочках и футболке неопределенного цвета.

Маг Мак на пульте управления увидел загоревшийся светодиод из квартиры Мартина, этот светодиод загорался от срабатывания электронных датчиков, если на его постель ложилось два человека. Он тут же позвонил Марине и уточнил, где она находится, случайно не у Мартина? Марина ответила, что она дома, что с ней находятся две дамы из салона красоты, и дала ему послушать женские голоса.

Итак, Марина поняла, что Лизавета у Мартина завалилась на постель вместе с ним. Вот теперь бы ей произвести замену на постели Мартина! Марина поговорила с мастерами из салона красоты, и они согласились за ее деньги, но бесплатно для Лизаветы привести ее в божий вид, в качестве сервиса от салона. Марина и мастера быстро доехали до квартиры Мартина. Дамы предложили Лизавете такие услуги, что та в момент взлетела с ложа, и Марина отвезла их в салон красоты часа на четыре.

Марина вернулась к Мартину с большим количеством продуктов. Пока он мылся, брился, переодевался, она накрыла столик на колесиках и привезла его к постели, рядом с которой уже стоял чистый и прекрасный Мартин. Он поел, посмотрел на Марину, как сытый удав на кролика. Молодой человек усмехнулся и лениво подполз к ней по постели, затягивая ее все сильнее и сильнее в свои могучие объятия. Она потонула в его ласках, страсти и любви, что ей и нужно было.

А Маг Мак два раза на один сигнал светодиода никогда не реагировал.

Лизавета приехала из салона через четыре часа к Мартину, но он был, как сытый кот, и ему уже ничего не нужно было. Тогда Лизавета развернулась и уехала к себе домой, а потом в театр, где давно не была. Мартина Марина не завоевала, а лишь удачно использовала в нужном направлении, но, проголодавшись, он вспомнил о Лизавете. Почему о ней? Безопаснее начинать с нее, это он тоже понял.

Маг Мак завершил разработку прибора Жалость. Марина вызвалась испробовать его на Мартине. Маг Мак по этому поводу только усмехнулся.

Марина пришла к Мартину Филину с большим полиэтиленовым пакетом, в котором хаотично лежали вещи, и сказала, что ее выгнал Маг Мак, узнав о том, что они были вместе. Она тайком посмотрела на показатели на приборе: жалость в Мартине только слегка вздрогнула и остановилась. Марина добавила, что шеф ее прогнал без средств — к существованию. Показатели прибора опустились ниже плинтуса. Жалость у Мартина не появлялась, напротив, в нем возникла ненависть к тому, что она ему несет неприятности.

— Марина, шла бы ты к своей матери в такой ситуации!!

— А ты меня к себе не возьмешь? — спросила Марина с наивностью, доза которой превышала допустимые нормы.

— Ты хочешь меня столкнуть с Маком Ильичем и оставить без работы?! — завопил Мартин без всякой жалости.

Вот тут Марина рассердилась, включила прибор на Жалость и направила его в сердце Мартина со стороны спины, поскольку он от нее отвернулся. Она была хладнокровна! Через пару секунд он повернулся. Прибор, выполненный в виде тюбика губной помады, она держала в сжатой руке, на Мартина был направлен луч жалости.

— Марина, Маг Мак тебя выкинул из твоего дома? Милая, живи у меня! Я всегда рад тебя видеть!

— Мартин, но у меня вообще ничего нет: ни одежды, ни денег!

— О чем ты говоришь? Все купим! Я тебе дам деньги, неужели я тебя пошлю к твоей матери?

Удивлению ее не было предела, захотелось позвонить Магу Маку и обрадовать его, но как ему все это пересказать!? Нашла о чем беспокоиться! К этому времени Маг Мак поставил в квартире Мартина жучок и скрытую камеру наблюдения. И Марина это почувствовала на своей шкуре.

— Прости, Мартин, я пойду к маме, зачем тебе жизнь осложнять?

— Марина, возьми хоть деньги, — не унимался Мартин, и протянул ей пачку купюр.

— Не откажусь, спасибо, — сказала Марина и выскочила из дверей.

Когда она вышла из подъезда Мартина, к ней подъехал на машине Маг Мак.

— Марина, садись в мою машину, одна ты не поедешь.

Мартин посмотрел на пару из окна, и у него было такое ощущение, словно его обманули. А Марине было все безразлично, если ни считать того, что пока она шла по лестнице деньги сунула на дно пакета, а эту часть про деньги Маг Мак не смотрел на экране, он раньше выехал к дому Мартина, расположенному на проспекте Джокера.

— Марина, прибор Жалость прошел испытания?

— Да, Маг Мак, и как всегда — успешно.

— Тебя хвалить или ругать?

— А меня за что ругать? Я провела крутые испытания.

— Если испытания крутые, то, где деньги на благотворительность?

— В пакете, — выпалила Марина неожиданно для самой себя.

— С этого бы и начинала! Марина, деньги ему верни, если очнется — врагом станет.

— Как я их верну?

— Без действия прибора Жалость он все возьмет назад, — и Маг Мак повернул машину к дому Мартина.

Марина позвонила в дверь к Мартину, но дверь открыла Лизавета. Когда она успела проскочить? Марине захотелось уйти.

Но на шум выскочил хозяин:

— Марина, у тебя совесть есть?

— Была, но вся вышла, — Марина развернулась и пошла вниз по лестнице, отдавать деньги Лизавете не хотелось, и совесть ее от такого психологического удара умолкла.

— Отдала деньги? — хмуро спросил Маг Мак.

— Нет, его дома не было.

— Не лги, родная!

— Хорошо! Он был с Лизаветой! А ей я деньги не отдам!

— Отлично! Теперь деньги заслуженно наши! Первый приз за прибор Жалость!

Никогда не думала Марина, что у Мартина на деньги будет такая реакция! Он, придя в себя, решил вернуть свои накопления, отданные под влиянием прибора Жалость. Мартин пришел к Марине домой. Пришлось направить на него луч прибора, но он выбил его из дамских рук. Мужик ударил ногой по женской руке! Больно! Искры из глаз посыпались.

А он вращал глазами и кричал:

— Деньги верни!

Вот и вся Благотворительность. Марина к его деньгам не прикасалась, они лежали на полочке в сейфе, но открывать сейф при чужом человеке она не хотела. Да, Мартин после удара ногой по ее руке стал ей чужим. Мага Мака дома не было. Что делать? Прибор Жалость лежал на полу, но над ним стоял Мартин.

— Возьми свои деньги сам! — крикнула Марина.

— А, где они лежат? — спросил мужчина спокойным голосом.

— На кухне, на полке, над посудомоечной машиной. Найдешь?

— Найду, — сказал он и пошел на кухню.

Марина стояла и не двигалась, пока он не зашел на кухню, потом быстро подошла и подняла прибор Жалость. Она встала на свое место, нажав на приборе на кнопку максимальной жалости, и направила луч воздействия на дверь, через которую он должен был прийти с кухни. Мартин кричал, ругался и приближался к Марине со звериным выражением лица. Но она держала луч Жалости по направлению в его сердце! И он схватился за сердце в метре от нее и стал оседать у ее ног. Марина погладила по голове дикого зверя, и он стал ручным.

— Прости, Марина, что я требовал назад деньги, но и ты пойми, у меня никогда денег не было! На первые деньги я купил и сменил машину, и эти деньги у меня просто потому, что я боюсь их тратить! Боюсь оказаться — без средств — к существованию! Я так устал быть бедным!

— Прощаю, — сказала Марина, — деньги ты не получишь, они уже в производстве нового прибора.

— Ну, ты даешь! Мои деньги и в производство! — воскликнул с гримасой негодования на лице Мартин.

— Все? Успокоился?

— Почти. Только я тебе больше никогда не поверю! — прокричал он.

— Не верь. Сегодня я обойдусь без твоей веры. Да, что у тебя с Лизаветой Каспийской?

— И это знаешь? Мы — друзья!

— Надолго собаке блин — они друзья. Не верю! — сказала Марина с каплей ревности в душе.

— У нас сегодня игра 'верю — не верю'. Что будем дальше делать? — спросил тихо Мартин.

— Скоро Маг Мак придет.

— Скоро сказка сказывается, да долго дело делается, не придет он, — сказал Мартин.

— Мы будем ссориться? Я могу тебя покормить. Ужин готов.

— Ты его не для меня готовила.

— Тебе-то что от этого?

Неожиданно Мартин сделал выпад в сторону Марины, выхватил прибор Жалость и направил на нее:

— Марина, отдай деньги! Они у тебя дома. Пожалей меня! — ныл Мартин, купая ее в луче прибора Жалость.

Марина почувствовала резкую боль в области сердца, потом вялость, и сквозь пелену лени в мозгу забилась мысль: надо отдать деньги, надо отдать деньги. Всплыл в памяти номер сейфа. Она открыла сейф, взяла пачку денег и отдала их Мартину. Он их взял вместе с прибором Жалость и вышел за дверь.

— Вот и вся любовь, — проговорила Марина, прикрывая за Мартином дверь.

— Кто говорит о любви? — спросил Маг Мак, открывая дверь.

— Вы Мартина видели? Да? Он забрал деньги и первый прибор Жалость.

— Фу, какая Жалость! — засмеялся счастливым смехом Маг Мак. — Главное, дорогая, чтобы ты его не любила, а остальное — все полная ерунда!

— Маг Мак, как вы вошли?

— Его нет в нашем округе, ты это сама знаешь, — ответил спокойно Маг Мак.

Лизавета пальцем приподняла очки на носу, посмотрела внимательно на Мартина:

— Мартин, ты что-то хотел мне сказать?

— Да, дорогая, мои деньги ко мне вернулись, — и он протянул злополучную пачку денег Лизавете.

Лизавета взяла деньги и стала считать. Пока она считала, Мартин держал луч Жалости в направлении ее сердца. Она перестала считать деньги и протянула их Мартину:

— Возьми — они не мои, — и упала на пол, ударившись о модную металлическую ручку на диване, стоявшем на таких же металлических ножках.

Он поднял и положил ее диван. Она молчала вялая и безжизненная.

— Сидела бы дома, была бы здорова, принесло тебя именно сегодня, — проговорил Мартин, пряча деньги на место.

Мартин стал делать массаж головы Лизавете, потом вспомнил о приборе Жалость, переключил его в режим Злости и направил его на нее. Ее лицо нахмурилось, она поднялась, села, потерла ушибленное место.

— Я, что у тебя делаю? — спросила Лизавета зло. — Голова болит, проводи меня, я домой пойду.

— Лизавета, ты лежи.

— Нет, здесь что-то не так, лучше я уйду, — и она покинула квартиру Мартина.

Маг Мак размышлял над влиянием приборов на поведение людей. Интересно то, что Сердечко меньше всего изменяло человеческую сущность, а Жалость проявляла негативные стороны очень быстро, прибор Театр вообще работал без остаточной деформации, Избиратель тем более, а Аппетит носил юмористический характер. Пока он думал, к нему тихо, как черная пантера, подошла Лизавета.

— Здравствуйте, Маг Мак, у меня одна просьба отпустите меня туда, где нет ваших умных приборов, действующих на человека.

— Не могу отпустить, он есть даже на Северном полюсе, новый прибор Холод уже в работе.

— Нет, я не хочу мерзнуть дважды! А, как насчет южных широт?

— Как в духовке, хочешь погреться, или испытать счастье местных жителей?

— Я хочу попасть на территорию, где нет ваших приборов и больше ничего.

— Знаешь, Лизавета, если ты найдешь такое пространство на земле, скажи, я им что-нибудь пошлю. Я сам не понимаю, почему люди так странно реагируют на дополнительное вмешательство по настройке их мозга?

— Маг Мак, перестаньте этим заниматься, и все будет нормально.

— А нормально никогда не бывает, недовольство людей столь огромно, что является неисчерпаемым источником моего вдохновения. Позолоти ручку и я внушу тебе через очередной прибор, что никакого психологического воздействия на людей нет.

— Золотить чем?

— Пойдем, пройдем по парку. Ты хоть знаешь, чем парк от леса отличается, кроме дорожек и скамеек? Куда тебе! В парке под деревьями нет новой поросли, и видно одни стволы, а в лесу, как в толпе на международном авиационном шоу, все возрасты в одном месте. Спрашиваешь, золотить чем? Это тебе не по карману.

— Можно я не пойду с вами в парк, если там такой хороший обзор под кронами деревьев?

— А ты чего от меня хотела? Хочешь, я тебе подарю один прибор, причем любой?

— Сердечко.

— Сердечко захотела? А ты настроишь его на многострадального Мартина?

— А вы откуда это знаете?

— Работа у меня такая, хотя ради этой настройки могу подарить тебе эту дорогую игрушку. Только запомни, у него нельзя деньги просить.

— Я это поняла.

— Лизавета, зачем тебе Мартин? А я не подойду?

— Я у вас уже прибор выпросила, больше от вас мне ничего не надо! — запальчиво возразила Лизавета Каспийская.

В кабинет Мага Мака влетел молодой человек с крепким животом и закричал:

— Вот посмотрите, какой у меня живот, я не могу его уменьшить с помощью прибора Аппетит, мой аппетит не уменьшается!

— Можно я посмотрю на настройки прибора? — спросил Маг Мак и взял у молодого человека прибор Аппетит. — Вы поставили стрелку в другую сторону, вот и вся проблема.

— А вы не могли сделать прибор без стрелок?

— Прибор многофункционален.

— Поставьте на уменьшение аппетита, — попросил клиент.

— Уже готово, всего вам доброго, и пониженного вам аппетита! — бодро проговорил Маг Мак.

— Спасибо я не скажу, я за него уже заплатил, — проговорил полный человек.

Весь разговор слышала Лизавета и на подаренном Сердечке выставила данные этого мужчины очень просто: она навела на него стрелку, прибор прошил клиента, и прицепился к нему мертвой хваткой.

Молодой человек весь передернулся и впился глазами в Лизавету:

— Я вас люблю! — сказал он, не понимая смысла того, что он сказал.

— Меня? — удивилась Лизавета.

— Вас. Правда, не знаю почему? — озадаченно ответил молодой человек.

— Господа, я понимаю ваши чувства, идите в парк — он в трех минутах ходьбы, там и выясняйте свои отношения! — начальственно проговорил Маг Мак.

— Да, да, конечно, — пролепетал молодой человек, взяв Лизавету под руку, вышел с ней из кабинета.

Лизавета не ожидала такой концовки разговора и шла, как привязанная к молодому человеку с круглым животом. Но, выйдя на улицу, спросила:

— Простите, а вы кто?

— Я — абориген городской.

— Это еще, что такое?

— Местный я.

— А как такой живот наели?

— Не знаю, он сам растет, я был стройным, молодым, красивым, мне девушки улыбались, а сейчас я ничей.

— А живете где?

— Где хочу, — беспечно ответил молодой толстяк, — вы не поняли? Где есть, хочу, там и живу!

— Не поняла.

— У меня несколько квартир, мне приходится часто ездить, где голод застанет, там и останавливаюсь.

— А жен у вас тоже несколько?

— Никто меня не любит.

Лизавета жила в старом доме с высоким потолком и с малым набором удобств, ей захотелось побывать в квартирах толстяка. В квартире красавца Мартина она уже была, и делать ей там больше нечего. Но несколько квартир!

— А как вас зовут?

— Феликс!

— Вы администратор нашего округа? — наугад спросила Лизавета.

— Нет, я сын главы округа Клюква — Добрыни Никитича.

— Как интересно! И я вам нравлюсь?

— О, да! Имя ваше — Лизавета?

— А как вы угадали?

— Я ваши статьи о театре читал. У отца не узнаешь ничего.

— Впервые вижу своего читателя!

— И почитателя. Так, ближайшая моя квартира в двух минутах, предлагаю в нее заехать.

— С удовольствием! — просияла Лизавета и села в машину Феликса.

Машина подъехала к новому зданию, оно красиво вписалось среди старых зданий района. Молодые люди вошли в холл, поднялись на лифте, вышли на большую лестничную площадку с двумя дверями, зашли в одну дверь. Глаза Лизаветы округлились и невольно стали осматривать помещение, над которым работали настоящие мастера интерьера.

— Кухня рядом, — потащил Лизавету за собой Феликс.

Они вошли в кухню, похожую на просторный ресторан. Феликс сразу опустился в кресло у стола. Откуда-то появилась женщина средних лет.

— Феликс, подать обед?

— Она еще спрашивает! — И вдруг неожиданно для себя он ответил, — я не хочу есть!

Женщина от неожиданности присела на край маленького дивана.

— Лизавета, видишь, шок повара? Пиши, разрешаю. Хочешь кушать? Тебе принесут обед. Не бойся, у нас все вкусно!

— Я в этом не сомневаюсь, и не откажусь, — ответила Лизавета с восторгом, оглядывая помещение, в котором все было красиво, добротно, современно. Она со вкусом съела, предложенную пищу, и наслаждалась едой и помещением, в котором находилась по воле случая.

Феликс посмотрел на то, как Лизавета за него поглощает продукты, и сказал:

— Впервые вижу, что кто-то ест, а я — нет! Приятно!

— Я ничего подобного не ела, — промурлыкала довольная Лизавета.

— Ты меня радуешь! Знаешь, как трудно быть ходячим мячом?

— Не знаю, я худая с тех пор, как себя помню.

— Лизавета, поживи в этой квартире, я буду сюда приезжать, а тебя здесь будут кормить до отвала.

— У меня работа!

— Считай, что у тебя отпуск от твоей работы. Здесь поживи. Повариха живет рядом, а здесь готовит. Продукты мне развозят по моим квартирам.

Повариха, убрав со стола, ни сказав, ни слова, вскоре ушла домой.

— Феликс, а повариха говорить умеет? — спросила довольная жизнью Лизавета.

— Наверное. Но со мной она не разговаривает, она просто готовит и угадывает то, что я хочу съесть.

Лизавета объелась, но признаваться в этом она не хотела, она полулежала на кушетке, и ей лень было шевелиться. Зато Феликс бегал по квартире и радовался тому, что он есть — не хочет! Он остановился перед сытой Лизаветой и удивленно заметил, что она красива.

— Лизавета — ты красивая!

— И ты красивый, — выдавила из себя Лизавета, засыпая от незнакомой для нее сытости.

— Я тебе нравлюсь? — с нескрываемым волнением спросил Феликс.

— Да, — сказала она, прикрывая тяжелые веки.

— И тебя не смущает мой круглый живот? — спросил он с надеждой на отрицательный ответ.

— Нет, — прошептала сквозь сон Лизавета и окончательно уснула.

Повар в еду добавляла успокаивающие добавки, по наущению матери Феликса Нимфы, и эти добавки сморили Лизавету, неподготовленную к такой пищевой атаке.

Феликс подозревал нечто подобное, и, увидев, спящую Лизавету уверился в своих догадках, но раньше он всегда хотел — есть больше, чем не спать. Лизавета спала крепким сном. Повариха ушла. Феликс стал обходить квартиру. Что он искал, он не знал, но в кухню он даже не заглядывал. Есть он не хотел, но ему все больше нравилась спящая девушка. Его друзья звали его — евнух. Он не обижался, он вообще всегда хотел только одного — есть, и что такое хотеть — женщину, он не догадывался. Его живот был такой большой, что он давно не видел то, что под ним находится. Ему всегда было тяжело, душно и противно буквально от всего. Он пытался везти активный образ жизни, но засыпал раньше очередной попытки. Хорошо, что в короткий период отсутствия сна он набрел на прибор Аппетит. Он пошел на кухню, и сам сделал себе черный кофе без сахара, и выпил эту черную мглу.

Молодой человек захотел втянуть живот, но ничего не получилось. Он лег на пол и попытался приподняться на руках, но живот держал его на почтительном расстоянии от пола. Он лег на спину, сделал попытку поднять ноги, но выше угла в сорок пять градусов, они не поднимались. Молодой человек задышал тяжело, и подумал, что у него все получится, если вместо него будет кушать Лизавета, а прибор Аппетит будет снижать его чувство голода. Феликс достал прибор, посмотрел на стрелку, повернул ее в сторону аппетит — ноль, поднялся с белого ковра на полу. Он страстно захотел стать стройным! А все остальное — потом.

Вскоре о Лизавете все забыли. Она жила в доме Феликса и усиленно питалась. Он почти не ел, только пил соки и воду. Она ела все, что повариха готовила ему. У него брюки в талии стали свободными. Она не могла надеть свою одежду. Поэтому Феликс купил ей десяток халатов, чтобы она не ощущала свой новый вес, халаты скрывали изменение в ее фигуре. Нет, пока она плыла только от избытка пищи. До любви они не доходили. Феликс худел тяжело, и особых сил у него при этом не было, но спал он меньше Лизаветы, и это его радовало.

Повариха все доложила Добрыня Никитичу, но тот был занят очередными выборами и в жизнь сына не вмешался, тем более что ничего страшного не происходило. Молодой человек не хотел много есть, ну и что? Вскоре Феликс стал ощущать легкость, он уже выполнял некоторые упражнения, он доставал пальцы ног. Он с удовольствие надел джинсы меньшего размера. Лизавета одобряла его новый внешний вид. Ей нравилось жить в его квартире, смотреть на огромный, плоский экран телевизора. Она всегда знала, что она худая и о своей фигуре не беспокоилась. Они жили, как сообщающиеся сосуды: его жир переходил к ней — медленно, но верно. Он это видел, а она отдыхала за всю свою суетную жизнь и жила в полусне, благодаря пищевым добавкам.

На ней всегда была майка и халат. Майки были куплены с одинаковым рисунком, но разного цвета. Он убирал из употребления те, из которых она вырастала. Так же было и с халатами. Любопытно, но у нее не было желания выйти на улицу. В доме все делала приходящая домработница, Лизавету не тревожили по приказу Феликса, он боялся остаться без нее. Ему казалось, если она похудеет, то он опять начнет толстеть. Она становилась блеклой, неухоженной, толстой. Он становился все более стройным, он отрастил волосы, и ему укладывали их в прическу. Он менял одежду и обувь. Голод его не мучил под воздействием прибора Аппетит, он с удовольствием отжимался уже раз десять от пола, и ноги поднимал на девяносто градусов. И в какой-то момент он заметил, что ленивая домашняя Лизавета — девушка. Она в это время не спала и заметила, что Феликс — привлекательный молодой человек. Дома никого не было. Они по очереди встали на электронные весы, вес был у них — одинаковый. Прибор Сердечко и прибор Аппетит выключились одновременно, уловив сигнал весов. Но их сердца уже хотели трепетных отношений и любви. Им все было в диковинку, хотя вместе они прожили месяца три, но больше походили на сосуды для перекачки жира. И вот они уровнялись. Лизавета ходила по квартире и искала зеркало, но его не было. Она больше не хотела спать. Она заметила жиры на своем теле, ужас пронзил ее сознание. Она заметила относительную стройность Феликса, и он ей понравился.

— Лизавета, ты — чудо! Ты меня вернула к жизни! — ласково воскликнул Феликс.

— Я — жирная! — крикнула чуть не плача Лизавета. — Я — толще тебя!

— Ты меня спасла! У нас все будет отлично! — воскликнул счастливый молодой человек.

В отсутствии Лизаветы, отношения Марины и Мартина пришли в норму, они работали на своих местах и не реагировали друг на друга. Маг Мак это заметил, и продолжал свою деятельность без нервной необходимости наблюдать за Мариной.

Марине позвонил Феликс, он искал Лизавету. Она ответила, что Лизавета в профилактории на лечении.

— Марина, вы понимаете, что я продолжаю худеть? Я уже тощий! Что делать?

— В профилакторий идти! — сказала Марина и потянула руку к прибору Коньячный поцелуй.

Раздумья Мака Мага прервала Лизавета, она вошла в его кабинет и закрыла собой весь свет.

— Маг Мак, посмотри, что ты из меня сделал? Тебе не стыдно?

— Лизавета, прости, я не поставил защиту против глупости. Судя по тебе — прибор Аппетит хорошо работает. При продаже необходимо блокировать лишние функции прибора, так чтобы потребитель их не смог перенастроить.

— Ты чего говоришь? Это мне неинтересно! Ты сделай меня худой и стройной! Я не сбрасываю вес, он только набирается! Ты на Феликса посмотри! Он совсем тощий стал! — кричала и причитала Лизавета на все лады.

— Да, Лизавета, ты права, я забыл поставить ограничитель уменьшения веса. Так, значит, к прибору надо продавать личные электронные весы, которые напрямую должны работать с прибором Аппетит.

— Маг Мак, ты мне свои мечты не рассказывай, ты мне ответь! Я требую сатисфакции!

Маг Мак посмотрел на Лизавету:

— Женщина, не кричи, я думаю. Мне и так трудно после выстрела, во мне мелкие повреждения тканей.

— Ты меня не разжалобишь! Отвечай за свои приборы!! — закричала с новой силой Лизавета.

— Не спиши, все будет. Я уже придумал, исполнители у меня есть.

— Ты чего себе под нос шепчешь? Ты мне ответ дай: когда меня вес начнет покидать?!

— Скоро. Потерпи пару недель, усилим прибор, добавим ограничители, соединим с весами, которые будут блокировать ненужные клиенту параметры.

— Понятно, — вдруг примолкла Лизавета, — тогда, что я здесь делаю? Я могу уйти домой на две недели?

— Думаю, да. Тебя в профилактории нашей фирмы никто не держит.

— А Феликс может уйти со мной?

— Нет! — вскрикнул Маг Мак. — Феликс перешел разумные границы изменения массы тела, он в дистрофика превращается! Его состояние несоизмеримое с жизнью!

— Маг Мак, вы так говорите, словно у вас есть медицинское образование, — вставила Лизавета свое слово.

— Не без этого, приходится изучать медицину, но в рамках необходимости. У меня есть консультанты — медики. И в данный момент тебя с Феликсом необходимо отделить друг от друга на расстояние, на котором приборы не действуют. Понимаешь, приборы, оказывается — мини роботы, они тоже любят дружить парами и при этом не всегда помогают хозяевам.

— Феликсу не дадут погибнуть?

— Нет. Быстро покидай профилакторий! И уезжай подальше недели на две! Можешь сделать доброе дело для Феликса? Беги! Чего стоишь? Спасать парня надо!

Лизавета физически не могла бежать, ей было тяжело и мучительно стыдно за свой внешний облик. Она всегда унижала тех, кто толще ее, а теперь сама попала в эту жуткую свиную оболочку. Она пошла к выходу из профилактория, остановила такси, доехала до дома, посмотрела на свои сбережения. Благодаря жизни с Феликсом у нее были деньги на поездку — куда подальше. Она нашла прибор Аппетит, взяла молоток и разбила его на мелкие части. Собрала сумку. Вещей у нее на такой вес почти не было, поэтому она решила ехать туда, где тепло.

Лизавета вышла на конечной остановке поезда, увидела кучку людей, предлагающих квартиры в аренду от трех дней. Она подошла к молодому человеку, сказала, что готова у него снять комнату на две недели. Молодой человек с тоской осмотрел фигуру квартирантки, вздохнул и повел ее к старенькой пятерке. Она села на заднее сидение, и увидела маленькую лысину своего арендатора. Они вышли у небольшого дома, проще сказать маленького домика, с многочисленными постройками, покрытыми, где черепицей, а где и просто деревом. Лизавете действительно дали комнату с большой кроватью, простой и крепкой конструкции.

Душ был один на всех и стоял в пяти метрах от ее жилища. Она взяла легкий халат, полотенце и пошла в душ. В двери она прошла с трудом, несколько заноз впились в ее полные руки. Вода от естественного обогрева, теплотой не радовала. Она слегка скулила от радости жизни. Но после прохладных струй жесткой воды, ей стало немного лучше. В летнем халате, надев сланцы и шляпу из ткани, она пошла в сторону пляжа.

На пляже все головы, как по команде повернулись к ней, рты открылись и закрылись, и на этом общественный интерес к ее особе прекратился. Она не стала снимать халат и радовать публику телом, а скромно села под ветвями ивы, Которые едва колыхались от ветра. К ней подбежал малыш и спрятался за ней, как за пригорком, видимо пляжные дети играли в прятки. Вскоре они полили Лизавету из лейки, посыпали песочком, и она с ужасом смотрела на грязный и мокрый халат, почти единственный в ее гардеробе такого размера.

После детей к Лизавете подошла невысокая, загорелая женщина и предложила заговорить ее от излишнего веса и снять порчу. Женщину перебила загорающая дама в соломенной шляпе, и сказала, что заговорить от жира невозможно, но можно зубы заговорить, чтобы не брать пищу ртом. Пляжный юмор уже скрипел на зубах Лизаветы песком, солнце отошло в сторону, и тень от ивы исчезла. Стало нестерпимо плохо, душно, досадно. Она пошла в халате к морю, так и зашла в соленые волны.

У Феликса обнаружили в желудке странный нарост, который перекрывал желудок и не пропускал пищу внутрь. Он признался, что так хотел похудеть, что прикладывал прибор к своему телу, а потом стал его привязывать, да так и спал с ним. Да он чувствовал в этом месте небольшую боль, но считал, что прибор посылает в него свои сигналы с ориентировкой на похудение.

Маг Мак, узнав о таком действии прибора, даже не удивился, он предполагал, что нечто непонятное вполне возможно, но не до такой, же степени. Опухоль казалась доброкачественного происхождения. Но Феликс не хотел с ней расставаться, он боялся вновь растолстеть. Решили нарост уменьшить частично, и залили его раствором, прекращающим рост клеток. У Феликса остался маленький шрам, но зато он вновь стал есть.

Добрыня Никитич предложил сыну поехать на юг, отдохнуть после всего, что с ним произошло, в санатории. Феликс подумал и согласился. Дома ему собрали багаж, довезли до поезда. На последней остановке поезда он вышел, увидел встречающих брокеров, но не подошел к ним. Он не поехал в санаторий, а предложил подошедшему к нему таксисту увезти его в самый дорогой отель города.

Феликс занял номер люкс на втором этаже с видом не море. Он заказал еду в номер и с удовольствием поел, при этом заметил, что до состояния переедания, он не дошел, и во время остановился. Феликс вышел на балкон, сел в кресло, посмотрел в сторону моря и увидел нечто странное: со стороны пляжа двигался колобок на ножках. Он взял бинокль и увидел лицо Лизаветы. Его сообщающийся сосуд был переполнен сверх всякой меры. Он позвонил, чтобы ему привели колобка в номер. И стал наблюдать, как два чудака в ливреях подошли к Лизавете, и повели ее в гостиницу. Она брыкалась, и идти не спешила.

Через пять минут Лизавета стояла перед Феликсом и с нескрываемым удивлением увидела перед собой элегантного молодого человека, с идеальной фигурой. Она посмотрела на себя и вздрогнула от ужаса.

— Лизавета, ты, что в одежде купаешься и загораешь? Ты куда колобок докатилась?

— Феликс, ты изверг чистой воды! Что ты из меня сделал? Я ничего не могу и не умею делать в этом теле! Забери его себе!

— Ты где остановилась? Впрочем, видно, что не здесь. Я помню, что своей фигурой я частично обязан тебе. Ты долго собираешься здесь отдыхать?

— Я уезжаю завтра. Я здесь уже недели три живу вместо двух. Здесь тепло. Одеваться не надо.

— Со мной отдохнуть не хочешь?

— А чем у тебя лучше? Три комнаты, пока их пройдешь — устать можно. Пока к тебе поднималась, вся потом умылась. А у меня дверь из комнаты во двор, пройду по тропинке пять метров — и душ. Красота!

— Вот нищета! С кем я связался?!

— Феликс, купи мне билет на поезд, я все проела, уже не знала, как домой вернуться. Вовремя ты тут оказался и хозяину моему за неделю заплати.

— Лизавета, так ты тут еще поправилась? У тебя, что желудок резиновой?

— Не зли, давай деньги и я пошла.

Феликс брезгливо протянул деньги, бывшей худой журналистке и вымыл после нее руки.

Лизавета взяла деньги и пошла в первое кофе по дороге. Она поставила два стула, села на них. Заказала на стол почти все меню и стала, есть, есть и есть. Феликс с балкона видел, куда она зашла, он подождал, подождал, но колобок из кафе не выкатился. Он опять вызвал двух человек в ливреях, те пошли выполнять его приказ. В кафе они с двух сторон приподняли колобка за ручки и потащили к выходу. Она ругалась и отбивалась, как могла. Все посетители наблюдали происходящее, забыв о своих тарелках. Феликс пожалел колобка и спустился вниз, к нему подвели Лизавету. Он тут же стал звонить Магу Маку о бедственном положении Лизаветы. Она только ругалась вслед его словам. Лизавету привезли в профилакторий фирмы.

Местный хирург был удивлен строению желудка Лизаветы, он увеличивался, после каждого приема пищи весьма просто. В нем находились три тонких кольца странного происхождения, именно они увеличивались в диаметре. Изменяя в размерах желудок, кольца вызывали дикий голод у молодой женщины. Магу Маку осталось выяснить, как эти три упругих кольца оказались у нее в желудке. Лизавета сказала, что однажды повариха Феликса дала ей три конфеты в красивых ободках. Она их проглотила целиком, но в памяти остались ободки. Спросить у поварихи о конфетах Магу Маку не удалось, она больше не работала у Добрыни Никитича.

Маг Мак считал, что он разрабатывает и внедряет в жизнь безвинные электронные игрушки психотропного назначения. То, что ему показали отросток из желудка Феликса, и кольца из желудка Лизаветы привело его в очередной транс. Но долго унывать он не мог, и пришел к элементарному выводу, что кто-то кроме него вмешивается в его игру. И еще момент, мясо отростка было неземного происхождения, словно к стенке желудка был приклеен некий живой организм, с эластичной оболочкой, который питался тем, что, посылал ему желудок.

Кольца из желудка Лизаветы по составу земных аналогов не имели. Маг Мак решил, что это дело добрых рук Добрыни Никитича. Бред, но он видел кольца сам, собственными глазами. Теперь его интересовали вопросы: когда Лизавета похудеет, и как она будет избавляться от висячей кожи? Но она, после того, как из нее вынули кольца, стала умнее. Да, она еще была толстая, но ее поведение уже вызывало уважение, она ела все меньше и меньше, при этом прибор Аппетит даже не включала.

Через некоторое время в офис вплыла толстая Лизавета, раскачивая пышными формами.

Все удивленно посмотрели на нее.

— У вас нет пистолета? Тяжело так жить, — сказала Лизавета и вытерла пот на лице.

— Лизавета, пистолетов полно! Но где ты так растолстела!? — удивленно спросила Марина.

— Ваш прибор Аппетит меня сделал такой, — сказала Лизавета, присев на диван, стулья были не ее размера, — понимаете, господа изобретатели, меня раздувает во все стороны. Вначале я была по весу такой, как Феликс, но он остановился в весе. А я все росту во все стороны! Дайте пистолет, нет сил — двигаться!

— Лизавета, живи! — воскликнул Мартин. — Есть новая модификация прибора, я тебя сейчас перепрограммирую, и ты начнешь худеть.

— Не обманываете? — спросила Лизавета, прикрывая маленькие глаза от усталости.

Мартин не обманывал, это было дело чести фирмы. Он взял новый прибор Аппетит и включил его на Лизавету, потом поставил контроллер веса на уменьшение. Он вызвал санитаров из местного профилактория, и Лизавету унесли худеть под присмотром врачей.

В офис вошел театральный режиссер Тимофей Панин и сразу в карьер:

— Что здесь у вас происходит? Где наша журналистка Лизавета Каспийская? Она наша лучшая корреспондентка, она так здорово описывала спектакли! И теперь, нас некому афишировать в печати! Верните Лизавету! — застучал он кулаками по столу.

— Господин Панин, не шумите, она перенесла операцию, сейчас ей уже лучше, можете ее навестить. Я Лизавету сегодня видела, она вас вспоминала, — сказала Марина.

— Правда? — с надеждой спросил Панин, — а мы без нее словно сироты никому ненужные! Без статей нам жизни нет!

На крики Панина вышел Маг Мак и спросил:

— Господин Панин, — заговорил он, — простите, вы еще используете наши приборы Театр, для эмоционального настроя зрителей?

— Маг Мак, конечно, используем! Мы все используем для привлечения зрителей, и актерские таланты, и новые постановки, и великолепные декорации.

— Вы могли бы один прибор Театр, дать мне для проверки параметров? Потом мы вам его вернем, — попросил Маг Мак Панина, глядя ему в глаза с мольбой.

Панин из кармана достал прибор Театр и протянул его Магу Маку, тот в мгновенье ока ушел к себе в кабинет.

Марина улыбнулась Панину и повела его в профилакторий, где находилась Лизавета.

Перед Паниным стаяла женщина, с которой, как с елки, свисали жировые складки кожи. Он передернулся от неожиданности и омерзительности. Он вгляделся в глаза женщины:

— Лизавета — это ты?

— Панин, это — я! — почти весело воскликнула Лизавета.

— Когда вылезешь из этого кожаного костюма, можно будет с тобой поговорить?

— Это не костюм! Это я такая! — возразила со слезами молодая особа.

— Могла бы зайти в костюмерную, взять телесный костюм, померить, но зачем самой в костюм превращаться? Я не понял!

— Панин, не тронь мой жир! Мне и так не сладко! Ты чего от меня хочешь?

— Театр и я лично, нуждаемся в твоих статьях о спектаклях в нашем театре, о новых постановках. Слушай, ты лучше меня знаешь, что тебе надо писать!

— Могу начать хоть сегодня! Но, мне нужен аванс, у меня нет еды и одежды, да и другие расходы требуют дохода.

— Бери деньги и приходи, — сказал Панин и вышел из профилактория, без денег и без прибора Театр.

— Марина, помоги мне купить нечто из одежды, мне вечером идти в театр, а на мне только больничный халат с дырками от частого использования, — попросила довольная полученными деньгами, Лизавета.

— Лизавета, о чем речь, поехали покупать одежду!

Дамы вышли из офиса.

Маг Мак сел за стол Марины, сидеть в кабинете ему было немного страшно. Он вскрыл прибор Театр. Прибор был абсолютно нормальным, никого постороннего вещества в нем не было! Он вздохнул полной грудью, вытеснив из души и пяток, остатки страха. Изобретатель положил руку на руку, склонил на них голову и уснул за столом. Добрыня Никитич лично тряс спящего Мага Мака, пытаясь его разбудить, но тот мычал, урчал, и спал сидя так крепко, как и на перине редко спят. Глава округа сдался и сел в кресло, оглядывая пустой офис, открытые в кабинет двери, не выдержав одиночества, крикнул:

— Ау, здесь есть кто-нибудь?!

Открылась дверь в кабинет менеджера, и сам Мартин показался в дверном проеме:

— Господин Добрыня Никитич, вы к Магу Маку? Он очень устал, чем могу вам служить?

— Мартин, объясни, что сделали с моим Феликсом? Почему ему дважды оперировали желудок?

— А хирург ничего не сказал?

— Хирург сказал, что причину знает Маг Мак, а он спит крепким сном, и не просыпается.

— Если я скажу, что в желудке вашего сына обнаружили нарост неземного происхождения. Вы мне поверите?

— А за один раз его нельзя было удалить?

— Мы тогда еще не знали, что новообразование слишком серьезное и обладает свойством интенсивного роста.

— Феликс жить будет?

— Он жив, из его желудка вынули странное вещество, хотели бы мы знать, как оно туда вообще попало? У вас нет врагов инопланетного происхождения? Одно могу сказать, что в наших приборах такие материалы не используются. Еще нечто подобное, хирурги вынули из желудка Лизаветы, а она сказала, что помнит эти кольца, она их видела маленькими на конфетах. Конфеты ей дала ваша повариха, но она у вас уже не работает, это мы выяснили.

— Какая длинная цепь событий! Повариха, говоришь? Не я поваров принимаю и увольняю. Нимфа знает о ней. Вот ее визитка, созвонишься, — сказал Добрыня Никитич и стремительно вышел из офиса.

Маг Мак поднял голову:

— Добрыня Никитич ушел? Молодец, Мартин, ты грудью меня прикрыл! Ценю. Слушай, ты с его женой Нимфой сильно не заигрывай, но выяснить происхождение непонятного материала стоит. Не тяни с этим вопросом, звони сейчас, а я домой поехал.

Глава 3

На разработки Мага Мака подсело местное управление разведки. Они любили брать разработки даром. Нормальные люди находились на бюджете административного округа. А тут Маг Мак — кладезь технической мудрости! И все рядом, и под рукой, и кем-то оплачено. Как не взять то, что уже есть? Маг Мак не возмущался, он знал местных агентов 007. Агент Рал запал на часы, которые прослушивают и мелкими печатными буквами выдают текст — удобно, когда нет возможности прослушивать.

Как-то к Магу Маку пришла группа молодых людей из лицея, их папы и мамы имели деньги, из-за которых их детей ни один преподаватель не ругал. Это и есть разница между общеобразовательной средней школой и дорогим лицеем. В средней, общеобразовательной школе детей и родителей учителя ругают, на чем свет стоит, без зазрения совести! Они просто издеваются над родителями, которые им не платят дополнительные деньги, поскольку в обычной школе — это не принято.

В лицее преподаватели никого не ругают и всем ставят пятаки, чтобы из детей состоятельных родителей выросли золотые медалисты, которые потом практически без экзаменов могут поступить в институт, если сдадут, хоть один экзамен, благодаря репетитору с этого же института либо университета.

Но институт они не могут окончить — липовое золото, упорства в учебе не добавляет. Еще меньше прока от них на работе, если их богатые родители протащили детишек за уши и деньги по институту, то потом такие молодые люди в инженеры не годятся, а только в торговые точки. Результаты получаются следующие: школьники выходят из школы закаленные натуральной жизнью, а дети обеспеченных родителей продолжают жить и учиться на деньги родителей.

Дело в том, что в обычной школе, учителя занижают оценки, унижают учеников и их родителей, а в лицее — завышают оценки состоятельным отпрыскам, и ни один учитель не закричит на бизнесмена родителя. Чьи знания лучше? Тех, кто умнее! А вот кто они истинно умные ученики? Этот вопрос покрыт тайной до их глубокой старости. Чем умнее человек, тем он больше прикрыт от общества. Инженер — он и есть золотой самородок общества.

Итак, в лицее понадобился прибор под названием Подсказка. Ученики сбросились и принесли, выжатые из родителей деньги прямо самому Магу Маку. А ему что? Была бы оплаченная идея, а он разработает все, что хочешь. Лучше всего работать с электронными знаниями, то есть, прибор Подсказка должен иметь выход, а это и сотовый телефон исправно сделает. То есть, один вариант подсказки уже существует.

Следующий вариант, если предмет сдают по лекциям преподавателя. Для этого нужен диктофон, если не слушали или не успели записать. Следовательно, речь преподавателя должна быть записана в устройство и показана на мини экране. А записи в тетради? Не забывайте, это дорогой лицей, в нем ругать не положено! Здесь хвалят и гладят по голове, а не бьют линейкой, как в обычной школе!

Недолго думая, Маг Мак выпустил модные, большие, прямоугольные, наручные часы, которые при необходимости могли быть диктофоном, и работать для прослушивания текста, на них можно было читать текст на любом экзамене.

Часы на руке еще никто не запрещал.

Агент Рал успел заметить Марину, пока занимался приобретением часов Подсказка. Марина ему нравилась, он знал, что она долгое время жила на планете Макро. Она давно уже не баловалась прибором Коньячный поцелуй и была хороша во всех отношениях. Агент Рал решил привлечь Марину к своей работе в разведке или шпионаже, что все равно масло масляное. Ему нужна была для приманки такая известная и красивая девушка, как Марина!

Маг Мак понял Рала, но не спешил отдавать Марину в другое ведомство. Вскоре ему позвонил сам губернатор Добрыня Никитич и поблагодарил за излечение сына Феликса. А потом он попросил отдать Марину для выполнения важного задания округа Клюква. Марина выпила чай с конфетой и пошла с агентом Ралом на правительственное задание округа Клюква.

В округ Клюква прибыл шпион Фил и прямым ходом зашел в ресторан Валет, где с первого взгляда заметил одинокую женщину, столь шикарную и великолепную, что подошел к ней сразу. Марина лениво посмотрела на пришельца. Шпион оказался привлекательным мужчиной лет тридцати, гибким, стройным. Его глаза сияли холодной сталью, его волосы переливались от оттенков, он был модным, смуглым и не более того.

— Салат с кальмарами в винном соусе, — проговорил мужчина, глядя на тарелку Марины.

— Ромштекс со спаржей, — ответила Марина.

Они улыбнулись или оскалились в приветливых улыбках.

Его глаза сверкнули и погасли.

Ее глаза приветливо посмотрели на него и померкли в новых впечатлениях.

— Фил, — представился мужчина.

— Марина, — представилась Марина.

Они еще раз мило улыбнулись. Зазвучала музыка. Оба одновременно вышли танцевать. Марина была в прямом, узком черном платье с разрезом с одной стороны от бедра. На груди, прикрытой тканью, блестел большой голубоватый камень в окружении синих, прозрачных камней, и все камни были расположены, каждый в своем золотом гнезде, которые были соединены одной золотой цепью.

Его стальные глаза приобрели мистический отсвет от ее камней. Фил кружил Марину вокруг себя, прижимая все ближе и ближе. И вот в какой-то момент он резко в бок выкинул ногу под прямым углом, и пару раз ею дернул. Тот человек, которого он достал ногой — упал. Фил поставил перед собой Марину и стал выходить в служебную дверь, закрываясь дамой, словно ширмой. Она вытащила одной рукой из платья прибор Коньячный поцелуй и резким движением назад, послала дозу концентрированной аэрозоли крепкого коньяка прямо в открытый рот шпиона. Фил от неожиданности расцепил объятия и одной рукой попытался вытереть лицо. Женщина выскользнула из руки мужчины и отбежала в сторону портьеры, быстро скрываясь за ней, где ее ждал агент Рал.

Рал показал Марине, где ее ждал Маг Мак, и вышел в зал. Шпион Фил вертелся, как юла, отражая нападения ногами, которые били во все стороны, четко и уверенно. Агент Рал совершил неожиданный прыжок верх и опустился на его бравую ногу. Кружение шпиона остановилось. Зал замер. Музыка зазвучала, но танцевать никто не выходил. Рал и Фил сели за один столик.

— Селедка в винном соусе, — сказал Фил.

— Ромштекс с картофелем, — ответил Рал.

— Что это было? Что здесь делает Марина? Что за драка? — стал быстро задавать вопросы шпион Фил.

— Приятное знакомство, не более. Почему вы стали драться? — спросил агент Рал.

— Мне показалось.

— Все было нормально, вы первым нанесли удар танцору.

— Я чего-то не понял, — отозвался Фил, — мне жаль, что я упустил прекрасную даму. Марина — само совершенство.

— Встретитесь. Говорите, что в нашем скромном округе Клюква вас интересует?

— Меня интересуют приборы Мага Мака.

— И ради этого стоило засылать вас? Можно было их просто купить, они — в свободной продаже.

— Меня приборы интересуют с точки зрения использования их в разведке. Я думаю, что не все аспекты приборы известны широкой публике.

— Мудрый интерес и вывод правильный. Можно заключить договор о поставке партии приборов через Добрыню Никитича, — сказал Рал.

— О, — это ваш партийный и административный лидер округа Клюква! — восторженно проговорил Фил, и добавил: — Я не оружие прошу!

— Все путем, он все сделает, а Маг Мак против Добрыни Никитича — бессилен, если не будет противником договора. О, вам нужна аудиенция с Добрыней Никитичем, и нам польза от вашего разговора непременно будет.

— А, то, — ухмыльнулся Фил, — но, Марина!

— Забудь, — сказал Денис, — она моя.

Их разговор полностью прослушивался нужными людьми и Маком Ильичем. Он повернул голову в сторону Марины, она этот разговор не слышала, наушник был только у Мага Мака.

— Марина, я отвезу тебя назад в ресторан, садись на свое место, как будто ничего не произошло.

— Я не хочу селедку в винном соусе! Ой, он ведь не то мне сказал, и я ему неправильно ответила! Я ни на том стуле сидела, он и сказал мне с ошибкой!

— То-то и оно, что ни то, вот он и полез в драку, при первом подозрительном движении окружающих. Сама виновата. Иди, исправляй ситуацию.

— Хорошо.

Марина вошла в зал, как королева, и села рядом с двумя мужчинами, которые ей приветливо улыбнулись.

— Молодец, что вернулась, — сказал агент Рал, — господин Фил очень тобой доволен.

— Было бы чем. Чем могу быть полезной? — игриво спросила Марина.

— Господин хочет заключить договор с Маком Ильичем о поставке его приборов, — сказал агент Рал.

— Так и обращайтесь к нему! Я здесь причем?! — обиделась Марина.

— Ты все приборы испытывала на себе, — возразил он, — я в курсе событий.

— Не все на себе, некоторые на других!

— Марина, ты можешь сказать, что приборы имеют запас прочности либо дополнительные, неизвестные тебе функции?

— Это так и есть, но все о приборах — я не знаю. Я испытывала то, что мне понятно. Господин Фил, все хорошо! Приборы обладают большими возможностями, о чем мы знаем.

— Я — понял. Вопрос: Маг Мак разрабатывает оружие в виде своих приборов?

— Ответ: нет! Он занимается приборами психологического и мистического направления и не более того, — ответил неизвестно когда поднаторевший в этих вопросах агент Рал.

Маг Мак, округлив глаза, смотрел на вошедшую в его кабинет женщину, странное ощущение нереальности его несколько удивило, он спросил:

— Лизавета — это ты?

— Я — продукт вашего прибора Аппетит.

— Прибор для похудения, а тебя разнесло — дай боже!

— Я в вашем кабинете познакомилась с Феликсом, мы поехали к нему домой на час, а пробыла я у него — три месяца, пока наш с ним вес не сравнялся!

— Здорово! Ты стала толстушка! А Феликс как выглядит?

— Он — отлично смотрится.

— Лизавета, тебе зарплата причитается за три месяца и премиальные за удачно проведенный эксперимент.

— Это уже лучше, но как я похудею? Феликс очень боится моего похудения, ему кажется, что он растолстеет, если я уменьшусь.

— Глупость, так ему и передай.

— Вы ему сами об этом скажите! Он на седьмом небе от своей новой внешности. Отец ему новый автомобиль купил, за перенесенный личный подвиг. А я!? Мне носить нечего! Ничего у меня из одежды на новый вес — нет!

— Ты похудей.

— Отличный совет! А нельзя Феликсу мозги перепрограммировать так, чтобы он оставил меня в покое, а я как-нибудь стану прежней?

— Что предлагаешь?

— Знала бы — не спрашивала.

— Я подумаю, но ничего пока не обещаю, ты мне деньги за новую разработку не заплатишь, поэтому мне нужна еще такая заявка от состоятельного крота.

— Мне работать у вас или в редакцию возвращаться? Там не поймут мое отсутствие.

— Иди в редакцию, мы тебе дадим официальную бумагу, что ты была на задании от администрации Добрыни Никитича, что почти правда.

— Гоните?! Я вам толстая не нужна?

— Спокойно! Лизавета, поработай пока на стороне, нужна — будешь — найдем.

Лизавета резко развернулась и ушла получать деньги и тратить.

Через час после Лизаветы в кабинет Мага Мака вошли господин Фил и Марина.

— Маг Мак, господин Фил пришел заключить договор о поставке твоих проборов на службу своего округа Шпиль, — сказала Марина.

— Без подписи Добрыни Никитича договор будет недействителен, мы наши приборы в другие округа не продаем.

— Он подпишет, — сказала Марина и вышла из кабинета.

— Господин Фил, что вы хотели у нас приобрести? Вы знакомы с нашими ценами? Вот приборы, их назначение, цены.

— Хорошо, хорошо, я это знаю. Мне нужен прибор Контраст.

— Поподробнее, пожалуйста! — мгновенно заинтересовался Маг Мак.

— Нам нужен прибор, с помощью которого можно изменить мнение человека. На приборе должно быть два положения тумблера.

— Это будет стоить дороже, такого прибора нет, но сделать можно.

— Отлично, — сказал Фил, — оформляйте бумаги контракта.

Марина не понимала, зачем нужен был пароль в ресторане, если обошлись и без него. И вообще это мужские игры или повод показать себя в современном единоборстве, а ее везде используют, как обложку журнала. Нет, это надо запить! И она пошла к арбузной лавке. Арбузы лежали на витрине. Марина подошла и хлопнула по трем арбузам. Самый звонкий звук указывал на лучший арбуз. Продавцы арбузов ее поняли с первого хлопка, и если подавали арбуз из арбузной кучи, то лучше тех, что были на витрине. Она давно сделала вывод, что первые арбузы вкуснее, а потом наступает насыщение, и даже самый сахарный кусок в рот не лезет. Она знала, что если Маг Мак говорит о новом приборе, то у нее есть свободное время. Марина отвезла домой арбуз, поела сочную мякоть, и таким образом, наелась и напилась.

Пора было возвращаться в офис. Она вышла из подъезда и упала, потом села и увидела злые глаза старушки, которая уже подставляла ей свою клюку под ее длинные ноги в туфлях на высоких каблуках. В прошлый раз, когда Марина купила огромный букет хризантем, она только случайно избежала падения. А сейчас ее просто ждали! Во дворе они были вдвоем.

— Вы, почему меня роняете через свою клюку?! — взвыла Марина от боли.

— А, больно? — злорадно спросила старушка. — А я не падаю, а мне все равно больно.

— Чего вы хотите от меня?

— Здоровья! Посмотри, как ты на этих каблуках — то ходишь! А я совсем ходить не могу, ноги болят проклятущие. Спасу от боли нет.

— Простите, я в ваших бедах виновата?

— Да! Ты — молодая, здоровая, красивая. А я — старая, жалкая, зато ты меня теперь уже боишься.

— Кроме меня жертв не нашли?

— Искала, голубушка, но ты лучше и краше других, и на этих каблуках так ловко ходишь любо-дорого смотреть! И я так хочу.

— Ваше время прошло.

— Кто это тебе сказал?

— Бабуля, мне на работу пора, а вы мне встать не даете.

— Если ты встанешь, то шибко высокая станешь, а сидя ты ко мне ближе. Ладно, иди, работай, а вечером мне туфли дашь, я на них выше буду. Я ведь от твоего крыльца, родимая, никуда не уйду.

Марина вернулась в офис во время, мужчины, довольные друг другом выходили из кабинета. Она проводила Фила до выходной двери и вернулась.

— Маг Мак, ко мне старуха привязалась, она хочет в моих туфлях ходить. Нельзя ее от меня убрать? Перекодируй ее мысли.

— Третья, ты третья кто у меня это просит. Есть заказ на такой прибор, договор мы составили и подписали, тебе придется подписать его у Добрыни Никитича.

— Это я мигом! — и тут Марина обратила внимание на порванные колготки.

— Маг Мак, бабуля меня сегодня клюкой уронила! Как я поеду в таком виде?

— Разберешься, — сказал он и исчез в кабинете.

Марина открыла ящик стола, вытащила упаковку с новыми колготками и ушла переодеваться, оставив договор на столе.

Мартин вошел в офис, увидел новый договор на столе, прислушался, открыл первый лист, прочитал и воскликнул:

— Ну, Фил! Везде успел!

— Мартин, ты зачем смотришь договор? — спросила Марина, входя в офис в новых колготках.

— Нельзя? Ты чего такая злая? — стал нападать на нее Мартин.

— Так, ничего! Мартин, если ты здесь, то проводи меня. На меня нападает старуха с клюкой, сегодня она меня уронила.

— Ничего себе! С каких пор за тобой настоящие ведьмы ходят?

— Второй раз — это точно.

— Она не из-за приборов тебя достает?

— Она для них слишком старая.

— Марина, ты меня заинтриговала! Я тебя провожу, только предупрежу Мага Мака, что я с тобой повез бумаги на подпись.

— Мартин, он этого не поймет, он все переводит в статус прибора.

Они вышли из здания. Перед машиной стояла старушка с клюкой.

Мартин посмотрел на нее во все глаза. Марина вся передернулась от страха.

— Опять она! — выдохнула Марина, переминая ногами на высоких каблуках.

— Бабуля, вы, почему нашу девушку преследуете? — спросил Мартин у старушки.

Старушка быстро разогнулась, и резко подняла ногу сбоку перпендикулярно телу, и гибким движением стопы сбила с ног Мартина.

— Фил! Это, вы?! — закричала Марина. — Я у вас видела такой боковой удар в действии.

— Меня за что бить? — спросил Мартин.

— О, Мартин, — заговорил Фил, — ты поехал мой договор подписывать у власти? А этого как раз делать не нужно. Либо принимаете мой заказ, либо нет, но без уведомления официальных лиц округа Клюква.

— Договор без официальной подписи выполнен не будет, — сказала Марина.

— Это как посмотреть. Мы немедленно возвращаемся к Магу Маку и еще раз уточняем договор, — сказал Фил, сбросив остатки одежды старушки в пакет. Он взял клюку, нажал на кнопку, и она уменьшилась до такой степени, что спокойно вошла в пакет.

Они вошли в кабинет Мага Мака, но его там не было. Марина поняла, что он в лаборатории, куда есть дверь из кабинета, но показывать дверь странному гостю она не стала. Знал ли Мартин о двери, она — не знала, а он промолчал.

— Господин, Фил, Маг Мак сейчас находится в цехе, а без него мы ваши вопросы не решим. Какая есть альтернатива сложившимся обстоятельствам?

— Ждать, всем ждать, но без меня, — и Фил без колебания пошел в сторону скрытой двери. Он секунду осматривал шкаф, нажал на нужный выступ. Секция шкафа сдвинулась по направляющим, открывая дверь в секретную лабораторию.

Марина хотела за ним побежать, но Мартин не пустил.

Дверь закрылась.

— А Мага Мака он не убьет? — спросила Марина шепотом.

— Будем надеяться на то, что это ему не выгодно.

Фил шел по коридору с горящими лампами, по дороге он не встретил никого из людей. Он шел в неизвестность минуты две, вскоре перед собой он заметил двери и ощутил ветер из вентилятора. Фил попытался открыть дверь, но она была закрыта. Он стал осматривать двери со всех сторон, заметил горящий светодиод, достал универсальный ключ, приложил его к электронному замку, дверь открылась. Фил вошел в комнату, в которой никого не было, но был пульт управления, состоящий из нескольких экранов, и стояло всего одно кресло. Фил сел в кресло и почувствовал себя всезнайкой. Он нажал на кнопки и увидел на экране людей. Он повернул голову и увидел одноместную машину без крыши, на которой можно было преодолеть расстояние между кабинетом Мага Мака и пультом управления значительно быстрее, чем идти пешком. Но Мага Мака он нигде не увидел, тогда Фил стал осматривать его наблюдательный пункт в поисках дополнительной двери. Стены были составлены из панелей и вполне возможно, что одна из панелей являлась дверью. Шпион посмотрел еще раз внимательно на пульт управления, нашел кнопку, нажал. Слева от него приоткрылась дверь. Фил посмотрел в открытую дверь и отпрянул в сторону. Он увидел цех, в котором собирали далеко не приборы Сердечко или Коньячный поцелуй. Возник естественный вопрос, чем занимается Маг Мак, помимо психологических игрушек?

Фил, заметив белый халат и колпак на вешалке, надел их, и решительно вошел в цех, где на него никто не обратил внимания. Он шел и смотрел на людей в белых халатах, Которые сидели за столами, собирали маленькие приборы, и после проверки, передавали их дальше по технологической цепочке. Что это за приборы и почему их сборка отдалена от основного производства? Фил стал искать руководителя производства. Его глаза встретились с глазами женщины, смотревшей прямого на него. Он подошел к ней.

— Как вы сюда попали? — спросила Мидия Ивановна.

— Я пришел от Мага Мака, — ответил Фил.

— Что вы хотели здесь увидеть?

— Я заключил с ним договор о поставке приборов, и случайно узнал о новом изделии, хотел бы купить и его.

— Сомневаюсь, что вам его продадут. Все изделия — проданы.

— А, что это за изделие? — назойливо спросил Фил.

— Что мы делаем? Если честно, то мы этого не знаем, мы не знаем назначения изделия. Мы его просто собираем. Контроль изделия проводят в другом месте.

— А, где Маг Мак?

— Вон дверь, за ней он и находиться. Вам дверь открыть?

— Спасибо у меня есть контрольный ключ от всех электронных дверей.

Фил вошел еще в одну дверь и увидел Мага Мака, перед которым лежал непонятный прибор.

— А, Фил! Нашел меня?! Молодец. Хочешь знать, что за прибор в моих руках?

— А то нет! Хочу знать!

— Любопытной Варваре на базаре нос оторвали, а ты подставляешь на рынке ножки Марине. Как тебя понимать?

— У меня хобби, изображать бабулю с клюкой, — ответил Фил.

— А у меня хобби — этот прибор, — сказал Маг Мак.

— Так, что это за прибор?! — вскричал шпион Фил.

— От тебя не отвязаться. Это не психотропный прибор, а нетривиальное оружие.

— На автомат оружие не похоже.

— Конечно, нет. Но сведения об оружие стоят дороже приборов Сердечко и Театр.

— Вам наличными заплатить или в банк перевести?

— Еще дороже.

— Что может быть дороже?

— Жизнь. Ты узнаешь действие прибора и от него умираешь. Как тебе такая перспектива?

— А дешевле информацию не продадите?

— Пожалуй, можно, наглей тебя я еще никого не видел. Тебе все равно отсюда без меня не выйти. Фил, ты когда-нибудь видел замки амбарные? Замок и над ним примитивная железная дуга? Новый прибор — это замок, дуга над ним не металлическая, а электронная. Прибор посылает из одного отверстия смертоносный пучок энергии, он проходит через тело человека и возвращается в прибор в соседнее отверстие.

— Человек гибнет?

— К сожалению, да. Такой луч, выходя из прибора, встречая живой организм, пронизывает его, и только потом возвращается на место.

— Маг Мак — ты смертельный гений. Покупаю твою новинку!

— Продано! Вся партия — продана!

— Слушай, а почему не гибнет человек, у которого в руках этот прибор находится?

— Луч — бумеранг, тратит свою энергию, и возвращается, без способности убивать живые существа.

— А сколько раз подряд прибор может стрелять?

— После выстрела прибор нуждается в перезарядке.

— Беру.

— Не продаю. Ты, что не понял? Оружие секретное. Специальный заказ руководителя округа Добрыни Никитича.

— Маг Мак, с этого бы и начинали. Добрыня Никитич берет прибор на вооружение своей охраны, разве это не так?

— Почти угадал. Ладно, платишь за прибор в стократном размере и оставляешь меня в покое.

— Мне сказали, что все приборы проданы.

— В производство запускают изделий больше, чем предусмотрено, на случай брака.

— Вот это удача! Деньги на пластиковой карте, — сказал Фил и пододвинул карту к Магу Маку.

Тот пододвинул ему прибор, под названием Дуга.

— Еще вопрос, какой след остается от поражения этим лучом? — спросил Фил.

— Кучерявый. Естественно дуга плюс дуги от каждого поражающего элемента.

— Какова дальность поражения лучом Дуга?

— Пятьдесят метров.

— Прилично для такого хилого на вид устройства.

— У меня есть испытательный стенд, можно проверить прибор Дуга тот, что у вас в руке.

— А кто жертва? Он ведь проходит через живые существа, как я понял.

— Жертва — теленок с кожевенного завода, луч шкуру практически не портит. У нас существует договор с заводом и с теми, кто выращивает бычков.

— Телят не жалко? — спросил Фил, и не услышал ответа.

Маг Мак быстрым шагом пошел к испытательному стенду. Бычок стоял в стойле и смотрел на приближающихся мужчин, он словно предчувствовал, свой конец. Фил посмотрел на бычка, подошел к нему сбоку, и хладнокровно направил на него дугу из прибора. Бычок упал, не издав ни единого звука.

— Маг Мак, отличный прибор! С вас зарядное устройство и я могу возвращаться домой.

Маг Мак посмотрел на бычка, на прибор и промолчал.

— Маг Мак, — повторил Фил, — есть идея! Можно использовать приборы Дуга для охоты?

— Фил, ты, что думаешь, что я рад этому прибору? Мне бычков жалко, людей жалко! Я ничего не хочу больше делать!

— Я вовремя пришел, не хотите делать — отдайте то, что есть! И все.

— Меня в порошок сотрут, если узнают, что я отдал округу Шпиль приборы Дуга.

Марина и Мартин еще немного подождали возвращение Мага Мака, и пошли по своим рабочим местам. На Мартина посыпались телефонные звонки и письма. Вдруг всем захотелось иметь приборы фирмы. Кто не позвонил Мартину, звонили Марине. Приближался чемпионат мира, и неожиданно стали разбирать приборы типа Театр. Болельщики готовились болеть за своих спортсменов, и психологически влиять на болельщиков других регионов.

К Марине в офис вошел агент Рал.

— Марина, где господин Фил? — спросил он.

— Господин Фил находится у Мага Мака на объекте.

— Фил прошел на объект, — с сожалением сказал Рал, — меня к ним пропустишь?

— Они должны скоро выйти.

— Они на секретном объекте?

— Да, там один выход, хотя из конечного помещения есть выход на улицу, для поставщиков, — ответила Марина.

— Мне нужно их увидеть! Срочно!

— Ждите.

— Марина, позвони охраннику на конечный пункт, чтобы предупредил их о том, что я их жду.

Марина позвонила, ей ответили, что Маг Мак вышел из цеха, и упал на землю, больше никого с ним не было. Она передала информацию Ралу. Рал спросил, как попасть на второй вход. Марина рассказала, как туда пройти.

Маг Мак лежал и смотрел в небо, угасающим взглядом. Рядом с ним стоял охранник и пытался вызвать медиков на закрытую территорию фирмы по телефону. Вскоре прибежал агент Рал, и, посмотрев на Мага Мака, спросил:

— Маг Мак в вас стрелял Фил?

— Да, я ему дал перезарядку для прибора Дуга, но он направил на меня дугу без перезарядки и выстрел получился слабым, это меня спасло. Смертельной дозой без перезарядки прибор не обладает, получается нечто типа холостого выстрела. Думаю, что со мной все будет нормально.

— А, где Фил?

— Думаю, запугал людей и собирает готовые приборы Дуга.

— Его надо задержать?

— Я успел нажать на кнопку электронной охраны, его ключ вышел из строя, он застрянет в переходе. Можно встретить его в офисе Марины, — сказал Маг Мак, и потерял сознание, видимо у прибора были ресурсы сильнее, чем просто холостой выстрел.

Подъехала машина с местными медиками.

Рал пошел быстрым шагом в офис Марины. Она помогла ему открыть дверь в переход. У двери сидел Фил, обвешанный приборами Дуга, его глаза смотрели и ничего не видели. Взгляд был пустой. Его затащили в кабинет Мага Мака, и оставили лежать на полу.

Подошел Мартин и сказал:

— Фил очнется через пару часов и забудет все, что узнал. Пока я сниму с него приборы, а то еще выстрелит случайно.

Агент Рал спросил:

— Мартин, а мне вы не дадите приборы Дуга для вооружения?

— Это страшная игрушка, сделана по заказу администрации округа Клюква, вам она ни к чему. Опасно.

— Так вы о ней все знаете! Какой же это секрет? — удивился Рал.

— Мы знаем — остальные нет.

В профилакторий унесли Мага Мака после холостого выстрела прибора Дуга. Через некоторое время забрали и Фила, но положили его в изолятор.

В офисе остались Рал, Марина и Мартин.

— Мартин, а, где ваш директор фирмы? Он здесь раньше был, — спросил Рал.

— Бывшего директора фирмы давно сместил Маг Мак, он у нас теперь главный по всем вопросам.

— Я спрашиваю, где Маг Мак?

— Маг Мак находится в профилактории, он попал под холостой выстрел прибора Дуга, его лечат.

— Так, господа хорошие, вы создали фирму по производству психотропных приборов, и потом организовали профилакторий для лечения, заболевших от ваших приборов.

— Рал, ты в точку попал, — ответил Мартин, — но я в этом не крайний, меня взяли на работу после прибора Сердечко, и я тут прижился. А ты чего хочешь?

— Я уже сказал, что хочу Дугу в личное пользование.

— Марина дадим ему Дугу в личное пользование, с условием…

— Без всяких условий, — остановил Мартина Рал.

— Ладно, дам одну Дугу из тех, что притащил из цеха Фил, спишем на него пропажу.

— Замечательно и мы с вами не знакомы, — сказал Рал, и, взяв прибор, спросил, как из него стрелять; услышав ответ, вышел из офиса фирмы.

Марина и Мартин вздохнули от последних событий, вызвали Мидию Ивановну из цеха, наблюдавшую за сборкой прибора, отдали ей приборы Дуга под расписку. Она увезла все приборы в цех на мини машине. А они закрыли офис, и поехали по домам.

Маг Мак, став жертвой собственного изобретения Дуги, лежал и смотрел в окно. Он вспомнил, как попал в аспирантуру университета. В те времена, при поступлении предпочтение отдавалось тем, кто носил святое имя 'Маг Мак', вот и он Маг Мак, и на него во время учебы пятерки сыпались со всех сторон, он только зачетку подставлял. И не он один. В маленькой аспирантуре кафедры их было два новых аспиранта, и один доучивался. И все Ильичи. Юмор начинался после защиты кандидатской диссертации. Из очередного дипломированного Мага Мака не получался технический гений, и даже простой инженер. Один ушел в спорт продавать спортивное оборудование, другой продает автомобили. Из всех Ильичей, окончивших с красным дипломом институт и аспирантуру, только он — Маг Мак оказался техническим гением, использующим новую нано технологию в своих психотропных приборах.

Маг Мак задумался, а может его приборы пустышка, и влияют на клиентов весьма иные факторы? Как всегда додумать ему не дали, перед ним стояла Марина и качалась на полусогнутых ногах. Глаза ее были пьяны, речь бессвязна, в руках она держала прибор Коньячный поцелуй.

— Марина, ты пила коньяк или тебя так развело от прибора?

— Шутите? Не помню, — сказала Марина и трупом рухнула на пол.

Пришли санитары и унесли ее в палату — вытрезвитель. Проба на коньяк, показала полное его отсутствие, алкоголя в ее крови не нашли и Марину перевели в общую палату. Вела она себя неадекватно, но наркотик в крови тоже не обнаружили. Все показатели крови были в норме, просто в идеальных пределах. Марину перевели в экспериментальную палату, куда не поступали никакие психотропные сигналы извне, но и это ей не помогло. Психиатры проверили психическое состояние Марины с большим трудом, и ничего не смогли сказать конкретно, им все казалось, что она элементарно пьяна, и отказывались давать заключительный диагноз.

Маг Мак взял у Марины прибор Коньячный поцелуй, вскрыл его и ничего не понял. Он его конструировал, разрабатывал, но ничего знакомого в устройстве не было. Прибор не был пуст, но в нем лежал предмет, занимающий всю внутреннюю полость. Материал Магу Маку был не знаком, но выделял коньячный запах такой силы, что у Мага Мака голова закружилась от неожиданности. Он закрыл прибор и положил в герметичный сейф, для предметов неизвестного происхождения, где уже лежали кольца из желудка Лизаветы и кусок непонятно чего из желудка Феликса.

И тут Маг Мак подумал, что у Феликса в желудке остался еще кусок этого вещества, хирург, делая ему полостную операцию, не извлек непонятный отросток полностью, и похоже зря. Не успел Маг Мак отойти от сейфа, как к нему подошел Феликс, и почти сразу завалился у его ног, как Марина. Рентген ничего не показал, при операции хирург обнаружил, что поврежденное вещество заполнило весь желудок Феликса. Видимо после усечения, вещество некоторое время находилось в покое, а, залечив рану, стало расти с большей скоростью, словно оно рассердилось, за нанесенное увечье. Феликса удалось спасти.

Маг Мак затаился, задумался. Он абсолютно не мог понять, что произошло с его приборами, и кто вторгается в них? Кем и когда происходит замена содержания приборов? У него проскочила мысль, а что если то, что он положил в сейф, начнет расти? Изобретатель открыл сейф, и точно, он был заполнен все тем же веществом. Он резко закрыл сейф. Это уже кое-что, вещество любит заполнять полости. Но откуда оно взялось на его голову? Мужчина ощутил нервную дрожь. У него возникло чувство Страха. Ужас пронзил его насквозь. Его мышцы сжались. Усилием воли он взял с демонстрационного стенда прибор Страх. Открыл его и о, боже, в нем все тоже вещество, но вещество, извергающее из своих недр ощущения страха и ужаса. Он быстро закрыл прибор, боясь, что вещество заполнит весь кабинет. Его трясло, он ежился, у него возникло ощущения, что он стал меньше в размерах. Маг Мак буквально на коленях выполз из кабинета и растянулся у стола. Марина на его счастье вернулась на свое место, после того, как он забрал у нее опьяняющий прибор. Марина укрыла мага дежурной шалью, напоила чаем. Маг пришел в себя. Сидя в кресле для посетителей, он слегка дрожал, но необъяснимый страх потихоньку его покидал. Он не любил говорить, он любил думать. Она, зная его особенность, не отвлекала его разговорами.

В офис вошел Мартин, и сказал:

— Продажа приборов идет хорошо, нарекания от потребителей практически не поступают. Надо заказать на изготовление дополнительные серии.

— Быть не может, — возразил Маг Мак, — должны быть недовольные среди тех, кто купил наши приборы! Да кому нужно то, что мы делаем?

— Нужно — покупают — платят, — сказал Мартин и спросил: — Что с вами, Маг Мак?

— Кошмары меня преследуют, не знаю, как от них избавиться, — отговорился он от вопроса.

— Маг Мак, люди просят успокаивающие приборы, даже название придумали — Плес.

— Если платят — сделаем, — сказал Маг Мак и сам себе не поверил, он поймал себя на мысли, что биологическое вещество, которое заменяет электронное устройство, весьма перспективно, но кто конек Горбунок, поставляющий вещество — неизвестно. Он встал и ушел в кабинет.

Марина и Мартин остались одни.

— Марина, что с Магом Маком происходит?

— Это не с ним, а со всеми нами, а, что именно я не знаю. Он не отвечает.

Глава 4

Пусти козла в огород, или Мартина к новой даме. Осваивать пространство незнакомых женщин — его хобби. Он позвонил госпоже Нимфе, ее голос и через телефонную связь приятно подействовал на его слух. Они договорились встретиться немедленно, речь шла о здоровье ее сына Феликса, а такая тема открывала дверь в ее дом мгновенно. Мартин даже не пытался представить, как выглядит первая дама округа Клюквы. Он предполагал увидеть частный дом за каменным забором, но увидел фешенебельный многоквартирный дом, за витиеватой металлической изгородью, с диковинными животными, покрытыми серебристой краской.

Он нажал на звонок, расположенный на панели рядом с дверями, судя по числу звонков, число хозяев было невелико, но велики у них были квартиры. Дверь открылась, за Мартином пришел мужчина в светлом костюме с галстуком и проводил его к хозяйке. Ноги Мартина прошли по светло — серой плитке, поднялись по лестнице, зашли в лифт, большой и светлый, пересекли роскошный паркет и остановились у двери в квартиру.

Дверь открылась, навстречу Мартину выплыла в развивающихся голубоватых шелках прекрасная женщина. Она была очаровательна в легких волнах густых волос, струившихся по плечам до пояса. Молодая особа была стройная, роста среднего с идеальным лицом. Нимфа собственной персоной остановилась перед Мартином и жестом пригласила его пройти за ней к комплекту мягкой мебели, обтянутой голубоватой кожей. Они сели в кресла, перед ними стоял овальный столик, покрытый толстым стеклом, под которым были видны живые рыбки, плавающие в аквариуме, расположенном чуть ниже прозрачной столешницы. Столик выполнял функции аквариума и стоял вместе с креслами на кучерявом голубоватом паласе.

Глаза Мартина невольно оторвались от внешнего облика Нимфы и уставились на рыбок, плавающих практически у его колен.

— Мартин, так что вы хотели у меня выяснить? — спросила женщина певучим голосом.

— Нимфа, в желудке…

— Так, меня не интересует содержимое желудков! Кто конкретно вас интересует?

— Повариха из квартиры Феликса, расположенной на проспекте Джокера.

— Хорошо, но у него не было поварихи! У него был повар! Вы ничего не путаете?

— Так говорит журналистка Лизавета, жившая у Феликса, пока он худел, а она толстела.

— О ней я наслышана.

— Фил, подойди ко мне, — сказала Нимфа, нажав на кнопку, расположенную в подлокотнике кресла.

В комнату вошел человек в светлом костюме в галстуке.

— Фил, молодой человек утверждает, что у Феликса была повариха на проспекте Джокера.

— Нимфа, вы прекрасно знаете, что Феликс жил в трех или пяти квартирах одновременно, расположенных в разных концах города, для быстроты приема пищи. Видимо повара переходили из квартиры в квартиру, и вполне возможно, что в какой-то момент они сменили место работы.

— Но я не давала разрешение на работу поварих, я брала только мужчин поваров, чтобы мальчик в них не влюблялся!

— Так мы и взяли одну немолодую женщину — повара, вряд ли бы он в нее влюбился!

— Женщина повар была, и в чем она виновата? — прервала Нимфа Фила.

— Повар дала Лизавете и Феликсу продукты, содержащие вещество неземного происхождения. Лизавета утверждает, что кольца она видела маленькими на конфетах, она пыталась их снять с конфет, но они не снимались, и она их проглотила. Феликс съел другую конфету, — ответил Мартин.

— Фил, видишь, к чему приводит твоя самодеятельность? — величественно спросила Нимфа.

— Повар сама конфеты не делает, их ей привезли готовыми! — выкрикнул Фил, живущий в доме Нимфы, как на конспиративной квартире.

— Прав, конфеты повару привезли. Но кто? — важно спросила Нимфа.

— Проверим поставщиков, как скоро это нужно? — засуетился Фил.

— Вчера, — буркнул Мартин, заметивший взгляды между парой.

— Фил понял, что ему надо найти поставщиков загадочных конфет, о результатах непременно сообщим, — сказала Нимфа Мартину с прощальной улыбкой, она поднялась с кресла и растворилась в голубоватом шелке портьер.

Мужчины остались одни, да еще рыбы в аквариуме. Мартин понял то, что никто ничего не найдет и пошел к выходу, в сопровождение Фила.

Маг Мак, выслушал отчет Мартина и спросил:

— Фил работает еще и в доме Нимфы? Мы у него ничего не узнаем, вероятнее всего он и добыл эти конфеты! Тем более что Нимфа реагировала на ситуацию весьма спокойно! Они сами подложили их, чтобы Феликс похудел, но не ожидали, что все так получиться.

— Если Фил, человек Нимфы, то чей агент Рал? — спросил Мартин.

— Рал — человек Добрыни Никитича! У них семейные разборки на уровне правительственных реформ, — ответил Маг Мак.

— А, где Фил берет неземное вещество?

— Слушай, Мартин, я не разведчик! Та сам недавно вернулся с планеты Фар, и знаешь, как стать шлангом, но ты там был далеко не первый, было кому привести неземное вещество. Мы знаем через кого вещество появилась в квартире Феликса, а, где Фил его взял — интересно, но нам этого пока не дадут узнать. Хотелось бы знать все свойства вещества с планеты Фар.

— И почему вы такой умный!? — воскликнул Мартин и ушел на свое место.

Лизавета в театре произвела фурор. Она явилась в балахоне цвета бархатных портьер, на себя абсолютно непохожая. Все актеры сочли своим долгом сказать ей, что она прекрасна, хорошо выглядит, и не один не рассмеялся, все были сдержанные с ней и корректные. Она радовалась возвращению в театр, с удовольствие взирала на сцену и уже что-то строчила в миниатюрный ноутбук.

Феликс из больницы приехал домой, лег, вызвал повара и приказал ему подать всю еду, что он приготовит. Мужчина повар приподнял белый колпак от растерянности, потом водрузил его на голову и пошел готовить и подавать еду по мере готовности молодому хозяину. Желудок у Феликса еще болел, но он считал, что он голоден больше всякой боли. После операции ему шов смазали такой мазью, что шрам исчез практически на глазах, поэтому Феликса быстро и выписали домой под наблюдение медсестры.

Медсестра пришла в разгар трапезы, и чуть чувств не лишилась от пиршества больного. Она запретила Феликсу кушать в таком количестве, на что он едва махнул рукой. Она его пугала тем, что шов разойдется, но он был невменяемым. Он ел! Она позвала повара и стала его увещевать, но ее голос никто не слышал, у них были разные задачи. Медсестра позвонила в профилакторий, там посоветовали перезвонить Магу Маку.

Маг Мак выслушал медсестру, и сказал, что скоро сам к ним приедет. Он взял с собой два прибора Аппетит из последней серии и один прибор Страх со странным веществом; настроил три прибора и направил их на Феликса, поставив Страх между двумя Аппетитами, и попросил медсестру в это время говорить о необходимости прекратить потребление пищи. Феликс еще немного пожевал и вдруг отодвинул от постели многоярусный столик на колесиках. Его знобило. Он округлил глаза и попытался что-то сказать, но язык его заплетался. Он замолчал, лег, сжался. Медсестра его укрыла и сделала укол. Он уснул. Маг Мак показал медсестре, как надо пользоваться приборами и покинул дом на проспекте Джокера.

Марина остыла к Магу Маку, она устала от всестороннего вмешательства с его стороны в мою жизнь. Эти приборы ее достали так, что она перестала верить в них. Она стала ощущать себя холодной, бесчувственной женщиной. И подумала, что любовь без взаимной страсти — это что-то плохое и неприличное. Точнее любовь без страсти — это пошлость. Марине казалось, что вся квартира в приборах Мага Мака, что он сам постоянно на нее смотрит на экранах наблюдения. Она подумала, что все устройства, устанавливаемые в квартире и в офисе, может найти Рал. Она уже знала, что Фил работает на Нимфу, поэтому из двух знатоков выбрала человека Добрыни Никитича.

Она попросила Рала просмотреть квартиру на проспекте Джокера на предмет посторонних предметов наблюдения, объясняя просьбу тем, что Маг Мак занят, и сам не может за всем уследить. Рал, от радости, что Марина вспомнила его имя, согласился осмотреть квартиру и офис. Квартира состояла из трех комнат, кухни, ванной комнаты, санузла и лоджии. Рал начал осмотр интуитивно в комнатах, но ничего не нашел, а санузел и ванна, остались вне подозрения. На кухне агент Рал заметно стал нервничать, он осмотрел все и ничего не нашел, но его чутье говорило о том, что на кухне есть нечто необъяснимое, испускающее флюиды постороннего вторжения в человеческое сознание. Рал сел на угловой диван и стал неторопливо смотреть на все предметы. И вдруг его глаза и чутье споткнулись о белую банку, с надписью 'манная крупа'. У него еще возникла мысль, зачем в доме нужна манная крупа, если нет маленьких детей?

Рал встал, и подошел к банке с крупой, но не тут-то было! Он почувствовал, что банка посылает его прочь от себя! Он не мог к ней подойти! Значит, правильно Марина его озадачила, и она почувствовала это противодействие с полки, где стояли банки с крупами! Эту информацию надо срочно передать Магу Маку, он лучше знает, что и где в его доме!

Маг Мак, покинув квартиру Феликса, вернулся в свой кабинет, здесь его и застал звонок Рала. Рал говорил нервно, словно ему мешали говорить, а вскоре вообще пошли гудки. Маг Мак решил, что пора в собственную квартиру заехать. Он застал Рала в странной позе на собственной кухне, тот стоял на угловом диване и смотрел в сторону полки с крупами, как мышь на крупу.

Хозяин подошел к полке, протянул руку за банкой с надписью 'Манка'. Его рука завибрировала и не дотянулась до банки, но вдруг крышка над банкой сама поднялась, из нее высыпалась струйка крупы. Маг Мак отскочил к Ралу. Манка продолжала высыпаться, неожиданно все прекратилось, и из банки выскочило маленькое ушастое существо, на длинной ноге, окончание которой находилось в банке, по типу игрушки.

— Привет! Я Бил! Я наблюдатель.

Магу Маку показалось, что этот Бил состоит из того же странного вещества! И не дай Бог, если он начнет расти!

— Привет, Бил! Я Маг Мак. Это мой дом! Ты еще будешь расти?

— Я знаю, что это дом твой. Я расти не буду. Я наблюдаю за тобой.

— Бил, ты чей? На кого ты работаешь? — спросил Рал.

— Я — биологический робот, я работаю на Нимфу.

— Чем я госпоже Нимфе не угодил? — удивился Маг Мак. — И как ты передаешь информацию?

— Я — умное существо.

— Кто бы в этом сомневался, — пробурчал Рал.

— Умное вещество умеет передвигаться? — спросил Маг Мак.

— Да, у меня есть крылья, как у летучей мыши, сейчас вы их видите в сложенном виде, как продолжение моего тела.

— Бил, да ты обычная летучая мышь!

— Нет, я — биологический робот, я умею говорить.

— Понятно, ты сидишь в доме, высматриваешь и улетаешь с доносом к госпоже Нимфе? — спросил Рал.

— Я питаюсь крупой, слежу за хозяевами, потом передаю информацию госпоже Нимфе.

— Бил, и что ты скажешь супруге Добрыни Никитича обо мне? — спросил Маг Мак.

— Скажу, что Маг Мак не любит Марину. Марина любит Рала.

— О, я думал, ты о приборах докладываешь, а ты сор из избы выносишь! — проговорил Маг Мак с ехидными нотками.

— Я не дворник, я сор не ношу. Я ношу наблюдения за личной жизнью людей округа Клюквы.

— Мышь, кыш отсюда и быстро! — рассердился Маг Мак, он и так подозревал об отсутствии любви в своей временной семейной паре.

Бил плавно поднялся в воздух, расправил крылья, щелкнул по носу хозяина квартиры и вылетел в открытое окно.

— Нет, ты видел! — возмутился Маг Мак.

Рал слез с углового дивана на пол, и сказал:

— Я одно не пойму, почему я испугался этой мыши?

— А я начинаю понимать. Этот Бил на самом деле биологический робот, в него добавлено вещество под названием Страх.

— Маг Мак, ты сейчас чушь сказал! — возмутился осмелевший Рал.

— Не спеши мне не верить. Теперь я бы хотел знать, откуда ты в моей квартире взялся?

— Честно? — спросил Рал. — Марина попросила найти объекты наблюдения за ней, установленные в квартире тобой. А твою квартиру я осмотрел на всякий случай.

— Рал, так ты и биологический робот Бил выполняли одно задание! — рассмеялся Маг Мак.

— Очень на это похоже, но я манку не ел, и проголодался.

Рал пошел к Марине в ее комнату.

Она лежала и смотрела на большой экран монитора, на нем были видны все события, происходящие на кухне Мага Мака.

— Марина, смотрю ты, наконец, научилась программы переключать, а самая интересная программа, в которой сама участвуешь?

— Рал, я в шоке.

— Улетел донос о том, что ты никого любишь!

— Это правильный донос, да у нас осталась одна пошлость вместо любви, — высказала она вслух свои мысли.

— Осторожно в определениях! Почему пошлость?

— Понимаешь, Рал, — начала говорить Марина.

— Я все понимаю! Я свое задание — выполнил! Я есть хочу! — раскричался Рал.

— Им про одно, а они все про еду, — проговорила Марина и пошла на кухню, где сразу почувствовала отсутствие наблюдения. Видимо Бил специализировался по кухням.

Нимфа зашла в комнату, в которой стояла огромная клетка. Биологические роботы, в виде летучих мышей при ее появлении подлетели к передней стенке для приветствия.

— Здравствуйте! — проговорила она мелодичным голосом. — Есть задание для трех биологических мышей! Один летит — к Добрыне Никитичу, второй — к Феликсу, третий — к Мартину. Фил к вам подойдет и покажет дорогу по электронной карте, долетите сами, вас никто не повезет на машине. Для остальных будут улучшены условия жизни. Тем, кто полетит, одно напутствие: не съедайте всю крупу, чтобы она из банок не высыпалась! Наблюдайте через тонкое отверстие, которое сделаете вот этой шпилькой. — И она показала всем шпильку, — на ней есть кнопка, нажмете на нее, и шпилька проделает отверстие в любом сосуде, и она же послужит подзорной трубой. Всем сидеть тихо, командировка на три дня.

Летучие мыши захлопали крыльями, изображая радость и сообразительность.

Нимфа вышла от летучих мышей и направилась в кабинет их создателей.

Мартин сидел в кресле и смотрел, на входящую в комнату Нимфу. Он радостно ей улыбнулся. Она кивнула ему небрежно и села в кресло напротив.

— Мартин, ты прав. Маг Мак и Марина не любят друг друга, Марина и Рал обходятся симпатиями, и что с этого мы будем иметь?

— Маг Мак считает меня бездарным человеком, мы вместе с ним учились в аспирантуре, но ему всегда везло больше. Но он красивее и удачливее, он считает, что я занимаюсь Торговлей, мне обидно.

— Заныл, — не выдержала Нимфа, — тебе хочется, чтобы Маг Мак узнал, что ты автор биологических роботов? Это всегда можно ему сообщить, но нам удобнее, чтобы он считал тебя Торговцем. Что тебе дает нелюбовь Марины?

— Самоудовлетворение, я просто счастлив, когда он мне проигрывает!

— Отлично, а дальше что? Ты создаешь образ нового жилья или точнее вольера для биологических роботов? Ты будешь и впредь вредить разработкам Мага Мака, и помещать в них биологическое вещество с планеты Фар?

— Нимфа, не затрудняйте себя перечнем мести, в этом я черпаю силы. Если честно, то не я автор биологических роботов, а Глеб, и не совсем он. Есть человек, который помог ему создать роботов, но кто он — я не знаю.

Лизавета написала первую статью о последней театральной постановке. Ей безумно захотелось к Феликсу, но она помнила, чем для нее заканчиваются визиты к славному наследнику округа. Она уже вернула в доме зеркала и сейчас с тоской смотрела на свое отражение в трюмо. Неожиданно послышался шорох в кухне, она пошла в нее и увидела распахнутое окно.

— Ветер поднялся! Даже окна открылись! — сказала Лизавета вслух, подошла к окну, но деревья за окном не шевелились. Ей показалось, что на нее смотрят, но она решила, что это полная ерунда и на десятом этаже на нее некому смотреть.

Лизавета устала от нового, качественного жира на себе любимой. Ей все казалось, что жир на теле — большая шутка и исчезнет так же быстро, как и появился. Действительно несколько килограмм ее легко покинули, но остальные не спешили ее покидать. Она зашла в книжный магазин и увидела рядом с кассиршей книгу о вреде курения, включающую в себя великий секрет похудения. Купив книгу, Лизавета покинула магазин. Она решила, что сигареты должны заменить ей пищу, потому что еще в детстве слышала по телевизору, что великая дикторша телевидения спасалась в войну от голода с помощью курения.

Маг Мак сидел и дымил в своем кабинете, пуская дым колечками, никто не мог ему запретить делать то, что он делал. Он знал, что худеет и выглядит узловатым, из-за того, что мяса на нем мало, и суставы кажутся большими. Изобретатель расслабился, в голову ему ничего не шло, словно все его творения стали ему неинтересны. Скука клубилась в кольцах дыма из никотина.

Нимфа и Фил сидели на балконе, разговаривали и курили, в ожидании трех биологических роботов — летучих мышей. Они ждали информацию из домов Феликса и Мартина. Четыре мыши прилетели почти одновременно, сев, на специальный насест для биологических, летающих роботов. Одна мышь прилетела от Лизаветы с опозданием на сутки. Никакой особо ценной информации они не принесли. Лизавета училась курить. Феликса пытались удержать от лишнего потребления пищи. Добрыня Никитич устал быть главой округа, ему надоело сидеть в больших залах на заседаниях, ему даже партия Единство семейных пар из-за этого надоела.

Мартин дома вел себя прилично, спал да ел, женщины к нему не приходили.

Скучающая Нимфа услышала лишь последний отчет, она однажды видела Мартина Филина, и ей он безумно понравился. Она была на людях за партию мужа 'Единство семейных пар', но в душе ей импонировали мужчины одиночки, и в ее душе царил лозунг 'Одиночки вперед'!

Нимфа очень хотела женить сына Феликса, ей надоело думать о его гастрономических вкусах, она готова его была женить на Лизавете, тем более что они неплохо общались и интересы у них были общими — жировыми. Она не хотела лезть в дела Добрыни Никитича. От официальных приемов она постоянно отказывалась, она не жила в особняке главы округа Клюквы. Была у нее мысль найти любовницу для мужа, но вскоре исчезла. Зачем вредить себе самой? Ему хватает общественно — полезной нагрузки.

Фил смотрел на Нимфу, и понимал, что все, что ему надо было от нее, как от жены главы округа, так это подписи ее мужа на его контрактах. На данный момент времени он получил все подписи, Нимфа ему была больше не нужна, и сейчас он искал предлог, для тактичного исчезновения.

Мыши возбужденно зашумели, на балкон села пара голубей с лохматыми лапками.

Нимфа грациозно встрепенулась:

— Фил, ты свободен!

Теперь он был несколько удивлен решению Нимфы, ведь он пытался ее покинуть, да она не отпускала. Фил поклонился даме и покинул ее дом.

Она достала белый сотовый телефон, нажала на фирму и попросила Марину, взявшую трубку, соединить ее с Мартином.

Марина, услышав мелодичный женский голос Нимфы, хотела ответить, что Мартина нет на месте, но именно он в этот момент вышел из кабинета, словно почувствовал звонок. Она невольно передала ему трубку официального телефона фирмы.

Тимофей Панин был увлечен Лизаветой в то беспечное для нее время, когда она была стройна и свободна. Теперь, видя ее дородной женщиной, он поутих в своих тайных желаниях. Режиссер знал о ее связи с сыном главы округа, и теперь только этот факт имел для него некоторое значение. Сама Лизавета его больше не интересовала, он даже жалел, что вновь вытащил ее в качестве обозревателя. Тимофею надоела возня с приборами Театр, а излишние эмоции в зале вообще надоели хуже горькой редьки, которую он практически не ел. В таком состоянии он сидел одиноко в ложе, смотрел на слабо заполненный зал и тосковал по старым временам, а каким, он и сам не знал. Пусто в душе режиссера — пусто и в партере.

Неожиданно рядом с ним плюхнулась Лизавета собственной полной персоной. Ее было много для него, он приподнялся, чтобы покинуть ложу, но дама осадила его крепкой рукой.

— Сиди, Тимофей! Дело есть!

— Если дело, то идем, Лизавета в кабинет.

— Посмотри в правый угол сцены! — прошептала журналистка.

Панин посмотрел и увидел пару летучих мышей на занавесе, они шалили на глазах зрителей, и уже местами раздавались невольные смешки. Эти две мыши постепенно завоевали зрительный зал на глазах тоскующего режиссера.

— Откуда они? — выдавил из себя изумленный мужчина.

— Я одну мышь видела у себя дома, — прошептала женщина, — но потом она улетела.

— Как их поймать? Это же позор для театра!

— Не возникай, надо, чтобы актеры мышам подыгрывали, и все сойдет за находку режиссера Панина.

— Да, ты так думаешь? — и он написал записку суфлеру.

Через три минуты все актеры стали играть на мышей, вскоре зрители засмотрелись на актеров и на мышей. Зал оживился, актеры проснулись от жестокой необходимости повторять одни и те же фразы, им дали свободу действия! Ой, они почувствовали отдушину! Роли в спектакле они знали и теперь вплетали мышей в сценарий с чувством, с толком, с расстановкой.

В конце спектакля царило ликование на сцене и в зале. Мыши расчувствовались, и, забыв наказ Нимфы, стали разговаривать с актерами. Естественно никто в зале не поверил, что это говорят мыши, но эффект был ошеломляющим. Зал стонал от восторга! Панин ликовал от успеха, озарившего зал.

Лизавета записывала восторги на диктофон, чтобы дома, проанализировав их, написать статью.

В пылу всеобщих восторгов мыши покинули театр незаметно для людей.

Когда все стихло, Панин спросил у Лизаветы:

— Что это было?

— Не знаю, но я на твоем месте взяла бы этих летучих посланников судьбы на актерскую ставку.

— Зачем мышам деньги? — удивился Тимофей.

— Если им не нужны деньги — мне отдай, — пробубнила Лизавета.

— Лизавета, откуда мыши появились и куда исчезли? Они на самом деле говорят? — спросил Панин, вставая с места в пустом зале, покинутом зрителями после спектакля.

— Тимофей, я видела одну мышь дома, и слышала, как она ворчала на меня, я подумала тогда, что у меня крыша поехала. Мне было жутко. Сейчас я вижу, что летучая мышь не выдумка моего воображения, их видели сотни зрителей.

— Лизавета, надо найти летучих мышей и заставить их работать на наш с тобой театр!

— Щедрый, какой нашелся! Где мы их будем искать?

— Давай договоримся, если они появятся в третий раз перед твоими всевидящими глазами, звони мне и следи за ними до моего приезда. Надо их отследить! От них зависит успех постановок, введем в спектакли роли для летучих мышей.

Лягушонок Вакса — маленькое существо в прозрачной оболочке. Он всегда с легкостью уклонялся от ног, хобота пылесоса и оранжевой половой тряпки. Откуда он взялся на белом свете? Некий Маг Глеб, дай Бог ему здоровья, создал биологических мышей из странного вещества. Из остатков вещества он создал лягушку швею, а из последнего кусочка слепил полый слепок лягушонка.

Материала было так мало, что лягушонок получился некой тенью. Чтобы восполнить отсутствие основного вещества, Маг капнул в мозг лягушонка несколько больше мозговой ткани. Для общения с собой любимым он создал лягушонку слуховой аппарат, голосовые связки, и выпуклые глаза. Вакса оказался пронырливым и любопытным созданием. Для связи с Ваксой Маг Глеб с помощью Мага Мака создал мини сотовый телефон. Вакса схватывал знания на лету и мог общаться с Магом Глебом и по телефону, и при обычном общении. Понятно, что лягушонок был биологическим роботом. Непонятно чем он питался? А питался лягушонок жидкостью Z и манкой.

Когда Маг Глеб лежал на диване с ноутбуком на согнутых ногах, лягушонок Вакса забирался на спинку дивана и взирал на экран компьютера. Таким образом, он первым узнавал о новинках в науке. Но чаще они смотрели юмористические фильмы и смеялись так, что лягушонок раздувался во все стороны, становясь более прозрачным. Маг Глеб, глядя на свое создание, подумал, что лягушонка надо окрасить в зеленый цвет, чтобы он стал видимым и не попадался под ноги или под руки.

Назойливость лягушонка становилась невыносимой, поэтому Маг Глеб принес лягушку швею домой. Он сделал для лягушек маленькую комнату, в которой стояли две кроватки, стол с маленькой швейной машинкой, шкафы для изделий лягушки швеи, которую назвали Ниткой. Постепенно Маг улучшал их условия жизни, но в какой-то момент лягушки стали более самостоятельные, и перестали нуждаться в постоянной опеке создателя.

Чтобы не было скучно, Маг Глеб принес парочку биологических летучих мышей. Мыши спали на потолке и больших хлопот не доставляли. Подруга Глеба по имени Жара, не одобряла биологических тварей, но и выгнать их не могла. Она на них злилась, ругалась, махала руками и никогда не брала в руки. Естественно биологические роботы к ней относились холодно и старались при ее появлении вести себя тихо. Но однажды Жара заметила, что лягушка Нитка шьет весьма интересные платья для себя и рубашки для Ваксы. Они подружились. И вскоре у Жары стали появляться новые платья и блузки.

Глеб смотрел на биологических роботов с точки зрения реабилитации своих умственных способностей. Он вообще не мог разрабатывать электронные механические устройства, кои запускал сериями Маг Мак. Однажды ему повезло, он сидел в песочнице на детской площадке, и смотрел, как играет его сын на новом комплексе малых форм. Ребенок на некоторое время исчез из его поля зрения и в этот момент он услышал рядом женский голос:

— Ой, смотрите, какой-то мальчик выползает из-под горки!

Глеб посмотрел по ходу, указующей руки соседки, и обнаружил своего сына Илюшу, шествующего на коленках из-под каскада пластмассовых горок всех размеров. Ребенок выполз, встал и побежал опять на очередную горку. Зато он приобрел слушательницу. Он разговорился с соседкой, оказавшейся бабушкой мальчика, постоянно бегающего то к ним, то на горку, то на цветные качели.

Бабушка оказалась маститым микробиологом с именем, со знаниями и наработками в своей области. И такие бабушки сидят на детских площадках с внуками! — подумал Глеб с восторгом. Электронщик и микробиолог продолжали разговаривать о том, что их волновало.

Оказалось, что бабушка умела не только находить микробы скоростными способами, но и имела отношение к заброшенной разработке живого вещества, потерявшего секретность в трудные девяностые годы. Так получилось, что все сотрудники бросили неоплачиваемую работу, и теперь только она знала о заброшенной разработке лучших биологов округа. Она владела тайной и знала к ней дорогу, но она была уже в возрасте, и у нее появилось острое чувство необходимости поделиться этой страшной тайной с тем человеком, который ее поймет!

Глеб понял, какое сокровище идет ему в руки! Он занес в свой сотовый телефон номер телефона микробиолога. Но он чувствовал, что для воплощения в жизнь наработки биологов, у него не хватает знаний. Нужен был третий донор идеи! Дома он разговорился с тестем о живом веществе. Тесть, еще крепкий мужчина, поддержал разговор с зятем, казалось бы, на фантастическую тему. Тесть был агрономом до мозга костей, его хобби — скрещивать различные сорта фруктовых деревьев. Он так любил свое дело, что верил в любое чудо человеческих рук и разума.

Итак, отец жены Глеба, предложил скрестить летучую мышь с разумным биологическим веществом для получения разумного биологического робота! Почему летучую мышь? Потому что летучие мыши любили жить у тестя на даче, где он занимался выведением новых сортов фруктовых деревьев, будучи на пенсии. Электронщик уже почувствовал, что успех сам идет к нему в руки! Он физически ощущал ауру успеха!

Ау, успех! — крикнул Глеб, выходя утром на работу, серую, как серый день.

Рядом с ним трудился большого ума человек, он мог запрограммировать любую микросхему, мог написать любую программу. И Глеб в шутку предложил ему запрограммировать не микросхему, а живое вещество.

Сосед по разум вытаращил на него глаза и спросил:

— Глеб, где крышку потерял? А, впрочем, в этом что-то есть! Если вживить в живое вещество чип микросхему, то живое вещество станет разумным!

Глеб с чувством пожал коллеге руку, он понял, что поймал журавля удачи! В живое вещество микробиолог добавила клетки летучей мыши, в полученную субстанцию электронщик вживил чип. Биологический робот приобрел формы летучей мыши, с разумом в пределах микросхемы, и способностью говорить. Биологическому роботу нужен был крестный отец или мать. Глеб знал, что глава округа покровительствует Магу Маку, поэтому обратился к Нимфе, супруге главы округа. Она согласилась стать крестной матерью биологического робота. Первую говорящую летучую мышь назвали Бил.

Фил вошел в дом Нимфы, когда она приняла семь биологических роботов в личное пользование. Мужчина втерся к женщине в доверие, согласившись работать у нее дворецким, прежний дворецкий не понял разговаривающих летучих мышей.

Он подобострастно исполнял свои обязанности, заслужив доверие Нимфы. Он думал добыть приборы и оружие фирмы Мага Мака, а узнал и о биологических разработках Мартина. Свое задание он перевыполнил и готов был возвращаться по месту постоянной службы.

И захотелось Филу еще раз увидеть Марину. С подписанными бумагами он явился в офис Мага Мака, для получения оружия типа Дуга и прочих его психотропных приборов. Он увидел Марину у компьютера в чопорном черном платье с ниткой бус. Эта женщина действовала на него успокаивающе. Насколько прекрасна была Нимфа, настолько сексуальна была Марина! Фил встал рядом с ней, боясь шевельнуться. Он любил эту женщину, он хотел ее с того момента в ресторане, когда сам перепутал глупый пароль под винным соусом. Но Фил не дрогнул, он протянул ей бумаги, холодно улыбнулся, в ожидании ответа.

А Марина спросила:

— Господин Фил, говорят в нашем округе Клюква, появились говорящие летучие мыши! Одна мышь сидела в манной крупе у меня на кухне!

— Марина, говорят в Клюкве — кур доят, мало ли что говорят. Я мышей не видел, меня интересует Дуга и прочая ваша мистическая чепуха в приборах.

— Лизавета такую статью написала о летучих мышах в театре! Я прочитала всю статью от начала до конца на одном дыхании!

— Простите, я пришел…

— И чего вам сдались эти приборы! Вот биологические роботы!

— Слушайте, Марина, я люблю вас!

— Что? А причем тут Дуга?

— Женщина, ты меня услышала или нет?

— Я увидела подписи на контракте, теперь идите к Мартину, двери в его кабинет всегда открыты, они перед вами!

Фил толкнул дверь в кабинет менеджера Мартина, но они оказались закрытыми.

— Марина, вы еще и лжете! Дверь закрыта!

Она подошла к двери, дернула за ручку и воскликнула:

— Фил, это вы меня заговорили! Я вспомнила! Он разговаривал с Нимфой, и видимо к ней уехал!

— Что? Ваш менеджер в доме Нимфы?! — спросил Фил и рассмеялся, показывая белые челюсти.

— Что в этом смешного, ее заинтересовали наши приборы, — обиделась Марина.

— Ситуация — приходите завтра. И кроме него никто не продаст мне товар? — раздраженным голосом спросил Фил.

— Ладно, давайте ваши бумаги, вам все упакуют в лучшем виде.

— Ловлю вас на слове, а пока мы с вами зайдем в тот ресторан, где познакомились. Вы согласны?

— Нет проблем, сейчас подойдет человек, вы ему отдадите деньги и бумаги, а мы поедем в ресторан Валет.

Что они и сделали, и вскоре сидели за столиком в ресторане Валет без паролей и явок.

Феликс успел заметить летучую мышь, присланную ему матерью Нимфой. Он жил в состоянии страха и с отсутствием аппетита по воле Мага Мака, и эта ситуация ему чудовищным образом надоела. И тут он увидел умную мордашку летучей мыши, и невольно заговорив с ней. Мышь ответила. Он, вымученный приборами, даже не придал значения тому, что с ним говорит летучая мышь. Феликс был рад любому общению без разговоров о пище. Биологическую мышь он назвал Машкой.

Пробыв у Феликса три дня, мышь вернулась домой. Нимфа вскоре переключила свое внимание с мышей на приехавшего к ней Мартина. Мыши почувствовали свободу, и те, кто познал общение других людей, полетели сами искать развлечения. Пока Мартин развлекал Нимфу, Машка улетела к Феликсу.

Феликс улыбнулся при виде Машки, сидящей на открытом окне. Она тоже попыталась улыбнуться. Феликс взял биологического робота в руки. Машке это очень понравилось. Он естественным образом забыл о еде, разговаривая с милым созданием. Машка оказалась сообразительной, она отыскала приборы Аппетит и Страх, мучившие Феликса, и принесла ему. Медсестра к этому времени уже не сидела рядом с ним, повар тоже не кормил его постоянно, тем более не было дома и Лизаветы, которая опять паслась на театральной ниве. Феликс перестал лежать на постели, изображая больного человека. Он вывел из строя приборы и встал, затем, шатаясь, прошел по квартире. Швы от операции его не тревожили. Голод, задушенный приборами, не беспокоил. Машка вовремя появилась на его горизонте.

Мышь отвечала Феликсу механическим голосом, но это его не смущало, важно, что у нее был неплохой набор слов, записанных на микросхеме. Но эта сторона молодого человека не волновала. Он играл с Машкой и был элементарно счастлив, придумывая фокусы, которые она исполняла по его прихоти. Машка поняла, что ей с Феликсом лучше, чем в клетке с собратьями, ведь это Нимфа заговорилась с Мартином, и забыла клетку закрыть…

Маг Мак недолго терялся в догадках, чьих рук дело биологические мыши. Глеб сам вышел на него. Два бывших аспиранта сели за стол переговоров. Один — как известный создатель электронных психотропных приборов. Второй — как создатель биологических роботов. Их весы успеха показывали на равенство. Достигнув значительных высот в своих узких областях науки, они почувствовали потребность в объединении усилий и жизненных позиций. Магу Маку Глеб объяснил, как он подсовывал ему живое вещество, чтобы держать его в страхе. Итак, равенство между гениями, могло перерасти во вражду, но этого не произошло. В то же время надвигался кризис жанра каждого: приборы надоели Магу Маку, биологические роботы приелись Глебу. Они задумались о жизни за столом в кабинете, но решили, что ситуация требует иного окружения и поехали оба в ресторан Валет.

В ресторане они увидели знакомую парочку Марина + Фил. Проигрывать два раза подряд в планы Мага Мака не входило. Он сделал вид, что Марину не заметил, тем паче, что Глеб сидел к ним спиной. Через пять минут, шатаясь от слабости, в ресторан Валет пришел Феликс. На его плече сидела летучая мышь Машка. Первым их увидел Глеб, но показывать рукой на свое детище на чужом плече, в его планы не входило. И он, разговаривая, просто наблюдал за Машкой.

Еще через пять минут в ресторан вошли Нимфа и Мартин, их заметили все, но, улыбнувшись первой леди округа, вновь повернули лица в свои тарелки. Вскоре пришли Тимофей Панин и Лизавета, которая заметила Машку на плече у Феликса и подошла к нему. Летучая мышь захлопала крыльями, показывая свою ревность. Публика вынуждена была обратить взоры друг на друга. Зазвучала спасительная музыка, пары перемешались. Машка оказалась в руках Тимофея Панина. Он изучал мышь визуально и уже приглашал ее на работу в театр.

Маг Мак подошел к Марине.

Маг Глеб подошел к госпоже Нимфе.

В зал вошел Рал.

Последним в зал вошел Добрыня Никитич, а его человек объявил о прибытии главы соседнего округа Шпиль, из которого и прибыл к ним Фил.

Добрыня Никитич подошел к Нимфе:

— Не ждала? Не хотела идти на прием официально? Так вот, он состоится здесь в ресторане Валет, по поводу прибытия…

— Спасибо, я все поняла…

Мартин остался один, он взирал на местные сливки общества, и думал: чего он тут забыл? Женщин его разобрали, даже мыши не досталось. Так ему захотелось уйти отсюда и куда подальше. А куда и зачем идти? В зал вошли две подруги Рая и Фая, увидев Мартина одного, бросились к нему со всех ног, сели с двух сторон и так страстно посмотрели ему в глаза, что он потупился. Они прекрасно выглядели, и были так похожи, как никогда и конечно пытались говорить одновременно. Подруги Мартина обожали, но не они одни. Каждая из женщин в зале, соизволила посмотреть в их сторону и немного приревновать.

Добрыня Никитич велел раздать шампанское на все столики, по числу сидящих за ним людей. Вскоре забулькали бутылки, послышался пьяный гомон, пена летела из бутылок во все стороны, смех бегал по залу вслед за выпитым шампанским.

Кутили до четырех часов утра, пока ресторан не закрыли. Нервные переживания людей были забиты пузырьками пьянящего шампанского. Машка одна осталась трезвой, ее устройство не позволяло пить подобные напитки.

Маг Мак и Маг Глеб сидели за одним столом и мысли их голову не посещали, они забыли, что они умные, что они соперники в науке. Они просто сидели и отдыхали от напряженной умственной гонки. Но сквозь туман алкоголя они вспомнили третьего Маг Бара и задумались над тем, а чем он теперь занимается…

Глава 5

Маг Бар сидел в демонстрационном зале, заполненном автомобилями всех мастей. Редкие покупатели кружили по залу, в надежде приобрести дешево дорогой автомобиль, и желательно с установленной охранной сигнализацией. Маг Бар занимался охранной сигнализацией, и в какой-то момент времени он остался один в Торговом зале. Услышав шорох, поднимающейся двери, он повернул голову и увидел, влетающую стаю летучих мышей. Сразу за ними дверь опустилась. Мыши красиво по струнке влетели у пола, потом поднялись вверх, как истребители, и медленно, строем полетели над машинами, почти касаясь, металлических поверхностей, вызывая какофонию звуков сигнализации.

Летучие мыши подлетели к Магу Бару и на все голоса заговорили. Человеческая речь из уст мышей, сопровождаемая воем машин, привела его в полное замешательство. На шум в зал вошли два молодых человека. Они постоянно крутились в Торговом зале, им здесь все нравилось. От стаи летучих мышей они пришли в дикий восторг, не заметив, рассеянность своего добровольного шефа.

Прибор отключил электропитание важных органов автомобиля, пока его отвлекали говорящие летучие мыши. Получив сигнал о неудавшемся угоне, он выскочил из Торгового зала на стоянку машин, и увидел, смеющихся друзей по аспирантуре.

Маг Мак и Маг Глеб решили встретиться с третьим бывшим аспирантом кафедры, Маг Баром, и подумать о совместной технической игрушке. Друзья прошли в кабинет мага Маг Бара, большого любителя автомобилей. У него после того, как его ознакомили с перечнем своих работ, возникла идея создания биологического робота для автомобиля под названием Соня. То, что за рулем нельзя сидеть в пьяном виде, — это известно и наказуемо, и существует большое число приборов для определения алкоголя в организме шофера. Но есть еще одна проблема — дрема за рулем. Милая сонливость может довести до столкновений автомобиля с чем угодно на дороге. Как поймать Соню за рулем, — этот вопрос давно не давал покоя Магу Бару. Ему понравились говорящие, летучие мыши. Ему понравились психотропные приборы.

Втроем они решили, создать разговорчивого биологического робота для автомобиля, снабженного электронным прибором для наблюдения за состоянием водителя во время движения. Уловитель сна согласился разработать Маг Мак. Биологического собеседника поручили разработать Магу Глебу. Маг Бар сказал, что добавит в Соню, противоугонные свойства прибора. Робот для автомобиля Соня получил огласку раньше, чем был разработан, для нахождения потенциальных заказчиков.

Заказчиком выступил автомобильный завод округа Клюквы, выпускающий автомобили с аналогичным названием. Представители заказчика попросили добавить в прибор блокаду алкогольного опьянения. Биологический робот Соня превращался в личного стража порядка внутри автомобиля, место он занимал не больше летучей мыши, чьи параметры решили сохранить.

Первый предварительный покупатель биологического робота задал провокационный вопрос:

— Соня является штурманом или нет?

Маг Бар ответил утвердительно, и внес доработку в изделие собственными силами, на, что сильно возмутился Маг Глеб, по его мнению, мозг робота не выдержит перегрузок. Одно дело поддерживать разговор с водителем, другое дело в это время следить за дорогой и электронной картой. Маг Бар ответил, что навигационная система столь развита, что не требует большого числа микросхем в мозгу Сони. Технические трения только сдружили бывших аспирантов, кандидатов технических наук.

Мужские развлечения Марину не волновали, она не реагировала на постоянное отсутствие Мага Мака, но она очень расстраивалась по поводу отсутствия Мартина на работе. Она прекрасно знала, что он проводит время с Нимфой, и их совместное время почему-то называлось командировкой по служебным делам фирмы. Маг Мак говорил, что Маг Глеб занимается изучением биологических, летучих мышей, необходимых для следующего заказа. Марина этого понять не могла! Мышами фирма не занималась!

Лизавета почувствовала сильное переутомление и давление на психику. За окном улыбалось синее небо в перистых облаках, а ее сдавливали невидимые силы. Она не понимала, чем ее гнетет, но физически ощущала тяжесть, надвигающуюся на нее со всех сторон. Лизавета подумала, что вдруг сейчас некто ее читает и обсуждает, хотя, что такое она написала? А, она описала спектакль с участием летучих мышей, биологических роботов. Часа три длилась душевная пытка неизвестного происхождения, не могли мышиные страсти ее так сдавливать! Не могли мыши! А вдруг на нее действует очередной прибор Мага Мака? Стоит он у нее дома по чьей-то воле и гнетет ее, и давит.

Хватит!

Лизавета встала, подошла к окну, увидела желтеющие листья, плавно забирающие зеленое поле листвы. Она ощутила спиной невидимый луч, проникающий в ее тело. Она передернулась всем телом и резко повернулась назад. Лизавета увидела тонкий луч, идущий от круглого глазка. Откуда он взялся? Кому надо за ней наблюдать? Она подошла ближе и увидела приятную рожицу летучей мыши.

— Привет, Лизавета! — тонким голоском пропищала мышь, опуская лапку с маленьким прибором, испускающим луч; вылетая из-за энциклопедии, поставленной, на боковой, открытой полке шкафа.

— Здравствуй, летучая мышь! — дрожащим голосом приветствовала Лизавета.

— Лизавета, меня зовут Мифа, я — биологический робот, ты о нас написала в газете, я была на спектакле в театре. Нимфа смеялась над твоей статьей, она предлагает тебе сотрудничество по популяризации летучих мышей.

— Мифа, а кто вас приручил и научил говорить?

— Нашего папу зовут — Глеб, а маму — Нимфа.

— Маг Мак друг мага Глеба? Я что-то об их учебе слышала.

— Я знаю — Глеба мыши любят. У него есть сын, я с ним играла, — сказал Мифа.

— Мифа, я поняла, что ты меня вербуешь на службу первой дамы округа.

— Да, я за тобой наблюдала три раза, информацию передавала Нимфе, она тобой довольна.

— Как я к ней попаду? Кто меня пропустит?

— Лизавета, возьми прибор из моих лапок, на нем написан адрес и код, тебя пропустят, а я улетела, — и летучая мышь Мифа вылетела в открытую форточку.

Маг Мак вызвал к себе двух молодых людей, видевших в зале с автомобилями стаю летучих мышей. Он хотел выяснить, что они запомнили из полета биологических роботов? Шишка и Фишка, как они себя называли, сказали, что ничего необычного в стае мышей не заметили. Маг Бар предложил ребятам поучаствовать в новом проекте, связанном с использованием биологических роботов по типу летучих мышей, если они не боятся.

Друзья согласились, но предложили взять с ними Крошку, младшую дочку Нимфы и Добрыни Никитича, которая недавно вернулась из соседнего округа, где жила у бабушки. Девушка приезжала однажды в Торговый дом покупать себе автомобиль и познакомилась с друзьями. Маг Мак сказал, что без согласия родителей Крошки, взять ее для участия в новой разработке невозможно, но если они дадут добро, то он согласен.

Крошка почти ничем не напоминала своего брата Феликса, он был огромен, особенно в периоды переедания, а она всегда была стройной. У Феликса волосы были русые, коротко подстриженные. У Крошки волосы были длинные, темные, естественно не без помощи красок для волос. Она была шатенкой по собственной воле, от природы ее волосы были темно — русые. Молодая красавица больше всего трений в отношениях испытывала с собственной мамой Нимфой. Чувствовалось, что Крошке до Нимфы никогда не дорасти в некоторых областях жизни.

Госпожа Нимфа, услышав, что дочь нашла дорогу к изобретателю без ее помощи, была искренне этому рада. Дома Крошка даже не подходила к клеткам с летучими мышами, а в обществе старых друзей Шишки и Фишки те же биологические существа казались ей чем-то прекрасным и интересным.

Маг Бар не мог понять, каким образом Маг Глеб сделал и продолжает делать биологических роботов. Не мог Маг Бар поверить в чудеса науки! Что-то здесь было ни так, и браться за разработку многофункционального биологического робота он не мог. То, что делал Маг Мак со своими психотропными приборами, было относительно понятно. А вот секрет создания живого биологического вещества казался сомнительным. И Маг Бар готов был поверить в живых летучих мышей с вживленными в их мозг микросхемами.

Он не выдержал сомнений, вызвал к себе Мага Мака. Маг Мак ничего вразумительного по этому вопросу ответить не мог. Маг Бар вызвал Мага Глеба для выяснения одного вопроса: где он взял биологическое вещество? Маг Глеб попытался вывернуться от ответа, но Маг Бар сказал, что вопрос очень серьезный и в работе будут задействованные важные лица округа, поэтому он требует секрет получения живого вещества, а не использование выведенных живых летучих мышей. Маг Глеб предложил сделать клон Маг Бара из биологической массы, только жалко столько вещества терять на одно существо. Маг Бар попросил при нем приготовить новую живую массу!

Они спорили до тех пор, пока в кабинет не зашла Крошка, увидев двух кричащих мужчин, она хотела выйти, но Маг Бар ее остановил.

— Маг Глеб, перед тобой стоит Крошка и требует объяснения по поводу происхождения биологических роботов!

— Хорошо, — сдался Маг Глеб, но вы мне не поверите!

— Говори! Слушаем! — сурово прокричал басом Маг Бар.

— Понимаете, эта живая масса состоит из огромного числа клеток, ее замешивают, как тесто, женщины это придумали. Улыбаетесь? Обычный колобок, но из сухих клеток, полученных из кожицы перца. Смеетесь? Смесь манной крупы и кожицы дает основную массу. Хохочите? А дальше хуже, она разбавляется водой.

— Ха-ха-ха, — рассмеялся Маг Бар, — ты нас за кого держишь?

— Ладно, туда добавляется мясо бычков.

— Что за чепуха! — воскликнула Крошка, — это уже котлеты, но не живой биологический робот!

— Детка, если поджарить — будут котлеты, но, — и Маг Глеб замолчал.

— Давай про коров, рассказывай, — улыбнулся примирительно Маг Бар.

— Жизнь в эту странную массу добавляет…

— Растительное масло, — добавила Крошка.

— Нет, магма Земли!

— Что за ересь ты говоришь!! — взвыл Маг Бар.

— Точно, состав у вещества подобран чисто по-женски, словно у них были продукты, и не было муки, и они заменили ее манкой, — проговорил Маг Глеб.

— А потом у них не было электрической плиты, и они обжарили мясной колобок в перце на магме Земли? — спросил с ехидными нотками в голосе Маг Бар.

— Нет, у них риса не было. В фарш для перца входит рис, мясо, а они положили манную крупу. А потом одна из лаборанток поместила колобок в центрифугу, используя ее вместо мясорубки, и получила однородную массу.

— А спекли на магме Земли? — спросила игриво Крошка.

— Нет, вторая лаборантка от скуки слепила подобие летучей мыши с крылышками и обсыпала порошком из сушеных мышей, полученных для проведения опытов. Пришла микробиолог, посмотрела на то, что сделали лаборантки вместо фаршированного перца…

— И съела, — не выдержал Маг Бар тирады о женских глупостях.

— Нет, она пропустила через эту котлету в виде летучей мыши, разряд молнии, который сделал в ней разветвленную, сосудистую систему.

— Ура! — русло для крови сделали! — закричала радостно Крошка. — А, где кости?

— Масса оказалась гибкой без костей, — спокойно проговорил Глеб.

— А сердце где? — спросил Маг Бар.

— Вот, дошли до самого главного! В лаборатории был выход до мантии Земли, до плазмы ядра. На дачах бывают колодцы для воды с насосами, а в институте был уникальный колодец до магмы Земли!

— Глеб, не тормози! Если бы такое было на самом деле, я бы знал! — возмутился Маг Бар.

— Ладно, естественно никто не докапал до мантии, но в шурф попала непонятная жидкость, она оживляла, что угодно. Микробиолог впрыснула эту жидкость в существо с крыльями, и оно ожило, — доверительно завершил речь Маг Глеб.

— Им, что манную котлету в перце не жалко? — удивленно спросила Крошка.

— А чем существо питается? — серьезно спросил Маг Бар.

— Не поверите, манной крупой, перцем и мясом, — ответил Маг Глеб.

— О, боже! И я это слушаю? Анекдот и тот правдивей, — вставая, проговорила

Крошка. — А желудок и прочие у него где? — не выдержала сомнений девушка.

— Я не разрезал летучих мышей, не знаю, — честно ответил Глеб.

— Хорошо, я тебе поверил, но ты знаешь, пропорции манки, мяса и перца? — спросил Маг Бар, думая, что зря он объявил о работе с биологическими роботами.

— Микробиолог говорит…

— Лучше бы она микробы искала, — прервал Маг Бар.

— Она говорит, что пока есть живая жидкость из скважины, сочетание продуктов не столь важно, важно раз в месяц впрыскивать его в биологических мышей.

— Значит, без жидкости Z биологические, летучие мыши проживут всего месяц? — спросила Крошка, стоящая у дверей кабинета Маг Бара.

— Маг Глеб, я понял, фаршированный перец, пропущенный через центрифугу вполне можно заменить! — воскликнул Маг Бар.

— Прав, но бабы народ упрямый и соглашаются только на такой состав, иначе не дают жидкость из колодца, — ответил Маг Глеб, понимая, что ему поверили.

— Крошка ты согласна участвовать в работе по внедрению летучей мыши в автомобиль? — спросил Маг Бар.

— Я согласна, но мышей необходимо снабжать аварийным запасом жидкости Z.

— Подожди, что же это получается, что в земной коре есть живая вода? — удивленно спросил Маг Бар. — А все остальное — ерунда? И эта жидкость дает возможность мышам разговаривать? А почему они не мычат, ведь в них мясо быков?

— Жидкость само — достаточная. Остальное приложение к ней, — ответил Глеб.

— Тогда проще разводить живых летучих мышей и впрыскивать им жидкость, дабы они были умнее и разговаривали, — предложил Маг Бар.

— Так да ни так, не получается живых тварей заставить говорить, трудно им зашивать микросхемы с разумом, а в куклу — легко, — сказал Мартин.

— Я поняла — летающая мышь — это летающая кукла. А крылья, почему машут? — спросила Крошка.

— В кукле заложены гены летучей мыши, из биомассы, под воздействием жидкости Z получается ее аналог, но не клон, — ответил девушке Маг Глеб.

— А вы пробовали исследовать жидкость? — спросил с горящими глазами Маг Бар.

— Она исчезает без биологической массы, она существует в герметичном объеме.

Ее добывают через герметические шурфы, затем набирают шприцем и из него делают укол в биологическое тело. При попадании кислорода из воздуха в жидкость Z она становится невидимой, — пояснил Маг Глеб.

— А с чего это фаршированный перец вдруг стал герметичным? — спросила Крошка.

— В том и суть, что искусственный разряд молнии проделывает в биологической массе сетку капилляров и спекает их внутренние поверхности, образуя герметичные дорожки для жидкости Z, — ответил Маг Глеб.

На этом прения прекратились.

Лизавета пошла пешком к Нимфе, дверь ей открыл Мартин, с выражением досады на лице. Оказывается, летучие мыши заболели, и одна за другой стали странно засыпать. Нимфа сидела в голубоватых одеждах и страдала, не зная чем помочь любимым существам. Журналистка, увидев падеж биологических роботов, предложила позвонить Магу Глебу. Ей ответили, что звонили, но не дозвонились. Тогда она позвонила Маг Бару, тот ответил, что Маг Глеб находится в его кабинете, в котором сотовая связь бессильна.

Лизавета предложила съездить Мартину вместе с ней к Магу Бару. Нимфа вспомнила, что к нему уехала Крошка и до сих пор не вернулась, связь с ней отсутствовала уже несколько часов. Мартин и Лизавета сорвались с места и побежали к его машине, стоявшей у ворот дома Нимфы. Шины на колесах оказались проколоты. Все четыре колеса были спущены. Они попытались остановить любую машину, но транспорт словно исчез с проспекта Джокера. Лизавета позвонила Магу Маку, чтобы он съездил к Магу Бару за Магом Глебом, но его телефон не отвечал, видимо он ушел в закрытую лабораторию. Она дозвонилась до Феликса, но он ответил, что опять переел и ему лень шевелиться.

В это время к дому Нимфы подъехал картеж машин с Добрыней Никитичем. Лизавета бросилась к нему, чтобы он дал одну машину съездить к Магу Бару. Глава округа внимательно посмотрел на пассию сына и согласился сам отвезти ее в Торговый дом автомобилей, рядом с которым и был кабинет мага Маг Бара

Навстречу им вышли Крошка и Маг Глеб. Отец посмотрел мельком на дочь и сказал ей, что летучие мыши, которых считали биологическими роботами, умирают. Маг Глеб, услышав эту новость, быстро сел в свою машину и поехал к дому Нимфы. В машине у него был герметичный сосуд с нужной жидкостью. Он прокалывал шприцом резиновую пробку, набирал жидкость Z, и делал уколы летучим мышам. Они оживали на глазах. Нимфа засмеялась и поцеловала Мага Глеба.

В этот момент в комнату вошли Крошка и Добрыня Никитич.

Он засмеялся и прокомментировал поцелуй:

— Нимфа, ты уже целуешь отца своих биологических летающих тварей?

Маг Бар не мог поверить в котлетное происхождение биологических, летучих мышей, он дождался возвращения Мага Глеба и попросил без шуток и прибауток рассказать о биологическом веществе.

— Маг Бар, не мучь меня, — заговорил Маг Глеб, — понимаешь, мадам микробиолог всей тайны вещества не рассказывает, но что-то в процессе получения было от фаршированных перцев, что это были за материалы мне неизвестно, при Крошке я рассказал юмористический вариант получения загадочного вещества. Тем паче, что вещество производили в автоклавах с температурой внутри до пятисот градусов. Котлетки бы там сгорели только так, вот откуда и взялась сказка о Нимфе, повышенная температура в части получения вещества присутствовала.

— Ба, так серьезная фирма выполняла заказ на получение живой материи?

— Я видел часы, по которым следили за процессом, мощная электронная игрушка, в нержавеющем корпусе.

— Хорошо, но где мы возьмем это вещество без мадам микробиолога?

— Хороший вопрос, без нее тайна уйдет с ней в могилу, поэтому она защитила свою жизнь, я обещал скрашивать ее старение, и обеспечивать лучшей медицинской помощью.

— Маг Глеб, так этого вещества много или его надо производить?

— Эх, Маг Бар, то-то и оно, что производить его некому, а у микробиолога ключи от хранилищ.

— Выкупи у нее ключи, — предложил Маг Бар.

— Легко сказать, выкупи, она поддерживает вещество в живом состоянии, это некое подобие инкубатора, и она знает тепловой и энергетический режим сохранения жизни биологической массы, — с горечью сказал Маг Глеб.

— Слушай, а чего мучиться с мышами, если можно сделать динозавра или слона, и быстрее освободимся от этой проблемы, — засмеялся Маг Бар, понимая, что на создание робота Соня — вещества хватит.

— Ты абсолютно прав, можно сделать дракона о трех головах, если найти его клетки в сушеном виде. Для получения умного животного, надо его клетки добавить в вещество с определенной массой и получить симбиоз животного с умственными способностями, — спокойно проговорил Маг Глеб.

— Я не понял, что за уколы ты ездил делать летучим мышам в доме Нимфы? — спросил Маг Бар.

— А, это похоже на переливание крови, или вливание крови в их организм. На самом деле они внутри такие же, как и нормальные мыши, но требуют допинга для работы мозга, который у них достаточно велик. Биологические мыши умнее своих сородичей настолько, насколько человек умнее обезьяны, — закончил свою речь Маг Глеб.

— Круто! Можно сказать, что инопланетяне получаются дома, на родной планете! — улыбнулся Маг Бар, — теперь я верю в автомобильного штурмана в виде летучей мыши, дабы место в машине не занимал, и вовремя корректировал поведение водителя за рулем, особенно от попытки выехать на встречную сторону движения.

— Молодец, ты все правильно понял. Вопросов больше нет?

— Думаю мне все понятно. Хотя, как происходит момент рождения новой мыши, ты не осветил, — заметил Маг Бар, без надежды на ответ.

— Я ж произнес ключевое слово 'инкубатор', ограничивающий размеры животного, именно в нем происходит чудо превращения мыши обычной в разумное существо. Микробиолог владеет и этой тайной, и делиться пока ни с кем не собирается, — ответил Маг Глеб.

— А зачем мышам микросхемы зашивают в мозг, если они рождаются умные? — спросил Маг Бар.

— Они рождаются способными к восприятию разумных знаний, но, школ для мышей еще не создали, тратить время на обучения каждой мыши, у нас нет, срок жизни у нее мал.

— Маг Глеб, так давай работать с черепахами, они долго живут.

— Ни тот случай, и ни так много вариантов исполнения живых существ. Не будешь ты ежа держать в машине? Колется. А мышь летает, зависнет на потолке вниз головой, и будет указывать маршрут. Поговорить с тобой сможет на любую тему, которую зашьешь в микросхему.

— А собака типа той — терьера? Она мала, худа, место много не занимает.

— С собаками не получилось, из них можно сторожа сделать, не поддаются они влиянию умной массы. Мой терьер сегодня ночью съел целую шоколадку, и все утро пил воду. Выпьет воду, ляжет у миски и бьет лапой ее лапой, извлекая звуки, чтобы воды добавили.

— Это понятно, воблу дали, а пиво забыли налить, — заметил Маг Бар.

— Есть еще одна причина сделать разумной летучую мышь, но не знаю, стоит ли тебе говорить.

— Режь правду матку.

— В корень смотришь, мышь может быть поверхностным, сексуальным партнером.

— Это как?! — не на шутку удивился Маг Бар.

— А ты посмотри на литературные страницы, впереди всех паровозов идут сексуальные названия. Поэтому, чтобы продать летучих мышей, да еще Нимфе, пришлось их объявить поверхностными, сексуальными партнерами. Маг Бар, вспомни с чего начал свою карьеру Маг Мак? С прибора Сердечко. Потом стал мутить с Аппетитом, но он тоже нужен для улучшения фигуры, а, в конечном варианте для любви.

— Прости, Маг Глеб, но я чего-то не понимаю!?

— А что тут понимать, летучие мыши могут ласкать, ублажать, гладить и ничего взамен не требовать. Нимфа очень сексуальная женщина, сейчас у нее Мартин, менеджер фирмы Мага Мака. Так их развлечения, если так можно назвать их любовь проходят в ауре ласк десяти летучих мышей.

— Ничего себе! — воскликнул Маг Бар. — А как на это смотрит Добрыня Никитич?

— Чего ему на них смотреть? У них разные квартиры. Они не разводятся, у нее полная свобода.

— Глеб, а ты сам-то с ней был в свите летучих мышей? — взволнованно спросил Маг Бар.

— Если честно, один раз мы с Нимфой были вместе с пятью летучими мышами, в свете научного эксперимента.

— Ну, ты даешь! — восхищенно воскликнул Маг Бар. — И как оно? Секс с мышами и с первой дамой округа?

— А, что? Здорово! Сказочно! Ничего лучше у меня не было и не будет, ради этого стоило изобрести живое вещество для создания нового сексуального партнера. Смена поз — это уже от лукавого, от пресыщения. А мыши — я тебе доложу, хитрецы, ради новой дозы укола, продлевающего им жизнь, они готовы заласкать с такой нежностью, что человеку это не под силу!

— Так, что ты мне лапшу вешал: мышь — штурман автомашины!?

— Я тебе правду говорил, но люди за легкий обычный секс больше платят, чем

за штурмана, качество его в пробке весьма сомнительно, на больших просторах он нужен, а в крупном городе все относительно. Да, еще мы этих мышей настраиваем прибором Сердечко. Класс! Я тебе доложу! Но дорого, не для всех.

— Кто бы в этом сомневался. А меня — зачем взяли в свой научный, любовный кооператив? Чем я вас могу удивить в области любви? — спросил Маг Бар. — Я

занимаюсь противоугонными средствами, это мой конек.

— Ну, наконец, ты созрел для финансовой части проекта! Мышь — лучший любовник в автомобиле! В этом можно не сомневаться! Место в машине мало, а чувственное удовлетворение гарантируем, все остальное — для снобов.

— Кошмар! Стыдно тебе должно быть предлагать сию ересь чистой воды! — попытался Маг Бар увещевать Мага Глеба.

— Нет, не стыдно, устал быть бедным, у меня жена, сын. Им деньги нужны. Да от тебя и науки не требуется, будешь предлагать мышей покупателям машин. Ты, Маг Бар, где работаешь? В Торговом доме автомашин! Вот и продавай летучих мышей.

— Не буду, мне стыдно!

— Глупый, ты предлагай мышей — штурманов, а мышь — любовник — это бесплатно — платное приложение.

— Дошло до меня, — спокойно сказал Маг Бар, с внешней стороны все пристойно, а вторая сторона меня не касается, и полностью будет лежать на вашей совести.

— Спасибо, Маг Бар, я знал, что ты настоящий друг! — закончил речь Маг Глеб.

Фил прослышал о мышином чуде в округе Клюкве, и понял, что главную новинку он не приобрел. Зная, о занятости Мага Мака, он решил проверить слухи через Марину: чем черт не шутит, пока муж работает. Он взял правильное направление, именно она оставалась в стороне от летучих мышей, хотя лично одну мышь видела на собственной кухне, в качестве женского разведчика от Нимфы.

По последним данным Фила:

— Мартин переключился на Лизавету.

— Нимфа вернулась к Добрыне Никитичу.

— В области технического творчества три мага заняты созданием биологического робота шестого поколения.

С этими элементарными знаниями Фил прибыл к Марине. Она грустила в одиночестве, Маг Мак и Мартин отсутствовали, а потребители затаились в ожидании очередной новинки.

Фил явился с розоватым облаком роз, упакованном в рифленой бумаге, чем вызвал радостный блеск, в глазах Марины. Цветы она обожала! Она тут же достала вазу, налила в нее воду из кувшина для поливки цветов; и улыбнулась, показывая великолепные белые зубы. (Клапан жизни скрипнул всеми своими фибрами, и понял, что он чувствителен к запаху роз.)

— Привет, Фил!

— Здравствуй, Марина! Грустишь одна? А я прибыл за биологическими мышами, — с места в карьер высказался Фил.

— Правильным курсом, идете товарищ! — с пафосом воскликнула Марина, и добавила обычным голосом, — все ушли на фронт! Простите, на изучение и внедрение в жизнь новых тварей. Как они мне надоели!

— Марина, да не волнуйтесь! Маги создадут новых мышей, и выпустят в мир, а потом о них забудут.

— В этом вы абсолютно правы! Маг Мак, Маг Глеб и Маг Бар любят новые задачи, как только они становятся им понятными, они их кидают и идут дальше.

— Люди от науки все такие, но мне бы тоже хотелось знать все функции биологических роботов. Ты, хоть в курсе их свойств?

— Нашел, у кого спрашивать! Спроси у них! Маг Глеб об этом лучше знает.

— Так, милочка, не спеши. Мне они ничего лишнего о мышах не скажут, а я хочу знать больше обычных потребителей. Подумай, кто кроме этих магов может все знать и мне рассказать?

— По идее должен знать Мартин, но он лезет на рожон любовных страстей. Ему товар расхваливать, а его нет!

— Марина, ваш Мартин с Лизаветой Каспийской любовь закрутил, знаю из достоверных источников.

— Да ты что! Я думала он с Нимфой, а я тут сижу, ревную к первой даме округа Клюква с самоотверженной горечью.

— Нимфа вновь со своим великим мужем Добрыней Никитичем! Отстаешь с новостями.

— Все. Тогда я этого гуляку Мартина быстро призову на службу! Ну, он у меня покрутиться! С Лизаветой загулял! Да этого я ему не прощу!

— Желаю удачи! — ухмыльнулся Фил и пошел добывать сведения другим путем

Магу Маку стало скучно, он прослушал диалог двух магов о происхождении живого вещества, о таинственной жидкости Z. Он любил подслушивать техническим путем, не участвую в перепалках. То, что летучие мыши, кроме того, что должны следить за состоянием водителя, должны нести в себе функции штурмана и сексуального партнера, он знал и считал это кощунственным перебором, но спорить с Глебом, не смел. А Марина тратила такую уйму денег, что он готов был направить мышей туда, куда скажут, лишь бы дома у него все было по-прежнему. Он не собирался приобретать мышей для себя лично! Его миссия в разработке была практически выполнена, благодаря предыдущим своим работам. И не любил он биологических роботов, потому, что не понимал. Он любил только электронные приборы.

К Магу Маку пришел еще грустный человек по имени Феликс. Молодой человек пришел сказать спасибо, за то, что он своими приборами Аппетит и прибором Страх ограничил его потребление пищи, без третьей хирургической операции. Маг Мак и сам видел, что Феликс неплохо выглядит, но уж очень он был подавлен. Настроение у него было хуже физического состояния.

— Феликс, в чем твоя новая проблема, если с аппетитом ты справился? — спросил доверительно Маг Мак.

— Маг Мак, причина простая, Лизавету от меня увел режиссер Панин, у Панина ее забрал ваш менеджер Мартин. А мне, что делать прикажите?

— Ты смотри, какая журналистка популярная женщина! Какие люди вокруг нее! Мне, что ли приударить за ней? — нарочито весело спросил Маг Мак.

— Вас еще мне не хватало! — рассердился Феликс, сверкая гневным взглядом.

— Хорош! — невольно воскликнул Маг Мак. — Ты Феликс — молодец! Возьмешь новый прибор Сердечко, переориентируешь Лизавету на себя. Все — просто!

— Да у меня что-то было на этот счет! — неуверенно проговорил молодой человек.

— Есть новый вариант прибора, более сильный, — сказал Маг Мак, думая о приборе для летучих мышей.

— Стыдно женщину возвращать с помощью прибора Сердечко 2, - уныло проговорил Феликс.

— Тогда трать деньги батюшки Добрыни Никитича! Иди своей тропой! Иди к Марине прямо сейчас! Она тебя научит, как надо любить! — прокричал Маг Мак, не думая о последствии своих слов.

Феликс, покинув кабинет Мага Мака, прямиком пошел к Марине.

— Марина, ваш шеф сказал, что вы покажите мне, где можно потратить деньги отца для улучшения моей внешности!

В Марину словно впрыснули живую воду, услышав, что есть деньги для трат. От слов она оживилась куда больше, чем от букета Фила.

— Феликс, я так понимаю, что Маг Мак меня с тобой отпустил, и у тебя есть электронная карточка с большими деньгами?

— Марина, вы правильно меня поняли. Отвезите меня по свои волшебным маршрутам красоты!

Для подобных случаев Марина подыскала себе замену, по имени Машенька, и уже устроила ее на работу, да ждала, когда возникнет нужная ситуация.

Машенька, словно ждала звонок Марины.

— Добрый день, — сказала она в телефонную трубку, — Машенька далеко? Позовите ее, пожалуйста!

Феликс искренне рассмеялся, увидев входящую в дверь девушку.

— Марина, я уже здесь! — сказала Машенька.

Марина повернула голову с телефонной трубкой:

— Отлично, а то мне ответили, что Машенька далеко, а она уже здесь! Машенька приступай к своим обязанностям, я тебе о них говорила, сейчас твой звездный час для выхода на работу, меня Маг Мак отправил в местную командировку и надолго.

Марина села за руль, рядом плюхнулся на сидение Феликс. Они улыбнулись друг другу в предчувствии новой жизни. Она — освободилась от обязанности быть секретаршей по совместительству, благодаря лучшему состоянию дел в фирме. Феликс почувствовал, что ни в одной Лизавете счастье, и какое могло быть счастье рядом с бедной Лизаветой? И в это мгновение в машине закрылись тонированные окна, и над ними вдруг закружились семь летучих мышей, они с нежностью крутились вокруг них.

Три мыши обласкивали Марину и три — Феликса.

Еще одна мышь смотрела за всеми, выждав момент, когда женщина припала к плечу мужчины, мышь одним взмахом крыла оказалась рядом с ними! Она затрепетала крыльями по открытым шеям, да так, что Феликс невольно обнял Марину с такой страстью, что мало ей не показалось. В этот же момент все мыши от них отлетели и спрятались на втором сидение. Они отпрянули друг от друга. Тонированные стекла опустились. В машине посветлело. Марина и Феликс посмотрели друг на друга с недоумением, но во время рассмеялись, — этот смех услышал Маг Мак, и отключил прослушивающее устройство.

Маг Мак смеялся, сидя у себя в кабинете, он просмотрел и прослушал мышиную любовь в машине, и подумал, какая все это глупость — мышиная возня. Он решил, что в проблеме с мышами отдаст готовые приборы, и больше к этой глупости с мышиными биологическими роботами иметь не будет. Его влекли чисто технические задачи, да, где их взять, если не закажут? Он не любил совместные работы, он ценил собственное могущество, ни с кем не разделенное.

Женщины кроме Марины, его не волновали, и он играл, защищая ее от Рала, от Мартина или Феликса. Он сел в кресло, закинул ноги на стол и думал о новой задаче. Маг Мак понимал, что все научные новости с ногами, и то, что сделает один — становится доступно другим, рано или поздно, тем или иным информационным методом. Он понял, что Глеб напал на чужое живое вещество, и тут завидовать нечему. Маг Бар его вообще не интересовал, задачи у них очень разные.

Магу Маку нравились медицинские фантастические приборы, в этом он видел будущие. Контактное компьютерное исследование пациента несло нечто новое, главное не кровопролитное. Лечение лучами давно известных точек на теле человека, ему импонировало. Но в голове у него было несколько пустынно, ему не хватало новой задачи, желательно оплаченной. Если бы у него были баклуши, он ими с удовольствием бы бил по столу.

В этот момент к Магу Маку в кабинет зашла Машенька и спросила, не подать ли ему чай — кофе. Он быстро опустил ноги со стола, и уставился на молодую особу, вспомнив, что она его новая секретарша.

— Машенька? Вы вышли на работу? Приветствую вас! Мне чай смородиновый. Заказчики не звонили?

— Маг Мак, пришел Мартин, звонок от заказчика перевела ему в кабинет, или надо было вам перевести?

— Ты все правильно сделала.

В кабинет быстрым шагом вошел Мартин.

— Маг Мак, есть заказ!

— Говори, не тяни за душу! — воскликнул Маг Мак.

— Такая глупость, это уму непостижимо! — зарокотал Мартин басом. — Хотят, чтобы ты разработал, — и он остановился. — Машенька, принесите нам чай, — сказал он новой секретарше, которая так и не вышла из кабинета.

— Ты будешь говорить?! — нетерпеливо закричал Маг Мак.

— Было бы чего говорить, — затянул Мартин, — лучше я тебе принесу факс, который уже прислали, — и он выскочил из кабинета, столкнувшись с Машенькой, виртуозно поддержав, поднос чаем, он ушел в свой кабинет.

Нетерпение разбирало Мага Мака, но Мартин не спешил возвращаться. Маг Мак выпил чай, посмотрел на часы, но Мартин не возвращался с факсом. Маг Мак пошел в кабинет Мартина. Тот лежал на полу кабинета и не шевелился. Маг Мак нагнулся, и в лицо ему прыгнула лягушка, лапкой касаясь его носа. Он сел от неожиданности на пол.

— Лягушки нам только не хватало! — воскликнул Маг Мак, глядя на лежащего Мартина.

— Я не просто лягушка, я домашняя швея! — гордо, но членораздельно проквакала зеленое существо.

— Ты, чьих рук дело, госпожа Лягушка? — спросил спокойно Маг Мак.

— Я сама по себе, хотите, я вам пуговку пришью? — и она, оторвав одну пуговицу, быстро стала ее пришивать. Нитки, иголки, ножницы появлялись и исчезали в ее лапках. — Меня сделали для занятых людей, которым лень протянуть руку за иглой, я — биологический робот, так меня назвал Мартин.

— О, господи, кто бы в этом сомневался! — воскликнул Маг Мак, и стал поднимать Мартина.

Мартин приоткрыл глаза:

— Маг Мак, я в лягушку стрелу не пускал, а она разговаривает и прыгает.

— Мартин, все нормально, это очередная пассия Глеба. Он опять скрестил живое вещество с клетками лягушки и получил швею — мотористку. Пуговки она пришить может.

— Ты хочешь сказать, что Глеб производит слуг малого образца, карманных? А жить где дома будет такая лягушка — рукодельница? В ванне болото ей устраивать?

— Ей тазика хватит, — рассмеялся Маг Мак, — только не пойму, кто ее нам подкинул?

— Так по факсу лягушку прислали. А она, как прыгнет, так я чувств лишился.

— Мартин факс с лягушкой на месте, а лягушка сама по себе, ее нам подбросили для ознакомления.

— Зови Машеньку, кроме нее никто не мог нам подбросить зеленую портниху.

Машенька сама зашла в кабинет Мартина, дабы сообщить о приходе мага Глеба.

Маг Глеб с радостной улыбкой перешагнул порог кабинета Мартина, и лицо его вытянулось от удивления:

— Откуда у вас моя лягушка? Кто стащил единственный образец, о котором я молчал?

— Маг Глеб, мы ее не брали, нам эту зеленую рукодельницу подкинули и факсом предупредили об ее существовании, — проговорил Маг Мак, — я не пойму, где она прячет иголки и нитки?

— Лягушка пришила пуговку? Молодец! Понимаешь, Маг Мак, это такая радость — создавать миниатюрных биологических роботов!

— Понимаю твою радость, но не пойму, мне от этого какая польза?

— А, я понял, что ты не понял, сделай голосовой сигнализатор, чтобы лягушка могла выполнять команды по голосу хозяина. Она умеет пришивать, зашивать и немного строчить, как машинка. Так сказать мелкий ремонт на дому.

Приборы Соня медленно раскупались. Маг Бар то прибегал к живому веществу, то нет. Он любил свои личные приборы, не обремененные соавторством. Молодые люди: Крошка, Шишка и Фишка постоянно собирались на его территории. Не нравились Маг Бару живые биологические роботы типа летучих мышей или лягушек — рукодельниц, но новые идеи его посещали значительно реже, чем Мага Мака.

Крошка шла на золотую медаль. Ради дочки Добрыни Никитича, переписывались журналы дорогого лицея в очередной раз. Очень трудоемкий труд учителей — обоснование медалей, все должно быть предельно честно. Поэтому в обычных школах золотая медаль — редкость, правда, на нее вполне могут претендовать дети директоров школ и некоторых учительниц, если они жены директоров.

Друзья Крошки, Шишка и Фишка еще больше подросли и вытянулись и на медали не претендовали. Они все трое были одногодки, и больше ничего общего, кроме интереса к машинам у них не было.

За столом сидели Маг Бар и его молодые друзья, им было на редкость тоскливо, чувствовалась приближающая разлука. Крошку родители после школы решили отправить в округ ее бабушки, на длительную учебу в университет Джокер. Шишка и Фишка были потенциальными призывниками в армию округа. Маг Бар грустил искренне, он к ребятам привык за последние три — четыре года.

Затяжную грусть прервал агент Рал, вошедший в кабинет Маг Бара.

— Всем привет! Боже, какая тоска в ваших глазах! Есть дело, господа и граждане!

— Говори, Рал, с чем пожаловал, — приветствовал тайного агента Добрыни Никитича, Маг Бар.

— Добрыня Никитич, зная о вашей дружбе, предложил Шишке и Фишке сопровождать его дочь Крошку в университет Джокер с дальнейшим обучением.

— Круто! — воскликнул Шишка. — Да кто нас примет в университет Джокер?

— Шишка и Фишка, вы заочно приняты в университет! — с вызовом проговорил Рал.

— А меня куда? — Спросил Маг Бар. — Я один здесь останусь?

— Маг Бар, для вас есть задание, но о нем мы поговорим после ухода молодых людей с Крошкой.

Ребята, возбужденно разговаривая, вышли.

— Задание простое и сложное одновременно, — продолжил говорить агент Рал, — Добрыня Никитич всем троим ребятам, выдает абсолютно одинаковые машины, одной марки Валет, последнего года выпуска, ради безопасности Крошки. Ваша задача — оснастить машины по последнему слову шпионской техники, дабы молодые люди ее не извлекли и не выкинули!

— Это действительно сложно, они мои ученики.

— Ваши ученики не должны знать вашей последней разработки в этой области, можно подключить Мага Мака и Мага Глеба.

Глава 6

Лизавета неожиданно для себя скучала о Феликсе. Панин и Мартин прошли по ее жизни, не зацепив душевных струн. Ей казалось, что Феликс вцепился в нее, как скалолаз в уступ на скале и не отпускает от себя. Она думала о нем, зная, о его постоянных проблемах с перекормом. Лизавета без Феликса и приборов постепенно худела, и медленно, но верно становилась нормальной женщиной.

Она меняла одежду на меньшие размеры и была почти счастлива. Но, вспоминая жизнь у Феликса, ей иногда хотелось к нему вернуться. Она не выдержала и позвонила своему сосуду по перекачке жира, так мысленно она его иногда называла.

Феликс, измученный ограничениями в питании, страшно обрадовался ее звонку. Они встретились в парке, под падающей желтой листвой. Они вновь были в одной весовой категории, не худыми и не полными, но упитанными. Это их порадовало, теперь они были уверены в том, что вес не будет бегать с одного на другого. Они присели на скамью, сбросив желтые кленовые листья, посмотрели на солнечное небо, на листопад и рассмеялись, звонко и непринужденно. Оказалось, что Феликс был почти образованным человеком, он лишь немного не осилил университет Джокер из-за полноты, вызывающей насмешки сокурсников.

Феликс предложил Лизавете ни много — ни мало — пожениться и организовать семейный бизнес. Лизавета согласилась выйти за Феликса замуж, но она отказалась участвовать с ним в одном бизнесе. Она сказала, что ее устраивает работа журналиста. В честь обручения молодой человек подарил Лизавете новый автомобиль Валет, который уже стоял у входа в парк.

Она от неожиданности похлопала ресницами, улыбнулась, погладила машину и подняла глаза на потенциального мужа:

— Феликс, я согласна быть твоей женой и согласна заниматься с тобой одним бизнесом!

— Отлично, Лизавета! Твой бизнес — готовить нам еду и не пускать посторонних на нашу кухню!

— И это все?! Ты хочешь из меня сделать кухарку?! А я-то думала! — возмутилась молодая особа.

— Пойми, еда для нас с тобой — очень серьезный вопрос.

— Прости, Феликс, я поняла, — я согласна готовить на двоих, но тогда оставь мне журналистику, я все успею!

— Я в этом не сомневаюсь, считай, что мы договорились. Про мой бизнес хочешь узнать? Мне отец предлагает объединить трех Магов и стать президентом нового концерна Валет.

— Подожди, то есть ты будешь руководить тремя маститыми изобретателями и держать их продукцию под контролем? Они же упрямые, эти самые изобретатели! Много ты с них не наваришь! — глубокомысленно заключила Лизавета журналистка.

— За их новинками постоянно охотятся резиденты разведок соседних округов, отец считает, что все должно быть под контролем у меня! Что главное для сочинителя? Главное сделать ноги от известности и популярности. Косвенная известность, если ее автор выносит — допустима, но прямая популярность, если она не предназначена для получения денег, вообще не нужна. Если автора хвалят, то чаще для того, чтобы зависнуть крепко в его коммах для увеличения личной популярности. Если ругают, то для потопления ближайших конкурентов.

К чему песня? В сети снизошли до сетевого автора. Вникните, господа сочинители! Всемогущая сеть дошла до того момента, когда авторы известные в сети, могут стать объектом для общего обсуждения. Актеры и певцы, которых уже со всех сторон обгрызли словами, не давали подписку на то, что их будут третировать в сети по любому поводу.

Результат? Чище стала главная страница сайта, и остальных литературных сайтов, испугались господа авторы и покинули блок пост известности. Не за горами то время, когда тысячи неизвестных авторов тонкой струйкой попадут на главное чистилище — на главную страницу сети.

Для чего человек пишет? Для того чтобы отвести душу и очистить голову от назойливых мыслей.

Публикации в сети для этого более чем достаточно. Кто хочет опубликоваться на бумаге, должен иметь деньги и бронированную нервную систему. При публикации в бумаге автор теряет личную индивидуальность. Его творчество исправляют до такой степени, что автор теряет чувство реальности. В его душе появляется устойчивая ненависть к тем, кто его тексты исправил, снимая с него часть ответственности. Если тексты не правят за автором, то они неизбежно становятся болотом. Чтобы стать популярным автором, надо хорошо поссорить деньгами для личной рекламы. А оно надо?

Современные книжные магазины угнетают затоваренностью. Ваши книги поставят под потолок, и никто их не увидит. Книги современных классиков так многочисленны, что вызывают ужас своим количеством. Книги авторов, в которые автор вложил тьму денег на издание и на рекламу, поражают своей не дееспособностью. Авторы, живите долго и счастливо, главное обдумывайте свою популярность заблаговременно.

— Твой отец правильно считает, но тебе не справиться с тремя магами.

— Почему ты обо мне плохо думаешь? Я могу быть суровым.

— При работе с изобретателями нужна гибкость мышления, не хуже чем у них!

— Лизавета, я не глупый человек.

— Феликс, возьми себе человека для связи с изобретателями, тогда ты дело не завалишь.

— Интересно, я и не собираюсь сам бегать между тремя магами! Хотя мысль нормальная, кого предлагаешь для связи?

— Себя.

— Лизавета, ты только что отказалась от участия в моем бизнесе, а теперь себя предлагаешь для связи и руководства тремя китами!

— Я не думала, что дело, которым ты собираешься заняться такого масштаба!

— Так и я не маленький! Я тоже испытал приборы Мага Мака на собственной шкуре, да и ты с ними неплохо ознакомилась!

— Хорошо, а конкретно, где будет твой офис или точнее здание концерна?

— Молодец, Лизавета, — сказал Феликс, уводя ее в парк от машин, — хорошие вопросы задаешь, ответь на них сама, как мой заместитель в семье и работе.

— Хитрый, ты. Ладно, скажу. У Мага Мака есть поддержка Добрыни Никитича, есть свой завод, научный потенциал, и даже есть профилакторий. У Мага Глеба есть поддержка Нимфы, и по наследству от микробиолога ему досталось живое вещество, и имеется своя лаборатория. У Мага Бара есть торговая фирма по продаже автомобилей, лаборатория по разработке нетривиальных приборов для машин. У него в штате крутиться твоя сестра Крошка. Делаю вывод, что твоя семья итак держит все в своих руках! Но тебе предлагают объединить трех магов и трех членов твоей семьи! А это намного труднее, чем объединить трех магов!

— Я восхищаюсь тобой, Лизавета, когда ты все успела узнать?

— Феликс, я кем работаю? Я где лежала в больнице? Я с кем общаюсь?

— Понял я, что мне концерн не потянуть.

— А свадьбу тоже отменишь? — разочарованно спросила Лизавета.

— Я не знал, что мои родственники протянули руки к изобретениям трех магов до меня.

— Не будь трусом! Твоя сестра уезжает учиться в соседний округ. Маг Бар для тебя свободен! Твоя мать — Нимфа предложила мне всех биологических, летучих мышей, они ей надоели! Твой отец так занят властью, что ему не чудес Мага Мака. Видишь — ты один можешь быть владельцем и руководителем нового концерна!

— Я тебя боюсь, ты все знаешь, — прошептал Феликс и сел на ближнюю скамейку, сбросив с нее желтые листья пачкой бумажных носовых платков.

— Опять не угодила, — вздохнула Лизавета, садясь рядом с Феликсом. — Знаешь, что я тебе скажу?! Брось ты это дело, объединять трех непокорных мужчин! Они если надо, то сами объединяться, а если им не надо, они друг о друге не вспомнят.

— Но отец уже выделил деньги на строительство здания концерна, мне, что отказаться? И земля под строительство тоже выделена! Кстати, ее с этой скамейки видно, я не зря тебя сюда привел! — и Феликс указал рукой на место будущего здания.

— А давай там новый театр построим! Место — отличное, подъехать к нему легко!

— И Панину твоему сделать подарок? Да пошел он!

— Тебе не пристало так говорить, он главный режиссер драматического театра.

— Так неинтересно, я с тобой ничего сам не могу сделать, ты лезешь во все вопросы, я уже есть хочу! Мне все это надоело!

— Машина — то моя? — не удержалась Лизавета, чувствуя смену настроения, исчезающего жениха.

— Машина — твоя, — сказал Феликс, протягивая ключи и бумаги на машину, и быстро уходя от всезнающей Лизаветы.

Лизавета не побежала за Феликсом, а посмотрела на бумаги, покрутила ключи от машины, посмотрела еще раз на место, отведенное под строительство. Она села в новую машину и поехала на новой машине к Магу Маку. И рассказала ему о планах Добрыни Никитича, которых боится Феликс.

— Лизавета, ну что я тебе скажу? Да ничего! Мне не нужны еще два Ильича! Мне себя много!

— Маг Мак, но Афанасий Добрыня Никитич от своего плана не отступиться, я вам сообщила информацию первому, чтобы вы определили свое место в будущем концерне!

— Спасибо! Но знаешь, что, хотя, — Маг Мак замолчал, не зная, что ему сказать, предложение об объединении трех Ильичей, оказалось для него полной неожиданностью.

— Ну, чего вам думать? Я скажу, что вы согласны на объединение, работать будете, как работали, правда, добавятся общие работы, так возьмете себе помощника.

— Меня радует, что журналистка будет мной руководить!

— Гордость заела и Феликса и вас. Не буду я вами руководить! Я просто умею узнавать информацию и во время ее подавать, а технические проблемы меня не интересуют.

— Замечание принято, уж лучше ты, чем Нимфа. Согласен я — на объединение и твою тактичность.

— О, отлично! Тогда пишите, чего вам не хватает для работы с психотропными приборами.

— Это мы непременно напишем, — улыбнулся довольный Маг Мак.

Лизавета поехала домой, на сегодня с нее было достаточно.

Но завелся Маг Мак и позвонил Магу Глебу, они поговорили о будущем объединении.

Маг Глеб позвонил Маг Бару, и они согласовали свои требования к новому концерну. Три мага на следующий день отправили по факсу резюме — Лизавете в редакцию. Она взяла три подборки требований и пошла к Феликсу. У того от удивления слов не было. Лизавета за сутки прокрутила первый пункт его деятельности, его вовсе не напрягая. Феликсу это сильно понравилось.

Вечером Феликс появился перед отцом. Добрыня Никитич обрадовался, что его сын хоть на что-то способен, и на радостях разрешил ему жениться не на принцессе из соседнего округа Шпиль, а на Лизавете журналистке. О свадьбе Лизаветы и Феликса информация прошла по всем средствам массовой информации. Прибыли делегации из соседних округов, граничащих с округом Клюква. Крошка не приехала на свадьбу брата, ей было не до него, она училась. Событие намечалось серьезное.

Первые снежинки падали на фату невесты, когда Лизавета и Феликс шли из машины до дворца бракосочетания. Неожиданно над ними выпустили стаю голубей, и только те взлетели, как над головами пролетели биологические мыши, и нежно коснувшись гостей, исчезли в открытой двери фургона. Регистрация брака прошла на высшем уровне. Ресторан вместил нужных людей для продолжения банкета. Молодых оставили в шикарном гостиничном номере, расположенным над рестораном, созданном для молодоженов, снабженном всем для создания счастливой брачной ночи. Но кто знает чего, больше было на гигантской кровати слез или любви?

И вот тут Лизавета поняла, что с Феликсом любовь — это напряг. Он слишком ленив для любви, и настолько сытый, что, коснувшись пышной постели, он заслуженно захрапел, словно выполнил все задачи, поставленные на этот день. Она села в кресло и посмотрела на спящего молодого мужа, настолько молодого, что не ставшего ей мужем в традиционную для этой цели ночь. И тут она вспомнила томные взгляды Маг Бара, этого непреступного мага, сидевшего в ресторане за соседним столиком. Он был закоренелый холостяк и на свадьбу пришел один. Ей страстно захотелось обнять мужчину, пусть даже чужого, главное не спящего в свадебную ночь!

За окном послышалось певучая мелодия, исходящая от множества машин. Это Маг Бар переставил всю охранную сигнализацию и создал поздравительную мелодию из тревожных сигналов. Это было нечто! Лизавета подошла к окну и увидела среди машин Маг Бара, смотрящего в ее окно! Он махнул рукой, и к окну Лизаветы подъехала машина с ковшом. Она открыла окно и перешагнула в ковш, который плавно опустил ее к Магу Бару. Он взял ее на руки, чего так и не сделал Феликс и опустил ее перед своей машиной, весьма внушительных размеров, похожей на растянутый в длину джип. Они сели в машину и уехали в сторону его дома.

Маг Бар жил не в столице округа, а в пригороде на берегу чудного озера, в небольшом двухэтажном коттедже. У него была спальня с квадратной кроватью, на которую и принес Маг Бар Лизавету, в свадебном платье, не измятом ее спящим мужем…

Маг Бар выкрутил свет до минимума, и предложил своей даме посетить ванну, оказавшуюся квадратным бассейном. Вода так быстро наполнила емкость, что Лизавета удивиться не успела, как оказалось в воде с комочками морской соли. С другой стороны к бассейну подошел Маг Бар, в спортивных шортах и опустился к ней в воду. На Лизавете были трусики — резинки, и бюст — чашечки. Она была очень мила с красивой прической на голове и маленьким цветочным украшением. Они приникли друг к другу трепетно и нежно, он гладил ее молодое тело, она копировала его движения и гладила его мускулистое тело, с нежной порослью волос. Он плавал вокруг нее, он смешил ее, он завлекал молодую…

Она не выдержала, и резким движением подплыла к Магу Бару, обняла его судорожно и страстно. Он поднял ее на руки, и положил на лежбище, покрытое махровой простыней, на краю бассейна, а сам подтянулся и выпрыгнул к ней. Они ушли на квадратную кровать, покрытую красно — вишневым шелком.

Остатки одежды они сбросили одновременно. Жизнь закрутилась со скоростью ласк. Их тела желали друг друга. Их губы искали друг друга. Их прикосновения носили все более страстный и темпераментный характер. Они не смущались, а были полностью подчинены власти любви. Они любили друг друга…

Гости из ресторана разъехались под утро, не вспомнив о молодых.

Феликс проспал до восхода солнца, пока оно ему не засветило в глаза. Он проснулся и увидел нетронутое поле гигантской постели. Защемило сердце тоненько и верно. Лизаветы рядом с ним не было, не было и ее свадебного платья.

Марина держала в руке аквамарин, граненный в виде сердечка. Зеленовато — голубоватый камень светился в глазах. Она с удивлением смотрела на Мартина, это он подарил ей пленительное чудо, окруженное золотой колыбелью, которая висела на красивой золотой цепочке.

— Марина, тебе понравился кулон из аквамарина?

— Очень, — выдохнула Марина. — Я не ожидала от тебя такого подарка! А что если его приклеить на прибор Сердечко? Магу Маку может понравиться.

— Умная! Вся в магов! Я тебе подарил!

— Грехи замаливаешь или это аванс в честь будущих отношений?

— Если ты имеешь в виду Нимфу или Лизавету, то они со мной не были и не состояли.

— Отлично. Принимаю подарок, тем паче, что мне сей самоцвет под цвет глаз подходит, да и имя мое в аквамарине есть.

— Ой, ну, наконец-то меня оценили! — выдохнул Мартин.

Они встретились случайно после свадьбы Лизаветы и Феликса, если не учитывать дежурство Мартина в машине у ее дома. Марина теперь не работала в фирме Мага Мака от скуки на все руки, и связь ежедневная была потеряна.

Мартин скучал без шикарной женщины. Машенька, в качестве секретарши, не могла заменить ему Марину. Марина на свадьбе так была хороша, что ее заметили все мужчины, кроме Феликса. Ее заметил даже Добрыня Никитич и пригласил в состав своего правительства, дабы было на кого смотреть на совещаниях по делам округа Клюквы.

При первой встрече в административном здании Добрыня Никитич подарил Марине сувенир — крупный аквамарин в виде ограненного овала, в золоте на булавке. Брошь украсила ее деловой пиджак на следующий день, став визитной карточкой.

На этом мужские подарки не закончились. Маг Мак решил поздравить Марину с повышением и подарил золотые сережки с аквамарином.

Она даже не успела удивиться, как он сказал:

— Марина, мне в ювелирном магазине предложили именно этот камень, сказав, что он усиливает защитные свойства организма, а это для тебя будет очень важно.

— Спасибо, Маг Мак! Прости, я тебе не говорила, что мне сам Добрыня Никитич подарил золотую брошь с аквамарином, и Мартин подарил золотой кулон с аквамарином.

— Это я последним оказался в ряду твоих поклонников? У меня на ревность сил не хватает после эпопеи с Сердечками.

— Не надо меня ревновать, видимо на новом месте работы аквамарин станет моей визиткой, как будто кто вас троих заставил его купить для меня?

— Все возможно, ты идешь на большую должность! Только не пойму: почему?

— Знакомься, твоя бывшая сотрудница — министр нестандартного приборостроения!

— Сотрудница, ты, что уже у нас не работаешь? Ты будешь мной руководить?

— Маг Мак, с тебя теперь и Машеньки достаточно.

— Марина — министр! Звучит. А Нимфа тебя не сбросит с высоты?

— Я — Марина! Министр.

— Да, звучит — министр округа Клюква и в аквамарине с ног до головы! Тебе еще не подарили на ноги цепочки с аквамарином? А когда поедешь в командировку в округ, где много диких обезьян, и где добывают аквамарины?

— Не все сразу.

— Ладно, я пошутил.

Марина на самом деле еще полностью не осознала, куда и зачем ее назначили. Да, она училась с тремя магами, но до аспирантуры не дотянула, осталась инженером, потом была замом Мага Мака на фирме. Да, она много знает о приборах, но сама их последнее время не разрабатывала, а только испытывала. Правда она хорошо знает лично тех, кто занимается нестандартным приборостроением…

Не успела она подумать, как пошли поздравительные звонки. И когда люди успели узнать о ее назначении? Лично приехал Маг Глеб вместе с маленьким Илюшей, они подарили — золотую цепочку с камешками из аквамарина для ноги! Маг Мак, увидев подарок Мага Глеба, рассмеялся:

— Маг Мак, ты, почему смеешься над подарком? Я сам выбирал его!

— Или тебе предложили?

— Скорее предложили купить, узнав, кому подарок.

— Где-то Маг Бар пропал, интересно, что он подарит? — спросил Маг Мак.

— О, вы, что не в курсе? Отстаете от счастья? — улыбнулся Маг Глеб. — Маг Бар, к вашему сведенью, украл невесту Лизавету из опочивальни молодого мужа Феликса и увез к себе в пригород.

— Молодец, Маг Бар! Не дремлет! — бравурно воскликнула Марина, чувствуя, что перестает быть предметом для разговора.

— Этот холостяк украл невесту?! — искренне удивился Маг Мак, а мы уехали до этого события. Я ничего не знал.

— Вы телевизор включите, там только об этом и говорят. Усадьба Маг Бара окружена журналистами, там все снимают! Информация расходится по всему миру!

— А мы все отключили, думая, что все новости о назначении Марины говорят, — заметил Маг Мак.

— Маг Бар затмил всех! — воскликнул довольный Маг Глеб.

— Глеб, а ты, чему радуешься? — удивилась Марина.

— Маг Бар всегда был самый неприступный, а тут Лизавету отхватил в подвенечном платье прямо с кровати новобрачных! Как на это Добрыня Никитич посмотрит? Я уж не говорю о Феликсе, — ответил Мартин.

— Это любовь, — рассмеялась Марина.

— Получается, что мы были на свадьбе мага Маг Бара, а не Феликса! С Мага Бара причитается! — усмехнулся Маг Мак. — Интересно, как он выкрутится из этой ситуации?

— Надо у него спросить, — ответил Маг Глеб и достал сотовый телефон.

Но телефон Мага Бара хранил молчание.

Маг Бар смотрел в окно на журналистов, окруживших металлическую изгородь его усадьбы со всех сторон.

— Лизавета, за оградой твои собратья по перу собрались, ждут интервью из первых уст. Хочешь поговорить?

Лизавета вылезла из-под красно-вишневого шелкового одеяла, посмотрела спящими глазами на Мага Бара и сонно вздохнула.

— Не хочу я говорить, я спать хочу, — промурлыкала она.

— А люди работают! Им на тебе сегодня надо деньги сделать! Пойди, поговори, да отправь их на все четыре стороны света.

— Хорошо, я встану. А Феликса среди них нет? — тревожно спросила невеста без места.

— Не вижу. Спит еще.

Лизавета сообразила, что кроме свадебного платья у нее ничего нет, если не считать мужской рубашки Маг Бара. Она надела его рубашку и вышла на балкон. Журналисты захлопали руками, засверкали вспышками, зажужжали камерами.

— Доброе утро, всем! — крикнула Лизавета. — У меня все нормально!

Раздались смешки со всех сторон. Она фыркнула и скрылась в доме.

Журналисты большего выступления от нее и не ждали. Важно, что их коллега жива, здорова.

Режиссер Панин получил информацию о нахождении Лизаветы от ее коллеги по газете. Он был рад непредвиденной раскрутке журналистки, но его также интересовал взгляд Добрыни Никитича на этот счет. Панин позвонил Феликсу, чтобы узнать, как он себя чувствует. Феликс молчал, урчал и ничего путем не отвечал. Панин решил, что пусть Лизавета сама выпутывается из этой ситуации, а он подождет ее возвращения.

Лизавета опять была в ситуации, когда надеть на себя ей было нечего, не в свадебном же платье возвращаться домой!? Первый снег растаял, но холод остался, а она почти без одежды находилась на чужой даче! Дом Маг Бара она приняла за его дачу и не более того!

И она решила наглеть!

— Феликс, — проговорила она по сотовому телефону, брошенному жениху, — привези мне одежду! Я на даче у Мага Бара. Не знаешь, где его дача? Он тебе расскажет.

— Лизавета, спасибо, что ты нашлась! Но пусть он тебя домой на машине в своей одежде отвезет! Тебе не привыкать: быть чучелом!

— Так ты на меня не сердишься?

— С какой стати мне сердиться? Я поел, выспался, теперь лежу и смотрю на тебя по телевизору, как ты на балконе в мужской рубашке стоишь.

— Вот видишь, мне выйти из дома не в чем!

— Да, ты неподражаемая женщина! Слушай, Лизавета, но я против того, чтобы после Мага Бара ты ехала ко мне.

— Феликс, Маг Бар предлагает мне остаться у него, одежду он мне сюда привезет, все, пока! — крикнула Лизавета в трубку и обняла Мага Бара.

Феликсу позвонила мать, Нимфа:

— Сын, ты попал в такую переделку! Не ожидала я этого от Лизаветы!

— Мама, все отлично! Я стал популярным сам по себе!

— Такой популярности не позавидуешь! Твоему отцу и мне со всего мира пишут всякую чепуху! Мне стыдно за тебя!

— Глупости! Я чист и во время остался свободным.

— Феликс, мы найдем тебе другую невесту!

— Невест мне больше не надо, мне и так хорошо.

Марина, вспомнив свои приключения, надела синий костюм, синие туфли и все золото с аквамаринами, пришла на прием к руководителю Добрыня Никитичу. Он, увидев голубоватую богиню в аквамаринах, улыбнулся, показывая белые, ровные зубы. Его жена Нимфа, тоже предпочитала такие цвета. Марине показали кабинет и представили молодого секретаря Шишку, друга Крошки, сбежавшего с университета Джокер. Шишка с обожанием посмотрел на Марину, свою начальницу в должности министра, и сразу приобрел ее симпатию. Мы понравились друг другу.

Феликс подумал о том, что он теперь руководитель корпорации, и что его помощница сбежала к другому мужчине. Заниматься строительством нового здания ему не хотелось. У него было одно желание — избавиться от такой нагрузки. В его голове промелькнула мысль, передать еще несуществующую корпорацию под эгиду министерства. Он надел голубоватый костюм, синие туфли и поехал в министерство нестандартного приборостроения.

Марина села в кресло, оглядела кабинет, и в этот момент ей доложили о приходе Феликса. Он вошел вальяжно и плюхнулся в кресло для посетителей. Она улыбнулась и спросила, чем может ему помочь. Они друг друга поняли с полуслова, его тема была ей знакома, оставалось найти исполнителя проекта, под начальством якобы Феликса.

В голову пришел один вариант — Маг Глеб! Марина прекрасно понимала, что все, что он делает — вторично, что он использует чужие наработки, а они не вечны, как не вечна микробиолог, благодаря которой он выбился в известного человека. Маг Глеб оказался дома и довольно быстро приехал в министерство в темно — синем костюме и синих туфлях.

Марина, Феликс и Глеб сели за стол переговоров. Маг Глеб согласился возглавить корпорацию 'Прибор Z' в качестве заместителя Феликса. Все удачно складывалось для первого дня Марины в качестве министра, о чем она доложила Добрыня Никитичу. Довольный решением Марины, он дал ей право решать все самой, без дальнейших докладов.

Маг Глеб поставил одно условие: его жена Жанна должна работать в новой корпорации! Она сидела с маленьким Илюшей, и теперь ей надо было выходить на работу. Условие понравилось Феликсу, он назначил его жену своим личным секретарем по связи с общественностью, тем самым, отодвигаясь от всех проблем.

Жену Глеба, интересную, молодую женщину с длинной косой, закрученной вокруг головы, звали Жанна. Она была из работящей семьи, в которой мать и отец работали всю свою сознательную жизнь и при этом не богатели. Феликс был потрясен внешностью Жанны. Ее коса — его пленила. Таких исполнительных женщин он не встречал. Она была в меру стройна, в меру полная, скорее фигуристая. Лизавета проигрывала ей в его глазах и сразу растаяла в памяти, как страшный сон, оставив на память два штампа в документе личности.

В своей квартире на проспекте Джокера он сделал своей офис и приемную комнату для Жанны. Он подписывал финансовые затраты, этим его участие в создании корпорации ограничивалось. Феликс прикупил соседнюю квартиру, сделав в ней спальню, совмещенную с кинозалом и столовой, на этом его трудовая деятельность останавливалась.

Маг Мак сник после ухода Марины в министерство округа. Грусть тоска съедала его сердце, секретарша Машенька — не радовала. Новые роботы не появлялись. И вдруг в офис вошел Рал с заданием для внутренних структур округа — создать прибор 'Вспышка памяти'. Смысл прибора: луч прибора направляется в ту часть мозга человека, которая отвечает за память. На приборе выставляется дата и время событий, и человек вспоминает то, что от него требуют сказать следственные или иные органы власти. Новая работа поглотила все мысли Мага Мака. Он работал с полной отдачей, заставляя работать и своих сотрудников.

Мартин занимался продажей уже разработанных серий приборов, его способности развивались медленно, продукция фирмы так же медленно продавалась. И в его планы не входило объединение всех фирм трех магов. Его устраивал Маг Мак и работа с ним. Мартина не привлекала вновь создаваемая корпорация Прибор Z, он не мог объять все изделия и не хотел. Он пригрелся на фирме и лишний контроль ему был не нужен. Мартин решил, что это Феликс хочет потревожить его теплое местечко и стать главой корпорации. Марина знала эту особенность Мартина, помогала ему понять действие приборов, и направляла его мысли в нужное русло. Без нее Мартин практически остановился в своем развитии. Машенька вообще о приборах фирмы понятия не имела, она работала чисто, как секретарь, не вникая в технические подробности, и не страдала комплексом неполноценности. Для нее было важно то, что показывало зеркало, остальное ее не волновало.

Мартин задумал убрать объект своей нервозности — лидера новой корпорации Феликса. Он в отсутствие Мага Мака садился на его рабочее место и просматривал клиентов фирмы на телевизионных экранах. Феликс все еще пользовался прибором Аппетит, поэтому был под негласным наблюдением Мага Мака. Таким образом, Мартин узнал о Феликсе все, что хотел. Своим умом он понял, что Феликс — ленив, и меньше всего занимается созданием корпорации, и строительством нового здания. Еще он с удивлением узнал, что всеми делами стал руководить Феликс! А Мартина интересовали только личные доходы и прибыль с продажи приборов Мага Мака без посторонних капов на его личной березе прибылей.

Мартин хотел одного — чтобы ничего не менялось! Как отвести Феликса от доходов фирмы Мага Мака? Мартин на этом споткнулся, дальше он ничего не мог понять! Тогда он перевел камеры слежения на Мага Бара и с удивлением узнал, что Маг Бар пользуется прибором Сердечко для привлечения к себе Лизаветы! И еще Мартин сделал вывод, что Маг Бар деньги на своих изобретениях практически не делает, а занимается продажей автомобилей. Получалось, что корпорация Прибор Z могла потреблять только умственную энергию Мага Мака!

Мартин так расстроился, что невольно увеличил свою долю прибыли в продаваемых изделиях. Он не выдержал новой информации и вечером позвонил Марине домой, дабы выяснить ситуацию с ее точки зрения. Но Марина четко сознавала, что для ее министерства выгодно иметь в подчинении крупные корпорации, и была прямо заинтересована в создании новой корпорации Прибор Z.

Мартин от холодного тона Марины расстроился и решил отмстить, но кому? У него выявились такие враги, что врагу не пожелаешь, и все норовят укусить его пирог доходов! И тут он вспомнил о Фае и Рае! Давно он этих дамочек не видел! Они теперь работали в одном из секретных цехов. Фая и Рая пришли в кабинет главного менеджера по продажам Мартина. Он объяснил им ситуацию и сказал, что их фирме угрожают состоятельные или влиятельные люди. Дамочки подумали и решили, что против Феликса и Марины они по понятным причинам не пойдут, а вот притормозить деятельность Мартина они смогут.

Этого Мартину было вполне достаточно, он нашел на кого сбросить свои заботы.

Он нашел по документам, что Маг Глеб купил прибор Жалость, следовательно, за ним можно было наблюдать. Каждый прибор последнего поколения имел скрытую камеру слежения, которая отслеживала хозяина прибора, будучи в любом месте его квартиры или одежды.

Фая и Рая получили от Мартина по новому прибору Жалости, фотографию Глеба, его координаты. Указание было одно: отвлечь Глеба от фирмы Мага Мака любым путем! Дамочки разбирались в продукции фирмы и предложили Мартину продать или подарить Феликсу прибор Сердечко последнего поколения, для привлечения к нему Жанны. Мартин сам отвез Феликсу новый прибор, как постоянному клиенту в подарок. Все трое сели у экранов телевизор для наблюдения за Феликсом и Жанной, нужные кадры они превращали в цветные фотографии.

Через пару дней материалы против новой парочки были собраны. Фая и Рая передали фотографии Глеба, включив против него два прибора Жалости. Господин Мартин, увидев на фотографиях жену Жанну с Феликсом в разных неблагообразных позициях, так воспылал жалостью к себе любимому, что слезы полились из глаз Глеба. Он рыдал, крокодиловыми слезами, не стесняясь Фаи и Раи. После рыданий из него вырвался звериный крик, потом на него напало безразличие.

— Я не буду работать на Феликса! — мрачно проговорил Маг Глеб. — А эти фотографии я покажу Марине для ознакомления, чтобы она меня отпустила с этой работы.

Дамочки в знак согласия оставили его одного с фотографиями его жены и ее нового любовника.

Марина, посмотрев на фотографии, засмеялась от души, на ней ходуном заходили аквамарины, с которых не спускал глаз Маг Глеб.

— Прости, Глеб, я не сдержалась. Одно не пойму, где ты на фото увидел измену?

— Они там сфотографированы в разных позах.

— Надень очки, я и то вижу, что это фотомонтаж! Это подделка! Твоя жена — честна перед тобой! Потом, не забывай Жанна кузина Феликса.

— Правда? — с надеждой в голосе спросил Маг Глеб.

— Да, правда. Это — фотомонтаж и не более того, тебя хотели настроить против жены или Феликса, я еще не поняла против кого, но скоро пойму, — говорила Марина изо всех сил, понимая, что это дело рук Мартина.

Успокоенный Глеб ушел работать.

Марина, весьма расстроенная, вызвала к себе Мартина.

— Мартин, ты чего добиваешься от Глеба? Чем он тебе не угодил? — стала Марина задавать вопросы, как только Глеб перешагнул порог кабинета.

— Марина, они хотят…

— Какое твое дело кто и что хочет? Ты продаешь продукцию, и продавай! И не лезь в планы округа! Я делаю все правильно и не менеджеру обсуждать министра!

— Так, прости. Я могу уйти? — подавленно спросил Мартин.

— Ты можешь мне не вредить?

— Могу.

— До свидания.

Фил для поддержания своей репутации шпиона уровня 007, пришел к мысли, что ему не хватает ежа безопасности. Он так часто переворачивался на машине, а потом вылезал из самых невероятных ситуаций, что захотел элементарного комфорта. Фил придумал схему переворота машины. При резком наклоне корпуса машины или ударе о корпус должен появляться наружный еж безопасности. Конечно, цена машины резко возрастет, десятки круглых направляющих, по которым вылетят спицы безопасности, будут стоить, но не дороже жизни. Неплохо бы было подпружинить спицы, тогда корпус ни при каких обстоятельствах не сомнется. Механика плюс автоматика, но дальше идеи Фил не пошел, но доехал до дачи Маг Бара.

Маг Бар был дома и разговаривал с Лизаветой. Она увлеклась планировкой земли вокруг дома. На улице мела метель, а она на плане рисовала цветы, траву и кустики. Маг Бар и Фил уединились в кабинете. Идея Фила очень понравилась Маг Бару, он решил, что при поддержке новой корпорации он сможет создать безопасный автомобиль. Оплату за разработку и изготовление пяти машин Фил гарантировал. Лизавете понравилось жить в загородном доме. Она чувствовала себя в нем единственной хозяйкой, и с удовольствием преображала дом, пока на улице лежал снег. С Магом Баром они ладили и легко находили общее решение по любым вопросам.

Фил, заметив домашний комфорт в доме, не стал уделять внимание Лизавете, дабы не настраивать против себя Маг Бара. Сделав дело, он удалился.

Маг Бар сел прорисовывать по памяти различные узлы машины, пытаясь пронзить их спицами, различной толщиной. Он пришел к выводу, что чем спицы тоньше, тем их должно быть больше, и чем они толще, тем меньше их должно быть. Задачка, поставленная перед ним, была насыщенна проблемами, но и деньги за нее уже были перечислены немалые.

Райскую тишь в доме Маг Бара нарушила Крошка, приехавшая на зимние каникулы, домой. Она появилась в сопровождение Фишки. Они едва кивнули головой Лизавете и влетели в кабинет к Магу Бару. Все втроем они наклонились над прорисовками безопасного автомобиля. Теперь они были заняты одной целью. Прежде, чем показать идею вышестоящим органам, ее надо довести до уровня реализации, — так всегда считал Маг Бар.

Идея Фила нашла своих почитателей.

Когда были готовы компьютерные варианты безопасного автомобиля, Маг Бар был один. Крошка к этому моменту с Фишкой отбыли на учебу. Маг Бар с чертежами явился в министерство, к Марине. Она, взглянув на проблему, решаемую Магом Маком, тут же отправила его к директору завода авто — Клюква. Задача выходила за рамки ее ведомства. Директор авто завода идею не одобрил, и на деньги не клюнул.

Маг Бар готов был расстроиться, но раздумал и пошел к Магу Глебу, вспомнив, что тот теперь практически возглавляет корпорацию неадекватных приборов. А вот Глеб Ильич от задачи пришел в восторг, даже сам прорисовал пару мест в автомобиле, пронзенных спицами, диаметром миллиметров двадцать. Они весело рассмеялись и поняли, что задача имеет решение, а цех для создания чудо — автомобиля будет на базе новой корпорации, в которую включены автомобильные разработки. Счастливые они вызвали на переговоры Мага Мака.

Маг Мак, посмотрев на ежа безопасности, сказал, что для окружающих машин он не является безопасным, хотя что-то во всем этом есть. Три мага сидели вокруг стола переговоров, смотрели на прорисовки и молчали.

Марина решила, что она неправильно поступила с Глебом и сама прибыла в его новый кабинет а, где и застала в сборе всех. Мужчины улыбнулись министру в аквамаринах с улыбками без блеска в глазах. Глаза были серьезные и радости не выражали.

— Ребята, что с вами? — спросила Марина с министерскими нотками.

— Марина Ивановна, я зря вас потревожил, — заныл Маг Бар.

— Марина, они глупость придумали, — сказал Маг Мак.

— Все нормально, надо добавить для безопасности окружающих сферу на наружные выступы ежей, — проговорил задумчиво Маг Глеб, — которая вылетит из спиц, как лист из почки ветки, или зонтик.

Разом все заговорили, появились настоящие улыбки.

В этот момент в кабинет прорвался Фил, которого не хотела пускать секретарь.

— О, все в сборе! А мне говорят, что я зря кинул деньги на ветер, — проговорил нервно Фил.

— Все нормально, Фил! Процесс пошел, — сказал ему Маг Бар.

— О! Рад слышать. Когда будет первая машина? — спросил Фил. — У меня есть серьезные для нее испытания!

— Главное она будет сделана, мы в этом все заинтересованы, — ответила Марина, сверкая аквамаринами.

— Какой у вас красивый синий бриллиант! — воскликнул восхищенный Фил.

— Вы шутите? Мне подарили аквамарины в честь моего повышения. Бриллиантов у меня нет! — уверенно ответила Марина.

— Есть! Брошь у вас с алмазом! Все остальное — действительно аквамарины, — подтвердил Фил.

— Брошь мне подарил Добрыня Никитич, глава округа и сказал, что камень — аквамарин, — удивилась Марина.

— Он скрыл от вас истинную ценность камня. Это весьма редкий алмаз под названием 'Синий аквамарин'. Я о нем немного читал. То есть он сказал почти правду.

Этого не выдержал Маг Мак.

— Марина, за что тебе подарили алмаз?

— Маг Мак, не унижай меня, у меня и так шок от новости.

В кабинет вошел Рал.

— Маг Глеб, наконец-то я вас застал! Мне Маг Мак… — и тут он заметил Мага Мака, — простите.

— Говори, что хотел сказать, — проговорил Маг Мак.

— Я хотел уточнить, когда будет готов прибор 'Вспышка памяти', - подавленно проговорил сотрудник внутренних дел округа Валет.

— Он почти готов, не хватает драгоценности для преломления луча. Алмаз бы подошел, можно и другие камни с твердыми гранями использовать. — Ответил Маг Мак.

— Так тебе алмаз нужен для дела? — спросила Марина.

— Ну, твой алмаз слишком дорогой, хотя аквамарины твои я бы с удовольствием приватизировал в технических целях.

— Снять сейчас или можно дома?

— Не мелочись, женщина. Ты хоть знаешь, что из аквамарина сотни лет назад делали линзы для очков? Это еще тот самоцвет. Да, мне аквамарин нужен для приборов 'Вспышка памяти', - сказал Маг Мак.

— аквамарины привезут, закажем и привезут. Не понятно, почему меня осыпали этими камнями?! Чтобы я их мужу отдала?! — улыбнулась Марина.

— Так вопрос решен? — спросил Рал, выслушав Марину. — Тогда я пошел, — и он выскочил из кабинета, нашпигованного людьми.

— Марина, забыл сказать, аквамарин — излечивает лень! — проговорил Маг Мак.

— Спасибо всем! — воскликнула Марина и вышла из кабинета.

В голове ее возник образ красивого, но ленивого Феликса. Она вспомнила поездку на машине в облаке летучих мышей. Вот кого надо лечить аквамарином! — подумала она и поехала к Феликсу домой. Жанны дома не было, ее рабочий день к этому времени закончился. Феликс искренне обрадовался приезду Марины. Она села в кресло, попросила воды, посмотрела, как медленно он пошел выполнять ее просьбу, и подумала, что теперь понятно, почему подарили аквамарины, чтобы она не ленилась, будучи министром!

Глава 6

Однажды Фила, представителя округа Джокер, пригласили в округ Валет для проведения уникальных экспериментов, связанных с полетом на планету Макро. Поездка совпала с выборами главного мага. Безбрежное солнце в конце октября приятно грело. Деревья едва окунулись в золотую осень. Пруд оживляли маленькие стайки уток. Благодать царила в природе и в народе, но через неделю все резко изменилось: пошли серые дожди, полетели листья, напряглась избирательная информационная лента новостей и общественная обстановка стала неуправляемой.

Голосование за мага происходило необыкновенно просто: избиратели приходили в пункты голосования, вводили в машины считывания информации личную карточку, код карточки считывался, и машина запоминала того, кто проголосовал. Машин стояло несколько по числу кандидатов в главные маги.

Служба регистрации голосов избирателей не имела права сообщать о том, кто за кого проголосовал. Все просто. Но в выборы вмешались золотые запасы далекой страны Грез. В стране Грез жили умнейшие хакеры, им заплатили родственники жены кандидата в главные маги. Жена кандидата Ивина, родилась в стране Грез, и хотела быть женой главного мага округа Валет. Хакеры из страны Грез на своем самолете прибыли в округ Валет.

Климатические условия в странах были очень похожими, это позволяло использовать хакерские наработки без дополнительных переработок. Хакеры испортили результаты голосования. Возникли проблемы с выбором мага.

В довыборные времена Фил был на приеме у главного мага страны, а сейчас все примолкли, праздничные и светские визиты в кругах власти великих магов отсутствовали. Мысленно Фил решил проанализировать ситуацию в округе Валет. Что же произошло в стране, покрытой редким налетом снега?

На дачном приеме отравили кандидата в главные маги страны. Власть магов не выдавалась лишь по одному желанию кандидата. Кандидат Маг Мак захотел и страну, и одну из самых популярных в политике бизнес-леди Нимфу себе в помощницы.

Нимфа была любима мультимиллионером этой страны, Добрыней Никитичем, занимавшим пост главы округа. Он из-за службы безопасности не согласен был отдать свою бизнес — леди в логово кандидата в главные маги. Политика исчезла, как мыльный пузырь с лица кандидата, и на первый план вышли соперники бизнес-леди. Нимфа стоила того, чтобы из-за нее происходили стычки между сильными мужчинами, а окружающие при этом думали, что идет борьба за место под теплым солнцем.

Представьте, что за столом на фешенебельной даче Мультимиллионера сидели: бизнес-леди Нимфа, кандидат в главные маги — Маг Мак и сам мультимиллионер Добрыня Никитич. Все трое были так умны, что подставить их мог только четвертый человек или его исполнитель. Скоро сказка сказывается, но быстрее действует Маг Бар и его летучие мыши, которые не любили Мага Мака.

Маг Бару захотелось вернуть Нимфу домой к летучим мышам, и десятью граммами секретного отравляющего вещества он запросто уничтожил двух соперников: отравил Мага Мака, а Добрыню Никитича лишил всех званий, за то, что он сидел за одним столом с кандидатом в главные маги. Вот какая сказка происходила в округе Валет.

Да, еще в выборы вмешалась страна Грез. Миллиардеры страны пустили золотую струйку на расшатывание власти в округе Валет. Они три недели подкармливали всех бомжей и студентов страны, дали в руки им цветные тряпочки, заставили бить бочки палками и мешать работать верховной власти магов. Люди получили за тряпичную революцию кофе, хлеб, палатку и десять монет в день, за стояние перед зданием магов.

Нимфа жаждала занять второе место в стране по значимости власти после главного Мага. Для этого бизнес-леди заставила стуком палок по бочкам отказаться Мага Мака от половины своих полномочий в пользу второго человека страны, а вторым человеком после перевыборов и будет она — бизнес-леди. О, какая мудрая Нимфа!

Страшная ерунда творится в округе Валет, — подумал шпион Фил округа Джокер, — все так перепутано! Почему всех боится Маг Мак? Почему он как запуганный, зайка жмется в потайных дверях своего дворца? Но это полбеды, самое непонятное, что деньги миллиардеров из страны Грез идут на бизнес-леди? То есть во власть идет, говоря нормальным языком — Нимфа, жена мультимиллиардера. Логика железная. Это нормально. Это чисто женское первенство.

Где Маг Бар мог взять отравляющее вещество, состоящее на вооружении округа? У Мультимиллионера, отвечающего за безопасность округа? Бред. Но взял. Взял руками биологических летучих мышей, тем самым лишая Нимфу второго места в структурной власти страны. Все страны устали от новостей из округа Валет. Впереди жителей округа ожидала очередная избирательная компания, но вдруг вновь вмешаются хакеры, или золотая струйка денег опутывает мозги нужных людей, внося в страну дожди солнечного цвета, которые проникают внутрь человека и искажают его органы и внешность.

Шпиона Фила ужаснули новости округа Валет, где к нему так привыкли, что забыли, что он шпион обыкновенный… Кто будет мудрым Магом Маком? — думал он, когда проверял отравляющее вещество на химический состав. Токсичные вещества вывели из организма Мага Мака, и все стало неинтересным, для химика и шпиона Фила.

Марина после выборов Мага Мака, почувствовала себя безумно старой дамой.

Она — женщина странных лет: уже на пенсии, но еще работает столько, сколько сможет. Жизнь прекрасна, но все чаще достаются ей негативные стороны. В молодости можно влюбиться и любовью прикрыть все финансовые и морально — этические нормы. А в ее возрасте любовь без денег не получить, да и не нужна любовь по биологическим нормам. Поэтому она сужает свои потребности во всем и на первое место ставит элементарное выживание в той среде, где находится.

Существует прекрасный совет по воспитанию детей: Постоянно перекладывать на плечи детей проблемы, которые они в состоянии решить сами. С этого и надо начинать день, вместо разборок: кто и кому и что обещал. Потребности детей растут в той прогрессии, которую в состоянии поддерживать близкие люди.

Возможности Марины с годами уменьшаются, уменьшается и натуральное здоровье, его постоянно приходится поддерживать искусственно. Можно радоваться тому, что есть, но впадать в угнетенное состояние — непозволительная роскошь. Поэтому она делает вывод: решайте детки свои дела сами, тем более что для нее они не являются проблемными, на их решение она потратила много нервных окончаний и денег, которые к ней испытывали относительную привязанность.

За два года до пенсионного возраста Марина умудрилась влюбиться и быть некоторое время любимой. Но здоровье от такой любви таяло, как снежный ком весной. Баба снежная не может быть снегурочкой, слишком это дорого, когда запросы не соответствуют возрастным изменениям. Все хорошо в меру приличия, понятие которого определяется степенью любви. Пока любишь — это понятие отдыхает, когда любовь проходит, можно начинать думать, что любить более молодого человека — неприлично.

Марина достигла должности главного конструктора и проработала на этом месте десять лет при большом общем стаже, к тому же написала четыре романа и тьму стихотворений. Как она дошла до жизни такой? Она знаменита? Известна? Скорее нет, чем да. Она не заработала своим конструкторским трудом на дачу и машину, только на жизнь с постоянными ограничениями во всем. Она никогда не курила и практически не пила. В трудные годы шила и вязала, работая всегда конструктором. Через некоторое время стихи и проза отодвинули спорт и рукоделье в сторону. Она так и не опубликовала стихи и прозу в бумаге, мало того, не видит в публикациях бумажных смысла. Спасибо Интернету за возможность публикации литературных произведений.

После исповеди сам бог Вит дал Марине еще одну молодость — воспоминания…

Марина с родителями жила в двухкомнатной квартире с печным отоплением. В большой комнате стоял черный диван с деревянной полочкой, на которой стояли семь слоников из слоновой кости. Над диваном висела картина с изображением медведей на сломанном дереве, неплохая копия известной картины Шишкина. На тумбочке из дуба стоял один из первых телевизоров с рожками комнатной антенны. Все соседи по подъезду приходили смотреть телевизор. Дом был двухэтажный из восьми квартир.

В комнате девочки стояла такая большая печь, что скорее казалась частью стены, но со своим углом, который и заходил в комнату, говоря, что этот угол — печь. Печь топили из прихожей, поэтому стена со стороны комнаты была просто теплой. На полу у печи постоянно грелась черепаха, ее притягивало тепло печи. Погревшись у печи, она ползала по комнате. Кушать она любила прохладные, капустные листья. Сидела у печи и грызла капустные листья. Если подача еды задерживалась, черепаха заползала на коврик у постели.

Девочка просыпалась, опускала ноги… и быстро их поднимала, чтобы не наступить на свою маленькую подружку. Потом брала черепашку в руки, вертела ее, рассматривала удивительные глазки животного и панцирь, приносила корм для черепахи. Это была печная черепаха. Мебель в комнате была с высокими ножками, поэтому черепашку было видно в любом месте комнаты, а шкаф был так близко расположен от пола, что черепаха под него не заползала. Черепаху Марина находила быстро.

Первый рабочий день Марины состоялся в двенадцать лет, когда открылся дом Моды, в него набирали моделей. Школа от дома Моды находилась через дорогу, в нее пришли две женщины и стали осматривать девушек от 12 и старше. Выбрали Марину. Она пришла в дом Моды, где ее учили ходить по подиуму. На нее стали шить брюки, юбки, куртки. Она стояла, а ее обвертывали тканями и обкалывали иголками. По природе своей девочка не манекен, долго стояние не могло продолжаться. Пришло время платить ей деньги, а она их не могла взять. Не могла она взять деньги и все!!! И она ушла из дома Моды. Пришли к ней домой, принесли деньги. На деньги я купила: ласты, маску, трубку. Долго ласты ей служили для плавания на спине, а нырять она так и не научилась.

Однажды к Марине подошел рыжий мальчик и предложил:

— Марина, ты хочешь быть диктором на радио?

Почему нет. И они поехали на прослушивание. Она прочитала текст. К ней все сбежались: очень понравилось.

Говорят:

— Прочти еще раз.

Прочитала. Все разбежались. Все, как с модой — дубли не ее стихия.

Детская радость в то время стоила четыре копейки. Ее продавала Фрося газировщица. Она стояла за металлической стойкой под полосатой крышей из ткани. На металлическом прилавке возвышались два стеклянных цилиндра с сиропом. Газированная вода без сиропа стояла 1 копейку. За одну копейку можно было купить коробок спичек, но Марина покупала воду с сиропом за 3 копейки. Стаканы мылись на вертушке с фонтанчиком и переворачивались к верху дном на подносы.

Вторая радость стоила девять или одиннадцать копеек, естественно это было мороженое — эскимо на палочке за 11 копеек, и молочное мороженое за 9 копеек. В стране сменили деньги. Десятилетняя Марина понимала, что девяносто копеек старыми монетами, это девять копеек новыми, или три по три копейки старыми. Девчонки жалели об одном, что не накопили желтых монет, а то были бы богаче в десять раз. У Марины было еще одно удовольствие за восемь копеек, это пакетик прессованного какао с сахаром.

Как-то в мае она минут за двадцать решила контрольную по математике за четвертый класс, и ее отпустили с урока на улицу. Весна трепетала свежими листочками. Школа была одноэтажная, сюда временно перевели несколько классов из старой школы. Но больше всего в этой школе Марина запомнила полет первого космонавта, это было за месяц до этой контрольной работы. Шел урок русского языка. Уроки прервали. Из всех классов школьники выбежали в коридор с возгласами: в космосе человек!

С пятого класса Марина училась в новой школе. Она придумывала газеты на одном листе из школьной тетрадки. Дверь называлась — Арка Ирины 1. С одноклассницей она рисовала стенные газеты на ватмане. Именно тогда Марина написала первые стихотворные строчки под каждой картинкой. Вокруг новой школы весной посадили первые деревья. В школе проводили ЧВС — час веселых состязаний, предвестник КВН. Рядом со школой находился гастроном в пятиэтажном доме, где продавали третью детскую радость — соевые батончики.

В то время Марина жила в двухэтажном доме с печным отоплением. На первом этаже жила ее подруга по дому. В доме подружки любили делать интересное картофельное блюдо: отварной картофель укладывали на большую сковороду и обжаривали. На кухне готовили на печке с чугунными кругами. Топили углем печь в квартире и печь на кухне, на которой готовили еду. Рядом с печкой всегда стояла метла и кочерга.

В соседнем двухэтажном доме жили остальные подружки. Любимая игра во дворе — садовник, она проходила на лавочке против соседнего дома. За лавочкой стоял стол для настольного тенниса, который редко пустовал. Волейбол — игра общая для всего двора. Двор ограничивал третий дом, за которым построили кирпичный, двухэтажный дом, в нем поселилась семья из столицы. Они летом ходили в шлепках, обувь прозвали — москвичками.

Первые враги появились через рисунки. Марина нарисовала всех подруг в пышных юбках по моде начала шестидесятых годов. Зря она, что ли ходила в дом Моды? И подружки с ней после этих рисунков полгода не разговаривали. А красиво она их нарисовала! Знакомство с фантастикой было простым. В квартире одноклассницы стояла этажерка, на ней стояли книги — Ж. Верна. В этой квартире Марина впервые увидела и запомнила глазунью.

Баня была святым местом раз в неделю для всей семьи. Шампуня в то время не было, и мама мыла длинные волосы Марины хозяйственным мылом. В конце моечного процесса мама выливала дочке на голову тазик с прохладной водой со словами: 'С гуся вода, с Марины прочь худоба'.

Дома на кухне в углу — висела икона. Сквозь желтую медь светился лик, изображенный красками на дереве. Икона при переезде исчезла.

Подружка однажды предложила:

— Марина, пошли со мной в танцевальный кружок при ДК. Я скажу, что ты уже танцевала.

Пришла Марина в танцевальный кружок. Танцевала на репетициях, дошла до выступлений на концертах, выступила в двух, и все. В школе был набор в секцию волейбола. Играла она, тренировалась, дошла до соревнований между школами. Получила прозвище: злой капитан.

Ездила Марина в пионерский лагерь, ей тогда было лет 12–13. Что она там делала? Играла в настольный теннис. Лучший теннисист лагеря был к ней не равнодушен. Довольно быстро она освоила премудрости игры. И они вдвоем у всех выигрывали, и больше всех играли за теннисным столом. Это не все. С девчонками Марина играла в мушкетеров. Свои длинные волосы она на конце связывала лентой и подворачивала, так получалась прическа мушкетера, и не меньше.

Как Марина училась? Хорошо. Ее отправляли на олимпиады, но и их она решала: хорошо, т. е. первые места не улыбались.

Что дети делали во дворе своего дома номер 16, на улице Ц.? Играли в садовника, в теннис, в волейбол, в театр. Марине купили коньки 'ножи', в честь землячки олимпийской чемпионки. Зимние вечера она проводила на катке. У отца был сад, в котором кроме яблонь, груш, слив смородины, и ранеток всегда росли цветы тигровые лилии. До сада ездили на электричке до остановки 'Роза'. В памяти остались ранетки необыкновенного вкуса и сланцевые яблони. Дачу продали и поехали на море. Черешня, камни на пляже, портреты пионеров — героев. Концерты лилипутов. Божественный вечерний вид на море. Блины на пляже. Бублики. Закрытый музей картин Айвазовского.

Поездка на моря повлекла за собой следующую поездку. Отец без дачи жить не мог, и он уехал в Степную страну. Мать через полгода вместе с детьми поехала к отцу, бросив квартиру с печным отоплением на произвол судьбы.

Глава 7

Снег летел мокрыми хлопьями, облепляя деревья толстым слоем снега. Желтые листья, не успевшие упасть с деревьев на землю, грузили на себя хлопья снега, до тех пор, пока под его тяжестью не начинали падать. Деревья сменили имидж, качая ветвями под снегом. Парк преобразился в снежное великолепие. Но никто не спешил гулять среди зависшего на ветвях снега. Фая и Рая шли через парк к офису фирмы.

Мартин сидел в кабинете один и смотрел в окно, в сторону белеющего парка. Две подруги вошли в кабинет с вопросом: собирается ли он оплачивать их услуги? Но Филин промолчал на их вопрос. Фая и Рая стали к нему приближаться.

Мартин остановил их рукой:

— Спокойно, милые дамы! Все будет! Но Мартин умудрился стать полезным Магу Маку, и наша затея растаяла. То есть над нами теперь будет два дополнительных ведомства, что уменьшит доходы от их налогов. Вы пытались столкнуть Мартина с Феликсом, а Феликса с Жарой. Но в этот треугольник проникла госпожа Марина Ивановна! Да! Не удивляйтесь, по моим данным она сама была у Феликса и достаточно долго, в отсутствие его секретарши Жары.

Фая и Рая глаз не отводили от красавца Мартина и готовы были на любой подвиг или гадость, лишь бы служить этому мужчине. Мартин перестал говорить, чувствуя, что на него смотрят, но не слушают. Тогда он протянул женщинам два конверта с деньгами. Они тут же включили уши.

— Повторяю, для тех, кто не слышал: ваши доходы сильно уменьшатся, если министерство Марины и корпорация Феликса съедят доходы нашей фирмы. Это понятно?

— Да, мы все поняли! Ты, говори, что делать!? — наперебой закричали женщины.

— Убрать этих двух с нашей кормушки.

— Взять их на мушку? — оживились Рая и Фая.

— Если бы я знал, что делать, я бы вас не звал. Они еще затевают сделать цех для производства уникальных автомобилей нашпигованных приборами, — почти сам себе проговорил Мартин.

Но женщины его услышали.

— Мартин, — сказал Фая, — так теперь сам Бог велел Мага Мака настроить против Феликса!

— Мартин, — сказала Рая, — мы покажем фото Феликса и Марины, сделанные в ее машине и в его квартире — самому Магу Маку, и он Феликса пошлет по факсу.

— У вас есть фотографии свиданий Марины и Феликса? Молодцы! — восхищенно воскликнул Мартин. — Тогда мы сможем вытащить нашу фирму из-под этих двух.

Дамы полезли в свои сумки, и каждая дала ему по пачке фотографий. Мартин от неожиданности присвистнул, ему стало жаль Мага Мака, но себя он любил больше. Фотографии они разложили на столе Мага Мака в отсутствии секретарши Машеньки, которую послали покупать цветы для офиса.

Маг Мак, увидев на фотографиях Марину, свою тайную любовь, и Феликса в разобранном для любви виде, онемел. Резким движением рук он собрал фотографии в стопку и перекинул ее вниз последним снимком.

— Машенька, — крикнул он секретарше, — ты не знаешь, кто мне положил эти фотографии?

— Нет, Маг Мак, я выходила из офиса.

— Понятно. Позови Мартина.

Мартин вошел быстрым шагом, полный приятного предчувствия.

— Мартин, эти фотографии твоих рук дело?

— Маг Мак, ты о чем?

— И с тобой понятно, и с ними понятно, — прошептал Маг Мак, смотря в одну точку на стене. — Мартин, я полагаю, что наша фирма не должна входит в корпорацию Феликса и не должна подчиняться министерству моей жены. Что ты на это скажешь?

— Я тоже так считаю.

— Раз ты со мной согласен, то предлагаю сменить антураж, я предлагаю работать на управление внутренних дел округа.

— Нам от этого какая польза?

— А никакой пользы, зато я не буду подчиняться своей жене и ее очередному любовнику!

— Маг Мак, а ты не боишься, что Рал после повышения направит свои стопы в сторону Марины?

— Выход есть? — спросил Маг Мак, скрипя от злости зубами и сжимая кулаки над фотографиями.

— Развести Марину и Рала.

— Ты чего предлагаешь? Ты на ней хочешь жениться? — рассердился не на шутку Маг Мак.

— Хорошо, пусть Марина уйдет в декрет, тогда она перестанет быть твоим министром.

— Эта мысль мне нравиться. Ты молодец! Но как ее заставить родить ребенка? А!?

Да я с этим вопросом совсем не могу справиться.

— Вот тебе и помогают.

— Мартин, не зли меня!! Ты глупец! Фотографии Феликса и Марины — подделка!

— Маг Мак, ты, что не мужик? А если мужик, то выброси из головы ревность и выполни свои прямые обязанности гражданского мужа, — посоветовал Мартин.

— Хорошо тебе говорить ложь! Я тебя, Мартин ненавижу!

— Приехали, а причем здесь наша фирма? Да я Марину сто лет знаю! Нет у нее Феликса! Хотя почему нет? Они богатые — живут врозь.

— Ты прав, наша задача — сбросить лишнюю власть над фирмой, а ревность пусть подождет, — затравленно пробубнил великий изобретатель.

Мартин ужаснулся своему поступку, но отступать он не хотел, ему нравились доходы, и он легко придумывал расходы, поэтому он сказал:

— Маг Мак, я тебе подскажу одну сексуальную позу, после которой Марина от тебя станет мамой. Секрет прост, жидкость из сосуда не вытекает, если его не наклонять. Ты меня понял?

Маг Мак посмотрел на Мартина с улыбкой:

— Ох, и хитрый же ты мужик! Сам придумал или кто подсказал? То есть Ралу надо подержать жену в позе, не вытекающего сосуда?

— Маг Мак, ты на правильном пути, но без подарка не обойтись!

— Ага, аквамарин подарить?

— А хоть бы и аквамарин.

— Да она меня пошлет.

— Не пошлет, если ты ей поможешь создать коллекцию из аквамарина.

— Согласен, а теперь уходи, Мартин, у меня дела.

Мартин пришел к себе в кабинет и вновь вызвал Раю и Фаю.

— Дамочки, есть дело! Помогите, внушите Марине, что она должна родить ребенка!

— Это просто, мог бы и по телефону сказать, — проговорила Рая.

— Да мы ее заставим хотеть ребенка! За это не волнуйся! — крикнула Фая, уводя Раю из кабинета Мартина.

Госпожа Нимфа заметила исчезновение алмаза 'аквамарин' из коллекции драгоценностей. Она любила голубоватые камни, как бы они не назывались, и постоянно использовала в украшении себя любимой. А тут исчез любимый и дорогой бриллиант! Она вызвала Фила для собеседования по этому вопросу. Фил сказал, что он видел голубоватый бриллиант на костюме министра Марины.

Нимфа покачала головой:

— Хочешь сказать, что Добрыня Никитич отдал синий алмаз Марине! Как его наказать?

— Нимфа, почему вы думаете, что этого его рук дело?

— Доступ к нашим драгоценностям есть у меня и у него, — растерянно проговорила Нимфа.

— Вам нужен этот камень любой ценой?

— Фил, ты угадал. Любой ценой надо вернуть мне бриллиант и желательно бесплатно.

— Чисто женский подход, это я по поводу бесплатно. Я знаю у кого он, не знаю, как взять так, чтобы госпожа министр не заметила.

— Это твое дело снять с нее и отдать мне. Выполняй! — воскликнула Нимфа, зашуршав голубоватым шелком, вставая и покидая комнату для приема гостей.

Фил посмотрел в след небо жительнице округа и вышел из приемной в дверь для посетителей. В следующей комнате его облепили биологические, летучие мыши, они крутились вокруг него, они назойливо липли к его телу, они щебетали почти понятные слова. И из его головы вылетело задание Нимфы. От прикосновений мышей он забыл все, кроме одного желания — вылезти, выползти, уйти, убежать от стаи непонятных существ. Его голова закружилась, как у дамочки, и он упал, покрытый летучими мышами. Он хотел крикнуть, но на его губах сидела мышь и практически целовала его губы. Остальные мыши ласкали его так усиленно, что он почувствовал себя почти на грани блаженства, после которой начинается страшная ненависть.

Шорох шелка возвестил о прибытии Нимфы. При ее появлении все летучие мыши отлетели от своей жертвы. Фил открыл глаза.

— Фил, иди за мной, — тихо проговорила Нимфа.

Фил встал, и в сопровождении стаи мышей пошел за Нимфой в комнату, обтянутую голубоватым шелком. Они прошли по синему ковру и очутились на краю чудовищно огромной кровати, покрытой голубоватой тканью, такой мягкой, что она казалась нереальной.

— Стоп! — крикнула Нимфа, и стая мышей отлетела от них, показывая дорогу к бассейну.

Фил, в сопровождение летучих придворных, прошел к воде, со страшным ощущением, что Нимфа другого цвета не знает и не чувствует. И точно. В трех треугольниках Нимфа нырнула в бассейн, слишком даже спортивно для такого момента. Фил нырнул следом за ней, с приятным чувством, что мыши за ним не последовали. Под водой он открыл глаза и увидел, что Нимфа зовет его к люку в стене бассейна. Ему стало страшно, и он вынырнул, тут же облепленный мышами. Нимфы он не увидел, и вспомнил ее подводное приглашение. Он кинул прощальный взгляд на кричащих мышей и нырнул в сторону люка под водой.

Люк оказался удивительно близко. Нимфы в бассейне не было. Он посмотрел на люк и увидел ее лицо с той стороны прозрачной двери люка, она звала его к себе. Он тронул рукой прозрачную дверь, и рука исчезла в двери, он коснулся головой непонятной материи, и в мгновение ока оказался вне бассейна, рядом с Нимфой.

— Что это было? — спросил Фил.

— Тайная дверь из нового прозрачного материала, обладающего проходимостью при соприкосновении с живым человеком. Материал герметичен при соприкосновении с водой.

— Чья разработка? — невольно спросил Фил.

— Не вопрос, не отвечу.

Фил с удивлением посмотрел на Нимфу, на ней не было ничего голубоватого, она стояла перед ним в кремовом платье до пола, ее светлые волосы были сухими, и струились приятными волнами по ее плечам. Она заметила его удивление.

— Не удивляйся, у меня есть сфера для укладки волос. Прическа за минуту. Именно пару минут тебя и не было.

— Зачем я тебе нужен? Я думал…

— Не думай. Я нормальная женщина, а не фурия. Иди за мной.

Она вошла в дверь и исчезла. Он почувствовал теплые потоки воздуха. Посмотрел перед собой, заметил себя причесанного, в серой одежде в зеркале напротив. Он подошел к нему, дотронулся рукой, и оказался за ним. Перед ним в кресле сидела Нимфа.

— Красив! Прекрасно выглядишь! Ты мне нравишься.

— Нимфа, а ты не исчезнешь?

— Теперь нет. Думаю, ты заметил необыкновенное зеркало? Так вот, Фил, ты знаешь о секретах нашего округа Валет, а ты представитель соседнего округа Джокер. Что из этого следует? То, что алмаз 'аквамарин' — это сказка для ушей. Там, где мы сейчас находимся ушей нет.

— Быть не может.

— Точно. Фил, ты знаешь то, чего хотят люди? Не пытайся пересказывать. Мы создали сферу, в которой ничего у человека не болит, пока работает его сердце. Я не шучу, подойти ко мне, посмотри в это стекло, за ним находится рай округа Клюква или пансионат 'Здоровый миг'. Нет, там не мертвые люди, там живые, и все здоровые. Время нахождения в Раю ограничено их деньгами либо чем-то ценным для них. В обычной жизни они устали от различных болей. Здесь в этом эдеме они все молоды и здоровы, и в том возрасте, который сам себе выбрали.

— Сказка, — прошептал Фил.

— Нет. На каждом человеке есть мантия из третьего секретного вещества, она делает ему фигуру и обезболивает его организм. Человек выглядит на пределе своих возможностей и чувствует себя хорошо, то время, которое он у нас купил.

— Нимфа, это садизм! А, что с ними бывает после того, как их время пройдет?

— Они проходят сквозь стену праха и исчезают в неизвестности вечности.

— Ты хочешь сказать, что это их последние часы жизни?

— Да, но посмотри — они счастливые!

— О, так здесь вся онкология и прочие болезни!

— Почти угадал. Редкий здоровый человек захочет отдать все свое недвижимое и движимое за счастья побыть здоровым.

— А как они сюда попадают?

— Это секрет не твоего уровня.

— Зачем я тебе понадобился? — испуганно спросил Фил.

— Понимаешь, эти люди могут знать много интересного, но передают секреты только в этом обществе и ради минутного престижа. Ты пойдешь к ним, и познаешь их тайны.

— Боюсь.

— Твое право на страх я не отменяю, но мне нужен свой человек среди них. Не бойся, они не заразные, они действительно здоровы, а когда они почувствуют приближение своего конца, они подойдут к стене праха, коснуться ее и исчезнут за ней навсегда.

Эту стену не трогай, сам исчезнешь.

— Покажи, где она находиться, а они о ней знают? — спросил Фил.

— Они знают, что если им станет больно, надо подойти к стене, и стена обезболит их боли. Из-за той стены к ним никто не возвращается, поэтому они верят в справедливость жизни.

Осенняя сырость бродила среди редкой желтой листвы, упрямо висящей на мокрых деревьях. Небо цвета серой сырости угрюмо смотрело на остатки цветной осени. Лизавета вышла на крыльцо дома, напоминая, не оторванную листву. Она прицепилась к Магу Бару, как банный лист и стала серой, как это невыразительное небо. Настроение нисколько не отличалось от общей атмосферы очередного потепления. Ей захотелось покинуть гостеприимный дом и уйти в прошлую жизнь репортажей о театральной жизни режиссера Панина. Мир изобретателя ее порядком утомил. Поддакивать его техническим мыслям — она была не в силах, не ее это сфера обсуждений, прямо скажем — не ее!

Лизавета вернулась в дом, собрала вещи и вновь вышла на крыльцо, под редкие капли дождя. Она решительно вышла за ворота особняка и покатила саквояж навстречу судьбе. Но судьба не спешила посылать ей шикарный лимузин, мимо проехала забрызганная машина, неопределенной наружности. Она замахала рукой. Машина остановилась, в ней сидел мужчина такой же бурый, как поздняя осень. Лизавета плюхнулась на сиденье рядом с шофером. Он согласился довести ее до города. Его угрюмое настроение угнетало Лизавету, она не выдержала и спросила:

— У вас что-то случилось?

— Не знаю, что и сказать, вы что-нибудь слышали о пансионате ' Здоровый миг'?

— Первый раз слышу.

— Вам повезло.

— А в чем дело? — вполне заинтересованно спросила Лизавета.

— Мой отец ради месяца жизни в этом пансионате продал свою прекрасную дачу, я подъехал к даче, а в ней уже чужие люди. А посетителей к отцу не пускают. По телефону я с ним говорил минуту, больше — нельзя. Голос у него молодой и здоровый.

— Если ему хорошо, то вы — то почему горюете?

— Все хуже, чем можно представить, я уже навел справки об этом пансионате. Там лечат новой методикой, человека одевают в ткань, которая собирает в себя остатки здоровых клеток человека, в результате человек становиться здоровым абсолютно, но на короткое время, пока не израсходуется его личный запас здоровых клеток в организме. Никакого чуда, только переадресация здоровья.

— Отец был очень болен?

— Да. На ладан дышал. Ему прислали приглашение в пансионат, обещая полное здоровье, но за определенную цену. Он согласился. Я узнавал — из этого пансионата 'Здоровый миг' никто не возвращается, там живут, пока хватает денег. Цены за жизнь — запредельные. Отец просит еще месяц жизни. Но у меня нет второй дачи, где взять деньги я не знаю, и теперь чувствую себя садистом. Он говорит, что он там молод, счастлив и здоров, что у них всегда тепло.

— И у меня нет дачи, а здесь я гостила, — печально сказала бедная Лизавета.

— По вашему виду и не скажешь, что у вас деньги есть.

— А отец уже не вернется из пансионата?

— Нет, таково условие хозяйки пансионата. Человек использует свое последнее здоровье до полного нуля, поэтому он и здоров, что мобилизуются все здоровые клеточки организма, чтобы почувствовать себя напоследок здоровым и счастливым человеком.

— Так, тогда зачем вашему отцу еще деньги, если за месяц его здоровье превратиться в полный ноль? Ему донора прицепят?

— Нет, доноры здесь не используются, это наказуемо в округе Валет. Используют клетки некой биологической массы, есть даже биологические роботы, в виде летучих мышей.

— С летучими мышами я знакома. То есть вместо денег можно дать этих биологических мышей? Я знаю, где они обитают.

— Я и сам знаю, у Нимфы этих мышей полно.

— Получается, что прекрасная Нимфа всю частную собственность округа прибирает к своим рукам?

— Доехало! Кстати, мы приехали, вам выходить. Меня зовут Архип, чтобы вы знали…

— Сколько с меня?

— Нисколько, я бы взял биологическими, летучими мышами.

Лизавета махнула на прощание рукой и, пройдя сквозь серую пелену погоды, исчезла в подъезде своего дома. Ее никто не ждал, в доме царило запустение. От сырости в углу комнаты проступили пятна плесени. Но это была ее квартира, и она решила ее привести в порядок. Она посмотрела в зеркало. Увидев свое отражение, она решила, что бывало и хуже.

Глеб сидел в новом кабинете корпорации 'Прибор Z'. Это он придумал пансионат 'Последний миг' со слов женщины микробиолога. Идея принадлежала этой женщине, она на себе провела все испытания нового третьего вещества, но право на изобретение отдала Магу Глебу, поскольку сама стала первой жертвой санатория.

Она прожила три месяца в санатории, не имея сбережений, пока из нее вытягивали все сведения о биологических веществах. Ей не давали умереть, пока она все знанья не передала Магу Глебу, за ситуацией следила сама Нимфа. Когда микробиолог касалась стены праха, ее непременно возвращали к здоровым людям, но последний раз ее уже не вернули и она, пройдя сквозь стену, осталась в ней замурованной. С другой стороны выступил ее портрет с ее именем. Нет, она не была замурованной заживо, в ней не было жизни, ее давно уже не было, последние знания ее мозга жили три месяца в биологической массе под видом ее тела. Эта масса не проходила сквозь стену, а сливалась под стеной и использовалась по назначению.

Так, что Маг Глеб жил вовсе не за счет ума Мага Мака, он и сам кое-что творил в жизни округа. В его кабинет ворвалась Лизавета, обтянутая джинсами и свитером.

— Маг Глеб, вы, что творите! — закричала она с порога.

— О, сбежавшая невеста! Давно я тебя не видел!

— Я о вас такое узнала!

— Могла бы и не узнавать, я о себе все знаю.

— Вы так спокойно об этом говорите?

— Кстати о чем мы говорим? — нарочито спокойно спросил Мартин.

— О пансионате 'Здоровый миг'!

— Прости, но в названии все сказано, мы даем возможность уйти в лучший мир при последних остатках жизни. Человек не страдает, он счастлив, он просто растворяется в небытии. Тебя бы туда просто не взяли, ты бы там всем надоела!

— Я не о себе, я о людях!

— Люди тебя просили о них слово замолвить? Или тебя родственники замучили?

— Да, я разговаривала с человеком, чей отец находиться в пансионате месяц. И этот месяц заканчивается.

— Лизавета, я не Бог, я его помощник, не более того.

— Если помощник, то почему ваша услуга такая дорогая?

— Это последняя услуга, люди платят, а мы их деньги пускаем в дело. Так, это я тобой недоволен! Ты — сбежала, а твой жених Феликс пристроился к моей жене! Это намного хуже! Шла бы ты к нему, и мне бы лучше стало!

Лизавета, от услышанных слов, потеряла дар речи и выскочила из кабинета. Она села на трамвай и поехала к Феликсу.

Господин Феликс лежал по обыкновению и смотрел лениво на экран телевизора. Вторжение Лизаветы не нарушило его благодушного состояния, словно его мозги и чувства были заторможены.

— Феликс, ты нашел себе любовницу?! — завопила с порога Лизавета.

— Ой, как громко! Ты чего кричишь?

— Мне Глеб сказал, что ты у него жену забрал!

— Я Жанну в любовницы не брал! Она моя секретарша по связи с общественностью. Слушай, Лизавета, ты своего Маг Бара куда дела?

— Ушла от него!

— А он об этом знает или не догадывается?

— Это его дело! Ой, Феликс, ты зачем обложился голубоватыми стекляшками? — удивилась Лизавета.

— Это до тебя — меня Марина навещала и принесла аквамарины, для того, чтобы они меня от лени вылечили.

— Святая женщина! Тебя невозможно вылечить от лени! Я-то уж это точно знаю!

— Как громко ты кричишь! Тише, пожалуйста.

— А, где твоя секретарша?

— Ее вызвал муж по работе.

— Понятно, мы одни впервые после свадьбы!

— Ты еще бы о свадьбе вспоминала! Лизавета, забери эти зеленовато-голубые камни в золоте. Они мне ни к чему.

— А если Марина аквамарины назад затребует?

— Нет, она мне их принесла, у нее только брошь осталась на синем пиджаке.

Лизавета тут же стала надевать на себя аквамариновые украшения, чем позабавила Феликса, он даже с постели поднялся. Она крутилась у зеркала, он закрутился рядом с ней. И они дружно свалились на постель. Свадебную ночь еще никто не отменял. Сначала лениво, потом все азартней они проникали в суть друг друга, сбрасывая лишнюю одежду.

Фил проник в общество пансионата 'Здоровый миг'. Люди, как люди на отдыхе. Никто ни на что не жаловался, все вели размеренный образ жизни, они ходили на танцы, плавали, гуляли по парку, и были счастливы. Питание их выглядело несколько странно, но никто этого не замечал. Фил ходил среди людей и не мог найти себе друга, они ускользали от него, словно призраки первого года существования. Он не мог их подслушать, они ничего серьезного не обсуждали. Заметно было, что эти люди больше любили полулежать, чем что-либо делать. Плавали они лениво, танцевали вообще тихо.

Вся территория пансионата была покрыта лежанками разного вида. Фил посмотрел на небо и увидел плохую под него подделку, он знал, что сейчас поздняя осень, но здесь было лето обыкновенное. Деревья зеленели, птицы пели, люди ходили без теплой одежды, в каких-то развевающихся одеждах без пуговиц и молний. Ему нестерпимо захотелось выйти на улицу. Он почувствовал приторный запах непонятного чего. Он осознал, что рядом с ним люди на исходе жизни.

Фил нажал на телефоне вызов Нимфы, она не сразу взяла трубку, услышав, что с ним никто не идет на связь, она не удивилась и разрешила воспользоваться служебным выходом из пансионата, набрав секретный код на двери. Когда Фил попытался покинуть территорию, к нему прицепился один из контингента. Отвязаться от него Фил не смог, и они вдвоем вышли из пансионата сквозь герметичное вещество.

Фил попытался втолкнуть человека в развевающихся одеждах назад, но тот уперся нечеловеческой силой и не вошел назад в сферу. Нимфа сама вышла навстречу двум прибывшим из сферы. Она посмотрела на человека, сопровождавшего Фила:

— Дарвин, ты селен! Тебе осталось жить одни сутки, а ты выскочил из сферы! Тебе сейчас станет плохо!

— Нимфа, не прогоняй назад! Я жить хочу!

— Все хотят! Как ты смог выйти, этого я понять не могу? — сетовала Нимфа.

— Его зовут Дарвин? — удивился Фил. — Это он известный биолог округа?

— Да, это он всемирно известный человек. Он был неизлечимо болен и уже не вставал, и вот такой фокус выкинул.

— Я на самом деле здоров! — сказал Дарвин. — Проведите медицинский осмотр.

— Придется. Фил, а ты не зря сходил в сферу, вывел интересный экспонат. Дарвина осмотрят, если он здоров, то его выпустят в мир живых.

Дарвин захватил при жизни еще женщину микробиолога в этом пансионате. Они вдвоем много беседовали, легко понимая друг друга. На прощание микробиолог подарила ему маленький кристалл аквамарина, и сказала, что если он захочет выйти из сферы, должен всегда держать в руке этот камень, он не даст опуститься и в нужный момент выведет на свободу. Дарвин изучал входы и выходы, он заметил здоровый румянец на щеках Фила и решил с ним покинуть пресловутую сферу.

Нимфа знала о беседах Дарвина и микробиолога, поэтому не включила биологическую пушку на его уничтожение. Дарвина проверили, он оказался здоровым на самом деле. Все его болезни исчезли чудесным образом, давая надежду на излечение живущим.

Нимфа вызвала Мартина и показала ему Дарвина. После разговора Мартин решил взять к себе на работу Дарвина, но без права посещения родных. Дарвин не выдержал и позвонил сыну Архипу, который вывез Лизавету от Мага Бара. Отец и сын поговорили и обещали молчать об этом при разговоре с другими людьми. Архип Дарвин любил подрабатывать извозом, видимо ум изобретателя остался только у его отца.

Старший Дарвин знал, откуда берется здоровье для больных на последний период жизни, он силой воли заставил себя удалить с себя ткань, перераспределяющую здоровье, внутри него, но он также нашел биологическое вещество, которым с ним поделилась микробиолог. Он пошел дальше, он обвернулся биологическим веществом, которое дало ему необходимое здоровье, но говорить о своей находке Нимфе он не хотел. Где найти следующую порцию биологического вещества — он знал.

Но он не оценил медицинскую службу Нимфы. Дарвина досконально проверили, и результаты отдали Нимфе. Она поняла, какой рывок вперед он сделал, и приказала прекратить набор в пансионат 'Здоровый миг', переименовав его в 'Здоровый час'. Она прекрасно понимала, что за этим последует. Спасать тех, кто оставался в сфере, в ее планы не входило. Нимфа объяснила прекращение приема — капитальным ремонтом, что соответствовало истине.

Дарвин оказался умнее Глеба. Он понял главное из разговоров с микробиологом: как создавать новое биологическое вещество, это не утаилось от Нимфы. Дарвина за удачную командировку в сферу, она наградила его же личной дачей. А Филу выделила участок рядом с дачей Дарвина. Архип почему-то решил, что его отцу помогла девушка, которую он подвез с дачи Маг Бара и ему очень захотел ее найти. Он ездил по городу и всматривался в пешеходов. Ему повезло, он встретил Лизавету, и остановил перед ней машину. Она сверкала аквамаринами. Он вспомнил слова отца, что его спас маленький кристалл аквамарина. Архип Дарвин влюбился в нее.

Везет Лизавете на младших.

Глава 8

Марина сидела в кабинете министра нестандартного приборостроения, смотрела на многочисленные телефоны, на расписание дел. Взгляд ее упал на букет лилий в вазе из синего стекла. Она вздохнула, вспомнив букет хризантем, который сама покупала на рынке. Ей безумно захотелось покинуть официальный кабинет! Марине надоели жалобы населения на изобретения трех магов. Она посмотрела на алмазную брошь, скрывающуюся под названием 'аквамарин'. Вспомнила, что последнее время вокруг нее кружится фраза 'Ты хочешь ребенка'. Откуда она берется, а может действительно родить ребенка? Эта мысль понравилась! Это единственная возможность уйти из этого кабинета непроходимых жалоб на все, даже на пансионат 'Здоровый миг'. В ее голове промелькнул образ Мартина и исчез. Она вспомнила Мага Мака, свое несправедливое к нему отношение. Подошла к лилиям, и вдруг решительно нажала на кнопку 'муж'.

Мак услышал соловьиные трели сотового телефона, увидел слово 'жена'.

— Марина, что-то случилось?

— Да! Нам нужен малыш, ему будут нужны голубоватые вещи, они подойдут к моему алмазу с названием ' аквамарин'.

— Марина, я последнее время, с тех пор, как ты стала министром, звал тебя мысленно 'аквамариновая дама'.

— Как ты меня звал?! — воскликнула она удивленно.

— Никак, — грубо прервал ее Маг Мак — Я хочу, чтобы ты стала аквамариновой мамой!

— А я — согласна! — засмеялась Марина. — Я не хочу быть министром, я хочу хризантемы в вазе и аквамарины, под цвет одежды малыша.

Туман сгладил черные очертания раздетых деревьев, и мило завис среди веток рябины, украшенных красными гроздьями ягод, без признаков упавшей листвы. Он проник в желтые листья березы, самые стойкие украшения уходящей осени. Капельки тумана окутали редкие желтые листья клена, оставшиеся там, где ветер не дует.

Лизавета шла и крутила головой, переводя взгляд с одного дерева на другое. Жизнь налаживалась сквозь туман проблем и перегрузок. До этого момента она умудрилась купить теплую куртку странного цвета, что дало возможность попасть в серию неприятностей. Куртка притягивала к себе людей, желающих поругаться, поскандалить, унизить. Волшебная вещь, вызывающая в людях антагонизм. У нее появилось ощущение, что она живет в струях осеннего, моросящего дождя, несшего одни неприятности. В этой куртке ее за человека не считали.

Надев пресловутую куртку, она ринулась к своему бывшему молодому человеку, Мартину. Ключей от его квартиры у нее никогда не было. Она шла к его подъезду сквозь чумной ливень, под зонтом. Рядом с подъездом из красивой машины выскочила дамочка, приложила ключ к двери, дверь в подъезд открылась и она проникла в подъезд. Лизавета за ней прошла, как безбилетник проходит через турникет автобуса.

На лифте она поднялась до нужного этажа, нажала на кнопку звонка. Жала, жала, но Мартин не открывал. Она притихла. Прислушалась. Услышала, что за дверью кто-то ходит; чувствовала, что на нее из глазка смотрят. Она опять нажала на звонок. Результат тот же. Лизавета нажала один длинный звонок так, как жмут в автобусе, выходя через среднюю дверь. Дверь открылась. Перед ней стоял с недовольным лицом абсолютно чужой молодой человек помятой наружности.

— Ты меня разбудила, теперь у меня будет болеть голова, — сказал он, огладывая недовольно Лизавету с ног до головы.

— Я тебе купила новые шторы, сними старые.

Его лицо стало еще более недовольным. Она уже несколько раз просила Мартина снять тюлевый пылесборник с окон, но он не соглашался. Они сошлись на том, что он снимет старые шторы, а она погладит новые, упакованные с картонкой в полиэтиленовом пакете.

Лизавета выгладила шторы на большой гладильной доске на кухне, а он снял пыль с окон в тюлевой упаковке. Они столкнулись в прихожей: она несла глаженные, новые шторы; он нес огромный клубок тюли, напичканный пылью до отвала. Они разнесли свою ношу по местам. Она села с ногами в огромное двухместное кресло, закинула ноги на подлокотник, и стала следить за цирковым номером: фигура мужчины, распятого со шторами на окне, была олицетворением гибкости, и мужественности. Его широкие плечи казались еще шире, талия тоньше, ноги длиннее. Со спины он был великолепен. Потом он сообразил, что с компьютерного стола вешать шторы удобнее и встал на стол. Вся красота исчезла.

Лизавета перевела взгляд с мужчины на свои ноги, им было удобно на толстом подлокотнике двойного кресла. Ей стало скучно. Она пошла на кухню.

За окном моросил дождь, на окне, на пластиковом белом подоконнике в керамических кашпо стояли цветы, земля в них давно высохла. Она подняла пластиковую бутылку с пола, уже с налитой водой и полила цветы. Земля в цветочных горшках приятно потемнела, цветы улыбнулись, особенно кремовая роза.

У молодого человека отменная кухня. Чисто. Светло. Просторно. Белые пластиковые окна слегка прикрыты дорогими полупрозрачными белыми шторами. Высокий холодильник увенчан микроволновой печью, так, что кроме него никто не может ее пользоваться. В холодильники зачастую стоят забытые продукты, видимо некогда было их съесть, поэтому у него такая тонкая талия. Электрическая плита всегда сияет первозданной чистотой. Поддерживать эту чистоту трудно, но возможно. Соль таится в белой пластиковой банке вместе с маленькой ложкой. Но на этой кухне у меня даже борщ не вариться, все получается хуже, чем дома.

Она решила не выдумывать и пожарила картошку, тем паче, что котлеты уже остывали в сковороде. Пожарила. Вернулась в комнату, а мужчина все еще вешал шторы. Повесил третью штору, слез со стола. Интересный случай, но между нами в этот вечер не возникало теплых флюидов. Он съел картофель. И все. Вроде двое старых соседей встретились, и поговорить не о чем. Скучно. Вспомнила Лизавета, что у нее деньги на сотовом телефоне подошли к концу, оделась…

Мартин посмотрел на Лизавету, и сказал:

— Да, в такой куртке только в дорогой универсам ходить. Ничего, ближе ничего нет, там и деньги на телефон можно положить.

Так вот в чем дело!? В куртке. В этой куртке даже никакой мужчина меня не любит! Так Лизавета и ушла от Мартина — не целованная. Вот ведь как бывает, иной раз идет она по улице, и все деревья перед глазами играют своими нарядами, а бывает — пройдет, и ничего вокруг себя не запомнит. Так было в тот день. Все серое, особенно беспросветное небо, и состояние души — без ясного неба. Как-то жизнь застопорилась. И на работе Лизавете сменили систему в компьютере, а пока все программы восстановит для работы, нервы так и летят, как неудачно напечатанные листы, а в прочем — все нормально. И театр сегодня отдыхает.

Она пришла домой, посмотрела на себя в зеркало. Да, вид весьма затрапезный, но улыбнулась своему отражению и пошла на кухню. От Мартина она всегда приходила голодной, у него лишнего не съешь, а отсутствием аппетита она не страдала. Что ее заставило отнести шторы Мартину? Она проверяла свою интуицию на приборы Мага Мака. Шторы шторами, картофель картофелем, а она нашла приборы в доме Мартина и в большом количестве.

Поев дома, надев пресловутую куртку, Лизавета отправилась к Магу Маку на фирму, зная, что он долго работает. Она рассказала ему о приборах в квартире Мартина, их количестве и где лежат. Маг Мак не очень удивился, но за точные данные, совпадавшие с его интуицией, он выдал Лизавете несколько купюр. Она взяла честно заработанные деньги и поехала покупать новую куртку, пока на работе меняли программы в компьютере…

Рал получил от Добрыни Никитича задание: найти и обезвредить руководителей пансионата 'Здоровый миг'. Ходоки с жалобами дошли и до него. Суть жалоб: человек уходил в пансионат и не возвращался. Как крупный политик и руководитель, Добрыня Никитич не держал крупных сумм денег в местных банках и не имел много домов и квартир. Его счета всегда были на виду проверяющих организаций. Он легко проходил все проверки, и его постоянно переизбирали главой округа Клюквы.

Нимфа, на высокие посты и должности не претендовала и проверки на себе не испытывала. Она была в сотни раз богаче своего высокопоставленного супруга. Именно она скупала земли под домами в центре города, и в перспективных окрестностях. Также Нимфа уловила простой момент любой жизни — старение организма, но с большой пользой для своих доходов. Естественно огромное число пожилых людей имеют скромные доходы и накопления, но именно среди них встречаются богатые люди, которые ради здоровья, пусть недлительного, готовы отдать свои золотые горы.

Добрыня Никитич за женой и ее деятельностью не следил, если это не касалось их общих детей. Пансионат 'Здоровый миг' к их детям отношения не имел, следовательно, развивался сам по себе.

Нимфа, изучив биологических мышей, и имея приличное образование, пришла к выводу, что можно создать биологический материал, усредняющий здоровье человека на непродолжительное время. Известнейший микробиолог округа была ей знакома. Микробиолог переживала в это время острые боли при передвижении. Любой шаг, любой поворот тела вызывал в ее организме дикие боли. Идею Нимфы она поддержала и нашла резервы биологического вещества. Первые опыты она поставила на себе. Микробиолог однажды взяла и окутала себя биологической материей, и почувствовала впервые за последние годы — полное отсутствие болей. Она могла вновь работать!

Нимфа предложила открыть пансионат для предоставления биологической ткани обезболивания под присмотром врачей. Микробиолог дала свое согласие. Нимфа подключила к работе Глеба, большого любителя денег. На одном своем участке земли она и построила пансионат 'Здоровый миг' под колпаком, скрыв к нему подходы от посторонних лиц. Время жизни человека в пансионате определялось его суммарным здоровьем. Здоровые клетки замещали больные, но организм человека не восстанавливался, то есть человек жил за счет самого себя и за счет перераспределения здоровья внутри организма под биологической тканью.

Слух об излечивании больных всех категорий разошелся между больными. Люди потянулись в пансионат, не смотря на заоблачные цены. Пациенты подписывали договор с директором пансионата, а дома оставляли завещание и уходили в последний миг здоровья, говоря домашним, что уезжают на курорт в далекую страну.

Но домочадцы бывают разные, и некоторые родственники стали прослеживать пути отсутствующих членов семьи. По истечении времени таких людей становилось все больше. Среди жителей округа возникла легкая паника. Представители от народа дошли до Добрыни Никитича, он и вызвал своего доверенного человека — Рала.

Рал обладал уникальными способностями внедряться в любое общество, не рискуя своим здоровьем. Он брал с собой подставу. Для выполнения очередного задания он решил взять Лизавету журналистку, зная ее дотошность в определении происходящих событий, и именно она слыла знатоком определения местоположения приборов. Деньги на выполнение ответственного задания выделили их казны округа.

Рал и Лизавета на вертолете облетели округ. Они знали от жалующихся людей, что кое-кто из не вернувшихся людей говорили домашним, что уходят в пансионат, где станут здоровыми людьми. Были сведения, что пансионат находиться в пределах округа. На картах округа о таком пансионате ничего не говорилось. Рал заметил первым огромный колпак неизвестного назначения. Такие колпаки использовались в спортивных аренах, но стадиона в данной местности не значилось.

Местность лесистая, частных дач в этом районе много, никто за заборы не лазил.

Рал и Лизавета, выйдя из вертолета на маленьком аэродроме, проехали часть пути на машине, и вошли в молчащий лес. Лес был напичкан ловушками и страшными существами из коряг, отпугивающих людей. Пару раз они проваливались в ямы, или взлетали на веревках к деревьям, но продолжали свой путь. Они набрели на странный погост, в виде зацементированной площадки, с квадратными плитами в шахматном порядке. На плитах были написаны данные о погребенных людях. Лизавета обратила внимание Рала на плывущую в глазах стену. Они решили спрятаться на время, и залезли на раскидистый дуб.

Долго ждать не пришлось. Сквозь плывущую стену на бетонную площадку выпал человек. Тут же из двух завуалированных домиков выбежали два человека, положили выпавшего человека на носилки и унесли в круглую башню. Рал почувствовал запах горелого существа, а Лизавета от страха содрогнулась.

Достаточно быстро из круглой башни два человека вынесли закрытый цилиндр, подняли одну из плит и опустили под нее цилиндр. Раздался приглушенный звон колокола. К свежей каменной могиле подошел священник, он помахал над ней кадилом, пропел молитву и ушел, словно исчез в страшном безмолвии тайны.

Лизавета и Рал переглянулись, они больше не сомневались, что это и есть вторая сторона пансионата 'Здоровый миг'. А, где первая сторона и как в нее попасть они не знали. Руководствуясь принципом 'два раза не везет', Рал увел Лизавету из страшного места. Было ясно, что для проникновения в пансионат они еще не готовы.

Добрыня Никитич, выслушав отчет Рала, и посмотрев на карту местности, сказал, что рядом с этим куполом находятся одна из дач его супруги, Нимфы. Мужчины переглянулись от неожиданной догадки. Но Добрыня Никитич сразу сказал, что он к родной жене не пойдет, и, что его жена любит принимать очень красивых или холеных мужчин. Рал к ним не относился. Хотя почему нет?

Не посылать же к ней Фила? Значит надо преобразить Рала до неузнаваемости и послать его к Нимфе. Рал не выдержал и спросил у Добрыни Никитича о странном цементном кладбище. И услышал ответ, что чтобы избежать зараженности земли от паразитов, живущих в покойниках, был предпринят подобный способ захоронения.

— Добрыня Никитич, а откуда вы это знаете? — удивился Рал.

— Работа у меня такая, — ответил уклончиво руководитель округа и направил его к дорогим стилистам на переплавку внешности.

Из Рала получился крутой мужчина, заграничной внешности. Его одели по последнему слову моды и под видом человека, желающего поместить дядьку в дорогой пансионат, направили к самой Нимфе.

Нимфа почувствовала подвох в красивом мужчине с чужой для него внешностью. Она присмотрелась и узнала в нем любимца своего мужа. Она нисколько не поверила его рассказу о дядьке. Дальше приемной на даче, Рал так и не проник в тайны Нимфы, чем очень озаботился. Добрыня Никитич, узнав о фиаско, только рассмеялся.

Тем временем Лизавета проводила журналистское расследование в районе дачи Нимфы, но тоже терпела поражение за поражением. Она даже встретила Рала в новом облике, но по виду друг друга они поняли, что оба остались за гранью тайны.

Марина, отдав аквамарины Феликсу, на самом деле почувствовала всепоглощающую лень, да еще рядом кто-то постоянно твердил ей о детях. Быть министром ей расхотелось, она и так не понимала, почему ей дали такую должность. Но взваливать на себя детей — ей было тоже лень. Уйдя с поста министра нестандартного приборостроения, она залегла дома в окружении сто процентной лени. Марина не занималась своей внешностью, как в то время, когда работала на фирме с Маком Ильичем. Фирма была теперь известна и приносила постоянный доход, но без нее. Марине ничего не хотелось делать, ровным счетом ничего!

Мак так был занят работой, что не делал Марине замечаний, зная, что это себе дороже. Дома он даже не завтракал, пил кофе на работе, а питался в профилактории.

Мартин перестал волноваться, что его доходы уменьшаться. Как-то так получилось, что корпорация, объединяющая трех магов, сделала это почти формально, на самом деле в ней прокручивали такие проблемы округа, которые огласке не подлежали, и фирма Мага Мака была в ней скорее формально, чем реально. Да еще Марина покинула министерство, и должность министра нестандартного приборостроения упразднили.

Феликс, подарив украшения с аквамаринами Лизавете, стал ленивее и даже формально перестал вмешиваться в дела корпорации, вследствие чего, Надежда перестала быть его домашним секретарем и покинула его сдвоенную квартиру.

В округе произошло следующее событие: из южных широт вернулся генерал округа Ферзь, ведя под руку молодую особу цвета молочного шоколада. Легкий шок пронзил верхние слои общества. Ферзь считался бравым генералом, был всеобщим любимцем местных женщин и женатым никогда не числился. А тут рядом с ним на всех светских вечерах стала появляться шоколадная брюнетка.

Нимфа и та была шокирована тем, что ее вечный обожатель Ферзь, обладатель глаз цвета аквамарина, к ней не подходил, а танцевал только со своей новой пассией. Это из-за его глаз она собирала камни, близкие по цвету его глазам!

Для того чтобы убрать соперника с пути Нимфы, Добрыня Никитич в свое время, решил ему подсунуть прекрасную Марину и повысил ее до министерского кресла, дабы генерал Ферзь обратил на нее внимание, это он организовал дары аквамарины — Марине! Он хотел… Да, что тут говорить!

По делам службы генерал Ферзь некоторое время жил в южных широтах. Ой, сколько он натерпелся от местной жары! Это был не его климат, совсем не его. Он парился, жарился, не отходя от цели командировки. Местный властелин его приметил, пригласил во дворец на прием для избранных, где Ферзь познакомился с милейшей девушкой. Ее звали Дел. Ферзь и Дел поженились по местным законам.

Так в округе появилась интересная, молодая женщина Дел. Черты лица у нее были миловидные, глаза умные, необыкновенно черные и пронзительные. Мужчины округа на нее поглядывали, но близко не приближались, зная крутой нрав генерала Ферзя. Она действительно была хороша в серебристом платье, обтягивающем ее стройную, сбитую фигурку. Ее кучерявые черные волосы были подняты над умным лбом. Она внушала уважение своим искрометным видом.

Первый же визит генерала Ферзя и Дел в театр, был замечен вездесущей Лизаветой журналисткой. С некоторых пор она похудела, и работала одновременно сразу на нескольких людей. Одежда на ней стала сидеть, а не висеть мешком. Лизавета лучилась здоровьем и жаждой деятельности. Она была так поражена красотой пары, что сняла с себя ожерелье с аквамаринами, подаренное Феликсом, и подарила его Дел. Глаза генерала вспыхнули, как аквамарины на шее его дамы сердца.

Лизавета, подарив украшение с аквамаринами, почувствовала страшную усталость от перегрузок последних дней и, прощально взглянув на красавицу и генерала, ушла из театра. Она пришла домой и уснула так, как давно не спала. Проснувшись, она почувствовала себя хорошо, но желания бежать и что-то быстро делать у нее не возникло. Женщина томно потянулась и вспомнила Феликса.

Была между ними невидимая связь! Не зря они поженились. Она медленно поднялась, посмотрела на себя в зеркало и осталась довольна своим отражением. Привела себя в порядок и поехала к Феликсу, забытому всеми и самим собой.

В это же время Марина очнулась от полудремы, длившейся пару недель, с нее слетело оцепенение. Она захотела — есть, и съела что-то сухое и черствое, запила водой, огляделась. Она стояла в пыльной квартире с разбросанными вещами. Вспомнила, что приходящую домработницу она послала куда подальше, чтобы та ее не тревожила по пустякам. Она протерла зеркало, всмотрелась в лицо, ужаснулась, поискала глазами Рала, но его дома не было. Она зашла в ванную комнату, посмотрела на тусклый кафель и серую ванну. Вымыла ванну, включила воду, насыпала соль. После водной процедуры Марина включилась в обычный ритм жизни. Ей очень захотелось вернуться на фирму Мага Мака!

Зазвонил телефон. Мужской голос спросил:

— Марина, как ты себя чувствуешь?

— Мартин, это ты?

— Я. Я скучаю без тебя, я хочу увидеть тебя и как можно быстрей!

— Забавно. Да хоть сейчас, я только, что вышла из ванны.

— Нет, к тебе я не поеду. Давай съездим в новый пансионат? Нимфа вчера торжественно открыла его под названием 'Здоровый час'.

— Мартин, меня этим пансионатом достали родственники исчезнувших людей!

— Марина, успокойся. Поэтому Нимфа и приглашает всех желающих на день открытых дверей, посмотреть пансионат таким, каков он есть на самом деле.

— Боюсь, но с тобой поеду. Сам садись за руль, и подъезжай к моему дому через полчаса.

Слухами земля полниться. Вздрагивая от страха, люди бродили по летнему саду под огромным колпаком. Марина и Мартин заметили Лизавету и Феликса. Лизавета передала им Феликса и быстро ушла. Она присоединилась к Ралу. Вдвоем они стали обходить пансионат, пытаясь найти стену, сквозь которую люди выпадали из этой жизни. Они все стены потрогали, но никуда не провалились.

Нимфа наблюдала за ними через множественные мониторы. Она сразу сообразила, кто среди гуляющих людей за ней охотиться, и усмехнулась. Дайте отдохнуть! — кричала душа Нимфы, чувствующей страшную усталость от проблем, связанных с пансионатом 'Здоровый час'. Ей ужасно надоела суета вокруг него. Она хотела сделать добро людям в их последние месяцы или дни жизни, она гарантировала им здоровое существование на то время, на которое хватит человеку его жизненных ресурсов.

Но ее никто не понял! За ней охотятся. Ищут стену праха! Хотя, чего ее искать?

Мимо этой стены Лизавета ни одни раз с Ралом прошла, но не нашла. За кого они Нимфу держали? Да спрятала она эту стену, спрятала под коронкой, как зуб мудрости. Она устало посмотрела на мониторы, готовая покинуть пост наблюдений. Но заметила, что Лизавета воткнулась в стену праха и ищет в коронке щелку. Нимфа насторожилась, по ней пробежала нервная дрожь. Усталость сковала ее тело. Она почувствовала себя так плохо, что будь эта стена рядом, сама бы до нее дотронулась.

Лизавета подозвала Рала. Они оба стали осматривать и постукивать странную стену. Потом что-то обсудили и утвердительно замотали головами.

Нимфа затаила дыхание: неужели найдут? — промелькнуло в ее голове.

Рал покрутил вокруг себя головой, нашел спицу от длинного зонтика.

И как эта спица там оказалась? — промелькнуло в голове Нимфы.

Рал спицу просунул около земли под коронку стены, подержал секунд тридцать, и вынул назад. Спица стала существенно короче, а оставшаяся часть изогнулась. Рал невольно бросил остаток спицы на землю. Послышалось тихое шипение, словно она сердилась, остывая от соприкосновения с землей.

Пора прекращать их поиски, — подумала Нимфа и нажала на кнопку с изображением летучей мыши.

Почти мгновенно, из-под ниши, расположенной по диаметру прозрачной крыши вылетели десятки биологических мышей и закружились над людьми, особенно мыши доставали тех, кто был близок к стене праха. Мыши словно пытались увести людей от беды, но не все это понимали. Рал отмахивался от парочки мышей и пытался найти тот предмет, который бы еще раз можно было бы подсунуть под коронку стены.

— Не шути, Рал, — вырвалось из уст Нимфы, она тяжело вздохнула и нажала на кнопку с изображением дождя.

В ту же минуту, из баллонов под крышей пошел мелкий дождь. Лизавета невольно вынула зонт из сумки и раскрыла. Рал выхватил из ее руки зонт и попытался извлечь из него спицу, чем вызвал негодование молодой женщины. Они стали кричать друг на друга.

Нимфа устало улыбнулась. Ссора врагов почти счастье, — промелькнула мысль в ее голове, и она нажала на кнопку с ветром. Под куполом возникли двигающиеся потоки воздуха. Мелкие предметы поднялись в воздух и закружились. Толпа людей стала искать выход с территории пансионата, но натыкалась на безответные стены. Лизавета и та испугалась и беспомощно искала глазами, покинутого Феликса, на Ваню она смотреть больше не хотела.

Вот и славно, — подумала Нимфа, — еще пять минут и все забудут свое недовольство и, будут думать только о выходе. Она легла на кушетку и уснула рядом с экранами наблюдений. Проснувшись, испуганно посмотрела на мониторы. На экранах шел снег из холодильников, поднимаемый порывами ветра. Люди явно замерзли, они жались кучками или изображали элементы бега и гимнастики, чтобы согреться. Нимфа сняла руку с кнопки, с изображением снежинок. Это ж надо было сквозь сон на нее нажать!? На экранах снег прекратился, и женщина нажала на солнце на кнопке. Под куполом ярко засветило солнце. Снег стал таять.

— Лизавета, ты поняла, куда мы попали? — прошептал Феликс, тут все четыре времени года. И люди, отдыхающие здесь, почти не замечают разницы между настоящей погодой и придуманной.

— Феликс, они здесь вовсе не отдыхают, а умирают.

— Ты говори, да знай меру, этот пансионат — игрушка моей матери Нимфы, а она добрая.

— Ты только о доброте Нимфы не говори, сам ведь замерз. А теперь смотри — жарко становиться.

— Отогревает она нас, просто мать демонстрировала способности пансионата на смену климата.

— Ты прав, но я бы здесь отдыхать не хотела.

— Так не для тебя все здесь создано.

— Феликс, а ты о стене праха слышал?

— Нет.

— Мать ничего по этому поводу не говорила?

— Нет! Я ведь ответил уже на этот вопрос! — воскликнул недовольный Феликс.

— Да, ты не информатор, нечего с тебя взять.

— Лизавета, ты зачем с Ралом тут чего-то искала? Маме могло это не понравиться.

— Не сомневаюсь, уже почувствовала. Но, понимаешь, люди говорят, что из этого пансионата никто не возвращается.

— Ты хочешь сказать, что я отсюда не выйду?

— Феликс, сегодня день посещения, день открытых дверей, которых мы не обнаружили.

— Это ты меня сюда привела! Это ты во всем виновата! Да мне не интересны все людские смерти, важно, чтобы я был жив!

— Хорошо сказал, тогда пойдем искать открытые двери. Помаши маме ручкой, вдруг подскажет путь на волю.

Феликс и правда невольно помахал рукой, к руке подлетела биологическая, летучая мышь и как бы потянула молодого человека за собой. Он пошел за летучей мышью, Лизавета пошла за ними. Люди, почуяв, что эти двое знают, где находятся выход, пошли за ними.

Нимфа, видя, что сын ведет за собой толпу, не стала чинить ему препятствий и нажала на кнопку со словом 'выход'. Перед Феликсом открылась потайная дверь, и толпа вслед за ним покинула территорию, пройдя под струей воздуха, сдувающей с них пылинки и мысли.

Лизавета, держась за локоть Феликса, осмотрелась, но не могла вспомнить, где была и зачем. Она просто шла рядом с молодым мужчиной. Толпа быстро разошлась во все стороны, и ничего не напоминало о том месте, где они только что были. Рядом с Лизаветой и Феликсом остановились Мартин и Марина. Они обменялись взглядами и подались в ресторан заесть непонятные впечатления.

Нимфа вызвала к себе Фила.

— Фил, наблюдатели покинули пансионат, можно готовить новый заезд, хорошо бы из людей вашего округа.

— Я понял. Говори число подопытных кроликов, а у нас подготовят бесплатные путевки для долгожителей.

— Но я по миру не хочу идти, поэтому нужны те, кто за всех заплатит.

— Не вопрос. Заплатит руководитель нашего округа Джокер, у него есть бюджетные отчисления на непредвиденные расходы. Я только одно не пойму, куда исчезают болезни стариков, даже на короткое время?

— О, это медицинские разработки. Моя бабка еще этим занималась. Старики проходят краткосрочный курс омоложения, их растягивают по методике, в этот момент окутывают тонким слоем биологической ткани, распределяющей здоровье внутри одеяла. Из организма вытягиваются все соки жизни. Боли они никакой не чувствуют. Я только не пойму, чем люди не довольны?

— Нимфа, да кто недоволен? Тот, кто не успел со стариков взять завещание в свою пользу?

— Фил, вот это и есть твоя главная задача, чтобы проверить наличие завещаний! Подключи юристов, пусть проследят, чтобы потом за нами не следили.

— Нимфа, но все это деньги и очень большие деньги.

— А я и говорю, что мышеловка для кроликов закроется вместе с сыром.

Марина пришла домой и впервые за последнее время, стала ждать Мака. Он пришел домой с букетом лилий, подошел к ней, усмехнулся и протянул цветы. Она механически налила воду в вазу и поставила цветы.

— Марина, есть хорошая новость! Улыбнись!

— Сыр, — улыбнулась Марина.

— Тебя и Дел приглашают участвовать в телевизионном шоу.

— А, что я буду делать с этой шоколадной женщиной господина Ферзя?

— А ты не догадываешься? Передача называется 'женщины генерала'.

— Ты надо мной издеваешься? Я не была никогда женщиной Ферзя!

— И я так думаю, но Добрыня Никитич очень просил надеть аквамарины и явиться на съемки шоу.

— А их нет!

— Чего у тебя нет? аквамаринов?

— Я их раздарила.

— Щедрая ты наша Маша.

— Я не Маша, я Марина, если ты еще меня с секретаршей не перепутал!

— Проехали, ты сегодня не в духе. А ты не знаешь, где Мартин? Его сегодня не было на работе.

— А я причем?

— При нем, — сказал суровым голосом Мак и прошел на кухню.

За окном летал пушистый снег. В голове у Рала было удивительно пустынно, он ничего не хотел, кроме ужина, которого не обнаружил. На столе стояли лилии, и едой не пахло. Он достал из морозильника рыбу в лотке и поставил ее в микроволновую печь, в надежде, что минут через двадцать у него будет готовая рыба.

Марина понуро вошла на кухню.

— Мак, не сердись, мы сегодня были в пансионате 'Здоровый час'.

— Понятно. А у меня будет здоровый ужин.

— Я не успела ничего приготовить, мы поели в ресторане. Ты, знаешь слухи об этом страшном месте?

— Я все знаю или почти все, — ответил Мак, глядя на снег за окном.

— Тогда скажи, где там стена праха, ее искала Лизавета журналистка.

— Пусть ищет, не мое дело тайны выдавать.

— Значит, она существует! — торжественно воскликнула Марина.

— Слушай, дорогая, не лезь в это злачное место… — зло прошипел Мак.

— Не буду, но ведь хотелось бы знать…

— Состаришься до последней стадии — узнаешь.

— Так, ты меня туда пошлешь?

— Сама побежишь, как миленькая.

— А если я не захочу?

— Тебя не спросят, определят степень здоровых клеток в твоем организме и если их число станет критическим, то исход известен — пансионат.

— Но Нимфа не Богиня!

— О, просветили тебя! Нимфа — это, как бы тебе сказать… Она черная фея округа.

— Так, но у нее волосы светлые и она всегда в голубоватой одежде!

— Цвет волос роли не играет, она мисс мистики округа.

— Какая новость интересная!

— Марина, не смей ее имя всуе упоминать! Я это тебе говорю, а не твоим приятелям.

Марина подошла к цветам, погладила их и ушла к себе в комнату. Ей стало страшно! Только сейчас она поняла, что ее познакомили с одним из кругов ада округа, она даже чутьем поняла, где находится эта стена праха, скорее там, где стояли Рал с Лизаветой. Стену они пытались найти. Нет, думать об этой стене она не хотела! Марина решила, что утром пойдет на работу, а куда — решит завтра.

Неожиданно окно открылось, и в комнату влетела биологическая мышь. Она покрутилась вокруг Марины и прилипла к потолку, как бы говоря, что она здесь по делу.

Нимфа, черная фея округа, после дня открытых дверей в пансионате 'Здоровый час' решила сменить имидж. От природы волосы у нее были темные, но она их давно уже осветляла. Теперь она решила осветлить свою деятельность. Она помнила, как Маг Мак изобрел прибор Сердечко, просто потому, что это был ее заказ. Да, она тогда хотела управлять людьми с помощью современных приборов!

Что изменилось теперь? Ничего особенного, но Нимфе захотелось иметь прибор Сердце. Нет, не тот, который восстанавливает сердце после его мимолетной остановки, а… Собственно, что она хочет теперь? Чтобы ее имя не связывали со смертью людей, а связывали с их здоровьем. Добьешься у людей светлых слов… — промелькнуло в ее голове, но эту мысль она отбросила сразу.

Так отчего у людей болит сердце? Надо же ей придумать техническое задание для Мага Мака! Первая мысль потрясла ее саму — от совести! Как ни странно, но сердце болит от мысли, что человек совершил не совсем благовидный поступок. Тогда надо выпустить прибор — Совесть, подсказало ей ее сознание. От неприятностей сердце тоже болит, но неосознанно, и болит, если в этих неприятностях задета пресловутая совесть. Если человек в неприятностях не виновен, то сердце его не заболит. Понятно, что кончина родственников не щадит сердце, но опять же, если совесть молчит и человек сделал все, для того, чтобы спасти умершего, то сердце более менее переносит потерю.

К чему такие мысли? Нимфа не чувствовала угрызения совести, за то, что люди из пансионата уходили в стену праха. Почему? У нее были отличные врачи в штате, они каждого человека проверяли на состояние здоровья электронными датчиками, касаясь незаметно нужных точек на их теле, маленьким электронным прибором. Те, кто покидали пансионат через стену праха, были давно и неизлечимо больны, просто им скрасили последние дни существования.

А теперь Нимфа хотела, чтобы люди научились управлять своим здоровьем с помощью приборов и своего сознания. Но эти приборы надо еще изобрести, несмотря на, то великое множество аппаратуры, которое уже придумано. Ей нужен свой арсенал приборов и Маг Мак ей в этом непременно поможет.

Итак, Сердце. Как заставить его быть здоровым? Убрать Совесть? Ампутировать это ненужное чувство? Нет, Совесть надо оставить. Значит, человек должен чувствовать свои поступки, когда они приближаются к черте — совесть? Нимфа улыбнулась, она уже предчувствовала, что такое задание Магу Маку понравиться. Прибор Сердце должен сигналить о приближении Совести? Нормально! Но это для относительно молодых людей. А у старых людей сердце подвергается естественному старению, как быть здесь?

Как? — эта мысль для Нимфы решения не имела. Она почувствовала, что она только черная фея, но не господь и тут дальше пансионата 'Здоровый час' ее мысль не шла. Тогда она достала из шкатулки порошок, который подсыпала на цветы Марины и безжалостно его выбросила. Клапан жизни, лежащий на столе, запиликал об угрозе, но это было уже неважно…

Марина пошла к себе в комнату, села за компьютерный стол.

'Моя любимая, приди ко мне, побудь минуточку наедине', - пел маленький человечек, сидя на кольце ее руки. Этот симпатяга был ростом в 5 сантиметров, не более. Он немного побродил по ладони и спрыгнул на клавиатуру. Попрыгал по клавишам, написал слово 'привет' и сел на резинку — ластик. Приятно, что на ее столе поселился маленький человечек по имени — Нил. Есть с кем слово молвить. Его голосок был бы писком и не более, если бы не устройство на столе, переводящее его звук для меня, и наоборот. Они находили общий язык. Его домик был в настольном календаре, выполненном в виде шалаша. Марина поставила ему мебель для маленьких кукол, ему все подошло. Он бегал по столу, заходил к цветам, как в парк. Использовал вентилятор для ощущения порывов холодного ветра или тепла. Марина дала ему личный ноутбук, это и было его основным развлечением. Правда, чтобы управлять таким компьютером, ему приходилось прыгать по клавишам, и вместо мышки пользоваться шершавой площадкой, бегая по ней, как люди делают это на транспортире для ходьбы. Когда он уставал от прыжков и бега, переходил к мобильному телефону. Этот прибор меньших размеров, на нем он пытался давить на клавиши ладошкой, иногда это ему удавалось. Устав, он забирался в домик, и на время затихал. Вот и сейчас он спал. Нил в тридцать пять раз меньше хорошо развитого мужчины.

Нил — это первый, миниатюрный клон Мака, если честно, прототип основного Клона. Марине Нила дали, чтобы она за ним наблюдала и развивала по возможности. Чтобы не развлекать Нила самой, она попросила Мака сделать маленькую девушку для Нила. Он предложил, лилипутку сделать мини клоном Марины. Так, что лилипутка еще была в проекте, а Нил пел песни, которые к Марине отношения никакого не имели. Вскоре у Нила появилась маленькая подружка Лика, она была очаровательна. Нилу она, так понравилась, что он спел ей свою песенку о лилипутке. Лилипуты были заняты друг другом.

Марина сидела в комнате, а в голове ее промелькнули сумбурно видения прошлых лет. Неожиданно над ее головой раздался голос Нимфы:

— Марина, я не пойму в чем твоя сила? Ты сидишь в комнате неделю, а от тебя идут флюиды спокойствия. Я вообще хотела тебя пропустить через стену пансионата, поскольку твой клапан жизни зашкаливает за сто лет, хотя тебе нет и тридцати. И зачем ты Лизавете новую курточку купила? Это вывело меня из себя, потому что Лизавета вынюхивала стену праха, которая по тебе давно плачет. Слушай, я подарю тебе новый Клапан жизни. Мой клапан зашкаливает, он пищит, что мне сто лет. Он просит, чтобы я открыла тебе дверь, иначе мне пойдет сто первый год или я улечу на Землю-2 через стену в санатории. Но знаешь. Стена перестала действовать, она меня отталкивает на метр от себя.

— Это странный эллипс, он не пускает вас сквозь страшную стену, — ответила Марина, и подумала, что она теперь точно знает, что так расстроило в свое время Мага Мака и его новое творение — странный эллипс.

Странный эллипс стоял на одной стороне на постаменте, окруженном метровой пустой зоной. Ни один предмет не мог попасть в это пространство. Неизвестная сила, исходившая от эллипса, отталкивала все предметы за границу метра. Зрители толпились за пределами двухметровой зоны. В качестве экскурсовода выступал молодой человек, работающий менеджером по продаже эллипса для автомобильной промышленности.

— Уважаемые, господа! Перед вами уникальное устройство, которое можно установить на любом автомобиле сзади, ориентировочно между фарами. Его задача не подпускать к вашему авто транспорту любые машины на расстояние ближе одного метра! Вы только представьте предполагаемую степень вашей безопасности! Никто сзади не сможет наехать на вашу машину!! Кстати, номер машины можно расположить внутри эллипса. Внешний вид автомобиля практически не изменится! — восторженно говорил менеджер.

— Але, гараж не вынесет такой новинки! — раздалась реплика из недр зрителей.

— Уважаемые покупатели, эллипс можно выключать перед въездом в гараж. На отталкивание работает только одна его сторона, вторая сторона у него вполне спокойная.

— Простите! — воскликнула Марина, — Я не понимаю, откуда в плоском эллипсе столько силы!? Я видела соревнования силачей мира, они гиганты и отталкивают железнодорожные вагоны, но перед нами практически плоский предмет. Где в нем спрятана сила?

— Не волнуйтесь, сила в эллипсе достаточная, чтобы не подпустить рефрижератор к вашей машине ближе, чем на один метр! А откуда в эллипсе берется сила, — это и есть тайна фирмы. Цена вашей безопасности в пределах вашей возможности. Лишнего мы не возьмем, мы можем декоративно скрыть эллипс на вашей машине, дабы он не выдавал секрет безопасности вашей машины.

— Я беру! — выдохнул мужчина с весьма приличными габаритами тела, и невольно качнулся в сторону эллипса, словно он уже принадлежит ему.

— И, прекрасно! С вас и начнем, — засуетился вокруг потенциального покупателя юркий молодой человек. Он нажал на кнопку пульта управления.

В этот же момент все зрители в полной мере почувствовали, что сила, исходившая от эллипса, утихла. И уж совсем неожиданно для всех, крупный мужчина, можно сказать первый покупатель эллипса, рухнул на пол, словно он стрелка компаса, указывающая на эллипс. Марина подбежала к огромному по сравнению с ней мужчине.

— Добрыня Никитич, зачем ты первый купил этот эллипс! В нем страшная сила! — крикнула она с отчаяньем, и с глазами, полными ужаса, села на пол. — Он мертв!

— Этого не может быть! — крикнул менеджер и подошел к мужчине. Он подержал его руку в своей руке, пытаясь тремя пальцами нащупать пульс, но пульса не было. — Вы — правы, он уже в другом мире.

Среди зрителей возникло волнение. Одни пытались подойти к упавшему мужчине, но не могли этого сделать. Другие, затаив дыхание, смотрели на оживший эллипс, который в прямом смысле выталкивал из метровой зоны тело первого покупателя вместе с маленькой женщиной и собственным продавцом.

— Эллипс, — ты чудище! — со слезами воскликнула Марина, грозя кулачками безмятежному эллипсу, от которого шла непонятная сила.

Толпа зрителей невольно отошла от эллипса и направилась к выходу, никто не хотел гибнуть от непонятных явлений. В зале остались три человека, один труп и один эллипс.

— Объясните, почему второй раз включился эллипс, если ты его не включал? — спросил крепкий мужчина у менеджера.

— Слушайте, откуда мне знать, что здесь произошло! — нервно ответил менеджер. — Я могу сказать, что я эллипс не включал второй раз, я его выключил! Мужчину я не убивал, у меня нет никакого оружия!

— А сила, которую излучает эллипс в метровой зоне, может убить человека? — спросил детектив Рал, рассматривая лежащий труп без видимых повреждений.

— Я знаю только о том, что эллипс обладает некой огромной физической силой, о других свойствах его мне неизвестно, — ответил менеджер, медленно отходящий к выходу из зала.

— А, что находится в этой метровой зоне? Что двигает предметы, обладающие большой массой, и движущейся силой, если говорить об автотранспорте? — продолжал задавать вопросы Рал, но ответа он не услышал. Тогда он встал и пошел в сторону эллипса, но метровую зону он не смог пройти. Рал почувствовал вежливое сопротивление воздушных масс. У него возникло ощущение, что нет ничего удивительного в силе эллипса, просто он держит рядом с собой невидимое вещество, которое стопорит движение тем, что пустоты в метровой зоне нет! Хорошо, а куда исчезает это вещество, если эллипс отключить, как это сделал Мартин! И тут Рала осенило, что эллипс никто не выключал, а если выключал, то лишь на очень короткий промежуток времени. А, что могло произойти за столь короткое время? Нет, этот вопрос не его компетенции…

И в этот момент Добрыня Никитич поднялся с пола, подошел к Марине и сказал:

— Марина, я люблю тебя, а не Нимфу, — и сам удивился своим словам.

Эти слова услышала подошедшая Нимфа, она хотела возмутиться, но только улыбнулась, почувствовав, что ревность к Марине ее покинула.

— Фантастический эллипс, — прошептала в ответ Марина, — он фокусирует чувства в нужном направлении. Новая разработка Мага Мака.

Content

Патрацкая Наталья Владимировна Маг

Наталья Владимировна Патрацкая Маг

ЧАСТЬ 1. Нано фея

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Самое большое помещение занимал Глава Макро. Миль на макро — ходе приехал к Главе с докладом и показал новый вид транспорта. Блик, так звали Главу Макро, одобрил действия Миля и разрешил снимать помещения гномов, но при этом не показывать съедобные пласты, и не показывать военные части гномов, не показывать технику

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

ЧАСТЬ 2. Приборная фея

Глава 1

Глава 2

Маг Мак сел за стол Марины, сидеть в кабинете ему было немного страшно. Он вскрыл прибор Театр. Прибор был абсолютно нормальным, никого постороннего вещества в нем не было! Он вздохнул полной грудью, вытеснив из души и пяток, остатки страха. Изобретатель положил руку на руку, склонил на них голову и уснул за столом. Добрыня Никитич лично тряс спящего Мага Мака, пытаясь его разбудить, но тот мычал, урчал, и спал сидя так крепко, как и на перине редко спят. Глава округа сдался и сел в кресло, оглядывая пустой офис, открытые в кабинет двери, не выдержав одиночества, крикнул:

Глава 3

Глава 4

Глава 5

В это время к дому Нимфы подъехал картеж машин с Добрыней Никитичем. Лизавета бросилась к нему, чтобы он дал одну машину съездить к Магу Бару. Глава округа внимательно посмотрел на пассию сына и согласился сам отвезти ее в Торговый дом автомобилей, рядом с которым и был кабинет мага Маг Бара

Глава 6

Глава 6

Глава 7

Глава 8