Валерий Николаевич Гвоздей

Ночная дорога

(сборник стихов)

В книге представлена лирика, а также – ироническая поэзия астраханского поэта, преподавателя Астраханского педагогического университета, В.Н.Гвоздея. Часть текстов была опубликована ранее в коллективном сборнике "Ключ" (Астрахань, 1995), отразившем творческие поиски одноименной литературной студии.

ЛИРИКА

Одиночное плаванье в сторону звезд.

Убегают столетья, волна за волной.

Мой кораблик теченья не ловит за хвост.

Он плывет наугад, не считаясь со мной.

Мой кораблик под ветром кренится слегка.

И не хочет поверить упругой воде.

Я заплыл далеко. Подо мной – облака.

А он смотрит в глаза одинокой звезде…

x x x

Склонясь, как ива, над ручьем,

Пьет женщина из розовых ладоней

Сверкающий поток, в котором тонет

Все небо над ее плечом.

С лица убрав льняную прядь,

Роняет в небо солнечные капли.

Ее рука,

Как маленький кораблик,

Бегущую ласкает гладь…

x x x

Черный бархат твоих ночей.

Хрупкий шепот. И звон ключей.

Этот дом для меня как храм.

И кому-то молиться там.

Как сияют глаза в ночи.

Мне не нужно при них свечи.

Пахнешь ты, словно первый снег…

И часы замедляют бег.

x x x

Густая озерная синь

Разрезана медленной лодкой.

И женщина с плавной походкой

Тяжелую черпает стынь.

У дальнего берега лес

Парит над полоской закатной.

И мысль о дороге обратной

Саднит, словно свежий порез.

x x x

Рояль простер свое крыло

Как ворон Эдгара По.

Играй, пока не рассвело,

Пусть спят трамваи в депо.

Твоих аккордов странный звук,

Нестройный хор голосов

Другим не причиняют мук

И не колеблют основ.

Пока мы здесь – мы не одни,

Хоть это, в общем, старо.

До встречи тот считает дни,

Кто ставит все на "зеро".

x x x

Заводь яркой полна синевы

Словно светит фонарь на дне,

В этом полном небес окне,

Точно врезанном в раму травы.

Как вода утоленья густа…

Не торопимся губ отнять.

Может быть, нам дано понять

Воспаленную жажду листа.

Отстранясь, осторожно взгляну

Вниз, туда, где мерцает свет,

Проницая за сотни лет

Этой синей воды глубину…

x x x

Тьма заоконная, как мед, густа.

Но не до сна, когда – о сокровенном.

Склонясь над бездной чистого листа,

Сказать попробуй о неизреченном

И чтобы речь твоя была проста…

x x x

Словно радуга

птичьи

чисты голоса.

Лес

от корня промыт

и до самой вершины.

Он чуть-чуть потемнел,

Но дождинок роса

Огоньками осыпала ветви крушины.

В этом сумрачном храме лесной чистоты

Я как странный пришелец

из мира иного.

Прежде заросли здесь

не казались густы.

И тропинка

не пряталась, как

от чужого…

ГОРСКАЯ ЛЕГЕНДА

Взгляд затуманенный, как в бездне крик,

Тонул в твоих медлительных ресницах.

Он нежен был и первобытно дик.

И он не говорил о власяницах.

И исполнялась нежность, как мечта.

На дне ущелья замерла Риони.

И в сумерках струилась нагота

В мои глаза, в мои ладони…

Завидна участь – встретить здесь рассвет,

На ложе трав, теплом твоим согретом.

Нагое тело излучает свет.

И пала ночь, пронизанная светом.

x x x

Ветер трогает лунные пряди.

Светит локон, как пламя свечи…

Но земле не уступит ни пяди

Море, зло закипая в ночи.

Вздыбив к небу косматую спину,

Нас подхватит слепая волна.

И бездонную эту пучину

Мы узнаем до самого дна…

Ведь тебя не страшит глубина?..

x x x

Светло звучит рояль в вечерней тишине.

Шопен вздыхает из консерваторских окон.

На пальчик девочка наматывает локон,

Плечом прижавшись к музыкальнейшей стене.

Над нею звуки невесомые плывут.

Прозрачной музыки легко прикосновенье.

И жизнь ее – как ветра дуновенье…

Мелодия… Лишь несколько минут…

x x x

Как занавес, упал на землю дождь.

И переулки превратились в реки.

На город спящий пролилась сквозь веки

Слепых небес целительная мощь.

Дождь лил всю ночь, пренебрегая днем.

Но рушит ветер облачные кручи.

Сияет сквозь изорванные тучи

Лицо луны, промытое дождем.

Еще слышны по лужам на земле

Дождинок дробовые всплески.

Они отчетливы и резки

В мерцающей, дрожащей мгле…

x x x

Опустел уютный зал.

Пролегли густые тени.

Смолкли старые ступени.

Проводил гостей вокзал.

По углам клубится мрак.

Обернулся вечер ночью.

И увидел дом воочью,

Как рояль снимает фрак.

Но продлится до утра

Ваш концерт в уснувшем доме.

Будут звуки тлеть в истоме

Словно угольки костра.

Мальчик в темный зал войдет,

Мешковат в одежке сони,

И протянет к ним ладони…

И судьбу свою найдет.

x x x

Не ищу совпадений и добрых примет.

Этой ночью не будет снов.

Одичалый мой дом в черный сумрак одет

Плещет тьма изо всех углов.

Я не ждал тебя, радость, подруга луны,

Я в окне погасил огонь.

Ты возникла, как музыка – из тишины,

И к губам моим, скованным чувством вины,

Прижимаешь свою ладонь…

x x x

Входили звоном в сон колокола

И застывали на прощальной ноте.

Ты белой птицей два своих крыла

Распластывала в утреннем полете.

Передо мной вершила ритуал.

Взносила гребень плавными руками

И оправляла в локоны овал

Лица с неподведенными глазами.

Впускала в окна заповедный свет.

И словно чар неведомых лишалась.

И думал я: в тебе загадки нет.

А ты – непостижимо улыбалась…

x x x

Голос крови подобен пчелиному гуду.

Жадно воду вбирает сухая земля.

Этой ночи тяжелую, влажную груду

Не измерить, часы на мгновенья деля.

Странно время, когда не желанна пощада.

Чуть звенит, за порог задевая, каблук.

И в глубокой тени, исчезая от взгляда,

Пропадает и жест, и замедленный звук.

Эта нежная прихоть достойна сомненья.

Но острее соблазн ожиданье продлить…

Как случайны, причудливы нитей сплетенья.

И теряется в них путеводная нить.

x x x

С этим нежным исчадием ада

Позабудешь, какой нынче век.

Прячет темень изменчивых век

Тайну вневременного уклада.

Но вода мне желанней сосуда

Пусть прольется, гортань холодя.

По невидимой грани идя,

Мы приблизимся к области чуда.

И в сгустившихся сумерках взгляда

Что-то вспыхнет, светлея на миг…

Вряд ли выразить сможет язык:

С этим нежным исчадием ада…

x x x

Послушай со мной этот блюз…

Суть в поиске, а не в находке.

И с места не сдвинуться лодке,

Пока в ней – наскучивший груз.

Ты чувствуешь смену причуд?

Дождь входит ко мне через крышу.

Я шелест волос твоих слышу.

И слышу – как стрелки бегут…

ЖЕНЩИНЕ

Как внимателен долгий взгляд.

Преломляют свет зеркала

И полет перспективы длят

В комнатенке, что так мала.

Но тебе не до их чудес.

И, глаза в стекло углубя,

Ты исследуешь темный лес

Постигаешь в стекле себя.

Тронет гребень ночную тьму,

Что живет в густых волосах.

Может, что-то и я пойму,

Отражаясь в твоих глазах?..

x x x

Заповедный мой лес!..

Замирает пульсация ртути.

Ускользающий взгляд

Не был брошен сюда наугад.

Но не знает конца

Это странствие в поисках сути.

Если ж есть поворот

То скорее всего, что назад.

Осторожных шагов,

Пропадающих в сумерках леса,

Не услышать вовек,

Не увидеть сквозь полог ветвей.

Пригибает к земле

Эта ноша, лишенная веса,

Груз твоей доброты,

Неотступной тревоги моей…

x x x

Сквозь сиянье прозрачной воды и теченье слепящего

света

Мерно плещет в глаза

первобытная

зеленоглазая мгла.

И когда-то пугавшая неодолимостью

сила запрета

Под твоею рукою становится вдруг

до смешного мала.

Изначальная мгла

проступает тяжелой, сверкающей солью.

Различаются дни

цветом глаз и оттенком звенящих волос.

Наше время созреет, как плод,

наливаясь

сомненьем и болью.

Может быть

лишь для этого

сад наш

на почве скудеющей

рос.

x x x

Только ветер звенящий промчится, вздымая покровы.

Птицы в небе продолжат судьбой предначертанный путь.

Звездный ветер откроет окно, отодвинет засовы.

И откроется взгляду прозрачная, чистая суть.

Совершенные линии рук, продолжение взгляда…

Стайка звезд затеряется в темных, как ночь, волосах.

Это эхо грядущего летней порой звездопада.

Две зеленых звезды отразятся в полночных глазах.

НОВЫЙ АБЕЛЯР

Лунным светом войду… Ты услышишь мое дыханье.

Пламя вдруг ощутив, ты поймешь, кто ночной твой гость.

Лишь к тебе прикоснусь – и в ответ на мое касанье…

Словно чуть покачнется налитая солнцем гроздь.

Темный шелк заструится – и встретятся наши губы.

Как прозрачен неистовой жажды моей родник.

Свет войдет в эту плоть. Будут руки нежны и грубы.

Средоточие света… И свят будет каждый миг.

x x x

От росы тяжелеет цветок. Тяжелеют покорностью руки.

Время тает, как льдинка в руке, устремляясь по капле к нулю.

Замирает в ладони ладонь. В тишине растворяются звуки.

Но иссякнет прозрачный родник, если жажду свою утолю.

Взглядом волка смотрю на тебя, но не взглядом, молящим о ласке.

Волк всегда застигает врасплох… И растерянный жест прихотлив.

К сердцу матери девочка льнет и внимает доверчиво сказке.

Знает мать, но не знает дитя: правят морем прилив и отлив.

Руки нежные тронут цветок и на волка поставят капканы.

Легче – в чьих-то глазах утонуть, чем найти путеводную нить.

Тихо взгляд от тебя отвожу – будто нож вынимаю из раны.

Слушать девочке сказки и жить. Долго женщине рану таить.

x x x

Словно два безрассудных дельфина,

Угодивших в игре на песок…

И прощанья холодная льдина

От беспомощных – на волосок.

Станем завтра пригоршнею праха…

Набегает угрюмо прибой.

Две янтарные капельки страха

Мы с тобой…

ПОЭТ

Между светом и тенью, по призрачной грани,

Дуновением ветра скользнув по судьбе,

Ты пропел. И заката холодные длани

Мертвой хваткой ложатся на горло тебе.

Жил под небом, как по небу странствует птица.

Вот и берег. Меж пальцев струится песок.

Жизнь поэта – песка слюдяная частица.

Дом его – шесть извечных сосновых досок.

Ты вода, сохранившая форму сосуда.

Я ж из тех, кто тебе не поставит свечи.

Для кого-то – Христос, для кого-то – Иуда,

Но как угли костра твоего горячи!..

x x x

Мягкой поступью ночь приближается к запертой двери.

Даже если молчать, не услышишь тяжелых шагов.

Ходят так в тишине только ночи да хищные звери,

Те, что ужас сплошной, от когтей – до кинжальных клыков.

Станет камень текучим, а воздух – стеклом затвердеет.

Потемневшее небо

провисло от тяжести звезд.

И хоть ночь глубока, уголь, пеплом подернутый, рдеет,

Как звезда, что скатилась с высоких небес на погост.

Птица прянула в небо и медленно тает в эфире.

А тяжелые звезды упорны в стремлении вниз.

Звездопад перепутал все ноты в небесном клавире…

И холодные волны ласкает томящийся бриз.

x x x

Сон разбился. Хрустит под ногами стекло.

Звездопад обернулся вблизи камнепадом.

Уплотнилось пространство, смещаясь под взглядом,

Там, где в двух направлениях время текло.

Дай мне чистую мудрость ночного дождя.

И сторицей вернется нехитрая ссуда.

И вода, повторившая форму сосуда,

Не исчезнет, щербинку в сосуде найдя.

ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЙ ПЕЙЗАЖ

Звезда над полем сонно слепла.

Струилась ночь из бездны синей.

Все серебрил небесный иней

В немом пространстве цвета пепла.

По лезвию судьбы идущим

Дано остаться в твердом слове.

Им по тропе идти не внове

Между желаемым и сущим…

x x x

Знаю таинство имени, магию взгляда.

Вот и двери открыты. Стреножено эхо.

К чему?

Если сомкнуты руки,

И губы не сохнут от жажды…

Может быть, лишь однажды…

Разве это не повод забыть о томлениях духа,

Полученных нами в наследство?

Есть верное средство:

От впаденья в маразм

Помогает впадение в детство.

О стремленье куда-нибудь деться!

Ты не знаешь – куда, я не знаю – зачем.

Как блаженно неведенье это…

x x x

Только отблески зная,

теряясь

в оттенках созвучий,

Проникая за грань,

но предел ощущая

в себе,

Как суметь уловить,

удержать

этот облик текучий

В бесконечной, незримой,

железом звенящей

косьбе?

Истончается контур, почти исчезает

граница

Между сном и пчелой,

между каплей

воды

и землей.

Проясняются лица. И каждое

словно страница.

Вскрикнет птица. И руки совьются

петлей.

Ускользая из сомкнутых рук,

ненадежного крова,

Все стремишься постигнуть

едва ли

доступное нам…

Напряженье

волнами исходит от каждого слова.

Что за тихая, тайная весть,

что за тяга

к волнам…

x x x

Омывая сознанье прохладным теченьем,

Отделяющим светлое имя от плоти,

Стать не сможешь мученьем моим и леченьем,

Откровеньем, наполненным смутным значеньем,

Неизбывным томлением и утоленьем,

Неизвестно к кому обращенным моленьем,

Наказаньем моим и последним прощеньем,

Отделяющим светлое имя от плоти,

Угасающим в медленных сгустках заката…

x x x

Глубина, от которой захватит дыханье…

И грядущего тень пробежит по лицу.

И равны утверждение и отрицанье.

И дорога прямей, приближаясь к кольцу.

Удивит совпадение вещи и слова.

Не споткнись о звезду, заблудившись в себе…

Приподнять и на миг не сумеешь покрова,

Обретая себя в торопливой ходьбе.

x x x

Твой медлительный сон как тяжелая, темная влага…

Пробуждается мрак… И не вспомнить забытой молитвы

В гулком, замкнутом мире, недвижном, как древняя сага,

Там, где нежность остра, словно тонкое лезвие бритвы,

Где совпали пространство и время для каждого шага…

Твой медлительный сон – кто в нем сумрачный гость и хозяин?

Уведи поскорей в глубину от непрочной границы.

Чтобы ветер, летящий с далеких и чуждых окраин,

Не спугнул этой редкой, покоя не знающей птицы…

Чтобы раньше рассвета не смели подняться ресницы.

x x x

Наливаешься темным, тяжелым огнем.

Он пылает в ладонях и в теле твоем.

И качает энергии мутный прибой

Устоявшийся мир, что зовется тобой.

И не веришь клокочущей силе своей.

И не знаешь разумного выхода ей.

И боишься, что выходом ей станет взрыв.

И прибой успокоится, остров твой скрыв…

x x x

В темных водах покоится чистая суть бытия.

Взгляд бессилен. Немеют уста и ладони.

В сердце боль… Так бывает на самом излете

Погони.

Тень ложится на берег песчаный. Быть может – твоя?..

Назови приключением или опасной игрой

Путь сквозь плотное облако поднятой мути.

Далеко уведет возвращение к собственной сути,

Если знать, что возможна конечная встреча с собой.

x x x

В пространстве трех октав затерянный мотив,

Мелодия без нот, мерцающая в звуке…

Мы отданы во власть неведомой поруке.

И нам нельзя уйти, свой долг не заплатив.

Твой голос будет слаб… Сильнее голос двух.

Двоенье звука оттеняет грани смысла.

Сакральные слова, магические числа…

Здесь дремлет боль. Но так

взрастает дух.

x x x

Что-то в линии губ… или в блеске волос…

Но, едва уловимо для слуха,

Ветер свищет в расщелинах духа.

И во взгляде ответном – вопрос.

Двух забвений зола оседает в зрачках.

Далеко ли до дна – я не знаю.

Вижу небо, ступая по краю,

И на дне – затаившийся страх.

x x x

И в ткани трех цветов, и в муке трех сомнений,

И в пламени трех свеч, мерцающих во тьме,

Я чувствую соблазн, мой светлоглазый гений,

Не отыскать пути от осени к зиме.

Пусть ветер холодит опущенные веки,

И ниспадает с плеч прозрачный лунный свет

Тепла твоя ладонь… Ты помнишь, у Сенеки?..

А впрочем – ничего об этом в книгах нет…

x x x

Даже если отказано в том, и враждебностью тонкой

Озаряется нежно лицо, и светлеют глаза…

Словно в радуге крыльев застыла на миг стрекоза…

Или ветер играет у ног новогодней картонкой…

Даже если отказано в том, и твои обещанья

Рук не свяжут тебе – лишь бы взгляды остались ясны…

И серебряным эхом в бескрайних полях тишины

Продлевается отзвук прощения или прощанья.

МАНДЕЛЬШТАМ

Миндальный посох, горький вкус

Судьбы,

Незримый крест, что носишь на себе.

А тут – стена. И разбивают лбы

Те, кто живет в рассеянной ходьбе.

А посох прям. То легок, то тяжел.

И видел смерть

Огня в седой пыли,

Изгиб волны, полет медовых пчел…

И как в кромешной тьме

Считают корабли.

x x x

Цветы и в полдень не искали тени.

И не звенела над травой коса.

И рядом с волком пили из ручья олени.

И лестница вела на небеса…

Не встать и для м о л и т в ы на колени.

И на цветы не выпадет роса.

Недаром сломаны все нижние ступени

У лестницы, ведущей в небеса.

x x x

Кому ниспосланы прохлада и покой?..

Осталась музыка, мелодия печали.

Какие волны прежде нас качали…

Но я на берег выброшен волной.

Ужели радости небесной и земной

Замена – бледное ее изображенье?..

Я чувствую, что небеса пришли в движенье

Все громче гул, и звезды кружат надо мной…

x x x

Жжет ладони душистое русое пламя

нежнее молчанья слабеющий шепот

и полуоткрыты глаза приютившей нас ночи

и движется время по кругу

и ветер не тронет огня

и не вторгнется холод

согреет душистое русое пламя

пространство и время

БЛЮЗ ВОЛНЫ

Нас медленной волной уносит в море…

Полоска берега уже едва видна.

Я слышу каждый звук в небесном хоре.

И каждый вздох – он как глоток вина.

Как долог путь… Ты станешь тенью тени.

И выронит весло усталая рука.

Как долог путь… И волны – как ступени,

Ведущие с земли – за облака.

Нас медленной волной уносит в море.

И наши судьбы – словно нитка бус,

Как тайный знак в причудливом узоре…

И все, что я люблю, звучит, как блюз.

x x x

Ассирийские таинства сумрачных иносказаний,

В затененном потоке угасшие светлые блики,

Словно долгое эхо нездешних, чуть слышных дыханий,

Словно робкие пальцы вползающей в дом повилики.

Не имеющий меры не ведает смысла границы.

И тяжелое время, как воск, разминает в ладони.

Набегающий ветер листает чужие страницы.

И по дикой земле разбредаются дикие кони.

Птица прянула в небо и медленно тает в эфире.

Следом гаснет звезда, пропадая от долгого взгляда.

Темной ночью глаза раскрываются несколько шире.

И наверное это – награда.

x x x

В разомкнутых пространствах бытия

Не разгадать путей незримых,

Пока что от тебя хранимых,

Как будто ноша эта – не твоя.

Тебя несет энергия судьбы.

Светлее путь от близости созвездий.

Но в храме покаяний и возмездий

Не примут ни мольбы, ни ворожбы.

РАННЯЯ ОСЕНЬ

Как тихо здесь… И ты идешь в тиши

Деревьев умирающих до срока.

Ты не одна. Но как ты одинока

В лесной глуши растерянной души.

И ждет рука руки прикосновенья.

И полон света каждый лепесток.

Ты помнишь боли трепетный исток,

Как помнит море – ветра дуновенья…

НОЧНАЯ ДОРОГА

Звездное небо, ночная дорога,

Рокот мотора и шорох колес.

Междугородный, почти что до Бога.

Спят пассажиры, и это всерьез.

Дремлет водитель, такая усталость…

Он головою склонился на руль.

Сколько осталось? Ну самую малость:

На циферблате – мерцающий нуль.

Звездною пылью стекло серебрится.

А впереди – ни людей, ни машин.

Кажется, что-то сегодня случится.

Но для тревоги пока нет причин.

Тает во мраке светящийся глобус.

Странный маршрут превратился в полет.

Это обычный межзвездный автобус.

Хоть неизвестно – куда он везет.

ДРУГАЯ ПОЭЗИЯ (1989 – 1998)

За прогрессом поспеваю,

Хоть простой провизор.

И компьютер починяю

Как свой телевизор!

БОЛЬШИЕ И МАЛЕНЬКИЕ

Шел по пляжу папуас.

А за ним шел мамуас.

Бабуаса с дедуасом

Повстречали – к глазу глаз…

Свой таинственный рассказ

Мы продолжим в прошлый раз:

Слишком все разволновались,

Что объестся папуас!

УТРО

Занимался рассвет,

А вот чем – никому не известно.

Новый день наступал

На хвосты и на лапы

Всем тем,

У кого они были.

Песня звонко лилась

Из неплотно прикрытого

Крана,

В котором сидит

Крановщица.

И сверлящая мысль

Становилась сверлом

Бормашины, будильника с виду,

В ухо мне вереща,

Что пора бы и

Встать…

x x x

Кто ткет, тот ткач.

Кто врет, тот… врач?..

ЛЕНОЧКЕ

Смотри: я на тебя сейчас

Не обращу внимания.

Выходит – в школе врут про нас,

Что это просто мания!

x x x

– Ты зачем комарика убил!..

Я смотрю на трупик, чуть не плача…

Ты за что несчастного сгубил?!

– Это… ну… Он первый начал!

x x x

Ежесекундно… Это значит

В одну секунду – по ежу?..

НАБЛЮДЕНИЕ

Два упитаных мамой ребенка

Поделить не сумели котенка.

А котенок, хоть маленький был,

Быстро поровну их наделил!

x x x

Три кота в моем дому.

И я знаю, почему

Весь изодран трикотаж.

Ну еще бы: три кота ж!

Хорошо, что не четыре…

ЛЕТЧИКИ

Испанский летчик реет в облаках.

Китайский летчик реет в облаках.

Французский летчик реет в облаках.

И много летчиков других там реет.

А наш-то реет – выше облаков!

МОРЯК

Раскинулось море широко,

А может быть и – широко.

Плывем мы домой из Марокко

И птичье везем молоко.

Плывем и жуем апельсины.

И все возрастает наш пыл:

Я съел их четыре корзины

Корабль быстрее поплыл.

И вот мы, в том нету порока,

На палубе сели рядком…

Мы прибыли в порт раньше срока!

Мне нравится быть моряком.

x x x

Часы бьют полночь…

А за что?!

ЖУТКАЯ ИСТОРИЯ

Почтенную леди поймал людоед.

И вот наступил людоедский обед.

И старая леди вскричала в тоске:

– Держать вилку в левой, нож – в правой руке!

БОБИК

Уж полчаса испытываю грусть.

А выть не разрешают.

Ну и пусть.

Сижу, на нос наматываю прядь.

И жду: когда же поведут гулять?..

НА ПРОГУЛКЕ

Зеленый садик. Дедушки сидят.

Тот сад, наверное,- дед-сад.

Но как нам называть тот сад,

В котором – бабушки сидят?..

x x x

На меня мой папа зол:

Принимает "папазол".

Если ж будет папа рад,

Сразу примет "папарад"?..

x x x

Бедуин, устав от бед,

Скушал финик на обед.

Жизнь проста, когда есть финик.

Ну а если его – нет?..

БОЛЬШИЕ И МАЛЕНЬКИЕ

Спугнул большую Муху

Маленький Щенок

И в удивленье

Чешет задней лапой

Ухо:

Считать ли очень уж

Большой

Такую Муху,

Раз на нее

Нагнать он страху

Смог?..

НА УРОКЕ МЕДИЦИНЫ

А вот этот паразит

Кого хочешь поразит!

ОСОБЫЙ ЯЗЫК

Если скажут нам про лапу,

Сразу вспомним о лапше.

Ну а Машиного папу

Мы зовем "папье-маше"!

КОВБОЙСКИЙ ФИЛЬМ

И Дик мгновенно выхватил свой "кольт"!

А Джо – еще мгновеннее!

СОЛНЦЕ

Так грустно мне без солнечного света…

Ну Солнце, посвети хотя бы час!

Недолго ждать пришлось ответа:

Мне Солнце засветило – прямо в глаз!

В РАЗДЕВАЛКЕ

Предназначенье пуговиц – пугать.

Но я не робкого десятка!

Пускай на них потрачена десятка,

Со мною им не совладать!

ПО ДОРОГЕ ИЗ ШКОЛЫ

В трамвае надпись:

"…погасить компостером талон".

Но у меня ведь не горит и даже

Не дымится он!

В ГОСТЯХ У НОВОСЕЛА

Ну а вот это ванная:

Не ванная – нирванная!

Так папа выражается,

Когда весь день купается.

Какое наслаждение

В нирванную впадение!

ДОМА

Я уборку затеял, порядок любя.

Все теперь на местах.

Но куда впопыхах

Я засунул при этом

Себя?..

x x x

Тете Оле ее оленята

В Женский день подарили Щенка.

Утром их ожидала расплата:

Ни носка не найти, ни чулка…

Я уже не говорю

о шлепанцах.

ТРЕБОВАТЕЛЬНЫЙ ЧИТАТЕЛЬ

Я Тотошу и Кокошу

Скоро точно укокошу!

В ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ

Не ночью, не утром – средь белого дня

Коварный агрессор напал на меня!

И отнял, не прячась и на волосок,

Моих территорий изрядный кусок…

И долго успехом захвата был горд

Пока мы не съели разрезанный торт…

Но зря задирал он свой нос до небес:

Ведь этот кусочек мне в горло не лез!

НЕ В СВОЕЙ ТАРЕЛКЕ

Я маленький зеленый человечек,

В летающей тарелке я лечу.

Я на обед съедаю сорок свечек,

А больше почему-то не хочу.

Я в своей тарелке лечу

Куда захочу!

Я ночью к вам залезу в холодильник

И съем один всю вашу колбасу.

Отвешу вашей кошке подзатыльник

И пылесос на крышу унесу.

Я в своей тарелке лечу

Куда захочу!

Попалась мне на днях одна бутылка…

Хоть было многовато одному

Я из нее набрался до затылка,

И вот теперь не знаю – почему:

Не в своей тарелке лечу

Куда не хочу!

ВИШНЕВАЯ ПРОБЛЕМА

Варенье, эх, вишневое,

Оно совсем без косточек,

Оно почти без веточек,

Ему всего лишь год;

И хоть просторно в баночке,

И хоть привольно в вазочке,

И хоть уютно в ложечке,

Да только, значит, вот…

Варенье, эх, вишневое

Имеет, ох, тенденцию,

Имеет, ух, тенденцию

Внезапно пропадать.

И чтоб не вышло страшного,

Сознательные граждане

Обязаны вниманием

Варенье окружать.

Проблему, эх, вишневую

Мы начали обдумывать,

Мы начали осмысливать,

Все мучились, и вот

Пришли к такому мнению,

Пришли к такому выводу,

Что если съесть варение,

Оно – не пропадет!

КЛУБНИКА

Как душа терзается…

Я клубнику покупал;

Кто-то за спиной сказал,

Что она – кусается…

А клубника – ешь, не трусь,

Так в роток и просится!..

К ней притронуться боюсь:

Вдруг она – набросится?!

МАЛЕНЬКИЙ ФИЛОСОФ

Лежу под деревом в саду былых иллюзий

И жду, когда мне сверху что-то упадет.

И вижу – на моем обширном голом пузе

Расселся стрекозел, как вертолет.

Эй, стрекозел! А ну давай – лети отсюда!

Ишь, дрянь, устроил из меня аэродром.

Я тут напрягся очень в ожиданье чуда.

Короче, ты уматывай добром.

И стрекозел, услышав это, встрепенулся,

Взмахнул крылами и отправился в полет.

Он высоту набрал, назад не оглянулся

Держа меня при этом за живот.

И вот…

Лежу под деревом в саду былых иллюзий,

В который сверху что-нибудь да упадет…

Разочарованный и с пластырем на пузе,

Я думаю: "Так дальше – не пойдет!"

ОТ СЕССИИ ДО СЕССИИ

– Поступил в непыльный вуз

И живешь – не дуешь в ус!

– Я и рад бы дунуть в ус,

Да вот насморка боюсь!

СТУДЕНЧЕСКИЙ ГЕРОИЗМ

У вселенной на виду

Я – на лекцию иду!

x x x

Своим хвостом гордится кошка!

Я ей завидую немножко…

Ведь ей совсем не в тягость хвост.

Меня ж хвоста тревожит рост…

Вопрос хвоста совсем не прост

МНЕ ДАЖЕ В РОТ НЕ ЛЕЗЕТ ЛОЖКА!

ПЕРЕД ЭКЗАМЕНОМ

Ну вот: приснился мне опять

Том Канта с надписью: "Не кантовать!"

ЭКЗАМЕН

Не осуждай, суровый собеседник,

За то, что долго на вопрос не отвечаю

И за окно смотрю в раздумии глубоком.

Когда б ты знал, когда б ты только ведал!..

Извилины мои – извилистые очень,

И мыслям в них совсем не трудно заблудиться,

Но трудно выход отыскать из лабиринта.

И троечку хотя бы заслужить…

ЭКЗАМЕНАТОР

Не бойтесь вы, я страшный только с виду,

По сути я – законченный добряк.

Я сердцем рад любому индивиду,

Хотя предпочитаю молодняк.

Уверен я, сойдемся мы во вкусах.

И я сумею не пересолить.

Играет солнца луч на ваших бусах…

Ведь правда – хорошо на свете жить?..

Не бойтесь, детка, ближе подойдите

И левой ручкой цапните билет.

Ну а теперь в глаза мне загляните:

Ведь я, пам-пам, немножко людоед!

Ведь я, ам-ам, немножко – людоед.

x x x

Библиотекарша, строга, учтива,

Стоит, как изваяние, у чтива

И размышляет, видимо, о том,

Кто тяпнул Канта третий том.

И – что с ним сделает, потом.

Если поймает, конечно.

Пойду-ка я потихоньку…

В БУФЕТЕ

В животе пирожку одиноко!

И хоть рядом его коллектив,

Отвожу я голодное око,

И за первый-то – не заплатив…

ЗАРУБЕЖНАЯ ЛИТЕРАТУРА

"Замок" замкнут, но не на замок…

Эту Кафку я так дочитать и не смог!

ВЫПУСКНИК

Остался родной институт за углом.

Лежит в дипломате отличный диплом,

Отличный диплом, говорящий о том,

Как много владелец забудет потом!

ПЕСНЯ ОЧЕНЬ БОГАТОГО ЧЕЛОВЕКА

Куплю "роллс-ройс", нет, лучше – "мерседес"!

Они с утра меня на рынке ждут.

Что мне купить? Ведь я богат, как Крез:

Сегодня нам стипендию дают.

Куплю коттедж и стоквартирный дом,

Роскошный сад, где финики растут,

Куплю бассейн и стану плавать в нем.

Сегодня нам стипендию дают.

Еще куплю огромный пароход

Пятьсот кают и сказочный уют!

Куплю завод… Нет, лучше – бутерброд.

Сегодня нам стипендию дают…

ПЕДАГОГИЧЕСКИЕ СТРАДАНИЯ

Ты мне опять говоришь о весне

И нежно смотришь в глаза.

Ты набегу улыбаешься мне,

Быстрая, как стрекоза.

Жаль, что понятен мне замысел твой,

Знаю я все наперед.

И для того ты играешь со мной,

Чтоб я поставил зачет!

О ЛЮБВИ

ПИСЬМО АДАМА В РАЙСКИЙ КОМИТЕТ

Мое ребро отдельно ходит,

Со Змеем шепчется тайком.

Меня капризами изводит.

И пишет жалобы в райком!

Живу я как-то кривобоко.

А где-то там – мое ребро.

Мне без него так одиноко…

Верните мне мое добро!

Ну разве я прошу о многом?..

Тут не до мелочных обид.

Ребро меня поссорит с Богом

И рая Божьего лишит!

А если это обращенье

Напрасно вымолвил язык,

И нет надежд на возвращенье,

То лучше сделайте – шашлык!

x x x

Незрелый взгляд зеленых глаз

Давно уж не волнует нас.

Кого-то, может, он и греет,

Но ждать – пока созреет…

РУССКИЙ БЛЮЗ

Грузчик Иван Петров

Вечером шел с работы.

Был он вполне здоров

И напевал три ноты.

Вдруг большой "метеор"

Прямо навстречу Ване:

Сбил головной убор,

Сделал дыру в кармане.

И загрустил Иван.

Кто его боль измерит?..

Так опустел карман.

Ну а жена – не верит!

x x x

Встану я сейчас изящно,

Встану я сейчас красиво,

Чтобы выглядеть эффектно,

Чтобы сразу все упали!!!

x x x

В какой помаде я! В каком нездешнем лаке!

В каких духах – "Шанель" или "Диор"?..

И Данди-Крокодил в своем крокодиллаке

Вот-вот подъедет, приглушив мотор!

x x x

Я Афродита! Можно просто Фрося…

НЕЗАБУДКА

Мы с тобой повстречались на пляже,

И была ты ну так хороша,

Что теперь не припомню я даже,

Как остался почти без гроша.

А потом мы встречались все чаще.

Ты ко мне приходила домой.

Понял я, что любви настоящей

Ты подаришь мне рай неземной!

Ты меня очень сильно любила.

На рассвете, смущаясь чуть-чуть,

Мое сердце с собой уносила

И в придачу – еще что-нибудь.

Ты с собой унесла две зарплаты,

Новый видеомагнитофон,

Телевизор цветной унесла ты,

А ведь был он тяжелым, как слон!

Да, любовь – это страшная сила,

Повторю я опять и опять.

Как ты мебель мою выносила

До сих пор не могу я понять!

x x x

Услышал во тьме звук поцелуя.

Подумалось:

"Кто-то ест помидор…"

x x x

Боже, милая, как ты могла?..

Роковой стала эта загадка.

И суровая, горькая складка

На моем животе залегла.

x x x

Я купил тебе духи

За сто семьдесят рублей!

И ты стала мне дороже,

На указанную сумму.

ДОРОГАЯ

Я на тебя смотрю, от счастья тая.

Меня любой бы смог понять.

Ты золотая, просто – золотая!

Тебя в сбербанке надо бы держать.

Вот только где такую банку взять?..

x x x

Потрясая бусами и гривою,

Приближаешься походкою игривою.

И не сказка это, не фантазия…

От тебя совсем в экстазе я!

НОКТЮРН У ОКНА

Ночь так полна самых черных котов.

Слышу возню возле будки собачьей,

Пьяную ругань каких-то жлобов…

Дерутся – ну как же иначе.

Слушаю музыку высших сфер.

И не мешает мне запах помойки.

Вот бы поставить кондиционер!

Ну или – добраться до койки.

Ах, в этот миг я один на земле.

Мне так легко… Только вот невезенье:

Вижу, на старой, облезлой метле

Летишь ты – ну как привиденье.

Я не успею захлопнуть окно.

Видимо, снова – любовь до рассвета.

Мы не встречались довольно давно.

А это – плохая примета…

Нас разбудил аромат шашлыков:

Там, на углу, есть мангал-подзаборник…

Ты бы летела, в конце-то концов.

Иначе – обидится дворник.

ПЛАМЯ В КРОВИ

Ты слишком любишь говорить о любви.

А я в отрубе, хоть зови – не зови.

Я понимаю, это пламя в крови…

Но все же, детка, на меня не дави.

Я этим утром словно павший в бою.

Ведь я так рано никогда не встаю.

А твой будильник я сегодня убью.

Ты лучше вспомни, что лежишь на краю!

Ведь ты куда-то собиралась успеть.

Тебе еще так много нужно одеть.

Умерь порывы – ну хотя бы на треть.

Ведь от тебя недолго и помереть!

НЕОТРАЗИМОЙ

Неотразима ты!

Любой на свете луже

Тебя не отразить

Уж больно велика!

Неотразима ты.

И что гораздо хуже

Неотразима, как удар наверняка!

О ЛЮБВИ

Взял напрокат бутылку пива,

Кусочек рыбки одолжил.

Ведь ты сегодня так красива!

Я угостить тебя решил.

Не видел я светлей картины:

Горит в сердцах любви огонь!

Отпей не больше половины.

А рыбку – вообще не тронь.

Но ты прикончила все пиво.

И рыбки что-то не видать…

А ты не так уж и красива

Теперь я начал замечать!

Такого я не ждал удара.

Нет, видно, вместе нам не быть.

Нет, дорогая, мы не пара:

Я думал, ты не станешь пить.

x x x

Вонзились в грудь два нежных острия…

Как только жив остался я! С.75

x x x

Меня поймали две рецидевицы

И взяли в тесное кольцо.

Они рычали, словно две тигрицы,

Помадой пачкая мое лицо.

Сжимали руки, стискивали плечи,

Мозги сдвигали на крутой бекрень…

Но тут на поле очень грозной сечи

С ужасным грохотом ночная пала

Тень!..

x x x

Восьмая Марта! Марта номер восемь!

Услышь меня! И взгляда удостой!

К тебе стремлюсь я ошалевшим лосем,

Такой большой, доверчивый, простой.

Восьмая Марта! Пряников не надо.

Мне это имя слаще, чем халва.

Но за тобой – лосей рогатых стадо…

Видать, хвостом вертеть ты здорова!

Восьмая Марта! А, Восьмая Марта?..

Наверное и вправду я – совсем…

Но не унять лосиного азарта.

Ну хоть скажи, где предыдущих семь?..

x x x

Безумный бред давно минувших лет.

О как ты лучезарно улыбнулась!

И звездный взгляд ты бросила мне вслед…

Но, слава Богу,- промахнулась.

x x x

Было время – я влюблялся чаще.

С полувзгляда вспыхивала кровь.

Словно шел по непролазной чаще:

Что ни дерево – то первая любовь!

x x x

Мне весело бежать на поводке!

Ведь он зажат – в ЕЕ руке!

Ведь я не ведаю пока

Как тяжела ЕЕ рука…

x x x

Поцелуй воздушный твой

Сразу валит с ног долой.

Что же будет, как подаришь

Не воздушный, а – другой?..

x x x

Эти губы меня пригубят…

Эти губы меня погубят…

Ведь, похоже, совсем не любят.

Но все губят и губят, губят!..

x x x

– Горек ли, сладок ли мой поцелуй?..

– Не разобрал. Ты еще поцелуй!

x x x

Помадою целуют, плачут тушью,

Оштукатуренные с ног до головы.

Сплошная штукатурка! Где же – вы?

Но мой вопрос покажется вам чушью…

ДИАЛОГ

– !

– ?..

– !!!

– ?!

– …

ОНА

Я прекрасней, чем пион!

Где же сердца чемпион?!

x x x

Какие ты чувства питаешь ко мне?

Такие, как я или – больше вдвойне?

Скажи мне, скажи мне, скажи, не таись!

А нет – кыш из сердца, из разума – брысь!

x x x

Здесь меня не возьмет самый чуткий радар.

Я визит нанесу – как наносят удар!

И останусь надолго. А все почему?

Я так нежно привязан к коту твоему…

x x x

У пушистого Кота

Все сплошная муркота!

Жалко, что у Кошки

Коготки да блошки…

x x x

Как жалобно мяучит Кот…

Его, наверно, обижает Кошка.

Смотрю во дворик из окошка

Там Кошки нет. Но Кот-то… Все орет.

x x x

Во всех ты, душенька, нарядах хороша!

И – даже если на тебе нет ни шиша!

НА ДНЕ

Кто купался в бочке с медом,

Тот меня поймет:

Станет дно небесным сводом,

Если в бочке – мед!

x x x

Рита снова творит ритуал.

Нет, не зря я со стула упал!

x x x

В небесах Комар горит,

Выпив крови Маргарит.

Как подбитый самолет,

Он на землю упадет,

Словно бомба, охнет

И – сдохнет!

Так ему и надо.

У, кровопийца…

x x x

Это нежное создание

Собиралось на свидание

Как на спецзадание!

НАРОДНАЯ ПРИМЕТА

Если милая бьет – значит, любит.

По-другому же нам не с руки.

Как узнать, если б не синяки,

Сколько раз она в день приголубит?

ЛИРИЧЕСКОЕ

Мой нос, распухший от простуды…

Что перед ним предательство Иуды!

Я ЕЙ читал свои стихи,

А в это время он

Апчхи!

И куда вся поэзия подевалась…

x x x

Как горек был прощальный вечер:

В салате мне попался горький огурец…

Надолго нам запомнится прощанье!

x x x

Моя любимая аллея…

Там я бродил, мечты лелея…

С подругой, нежной, как лилея…

И пламенел закат, алея…

Я тоже малость пламенел…

Пойду-ка я на ту аллею

И там опять запламенею!

x x x

Какой огонь зажгли в моей крови

Мученья безответственной любви!

x x x

Переждем, как стихийное бедствие,

Мы взаимное несоответствие!

ГВОЗДИЗМЫ

Два небольших идиотизма круглой формы

Обменивались мненьями.

Свободными.

Свободно.

И мненья их во многом совпадали.

Ну не чудо ль?!

x x x

Что с того, что я полный мужчина?

Разве это для грусти причина?

Аргумент тут довольно простой:

Лучше полный мужик, чем пустой!

x x x

Еду в транспорте средней набитости.

И грущу об утраченной сытости…

Но ведь если бы каждый был сыт

Как тогда был бы транспорт набит!

x x x

Мы тянем сеть, а там – чешуйчатая глыба!

И бьет хвостом! И пенится вода!

Ну что ж, русалка – тоже рыба.

Где там у нас была сковорода?..

x x x

Не до шуток пионеру:

Променял любимый кекс

Он на видеопремьеру

Под девизом: "Здравствуй, секс!"

СУББОТНЕЕ ОБРАЩЕНИЕ

Деликатно дающим понять,

Деликатно понять не дающим,

Также тем, кто и сам ничего не способен понять,

А тем более – дать,

Что попало читающим, после – несущим,

Я хотел бы сказать:

Заклинаю вас сущим, не сущим,

Также, может быть, и вездесущим

Заклинаю в том смысле, что, мол,

Не трясите меня за крутое плечо,

Дайте, дайте поспать

Человеку с уделом простым!

Он, представьте, устал. Он вчера кое-что сотворил.

А сегодня – не прочь отдохнуть.

И поспать он желает. Всерьез и надолго.

Вот так вот.

x x x

Паслись на травке три больших котлетки.

А рядом прыгал маленький бифштекс.

Сливовый джем свисал с зеленой ветки.

Под солнцем в поле колосился кекс…

Читатель ждет уж модной рифмы "секс",

Как ждет любовник молодой – конфетки…

Нет, до чего силен жевательный рефлекс!

x x x

Нет страшней испытанья на свете.

Где уж тут улыбаться и петь…

Да, мой друг, я сижу на диете.

Оттого мне так жестко сидеть!

x x x

Да бросьте! Малярия… комары…

Хоть с кем готов держать пари я:

Раз хворь зовется "малярия"

Ее разносят маляры!

x x x

Все шепчут: "Тонкий мастер!"

И что на них нашло?..

Какой он "тонкий мастер"?!

Он весит – сто кило!

МЕМОРИАЛ

Вот город имени

Меня.

Вот площадь имени

Меня.

Вот школа имени

Меня.

А вот и сам я,

Ну такой милашка!

x x x

Свалился вдруг на нас

Большой успех!

И он прихлопнул сразу всех.

x x x

Машина с надписью "медслужба",

Наверное, развозит мед…

x x x

Когда идешь с такой серьезной миной

Становишься похож на миноносец!

x x x

О бюро предсказаний, предчувствий погоды!

От твоей тирании стенают народы!

Разве делать погоду Москве лишь пристало?

О бюро, ну чего ты пристало?!

Эта Гидра, Метцентр, чтоб пусто ей было!

Сколько можно обменивать шило на мыло!

Эту Гидру жалеть не пристало поэтам,

Доверяющим больше народным приметам:

Будет град, будет снег, дождь прольется,

И земля на орбите своей содрогнется

Если автор читаемых строк

Вдруг за ум

И работу

Возьмется.

x x x

В душу липкий ужас вполз:

Это пляшут рашн герлз.

Так закидывают ноги

Что там Ниагара-Фолз!

НЕСГИБАЕМЫЙ

Весь прокуренный, в ватнике старом,

Полутрезвый с утра до утра,

Будет он из души, из нутра

И на ладан дышать – перегаром!

x x x

Уважаю овсяную кашу:

Я ей друг, и товарищ, и брат!

Не по крови я, матерь вашу,

Так по каше – аристократ!

ОЧЕНЬ ЛИЧНОЕ

В разговорах о наличности

Как не перейти на личности:

При наличии наличности

Возрастает чувство личности;

При отсутствии наличности

Пропадает чувство личности!

Так что бросьте околичности.

Мы дошли до неприличности!

Бредим о свободе личности…

А ведь дело все – в наличности!

x x x

С печатью в паспорте, с печатью интеллекта

На лысом лбу, на согнутой спине…

Ты не встречал подобного субъекта?

Кого-то он напоминает мне…

x x x

Наш горластый генерал

Снова целый день орал.

Всех и каждого достал.

Подтянуться приказал.

Приказал "лучшей служить"…

Приказал бы долго жить!

x x x

Кричат вороны поутру…

Как это мне – не по нутру!

А по нутру мне только то,

Чтоб утром – не орал никто!

ПРИЗНАНИЕ

Да, это я бурбуськал до утра.

Но, если вдуматься,

Уж так ли я виновен?..

Плохое окруженье,

И дурной пример…

И неблагополучная семья.

И детство трудное – в связи

С пристрастьем к леденцам

И женщинам…

Да, это я бурбуськал до утра.

Но в то же время как бы

И не бурбуськал вовсе!

Понимаете?..

x x x

Из родимой избенки не вынесем сор мы.

О хорошем не скажем, что гадость.

Всем нам ведома прелесть и радость

Небольших отклонений от нормы!

ВЕГЕТАРИАНЕЦ

Листы капустные листаю…

Я над капустой тихо таю.

И в облака душой взлетаю.

И все мечтаю, все мечтаю

Увидеть там лебяжью стаю…

Уж одного-то я поймаю!

И в лист капустный закатаю.

x x x

Инвалиды любви и духовных исканий,

Пережившие страшную бурю в стакане,

Мы еще не сдались и сдадимся едва ли.

Только б чаю в стакан иногда подливали!

x x x

Меня преследуют удачи.

Нигде не скрыться мне от них.

И продавец, отсчитывая сдачи,

Мне добавляет – из своих!

x x x

Я по звездам прокладывал путь, изучая повадки трамваев.

Лишь к полуночи мне лицезреть доводилось родимый порог.

На коварно заевший замок я смотрел, как Платон Каратаев,

Позабыв, что отнюдь не Платон, а я сам как собака продрог.

От своей доброты ошалев, я подкармливал нервных дворняжек,

Улыбался тому, кто в автобусе на ногу мне наступал…

Но чудеснее всех и всего был прелестно глубокий овражек

Год назад я в него, разбежавшись, на голову метко упал!

x x x

Как тяжело на душе

даже лестница рухнула

с треском,

стоило мне на нее,

в погреб спускаясь,

ступить…

x x x

В ожидании реинкарнации

Пребываю в полнейшей прострации!

x x x

Если когда-нибудь вдруг зачем-то захочешь покушать,

Эту нелепую блажь прочь от себя отгони.

Не для того этот мир ты посетил, между прочим,

Чтобы едой набивать алчущий, жадный живот!

ИСТОРИЧЕСКАЯ ЛИЧНОСТЬ

Целое стадо заблудших овец и баранов!

Полно по градам и весям уныло блудить!

Двиньте процесс вынимания рук из карманов!

Нам в переломное времечко выпало жить!

Все переломано, даже кладбищам досталось!

Всяческой контре мы вновь переломим хребет!

Время подходит мое, ох, не зря мне икалось!

Ох уж вспомянут меня через семьдесят лет!

x x x

Если что-нибудь услышишь,

Или что-нибудь увидишь

Не кидайся сразу в драку,

Пять минут повремени.

Вдруг ты в той ужасной спешке

Что-то ценное уронишь,

Что-то важное забудешь

Или врежешь не тому!..

x x x

Вот капнуло на голову мне что-то.

Наверно, дождик…

Ой, совсем не дождик!..

С ДРЕВНЕГРЕЧЕСКОГО

Мне задолжал Поликтет, взятые в разное время,

Семьдесят мин серебра. Ну а с отдачею – медлил.

Дома его навестив, выгреб я все до монетки

И написал на дверях яркою охрой: "Мин – нет!"

x x x

Вот кадровик седовласый усердно читает

Личное дело мое, и при этом мрачнеет

Строгое старца чело, и сдвигаются брови

Грозно, и тяжкая дума его посещает.

Я ж беззаконно стою, размышляю преступно:

"Личное дело мое – это личное дело.

Дело какое ему, седовласому старцу,

Именно вот до того, что является личным?

Личное дело мое – не его это дело!"

Только ведь сам я живу не в лесу – в государстве…

Бдить государство должно, чтобы не было худа.

Вот и теплеет мой взгляд, обращенный на старца:

На нос очки нацепив, слеповато моргая,

То государство само здесь за порядком следит ведь.

Строго следит! И меня сейчас выгонит в шею,

Как воплощенье беспутности и непорядка.

Правильно сделает: личных моих интересов

Выше стоят интересы всеобщего блага.

Минимум – метра на два. И становится легче,

Даже приятно, как вникнешь со знанием дела

Личного дела, конечно же, личного дела.

x x x

Желтый листик

принес я случайно

домой на ботинке

продрогшем.

Вот и подумалось мне,

что и сам я такой же

случайный,

прилипнутый

желтенький листик…

В ОЧЕРЕДИ

Гражданин цилиндрической формы

На пяти растопыренных ножках!

Гражданин, я ведь к вам обращаюсь!

Разве я говорю не по-русски?..

Вы давайте-ка не верещите!

Люди здесь занимали с полночи!

Не стояли вы здесь, не стояли!

И покиньте торговую точку!

Что с того, что посланник Вселенной!

Соблюдайте моральные нормы!

И не надо мигать огоньками

На зеленых изогнутых штучках!..

Много вас, цилиндрических, ходит,

Где торговля идет дефицитом.

ЭКОЛОГИЯ

Хочу найти экологическую нишу

И скрыться в ней от жизненных проблем.

Когда ж из ниши тишину услышу

Тогда вернусь. Кого поймаю – съем!

x x x

Ребята шли квадратно-гнездовые,

Неся косые сажени в плечах

И в головах немного тоже.

Один квадратно-гнездовой ребенок,

Чуть поотстав, сказал мне тихо:

"Вот если б были все квадратно-гнездовые!"

Заулыбался я и закивал ему квадратно

И даже где-то гнездово отчасти…

x x x

Хоть правды нет в ногах,

Но нет ее и – выше!

x x x

Узнали мы из разговора с дворником,

Что, если уж без ерунды,

Проблемы окружающей среды

Порождены отчасти вторником!

ПРОРОЧЕСТВО

Не передохнем, а передохнем,

Большая разница для тех, кто понимает.

И за окном не вечереет, а светает.

И скоро будет видно все как днем!

x x x

А я иду, в носках на вырост,

В пальто вихрастом набекрень…

Я погулять из дома вылез

И отдохну сейчас душой!!!

ПРО СЛОНА

Слон слонирует вдоль речки.

И слоняется по джунглям.

Прислоняется к деревьям…

Бродит в поисках заслонки.

Но кругом – одни заслоны…

ДЖЕНТЛЬМЕН НА ПРИРОДЕ

Опрокинул что-то я со сна…

Пригляделся – на земле лежит сосна.

Лучше бы ходить мне по следам.

Лучше бы ходить мне – после дам!

x x x

Параметры, что свыше задаются,

В работе ну никак не задаются!

Те, что внизу, вопросом задаются:

Не зря ли те, что выше, задаются?..

x x x

Бананы на завтрак,

Бананы – в обед.

Бананы – на ужин…

И так – много лет.

Завидуют жители северных стран.

А я скоро стану

Похож

На банан…

x x x

Янки едет к нам сюда.

С ним, я знаю, без труда

Общий враз язык найду:

– Водку пьете?..

– Йес, ай ду!

МИРОТВОРЦЫ

Мы построимся в колонну по четыре,

Мы себе скомандуем: вперед!

И никто в прекрасном этом мире

Нипочем костей не соберет!

x x x

Не бойтесь, граждане!

В моих карманах нет ядреной бомбы.

Я нынче вышел просто погулять.

Любую стенку продырявил лбом бы

Ведь нужно чем-то лоб занять!

x x x

Дом держится замкнуто… Это

Желанье побыть одному.

Я что-то его не пойму:

На улице – вовсе не лето!

x x x

Встанет поезд в чистом поле,

Остановится и ждет,

Ждет, пока по доброй воле

Заяц с рельсов не уйдет,

Здоровенный и свирепый,

Тот, что часто по ночам

Жутко воет в чистом поле,

Поезда подстерегая…

Совсем озверел!

x x x

Не верю в случайность созвучий,

Вскрывающих смысл ползучий!

Пусть явной становится тайна!

Скажите, ну разве случайно

Рифмуется слово "Гвоздей"

Со словом – "злодей"?!

ГЕРОЙ

А я, как все, с утра бегу из дома,

В набитом транспорте досматриваю сны.

Мне проза жизни хорошо знакома,

Не верите – спросите у жены.

Да, я как все, но это только маска.

И хоть я выгляжу, как полный идиот,

Есть у меня секретная отмазка:

Все дело в том, что я совсем не тот.

Во сне я часто говорю с акцентом,

Мне снится родина – Нью-Йорк или Стамбул.

Меня дразнили вражеским агентом,

И ожиданий я не обманул.

И я отлично это дело знаю.

И ждет награда в тамошнем раю.

Ты думаешь, я коврик выбиваю?

Я информацию своим передаю!

Ведь я герой невидимого фронта.

Меня в упор не видят, хоть умри!

Мне в Центре дали имя Дормидонта.

Ты только никому не говори.

x x x

Что ж, загнали вы

в угол

меня…

Но и загнутый в угол,

я вам отвечу,

как будто вы

в угол меня

не загнали.

Так я скажу:

хоть вы

в угол меня

и загнали,

однако,

внутренне я

нет, не загнутый

в угол!

x x x

Чушь собачья, ты все реже, реже

Расшевеливаешь пламень уст.

О моя утраченная свежесть,

Буйство глаз, когда желудок пуст…

x x x

Волжане – это те, что ездят в "волгах"!

x x x

Процесс изготовления стихов

Имеет что-то близкое к полету.

Но я не конкурент "Аэрофлоту":

Аэродром пока что не готов!

АВТОРИТЕТНОЕ МНЕНИЕ

Знай: только та поэзия не липа…

Ну… что понятна и для дальних сел.

А ты поэт шизоидного типа.

И будешь бит как сидоров козел!

x x x

Нет, ребята, я не гордый.

Не заглядывая вдаль,

Так скажу: зачем мне в морду?

Мне ее, признаться, жаль!

x x x

Мечты, мечты!

Где ваша сладость? А?..

Content

Валерий Николаевич Гвоздей
Ночная дорога
(сборник стихов)

ЛИРИКА

ДРУГАЯ ПОЭЗИЯ (1989 – 1998)

БОЛЬШИЕ И МАЛЕНЬКИЕ

ОТ СЕССИИ ДО СЕССИИ

О ЛЮБВИ

ГВОЗДИЗМЫ